# Загадка железного веера

Джесси К. Сутанто

Тео Тан собирается в другой мир. Его брат Джейми застрял в мире духов, и Тео должен ему помочь. На этот раз не Джейми будет выручать непутёвого брата, а Тео.

Но в другой мир проникнуть непросто. Карта если и есть, то примерная, где искать – непонятно, ещё и за каждым углом сидят охотники за чужими душами. И даже, чтобы открыть проход, нужно соблюсти множество условий.

Тео не собирается сдаваться – у него есть цель и он её достигнет. И ни люди, ни духи не смогут ему помешать.

> Моему мужу Майку, идеальному фанату, которого заслуживает каждый автор. Спасибо тебе, что сопровождал меня в этой работе

Тео Тан и дух лисы. Фэнтези для подростков


Jesse Q Sutanto

Theo Tan and the Iron Fan

Copyright © 2023 by Jesse Q Sutanto

Published by arrangement with Feiwel and Friends, an imprint of Macmillan Publishing Group, LLC. All rights reserved.


Иллюстрации на обложке, форзаце и нахзаце warimonn


Перевод на русский язык Мария Скляр


© Мария Скляр, перевод на русский язык, 2024

© warimonn, иллюстрации на обложке, форзаце и нахзаце, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

## 1. Кай


Продавщица зевнула. Я тоже зевнула. Жаль, нельзя кивнуть этой прыщавой детке и сказать: «Да, это офигительное занятие, ну скажи, присматривать за таким магазином?» Но, увы, я была здесь под прикрытием, поэтому ничего не могла ей сказать, чтобы не выдать себя.

Когда я говорю «под прикрытием», то имею в виду вполне реальную штуку: в тот момент я была прикрыта складками рогожного мешка, наполненного – фу! – сушёными ярко-фиолетовыми жуками. Я и сама превратилась в такого жука, просто чтобы соответствовать, хотя, конечно, не была такой же иссохшей и пустотелой, как другие жуки в мешке[1].

За четыре минуты до закрытия в магазин проковыляла последняя покупательница. Клиенты магазинов здоровья на Стоктон-стрит вечно ходят еле-еле, поскольку все они старые, седоволосые, сгорбленные и беззубые. Только что сюда вошла милая старая бабуля с мутными глазами, она очень медленно шаркала, разглядывая все контейнеры с редкими и не очень редкими лекарственными травами, ящерицами и различными частями животных. Разительный контраст с Тео, которого я мельком увидела на улице, шагающего мимо с отпечатавшимся на лице выражением тревоги. Обычно я испытываю глубочайшее уважение к пожилым людям, но сейчас я практически вскипела от нетерпения. Да-да, заявиться в магазин за четыре минуты до закрытия – она себя кем вообще возомнила? Я раздражённо почёсывала свой хитин передними лапками.

Владелица магазина заговорила на беглом мандаринском[2], приветствуя покупательницу без малейшей тени раздражения.

– Двести пятьдесят граммов ин-син[3], пожалуйста, – пробухтела старушка.

Продавщица кивнула и достала из недр прилавка жестяную банку.

– У нас сегодня также специальное предложение на гадания, – сказала она, указывая на плакат позади себя. Плакат гласил: «Разъясним прошлое! Раскроем будущее! Всего за пять долларов девяносто девять центов!»

Тьфу, шарлатаны. Никого я так не презирала, как тех, кто утверждает, будто может видеть будущее, потому как никто не в силах его предсказать. Я скорчила рожу продавщице, но она, разумеется, этого не увидела.

Пока продавщица взвешивала сушёные травы, старушка попросила сто граммов сушёного лей-хон-тан[4].

– Это для моего артрита, – объяснила она. – Я завариваю зелье, чтобы подготовиться к осенней непогоде.

Ох-ох. Для лекарства от артрита обычно необходимо…

– О, у меня есть как раз то, что нужно! – заявила лавочница. А-а-а, в чём проблема у этой девицы? Всё, что от неё требуется, это выдать дамочке её заказ и покончить с этим, но нет. Надо превзойти себя. – Молотые жуки.

– Ох, даже не знаю. Мне не нравится горький вкус насекомых… – Старушка скривилась.

– На самом деле вы совсем не почувствуете вкуса, – сказала продавщица. Наверное, ей платят процент. – Мы измельчаем их в порошок прямо здесь, в магазине, а вы просто посыпаете небольшой щепоткой еду или напиток, и вуаля! Моя бабушка молится на них. Чудо-лекарство, вот как она их называет.

Старушка недоверчиво воззрилась на продавщицу, а та улыбнулась и сказала:

– Вот что: я дам вам две унции бесплатно, хорошо? А потом расскажете мне, работает это или нет.

Нет, не окей!

Но старушка разулыбалась:

– Какая ты вежливая девочка. Такая обходительная со старшими.

– Да это пустяки, – засмеялась продавщица, подходя к секции с рядами холщовых мешков.

Что делать, что делать… Мне нужно улепётывать отсюда. Но тогда она может увидеть меня и попытаться, ну не знаю, раздавить меня ботинком или ещё что[5]. Вместо этого я зарылась в мешок поглубже, пробравшись сквозь сотни мёртвых жуков, их твёрдые блестящие панцири неумолимо щёлкали. Надо сказать, бывали и получше времена. Зато теперь, будучи погребённой под десятками слоёв жуков, я, вероятно, в безопасности. По крайней мере, казалось так.

Но нет, вместо того чтобы подхватить несколько верхних жуков, продавщица погрузила свой металлический совок глубоко-глубоко в мешок. Я уловила его тусклый блеск и не успела сказать и: «Ой-ой-ой», – как совок превратил мой мир в торнадо. Меня подкинуло вместе с волной жуков, вокруг царило полное безумие. Я принялась отчаянно бить крыльями, пытаясь выбраться из хаоса, но будучи крошечным жуком, моя сила не могла сравниться с грубой силой человека-подростка, пускай и прыщавого. Затем всё вдруг прекратилось, и я испытала внезапное чувство невесомости. Свет на секунду ослепил меня, прежде чем мои маленькие глазки привыкли к нему. АЙ! Я оказалась на самом верху кучки зачерпнутых жуков! Это плохо.

И продавщица быстро шагала к ужасному прямоугольному устройству с металлическими зубцами внутри. Она щёлкнула выключателем, и машина ожила, металлические шестерёнки заскрежетали с просто ужасающим звуком. Ладно, время деликатности прошло. Я дала дёру с кучи мёртвых жуков.

– Айя! Один из них живой! – завопила старуха.

Продавщица посмотрела вниз и заметила меня. Быстрое движение, она ничуть не колебалась, и её рука сомкнулась надо мной. А-а-а! Я сосредоточила свой ци и превратилась в тарантула. Должно быть, она почувствовала мой щетинистый ворс, потому что произнесла:

– Эм? – и разжала пальцы. Я махнула ей мохнатой лапкой и ухмыльнулась, многозначительно блеснув клыками.

Она вскинула руки и заверещала. Жуки дождём посыпались на нас, а двое людей с криками заплясали по всему магазину. Я бросилась удирать, но тарантулы не отличаются быстротой, а продавщица уже оправилась от шока и схватила метлу. Бам! Метла бахнула менее чем в дюйме[6] от меня. Теперь была моя очередь верещать. Я бегала зигзагами, перебирая лапками и вопя:

– Пауки – ваши друзья! Мы едим мух! Все ненавидят мух! Они едят какашки, знаете ли!

Но звучало это лишь как паучий писк, слишком высокий, чтобы его могли уловить дурацкие человеческие уши. Я наткнулась на стену. Попалась. Ни щелей, куда можно проскользнуть, ни холщовых мешков, чтобы спрятаться.

У меня было два варианта.

1. Вернуться обратно в лисий облик и отчитать этих людей за то, что они чуть не убили меня, почтенную почти богиню. Минус: они могут не сообразить, какое я впечатляющее создание, примут меня за демона и поднимут большой переполох.

2. Оставаться в образе. Минус: меня прибьют метлой, что, вероятно, окажется вредоносным для моего здоровья.

Я закрыла глаза.[7]

Но, прежде чем я успела что-либо сделать, входная дверь распахнулась, кто-то вбежал и выкрикнул:

– ЗДРАСЬТЕ! ЗДРАВСТВУЙТЕ!

Мы все замерли, разинув рты. Тео стоял у входа, глаза у него сделались дикие от паники, рот застыл в перепуганной улыбке.

– Эм, ЗДРАСЬТЕ! – закричал он снова. – Я ПРИШЁЛ… чтобы… э… купить ингредиенты для… эм, одного зелья.

Пока продавщица/убийца пауков и старуха пялились на Тео, я быстро превратилась в муху и взлетела в воздух. Тео проводил было меня взглядом, но потом догадался, что может выдать моё местоположение, и отвёл глаза. Я приземлилась в самом дальнем углу комнаты и утёрла пот со лба. Я была на волосок от гибели. Если б только я могла покинуть это место прямо сейчас, но нет, для духа лисы ни мгновения передышки. Я потёрла пару передних лапок одну о другую, глядя, как Тео разглагольствует о необходимости сварить то и сё для летнего проекта.

Продавщица скрипнула зубами и посмотрела на то место, где была я. Увидев, что пауков там больше нет, она вздохнула и повернулась к Тео.

– Малыш, здесь тысячи ингредиентов. Число зелий, которые ты можешь сварить, практически бесконечно. Возвращайся, когда узнаешь, что именно тебе нужно, хорошо? Магазин закрыт. – Она нетерпеливо выпроводила его, а затем вернулась к отвратительной задаче по перетиранию мёртвых жуков для старой дамы. Далеко-далеко в своём углу я старалась сидеть неподвижно, наблюдая за тем, как продавщица отдаёт старушке её заказ и закрывается на ночь.

Как только погас свет, погружая магазин в темноту, я – вж-ж – облетела помещение, проверяя, нет ли сигнализации. И заметила одну в основном зале – то была ящерица, примостившаяся над входной дверью, её глаза, подсвеченные красным, обводили помещение, ища тепло, которое могло указывать на жизнь. Ещё одна ящерица охраняла чёрную дверь. Окей, для меня это не проблема, тем более что в своём нынешнем виде я слишком мала, чтобы излучать тепло. Но от греха подальше я обошла ящериц стороной на случай, если одна из них решит перекусить мной на ночь глядя.

Я просканировала комнату, мои выпученные мушиные глаза блуждали по многочисленным мешкам и коробкам с ингредиентами. Всевозможные насекомые, коренья и травы. Рулоны серебристого лунного света, золотистого солнечного света и ватных облаков. Я залетела за прилавок, где стоял стеклянный шкаф-витрина. Внутри – флаконы с большими редкостями: мерцающие слёзы дракона, одинокое перо феникса, которое мягко лизало изнутри пламя, изогнутый ноготь сечжи[8] и – успех! – флакон с речной водой из мира духов. Я снова потёрла парочку передних лапок, восторженно ухмыляясь[9].

Как же мне теперь добраться до него, чтобы эти ящерицы не поймали меня? Я задумалась на мгновение, затем взмахнула передними лапками и создала иллюзию. В следующее мгновение магазин наполнился сочными, жирными мухами, которые кружили и жужжали повсюду. Ящерицы так и подскочили, их красные глаза расширились, хвосты распрямились. Раздвоенные языки вывалились у них изо ртов, пока они глазели на десятки аппетитных мух вокруг. В это время я молнией пронеслась к шкафу. Превратилась в крошечную обезьянку, открыла шкаф, обвила хвостом пузырёк с речной водой и выпрыгнула вон.

Я была в млекопитающей форме, и ящерицы должны были уловить тепло моего тела, но они вовсю гонялись за мухами и приходили во всё большее недоумение, выбрасывая язык и ловя пустой воздух. Нельзя было терять ни минуты. Я бегом припустила к боковому окну, которое мы подпёрли палкой ещё днём. Но когда я взбиралась по стене, мой длинный хвост махнул чересчур размашисто и задел витрину с высушенными крыльями летучих мышей. К обезьяньему хвосту-верёвке так сразу не привыкнешь; я была приучена к своим обычным мягким и пушистым лисьим хвостам.

Флакончик в моём хвосте звякнул о стекло витрины. Тихий звук. Если бы магазин был открыт и в нём шастали покупатели, никто бы ничего не услышал. Но сейчас этот звук прорезал тишину до боли отчётливо. Ящерицы мигом повернули головы, их глаза-бусинки впились в меня. Страх побежал по моим конечностям. Я бросилась к окну, а ящерицы открыли пасти. Маленькое тошнотно-зелёное пламя соткалось у них между губ[10]. Я схватилась за подоконник и подтянулась. Слишком медленно. Хлоп, и ящерицы выпустили в меня струи зелёного огня. Я отпрыгнула в сторону как раз вовремя, шерсть на моей спине подпалилась, когда пламя вскользь лизнуло её. Эти ящерицы не шутили. К сожалению, мой хвост ударился об окно, и палка, подпирающая его, вылетела, створка упала, запирая меня внутри.

В глубине моего нутра закипела паника. Мне придётся что-то сломать, чтобы выбраться отсюда, а значит, я совершу дурной поступок. Разумеется, украсть пузырёк речной воды тоже дурной поступок, но у нас был план, как обойти эту незначительную деталь. Взлом и проникновение – дело другое… Я уже прошла почти весь путь превращения в демона, и мне не хотелось опять ступать на ту же дорожку. Это не лучший путь, поверь мне. Но я не видела другого выхода.

Раздался звук бьющегося стекла, когда камень влетел в маленькое окно. Ящерицы прыгнули и раскрыли рты, издавая пронзительный визг.

– Кай! – раздался снаружи голос Тео.

Собравшись с последними силами, я сделала громадный прыжок в отверстие, которое он для меня проделал, и зазубренное стекло, оставшееся в раме, расчесало мой мех в полёте. Я приземлилась прямо на руки Тео, и он швырнул в окно кошелёк с монетами и крикнул:

– Извините! Надеюсь, этого хватит в уплату за окно и воду! – а затем дал дёру, крепко сжимая меня в объятиях.

Пускай сигнализация воет, я выпустила тихий вздох облегчения, воссоединившись со своим человеческим компаньоном.

## 2. Тео


Моё сердце ещё заходилось, хотя мы уже свернули за несколько углов и добрались до пустынного переулка. Никто нас не преследовал. Всё в порядке, твердил я себе. Но всё же…

Я сделал глубокий вдох и посмотрел на Кай, которая снова приняла своё подлинное лисье обличье.

– Ты окей? – Слова вылетели залпом, пока я осматривал её мордочку, глаза, зубы – нет ли признаков демонической порчи. – Ты ощущаешь какие-нибудь… ну, я не знаю… демонические поползновения?

Она облизала переднюю лапу и почесала ухо задней ногой.

– Не-а, обычный уровень демонической активности. – Видя выражение моего лица, она поспешно прибавила: – Шучу! Я в порядке, честно.

Мои напряжённые мышцы обмякли:

– Нельзя шутить с этим, Кай. Сама знаешь, после того, что случилось в прошлом месяце…

– Когда ты заставил меня превратиться в демона, ага, я помню. Но на этот раз мы были осторожны. Формально, я уже была в магазине, когда он закрылся, так что это не считается кражей со взломом. – Кай ухмыльнулась и помахала двумя хвостами. – А окно разбил ты, так что это дурное деяние на твоей совести. А потом ты заплатил за речную воду и за разбитое окно, так что формально это не было магазинной кражей.

Я поморщился:

– Я уверен, что владелец магазина и закон не согласились бы с тобой. Если бы нас поймали, у нас бы точно были неприятности. И я ненавижу всё это – шнырять, увиливать, красть всякое разное.

Улыбка Кай исчезла, её маленькие лисьи глазки сделались серьёзными:

– Я знаю, но у нас нет выбора.

Я киваю:

– Ага.

После того как Ню Мо-ван сказал нам, что душа Джейми застряла в Диюе, я рассказал об этом Намите, Дэнни и Сяохуа[11]. Мы впятером устроили мозговой штурм, чтобы придумать, как спасти Джейми. Лучшее, до чего мы додумались, – найти речную воду из мира духов, которая позволила бы нам перенестись из мира людей в Диюй.

Но речная вода из мира духов – опасный ингредиент, её продают только по допуску. Я никак не смог бы получить разрешение от Бюро магической безопасности или от родителей, вот мне и приходилось воровать, а от этого я чувствовал себя ужасно, просто склизко. Но я пойду на всё, чтобы спасти Джейми. Мысль о том, что он в Диюе, была как нож в сердце. Кай говорила, что формально Джейми не в аду, а в тамошнем зале ожидания, но и это наверняка не сахар, если честно.

– Сколько ты положил в тот кошелёк, что бросил в магазин? – спросила Кай.

– Половину всех своих накоплений.

Кай присвистнула:

– Это с лихвой покрывает стоимость речной воды и разбитого окна. Перестань грызть себя.

Я выдавил слабую улыбку:

– Спасибо, Кай.

– Мне следует поблагодарить тебя за то, что вытащил меня оттуда. – Она потёрлась пушистой головой о мою грудь, и я почувствовал себя в миллион раз лучше. Затем она подняла один из своих хвостов и опустила маленький пузырёк мне на ладонь. – Вот, держи.

Можно подумать, у меня занялись огнём все внутренности. От одного взгляда на склянку у меня затряслись руки. Вот он – ключ к спасению души моего брата. Я поднял её как в трансе и открыл.

Запах сразу же сразил меня. Лето, бассейны, смеющиеся дети.

– Хлорка? – сказал я.

– Что?! – Кай выхватила у меня пузырёк и понюхала. Она застонала. – Это не речная вода из мира духов – это вода из местного бассейна. Подделка. Проклятие! Я должна была понять, что эта шарлатанка продаёт только подделки. И ещё гадает на полставки, видите ли. Я видела плакат в магазине. Разве я не говорила, что хуже гадальщиков нет ничего? Любой может предсказать судьбу – делов-то, высосать всё из пальца! – Когда тирада закончилась, Кай выглядела печально, большие заострённые уши поникли. – Столько хлопот, и всё напрасно.

Такое чувство, будто силы совершенно покинули меня. Я осел на землю, ничуть не заботясь о том, что она грязная, и закрыл лицо руками. Кай уткнулась носом мне в изгиб шеи, и какое-то время мы молчали, погрузившись в мысли о Джейми.


Кажется, прошла целая вечность, прежде чем мы собрались с силами, чтобы отправиться к месту встречи. По дороге я тренировался использовать свой ци, произнося мелкие заклинания. Это вошло у меня в привычку со времён программы «Узнай свои корни» в Риплинге – я продолжал учиться использовать ци. Я даже не хотел брать новый кирт-медальон взамен утраченного, но он был необходим для школы. Зато вне школы я вместо него полагался на внутреннюю силу для создания заклинаний. Самое классное в использовании ци заключалось в том, что, в отличие от кирт-медальонов, ци никогда не истощался. Правда, я уставал, если читал слишком много сложных заклинаний, но достаточно было сытно поесть и выспаться, чтобы восстановить силы. Теперь я освоился с большинством простых заклинаний и мог, к примеру, поднять небольшой предмет или разогреть обед и даже мог сотворить некоторые заклинания среднего уровня, например переносить предметы с довольно большого расстояния.

Кай перестала ехидничать, когда у меня что-то не получалось, и, честно говоря, это очень помогало. Я и не думал, что её поддержка будет так много для меня значить, а вот как вышло. Кай знала все заклинания, которые я учился произносить с помощью ци. Ну, почти все. Было одно, о котором я ей не рассказывал, потому что не сомневался, что она… Ну, в общем, я не знал, как она отреагирует, и боялся проверять. У меня ушло много сил на то, чтобы запереть его в самых тёмных глубинах сознания, как можно дальше от нашей с Кай ментальной связи. К счастью, у нашей ментальной связи были свои пределы: мы всё-таки могли при желании держать некоторые вещи в тайне друг от друга, что и к лучшему. Я надеялся, что мы сможем убедить владык Диюя позволить Джейми вернуться домой, но, если это не сработает, я собирался прочитать это заклинание. Оно всё исправит. Единственная загвоздка заключалась в том, что я не был уверен, что Кай согласится со мной. Или, возможно, она согласится, и от этого будет только хуже.

Намита заметила нас раньше, чем я её, и вскочила со скамейки, где сидела, яростно замахав нам рукой:

– Эй, ребята!

– Тс-с, ты весь квартал перебудишь, – сказал Дэнни.

Намита продолжила махать и звать нас тихим шёпотом:

– Сюда, ребята!

Хотя наша неудача расстроила меня, один взгляд на Намиту, Дэнни и Сяохуа согрел моё сердце. Они очень помогали мне в моём плане по спасению Джейми. Я не понаслышке знал, что впрячься в неподъёмное дело в одиночку совсем не то же самое, что взяться за него с надёжными друзьями, и я определённо предпочитал второе.

– Как успехи? – спросила Намита.

Я покачал головой и разочарованно вздохнул.

– А ты уже подобрал подходящее песнопение, чтобы перенести нас в Диюй? – спросила Намита, подсыпая соли на рану.

Я поджал губы.

– Если выпить речную воду и не пропеть нужное заклинание, она просто перенесёт тебя в мир духов, – сказала Намита. – Нужно найти правильные слова, чтобы перенестись в Диюй или как можно ближе к нему.

Честно говоря, она стала чуточку невыносимее с тех пор, как решила заняться китайской мифологией в рамках подготовки к нашему путешествию. Если, конечно, мы сумеем придумать, как попасть в Диюй. Я бросил взгляд на Кай, надеясь, что она подкинет какое-нибудь остроумное решение, и увидел, что она многозначительно смотрит на Сяохуа. Тут я понял, что Намита тоже выжидательно смотрит на Сяохуа. И меня осенило. Сяохуа прекрасно разбиралась во всём, так или иначе связанном с мистицизмом. Если кто и знает правильное песнопение, чтобы отправиться в Диюй, так это она!

Сяохуа поёрзала по плечам Дэнни, прищурив глаза и нахмурившись:

– Почему все смотрят на меня?

– Э, я думаю, они надеются, что ты знаешь заклинание, которое перенесёт нас в Диюй, – подсказал Дэнни.

Сяохуа фыркнула, и из её ноздрей вырвалась струйка дыма:

– Это вряд ли. Начнём с того, что я дракон, божественное существо, и мне нет никакой нужды отправляться в ад.

Кай ахнула:

– Ты божественное существо? Свят-свят, я бы ни за что не догадалась. Ты даже не напомнила об этом пятнадцать раз за последние два часа.

Мы с Намитой переглянулись, закусив губу, чтобы не улыбнуться. Как ни неприятно мне это признавать, но Сяохуа действительно часто использует слово «божественный».

– А если продолжать, – громко сказала Сяохуа, – тебе не стоит идти в Диюй, хозяин. Там тьма опасностей.

Теперь мы все смотрели на Дэнни, который неловко зашаркал ногами и опустил глаза:

– Э, ага… Кстати говоря… Я хочу пойти.

Сяохуа аж шарахнулась назад, её золотые глаза округлились, ноздри раздулись:

– Что ты говоришь?

– Я хочу помочь найти брата Тео, – выпалил Дэнни.

Благодарность захлестнула меня почти с головой:

– Спасибо.

– И если честно, то я хочу пойти и ради себя самого. – Он поднял глаза и нерешительно улыбнулся. – С тех пор как Кай напала на меня, меня мучают кошмары. Я боюсь теней. Демон, я даже собственной тени боюсь.

У меня внутри всё завязалось узлом извивающихся змей:

– Мне так жаль…

– Всё в порядке. То есть не в порядке, но ты уже достаточно извинялся и давно всё загладил. Я просто… мне нужно сделать это ради себя самого. – Он выпрямился и решительно выпятил челюсть. – Я хочу встретиться лицом к лицу со своими страхами.

Сяохуа прикрыла глаза и крепко обняла Дэнни, боль, тревога и привязанность ясно читались на её морде.

– А что было, когда Сюлин отправила вас в Диюй? – вспомнила Намита. – Вы слышали, какое заклинание она использовала?

– Нет, – сказал я, – и потом, оно отправило нас прямиком в логово Ню Мо-вана. Не думаю, что нам стоит туда попадать.

– А ты бы мог спросить Ню Мо-вана? – уточнила Намита. – Он же ещё сидит в той клетке, верно? Может, попросишь его подсказать в обмен на свободу?

Мы с Кай поморщились. Это правда, что Ню Мо-ван был по-прежнему заперт в маленькой клетке. Я держал его в углу своей комнаты и давал ему прорву еды и воды каждый день. Но мы не сказали остальным, что теперь быкоголовый князь демонов начинал каждый день со свирепого, пускай и крошечного, рыка и клялся отомстить всем нам. Вот почему мы с Кай до сих пор не придумали, как нам выпустить Ню Мо-вана в Диюе, не подвергнув себя опасности.

– Не думаю, что он сколько-нибудь в настроении помогать нам, – заметила Кай. – Скорее уж он посоветует нам фальшивое песнопение, лишь бы заманить куда-нибудь, где мы погибнем самым ужасным образом.

– Да, – пробормотала Сяохуа, устремив взгляд на Кай, – как нам всем известно, доверять демонам нельзя.

Кай сощурила глаза, но ничего не ответила. Некоторое время мы молчали, других идей у нас не было. Я смотрел на вид. С площадки возле «Эксплораториума»[12] открывался потрясающий вид на Сан-Франциско: мерцающие огни города были рассыпаны над нами словно мириады светлячков. Время от времени, когда ветер дул в нужном направлении, до меня доносились обрывки музыки, смех и визг из «Пирса 39»[13]. Я смотрел на вращающиеся вдалеке огни колеса обозрения, и меня вдруг переполнила тупая ноющая боль, когда я вспомнил, как Джейми взял меня туда пару лет назад на мой день рождения. Ну, если честно, мама и баба[14] отвели нас туда, но они с нами не особо возились, просто прошли до края пирса и смотрели на бескрайний волнующийся океан внизу. Они дали нам с Джейми по десять долларов, и мы потратили половину на аттракционы, а остальное – на солёную карамель и дурацкие амулеты. Джейми купил амулет, чтобы его пердёж пах пончиками, но, разумеется, амулет оказался пустой безделушкой, и его пердёж пах… скажем, пердящими пончиками. Я купил амулет, отгоняющий дурные сны. Он отлично работал, пока Джейми не умер, а затем уже ничто не могло прогнать мои кошмары.

Намита сочувственно положила руку мне на плечо.

– Мне очень жаль, Тео, – сказала она. – Я знаю, как много это для тебя значит.

Каким-то чудом мне удалось изобразить для неё улыбку:

– Да. Это просто… чёрт, такое чувство, что препятствия возникают буквально на каждом шагу.

– Так всегда бывает с тем, за что стоит побороться, – сказала Намита. Она смотрела через залив на впечатляющую громаду моста Бэй-Бридж[15]. Вдоль него тянулись тысячи огней, это одна из самых красивых достопримечательностей города. – Но мы здесь, с тобой. Давайте по домам, утро вечера мудренее, поспим, и, может, завтра нас осенит.

Я нахмурился.

Намита вздохнула:

– Я знаю. Поверь мне, я бы рада остаться и ещё немного поломать голову, но поспать с проблемой – это лучший способ её решить.

– Нет, не в этом дело. Ты сказала «поспать», и я подумал… – Я закусил нижнюю губу и попытался ухватить ускользающую мысль, только что пришедшую мне в голову. Потом до меня дошло. – Пижамная вечеринка! – воскликнул я. Я повернулся к Дэнни, и тот слегка вздрогнул. – Дэнни, помнишь ту ночь? Когда Сюлин, попросту говоря, опоила нас, чтобы отправить в мир духов?

– Э, да? – осторожно отвечает он. – Но, как ты сам сказал, мы отправились в мир духов, а не в Диюй.

– Так то вы, но не я! – вскричал я. – Я напутал произношение и оказался в Преддверии. Кай, ты ведь нашла меня в Преддверии, помнишь?

Кай подёрнула своими двумя хвостами и вылизала передние лапы:

– Ну ты и сел тогда в лужу.

– Что за Преддверие? – спросила Намита.

– Это место, соединяющее мир духов и Диюй, – сказал я. – Думаю, там есть двери, ведущие в ады разных культур.

– Точно, – весело сообщила Кай. – Там есть дверь в Диюй, дверь в Нараку, дверь в Аид, дверь в…

– Мы поняли, – перебил Дэнни, ему было не по себе, и это было видно. – Чудесное местечко.

– Точно. – Я содрогнулся, вспомнив деревья со змееподобными корнями и кипящие небеса. И, конечно, яогуаев[16], охотившихся на нас. – Но, пожалуй, это лучший путь в Диюй.

– Звучит потрясающе! – заявила Намита, как будто я рассказал ей о Диснейленде, а не о самых настоящих вратах ада. – Скажи песнопение!

Я поморщился.

– Я его не знаю. – Все обескураженно уставились на меня, и я поспешно добавил: – Меня опоили, помните? Я едва помнил собственное имя. Но я знаю, как можно выяснить!

– Как? – спросила Намита.

Я и рта не успел открыть, как Кай догадалась, что я собираюсь сказать, и я почувствовал, как она напряглась и распушила хвосты.

– Мы должны вернуться в Риплинг, да? – сказала она.

Я встретился с ней взглядом и кивнул.

– Да. Мы возвращаемся в Риплинг.


## 3. Кай


Риплинг – жалкая тень того, чем он был раньше. Я думала, что зрелище этой лиходейской корпорации в руинах меня обрадует, и оно было мне приятно, что по-человечески мелочно, но также отзывалось колкой грустью в глубине души. Потому что я помнила, как увидела её впервые вместе с Джейми. Я помню, как разделяла его восторг от великолепного кампуса и его гордость за программу, которую он помогал разработать. А ещё я помнила, как весело мы летали над кампусом, проносясь то над плавучими островами, то под ними, как плескались в парящих водопадах и как смеялись, вымокнув до нитки.

Теперь в Риплинге царила полная тишина и почти кромешная тьма – единственным освещением был слабый серебристый свет звёзд и полная луна над нами. Дети весело трещали, летя на спине Сяохуа, но когда она приземлилась посреди разрушенного кампуса, мы все смолкли. Как будто приземлились посреди кладбища.

А ведь это и было кладбище, место смерти и скорби. В темноте пустые здания вокруг нас напоминали туши неведомых громадных зверей, разломанные и осыпающиеся. Во многих были выбиты окна, двери сорваны с петель. Полиция прочесала это место с безжалостной дотошностью, собирая всё, что могло пригодиться в качестве улик. Разъярённая толпа довершила начатое. Как только полиция закончила обыск, жители Сан-Франциско, пришедшие в ужас и ярость из-за новостей о том, что творилось в корпорации, собрались и ворвались сюда, разгромив всё, что уцелело.

Меня одолевали смешанные чувства. Помимо ужасной атмосферы, меня исподтишка донимала тревога. Понимаешь, я не была вполне уверена, что произойдёт, когда Джейми вернётся. Я уже связана духом с Тео, но я не сомневалась, что старая связь с Джейми сохранилась. А отсюда следует… Когда он вернётся, чьим духом-компаньоном я стану? Как обычно, я запихнула эту мысль на задворки сознания. Разберусь потом.

– Ух ты, – прошептала Намита. – Всё совершенно не так, как я помню.

– Да, – шепнул в ответ Тео.

В такие моменты я обычно выдаю какую-нибудь остроумную реплику, но тут пробрало даже меня. Я шла впереди Тео, нюхая воздух, пытаясь уловить малейший намёк на опасность. Сяохуа явно держалась так же настороженно и не утрудилась уменьшиться. Она оставалась в своём подлинном размере и держалась рядом с Дэнни, с утробным рычанием оглядывая окрестности.

– Мне это не нравится, – проворчала она.

– И то верно, – сказала я, – но тебе когда-нибудь что-нибудь нравилось?

Она бросила на меня быстрый взгляд:

– Мне много чего нравится, лисица. Но забавно, не вспоминается ничего, связанного с тобой.

Ой. Ладно, возможно, я заслужила эту подколку. Вспышка света привлекла моё внимание, и я быстро шикнула на всех, чтобы они замолчали. Мы пригнулись, и вдали я высмотрела охранника в форме, шагающего по кампусу и лениво помахивающего палочкой. Ба, как же это похоже на Риплинг – продолжать платить охране, чтобы она не оставляла в покое руины. Мы подождали, пока охранник благополучно не скрылся из виду, и вздохнули с облегчением.

– Так что именно мы ищем? – спросил Дэнни приглушённым голосом. Глаза у него были круглые, рот приоткрыт, а крик, наверное, уже был готов сорваться с губ. Вот тебе свидетельство моей доброй и милосердной натуры – я не стала превращаться во что-нибудь жуткое, чтобы сразить мальчика. Ладно, свою роль сыграл ещё тот факт, что Сяохуа наверняка спалила бы меня. Кроме того, как ни неприятно это признавать, между мной и Дэнни возникла неловкость после программы «Знай свои корни». Понимаешь, я же похитила его и оставила на время под сглазом? Да. Но я прошла очищение. Надо сказать, он мог бы уже оправиться. – Тут, кажется, нечего ловить, – сказал он.

– Не хочется этого говорить, но я согласна с Дэнни, – вставила Намита. – Полиция наверняка забрала всё подозрительное. А что осталось, скорее всего, было разграблено или уничтожено.

Мы все посмотрели на Тео. Я приготовилась утешать его, сказать, чтобы он не расстраивался, что ему не удалось придумать жизнеспособную идею, однако на лице его читалось странное нетерпение.

– Что у тебя припасено в рукаве? – поинтересовалась я.

Тео скромно ухмыльнулся:

– Э… Есть у меня одна сумасбродная мыслишка… Один шанс на миллион. Возможно, не сработает, но попробовать-то стоит?

– Что за мысль? – нетерпеливо спросила Намита.

– Ну, мы знаем, что Глаза обычно учат прятаться, чтобы они не отсвечивали. Могу поспорить, что копы могли пропустить парочку Глаз. Мы можем попробовать выманить их. – Его ухмылка решительно сделалась гримасой. – Ребята, помните мою стычку с Крейтоном Уордом?

При упоминании этого имени у меня шерсть встала дыбом. Я не сдержалась, и моя верхняя губа поползла вверх, обнажив клыки. Крейтон Уорд был духом лиса, принявшим человеческое обличье. Годы злодеяний почти окончательно превратили его в демона, и он едва не убил Тео.

– Так вот, пока мы дрались, к нам подлетел Глаз. Я попытался убедить его помочь мне, но он был полностью предан ему. Думаю, их всех вышколили воспринимать его как своего хозяина. И, может, если мы заставим их думать, что Крейтон Уорд здесь, оставшиеся Глаза вылезут из укрытия? – Тео пожевал губу и посмотрел на меня с виноватым лицом.

– Что? – сказала я, немного отступив назад. Теперь все смотрели на меня. – О нет. Нет. Точно нет.

– Пожалуйста? Только на минуточку, – сказал Тео.

Я застонала:

– Ты не можешь даже вообразить, каково это – принимать облик этого скользкого человека! Ладно, пускай лиса. Но он запросто мог быть и человеком, до того он омерзителен. Не в обиду вам, людям, будет сказано.

– Тебе разве не говорили, что если сказать «не обижайся», твои слова вовсе не делаются менее оскорбительными? – заметила Намита.

Я зыркнула на неё.

– Давай же, Кай, – сказал Тео. – Пожалуйста?

– Пожалуйста? – повторила Намита.

Даже Дэнни и Сяохуа смотрели на меня с надеждой. И так судьба нашего предприятия снова легла на мои хрупкие изящные плечи. Театрально вздохнув, я сосредоточила свой ци и вызвала в памяти образ Крейтона Уорда. Я чувствовала, как меняется мой облик: конечности удлинялись, тонкие острые черты лица затуплялись, мой прекрасный блестящий мех превращался в резиновую человеческую кожу. Фу, определённо, перемены к худшему. Когда я открыла глаза, остальные едва приметно отпрянули от меня.

– Ты до чёртиков на него похожа, – заметила Намита.

Дэнни кивнул и громко сглотнул.

– Ну да. Просите, и дано будет вам. – Я вытянула руки, проверяя их вес. Мне никогда не привыкнуть к тяжёлому обременению, имя которому, человеческие руки. В следующий миг я сообразила, что меня душат. Только не это! На этот раз я сразу мгновенно определила виновника и сорвала проклятый галстук с шеи. – Почему человеческие мужчины так любят носить петлю на шее?

– Это мода такая, – сказала Намита, как будто это что-то объясняло.

– А, тогда всё в порядке, – съязвила я.

– Кай, ты опять забыла про свои хвосты, – проворчал Тео.

– Я не забыла… просто их очень трудно перекинуть.

Намита сняла с головы повязку и подвязала мои хвосты. Я запихала их в штаны. Мы все с сомнением оглядели результат.

– Выглядит так, будто у тебя очень… а, щедрый зад, – сказала Намита и ухмыльнулась мне.

– Хм, он меня не портит[17]. Так, и что теперь?

– Теперь мы… – Но Тео не успел закончить то, что он собирался сказать, потому что вдалеке раздался крошечный шёпот, который делался громче с каждой секундой.

– Спрячьтесь за меня! – зашипела Сяохуа, обвивая своим огромным чешуйчатым телом детей и поворачиваясь к источнику звука с оскаленными зубами[18]. Я сжала руки в кулаки и подняла их, хотя что мне делать с этими лишёнными когтей штуковинами, я не представляла.

Наконец, нечто появилось в поле зрения. Это была маленькая сфера, летящая в нашу сторону со злобным шипением.

– Это Глаз! – сказал Тео. – Сработало!

И действительно, Глаз с визгом остановился прямо передо мной. Шар раскрылся, и внутри оказался крошечный чертёнок, который выпрыгнул наружу и бросился прямо мне на грудь.

– Хозяин! – вскричал он. – О, мой достопочтенный хозяин, ты возвратился!

– Э… – Я подняла глаза на Тео, и тот кивнул и замахал руками, чтобы я подыграла. – Э… Утвердительно, да, да. Но давай потише, да?

– О, великая трагедия постигла всех нас, хозяин! Но Горошек был умным, учитель! Горошек спрятался далеко-далеко, когда плохие люди пришли, чтобы забрать всех товарищей Горошка.

Я подняла руку и легонько потрепала маленького чертёнка по голове самыми кончиками пальцев:

– Э… Молодец, Горошек. Очень славно. Не мог бы ты говорить шёпотом? Хорошо, спасибо тебе.

Я ни на мгновение не забывала об охранниках, хотя и не знала, сколько их было и как далеко друг от друга они размещались. Если один из них получит сигнал тревоги и увидит меня в облике Крейтона Уорда, добром это не кончится.

Горошек фыркнул:

– Ха, и подумать только, раньше все смеялись над Горошком! «Горошек такой чудной», – говорили они. Вы тоже так говорили, хозяин, но это нормально, коли вы так говорите!

Я сделала круглые глаза, покосившись на остальных. Ничего себе. Я не думала, что могу ненавидеть Крейтона Уорда больше, чем прежде, но ужасность этого человека не знала границ.

– Э… Я прошу прощения?

– О, хозяин, нет! – вскричал Горошек шёпотом. – Нет, не следует вам принижать себя, извиняясь перед таким ничтожным созданием, как я!

– Ну, похоже, я был настоящим грубияном, и это было не очень-то красиво, так что извини.

Горошек охнул, глаза его заблестели от непролитых слёз.

– Они говорили мне, они говорили: «Горошек, твой хозяин – медведь, бурбон, монстр. Он никогда не оценит тебя по достоинству». Но я отвечал: «Нет, он относится ко мне с величайшим почтением! Несмотря на все оскорбления, которыми он меня осыпает, несмотря на пинки кой-когда, я знаю, что он хорошо ко мне относится». И вот, я оказался прав. Подумать только! Извинения!

– Да, верно, я приношу свои извинения, – сказала я под счастливые всхлипывания Горошка. – Очень славно. Послушай, Горошек, мне нужно попросить тебя об одной услуге.

Горошек охнул:

– Об услуге? Но, конечно, достопочтенный хозяин, вам не нужно просить – просто прикажите, как подобает всемогущему существу.

– О? О, ладно. Разумеется, да. – Я прочистила горло и потянула себя за воротничок, запоздало вспомнив, что не так давно в ярости отшвырнула галстук. – Так вот, я бы хотел посмотреть запись китайских детей на программе «Знай свои корни». И особенно в день вечеринки с ночёвкой, когда они… ах, мы… заставили детей выпить зелье и петь стихи, которые перенесли их в мир духов.

– Сию минуту! – воскликнул Горошек, пару мгновений он постукивал пальцами по своей маленькой морщинистой голове. Когда он моргнул, из его глаз полилось странное зелёное свечение, заструившееся по всем нам. Стоило свету упасть на нас, как нас поглотили воспоминания чертёнка.

Вокруг меня стояли дети, которых Сюлин вела в круг. При виде Сюлин у меня перехватило дыхание. Она всё ещё числилась пропавшей без вести, скрывалась где-то, занималась боги знают чем, и меня переполняли гнев и ненависть к ней. Мои коротенькие человеческие ногти вытянулись в когти, пока я смотрела, как она идёт в центр круга.

Взглянув на Тео, я поняла, что ему так же трудно смотреть на неё, как и мне. Рядом с Тео Дэнни таращил круглые глаза на иллюзию самого себя. Когда Дэнни из прошлого отослал Сяохуа, Дэнни вздрогнул, крепко обхватив Сяохуа руками.

– Я не должен был этого делать, – пробормотал он.

Я с запозданием вспомнила, что в тот самый вечер я напала на Дэнни, чтобы отобрать у него флакон с речной водой. Чувство вины вонзилось мне в нутро, горячее и острое. Я попыталась бросить на Дэнни извиняющийся взгляд, но он старательно избегал смотреть в мою сторону.

Сюлин сказала детям, что они будут играть в игру. У меня ушки встали на макушке. Вот оно. Она стала разучивать с детьми стихи, и я придвинулась поближе к Тео из прошлого, чтобы слышать, что именно он говорит. Тео проделал то же самое, обойдя Тео из прошлого с другой стороны.

Когда дети начали напевать, я уловила голос Тео из прошлого, неразборчивый из-за зелья и нерешительный, как обычно, когда дело доходило до необходимости говорить на мандарине. Он переврал по меньшей мере треть слов. Я отметила те фрагменты, которые занесли его на крайние рубежи мира духов, а не туда, куда отправились остальные дети, и улыбнулась про себя. Вот и всё. Мы знали песнопение, и я знала в точности, как следует его изменить, чтобы перенестись в Преддверие.

– Очень хорошо, спасибо, Горошек, – сказала я.

Горошек прикрыл глаза, и воспоминание рассеялось. Когда он снова открыл глаза, то нахмурившись, воззрился на меня:

– Вы поблагодарили меня.

– Э, да? – Я с запозданием сообразила, что Крейтон Уорд вряд ли утруждался благодарить Глаза. С лёгким вздохом я высокомерно задрала подбородок: – Не привыкай к этому.

Хмурая морщинка стёрлась с лица Горошка:

– Не стану, о, великолепный!

– Хорошо, тогда ты свободен. Чао-какао! – Я махнула ему рукой и, взбудораженная, повернулась лицом к банде.

– Что это? – сказал Горошек.

– Что что… ох. – Намитина повязка для волос, должно быть, треснула под тяжестью моих пушистых хвостов, и теперь один из них вылез из штанов.

– Это лисий хвост? – проговорил он в откровенном изумлении и ужасе[19].

– У меня такая патология… – Я отчаянно пыталась придумать, какое заболевание может объяснить наличие пушистого огненно-рыжего хвоста. – Это называется хвостит.

Он задохнулся от возмущения:

– Ты мошенник! Низкий дух лисы, похитивший достопочтенный облик великого мистера Крейтона Уорда!

– Ладно, во‑первых, дух лисы нельзя назвать низким. А во‑вторых, раз уж речь зашла о Крейтоне Уорде, то у меня для тебя есть новости. Ты, чай, и не знал, что он также был лисом…

– Он хотел сказать, – поспешно встрял Тео, вклиниваясь между мной и Горошком, – что нас послал сюда сам Крейтон.

– Да, мы должны были получить некоторые сведения для Крейтона Уорда, – подала голос Намита. – И ты нам очень помог. Мы всенепременно упомянем, что это ты нам помог.

– ЛОЖЬ! – завопил чертёнок поразительно громким для такого крохи голосом. – Я чую вонь вашей лжи! Как посмел ты явиться сюда в его прекрасном облике и осквернить сии священные земли?

– Это корпорация, чувак, – пробормотала Намита.

– Пожалуйста, пожалуйста, потише… – замямлил Тео.

– Я обрушу на вас невиданный хаос! – голосил Горошек, мечась вокруг нас.

Сяохуа привстала, подняв свою огромную драконью голову к Горошку. Дымок вился из её ноздрей, когда она низким голосом проговорила:

– Ты угрожаешь нам, малыш?

– Хулиганьё! – закричал Горошек. – Вы пожалеете об этом, вы все! Вы дорого за это заплатите! – И тут он сиганул в небо, издавая оглушительный визг.

Вокруг нас всколыхнулись крики. Охрана!

– Залезайте! – прорычала Сяохуа. Мы с детьми забрались к ней на спину, когда нарисовался первый охранник и нацелил на нас свою палочку, и Сяохуа взмыла в воздух. Разряды атакующих заклинаний полетели в нас, но Сяохуа уклонилась от них с возмутительной лёгкостью. Экая выпендрёжница!

# Примечания

1

Что ж, я потрясающа в любом своём обличье, о чём ты наверняка уже знаешь. – Прим. Кай.

2

Мандарин, мандаринский – название северо-китайского диалекта; его также называют путунхуа, то есть «общепонятный язык». – Здесь и далее, если не указано иное, прим. пер.

3

Ин-син, yínxìng, 银杏 – дерево гинкго.

4

Лей-хон-тан, léi gōng téng, 雷公藤 – триптеригиум, или трёхкрыльник Вильфорда, лиановидное растение семейства бересклетовых, используется в китайской народной медицине.

5

Вы, люди, такие варвары. – Прим. Кай.

6

Дюйм – мера длины, равная 2,54 см.

7

Ладно, формально у пауков нет век, но я привыкла к тому, что они у меня есть, скажем так, я закрываю окна в свою душу… Слушай, это очень сложно объяснить, и ты прерываешь напряжённую сцену, Берта. – Прим. Кай.

8

Сечжи – китайское мифическое животное, наделённое чертами барана, льва, собаки и медведя, но с одним большим рогом, как у единорога; способно отличать истину ото лжи, добро от зла.

9

Да, я знаю, что мухи не умеют ухмыляться, но внутри я ухмыляюсь, ясно? Слушай, мы это уже проходили, Берта. Не зацикливайся на технических деталях. А теперь тс-с, а то ты переполошишь этих духов-ящериц, и тогда нас ждут настоящие проблемы. – Прим. Кай.

10

Нет, я не знаю, есть ли у ящериц губы, Берта. Сейчас не время задавать подобные вопросы. – Прим. Кай.

11

Подробности можно узнать из книги Джесси К. Сутанто «Лисий шифр».

12

«Эксплораториум» – интерактивный музей науки, технологии и искусства в Сан-Франциско, расположенный на пирсах 15 и 16 портовой набережной Эмбаркадеро.

13

«Пирс 39» – торгово-развлекательный центр на Эмбаркадеро.

14

Баба, bàba, 爸爸 – обращение к отцу.

15

Бэй-Бридж – почти шестикилометровый мост через залив Сан-Франциско, построенный в 1936 году, самый длинный висячий мост в мире.

16

Яогуай, yāoguài, 妖怪 – китайское название нечистой силы.

17

А ЧТО может меня испортить? Вот в чём вопрос. – Прим. Кай.

18

Я не могу не заметить, что меня она оставила вне круга. Думаешь, это было намеренно? Несколько подло с её стороны, тебе не кажется? – Прим. Кай.

19

Нет, правда, к чему такая грубость? – Прим. Кай.