Красная угроза
Бай Айран

Иллюстрация на обложке Ирина Анатольевна Коновальчикова

© Бай Айран, 2024

ISBN 978-5-0064-5792-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Красная Угроза
Пролог

Песок попадал в горло, и он начал задыхаться, пыль щипала глаза и чувствительную кожу неба. Он упорно двигался вперед, чтобы успеть. Но его пальцы находили под собой только сухую землю, иногда перемежавшуюся влажными островками, пропитанными кровью. Страх не гнал его вперед, сил придавала только вера в ее спасение.

Он полз вперед, шоркая о песок голую кожу, которая проступала сквозь разорванный камзол, даже жжение в царапинах от вражеских мечей не останавливали этого человека. Бездумное движение продолжалось, хоть разум уже и признавал его бессмысленность. Но, казалось, сама жизнь мужчины зависит от того, чтобы доползти до края этой сухой песочной равнины. Последние силы отдавал он медленному движению, жжение в глубокой ране на плече только ожесточала волю, он не желал так просто сдаваться.

Но жажда победила. Он замер, в попытках отдышаться, горячий воздух жег его лицо, но мужчина все надеялся сделать то, что намеревался.

Надежда покинула его, когда солнце залило красными лучами грязное лицо, теряющееся на фоне стремительно темнеющей земли. Слух неуверенно сообщал о приближающихся лошадях, но сердце его замерло – он допустил роковую ошибку, сил его не хватило для того, чтобы доползти к ней.

Люди склонились над мужчиной, светловолосый капитан самолично подхватил вялое тело. Стражники возбужденно переговаривались друг с другом, но грязному человеку, безвольно повисшему на их руках, было на это откровенно наплевать.

Только близость вороного жеребца оживила его. Он неожиданно резко встал на ноги и мягко оттолкнул своих спасителей. Пошатываясь, мужчина добрел до коня и уткнулся в мускулистую шею. Тело мужчины сотрясали беззвучные рыдания, жеребец неуверенно топал копытом. Потом словно понял горечь соленых слез на своей шкуре.

Шудо грустно и пронзительно заржал.

I Возвращение

«Менестрель Онливан всегда отличался своей странной осведомленностью в исторических событиях. Многие легенды, давным-давно считавшиеся утерянными во времени, слетали с его губ. Старые песни звучали в замках, где он перебирал струны своей арфы.

Публика всегда расходилась в суждениях, говоря об его творчестве. Вы никогда не найдете людей с одинаковыми мнениями о его песне «Для всех». Каждый слышал в ней нечто особенное, только то, что ему предназначалось. Но не эта мелодия принесла славу старому менестрелю.

Его песни о загадочных существах, которые летают над землей, будили в людях давние воспоминания. Всадники Ветра появлялись и исчезали так же легко, как сменялись времена года. Но Онливан всегда их помнил, пусть остальные не понимали смысл его песен о них, они все-таки восхищались этими таинственными Всадниками.

Ходили даже такие слухи, что когда-то Онливан сам был Всадником Ветра. Но его Ветер погиб в сражении с ожесточенным правителем одной неизвестной страны…»

«Дейстроу во взгляде принца», принц Силенс Могучий

Почти морозный воздух обжигал меня, я чувствовала себя куском льда, искусно вырезанным на спине дракона, но сердце мое пылало. Я цеплялась непослушными пальцами за звенья серебряной цепи, которая почти слилась с шеей дракона. Воздух вокруг стал практически звенящим от нашего общего нетерпения, но я все равно не могла игнорировать восхищение, которое поднималось от сердца.

Янро делал глубокие взмахи, поднимая нас все выше, иногда он плавно пикировал к земле, но вскоре уже вновь скользил под облаками. Дракон явно избирал такое разнообразие полета для того, чтобы познакомить меня с окружающей красотой. И я благодарно благоговела, рассматривая растелившиеся под собой земли моего Королевства Дейстроу. Не знаю, как Иной понял, что я не хочу спешить, направляясь в Дейст, потому что я упрямо скрывала это желание под тонкой стеной защиты личного пространства. Дракон все же проник в эти сокровенные глубины.

Резкий порыв ветра отрезвил, я глубоко вздохнула, пытаясь привести в порядок свои разрозненные мысли. Близость принца так волновала, что страх быть отвергнутой им теперь из-за дракона заставлял оттягивать момент встречи. Наверное, поэтому Янро полетел сначала через земли Фунтай, сделав огромную петлю, чтобы даже кончик его крыла не отбросил тень на замок Дейста.

Я не находила в себе ни сил, ни желания для того, чтобы смотреть на Фунтай. Безусловно, Иной держался ненаселенных территорий, но сердце все равно предательски дрожало, когда глаза случайно опускались вниз и натыкались на знакомые пейзажи. Конечно, это только игра воображения, но тоска по дому неожиданно горько заныла внутри. Я не ожидала в себе этого. Никогда во мне не было такой ярой любви к поместью отца и даже к самому отцу. Все дело в том, что я редко ощущала подобные чувства от своей семьи. Они видели лишь будущую нечерию, а не родную дочь.

Постаравшись избавиться от странных размышлений, я всем телом прижалась к гладкой чешуе Янро. Сила гудела под гладкостью металла, серебро приятно блестело в сверкающих лучах полуденного солнца, я знала о его мощи и ощущала ее. Чувство обладания таким могучим существом пьянила и вдохновляла, но я ни на миг не забывала о том, что между нами существовало хрупкое подобие родственной связи. Любовь к Иному, как к брату, не только грела, но и заставляла невольно улыбаться.

Мои волки не последовали за нами в этот оттягивающий неизбежный момент встречи полет. Ниллица и Алди прямиком от Равнины Иных направились к Дейсту. Они, конечно, двигались медленнее, чем я, верхом на драконе, но все равно очень спешили. Я почти видела мелькающие перед их глазами зеленые кусты, почти чувствовала землю под сильными лапами и ощущала тяжелый запах окружающей природы. Это единство с дикими и естественными чувствами подстегивали меня, я блаженно улыбалась, открывая глаза.

Аквамарин неба меня удивил. Я пораженно хлопала ресницами, пока вновь не осознала себя Всадницей Ветра. Прозрачность воздуха поражала, и я запоздало вспомнила, что сегодня первый день осени. День Прозрачного Воздуха. Неужели я сдержу негласно данное обещание и прибуду в Дейст сегодня? Это так заражало нетерпением, что я начала ерзать на спине своего могучего дракона. Из-за его длинной и широкой шеи я не видела ничего впереди, но земли подо мной было вполне достаточно для созерцания.

Всего несколько дней назад я обрела свой Первый Свет. Янро сказал, что этим самым я приблизилась к тайнам Древних Заветов, которые оставили Дарк и Лайт. Но, наверное, не эти учения заставляли дрожать в восторге, а чувство родства с драконом. Было приятно осознавать, что ни Алди, ни Нилли не отвергли этой прочной связи.

Мой Хлыст неожиданно потеплел под пальцами, я испуганно втянула в себя воздух, как будто мне стало больно, и с замиранием сердца опустила свой взгляд. Под нами стелился Дейст. Ничто во мне не противилось этому зрелищу, разве что страх, который предательской змеей науськивал вернуться в Семью Динео. Я поспешно отмела эту идею. Встреча с Роупом теперь не казалась такой желанной, как в тот момент, когда я только отправилась в путешествие. Горячий поцелуй моего друга и его долголетняя любовь к девушке-из-мечты не оставили от нашей дружбы ничего. Я сомневалась, что нам когда-нибудь удастся восстановить прежние отношения. Ну что ж, я не имела права винить в этом своего Наставника. Я должна была рассказать ему, что стала женой принца, а не бережно лелеять этот странный секрет. Все равно злость поднималась откуда-то снизу, как будто я винила Дарка в том, что он толкнул меня на путь лжи. Нет, я сознательно решила скрыть свое замужество от Роупа. Что кричать о разбитой чашке, когда сметаешь осколки на савок.

Перестань грустить, Страстная, мне надоело ощущать себя безмерно ничтожным существом. Янро грозно заревел в переделах наших сознаний. Будь Всадницей.

Я понимала, о чем он говорил, но не хотела следовать этому совету. Иногда приходилось смотреть правде в глаза, и пусть я направлялась к своему принцу, часть моей души все еще оставалась в уютном доме моего Наставника, где-то между преданностью нашей дружбы с Роупом и тихим восхищением перед его котом Езкуром.

Тряхнув головой, постаралась избавиться от непонятного наваждения. Хлыст все теплел под моими пальцами, звенья неспешно нагревались, предупреждая о приближении к Дейсту. Я уже видела стелящуюся дорогу, которая извилистой змеей прямиком вела к замку, и вся дрожала от сочетания страха и жажды прижаться к Силенсу. Даже ужас быть отвергнутой из-за Янро отступил, предоставляя права пламенной и молодой любви к мужу.

Избавь.

Возмущение Янро странно позабавило, и я, по-детски наплевав на последствия, направила своего дракона прямиком к замку Дейст. Надеюсь, принц меня ждет.

Куда он денется.

Веселое замечание Нилли приободрило, расстояние не могло ослабить нашу связь, Динео туго пульсировал между нами. Я уже привыкла к их постоянному незримому присутствию в своем сознании, с удовольствием научилась пользоваться их способностями, да и эта любовь, что мерно воцарилась в наших отношениях, всегда грела и подстегивала двигаться дальше. Не знаю, кем бы я была, не окажись в моей жизни Нилли и Алди. Да, они не совсем понимали, почему я так хочу и вместе с тем боюсь увидеть вожака, как они прозвали Силенса. Да, между Алди и Нилли была любовь, но она имела совсем другой характер, я думаю. Все же мои волки все чаще думали, как люди, и это пугало. Не хотелось, что бы из-за меня они лишились части своей естественной природы.

Мы то, что мы есть, сестра. И мы будем теми, что из себя сделаем. Это то, что мы выбираем.

У меня пробежалась дрожь по спине от совпадения слов Алди с тем, что когда-то сказал Силенс воину Красной страны. Во рту неприятно пересохло, стоило только вспомнить об этой пограничной стычке. Как же я смогу пережить войну, если таковая начнется. Отчаянно не хотелось даже думать об этом, потому что отпускать своего принца не хотелось бы даже в его кабинет, не то чтобы на войну.

Я нахмурилась, ощущая поднимающуюся тревогу, но не могла отыскать для нее причины. Вроде бы ничего не предвещало беды. Птицы звучно пели где-то под нами, кречеты в страхе шарахались от огромного дракона, если им хватало глупости подлететь так близко. Пронзительный свист ястреба заставил вздрогнуть, но теплота еще прогретой земли, когда Янро почти касался брюхом дороги, заметно успокоила, и я расслабилась, крепко держась за широкие серебряные звенья.

Глаза почти внезапно наткнулись на четко обрисовывающийся силуэт Дейста. Город раскинулся ниже под косым спуском, запах моря как будто вернул меня к действительности, я с упоением вдыхала йодистый солоноватый аромат воды. Крики чаек долетали словно через вату – волны мерно накатывали на берег и причал, создавая гудящий шум. Доносились даже крики от пришвартованных кораблей, команды дружно разгружали свой товар. Звуки дневного города одновременно удивили и слегка раздражили слух. Я во все глаза смотрела на раскинувшуюся впереди жизнь.

Резкий испуганный мужской крик привлек мой интерес. Пастух широко распахнутыми голубыми глазами смотрел на огромного дракона, прочно позабыв о своем стаде. Овцы мало обращали внимания на Янро, что слега меня удивило. Как будто между животными установился нейтралитет, Иной просто не представал перед ними в образе хищника. Я попыталась одобряюще улыбнуться пастуху, но скорее всего улыбка получилась кривой, я поспешила избавиться от своего неестественного оскала. Мужчина стоял, как вкопанный, и не мог оторвать взора от сверкающего дракона. Я его понимала. Но теперь меня занимала только мысль о принце. Махнув рукой закаменевшему пастуху, направила Янро вверх к замку.

Сердце отчаянно подпрыгнуло в груди, когда глаза узнали силуэт между створками огромных ворот в замковой стене. Силенс застыл, пораженный, я не видела его лица, но предполагала, что на нем зажглось изумление.

Не волнуйся, Страстная. Твой принц не выглядит аппетитным.

Попытка Янро отвлечь меня от собственных переживаний не увенчалась успехом, мое сердце ледяным куском застыло в груди, я опасалась, что если Силенс сейчас плюнет в землю и злобно выругается, острые осколки пронзят изнутри мои ребра.

Принц сделал несколько неуверенных шагов к нам навстречу, и только теперь дракон, сделав глубокий взмах, развернулся кругом и с будоражащим звуком приземлился на дорогу. Острые когти сильно вспороли утоптанную землю, как будто она была влажным песком. Кончик хвоста звонким хлыстом опустился на зеленую траву, разметав в разные сторону малахитовые клочья. Янро приосанился, как породистый жеребец, неохотно прижал покрытое защитными пластинами брюхо к дороге, чтобы я могла соскользнуть с его гладкой спины. Я почти с опаской отпустила звенья своей цепи, перекинула ногу и ощутила под ступнями дорогу.

Наверное, только сейчас, я вспомнила, как выгляжу. Но даже это несоответствие образу принцессы не пугало так, как неодобрение Силенса. Будущий монарх медленно переводил взгляд с увенчанной гребнем драконьей морды на меня, словно пытаясь определить природу нашей взаимосвязи. Он был похож на оглушенного человека, удивление завладело мужчиной полностью, несомненно.

Я попыталась улыбнуться, но вспомнив свой неудачный оскал пастуху, поспешно отмела эту идею, стараясь придать лицу приятное выражение. Но темные, полные смеси ужаса и изумления глаза принца цепко держали меня в подвешенном состоянии, дыхание стало просто невозможным, я возбужденно теребила полы своей куртки, не находя оправданий для объяснения того, что я прилетела на драконе.

Восхищенные восклицания и посвистывания от стены, где сгрудилась толпа замковой стражи, приятно удивили, я нервно оглядывалась на вытянутые от одобрения лица и невольно зарделась, тихо гордясь своим огромным серебряным драконом. Но нельзя было сосредоточиться на приятном, пока перед глазами стояло нахмуренное лицо Силенса. Муж сделал еще один робкий шаг, а потом, видимо, махнул рукой на свою настороженность и очень приятно меня удивил.

Его крепкие руки с такой силой меня обняли, сдавили в своих горячих тисках, вытесняя из легких остатки воздуха. Запах Силенса кружил голову, я так скучала по этому сочетанию аромата костра и леса, что едва не расплакалась, уткнувшись в его напряженное мускулистое плечо. Серебряные глаза горели такой любовью, что мое сердце сжимала горячая рука счастья, лишая способности мыслить разумно. Я почти инстинктивно нашла его жаркие губы, которые нежно ласкали мое влажное лицо, он что-то шептал, но страсть, что ярким огнем вдруг зажглась между нами, мешала понимать его сбивчивые, но такие нежные слова. Я цеплялась за его плечи, пытаясь удержать равновесие, которое все норовило потеряться, и не верила тому, что сейчас происходит.

Но Силенс был здесь. Его дыхание, его губы, руки и запах. Все это окутало меня с ног до головы, оттеснило на задворки сознания волков и Янро, которые, впрочем, не сопротивлялись, смиренно принимая мой выбор. Мне не хватало воздуха, я гордилась тем, что вернулась к своему принцу. Неожиданно ярко предстала вся глубина моего выбора.

Я решилась быть принцессой для своего народа. Больше не возникнет в моей жизни дилемм, связанных с долгом. Янро и волки согласились следовать за мной, куда бы я не направилась. Что ж, мой путь пролегал к порогу замка Дейст, в котором правит мой принц. О да, наверное, я впервые вспомнила, что присягнула правящей династии Предназначенных, несмотря на то, что являлась женой будущего короля. Моя верность Королевству Дейстроу должна быть беспрекословной, я не имела никакого права на такой продолжительный срок покидать этот замок, который в мои руки вверил Силенс. Это непростительно для человека, что поклялся собственной жизнью защищать народ каждого герцогства. Неожиданно мне стало так стыдно, что я отпрянула от горячей груди Ленса и едва не задохнулась от собственного невежества. Какой-то оттенок презрения к самой себе оттенял все впечатления этой такой желанной встречи с мужем. Как я могла так предать его ожидания…

Казалось, Ленс понял мое резко переменившееся настроение, он крепко взял меня за подбородок и поднял лицо вверх. Я избегала смотреть в это бушующее ртутное море, но принц неуклонно поворачивал мою голову в свою сторону. В глубине темных зрачков я видела только любовь и тихое прощение моей глупой слабости. Я смотрела в собственное отражение в этих блестящих омутах, полных счастья и примеси боли, и очнулась. Вновь стала принцессой Эверин Страстной.

– Ты вернулась, – только и сказал он, прежде чем в очередной раз поцеловать мои припухшие губы. Он испивал мою боль, забирая ее себе, даруя вместо нее искреннее прощение моему предательству. Наверное, он действительно любил и ждал меня каждый день, пока я находилась в Семье Динео на обучении. Его горечь мягко отдавалась на языке, я скупо улыбнулась, стараясь скрыть свое недоуменное смущение.

– Я ведь обещала, – казалось, более изящных слов я не знала и в помине. Насупившись, я позволила себе немного расслабиться, но неуклонно ощущала камень его напряженных мышц. Я подняла глаза на встревоженное и бледное лицо Ленса. Наверное, дракон волновал его меньше, чем та проблема, что яркой печатью светилась в серых глазах.

Нервно оглянувшись на Янро, ощутила прилив сил, одобрение в безмерно мудрых глазах дракона придало сил.

– Что-то случилось?

– Ейс, – я вздрогнула, ожидая услышать «Красная страна». – Они напали на Рийвэр. Столица взята, лишь на рассвете ко мне пришел гонец. Он принес с собой не только ультиматум, но и печальные вести.

– Да как они посмели! – Ярость взметнулась в моей груди, не находя выхода.

– Да, – печально согласился Силенс, понурив голову. Страсть все еще пульсацией отдавалась в кончиках его пальцев, которые касались моего лица. Странный разговор с такой нежной интимностью. – Они не дали гонцу даже лошади, жестокие люди. А я по глупости считал, что только Красная страна может представлять угрозу для Дейстроу. Но ошибся. – Обвинение, относящиеся к самому себе, больно ранили мои чувства, я никогда не видела своего принца таким опустошенным и несчастным. Мое появление оживило его, но не настолько, чтобы заставить дышать полной грудью.

– Ленс! Прекрати! – я возмущенно закричала, дракон за моей спиной шумно пошевелился. Тут на лице моего мужа вновь воцарилось восхищение в смеси с изумлением.

– Это дракон! – воскликнул он, наконец, осознавая. – Я думал, что это легенды.

– Поверь мне, я сказала то же самое, когда впервые его увидела.– Стараясь улыбаться, я пыталась отвлечь своего принца хоть на мгновение, чтобы он душевно мог отдохнуть, а там уж с новыми силами бросаться на своих врагов.

Силенс и Янро разглядывали друг друга, но избегали смотреть в глаза. Слишком резко взгляды их перекрестились. Клянусь, я ощутила физическую дрожь мужа и недоумение, повторяющее мысль принца, которое возникло в драконе.

Каждый из них смотрел в собственные глаза. Ни один не мог понять, как они могли быть настолько похожи. Человеческие и драконьи. Но ртутное море на бледном лице будущего короля совпадало с серыми омутами на грозной морде Иного. Я пораженно вертела головой, задумываясь, как раньше не заметила этого поразительного сходства.

Принц был в родстве с Иными. Гудение голоса в моей голове звучало слишком напряженно. Наверняка, он унаследовал эти необычные глаза от нас.

Я з…

– Он обратился к тебе?

Мурашки пробежались по моему позвоночнику, я задержала дыхание в попытках справиться со своим волнением. Дракон заинтересованно наклонил морду набок, словно изучая принца еще более внимательно, чем он делал это раньше. Любопытство возрастало в могучем существе, как сорняк, но с благородными намерениями. Крики стражников только отвлекали Янро, но резко взметнувшаяся вверх рука Силенса прекратила испуганные возгласы. Все равно к нам медленно, но уверенно приближался Бииблэк, который осторожно останавливался после каждого шага.

– Как ты это понял, Ленс? – его шершавые пальцы до сих пор сжимали мою ладонь, я ощутила неожиданный жар его сильных рук.

– Просто… возникло странное ощущение. Наверное, виной тому Королевская магия, – голос его звучал неуверенно, хотя лицо выдавало совершенно другие эмоции.

Правильно, принц, ведь во мне есть остаток этой магии.

Теперь был мой черед удивляться, я почти обиженно оттолкнула Янро, который приблизился в нашем контакте, дабы разглядывать принца еще и с позиции человека. Его безудержный интерес раздражал, и я беспрестанно морщилась, размышляя, почему не спрятала дракона в каком-нибудь лесу, а появилась на нем перед главными воротами Дейста.

– Он великолепен, – прошептал принц, все еще затуманено блуждая взором по серебристой чешуе, которая весело блестела в солнечных лучах. Прозрачный воздух только усиливал это великолепное сияние.

Не могу сказать этого о тебе, принц. Отзыв дракона едва ли не вызвал приступ ревности. Твое тело тщедушно, как новорожденная ящерица.

– Что он сказал? – Я резко выдернула руку из его пальцев, опасаясь, что из-за этого Ленс острее чувствует связь меду мной и Янро. Не то чтобы я опасалась за принца, просто ревнивое отношения к моей магии заставляло ее бережно охранять.

– Это странно, – пробормотала я.

– Неужели ты мне не доверяешь, будущая королева? – Меня почти пронзило от этого обращения, я молча уставилась на своего принца, забила мелкая дрожь.

Бииблэк вырос за спиной принца, как темная скала, блестя на солнце загорелой бронзовой кожей. Карие глаза капитана стражи скользили по серебряному силуэту дракона, он невольно положил ладонь на рукоять своего внушительного меча, но потом осекся, словно понял, что идти на дракона с мечом, все равно, что пойти охотиться на медведя с иголкой. Его мудрые черты исказились, будто уверенность в себе покачнулась, но долг обязывал его защищать своего сюзерена. И не только преданность и клятва, данная дому Предназначенных, связывали Бииблэка. Искренняя дружба, что установилась между столь разными мужчинами много лет назад, была сильнее чувства долга, которое затмевало всю жизнь капитана.

– Это невероятно! – наконец хрипло выдохнул мужчина. Принц вздрогнул, не заметивший его раньше.– Дракон!

– Ветер, – гордо сказала я, но сомневалась, что они поняли смысл этого слова во всей полноте.

Пойми, Страстная, они всего лишь люди. Не Всадники. Им не понять того смысла, что доступен тебе.

– О, боги услышали ваши молитвы, принц!

– Что? – удивилась я, обращая внимание на Бииблэка.

– Дракон прогонит Красных воинов с наших земель!

Нет.

Но почему? – изумилась я, не понимая, почему Янро так тверд в своем отказе.

У меня нет времени на объяснения, Страстная. Голод зовет. Я отправляюсь на охоту.

Он грубо отгородился от моего сознания, я машинально отступила на несколько шагов, когда Иной начал разворачивать крылья. Серебро блеснуло на солнце, слепя всех зрителей у замковой стены, Бииблэк прикрыл глаза ладонью, а Силенс неотрывно глядел на плескающуюся ртуть безупречных чешуйчатых боков дракона. Кожа грозно натянулась на суставах крыльев, Янро подобрал под себя могучие лапы, резко оттолкнулся и взмыл в небо. Кончик его острого хвоста понесся на нас, с характерным звуком распоров камзол на принце. Но Силенс будто не замечал сочившейся крови, восхищенно глядя на дракона. Он был так похож на маленького ребенка, который получил заветную игрушку, что на мгновение я пожалела об отказе Янро. Иной не спроста так резко отозвался о восторженном предложении Ленса, и это меня настораживало. Как-никак это не я прожила, Лайт знает сколько…

Почти блаженное лицо Бииблэка еще больше меня расстроило, но я не хотела верить в то, что они так рады моему появлению, а не компании дракона, хотя даже я в этом сомневалась. Слова, взгляды, возгласы – все было обращено к Янро, а не ко мне. Быть может, королевство ждало именно появления такой помощи, а не своей принцессы. Как не обидно мне было, я должна была признать, что Иной куда более полезен, чем беспомощная женщина.

– Где ты его отыскала, Эв? Как ты его уговорила прилететь сюда? Как тебя удалось это? – засыпал Ленс меня градом вопросов, ответы на которые давать не хотелось. Я лишь смиренно вздохнула и подняла глаза на принца, стараясь сохранять на лице подобие спокойствия.

Серебристые глаза мужа пылали такой надеждой, что мне невольно стало не по себе, расхотелось делать ему больно и выкладывать здесь же четкий отказ дракона. Принц болел душой за свою страну, как я могу лишить его последней надежды? Нет, я не настолько жестока.

– Это долгая история, – неуверенно отозвалась я, стараясь выговаривать слова ровно, хотя все внутри переворачивалось от волнения и жажды отдохнуть. Полет меня измотал.

– Конечно, – поспешил вмешаться Бииблэк, за что я ему благодарна и по сей день. – Принцесса наверняка проделала долгий путь и нуждается в отдыхе, мой принц, милорд.

Силенс непонятливо покосился в его сторону, словно капитан стражи будущего короля заявил, что солнце зеленое, но слова возымели свой эффект. Он будто очнулся, покачивая головой, словно сонная лошадь, лицо преобразилось, в чертах пролегло понимание и любовь. Передо мной стоял заботливый муж, а не преданный королевству принц. Все равно в Силенсе оставалась напряженность и готовность броситься в бой. Это пугало и восхищало одновременно.

Я шла, а по обе мои руки осторожно ступали Бииблэк и Силенс. Взгляды, полные изумления, постоянно цеплялись за мое лицо, и я неприятно ежилась от противного ощущения. Словно все пары глаз в этом замке устремились именно на меня, будто им не было дела до других вещей. Я отчетливо слышала тяжелое дыхание мужа, чувствовала рукой дрожь его намозоленных пальцев и молилась Лайту за свое Королевство.

Меня не покидала стойкая уверенность, что в замке переполох. Видимо, никто не ожидал нападения от Ейса, но оно свершилось. Волнение и недоумение читалось на каждом лице, будь это служанка или старый солдат. Люди Дейстроу боялись, потому что судьба их оказалась в подвешенном состоянии, какой же человек одобрит подобный расклад дел. Действительно, у Ейса не было причин нападать на мое королевство, разве только сговор с Красной страной. Эта неожиданная догадка почти меня поразила, я нервически сглотнула и ускорила свой и без того быстрый шаг, дабы поскорее укрыться в сводах темного замка Дейст…

Удивленные лица слуг несколько напрягали мое и без того шаткое спокойствие. Почти все в замке видели меня с драконом, и теперь никто не мог скрыть гримасу неподдельного шока. А рука моя беспрестанно поправляла волосы, дабы скрыть шрам, который теперь украшал мой висок. Я отчаянно боялась, что это может стать причиной падения в глазах мужа, да и аристократического общества, но пока что мне оставалось только скрывать это.

Я наткнулась на знакомое лицо, Шолд пораженно застыл в нескольких шагах от нас. Бииблэк и Силенс до сих пор церемониально сопровождали меня к королевским покоям. Мой недолгий советник почтительно поклонился и вежливо приветствовал меня.

– Моя леди, королева, вы вернулись, – почти в благоговении прошептал мужчина. Я до сих пор не понимаю недоверия мужа к нему.

– О, Шолд, конечно, – слова получились неуклюжими, но я постаралась вложить в них всю теплоту моей благодарности, которую я испытывала к моему советнику. Наверное, теперь он вернулся обратно в королевские конюшни.

– Могу ли я идти, моя королева, миледи?

Я только рассеянно кивнула, не понимая, почему Шолд называет меня королевой. Озадаченно оглянувшись на Силенса, я не заметила на его лице удивления.

Наконец, это шествие под чутким надзором Бииблэка и кронпринца закончилось – передо мной открылась дверь королевских покоев. Я неуверенно вошла внутрь, совершенно не представляя, чего ожидать. Силенс пробормотал что-то невнятное и поспешил удалиться – он все еще не ответил на ультиматум Ейса, о подробностях которого я, к сожалению, не потрудилась узнать. Капитан стражи будущего короля вежливо прикрыл за собой дверь, и я облегченно позволила себе выдохнуть и осмотреться.

Комната была простой, но слишком непривычной и роскошной на мой непритязательный вкус. Время, проведенное в простом доме в деревне Динео, не пошло на пользу моей любви к привилегиям принцессы. Тяжелые гобелены с изображениями полей и лесов висели на темных каменных стенах, делая комнату более приветливой и уютной. Над каминной полкой воинственно пристроился длинный двуручный меч. Безупречность этого клинка на некоторое время захватила мое воображение – так прекрасно он был сделан. Сталь блестела в отсветах свечей, которые были кем-то заботливо зажжены перед моим приходом.

Огромная кровать примостилась недалеко от очага, прямо напротив окна, ставни которого были сейчас крепко заперты. Несмотря на то, что на улице только проспался первый осенний день, погода не была уже мягкой. Холод пробирался в щели, безжалостно выдувая замковое тепло.

Дрова весело потрескивали в жадном огне, пока я осматривала свои новые покои. Интересно, их обставлял принц?

Кедровый сундук стоял в ногах кровати – он пах свежей древесиной, и, открыв крышку, я даже заметила стружку на его пустом осиротелом дне. В комнате не присутствовало того живого духа, что витает, когда входишь в старый обжитый дом. Вещи еще не приобрели характер, даже перина на кровати казалась ни разу не примятой человеческим телом. Свечи были впервые зажжены только сегодняшним вечером, всю пыль тщательно вытерли, перед очагом лежала аккуратная горка дров – на поленьях не обнаружилось и следа сажи. Неужели Силенс приготовил это специально для меня?

Я взобралась на кровать, прижалась спиной к изголовью, обхватила руками колени и тяжело выдохнула. Мое сердце было спокойно. Нет, оно переполнялось болью, яростью и горечью за мой народ, но и осознавало, что наконец-то вернулось домой.

Легкий запах. Почти неуловимый аромат духов, но я резко вскинула голову, как потревоженная резким звуком лошадь, и напряглась всем телом. Только тонкий нюх волчицы смогу бы уловить эту сладковатую смесь цветов, но я знала этот запах. Скорее, его знала Нилли, знала и помнила. Она поделилась этим воспоминанием со мной в тот день, когда я осознала свою истинную связь с волками. Этот запах…

Человек, что напал на меня в замке и попытался убить, был в этой комнате сегодня. Я вскочила с кровати и начала возбужденно прохаживаться по комнате. Сомнения, конечно, появились тут же, но волчье обоняние просто не могло меня подвести. Сразу несколько чувств возникли внутри, и доминировал страх. Не тот страх, что может придавать сил, а именно ужас, который лишает мужества и смелости. Воспоминания о той тени не приносили мне ничего, кроме жутких ночных кошмаров. Сколько раз я криками пугала Силенса, когда он ухаживал за мной, даже Роуп стал невольным свидетелем одного из таких приступов. Нет, этого просто не может быть.

Алди резко остановился где-то на границе Йелоусанда, шерсть на его загривке топорщилась, губа приподнималась в оскале. Черные ости на плечах и спине придавали ему еще более внушительный вид. Вся его поза выдавала мои чувства. Волк не сомневался. Он узнал бы запах этого человека из тысячи – так он день за днем взращивал в себе ненависть к моему убийце, он запоминал это с упорством, которого в обычном волке не встретишь. Они не живут прошлым или будущим. Но наша магия и я изменили Алди сильнее, чем что бы то ни было. Даже Ниллица не настолько потеряла облик волчицы.

По моему телу пробежалась дрожь, верх по позвоночнику. Я знала, раз тень была здесь, она вернется, безусловно. Волчий нюх не обманешь, я узнаю своего убийцу в любом обличии, кем бы он не притворился. Но как он попал сюда? Кто впустил незнакомца не только в замок, но и в личные покои кронпринца и его будущей королевы? Это заботило больше всего. Неужели Силенс был прав, не доверяя Шолду.

Раздался стук, за ним последовал глубокий и взволнованный голос Бииблэка, но слов я разобрать не могла. Только собравшись силами, я заставила себя открыть дверь. Капитан стражи будущего короля недоуменно оглядывал меня с ног до головы.

– Не хотела ли бы будущая королева сменить свой дорожный костюм? – Я неуверенно кивнула на его завуалированную просьбу.– Король Энтраст просит аудиенции.

– Просит?

– Да, миледи, моя королева, – Блэк почтительно склонил голову и попросил разрешения уйти, если мне не нужно сопровождение в покои короля.

Все во мне кричало попросить его остаться, но я не позволила ужасу овладеть своей душой. Запах моего убийцы еще не повод прятаться под кроватью. Я отпустила его небрежным кивком и плотно заперла дверь. Прижавшись лбом к прохладному косяку, я пыталась побороть свой первобытный ужас и действовать так, как положено принцессе.

Снимая с себя одежду, я обнаружила, что пахну совсем не так, как ожидала, и как должно пахнуть леди. Мне стало так стыдно, что я немедленно вспыхнула, но изменить ничего уже не могла. Поспешно вылив горячую воду из ведра, которое заботливо стояло ближе к теплу очага, я постаралась как можно быстрее вымыться. Встав из мутной воды, я покачала головой, поражаясь, как пешее путешествие изменило мое отношение к гигиене.

Я не стала изменять себе и надевать платье. Вместо этого мой выбор пал на мягкую белую рубаху, коричневые штаны, светло-серые гамаши и легкие кожаные сапоги. Наверняка, миссис Мэйк хорошо поработала, чтобы этот комод был полон такой удобной для меня одежды. Все же я затянула шнуровку корсажа поверх рубашки, чтобы придать себе более женственный вид. Отражение в зеркале вполне меня удовлетворило, но я избегала смотреть на шрам, который приходилось постоянно скрывать. Я махнула рукой и собрала волосы в хвост, решив, что так мне будет проще.

Внешне я была готова к встрече с королем, что нельзя было сказать о моих внутренних ощущениях. Энтраст пал в моих глазах, но преданность ему теперь долг моей крови. Хотя если я и думала о будущем Королевства Дейстроу, то видела на троне только Силенса. Старый король уже не годился на роль сильного монарха, способного восстановить мир на своих землях.

Стража перед дверью в покои короля меня озадачила. Я недоверчиво огляделась, но не обнаружила ничего, что вызвало бы подозрение. Смущенно теребя полы своей рубашки, я постаралась вспомнить, видела ли этих стражников раньше, но личные цвета короля Энтраста были мне не знакомы. Наверное, стража сформировалась в мое отсутствие, или же была создана еще до моего появления в замке Дейст. Это не меняло того, что король опасался кого-то в своем собственном замке.

– Король Энтраст желал меня видеть.

Один из стражников, невысокий, но крепко сбитый мужчина сорока лет коротко кивнул и осторожно постучался. Ему кто-то ответил, но слов я не разобрала.

– Вы можете пройти, леди, королева, – безэмоционально сообщил стражник, показавшись из-за двери.

Я все еще удивленная, зашла в открытый проем, немедленно улавливая запах старости и болезни.

В гостиной никого не оказалось, лишь одиноко стоящие кресла, обтянутые дорогой на вид тканью. Отсюда убрали всю лишнюю мебель, мой последний визит сюда оставил в памяти почти захламленную комнатку перед спальней короля, а теперь она казалась почти обобранной. Эта странная перемена еще больше меня удивила, я неуверенно приоткрыла простую, но крепкую дверь, ожидая увидеть такую же скупость и в спальне. Но мои ожидания не оправдались.

В комнате было слишком темно, только отсветы от камина давали хоть какое-то освещение. Четкий темный силуэт выделялся на фоне пляшущих огней, в кресле сидел еще один человек. Запах затхлого помещения и старости здесь был еще сильнее, я невольно поморщилась, награждена почти головокружительным ароматом – обоняние волков не покидало меня даже тогда, когда они находились далеко от меня. Я быстро привыкла к полумраку, все еще пребывая в состоянии легкого шока.

– Хелл, зажги пару свечей, – хрипло велел король. Я едва узнала его голос, неожиданный страх за монарха зашевелился в груди.

Мужчина, названный Энтрастом Хеллом, тотчас же выполнил приказание, и я сумела наконец-таки увидеть своего короля.

Монарх сидел в кресле подле камина, скрюченный, как старое сухое дерево. Время иссушило его. Пергаментная кожа обтягивала тощие руки, что, казалось, вот-вот лопнет от напряжения, она открывала вздувшиеся синие вены, что придавало королю еще более болезненный вид. Седые волосы как будто приобрели желтый оттенок. Мужчина устало поднял на меня свой взгляд, но в них я не заметила и следа болезни или угнетения. Глаза были все те же. Все того же короля, которого я впервые видела, прибыв в замок для того, чтобы предстать перед королевской семьей. В черных зрачках я даже заметила подобие радости и некоторого довольства собой. Что же происходило с моим королем? Я вздрогнула, когда тот хрипло выдохнул и потянулся рукой за кубком, полным красного вина. Запах алкоголя стал резче и неприятнее, я поежилась от этого.

– Принцесса, вы, наконец, вернулись. – Немного вина смочило его сухое горло, голос Энтраста звучал увереннее. – И, по словам моего сына и Хелла, в компании легендарного дракона, сказки о котором до сих пор считались вымышленными. – Я не знала, что сказать на это в ответ. Король просто перечислял известные факты, не задавая вопросов.

Еще было непонятно то, что на этой аудиенции присутствовал абсолютно незнакомый мне человек. Благодаря свечам, зажженным им, я сумела разглядеть этого Хелла. Он был молод, почти вызывающе молод, и этим его внешность была отчего-то привлекательна. Хелл смотрел на меня с хитрым прищуром, похожий на охотящегося кота, он кого-то мне отчаянно напоминал. Светло-русые волосы едва касались его ушей, а челка смешно торчала надо лбом. Видимо, он недавно остригся, иначе его прическу, похожую на линялую шкуру пони, можно было принять за неудачную шутку друзей. Он был высок, даже выше, чем я, но худощав и жилист. Его тело не было грузным или широким, он скорее напоминал гибкий, но не менее разительный хлыст. Легкий меч на поясе только подтверждал мои выводы. Светлая зелень его глаз так и светилась искорками самодовольства, в нем было слишком много тщеславия, это ощущалось в закрытой позе, даже в некотором нервическом постукивании длинными пальцами его камзола. Гордость и эгоизм читались в красиво отточенных скулах и слишком пухлых, на мой взгляд для мужчины, бледно-розовых губах. Какой-то вызов читался в его наглой ухмылке, как будто он смотрел не на будущую королеву, а на служанку, которую согласился соблазнить на спор.

– Это правда? – наконец, не выдержал Энтраст, вопросительно подняв седые брови.

– Да, сир, – официально ответила я. Слишком холодно и сдержанно. Я не забыла того, что он предал доверие сына, когда тот нуждался в помощи, как и того, что вера в младшего принца никогда не посещала Энтраста.

– И как тебе удалось отыскать такое животное? – раздраженно надавил он.

– Боюсь никак, мой король.

– Объясни.

Я поджала губы, силясь справиться с неожиданно накатившим гневом. Король практически вызывал во мне отвращение, продолжая пить в моем присутствии. Неужели обещание, данное Силенсу, ничего для него не значило, и в мое отсутствие Энтраст продолжал губить и свое здоровье, и подрывать веру народа в сильного монарха, которого он видел на троне.

– Боюсь это невозможно, милорд, – стараясь не выдать своих истинных эмоций, медленно проговорила я.

– Как это понимать? – Его седые кустистые брови сурово сошлись на переносице, но после того, как я встретила Янро, гневные взгляды напугать меня не могли.

– Это тайна, которая не принадлежит мне, милорд, мой король, – сдержанный, почти безэмоциональный ответ.

На губах Хелла заиграла улыбка, раздраженно дернув плечом, я перевела взгляд на Энтраста, который сгорбился в своем кресле над кубком с вином, как старый паук над полудохлой мухой в своей хитросплетенной паутине.

– Это можно было бы счесть предательством, – разделяя слова, начал он. Я резко выпрямилась от его взгляда. Так цепко меня вновь держали его потерявшие цвет глаза, как когда-то в Сверкающем зале. – Но мой сын, – он горько усмехнулся, – меня не поддержит, так что не вижу смысла обвинять тебя в чем-то. – Он фамильярно развел руками и в очередной раз отпил из кубка. Мановением руки он велел Хеллу наполнить его вновь.

Молчание повисло в комнате, тягучее, как засахарившийся мед, и неприятное. Оно было почти липким и обволакивало меня с ног до головы, мешая даже спокойно и уверенно дышать. Я не имела права не доверять своему королю, но и верить ему просто напросто не могла. Впервые я заметила, что полностью отгородилась от дракона и волков. Никаких отголосков их мыслей и ощущений, только моя твердая уверенность в том, что Энтраст наплевал на свой долг.

– Силенс импульсивен, – неожиданно для всех произнес король, Хелл вздрогнул, как будто его ударили.– Он не будущий король, он лишь второй принц.

– Вы ошибаетесь.

– Молчи, – кратко прервал он. – Давно ли ты была королевой, чтобы спорить со мной? Я решил, что ты будешь его женой, а не то, что ты себе вообразила. Я уже жалею. – Яд в его голосе был самым настоящим.– Но и надеюсь на то, что все-таки не ошибся. Мои поступки, – он закашлялся, – могут подорвать твое… уважение, но я мечтаю лишь о том, чтобы мое королевство осталось цело, чтобы мой народ жил полной жизнью. Поэтому я так критично отношусь к Ленсу. Да, он отличный принц, отличный второй принц, но сможет ли он стать прекрасным королем? Здесь не должно быть полутонов. Люди не будут верить полумерам, ведь они платят сполна, так почему же должны получать взамен порченный товар? – Я стиснула зубы, продолжая стоять под натиском этих слов. Они хлестали меня сильнее самых больших штормовых волн. Сердце мое было преданно только одному королю. – Ты не знала Ялдона.– Энтраст покачал головой, отросшие седые волосы разметались по его плечам, делая его похожим на одуванчик. – Это был истинный король. Величие и царственность бежали по его жилам, вытесняя любые предрассудки, любые чувства. Он был холоден, как сталь, и крепок, как камень. Он бы не позволил подточить страстям его сердце и преданность.

С каждым словом короля я все больше нервничала. Присутствие незнакомого Хелла еще больше усугубляло положение. Как Энтраст мог говорить такие слова при постороннем? Неужели он был настолько глуп, чтобы дать почву слухам, которые могут перерасти в недовольства. Люди могут посчитать, что в династии Предназначенных раскол, и вместо Силенса на престол может взойти регент, выбранный людьми. И он будет править до того момента, пока королевская семья не разрешит внутренние конфликты. Иначе им не смогут доверить проблемы государства.

– Любовь – не дело для монарха, – подытожил Энтраст и выжидательно посмотрел на меня.

– Что вы хотите от меня услышать? – Я глубоко вздохнула, справляясь с разгорающейся яростью.– Я верна своему принцу, так же как и своему народу. Покинув его, я не стала предательницей. Я лишь осознала свое предназначение, которое и явилась исполнить.

– О, какие речи, будущая королева, но обойдемся без фарса.

Я вспыхнула.

– Твоя любовь к Силенсу еще не говорит о любви к народу, – сурово продолжал король. Даже если бы он назвал меня шлюхой, мне бы не было больнее. – Ты не уважаешь людей, что присягнули тебе жизнью и смертью. Ты бросила их, когда они в тебе нуждались, когда на твоей земле проливалась кровь твоего народа.– Каждое слово было для меня как пощечина, но я лишь молчаливо ожидала окончания этой обвинительной тирады.– Если бы не сопротивление Силенса, которое я немедленно встречу, я бы отправил тебя на виселицу за измену, будь ты трижды принцесса Дейстроу! – рявкнул Энтраст, разбросав осколки моего уважения к нему по покрытому коврами полу.

Будь я волком, то тут же бросилась на него, мечтай сомкнуть челюсти на тощей шее. Но я была человеком. Человеком короля. И не могла даже думать об этом. Слова, брошенные монархом, ранили и уязвили, как будто я ничего не делала для того, чтобы стать принцессой.

– Сир, позвольте вам сказать, – медленно и со страхом начала я. – Вы обвиняете меня в предательстве, но… – я запнулась, но подняв взгляд встретила только неприязнь на высохшем морщинистом лице, – но вы сами забыли про свой народ. – Удивленный вдох Хелла отчего-то придал мне сил.– Вы предаетесь подобострастию перед алкоголем и удовольствиями, забывая, что в это же время на вашей земле льется кровь ваших людей.– Тщательно подбирая его же слова, я старалась говорить спокойно, но гнев разъедал меня, как ржавчина побеждает металл.– Вы не верите в своего сына, но оглянитесь! Сколько времени он уже истинный король Дейстроу? Некоронованный, но истинный. Вы обвиняете его в слабостях, но сами с легкостью им поддаетесь. Вы говорите о предательстве, а сами ведете такие речи в присутствии незнакомых и ненадежных людей.– Лицо короля вытянулось от изумления, но в глазах промелькнуло какое-то понимание и согласие. – Вы, как слепень, сидите на подвернувшем ногу быке, и пытаетесь причинить ему большую боль, пусть и изнутри.

Грудь моя тяжело вздымалась, рука крепко сжимала рукоять ножа, который стал для меня привычен за время пешего. Цепь слишком туго обвилась вокруг талии, ощущая мой гнев и повторяя его желания. Король задумчиво смотрел на меня, не в силах подобрать ответ, но в лице его отчего-то преобладало смущение. Он был похож на ребенка, которого застали за какой-то гадкой пакостью.

– Хелл, – вздохнул Энтраст. – Представься будущей королеве.

Молодой мужчина кивнул, хотя и стоял за плечом Энтраста. Сделав два шага вперед, он отдернул свой темно-синий камзол, пригладил волосы, чем вызвал мою улыбку, и официально поклонился.

– Мое имя Хеллс Беллс, моя леди, королева, – голос парня показался мне на удивление приятным – глубокий, но не грубый.– Но все зовут меня Хелл. Я бастард. – Что ж, бастарды в наше время не редкость, особенно в герцогстве Дейст. Моряки частенько пользуются случаем, когда сходят на берег после многомесячного морского путешествия, да и солдаты не прочь позажимать служанок в темных уголках, я непонимающе дернула подбородком. – Некоторые говорят, что моя мать был лесной ведьмой, – он весело усмехнулся, похоже, этот факт его вовсе не смущал. – Они так считают, потому что мой возраст не отражается на моем лице, но, понимаете ли, причина не в этом. Пусть это и придает большую инфернальность моему образу. – Он смущенно опустил глаза с густыми светлыми ресницами, я еще раз невольно улыбнулась. – Моя мать дочь мелкого аристократа из Рийвэра, мисс Хоуп Беллс, так ее звали. Она… – молодой человек замялся, но король едва заметно кивнул, одобряя. – Она состояла в Тайном Круге волхвов, которые смотрят будущее для того, кто восседает на троне. Видите, ее не зря считали лесной ведьмой, – еще раз хохотнул Хелл. – Она наложила на меня заклинание перед своей смертью, – его губы исказила хищная улыбка, – благодаря которому я не старею вот уже двадцатый год. – У меня перехватило дыхание.– Да, миледи, моя королева, мне сорок два года и я старший брат в семье так сказать, – он горько усмехнулся, как будто вспомнив что-то не очень приятное для себя.– Я, конечно, все же старею, но не так заметно, так что выгляжу на свои тогдашние двадцать два года.– Он помолчал, словно раздумывая, что еще рассказать мне о себе, но решимость в его светло-зеленых глазах была непоколебимой. – Мой младший брат устроился лучше, чем я. Он стал наследным принцем престола. Король не признал его, как бастарда, нет, но выдал за ребенка правящей королевы.– Неожиданно у меня пересохло в горле, тошнота подкатила к горлу, неужели он говорит о том, что я думаю.– Ялдон Жертвенный, так его нарекли.

– Так это не слухи… – пораженно прошептала я, прижав кончики пальцев к губам, не в силах справится с удивлением.

– Не слухи, – удовлетворенно кивнул король Энтраст.

– Я сводный брат вашего мужа, моя леди. Сводный старший брат, о котором кронпринц не подозревает и, надеюсь, останется в таком же неведенье. – Я хотела возразить, но Хелл только отрицательно покачал головой. Этот жест был уверенным и не требовал подтверждений в словах.– Мы незнакомы с ним лично, но при дворе я уже долгое время, а природный талант прятаться от нужных людей помогал мне до сих пор скрываться от младшего принца. Ялдон был в курсе, и не раз он приходил к отцу с тем, чтобы упросить его признать меня официально и сделать первым на очереди к трону. Но это было невозможно.

– Это невероятно…

– Отнюдь. Просто я родился до того, как мой отец женился по воле тогдашнего короля. Обман, какой спас Ялдона от жизни в безызвестности, со мной бы не прошел.

– Вот почему вы так не любите Силенса! Он был рожден не от любимой женщины, а от нареченной жены! – обвинительно сказала я, задыхаясь о возмущения и горькой обиды за мужа.

Король устало потер виски, Хелл тут же подлил ему вина в кубок. Старик устало отхлебнул красную, резко пахнущую жидкость, и откинулся на спинку кресла. В его морщинах читалась только вина, горечь и сожаление за прожитые годы в браке с нелюбимой женой. Теперь многое стало понятно. Люди не любили Лайс Необыкновенную, потому что сам правящий монарх не проявлял благосклонности к своей королеве. Он не давал ей возможности реализовать свой потенциал и направить все силы на благо Королевства Дейстроу. Но эта женщина, несмотря на такое отношение Энтраста, все равно тихо любила нерадивого мужа. О, как мне стало ее жаль, но исправить что-то просто не в моих силах.

– Я никогда, знаете ли, не стремился стать ни принцем, ни королем. Положение бастарда всегда меня устраивало. Раздражало только то, что приходилось прятаться с матерью в какой-то лесной глуши, пока я не стал достаточно взрослым, чтобы быть при дворе и стать королевским советником. Ялдон многому меня научил, хотя и был младшим братом. Остальное мне поведал мой отец, мой король. И так я стал неизвестной правой рукой короля.– Он вздохнул, как бы собираясь с силами.– Но недавно… я уезжал из Дейста по личным причинам. К сожалению, пропустил, как и ваш приезд, так и нападение на вас в стенах этого замка, где у меня больше всего возможностей что-то услышать и узнать. Король немедля вызвал меня сюда, я приехал, как смог.

– Но зачем? Видимо, король Энтраст не нуждается больше в ваших советах, а кронпринц не будет вам полностью доверять, так как не знает вас вовсе.

Хелл грустно улыбнулся.

– А я и не пойду к принцу. Я пришел к будущей королеве, едва упросив своего отца позволить мне это сделать.

Что-то в его тоне меня насторожило, я недоверчиво покосилась на Энтраста, но тот только согласно кивал в такт словам Хелла. Мне не нравилось то, что они взяли с меня негласное обещание ничего не рассказывать Силенсу. Очередной груз тайны на мои плечи, а, казалось, я больше не выдержу. В очередной раз я усмехнулась тому, что происходило со мной в замке Дейст. И как только моя старшая сестра Дикси так страстно мечтала стать принцессой? Эти интриги, в паутину которых я попала практически с первых дней, уже порядком мне надоели, а мне предстояло всю жизнь провести именно так – в преданности своему народу.

Хелл резко, напугав меня, сделал шаг вперед, сократив расстояние между нами. Он порывисто опустился на колени и схватил мои руки, вырвав из груди испуганный крик. Я похолодела, когда он приложил мои ладони к своему лбу, и, весело улыбаясь, неожиданно посерьезнел.

– Я приношу вам клятву, моя королева. Слова здесь будут лишни, но я умру сам, нежели допущу, чтобы с вами произошло нечто подобное, что вам уже приходилось пережить. Моя жизнь теперь полностью вверена в ваши руки, будущая королева, и сердце мое будет биться до тех пор, пока вы этого желаете.

Мои холодные ладони лежали на его гладком теплом лбу, и я была не в силах отвести их в сторону. Это был древний жест вассала, дающего клятву, а слова, сказанные им в присутствии правящего монарха, только усиливали ее. Это можно назвать магией. Если он нарушит данное слово, то умрет в скором времени. Сейчас солдаты боялись давать такие клятвы – вера в Дарка и Лайта, которые по слухам наблюдают за процессом произнесения присяги, только укрепилась за последние несколько лет.

Хелл поднялся с колен, осторожно отведя мои руки в сторону.

– Я буду настаивать на том, чтобы стать вашим советником и заменить Шолда на его посту. Он хороший человек, моя королева, но лучше ему будет в конюшнях править, а не здесь.

– Но…

– Это настоятельная просьба, – добавил Энтраст свое весомое слово ко всему, что только что сказал Хелл.

– Как я могу все это скрыть от своего принца? – надтреснутым голосом спросила я. Сердце мое камнем застыло в груди.

– Силенс… он все вскоре узнает, – устало прошептал монарх.– Но не сейчас. Я… я знал, что причиняю тебе боль, говоря так о нем. Прости, но я проверял тебя, твою преданность кронпринцу. Хелл убедил меня, что из Ленса получиться еще более сильный монарх, чем мог бы получиться из Ялдона, потому что рядом с ним будет не менее сильная королева, Эверин. А ты уже королева, королева этого замка.

– Королева моего сердца и преданности, – тихо, но уверенно добавил Хелл.

– Я надеялся на это… Ты так похожа на Хоуп.– Я отвернулась после этих слов, не в силах справиться с подступившими слезами.– И я надеялся, что ты вернешься в Дейст к своему принцу.

– Почему бы не сказать моему мужу всю правду сейчас? – отчаянно надеясь на их согласие, я искала в глазах короля понимание. Оно там было.

– Ему будет тяжело после того, как он узнает, что Ялдон… его сводный брат. Он, конечно, заметит свое сходство с Хеллом, но мы скажем, что он дальний кузен по моей линии. Если ты скажешь ему, что выбрала Хеллс Беллса в свои советники, он не будет спорить, потому что уже позволил конюшенному начальнику однажды занять это место.

Мне нечего было ответить, но отчасти я была согласна с Энтрастом. Пусть Силенса сейчас занимают другие проблемы, а неразбериха с его родственниками может и подождать. Меня внезапно посетило озарение.

– Значит, вы обладаете Королевской магией?

– О, нет, к сожалению, моя леди, – таинственно улыбнувшись, поспешил ответить Хелл.– Но я унаследовал от матери способность смотреть в будущее. Опять-таки, к сожалению, мои видения не стабильны, и волхвом назвать меня трудновато.

Я согласно кивнула, осознавая, что он действительно похож на Силенса, даже сильнее, чем мне бы того хотелось. Старший сын был одного роста с кронпринцем, но не имел такой развитой мускулатуры. Я бы с легкостью приняла бы их за братьев, если они стояли рядом. Сходство с Ленсом отвлекалось лишь тем, что Хелл был светловолос и развязно молод, пусть ему и было сорок два. Я еще раз покачала головой, как бы стараясь отказаться от того знания, что было сегодня получено мною в покоях короля. Но светлые глаза моего нового советника убеждали, что у меня получится с этим справиться. Благодарно улыбнувшись, я попросила разрешения уйти, Энтраст согласно кивнул, а я намеревалась посетить моего принца. Хотя тайна его братьев-бастрадов все равно останется на моем языке.

Силенс сидел в своем кабинете за широким дубовым столом. Глаза его были крепко зажмурены, а на лбу выступила испарина. Напряжение читалось во всем его лице, даже желваки заходили, а зубы были стиснуты так, что на щеке пульсировал живчик. Воздух в кабинете был настолько тягуч, что я невольно остановилась пораженная. Но причиной были не запертые окна, а звенящая Королевская магия, которая мгновенно меня охватила, стоило мне переступить через порог и закрыть за собой дверь.

Бледный и напряженный он отдавал все свои физические и нефизические силы для блага своего народа, я была в этом уверена, хотя и не знала наверняка, что именно он сейчас делает с помощью Королевской магии. Она билась об меня беспокойными волнами, как море обмывает прочную скалу в весенние шторма. Я не допускала эти вездесущие щупальца к себе, боясь открыться Силенсу и тем самым выдать тайны, что я от него хранила. От этой мысли я поежилась, но продолжила ждать, пока мой принц вернется в свой кабинет.

Силенс резко открыл глаза и со свистом выдохнул, оттирая пальцами пот со лба. Я, наконец, увидела его, изменившегося за то время, пока я постигала свою магию в деревне Динео. Под глазами принца пролегли глубокие синяки, лоб прорезала новая морщина, он часто хмурился в последнее время. Королевская магия измотала его, усталость читалась в изгибе его губ, в осторожных движениях и в безмерно глубоких серебристых глазах. Он был похож на выброшенную на берег рыбу – то ли умереть на песке, то ли напрячь все силы и добраться к морю.

– Эв? – неуверенно спросил он, будто сомневаясь, что это я. Подойдя к нему, я положила руку ему на плечо, тепло улыбнувшись. – Это ты, – с каким-то тихим удовлетворением произнес он.

– Что ты делал? – невольно эти слова врывались из моей груди.

– Пытался проверить, правдивы ли угрозы Ейса, – он потер свои виски, явно страдая от напряжения. – Они не лгут. Поэтому я не смогу послать солдат.– Его кулак резко опустился на столешницу, заставив меня испуганно вздрогнуть.– Иначе они убьют всех пленных.– Будущий король откинулся на спинку кресла. Скорбь и горечь сквозили в его изнеможенном Королевской магией лице.– Замок Вотэрплэйс пал и герцог Раффстафф такой же пленный, как и его люди. – У меня перехватило дыхание. Я отлично помнила этого молодого герцога, еще со времен моей свадьбы. Раффстафф был самым молодым наследником герцогства, но, несмотря на возраст, правил Рийвэром разумно.

– Ейс мог пойти на сговор с Красной страной?

– Я почти в этом уверен, – кивнул Силенс в ответ на мои слова. – Гонец сказал, что у гвардейцев было оружие, сделанное в Санраксе, в столице Красной страны. И капитаны отрядов хоть и были одеты по-ейски, все равно выглядели как чужеземцы. Я уверен. Уверен, – еще раз повторил Ленс, взволнованно барабаня пальцами по столу. Его напряжение и озабоченность передались и мне.

Странное спокойствие было оттенком всех моих чувств. Я была в Дейсте, и пусть замок принял меня не совсем дружелюбно, но я была дома, а это многое для меня значило. Расслабиться получилось не сразу, но как только стена пала, волки влились в мое сознание. Янро охотился и категорически не впускал меня в свой разум, я натыкалась только на лед безразличия. Я боялась представить себе, на кого мой дракон вел охоту. В любом случае, это животное долго жить не будет.

– Эв? – в очередной раз позвал Силенс. Я оторвалась от созерцания кустов и травы, которые мелькали перед глазами Алди. Странно, но в последнее время именно с ним я чувствовала наиболее сильное единение.

– Да, я просто… задумалась, – поспешила я оправдаться, мне тут же стало стыдно.

– Ты расскажешь мне о драконе? – с затаенным любопытством сказал он полушепотом, выглядящий, как ребенок, выпрашивающий очередную конфетку.

– Я… – мне нечего было ему сказать. Знания Динео должно оставаться среди Всадников Ветра, я просто не имела права поведать Силенсу все то, что пережила в месяцы своего отсутствия. Как и не могла ему рассказать, каким именно образом я заполучила дракона. Он так считал. Принц никогда не поймет, что с Янро мы равны и делим жизнь с согласия двоих.

– Неужели ты не расскажешь? – откровенная обида слышалась в его голосе.

– Я бы хотела, – смущенно начала я. – Но не имею… права, рассказать все тебе, Ленс. Я просто не могу.

– Но… как? Я думал, ты привела дракона нам на помощь! – вдохновенно сказал кронпринц. – С ним мы бы разгромили врагов в пух и прах!

– Не знаю. Янро так резко отозвался на твою просьбу. Он вряд ли поможет.

– Янро? – шок от того, что у дракона есть имя, пересиливал удивление от отказа в помощи от него же.

Мне было больно из-за того, что Силенс был больше рад появлению дракона, чем моему возвращению. Неприятное шевеление в груди не придавало мне бодрости, я лишь боялась случайно выдать ему правду о Ялдоне. Я молила Дарка и Лайта, чтобы мой муж не касался меня Королевской магией намеренно.

– Да, это его имя, так нарекли его родители. – Силенс открыл рот, чтобы задать следующий вопрос. – Давно, очень давно.

– Я все же не понимаю, почему ему нам не помочь.

– Я тоже.

Ленс ждал от меня чего-то еще, но я лишь молчаливо наслаждалась его близостью, теплом тела под моими пальцами и легким запахом, который приятно щекотал мои ноздри. Я вздрогнула, вспомнив о том, что ждало меня в покоях.

– Ленс… это будет странный вопрос. Но кто готовил комнату для моего прихода? – Я надеялась, что он не сочтет это глупостью.

Брови Силенса удивленно поползли вверх.

– Твоя служанка, Уэн, кажется.

– Уэн? – не веря, повторила я.

Нет, этого не может быть. Значит, в комнате после нее побывал мой убийца, в этом не могло быть сомнений. Я доверяла этой девушке, как самой себе, она просто бы не сумела причинить мне боль.

Уэн была старше меня на четыре года и практически выросла со мной, сначала став для меня пажом, а потом и личной служанкой. Между нами сразу установилась дружеская атмосфера, я никогда не смотрела на нее свысока, уважая, как и ее мнение, так и ее дружбу, которою она безмолвно предложила. Она была сиротой, и отец ее взял больше из жалости, чем из необходимости. Он нашел ее на дороге в оборванной одежде, грязную и голодную, привел в поместье Фунтай и сделал для нее все, что только мог. Сколько они не добивались от Уэн, она сумела сказать моим родителям только имя, но фамилия прочно стерлась из ее памяти, как и место, где она раньше была. Отец списал это на шок. Ведь не мог же ребенок десяти лет от роду не помнить, где он провел свою короткую жизнь.

– Я говорила с Энтрастом, – глубоко вздохнув, решила сымпровизировать.– И просила его дозволения.

– Насчет чего? – удивился Силенс, неожиданно крепко сжимая мои прохладные пальцы.

– Того же, какое я сейчас попрошу и у тебя, – стараясь скрывать волнение, продолжала я. Меня сбивали глубокие серые глаза возлюбленного, по которым я так отчаянно скучала долгими ночами и днями.– Иметь советника.

– Но у тебя есть Шолд…

– Пусть он вернется в конюшни, – отрезала я.

– Ну и на кого пал твой выбор? – странно улыбнулся мой будущий король.

Я на миг залюбовалась им. Спокойным и уверенным. Заботы о Дейстроу совершенно измотали принца, это мог бы сказать любой, кто знал его достаточно хорошо. При живом короле он исполнял все его обязанности, не получая никакой помощи ни от отца, ни от… меня. Я скорбно вздохнула, наконец-то, полностью осознавая, как я его подвела. Но прошлое нельзя повернуть вспять, значит, сейчас я должна отдавать все свои силы, дабы помогать своему принцу.

– Хеллс Беллс, милорд, мой принц. Король сказал, он твой дальний кузен. – Силенс слегка пожал плечами, давая понять, что впервые слышит это имя.– Вы, безусловно, похожи, в этом я убедилась лично. Но он надежный человек, я думаю.

Ленс поджал губы, как будто что-то обдумывая, но я знала, что он согласиться, пусть и неохотно. У него самого был советник – и друг в одном лице. Бииблэк давно перешагнул границу обязанностей капитана стражи. Он превратился даже в наставника в некоторых вопросах, я ощущала молчаливое уважение, которое Силенс испытывал к этому одинокому мужчине. Блэк был достоин этого уважения. Он отдал свою жизнь и преданность в руки принца полностью и без остатка. Он не оставил для себя ничего. Это ли сделал сегодня Хелл своей клятвой?

– Если ты так считаешь, значит, так оно и есть, – все-таки поддался принц.– Я так скучал, – неожиданно тихо и хрипло сказал Ленс.

Я посмотрела ему в глаза. Такой страсти я не видела никогда. Такой жажды и желания тоже. Серебряное море тянуло меня в свои неизведанные глубины.

Он долго с искренним сочувствием целовал мой шрам на виске.

Мы пришли к логову Эверин ночью, но никак не могли преодолеть ту стену, которой она отгородилась от нас в своем сознании. Я ощущал себя неловко, чувствуя странное тепло, до меня доносились какие-то непонятные, смазанные звуки, иногда дрожь пробегалась от хвоста и по хребту. Я знал, что это отдаленные ощущения Неотвергнутой, но все равно не мог спокойно лежать под защитой деревьев.

Нилли дернула хвостом, когда я в очередной раз вскочил. Ее низкий рык остудил мое волнение, и я послушно улегся рядом, уткнувшись носом в ее теплую пушистую шкуру.

Моя волчица ждала щенков.

Меня разбудил нетерпеливый стук. Я потянулась, как сонная кошка, и поставила ноги на холодный пол, постепенно пробуждаясь. Узнав недовольный голос Хелла, я поспешила подойти к двери.

– Что?

– Моя леди, вы не могли бы прийти в ваш зал для аудиенций? У нас с королем появились…

– Хорошо, – коротко ответила я, оборвав его невнятное объяснение.

Ежась от холода, я стыдливо краснела, вспоминая прошлую ночь. Мои волки были в Дейсте, совсем близко, мне отчаянно хотелось их увидеть рядом с собой – привычка долгих недель не могла исчезнуть в миг. Дракон до сих пор не откликался ни на какие мои призывы, прочно отделившись от моего разума. Это задело меня. Ведь я не давала Янро повода для обиды, так что его поведение было более чем странным

Метаморфозы в моей душе до сих пор происходили. Осознание магической силы не говорило о том, что я умею применять все то, что дает мне Динео. Янро обещал, что научит меня всему, что знает сам, или, по крайней мере, попытается это сделать. Но его обещание не избавляло меня от массы вопросов, которые буквально щекотали язык любопытством. Дракон как будто бросил кость голодному псу, но не дал мяса, так что насытиться его туманными ответами я так и не сумела. Сейчас меня рвали на части моя магия и преданность моему Королевству. Я не в силах пренебречь или тем, или другим. Военное положение в Дейстроу ничуть не улучшало моего положения.

Ночью принц многое успел мне рассказать.

Знать в замке была встревожена не на шутку, каждый из герцогов прислал эмиссара, что бы те по возможности оповещали их о происходящем в Дейсте. Король бездействовал. Это все понимали, и это был уже не слух, а прочная уверенность в том, что Энтраст Справедливый утратил свою справедливость. Теперь все надеялись только на меня и Силенса. Но опять-таки мое таинственное исчезновение всех взбудоражило. Ленс сказал, что Дейст был похож на потревоженный медведем муравейник. И пусть каждый герцог по собственной инициативе выслал за мной следопытов, ни один человек не смог меня отыскать. Я была удивлена этому так же, как и мой муж. Ведь я следовала торговым путям или заброшенным дорогам, но никогда не пряталась, чувствуя себя в безопасности в компании двух волков. Силенсу пришлось нелегко, ведь он врал своим людям, а этого он делать никогда не любил. Наверное, только Бииблэк сумел разделить с ним это время.

Еще одним важным событием стало то, что в королевскую резиденцию прибыл посланник от Красной страны. Это был Гром, правая рука Правителя Красной страны. Он управлял армией и руководил каждым набегом, что совершался на Королевство Дейстроу. Силенс признался, что едва сдержался, мечтая свернуть его толстую засаленную шею. Гром не был дипломатом, он был солдатом. Хорошим, но безмозглым, который выполняет приказы, не думая и не волнуясь о последствиях. Вести с ним переговоры было равносильно тому, если бы овцы решили заключить сделку с волками. Они сошлись на том, что Красная страна прекратит наступление и оставит в покое земли Дейстроу, взамен получив обещание, что мы не предпримем попытку сделать вылазку на их территорию. Как теперь стало ясно, этот акт был лишь отвлекающим маневром, чтобы ослабить бдительность военных гарнизонов.

Силенс поверил своим врагам и скрепил договор своей подписью и рукопожатием. А в это время Красная страна начала поставку оружия для Ейса, из Санракса в Коптор, опорный пункт Ейса на границе с Рийвэром, отбыли военноначальники, которые впоследствии руководили отрядами, взявшими Вотэрплэйс. Не знаю точно, у кого возникла такая идея. «Красные» воины слишком глупы, чтобы придумать такой план, они тупое орудие в руках жестокого предводителя, но даже он не смог бы пойти на такую уступку, как заключить договор с извечным врагом. Но Гром был убедителен, так что мы с Силенсом допустили, что он не был в курсе планов правительства своей страны.

Теперь Королевство Дейстроу оказалась между двух огней, с союзниками нас разделяло море и Ейс с Красной страной. Даже если бы мы могли просить помощи, нам бы вряд ли помогли. Наши бы враги убедились в том, что подкрепление не перешло их границы и никоим образом не оказали нам помощи. Думаю, даже почтовый голубь не долетел бы до получателя нашего послания. Но несмотря на все это, Силенс должен был что-то предпринять, хотя сейчас связал его по рукам и ногам, намереваясь перебить всех пленников, если принц пошлет хотя бы гарнизон к Вотэрплэйсу. Каким бы не был соблазн захватить противника на своей территории, будущий король просто не мог позволить тысяче человек умереть просто так. Он не смог бы жить с этой виной на душе и с этой кровью на своих руках. Поэтому мы ждали новых требований Ейса. Хотя представить, что они могут попросить, мы так и не сумели.

Все-таки Силенс мобилизовал армию. Почти все гарнизоны по истечению трех дней стекутся в Дейст. Город будет задыхаться от переизбытка солдат, но при удобном случае мы можем нанести удар по врагу, который не будет ожидать полной готовности. Силенс и сейчас мечтал войти на вражескую территорию и, как нож, вспороть свиное брюхо Красной страны. Его сдерживало только отсутствие прямых доказательств причастности наших липовых союзников к нападению Ейса. У нас были лишь догадки, но голые факты важнее.

Эмиссаров унесло из замка, как семена одуванчика. Не осталось сомнений, что вскоре в замке появятся все пять герцогов, чтобы получить подробности о Рийвэре и получить указания от принца. Ведь Силенс оставил остальные герцогства практически обнаженными и беззащитными, оставив на защиту крепостей Йелоусанда, Вондэра, Маунти и Фунтай только личные гвардии герцогов. Его решение было правильным. Только на территории Вондэра осталось достаточное количество солдат, ведь герцогство, как и Рийвэр, имело прямую границу с землями Ейса и Красной страны. Остальные же части Королевства Дейстроу находились внутри страны. Все равно такое решение вызвало брожение среди мелкой знати и более значительных аристократов. Народ роптал, но понимал, что движет Силенсом в данной ситуации.

Но больше всего людей возмутило снятие гарнизона Коктона с опорного пункта. Гвардия была только восстановлена, как численно, так и материально. Молодой капитан едва почувствовал себя вновь капитаном сильного отряда, а не горстки израненных людей. Жены боялись отпускать солдат из гарнизона Коктона, ведь не для кого не было секретом, что этот гарнизон всегда был неким «бараном» для пробития бреши в стене противника. Коктон вел своих ребят в первую очередь, они получали самое большое количество возможностей умереть на поле битвы. Но сам капитан категорически отказался писать принцу Силенсу вежливое письмо с извинениями, подняв своих солдат немедля. Это был верный и преданный человек, именно поэтому он и руководил Западным Гарнизоном.

Силенс был также вынужден поднять выплаты по налогам и назначил фермерам обязанность делиться зерном, мясом и другими продуктами. Рыбаки тоже получили эмбарго не торговать своим морским товаром, пока королевский казначей не получит треть улова. Это возмущало некоторые слои населения, но почти все понимали столь острую необходимость в средствах и провизии для армии, которая огромным потоком подкатывалась к Дейсту. Таверны поспешно поднимали цены за простой, ведь солдаты будут жить там бесплатно, и каждому трактирщику хотелось выручить как можно больше и как можно быстрее. Солдаты заполонят весь портовый город. Сомневаюсь, что всех таверн и трактиров хватит для того, чтобы вместить эту огромную армию. Только Западный Гарнизон Коктона и Северное подразделение Сатры будут иметь право проживать в казармах замка Дейст. Стража короля и принца поспешно мобилизовалась, чтобы дать возможность разместиться своим собратьям с максимально возможным удобством.

Военное положение породило слухи среди солдат и жителей замка. Для меня формировалась стража, пока без особого указания короля или принца, но волнения заставляли солдат чувствовать ответственность за свою будущую королеву. Я считала, что подобное событие будет излишним. Мне вполне хватит защиты волков и дракона.

Я отвлеклась от своих мыслей и, быстро одевшись и освежив лицо холодной ароматизированной водой, отправилась в небольшую комнату, названную Приемной Принцессы, где я впервые принимала герцогов Йелоусанда и Фунтай. Едва ли я смогла бы вспомнить дорогу, но мои ноги сами дошли до нужной двери. С некоторой опаской и волчьей настороженностью я открыла дверь и вошла внутрь.

Комната едва ли изменилась. Все было на тех же местах, разве что слуги сменили тростник на полу, но плесневелый запах запущенной и давно непосещаемой комнате до сих пор стоял в воздухе, хотя ставни были широко распахнуты навстречу свежему и еще теплому осеннему ветру. Возле моего кресла взволнованно прохаживался Хелл. Он предпочитал синий цвет в своей одежде, как я поняла. Вот и теперь глубоко синий цвет его камзола оттеняла лишь белоснежная рубашка. Я взглянула на бастарда короля с другой стороны. Все же королевская кровь, безусловно, оставила печать на его лице. И дело не только в его неоспоримом сходстве с Силенсом, но и в морщине, которая рассекала лоб на две части, в озабоченности, что плотно засела в его чертах. Он болел за Королевство Дейстроу ничуть не меньше, чем сам наследный принц.

Хелл повернулся. Солнечный луч отскочил от серебряной серьги в его ухе и тяжелой цепи на шее. Он приветливо улыбнулся, но улыбка тут же исчезла с его лица. От него буквально пахло серьезностью.

– Моя леди, королева, вчера в разговоре с вами я не упомянул одной важной детали. – Он сделал практически театральную паузу, натягивая интригу до возможного предела. – Я и Ялдон не единственные незаконные дети короля Энтраста.

От удивления я ахнула, невольно садясь в свое кресло, ноги стали вдруг ватными и чужими. Сколько же тайн скрывал Энтраст от своего младшего сына?

– Сорок два года назад Хоуп родила меня, а двадцать лет назад еще двух девочек. Она умерла в родильной лихорадке, знаете ли, разбив этим самым сердце королю, который любил ее всю свою жизнь.– Хелл смущенно замолчал, будто понимая, что некоторым образом оскорбляет мои чувства. Мужчина глубоко вздохнул и продолжил. – Я был молод, признаюсь честно, я не горел желанием обременить себя двумя кричащими и нуждающимися во внимании младенцами. Отец не признал бы в них свою кровь официально, но дал бы защиту и кров, а мать скрыла от него свою беременность и взяла с меня слово не упомнить о девочках никогда. Я слова не сдержал. Но не тогда. Решившись, я отдал сестер в семьи, где женщины отчаялись выносить здорового ребеночка. Девочек разделили, они оказались в двух разных семьях. Но я честно старался заботиться о них и раз в несколько лет приезжал повидать их и посмотреть, хорошо ли о них заботятся. – Его неожиданно резкое молчание сказало мне о том, что его надежды не оправдались.

Хелл опрокинул в себя стакан с виски, который я не заметила до сих пор, и тяжело сглотнув жгучую жидкость. Постарался справиться с собой. Он сел на стул, зажав ладони между коленями, тем самым пытаясь скрыть свою дрожь.

– Семьи были в таком же смятении, что и я. Обе девочки пропали. Почти одновременно. Но предположить, что они могли каким-то образом встретиться и договориться о побеге, просто невозможно. Одна жила в семье Кристоферов в Рийвэре, а другая в Маунти с Холтстафами. Я не мог ничего сделать и не смог ничего изменить. Они пропали, и след их затерялся. Со временем я отчаялся их отыскать. Я бы вряд ли смог узнать их – они пропали в возрасте восьми лет. И родились они настолько же непохожими на короля, насколько я на него похож. Не знаю, но даже черт матери они не унаследовали, и родились совершенно разными.

Я молчала, обдумывая его слова.

– К чему все это?

Хелл вздохнул, как будто все-таки не решаясь рассказать мне то, что намеревался. Очередной стакан виски помог ему развязать язык.

– Они унаследовали магию матери, это правда, безусловно. Она передается по женской линии в… моей семье. И Ферри, как и Лотти с легкостью могли узнать историю своей семьи, как и историю своего происхождения. Я все же решил, что девочки договорились о побеге, хоть и не могли видеться вживую. Магия, вы сами понимаете, может преодолевать расстояние. А связь между близнецами сильнее любых известных мне колдовских чар.

– Я все же не совсем понимаю… – Он закивал в ответ.

– Я понял это так же неожиданно, как и постарался отвергнуть эту мысль. – Он поднял на меня взгляд своих красивых бледно-зеленых глаз. – В замке на вас напала моя сестра. Одна из них. Я почти в этом уверен. Никто бы другой просто не нашел бы причины, чтобы совершить на вас покушение. – Хелл провел языком по зубам, как бы что-то обдумывая.– Скорей всего они хотели каким-то образом выдать одну за нечерию для принца. Если вы не знаете, девушка из семьи Флуцбергов пострадала в таких же странных обстоятельствах, что и вы.

Не веря его словам, я качала головой, пытаясь отрицать те факты, что только что предоставил мне Хелл. Еще сложнее было поверить в то, что у короля было четверо незаконнорожденных детей. Только Силенс обладал подлинными правами на трон, а Энтраст готовил это место для Ялдона. Как только он мог так поступить не только со своей королевой, которая знала о том, что этот ребенок рожден не от нее, но согласилась это скрыть и поддерживать обман в течение всей его жизни, но и своего сына, истинного наследника Предназначенных. Пусть в Ялдоне, Хелле и их сестрах ровно столько же королевской крови, сколько и в Силенсе, они были рождены по ту сторону простыни.

– Это какой-то бред! – отчаянно воскликнула я.

– О да, – пьяно согласился Хелл, но он понял меня неправильно. – Хотеть стать женой своего брата – это верх глупости.

Мне нечего было сказать Хеллу, я старалась собраться с мыслями и постараться сохранить это знание втайне от Силенса. Ему не нужно знать, сколько братьев и сестер скрывал от него отец. Это будет слишком болезненным ударом.

– А это значит, моя королева, что они предпримут такую попытку еще раз. – Я метнула в него сердито-удивленный взгляд. Пьяный Хелл нравился мне меньше. – Принц женат, но ни что не помешает сделать его вдовцом и женить снова. – Он понимающе поднял палец вверх, как будто знал что-то недоступное мне. Мне стало почти противно от его слов. Даже не мысль о моей смерти вызвала это раздражение, а то, что с Силенсом могла бы оказаться какая-нибудь другая женщина.

– Проспись, Хелл, – сказала я устало, измотанная с раннего утра. Подобные разговоры не приносят бодрости.

Откинув мрачные мысли, я поспешила к своим волкам, которые устроили себе логово возле знакомого провала в замковой стене. Я шла туда с часто бьющимся сердцем, ощущая некоторую тревогу и предвкушение близости с ними. Мне казалось, что-то изменилось между нами, но не совсем сумела понять расстановку сил и магий.

Алди приветливо вскочил, только завидев меня, хотя прекрасно знал, что я сюда направляюсь. Волк ткнулся влажным носом в мою ладонь, опустившись рядом с ним на колени, я обхватила его мохнатые плечи, на которых проступала черная ость. Он поднял голову и потерся горлом о мой подбородок – несказанное доверие волка к волку. Но я была человеком, связанным с ним самой естественной магией, которую только могла создать природа.

Волчица даже не поднялась со своего места. Она слишком устала за это короткое, но быстрое путешествие от Равнины Иных к Дейсту.

Она ждет щенков.

Мне стало тепло от этой мысли не только потому, что Алди был наполнен гордостью и нежной отцовской любовью, но и потому, что мои волки не забыли, что такое быть волками. Это значит укреплять, пополнять и защищать стаю. Я была в их стае, как и дракон, но каждый из нас был особенной частью этого общества. Каждый обладал определенными способностями. Алди очень нравилось, когда я чесала его между ушами. Зуд там он никогда не мог прекратить сам, не поранившись. Я уважала их ловкость и силу. А смотреть, как они бегут по пересеченной местности, удовольствие неописуемое. Наблюдать за сильным и здоровым животным не только приятно, но и несколько пугающе. Мышцы под их гладкой шерстью бугрились, наливаясь силой, клыки были смертоносны, но поразительно белоснежны. Мои волки были великолепны.

Ты тоже великолепный человек, лениво вмешалась в мои размышления Нилли. Она удивленно смотрела моими глазами на себя лежащую под раскидистым деревом, которое опустило свои ветви к самой земле. Некоторые лести уже начали терять цвет, но дух лета все еще стоял в лесу.

Где Большой Брат?

Волк волновался, почему Янро так долго не делился с нами своими мыслями. Он словно отгородился, уверенно и с некоторой жесткостью. Его странное и неожиданное уединение волновало и беспокоило всех.

Всего лишь охочусь.

Внезапный отклик Янро напугал, но и заставил улыбнуться. Я была рада ощутить его снова, мощь и сила огромного тела на миг зачаровала, когда я нырнула в его ощущения. Но теперь опыт позволял не раствориться в моем драконе. Я вернулась в свое тело, ощущая спокойствие, которого не было с самого возращения в замок.

На кого? Заинтересованность Алди не была ложной. Желудок его был пуст.

Не по зубам тебе такая дичь, маленький брат, добродушно отозвался Янро. Он был далеко от нас, я это чувствовала. Огромные крылья и невероятная сила позволяли дракону просто сглатывать мили мгновенно.

Волк фыркнул и юркнул в кусты, отправившись на охоту. Теперь он кормил не только себя, но и беременную Нилли. Я подошла к волчице и положила руку ей на бок, чувствуя под пальцами пушистый и теплый мех. Она посмотрела мне прямо в глаза, делясь своей не передаваемой в слова радостью. Чувство любви наполнило меня до краев, такой нежной и трогательной, что я чуть не задохнулась.

С легким сердцем я поднималась по лестнице в свои покои, сбросив с себя груз тайн, ведь мои волки и дракон поделили их поровну.

Не волнуйся, Всадница. Судьба дает нам то, что должно.

Почему ты отказался помочь?

Этот разговор не должен состояться сейчас. Ты поймешь это потом, Страстная, потом.

И Янро исчез из моего сознания так легко, как бабочка перелетает от цветка к цветку. На краю моих ощущений происходил разговор между драконом и волком, который охотился. Янро дразнил его мелкой дичью. Между ними установилось даже нечто большее, чем понимание и общая цель. Дело было и не в Динео. Волки и дракон являлись хищниками, может, способность охотиться и объединяла их также крепко, как узы в стае. В любом случае это мне очень нравилось.

Я закрыла за собой дверь. И застыла. В ноздри ударил терпкий и четкий запах моего убийцы.

II Предательство

«Личность Хелла Беллса стала загадочной фигурой при дворе. Его происхождение давало почву для слухов, но королевская семья быстро опровергла их, рассказав, что он приходится дальним кузеном принца Силенса. Их сходство сделало это объяснение наиболее правдоподобным.

Но слишком многие люди начинали его вспоминать. Раньше тихий и незаметный, Хелл теперь стоял по правую руку от будущей королевы и являлся ее советником. Фамильярное отношение мужчины к принцессе Эверин позволяло людям думать, что король все-таки скрывает что-то от своего народа.

Правду о Хелле Беллсе так никто и никогда не узнал. Одни говорят, он погиб на битве при Собачьем Клыке, другие, что он повесился на стропилах таверны, а третьи – что он стал лесным ведуном, продолжая дело матери».

«История правления королевы Эверин Страстной», писец Клэвэр

Я оцепенела, боясь пошевелиться, в ушах громко стучала кровь, но я все равно слышала, как за спиной ровно дышит человек. Под замковой стеной волчица вскочила на лапы и нервно забегала вдоль каменной кладки, осознавая, что не сумеет попасть в замок. Янро круто развернулся, направляясь к Дейсту, Алди бежал под его брюхом. Но как бы они не спешили, помощи от них получить не удастся.

Будничный треск поленьев заставил содрогнуться, почему-то эта обыденность пугала еще больше того, что совсем рядом стоял тот человек, что хотел меня убить. Стараясь не выдать своего волнения, я медленно развернулась, нервно сжимая пальцами рукоятку своего ножа.

До боли знакомое лицо заставило меня задохнуться от обиды и неожиданности.

– Принцесса Эверин! Как я рада Вас видеть! – служанка быстро приблизилась ко мне и фамильярно обняла. Наши отношения никогда не были истинными отношениями слуги и хозяйки.

Сладкий запах духов Уэн ударил в мои ноздри, пробуждая кожу покрыться мурашками. Сильная дрожь охватила меня, я одновременно боялась Уэн и опасалась выдать свое знание. Приветливая улыбка на ее лице сияла искренностью, но теперь я знала, что это не так. Неужели Уэн незаконная дочка короля Энтраста и сестра Хелла?

– Уэн! Как я рада тебя видеть! – Я гордилась собой, мой голос не дрогнул, никак не выдав моего волнения. Слезы рвались наружу, щеки загорелись от обиды.

– Вас так не хватало! – вдохновлено щебетала Уэн, передвигаясь по комнате и делая то, что она делала для меня всегда. Ловкие руки наполнили таз с водой, подкинули поленьев в очаг, она подвесила чайник над огнем, поставила чашку, разложила травы для чая, при этом успевая задавать мне вопросы о моем путешествии.

Я отвечала туманно, как и всем прочим, но ее вопросы все равно казались мне до странности точными, а придавать значение тогда такой мелочи я просто бы не смогла. Рассеяно наблюдая за ней, размышляла над тем, что эта девушка значила для меня раньше и значит теперь. Моя убийца. От этой мысли все мое тело покрывалось мелкой подлой дрожью.

– Леди? – мягко спросила Уэн.

– Я просто задумалась, Уэн, и немного устала, – я вымученно улыбнулась, напрягая всю свою сознательность, дабы не побежать, очертя голову, к Хеллу.– Думаю, лягу спать.

Служанка согласно закивала и взбивала мою перину, пока я старательно делала вид, что умываю лицо. Ее руки так привычно расправляли для меня ночную рубашку, но я едва ли не содрогалась от каждого ее движения, ожидая подвоха. Девушка вела себя вполне естественно, наверное, очередное покушение она пока что не задумала, но расслабиться я так и не сумела. Как только дверь за Уэн закрылась, я положила нож под подушку и попыталась восстановить свое сбившееся от волнения дыхание.

Меня ждала долгая бессонная ночь в ожидании смертельно пугающей тени.

Рассвет я встретила злая и измотанная от бессонной и тревожной ночи. Мои пальцы на правой руке занемели и едва разгибались, потому что я непрерывно сжимала рукоятку ножа, на который очень надеялась. Но ничего не предвещало беды. Никто не попытался убить меня снова. Страх, разбуженный Хеллом, теперь не мог просто исчезнуть. Сердце колотилось при одной только мысли, что смерть может разлучить меня с Силенсом, что она не даст мне править моим королевством. Наверное, мне было еще хуже от того, что загадочная тень оказалась моей верной служанкой Уэн. Слезы давно высохли, когда ночь перешла в свое пиковое состояние. Я выплакала всю ярость, злость и обиду, и на душе остался только всепоглощающий ужас, который лишает мужества. Я не находила сил остаться с ним наедине, поэтому поспешила отыскать своего советника.

Я нашла Хелла возле казарм, где он разговаривал с Бииблэком, очень холодный и серьезный. Капитан недоуменно хмурился, но кивал в такт словам бастарда, как будто у него не было выбора. В карих глазах Блэка читалось недоверие, но оно странно смешивалось с пониманием. Я походкой пьяного человека, подаренной мне бессонницей, осторожно подошла к говорящим мужчинам.

– Это ей необходимо…. – начал Хелл, но резко замолчал, только заметив меня.– Моя леди, королева, – почтительно приветствовал он и демонстративно сложил руки на груди.

Бииблэк сверкнул на него своим гневным взглядом, и по моей коже забегали мурашки. Казалось, они в панике.

– Будущая королева, – так же вежливо сказал капитан, но он, как и бастард, был несколько раздражен моим приходом.

– О чем вы говорили? – прямо спросила я, не выдержав затянувшегося молчания.

Хелл молча отдернул свой синий камзол. Я заметила, что он делает это, когда волнуется. Выжидательный прямой взгляд в его бледно-зеленые глаза возымели свой эффект, ведь я понимала, что действовать морально на Бииблэка просто бесполезно.

– Я обсуждал с капитаном Бииблэком вашу личную стражу, моя королева, – он не дал вставить мне возмущенный комментарий, невозмутимо продолжая.– Но Бииблэк ответил мне, что таковой стражи просто не существует. Вот поэтому, моя королева, у нас вышел консилиум.

Блэк почти вынужденно кивнул, продолжая гневно сверлить взглядом Хелла, который не обращал на это никакого внимания. Гроза на смуглом лице капитана приобретала яростные оттенки.

– Мы хотели бы узнать ваше мнение, – сделал уступку Блэк, повернувшись ко мне.– Хотели бы вы иметь личную стражу?

Одно воспоминание о Уэн, которая имела свободный доступ не только в мои покои, но и почти во все комнаты замка, помогло мне быстро и верно принять решение.

– Конечно, Бииблэк, это обязательная мера, – холодно, но спокойно ответила я. Моя ярость относилась вовсе не к другу принца.

– Я поговорю с кронпринцем, моя леди, – согласно кивнул Блэк, понимая, что мое решение верно, но сейчас несколько проблематично, ведь Дейст был на военном положении. Не далее, как завтра, сюда прибудут два гарнизона, а город уже кишмя кишит солдатами.

Хелл торжественно ухмыльнулся.

– Еще не забудьте о том, мой дорогой друг, – почти язвительно начал он, – что я просил разрешения начать тренировать нашу будущую королеву драться не только на мечах, но и врукопашную.

Теперь была моя очередь гневно сверкать глазами на Хелла. К моему удивлению, Бииблэк почти поспешно согласился.

– Конечно, – кратко ответил он и без особых церемоний удалился, чтобы пойти к Силенсу.

Как только широкая спина Бииблэка стала смутным коричневым пятном, я накинулась на бастарда со всем сдержанным гневом и растерянностью, которые появились, как только я услышала о том, что он собирается меня учить.

– Что это было, бастард? – злобно зашипела я, все же удостоверившись, что никто не сумеет нас подслушать.

Мужчина ничуть не оскорбился.

– Я говорил вам вчера, моя королева…

Я фыркнула, озадачив мужчину. Его только видимая молодость не позволяла мне допустить того, чтобы он смотрел на меня снизу вверх. Если он захотел стать моим советником, то пусть привыкает и к моим правилам.

– Прекрати это!

– Что? – вновь спросил Хелл, еще более удивленно.

– Это… «Моя королева», «моя леди», – я еще раз фыркнула для убедительности.– Называй меня Эв.– У мужчины расширились глаза.– Хотя бы Эверин, – уступила я.

Он пожевал свою нижнюю губу, размышляя.

– Но…

– Никаких «но», Хелл. Это, что, твое любимое слово?

Бастард коротко рассмеялся, но почти мгновенно посерьезнел. Он утвердительно кивнул, отвечая на мой предыдущий вопрос. Странное понимание и доверие, которое установилось между нами, немного меня пугало, но вместе с этим я понимала, что это хорошее начало взаимоотношений между королевой и ее советником. Я тут же поежилась от этой мысли. С каких пор я думала о себе, как о королеве.

– Я знаю одну из ваших сестер, – почти выпалила я, тут же приложив руку к губам. Как будто кто-то тянул меня за язык. Слава Лайту, никого не оказалось поблизости.

Глаза Хелла стали похожи на два огромных блюдца, он фамильярно схватил меня за ладонь и потащил в лабиринт амбаров и сараев для скота. Видимо, его любопытство просто не выдержало бы долгого подъема в мои покои.

– А теперь я хотел бы подробностей, – забыв про нарочитую официальность, потребовал бастард.

Глубоко вздохнув, я рассказал ему все. Мои слова были сбивчивы, и иногда я умолкала, не понимая, как объяснить ему свой Динео. Или когда я начинала сомневаться, стоит ли доверять простому советнику, которого я знала едва ли трое суток, такие тайны королевской семьи. Но мужчина узнал не больше положенного. О Янро я умолчала, поведав ему только то, что знал Силенс. За исключением подробностей о жизни Уэн в поместье моего отца.

– Ваша служанка… – протянул Хелл.– Умно. Девушки явно скооперированы и очень хорошо информированы. Но как они добыли эти знания, остается загадкой, как и то, кто может быть второй сестрой.

– Но как же Уэн…

– Сейчас ее выводить из игры опасно, Эверин, пойми, – быстро следуя моей просьбе, резко прервал меня Хелл.– Мы не знаем их планов. Мало ли, какую судьбу они уготовили для тебя.

Я едва не расплакалась. Мои надежды на то, что Хелл примет незамедлительные меры, не оправдались. Значит, мне придется продолжать жить в этой пугающей неизвестности и трястись от каждого движения своей служанки? Просто смешно! Я не желала бояться Уэн, хотя и не имела представления, каким образом мне преодолеть ужас перед ней.

– Не бойтесь, моя королева, – неожиданно официально успокоил бастард.– За ней начнут усиленно наблюдать, в этом можете не сомневаться. Если она предпримет что-нибудь кардинальное, то просто напорется на контратаку.

– Если бы ты предпринял что-то сейчас, мне стало бы легче, – капризно возразила я, осознавая, что слова звучат как недовольство маленького ребенка. Но что только ужас не делает с человеком.

Тяжелый вздох советника сказал мне о том, что он волнуется за мою безопасность с такой же силой, что и я. Вот только в отличие от меня, Хелл понимает всю глубину предательства Уэн, и оно не заканчивается только одной стороной поступков девушки. У нее есть сестра, которая может впоследствии мстить гораздо более изощренно, чем они могу сделать это вдвоем. Близнецы плохо переживают смерти друг друга, так что вторая сестра просто в конце концов может предпринять атаку камикадзе. А умирать мне отчего-то вовсе не хотелось.

– Я рад, что Бииблэк согласился со мной в том, что тебя нужно учить драться, – задумчиво произнес Хелл.

– Я и так умею, – удивленно возразила я.

– Не так, как мне бы хотелось. Ты должна быть готова ко всему Эверин, понимаешь, – на выдохе сказал бастард.– Это не просто замковые дрязги, тут ненависть ко всей королевской чете. Они хотят отомстить отцу через его сына, через его близких людей. Я знал свою мать, и если девочки унаследовали хоть толику ее пылкого характера, то нам крупно не повезло. Месть была воздухом в жизни моей матери, пусть она никогда не испытывала ненависти к Энтрасту. Это сложно понять. Но двуличность – это нормальное состояние волхвов. – Театральная пауза, которую так любил мой советник, теперь меня раздражила.– Я так же получил это по наследству, но сумел противостоять этой своей природе. Девушки нет. Уэн тебя любит, несомненно, – мое лицо вытянулось от его слов, – но это не помешало попытаться устранить твою фигуру с игровой доски. Это как шахматы, – неожиданно отвлекся в абстракции Хелл.– Они сейчас думают, что являются игроками в этой партии, а нас держат за пешки. Это не так, ты сама понимешь, Эверин. Ты Предназначенная.

– Они больше относятся к этой династии, чем я, – тут же не согласилась я.

– Нет, – почти гневно запротестовал мой советник. – Они незаконнорожденные, как и я. Бастардам не быть правителями. В тебе царственность с рождения.

Почти ярость исказил вызывающе молодое лицо Хелла. Бастард был сильно раздражен. Может, я задела его за какие-то личные чувства, но мне это все равно не нравилось. Кому хочется ковырять гнойную рану?

– Хелл?

– Я… злюсь не на тебя, – сдавленно выговорил мой советник.– Просто зол на них.

– Не понимаю тебя, – действительно поражаясь его словам, ответила я. Нервная дрожь пробежалась по коже.

Мужчина нервно потер виски, испарина выступила на его лбу. Видимо, предательство его сестер взволновало гораздо больше, чем меня саму. Вчера он накачивался виски, а сегодня так быстро разгорается. Хотя, может, я его просто не знаю, но мне казалось, что он спокойный и рассудительный человек. Трудно было бы являться советником короля в течении двадцати лет и быть вспыльчивым неконтролируемым берсерком.

– Эверин… – мучительно выговорил он. – Давно я привык к тому, что рожден вне брака. Я понял, что не быть мне принцем или королем, хотя в моих жилах течет кровь династии Предназначенных. Власть мне не нужна. Это моя страна, хоть подо мной не будет трона. – Он задыхался от волнения, сердце мое сжималось от жалости к человеку, который явно был одинок. – Клянусь задницей Дарка! Я мечтал и мечтаю только о благополучии своей страны. Мне все равно за чьим плечом я буду стоять, и кто будет править Дейстроу, главное, чтобы его правление было разумным и справедливым. – Он тяжело вздохнул. – Я присягнул тебе потому, что Энтраст стал стар и необъективен по отношению к своему законному сыну.

– А как же Силенс?

– Задай мне этот вопрос, когда я смогу на него ответить.

Серьезность его тона даже несколько меня оттолкнула. Хелл молча на меня посмотрел и удалился в лабиринт амбаров с тихой яростью на своем молодом, но искаженном проблемами лице.

Горячее утреннее солнце жгло мои плечи. Погода стояла совсем не осенняя, и хоть воздух уже приобрел свою прозрачную невесомость, а Праздник Урожая отгремел несколько дней назад, я все еще ощущала прочное присутствие лета. Волк наслаждался отличной охотой, обеспечивая свежей добычей свою беременную подругу. Янро тоже предпочел мое общество полям и лесам, над которыми летал в поисках крупного скота. Силенс был занят быстрой и мобилизованной организацией армии. Гарнизон Коктона прибыл только вчера из-за размытых дорог, так что я не успела повидаться с молодым голубоглазым капитаном. Ейс молчал, не выдвигая не каких требований. Радовало только то, если радость уместна в такой ситуации, что наши пленники содержались в приемлемых условиях. Королевская магия принца позволяла наблюдать за ними. Ейс держал свое слово, поэтому пока мы молчали тоже.

Хелл сдержал свое слово, как и Бииблэк. Они оба добились разрешения Силенса, хотя принц согласился почти неохотно, ему эта идея нравилась не больше моего. Пусть бастард не предпринял ничего относительно Уэн, я отчего-то чувствовала себя в безопасности. Его простое обещание, что за девушкой будут усиленно наблюдать, несколько меня успокоило, хоть в моей постели каждую ночь был нож, спрятанный под подушкой. Алди настойчиво просился в замок, предложил даже выдать себя за собаку, а такая мысль была слишком человечной, и я испугалась, ругая себя за то, что решила за волков их судьбу. Но Нилли только лениво отмахивалась от моих извинений. Волчица была полностью поглощена собой и своими внутренними ощущениями.

И вот теперь я стояла на тренировочном корте и терпеливо ожидала, когда здесь появиться Хелл. Сегодня состоится наш первый урок, поэтому некоторый оттенок страха и любопытства был присущ каждой моей мысли. Все-таки я не понимала настойчивости капитана и бастарда. Еще с подросткового возраста меня научили обращаться с мечом и луком, а ножом я научилась владеть в компании Роупа. К тому же моя цепь была всегда со мной, так что если меня обезоружат, все равно останется Хлыст. Мужчины упорно не слушали моих доводов, заявляя, что защищаться без всяких приспособлений, просто собственными силами я обязана. Военное положение в Дейсте, казалось, лишило их остатков разума, который сохранился у них после драк в тавернах. Когда я сказала это вслух, то была вознаграждена фирменным яростным взглядом Бииблэка и недовольным фырканьем Хелла. Капитан недоверчиво относился к молодому пареньку, но однажды признался, что как будто видел его несколько лет назад. Старый стражник тут же отмел это предположение, ведь молодой человек ни капли не изменился. Мне вдруг захотелось все рассказать капитану, но я понимала, что эта тайна, как и тайна обучения Динео, принадлежит не мне.

Наконец, я заметила бастарда, который ленивой кошачьей походкой приближался к корту. Я уже минут двадцать жарилась на открытой площадке, все же была верна слову, которое вчера из меня почти силой вытянула эта сладкая парочка. Теперь после завтрака до обеденных часов я находилась в полном распоряжении Хелла. То есть иными словами, мужчина мог истязаться надо мной как пожелает, а ему и слова против сказать нельзя будет. Это раздражало. Все-таки резкий переход от титула будущей королевы к званию младшего ученика не способствовал хорошему настроению. Поэтому на приветливую улыбку моего советника я ответила хмурым взглядом, даже не разлепив присохших от жары друг к другу губ. Хелл только иронично усмехнулся, прекрасно понимая, как он дразнит меня этим. Непосредственность мужчины даже несколько смущала меня. Его возраст больше чем в два раза превышал мой, пусть совсем скоро мне минет девятнадцатый год. Вел же себя Беллс как несносный и вредный мальчишка. Иногда, но все-таки такое случалось.

– Доброе утро, моя королева, – не удержался-таки Хелл от язвительной подначки. Мой сердитый взор нисколько его не впечатлил, так что мне оставалось только молчаливо ожидать начала пыток.– Сегодня мы начнем ваше обучение, – таинственно улыбаясь, заявил он, как будто этот факт до сего момента оставался в тумане.

После нескольких томительных мгновения я не выдержала.

– Так начнем или будем продолжать ухмыляться? – в голосе моем сочился яд. Я довольно улыбнулась, прочитав в его глазах смущение.

– Ладно, Эв, не злись, – внезапно предложил Хелл, обезоруживающе улыбаясь. Я не выдержала и кивнула, поддаваясь на это неотразимое и отточенное с годами обаяние.

Бастард серьезно, но мягко кивнул и пошел к оружейной, где позволил мне выбрать шест. Он одобрительно цокнул, когда я взяла свое тренировочное оружие и уверенно направилась обратно на корт.

– Это для разминки, – пояснил мужчина.– Я буду учить тебя, так сказать, кулачному бою, но все-таки должен проверить твои физические способности.

– А ты в них сомневаешься? – задиристо ответила я, улыбаясь во весь белозубый рот. Резко мне вспомнился Роуп и его игривая манера преподавать мне уроки. Он мог бы стать мне хорошим другом, но эта горечь на моих губах, что была оставлена после его поцелуя, разрушала всякую надежду на какую-либо дружбу. Мой Наставник считал, что я вернусь в деревню Динео. Как же я подвела его ожидания.

Но вот Хелл не стал ждать моего ответа, и его не смутила моя задумчивость – он уверенно, без уступок напал на меня, ловко работая своим коротким, но широким шестом. Наш бой был все-таки шуточным, но я сумела определить способности своего соперника. Хелл обладал кошачьей грацией, эту черту я не раз замечала в нем – она проглядывала в походке, в повадках, как будто он был выращен в стае диких кошек. Дрался он импульсивно и постоянно находился в атаке, почти не заботясь о своей защите. Может, он вел сейчас такую тактику, потому что хотел посмотреть на что я способна, но мое мнение было иным. Бастард был драчуном, который себя не жалел и бросался в битву с заразительным ожесточением и безрассудной смелостью. Он привил себе навыки воина, с этим поспорить я не сумею, но все равно в его движениях и уловках было гораздо больше эмоций, чем позволил себе настоящий солдат. Однажды я наблюдала глазами волка, как ведет бой мой принц. То был рассудительный танец смерти, направленный только на поражение врага. Сейчас же возникало ощущение, что я борюсь с беззаботным орлом, который думал только о том, как поставить мне живописный синяк, ничуть не волнуясь о том, что я оставляла на его теле не менее живописные синяки. Хелл ни капли не берег свое молодое и сильное тело, которое не старело благодаря магии его матери.

– Ты сильна, но выбей я из твоих рук шест, ты бы впала в панику, – рассудительно заметил бастард, когда мы опустили оружие, сочтя бой оконченным. У меня безумно ныло плечо, по которому Хелл безжалостно приложился своей крепкой палкой.

– Ты прав, – сокрушительно призналась я, оправдывая свою неспособность защищаться без оружия обладанием волками, которые, не раздумывая, перегрызут горло любому, кто посмеет меня обидеть. Поежившись от эти размышлений, в очередной раз отругала свое чувство безраздельного собственичества.

– Теперь мы продолжим, и все будет по-моему.– Я фыркнула. Как будто это я желала потеть на тренировочном корте в компании с быстрым кошачьим драчуном.

Советник и наставник в одном лице только лучезарно и как всегда очаровательно усмехнулся, отбросил шест в сторону, как ненужную вещь, и поманил меня к себе кончиками пальцев.

– Смотри и запоминая.

Я сделала пару неуверенных шагов ему навстречу, не до конца понимая, каких действий он ждет. Бастард только одобрительно кивнул, и я, не найдя более разумного выхода, замахнулась на него кулаком. Или я подумала, что замахнулась.

Совсем неожиданно для меня я оказалась вниз лицом, проехавшись щекой о поверхность корта, покрытую песком. Моя рука была жестко заломлена за спину, а пальцы правой руки, которой я хотела ударить Хелла, занемели так, что казалось, будто их отрубили. Напряжение было во всем теле, но больше всего ныло потревоженное и вывернутое в неестественное положение плечо. Я умоляюще застонала, и бастард ослабил свой цепкий хват. Плюхнувшись на землю, раздраженно выругалась в сухой песок и постаралась сесть.

– Плохо, – прокомментировал Хелл, пока я отплевывала хрустящие на зубах песчинки.– Я разочарован, моя королева.

– Очень смешно, – огрызнулась я, поднимая и отряхиваясь.

– Зато ты теперь понимаешь, что это возможно, – подняв палец, изрек бастард.

Я задумчиво почесала запачканный подбородок. Щека слегка зудела. Отлично, еще царапин мне не хватало.

– Я меньше, вот у тебя и получилось, – обиженно защищала я свою неуклюжесть.

– Лайт с тобой, Эв. Я сумел бы проделать этот фокус даже с Громом. Но! – Я прислушалась.– Он-то в курсе таких вот штучек, а ты в этом абсолютный профан.

Самодовольная улыбка на лице Хелла выводила из себя. Как только он научит меня драться, я с удовольствием собью ее с этого ехидного лица кулаком.

– Я научу тебя всему, чему смогу научить за столь короткий срок. И жду послушания, Эверин Страстная.

Мне нечего было ему ответить. Бастард и сам понимал, что я не сумею ему в этом отказать.

Хелл серьезно кивнул и отошел еще на пару шагов, чтобы начать мучительные пытки. Мужчина повел плечом, в очередной раз демонстрируя мне свою кошачью грацию и силу поджарого, но быстрого тела. Пока я раздумывала, что он от меня ждет, бастард стянул с себя рубаху, и стал гарцевать по корту полуобнаженным. Тепло осеннего солнца действительно удивляло, капельки пота стекали по моему лбу, но я была намерена запомнить движения моего очередного учителя. Мужчина одобрительно кивнул, и я пошла к нему. Но теперь тот захват был сделан гораздо более медленно, чтобы у меня появилась возможность запомнить последовательность движений.

– Отлично, – хрипло выдохнул Хелл, когда я приложила его к песку корта. Моему восторгу не было предела. Несколько часов упорных тренировок, и я сумела повторить этот ловкий трюк. Всего один трюк за полдня! Энтузиазма моего убавилось.

Отплевываясь песком, как я несколько часов назад, бастард тяжело поднялся с земли, потирая ушибленное плечо. Я злорадно усмехнулась.

– Ты быстро учишься, – заметил он.

– Быстро? – опешила я.

– Я бы сказал да. Помню себя, когда учился этому, – он туманно обвел рукой пустынный корт.– Из меня долго выбивали пыль после занятий, – хохотнул он своим воспоминаниям.

Теперь я смотрела на Хелла с другой стороны. Передо мной действительно стоял мужчина, полностью вверивший мне свою преданность.

– А кто учил тебя? – неожиданно спросила я, заметив неподдельное удивление на его молодом лице.

– О, этого человека давно нет в живых. Он, как и я, поклялся королеве в верности.

– Лайс?

Бастард кивнул.

– Ей самой. Ситуация почти идентична. Только его связывала не только клятва, но и любовь к королеве. – Я ахнула. – Наверное, ты знаешь, что Лайс Необыкновенная любила своего монарха так же необыкновенно, как и ее имя. Поэтому ее советнику оставалось только принести себя в жертву, когда стал вопрос об устранении королевы со двора.

Я успела только пораженно открыть рот. Ничего сказать просто не сумела.

– Мой учитель принес свою жизнь в жертву королевскому престолу, какую по плану Энтраста должна была принести Лайс. Я сам разрабатывал этот план, пусть и не одобрял этого. Быть советником монарха и соглашаться с ним во всем – не одно и то же, Эверин. – Хелл резко замолчал, как будто сболтнул лишнего.

– На сегодня хватит, – отрезала я, ощущая, как изнутри поднимается несогласие и возмущение. Сколько тайн он будет мне поверять, и сколько из них мне придется скрывать от мужа.

Я отвернулась от своего советника и медленно побрела к своим волкам. Ни грязная одежда, ни зудящие мышцы, ни громкие призывы и кульбиты желудка не остановили меня. Так отчаянно хотелось окунуться в дикий простой мир, без интриг и сложностей. Когда меня Силенс решится принести в жертву престолу?

Отбросив эту мысль, как гнилую кость, я ощутила призывно теплую шерсть Алди, который встретил меня на территории замка. Я разделила со своими волками животную обыденность. Нилли осталась на новом месте, которое волки выбрали, как место рождения волчат. Мой волк вырыл нору, тщательно отыскав такой холм, который скрывался в кустах от любопытных взглядов. А защита деревьев давала возможность почти не проникать влаге в их укромное местечко.

Мы охотились с Алди, когда нас накрыла огромная тень дракона, Янро призывно затрубил, и мы только приободрились его могучему присутствию, пусть и мелкая дичь, стремглав, попряталась по норам. Единение сознания с моими животными отчистило от грязи и беспокойства, я знала только вкус свежести на губах, ветер осени в моих растрепанных волосах и четкий запах пробежавшего под ногами кролика. Душа радостно трепетала, беспокойство за тайны и за Рийвэр отошли на второй план, я как будто отключила свое сознание от размышлений над этими проблемами. Передо мной был равнинный простор, мое волчье обоняние ощущало в воздухе ароматы леса и дичи, я могла бы сбежать сейчас же. И за мной бы последовали все. Даже беременная Нилли. Пусть через пару недель она ожидала рождения щенят. Иногда я удивляюсь, как им удавалось скрыть от меня столь значительный факт. Но тогда я думала только о том, что я будущая королева и Всадница Ветра. Наверное, в моей голове просто не осталось места для проблем волков.

Ты хорошая Всадница, Страстная, приободрил Янро. Дракон не лукавил, хотя язва была его стилем жизни.

Она лучшая, возмущенно возразил возбужденный нашей неожиданной близостью Алди.

Потому что принадлежит нам, – тихо добавила волчица, вторящая мыслям своего волка.

Да, я ваша, с тихим удовлетворением подтвердила я. По моему телу разливалось спокойствие, и я улыбалась неизвестно чему. Мне внезапно вспомнилась Уэн. А я ведь доверяла ей тепло и беззаботно, а она сумела так со мной поступить. Что ж, в своих волках я была уверена больше, чем в ней. Хотя пусть она была для меня служанкой, ее предательство больно ранило в самое сердце. Я думала, что достаточно растеряла друзей. Как будто, кроме Роупа, они у меня были.

Не знаю, мои ли мысли привели меня к Роупу, или он жаждал этого контакта, но Динео мгновенно отыскал его в паутине магии. Его золотые волосы спадали ниже бровей, синие глаза метали молнии, все лицо было напряжено. Как только он ощутил мое присутствие, то вцепился в меня, как дикий голодный пес.

– Эв! – выдохнул он отчаянно.

– Роуп, – в отличие от него тихо ответила я.

Его пальцы нервно потирали покрытый золотистым загаром подбородок. В глазах читалось беспокойствие и осуждение, он до сих пор ждал меня.

– Ты должна была вернуться около недели назад! – разгорячено воскликнул он, соскакивая с хорошо знакомого мне стула. – Тебя все ждут, – уже тише добавил Наставник.

– Я вернулась. – У Роупа заблестели глаза, будто он надеялся, что я где-то в деревне Динео. – Только не к тебе.

Он радостно открыл рот, но потом смысл слов дошел до него, и дрожь сотрясла его могучее молодое тело. Судорога свела красивое лицо, Роуп недоверчиво качал головой, похожий на мокрую собаку. Мокрую подбитую собаку.

– Я… знал, – со свистом выдохнул парень. – Но надежда была. До этого момента.

– Мое королевство для меня важно, и я готова ради него жертвовать, – смиренно проглатывая его презрение, медленно проговорила я. – Вернувшись в Дейст, я вернулась к своему народу.

Роуп коротко рассмеялся. Ядовитый смех моего друга больно жалил.

– Ты вернулась к принцу! – выплюнул он, стараясь как-то меня задеть, но у него это не получалось.

– Я вернулась к своим обязанностям, Роуп, я будущая королева, этим и обоснован мой выбор.– Каждое мое слово было четко выверено и сказано с хладнокровным спокойствием. Желая добиться эффекта равнодушия, я забывала, какую боль могла причинить своему Наставнику.

Наверное, нас с ним многое связывало, поэтому во мне бы не нашлось сил, чтобы отвернуться от него. Парень выглядел таким несчастным, что сердце мое разрывалось от жалости к нему. Вспомнилось, что его сестра отвернулась от брата, предпочтя его общество Круэл. Каково ему должно быть сейчас, когда все близкие оставили парня в одиночестве. Теперь стала понятна его вспышка ненависти и ярости, когда я сказала, что являюсь женой принца Силенса. Он просто боялся меня потерять даже как друга, не только, как возлюбленную. Какие бы слова я сейчас не подобрала, мне бы не удалось утешить своего друга или как-то облегчить боль от моего предательства перед ним. Ведь Роуп считал, что я вернусь в деревню Динео и продолжу свое обучение. Авлонга Морп выражался неоднозначно при нашей последней встрече. Он тоже ждал меня.

– Езкур по тебе скучает, – тупо сказал Роуп. Наверное, этот факт, по его мнению, должен был меня сильно взволновать. Но кот-проводник прекрасно обходился без меня, значит, продолжает это делать и сейчас.– Я тоже, – совсем тихо, как шелест травы при слабом ночном ветре. Вымолвил он, не в силах поднять взора на меня.

– Я тоже по вам скучаю, – честно призналась я, при этом стараясь не вспоминать его страстный поцелуй.

Он недоверчиво поднял голову, светлые локоны разметались в разные стороны, осторожно заправив прядь за ухо, Роуп с надеждой улыбнулся, которая до сих пор не успела полностью погаснуть. Деревня Динео влекла меня, как огонь влечет мотылька. Но попав туда, я сгорю, так же как и мотылек, достигший пылающего факела. Я нужна своему Королевству больше, чем мне нужна моя магия. Со мной волки, со мной Янро, этого должно хватить, чтобы я не заскучала по тихой и спокойной обстановке дома, в котором я провела почти все лето.

– Но я не смогу вернуться, – тут же отрезала я, не пытаясь каким-то образом обмануть своего Наставника. Ложные мечты и пустые обещания тут ни к чему.

– Ты только что сказала…

– Сказала, – твердо кивнула я. – И не отказываюсь от своих слов. Но я не могу бросить свой народ, у нас, знаешь ли, военное положение. И сейчас я нужна Дейстроу, как никогда. И своему королю, своему принцу, которым я присягнула в верности и преданности. Да, я тоже Предназначенная, но это не отличает меня от других. Я служу своему народу. Потом своему сердцу, и только после этого своим мечтам.

– И я на последнем месте, – удрученно заключил Роуп. Мне не нужно было никак подтверждать его слова. Он прекрасно понимал, что в моем сердце не золотоволосый синеглазый парнишка.

– Это сложно объяснить, но ты тоже многое значишь для меня. Но наши чувства они различны. Ты не прав, Роуп, – я не дала ему даже рта открыть. – Все эти твои сны. Просто ты видел меня потому, что стал моим Наставником. Вот и все.

Он дико тряс головой, отрицая мои слова хотя бы физически.

– Нет, – слабо возразил он, понимая все-таки, что я права. Отчасти, может быть, но все-таки права.

– Да, Роуп, да, – я помолчала, – да, – окончательно и твердо сказала я, чувствуя, как паренек сотрясается от каждого моего слова.

Слабо улыбнулась, отражаясь в его влажных синих глазах, и отстранилась, вернувшись в собственное, онемевшее от неподвижности тела. Шевельнув плечом, я опустила взгляд на Алди, который прижимался пушистым боком к моим коленям. Волк меня понимал, и мне не нужны были слова, чтобы объяснить, что я только что пережила. Он знал это сам. Слова здесь излишни.

Чужими ногами я медленно пошла обратно к замку. Проблемы Дейста со сказанным мною Роупу тяжело легли на мои плечи. Даже опасность, которую потенциально излучали незаконные дочери короля, выглядела сейчас как несмешная и глупая шутка. Слова Хелла и мысли смешались в моей голове, как каша с маслом в огромном котле у очага поварихи в замке Дейста. Все предстало сумбурным и почти нелепым, очередное желание сбежать посетило меня, но крепкая воля и уверенность в себе не позволяли этого сделать.

– Миледи, моя королева? – вкрадчивый голос Бииблэка заставил меня вздрогнуть, я едва не закричала, но успела приложить ладонь к губам.– С вами все в порядке?

Карие глаза светились беспокойством, я непонимающе кивнула. И подняла глаза к небу. Уже вечерело.

– Где вы были? Будущий король был взволнован вашим отсутствием и послал меня на ваши поиски. Я объехал окрестности, но вас так и не отыскал, королева Эверин.

У меня не нашлось слов. Наверное, мое общение с Роупом растянулось на долгое время, хотя я даже не ощущала усталости, которая приходила после использования Динео.

– Я прогуливалась, – неуверенно ответила я, чувствуя, как рука Бииблэка ложиться мне на талию. Я ощутила неожиданную усталость, коленки подогнулись, и предусмотрительный капитан стражи кронпринца тут же меня подхватил. Слабость быстро распространялась по всему телу, неожиданная тошнота напугала.

Придя в себя, я обнаружила, что лежу в глубокой мягкой перине, меня укутали в несколько одеял, так что даже было жарко. Приятный запах заваренных малиновых листьев, их же вкус ощущался на моих высохших губах. Я боялась поднимать голову, потому что отчетливо помнила, чем это кончилось во дворе замка. Если бы не Бииблэк, мне бы пришлось туго.

До меня доносились встревоженные голоса. Силенс что-то говорил, а его собеседник в чем-то убеждал будущего короля. Иногда свои реплики вставлял Бииблэк, и тогда все замолкали, словно заговорил сам Лайт. Тяжело пошевелившись, я попыталась высвободиться из кокона одеял, но это была неудачная идея. Моих безуспешных попыток никто не заметил.

– Мой принц, милорд, вы уверены, что это невозможно? – мягко поинтересовалась какая-то незнакомая мне по голосу женщина, сменив свою тактику убеждения на спокойное воздействие.

Силенс что-то нечленораздельно проговорил. Гневно. Но потом взял себя в руки.

– Я уверен. Этого быть не может, миссис Хелзгуд.

Бииблэк раздраженно фыркнул. Мне кажется, что он был категорически не согласен со своим будущим королем.

– Будущий король… – начал капитан стражи, но Силенс его грубо оборвал. Я нервно зашевелилась под одеялами. Никогда я еще не была свидетелем того, что советник и Силенс не согласны друг с другом.

Миссис Хелзгуд нервно кашлянула, ощущая, как и я, сгущающееся напряжение в комнате. Даже тепло, которое медленно душило меня, не казалось таким неприятным, как это странное противоречие между мужчинами.

– Принц, милорд, вы же понимаете, я знаю вас еще с детства. Я королевский лекарь. Пусть в прошлый раз меня не было в замке, когда будущей королеве нужна была помощь, теперь я готова ее оказать. – Женщина говорила уверенно и спокойно, прекрасно осознавая свою силу и влияние настоящего преданного слуги. – Но я должна знать наверняка, – уже тише добавила она.

Силенс резко выдохнул. Я представила, как сейчас он разъярен. Что же так могло вывести из себя моего мужа?

– Я же сказал, – сквозь зубы начал он. – Я сказал, – более спокойно повторил Силенс, – что я уверен, это невозможно. Просто невозможно.

Хелзгуд нервно сглотнула, мой обостренный слух ловил каждый звук.

– А вы не допускаете такой мысли…

– Нет, – прогремел яростный крик Силенса. Он со свистом втянул в себя воздух. – Миссис Хелзгуд, пожалуйста, вы можете подумать над этим и позже прийти ко мне с вашими размышлениями.

Женщина пролепетала что-то согласное и поспешно покинула покои, шелестя длинными юбками о ковры. В комнате установилась мрачная тишина, привычным было только трещащие поленья. Я до сих пор не понимала, почему в воздухе стоит запах малины, но он был так приятен и сладок, что я упоительно его вдыхала.

– Мой король… – начал Бииблэк, но резко замолчал.

– Бииблэк, ты не можешь знать больше того, что знаю я! – отрезал Силенс, достаточно жестко. Ни разу он так не разговаривал со своим верным капитаном.

Солдат помолчал, но потом все-таки решился заговорить вновь.

– Она сегодня ушла далеко от замка. – Я не видела, но почувствовала движение воздуха, Ленс кивнул. – Может, со своими волками она убежала далеко за окрестности замка.

– К чему ты это ведешь? – нетерпеливо поторопил принц.

– К тому, что она переутомилась, – мягко сказал Бииблэк.– Я был женат, мой принц, милорд, и…

– Замолчи!

В его голосе не было злости или ярости. Он был холоднее, чем морская вода в зимний шторм. Капитан понял, что переступил через границу терпения своего принца. Я не понимала, о чем они спорят, и что так разозлило моего мужа.

Бииблэк молча ушел, и вместе с ним исчезло напряжение из комнаты. Его излучал теперь только Силенс, который быстро подошел к кровати и присел на ее край.

– Эв, сейчас не время, понимаешь, – прошептал он, касаясь пальцами моей щеки. Я не открыла глаз. – Приходи в себя, моя королева. – Силенс осторожно поцеловал меня во влажный лоб, встал и тихо закрыл за собой дверь. Неожиданное одиночество набросилось на меня, как голодная собака, но отыскав где-то на задворках сознания своих волков, я успокоилась.

Следующие дни прошли в каком-то суматошном ритме. Наконец, пришли вести из Ейса. На удивление Силенса и короля писал сам Раффстафф, сообщавший, что захватчики без требований покинули столицу Рийвэра и освободили всех пленных. Надо было видеть лицо кронпринца, когда он читал эти строки. Герцог был и сам удивлен, но уповал только на волю богов, хотя признался, что до Вотэрплэйса дошли слухи о том, что Предназначенный мобилизовали армию. Но никто не верил в то, что это могло напугать врага.

Ейс отличался своей историей от Красной страны, но тоже носил славу воинственного народа. Властители этого государства никогда не нападали первыми, и все же с достоинством держали оборону. Что побудило их наступить на Рийвэр – до сих пор остается мрачное загадкой. Сумбурные действия противника выбили из колеи Ленса, но будущий король не спешил распускать созванных солдат по домам. Дейст бурлил, как котел с горячим рагу, это будоражило не только трактиры и таверны, но и торговлю, которая несмотря на эмбарго, прекрасно процветала. Столица никогда не была такой популярной. Я думала, что прилив солдат не будет привлекать обычных фермеров или ремесленников, но я ошибалась. Температура была настолько высокой, что притягивала всех. Даже молодые невесты успевали находить женихов среди служивых мужчин, за день проходило по несколько свадеб, и город разрастался на глазах. Новые дома появлялись, как грибы после дождя, сверкая красивыми крышами и свежими бревнами.

Мы так и не сумели определиться – пользу или вред причинили нам наши враги. Даже мертвые в герцогстве Рийвэре выглядели не так пугающе на фоне развивающейся столицы. Когда Раффстаффу пришло несколько мешков золота без гонца, он вовсе потерялся в догадках. Если Ейс заплатил за убытки, которые сам и учинил, то чего стоило ждать в будущем? Быть может, это все только уловка? Или страна воспротивилась действиям главного манипулятора – правителя Красной страны? Но династии Предназначенных оставалось только теряться в догадках и не понимать, к чему была проведена эта компания. Сама я поддерживала Силенса. Принц хотел нанести ответный удар. Действия же Ейса приводили в ступор, и нападать на них после столь гуманного отношения и безмолвном соглашении о мире было практически смешно.

Наши занятия с Хеллом шли своим чередом, хотя Бииблэк неожиданно воспротивился тому, что меня будут кидать в разные стороны по корту, но кронпринц не высказал никаких возражений, поэтому у капитана стражи просто не оказалось никаких аргументов. Мой советник с каждым днем удивлял меня все больше. Он стал мне почти как Роуп, к счастью, не проявляя ко мне никаких романтических чувств. Как-то я спросила его о том, почему он не женат, но Беллс только коротко рассмеялся и деликатно умолчал об этом. Больше я не спрашивала. Он действительно мне помогал не только в тренировках самообороны, а также присутствовал на моих встречах с разными торговцами и герцогами, которых отсылал ко мне Силенс по причине своей занятости. Мужчина был отлично дипломирован и сомневаться в том, что являлся советником короля в течение двадцати лет, не приходилось.

– Я не король. Я советник, – как-то спросила я его, не хотел бы он занять место Силенса, втайне мечтая о том, какая бы жизнь у меня тогда была. – И я могу только советником и только. И бастардом, – помолчав, добавил Хелл. На его лице танцевала игривая улыбка, поражая меня больше всего. Как будто мужчину совершенно не смущало то, что он рожден вне брака. Тем более, отец его – король. Он относился ко всему с легкостью и некоторым легкомыслием, под слоем которых скрывались мудрость и серьезность.

Мое недоверие к Уэн не угасло, нет, но я научилась прятать настороженность глубоко внутри. Я старалась создавать видимость наших прежних отношений и якобы делилась с ней своими секретами. Отчего-то я не сказала ей, что несколько дней назад потеряла сознание во дворе замка. Странно, но слухи об этом не расползлись по Дейсту, как ленивые черви. Кто-то хорошенько постарался, чтобы это осталось в тайне, как и то, что королевские покои посещал лекарь. Миссис Хелзгуд посещала еще раз принца Силенса, но мне так и не удалось узнать, о чем же они говорили в тихой уединенности его темного кабинета.

Наши отношения с Бииблэком резко сменились какой-то молчаливой отрешенностью, но с принцем у них произошел явно какой-то раскол. Я едва ли помнила о том разговоре, который услышала в полубреду, так что не могла составить кусочки мозаики в своей голове. Их явное недружелюбие бросалось в глаза, и в замке начали шептаться. Я беспокоилась за них, а обсудить это не могла даже с Хеллом. Тем более с Уэн.

Я жадно хотела увидеться с Коктоном. Этот голубоглазый капитан возбуждал мое любопытство своим мужеством и молодостью. Его гарнизон славилась боевыми успехами, и с тех самых пор, как только Коктон встал на посту капитана. В его казармах я встречала только веселых и в большинстве своем молодых людей. Солдаты Западного гарнизона привлекали своей душевной открытость, и они всегда были готовы помочь. Я сомневалась, что дело было только в том, что они видели во мне будущую королеву. Они относились также и к любой замковой служанке.

– Эв! – раздраженно фыркнул Хелл, в очередной раз окликая меня. Я едва ли отвлеклась от возившихся в пыли волков. Предстоящее рождение щенков будоражило и меня.

– Прости, я была… – я резко осеклась.

– С кем ты была? – удивился Хелл, который и не подозревал о существовании Динео во мне.

Мое сердце задрожало в груди. Я доверяла своему советнику, но рассказать о волках почему-то боялась. Может, мною двигало эгоистическое опасение, что это вызовет в нем отвращение ко мне? Силенс принял существование Алди и Ниллицы только потому, что полюбил меня всей душой, а значит, полюбил и моих волков. Но каким образом объяснить их существование советнику? Бастарду короля, который может рассказать об этом Энтрасту? Пусть эти мысли можно было бы счесть изменой, но я не доверяла правящему монарху. Он погряз в своих пороках и своих чувствах, позабыв о королевстве Дейстроу.

– Я ошиблась, – поспешно выпалила я, выдав свою неосторожную правду. Бастард нахмурился и недоверчив покачал головой. – Это трудно объяснить.

– Ты уж попробуй, – после минутной паузы, отозвался он. Я подняла глаза на Хелла, он неуверенно улыбался, но в его позе не нашлось и капли настороженности или недовольства мною.

За тяжелым вздохом последовал целый поток признаний. Мое обладание магией Динео Хелл воспринял довольно легко. Может, потому что сам обладал некоторыми способностями, которые получил от матери-волхва. То, что я связана с волками, его не смутило. Мне показалось, что его вообще ничего не смущает. Излив душу своему невозмутимому советнику и другу, я ощутила легкость и радость, хотя не осознавала, почему Хелл воспринимает все так просто.

Бастард расхохотался, когда я обиженно ему сообщила, что он не испытывает ко мне отвращения, хотя это тоже меня бы оскорбило. Лучистые светло-зеленые глаза излучали нескрываемую радость, он явно надо мной издевался.

– Ты не понимаешь, – начала я, но Хелл прервал меня очередным приступом смеха.

Он едва отдышался, раскрасневшийся, как раскаленная кочерга.

– Это нормально, Эверин, моя королева, – галантно сказал бастард. – Я и не сомневался, что ты обладаешь какой-нибудь магией. Твоя сила видна издалека. Может, не для всех. Но для волхвов это очевидно. Может, я и не полноценный волхв, и все-таки некоторые способности у меня есть. Я это понял сразу же, как только увидел тебя в покоях короля. Поэтому я и присягнул тогда так быстро. Ты настоящая королева, и твое правление впишут в историю золотыми буквами…

– Прекрати! – обиженно возмутилась я.

– Нет, – с издевкой передразнивая меня, ответил Хелл.

Я не удержалась и рассмеялась. Его наивная простота так мне нравилась, что устоять перед этим странным обаянием не удавалось. Хелл прочно завоевал мое доверие.

Мы до сих пор посмеивались, когда до нас долетел гневный крик.

– Предатель!!!

III Планы и откровения

«Принц Силенс часто говорил, что он воин, а не стратег. Он, как и его отец, скорбел о брате, но и понимал, что Королевство Дейстроу потеряло лучшего военноначальника своего времени. У Ялдона всегда был план действий. В своем правлении Силенс Могучий отличался тем, что действия его всегда были импульсивны и эмоциональны.

Так считали только те, кто видел его на троне в паре с Эверин Страстной».

Писец Брейн, «Правление династии Предназначенных»

Я не верила в то, что слышала. И кого видела.

Разъяренная Уэн нависла над смертельно побледневшим Хеллом, который хлопал ресницами, как испуганная лошадь. Ее растрепанные волосы колыхались от тяжелого дыхания, а покрасневшие щеки пунцовели с каждой секундой все больше и больше. Когда служанка замахнулась рукой на бастарда, я немного испугалась. Кому, как не мне, понимать, на что способна женщина в гневе.

Звучная пощечина эхом разлетелась по пустынному корту, на бледной щеке бастарда тут же проступили яркие пятна. Он широко открыл рот, похожий на недоумевающую рыбу, выброшенную на берег яростным штормом. Но мое недоумение было гораздо более сильным. Уэн назвала предателем Хелла. Кого же предал мой советник-бастард?

– Не понял, – тихо сказал Хелл. Более гениального ответа, он, ошарашенный, придумать не смог.

– Я все знаю! – яростно закричала Уэн, не смущаясь в моем присутствии. Наверное, я никогда не видела свою служанку в таком расположении духа. Страх предательски подкрался ко мне. Что если Уэн говорила о чем-то более важном? Что если Хелл в заговоре с ней?

Тысячи мыслей успели пронестись в моей голове, пока бастард недоуменно косился на Уэн, придумывая ответ.

– Все совсем не так…

– Не так?! – я невольно прижала ладони к ушам. Девушка обладала поистине высоким тенором. Пара солдат заинтересованно остановилась на углу возле амбаров. Хелл нервически подтянул воротничок.

– Да, Уэн, я и не думал, что ты ре…

Очередная пощечина развеселила зевак. Хелл запунцевел от несдержанных смешков зрителей этой странной потасовки.

Ежась от напряжения, я пристально смотрела на своего советника. Мне не хотелось думать о том, что он был способен меня предать. Наконец, мужчина не выдержал, и вскочил на ноги, поймав в движении за локоть Уэн, которая собиралась в очередной раз ударить его по лицу.

– Хватит, Уэн! – звонкая сталь ощущалась в его голосе.– Мы поговорим об этом позже. А теперь проваливай! – это уже было не просто предупреждение, а угроза. Он достаточно грубо откинул в сторону ее руку и мотнул головой по направлению к замку. Почувствовавшая напряжение в перепалке толпа быстро рассосалась, как будто и не было отрывистых смешков на корте.

Служанка гордо вздернула подбородок, виновато присела в реверансе передо мной и поспешила ретироваться. Я озадаченно смотрела ей вслед.

– Ты не хочешь ничего мне объяснить? – после затянувшегося молчания, спросила я, наблюдая за сменой эмоций на его лице

– Не здесь и не сейчас, пожалуй, – хрипло произнес Хелл, смотря на меня исподлобья своими жадеитовыми глазами.

– Хорошо. Знаешь пролом в замковой стене? – неожиданно сказала я. Бастард утвердительно кивнул. – После полудня встретимся там. Ты мне все объяснишь, а я кое-что тебе расскажу.

Чувствуя недоуменный взгляд бастарда на своей спине, я поспешно направлялась к замку, желая использовать неожиданно свободное время с пользой.

Я глубоко вздохнула и хотела уже войти в кабинет принца, но прислушавшись, поняла, что Силенс с кем-то напряженно спорит. Мой взгляд упал на небольшую щель – неизвестный доброжелатель не плотно закрыл за собой дверь. Затаив дыхание, я подкралась поближе и, напрягая свой звериный слух, прислушалась.

– Миссис Хелзгуд, почему вы настаиваете на своем? – раздраженно бросил Ленс. Он едва сдерживался. – Вам мало слова вашего короля?

– Конечно, мне этого достаточно, мой принц, милорд… – быстро и отрывисто ответила лекарь.

– Тогда почему вы…

– Потому что я кое-что понимаю, мой будущий король, – все так же быстро, но с большой уверенностью, перебила женщина.– Вы настаиваете на том, что это не может быть правдой, но не могли бы вы хоть на секунду предположить, что ваша королева просто напросто могла л…

Я, как и миссис Хелзгуд, вздрогнула от резкого звука и последовавшего за ним хруста. Силенс явно что-то сломал в порыве гнева. Даже отсюда я слышала его яростное сбивчивое дыхание.

– Я не могу даже мысли допустить, миссис Хелзгуд, – неожиданно с горечью отозвался Ленс. Он так долго молчал, что мне стало казаться, что весь этот разговор лишь плод моего воображения. – Не могу.

Женщина разочарованно выдохнула.

– Хорошо, мой принц, я постараюсь разобраться, дайте мне время.

Ленс не отвечал.

– У вас будет время, – тихо вмешался Бииблэк. Я не ожидала, что там есть еще кто-то, но удивление позволило мне быстро скользнуть за поворот стены, когда лекарь вышла из кабинета и уверенной походкой направилась к верхним этажам.

Стараясь придать своему лицу спокойное выражение, я постучалась и, войдя, заметила, что невольно прервала очередной спор между Бииблэком и Силенсом, который успел разгореться за каких-нибудь несколько минут.

– Может, стоит спросить ее об этом прямо! – в отчаянной попытке бросил капитан свою последнюю фразу. Ленс недовольно сверкнул глазами в его сторону.

– Спросить меня о чем? – Я постаралась как можно быстрее вставить свою реплику – воинственный вид Ленса говорил о том, что он готов порубить своего капитана в щепки.

– Мы говорили не о вас, моя миледи, королева, – достаточно сдержанно ответил Ленс. Он не смотрел на меня, а лицо Бииблэка ярче любых слов говорило мне о том, что сейчас принц лжет. Но во имя чего, о Дарк?

Сдержанно постукивая пальцами по столешнице, Силенс пытался мне что-то сказать, но явно не мог. Я видела его напряженную спину, туго натянутую ткань синего камзола и какую-то нервическую дрожь во всем теле. Волки внутри меня странно забеспокоились, особенно Ниллица ощущавшая в принце какие-то отзвуки собственных чувств.

Неожиданно горько усмехнувшись, я осознала, что мой принц мне не доверят. Я чувствовала это в его взгляде, немного кривой и виноватой улыбке. Непонимание того, как он мог отдалиться всего за несколько дней, болезненно задело мое самолюбие. Неужели Ленс мог допустить мысль, что я предала его? Хотя не стоит забывать про Роупа, воспоминание о поцелуе с которым я бережно прятала от мощной Королевской магии будущего короля.

Тяжело вздохнув, я успокоила своих разволновавшихся братьев и Нилли, которая острее всего отреагировала на резкую перемену в моем муже. Но это мое дело. Не их. Не моих животных. Они вообще должны жить на воле, в лесной глуши. Волчица должна родить щенят в тихом спокойном мирке их волчьей жизни, а не под развалинами замковых стен каких-то людей. Но сетовать на то, что я поломала судьбы им, не имело смысла. Они сами выбрали этот путь, отказаться от которого уже не смогут никогда. Как и я отказаться от дороги будущей королевы Эверин Страстной. Это было даже не призвание. Это нечто шевелилось в моей крови, почти так же ощутимо, как и Динео.

– Если мой король хочет о чем-то меня спросить, то он может не подбирать слов, а говорить прямо, – достаточно сухо начала я, испугавшись серьезности собственного тона. Видимо, мысль о недоверии мужа задевала меня больше, чем могло показаться вначале.

Силенс явно ощущал во мне какое-то смятение, и оно, к сожалению, относилось к Роупу. Взгляд его не говорил ни о чем хорошем – ртутное море потемнело и неистово металось в пределах его глаз.

– Я попрошу тебя открыться для Королевской магии, – сердце мое пропустило один такт, когда смысл слов дошел до моего рассудка, – просто чтобы я мог удостовериться в том, что считаю правильным. – Я слышала его четкие и серьезные слова, но до конца не могла им поверить. Все-таки мой принц мне не доверял.

Едва заметно кивнув, я дала своё согласие, хотя все внутри дрожало от страха. Если принц сделает то, что намеревался, то тайна о поцелуе с Роупом всплывет наружу. Так как хранить в секрете то, что Хелл его брат-бастард я была просто обязана, может, потому, что успела привязаться к своему советнику, а может я просто не могла поступиться честью. Скрывать Роупа я никому не обещала.

Силенс сделал несколько шагов и приблизился ко мне, он мог и не прикасаться, но его рука тяжело легла на моё плечо. Отчего-то отчетливо загорелся шрам на груди. Я помнила, как он бережно ухаживал за мной все то страшное время. Его магия ворвалась в меня, как стремительный весенний поток разливается по засохшему руслу после долгой зимы. Сила Ленса поражала, сравнимая с необузданной силой дикого быка, она заставляла млеть перед её величием. Королевская магия теперь была другой – более возбужденной, острой и даже злой. В каждом её потоке ощущалось нетерпение и дикое недовольство принца, он сам не горел желанием заглядывать в мои мысли – то было неким предательством доверия между нами.

Пальцы на моем обнаженном плече теплели с каждой секундой, я ощущала дикое напряжение, принц вцепился в кожу буквальной звериной хваткой, проникая все глубже в мое сознание. Я бережно защищала знания, полученные Хеллом, пряча их на самых задворках души. К сожалению, поцелуй с Роупом был слишком ярким воспоминанием, и прятать его долго просто не удалось. Хотя я и не пыталась. Принц бы все равно сломал эту защиту, ведь большинство сил я направила в иную сторону. Пальцы его дрогнули. Дыхание сбилось. Магия еще некоторое время бушевала во мне, потом Силенс резко отнял руку, я ощутила резкий толчок, словно спрыгнула с большой высоты. Мой принц отвернулся от меня, я видела дрожь в его сильных плечах.

Тишина повисла в комнате. Даже Бииблэк, отстранено наблюдавший за нами, напрягся. Я заметила, как его лицо потемнело. Он обменялся взглядами с Силенсом и невесело усмехнулся, словно принц рассказал ему какую-то неудачную шутку. Я никогда еще не видела капитана стражи настолько собранным и серьезным. Он был прямым, как палка, и таким же напряженным. Его темные карие глаза смотрели на меня с каким-то презрением, еще никогда я не чувствовала себя так отвратительно.

Силенс резко развернулся ко мне, его ртутные глаза пылали, в них светилась настоящая боль. Сердце в моей груди замерло, я никогда бы не хотела причинить своему любимому боль. А принца я искренне и беспамятно любила. К сожалению, слишком поздно в этом себе призналась, и слишком поздно поняла, что ему нужно было все рассказать сразу же, в первый день. Он бы понял. И простил. А теперь в его глазах я была предательницей.

Принц тяжело дышал, пытаясь разглядеть в моем лице то, что не рассмотрел в душе. Но мне нечего было теперь скрывать от своего принца. Кроме одного. Но это тоже для его блага! Нет… какой бы ложь не была – это ложь. И рано или поздно она выйдет наружу. Все внутри меня почти кричало – я видела боль на лице будущего короля, причиной которой была я.

Грубая звонкая пощечина сначала поразила меня, а потом просто повергла в шок. Я непонимающе посмотрела в лицо своего мужа и поразилась силе гнева, которую я там увидела. Теперь пришла моя очередь испытывать боль. Может, я и заслужила эту пощечину, но ведь он мог со мной поговорить! Я не хотела того поцелуя, я прервала его и объяснила парню, что у меня есть любимый муж! Жуткая горькая обида неожиданно отдалась солью на губах, поражаясь тому, как быстро потекли слезы из моих глаз, я развернулась и почти убежала из кабинета будущего короля. В этот миг сквозь полупрозрачную пелену я успела заметить пораженное лицо Бииблэка. Он был в замешательстве.

Я бежала туда, куда звало меня мое сердце – к волкам, полностью ощутившим мою боль. Я бежала от принца и от осознания того, что он сделал. Просто оскорбление? Может быть. Но я видела в своем муже защитника и воина, человека, бережно заботившегося обо мне такое долгое время. Я чувствовала себя рядом с ним защищенной, в его горячих объятиях короткими ночами я ощущала себя в безопасности. Одним поступком он украл все эти чувства. Так же как и я, своим поцелуем с Роупом причинила боль будущему королю.

Ошарашенный Хелл удивленно открыл рот, когда я быстрым шагом прошла мимо него через пролом в замковой стене. Мне не хотелось ничего ему объяснять, жгучие слезы, казалось, выжигали мои глаза, мне не хватало воздуха, а ребра стискивало болью. Шрамы на груди и виске безудержно пылали и болели, словно та жуткая боль, что принц испивал своими горячими и нежными поцелуями, вдруг неожиданно вернулась в тот самый миг, когда Ленс отверг меня. Отвергнутая… Так теперь положено называть меня волкам. Мне отчаянно не хотелось в это верить, но какая-то часть моего сознания это понимала.

Совершенно не заботясь о том, что Хелл может быть слегка удивлен присутствием двух волков, и подошла к Ниллице, упала рядом с ней на колени и уткнулась мокрым лицом в густую шерсть. Алди сочувственно положил мне на плечо свою огромную голову, тихо поскуливая. Щека нещадно горела, так же как и обида внутри меня. Но я понимала, что должна собраться и поговорить с Хеллом, и все же продолжала ощущать себя разбитой вазой. Осколки моих надежд разлетелись где-то по углам кабинета будущего короля. Может, это вовсе не я разбилась, а Силенс?

Ну-ну, страстная, -успокаивающе начал Янро, все не так плохо, как ты считаешь.

А если так?

Тогда я раздавлю этого маленького человечишку! Возбужденная реакция дракона совсем мне не понравилась, но ответа для своего Ветра я так и не нашла. Внутри было пусто, словно кто-то вырвал из меня все, что было.

Вы еще успеете поговорить. Неожиданная человеческая идея Нилли обрадовала и напугала в один и тот же миг. Моя волчица совершенно забыла, что значит быть зверем. А ведь скоро она родит щенков! Вытирая слезы об ее густую шерсть, я постаралась привести разбушевавшиеся мысли в порядок, хотя бы его подобие.

Я все понимаю, просто…

Тебе больно, ты нам можешь не объяснять своих чувств. Страстная, пора привыкнуть, что мы почти одно существо.

Мы – стая! Злобный дикий рык Алди раздался над моим ухом, и я отчего-то улыбнулась. Волк по-щенячьи потерся об меня лобастой мордой, запачкав кожаную куртку своим мокрым носом.

Как же ты мне когда-то ненавидел. Неожиданная мысль о том времени, когда Алди отталкивал меня всем возможными способами, заставила насторожиться. Мне не хотелось думать о прошлом.

Я не мог уже отвергать тебя после того, как ты владела моим телом. В его тоне слышалось нескрываемое почтение. Уверенное рычание за пределами наших сознаний подтвердило то, что я ощутила. Янро парил где-то в облаках, далеко от нас, но его сердце было вместе со стаей.

Они поделили мою боль между собой. Как и тогда, еще до того, как мы нашли Янро, мы на четверых, вместе с принцем, разделили его ранения. То было тоже явление стаи. Они ведь называли Силенса вожаком. Мне теперь стало горько от того, что я была настолько глупа, решившая скрыть что-то от будущего короля. Как мне теперь смотреть ему в глаза? Ведь за душой осталась еще одна ложь, от которой ему едва ли не станет еще хуже. Но найти подходящих слов, чтобы все это рассказать, я все равно в себе не найду. И Хелл… он мне доверял. Если я потеряла веру принца, я не могла так поступить с его кровным братом. Иначе чем может кончиться эта странная война за трон Дейстроу?

Бастард, наконец, продрался сквозь густые кусты, в гуще которых Алди и Нилли устроили небольшое логово для будущих щенят. Не знающий укромных волчьих тропок, Хелл оставил лоскуты кожи и клочки волос на шипах ежевики, пробираясь наобум, лицо было исцарапано, а сам мужчина возмущенно пыхтел. Но неожиданно застыл, зацепив взглядом двух огромных серых волков.

Сначала Хелл изменился в лице, потом побледнел и открыл рот, заметив, что мои руки спокойно лежат на шее волка, а другой пристроился ко мне сбоку и трется головой о куртку. Его вид меня рассмешил и рассмеялась сквозь слезы, чувствуя, как ужасно распухло моё лицо. Теперь у бастарда сбилось дыхание, и он с опаской отступил на шаг, словно волки ему угрожали, но предупрежденные мною, они даже не зарычали. Алди снисходительно фыркнул и отошел, улегшись в густую листву, натасканную сюда для утепления перед первыми осенними морозами.

– Эв, ты мне объяснишь, что здесь происходит? – дрожащим голосом спросил бастард, косясь то на Алди, мирно дремавшего в шаге от него, то на Нилли, которая невозмутимо прижалась к моей ноге.

– Хелл, не беспокойся, они не опасны! – Я понимала, что слова сейчас практически бесполезны, но все же надеялась на разум своего советника. Все же Динео инстинктивно потянулось к мужчине, обволакивая его успокаивающими волнами магии. Хелл едва заметно расслабился, но мой голос начал доходить до его рассудка.

– Все же… как тут… не беспокоиться, – запинаясь, начал он, смущенно потирая затылок. Что ж, шевелиться при них Хелл уже не боялся, а это уже шаг вперед.

Алди настороженно поднял голову, ловя шуршащие звуки из леса. Где-то неподалеку в корнях прятался кролик. Мой рот заполнился густой голодной слюной, как-то чуткий нос волка уловил ароматный запах дичи. Я поспешила отстраниться от чувств Нилли, дабы остаться перед Хеллом человеком, а не зверем.

– Я же предупредила, что хочу кое-что показать.

– Не ожидал я, что ты притащишь двух волков, – недоверчиво покачивая головой, отозвался взявший себя в руки Хелл.

Улыбаясь, я подняла на него свой взгляд. Бастард уже окончательно расслабился и практически не дергался от любого движения Алди. Видимо, самец внушал ему большее опасение, чем волчица.

– Иди сюда, они совершенно безопасны, – уверенно сказала я, и мой советник, на удивление, послушно сделал пару коротких шагов ко мне. Кивнув на примятую листву возле себя, я ободрительно улыбнулась, надеясь, что все же выгляжу после истерических слез не так ужасно, как себе представляю. Теперь было тяжело дышать, а о своих внутренних чувствах я просто старалась не думать. Смысла просто не было. Само копание все равно ни к чему хорошему не приведет. Разве что к очередному тупику.

– Это как-то связано с твоим отсутствием в Дейсте? – щурясь от солнца, луч которого падал ему прямо на лицо, поинтересовался Хелл. Как же быстро бастард умел приспосабливаться к новой обстановке. Интересно, к дракону он привык бы так же быстро?

– Да. Я уходила… – замявшись, поразмыслила, имеет ли смысл рассказывать советнику все и не будет ли это считаться неправильным с точки зрения Законов Динео?

Конечно, нет, Страстная, ты вольна рассказать это хоть всему миру. Не факт ведь, что тебе хоть кто-нибудь поверит. Слова Янро оказались полезными. Я откинула все сомнения и, выпрямившись, приготовилась долго говорить.

– Я уходила в деревню Динео, где меня научили обращаться с моей магией.

– Твоей магией? – повторил Хелл, не до конца понимая, что я хочу этим сказать.

– Да. Ты ведь знаешь, что отвергнутые королем уходят в далекое путешествие, в котором получают за отказ особый дар?

– Конечно, его называю Динео… – бастард запнулся.– Но как? Тебя ведь не отвергли. Как ты могла получить эту магию?

Странная улыбка заиграла на моих губах, пальцы нервно перебирали шерсть на загривке дремавшей Нилли. Я сама иногда задавалась вопросом, почему так получилось, но ответы, как и всегда, оставались под пеленой неизвестности.

– Не знаю, Хелл. Кое-какие способности были у меня еще до того, как я приехала в замок. Волки встретили меня как раз таки на пути к Дейсту, когда я еще считалась нечерией. После этого… моя магия усилилась, ну, а потом меня позвала судьба. Я просто не могла усидеть на месте, что-то тянуло меня вперед. – Немного помолчав, я вспомнила те далекие ощущения. Казалось, все произошло много лет назад, но на самом деле не минуло еще и пары месяцев. Каким скоротечным стало для меня время…

– Ты оставила своё Королевство ради какой-то магии? – удивился Хелл. – Или, напротив, решила научиться ею обладать, дабы помочь Дейстроу, – медленно добавил мой советник. В его голове явно начались разработки планов, в которых можно будет использовать мои открывшиеся способности.

– Может и так. Тогда я не раздумывала об этом, признаться честно. Я просто шла на зов. И он привел меня в Деревню Динео, где живут такие люди, как я. – Хелл удивленно открыл рот, но я опередила его вопрос.– Эта магия передается по наследству, поэтому таких людей достаточно много. Всего существует Три Деревни Динео и Три Авлонги. Авлонга – это тот, что стоит во главе.

– Генерирует события, – весело усмехнулся бастард, постепенно вникая в смысл моих слов. Я знала, что ему можно беспредельно доверять. Может, все дело в его чертовском обаянии?

– У него Золотой Ветер. Самый сильный. После него только идет Серебро, потом Бронза. И уже другие Ветра, – я понимала, что Хелл не поймет о чем, я говорю, но советник понимающе кивал на каждое мое слово.

– Выходит, у тебя серебряный дракон? – Он словно разговаривал сам с собой.

– Да, думаю, ты и сам его видел, как и слышал слухи в Дейсте.

Хелл только в очередной раз кивнул в ответ, но так ничего и не сказал. Я не стала перебивать его мыслей, надеясь, что этой информации ему будет достаточно.

– А волки?

– Не у каждого, кто обладает магией, есть связь с животным, но такие случаи бывают. Так и Нилли и Алди стали моими спутниками и первыми, кто показал мне Динео. Это невероятная связь, ни с чем не сравнимая, думаю, я даже не сумею описать ее словами. Просто верь мне – я для них семья. И тебе нечего бояться.

– Разве я говорил, что боюсь их? – отмахнулся Хелл.– Просто я когда-то читал о…

– Всадниках Ветра? – я решила помочь своему советнику.

– Да, просто я не до конца верил, что ты и есть Всадница. О них написано мало свитков и практически нет достоверной информации. Единственное, что ясно, они появляются в нашем человеческом мире только тогда, когда в этом есть необходимость. В другое же время люди просто не замечают периодически пролетающих над их головами драконов, или все маги Динео где-то прячутся, ожидая своего часа.

– Это не совсем так, – я чувствовала, как мою макушку пригревает теплое осеннее солнце. Неожиданная теплота наполнила всю меня, сидеть вот так просто рядом со своими волками и Хеллом было поистине великолепно. Я чувствовала к этому человеку необыкновенную проникновенность, даже несравнимую с той, что испытывала к Роупу. Хотя мой Наставник тоже был мне другом, и наша дружба была длиннее даже чем наше знакомство с бастардом, я едва ли не верила больше именно Хеллу. Молодой телом, но зрелый душой и разумом, он представлял собой интересный фрукт. Вечно живущий в тени своего отца и сводного брата, он никогда не хотел взять трон. Хотя, не сомневаюсь, с его интеллектом и способностями это было бы не так уж сложно при столь плачевном состоянии короля. Еще у бастарда был козырь, дикий, но все-таки козырь. Энтраст до безумия любил мать Хелла. Этим он тоже мог играться с монархом.

– Не люблю, когда в моем присутствии так напряженно и сосредоточено думают обо мне же, – мягко упрекнул Хелл Беллс. Я вздрогнула от того, что он совершенно точно угадал мои мысли.

– Что?

– Я ведь, помнится, говорил, что мне достались кое-какие способности матери. – Веселая ухмылка на его довольной кошачьей морде раздражала.

Конечно, я помнила это, но никогда не думала, что бастард способен читать мысли, тем более, это больше похоже на Королевскую магию, а не на то, чем обладают Лесные Волхвы.

– Не беспокойся ты так, я не знаю, о чем именно ты думала, просто чувствую… так сказать, свою энергию, – он в очередной раз ухмыльнулся.– Все-таки моя мать была Волхвом. Причем с недурными способностями, так как она была потомственной наследницей.

– Так ты еще со стороны матери привилегированный по происхождению? Выходит, ты чистокровный вельможа.

– Если лесных чудиков можно называть вельможами, то, конечно, да, – захохотал Хелл. – Понимаешь, Волхвы ценятся только королями, но не знатью или народом. Это как тайные убийцы монарха, о них никто не знает, но они выполняют свою работу на благо Королевства.

Я вздрогнула. Пожалуй, еще никогда я не задумывалась, каким образом король добивается тех или иных дипломатических целей. И такое прямое заявление Хелла напрягло и насторожило, что-то неприятное зашевелилось внутри. Ярая волчья честь в моем сердце давала о себе знать.

– Эверин, это сложно. Как вижу, ты еще до сих пор не привыкла к тому, что дворцовые дрязги – это повседневность любого монарха. Мы не можем проиграть врагу, если не будем пользоваться тайным оружием. Никто ведь не гарантирует, что и недруг будет честен. – Его слова имели смысл, но все-таки мне не хотелось верить в то, что Силенс посылал специальных людей на тайные убийства. Ох, Силенс…

– Просто это… для меня…

– Дико, – закончил Хелл, снисходительно улыбаясь. Его возраст читался в глазах, в мудром блеске зелёной глубины. В едва заметных морщинах, которые прорезали лоб и скопились в уголках губ. То были морщины, вызванные не старением, а прожитыми годами. Это магия его матери спрятать просто не могла.

Алди поднял голову и посмотрел на бастарда.

От чужака пахнет стаей, неожиданно для меня выдал волк.

Что ты имеешь в виду?

Волк тряхнул большими серыми ушами и лениво взмахнул хвостом. Его влажный черный нос напряженно шевелился, я заметила, что и Нилли прислушалась к запаху Хелла.

Алди прав, заключила она, от чужака пахнет стаей.

Может, дело в том, что мы боролись с ним с утра? И он пропах мной…

Нет, Страстная. Громогласное вмешательство Янро даже напугало, я считала что он охотится и совершенно полностью занят собой. От него пахнет стаей. Это не то, что исходит от тела, а то, что исходит из нутра, от самого естества, от души, Страстная.

– Эверин, ты еще здесь? – задумчиво поинтересовался Хелл, косясь в сторону Алди, потому что волк слишком осмысленно смотрел ему в лицо.

– Прости, просто мои волки… Они говорят…

– Тапки Дарка! Говорят?! – воскликнул бастард, невольно вздрагивая.

– Мы обмениваемся мыслями. Наша связь ментальна. И это нечто большее, чем просто общение между людьми или даже между животными. Мы практически единое целое, понимаешь…

Хелл озабоченно почесал затылок, видимо, дела обстояли совсем не так, как он того ожидал. Его последующие слова только подтвердили мои догадки.

– Я считал, что они просто хорошо выдрессированы с помощью твоей магии…

Я не знала, как словами объяснить ему то, что было в моем сердце. Единственным верным выходом было просто показать ему. Или каким-то образом проникнуть в Хелла, чтобы он понял – здесь нет опасности. Для всех присутствующих, даже для дракона, который был здесь душой, бастард является частью стаи.

Знать что-то в теории и применять это на практике – две разные вещи. Но инстинкты порою сильнее всего в человеческом разуме, поэтому моя рука практически безвольно потянулась к длинным пальцам Хелла. Кожа его была на удивление холодной, бастард просто был сильно взволнован. Мужчина вздрогнул от моего прикосновения, и волна дрожи пробежалась по его телу такой силы, что даже я кончиками пальцев ощутила ее. Хотя Динео уже начал касаться бастарда, то была практически неприметная сила, а Беллс уже так на нее отреагировал.

– Эв, что ты делаешь…

Но он не смог продолжать далее. Я постаралась проникнуть внутрь Хелла. Заполнить его, как вода заполняет пустой сосуд. Это было сложнее, ведь все-таки бастард далеко не был пуст. Но мужчина, сам обладающий кое-какими магическими способностями, не испугался, и позволил Динео течь по его венам.

Я бы не сравнила это с тем, что было у меня с волками, когда я забывала то, кем я являюсь, и становилась практически волком. Не сравнить это и с тем, контактом с Нилли и Алди, когда моя ладонь лежала между ушей волчицы. Это была магия такого же рода, но совершенно иная во всех отношениях. За прошедшее время изменилась не только я, но и моя сила. Хлыст мгновенно потеплел на моей талии, ощущая, какие сильные пульсации проходит по моему телу. Вокруг словно все замерло, даже бесконечные звуки осеннего леса стихли. Все остановилось в неизвестном предвкушении. Я даже знала, что Янро звучно приземлился, дабы присоединиться ко мне в этом созерцании.

Наверное, больше всего это было похоже на то, когда Нилли проникала в тело королевы через меня. Но тогда у волчицы была цель не достучаться до души, а увидеть слабые места тела. Теперь же я скрупулезно пробиралась в самые глубины Хелла, дабы отыскать там его душу и сердце. Бастард мне не мешал, но его сотрясала дикая дрожь, он понимал, что открыт мне полностью. Проявление максимального доверия.

Хелл оказался глубоко несчастным человеком. Одиночество. Оно изъедало его изнутри, медленно, но уверенно, как ржавчина проедает метал, так и одиночество убивало бастарда. Он никогда не жаловался на эту никому, на губах всегда играла хитрая ухмылка, а в глазах плясали искорки. Никто бы и подумать не мог, что внутри этого мужчины таится такая глубокая и гноящаяся рана. Мудрый, опытный, честный и справедливый с одной стороны, с другой он был просто мальчишкой, которому когда-то не хватило внимания родителей. Отец любил старшего брата. Мать боготворила отца. Хелл страдал, но не мог найти причину своих страданий. Он, казалось бы, давно вырос, стал правой рукой короля, но эти змеиные чувства так в нем и остались.

Как и Силенс, бастард тяжело переживал смерть матери, но тоже об этом не распространялся. Он очень сожалел, что позволил своим сестрам-близнецам потеряться. Это была последняя просьба Хоуп Беллс – заботиться о них, а он ее не выполнил. Чувство вины тоже грызло мужчину. Он напоминал мне кость, вкусную мозговую кость в огромной зубастой пасти дикой собаки. И вот эта собака каждодневно грызла все нутро Хелла. Искренняя теплота и жалость появилась в моей душе.

Но еще один факт поразил меня. Хелл поклялся мне в верности в четкой уверенности, что при необходимости он выполнит свою клятву. Этот древний ритуал вассалов был воплощен в жизнь не просто так. Он потомок Волхвов. В простую присягу он внес магию. И она связывала нас незримо, но крепко. Тонко, но нерушимо. Он умрет за свою королеву не задумываясь, вот что было выжжено в его мозгу. Этот факт вонзился в меня, как выпущенная стрела, и не думаю, что он когда-нибудь перестанет меня беспокоить, как застарелый шрам. Зато теперь я поняла, почему от чужака пахнет стаей. Хелл для меня практически такая же семья, как и волки, как и Янро. Жаль… я не смогу донести все это до Силенса. Моя душа вновь протестующе заболела, запретив себе думать об этом, я сосредоточилась на своем советнике.

Воспоминание о Деревне Динео, знания, тренировки, слова, путешествие к Равнине Иных, первый полет – все полилось в Хелла. Я не пропустила даже поцелуй с Роупом. Его клятва обязывает и меня быть верной своему советнику. Приняв решение, что мужчина должен все знать, я ему просто следовала, пользуясь своей магией.

Эйфория вмиг наполнила меня. Динео всегда приносил некоторое удовлетворение, но и до жути изматывал. Отпустив пальцы Хелла, я ощутила, как сильно кружится моя голова.

Алди обеспокоенно вскочил на лапы и подошел ко мне, подпирая боком спину, чтобы я не завалилась на лесную подстилку. В висках оглушительно стучало, кровь словно наполнила всю мою голову, в ушах стоял невыносимый шум, к горлу подкатывала отвратительная тошнота. Не практикуя Динео, я замахнулась на слишком сложное его использование, за что и поплатилась невероятной слабостью. Хелл же, напротив, выглядел бодро и свежо, в глазах появился необычный блеск.

– Просто поразительно! Это божественно! – почти закричал он, наконец, приняв к сведению всю ту информацию, которой я поделилась. – Похоже на Королевскую магию, но принцип… действия иной. Помимо того, что ты передала мне свои знания, ты еще и проникла в мою душу. Увидела то, что не смог бы узреть там Силенс, даже если бы он использовал все свои способности!

– Может быть, – слабо отозвалась я, ощущая, как медленно холодеют пальцы на ногах.

– Алди и Нилли считают меня частью стаи? Это… так приятно, признаться честно, – смущенно произнес Хелл, смотря прямо в желтые глаза волка.– И даже дракон… О Дарк, тебя дракон считает тебя своей сестрой. Это… у меня нет слов, Эв. Ты… поразительная магия! – У Хелла действительно не находилось слов, чтобы описать свои ощущения.

А моя голова все больше походила на перезрелую тыкву и все тяжелела, тяжелела… Тошнота и головокружения уже не просто беспокоились, а полностью захватили мое тело. Неожиданная резкая боль ударила в затылок, мир вокруг потемнел и рассыпался на тысячи кусочков…

Возврат в собственное тело из пространства, где ничто не существует, был очень тяжелым. Я чувствовала, как ужасно затекла моя спина, как в бок впилось что-то острое, а в голове работали кузнечные молоты. Отвратительный вкус тошноты стоял в моем рту, хотя горло пересохло и до паники хотелось сделать хотя бы один глоток воды. Знание того, что под боком лежит волк, слегка успокоило, но мне все равно было очень плохо. Я всеми силами старалась окончательно прийти в себя, но ни тело, ни голова не хотели меня слушать.

– Эв? – с надеждой позвал Хелл. Его голос мягко прозвучал в моей пустой черепушке, и я с наслаждением улыбнулась, чувствуя, как мне хорошо, когда он рядом… Силенс. Вот кого я жаждала сейчас слышать, а не своего советника.

Теплые пальцы легли на мой вспотевший холодный лоб, принося умиротворение. Я попыталась осторожно сменить свое положение, но у меня плохо получалось. Острый камень мешал мне нормально шевелиться. Кое-как собравшись с духом и силами, я открыла глаза, мгновенно удивленная почти полной темнотой. Шок позволил мне прийти в себя быстрее, я медленно и осторожно села, опираясь на руку Хелла.

– Что… что произошло? – хрипло спросила я, потирая гудящие виски. Обморок совершенно не принес облегчения, я чувствовала себя едва ли не хуже.

– Ты вдруг упала, и я не знал что делать. Алди не позволил тебя трогать, прости, моя королева, я не сумел тебе помочь, – грустно отозвался взволнованный Хелл. В его потемневших глазах читалась явственная тревога. Бледное лицо постоянно меняло свои эмоции, словно он не мог понять, рад ли моему пробуждению или слишком удивлен тем, что произошло.

– Все хорошо, Хелл. Я не рассчитала свои силы, и магия отняла у меня почти всю энергию. Здоровый сон и плотный завтрак помогут мне прийти в себя. Ты не проводишь меня до замка?

Хелл молча протянул мне свою руку, и я неуклюже поднялась на ноги, чувствуя под пальцами напряжение каменных мышц. Может, с виду бастард и был жилист, но сила в нем была недурная. Советник по-хозяйски обтряхнул мои штаны и куртку ладонью, придерживая за талию другой рукой.

– Идти сама сможешь? – забеспокоился он, заметив, как меня шатает из стороны в сторону. Какой-нибудь стражник решил бы, что я перебрала эля в портовом трактире.

– Не уверена, но я смогу. – Мой голос был слишком тихим, но советник лишь утвердительно кивнул.

Алди лежал возле Нилли, шевельнув ушами, он дал мне понять, что доверяет чужаку мою транспортировку до замка. Волк предпочел остаться со своей беременной подругой. Я его не осуждала.

– Думаю, все дела мы отложим на завтра, моя королева. И своими планами я поделюсь с вами с утра…

– Отбрось эту официальность, Хелл. По-моему, сегодняшний день должен был показать тебе, что ты член стаи.

– Член стаи, – повторил за мной Хелл, ненамеренно широко улыбаясь. Мне было чертовски приятно, что кого-то радует такая близкая принадлежность ко мне самой и моим волкам.

Мы шли медленно, но достаточно уверенно, я не беспокоилась, что свалюсь в какой-нибудь овраг и останусь там, пока не буду убеждена, что у меня достаточно сил, дабы доползти до замка. Хелл придерживал меня за талию, пригибаясь от кустистых веток шиповника, но все равно в очередной раз оцарапал лицо острыми шипами. Когда мы выбрались из зарослей, он без церемонней подхватил меня на руки, не обращая никакого внимания на мои слабы протесты. Я благодарно прижалась к его груди, упоительно вдыхая запах леса, которым пропиталась его хлопковая рубашка. Сладкая дрема охватила все мое тело, но я отчаянно ей сопротивлялась. Слабость брала вверх, остатки сил покидали меня. Советник что-то мне сказал, но открывать рот, чтобы ответить, было настолько лень, что я ответила ему каким-то невразумительным стоном.

Дорога к замку показалась гораздо длиннее, чем к логову волков. Ведь тогда я почти бежала, а сейчас Хелл не спеша нес меня на руках. Я понимала, что должна попросить его поставить меня на землю, но какая-то часть меня противилась. Что за удовольствие идти по лесной тропке, качаясь, будто пьяный моряк?

– Хелл, ты ведь понимаешь, что от стены я должна буду пойти сама? – медленно и с ленцой спросила я.

– Я донесу тебя до амбаров, там редко кто бывает в столь поздний час.

– Настолько поздний? – всполошилась я, резко дернувшись и ударив бастарда локтем в живот. Он сдавленно крякнул.

– Уже минула полночь, моя королева.

Покачав головой, я снова уткнулась в рубашку Хелла. Надеюсь, Силенс не приходил в мои покои вечером, иначе он сейчас ищет меня. А после нашего полуденного инцидента, не думаю, что эта встреча будет теплой.

Мы уже прошли через пролом в замковой стене, когда Хелл смущенно зачмокал губами. Я не понимала его поведения и открыла глаза, оторвав лицо от груди мужчины. Зрение сфокусировалось не сразу, к тому же у меня жутко болела голова, но я вздрогнула, увидев до боли знакомый силуэт мужа. Будущий король стоял возле самого крайнего амбара, скрестив руки на груди. Глаза его метали молнии. Сначала. Потом Хелл сделал несколько шагов и встал в лунный луч. Лицо принца перекосилось. Я даже не могла разобрать эмоций, которые в первые секунды исказили его прекрасные черты.

Хелл молча опустил меня на землю, но продолжал придерживать за талию, иначе бы я точно свалилась вниз лицом. Ноги дрожали и подкашивались, я благодарно сжала руку Хелла выше локтя. Он улыбнулся одними уголками губ.

– Какого черта ты… – Силенс резко замолчал, осознав, что отчитывать будущую королеву при незнакомом человеке это, по крайней мере, не этично. Гнев исказил его лицо. Я поняла, что он искал меня для того, чтобы извинится, а нашел в объятиях другого мужчины. Естественно, именно так и рассудил Силенс, увидев, что Хелл нес меня на руках.

– Милорд, мой король, я могу все объяснить… – уважительно начал бастард, но принц остановил его резким взмахом руки.

– Твоих слов мне еще не хватало! – Я никогда еще не слышала, чтобы в его голосе звучал такой яд. Ему было больно. Неужели Силенс был настолько глуп, что считал Хелла моим любовником? Как всего один-единственный поцелуй с Роупом, нежеланный мною поцелуй, мог так разительно повлиять на его отношение ко мне? Видимо, мне только казалось, что Силенс любит меня. Наверняка, несколько месяцев слишком короткий срок, чтобы взрослый мужчина мог влюбиться в глупую девчонку.

– Силенс…

– Замолчи! – Он сорвался на крик. Сделав несколько широких и уверенных шагов ко мне, принц злобно сверкнул глазами в сторону Хелла, грубо схватил меня за руку и потащил за собой. Я молила всех богов, чтобы бастард молча позволил ему увести меня. Еще я надеялась, что мои слабые ноги смогут-таки поспевать за почти бегущим Силенсом.

Замок практически спал. Стражники не обращали внимания на нас. Такая уж у них была дисциплина, ведь какая разница, куда тащит будущий король посреди ночи свою королеву. Уверена, даже слухи об этом не разойдутся по замку, потому у каждого стражника на груди был вышит личный знак Силенса.

Дверь наших покоев звучно захлопнулась за моей спиной, Ленс наконец отпустил мою руку, чтобы закрыть засов. Он тяжело и надрывно дышал, запыхавшись далеко не от бега, а от ярости, которая сотрясала его изнутри. Мне было страшно даже пошевелиться, не то что бы сказать ему хотя бы слово. Казалось, вот-вот, и он разорвет меня на куски.

– Мало того, что я увидел сегодня в твоих воспоминаниях, так ты еще смеешь переполошить всех своих близких, исчезнув из замка с Дарк знает кем! – Он навис надо мной, как огромная темная скала, и почти кричал, оглушая моё болезненное сознание своим несокрушимым гневом.

– Как ты мог такое подумать… – тихо начала я, но он не дал мне шанса закончить.

– Как ты могла так со мной поступить! Я доверял тебе, Эв! Я глупец! Я полюбил тебя… нет, такой быстрой любовь не бывает! – Ревность затмила сознание моего принца, как и боль, которая читалась в новых морщинках на лице. Он состарился за тот день, что провел в мыслях о том, что произошло между мною и Роупом.

– Прекрати! – я не сдержалась, тоже повышая голос. – Я не сделала ничего предосудительного…

– Ничего?! – Силенс весь кипел, как забытый на огне котёл с водой, готовый сию же секунду взорваться. Его лицо побагровело, на лбу ритмично пульсировала вена, глаза пылали, как два красных угля в костре.

– Ты можешь меня хотя бы выслушать! – Теперь я говорила в тон ему, с такой же громкостью и яростью. Из меня тоже выходила боль, щека, на которую пришлась пощечина Ленса, вдруг запылала, напоминая о себе.– Ленс, своим поступком ты убил то чувство защищенности, которое я испытывала рядом с тобой! Ты…

– Эв, остановись! Вы сделали, будущая королева, уже достаточно, – саркастически усмехнулся он, переходя на крик. – Ты изменяла мне с Роупом, решила еще завести любовника в замке. Вот для чего ты выбрала себе нового советника?! Шолд уже перестал тебя устраивать?! Обвиняешь меня в том, чего я не делал, хотя сама причинила мне боль. Да как ты смела?! Я защищал тебя! Я дрался до крови ради тебя, а ты смогла так со мной поступить?! Неужели моего доверия к тебе мало?! Всего того, что произошло между нами? Как ты могла быть после этого с Роупом? Как?! Почему ты провела ночь в объятиях своего советника?! Зачем…

Я просто не дала ему договорить, порывисто прижимаясь губами к его губам. Силенс протестующе рыкнул, попытался меня оттолкнуть, но я только крепче стиснула руками его лицо, чувствуя, как он сдается. Прижимаясь к нему всем телом все теснее и теснее, я словно хотела прокричать этим, как сильно я его люблю. Целуя его с каждым мгновением все горячее, я упоительно наслаждалась невообразимым вкусом его твердых губ. Крепкое вино отдавалось на моем языке. Силенс не выпил много, но волнение за меня заставило пропустить стаканчик другой.

Сначала мой муж никак не откликался, даже не шевелился, но я чувствовала, как его тело реагирует на меня быстрее, чем он сам. Вскоре Силенс сдался, слабо застонав мне в губы. Наш поцелуй был долгим и проникновенным, наконец, мужчина ответил, скользнув языком по моей нижней губе. Его руки сильно, почти грубо стиснули мою талию, он еще крепче и ближе прижал моё тело к своему. Этот тесный, безумный контакт сводил нас обоих с ума.

Ленс учащенно задышал, иногда отрываясь от губ, начиная целовать все моё разгоряченное и влажное от счастливых слёз лицо. Я не видела его глаз, он ничего не говорил, но стук его сердца отдавался в моих ушах, как великолепная музыка страсти. Муж уверенно повалил меня на кровать, придавливая своим могучим телом, срывая с меня остатки одежды, которую он начал сдирать еще стоя посреди комнаты.

Мои пальцы крепко впились в обнаженные плечи принца, чувствуя подушечками бугрящиеся мышцы. Горячие губы Силенса скользнули по подбородку, неожиданно я ощутила его пламенное дыхание на своей шее, а потом и страстный дикий поцелуй. Он смело ласкал мой шрам на груди, спускался все ниже. Его горячее прерывистое дыхание отдавалось в моих ушах, оно сочеталось с моим, но я могла лишь тихо постанывать, ощущая первобытность силы, которая потоками исходила от мужа. Мужчина потерял всякий контроль над собой. Его сильные руки грубо стискивали мои бедра, он иногда покусывал мои губы, не сдерживаясь, низко стонал.

Силенс владел мною так, как только настоящий мужчина может владеть своей женщиной. Я могла лишь только поддаваться ему навстречу, пребывая в его диких горячих объятиях тела и окутанная вырвавшейся из Силенса Королевской магией. Он дико рычал, закусывая кожу на моей шее и сжимая ягодицы, ощущая, что я полностью и без остатка принадлежу только ему. Горячая кровь стучала в сердце, безумное влечение буквально заставляло выгибаться всем телом. У меня не оставалось сил ни на что. Единственное, что я умела сейчас – это отдаваться своему мужу, зная, что я нужна ему без остатка.

Сердце рвалось из груди.

– Я люблю тебя, Эв… Я люблю тебя… Люблю…

Утро застало меня в теплых объятиях принца. Силенс размеренно дышал, пребывая в спокойном сне, красивый, как древний бог, он улыбался чему-то неизвестному мне. Я сладко потянулась, теснее прижимаясь к его близкому и родному телу, чувствуя, как муж инстинктивно сильнее обнял меня. В такие минуты я совершенно забывала, что он кронпринц, а я будущая королева. Именно эти мгновения были самыми сладостными и незабываемыми, когда мы с Силенсом были просто любящими друг друга мужчиной и женщиной. Горько было осознавать, что таких моментов у нас с ним будет очень мало, ведь даже прошлая ночь просто подарок судьбы, вырванный у времени взаймы. Не хотелось думать, как мы будем расплачиваться мгновениями, проведенными наедине.

Тяжело осознавать, что твоя жизнь полностью и без остатка подчинена интересам Королевства Дейстроу, а не тебе. А ведь мой муж с самого детства воспитывался в такой атмосфере, пусть его и готовили стать вторым. Он никогда не мог позволить себе быть собой. Наверное, это самое ужасное, что может случиться в жизни человека. Существовать, как заключенное в клетку животное, постепенно забывая, что такое вкус и свобода природы. Вот что делали с моим мужем. У Силенса не было права выбора, у него были только обязанности.

Тем не менее, я не жалела о том, что меня не отвергли. Пожалуй, то чувство, что возникло между мною и Силенсом, сполна окупит все трудности, которые обязательно возникнут у нас в будущем. Пусть своё счастье мы будем воровать изредка и тайком, но это обязательно произойдет. Я любила его так отчаянно, что мне не хватит слов описать все это. Просто что-то внутри, какая-то часть меня четко осознавала, что кроме него больше никто в моей жизни не будет значить так много. Его вчерашние слова вдруг отчетливо раздались в моей голове. Горячий хриплый шепот проник мне буквально под сердце. Я прекрасно знала и раньше, что Силенс меня любит, даже не возникало сомнений, что это может быть не так, но все-таки услышать эти слова от него… Было просто невообразимо приятно знать, что я настолько ему нужна.

Страсть прошедшей ночи до сих пор ощущалась на губах, поэтому я глупо, но счастливо улыбалась самой себе. Приятный мужской запах, который мог принадлежать только моему мужу, ласкал мои ноздри, волчье обоняние чутко реагировало на него, словно то был невероятный аромат жизни и силы. Силенс сонно что-то простонал и пошевелился, веки его дрогнули, и он открыл глаза. Ртутное море спокойно плескалось, он тоже улыбнулся мне, тут же преобразившись. Мои пальцы запутались в его темных жестких волосах, а сердце бешено колотилось в груди. Я просто не могла поверить, что мы так близко друг к другу, и никто нас не трогает, словно весь мир умер, кроме нас двоих.

– Эв, вчера я наговорил много… – хрипловато начал муж, но я положила указательный палец ему на губы, мешая говорить. Покачав головой, я только глубоко вздохнула и, приподнявшись, поцеловала его. Удивленный принц сокрушенно ответил мне, заключая меня в цепкий круг своих рук.

Оторвавшись от Силенса, я неожиданно смутилась, осознав, что лежу возле мужа абсолютно обнаженная. Нежная и покорная прошлой ночью, теперь я горячо покраснела, непривыкшая, что принц видит мою стыдливую наготу при свете дня. Его наглая довольная улыбка рассказала, что это доставляет ему непомерное удовольствие.

– Прекрати, – сдавленно сказала я, садясь и отворачиваясь от него. Одеяло я пыталась дотянуть почти до подбородка, но Ленс придавил уголок собой, что несколько осложняло мне дело.

– Глупая, – мягко отозвался муж и обнял меня со спины, я почти интуитивно положила свой затылок ему на плечо, подставляя свои губы для поцелуя. Просить принца даже не пришлось.– Я сумасшедший, – прошептал он мне в уста, нежно перебираясь от подбородка к шее.

– Прекрати, – упрямо повторила я, чувствуя, как мелкая сладкая дрожь начала подниматься от кончиков пальцев на ногах. Ласки будущего короля действовали на меня необъяснимо.

– Жаль, но ты права. Нас ждет наше Королевство.

– Твое Королевство Дейстроу, мой принц, – поправила я, нежно улыбаясь, явственно ощущая, как он сурово смотрит на меня.

Тяжело вздохнув, он хотел что-то сказать, но его прервал резкий и настойчивый стук в дверь. Вот и пришел конец нашей дивной сказки о любви. Но эту сладостную ночь я буду хранить до конца своей жизни в самом потаенном уголке сердца.

– Миледи, моя королева, надеюсь, вы не забыли, что назначили мне аудиенцию на сегодняшнее утро, – нетерпеливо начал из-за двери Хелл. Лицо Силенса угрожающе потемнело.

– Конечно, Хелл, я скоро подойду, – поспешила ответить я, удерживая принца за руку.

Светлый блеск исчез из его глаз, там вновь появилась боль, которую, как мне казалось, мне удалось изгнать. Неужели мой муж до сих пор думал, что нас с бастардом что-то связывает. Тем более… О, нет, нужно немедленно разрешить эту дилемму, в противном случае, все выльется в очередные претензии и ссору.

– Ленс, нас связывают не такие отношения…

Принц кашлянул, пытаясь справиться с собственным гневом, но, к сожалению, лицо выдавало все эмоции будущего короля.

– Тогда почему он нес тебя на руках прошлой ночью?

– Я пользовалась Динео и не рассчитала свои силы. Мой советник был так добр, что решил помочь мне добраться до замка. Сомневаюсь, что без него я доползла бы хотя бы до стены.

– Тебе настолько стало плохо после магии? Эв, ты должна немедленно прекратить… – Силенс мгновенно позабыл о своих подозрениях в измене. Насколько принц волновался за меня.

– Нет, нет, – поспешно возразила я.– Просто не рассчитала свои силы. Мои возможности оказались менее выдающимися, чем я предполагала.

Силенс опустил свой взгляд на кровать и замялся, он явно намеревался о чем-то спросить, но, как и тогда в кабинете, не решался этого сделать. Я молчала, ожидая его слов.

– Эв, ты… ты не беременна?

Вопрос мужа застал меня врасплох, я удивленно хлопала ресницами, даже не находя подходящего ответа на такой странный вопрос. Нет, этого не может быть. Нилли сразу ощутила, что ждет щенят. Я невольно положила руку себе на живот, но ничего необычного не почувствовала. Динео сообщил бы мне, если внутри была другая жизнь.

– Нет, почему ты это спрашиваешь?

– Ты падала в обморок, твоя магия тебя изматывает, хотя в Деревне Динео вы подолгу тренировались с Ро… Роупом, – он запнулся, произнося его имя. Ненависть принца парнишка уже заработал. – И моя Королевская магия. Я знаю, это абсурд… Но я вижу, что скоро весь замок только об этом и будет гудеть.

Я в очередной раз прислушалась к своим внутренним ощущениям и вновь убедилась, что в моем чреве нет ребенка. Силенс мог бы и не беспокоиться.

– Нет, Силенс, я абсолютно уверена. В любом случае, ты узнал бы об этом первый. Моя магия способна на то, чтобы ощущать жизнь. А ребенок – это жизнь.

Принц облегченно вздохнул, даже поникшие плечи неожиданно гордо распрямились. Неужели он так боялся, что я могу носить ребенка от него? Ведь вчера он шептал мне, что любит, а теперь…

– Эверин, глупая, – Силенс нежно поцеловал меня в макушку, оказывается, Королевская магия до сих пор струилась между нами, – это не так. Сейчас не лучшее время, чтобы королева была беременна. Наши враги… они плетут интриги. Я не могу с уверенностью сказать, что ближайшие годы в Дейсте или вообще в Дейстроу будет полностью безопасно. А я не хотел бы, чтобы наш ребенок рос во время войны. Это ужасно. Особенно, если это прямой наследник короля.

– Я понимаю, – согласно кивнула я. Силенс ласково вытер большим пальцем слезу, которая все-таки покатилась по моей щеке. Видимо, только с ним я могла быть слабой. – Не думай, что я могу полюбить кого-нибудь другого, – неожиданно резко сменив тему, уверенно заявила я.

– Эв…

– Нет, Силенс, не думай, просто не думай, что в моей жизни может появиться какой-то другой мужчина. Ты – мой.

Муж весело усмехнулся, подыскивая нужные слова, но в действительности они были просто не нужны. Достаточно того, что было прошлой ночью в этих покоях. По-моему, любые другие признания и клятвы будут просто блеклой подделкой на фоне тех истинных чувств, что вырвались вчера из глубин души Силенса. В большем я и не нуждалась.

– Меня ждет Хелл.

Ленс молча встал с кровати, невозмутимый и потрясающе полностью обнаженный. Я безвольно обмякла, открыв рот, любуясь его первозданной мужской красотой. Сильными мышцами, гибким телом и невероятной ловкостью и грацией, которая читалась в каждом его небрежном движении. Принц поражал меня с каждым днем все больше и больше.

Поспешно собравшись, я ворвалась в Зал для аудиенций, как свежий весенний ветер, счастливая и окрыленная страстью в прощальном поцелуе мужа. Хелл взволнованно крутил в руках пустой бокал из-под бренди, покрытый уже слоем пыли. Видимо, прислуга давно сюда не заглядывала.

– Принцесса! – приветственно встал он, поставив стакан на стол. Его улыбка была немного смазана, что выдавало некоторое беспокойство бастарда.– Вчера…

– Не волнуйся, Хелл, кронпринц не сделал ничего такого, о чем тебе бы стоило беспокоиться. – Я специально выбрала немного официальный тон, чтобы бастард не задавал лишних вопросов. Мысли о вчерашнем заставляли меня краснеть до корней волос.

– Как скажете, моя королева, – почтительно чуть поклонился советник, заговорщически ухмыляясь. Сорокалетний плут, видимо, не нуждался в объяснении румянца на моих щеках.

Его кошачьи повадки иногда безумно меня раздражали, но это была неповторимая черта именно Хелла, которой не обладал более никто. Зелёные глаза весело блестели из-под бровей, когда он быстро заговорил.

– Хочу предложить вам, моя королева, прогуляться до порта, – улыбаясь во весь белозубый рот, слишком напущено и радостно предложил Хелл. Его лицо говорило мне что-то еще, и я смогла только согласно кивнуть.

Вскоре мы шагали вниз по крутой дороге к портовому Дейсту, который примостился прямо под замком. По пути нам встречались люди, которые, к счастью, не узнавали во мне принцессу, что несколько облегчало наш путь. Город жил своей жизнью, ему было явно все равно, что там происходит в Рийвэре. По улицам сновали мальчишки, бегая по поручениям взрослых, торговцы громко кричали, рекламируя свой неповторимый товар. Из трактирных дверей доносились звуки пьяных драк. Морской прибой здесь был слышен гораздо более отчетливее, чем в самом замке. Терпкий йодистый запах соли был на удивление острым и несколько неприятным для моего чуткого обоняния. Чайки изредка пролетали над домами, протяжно крича в светлое синее небо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.