Валери Вуд
На краю обрыва

Пролог

17 марта 2272 года

Промозглая мартовская погода не вселяла в жителей Оливана ощущения весны. Наоборот, казалось, снова на эти темные улочки опустилась холодная осень. Ветер гнал по грязной дороге шелестящие пакеты, что, попадая в лужи, наполнялись гнилой водой, которую даже крысы пить не стали бы.

Сутулящийся подросток пытался преодолеть лужи – испачкать школьную форму ему уж точно не хотелось. Почему именно сегодня Трой забыл сменную одежду дома? Тучи медленно сгущались над его кудрявой головой, с ветром шепча на ухо предупреждение об очередном ливне.

Поскользнувшись, парень тихо выругался. Нецензурная лексика вошла в его жизнь еще до смерти брата. Питер умер почти год назад…

Вспомнив о брате, Трой поморщился. К сожалению, первое что всплывало в его подростковом мозгу, так это ужасающие по сей день картинки: брат изрыгал изо рта желчь, смешанную с кровью; его тело неестественно изгибалось, а когда-то полные жизни, орехово-серые глаза, стали тусклыми… почти стеклянными.

Парень внезапно остановился посреди дороги. Желудок больно скрутило, а горло обожгла кислота собственного организма.

Когда он последний раз ел?

Трой этого не помнил. Всю еду, которую ему давала мать, он спихивал школьным приятелям. Вот и сегодня, мама положила ему в потрепанный рюкзак, с которым в свое время в школу ходил брат, мармелад в кислой посыпке. Дорогое лакомство, особенно для их семьи. Он отдал его Лилу. Просто потому что ему нравилось наблюдать как она ест и радуется этому обыденному занятию.

Трой же воспринимал еду как топливо, чтобы жить. Он пытался найти смысл в этом всем, хотя бы ради матери, только вот плохо получалось. Какой смысл в его существовании? Какой толк от хороших оценок, если они не изменят этой ужасной стороны идеального мира?

Трой ненавидел всех шишек в этой стране, им было плевать на таких как он. Красивые речи, безумные планы и никаких действий. Оливана как было место для отбросов, таким и остается по сей день. Конечно, черный рынок изменил многое, сделал жизнь не такой ужасной, только вот они, создатели, немного опоздали. Тьма, несущая с собой наркотики и разложение личности человека, добралась до этих мест намного раньше.

Он вздрогнул, осознав, что до сих пор стоял посреди темной и пустой улицы. Аромат гнили и отходов жизнедеятельности норовил впиться в его одежду мертвецкой хваткой. Это раздражало и гнало в сторону жилых домов.

Только вот Трой не хотел возвращаться домой. Стены неприятно давили и сводили с ума. Мать парня, Марта, точно сейчас на работе и вернется только к вечеру, если не к ночи. Выходных у нее не было, денег всегда мало, а малыш Трой достоин лучшего…

Точно, он ведь хотел многого… Только после смерти Питера все стало каким-то пустым, не имеющим смысла. Трой все так же почему-то учился, общался с друзьями и делал вид, что радуется мелочам. Он слишком хорошо играл эту роль, даже сам начал в это верить. Никто не догадывался насколько погано в его душе.

Порой, просыпаясь, он думал: «Все вернулось на круги своя, я снова живу». Такие дни были прекрасными. Обычно Трой вместе с Лилу прогуливал занятия, и они много говорили ни о чем. На следующий день он снова ощущал пустоту, зияющую в его груди, что сводила с ума и подталкивала к ужасающим мыслям.

Кто-то чихнул, от чего Трой вздрогнул снова, возвращаясь в реальность. Резкий порыв ветра повалил его кудрявые волосы на лицо, застилая глаза и вновь намекая – «пора бы подстричься». Сжав лямки рюкзака руками, Трой двинулся в сторону шума.

Под ногами чавкала грязь – это действовало на него очередным раздражающим триггером. Трой словно оголенный нерв – коснись и невыносимой боли да криков не избежать. По правде, ему давно хотелось закричать, от души и до хрипоты, чтобы все вылетело наружу. Только вот ему нельзя, он обязан быть надежной опорой для матери.

Непрекращающееся чихание стало слышно громче, а Трой продолжал попытки подавить в себе весь негатив, чтобы не взорваться. Подойдя к переулку, откуда доносились звуки, он почему-то замер. Зачем он вообще идет туда?

За свои пятнадцать лет жизни в Оливана, Трой понял одно: «Всем плевать на тебя».

Тогда почему он идет проверить незнакомца, которому явно нездоровится, судя по частоте чихания. Он прикусил нижнюю губу, в подобные моменты внутренняя агрессия заменялась необъяснимой тягой помогать другим. Именно поэтому он согласился, когда к нему пришло письмо. Его выбрали. Некий покровитель решил, что он достоин занять особое место. Через пару месяцев, когда Трой закончит школу, он станет посредником черного рынка. Это большая редкость и честь.

Про покровителя он ничего не знал, даже предположить не мог – мужчина это или женщина. Все сообщения писались обычным текстом, который обходил острые углы. Поначалу, ему даже показалось, что это чья-то глупая шутка, очень несмешной розыгрыш. Но когда на пороге его дома появился незнакомец, который представился проводником, он обомлел. Трой знал, проводники – связующее звено между верхушкой и исполнителями, что занимали вторую ступень иерархии черного рынка. Мужчина передал ему посылку, поверх которой лежало письмо с особой меткой черного рынка.

Внутри оказался его первый в жизни ноутбук, причем одна из новейших моделей, которая стоила приличное количество айхи. Внутри находились архивы с особыми книгами и документами. Так он понял – это никакая не шутка, его и правда выбрали. Понимал ли он в тот момент, что на него возложили огромные надежды?

От очередных размышлений его отвлек очередной чих, за которым последовал очень громкий стук зубов. Трой сделал пару шагов, орехово-серые глаза уставившись в темноту и увидели ее…

Худая, в мокрой одежде и с потрепанным рюкзаком, что на удивление был сухим. Незнакомка стояла, обхватив себя руками, тщетно пытаясь согреться и унять дрожь. На вид смуглая девушка немногим старше него, а возможно и вообще одногодка. Только вот Трой ее никогда раньше не видел, да и выглядела она иначе: черные волосы, словно сосульки, спускались вдоль худого, прямоугольного лица; с кончиков вниз падали редкие капли; впалые щеки; выпирающие ключицы; худые словно щепки руки. Все это вызвало в Трое давно забытые эмоции. Он почему-то беспокоился об этой девушке.

Не осознавая собственных действий, Трой снял с себя рюкзак, вслед за ним с его плеч пропала куртка, оставляя его в тонкой рубашке, что не спасала от холодного ветра. Незнакомка все это время даже не замечала его, смотрела себе под ноги и кажется бормотала что-то под нос.

– Накинь на плечи, – протянув девушке куртку, сказал Трой, при этом забрасывая рюкзак обратно на спину. Она вздрогнула, бледно-зеленые глаза с недоверием посмотрели на парня, словно он пытался ей втюхать что-то запрещенное.

– Не сто… и… т… – стуча зубами кое-как произнесла та, и чихнув, поморщилась, словно прикусила язык.

– Возьми, – с нажимом, сказал Трой, внутри разрасталось раздражение и негодование от отказа девушки. – Иначе я сам надену ее на тебя, – с металлом в голосе, добавил он.

Незнакомка протянула костлявую руку, принимая его куртку. Он сжал губы в сплошную линию, мысленно перебирая варианты как помочь этой бедняжке. Нельзя же ее просто бросить тут, ведь по всей видимости идти ей некуда. Тяжело вздохнув, стараясь запихнуть свои негативные эмоции еще глубже, Трой кивнул девушке, мысленно прося ее идти за ним.

Трой двинулся с места, при этом следя за незнакомкой, в надежде что она пошла за ним. Удача, девушка и правда шла следом, держась при этом на расстоянии вытянутой руки. Он с радостью заметил, что его крутка успешно согрела ее тело и она больше не стучала зубами.

Их молчаливый путь был недолгим. Трой остановился у входа в кафе «Зимняя сказка», открыл дверь пропуская незнакомку вперед. Благо, ничего говорить ей не нужно было, что очень облегчало ему задачу. Он знал, в этом месте девушке дадут приют и работу, ведь раньше он сам после школы часто помогал хозяйке, обслуживая клиентов вместе с ее внучкой.

В помещении как всегда пахло пряными вафлями и сладким чаем, хотя подавали тут разные блюда, и особенно вкусно готовили рыбу. В дальнем углу сидела небольшая компания молодых парней, рядом с которыми стояла Нана – та самая внучка владелицы. Она мило беседовала с Максом, лучшим другом умершего брата Троя.

Никто, кроме Миссис Атталь, не обратил на пришедших внимания. Это обрадовало парня. Общаться с людьми, которые были близки с Питером, сегодня ему особо не хотелось. Розалия Атталь встретила его теплой улыбкой, как всегда. И как только он подошел к прилавку, дама поддалась ближе к кассе.

– Трой, давно тебя не видела. Как дела у Марты? – все также улыбаясь, спросила она, внимательно рассматривая голубыми глазами спутницу парня.

Если бы Трой не знал, что Розалия родная бабушка Наны, он бы никогда не принял их за родственников. Бабушка девушки обладала не только небесно-голубыми глазами, но и ярко-рыжей шевелюрой. Удивительно, седина никак не хотела забирать эти краски с ее головы, при этом морщины давно поселились на ее лице.

– Здр… авств… уйте, – тихо произнесла смущенная девушка. Вода с ее одежды капала на чистый кафельный пол, отчего она не могла найти себе места от неловкости, переступая при этом с ноги на ногу.

– Миссис Атталь, тут такое дело…, – тихо начал Трой, уловив недалеко от себя движение. Макс заметил младшего брата умершего друга и с беспокойством направился в его сторону, желая предложить свою помощь. – Я встретил эту девушку пару минут назад, как видите она промокла и по всей видимости, давно ничего не ела. Могли бы вы дать ей приют на некоторое время? Думаю, как только она окрепнет обязательно отблагодарит вас помощью в кафе.

– Да, я в долг… у… не остан… усь… – стуча зубами подтвердила незнакомка, обескураженная помощью со стороны Троя.

– Конечно я помогу, – кивнув, произнесла Розалия, с теплотой посмотрев на девушку. Она обошла прилавок, подошла ближе к трясущейся незнакомке и протянув ей морщинистую ладонь, произнесла: – Милая, пойдем со мной. Тебе жизненно необходимо принять горячую ванну.

Незнакомка вернула Трою крутку и, вложив дрожащую ладонь в руку доброй женщины, направилась за ней в сторону подсобки, откуда можно было подняться на жилые этажи здания. Трой проводил ее взглядом, ощущая на своем затылке пристальный взгляд Макса. Этот длинный действовал ему на нервы, после смерти брата норовя залезть в его жизнь. Трой догадывался, что таким образом Макс хотел приглядеть за ним, словно он чувствовал на себе некую вину за случившееся.

– Все в порядке? – потеребив черные волосы, спросил Макс, пытаясь скрыть нотки неловкости в голосе.

Макс всем своим видом пытался показать отстраненность, ему не хотелось навязываться подростку, хоть и искренне переживал за него. Стоя в ожидании ответа, парень нервно провел рукой по лицу, задевая два длинных кривых шрама, что располагались на его правой щеке. Один был чуть длиннее другого.

Трой тяжело вздохнул, накинул на себя куртку, даже не снимая рюкзак.

– Все просто отлично, Макс. Мне пора, – бросил Трой, даже не посмотрев в сторону парня, направился к выходу.

Ему бы сейчас на всех порах спешить домой. Черные тучи вот-вот принесут дождь, заполняя улицы дурно пахнущей грязью. Но вместо этого, Трой направился в соседний магазин одежды. Подросток не понимал, чем обоснована его внезапная благотворительность, учитывая, что он собирался потратить свои скромные сбережения на одежду для незнакомки, которую видел первый раз в своей жизни. Что-то неведомое его разуму шептало, что он должен купить ей сухую одежду и отнести ее в кафе.

Трой так и сделал. Он купил вещи, потратив почти всю сумму, что была в его кошельке. Передал пакет Нане, попросив ее отдать одежду девушке и напоследок, перед тем как покинуть кафе, неожиданно сам для себя впервые попросил выполнить его просьбу. Трой попросил позаботиться о девушке, словно уже тогда что-то знал…

Глава 1. Трой

27 августа, 2276 года

Раздражающая мелодия, стоявшая на будильнике, снова залила темную комнату, заставляя меня поморщиться и в очередной раз пожалеть, что поставил именно ее. Чем я думал, когда выбирал сигнал? Черт меня побери, до чего же она уже успела надоесть. Хотя, может все дело в том, что именно эта мелодия будила меня последние полгода?

Нащупав телефон рядом с собой, поднес устройство к лицу и щурясь посмотрел на экран, по привычке нажимая на «выключить». Сон покинул меня час назад, но я не торопился вставать, стараясь растянуть эти минуты покоя подольше. Я слишком редко нахожу в своем забитом графике хоть немного времени для отдыха, не говоря уже о полноценном выходном. Даже в тот день, когда ребята потащили меня на концерт, я провел бессонную ночь разбирая документы, что под самое закрытие салона мне привез посредник.

До встречи с Лилу еще много времени, поэтому вот так валяться на кровати и пялиться в потрескавшийся от старости белый потолок, пытаясь найти там что-то, могу еще несколько часов. Только вот нужно подняться и сходить за завтраком – Миссис Атталь точно уже приготовила еду и ждет моего прихода.

Забавно, ведь именно «Зимняя сказка» познакомила меня с самыми близкими людьми в Оливана. За скромным ужином, увы не помню сколько лет назад, Питер познакомил меня с Максом и Наной, что откровенно пускала на брата слюни. Мне она сразу понравилась. Хотелось, чтобы братишка выбрал любовь вместо наркотиков.

Когда он начал принимать?

Кто в этом виноват?

Увы, даже Макс не знает, ведь Питер никому не рассказал… а потом уже было поздно.

Пару раз моргнув, в попытках прогнать от себя нежеланные воспоминания, провел ладонями по лицу, запуская их в кудрявые волосы. Слишком часто я вспоминаю о брате, еще чаще о матери, и почти никогда об отце. Мама точно бы отругала за негатив в его сторону. Ну а как иначе я вообще могу думать о человеке, который ввязался в грязные делишки? По сути, за ошибки он и поплатился своей жизнью. Хорошо хоть семью за собой не потащил. Правда только жизнь никого из нас особо не жаловала, кроме меня.

«Трой, ты блять особенный, не втыкаешь?!» – эхом пронеслись в голове слова Питера. Он так радовался, видя мои оценки и положительные характеристики от учителей.

Что бы брат сказал, увидев меня сейчас?

✧✧✧

– Обещай, что не останешься гнить здесь, – произнес внезапно Питер, теребя в руках полупустую банку содовой.

Его кудрявые волосы прилично отросли и теперь он собирал их на затылке, только вот множество прядей выбивались из неуклюжего пучка и торчали в разные стороны. Глядя на него, я вспоминал одного героя из мультика, который смотрел после школы пару лет назад.

Странный человечек, чумазый и с кудрявой шевелюрой, торчащие всегда в разные стороны. Часто другие дети, от которых он отличался, дразнили его и называли дурными словами, которые мама запрещала говорить, а сейчас я даже не вспомню и одного. В данный момент Питер выглядел также, только лицо его не измазано в грязи, да и одежда приличная.

Мы сидели на крыше заброшенного здания на окраине Оливана. Брат смотрел вдаль, наблюдая за уходящим солнцем. Питер настоящий романтик, правда всегда пытался в себе это подавить. Думаю, он стесняется, ибо мы родом из другого мира, нежели жители Филони, или других городов. Хотя я слышал, что помимо Оливана есть и другие города-отбросы, только так и не понял в этой стране или же в других. Не удивлюсь, если верно и то, и другое. Мир слишком жесток, по отношению к таким как мы.

– Мне не хочется покидать Оливана, – даже не задумываясь, пробубнил я, потянувшись за стоявшим у ног соком.

Питер перевел орехово-серые глаза на меня, в его взгляде читалась грусть, а губы медленно распахнулись и захлопнулись, тут же растянувшись в сплошную линию. Замерев с пачкой ягодного сока в руках, пытался распознать, что же на самом деле крылось за этой заминкой брата. К сожалению, я так и не понял. Может слишком мал для взрослых тем, а может просто не умею читать его, как других.

– Почему? – отведя взгляд, спросил Питер. Его голос казался отчужденным, словно ему все равно. Только челюсть слишком напряжена, и это показывало явное беспокойство брата.

– Оливана мой дом. Сбежать отсюда – значить признать, что они правы, – переведя взгляд на закатное солнце, что окрасило все вокруг в нежные цвета спелого персика, сказал я.

– А ты с ними не согласен? – скучающим голосом, спросил он.

Посмотрев на Питера, встретился с четким профилем, и медленно начал его изучать, словно видел впервые: слегка вздернутый нос и сильно заметная горбинка, которой раньше не было. Питер часто влипал в неприятности, подвергая опасности не только себя, но и Макса. Удивительно как они вообще сошлись – один любил искать приключения на свою задницу, второй просто хотел играть в баскетбол. Только после потасовки, в которой подправили нос моему брату, мечты о спорте Максу пришлось похоронить. Питер так и не рассказал нормально что с ногой его друга, просто вернулся в тот день весь в крови и с расширенными от адреналина глазами. Понял тогда одно: Макс жив, но не совсем здоров.

– Нет, я никогда не буду согласен с безвольными идиотами, – с жаром произнес я, чувствуя, как в груди просыпается необъяснимая ярость.

Питер ухмыльнулся, и по-собачьи повернув голову на меня – ярость сменилась раздражением. Он думал, что я шучу. Всегда так делал, когда принимал слова других за забавную шутку.

– Я не шучу, Питер, – твердо произнес я, отвернувшись от брата. Нетронутый сок в моих руках ощутимо нагрелся, да и пить мне расхотелось.

– Знаю… к сожалению… – с грустью сказал он и, шумно вздохнув, поднялся на ноги.

Питер подошел к перилам, которые давно потеряли свой изначальный вид и превратились в ржавые железяки, но при этом, на удивление, до сих пор были крепкими и могли выдержать человека. Брат уперся руками и встал так, что мне было видно его лицо. Он посмотрел вниз. Его губы расплылись в глупой улыбке, которая сбила меня окончательно с толку. Что же у него сейчас творилось в голове?

– Трой, ты блять особенный, не втыкаешь?! – внезапно закричал Питер, заливаясь при этом искренним и добрым смехом.

Внутри что-то кольнуло. Я давно не слышал, как он смеется. Брат перестал много времени проводить дома после смерти отца. Начал работать, помогая маме. Такие вечера как сегодня настолько редки, что я могу их спокойно по пальцам пересчитать. Питер заботился обо мне, постоянно говоря, что у меня светлое будущее. А мама… она по сей день удивляется тому, как ей повезло родить второго ребенка – это огромная редкость.

– Не неси чепухи, – раздраженно кинул я. Поставив сок на место, направился к нему. – Если так рассуждать, то мой класс полон особенных.

– Трой, только именно ты на первом месте по рейтингу. Сколько бы не прогуливал уроки, твои оценки не страдают, да и учиться тебе в кайф, не отрицай этого, – улыбнувшись, сказал Питер, внимательно посмотрев на меня.

– То, что я особенный – не причина покидать свой дом, – упрямо сказал я, засунув руки в карманы кофты. Этот разговор высасывает из меня всю энергию.

– Хорошо, и что же ты намерен делать после окончания школы? – с вызовом спросил Питер, и, обернувшись ко мне, оперся спиной об ограждение.

– Возможно, продолжу обучение, но пока не знаю какую специальность выберу. В любом случае она должна быть полезной и интересной, а после буду, как другие неравнодушные, развивать Оливана. Если не смотреть на все спустя рукава, можно сделать жизнь здесь лучше, чем в Филони, – рассуждая вслух произнес я, хотя, по сути мне еще рано думать об этом всем.

– Трой, ты и правда особенный. Не каждый в свои тринадцать будет думать о подобном. Я в твоем возрасте гонял на велосипеде, стараясь не заехать в вонючую лужу, а ты… – брат посмотрел на меня, хмыкнул и откинув голову назад, добавил: – Трой, не отдавай свою жизнь за жизни других, хорошо?

– Я тебя не совсем понял, – озадаченно произнес я, смотря как остатки персиковых цветов, словно нимб, окружили его.

– Живи так, чтобы не жалеть, когда умрешь, – подняв голову и посмотрев на меня серьезным взглядом, четко сказал Питер.

Персиковые цвета медленно тускнели позади, волосы брата внезапно рассыпались по его плечам словно прыгучие пружины. Неоново-зеленая резинка полетела вниз, так стремительно, что Питер не успел бы ее поймать, если бы заметил…

✧✧✧

Принимал ли тогда Питер, мне неизвестно. Но подозреваю – именно наркотики толкали его на разные приключения. Макс пытался его спасти, какое-то время брат даже не принимал. Увы, ничего не вышло.

Натянув потертые старые джинсы и схватив со стула футболку, вышел из комнаты. С первого этажа слышался шорох и причитания. Значит Несса уже проснулась. Прислушавшись, уловил лишь пару слов, среди которых: «соленые… падла… где…». Закатив глаза, зашел в ванную и надев футболку, открыл кран с холодной водой.

Умывшись пару раз, поднял взгляд на зеркало, из которого на меня смотрел слабо знакомый парень. Видимо, пара часов сна не спасли от последствий тяжелой недели: темные круги под глазами, уставший вид и недельная щетина, избавляться от которой у меня совершенно нет ни единого желания. Надеюсь, Лилу, увидев меня, не испугается. Хотя, если быть откровенным, мой вид скорее вызывает жалость и желание укрыть одеялом.

Закончив в ванной, спустился вниз и заглянул на кухню, что до сих пор хранила мрак ночи. Несса причитала о чипсах, ругая то ли меня, то ли себя, за то, что их вечно мало. Подобные поиски по утру перестали меня удивлять. Просто уже привык, что чипсы с солью – изысканное блюдо для нее.

– Доброе утро, – громко сказал я, и ухмыльнулся увидев, как она замерла, медленно поднимая голову из-за кухонной тумбы.

Пройдя мимо обеденного стола, приоткрыл жалюзи и тут же вернул все на место. Улицы слегка залиты утренним светом, что совершенно не спасал ситуацию на кухне и толку от него совершенно не будет. Щелкнув выключателем, нахмурившись посмотрел на Нессу, которая как енот воришка стояла со спрятанными за спиной руками. Серая майка висела на ней словно мешок, сигнализируя мне о том, что она снова сбросила вес.

– Нес, сколько раз я просил тебя завтракать нормально? – раздраженно, спросил я, когда тишина стала слишком давить.

Бледно-зеленые глаза посмотрели на меня с обидой, словно я просил ее сбрить волосы и ходить лысой. Только вот и это бы ей пошло, Макс точно оценил бы смену стиля, также как он и сделал, когда она захотела покрасить переднюю прядку в белый. Этот длинный даже краску ей купил и помог, все за моей спиной, могли хотя бы предупредить ради приличия.

– Чипсы из картошки, чем тебе не еда? – глухо спросила она.

– Потому что они не совсем полезные для организма, знаешь ли, – сказал я, а когда в ее глазах вспыхнул угрожающий огонек, осекся. – Боже! – простонал, отодвинув стул сел и снова посмотрел на девушку. – Мне не жалко тебе хоть миллион пачек покупать каждый день, но это правда вредно. Должно быть хоть какое-то разнообразие, я же не просто так заказываю для тебя завтраки у Миссис Атталь?

– Я разве сказала зря? Мне нравится, как она готовит рыбу, никогда вкуснее не ела, – неуверенно произнесла Несса, смотря в потолок пыталась вспомнить правда ли она никогда не ела такой вкусной рыбы прежде.

За четыре года жизни под одной крышей я успел запомнить все ее взгляды, вздохи и даже движения, которые говорили сами за себя. Когда мама привела ее в дом – я удивился. Как после выяснилось, она забыла дорогу к Миссис Атталь. Возвращать ее к ней я не стал, да и мама отпускать девушку не захотела.

✧✧✧

– Милый, ты дома? – послышался голос матери с первого этажа, что одновременно меня успокоило и напрягло.

На часах всего четыре дня, а мама в последнее время возвращалась к восьми. Нахмурившись, отложил ноутбук в сторону и спустился вниз, надеясь, что ничего серьезного не случилось.

В прихожей стояла мама и говорила с девушкой, которой я помог весной. Выглядела она хуже, словно и правда ходячий скелет. Девушка сжимала тонкими пальцами лямку потрепанного рюкзака, и что-то пыталась сказать моей матери, но та ей и слово вставить не давала.

– Мам, что происходит? – еще больше нахмурившись, спросил я, облокотившись о стену.

– Это мой сын Трой, надеюсь вы подружитесь, – сказала мама незнакомке, игнорируя мой вопрос.

– Мам, – настойчиво позвал ее я.

Она посмотрела на меня серыми глазами, и тепло улыбнувшись, откинула в сторону шоколадные локоны, которые поредели в последнее время. Мама подошла ко мне, обняла за плечи и медленно подвела к незнакомке, имени которой я по сей день так и не знал. Она смущенно наклонила голову вбок, и я заметил шрам под ее подбородком. Странно, в прошлый раз не обратил на это внимание. Был ли он тогда? Как она его получила?

– Трой, это Несса. Я встретила ее в переулке, бедняжка заблудилась и совсем не знала куда идти. Если ты не против, она поживет у нас, – с воодушевлением произнесла мама.

– Ладно, – только и сказал я. Других слов в моей голове в этот момент просто не было. Да и был ли смысл?

Мама уже все решила, кто я такой чтобы с ней спорить? Да и еще одна живая душа в доме лучше, чем постоянные побеги к Максу в караоке бар…

✧✧✧

– Просто дождись пока я принесу завтрак, хорошо? – сдавшись, попросил я. Поднявшись с места, направился в прихожую.

– Я подумаю, – крикнула Несса, и это зародило во мне желание устроить ей неделю без чипсов. Только я не такой жестокий, как порой хотелось бы.

Обувшись и накинув кожаную куртку, машинально полез в карман за пачкой сигарет. Открыв ее сразу замер, не хватало двух штук. Заметить это легко, у меня вчера всего четыре оставалось. Это значило она искала не чипсы, а куда спрятать заначку.

– Несса, я не понял, а какого хрена ты снова крадешь мои сигареты? – вспыхнув за секунды, зарычал я, подойдя к дверному проему, ведущему в кухню.

Девушка замерла, в ее левой руке лежали те самые сигареты. Дыша через нос, попытался отвлечься, рассматривая татуировку на ее руке. Долбанные деревья, сколько они крови попили, пока я работал над этим эскизом, еще больше – когда набивал ей контур, а заполнение шло в два этапа. Красиво вышло, лучшая моя работа. Кончики ветвей касались ее плеча, словно гладя его. Почему она выбрала именно деревья, до сих пор так и не понял.

– Трой, я… – она запнулась, а поймав мой рассерженный взгляд, шлепая босыми ногами по деревянному полу, подошла ближе. Протянув руку, Несса нехотя разжала ладонь, и поморщилась, когда я забрал сигареты убирая их прямо в пачку. – Душнила, – цокнув языком, бросила Нес.

– Кто бы говорил! – гаркнул я, а поймав на себе взгляд бледно-зеленых глаз, попытался расслабиться и поумерить свой пыл. – Тебе нельзя и точка.

– А тебе значит можно? – возмутившись, спросила она, сложив руки на груди.

Этот разговор за последний год повторялся уже сотни раз.

– Да, – только и ответил я, а ткнув девушку меж бровей, добавил: – Куплю тебе чипсы, только не ешь все, я в магазин ходить не успеваю.

– Хорошо, – недовольно, пробормотала она, вернувшись на кухню.

Глава 2. Трой

Выйдя на улицу, спустился по грязным ступенькам и чуть не столкнулся с пацаном, который раздавал какие-то листовки.

– Возьмите, – робко предложил парнишка, протягивая мне ярко-розовый флаер.

Молча взяв листок и развернув текстом к себе, увидел огромный заголовок предстоящего выступления в публичном доме. Публичным домом «Лилия» владела старая статная дама, что изначально пыталась сделать из заведения театр. Только кому он тут нужен? Потерпев неудачу и пережив измену мужа, женщина решила, пошло все это к черту. Ходили слухи, что кто-то сильно вложился, чтобы перестроить все внутри, при этом оставили сцену для редких выступлений. Самое удивительно, они были очень даже цивильные, никакой пошлости и довольно хорошая игра бабочек, как их называла владелица и местные.

Поблагодарив за листовку, аккуратно сложил ее и убрал в задний карман. Может, если у меня будет выходной, стоит позвать на представление Нану? Хотя, она точно не согласится, посчитав, что я пытаюсь нарушить нашу договоренность и втянуть ее во что-то большее.

До кафе я добрался быстро, по дороге правда пару раз пришлось остановиться, чтобы ответить на несколько вопросов знакомых встретившихся по пути. Оказавшись внутри заведения, меня встретил сладкий аромат вафель и терпкий запах крепкого кофе, в желудке сразу же заурчало.

– А я уже думала ты сегодня не придешь, – услышал я нежный голосок Наны и обернувшись, встретился с карими, цвета некрепкого чая, глазами.

– Обижаешь, – только и сказал я, слабо улыбнувшись, рассматривая девушку.

Нана выглядела вымотанной. Белоснежная кожа не скрывала признаков усталости и по всей видимости бессонной ночи. Похоже, она снова провела за просмотром очередного безумного интересного сериала всю ночь, как это делала неоднократно. Темно-синие волосы собраны в пучок, из которого выбивались ярко-голубые кончики. Небольшой нос, который Нана всегда называла по-доброму «картошка», слегка поморщился. Пару месяцев назад она сделала очередной пирсинг, на этот раз в носу с левой стороны. Ей чертовски все это шло, особенно учитывая, что по всему телу разбросаны мелкие татуировки. Она стала моим первым клиентом, позволив учиться на ее теле этому непростому ремеслу, и не только…

– Задержишься ненадолго? – надув пухлые губки, спросила она, подхватив кончиком пальцев выбившуюся прядку волос.

Нана скромно накрутила ее на палец, при этом в ее глазах горел кокетливый огонек. Ответив на ее провокацию ухмылкой, я лишь покачал головой, словно бы говоря: «Я тебя раскусил, можешь не стараться».

– Жаль, – сдавшись, сказала она, прикусив губу прошла мимо и толкнула меня бедром.

– Нан, на днях возможно зайду, – довольно улыбнувшись, сказал я и направился к прилавку, боковым зрением уловил как девушка мне подмигнула и скрылась в подсобке. – Доброе утро, Миссис Атталь!

– Трой, и тебе доброе утро! – оторвавшись от планшета, с улыбкой произнесла пожилая владелица заведения.

Ярко-рыжие волосы собраны в тугую косу, что аккуратно обвита вокруг головы. Рядом с ее дряхлой рукой лежала специальная шапочка, которую Розалия Атталь надевала, приступая к готовке. Небесно-голубые глаза горели также ярко, как и при нашей первой встрече. Я всегда восхищался этой женщиной, она настоящий герой для многих, кто живет в округе.

Розалия похоронила дочь и ее супруга, оставшись с двухлетней Наной на руках. Но даже горе не сломило дух этой женщины, она взяла себя в руки и продолжила работать в кафе, при этом воспитывая внучку. Нана и правда выросла прекрасной – она любила свою бабушку и помогала ей с ранних лет. Между ними всегда были теплые отношения, а для Наны, Розалия заменила всех и поэтому девушке еще страшнее потерять единственного родственника.

– Мой заказ уже готов? – спросил я, доставая кошелек из заднего кармана джинсов.

– Вот, два завтрака на вынос, – сразу же протянув мне пакет с двумя картонными коробками, в которых находилась еда для меня и Нессы, произнесла Миссис Атталь. – Что-то давно я не видела Нессу, как она? Проблемы с памятью все еще беспокоят бедную девочку?

– Ну… – я запнулся, вложив в морщинистую руку айхи и еще крепче сжал пакет. Когда Розалия узнала, что Несса у нас и она забыла дорогу к ним, то очень забеспокоилась о ней. Мама ее тогда успокоила, сказав, что не всем от природы дана хорошая память и такое порой бывает. – Все в порядке, вы же знаете Несса просто немного рассеянная, вот и забывается иногда.

– Тогда хорошо, передай ей, что я жду ее на чай, – пересчитав деньги, произнесла женщина и направилась к кассе. – Да и сам заходи, мы с тобой тоже давно по душам не говорили.

– Да что за душу говорить, когда за ней ничего толком и нет? – слегка смутившись, спросил я, а поймав на себе небесно-голубые глаза, которые смотрели на меня с ноткой неверия, добавил: – Вы же знаете, Миссис Атталь, я весь в работе, иногда нет времени приготовить себе перекус, не говоря уже о большем.

– Трой, мальчик мой, не преуменьшай свою значимость. Все же знают о твоих добрых поступках, – оперевшись руками о прилавок и внимательно смотря на меня, сказала она.

– Скажете тоже, какие там добрые поступки? – со смешком, спросил я, внутри появлялось странное и мало знакомое чувство.

– Ерунду не говори, – выйдя из подсобки, бросила Нана, в ее руках была коробка с содовой. – Ты вытянул гиблых парней из грязи и дал им работу. Не доброе дело разве? – поставив коробку на прилавок, она посмотрела на меня, ее густые черные брови нахмурились. – Помощь Азалии Фелт…

– Помощь Азалии Фелт – это другое, Нан, – не выдержав перебил ее я, злость медленно вырывалась наружу. Ненавижу, когда мне говорят, что делаю благие дела. – Алазия приютила у себя пятнадцать сирот, которых тут просто бросили помирать, к слову, как и Макса когда-то. Тебе это прекрасно известно. Они плевать хотели на детей, которые потеряли все в Оливана, потому что таких никто не возьмет.

– Трой… – начала было Нана, но замолчала, услышав, как я шумно вздохнул и выдохнул.

– У меня просто есть возможность помочь, в этом нет ничего корыстного или же наоборот. Это дети не виноваты, что страдают от безмозглости гнилой верхушки, – с жаром произнес я, смотря на девушку, в ее глазах отражалось понимание, что граничило с восхищением. – Ничего особенного и сверхъестественного я не делаю!

– Умный, но такой дурак, – спокойно произнесла Миссис Атталь. Посмотрев на нее, увидел добрую и теплую улыбку. – Хватит шум тут наводить, иди домой, а то еда остынет. А ты, – строго произнесла она, повернувшись к внучке, что подпрыгнула от неожиданности. – Отдохнула и хватит, у нас еще много заказов.

– Хорошего вам дня! – сказал я, тут же направившись к выходу.

Оказавшись на улице, достал пачку сигарет. Процедура до боли знакомая и банальная. Когда-то я наблюдал как это делал брат. Сигарета оказывается зажата меж губ, зажигалка поджигает конец, в то время как я начинаю втягивать в себя дым. Горечь сразу же обжигает язык, а дым наполняет меня чем-то иным. После смерти брата я иногда баловался, просто представляя, как выдыхая дым, из меня выходила боль. На удивление помогало, увы, ненадолго.

Год назад, когда мне сообщили об аварии, все превратилось в губительную зависимость. В ту я ночь выкурил целую пачку, причем самых крепких сигарет, которые не все заядлые курильщики смогут вытерпеть. А я просто не мог остановиться, мозг требовал заполнить его хоть чем-то, лишь бы не сойти с ума. Мама погибла мгновенно, сразу после удара об асфальт.

Все произошло на глазах Нессы. Она просидела рядом с телом матери несколько часов, и чудом не заболела, в тот день не прекращая шел сильный дождь. Она тряслась, ибо промокла до нитки, когда я вместе с Максом забрал ее из полицейского участка. Девушку опросили, даже с удостоверением личности проблем не было, хотя это были мои первые поддельные документы. Дело закрыли как несчастный случай, машину не нашли. Как удачно камеры сломались за пару часов до произошедшего… А Несса… Она по сей день ненавидит себя, ведь не смогла вспомнить ни единой детали, словно воспоминания удалили или же запаролили.

Дни тянулись ужасно долго, я занимался похоронами, пытался держаться и следил за Нессой. Девушка не ела неделю, лишь сидела над своим дневником и смотрела на него пустым взглядом, пока не сломался я, и мы поменялись местами.

✧✧✧

Сидя в гостиной на холодном полу, смотрел в окно, по ту сторону которого небо затянуто тяжелыми темными тучами, я старался ни о чем не думать. Свет не горел, мне не хотелось видеть цвета помещения, зная, что интерьером занималась мать. Да и фотографии, которые были расставлены по всем поверхностям, сильно нервировали после случившегося.

Вдыхая табачный дым, чувствовал, как он заполнял мою пустую душу и отравлял ее изнутри. Медленная смерть, которая наступит, если повезет, через лет десять, а то и хуже, сорок. Какой смысл дальше жить? Почему, как только я начинаю ощущать вкус жизни, различать цвета и эмоции, происходит падение вниз? Неужели я где-то согрешил и меня наказывали таким образом? Иначе не мог понять, почему жив именно я, а не они.

Телефон, лежавший на полу, громким звоном оповестил меня о новом сообщение и, немного провибрировав, затих. Очередные слова поддержки, соболезнования или предложение помочь, более чем уверен. Или еще хуже – вопрос о том, как я в данный момент.

Как я?

Смешно. Меня просто нет, одна сплошная пустота и ничего более.

Сглотнув горечь, что осталась после сигареты, затушил окурок и оставил его в пепельнице. Мама просила меня никогда не курить в доме, а теперь ее нет. Черт подери, я так легко отпустил ее, даже и слезинки не проронив. Любимый сынок называется.

В горле появился ком, глаза начало жечь. Сжав губы в сплошную линию, я поднялся на ватные, от долгого сидения, ноги и подошел к выключателю. Щелчок и яркий свет озарил помещение, в котором две недели назад мы обсуждали планы на выходные. Мама планировала сводить нас в театр, но у меня не вышло. Поэтому в тот день она взяла Нессу, и они отправились гулять вдвоем в торговый центр. Такой вот девчачий день, а я дал им денег, чтобы они ни в чем себе не отказывали.

Резкое першение заставило меня скривиться, кашель болью отдавался в висках, голова раскалывалась уже второй день. Осев на пол, содрогаясь в болезненном кашле, ощутил, как душу внутри начало распирать от горя. Словно ее тянули в разные стороны, пытаясь разорвать на мелкие куски, причиняя невыносимую боль.

Кашель прекратился, на смену ему пришли удушающие слезы, ярость и немой крик. Повалившись вперед, встал на четвереньки и прижался лбом к прохладному полу, в попытках взять себя в руки. Ничего не выходило. Чем больше я пытался себя успокоить и вернуть пустой разум, тем сильнее внутри разрастался огненный ураган, сносящий все на своем пути.

Чьи-то теплые и нежные руки легли на мои плечи, в сознании всплыл образ матери. Словно я снова маленький Трой, что разбил коленки и Питер мажет их зеленкой, при этом пытаясь остудить жгучую боль своим дыханием, а мама в это время гладила меня по плечам приговаривая, что плакать порой полезно.

– Я рядом, – слабым голосом, произнесла Несса.

Я не смог ответить, мой голос предательски сорвался на отчаянный крик, что вскоре сменился хриплым воем. Захлебываясь в собственных эмоциях, что вырвались из-под контроля, не заметил, как меня к себе уже прижимала хрупкая Несса и что-то шептала.

Так в один момент мы поменялись местами. Не я уговаривал Нес выпить немного воды и поесть, а она меня…

✧✧✧

Страшно представить, что со мной было, если бы Нес не оказалось рядом. Она стала для меня самым родным человеком, сестрой не только по поддельным документам, но и на деле. Несса по сути вытянула меня из болота, в котором на тот момент я оказался.

– О чем думаешь? – спросила Нана, неожиданно оказавшись рядом.

– Вспоминаю дни после похорон матери, – честно произнес, сделав последнюю затяжку и затушил сигарету о подошву обуви. Окурок полетел в мусорное ведро, в этот момент мою ладонь сжала нежная рука девушки.

– Ты в порядке? – обеспокоенно, спросила она.

Что испытывают нормальные люди, когда по отношению к ним проявляют заботу? Благодарность? Трепет? Тепло? Я же ощущаю жалость и ненависть к самому себе. Тот день был последним, когда мои внутренние демоны показались другим. Больше такой ошибки я не допущу, слабость – это оружие в руках недоброжелателя.

– Как всегда, – спокойно произнес я, рассматривая родинки на лице Наны.

Самые выделяющиеся на фоне мелких и почти незаметных, было всего две. Одна под левой бровью, почти у самого кончика, а вторая с этой же стороны, но под губой.

– Мне-то не ври, – хмуро, сказала она, отпустив мою ладонь. – Приходи как сможешь, просто поговорим. Ты знаешь, я тебя всегда выслушаю.

– Не больше чем просто друзья, – сказал я фразу, которую Нана любила повторять.

– Да, но с привилегиями, не забывай. Трой, ты знаешь, я никому не расскажу. Ты можешь со мной поделиться любыми переживаниями, – настойчиво сказала девушка и, положив мне на плечо руку, добавила: – Не торопись говорить, что тебе это не надо. Просто помни мои слова, для тебя они всегда будут неизменны.

– Ладно, – сдавшись, сказал я.

– А сейчас иди домой, а то еда и правда остынет, – сказав это, Нана улыбнулась на прощание и вернулась в кафе.

По дороге домой зашел в магазин, купил пару пачек чипсов со вкусом соли и немного содовой. Когда зашел в дом, Несса лениво выползла с кухни и молча забрала пакеты, утащив за собой, словно зверь в берлогу. Разувшись и сняв с себя куртку, я направился за ней. Пока девушка накрывала на стол, помыл руки и сделал себе крепкий кофе, добавив немного молока, чтобы смягчить вкус.

– Я завтракать уже не хочу, – произнесла Несса, положив коробку со своей едой на кухонную тумбу.

– Опять чипсы? – зло бросил я, поставив на стол кружку.

– Обижаешь, я доела твою пиццу, – кивнув на картонную коробку, что выглядывала из мусорного ведра, сказала Несса.

Уже и забыл, что вчера заказывал пиццу и свою часть так и не съел. Все же, это лучше чипсов, да и главное, что она вообще поела.

– И на этом спасибо, – глубоко вздохнув, произнес я, наблюдая за тем как девушка снова погрузилась в изучение дневника, который с ней уже долгие годы.

В ответ ничего не последовало, поэтому я молча приступил к еде. Мой завтрак на сегодня состоял из запеченной картошки, салата из свежих овощей и куриной грудки. Миссис Атталь заботливо налила сбоку сладкий соус, который раскрывал вкус мяса, что таковым по сути не являлось. Многие продукты, которые доставляются в Оливана, не самого лучшего качества, но при этом вкус не сильно уступал другим. Довольствуемся тем, что имеем, другого выбора у нас просто нет.

Глава 3. Трой

После завтрака я оставил Нессу на кухне, а сам поднялся на второй этаж. Передо мной стоял очень важный и сложный выбор: полежать еще пару часов смотря в потолок; или пойти в душ и потихоньку собираться, готовясь к встрече. Как бы мне не хотелось выбрать первый вариант, я все же прихватил полотенце и вышел из комнаты.

Горячая вода быстро расслабила напряженное тело, а из горла вырвался сдавленный стон наслаждения. Мне редко удавалось принять душ именно с горячей водой, обычно в это время я спал или уже находился на работе. Оливана хоть и медленно расцветал, благодаря жителям и черному рынку, но с водой по сей день есть сильные проблемы. А купить водонагреватель не все могут себе позволить, тем более учитывая сколько всего придется пройти, чтобы он был доставлен сюда и правильно установлен.

Горячая вода обычно доступна с десяти утра вплоть до двух дня, после чего она становится теплой и к ночи все заканчивается – дальше остается только холодная. Почему такие проблемы с подачей воды неизвестно, тяжело найти концы и точно выяснить кто так издевается над жителями Оливана. Многие покидали свои дома в семь утра, а возвращались к пяти вечера, если не позже.

Проведя влажной рукой по зеркалу, встретился с орехово-серыми глазами, что смотрели на меня с пустотой. Все чаще из отражения на меня глядел Питер, словно он пытался увидеть каким я стал, узнать, оправдал ли его ожидания.

Порой, мне хотелось спросить у парня в зеркале: «Гордишься ли ты собой?». Только ответ всегда оставался один и никогда не менялся. Боюсь он вообще никогда не будет другим. Мне нечем гордиться, я прожигаю собственную жизнь в тщетных попытках найти хоть какой-то смысл. Почти все, что я делаю мне противно – особенно сигареты. Я обещал Питеру что никогда не буду курить. Много чего обещал, если вспоминать. Только вот и он свое обещание не сдержал. Брат обещал бросить наркотики, ради меня и мамы. Ради светлого будущего с Наной.

– Трой, ты там в унитазе утонул что ли? – раздался раздраженный голос Нессы, вслед за которым в дверь прилетели пара глухих ударов.

– Выхожу, – только и крикнул я, закрепив полотенце на талии, взяв при этом грязные вещи, зная, если оставлю их тут, больше никогда не увижу. Нес их выкинет в мусорный бак в соседнем переулке, просто потому что терпеть не может подобное свинство.

Открыв дверь и толкнув ее, увидел напряженный взгляд Нессы. Она рассматривала меня без какого-либо стеснения, словно искала к чему придраться. В глазах блеснул озорной огонек, это означало, Несса нашла то самое.

– Ей нравится, когда ты ее щекочешь? – смотря на мою щетину, ядовито спросила Несса.

– А причем тут она? – задал встречный вопрос я, направившись в свою комнату. Мне прекрасно известно о ком Нес спрашивала, но никак не пойму, почему ей так тяжело называть ее по имени.

По шагам позади, понял, Нес пошла за мной, видимо ей не ванная нужна была, а я. Только зачем? Она решила излить негатив за отобранные сигареты? Хотя, даже если нет, то очень похоже на нее. Несса любила акцентировать внимание на некоторых вещах, которые ей не совсем нравились, особенно в те дни, когда я ругался на нее.

– Ну не к парням же в салон ты собрался с блестящим от чистоты задом, – пробубнила она.

Бросив грязные вещи в корзину, я обернулся и увидел, как Нес облокотилась о дверной косяк, сложив на груди. На ее запястье появился плетеный браслет с красными бусинами, который она снимала лишь на ночь или перед душем, с шеи свисал круглый медальон серебряного оттенка. Что находилось внутри Несса никогда не показывала. Она смотрела на меня напряженным взглядом, словно ее что-то беспокоило.

– Нес, только не говори, что ты ревнуешь… – осторожно произнес я, следя за эмоциями на ее смуглом лице. На мгновение оно перекосилось из-за гримасы отвращения, а слабо заметные веснушки спрятались в тени спавших на лицо черных кос.

– Блять, боже упаси, – засмеявшись, сказала она, и улыбнувшись правым уголком губ, продолжила: – Больно мне надо лезть в твои плотские дела.

– Тогда зачем вообще спрашиваешь и акцентируешь на этом внимание? – нахмурившись, спросил я, почувствовав, как полотенце медленно начинает спадать вниз.

Несса подняла глаза вверх за секунду до того, как мое тело внезапно оголилось, и я поспешил поскорее одеться, чтобы не смущать себя в первую очередь. Натянув боксеры, щелкнул пальцами, тем самым сообщив Нес, что она может снова смотреть на меня, не боясь ослепнуть от увиденного.

– Я что, не могу спросить куда ты уходишь в свой выходной? – обиженно спросила она. Посмотрев на нее, заметил неуверенность.

Может быть дело в том, что мы мало времени проводим друг с другом? Поэтому она обижается на меня, при этом не может сказать прямо: «Трой, мне не хватает тебя»?

Несса постоянно одна, либо же в компании Макса, с которым у нее не совсем-то хорошие отношения. По ее словам. Хоть они и ладят, вроде бы, но часто я слышу от Нес, что ей с ним порой одиноко. Подозреваю дело в алкоголе, который Макс пытается прятать от Нес или же, в ином случае, контролирует ситуацию, чтобы она не переборщила. Да Макс не сказать, что многословен. Он может часами молчать, слушая другого. А эмоциональный диапазон у него как у зубочистки, при этом не исключаю того, что парень мастерски держит маску и внутри у него какие-то эмоции да все-таки есть. Все это я понял после того как сдался и впустил его в свою жизнь. Макс очень заботливый человек, только все это выражается в делах, а не в пустых словах.

– Можешь, но зная тебя… – с ухмылкой сказал я. Взяв носки, сел на край не заправленной постели. Девушка тем временем убрала волосы с лица, откинув их назад. – Ты ничего не спрашиваешь просто так. Давай уже выкладывай, что тебя так беспокоит?

– Черт, бесишь. Так ты к ней или нет? – упрямо спросила Несса. Ее раздражительность медленно переходила на меня, из-за чего мне хотелось прекратить этот диалог, толком и не начав его.

– Нет, я через пару часов встречаюсь с Лилу у культурного центра, – покачав головой, произнес, все еще держа себя в руках. Я чувствовал себя на грани очередного взрыва, а увидев, как ее лицо изменилось напрягся. – Что опять не так?

– Ее… правда так зовут? – тихо спросила Нес, нервно облизав нижнюю губу.

– Да, а что? – не понимая, спросил, заметив, как в плечах Нессы появилось напряжение.

– Ничего, – поникнув, сказала она, а после тряхнула головой, отчего по ее плечам снова рассыпались мелкие черные косички. – Куда пойдете?

– В культурный центр, я же сказал, что мы встречаемся там у входа, – пояснил я, надев носки, пытаясь отогнать подальше раздражение из-за невнимательности Нессы.

– Это тот… где… что-то там… про историю? – уточнила она, пройдя в мою комнату и опустилась на кресло у окна.

– И про нее тоже, я же тебе предлагал сходить. Помнишь? – спросил я и, посмотрев на нее, заметил сомнение. Несса пыталась вспомнить было такое или нет, а я в такие моменты ощущал тянущее и неприятно сосущее чувство внутри.

Меня пугали собственные мысли и порой хотелось поднять этот разговор, чтобы откровенно поговорить о ее проблемах с памятью, которые явно не из-за невнимательности и рассеянности. Но каждый раз меня что-то останавливало, отгоняя желание вглубь моего сознания. Не хочу делать больно этим разговором Нессе, ведь и мне от этого станет не по себе.

Знаю, она грызет себя на эту тему и без этого разговора, а лишний раз тыкать ее в «ты не запомнила номер автомобиля», мне совершенно не хотелось. Я словно на распутье, с полностью опущенными от беспомощности руками, молча наблюдаю за тем, как близкий мне человек медленно чахнет, не зная, чем могу помочь. Могу ли я вообще ей чем-то помочь? Нужна ли Нессе моя помощь?

– Да, что-то такое припоминаю, но я тебя не особо слушала, – сжав губы в сплошную линию, сказала она. По этому движению я понял, что Нес не совсем уверена в правдивости своих слов.

– В любом случае, ты отказалась.

– А Лилу это интересно? – спросила Несса, разглядывая ногти на руках.

– Если она не отказалась, то интересно. Другого объяснения у меня нет, – подойдя к шкафу, произнес я.

– Понятно, – тихо кинула она и замолчала.

Взяв черные брюки, повернулся к девушке, которая теперь смотрела в окно. Мне начало казаться, что она хотела еще что-то спросить, поэтому и не уходит. При этом, Несса явно избегала зрительного контакта, словно нашкодивший ребенок, которого изнутри сжирала совесть за проступок.

– Боже. Что опять-то не так? – не выдержав, спросил я, а для нее это было настолько неожиданно, что она, вздрогнув и с мимолетным испугом в глазах посмотрела на меня.

– Ты не думаешь, что Нана тебя использует? – наконец-то спросила Нес. Услышав этот вопрос, я чуть не уронил брюки на пол, настолько мне было неожиданно услышать это имя от нее.

Несса за столько лет ни разу не называла девушку по имени, лишь кидалась обидными словами по типу «подстилка». По какой-то причине Нана ей не нравилась, и за это я не мог ее осуждать. Все же мне неизвестно, что произошло с Нессой, почему она опять заблудилась и вообще… Возможно они поссорились, и Нана ее выгнала, а Нес решила соврать, мол заблудилась и забыла дорогу обратно.

– Почему ты так думаешь? – надевая брюки, спросил я, пытаясь в этот момент сдержать свои эмоции под контролем. Как же тяжело это делать в последнее время. Только буря внутри утихала и снова что-то ее тревожило, заставляя подняться и снести все на своем пути, включая меня.

О моей особой дружбе с Наной знали только Несса и Макс, и почему-то оба не в восторге от подобного. С длинным я пытался поговорить на эту тему, на что тот сначала кое как находил слова, а потом вообще сказал «забудь». А вот с Нес… на эту тему я никогда не говорил, да и времени не было. Обычно мы обсуждаем обыденные темы, по большей степени бытовые.

– Она не самый честный человек, – только и сказала Несса, смотря в сторону.

– Нес, все ли люди честные? – спросил я, зная, в каждом есть чертенок, который с удовольствием столкнет своего человека со скалы прямиком во тьму.

– Ты почти не врешь, – уверенно сказала Нес. Ее бледно-зеленые глаза смотрели на меня с такой серьезностью, отчего мне стало немного не по себе. – По крайней мере мне.

– Ты так в этом уверена? – удивленно, спросил, мысленно понимая, да, так оно и есть.

Я могу не говорить всей правды, промолчать или же увести тему, но врать ей никогда не стану. Не знаю почему, просто язык не поворачивается, да и поступить с ней так просто не смогу, совесть не позволит. Несса другая, она словно родственная душа, которая всегда поймет, даже без слов.

– Черт, да, в этом я уверена на сто процентов! А вот Нана, она тебя использует. Ты что, сам этого не видишь? – с жаром бросила она, ее щеки вспыхнули от недовольства.

Вот оно что, Несса просто переживала. Какой бы черствой она не хотела казаться внешне, внутри Нес очень душевная и добрая, по отношению к близким. Просто все это кто-то спрятал в ней, заставил девушку выстроить вокруг себя большие стены и огромные рвы с кусачими пираньями в воде.

– Нес, с самого начала я знал, что Нана меня использует. По сути это взаимно. Я для нее как образ умершего возлюбленного, а она для меня приятный способ хоть как-то сбросить стресс. Кто из нас хуже? – спокойно спросил я, а на лице Нессы отразилось отвращение. – Презираешь меня за это? Теперь я тебе противен? Я сам себе противен, Нес.

– Не тебя… – начала она, но запнувшись подалась вперед, оперевшись локтями о колени и подперла ладонями подбородок. Черные ветви на ее левом плече словно опустились в тень моей комнаты, почти сливаясь с ней. – Просто я боюсь, что она не отпустит тебя, когда ты захочешь уйти. Мне похуй на нее так то, но ты… Трой, ты мне никогда не будешь противен, не важно кого ты трахаешь и в каких позах. Ты мой единственный близкий человек, и я не хочу видеть тебя снова разбитым.

– Нес, я ценю твое беспокойство, но… Нана не сможет меня удержать. Да и мы это много раз обсуждали, – достав рубашку, произнес я и накинул ту на голое тело.

– Обсуждать одно, – пробубнила она, через мгновение оказавшись рядом со мной. – Только вот, что ты будешь делать, если на деле окажется иначе?

– Не знаю, – честно признался я, а на лице Нес появилось выражение усталости. Этот разговор утомил не только меня.

– Понятно, – буркнула та, покинув мою комнату, оставляя меня наедине с собственными мыслями.

И что это сейчас было?

Несса порой себя очень странно вела, словно в ее голове что-то щелкнуло и толкнуло девушку в определенном направлении. В такие моменты происходили вот такие, можно сказать, личные разговоры, сопровождающиеся порой странными вопросами. Будто бы она пробовала на вкус каждый ответ, чтобы как-то переварить его.

Сняв с себя рубашку, кинул ее на кровать и взял расческу. Волосы за это время успели самостоятельно высохнуть, но при этом были похожи на кудрявое нечто. Кое как приведя волосы в порядок (хотя это с натяжкой можно было назвать порядком), взял телефон и открыл список с покупками, внося в него бальзам для волос. Несса уже использовала не только свой, но и мой, и в следующий раз волосы я не смогу расчесать вообще.

Написав сообщение Максу, спрашивая через сколько он будет, посмотрел на рубашку, а после перевел взгляд на зеркало. Из отражения на меня смотрел и правда Питер. Он часто отпускал легкую щетину, ненавидя бриться, а волосы стриг, когда те опускались ниже лопаток.

Пристрастие к наркотикам стали явными, когда Пит полностью забил на свой внешний вид. Его волосы превратились в ужасные колтуны, которые не поддавались ни одной расческе, подобное было даже на бороде. Нана и Макс привели его в порядок, провели жесткую беседу, после чего Питер пришел домой и упал перед мамой на колени, прося прощения и обещая, что он исправится. Мама поверила ему, иначе просто не могла, а я… Маленький Трой продолжал смотреть на брата с восхищением, пока не увидел, как тот подыхает от передоза новеньким Vivo. Нана уверяла меня, до этого он был чист пару месяцев и сорвался, только потому что ему дали бесплатный пробник.

Сука, бесплатный пробник. Что за бред?

Именно так я подумал в тот момент, а когда стал посредником, узнал, это чертова правда. Как же погано осознавать, Питер почти вырвался из цепких лап тьмы, уже отошел от края, как какая-то мразь толкнула его с обрыва, просто дав ему это. Пути назад уже не было, одна таблетка и все…

Я ненавидел его за этот выбор. Питера же никто не заставлял класть белую дрянь в свой рот и проглатывать. Он сделал это сам, разделил свою жизнь на до и после, подошел к обрыву и слишком сильно нагнулся, после чего полетел вниз. Только после долгих разговоров с Наной, я смог простить брата и оставить в своем сердце только хорошее.

Питер просто сломался, он не был готов тащить на своих плечах семью и быть достойным примером. Брат испугался, оттолкнул от себя Нану, разбив ей сердце и приведя ее к тому, что мы сейчас имеем. Девушка не может отпустить его и зацепилась за меня, а я воспользовался этим, как же мерзко. Пит бы точно мной больше не гордился, наоборот… Брату было бы стыдно за то каким я стал, и в этом есть только моя вина. Все это лишь последствия моих осознанных решений.

Из размышлений меня вывело звуковое оповещение. Макс ответил на мое сообщение. Он скоро будет около моего дома, мне пора бы спускаться вниз. Взяв из шкафа белую майку, надел ее, а после накинул рубашку. Спускаясь по лестнице на ходу попытался застегнуть пуговицы, но у меня так ничего и не вышло, это привело к очередной вспышке раздражения внутри.

– Успокойся, – шлепнув меня по рукам, сказала Несса, выйдя из кухни.

Девушка аккуратно застегнула каждую пуговицу, поправила воротник, и удовлетворенная результатом отошла в сторону. Нес не спешила уходить обратно, она стояла в проходе наблюдая за моими действиями.

– Тебе нравится Лилу? – спросила она, пока я доставал кожаные черные туфли из шкафа.

– Не понял вопроса, – сказал я, напряженно посмотрев на нее.

– Черт, не строй из себя тупого, – раздраженно бросила Несса, а я лишь вскинул бровь, давая понять, что и правда не понял. Девушка вдохнула через нос, а выдохнув, произнесла: – Тебе нравится Лилу, как девушка?

– Нет, мы просто друзья! – резко выпалил я, Нес вздрогнула и отшатнулась на пару шагов назад.

– Хорошо, что орать-то, – пробурчала она, посмотрев на меня обиженным взглядом.

– Я не орал, – твердо сказал, на что Несса закатила глаза. – Не забудь съесть рыбу.

– Чтобы я забыла съесть рыбу? – возмущенно спросила та, на что я лишь ухмыльнулся, присел на ступеньки, чтобы обуться. – Ладно, допустим я поверила, Лилу тебе не нравится. А нравилась? – немного смягчившись, поинтересовалась Нес.

– Да, – только и сказал, поняв, что забыл телефон в комнате. – Нес, не можешь мне принести мобильный из спальни?

– А еще говоришь, что у меня проблемы с памятью, – хмыкнув, сказала она, пройдя мимо меня.

Пока Несса ходила за моим мобильником, я успел обуться. Туфли правда немного давили и натирали, боюсь даже плотные носки меня не спасут. Как там говорят? Красота требует жертв? К черту бы я послал эту красоту, а вслед за ней выкинул бы эти туфли, но увы, иначе меня просто не пустят в здание. Другой приличной обуви у меня просто нет.

– Держи, – спустившись, сказала Несса, скучающе разглядывая меня. – Она знает?

– Знает, что? – забрав мобильный, уточнил. Разблокировав экран увидел сообщение, в котором говорилось, что Макс уже ждет меня.

– Ну то, что она тебе нравилась? – пояснила Нес. Взглянув на нее, заметил искренний интерес в ее бледно-зеленых глазах.

– Нет, и надеюсь никогда не узнает. Не смей думать о ней плохого, Лилу другая, – строго сказал. Не хватало чтобы Нес себе что-то надумала о девушке. Вообще мне хотелось бы, чтобы она подружилась с Лилу.

– Трой, не делай из меня конченную сучку, – обиженно сказала она, облокотившись о стену. – Лилу приятная, в ее компании было довольно уютно. Просто мне стало интересно, ведь ты смотрел на нее немного иначе…

– Иначе это как? – нахмурившись, поинтересовался я.

– Ну, – задумавшись, сказала Несса, ее бледно-зеленые глаза бегали по старым обоям, словно она пыталась подобрать правильные слова. – Так, будто бы ты готов за нее пожертвовать многим, включая свою жизнь.

– Даже так? – лишь сказал я, в горле появился ком, который никак не хотел уходить прочь.

Несса попала в точку. Я много думал, особенно после той встречи в клубе, когда рядом с Лилу оказался Хёну. В тот-то момент во мне что-то щелкнуло, словно назойливо всплывающее окно на экране компьютера, оповещающее об опасности для системы. Только в моем случае текст в этом окне оповещал меня о том, что мне не больно видеть ее с другим, наоборот. Увидев, как Хёну смотрел на Лилу, я испытал облегчение, а когда заметил ее взгляд в сторону парня, то все встало на свои места.

Я никогда не был влюблен, а то, что испытывал к Лилу, это просто симпатия и болезненная привязанность. Она единственная, кто после смерти Питера не сочувствовала мне в открытую. Лилу была рядом, говорила со мной и не спрашивала ничего лишнего. Она стала для меня одним из путеводных маяков, что не дал окончательно затеряться во тьме.

После окончания учебы я безумно скучал по ней, именно это убеждало меня в моей якобы любви. Нет и еще раз нет, это была не любовь. Я никогда не любил, и надеюсь, что этого никогда не произойдет. Не хочу привязываться к другим, а потом испытывать боль, когда они уйдут. Все уходят, рано или поздно Несса тоже бросит меня, ведь найдет родственников, поиски которых и привели ее сюда. Макс заведет семью и ему уже будет не интересно приглядывать за мной. А Нана… рано или поздно ей надоест все это, а может она влюбится и тогда я самостоятельно уйду. Остальные… по сути, наша дружба не так уж и крепка, чтобы постоянно быть рядом.

В конце концов я останусь один, именно поэтому не хочу больше никаких иллюзий. Хватит, и так слишком много людей впустил в свою жалкую жизнь…

– Трой, ты чего завис? – щелкнув пальцами перед моим носом, спросила Несса. На ее лице появилась напряженная гримаса, которая не сулила ничего хорошего. Нужно поскорее уйти и надеяться, она просто забудет об этом, или забьет, как порой бывало.

– Задумался, – честно сказал я, забрав сигареты из куртки, направился к двери. – После того как Макс отвезет меня, он приедет сюда. Не смей обижать его!

– Его-то обидишь, – пробубнила Несса позади меня.

– Постарайся быть с ним помягче, все же он позволяет тебе иногда бесплатно пить в его баре, – сжав дверную ручку, сказал. Даже не смотря на нее, я почувствовал, как она закатила глаза.

– Главное слово, иногда. Вы меня своими запретами достали, честное слово. Я вам что, маленькая девочка? Хочу бухать и курить, когда мне захочется, – раздраженно, сказала Нес, буравя своим взглядом мою спину.

А я хочу, чтобы вместо меня были живы Питер и мама.

– Увы, не все наши желания могут быть исполнены, – грустно сказал я, после чего вышел на улицу.

Глава 4. Трой

Около дома был припаркован старенький автомобиль. Дверь со стороны водителя сильно исцарапана, а задние фары уже давно не выполняли своего предназначения. Макс сидел с опущенной головой смотря в экран телефона. Его черные волосы собраны в аккуратный хвостик на затылке. Подойдя к машине, сел рядом с водителем, который даже не посмотрел в мою стороны.

– Снова? – лишь спросил он, рассматривая на экране какие-то украшения для помещения, предположительно для бара.

– Ага, – выдохнув, сказал, захлопывая за собой дверью.

Длинному даже не нужно конкретно задавать вопрос, и так ясно, что именно под «снова» имеется ввиду. Порой мне казалось, он знал Нессу лучше меня, хотя это не удивительно. Из-за того, что я много работаю и тщательно избегаю любых выходных, именно Макс проводил с ней больше всего времени. Парню порой хватало просто вздоха со стороны Нес, чтобы понять чего именно она хотела. Почему же тогда Несса говорила, что они не особо ладят? Не знаю. Как по мне эти двое прекрасно проводили время вместе, словно давние друзья.

– Понял, – тяжело вздохнув, сказал Макс, убрав телефон в бардачок.

– Никак не могу понять, как именно ты, ее до сих пор не убил? – спросил я, озадаченно посмотрев на друга.

Макс хоть и казался со стороны сдержанным парнем, но на деле если его задеть, он вспыхивал как спичка и тогда его не остановить. Поначалу я боялся оставлять Нессу с этой огромной неадекватной язвой, которая смогла бы сожрать ее и не подавиться. На деле оказалось, все очень даже неплохо. Несса хоть и бухтела в его сторону, но с удовольствием проводила у него время, часто зависая в кабинете со своим дневником. От Макса же в ее сторону я ни одной жалобы не слышал, скорее видел по его поведению, что парня все устраивало и присутствие девушки ему даже нравилось.

– Сам удивляюсь, – лишь сказал он, заводя автомобиль.

Раздался мерзкий гудящий звук, который всегда сопровождал поднятие автомобиля на воздушных подушках над землей. Что именно было этому причиной, непонятно. Макс много раз перебирал мотор, смотрел дно… в общем всю машину осматривал и не раз, но ничего так и не нашел. Отчаявшись, он поехал в сервис, и в мастерской ему просто отказали, даже не смотря машину, сказав «такой развалюхе место на свалке».

Для Макса это не просто развалюха. Автомобиль достался ему от опекуна, который приютил парня, когда опека решила не забирать его из Оливана в приют. Макса просто бросили на улице, а добрый и одинокий старик приютил его. Помог получить хоть какое-то образование, оставив после себя старую машину и скромное жилье.

Бросив на него взгляд, попытался разгадать, что же у друга сейчас в голове. Увы, ничего не вышло. Его лицо почти никогда не выражало эмоций. А посмотрев на его шрамы, вспомнил наш недавний разговор, когда я предложил ему обратиться в клинику и попытаться сделать их менее заметными, а со временем и совсем удалить. Конкретного ответа от него я так и не получил, похоже его все устраивало.

Думая отвернуться, мой взгляд скользнул вниз, на шею парня, где красовался огромный багровый засос. Сомнений быть не может, Нана частенько в начале нашей особой дружбы оставляла такие же отметки на моей коже. Внутри загорелась ярко-красная лампочка интереса, и я немного наклонился к нему, рассматривая след. Убедившись в том, что ошибки быть не может, сжал губы в сплошную линию.

– Макс, прости за вопрос, но откуда у тебя засос на шее? – пытаясь не улыбаться как идиот, спросил я.

– Засос? – хмуро посмотрев на меня, уточнил он.

Я коротко кивнул, после чего Макс посмотрел в зеркало заднего видения. Когда его темные глаза увидели то, о чем я говорил, в них на секунду появилась странная эмоция. Интересно, это был испуг или смущение?

– Трой, кажется ты уже не маленький мальчик, чтобы спрашивать откуда берутся засосы, – с саркастической улыбкой, произнес Макс, поворачивая руль.

Машина выехала на соединяющую улицы дорогу, медленно двигалась вперед, я же, откинувшись на спинку кресла с интересом наблюдал за Максом, пытаясь найти в нем еще какие-то изменения. Только вот ничего кроме этого следа я не нашел, а значит теория о внезапных отношениях отметается сразу. Ну или у Макса реально эмоциональный диапазон как у зубочистки, если не меньше.

А может он любитель краткосрочных интрижек?

Нет, ерунда какая-то. Но что тогда? Как же меня распирало от любопытства.

– Ты кого-то прячешь от меня? – спросил, не скрывая своей торжествующей улыбки.

– Никого я от тебя не прячу, – бросив на меня короткий взгляд, он закатив глаза, увидев мою улыбку.

– Оу, так я ее знаю? Интересно, – воодушевленно сказал я, мысленно перебирая всех девушек, которые часто крутились рядом с ним.

Он ничего не сказал, лишь внимательно смотрел на дорогу. В Оливана не часто можно увидеть машину, да и есть они только у единиц, которым повезло работать в Филони. Поэтому часто на улицах можно встретить играющих детей прямо на дороге, так и алкашей, которые почему-то решили, что отличная идея спать не в подворотне, а посреди улицы.

– Как у тебя в целом дела? – через какое-то время, спросил Макс. Это в его стиле, проигнорировать вопрос, переведя тему совершенно в другое русло.

– Да потихоньку, – поняв, что нет смысла возвращается к предыдущей теме, сказал я. – Кручусь, верчусь, вот сегодня у меня выходной, как видишь.

– И ты решил вместо сна провести его в столице? – усмехнувшись, спросил он.

– Можно и, так сказать. Просто хочу встретится со школьной подругой, – рассматривая неоновые вывески, мимо которых мы медленно проезжали, сказал.

– Оу, да ты от меня кого-то скрываешь? – с сарказмом и ноткой издевки, спросил Макс, что вызвало у меня раздраженный смешок. – Так ты с Наной все, раз на свиданки начал ходить?

– Начнем с того, что это не свидание, – не скрывая раздражения, сказал я, а рука невольно потянулась к карману, где лежала пачка сигарет.

– А жаль, – разочарованно цокнув языком и явно закатив от досады глаза, сказал длинный.

– Макс, мы просто друзья. Прикинь, не все девушки могут быть потенциально объектом для вожделения, – теряя остатки самообладания, пробубнил я. Да что со мной происходит?

– Боже, Трой, я разве говорю, что у тебя стояк на всех девушек? Я просто спросил, не заводись ты так, – недоумевая сказал Макс, смотря на меня изучающим взглядом.

– Еще бы ты такое сказал, – буркнул я. – В ином случае твой бар, случайно, подожгла бы Несса, а после, из тебя бы вышел неплохой такой горящий и матерящийся факел на ножках.

– Это другое, – начал было он, но поймав мой взгляд, осекся. – Ладно, прости. Я не думал, что ты так отреагируешь. Тебе явно необходим нормальный отдых, а то скоро на людей кидаться начнешь.

– Ага, кто же мне даст нормально отдохнуть? – спросил я, заметив, как Макс медленно начал ускорять автомобиль. Мы совсем скоро покинем Оливана.

– Трой, ты сам себе можешь устроить выходной, и не нужно мне говорить, что это не так. Я не Несса, которая ни черта не знает о твоих делах, – твердо сказал парень, сжимая покрепче руль.

– Я просто не хочу, – опрокинув голову на сидение и закрыв глаза, сказал я.

– В этом-то и дело, – только и сказал Макс, после чего наступила тишина.

Друг не спешил продолжать разговор, при этом явно дав мне понять, мы еще не закончили. Я попытался освободить свой разум от любых мыслей, просто дать себе немного подремать, наслаждаясь тихим шумом работающего мотора. В автомобилях нового поколения такого не услышать, они как будто без души.

Только вот попытки сконцентрироваться на этом маленьком источнике шума не помогли мне уйти от размышлений, они словно ириска, намертво прилипли к моему небу и зубам.

Работа помогала мне отвлечься, но ненадолго. Всегда перед сном я думал, слишком много думал. Несса и ее забывчивость, нежелание обсуждать некоторые вещи и никакой конкретики о родственниках, которых она ищет. Я даже не знаю откуда она, чтобы хоть с чего-то начать поиски. А Нес, она все это скрывала по какой-то личной причине. Поэтому я в тупике, и не могу продвинуться дальше. Черт, я ведь даже не знаю сколько ей точно лет. Несса потеряла документы еще до нашей встречи, а свою настоящую дату рождения не помнила. У нее есть только имя, и мне хотелось верить, что оно хотя бы настоящее.

Часто в моих мыслях всплывал и Макс. После смерти Питера он сильно изменился. Помнится, этот парень раньше курил и порой сильно выпивал, сейчас же, он твердо отказывался от всего этого, не изменяя своим принципам. Когда Макс узнал, что я курю, то осуждающе и молча смотрел на меня час, чем вывел из себя. Длинный, конечно, смирился. Понял – меня не изменить и просто молчит, при этом запрещая курить в его машине и караоке баре. Он полностью ушел в работу, дело даже не в экономии средств на персонале. Макс просто не может сидеть ничего не делая, ему необходимо заниматься хоть чем-то, поэтому он постоянно в работе, как настоящий трудоголик.

Остальные мысли порой я навязывал сам себе, лишь бы не думать о своей никчемной жизни. Когда наступали такие моменты, то мне становилось мерзко от себя. Я не тот Трой, каким хотел быть до смерти брата. Не тот, кем видел меня он. Интересно, что бы на самом деле сказал Питер, узнав о моей связи с Наной? Был бы он против этого, или же обрадовался, что младший братишка заполнил брешь в сердце девушки, которая до сих пор его любила? Звучало это даже как-то мерзко, а ведь когда-то я обещал самому себе, что буду порядочным парнем. Да, полное разочарование. Один человек гордился бы мной, и это был бы отец. Чертов сукин сын, бросивший семью и ввязавшийся в какое-то незаконное дерьмо.

– Трой, ты в порядке? – внезапно спросил Макс.

Мотор затих. Открыв глаза, я осмотрелся по сторонам. Мы уже на месте. Сглотнув, бросил взгляд на друга. На его лице, неожиданно для себя, увидел беспокойство.

– Просто устал, – пробубнил я, уйдя от прямого ответа. Мне не хотелось даже самому себе признавать, что… давно ничего не в порядке.

– Я надеюсь, ты сможешь немного отдохнуть, встретившись с подругой, – сказал он, сжав губы в сплошную линию.

– На обед заставь Нес съесть рыбу, если надо будет отбери чипсы и закинь их куда-нибудь повыше, – сжав дверную ручку, начал я. – Если пойдете в бар, не давай ей много пить, и проследи, чтобы она не стащила у кого-то сигареты.

– Трой, не переживай, я позабочусь о нашей Нессе, – как-то странно, сказал Макс, посмотрев на него, увидел привычное безэмоциональное выражение.

– Просто… – я сглотнул, пытаясь собраться с мыслями. Желание резко все отменить и вернуться домой обострилось слишком сильно. – Она заметно похудела, меня это беспокоит. Если Нес сегодня напьется, завтра ей точно будет плохо и даже Зейси не устранит всех последствий. Ты знаешь, мигрень…

– Я тебя понял, – кивнув, сказал Макс и похлопав меня по плечу, добавил: – Несса уже взрослая девочка и я буду рядом с ней, тебе совсем не о чем переживать. А если у тебя скоро от такого количества стресса и нервов, начнется тик, я тебя лично к кровати привяжу, – мило улыбнувшись, сказал друг, только учитывая шрамы на его лице и ядовитые искорки в глазах, это скорее похоже на угрозу.

– Ага, конечно, – лишь бросил я, открывая дверь.

Лилу еще не было, да и вообще улица оказалась на странность пустой. Здание культурного центра находилось по другую сторону оживленной части города, где покой никогда не наступал. Иронично, но если добираться от него в одну из двух лабораторий столицы, то время, потраченное на дорогу будет одинаковым.

Отойдя в сторону, наблюдал за тем, как автомобиль Макса удаляется, и когда он совсем скрылся из поля зрения, достал пачку сигарет. По моим расчетам мне ждать еще минут десять, не больше. Лилу редко опаздывала.

Втягивая в себя дым, рассматривал высотные темные дома, что всегда казались мне бездушными и пугающими. Интересно, каково жить в таком здании? Сильно ли отличается жизнь в Филони, от жизни в Оливана?

От размышлений отвлекло неприятное чувство тревоги, которое словно назойливая муха, садилась на нос и после укуса улетала. Мне хотелось списать это на обычное волнение и неловкость, ведь никогда прежде я не приглашал Лилу в подобные места, да и вообще куда-либо. В школьные времена прогулы были спонтанными, часто за нами увязывались другие ребята, большинство из которых учились по уровню ниже и так же были из Оливана. Встречи после окончания учебы оказались другими, редкими и порой короткими. Сейчас же все иначе, мы проведем вместе не один час, рассматривая экспонаты, что хранят много тайн и ту историю, которую нигде не найти. Мне правда повезло получить два билета сюда, ведь даже имея приличные деньги в культурный центр просто так не попасть.

Резкое осознание заставило меня замереть и напрячься. Черт, а ведь сейчас я нарушаю свои же правила. Когда я упустил ситуацию из-под контроля и позволил черте между нами исчезнуть? Почему я решил подпустил Лилу так близко? Разве это не опасно для нее?

Яркое разочарование наполнило мое сознание, втянув в себя остатки дыма, ощутил неприятную и сильную горечь. Опустив взгляд на окурок, увидел, что табак весь сгорел, и последняя моя затяжка задела фильтр, от которого сейчас вверх тянулся дымок. Затушив бычок, подошел к мусорному ведру. Во рту горечь приобретала еще больше оттенков, словно смешивалась с моим внутренним ядом. Выкинув окурок, попытался сплюнуть горечь и посмотрел на дорогу. До встречи с Лилу остались считанные минуты.

Глава 5. Лилу

Через несколько минут я встречусь с Троем, а в моей голове крутились странные и навязчивые мысли. Хотя, если быть честной с самой собой, они нормальные и адекватные. Просто непривычно думать: о выборе платья на свадьбу тети; о помощи Хёну с обустройством квартиры; о встречах с друзьями; об обычной жизни; о будущем с Хё.

Пару месяцев назад я только и думала о поиске формулы, чтобы просто прожить чуточку дольше. Мне не хотелось делать больно близким, да и многих подпускать к себе не решалась, веря в то, что это опасно. Дело было во мне, а именно в моей неуверенности в завтрашнем дне, которое могло не наступить. Я держала себя в жестких рамках контроля, даже не подпуская слишком близко тех, кто и так был рядом. После очередного провала, разговора на повышенных тонах с Изабель, я сломалась, поддалась эмоциям и позволила контролю исчезнуть, затягивая меня в пучину стремительно сменяющих друг друга событий.

Странные ощущение от этого всего… а на душе такая легкость и радость. За несколько месяцев все изменилось: в моей жизни появились новые люди, некоторых из которых могу смело назвать друзьями; мы с Хёну признались друг другу и теперь дом – это там, где он; я позволила себе пойти навстречу Трою, стать еще ближе, ведь парень мне не безразличен; Изабель и Генри скоро поженятся и это просто прекрасно; сыворотка сменилась на таблетки, и я себя чувствую по-настоящему живой.

Сейчас все просто замечательно. Раньше я почти не просыпалась с улыбкой на губах и легкостью в теле. Мир вокруг изменился, словно заиграл яркими красками, которых я прежде не видела. Плохие мысли посещают меня реже, при этом все же не торопились со мной прощаться. Возможно, после того как Хёну станет лучше, я тоже обращусь к специалисту, чтобы избавиться от навязчивого чувства вины.

Даже при том, что все хорошо, я невольно осматриваю руки парня, надеясь не увидеть новых порезов. Хё это замечал, я уверена в этом, только он не подавал виду. Его кошмары сильно пугали меня. Так страшно видеть его уязвимым и разбитым после пробуждения. Мое сердце кровью обливается, когда такое происходит, и я делаю все что могу. Достаточно ли этого?

Хёну говорил, со мной ему проще осознавать, что все увиденное было сном, ужасным кошмаром, который далек от реальности. Я верю ему, но… что-то внутри беспокоило и тревожило. Мысли о том, что когда-то мое поведение спровоцировало его на нанесение себе увечий, всплывали в такие моменты, и я грызла себя. Если бы можно было все изменить…

Автомобиль остановился около здания культурного центра, место о котором я много читала. Попасть сюда почти невозможно и когда Трой написал место встречи, даже не поверила сначала и попросила Хёну прочитать сообщение вслух. Не знаю, кто дал парню билеты, но я безумно благодарна за то, что он позвал сюда именно меня. Похоже Трой не забыл наши разговоры на школьной крыше и это очень грело мою душу.

Он подошел к машине и с теплой улыбкой, открыл дверь, подав мне при этом руку. Расплатившись, просто приложив телефон к сканеру, приняла его помощь. Сегодня Трой выглядел иначе, если бы я встретила его случайно в городе, вполне возможно не узнала бы вовсе. Даже в школе его образ был всегда небрежен. Он специально делал так, чтобы выделяться на фоне идеальных одноклассников. Черные брюки, такого же оттенка лакированные туфли и не заправленная белая рубашка, на которой были не застегнуты две верхние пуговицы. Трой выглядел очень привлекательно в таком образе, а еще эта легкая небритость, прибавляла ему пару лет.

– Выглядишь эффектно, – довольно улыбнувшись, сказала я.

– Ага, выгляжу как офисный планктон, – недовольно фыркнув, сказал Трой, выпуская мою руку.

Парень смущенно отвел взгляд в сторону, уголки его губ предательски дрогнули вверх, выдавая слабую улыбку. Не удержавшись, я засмеялась от такой реакции. Так непривычно видеть кудряшку смущающимся. Орехово-серые глаза уставились на меня с удивлением, а плечи парня заметно расслабились, словно с них сняли огромный груз.

– Трой, из тебя никакой офисный планктон, уж будем честны. Ты больше похож на предпринимателя, которому не нравится официальный стиль одежды, – перестав смеяться, сказала я, поправляя цепочку от сумочки на плече.

– Ладно, уговорила, – сдавшись, сказал он, пройдясь по кудрявым волосам ладонью. – Ты выглядишь тоже круто, только… – Трой запнулся, в его глазах появились огоньки неуверенности.

– Ты переживаешь, что меня в таком виде могут не впустить? – предположив, спросила, невольно осмотрев себя.

Обычные светлые джинсы, подчеркивающие мои бедра; темно-синие кеды; сумочка на цепочке; и нежно-персикового оттенка легкая кофточка. Внешний вид конечно не официальный, но и не самых ужасный.

– Нет, я не об этом, – Трой лукаво улыбнулся и кивнув в сторону входа, продолжил: – Тебе не жарко?

– Вовсе нет, – слегка солгав, сказала я.

Таблетки действовали слишком хорошо, даже температура моего тела пришла в норму. Только вот из-за синяков на руке, которые еще не до конца исчезли с кожи, мне приходилось ходить в закрытой одежде. Конечно я могла бы снова применить тональный крем, но находясь перед выбором: жуткий зуд или жара – я выбрала второе.

Трой открыл дверь и пропустил меня вперед. Кожу сразу же обдало прохладным воздухом из кондиционера. В холле оказалось темнее чем на улице, окна плотно закрыты темно-синими шторами. Позади громко захлопнулась дверь. Обернувшись, увидела напряженного друга. Он, улыбнувшись мне и прошел вперед, к стойке за которой никого не было видно.

Идя за кудряшкой, я осмотрелась по сторонам, осознав, что не так себе представляла культурный центр. Стены окрашены в пастельные кремовые тона, с высоких потолков свисали обычные люстры, лампочки которых освещали все холодным светом. На полу темный кафель, никаких ковров или паркета, как мне представлялось. Очень много растений, проходя мимо которых я уловила аромат свежести. По стене, позади стойки, вверх тянулся обычный плющ. Слева стоял большой стенд. Приглядевшись, я увидела карту здания и много текста – скорее всего там расписано что находится в том или ином зале. Справа большая дверь, рядом с которой сидел тучный мужчина в форме охранника, он спокойно посмотрел на нас и снова опустил взгляд на небольшой столик перед собой.

– Добрый день! – внезапно прозвучал звонкий голос молодой девушки, которая поднялась из-за стойки. Посмотрев на нее, встретилась с ярко-зелеными глазами, что были подведены белой подводкой. Она улыбалась, смотря на нас искренне и без призрения, ей совершенно все равно как мы выглядели. Густые русые волосы собраны в идеальный хвостик, ни одна волосинка не выбивалась из ее прически.

– Добрый день, – синхронно произнесли мы, на что незнакомка улыбнулась еще шире и протянула нам два буклета.

Мы с Троем неуверенно переглянулись, после чего забрали предлагаемые предметы. Осмотрев его в руках, поняла – это уменьшенная версия стенда: карта, нумерация залов, подробный перечень экспонатов и так далее. На обороте был список правил и предостережений, которые я пока не успела прочесть.

– Вы у нас впервые? – поинтересовалась девушка, посмотрев на нее, увидела на черном жилете золотистый значок с именем. Ее зовут Екатерина и она главный администратор.

– Да, мне подарили два входных, – спокойно сказал Трой, протянув девушке свой телефон.

– Благодарю, – улыбнувшись, сказала Екатерина, аккуратно взяв мобильный из рук парня и поднесла его к сканеру, пару секунд спустя вернула тот владельцу. – Секундочку, – произнесла она и опустилась вновь за стойку.

Сглотнув, я посмотрела на Троя, он выглядел расслабленным и с интересом изучал буклет в своих руках. А вот мне было немного тревожно и волнительно, словно что-то не так. Мысленно я вернулась в тот день после клуба, мне резко захотелось позвонить Хёну и узнать, как он там.

Хё убеждал меня все эти дни, что все в порядке, он совершенно не против моих встреч с кудряшкой и вообще с кем угодно. Только я все равно улавливала в его поведении, взгляде и даже словах нотки осторожности, даже капельку ревности. Порой мне казалось, Хёну делал над собой большие усилия, чтобы не держать меня рядом с собой. Мне хотелось верить, что я ошибаюсь, но что-то подсказывало – мои переживания близки к истине.

– Все в порядке, в вашем распоряжении целый день до закрытия. Возьмите эти браслеты, – сказала девушка, протягивая нам темно-красные резиновые браслетики. – Прошу вас с пониманием отнестись к нашим правилам, – начала она, после того как Трой забрал предметы. – Браслеты вам необходимо надеть до входа в первый зал, а снять, когда вы снова окажетесь здесь и после передадите их мне. Перед тем как трогать тот или иной экспонат, ознакомьтесь с текстовым предупреждением на табличке рядом. Если вы видите пометку «Не трогать», то ни в коем случае не прикасайтесь к нему, иначе вам придется оплатить немалый штраф. Все экспонаты нашего центра имеют свою историческую ценность, поэтому мы относимся с огромной строгостью к их сохранности. Нельзя снимать видео или же делать фото, так же запрещено записывать аудиосообщения. Сувениры вы сможете приобрести в последнем зале. Надеюсь вы проведете время с пользой!

– Спасибо, – сказал за нас двоих Трой, браслет уже был на его руке, а буклет он сложил и убрал в карман брюк. Он смотрел на меня с немым вопросом, на что я молча кивнула, убирая бумагу в сумочку.

После того как браслет оказался на моей руке, мы подошли к охраннику, который окинул нас равнодушным взглядом. Увидев браслеты, мужчина молча встал и открыл дверь, пропуская нас в первый зал.

Глава 6. Лилу

Когда я увидела множество старинных скульптур, почувствовала, как у меня захватило дух. Я своими глазами видела то, о чем только могла мечтать.

Культурный центр всегда был тем местом, в котором мне хотелось бы побывать хотя бы раз в жизни. Только это здание закрыто для обычных людей. Просто так сюда не попасть, даже имея огромные деньги. Тот, кто дал Трою билеты, не просто богат – он имел огромную значимость в Филони, а может быть и в стране.

Помню, когда я несколько лет назад рассказала Хёну о своей маленькой мечте, он попытался найти способ приобрести билеты. Все оказалось тщетно, даже Изабель и Генри не были в списки людей, которым дан доступ сюда. Хё пытался даже взломать их систему, чтобы получить для меня доступ к архивам. Как оказалось, все публичные сервера культурного центра хранили только ту информацию, что так доступна на их официальном сайте. Все остальное скрыто слишком надежно, и я попросила Хёну не тратить свое время на это.

– Впечатляюще? – тихо поинтересовался Трой.

Посмотрев на парня, увидела довольную улыбку, а в глазах виднелась искренняя радость. Я лишь молча кивнула, после чего с дурацкой улыбкой направилась к первому экспонату. Мне не терпелось поскорее узнать все тайны этого места и сложить их в общий пазл. Кудряшка молча последовал за мной, его лицо не покидала счастливая улыбка.

В первом зале мы провели двадцать минут изучая скульптуры старого мира, которым повезло оказаться в безопасности во время катастрофы. Многие названия мне не знакомы, при этом я с интересом читала об исчезнувших странах, частью культуры которых были эти экспонаты.

– Как думаешь, почему эти предметы хранятся здесь, а не в открытом для всех музее? – задумчиво, спросила я, когда мы шли по небольшому коридору во второй зал.

Окна завешаны полупрозрачными шторами, что пропускали солнечный свет во внутрь. На стенах висели горшки с разноцветными цветами, под окнами, из белого искусственного дерева, стояли скамейки, на сиденьях которых лежали черные мягкие подушки. На высоком потолке множество выключенных лампочек.

Судя по буклету, второй и третий зал хранили в себе старые карты, книги, текстовые вырезки о религии прошлого и теориях произошедшего в день катастрофы. С одной стороны, мне поскорее хотелось окунуться в это все и узнать, что же на самом деле произошло в тот злополучный день много лет назад. С другой, мне страшно разочароваться в правде или же вовсе не узнать ничего путного.

– Трудный вопрос, ответ на который я тебе точно не дам. При этом, лично мое мнение таково: правительству не выгодно показывать это все обычным людям, – сказал Трой украдкой посмотрев на меня.

– Почему ты так думаешь? – задумавшись, спросила я, хотя и сама склонялась к подобной версии. Только объяснить причины даже самой себе, почему так думаю, не могу. Просто чувствую, правда близка к этому.

– Лилу, ну давай будем рассуждать логически. Культурный центр – это по сути закрытое пространство, для особенно обеспеченных людей, – начал парень. Бросив в его сторону взгляд, увидела, как его слегка вздернутый нос поморщился, а пухлые губы сжались в сплошную линию, словно он пытался подобрать правильные слова. Кудряшка остановился, так же поступила и я, он повернулся ко мне и слегка нагнулся. – Это место существует с подачи правильных людей, которые не хотят, чтобы настоящая история прошлого и настоящего канула в небытие, – прошептал Трой.

– Ты думаешь культурный центр принадлежит создателям черного рынка? – еле слышно, спросила я, уловив в лице напротив сомнения, вызванные моим вопросом.

– Точно нет. Но эти люди явно находятся рядом с верхушкой черного рынка, – только и сказал он, после чего двинулся вперед.

Во втором зале оказалось очень много разных карт и религиозных статей, так как первое меня не совсем интересовало, мы с кудряшкой разделились. Я направилась к стенду с религиозными писаниями и книгами, которые к сожалению, трогать нельзя.

Испытав легкое разочарование, хотела было вернуться к Трою, как мое внимание привлекла папка с вырезками из статей. Подойдя ближе, увидела, что ее трогать можно и со спокойной душой открыла первую страницу.

В Эвинсо, как и в большинстве продвинутых странах нового мира, религия стала отдельной веткой науки. Мало кто безоговорочно верил в божество, многим необходимо научное подтверждение его существования. Изучение этого вопроса породило множество гипотез, которые помогли донести до неверующих самую главную истину: «Вера должна исходить из сердца и души. Если вы не верите в существование всевышнего, значит вам эта вера не нужна». Другой же стороне, а именно верующим, сторонники веры донесли иное: «Если вам дана вера, верьте, но не смейте навязывать ее другому, это запятнает вашу душу перед всевышним».

Религии старого мира, к сожалению, забыты и безвозвратно утеряны. Выжившие после катастрофы уничтожили все, что хоть как-то относилось к вере во всевышнего. Люди были уверены, бог отвернулся от них и обрек на долгие страдания. Со временем, когда новый мир восстановил потерянное, и жизнь начала приобретать новые стимулы, религия начала возвращаться к людям. Только вот она претерпела немалые изменения и стала, почти, единой для всего мира.

Люди современности придерживаются единого мнения: «Если в сердце человека есть вера, то и всевышний там же». Именно поэтому нет ни одного места, где человек может послушать проповедь, что может оказаться ложной и навязанной плохими людьми. Храмы и любые религиозные учреждения запрещены законом, они приравнивались к сектантским.

Секты и культы разрушали установленный мир, умы людей и жизни невинных. Тому пример маленькая и отсталая страна Замвао, в которой правит культ «Илои»…

– Интересуетесь религией? – внезапно рядом со мной послышался знакомый женский голос, от неожиданности я вздрогнула и отшатнулась назад.

Обернувшись, увидела Весту. Сегодня она выглядела иначе. Женщина одета в красное платье, подчеркивающее ее худое тело и скромные формы. На плечах висел черно-белый пиджак, на правом рукаве которого я заметила пуговицу, где была первая буква из названия дорогого бренда. Веста улыбнулась, обнажая белоснежные зубы, от этого на ее лице появились небольшие мимические морщины.

– Здравствуйте, – вместо ответа на ее вопрос, произнесла я, невольно взглядом найдя Троя. Парень направлялся в нашу сторону, за ним шла та самая девушка из книжного, с которой ушла Веста.

Кудряшка изменился в лице, его челюсть была напряжена, а плечи словно выросли в размерах. Он встал рядом со мной и, слабо улыбнувшись, посмотрел на девушку, которая остановилась рядом с Вестой. Она смотрела снизу-вверх на парня со слабо скрываемой неприязнью, ее темно-карие глаза так и блестели от злости.

– Здравствуй, Лилу. Я рада, что мы встретились быстрее, чем хотелось. При прошлой нашей встрече, я не успела представить тебе мою спутницу. Эта прекрасная леди, моя помощница и правая рука Айлин, – спокойно сказала женщина с улыбкой приобняв девушку за плечи, из-за чего та немного смутилась.

Айлин выглядела раздраженной, и это не в Весте дело. Девушка нехотя оторвала свой взгляд от кудряшки, что кажется все это время ее даже не замечал, и посмотрела на меня. Ее черные волосы были собраны в низкий хвост, а спереди она удачно оставила пару прядей, которые выгодно подчеркивало круглое лицо. Смотря прямо ей в глаза, я заметила, что ее левый глаз, почти незаметно если пристально не смотреть, немного косит.

– Рада с вами познакомиться, Лилу, – протянув свою ладонь с аккуратным нюдовым маникюром, сказала Айлин.

– Взаимно, – улыбнувшись, сказала я, на что получила ответную улыбку. Справа, на ее щеке появилась милая ямочка, а тонкие губы слегка подрагивали от напряжения.

– Как зовут вашего спутника? – аккуратно поинтересовалась Веста, внимательно осматривая Троя улыбаясь.

– Меня зовут Трой, мы друзья со школы, – твердо, даже с нотками металла, сказал парень. Посмотрев на него заметила, как на его шее, там, где находилась татуировка, заметно набухла вена.

– Приятно познакомиться с вами, Трой, меня зовут Веста, – произнесла женщина. – Лилу, вы мне так и не ответили на вопрос. Вас интересует религия?

– Так же, как и история, это довольно интересная тема. Особенно учитывая культ «Илои» в Замвао, – попытавшись расслабится, сказала я, при это все же краем глаза замечала, как Айлин смотрела на Троя. Девушка словно молниями в него металась.

– Если ваш спутник не против, то я бы хотела с вами поговорить на эту тему наедине, – смотря на кудряшку, сказала Веста, на ее лице все также была улыбка, но в голосе слышались странные нотки. Мне тяжело понять эту женщину, она совершенно мне не знакома, будто бы книга полная тайн и загадок.

– Конечно мне тоже было бы интересно послушать ваш диалог, но… если же вы желаете остаться наедине, то пусть так оно и будет. Айлин, – парень осекся, сказав имя девушки. Ведь после того как оно сошло с его губ, Айлин шумно вздохнула через нос. Трой явно был не в восторге от происходящего, да и вел себя как-то странно, при этом держался достойно и смотрел на девушку равнодушно. – Не составите ли мне компанию? – облизнув пухлые губы, спросил он и вымученно улыбнулся.

– Хотелось бы другую компанию, да только вот другого выбора у меня нет, – с раздражением, произнесла Айлин, и первая направилась в сторону старых карт неподалеку.

Трой опасливо посмотрел на меня. Так ничего не сказав, направился за девушкой, что сразу же скрестила руки на груди, словно обороняясь от парня. Странно это, с виду она не плохая, но что-то в кудряшке вызывала у нее неприязнь. Могут ли они быть знакомы? Трой что-то сделал не так, обидев тем самым Айлин?

– Подозреваю наши спутники уже знакомы с друг другом, – словно прочитав мои мысли, произнесла Веста с грустью.

– Думаете? – лишь спросила я, а после поняв, глупость этого вопроса, прикусила щеку изнутри.

– Это очевидно по их поведению. Присмотритесь, Лилу. Айлин прямолинейная девушка, ох… мне ли не знать об этом, – с теплотой в голосе, сказала женщина, также, как и я, смотря на парочку, над которой медленно сгущались грозовые тучи. – Она прямо сказала, что ей хотелось бы другую компанию. Впервые увидев такого симпатичного молодого человека, Айлин просто так не вела бы себя подобным образом. Что вы скажете о Трое?

– Ну… – начала было я и запнувшись, внимательно посмотрела на друга. Парень всячески пытался избежать зрительный контакт с девушкой, которая что-то активно говорила, жестикулируя при этом руками. Кудряшка отлично держал себя в руках, хоть и слова, вылетающие изо рта девушки заметно ранили его. Трой плотно сжал губы, убрал руки за спину. Смело предположу, ладони его сейчас сжаты в кулаки, да так, что даже костяшки небось побелели. – Трой всячески пытается держать себя в руках, ведь Айлин явно говорит ему что-то неприятное.

– Верно, досадно конечно заставлять их терпеть друг друга, – тяжело вздохнув, произнесла Веста. Посмотрев на нее, встретилась янтарными глазами, что смотрели на меня с интересом. – Только мне очень хочется с вами поговорить наедине.

– Все о той же религии, или же… – я не успела договорить. Меня перебил звук глухого удар. Обернувшись, замерла, на секунду забыв, как дышать.

Трой ошарашено смотрел на Айлин прикладывая к щеке ладонь, девушка тяжело дышала, ее лицо раскраснелось от злости. Она потирала свою ладонь, нижняя губа тряслась от злости, кажется, что девушка готова зарыдать от обиды. Парень сделал пару шагов назад, мне показалось, он не дышит в этот момент. Кудряшка посмотрел на меня, из-за чего я невольно сделала шаг к нему. Трой остановил меня, отрицательно покачав головой и просто отошел в сторону, оставляя Айлин одну.

– Похоже прямолинейность вашей помощницы сопровождается импульсивностью, – произнесла я, ощущая, как внутри все сжалось от боли. Нельзя было позволять парню оставлять нас наедине, нужно было настоять, чтобы он остался и участвовал в этом диалоге.

Но мне настолько интересно поговорить с этой женщиной наедине, что эгоистично я позволила ему так поступить. Видела же, Айлин он не нравится, а Трой явно не испытывает к девушке никакой симпатии. При этом у меня нет никаких прав влезать в их личный конфликт, мне неизвестно, что произошло между ними.

– Увы, эмоции порой берут верх над разумом, – холодно, произнесла Веста обходя меня, закрывая обзор и заставляя тем самым посмотреть на нее. – Давайте поскорее вернемся к нашему диалогу и не будем еще больше томить наших спутников. Обсудить с вами историю мне бы тоже очень хотелось, только сейчас у нас с вами очень мало времени.

– Согласна, не хочется еще больше томить Троя в ожидании, пока мы с вами все обсудим, – согласившись с ней, сказала я.

– Что вы знаете про культ «Илои»? – задумчиво, спросила Веста, просматривая статьи, которые ранее читала я.

– К сожалению, почти ничего. Информации про этот культ очень мало, думаю, вы прекрасно понимаете почему, – сказала я, рассматривая лицо женщины. Интересно, сколько же ей на самом деле лет? Выглядит она точно на тридцать пять, от силы.

– Вы очень умны, Лилу. Культ «Илои» базируется на вере в богиню Ило. Вера эта пошла не из старого мира, она родилась из баек сумасшедшего старика в дни катастрофы. Он говорил: «Наступит день, когда Ило вступит в борьбу с тьмой, демонами и самим Люцифером. Ило победит, помяните мое слово, семь дней пройдет и снова мы увидим свет». Как думаете, Лилу, что произошло по истечению семи обещанных стариком дней? – поинтересовалась Веста, с интересом посмотрев на меня.

– Ну если рассуждать логически, старик оказался прав. Иначе бы этого культа не существовало, – сказала я, а увидев на лице напротив довольную улыбку, поняла, что попала в цель. Внутри появилось странное ликующее чувство, словно я получила высшую оценку по важному предмету в школе.

– Верно. После люди, ослепленные страхом, нарекли сумасшедшего старика и его потомков пророками, теми через чьи уста говорит сама Ило, – сказала она, отведя от меня взгляд и продолжая перелистывать статьи.

– Почему вы называете старика сумасшедшим? Если он, оказался прав, то может и правда является пророком? Наука, изучающая религию, говорит же… – нахмурившись, начала я, но встретившись с напряженным янтарным взглядом, замолчала.

– Лилу, рассказала я вам лишь официальную версию. На деле, по дневникам, которые уцелели, старик что только не говорил испуганному народу. Культ «Илои» – это сборище необразованных людей, которые против любых отличий. Если человек хоть чем-то отличаются от других, верующие принесут его тело и душу в жертву, нарекая того чумным или проклятым. Таким образом были уничтожены целые поселения, которые имели особые отличия от других. Лилу, представляете, их просто убили за то, что они родились особенными. Чем вам не сумасшествие? – услышанное поразило меня настолько сильно, даже мир вокруг остановился на долю секунды. Веста смотрела на меня без тени улыбки, в ее лице была серьезность, она знала, о чем говорила.

– Но откуда вы знаете? – неуверенно, спросила я, когда мозг окончательно понял каждое услышанное слово.

– Моя семья очень ценит историю, особенно ту, что раскрывает истину до, во время и после катастрофы. Нам с вами повезло родиться и вырасти в Эвинсо. Здесь не обязательно во что-то верить и скрывать свою уникальность. В Замвао все иначе, люди просто бегут, не боясь уголовного наказания в других странах. Уж лучше сесть за незаконное пересечение границы, если тебя поймают, а после попросить политического убежища, нежели… – женщина испытывающее посмотрела на меня. Не знаю, что Веста хотела увидеть, но она явно это увидела, после чего продолжила: – Тех, кто желает сбежать ловят и приносят в жертву, убивая на потеху сумасшедшей толпе.

– Почему никто с этим до сих пор ничего не сделал? – ошарашено, спросила я, голова начала болеть, а в груди давило от одной лишь мысли: «В данный момент кто-то может пытаться сбежать, терпит неудачу и получает смертный приговор».

– Правительство Замвао верует в культ, а другие… – она хмыкнула и посмотрела мне в глаза. – Другим странам плевать на такие сборища сумасшедших, пока они не опасны для таких как мы.

– Ужас, – только и сорвалось с моих губ. Слезная пелена заставила меня заморгать чаще, сердце болезненно сжалось. Не знаю почему, но мне так больно за людей, которые живут в Замвао.

– Лилу, вы очень добрая, – положив мне на плечо руку, произнесла Веста. От ее прикосновения стало немного легче. Будто бы она также, как и я сейчас испытывала боль за несчастных людей, которым просто не повезло.

– Видя примеры таких безумств, начинаешь думать, что отсутствие веры действует на мир исцеляюще, – утерев слезы, произнесла я, хотя порой так хотелось в кого-то верить. Словно рядом с тобой близкий человек, который поддерживает любое твое решение и безоговорочно верит в тебя.

– У всего есть свои плюсы и минусы, – спокойно произнесла женщина, убирая руку с моего плеча. – Простите меня, Лилу, за испорченное настроение вам и вашему другу. Надеюсь остаток экскурсии пройдет лучше и ваше настроение поднимется.

– Наша встреча подошла к концу? – удивленно, спросила я, взглядом найдя Троя. Парень стоял у самого дальнего стенда, при этом он явно смотрел на уже успокоившуюся Айлин.

– Я и так забрала у вас много времени, – тепло улыбнувшись, сказала она и, оглянувшись, поманила к себе рукой Айлин, девушка тут же двинулась с места. – И все же, Лилу, я с вами не прощаюсь. Мы встретимся совсем скоро и надеюсь, сможем поговорить об истории, – загадочно сказала Веста, а в ее янтарных глазах появился озорной огонек.

– Лилу, прошу прощения, за свое поведение, – расстроенно, сказала Айлин, на прощание улыбнувшись. Девушка выглядела подавленной. Неужели она корила себя за импульсивность? Или же между ней и Троем произошло еще что-то?

Веста молча направилась к выходу в первый зал, Айлин пошла за ней даже не смотря на парня, который прошел мимо нее в мою сторону. Кудряшка немного расслабился, но напряженность все еще было заметна в его теле.

– Все в порядке? – хрипло, спросил Трой. Он выглядел уставшим, будто бы за время моего диалога с Вестой из него высосали всю энергию.

– У меня да, а вот у тебя. Трой, что это было? За что она тебя ударила? – спросила я, рассматривая его лицо. За легкой щетиной ничего не видно, да и след, если он вообще был, уже давно должен был пройти.

– Лилу, просто… – он тяжело вздохнул, отведя при этом взгляд в сторону. – Личная неприязнь.

– Это я поняла. Что ты натворил? – не уступая, спросила я, испытывая неприятные чувства от мысли, что лезу не в свое дело.

– Скажу одно – наше знакомство прошло неудачно и Айлин ни в чем не виновата, – спокойно сказал кудряшка, посмотрев на меня. В его глазах отражалась грусть, он молча кивнул в сторону следующего зала.

Прикусив нижнюю губу, направилась за Троем. Честно говоря, история и религия меня уже мало сейчас волновали. Внезапная встреча и диалог с Вестой, реакция Айлин на кудряшку и его напряженность. Все это заполнило мою голову и не отпускало до самого конца. Мысли настолько поглотили меня, что я не заметила, как мы вышли в холл и отдали браслеты девушке. Пришла в себя только на улице, когда холодный ветер заставил меня вздрогнуть и посмотреть на друга. Трой задумчиво курил, смотря на серые облака, похоже и он думал о чем-то своем. Погода так резко изменилась, хотя неудивительно, конец августа всегда был таким непостоянным.

Глава 7. Хёну

Ревность – разъедающее душу чувство.

Возможно ли с этим как-то бороться? Смогу ли я перестать когда-нибудь ревновать Лилу? Дело в доверии или в неуверенности? Первое точно нет, ведь я знаю Лу уже много лет и полностью доверяю ей. Получается, во всем виновата моя неуверенность в себе.

Осознание этого еще сильнее подталкивало меня к поискам психотерапевта. Только, пока я сижу и листаю анкеты специалистов, мне не давало сосредоточится навязчивое желание проверить где сейчас Лу. Я уже и не помню сколько за последние часы проверял ее местонахождение, пару раз даже чуть не поддался желанию взломать камеры в культурном центре. Да что со мной не так?

Вот сейчас, вместо просмотра анкет, я смотрю на красную точку, стоящую на месте. Интересно, на что сейчас Лилу смотрела? Стоял ли с ней рядом Трой? О чем они говорили? Какие между ними на самом деле отношения? Правда ли они просто друзья, или парень видел в Лу девушку?

Лилу доверяла Трою, а я же… Что-то в этом человеке не давало мне покоя. Поэтому я уже раз десять проверил его данные от самого рождения, до сегодняшнего дня. Ничего подозрительного я так и не нашел, лишь поймал себя на мысли, что немного проникся к нему симпатией. Трой, такой же побитый жизнью ребенок, как и мы с Лу. Только нам повезло чуточку больше. Но чтобы я не читал о нем, как бы не проникся симпатией, внутри сидел червячок сомнения и шептал: «Он что-то скрывает, не верь ему!»

Оттолкнувшись от стола, немного отъехал на стуле назад и поднявшись на ноги, вышел в коридор. Дома никого нет, отчего мне еще паршивее и отрицательные мысли медленно сводили с ума. Мне необходимо продержаться до приезда Лу и тогда она сможет отогнать от меня тьму, что словно ночь поглотила меня.

Стараясь сконцентрироваться на конкретной цели, дошел до кухни и взял из холодильника бутылку с водой. Сделав пару глотков, простоял пять минут, пялясь в сторону двери. Мысленно я надеялся, Лилу сейчас войдет и мне станет легче. Но нет, этого не произошло. Мою грудь сдавливала тревога и слабая боль – такая же, под воздействием которой я всегда хватался за канцелярский нож.

Взгляд невольно упал на ножи для готовки. Они висели над кухонной тумбой, на магнитном держателе. Холодная сталь словно смотрела мне в душу и подзывала к себе. Сглотнув, сжал еще крепче бутылку с водой и приложив ее к шее, двинулся в сторону своей комнаты.

После того раза я дал обещание, в первую очередь себе, больше не резать тело в попытках заглушить боль. Правда, мысль о том, что я могу не удержаться и заглушить страдание души привычным способом, пугала. Мне не хотелось одним импульсивным поступком причинить боль Лу. Именно это меня и останавливало. Каждый раз, когда в голове закрадывались подобные мысли, я шел к ней. Присутствие Лилу помогало.

Конечно, боль никуда не уходила, мне также было погано на душе, но… рядом с ней немного проще. Она сама того не осознавая отвлекала меня от навязчивых мыслей, переводила спектр внимания на себя.

Сев за стол, поставил бутылку на пол и снова взглянул на экран. Позыв заглушить боль сменился на другой – снова проверить местонахождение Лилу. Открыв карту, тяжело вздохнул, мысленно ненавидя себя за очередную вспышку ревности внутри, которая сдавливала сердце так сильно, что хотелось кричать. Красная точка медленно двигалась, а я желал оказаться сейчас с ней.

Собрав все остатки воли, закрыл программу и продолжил поиск психотерапевта. Нельзя тянуть еще больше, чем скорее я найду врача, тем быстрее начну двигаться в желаемом направлении счастья из сна.

Хорошие сны мне начали сниться недавно и самое странное, я знал, что это сон. Они были похожи друг на друга: мы с Лу находимся на отдыхе, девушка улыбается, а я… счастлив и не испытываю никакой боли.

✧✧✧

Вздохнув полной грудью, открыл глаза.

С первой секунды мне стало понятно – это сон. Разгоряченную кожу обдало теплым ветерком, он принес с собой приятный морской бриз. Шум волн так и манил на белоснежный пляж, где никого в это время не было. Лилу шла впереди, ее босые ноги переступали с одного горячего камня на другой. Обувь девушки находилась в моих руках, я же не торопился разуваться.

Черные короткие волосы давно отросли и спускались ниже лопаток. Сквозь прозрачный, пляжный халат, был виден черный купальник и любимые формы возлюбленной. Лилу обернулась, а я остановил свой взгляд на татуировке рядом с родимым пятном в виде полумесяца. Внутри пусто, не было той свирепой ревности, как в тот день когда я узнал, кто сделал эту татуировку. Просто ничего и это меня радовало, ведь она только моя.

– Ну ты чего плетешься как черепаха? – нахмурившись, спросила девушка.

– Просто любуюсь видом, – облизнув губы, сказал я.

– Да, здесь и правда очень красиво, – протянув первое слово и слабо улыбнувшись, сказала Лу, осматриваясь по сторонам.

– Я вообще-то имел ввиду тебя, – сказал я, осознавая, что и правда, ничего кроме девушки сейчас не вижу.

Сон медленно начал обретать краски. Помимо дорожки, устланной камнями, рядом начали появляться: высокие пальмы; зеленые кусты разных размеров; трава; столбы, соединяемые гирляндами с круглыми фонарями. Позади Лилу появился спуск к пляжу, белый песок казался мягким на первый взгляд. Шум морского прибоя стал сильнее, волны медленно качали буйки в дали.

– Ты счастлив? – спросила Лилу, подойдя ко мне и взяв за руку.

Ее обувь исчезла, волосы девушки стали светлыми, такими же, как в детстве.

– С тобой я всегда буду счастлив, Вики, – сказал я, на что увидел лишь теплую улыбку.

Она больше не боялась собственного имени, не бежала от прошлого и приняла саму себя. В это мгновение, стоя посреди безлюдного пляжа, понял – к этому я стремлюсь. Мне хочется наяву отправиться с Лилу на отдых и потерять счет времени, чтобы так же, как и во сне, не замечать, как мы оказались здесь…

✧✧✧

Подобные сны дарили теплую надежду на светлое будущее, в котором конечно же будет Лу. О другом мне и думать не хотелось. Понимаю, без нее у меня просто не хватит сил на борьбу с собственными демонами. Лилу – мой стимул жить, по сравнению с этим даже желание найти виновных в гибели родителей не такое сильное.

Просмотр анкет занял больше получаса, и я уже отчаялся найти того самого специалиста, которому смогу полностью довериться. Конечно, фотографии и общая информация – это не показатель качества услуг. Больше покажет первая встреча, да и та не развеет всех сомнений. Осложняло поиск и то, что у меня есть свои критерии, под которые мало кто подходил.

Мне необходимо иметь возможность удаленных сессий, чтобы вне зависимости от местоположения, я мог продолжать терапию. При этом, очень важно чтобы это был именно мужчина, ведь женщине просто не смогу полностью открыться. Еще важно, чтобы это был молодой специалист, не измученный годами работы и ожидающий ухода на пенсию. Мне важно видеть в враче «друга», а не врага или же недоброжелателя.

Когда я уже совсем отчаялся и хотел было закрыть сайт, мне на глаза попалась противоречивая анкета. Открыв ее, увидел темнокожего мужчину, смотрящего прямо мне в душу. В отличие от других фото, которые я уже успел за сегодня посмотреть, он улыбался искренне, обнажая при этом ровные белые зубы. Айзек Линд имел темные волосы, аккуратную бородку, кажется в левом ухе даже была серьга. Ему всего тридцать четыре, он вырос в полной семье, потомственных психотерапевтов.

Странно, его рейтинг противоречивая тройка. Количество отзывов перевалило за сотню. Даже в самых плохих писали, что Айзек хороший и чуткий специалист, а причиной такой низкой оценки был… его отец. Черт, да что не так с этими людьми? Айзек Линд официально работал в частной психиатрической клинике, принадлежащей его отцу. Клиника имела сомнительную репутацию, при этом Айзек проводил сессии в другом здании.

Сглотнув, посмотрел на свои ладони. Они слегка тряслись, я был в смятении, с одной стороны, он тот, кого ищу. С другой, может стоит дождаться Лилу и посоветоваться с ней?

Отрицательно покачав головой, прогоняя эти глупые мысли, нажал на «отправить заявку». Быстро заполнив формулу и прилагаемый тест, в конце которого указал весь перечень проблем, над которыми мне необходимо работать, отправил письмо. Надеюсь, Айзек тот врач, который решит мне помочь без медикаментозного вмешательства. Хотя я головой понимаю, что если такая необходимость будет, то мне придется принимать таблетки. Но в душе, мне не хотелось снова становится тем овощем, которым был первые годы, пока подбирали правильные препараты. Да и после, когда мой организм привык к лечению, жизнь была другой, как и я был не тем, кем являюсь сейчас.

Не прошло и пятнадцати минут, как мне пришел ответ от Айзека Линд. Ладони вспотели от волнения, а сердце забилось быстрее. Вытерев влагу о домашние брюки, открыл письмо и начал читать вслух.

– Доброго времени суток! Приглашаю вас, О Хёну, на первую личную консультацию в удобный для вас день, по адресу, который указан в конце письма. Это будет бесплатный прием, на котором мы с вами пообщаемся лично и вы окончательно примите решение хотите ли работать со мной. С уважением, Айзек Л. – произнес я, ощущая, как медленно тело пробирает дрожь. Сам этого не заметил, как сделал небольшой, но очень важный, шажок вперед.

Консультация – это всего лишь формальность. Как я успел узнать за время своих поисков, обычно отвечают отказом, если не готовы работать с выдвинутыми требованиями. Это означает, Айзек Линд принимал мои требования и условия.

Испытав облегчение, сразу же записался на консультацию третьего сентября. Думаю, так будет лучше, не хочу, чтобы меня отговаривали от поездки в родительский дом. Я и так еле отбился от Генри и Изабель, ибо они против этого. Понимаю, эти двое боялись за меня и мое состояние, а эта поездка не развлекательный уикенд. Самому страшно от одной мысли, что же мне нового откроет старый дом и родительские документы.

Вздохнув, почувствовал, как к горлу подкатилась обжигающая тошнота. Сердце начало биться быстрее, а мозг снова требовал, чтобы я проверил где сейчас Лилу. Навязчивая мысль, что девушка может быть в опасности, медленно душила меня. Тяжело дыша, взял бутылку с пола и медленными глотками стал пить воду. В висках неприятно пульсировало, сердце бешено стучало, пытаясь выпрыгнуть из груди.

Прошло минут пять, прежде чем я смог успокоиться и взять себя в руки. Меня еще немного потряхивало, а голова пронзалась от пульсирующей боли в висках. Закрыв глаза, попытался сфокусироваться на образе из сна, работало плохо, при этом боль медленно отступала. Собравшись с силами вернулся в реальность, которая не торопилась окутывать меня комфортом и беззаботностью.

Выкинув пустую бутылку, открыл рабочую почту. Мне необходимо много работать, чтобы поскорее обставить квартиру и окончательно переехать. Изабель конечно не против, чтобы я оставался здесь столько, сколько потребуется. Только вот мне немного неуютно, она смотрела на меня иначе, словно оценивала. Отрицательно покачав головой, отгоняя и эти мысли, приступил к работе.

Время тянулось долго. Каждые пять минут я отвлекался на телефон, проверяя нет ли новых сообщений от Лу. Иногда рука невольно тянулась проверить ее местоположение, а мысли подталкивали меня к этому болезненным чувством ревности.

«Она точно что-то скрывает от тебя. А что, если этот Трой не такой хороший? Вдруг с ней что-то случилось по дороге домой?» – от такой мысленной карусели меня начало укачивать. В висках снова появилась пульсирующая боль, из-за чего я закрыл глаза и приложил ладони к горячему лицу.

Невозможно быть честным на сто процентов даже с самим собой, не говоря уже о других людях. Даже если у Лилу есть какие-то тайны, которые мне не открыты до сих пор, значит в этом есть свои причины. У меня нет повода не доверять ей. Нельзя поддаваться ревностным чувствам и давить на нее, в попытках узнать все. Личные границы остаются даже в отношениях, нельзя позволять себе переступить запретную черту.

– Хёну, ты в порядке? – из размышлений меня вывел голос Лу.

На душе стало так легко и спокойно, словно она одним своим присутствием прогнала все плохое. Открыв глаза и развернувшись на стуле в сторону девушки, увидел, как та с обеспокоенным выражением лица смотрела на меня.

– Сейчас все просто замечательно, – прошептал я, улыбаясь, на что она еще больше нахмурила брови и подошла ближе.

– Не пугай меня так, – сказала Лилу, поставив на стол рядом со мной бумажный пакет из которого приятно пахло. – В мое отсутствие что-то произошло? – с заботой спросила она, взяв мою руку и рассматривая татуировку на тыльной стороне.

– Просто, соскучился по тебе, – произнеся полуправду, ощутил укол вины, отчего-то тяжело признаться, что я чертовски ревновал и не находил себе места все эти долгие часы разлуки.

Не хочу быть тем самым парнем, который запрещает своей девушке все. Я не такой, но эти чертовы эмоции просто душили и злили. Столько же сил уходило, чтобы все это не вырвалось наружу и не отразилось на окружающих людях. Особенно мне не хотелось, чтобы этот всплеск задел Лилу. Мне противно и мерзко от самого себя, ведь не могу подавить эти чувства в себе.

– Я тоже скучала, Хё, – устало улыбнувшись, сказала девушка.

Притянув ее к себе, усадил на колени и уткнулся носом в шею. От Лилу пахло сладкой выпечкой, от которой так хотелось откусить кусочек. Не удержавшись прикусил нежную кожу. Слабый стон, вырвавшийся из ее рта, пронзил мое тело током возбуждения. Я прижимал Лу к себе, продолжая наслаждаться нежной кожей, теперь уже зализывая последствия укуса.

Все эти действия такие странные, непривычные и так не похожи на меня. С началом отношений, чем дальше я продвигаюсь за линию запрета, тем больше открываю в себе что-то новое.

Укусы – это нечто особенное, интимное, сладкое и возбуждающее. Кожа Лу – как запретное яблоко, аромат которого сводил с ума, а вкус вводил в исступление. Мне нравилось дразнить ее, растягивать удовольствие, ведь это мгновение самое важное.

Лилу запустила пальцы в мои волосы, ее дыхание заметно сбилось. Девушка пыталась сдерживать стоны наслаждения, но ничего не получалось. Я наизусть знал почти каждую точку на ее теле, прикоснувшись к которым она становилась такой податливой в моих руках.

– Хёну, – со стоном, прошептала Лу, оттягивая меня от себя за волосы. Нехотя оторвался от нее и невинно, как только смог в этот момент, посмотрел в ее серо-зеленые глаза. Лицо девушки раскраснелось, а в глазах появился блеск возбуждения. – Не сегодня, – немного смутившись, сказал она.

– Понял, – лишь сказал я, после слегка чмокнул ее в раскрасневшуюся от моих зубов шею. Возбуждение отдавалось болью, телу хотелось поскорее расслабиться. – Что в пакете? – окончательно отстранившись, спросил, стараясь взять себя в руки.

– Уверена, после моего ухода ты совсем забыл про обед. Поэтому по дороге домой я заехала в кафе и купила тебе несколько сладких булочек и холодный чай, – отойдя от меня на пару шагов, сказала она с легким смущением. Я никогда не перестану умиляться с этой реакции.

– Ты права, я правда забыл про еду, – стыдливо сказал я и, поднявшись на ноги, заглянул в пакет. Аромат был настолько ярким, что желудок не удержался и издал громкий урчащий звук. – Надеюсь без орехов? – спросил, выставляя коробки на стол.

– Обижаешь, – глухо, с нотками обиды, сказала Лу, посмотрев на нее увидел недовольство.

– Прости, просто перестраховываюсь. Не хочу расплыться от аллергии со стояком в штанах, – улыбнувшись, сказал я и откусил кусочек от булочки с глазурью. Внутри оказались сладкие, с ноткой приятной кислинки, яблоки, отчего не сдержавшись, простонал в голос: – Боже, это безумно вкусно!

– Смотри не кончи от счастья, – сказала Лилу с ухмылкой на лице.

Моя маленькая ВиЛу, ты просто сводишь меня с ума таким поведением. Все это мне чертовски нравится, потому что она такая только со мной. Никто кроме меня не видел этого возбуждающего воображение смущения, с которым Лу старалась бороться. А после, как ни в чем не бывало, пошло шутила.

– Я нашел врача, – вернув булочку в картонную коробку, сказал я.

– Хорошего? – подойдя ко мне, спросила Лилу, в ее голосе слышались нотки настороженности.

– Отзывы неплохие, да и он вроде как согласен на мои условия, – пожав плечами, сказал я, повернувшись телом к девушке. – Меня в целом он устраивает, посмотрим конечно, как пройдет консультация.

– Надеюсь все будет хорошо, – с трепетом в голосе, сказала Лу, слабо поцеловав меня в губы, добавила: – Я пойду в душ, после расскажу, как все прошло.

– А я пока поработаю, – произнес я, намереваясь вернуться за рабочее место.

– Нет уж! – строго сказала девушка, посмотрев в ее серо-зеленые глаза, увидел слабый огонек угрозы. – Ты сядешь и поешь. Чтобы, когда я пришла, хотя бы одной булочки уже не было. Понял меня?

– Уговорила, – сдался я.

Лилу молча улыбнулась и направилась к двери, а я просто смотрел ей вслед, ощущая, как же сейчас хорошо внутри. Удивительно, после того как мы раскрыли свои отношения перед Генри и Изабель, я смотрел на нее совершенно иначе. Больше нет никаких стоп сигналов, нет необходимости использовать каждое мгновение, когда мы наедине. Мои чувства становились сильнее, а намерения серьезнее. Сильная и необузданная похоть, сменилась на устойчивую страсть и нежность. Мы оба больше не торопились насытиться друг другом. Наоборот, растягивали эти мгновения и больше отдавались уютному комфорту.

– Ты чего не ешь? – спросила Лилу, вырывая меня из размышлений. Она стояла в дверном проеме с вещами в руках. Интересно, надолго я так задумался?

– Просто я кое-что внезапно осознал, – сказал я, наблюдая за тем как Лу смотрит на меня, в ожидании продолжения. – Мои чувства к тебе стали сильнее после той ночи.

Лилу молча смотрела на меня, а ее щеки снова стали алыми от смущения. Интересно, о какой именно ночи она подумала? Не удержавшись, я ухмыльнулся, понимая, что как бы Лу не пыталась найти ответ, все равно ничего не выйдет. Каждая ночь, проведенная рядом с ней, не важно смотрели ли мы фильм или просто разговаривали, влюбляла меня в нее все сильнее и сильнее.

– Ешь, – покачав головой, сказала Лилу, и скрылась из виду. Когда я уже отвернулся к столу, и протянул руку к еде. Она крикнула: – Я люблю тебя, малыш Хё! – на лице невольно появилась улыбка, а внутри разгорелся огонек, согревающий мое тело особым теплом.

Глава 8. Трой

29 августа, 2276 года

Глаза ужасно болели и чесались, словно кто-то щедро насыпал в них песка.

С шести утра я сидел в своем кабинете, полностью зарывшись в документы. Все это ради одной благой цели – выкинуть из головы Айлин, ее слова и мою очередную ошибку. Только все это цепкими колючками зацепилось за мой мозг, крича в самые неподходящие моменты гнусные слова. Чувство вины и обиды обострилось настолько, что меня уже тошнило от этого всего.

Как бы я не пытался понять девушку и пойти ей навстречу, учитывая наше не особо удачное знакомство, все равно она меня жутко раздражала. Мое горло свело в тот момент от злобы и желания ответить что-то колкое, надавить на ее болевые точки. Каким бы ублюдком мне не хотелось быть внешне, я не желал причинить ей вред. Увы, то что я сказал нельзя никак исправить. Мне мерзко от одной лишь мысли, какую боль причинил Айлин просто напомнив о травмирующем прошлом. К сожалению, факт того, что я знаю о девушке очень много, обернулся против меня.

Сам не знаю почему, но после того как узнал ее имя, воспользовался положением и нарыл на Айлин все. В тот момент я думал, что, узнав ее грязные тайны смогу заткнуть в следующий раз и попросить просто не трогать меня. Вместо этого, узнав о ее тяжелом прошлом, мой запал потух. Даже первая встреча казалась мне не такой ужасной.

Нет ничего удивительного, Айлин просто не могла отреагировать иначе.

✧✧✧

В последнее время мне чертовски не везло.

Поругавшись утром с Нессой, я опоздал на работу, где меня ждал важный клиент. Честно говоря, очень хотелось ему вмазать, ибо на мои извинения этот сальный старик ответил: «Сопляк, как ты смеешь опаздывать? Да ты знаешь кто я такой?». Мысленно ответив: «Мне абсолютно поебать кто ты», я с натянутой улыбкой в очередной раз извинился и пригласил его в свой кабинет.

Клаус постоянно говорил – во мне все еще играли гормоны молодости, поэтому я иногда такой вспыльчивый. Мол, исполнится мне двадцать два, вся дурь испарится, правда в это верилось с трудом. Дожить бы до этих двадцати двух. Нес точно сведет меня с ума, даже Макс не поможет.

После выяснилось, что я внезапно должен доставить особую посылку в Вонсонс моему покровителю. Только, о чудо, мне еще нужно было забрать эту гребанную коробку черти знает где. На все ушел целый день и остатки моих нервов.

То, что я с самого утра ничего не ел – ерунда. У меня осталась всего одна сигарета, в Филони такие не продавались, а я на пределе. Злость достигла пика, когда в меня врезался пацан на скейте и мой телефон разбился вдребезги. Чудом взяв себя в руки, помог парню добраться до травмпункта, ведь из-за нашего столкновения он сломал ногу.

Глубокая апрельская ночь накрыла улицы столицы прохладой. Ноги налились свинцом от долгой ходьбы, но я уверенно продолжал идти, мечтая поскорее упасть на мягкий матрас. Зайдя в магазин, купил себе пива и спросил у кассира время. Чертов час ночи. Макс и Несса, наверное, с ума сходят.

Выйдя, собирался открыть банку и отправиться в сторону дома, как вдруг услышал истошный женский крик. По спине прошлись мурашки, настолько в этом голосе много боли и отчаяния. Убрав пиво в карман куртки, побежал на звук, надеясь успеть.

В последнее время много девушек подвергались грабежу недалеко от Оливана, и это еще если повезет. Именно поэтому я запретил Лилу ходить одной, ведь подвергнуться просто грабежу – ерунда. Камеры по непонятным причинам не работали, как всегда, поэтому этих ублюдков еще не нашли. Искали ли вообще? Полиция, видимо, ждет, когда очередное насилие приведет к смерти и только тогда они начнут шевелиться. Чертовы уроды, просиживающие штаны в своих кабинетах.

Легкие горели огнем от одной мысли, что какие-то отбросы совершают свои грязные дела, прикрываясь моим домом. Я уверен, все это творят не выходцы из Оливана. Нам не выгодно привлекать к себе внимание, ибо после начинаются лишения, касающиеся в первую очередь детей. Да и если вдруг кто-то из местных начинает что-то этакое вытворять их быстро найдут надзиратели, после чего бедолаги попадают в руки исполнителей.

Подбежав к переулку, из которого теперь слышался жалобный скулеж жертвы, я увидел высокую фигуру в черном. Неизвестный прижимал хрупкую девушку к грязной каменной стене, зажимая рот, чтобы та больше не кричала. В темноте я плохо видел лицо незнакомки, лишь слабый блеск влаги отражающий свет фонарей. Не тяжело догадаться, она сейчас рыдала от страха. Мужчина сжимал ее грудь и наклонился ближе к лицу девушки, она тут же вжалась в стену, пытаясь хоть как-то отстраниться. Увы, жертва в ловушке.

– Сука, – только и прошипел я, чувствуя боль в ступнях.

Все произошло быстро.

Я схватил ублюдка за капюшон кофты, он ожидаемо слетел с его головы. Мужчина отстранился от девушки, рука с ее лица исчезла и переулок заполнил истерический крик. Вторая же ладонь ублюдка крепко сжимала грудь бедняжки, а сама она застыла словно статуя, изо рта которой продолжал исходить звук. Схватив его за плечи, потянул на себя, прикладывая все свои силы и накопившуюся злобу, позволяя той выйти.

Послышался звук рвущейся ткани, я вместе с ублюдком отлетел к противоположной стене. Мужик начал сопротивляться, пиная ногой наугад. Он попал в меня один раз, из-за чего невольно выпустив урода, отшатнулся назад и, споткнувшись, упал на спину.

Слабая боль пронзила поясницу, но сейчас не до этого. Ублюдок развернулся, его нахальная морда смотрела на меня с недовольством. Перед собой я увидел мужчину за сорок, который точно не из Оливана. Что же этим обмудкам дома не сидится?

Он схватил меня за куртку и рывком поднял вверх, выплевывая мне в лицо оскорбления. Из-за адреналинового гула в ушах я совершенно ничего не слышал, но понял одно – бить надо первым.

Ударив ублюдка между ног, убрал его руки от себя. Животная ярость, заполнившая мой разум, заставила схватить того за волосы и со всей силы ударить о стену. Одного удара хватило чтобы он вырубился. Мужчина медленно осел на землю, в то время как я пытался отдышаться. Легкие обдавало огнем, тело тряслось от переизбытка эмоций и адреналина.

Прошло пару минут прежде чем я спохватился и проверил жив ли этот ублюдок. Мне повезло он дышал, хоть на его голове появилась кровоточащая рана. Подняв взгляд на девушку, я тут же отвернулся, ибо ее белая рубашка оказалась разорвана, а грудь прикрыта лишь нижним бельем. Ничего лучше не придумав, снял с себя куртку, после футболку и не поворачиваясь протянул ту девушке.

– Возьмите, – сглотнув, сипло сказал я.

Ничего не последовало, казалось, незнакомка даже перестала дышать. Накинув на себя куртку, повернулся и постарался смотреть куда угодно, лишь бы не на этот чарующий вид испуганной девушки. К сожалению, у меня не вышло, и я сполна оценил все прелести ее тела.

Пышная грудь скрывалась за кружевным черным бельем. Небольшой животик, который я бы не заметил, если бы не неловкость этой ситуации. В целом девушка выглядела обычной, не слишком худой, и не полной.

Сглотнув набежавшую слюну, поднял глаза на ее лицо и встретился с осуждением. Темно-карие глаза прожигали во мне дыру, словно это я порвал ее одежду и вообще лапал грудь некоторое время назад.

– Возьмите, – сипло повторил я, протянув футболку незнакомке и отвернулся, чтобы ее еще больше не смущать.

Она молча забрала ткань из моих рук, и через мгновение что-то тяжелое ударило меня по голове. Затылок пронзила сильная боль, в глазах на пару секунд потемнело, из-за чего я чуть не упал рядом с тем ублюдком. Пошатнувшись, уперся в противоположную стену руками, голова пульсировала от тупой боли. Шипя от нового приступа злости обернулся, в руках девушки оказалась большая белая сумка.

– Да какого хуя? – с яростью прокричал я, руки невольно сжались в кулаки.

Незнакомка вздрогнула и словно обороняясь выставила вперед сумочку, в ее глазах я увидел гнев, смешанный со страхом. Вот такая благодарность за спасение, да? Да что за блядский день такой?

– Я… знаю… все о таких как вы! Вы устгаиваете засады для девушек, – слова словно густой яд лились из ее рта криком, но эта милая картавость прибавляла всему этому оттенок комичности. – А потом… якобы появляется багагодный спасатель, усыпляет бдительность жегтвы и потом… – также крича продолжила она, но осеклась, когда я не сдержавшись начал хохотать как псих.

Голова раскалывалась от боли, тело ныло от усталости и требовало отдыха. Мне осточертел этот день, внутри все горело от злобы и обиды. Угораздило же меня так словить в один день такой замечательный комбо комплект. Закончив смеяться, я поправил спутанные волосы рукой и серьезным взглядом посмотрел на нее.

– Убирайся отсюда! – рявкнул я, вкладывая в эти два слова всю свою злобу.

Девушка вздрогнула и еще сильнее вжалась в стену. Что же, очевидно, она приняла меня за второго ублюдка, значит пусть так и думает. У меня нет ни сил, ни желания чтобы это как-то опровергать.

Какой же все-таки конченный день, и ведь даже не понедельник.

– Не… не поняла, – произнесла незнакомка, сверля меня напряженным и ошарашенным взглядом. Черная футболка еще сильнее подчеркивала ее пышную грудь.

Черт, Трой, не о том ты думаешь!

– Ты тупая что ли? – равнодушно спросил я, все еще стараясь сдержать злобу. Мне не хотелось орать на нее, выплескивая весь накопившийся и не вышедшей негатив. Голова продолжала болеть и словно раскололась пополам, что же у нее в сумке? – Вали отсюда, пока жива!

– Я… я… я… – задыхаясь от возмущения, начала мямлить она.

Двинувшись в ее сторону, выхватил сумку из рук и бросил рядом. Девушка тихо вскрикнула и замерла, вжимаясь в стену. В глазах темноволосой красотки появились слезы, она словно загнанный зверек смотрела на хищника в ожидании своей неминуемой гибели. Сжав ее плечи, приблизился к лицу настолько близко, что смог уловить слабый аромат кофе и острой, пряной, еды.

– Ты извращенка? Любишь, когда тебя лапают стремные мужики в вонючей подворотне? – с усмешкой, спросил я, следя за реакцией на ее лице. Проведя пальцами по шее девушки, заметил, как она вздрогнула и попыталась отстраниться. – Ты что бабочка? Он был твоим клиентом и отказался платить?

– Не надо… пожалуйста… – дрожа всем телом и со слезами на глазах, прошептала незнакомка.

Что-то внутри щелкнуло, когда по ее щекам побежали слезы. Какого черта я творю? Почему несу этот бред? Трой, ты чертов мудак! Зачем? Да что с тобой не так?

– Простите… я… я просто хотел, чтобы вы ушли… – отойдя к противоположной стене, сказал я, голос казался мне совершенно незнакомым.

Шок от собственного поведения не позволял мне снова взглянуть на нее. Девушка тщетно пытаясь справиться с приступом истерики, схватила сумку и побежала прочь. Черт, почему я говорил эти гадости? Зачем?

✧✧✧

Мужика я бросил в подворотне, при этом забрав все вещи из карманов и выкинув их в мусорку. Разбираться с ним в тот день совершенно не хотелось, о чем я пожалел утром. Поэтому после этого инцидента мы с парнями проводили рейды, чтобы отпугнуть этих отморозков от нашего дома. Незнакомка снилась мне каждый день, и сны эти были ужасны. Вместо того урода был я, меня никто не остановил.

С Айлин мы еще раз встретились в начале этого лета, когда я снова доставлял посылку в Вонсонс. Девушка мило общалась с администратором на стройке в регистратуре, но, увидев меня, изменилась в лице. В тот раз я смог разглядеть ее лучше, нежели в первую нашу встречу.

Ростом она оказалась ниже меня, возможно из-за адреналина я не обратил в ту несчастную ночь на это внимания. А при свете дня, отметил для себя, что Айлин довольно симпатичная, хоть и не в моем вкусе. Темные волосы были собраны в высокий хвост, одежда выгодно подчеркивала формы, скрывая при этом небольшие недостатки. Она полностью была расслаблена и даже не замечала никого вокруг, пока я не оказался рядом.

Удивление и страх, первое что отразилось на ее лице при виде меня. Эмоции быстро сменились на неприязнь. Не могу ее осуждать, особенно после того что говорил и делал. Мне нет прощения за такое дерьмо. Только вот то, что она мне наговорила после, вызвало во мне гнев и желание накопать на нее компромат.

После я узнал, ее зовут Айлин Ландау, ей двадцать два, а за неделю до того происшествия она рассталась с парнем. Этот ублюдок, ее бывший, оказался тем еще конченным мудаком, ведь проявлял по отношению к Айлин насилие, во всех его проявлениях. Самое ужасное он выходец из Оливана. В момент нашей второй встречи, она уже несколько месяцев посещала психотерапевта.

Про бывшего Айлин я узнал случайно, ведь парень, который собирал для меня информацию, решил, что мне в самом деле необходима вся информация про нее. На злости я прочел все, после чего мне стало мерзко от самого себя, снова появилось яркое чувство вины.

Я не имею права ненавидеть Айлин, то что сделал нельзя никак оправдать. Мне стыдно за это, увы, девушка мне даже не дала шанса объясниться, и снова, рядом с ней, потерял контроль над эмоциями.

✧✧✧

– Не смей приближаться ко мне, – прошипела она, когда мы отошли подальше от Весты и Лилу.

Черт, ну почему именно сегодня? Мне так хотелось, чтобы этот день прошел нормально. Появление этой особы точно не сулило ничего хорошего.

Поведение Айлин меня нервировало, она словно ребенок на детской площадке не хотела делиться огромной песочницей. Каждый раз при наших встречах, которые благо редки, я ощущал на своем теле огненные дыры от ее взглядов. Да, некоторые люди готовы свою обиду подпитывать годами. Но она же… Это просто смешно!

– Слушай, мне все это тоже не нравится, – небрежно кинул я, стараясь дышать через нос.

Макс давно мне говорил: когда тебя захватывают отрицательные эмоции, правильное дыхание решает все. Только вот звучало слишком легко, на деле… слишком сложно и ни черта не помогало.

Айлин стояла, сложив руки на груди, ее губы подрагивали от злобы. Я же старался медленно делать маленькие шаги в сторону, чтобы поскорее оказаться в другой части помещения. Уж лучше помереть от скуки, чем вновь услышать в свою сторону добротную порцию оскорблений.

– Не понимаю, как такого пустили сюда? – пробубнила себе под нос девушка, подливая тем самым топлива в мою и без того горящую душу.

– Какого такого? – замерев на месте, спросил я, руки до боли сжимались в кулаки, а ногти впились в ладони.

– Морального урода, который зажимает беззащитных девушек в грязной подворотне, – зло бросила Айлин.

– До тебя еще не дошло, глупышка? Я твою шкуру спас в тот день, – с ядом сказал я, сил держать злобу внутри почти не осталось.

Я наивно полагал, что отпустил эту ситуацию. Увы, встречая ее и слыша эти слова, во мне снова разгоралась злость и обида. Когда я далеко от нее, мне жутко стыдно за поведение в тот день. Но когда она рядом, смотрела на меня так и говорила эти мерзкие вещи, то мне просто хотелось поскорее ее заткнуть.

– Допустим это так, только вот потом не ты ли глазел на меня и еще… – недовольно пробурчала она, бросив на нее взгляд увидел красные от злости щеки.

– Я извинился, – лишь смог сказать я.

– Твои извинения ничего не стоят! Таких как ты надо на пожизненное сажать! Вы только и можете, что грабить, да насиловать! Все из Оливана лжецы и преступники, лишь ждут момента, чтобы воспользоваться другими в своих грязных целях… – от ее слов заболела голова, а злоба достигла такого уровня, что меня начало тошнить.

– Что ты сейчас сказала? – с металлом перебил ее я, отчего Айлин замерла и вздрогнув сделала пару шагов назад. – Ты судишь всех только по ублюдкам, которые опустились ниже дна? Айлин, да ты реально тупая! Ты хоть своим маленьким, куриным мозгом, понимаешь, что вообще несешь? Или твой бывший из тебя весь разум выбил? Какого черта ты вообще там делала, а сумасшедшая? Тебе адреналина в жизни не хватает? – злоба лилась из моего рта слишком быстро, а когда я осознал, что сказал, в ушах уже стоял звон, и левую щеку пронзила резкая боль.

Трой, ты реально конченый мудак!

– Как… – со слезами на глазах, прошептала она, ее губы тряслись.

Снова ошибка… снова жгущая душу вина…

✧✧✧

Больно вспоминать собственные слова. Мне очень стыдно, я не хотел делать ей больно. В то мгновение, стоя напротив нее и смотря в темно-карие глаза, я видел ту боль, от которой она так старательно бежала последние месяцы. Черт, мне искренне хочется извиниться. Но как только Айлин начинает говорить, остается одно желание – поскорее заткнуть ее.

В дверь постучали, вздрогнув, посмотрел на экран, который уже успел потухнуть. Похоже сегодня я уже ничего не сделаю, мне необходимо отвлечься, забыть об Айлин и это чертово чувство вины.

– Трой? – голос принадлежал Клаусу.

– Пару минут, – крикнул я и, выключив компьютер, поднялся на ноги.

Тело неприятно ломило от долгого сидения, желудок крутило из-за отсутствия еды, от которой меня сегодня тошнило. Захватив куртку, вышел из кабинета и сразу же закрыл его на ключ. Клаус стоял неподалеку и терпеливо ждал, потирая ладонью голову, где уже успели отрасти небольшие рыжие волоски. Сейчас он больше походил на типичного бандита из фильмов, не хватало только биты или же железной трубы.

– Что-то хотел? – спросил я, повернувшись к другу. Он сжал в сплошную линию и без того тонкие губы. Это действие заставило меня напрячься, даже головная боль отошла на второй план. – Говори, Клаус.

– Можно мне на завтра выходной взять? – аккуратно спросил парень, смотря в сторону.

– Зачем? – внимательно наблюдая за его светло-серыми глазами, спросил я. Он заметно сглотнул.

– Ну… завтра… просто… – мямлил Клаус.

– Клаус! – тихо и с нажимом, сказал я. Мне жутко не нравилось, когда мои работники, даже будь это друзья, начинали мямлить. Это означает одно – они что-то скрывали и в большинстве своем, тайна окрещена негативным подтекстом.

– Мне нужно помочь Глории с переездом ко мне, – сдавшись, сказал он, отчего с моих плеч свалился огромный груз.

Клаус старше меня, ему двадцать девять и он бывший наркоман. Парень был одним из первых, кому я дал этот шанс новой жизни. Помог бросить дурь, оплатил учебу и дал стабильный доход. Клаус делал шикарные эскизы. Особенно он любил изучать культуры стран старого мира и передавать это все на «бумаге». Мы быстро нашли контакт, можно сказать стали друзьями, и парень помогал мне все эти годы дарить другим путь в нормальную жизнь. За несколько лет, вместе, мы спасли от смерти около пятидесяти молодых парней, из двух сотен кому предлагали это заманчивое предложение. Страшно в один день узнать, что он не справился и снова упал на дно. Клаус – отличный пример, что выбраться со дна возможно, главное приложить усилия.

– Хорошо, – только и сказал я, доставая телефон из кармана.

– Так просто? – удивившись, спросил друг, тон его голоса меня позабавил.

– Ага, – бросил я и улыбнувшись, направился на кухню.

Аромат терпкого кофе заставил меня взбодриться, головная боль почти прошла, но работать сегодня больше не вариант. Написав сообщение Нане, что буду через десять минут и спросив не нужно ли ей что-то, положил мобильник на тумбу. Взял свою кружку и налил себе темную жидкость, от которой тянулся слабый пар. Обернувшись, оперся о тумбу и сделал глоток горьковатой жидкости, которая сразу же заполнила меня приятным теплом.

– Трой, ты точно извращенец, – бросил Бобби, сидевший за столом недалеко от меня. Он поморщился и отодвинул от себя салат, смотря на меня черными глазами.

– Говорит мне парень, который уже несколько лет ходит с сосисками на голове, – с усмешкой, сказал я, намекая на его дреды.

Бобби обладал стойким терпением. Наверное, поэтому, последние годы не отрезал со своей головы эти пакли. Черные, словно тьма, дреды, доходили ему до лопаток. Каждый месяц он посещал салон своей матери, где она что-то с ними делала, и на следующий день казалось, что у Бобби свежая прическа.

– Дреды и кофе без молока, а уж тем более без сахара, разные вещи, – улыбнувшись, сказал он, поднявшись на ноги.

Бобби подошел ко мне, из-за чего пришлось опустить голову, ведь парень ростом ниже всех, кого я только знал. Невольно ухмыльнувшись, отошел в сторону, стараясь не шутить над его ростом.

– Не мог бы ты подать мне кружку? – попросил Бобби, на что услышал слабый смешок от меня. – Да-да, очень смешно, – саркастично добавил он.

– Прости, я не специально, – произнес, подавая ему необходимый предмет. – Слушай, может мне купить стремянку? Ну знаешь маленькую, как для детей?

Парень сначала посмотрел на меня с ноткой обиды, но поняв, что в этом нет и намека на колкость, нахмурился. Его задевали шутки про рост. Сто шестьдесят сантиметров хоть не мало, но и немного. Бобби говорил, что больше пошел в маму, об отце он не любил вспоминать вовсе. Насколько я знаю, мужчина бросил семью сразу после рождения сына и появился лишь один раз, спустя десять лет. Тогда Бобби получил от него в подарок шрам на губе посередине, подробностей он рассказывать не захотел. После того инцидента, Бобби разорвал с мужчиной все отношения и называет отцом отчима.

– Было бы неплохо, – тихо сказал он, наливая себе кофе.

На мой телефон пришел ответ, Нана ждала моего прихода и просила поторопиться. Сглотнув, убрал мобильный в карман. В такие моменты в моей голове снова всплывал вопрос: «Правильно ли это все?»

Главный бонус от нашей «особой» дружбы – отличный секс без обязательств. По сути, Нана научила меня всему, объяснив все тайны женского тела и помогла изучить свое собственное. Помимо нее у меня было не так много девушек, лишь случайные и очень редкие связи в клубах. Но даже в таких случаях, я старался делать все правильно, чтобы удовольствие получили оба участника процесса.

– Я ухожу, – поставив кружку в посудомоечную машинку, крикнул я и направился к выходу.

Парни что-то крикнули мне вслед, но я не услышал, ибо уже оказался на улице. Горький привкус от кофе заполнял рот и мне хотелось закурить. Увы, нельзя. Я обещал Нане не курить перед приходом к ней, ведь она не любила поцелуи с привкусом сигарет.

Глава 9. Трой

Идя к Нане, я старательно отгонял мысли об Айлин как можно дальше. Думал о том, что мы будем делать с Наной. Только вот это совершенно не помогало и в голове всплывало лицо Айлин, залитое слезами от обиды. Черт, не нравится мне все это! Необходимо поскорее выкинуть ее из головы, иначе все пойдет прахом и у меня будут проблемы.

Остаток пути я думал об Азалии Фелт, а точнее о вещах, которые хорошо бы купить перед следующим визитом к ней. Конечно, каждый раз она просила меня не тратиться так сильно, просто приходить в гости, ведь детям нравится, когда я посещаю их. Моя совесть не позволяет прийти с пустыми руками, ибо пятнадцать детей разных возрастов нуждались во многом. Каждый раз я стараюсь приносить что-то новое, на одежду же или другие необходимые вещи просто давал деньги. Азалия всегда отказывается поначалу, а после долгих уговоров брала со слезами на глазах, благодаря за помощь.

Самые старшие, Маркус и Лиза, сейчас в выпускном классе, подрабатывали недалеко от дома. Средние же дети помогали с младшими, в то время как Азалия работала в ночную смену в прачечной. Меня радовало, что несмотря на жизненные невзгоды эти малыши помогали друг другу и жили дружно. Неоднократно я слышал от Миссис Атталь, как она хвалилась: «Детки Азалии берут с тебя пример, Трой. Они помогают соседям, кому сумки принесут, а кому и с уборкой дома помогут. Все это просто так, за душевное спасибо…» Хоть я и отмахиваюсь, говоря, что совершенно тут не причем, в глубине души ощущаю тепло от этого.

Написав Нане, подошел к служебному входу. Дверь открылась мгновенно и не успел я что-либо сказать, как девушка схватила меня за руку и потащила за собой. В считанные минуты мы оказались в комнате Наны, чудом я успел избавиться от обуви, не запачкав светлый ковер с высоким ворсом.

– Ты решил поиздеваться надо мной? – спросила Нана, снимая с меня куртку. Последний раз я был здесь месяц назад, тогда девушка оставила на моем теле кучу отметок, благо не на видном месте.

– Так вышло, – только и сказал я, остановив ее, сжав тонкие запястья в своих руках. – Нан, я грязный.

– И что? – облизнув губы, спросила она.

Девушка высвободила руки, подошла ближе и провела языком по моей шее. Ее ладонь забрались под футболку и по-хозяйски исследовала мое тело, в то время как она нежно покусывала кожу, сразу же зализывая укусы. Внутри я остался равнодушным, тело стало тяжелым, словно Нана высасывала из меня все силы.

Почему меня это не возбуждает? Мне всегда нравилась ее нетерпеливость и желание поскорее сбросить стресс. То как Нана в эти моменты облизывала губы, улыбалась и говорила, чертовски возбуждало. Но не сейчас. Почему?

– Ну… – неуверенно начал я, отстранившись и смотря куда угодно, только не в ее светло-карие глаза.

– Трой, что-то не так? – быстро сменив тон, спросила она.

– Я не знаю… – сглотнув сказал я, плюхнулся на кресло в углу около двери.

– Расскажи мне, – устроившись между ног, сказала Нана, при этом поглаживая меня по колену.

– Я снова встретил ее… – дрогнувшим голосом сказал, в глазах девушки, цвета некрепкого чая, отразилось понимание.

– Снова довела тебя до сильного приступа ярости? – спросила Нана, ее рука переместилась выше, из моего рта вырвался рваный стон.

– Можно и так сказать, – сказал я, не понимая зачем сюда пришел.

– Давай сделаем так, – начала Нана, расстегнув молнию на моих джинсах. – Ты расскажешь мне все в подробностях, а я… – наши взгляды встретились, девушка облизнула губы и аккуратно стащила с меня одежду, насколько смогла. – Помогу тебе немного расслабиться. Идет?

– Нан, я не хо… – начал было я, но она, не дождавшись моих слов поцеловала головку и обхватила ее губами. – Черт! – простонал, ощущая, как возбуждение резко пронзило все тело.

Мне ничего не оставалось как повиноваться ей, иначе девушка меня просто не отпустит. Пока Нана игралась с моим членом, по-другому это и не назовешь, я медленно рассказывал о вчерашней встрече с Айлин. Ироничное совпадение, каждый раз, когда я произносил имя девушки, из меня вырывался рваный стон наслаждения. Безумная ситуация, странная, противная и неправильная.

Когда я закончил рассказ, тело требовало скорейшей разрядки. Не удержавшись, положил руку на голову Наны и сжав ее темно-синие волосы начал наращивать темп. Она не сопротивлялась, лишь сильнее вцепилась руками в мои бедра. Пошлые звуки еще больше заполнили ее невинную комнату, со второго этажа доносились звуки телевизора.

Перед глазами появилось лицо Айлин.

Черт… что это было?

Кончив с глухим стоном, выпуская все в горло девушки, расслабленно повалился на спинку кресла. Нана отодвинулась от меня, ее лицо раскраснелось, а по щекам катились слезы. Поднявшись на ноги, она сразу же направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Что это было?

Какого черта?

Ничего не понимаю, эта девчонка даже в такие моменты не желала оставить меня в покое. Почему вообще мнение Айлин меня так беспокоит? Почему я переживаю за ее эмоциональное состояние после тех слов? Почему вообще думаю о ней, зная, что я могу ее больше никогда не встретить? Мы из разных миров, наши жизни не связаны. Я отброс из Оливана, который Айлин так сильно презирает и ненавидит.

– Трой, что с тобой? – послышался голос Наны, посмотрев на девушку увидел искреннее беспокойство.

– Я в тупике, – лишь сказал я, поднявшись на ноги начал одеваться.

– Конечно, я не лучший советчик, – с грустью начала она, и подойдя ближе, обняла за плечи, продолжила: – Но, все же… Трой, попробуй поговорить с этой девушкой. Она не перестанет злиться на тебя, ведь ты сам сказал, у нее на это есть веские причины. Чтобы узнать, как все было с твоей стороны, ей необходимо все это услышать.

– Как? Она сразу же начинает ядом в меня плеваться, – уставившись на старый плакат из какого-то мультфильма, сказал я.

– Начни первый, – гладя меня по спине, произнесла Нана. – Выложи все, что у тебя хранится на душе. Возможно, в этом случае, тебе станет легче и ты сможешь ее отпустить из своих мыслей. Трой, – девушка отстранилась, положила свою ладонь мне на щеку и заставила посмотреть на нее. – Тебе нужно все это высказать именно ей.

– Не думаю, что ей это нужно, – усмехнувшись, сказал я. Где-то в глубине скреблись кошки, надрывая при это свои глотки в жалобном крике.

– Побудь хоть раз в жизни эгоистом, Трой, – облизнув пухлые губы, сказала она. – Ты слишком правильный, хоть и пытаешься показывать всем иную картинку. Только я-то вижу тебя насквозь, ты не такой и поэтому тебе так больно.

– Если она не захочет меня слушать? – сглотнув спросил я, уткнувшись лбом в ее плечо.

– Примени грубую силу, аккуратно, заставив тебя выслушать. А после разойдитесь в разные стороны, – прошептала мне на ухо Нана, и поцеловав в щеку, добавила: – Выполни мою просьбу, Трой. Выскажи ей все, что у тебя на душе, не сдерживаясь при этом.

– Я подумаю над этим, – отстранившись сказал я.

Девушка молча притянула меня к себе, увлекая в крепкие объятья. Уткнувшись в ее волосы носом, уловил сильный аромат молочного шоколада. Она медленно гладила меня по спине, это действовало успокаивающе, словно я опять просто Трой, младший брат ее парня.

– Могу ли я принять у тебя душ? – спросил я, вспомнив, в их доме есть нагреватель для воды. Горячий душ мне сейчас не помешает, возможно после него я окончательно приду в норму.

– Что за вопрос, – отстранившись и с улыбкой, сказала девушка, поморщив свой носик картошку. – Ты же знаешь, для тебя здесь есть даже полотенце. Если хочешь, могу потереть спинку, – подмигнув сказала Нана, сняв с себя футболку и демонстрируя мне свою пышную грудь.

– Я бы с радостью, – подойдя к ней и дотронувшись пальцами пирсинга в сосках, сказал я. Девушка вздрогнула, на щеках появился румянец, а в глазах вспыхнули огоньки возбуждения. – Только вот, нам будет не до этого, – ухмыльнувшись сказал, сжав возбужденную плоть.

Нана выдохнула с наслаждением, прижалась еще ближе, обхватив при этом мою шею руками. Поцеловав ее в ключицу, провел руками по оголенной спине девушки, остановившись на ягодицах, сжал их. Она тихо простонала на ухо имя моего брата, что стало привычным в такие моменты, после чего провела языком по мочке левого уха. Нана направлялась вверх, ей нравилось в моменты ласк прикусывать ту часть уха, где когда-то побывали зубы собаки.

Поддавшись на ее предложение, поднял девушку на руки, крепко сжимая бедра, направился в ванную, надеясь забыться в этом грехе.

Глава 10. Хёну

1 сентября, 2276 года

Сентябрьское небо затянуто плотными темно-серыми, словно свинец, тучами. Осень – горячо нелюбимая пора для жителей столицы. Больше не будет теплого солнца, ибо на смену ему пришли постоянные дожди, сопровождаемые ледяными предвестниками ранней зимы. Холодный ветер гонял по улицам мусор, что еще не успели собрать роботы-уборщики.

Забавно отчасти, вчера днем, ничего не предвещало столь резкого перепада температуры. Жаркий день медленно перешел в такой же вечер. Но как только осень вступила в свои законные права, улицы Филони заполнил дождь, прогоняющий остатки тепла прочь, словно незваного гостя.

С раннего утра по телевизору говорили о резких заморозках. Дикторы просили водителей быть осторожными на дороге и следить за автопилотом, который может дать сбой в такую погоду, а людей же одеваться теплее. Изабель тревожно вздыхала, и даже не притронулась к горячему чаю с чабрецом. После в очередной раз попыталась отговорить нас от поездки, ссылаясь на резкую смену климата к которой мы не были готовы. Блондинке все это не нравилось – по ней видно, что она очень переживала за мое психологическое состояние.

Я не был в Ливму все эти годы, даже не думал никогда о поездке туда. Лишь раз в месяц созванивался с соседкой, которая очень ждала моего приезда и следила за порядком в доме. Раньше, все счета оплачивались Изабель, а когда я начал работать – взял эти обязанности на себя и вернул женщине все затраченные средства. Блондинка сопротивлялась, но моя настойчивость смогла ее сломить через пару месяцев. Правда, эти деньги она до сих пор так и не потратила.

Только вот, ничего уже изменить нельзя. Планы есть планы, особенно учитывая факт того, что это не увеселительная поездка. Я арендовал автомобиль на два дня – попросил Мисс Глорию, соседку, подготовить дом к нашему приезду.

Изабель быстро сдалась и предложила помочь с едой. Мы с Лу согласились, ведь нам предстояло собрать вещи с собой. Заранее об этом мы не стали думать. Прогнозы на погоду в эти дни менялись очень часто. А нам не хотелось тратить время зря, разбирая и собирая сумки по нескольку раз на дню.

Утро прошло тихо и мирно. Вещи были собраны уже через полчаса после завтрака. Сумки лежали у двери моей спальни, в то время как я рассматривал содержимое шкафа. Мне постоянно казалось, что что-то забыл. Хотя на деле я очень переживал, мысленно возвращаясь в тот злополучный день.

– Может я все-таки поведу? – не помню уже в который раз, спросила Лилу. Девушка сжала мою дрожащую ладонь. От ее тела исходило приятное тепло, в то время, как моя кожа сегодня находилась в постоянном и необъяснимом для меня холоде.

Таблетки работали хорошо – это заметно не только Лу, но и окружающим. Девушка выглядела намного лучше, она стала более активной. Больше не пряталась в своей темной комнате от всего мира, прикрываясь маской безразличия. Только мысль о том, что и это лечение рано или поздно может перестать помогать, пугала меня.

– Нет, я хочу сам, – сглотнув, сказал я, прижав тыльную сторону ее руки к своим губам. Мне не хотелось сдаваться перед страхом, иначе могу повернуть назад. Нельзя больше убегать, я не тот маленький мальчик.

Почему-то мне казалось, что в документах, которые родители оставили там, мы обязательно найдем нечто очень ценное. Именно эта мысль давала мне сил, хоть и внешне я переживал, боясь этой поездки. Пугал меня не старый дом, где прошло мое детство, а именно дорога, по которой нам придется ехать.

– Хорошо, – сдавшись, сказала Лилу, на ее лице я видел осторожность, она очень переживала за меня. – В любом случае, ты можешь в любой момент попросить заменить тебя за рулем, – добавила девушка, сжав пухлые губы в сплошную линию.

Притянув ее к себе, обнял и уткнулся в волосы носом, вдыхая аромат цитрусового шампуня. Мне так хотелось остаться дома, лечь в обнимку с Лу под одеяло и смотреть старые сериалы из детства. Но… нельзя идти на поводу собственных страхов, что и порождали такие прекрасные желания. Мне необходимо узнать какие тайны хранятся в тех коробках. Может быть, они дадут мне ответ на какие-нибудь важные вопросы и помогут сдвинуться с мертвой точки.

– Спасибо, – прошептал я, все также медленно вдыхая аромат любимой.

– Ты знаешь, я всегда буду рядом, – прошептала Лилу, отчего где-то внутри стало очень больно. Родители тоже это обещали, утром в тот самый день.

– Не нужно обещать то, что не в твоих силах, ВиЛу, – с болью сказал я, поцеловав девушку в висок и отстранился.

– Я постараюсь быть рядом как можно дольше, – поморщив маленький носик, сказала она, после чего поцеловала меня в щеку. – Пойдем, чем быстрее мы двинемся в путь, тем быстрее вернемся домой.

– Ты права, – согласился я, взяв сумку со своими вещами. Мысленно, мне хотелось добавить: «Мой дом там, где ты…», но я словно чего-то боясь, решил не говорить этого.

Внутри появился очень тугой и тревожный узел. Я знал, это будет тяжело, пытался подготовиться морально. Только, все равно, сейчас ощущая эту тяжесть и обострившуюся тревожность, мне не по себе. В голове всплывали странные мысли, которые продолжали пытаться отговорить от этой поездки, остаться дома.

«Что, если, там нет ничего важного, и я потрачу время зря?» – подобная мысль возникала в моей голове каждый день. Мне не хотелось ошибаться, ведь так снова окажусь в очередном тупике. Я не могу просто все это отпустить и жить, словно ничего не было. Пока Лилу зависит от таблеток, мне не будет спокойствия и расслабленности. А там, в тех документах, точно должен быть какой-то ответ. Я в это верю.

Глава 11. Хёну

Мы выехали четыре часа назад.

Если бы не сильные дожди, что накрыли не только Филони, но и всю страну, оставался бы от силы час пути. Увы, по воле природы, моя нервозность становится все сильнее и сильнее. В такую погоду ехать по автостраде самое неудачное, на мой взгляд, занятие.

Поначалу, Лилу пыталась разбавлять атмосферу разговорами, обсуждая предстоящее празднование моего дня рождения. Хотя это будет наш общий праздник, ведь официально, по поддельным документам, Лу родилась седьмого сентября. Когда список гостей был определен, мы начали говорить о Бари и Мелиссе, ибо празднование будет проходить в баре «Лживая креветка». Об этом мы говорили не так долго, дождь стал сильнее, из-за чего я решил полностью сконцентрировать внимание на дороге. Автопилот по неизвестным мне причинам, в сильный дождь просто сходил с ума.

Лу отнеслась к этому с пониманием. Поначалу она пыталась поспать, плохо спала этой ночью из-за очередного кошмара, в котором убивали ее отца. Поняв, что сон не хочет принимать ее в свои объятья, Лилу взяла планшет и продолжила подбирать мебель для нашей квартиры. Правда совместный переезд мы еще толком не обсуждали.

Остаток пути занял почти три часа. Тело ужасно ломило от долгого сидения за рулем, а голова раскалывалась от усталости и боли. Хотелось поскорее оказаться на свежем воздухе и размяться. Дождь прекратился час назад, но небо до сих пор было затянуто плотными темно-серыми тучами.

Лимву остался таким, как я его помню. Словно время совершенно не властно над этим тихим городком, что нельзя сказать о доме, в котором я когда-то жил. Свернув на знакомую до боли в сердце улицу, мой взгляд невольно сам упал на здание. Внешний вид просто кричал «здесь больше нет тепла и уюта». Ком в горле, мешающий нормально вздохнуть, заставил меня тут же вернуть свой взгляд на дорогу. Припарковавшись, повернулся к Лилу, которая по всей видимости все это время смотрела на меня.

– Я рядом, – тихо сказала девушка, сжав мою ладонь.

Тело не дрожало, как и внутри на удивление было совершенно пусто. Будто бы я замер, не зная, как следовало реагировать на все вокруг. Лу проводила большим пальцем по тыльной стороне моей ладони, ее серо-зеленые с коричневыми крапинками глаза смотрела на меня с теплом. Облизнув губы, прогнал ком и позволил себе осмотреться по сторонам.

Некоторые дома совсем не изменились, другие же пережили ремонт, во всяком случае, жизнь здесь текла своим чередом. За исключением здания, на которое мне так не хотелось смотреть. Редкие прохожие шли по дорожке, держа наготове зонтики. Свинцовые облака словно давили на плечи, утяжеляя и без того уставшее тело.

Лилу выпустила мою руку и вышла на улицу. Я последовал за ней. Сделав глубокий вдох, почувствовал сильный аромат земли, перемешанный с свежими нотками природы. За домом моего детства начинался густой лес, полный хвойных деревьев и богатых на ягоды кустов. Невольно в голове всплыли воспоминания осенних вечеров, когда мы с мамой сидели на ступеньках, наслаждаясь дождем. Она любила такие дни, могла часами наблюдать за тем, как капли барабанили по земле. Еще больше мама любила гулять со мной в лесу, собирая ягоды для фруктового чай и компота, сразу после дождя.

– Хёну, это ты? – окликнул меня знакомый голос. Повернув голову влево, увидел Мисс Глорию, ту самую соседку, что следила за домом. Она ждала этого дня очень много лет и сейчас на ее лице сияла радостная улыбка.

– Здравствуйте, Мисс Глория, – слабо улыбнувшись, крикнул я, встретившись с ее темными глазами. Низкая, тучная женщина, стояла на дорожке около своего дома, по ее внешнему виду ясно, она недавно вернулась с работы.

Глория Хейз, темнокожая дама средних лет. Когда-то она сидела со мной, обучая чтению и рассказывая сказки, которые часто сочиняла сама. Мама доверяла ей, хоть они и не были подругами. Глория в те времена работала младшей медсестрой в местной больнице и мечтала стать врачом-педиатром. Поэтому, много лет она работала и продолжала обучение. Пока со временем, как я узнал от нее же в телефонном разговоре, амбиции поутихли и должность медсестры ей пришлась больше по вкусу.

– Сколько я тебе говорила, мой сладкий, называй меня просто Глория, – спокойно сказала соседка, подойдя к машине и взглянув на Лилу, в ее глазах появился огонек интереса. – А кто эта прелестная девушка?

– Я… – начала было Лу, но посмотрев на меня, замолчала.

В этот момент я резко осознал, что совершенно забыл рассказать девушке о доброй соседке, с которой был на связи все эти годы. Глория по доброте душевной согласилась приглядеть за домом, тем более у нее были ключи, которые женщина так и не успела отдать моей матери.

– Это моя девушка Лилу, – сказал я, улыбнувшись Лу, на что она поспешно кивнула.

– Ты не говорил, что приедешь сюда не один. Но знаешь, сладкий, я рада такому сюрпризу вдвойне, – подмигнув мне, сказала женщина, поправив при этом рукой свою пышную прическу. – Ох, Лилу, ты такая красивая. Йонхи была бы счастлива, если бы Хёну привел тебя знакомиться с ней.

От упоминания имени матери внутри что-то больно кольнуло, я постарался это подавить. Не хотелось обижать Мисс Глорию, просто сказав, что воспоминания делали мне слишком больно, особенно сейчас. И именно по этой причине мой приезд сюда настолько задержался. Да и если бы не документы, то этого и не произошло бы вовсе.

– С… спасибо, – смутившись, сказала Лу, посматривая на меня, словно проверяя в порядке ли. – Как я могу к вам обращаться, Мисс Гло… ой… – она осеклась, на что Глория слабо расхохоталась и хлопнула в ладоши.

– До чего же ты милая, – весело сказала соседка, и глубоко вздохнув, продолжила: – Обращайся ко мне просто Глория, и пожалуйста на ты. Мисс Глория меня только Хёну называет, – посмотрев на меня, она подмигнула. – Сладкий, я так рада, что некоторые вещи остаются неизменными.

Впервые, когда я остался у нее дома, мне было от силы три года. Тогда я уже нормально говорил, даже почти не коверкал слова, как это делали многие дети в этом возрасте. Но именно в тот день впервые столкнулся с проблемой, которая вытекла в странную речевую привычку. Мисс Глория много раз мне повторяла, что вместо имени, стоит говорить фамилию. Я пробовал, получалось только до следующего дня, потому что детский мозг просто все забывал, или же не хотел запоминать фамилии. Глория смирилась и попросила ее называть так или же по имени.

– Я очень рада знакомству, Глория, – сказала Лилу, пожав пухлую руку женщины, после посмотрела на меня. – Можешь дать ключи от дома?

Без вопросов, обошел машину и отдал старенькую связку ключей. После чего девушка, молча улыбнувшись соседке, побежала в сторону дома. Глория проводила ее взглядом, и как только Лу скрылась за дверью, веселый настрой сменился на серьезный.

– Я уже думала, ты никогда не приедешь сюда, – с грустью сказала она, посмотрев на меня.

– Мне было тяжело вернуться в старый дом, – честно признался я, на что женщина понимающе кивнула.

– Раз ты приехал, настало время тебе кое-что рассказать, – тихо начала Глория, осматриваясь по сторонам. Она словно пыталась понять, смотрел ли кто на нас сейчас.

Мне стало немного не по себе. Сколько раз я говорил с ней по телефону, спрашивая все ли в порядке, не стоит ли мне за ее помощь выслать деньги, женщина всегда говорила одно и тоже: «Все хорошо, лучше сам приезжай». Ни разу не было и намека, что меня ожидал серьезный разговор. Неужели, что-то настолько резко и внезапно успело произойти? Похоже меня сегодня ожидает больше открытий, нежели я предполагал.

– Что именно ты хочешь мне рассказать? – сглотнув, спросил я, поежившись от внезапного холода, что окутал мое тело.

Это странно, ветра совсем не было и природные звуки затихли. Будто бы все вокруг замерло, создавая более таинственную и напряженную атмосферу. Серьезность женщины заставила тревожный узел внутри сжаться еще сильнее. Меня разрывало от интереса и страха. Ведь этот разговор, может открыть мне новую правду о родителях, которая меня расстроит. Других предположений у меня попросту и нет.

За прошедшие годы я осознал, что не могу знать о них все. Мне неизвестно, чем именно занимались мои родители. Даже Генри всегда качал головой и просил не рыться в этом, иначе могу открыть для себя не лучшую их сторону. А что я хочу на самом деле найти? Правду, не важно какой она будет. Хочется, просто узнать, кто виноват в произошедшем и как помочь Лилу. Остальное для меня уже не важно.

– Я много лет думала, стоит ли тебе об этом рассказать. Понимаешь, по телефону подобное не обсуждается, да и намекнуть… – Глория поморщила широкий нос и подняла на меня серьезный взгляд, – Хёну, я переживала за вас в тот день. Просила Йонхи оставить тебя со мной. Незачем было брать ребенка с собой, особенно на подписание контрактов. Тебе и так тогда было тяжело принять новость о переезде, сам же помнишь.

– Да, начинать все с нуля мне казалось настоящей трагедией, – вспомнив то время, сказал я, оперевшись на капот автомобиля. Разговор по всей видимости предстоял долгий и вероятно тяжелый.

– Твой отец настоял, сказал, что лучше тебе быть с ними. Да, что уже говорить, былого не вернешь, верно? – спросила женщина, пройдясь пухлой ладонью по коричневым волосам. Молча кивнув, я посмотрел на дом, в котором сейчас была Лилу.

Нежно-голубой оттенок, в который когда-то были выкрашены деревянные стены, потерял свой былой цвет. Краска местами облупилась, по стенам вверх тянулся темно-зеленый дикий плющ. Дом выглядел старым и неухоженным, даже аккуратный газон, над которым трудилась Мисс Глория, не спасал ситуацию. Одна ступенька, самая нижняя, сломана пополам. Старые горшки, стоящие недалеко от входной двери, оказались пусты. Когда-то мама сажала в них мяту, чтобы добавлять в свежезаваренный чай, который так любил отец.

– Я помню, когда к ним впервые приехали люди из Эфил, – осторожно продолжила Глория, словно чего-то боясь. – Тэмин был так воодушевлен. Ведущая лаборатория страны, хотела их видеть среди своих сотрудников. Разве не замечательно? – словно яд выплюнула она. – Думаю, ты и сам знаешь, Хёну. Стать частью Эфил, слишком увлекательная перспектива, на первый взгляд. Лаборатория принадлежит Элфи и сотрудничает с правительством напрямую, а это огромные вливания госбюджета в исследования. Именно это и подкупает, но не всех.

– Да, иллюзорный простор фантазии для людей науки, – вспомнив фразу которую когда-то сказал отец, произнес я, добавив правда кое-что от себя. Мой взгляд продолжал исследовать дом, крыша которого заметно исхудала. Не удивлюсь, если внутри обнаружу покрытые плесенью потолки, особенно на втором этаже.

– Верно. Йонхи не разделяла радость супруга, их разработки были очень ценны и опасны одновременно. Она поделилась со мной переживаниями, незадолго до вашего отъезда. Твоя мама была уверена, кто-то из Эфил желал завладеть их разработками в личных целях. Поэтому их не оставили в покое, после первого отказа, – она с теплом в голосе вспоминала о моих родителях.

– Это те, что должны были решить проблему с рождаемостью? – посмотрев на брюнетку, спросил я. Глория смотрела в сторону двери, словно ожидая, когда к нам вернется Лилу. Девушка же, словно чувствуя серьезность разговора, не торопилась выходить.

– Да. Не знаю, что ты видел, но у твоих родителей была одна особая папка, в которой они рассматривали исследования некой дамы. Я много раз спрашивала у Йонхи, не из Эфил ли та секретная особа. На что твоя мать всегда уводила диалог в другое русло, – спокойно сказала женщина.

– Почему ты спрашивала у нее про это? – поинтересовался я, посмотрев на небо. Слабый ветерок подгонял темные тучи, кажется ночь будет дождливой.

– Каюсь, однажды любопытство взяло надо мной вверх, – немного смущенно, произнесла Глория, в ее голосе были нотки вины. – Пока твоя мама была занята, я позволила себе посмотреть в той папке один документ. Увиденное меня напрягло, конечно я многого не поняла, но знакомое название кое какой сыворотки… В общем, это меня смутило.

– Vestra? – догадавшись спросил я, сердце на мгновение замерло.

Неужели мои родители как-то причастны к этому?

– Да, только это было написано от руки рядом с основным текстом, хоть убей, не помню, что там точно было. По тому, что я успела прочесть, твоя мама проводила какое-то исследование. Она испугалась, когда заметила меня… – женщина затихла, опустив голову увидел, как в нашу сторону идет Лилу.

– Все в порядке? – спросил я, увидев ее грустное лицо. Щеки раскраснелись, а глаза казались опухшими. Она плакала? Почему? Что ее так расстроило?

– Да, – коротко сказала девушка, посмотрев на соседку и слабо улыбнувшись, добавила: – Может, я пока домой вещи занесу? А вы еще поговорите.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.