Игорь Дмитриев
Метрокрысы

Часть 1

1

Старший мастер, начальник участка Службы пути метрополитена, Александр Алексеевич М-ов стоял на платформе и ждал поезд. Он возвращался домой после ночной смены и имел вид сильно уставшего человека. Ночь выдалась сложная – пришлось ликвидировать аварию, да еще на участке «производственная травма». Смена закончилась в шесть утра, сейчас уже одиннадцатый час, Александр же все еще в метро. Почему задержался? Вовка-крыса, рабочий его участка, и получил эту самую «производственную травму». Травма несерьезная – порез на ноге, и все бы обошлось, но пошел в медпункт. Да еще сказал, что крыса покусала, а в туннеле работал один, хоть положено вдвоем… Как дохнул на фельдшера, так та, конечно, сразу зафиксировала, что рабочий – пьяный, соответственно производственная травма в пьяном виде. «Электромеханика В. Кузнецова в нетрезвом виде покусала крыса», – записала фельдшер. «Конечно, разве трезвая крыса станет кусаться!» – попробовал Александр Алексеевич происшествие обратить в шутку. Напрасно… Не понимает фельдшер шуток, написала «бумагу» на электромеханика Кузнецова.

Вызвали мастера к начальнику дистанции Кирееву, а тот приходит на работу лишь в девять. Да и принял не сразу, дела у него важные! Значит, мастер, сиди и жди. Понятно, у начальника виноват во всем мастер! Почему дисциплина слабая, почему его рабочий нетрезвый… Почему… Почему… Почему… Сто тысяч «почему»! На все эти «почему» должен отвечать он, то есть мастер. Попробуй к тому же объяснить, что выпил Вовка для дезинфекции уже после травмы! Да разве Киреев будет слушать мастера…

Подошедший поезд был полон пассажиров, не битком, конечно, но сесть было негде. Александр тяжко вздохнул и приготовился стоять, прислонившись к двери. Несмотря на предпенсионный возраст, мастер выглядел молодцом, поэтому место ему никогда не уступали. Но сегодня видимо действительно очень устал, сидевшая рядом девушка уступила место. Отказывается, Александр, не хочет садиться, старый рыцарь не может позволить, чтобы девушка стояла! Но девушке через остановку выходить… Сел. «Из-за дурака Вовки в этом месяце без премии. Где его угораздило пораниться? Да еще ногу… – ворчит про себя старый мастер. – Ну, даже если и поранился, в мастерской есть аптечка, перевяжи – и делу конец. Нет, пошел в медпункт, да еще спьяна сказал, что крыса укусила! Да крыса крысу не кусает! «Я никогда не видел таких больших крыс!» Не видел… Да ты электрик или какой-нибудь крысолог?! Ну, даже, если и укусила… Да хоть бы крокодил тебя укусил! Зачем в медпункт потащился? К тому же выпивши…»

Пьяный был Вовка, а без премии остался мастер. Задумался Александр, деньги в этом месяце очень нужны – у Данилки, у внучка, скоро день рождения, десять лет исполняется. Должен ведь дедушка сделать подарок! Вот и рассчитывал на премию… Приглядел для мальчика паровоз, вагоны, рельсы, стрелки и домики – он увлекается моделями железной дороги. Через месяц после Данилки день рождения у внучки – и опять юбилей! Девочке уже пять лет. Присмотрел куклу говорящую. Говорит по-настоящему, а не какие-нибудь «папа, мама»! Спрашивает, как зовут, стишок, сказку расскажет! «Из-за дурака Вовки накрылась премия… Где деньги брать… Фельдшерица хороша – рабочий пьяный! Грамотная… Бумагу сочинила – «производственная травма в нетрезвом виде», – бурчит про себя мастер.

Поезд замедлил ход и остановился. «Ну вот, мало того, что задержали меня, так теперь еще будем в туннеле торчать», – возмутился в душе Александр. От тяжелых мыслей отвлек детский голос. Рядом с Александром у дверей стоял мальчик лет десяти.

– Мам! Смотри, что там за красные огоньки?

– Где? Какие огоньки? – мама сосредоточена на своем смартфоне.

– Да вот же! В туннеле!

– Светофор, – по-прежнему не отрывается от смартфона, у нее оживленная переписка.

– Да нет! Не светофор, как глаза у собаки!

– Какие собаки? – мама наконец отрывается от смартфона, смотрит в окно. – Не болтай глупости!

Мальчик замолчал, но продолжил внимательно смотреть в окно двери. Поезд по-прежнему стоит. «Уважаемые пассажиры! – раздался из динамиков приятный баритон машиниста. – Соблюдайте спокойствие и порядок, поезд скоро поедет!»

Александр повернул голову, чтобы посмотреть в окно, но перед ним лишь стена вагона. Тогда взглянул на мальчика, тот продолжал сосредоточенно что-то рассматривать. «Мальчик как мальчик, но личико смышленое. На Данилку похож, и возраст такой же», – думал он, разглядывая сквозь прикрытые глаза малыша – мальчик напомнил внука, вздохнул. Опять посмотрел на мальчугана и решил спросить, что же он видит в окне, тем более, поезд продолжает стоять.

– Ма…, – едва не назвал мальчугана «малыш», но спохватился. Назови «малыш», и слова не дождешься. – Молодой человек, что вы увидели интересное?

Пожалуй, в другое время мальчик и не обратил бы внимание на деда, пристающего с какими-то вопросами. Но только что мама сказала, будто он болтает глупости, а сама от телефона не отрывается, дед же назвал «молодым человеком». Не ответить деду молодой человек не может.

– Да какие-то красные огоньки, как глаза. Но они уже исчезли.

– Какая жалость! Думаю, это было что-то важное, жаль, я не видел. Вы можете подробно рассказать, что видели?

Александру смышленый мальчуган нравится все больше, специально обращается к мальчику «Вы», так обязательно ответит.

– Смотрите! Значит, так. Поезд остановился в туннеле, как раз напротив в стене было небольшое окошко. В нем я и увидел красные глаза. Сначала их было два, потом исчезли, потом вновь появились, но уже четыре глаза.

– Вы, молодой человек, очень наблюдательный. Но почему думаете, что это были глаза?

– Как – почему? Да потому что так светятся только глаза! Я на даче вечером гуляю с фонарем, и мне попадаются кошки. Так вот, когда свет слабый или кошка далеко, то саму кошку не видно, но зато видно, как светятся глаза!

– Молодец! Наблюдение, которое сделали, очень важное. Давайте знакомиться. Вас как зовут?

Мальчуган никак не ожидал такого продолжения, даже подумал, что дед шутит, смеется над ним. Посмотрел в глаза, дед сидел и глаза у них были на одном уровне. Александр смотрел в глаза мальчику серьезно, без тени улыбки.

– Саня…

– Ого! Да мы с тобой тезки! Я тоже Саня – Александр Алексеевич, – дед протянул мальчику руку. – Можешь звать меня деда Саша. Ты далеко едешь?

– Да не очень, – мальчуган протянул в ответ узенькую ладошку. – Еще четыре остановки.

– Саня, ты можешь сделать для меня одолжение?

– Конечно!

– Я работаю в метро, это мой телефон, – Александр протянул визитную карточку, по случаю когда-то сделал, на которой был указан номер телефона и написано: «Старший мастер метрополитена Александр Алексеевич М-ов». – Если ты сам или друзья заметите в метро красные точки-огоньки, позвони мне, пожалуйста. Позвонишь?

– Да.

– Спасибо.

«Осторожно. Поезд отправляется», – раздался тот же баритон. Поезд тронулся и медленно поехал. «На аккумуляторе едет, значит, повреждено электропитание. На станции будет стоять минут пять, если впереди в туннеле нет поезда. Выйду на следующей станции, поговорю с машинистом», – Александр попрощался с мальчуганом и пошел в первый вагон.

На станции объявили: «Поезд дальше не пойдет, просьба освободить вагоны». «Значит, и с поездом что-то не в порядке», – догадался Александр и подошел к вышедшему из кабины машинисту, которого должен был заменить перегонщик. Машинист оказался знакомым, да Александр почти всех машинистов на своей линии знал, и подтвердил предположение, что нарушено электропитание в туннеле. Даже точно назвал место, где это произошло.

– Поезд зачем с линии снимают?

– Электрическая цепь между вагонами нарушилась. Когда пропало высокое, сработало аварийное торможение и, почему-то, разорвалась цепь между вагонами.

– Ты во сколько сегодня на линию вышел?

– Утром, в пять. Все работало… А ты что, только с работы возвращаешься?

– У Киреева был, Вовка травму получил в туннеле.

Машиниста вызвали к дежурному, и они расстались.

Придя домой, Александр подошел к висевшей на стене карте «Электромагнитные поля города», которая занимала почти полстены. Карта была подробная – кроме улиц и домов, на ней были обозначены линии метро с вентиляционными киосками, станциями и депо, а также трамвайные линии. Еще на карте проведены синие линии – так автор обозначил электромагнитные поля. Одни линии – замкнуты, другие начинались и заканчивались за пределами карты. Линии извивались, пересекались по несколько раз. Все зоны пересечения были отмечены синими кружочками – здесь поля накладываются. Александр отметил на карте красную точку, место, где встал в туннеле поезд, а мальчик Саня видел «красные глаза». Как и ожидал, точка попала в синий кружок – зону наложения полей.

2

Что за карта такая «Электромагнитные поля города» и как она оказалась у старшего мастера? Составил ее и подарил Александру Алексеевичу электромеханик с его участка Сергей Викторович С-кий, человек не менее интересный, нежели его карта.

Сергей когда-то работал в НИИ инженером-физиком и любил проводить эксперименты, по результатам которых производилась научная работа. Это, конечно, похвально, только было одно «но» – эксперименты проводил лишь, как сам говорил, в состоянии «просветления». Состояние «просветления» достигалось только одним способом – немалым количеством выпитого алкоголя. Сергей Викторович хороший исследователь, его научные разработки и эксперименты приносили НИИ немалую пользу, и за это ему прощали даже «просветления». Но когда после очередного «просветления» оставил родной НИИ на полдня без электричества, тогда «в два счета был уволен, верней, в три шеи выгнан, непонятый титан».

Перейдя на новую работу, Сергей Викторович продолжил «просветляться» и проводить свои эксперименты. Какие последствия имела его «научно-исследовательская деятельность» на новом месте – неизвестно, но и там долго не задержался. Затем третье место, четвертое… В конце концов его перестали принимать на работу инженером, а предлагали только место разнорабочего, по-простому – подай, принеси. Но и разнорабочим Сергей долго не задерживался. Стал перебиваться случайными заработками, которые тратил на выпивку для «просветления». Для чего надо «просветляться», если не работает, никто не знал и, даже, не интересовался. Но пришло время, когда лишился и этих заработков. Финал известный и не новый – ни жилья, ни денег.

В таком положении Сергей попал в метро на участок ст. мастера Александра Алексеевича М-ва. Попросил за него начальника участка старый товарищ, работающий в метрополитене. Он честно рассказал мастеру о слабости своего протеже, но при этом добавил: «Сергей – электрик от бога. По поводу выпивки поговорите с ним… Прямо скажите, что пьяница не нужен. Если даст слово не пить – смело берите на работу, алкоголь в рот не возьмет. Не даст – не берите». Так Александр и поступил. На возражение «пьяница не нужен», Сергей дал слово, что мастера и ребят из бригады не подведет. «Пусть я лучше сдохну в туннеле, – сказал он, – но алкоголя в рот не возьму!»

Сергей действительно был «электрик от бога» – находил короткое замыкание или разрыв жилы в кабеле, ремонтировал и налаживал системы автоматики не используя приборы! То, что он использовал, приборами назвать нельзя – это подвешенные на леске небольшая медная рамка и кусок канифоли неправильной формы, а также странная коробочка с зеленым, красным, синим и желтым светодиодами. Как этот «чудо-электрик» работает со своими приспособлениями, для всех было загадкой, но сколько бы раз за ним не проверяли, неисправность всегда находил верно.

Новый электромеханик, кроме основной работы, мог заменить любого рабочего из бригады, достаточно было об этом попросить. Проработав две недели и успешно пройдя испытательный срок, как-то утром после окончания смены подошел к мастеру.

– Алексеич, можно мне в выходной выйти вечером поработать?

– Зачем? – удивился мастер.

– Я хочу составить карту полей…

– Чего? Каких еще полей?

– Электромагнитных. Понимаешь, в туннелях по проводам, по контактному рельсу течет высокое напряжение. Эти туннели перекрещиваются в пространстве, поэтому пересекаются и накладываются друг на друга электрические поля. Действует принцип суперпозиции, – дальше Сергей увлекся и стал сыпать научными терминами, вовсе не понятными мастеру.

– Подожди, ты мне скажи, что хочешь делать? Зачем выходить в выходной день?

– Я же сказал – хочу составить карту полей.

– Делай в рабочее время…

– Алексеич, я ведь должен работать, к тому же ночью выключают напряжение.

– Нельзя, Сергей. Составляй свою карту в рабочее время. Приходим в 23 часа, напряжение выключают в 1 час 40 минут, у тебя более двух часов.

Теперь Сергей ровно в 23 часа с рамкой, маятником из куска канифоли и самодельным прибором отправляется в туннель, ему нужно, чтобы напряжение на контактном рельсе было не выключено. Хорошо хоть в это время интервал между поездами был по пять минут и больше. Находясь в туннеле и заметив приближающийся поезд, ложился между рельс и пропускал поезд над собой, при этом еще и какие-то измерения делал. Но в час сорок, когда проходил последний поезд и выключали напряжение на контактном рельсе, возвращался в мастерскую. До самого утра работал электромехаником, а также помогал ребятам из бригады, если надо, то и заменял их. Во время перекуров рассказывал «Теорию полей для чайников». Рабочие бригады дружески стали звать его Профессор, «забыв» имя. Сергей носил небольшую аккуратную бородку, соединяющуюся с усами, и в свои сорок с небольшим лет действительно напоминал профессора, как его принято показывать в кино.

– Скажи, Профессор, ты все линии облазишь? – спрашивали его.

– Конечно же нет! В этом нет необходимости, мне достаточно изучить один участок. По нему узнаю, что происходит со всеми линиями метро.

– Послушай, Профессор, карта тебе зачем нужна?

– Да так, пригодится.

Проработал Сергей чуть больше года, облазил весь участок, а он включал в себя полностью шестую линию, часть третьей и почти всю пятую, но «карту полей» составил. Что за карта такая, как она выглядит, никто не знал.

Как-то после смены Сергей подошел к мастеру.

– Алексеич, извини меня, но я должен вас покинуть.

– Что случилось?

– Ты меня принял на работу, а я обещал не брать алкоголь в рот. Никакой, даже пиво. Я сдержал обещание?

– Да, молодец, сдержал.

– Мне для научных исследований нужно «просветление», по-другому, кроме как алкоголем, такого состояния не добиться! Я не хочу тебя подводить. Ты меня выручил, спас меня, когда я подыхал на улице. Теперь я выправился, у меня даже жилье есть.

– Без алкоголя ты никак не сможешь? Ведь год держался!

– Я был занят практической работой – составлял карту полей. Теперь, когда карта готова, нужно заняться теорией, для этого необходимо «просветление». Прости, Алексеич, я не хочу тебя подводить. Пожалуйста, подпиши мне заявление без отработки.

– Кто тебя заменит? Мне без электромеханика никак нельзя, – Александр Алексеевич не хочет отпускать ценного работника.

– Алексеич, не держи меня, пожалуйста, отпусти. Я уже не гожусь для работы – сорвусь не сегодня, так завтра, только тебя и мужиков подведу. Электромехаником возьми Вовку с Эскалаторной службы.

Делать нечего, пришлось отпускать. Уволившись, Сергей остался дружен с Александром, часто звонил ему, приглашал к себе в гости – снимал небольшую комнатку в шесть квадратных метров. Обстановка в комнатке была очень простая, но специфическая. Шкаф для одежды, большой рабочий стол с какими-то приборами, узенькая кровать. На стенах висят книжные полки, буквально заваленные научной литературой по электродинамике и электротехнике, в том числе старыми обтрепанными справочниками и журналами. Над кроватью висела карта «Электромагнитные поля города», занимая собой почти всю стену. Александр, приходя к Сергею домой, всегда с интересом ее разглядывал.

«Видишь, Алексеич, на карте отмечены линии метро? Каждая линия имеет собственное электромагнитное поле, которое действует на окружающий мир. Поля я обозначил синими линиями. Вот смотри, синие линии близко друг к другу – на этом участке сильное электромагнитное поле, а здесь – далеко, это значит поле слабое. А вот здесь линии метро пересекаются, – продолжает свою лекцию Профессор. – В этих зонах поля накладываются и осуществляется принцип суперпозиции полей, причем не только от метро, но и от трамвайных линий. Теперь у нас образуются пучки полей, где их влияние резко усиливается».

Сергей увлекается, начинает использовать научную терминологию, горячится, размахивает руками… Потом вдруг останавливается на полуслове, смотрит серьезно на слушателя: «Прости, Алексеич, увлекся. Тебе, наверное, неинтересно?» Единственный слушатель Профессора, улыбаясь, заверяет, что очень интересно. Сергей тоже улыбается и кратко, понятными словами, повторяет свою лекцию. «Понимаешь, Алексеич, и так никто не знает, как эти поля влияют на организм, а в «пучках» происходит усиление их действия. Сейчас хотят еще одну линию проложить, которая пересечет действующие. Но мало этого, по верху пускают скоростной трамвай! Поля начнут накладываться, возникнут уже мега-поля. Исходя из того же принципа суперпозиции, наложатся пучки мега-полей. Что будет в этих пучках – одному богу известно, а нам бы этого лучше не видеть», – заканчивает Профессор свою лекцию.

Шло время, Сергей, уйдя из метро, по-прежнему перезванивается с Александром Алексеевичем, иногда встречаются. Но с работой по-прежнему проблемы – за год сменил три места. Он устраивался на работу, проработает несколько месяцев и оказывается за дверью.

– Сергей, что ты прыгаешь с места на место? Хоть год проработай на одном месте! – ругает Александр Алексеевич.

– Алексеич, да с ними невозможно работать! Ты представляешь, в электродинамике ничего не соображают! Претензий же на миллион – они, видите ли, Особая Физическая Лаборатория!

– Ну, не нравится работать с «физиками», возвращайся на мой участок, с Вовкой в паре работать будешь.

– Спасибо, только мне надо просветляться, а у тебя нельзя…

Но как-то Сергей похвалился, что наконец нашел занятие по душе, с чем и поздравил его Александр Алексеевич.

3

В тот вечер Александр одевался, чтобы идти на работу, неожиданно зазвонил городской телефон. Александр недоверчиво покосился на него, ведь обычно звонят на мобильный, и снял трубку. «Алексеич, я только из метро! Началось! Я видел горящие глаза! – не поздоровавшись, кричал в телефон Сергей. – Помнишь, говорил тебе о пучках мега-полей? Короче, в одиночку в туннели не ходите! Кстати, ты в субботу свободен? Может быть встретимся? Хорошо, я позвоню. До встречи».

Через два дня, в субботу, Сергей позвонил и предложил встретиться вечером в кафе, назвал адрес. Встретились. К большому удивлению Александра Алексеевича, Профессор был абсолютно трезв. Он протянул аккуратно завернутый в газету рулон.

– Держи, Алексеич, это моя карта.

– Зачем отдаешь? Надоела?

– Нет, не надоела. Я сегодня уезжаю из города.

– Как – уезжаешь? Куда? Надолго?

– Надолго, думаю, насовсем. Вот с тобой захотел попрощаться.

– А как же работа? Ты говорил, что нравится и устраивает.

– Я по работе и уезжаю, – Сергей замолчал, повернулся к стене и, неожиданно, схватил Александра за руку. – Смотри сюда!

Сергей показал на странную цепочку следов, идущую вдоль стены. Казалось, что прошел маленький ребенок, но шел он странно – босиком и касаясь пола ладонями. Да и сам ребенок странный… На ногах у него, как и положено, по пять пальцев, но на руках только по четыре. Пальцы длинные, длиннее, чем у обычных людей, и с когтями. Между следами шла грязная полоса, как будто ребенок волочил веревку.

– И что это такое? – Александр уже заметил следы, но не предал значения – мало ли что может быть в кафе.

– Не знаю… Я ведь не биолог, а физик… Какой-то мутант… Может зверь, а может и нет, не знаю. Помнишь, говорил тебе, что действие полей не исследовано? Вот первый результат запуска новой линии. Да… И это еще скоростной трамвай не ходит.

Еще посидели, поговорили. О новой работе Сергей не рассказывал, больше вспоминали, как работали вместе. Прощаясь, напомнил, чтобы на карте отмечал красными точками места, где будут происходить странные непонятные явления.

– Начни отмечать с этого кафе. Ребятам передай привет от Профессора! Алексеич, береги себя, на работе будь аккуратен. Прощай.

– До свидания, Сергей, мы еще встретимся.

Так карта «Полей» оказалась у Александра Алексеевича М-ва, старшего мастера метрополитена. В тот же вечер он отметил на ней первую красную точку – кафе, где сидел с Сергеем.

Прошло нескольких месяцев, как карта появилась у Александра Алексеевича, а красные точки уже по всему городу и местами образуют группы – значит, какие-то «странные непонятные явления» случались в одном месте несколько раз. Александр заметил, что скопления точек появляются внутри зон, отмеченных на карте синими кружками. Как раз эти зоны Сергей и назвал «пучки электромагнитных полей». Уже появилась первая красная точка на его участке, там, где остановился поезд, а мальчик Санька видел красные глаза.

Строительство новых линий метро шло полных ходом, и в работу их пускали участками. После каждого пуска на карте «Поля́» появлялись новые красные точки. Как же Александру хотелось поговорить с Профессором, но тот из города уехал. Спрашивал по телефону, отвечает, что это не телефонный разговор. Сам же Александр в теории полей ничего не понимал, техникум закончил машиностроительный, да и то, почти сорок лет назад, с тех пор работает мастером. Вроде бы, какое ему дело до этих полей? Свою работу знает и довольно. Но не дают ему покоя слова, сказанные Сергеем: «Возникнут пучки уже мега-полей, и что будет в этих пучках – одному богу известно». Александр после этого разговора взял справочник и прочитал об электромагнитных полях, проверил кое-что из слов Профессора. В книге объясняли еще сложнее, чем Сергей, но общий смысл уловил, принцип суперпозиции полей понял. Одной лишь книгой Александр не удовлетворился, решил спросить Костю, знакомого инженера-электроника из депо, о возможности влияния электромагнитных полей метро на окружающий мир. Тот почесал затылок, подумал и ответил:

– Влияние, конечно есть, но за пределами метрополитена, точнее, за туннелями, оно минимально. От домашних электроприборов, в частности, от электроплит, более сильное излучение. Человек уже давно к этому излучению адаптировался, да и домашние животные тоже.

– Хорошо, это понятно. Ты говоришь, что за туннелем – минимально. А в туннеле?

– В туннеле… Машинисты и пассажиры находятся внутри поезда, электромагнитные поля экранируются корпусом вагона. Пассажиры на перроне все же далеко от проводов, а контактный рельс проходит почти по полу и закрыт кожухом. Пассажиры тоже в безопасности. Рабочие находятся в туннеле при выключенном высоком напряжении.

– Понял. Скажи мне, допустим, чисто гипотетически, в поле попадут какие-нибудь живые организмы – животные или насекомые, что с ними будет?

– Я читал, будто проводили опыты по облучению электромагнитными волнами крыс и мышей. Это вызывало у животных различные мутации. Но исследовали не само воздействие, а защиту от него.

– Я тоже где-то читал, что в нацистской Германии работали над созданием оружия, излучающего мощные электромагнитные волны.

– Так это ядерное и нейтронное оружие. Говорят, что в зоне Чернобыльской АЭС водятся животные-мутанты, но их никто еще не видел. Не думаю, чтобы в метро завелись мутанты… Хотя, кто их знает, ведь исследования не проводили, а если и проводили, то секретные.

Александр толком так ничего и не понял, но убедился в одном, Профессор говорил дело – никто не знает, как эти «пучки» могут влиять на человека и животных. Ему вспомнилась фантастическая история о гигантской блохе, которая прыгала чуть ли не на сотню метров и нападала на людей. «В «пучке» могут оказаться комары, – подумал Александр, – и что с ними будет? Вырастут гигантские или нет?» Представил, как в туннеле летит гигантский комар, и усмехнулся. Вот ведь до чего можно дофантазировать!

Сергей уволился, и нужен новый электромеханик. Найти электромеханика в ночную бригаду было большой проблемой, ведь даже в метро неплохой электрик мог найти спокойное место. Владимир был хорошим специалистом, давно работал в метрополитене, но не получалось у него долго проработать на одном месте. Причины были разные, а однажды и вовсе поймали на крысятничестве – что-то в своей бригаде украл. С тех пор стали звать Вовка-крыса. И вот сейчас ему стало невтерпеж работать в Эскалаторной службе, хоть из метро увольняйся! Александр Алексеевич, прежде чем по рекомендации Сергея пригласить электрика Вовку, поговорил со своими рабочими.

– Александр Алексеевич, берите Вовку, электрик он толковый, а крысить не дадим, пообещаем самого скормить крысам. Нам поверит.

– Мужики, тогда, чтобы Крысой его никто не звал!

– Конечно, Александр Алексеевич, что же мы, без понятия!

Александр Алексеевич пригласил Вовку, и тот предложение принял с удовольствием. Так и стал Вовка работать в бригаде электромехаником. Крысой его не звали, но остался он просто Вовкой, хотя остальных звали, к примеру, Толя, Юра, а не Толька, Юрка. Лишь мастер и бригадир звали Владимир или Володя.

Команда у Александра составлена из рабочих разных специальностей. Рабочие в бригаде молодые, лишь бригадиру перевалило за тридцать, да электромеханику под сорок. Были туннельные рабочие, которые следили за состоянием туннеля, заделывали или отводили течи. Обходчик и монтер пути контролировал состояние самих путей, сигнальных и туннельных знаков, если требовалось – то и ремонтировал. Даже был дренажник, который следил за оттоком воды из туннеля, при необходимости мог откачивать ее, проверял состояние колодцев и коллекторов.

Поскольку Вовка личность знаменитая, и многие в метро его хорошо знали, то родившийся после ночного происшествия мем «Ворон ворону глаз не выклюет, а крыса Крысу покусала», быстро разлетелся среди рабочих метрополитена.

Александру Алексеевичу по должностной инструкции, он начальник участка, не требовалось работать ночью, но по той же инструкции «…при возникновении на участке внештатной ситуации, начальник участка должен доложить…» Так требует руководство. Как сможет «доложить», если на участке не был? Что-нибудь «внештатное» случается почти каждую ночь… Каждый вечер нужно рабочим дать задание, а утром проконтролировать выполнение, это тоже записано в инструкции. Вот и получается, что старший мастер все ночи работает. Надо заметить, за долгие годы работы привык к такому графику. Исключение делал лишь по вторникам, когда начальник Службы удаленно проводит диспетчерское совещание, Александр в десять утра должен быть в кабинете начальника станции. Вот тогда в понедельник мастер работает до нуля часов – выдаст задание, убедится, что все будет сделано и просит бригадира: «Игорь, если что-нибудь случится, моментально звони». Теперь может уйти домой, чтобы утром быть на совещании.

4

Сегодня ночью Александр на работе – дневная смена передала, что на соседней станции были перебои с сигнализацией. Вот и внештатная ситуация! Осмотреть проблемное место должен сам, потому что обходчик у него новый. На место аварии мастер вместе с рабочими отправился на мотовозе. Александр и обходчик вышли на соседней станции, а электромеханик Вовка с дренажником поехали на другой конец участка. Объяснив рабочему, что он должен делать, и убедившись, что тот задание понял правильно, к себе в мастерскую возвращался пешком, всего пара километров по туннелю. Дренажник с электриком вернутся на мотовозе часа через два, по пути и обходчика захватят.

Примерно по середине пятой линии в туннеле был проход на соседнюю линию – вплотную подходила новая строящаяся. Внезапно Александр услышал тихие голоса, мелькнул свет фонаря. «Странно, кто бы это мог быть?» – подумал он. Линия готовилась к пуску, и ночью на ней не работали, значит, и людей быть не должно. На совещании инспектор Службы безопасности говорил, что участились случаи проникновения на строящиеся линии посторонних лиц, они, якобы, воруют приборы автоматики. Инспектор, конечно, просил мастеров усилить контроль за рабочими, быть бдительными и о всех подозрительных случаях докладывать ему лично в Службу безопасности.

Вот сейчас как раз такой «подозрительный случай». Александр остановился, выключил фонарь и прислушался. Голоса приближались. Тогда бесшумно прошел на соседнюю линию и включил фонарь. Яркий луч выхватил из темноты две мужские фигуры. «Не диггеры и не рабочие, – подумал Александр, – какие-то бомжи». Он потянулся за висевшей на ремне рацией, чтобы сообщить дежурному о посторонних, но один «бомж» окликнул:

– Алексеич! Это я! Не звони в полицию!

– Сергей? Ты, что ли?

– Да, это я. Алексеич, убери, пожалуйста, фонарь.

Александр переключил режим и, направив луч в пол, подошел к «бомжам».

– Сергей, как ты сюда попал и чего здесь делаешь?

Он был абсолютно уверен, что тот не станет воровать приборы, но что делает в туннеле ночью?

– Прости, Алексеич, сейчас объясню. Угрюмый, иди сюда.

К Александру с Сергеем подошел высокий крепкий, но, пожалуй, немного полноватый мужчина лет сорока или пятидесяти, точнее определить было сложно, во-первых, из-за слабой освещенности, а во-вторых, не позволяло одутловатое лицо. Мешковатые штаны были в каких-то пятнах, на старенькую джинсовую куртку накинут прорезиненный плащ.

– Знакомьтесь. Мой партнер Угрюмый, – Сергей рукой указал на подошедшего мужчину, затем на Александра. – Мастер, начальник участка Александр Алексеевич. Я тебе, Угрюмый, о нем много рассказывал.

– Я не Угрюмый, а Виктор. Пора уже запомнить, – добродушно проворчал «партнер».

– Какая разница, Виктор, так Виктор. Ты, Алексеич, не смотри на нас, как на бомжей. Ты ведь знаешь, что я – инженер физик. Так вот, мой партнер Угрюмый – биолог, и его судьба похожа на мою. Он, как и я, просветлялся и просветился. Теперь без работы, без денег и жилья нет. Ты спас меня, я взял Угрюмого в партнеры. Он очень сильный биолог-экспериментатор, над зверюшками опыты ставил. Облучал их какими-то мерзкими лучами, а затем смотрел, как эти зверюшки мутируют. Так что, мы с Угрюмым не какие-нибудь бомжи, и теперь… – но тут в монологе Профессора последовала большая пауза.

– Хотя-я-а… мы хуже бомжей! – страстно заговорил Профессор. – Мы спим, едим, работаем в метро – мы живем в метро. Метро для нас родной город, страна, планета, весь мир! Мы с Угрюмым – крысы, метрокрысы!

– Я не Угрюмый, а Виктор, – опять поправил «партнер», но не возразил против того, что он «метрокрыса».

Александр по-прежнему молчал, он ждал конкретных объяснений, почему ночью в метро что-то исследуют.

– Извини, что залезли на твой участок. Я ведь работал здесь, участок хорошо знаю, и с тобой знаком, уверен – в полицию не сдашь. Помнишь, изучив твой участок, я составил карту полей всего метро? Теперь, исследуя пучки полей на этом же участке, я смогу предвидеть…

Виктор негромко кашлянул.

– Да, прости, Угрюмый сможет…

– Я – Виктор, запомни, пожалуйста. Я не зову тебя Профессор.

– Ладно, прости, не обижайся. Хочешь, зови меня Профессором, Шнапсом или Крысой, мне все равно, только не перебивай больше, Алексеич на работе, он занят. Короче, Виктор, он ведь биолог, понимает, как происходит мутация животных, как они меняются. Мы сами, как крысы, живем на твоем участке, значит, тоже мутируем. Нас Виктор тоже изучает.

– Ладно, изучайте. Будьте аккуратны, все же мотовоз ездит, и моих ребят не напугайте, – Александр попрощался с «исследователями» и пошел к себе в мастерскую.

Эта ночь мало отличалась от прочих рабочих ночей, если не считать, что несколько раз пропадало дежурное освещение. Вовка бежал, чинил, а через час или два, освещение опять пропадало. Рабочие из бригады ругали электрика: «Вовка, ты можешь сделать по-человечески, так, чтобы через час снова не ремонтировать?» Вовка слабо оправдывался и бежал ремонтировать. В третий раз с ним пошел Игорь – оказались оборваны провода. Вовка починил, бригадир проверил, вернулись, а через час опять свет выключился. До подачи напряжения на контактный рельс и выключения дежурного освещения оставалось полчаса, поэтому ремонтировать не стали. Начальник участка, согласно инструкции, об аварии записал в рабочий журнал и доложил дежурному.

Утром после работы Александр, по обыкновению, пошел к ларьку выпить стакан кофе с булочкой, это ему заменяло завтрак, жил один, поэтому завтрак не готовил, дома лишь обедал. Но сегодня ларек не работал, а продавщица, симпатичная девчушка, стояла на улице около открытой двери. Девушка работала в ларьке всего неделю, но Александр, завсегдатай ларька, обращался к ней по имени. Он покупает булочку и кофе, не отходя от ларька ест ее, не спеша запивая кофе и мило болтая с продавщицей. Но сегодня утром ларек не работает, а это уже необычно. Взглянув на продавщицу, увидел, что девушка очень расстроена, а в глазах – слезы.

– Леночка, доброе утро! Вы не работаете? У вас что-то случилось? Я могу помочь?

– Посмотрите, что у меня творится…

Александр заглянул в ларек. На полу валялись разодранные коробки с печеньем и чипсами. Также были разорваны пачки с пакетированным чаем.

– Хозяин говорит, что я виновата и должна платить за испорченный товар. Испорчено на недельный заработок… Так-то денег еле хватает, а тут такое…

– Но ведь это… мыши. Вы тут причем?

Но Леночка не ответила, а отвернулась и стала тихонько всхлипывать. Александру было жалко девушку, и рад бы помочь, да у самого денег не было. Утешить? Словами не поможешь. Он еще раз посмотрел в ларек и увидел на полу, около разорванной коробки, когтистый след с длинными пальцами. Осмотрел землю около ларька и увидел еще несколько таких же когтистых следов! Вспомнил, похожий след видел в кафе, где встречался с Сергеем. «В ларек залез мутант из кафе? Может быть, появился еще один? Или это крысы постарались? Но, судя по следам, только одна… Одна крыса не могла съесть такое количество печенья, – думал Александр Алексеевич, разглядывая разоренный ларек. – Мутант заставлял крысу носить ему печенье? Бред какой-то. Но красные глаза в туннеле, Вовку покусала крыса… Завелись крысы-мутанты, которые заставили обычных мелких залезть в ларек и вытащить для них еду? Но где могут жить такие большие крысы, чтобы их не видели? Пожалуй, только в метро…» Попрощавшись с Леночкой и сказав ей несколько слов в утешение, завтракать пошел в кулинарию. Но по дороге еще несколько раз встречал следы с длинными когтями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.