# Человек, который хотел сказать правду

Артём Соломонов

Студент исторического факультета Матвей Чудинов пишет критический трактат о государственном устройстве. В надежде на поддержку профессора археологии он собирается стать мистификатором. Но не всё так просто: в мире, где свобода слова под запретом, таким, как Чудинов, не место. Да и кому сдалась эта правда? Тем более, когда она у каждого своя.

Огарок дня вот-вот должен был истлеть и исчезнуть, как и большинство других дней в потоке этой бессмысленной, но всё же бурлящей жизни. За окном, как из иллюминатора, будто бы колыхались кипящие морские волны, лил перевёрнутый фонтан, под которым медленно проплывали жёлтые трамваи, а люди… а вечно куда-то спешащие люди, что с них взять, метались со своими нелепыми грибными шляпами: кто на работу, кто с работы, кто на свадьбу, ну а кто на похороны.

В то время обычный студент истфака, Матвей Чудинов, сидел за пыльным письменным столом и чертил по белой и хрустящей бумаге какие-то слова.

И вдруг в глазах Чудинова всё померкло. Мистика? Да вряд ли. Наверное, просто пробки выбило. Надо было сходить и разобраться, в чём дело.

И, почувствовав запах удушающей гари, немедленно направился к выходу, после чего повернулся к трансформатору и резко открыл крышку. От старой проводки выпрыгивал густой дым. Чудинов закашлялся. Ну вот, теперь ему придётся ждать до начала новой недели. Очевидно же, что раньше понедельника ни один электрик даже и не подумает показать свой нос в этом Богом забытом месте. Вернувшись в квартиру, он лихорадочно кинулся к своему столу, открыл ящик и, к счастью, нащупал одну свечу и коробок спичек. Достав спичку, Чудинов ловко зажёг свечу и поставил прямо перед собой. Рядом лежала книга «Государство» Платона.

Спустя некоторое время Чудинов вышел на балкон.

После долгой работы над трактатом ему хотелось подышать свежим и вместе с тем обжигающим воздухом.

И снова он… Этот чёрный силуэт со сверкающими линзами и тлеющим вдалеке угольком, ну точно бельмо в глазу, вечно выглядывающий и что-то такое высматривающий, как разведчик, из своего окна (только бинокля для полного счастья не хватало).

Этакий любитель бутылок из-под алкоголя, снова смокчет сигарету за сигаретой и то и дело бросает вниз свои стеклянные гранаты.

«Чёрт бы его побрал!

Не иначе как дурачок, живущий на пенсию матери или какой-нибудь безработный алкоголик», – подумал Чудинов.

Но как же этому странному типу удаётся выходить в то же время, что и он? Откуда такое завидное постоянство?!

Но… на эти и многие другие вопросы Матвей ответить не мог.

«Возможно, – продолжил он, – это можно расценивать как некое предупреждение:

Если будешь жить на шее у своих родственников, обязательно станешь таким же безвольным дурачком, этаким паразитом… Паразитом», – повторил Чудинов, поймав себя на мысли, что он и сам давно является таким паразитом на теле государства, в котором он прожил более четверти века.

Разве что слабоумием пока что не страдает. Да и то это дело времени.

***

Чудинов вошёл в здание университета, где по пути ему встретился ассистент профессора Белецкого. Того самого профессора, который преподавал на кафедре археологии в их вузе. Согнувшись в три погибели, тот проковылял мимо Чудинова с таким недовольным видом, что студент едва не засмеялся. В руках эта чрезвычайно неприятная личность, напоминающая Вагнера[1], несла простреленный человеческий череп. К слову говоря, с этим ассистентом он не очень-то и ладил. Тот считал Чудинова чуть ли не выскочкой, главным любимчиком профессора. Но парень молча прошёл, сделав вид, что никого не заметил.

Вскоре Чудинов постучался в дверь аудитории.

– Да-да, заходите! – пролепетал старик, рассматривая в очках, точно под микроскопом, чью-то тетрадь.

Чудинов вошёл.

– О, Матвей! Голубчик! Я как раз тебя ждал.

# Примечания

1

Персонаж из трагедии Гёте «Фауст». Вагнер – закостенелая ограниченная личность, невзирая на высокий уровень эрудиции. Ему противопоставляется Фауст, который обладает живым умом.