Надежда Соколова
Врач для нелюдей

Глава 1

– Перевязку я вам наложила. Следующие сутки попрошу не активничать. И пить выданную настойку, – сухо проговорила я, борясь с желанием послать куда подальше красавчика оборотня с перевязанным боком.

Он стоял с обнаженным торсом, которому позавидовали бы многие качки на Земле, и призывно подмигивал мне. Звал развлечься, гад такой. У самого невеста есть, свадьба совсем скоро, я – среди приглашенных гостей. А он!.. Блоховоз! Все они, оборотни, гулены! Особенно с ипостасью кошачьих! Зачем только замуж за них выходят?!

– Спасибо, найра доктор, – мурлыкнул конкретно этот экземпляр со второй ипостасью тигра. – Я могу идти?

«О да, и куда подальше», – мысленно фыркнула я с негодованием. Вслух же произнесла:

– Рецепт для настойки на столике у двери. Предъявите его травнице – она выдаст, что надо. Всего доброго.

Мне еще раз призывно подмигнули, намекая на тесное продолжение общения, не расстроились, что не получили ответа, и дверь закрылась. С той стороны.

Я облегченно выдохнула. Каждый раз при общении с подобными экземплярами мне отчаянно хотелось пересчитать им зубы. Кулаком. Приходилось сдерживаться. Ведь в городе для нелюдей такие как этот пострадавший встречались на каждом шагу. А я, к тому же, работала врачом для нелюдей и драться права не имела.

Я… Врач… Сказал бы мне кто-нибудь еще год назад, что я внезапно перенесусь из такого знакомого и уютного земного мира в мир магический, да еще и стану врачом, единственным в небольшом городке… Точно лекарей душ вызвала бы и в «дурку» умника отправила бы.

Увы… В этом городке порой моя собственная жизнь напоминала «дурку». Врач без медобразования – самое то для работы здесь, как я иногда мрачно шутила про себя. В юности я три года проучилась в медакадемии. Мне нравилась медицина. Я с удовольствием грызла гранит науки. Надеялась, что стану известным медиком, буду практиковать в частных клиниках. Но платили за меня родители. И платили прилично. А потом, в один трагический день, они погибли в автокатастрофе. И у меня не нашлось денег на оплату следующего курса.

Меня отчислили.

Убитая горем из-за потери близких, я практически не страдала из-за отчисления. В пику непонятно кому подала документы на филологический, без проблем прошла на бюджет. И училась уже там, все пять лет. Получила «корочку» бакалавра, устроилась помощником библиотекаря в детскую библиотеку. Благо там всегда был недобор кадров – надолго специалисты в том месте не задерживались. Мне же было все равно, где и кем работать. Работа-дом-работа. Меня все устраивало. Мое начальство – тоже. У меня не было личной жизни. Я дневала и ночевала на работе, изредка появляясь в квартире, оставленной родителями, чтобы привести себя в порядок.

А потом, в свой тридцать третий день рождения, я увидела сон, очень яркий такой, словно изображавший реальность. Седой низенький мужчина спросил, не надоело ли мне издеваться над собой и растрачивать свою жизнь по пустякам.

Я тогда только плечами пожала.

– Меня все устраивает.

– А если подумать? – вкрадчиво спросил мужчина. – Отпуск в небольшом городке, с милыми соседями и полным отсутствием преступности.

– А взамен? – насмешливо спросила я, ни секунды не поверив услышанному. Впрочем, сон же. Здесь может произойти что угодно. – Бросаться в горящие избы и коней на скаку останавливать¹?

– Соседей лечить.

– Я не медик.

– Но ты училась в мединституте.

– Всего три года.

– Твоим соседям хватит. Они редко болеют. А наложить жгут или повязку ты точно сможешь.

Эх, если бы я тогда понимала, что дело происходит не во сне! Если бы до меня дошло, что такие щедрые подарки просто так не делаются!

Но я была свято уверена, что сплю! И потому, дурында такая, согласилась!

Ну и проснулась уже в другом мире, в городке с нелюдями. Сюрприз, да. Для обеих сторон.

Я проснулась на кровати с периной, в одноэтажном доме с тремя комнатами, санузлом и кухней. Вспомнила сон, оказавшийся не сном, и выругалась, от души.

Теперь мне предстояло обживаться в месте, о котором я ничего не знала. И самым ужасным было то, что у меня с собой не имелось вещей, вообще, никаких. Я попала непонятно куда в своей ночнушке.

Встав с постели, я обследовала помещение. Оно показалось мне нежилым. Как будто хозяева выехали отсюда много месяцев, а то и лет, назад и не собирались возвращаться.

Впрочем, теперь здесь была хозяйкой я. И мне предстояло наводить тут порядок.

В доме оказалась одежда моего размера, будто специально сюда подкинутая. А еще – посуда и мебель. Так что можно было потихоньку обживаться.

Неизвестный дед соврал: народ в странном месте болел довольно часто. Ну, для меня, не имеющей образования и опыта работы. В первый же день работы ко мне пришли с жалобами гном, вампирша и оборотница. И, как ни странно, я словно знала, чем они болеют и как их лечить. Необходимые знания мгновенно всплывали в моей голове, стоило только посмотреть на пациента.

И я освоилась, со временем, конечно, не сразу, влилась в жизнь небольшого городка, оказалась здесь единственной представительницей людской расы, или человечкой, как меня здесь называли.

И снова: работа-дом-работа. Все свободное время я читала книги по медицине, которые нашлись в лечебнице и в моем теперь уже доме. Не получала, а освежала знания. Как будто кто-то позаботился о том, чтобы я заранее смогла воспользоваться всей нужной информацией.

Лечебница находилась в десяти минутах ходьбы от дома, что было удобно. За домом сами собой выросли грядки с лечебными травками, из которых я приготавливала себе целебные чаи.

Еду мне приносили благодарные пациенты. Ну, или я покупала ее в продуктовых лавках за деньги, которые мне выплачивались за работу.

И проблем в моей жизни, считай, не было. Единственное, что… о Земле я вспоминала довольно часто. Думала и своей квартире, о работе в библиотеке, о привычных условиях. Да обо всем… Думала и страстно желала вернуться домой.

Вот только контракта под рукой не оказалось (да и был ли он вообще?). И я понятия не имела, когда истечет срок моей работы в городе нелюдей.

В дверь постучали.

– Войдите, – устало крикнула я.

Дверь скрипнула, вырывая меня из размышлений. И в мой кабинет в лечебнице заглянула Арила, старая гномка, маявшаяся радикулитом.

У Арилы была большая семья, и всегда можно было поручить любое задание и детям, и внукам, и даже правнукам. Но это же гномы. Они привыкли работать, пока за Грань не уйдут. И в свои сто двадцать семь лет, почтенный возраст по меркам гномов, Арила и по дому сновала, и с рукоделием сидела, и в огороде копалась. Все сама, все сама. А спина не резиновая. Вот и прихватывало пожилую работницу. И приходила она ко мне, за рецептом для мази.

Глава 2

– Викочка, детка, мне бы рецептик. Совсем спина, проклятая, замучила, – прокряхтела Арила, заходя в кабинет.

Как и другие гномки ее возраста, она была низенькой, кряжистой, с небольшой седой бородкой и внимательным цепким взглядом.

«Вам отдохнуть бы, тетушка Арила, – проворчала я про себя, – а не пахать весь день».

Вслух, естественно, ничего не сказала – смысла не было. Когда одна гномка хотела оскорбить другую, то называла ее лентяйкой. И хуже этого слова было только обвинение в растрате. Так что отдыхать Арила не умела.

– Сейчас выпишу, тетушка Арила, – откликнулась я, усаживаясь за свой рабочий стол.

– Спасибо, детка. Держи вот, пирожков тебе принесла.

На столешницу лег бумажный пакет. С пирожками. И пахло из него просто обалденно!

Мой желудок мгновенно заурчал. Я покраснела. Предатель!

– Поди, не ела ничего с самого утра, – покачала головой Арила.

Я сгребла пакет с пирожками в ящик стола.

– Спасибо, тетушка Арила. Так некогда ж. Вот, перед вами с десяток пациентов было.

Ну, может, не десяток, тут я приврала, чуть меньше. Но народ и правда шел в лечебницу.

– Так ты б перерыв себе сделала, – посоветовала Арила. – Чайку бы попила.

– Сделаю, – я кивнула, заканчивая дописывать рецепт. – Обязательно сделаю. Сейчас запрусь и попью чаю с вашими шикарными пирожками.

Арила мгновенно расцвела. Ну да, доброе слово и кошке приятно, что уж говорить о гномке.

Арила ушла, захватив рецепт.

Я заперла за ней дверь, налила в чашку воды из графина и уселась чаевничать.

Пирожки оказались с картошкой и с луком и яйцом. Я любила и то, и то. Плюс не ела с самого утра. Так что у пирожков не было шансов. Я уничтожила их как класс за несколько минут, затем встала, подошла к рукомойнику в углу комнаты, помыла руки, привычно посмотрела на себя в зеркало.

С той стороны на меня уставилась миловидная шатенка с карими глазами, среднего роста, худощавая, одетая в длинный белый халат. Виктория Иномирцева, приятно познакомиться.

Да, вот так моя фамилия стала «говорящей». Кто бы мог подумать. Никто из местных понятия не имел, что я попала к ним из другого мира. Да им и не интересно было. Живет себе человечка рядом, и пусть живет. Работает исправно, не наглеет. Что еще надо? Правильно, ничего.

Насколько я поняла из разговоров, людей в городе не было, ну, кроме меня. Да и, возможно, во всей округе я была единственной представительницей своей расы. Не сказать, чтобы я сильно горевала по этому поводу. Скорее, меня раздражала снисходительность, с которой представители некоторых рас смотрели в мою сторону. Мол, человечка же. Что она там может/умеет? При этом, как только им нужна была помощь врача, первые бежали в больницу.

Закончив есть, я воспользовалась перерывом в работе и приступила к чтению. Что в доме, что здесь, было не так уж много книг. И все – на тему теории и практики в медицине. Я использовала каждую минутку, чтобы пополнить знания. Мало ли, когда и в каком случае они пригодятся.

Сейчас я открыла учебник под названием «Анатомия гномов» и погрузилась в чтение.

«Гномы, как правило, имеют небольшую ростовую характеристику (около одного-полутора метров), – утверждала книга. – У них пропорционально крупные головы и короткие конечности, а также мощное телосложение, высокая крепость и выносливость. Гномы обладают прочным скелетом, который позволяет им заниматься физическим трудом и выживать в суровых условиях. У них уникальная структура костей, обладающих повышенной плотностью».

Я пробегала глазами текст, строчку за строчкой, старательно впитывая информацию, и уже перешла к репродуктивной системе, когда в коридоре раздались торопливые шаги. А затем в дверь постучали.

– Войдите! – крикнула я, отложив учебник.

Дверь отворилась. На пороге появился вампир с дриадой на руках.

– Найра доктор, она не дышит, – растерянно сообщил он. – Я ее на окраине города нашел. Лежала и не дышала.

Я только вздохнула, про себя, правда. Вампира я не знала. Он был одет бедно и, скорее всего, жил в рабочих кварталах, подальше отсюда. Потому и пересекаться с ним я никак не могла. А вот дриада была мне хорошо знакома. Ванесса Ольгерская. Дурная девчонка, любительница экспериментов. Сколько раз я предупреждала ее:

– Ванесса, хватит. Доиграешься же.

Она лишь весело смеялась и пожимала плечами.

– Так больше в этой глуши делать нечего. Скучно же, Вика.

Ну и вот, пожалуйста, лежит без сознания на руках у вампира.

В том, что Ванесса «не дышит», я сомневалась. Не так уж и легко убить дриаду, привязанную к Материнскому древу.

А вот лечить ее мне придется. Ну да. Она экспериментирует – я лечу. Отличное распределение обязанностей, блин.

Глава 3

– Положите ее на кушетку, пожалуйста, – я кивнула на лежанку у стены. – Не беспокойтесь, дриады – живучие существа.

Вампир исполнил мою просьбу, бесцельно потоптался несколько секунд у двери и вышел. Дверь закрылась с той стороны.

Я встала со своего места, подошла к шкафчику в дальнем углу комнаты, достала оттуда несколько мензурок и смешала их содержимое. Ядреная смесь получилась. Но Ванесса сама виновата. Не стоило терять сознание.

Я направилась к дриаде, приподняла ей головы и уверенным жестом влила в полураскрытые губы несколько капель смеси.

Один, два, три…

Ванесса заверещала как резаная, распахнула глаза и буквально подлетела с кушетки к потолку.

– Доброе утро, – язвительно поздоровалась я снизу. – Как спалось?

– Стерва, – выплюнула Ванесса, возвращаясь «на землю». – Ты зачем в меня эту гадость влила?!

– Вампира пожалела.

– Какого еще вампира?!

– Который нашел тебя, полутруп, на окраине города.

И – о чудо! – Ванесса покраснела, смутилась.

– Я не рассчитала расстояние, – буркнула она. – Прыгнула слишком далеко!

– Ты прыгнула, а у мужика чуть инфаркт не случился, когда он тебя обнаружил.

– Да что ему сделалось бы! Вампиры живут почти что вечно!

– И поэтому их надо пугать полумертвыми дриадами?

– Стерва!

– Повторяешься.

– Блин, Вика! Ты же человек! Вы же должны быть тихими, скромными, запуганными! А ты?!

– Кому должна, я все прощаю. С тебя три золотых.

– Да за что?!

– За потраченные средства. Не хочешь платить – вызову Роберта.

Робертом звали наше начальство. В смысле, начальство всего городка. Мэра, то есть. И был он трехтысячелетним вампиром. Роберт Кайосар, если быть точным.

Роберта боялись все, вот вообще все. Он умел читать мысли, чувствовал свою родню по зову крови и держал в стальном кулаке весь город.

И именно Робертом я пугала своих строптивых пациентов типа Ванессы.

– Не надо Роберта, – скривилась она. – Заплачу я. Тебе на личный счет?

– На счет больницы.

– Даррахаш дортон горрасар!

– Тебе приплюсовать еще два золотых за сквернословие в стенах лечебного учреждения?

– Стерва!

– Третий раз. Ванесса, у меня сегодня был нелегкий день. Так что не доводи меня.

Ванесса попыталась разделать меня взглядом. Не смогла. Силенок маловато.

Пока она приходила в себя на кушетке, я выписала чек. Вот с ним-то Ванесса и отправилась в самый крупный (ну и единственный, что уж врать-то) банк нашего городка «Золотой дом». Банк держали гномы, одна семья. Дом был самым обычным, ни разу не золотым. Зато звучало, да. И, судя по тому как активно строился глава семьи гномов, Жорис лорт Горсантский, банковское дело приносило ему очень неплохую прибыль.

После Ванессы у меня было целых полчаса тишины и покоя. Я специально засекала по песочным часам, так как подобная роскошь случалась со мной не очень-то часто. Так что я сидела на своем стуле, пытаясь расслабиться и ни о чем не думать.

Затем послышалось хлопанье входной двери, потом – частый топот. И в мою комнату вломились трое подростков. Тролль, орк, оборотень. Каждый из них – с травмами, не смертельными, мелкие порезы, гематомы и так далее. Но каждому хотелось наложить повязку и покрасоваться перед дружками своими «ранами».

– Я вас родителям сдам, – пригрозила я в сердцах. Ну не дают же отдохнуть несчастному врачу! – Пусть сами ваши синяки лечат. Арти, тебе не стыдно? Ты же волк. У тебя все заживет уже через полчаса, с твоей-то регенерацией!

Дети потупились.

– Найра² доктор, это ж весело – с повязкой походить. Все жалеть сразу начинают. Ну найра доктор, – заканючил тот самый Арти, малолетний оборотень со второй ипостасью волка, живший через три-четыре дома от меня.

– А подставлять врача тоже весело? – я сурово сдвинула брови к переносице. – Что я вашим родителям скажу, если они разбираться придут? Я обязана им про ваши травмы докладывать.

– Так то касается сложных и опасных травм, найра доктор, – прогудел Лорсон, тролль, в свои десять лет уже почти достававший до потолка этой комнаты.

– И все-то вы знаете, – проворчала я.

Но повязки все же налепила. Всем троим. И отправила сиявших от радости детей восвояси.

Сама же посмотрела на те же часы. В принципе, еще десять минут можно посидеть, и домой. Рабочий день окончен. Теперь без серьезной необходимости ко мне никто не обратится. Радикулиты, порезы и головные боли однозначно подождут до утра. А у врача законный отдых. И крепкий сон.

Надеюсь.

Глава 4

На этот раз боги данного мира были ко мне благосклонны. И в нужное время я взяла рабочую сумку, закрыла свой кабинет и ушла домой.

Я неспешно шагала по мощенному крупным камнем тротуару, изредка раскланивалась со знакомыми и думала, что здесь, в тихом провинциальном городке, при желании можно провести всю жизнь.

Хоть я и родилась в большом городе, жизнь там казалась мне излишне шумной. Деревню я не любила из-за необходимости копаться в земле. А вот такой тихий городок был тем самым местом, в котором я чувствовала себя спокойно и уютно.

И плевать на все, даже на неприкрытый шовинизм³ местных жителей. Мол, раз человечка, то обязательно должна быть тихой, скромной, безответной. Шиш им всем.

Мой дом, одноэтажный, с недостроенной мансардой, ничем не выделялся среди остальных домов этой местности.

Я дошла до невысокой ограды, открыла ключом калитку, огляделась.

Расставленные по периметру магические маячки подсказывали, что никто чужой на территорию не проникал, не пытался залезть в дом. Я удовлетворенно улыбнулась. Первые дни моего появления здесь мальчишки всех рас упорно пытались взломать защиту, просто так, ради спортивного интереса. И потом прибегали ко мне же за лечением их небольших ран и неглубоких порезов. Теперь вроде поумнели и больше не лезут.

Я открыла дверь дома другим ключом, перешагнула порог, устало улыбнулась. Вот и еще один рабочий день завершился. Теперь можно что-нибудь перекусить и завалиться на кровать с книжкой.

В оконное стекло настойчиво постучал магический вестник. Темно-синяя летучая мышь. Искусственная, не живая.

Я сдержала тяжелый вздох, так и рвавшийся из груди.

Да, просто так перекусить не выйдет. Тетушка Дориса настойчиво зовет на ужин. Откажу – смертельно обидится.

Тетушка Дориса была горгульей. И именно она первая наткнулась на меня в этом доме.

Как сейчас помню: я заканчивала осматриваться в доме, когда в открытую дверь вломилось черное нечто. Вломилось тяжело дыша и изредка порыкивая, будто от с трудом сдерживаемой боли.

– Эй, девка! – выдало нечто. – Бабка Сарита где?!

– Понятия не имею, – я пропустила девку мимо ушей, списав подобное невежливое поведение на странное состояние гостя. – А вам помочь?

– Да что ты можешь, человечка!

– Например, болт из вашего крыла вытащить, – я сказала это прежде, чем подумала. Как будто кто-то нашептал нужные слова. – Но если хотите, ждите ту Сариту.

Еще один рык. Затем отчаянное:

– Вытаскивай! Убью сволочей!

Кого именно собиралось убить существо, я не знала. Но дело свое сделала быстро и аккуратно. Опять же: как будто мной кто-то руководил. Сама я в жизни не справилась бы ни с железным болтом в кожаном крыле, ни с обезболиванием пациентки.

– Ну надо же, – выдало нечто, когда я закончила. – Человечка, а что-то умеет.

– Вы очень любезны, – холодно заметила я, раздосадованная подобной «похвалой». – Помощь вам оказана. А теперь будьте добры, покиньте мой дом.

– А ты вообще кто? – догадалось спросить нечто, и не думая уходить.

– Врач. Работать буду в этом городе, – ответила я.

На меня с изумлением посмотрели черные глазки-бусинки. А затем нечто громко и весело расхохоталось.

Глава 5

Вот так я и познакомилась с тетушкой Дорисой. Как только зажило ее крыло, она совершила оборот и превратилась в довольно симпатичную женщину средних лет. Немного резкие черты лица не портили ее внешность. А вот шовинистические взгляды… О, это меня откровенно в ней бесило!

Как же, человечка, и работает среди нелюдей. Да быть такого не может! Да ее же непременно соблазнят оборотни, растопчут тролли, обложат по матушке орки! И вообще! Человек среди нелюдей не может находиться! Точка.

Наверное, поэтому тетушка Дориса и взяла меня под свое неофициальное покровительство. Не раз и не два я слышала от своих пациентов самых разных рас один и тот же вопрос:

– А горгулья Дориса ваша родственница, да? Она так о вас переживает!

Приходилось усиленно улыбаться и заверять, что я – человек, с Дорисой у меня отношения только лишь дружеские. Народ кивал, делал вид, что верит. И только.

Практически каждый вечер Дориса звала меня на ужин. Нет, конечно, случались дни, когда она улетала куда-то с визитом. Но это было крайне редко. И в такие вечера мне обычно доставлялась на дом продукция, которой можно было кормиться неделю как минимум.

Сегодня Дориса сидела дома. А значит, мне нужно было идти ужинать вместе с ней.

Я и пошла. Даже переодеваться не стала.

Жила Дориса через два здания от меня. Считай, ближайшие соседи, так как те здания были нежилыми.

Я подошла к двухэтажному дому из серого камня, постучала в дверь. Ручка в виде толстой змеи, свернувшейся кольцом, зашипела.

– Я могу и уйти, – предложила я.

Дверь открылась. Мгновенно.

– Я тебе уйду, – проворчала Дориса, стоявшая за порогом. – Опять весь день ничего не ела. Одни ребра торчат! Ну какой мужик на тебя, такую скелетину, взглянет?!

– И вам добрый вечер, тетушка, – улыбнулась я, перешагивая порог. – Так я ж уже говорила: не нужен мне мужик.

– Нужен, не нужен, а ты девка молодая, замуж пойдешь, дитя родишь, – категоричным тоном заявила Дориса, пропуская меня мимо себя на кухню.

Сама Дориса была дамой одинокой, о своей жизни рассказывать не любила. А вот меня буквально мечтала выдать замуж. Ну и потом обязательно детей моих понянчить. Мое мнение здесь в расчет не принималось.

По длинному полутемному коридору я вслед за Дорисой дошла до просторной светлой кухни.

Все как в гнездах тех из горгулий, которые предпочитали жить в дикой природе. Чтобы добраться до света, вылупившийся птенец должен был пролезть через защитный пласт какого-нибудь сена или просто чуть подсушенной травы. Не пробрался? Сиди внутри, набирайся сил. Мать тебя и так накормит.

Вот и я чувствовала себя таким птенцом, которого сейчас собирались кормить.

Горгульи, как и оборотни, любили мясо, во всех видах. Передо мной на стол всегда ставилось тушеное или жареное. Сама Дориса была не прочь закусить и сырым, но только не при мне. И хотя я уверяла, что не вижу в этом ничего такого, Дориса считала, что люди – раса слабая, а человеческие женщины так вообще обязаны падать в обморок от любой мелочи. И, оберегая мое здоровье, в том числе и психическое, Дориса не ела при мне сырого мяса.

Я уселась на стул с высокой спинкой. Дориса поставила передо мной тарелку с шарками, местными котлетами. Отдельно – тушеные овощи. Чуть поодаль – пирожные и компот. Что называется, приятного аппетита.

– Чтобы все съела! – последовал приказ.

«Как скажете, мамочка», – вертелось язвительное у меня на языке. Но я привычно сдержалась, улыбнулась и кивнула. Все я, может, и не съем. Но душу Дорисы своим аппетитом порадую.

– Кто тебя вообще сюда отправил? – привычно проворчала Дориса, с умилением наблюдая, как я орудую вилкой. – Задохлик же! Ну вот что ты можешь, особенно если к тебе попадет тот же раненый тролль? В тебе же даже магии нет!

Любимая тема Дорисы – отправили ребенка на убой, сволочи.

Я уже даже не отвечала – смысла не видела. Просто молча ела, стараясь не вслушиваться в ворчание. Сама я себя ребенком не считала. Теория всплывала в моей голове в случае необходимости. Практика… В общем, здесь тоже все было едва ли не идеально. Думаю, и с раненым троллем я справилась бы без труда.

А магия… Ну что магия? Как будто она являлась чем-то жизненно необходимым. Вон у моей предшественницы, бабки Сариты, магия точно была. И что? Исчезла Сарита, как и не было ее. И подозреваю, что к этому приложил руку тот тип, с которым я подписывала договор. Иначе откуда он знал, куда меня селить?

Глава 6

Поужинав, я поблагодарила Дорису за гостеприимство и вернулась к себе. Вымылась под душем, переоделась в ночнушку и завалилась спать. Охранные амулеты, висевшие у двери, предупредят, если в дом попытается проникнуть кто-то чужой. Но это вряд ли. Народ, сплошь нелюди, считал делом чести охранять сон слабой человечки. Так что за время проживания здесь я еще ни разу не сталкивалась с какими-то серьезными бытовыми трудностями.

Заснула я быстро, спала крепко. И проснулась утром под крики виверны⁴.

Виверн здесь считали кем-то вроде земных петухов и держали во дворах в основном из-за резкого и громкого голоса. Такую живность и не хочешь – услышишь.

– Чтоб тебя ощипали вместо петуха, – пробурчала я пожелание этой гадине, оравшей в соседнем дворе.

Но пришлось вставать. Очередной рабочий день, вряд ли простой. А вечером очень желательно попасть на свадьбу вчерашнего оборотня. Его невеста меня с таким жаром приглашала, что было бы неловко не прийти.

С этими мыслями я кое-как соскребла себя с постели, потащилась в душ, там вымылась…

Затем вышла на свою небольшую кухоньку и привычно приказала:

– Огонь под самой большой конфоркой. Чайник поставь.

Жившая в моем доме саламандра затанцевала на язычках пламени. Чайник сам собой отправился на конфорку.

Сейчас выпью чай с остатками печенья, и можно на работу собираться.

И очень хочется верить, что сегодня я буду просто перекладывать бумажки, с места на место, да.

Горячий травяной чай – подарок кого-то из благодарных пациентов – убирал сонливость и придавал энергии. Так что из-за стола я встала уже не такая вымотанная.

Отметив про себя, что после работы надо бы зайти в продуктовую лавку орчихи Жарры, накупить всего и побольше, вдруг Дориса куда-то улетит и забудет обо мне, я отправилась переодеваться.

Желудок недовольно бурчал, подсказывая, что кормить его надо сытнее и чаще. Но в доме ничего готового больше не осталось. А сырое… На него у меня не было времени. Так что и сегодня я пойду на работу, скажем так, не совсем сытая.

Надев свою белую униформу – блузку и юбку, – я подхватила рабочую сумку и вышла из дома.

Всего несколько минут прогулки по пустынным улицам – и я на работе, в лечебнице.

Здесь, в просторном светлом здании, кроме моего кабинета, была отдельная операционная, плюс – комната для бухгалтера, столовая для голодных работников и пациентов и аптека, или помещение для травницы – на самом входе в лечебницу.

Травницей здесь работала кикимора Риана. Высокая, худая, «с недобрым взглядом», как про нее говорили все вокруг, она прекрасно разбиралась во всей местной флоре.

А еще видела сглазы, порчи, наговоры и прочую чушь. Горожане утверждали, что она же их и накладывала.

Насчет последнего я была не уверена, но на всякий случай с Рианой старалась не спорить и не ругаться. Мало ли что…

– Доброе утро, – улыбнулась я, переступая порог лечебницы. – Что нового?

– Проверяющий к нам едет. Из самой столицы, – сообщила Риана, сидя за стеклянной перегородкой, в самой аптеке. И впилась цепким взглядом в мое лицо.

Я вздохнула.

– Сделай скидку, пожалуйста, на мое иномирное происхождение. Что страшного в проверяющем?

Риана скривилась.

– Человечка. Вот кто тебя учил, а? Это же столица! А мы – глубокая провинция! И последний раз проверяющий приезжал сюда лет двести назад, если я правильно помню. Повода не было. А недавно тут появилась ты. И повод для проверяющего приехать.

– То есть это из-за меня сюда едет тот самый ревизор, тьфу ты, проверяющий? – недоуменно уточнила я. – Спасибо, теперь я буду чувствовать себя важной птицей.

– Смотри, Вика, уволит он тебя, – словно бы пригрозила Риана.

– За что? – удивилась я. – У меня нет нареканий. На меня никто не жалуется. Работаю я исправно. За что меня увольнять?

– Ты – человек, – отрезала Риана. – А это – уже веский повод.

– Шовинизм это, а не веский повод, – решительно ответила я. – В законах нигде не написано, что человек не может работать врачом. Впрочем, пусть увольняет, если хочет.

«Посмотрим, как ему это удастся», – ехидно добавила я про себя. Тот мужик, с которым я подписывала договор, наверняка и появление проверяющего предусмотрел.

Пожелав Риане доброго дня, я решительным шагом направилась в свой кабинет.

Проверяющий проверяющим, а работать надо. Пусть он сначала доедет до нашего скромного городка. А уж потом мы с ним поговорим. Я – не какая-то там тихоня, и в обиду себя давать не собиралась.

Глава 7

Не успела я расположиться за своим рабочим столом, как в коридоре послышались шаги. И буквально сразу же в дверь постучали.

– Войдите! – крикнула я.

Раньше, когда я только начинала здесь работать, в мой кабинет вламывались, как к себе домой. Какая там вежливость, о чем вы? Там же человечка! Перед ней, что ли, быть вежливой?

Я как-то в разговоре с Дорисой упомянула об этом факте. И она вручила мне небольшой невзрачный камушек на веревочке. С первого взгляда простой камушек, простая веревочка.

– Повесь над входом, – посоветовала Дориса, противно так ухмыльнувшись.

Я повиновалась.

Следующие двое пациентов, ввалившиеся в мой кабинет, выскочили оттуда как ошпаренные. У одного пошла по телу сыпь аллергического характера, другой плотно засел в туалете.

Еще двое заполучили икоту и заикание, ненадолго, на сутки примерно.

Народ намек понял. И больше без спроса ко мне старались не вваливаться.

Между тем дверь открылась. И на пороге встала орчиха с орчонком, явно сыном или племянником – уж очень сильное у них было сходство.

– Найра доктор, он понюхал арчутку длинную. У него глаза слезятся! – с волнением произнесла она.

Я подавила вздох. Дети. И вот сколько ни говори им, что можно, а что нельзя, все равно будут делать по-своему. И искать приключения на свои части тела.

Арчутка длинная считалась ядовитым растением, к которому даже подходить нельзя было. Она могла достигать значительных размеров, вырастать едва ли не по грудь троллю. Отличалась крупными темно-фиолетовыми листьями и оранжевыми цветками, которые образовывали соцветия. Обычно росла на обочинах дорог, в зарослях и на распашках⁵. В ее корнях и листьях содержалось какое-то особое ядовитое вещество, которое вызывало сильные галлюцинации и судороги. Каждая раса старалась обходить арчутку по широкой дуге. Никому не улыбалось «познакомиться» с ней поближе и потом валяться на больничной койке несколько дней.

Но то взрослые. А вот дети… Они, как обычно, не желают слушать, что им говорят окружающие. И назло или на спор лезут в заросли арчутки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Намек на фразу из поэмы Н.А. Некрасова «Мороз, красный нос»: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет».

Вернуться

2

Найра – вежливое обращение к женщине. К мужчине – найр.

Вернуться

3

Шовини́зм – идеология национального превосходства, ставящая целью обоснование права на дискриминацию, эксплуатацию и угнетение других народов мира. Шовинизм способствует возникновению и распространению неприязни или ненависти к чужакам, иноземцам, иноверцам, по принципу «не такой – чужой – чужак – враг».

Вернуться

4

Виверна – мифическое существо, разновидность дракона с двумя крыльями и одной парой лап. Часто изображаются со змеиным хвостом, иногда имеющим ядовитое жало.

Вернуться

5

Распаханная земля.

Вернуться