Анна Шайдурова
Метаморфозы

Рассказы

В утопии свет…

На улицах этого города постоянно стоял невообразимый шум. Ледяные руки тишины не имели здесь власти. Каждому новому человеку здесь радовались как старому другу. Бешеный хохот кого-то среди ночи не раздражал даже самых старых людей этого города.

Да разве знал здесь кто-нибудь из них, что такое боль, отчаяние, одиночество? Разве знали они, каково это после трудного рабочего дня около двенадцати ночи лечь в холодную постель, надеясь на скорое забытье, но так и не суметь заснуть из-за стучавших в голове железным молотком мыслей?

Мыслей? Да какие это могли быть мысли?! Серые, бесконечно однообразные мысли, которые лениво застывали среди безмолвия и покоя, не давая мозгу никакой надежды на исцеление…

***

Этим утром Мария с ужасом поняла, что опаздывает… Она это поняла, проснувшись по собственному желанию, без помощи назойливого трезвона будильника… Она сбросила с себя ватное одеяло, соскочила с деревянной кровати. Стоя на ледяном полу босыми ногами, Мария пыталась сообразить, что ей делать дальше. Мозг как будто до сих пор был отключён.

Включив свет, Мария подошла к деревянному шкафу и открыла его дверцу. Раздался скрип. Тяжело вздохнув, Мария вытянула с самой верхней полки шкафа чёрные джинсы и фиолетовую тунику – единственные более-менее приличные вещи, которые у неё имелись.

Взглянув на своё отражение в зеркале, Мария ещё более тяжело вздохнула: прямые, русые волосы, которые доходили где-то до лопаток и кончики которых секлись, бледное лицо и глаза холодного голубого цвета, которые глядели на мир со смертельной усталостью и депрессивной скукой, вряд ли могли вызвать сочувствие у кого бы то ни было. Взгляды других людей проскальзывали мимо Марии и останавливались на хорошеньких блондинках с очаровательными ямочками на щеках и кошачьими зелёными глазами, искрящимися неподдельным весельем.

Мария ещё в сто пятнадцатый раз подумала о том, как несправедливо всё устроено в мире и, не позавтракав, уныло побрела навстречу новому дню.

***

В этом чудесном саду круглый год росли цветы: доверчивые ромашки, нежные лилии, роскошные розы…

За всеми этими цветами ухаживал молодой садовник Георг. Многим людям казалось, что это имя дано садовнику неслучайно. Видно, при его рождении родители уже что-то знали или чувствовали. Его имя напоминало об одном из самых чудесных цветков этого сада: о георгине. Сам Георг лишь чувствовал, что его смыл жизни в этих нежных и кротких созданиях, что ласково касаются его своими лепестками и будто бы пытаются ему что-то сказать…

Сад принадлежал королю этой страны. Люди, которые жили в этом городе, не знали человека справедливее и добрее короля. Именно он создал этот светлый город, именно он бодрствовал день и ночь, чтобы не подпустить к их городу грязь и лицемерие. Именно он своей верой в лучшее и в окружающих его людей, сотворил это чудо.

Их страна была ярким пятном на карте мира. Другие страны насчитывали миллиарды городов, мелких и разобщённых, их страна объединилась в один город, город огромный и могущественный, город, сильный своим единством и безграничной любовью людей друг к другу.

***

Кондуктор в автобусе наорала из-за того, что Мария не сразу показала ей свой проездной.

Мария была в наушниках, но даже сквозь них был слышен визгливый голос женщины, уставшей от жизни, от своей неблагодарной работы, однообразной и бесперспективной, делающей её бездушным роботом, уже давным-давно заучившим все свои действия и слова наизусть. Мария посмотрела на женщину как на надоедливую муху и отвернулась к окну.

Голос женщины остался где-то далеко. Она прошла в противоположную часть автобуса, чтобы портить настроение вновь вошедшим пассажирам.

Мария ушла в свои мысли. Она думала о том, что в своей жизни она очень часто встречалась с грубоватыми людьми. Среди этих грубоватых людей были и откровенные хамы, и пустословы, и лицемеры. Всех этих людей Мария видела насквозь.

Весь мир людей для Марии делился на три части: на тех, кого она откровенно ненавидела, тех, кто не представлял для неё никакого интереса и тех, кого она всем сердцем любила. Таких было меньшинство…

Внезапно автобус резко тряхнуло. На задней площадке автобуса раздался чей-то крик… и Мария поняла, что сонную тишину людей нарушило нечто неприятное. До Марии донеслись обрывки фраз: «…подрезал, чёрт бы его побрал!», «…ногу сломала…», «Нужно вызвать скорую!», «Я подам на вас в суд!»

Толпа, стоящая перед Марией, рассосалась и Мария увидела на другом конце автобуса женщину, которая лежала на полу и громко стонала. Возле неё стоял водитель и как-то виновато говорил: «Держаться надо было…»

«Людей покалечил, Иуда ты этакий! Я тебя засажу куда надо!» – наступала на водителя женщина, стоящая рядом.

Она громко жаловалась, что тоже ушибла ногу и продолжала оскорблять водителя.

Двери автобуса резко открылись и толпа людей стала выходить наружу.

Мария лениво поплелась вслед за остальными… На вынужденной остановке собралось огромное количество неудачливых пассажиров.

Мария смотрела на людей и вновь думала о том, как, должно быть, неприятно сейчас многим людям, умиротворённость и спокойствие которых нарушило это происшествие. В центре находилась та самая женщина, которая так кричала на водителя. В руках она держала горшок с каким-то цветком. Мария удивилась, что только что заметила такой огромный горшок. Женщина продолжала кричать и жаловаться, что ушибла ногу. А затем с пафосом воскликнула: «В этом кошмаре едва не погиб мой цветок! Если бы он погиб, я бы этого не пережила!» Мария едва сдержалась, чтоб не засмеяться. Ей уже порядком надоел весь этот спектакль и поэтому, когда подошёл очередной автобус, девушка тут же вошла в него. Она уже поняла, что сегодняшний день ей нужно посвятить не учёбе в родном универе, а чему-то иному… Но вот только чему? Мария решила довериться интуиции. Пока интуиция подсказывала, что нужно просто ехать… ехать вперёд…

***

Люди этого города ценили оригинальность. Главным преступлением здесь было подражание идеалам. Город был неоднороден, разнолик и бесконечно пёстр. И вместе с тем все люди этого города были едины. Да, здесь ценили Личность. Человек не боялся высказать свою точку зрения, показать своё настоящее Я, человек не боялся быть самим собой. Никто никогда здесь не надевал на себя маску. Маски лицемерия, показного равнодушия, деловой сдержанности уже давным-давно были здесь выкинуты как ненужный хлам.

Люди этого города обезоруживали своей добротой, бескорыстием, честностью и преданностью своему королю. Что такое предательство, эгоизм и тщеславие? Жители этого города даже понятия не имели, что где-то существует лишь холодный расчёт, презрение к слабым, желание добиться успеха любой ценой.

Любовь – смысл всего. Об этом говорили и продолжают говорить многие, но только здесь в это верили по-настоящему. Мощный, бурлящий поток всеобъемлющей Любви не оставил одиночеству, боли и подавленности никакого шанса.

Именно здесь рождались истинные поэты и художники, которые творили, зная, что их творения найдут отклик в сердцах многих людей.

Только здесь никогда не плакали маленькие дети…

***

За окном моросил дождь. Сентябрь подходил к концу. Мария думала о том, что её время стремительно уходит. Те дни, которые могли бы быть потрачены на что-то светлое и прекрасное, безвозвратно тонут в пучине одиночества и однообразия. Марии ненавистно было вспоминать о своём прошлом, тоскливо и пасмурно ей было в сегодняшнем настоящем, разочарование накапливалось в её душе и сдавливало все чувства внутри своей неимоверной силой…

Мария спала… спала с открытыми глазами всю свою сознательную жизнь. Мария чувствовала, что вечно так продолжаться не может. Как-то нужно было поменять свою жизнь… Но как только в мыслях звучало слово перемена, что означало: крах старого, пустого, нелепого, руки Марии опускались сами собой. Она понимала, что слишком слаба для того, чтобы изменить свою жизнь…

…Увидев в окно железные ворота парка, Мария подумала о том, что здесь, возможно, ей удастся привести свои мысли в порядок. С чего вдруг Марии пришло в голову именно сегодня этим заняться, девушка не могла объяснить даже самой себе…

…В пустынном парке Мария равнодушно начала рассматривать умирающие деревья.

«Жизни нет… всё умирает, ломается, теряет свою первоначальную силу…» – думала она.

Когда-то девушка была сильна своей верой в будущее, в лучшую жизнь, что её поджидает за очередным поворотом. Она шла медленно, но уверенно вперёд, ожидая перемен… Но впереди не было ничего нового… Всё те же чувства, те же эмоции… История повторялась.

Мария начала испытывать сильнейшую скуку от всего, что её окружало. Медленно, но верно она становилась роботом. Роботом, который имел свои обязанности, но не имел права на счастье… Так считала девушка и не было в мире ничего, что могло бы её переубедить. Марию интересовал финал, то, к чему она, в конце концов, придёт.

«Хотя, к чему я, собственно, могу прийти? Я буду менять место обитания, свой социальный статус, но жизнь вокруг меня всегда будет одна и та же, потому что внутри меня всё одно и то же…

Я безнадёжна… Как всё нелепо и пусто!»

***

– Как же всё прекрасно!

В этом городе очень часто звучала такая фраза. Маленькие дети кричали об этом на всю улицу своими звонкими голосами, напоминающими серебряный колокольчик, прелестные девушки со свойственной им мечтательностью говорили об этом шёпотом, прикрывая глаза длинными, пушистыми ресницами… Кто-то произносил эту фразу как аксиому, кто-то с лёгким удивлением, кто-то с бесконечным наслаждением…

Каждый человек этого города мог заниматься своим любимым делом. Здесь было невероятно много уличных художников, которые рисовали картины прямо на асфальте. О, какие это были картины! Одни художники усыпали асфальтированные дорожки пурпурными и нежно-розовыми цветами, другие дарили городу ночное покрывало с серебряными звёздами, третьи находили, что по городскому асфальту непременно должны пройтись львы с косматыми гривами и пятнистые леопарды…

Те люди, что не умели рисовать, играть на инструментах или писать стихи, но имели тягу к литературному творчеству, развлекали жителей юмористическими рассказами и сказками, выходившими из-под их пера… Многие из них становились прекрасными журналистами, которые писали обо всех интересных и значимых событиях, происходящих в городе. Свои статьи журналисты писали тонкими, гусиными перьями на маленьких белоснежных свитках. После написания свитки разносились по городу курьерами. Каждый журналист имел своего курьера. Курьером становился, как правило, либо близкий друг, либо родственник. Своему курьеру журналист дарил велосипед, на котором курьер развозил по городу свитки с написанными на них статьями. Свитков было столько, сколько за ночь успел написать журналист.

Кто-то считал утомительным переписывать одну и ту же статью со свитка на свиток, но журналисты любили все стороны своей деятельности, даже такую не творческую, а потому к утру на столе журналиста всегда лежало большое количество свитков со свежим материалом. Приехавшему курьеру оставалось только уложить все свитки в свою почтальонскую сумку и отвезти их к людям…

***

Мысли Марии плавно текли вперёд. Подумав о том, что весь мир можно было бы изобразить одной тонкой, серой линией, Мария пришла к выводу, что она, похоже, слепа.

«Не видеть даже намёка на счастье – это ли не отсутствие зрения?.. Да, естественно, в том, что со мной теперь происходит, виновата я сама. Я не живу, я просто существую. Я просыпаюсь, зная, что наступивший день не принесёт ничего нового, а вечером я засыпаю лишь с мыслями о том, что завтра меня ждёт ещё один пустой день, а послезавтра ещё один, и ещё один… и ещё…»

В самой глубине парка стояла скамейка пепельно-серого цвета. Эта скамейка, укрытая листьями могучих клёнов, и стала временным пристанищем Марии. Девушка села на скамейку и закрыла лицо руками, но не заплакала. Плакать, в общем-то, было не из-за чего. В жизни Марии не произошло никакой беды.

«Просто в моей жизни вообще ещё ничего не произошло… ничего… ничего… Да, всё-таки я ничтожество… Пустой, серый обыватель. Я просто не могу. Ничего…»

Чаще всего, общаясь с ней, парни ей говорили: «Ты вполне ничего…»

«Потому что я действительно ничего. Я ничто, я пыль, я бледная тень, жертва самой себя… Да как же жить, когда я такая… пустая?»

…Казалось бы, это пустынное, укрытое от чужих глаз густыми кронами деревьев, место просто создано для таких, как Мария.

Поразмышлять о своей жизни в этой чуть зловещей тишине, чтобы ещё сильнее потрепать свои и без того истерзанные нервы, подсчитать количество неразрешённых проблем, подумать в сотый раз о том, какое ты всё-таки ничтожество, какой ты всё-таки бесталанный, пустой обыватель, вспомнить как мало ты сделал в этом мире для себя, а для других ещё меньше, подумать о том, что ты уже устал от такой жизни и признать то, что ты не в силах ничего изменить, выдавить из глаз несколько жалких слезинок и после зачем-то долго смотреть вперёд, ничего перед собой не видя…

О, как много увлекательных, незабываемых занятий для одинокой, потерявшейся в этой жизни девушки!..

Мария была на сто десять процентов уверена, что её в этом отдалённом от городской суеты месте в столь ранний час и в столь неблагоприятную погоду (дождь всё ещё моросил) никто не потревожит. Ан, нет! Вскоре до ушей Марии отчётливо донёсся звук шаркающих шагов.

Мария как ленивая кошка медленно повернула голову в ту сторону, откуда исходил звук, и увидела человека, подходящего к её скамейке…

Этот человек был высокого роста, худощав, одет в чёрное, длинное пальто и чёрную шляпу, надвинутую на лоб так, что не видно было глаз…

Первое чувство, которое испытала Мария, увидев, что этот человек присел на скамейку рядом с ней, было раздражение. Надежда на то, что ей удастся побыть в парке в одиночестве, даже в столь неприятную погоду, рассеялась как дым…

«В парке с десяток скамеек, а он уселся именно на мою!» – Мария готова была зарыдать от злости.

Человек между тем зачем-то огляделся по сторонам, чему-то улыбнулся и, наконец, посмотрел на Марию, поправив перед этим свою чёрную шляпу так, что Мария получила возможность увидеть его потрясающие тёмно-синие глаза. Увидев лицо человека, девушка мгновенно поняла, что этот молодой человек немногим старше её, хоть и одет он был несколько странно для сверстников Марии.

– Добрый день, дорогая! – произнёс он слегка хрипловатым голосом. – Погодка у вас тут, конечно, ничего себе! – он усмехнулся.

– Простите… разве мы с вами знакомы?

– Нет, милая девушка, мы не знакомы. Но это ничего не меняет.

– Простите…, не могли бы вы выражаться более ясно?

– Милая Мария, прошу вас, не разочаровывайте меня! Пожалуйста, не производите впечатление обормотки, которой важна лишь бренная сторона жизни.

– Как вы меня… назвали?..

– Прошу прощения, я ни в коей мере не хотел обидеть столь прелестное создание своим нелепым сравнением…

«Ему явно нечем заняться… Но развлекаться, издеваясь надо мной, я ему тоже не позволю!»

– Тогда… я тоже должна попросить у вас прощения… Дело в том… Простите, вы мне не представились…

– Меня зовут Леонид.

– Леонид… Значит, просто Лёня… Так вот, Лёня, я не собираюсь терять своё время на пустые разговоры с незнакомым мне человеком.

– Мария, вы, кажется, не совсем понимаете…

– Да, вы правы, я не совсем понимаю, откуда вам известно моё имя?

– Это самый лёгкий вопрос, который вы могли бы мне задать! Дело в том, что там, откуда я прибыл, о вашей личности известно всё!

– Да… что вы… – Мария растеряно посмотрела на Леонида, пытаясь по его взгляду понять, как ей вести себя дальше.

– В данный момент я прошу вас только об одном: выслушайте меня внимательно, не перебивая. Я не буду говорить вам, где находится это место, и что это за место вообще. Не буду говорить его название. Вам важно только знать, что на свете есть место абсолютного счастья и что ТАМ нет боли, нет одиночества, там всё вокруг наполнено любовью, там люди совершают невозможные поступки, невозможные для вашего мира. Я вижу, что вам сейчас мои слова кажутся нелепостью, да и у меня никаких слов не хватит, чтобы описать то место так, как оно того заслуживает! Стоит только увидеть ту непревзойдённую красоту, ту настоящую жизнь без обмана, тот неповторимый дух свободы, тот ярчайший свет…

– Я вижу вы умеете говорить красиво…, но лучше приберегите своё красноречие для кого-нибудь другого, мне недосуг слушать ваше…

– Да-да, простите, вы тысячу раз правы! Слова сейчас ни к чему, вам нужно всё увидеть самой! Закройте глаза и вы сумеете постичь великолепие нашего мира…

Его голос убаюкивал Марию, она против своей воли закрыла глаза и растворилась в чернильной темноте…

***

…Огромное солнце закрыло пол неба, здороваясь с проснувшимися жителями. На площади у здания цирка уже собралось много людей, которые мечтали попасть именно на это самое ранее представление, чтобы поприветствовать любимого дрессировщика Джералда, только что вернувшегося из свадебного путешествия.

Мария стояла чуть в стороне, прислонившись к тёмно-зелёной осине. Видя, с каким нетерпением люди смотрят на закрытые двери цирка, она только посмеивалась про себя.

Внезапно позади неё послышалась нежная музыка флейты. Обернувшись, она увидела Лео и засмеялась:

– Для кого ты здесь, интересно, играешь? Все люди сейчас на площади, ждут, когда двери цирка, наконец, распахнутся.

Он улыбнулся.

– А почему я слышу в твоём голосе столько неприкрытой иронии? – спросил он, бросая флейту на мокрую траву.

– Просто я впервые вижу такое оживление у здания цирка.

– Вот как? А у нас здесь часто такое происходит. К тому же, Джералд сегодня возвращается к любимым пуделям.

– В каком смысле?

– Джералд месяц не выступал в цирке, так как женился и вместе со своей любимой отправился бороздить родную страну.

– Здорово. А где они были?

– Они посетили каждый уголок нашего родного города.

– Города? Ты ведь только что сказал, что они путешествовали по всей стране.

– Так ведь наш город и есть вся страна!

…Мигающие огни цирка проводили взглядом очередных гостей. Они вошли в зал, светящийся сиреневым светом, и она подумала: «Кошмар начался…»

Пока на тонких, прозрачных нитях летали воздушные гимнасты, красивые, маленькие девочки ловко танцевали на серебряных и бирюзовых шарах, а высокие и важные фокусники в бордовых смокингах и белых перчатках выделывали чудеса с огнём и золотыми веерами, можно было не волноваться. Но как только на сцене, сверкающей серебряными звёздами, появятся клоуны, начнётся цирковая катастрофа, которая, как всегда, будет заметна только ей… Мария начала вспоминать, как это было в её мире.

За несколько минут эти пустышки с уродливым гримом успевали сделать всё возможное, чтобы она возненавидела их ещё больше.

Отвратительно пища и кривляясь, они бессмысленно бегали по сцене под оглушительный хохот зала. Яркие до безобразия, они то громко хохотали вместе со зрителями, то начинали реветь, по-дурацки морщась и гнусавя… А как эти фальшивые весельчаки раздражали её своими грубыми и жестокими насмешками над зрителем, в которого они впивались своими глазищами, когда им надоедали безобидные шутки. Им требовался «чувствующий предмет». Найдя жертву в зале, клоун начинал тренировать уже на ней своё остроумие.

Конечно же, клоун всегда чувствовал себя хозяином положения и придумывал самые изощрённые издевательства над «избранной» жертвой, которые почему-то на ура воспринимались остальной публикой…

Пока Мария размышляла о реалиях цирка в своём мире, на здешнюю сцену уже выбежала очаровательная девочка с маленькими, золотыми искрами. Выступив, девочка послала в зал воздушный поцелуй и под оглушительные аплодисменты убежала со сцены…

…Номера сменялись один за другим и было похоже на то, что клоунов здесь не держали. Девушка почти не верила в это, но первая часть представления заканчивалась, а на сцене так и не появилось ни одного клоуна. Во второй части, как сказал Леонид, будут выступления с животными. Там и появится небезызвестный дрессировщик Джералд, которого все сегодня так ждали…

…После небольшого антракта на сцене выступила девушка с голубями и мужчина с обезьянкой, которая развеселила людей игрой на гармошке, а после на бис сыграла ещё и на аккордеоне. Не обошлось и без индийского слонёнка, с лёгкостью выполняющего сложнейшие трюки и при этом очаровательно хлопающего своими маленькими ушками… Но, конечно, главный фурор произвёл Джералд, появившийся на сцене вместе со своими четвероногими друзьями – пуделями Бимом и Артемоном. Под весёлую музыку Бим и Артемон прыгали через обручи, лопали воздушные шарики, танцевали на задних лапках, играли в чехарду, выполняли «восьмёрку» вперемешку со «змейкой» и прочие милые трюки, которые так удаются маленьким собачкам… Завершив свое выступление, Джералд и его собаки убежали со сцены под оглушительные аплодисменты зрителей и крики «браво!». Так не аплодировали ни одному артисту, который сегодня выступал! Сомнений не было, Джералд и его собаки были настоящими звёздами цирка! Многие зрители даже прошли за кулисы, чтобы поболтать с Джералдом и потрепать за ушки его любимцев…

…За кулисами играла громкая музыка, артисты смывали грим, а зрители атаковали Джералда вопросами. Дрессировщик с удовольствием на них отвечал, шутил и смеялся, было видно, что внимание людей доставляет ему огромное удовольствие. Другие артисты, находящиеся за кулисами, прислушивались к беседе и с лукавыми улыбками выдавали секреты Джералда. Дрессировщик хмурился, сердито смотрел на болтунов и замолкал, но было видно, что на самом деле он нисколько на них не обижен…

За приятной беседой время пролетело незаметно. Когда часы пробили одиннадцать часов вечера, за кулисы заглянул директор цирка и со смехом спросил, не собираются ли уважаемые зрители здесь ночевать. Согласившись, что уже пора дать артистам отдохнуть, люди попрощались с ними и покинули цирк…

…Любуясь городскими достопримечательностями, Мария и не заметила, как они оказались у королевского сада. Она вошла в сад первая и сердце её замерло от восторга, как только она увидела яркие и нежные цветы, трепещущие на ветру своими шёлковыми лепестками. Эти цветы уже звали её и она, улыбнувшись, побежала по тонкой тропинке, петляющей из стороны в сторону…

Как же в этом саду было легко и свободно! Гармония, царящая здесь, была поистине уникальна!

«Это волшебное место!» – подумала она, чувствуя, что этот таинственный и полудикий сад уже влюбил её в себя.

Позабыв обо всём на свете, она, подобно ребёнку, радовалась, раскрывая всё новые тайны этого сада. В радужном калейдоскопе одновременно с яркими и «кричащими» цветами она выискивала самые незаметные и миниатюрные растения, о существовании которых не подозревал даже Леонид…

Вдоволь налюбовавшись на цветы, разнообразие которых поражало даже самый изысканный вкус, они пошли, наконец, в сторону замка.

…Хрустальный замок, играющий в вечерних сумерках сиреневыми и бирюзовыми бликами, казался ей не более чем миражом до тех пор, пока она не коснулась его резных дверей, которые с лёгкостью распахнулись, приветливо зазвенев золотыми колокольчиками. Увидев яркий свет и множество людей, она в нерешительности остановилась на пороге.

– Ну что же ты? – спросил он и, взяв её за руку, вошёл в зал, светящийся серебряными огнями.

Сегодня здесь проходило какое-то торжество. Девушки в бальных платьях и с разноцветными веерами сидели на бордовых кушетках и, прикрывшись бумажными веерами, шёпотом вели разговор между собой. Более взрослые женщины со своими мужьями с блаженными лицами следили за Маэстро, лихо барабанящим по лакированным клавишам рояля…

Юноши и мужчины со свойственной им горячностью спорили о чём-то очень для них важном…

Взглянув на калейдоскоп живых и ярких лиц, Мария подумала: «Они же прямо лучатся от счастья…»

– Мария, пойдём, пожалуйста. – сказал Леонид.

– Сегодня какой-то праздник? – спросила она.

– Нет, просто Клавдий соскучился по гостям.

– А кто такой Клавдий?

– Это наш архитектор.

– Так странно… столько людей пришло к вашему архитектору без какой-либо видимой причины…

– А разве для того, чтобы порадовать человека, нужна какая-то причина?

Мария растеряно промолчала…

…Не прошло и получаса, как Мария перезнакомилась почти со всеми присутствующими здесь людьми, а более близкое общение с некоторыми из них оставило о себе самые приятные воспоминания.

Вот некоторые плюсы общения с новыми знакомыми: впервые в жизни, разговаривая с другими людьми, она не чувствовала скуки, не хотела прервать разговор оттого, что ей смертельно надоело без конца повторять одно и то же, так как собеседник не хотел её слышать, не пыталась избавиться от назойливых болтунов, не боялась сказать что-то лишнее, не отмалчивалась из боязни быть непонятой.

Впервые в жизни она говорила с людьми на одном языке, высказывая те мысли, которые до этого хранила глубоко в себе…

Да, наконец-то она нашла подходящую для себя компанию. Она больше не была одинока…

Начавшиеся вскоре танцы принесли новые сюрпризы. Легко и непринуждённо она танцевала теперь и вальс, и танго, и фламенко… Откуда у неё открылся талант к танцам?.. Да ладно танцы! Когда Леонид предложил сыграть на рояле, который в этом обществе очень ценили, она без раздумий согласилась, хотя вообще-то она не умела играть ни на одном музыкальном инструменте. Подойдя к роялю, она сыграла какой-то весёленький мотивчик, который впоследствии потонул в громких овациях слушателей…

…Тончайшие нити из серебра стали её сновидением. Они с лёгкостью рвались от малейшего дуновения ветра и это почему-то её очень сильно расстраивало… Она плакала, пытаясь спасти хотя бы одну ниточку, но все они только дразнили её, остановившись на мгновение и вновь взлетев, прежде чем она успевала их поймать.

Проснувшись на рассвете, она обнаружила, что её слёзы были самыми, что ни на есть настоящими, а ещё у неё было такое чувство, будто этот сон не пройдёт для неё бесследно.

Однако, встретившись с Леонидом, она мгновенно позабыла о своём странном сне. Они гуляли по городу и катались верхом на лошади, которую им очень мило одолжил друг Леонида, встретившись с ними в парке. Вернув лошадь хозяину, они зашли в гости к художнице Алине. Сегодня она находилась в творческом поиске, а потому весьма охотно позволила Леониду испортить свой чистый мольберт. Он самозабвенно трудился над своей картиной около получаса, не желая никого и ничего замечать. Зато по окончании творческого процесса терпеливая публика в лице двух человек, наконец, увидела настоящий шедевр. Леонид нарисовал тёмно-синее небо и чёрное море, выбрасывающее на берег маленькие жемчужные ракушки. Алина рассказала, что Леонид прекрасный маринист, не смотря на то, что болеет морской болезнью.

Леонид со смехом пояснил, что когда-то мечтал стать капитаном дальнего плавания, но из-за того, что он чувствовал лёгкое недомогание при выходе в море, ему пришлось оставить эту мечту.

«С какой лёгкостью он говорит о том, как обстоятельства помешали ему осуществить свою мечту…» – подумала Мария, с удивлением глядя на Леонида…

…Сумерки снова накрыли город. Возвращаясь в королевский сад, она подумала о том, что завтрашний день принесёт новые приятные знакомства, что завтра она, возможно, тоже займётся творчеством… А может даже сегодня ночью она что-нибудь напишет… Просто она уже чувствует себя такой вдохновлённой…

Она посмотрела на Леонида и с улыбкой сказала:

– Знаешь, я такая счастливая… я, кажется, впервые в жизни счастлива…

– Тебе здесь нравится?

– Конечно, я думаю, что теперь я смогу, наконец…

– Мария…

– Да, я смогу заниматься любимым делом, я смогу попробовать что-то новое, я смогу…

– Мария, пожалуйста…

– Да-да! Я знаю, что ты хочешь сказать! Ваш город прекрасен и это неудивительно, что я чувствую себя такой счастливой…

– Мария, я хотел тебе сказать, что… Я рад за тебя… – сказал он и растерянно улыбнулся…

***

…Это было последнее, что она видела перед тем, как кто-то сильно дёрнул её за руку.

Открыв глаза, она вновь увидела до боли знакомый пейзаж и засмеялась.

– Как бездарно всё закончилось… – проговорила она.

– Мария, зачем вы так? Всё только начинается! Вы теперь знаете, что мои слова не были выдумкой, и поэтому вы будете действовать, менять мир вокруг себя, делать его похожим на тот, что вы видели…

– На вашем месте я бы не была в этом столь уверена. – холодно возразила она.

– Почему?

– Потому что я не собираюсь ничего менять.

– Почему? Мне казалось, что вы только об этом и мечтаете.

– Может быть и мечтаю, только осуществить свои мечты не могу.

– Неужели даже после того, что вы увидели…

– Да, точнее, тем более даже после того… Сон никогда не станет реальностью, я это точно знаю.

– Что же, вы хотите оставить всё как есть?

– У меня нет выбора.

– Как хотите. – легко согласился он и с разочарованием на неё посмотрел.

Она уходила…

…Она уходила… Красивой, солнечной Мечте и пыльной, дряхлеющей Реальности опять не удалось соединиться.

Обозвав Мечту Утопией, Реальность закрылась на сто восемьдесят пять замков и написала на дверях: «Не будить». А самое страшное было то, что многие из людей, даже самые смелые, сдались на милость этой зверюге… Они затаились среди сонной тишины, боясь лишний раз пошевелиться…

Зачем было что-то менять, зачем было принимать новое и незнакомое, столетняя пыль гораздо уютней и безопасней, она успокаивает сердце и усыпляет его, но… кто же его, наконец, зажжёт?!..

Грустная сказка

Пролог.

Опять этот ледяной пожар охватывает моё сердце… Мне трудно дышать, я рву руками простыню… Помогите, кто-нибудь, я хочу проснуться! Тщетно. Я должна выдержать это испытание до конца. Но почему именно я, почему?

Душа выкидывает невообразимые кульбиты внутри моего тела, которое трясётся в мелком ознобе. И опять я вижу её глаза, её огненные, злые глаза, которые не поймёшь, когда горят огненной яростью, а когда окатывают тебя волной ледяного презрения…

Вы, должно быть, думаете, что это бред сумасшедшего? «Да у неё горячка!» – скажете вы. Нет, пожалуйста, ничего не говорите, вы ведь ничего не знаете. Дочитайте мою исповедь до конца. Очень прошу.

Глава 1.

Почему она выбрала именно меня, мне до сих пор не ясно. Я могу лишь только предположить, что она искала себе лёгкую добычу, а потому остановила свой выбор на мне, вернее на моём легко внушаемом подсознании. Её глаза мучили меня две недели…

Я думала, этот кошмар никогда не закончится, но, наконец, она решила провести меня в свой мир. Это случилось в пятницу, 22 августа, в день годовщины смерти моего отца.

Я уснула, как всегда, быстро. Даже то, что я плакала перед этим, вспоминая о своём отце, не помешало мне забыться спокойным и безмятежным сном. Однако длился этот покой недолго.

Сначала я увидела сиреневатый туман и услышала какие-то тихие звуки, напоминающие вой раненой волчицы, теряющей последние свои силы, но всё же продолжающей борьбу со смертью, а затем явилась и она.

Она подошла ко мне, стоящей у подножия скалы, и протянула руку для приветствия.

Какая ледяная дрожь охватила всё моё тело от прикосновения её руки! Но самое страшное было в ней это её глаза. Они действительно горели огнём, злым, жестоким огнём, сметающим на своём пути всё и вся. Я хотела отвести взгляд, но что-то видимо мешало мне сделать это. Как зачарованная смотрела я в глубину этих страшных глаз, не смея шевельнуться.

Она так и не назвала себя, но она знала обо мне всё. И она знала, зачем я здесь, в то время как я уже начала забывать, как меня на самом деле зовут, то ли Гретта, то ли Виолетта…

Она словно бы прочитала мои мысли, потому что вдруг обратилась ко мне по имени:

– Виолетта, ты должна собрать всё своё мужество. С этого дня ты не принадлежишь себе.

– Кому же я тогда принадлежу?

– Нашему миру. – Вашему миру? В каком смысле? Я ничего не понимаю… Только не говорите мне про параллельный мир!

Она усмехнулась.

– Милая моя, параллельного мира не существует. Существует только настоящий мир и мир иллюзий.

– В таком случае я нахожусь в мире иллюзий. Я ведь сплю, а сон это и есть иллюзия, всего лишь видение.

– Я бы так не сказала. Твой сон служил всего лишь проводником в наш мир. То, что ты видишь сейчас – настоящее и даже более реальное, нежели то, что окружает тебя в твоём мире. Конечно, в нашем мире тоже встречаются иллюзии, своеобразные фантомы, но я надеюсь, ты скоро научишься различать, что из увиденного настоящее, а что нет.

– Но я не собираюсь оставаться в вашем мире!

– А вот это уже от тебя не зависит! Ты будешь в нашем мире столько, сколько мне нужно.

– Зачем я вам нужна?

– Ты ведь знаешь, что у каждого человека в жизни есть определённая миссия? У тебя миссия – спасти наш мир.

– Отчего спасти? – спросила я со вздохом.

– От исчезновения. – сказала она. – Скоро весь наш мир превратится в фантом. Видишь, я тоже начинаю исчезать.

И действительно кончики её пальцев были прозрачными как у призраков.

Я молчала, пытаясь осознать происходящее.

– Откуда берутся фантомы? – спросила я.

– Тоже из подсознания. Всё оттуда. Хочу предупредить, иногда фантомы могут быть очень страшными, жуткими.

«Это уж точно». – подумала я, глядя в её глаза.

– Мой взгляд – защита от фантомов, поэтому он такой жуткий. – сказала она.

Я вздрогнула.

– Вы постоянно читаете мысли других?

– Нет, нечасто, и только то, что лежит на поверхности. Потаённые мысли я не читаю, так как считаю, что у каждого человека должна быть своя тайна, о которой никто, кроме него, не должен знать. – она дотронулась до моего плеча рукой. – Твои мысли я вообще больше не буду читать. Я верю тебе. – она внимательно на меня посмотрела. – Ты готова отправиться в путь?

К моему горлу подступил комок. Мне ничего не оставалось, как кивнуть.

Глава 2.

Преодолев первую тонкую границу ирреального мира, я оказалась посреди огромного, замёрзшего озера. Теперь я уже не чувствовала холода. Да и чувствовала ли я его ранее? Сомневаюсь. Моё астральное тело, вышедшее из тела физического столь внезапно, просто не могло ничего чувствовать. Виной всему было моё подсознание. Подсознание…

Внезапно я услышала тихий треск. Мой взгляд скользнул по озеру, на поверхности которого начали образовываться тонкие трещинки.

Первой мыслью было спасаться, бежать, лететь, да что угодно, лишь бы только спасти себя… Вторая мысль подняла меня в эфирный воздух и я почувствовала сумасшедшее счастье от моего первого в жизни полёта…

Мне казалось, что в чернеющем небе я даже видела образ моего отца, его глаза, живые и блестящие, его сильные руки, которые тянулись ко мне… Неосознанно я протянула руки навстречу, надеясь ухватиться за кончики его пальцев, но налетевший ветер дунул мне ледяной пылью в глаза и видение исчезло… Затем я начала стремительно падать.

Чернеющая пропасть. Ещё одна, ещё четыре сквозь время и пространство… Да сколько же их! Начали появляться первые фантомы, о которых предупреждала Она… У меня не было от них защиты.

Призраки хрипели и стонали, пытаясь догнать меня. Я чувствовала их ледяное дыхание. Мне нужно было что-то сделать, как-то спастись от них. Эфирный воздух захватил меня в свой кокон. Теперь мне стало ещё сложнее сбежать от фантомов.

«Как же мне включить защитный взгляд, о котором говорила она?» – подумала я.

Собрав всю свою волю в кулак, я остановилась. Они летели на меня. Их было сотни, нет даже тысячи… Белесые тени с угрожающим взглядом наступали на меня. Я выставила вперёд руки, пытаясь таким образом защититься от них. Это было моей самой большой и самой глупой ошибкой. Один из них тут же налетел на меня и коснулся моих рук своими руками. Мои руки тут же обожгло ледяным прикосновением его руки. С большим трудом я сдержала крик. Я знала, что любой звук, изданный мною, привлечёт ко мне ещё большее внимание.

Я встретилась с ним взглядом.

«Нет, не может быть… Мне это кажется или он действительно пытается войти в меня?» – подумала я с ужасом.

«Включи защиту!» – услышала я её голос. «Я не знаю как!» «Думай! Иначе фантом заберёт твою последнюю энергию и ты станешь таким же безликим призраком, как они, и вечно будешь летать по вселенной в поисках своей жертвы!»

«Зачем фантомам нужны жертвы?» «Энергия жертвы – единственный способ для них продолжить своё существование!»

В этот момент моё тело пронзило невыносимой болью. Я закричала. Вокруг меня наступила темнота, сжимающая всё и вся в своё железное кольцо.

«Всё кончено». – подумала я и начала стремительно падать…

Глава 3.

Как долго продолжалось моё падение, я не знаю. В этот момент я почти ничего не чувствовала. Только лёгкий ветер и внезапное ощущение счастья, восторга. Именно в этом состоянии эйфории я опять почувствовала прикосновение чьей-то руки.

Нет, это был уже не фантом. Я не чувствовала опасности, а потому не расцепляла своей руки. И так, взявшись за руки, мы летели ещё несколько мгновений, пока слепящий свет не ударил по нашим глазам…

Когда я открыла глаза, первое, что я увидела, был большой, чугунный мост, перекинутый через глубокую реку. Я лежала на берегу этой реки. Увидев напротив себя какую-то тень, я резко обернулась.

Передо мной стоял юноша примерно двадцати лет. В его взгляде не было ничего угрожающего и я, впервые за всё время своего путешествия, почувствовала себя в безопасности.

– Ты здесь недавно? – спросил он.

– Да, недавно.

– Ты уже не чувствуешь боли?

– Нет, я уже ничего не чувствую, ни холода, ни боли.

– В таком случае, я тебя поздравляю. Ты осуществила переход.

– Какой ещё переход? Куда? – Ты преодолела вторую границу ирреального мира. Теперь ты не будешь чувствовать боли, а это значит, что единственной опасностью для тебя будут взгляды фантомов, но с ними бороться ты скоро научишься. – сказал он.

– Надеюсь. – сказала я, глядя на него. «Как он красив… Какие у него глубокие, тёмно-синие глаза и нежные губы… Правда, кожа несколько бледновата, но это видно оттого, что он аристократ. А аристократы во все времена выглядели болезненно…». – подумала я.

– Ты, главное, ничего не бойся. Призраки чувствуют это, а страх также питает их энергию. – сказал он.

– Понимаю. А можно ли вообще поставить такую защиту, чтобы не видеть фантомов?

– Можно. Именно поэтому ты и здесь. Ты должна поставить защиту от фантомов на весь наш мир, иначе нам не миновать исчезновения.

– Но я понятия не имею, как это сделать…

– Именно поэтому Берта отправила тебя в путешествие по границам. Где-то здесь кроется разгадка. Твоя задача её увидеть, а я тебе помогу. С этой минуты я являюсь твоим проводником по нашему миру.

«Так значит ту женщину с жутким взглядом зовут Берта… а как зовут его?»

– Итэн. – представился он.

– Очень приятно. – пробормотала я.

«Неужели они все в этом мире умеют читать мысли других? А если он читает мысли с первой минуты, как я его увидела… О, нет!»

Он посмотрел на меня с лукавой улыбкой.

– Ты мне тоже очень симпатична, Летта. – прошептал он, приблизившись своими губами к моим губам…

Глава 4.

Большую часть времени в этом мире занимала ночь. «А всё потому что ночь – любимое время суток призраков. Они скользят своими белесыми тенями по серебристым звёздам, не чувствуя боли от огненных кристаллов, они беззвучно нападают на беззащитную жертву чаще всего именно ночью, когда она спит… А нападают они, потому что мечтают войти в чьё-то тело и встретить рассвет телесными созданиями…» – так размышляла я, идя по развалинам старой часовни.

Я крепко сжимала ладонь Итэна, что помогало мне чувствовать себя более уверенно.

Внезапно Итэн резко нагнулся и поднял что-то с земли.

– Глазам своим не верю… – прошептал он.

– Что случилось? – спросила я с тревогой.

– Я два месяца безуспешно искал здесь эту вещь, исползал все развалины вдоль и поперёк… Его здесь не было!

– Чего не было? Итэн разжал руку и я увидела на его ладони маленький, серебряный медальон с изумрудным камнем в центре.

– Чей он? – спросила я.

– Теперь твой.

– А раньше чей был? И почему ты его искал?

– Раньше этот медальон принадлежал моей сестре. Он служил ей защитой. Но теперь защита нужнее тебе. – сказал Итэн и надел на мою шею медальон.

– А как же твоя сестра теперь… без защиты? – спросила я.

– Она ей уже ни к чему. – сказал Итэн.

– То есть…

– То есть она на пятой границе нашего мира и не собирается оттуда возвращаться.

– А на пятой границе… хорошо или плохо?

– На пятой границе ни хорошо, ни плохо. На пятой границе пустота. Но не будем об этом. Пошли отсюда быстрее, скоро здесь станет опасно.

***

Мы уже прошли развалины, когда они нас настигли. Со свистом пролетев между нами, они расцепили наши руки и закружились вокруг нас в бешеном танце. Кто-то из них схватил меня за руку и увлёк за собой.

Я почему-то даже не пыталась освободиться, а белесый туман тем временем не кончался.

Внезапно меня накрыло синей пеленой и у меня сильно закружилась голова. Я с силой дёрнула свою руку и мне неожиданно удалось освободиться. Я почувствовала, как стремительно падаю куда-то вниз, а следом за мной летел некто…

Я упала на пыльную дорогу. Она легко и плавно приземлилась рядом. Теперь я могла разглядеть её. Это была темноволосая девушка с кошачьими, зелёными глазами, одетая в фиолетовое, пышное платье эпохи Ренессанса.

– Ты, вероятно, думаешь о том, кто я? – спросила она.

Я молча кивнула. – Я Элиза, обитатель шестой границы, если тебе, конечно, это о чём-то говорит. – Нет, мне это ни о чём не говорит. – сказала я.

– Тогда перейдём сразу к делу. Как ты думаешь, почему я вырвала тебя из кольца призраков?

– Я не знаю…

– Ты хоть понимаешь, что я спасла тебя?

– Спасла? От чего? Это я должна была спасти ваш мир…

– Глупая, кто тебе это сказал? Берта?

Я кивнула. – Да, наша Берта большая шутница! – усмехнулась она.

– Подожди, я что-то не понимаю…

– Летта, всё, что тебе здесь говорили Берта и Итен – обман.

– Обман? Почему… Итен не мог… Он же дал мне защиту…

– Ясно… И тут тебя ввели в заблуждение. Летта, твой медальон – никакая не защита, а накопитель энергии. Твоей энергии. Берте и Итену нужна лишь только твоя энергия, поэтому Итен и дал тебе этот медальон. Знаешь, что было бы, если бы я тебя сейчас оттуда не забрала?

– Что?

– Красавчик Итен вступил бы в борьбу с фантомами, дабы «защитить» вас, а после, когда фантомы бы исчезли, он попросил бы у тебя медальон, чтобы восстановить свои силы с помощью твоей энергии. Пойми, чем больше ты здесь находишься, тем больше энергии ты отдаёшь окружающим тебя фантомам, особенно Итену.

– Но Итен не фантом! – А кто он? Ты думала, что он такой же путешественник по нашему миру, как и ты? Ты думала, что он твой помощник? Да, видимо, Берта хорошо с тобой поработала… Но ещё не всё потеряно. Я могу тебе помочь.

– А почему ты хочешь мне помочь?

– Потому что ты мне здесь несколько мешаешь.

– В каком смысле?

– Ещё немного и ты станешь такой же, как мы все. Сейчас в твоём мире все думают, что ты впала в летаргический сон. Впрочем, это так и есть. Пока. Очень скоро ты исчерпаешь всю свою энергию и станешь таким же фантомом, как и все мы. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Понимаю… Но ведь Берта не была фантомом, когда я её видела, и Итен тоже…

– Это тоже была иллюзия. Всё здесь иллюзия, Летта. Настоящая здесь только ты. Пока что.

– Что же мне делать? – Тебе ничего не нужно делать. Я всё сделаю за тебя, отдай только мне свой медальон.

– Я не могу…

– Ты хочешь, чтобы он достался Итену? Но в таком случае ты останешься здесь навсегда.

– Но у меня нет гарантии, что я не останусь здесь, отдав медальон тебе.

Элиза усмехнулась.

– Я, кажется, тебе уже сказала, что я не заинтересована в том, чтобы ты здесь оставалась, ведь в таком случае ты станешь фантомом, как и все мы, а это значит, что ты всегда будешь находиться рядом с Итеном…

– А при чём тут это? – недоумённо спросила я.

– При том, что рядом с ним хочу находиться я…

– Зачем?

– Неужели ты совсем ничего не понимаешь? Я люблю его.

– Ты… любишь?!

– А почему тебя это так удивляет? Мы потеряли тела, но мы не потеряли способности мыслить и чувствовать… Так ты согласна отдать мне медальон?

– Постой, у меня ещё вопрос. Если тебе так нужен этот медальон, то почему ты просто у меня его не отберёшь?

– Потому что это магическая вещь и я должна её получить от другого владельца, а не отобрать, иначе пользы мне от неё не будет.

– Хорошо, забирай. Он мне больше не нужен. – сказала я, снимая медальон.

– Виолетта, стой, не делай этого! – внезапно услышала я крик.

Обернувшись, я увидела Итена.

Глава 5.

Он схватил меня за плечи и сильно прижал к себе.

– Ты не сделаешь этого! Ты не отдашь ей медальон, ты отдашь его мне! – воскликнул он.

– Сделаю. Отпусти! – с яростью крикнула я, пытаясь вырваться. Краем глаза я заметила, с каким удовлетворением за этой сценой наблюдала Элиза. «Он же не настоящий! Я сильнее его. Я сильнее их всех». – подумала я и, сняв медальон, с силой сжала его в руке.

– Хорошо, Итен, я не отдам ей медальон. Я отдам его тебе. Только отпусти меня. – сказала я.

Итен разжал руки.

Я обернулась и посмотрела на Итена.

– Ты всё ещё хочешь его получить? – спросила я.

– Да, Летта. – кивнул Итен. – Он мне нужен. Сейчас мне как никогда нужна защита медальона.

– Защита медальона или моя энергия? – спросила я, пристально посмотрев на Итена.

– Летта, о чём ты говоришь? – удивлённо спросил Итен.

– Я всё знаю. Элиза мне рассказала. – сказала я, продолжая внимательно смотреть на Итена.

Итен усмехнулся.

– А ты уверена, что Элиза рассказала тебе правду? – спросил он.

– Не уверена и поэтому медальон не получит никто. – сказала я, крепко сжимая медальон в руке.

Взглянув на замерших в ожидании Итена и Элизу, я удовлетворённо улыбнулась.

«Они ничего не могут мне сделать, пока медальон у меня в руках, а что будет потом, неважно». – подумала я. Напряжение в глазах Итена и Элизы нарастало. Я же лихорадочно соображала, как мне поступить дальше. Что, собственно, мне делать с медальоном, дающим мне безоговорочное преимущество над этими двумя фантомами?

Внезапно небо разорвала кроваво-огненная вспышка, которая, образовавшись в огромный, огненный шар, опустилась за спинами Итена и Элизы.

Несколько мгновений я потрясённо смотрела на это поистине монументальное чудо природы, пока, наконец, мой мозг не дал мне сигнал к действию.

Это был единственный выход. Итен и Элиза даже не подозревали, что мой спаситель находится за их спинами. Откуда у меня взялась такая уверенность в правильности следующих действий, я не знаю, ибо я действовала не разумом, а чувством, и, наверное, именно это меня спасло.

Я взглянула на Итена, да, именно на Итена. Он отвёл взгляд. Всё то же напряжённое молчание.

«Ничего, скоро ему придёт конец. Скоро всему придёт конец». – подумала я.

– Итен, прости меня… – прошептала я и, разжав руку, подбросила медальон в воздух, в сторону шара…

Никогда не забуду этот безумный взгляд Элизы, сделавшей попытку поймать медальон.

Она, видимо, забыла, кто его хозяин! Медальон вспыхнул искрами, которые посыпались Элизе в глаза. Бедняжка закричала и, закрыв лицо руками, отбежала в сторону.

Отметив про себя, что фантомы бессильны перед магией этого медальона, я удовлетворённо улыбнулась. А представление тем временем продолжалось.

Закончив искриться, медальон коснулся огненного шара, который поглотил своё детище.

Да, именно в этом состояла моя миссия – вернуть медальон его истинному владельцу, и у меня это получилось. Теперь мне оставалось только одно – попрощаться с этим миром.

Взглянув на обессилевших от ярости Итена и Элизу, я закрыла глаза. Тёплый воздух и горький вкус пепла стали последней ниточкой связывающей меня с миром снов…

Эпилог.

Вот и вся история, которая стала главным событием уходящего лета. Та, что приходила ко мне во сне, перестала меня тревожить после того, как я выполнила свою миссию.

Источник зла был уничтожен, а я благополучно вернулась в реальность, наполненную живыми людьми, а не призраками, с которыми мне пришлось воевать.

Я решила записать эту историю в свой дневник, чтобы оставить в памяти все, даже самые мельчайшие подробности произошедшего. Но, подозреваю, этот сон не забудется никогда. Также как и не забудется тот, кого я полюбила, и который оказался обыкновенным обманщиком, использующим меня в своих корыстных целях.

Однако я сумела ему отомстить, и на этом моя борьба закончилась. Навсегда или нет, не знаю, но даже если Он и Она вдруг станут меня преследовать, я сумею дать им отпор. Им никогда меня не победить. В этом я уверена.

Улыбнувшись, я вспомнила огромные от ужаса глаза Итена и, внезапно, впервые за последние несколько лет, я почувствовала, что боль куда-то ушла. Ушла вся без остатка, уступив место светлой грусти.

За окном брезжил рассвет. Воздушные, сухие листья легко кружились в воздухе. Больной, жёлтый цвет осени превращался в янтарный, который дарил мне надежду на скорое выздоровление.

Бледное, осеннее солнце касалось верхушек деревьев. Оно удивляло своей особенной силой, которая таинственным образом проникала в мою измученную душу, наполняя её энергией света…

Фокусник и Смерть

Что наша жизнь – игра.

Как грустно стало на улице Восьмиреченской, когда заболел фокусник. Не было больше слышно его игры на волынке, а из открытых окон не вылетали столпы пламени.

А ведь раньше фокусник очень любил развлекать проходящих зевак огненным фейерверком.

Добрый был фокусник, но одинокий. Не было у него ни семьи, ни детей.

Его любимая ушла от него ещё в бурной молодости, когда он только начинал карьеру, не выдержав его постоянных отлучек и гастролей.

А злая судьба, дабы больнее ударить артиста, свела его любимую с лучшим другом.

Фокусник частенько навещал молодую семью и мог долгими часами задумчиво любоваться молодой девушкой.

Вскоре его друг заметил что-то неладное и, отозвав фокусника в сторону, смущённо попросил больше не приходить в их дом.

А потом их семья и вовсе уехала из их маленького городка в неизвестном направлении. Совсем худо стало фокуснику.

Его сердце разрывалось буквально на части оттого, что он так бездарно потерял свою любовь. Пытался он залить своё горе виски и новыми встречами, однако это быстро ему надоело.

Ни одна девушка не могла сравниться по красоте и уму с милой его сердцу.

«Она звезда. Но не моя…»

Ничего не оставалось фокуснику, как занять своё время работой, в которой он на удивление быстро добился высоких успехов.

К 25 годам он объездил с гастролями с десяток городов и стран. Были среди них и Лондон, и Зальцбург, и Чехия. И везде молодое дарование встречали улыбками и аплодисментами.

А молодые одалиски с интересом заглядывались на молодого, черноглазого человека с аристократической внешностью и манерами.

Но не замечал он всех этих страстных взглядов. Его сердце уже давным-давно было закрыто на замок.

Лишь одна могла его пробудить, но этому не суждено было сбыться…

Холодный ум и расчёт помогли артисту скопить немалое состояние. За 19 лет гастрольной жизни он сумел взойти на самую вершину цирковой карьеры, взлететь, так сказать, под купола цирка…

И теперь он наконец-то мог позволить себе пожить в собственное удовольствие, ведь у него имелось для этого всё необходимое. Большой загородный дом, любимый попугай Зорро, дорогое французское вино, шикарная коллекция фарфоровых статуэток, привезённых из тех городов, где он бывал когда-то на гастролях.

Редко теперь выступал фокусник в цирке за деньги, всё больше на улицах города, на радость прохожим.

Каждый вечер он выходил на площадь и делал свои лучшие фокусы. И всегда, в конце представления, он просил у толпы маленькую монетку, которую подкидывал в воздух и говорил:

– На счастье. Вам и мне.

А его зелёный попугай Зорро уморительно повторял вслед за хозяином:

– На счастье. На счастье.

И люди одаривали фокусника улыбками и громкими аплодисментами.

Однако и этот, в общем-то, счастливый период в жизни фокусника закончился.

Однажды утром соседи и прохожие не услышали из окон фокусника знакомой всем игры на волынке. Это удивило многих. А уж когда вечером фокусник не появился на площади, люди и вовсе почуяли неладное.

Однако никому не пришло в голову навестить любимого артиста и узнать всё ли у него в порядке. Люди разошлись по своим домам…

А фокусник в это время лежал дома в постели, укутавшись в три одеяла, и задыхался от кашля. Его лихорадило.

Часы мерно отбивали секунды и минуты, и это был единственный звук в доме. Сквозь неплотно прикрытые шторы виднелась одинокая серебряная луна, которая слабо освещала пустынную улицу.

Как одиноко и тоскливо было фокуснику в этот час.

Он словно бы ощущал дыхание смерти у своей груди и некому и нечему было заглушить это дыхание.

Аплодисменты отгремели свой салют в далёком, как теперь казалось артисту, прошлом. Теперь он остался один на один с тишиной.

Так больно было это осознавать, но ещё больнее было осознавать, что это он сам отверг тех немногих друзей, что у него когда-то были, ради жалких воспоминаний о той, что ему никогда не принадлежала.

«Всю жизнь я гонялся за чужим счастьем, а своего так и не увидел… Я сам отверг то хорошее, что могло бы у меня быть. Я сам не ценил людей, что встречались у меня на пути. И вот теперь пришёл час расплаты…» – подумал фокусник и внезапно услышал резкий скрип открывающейся двери.

Как радостно забилось сердце у обессиленного артиста.

«Значит, кому-то я всё-таки нужен!» – подумал фокусник и сделал над собой усилие, чтоб приподняться с кровати.

Не знал бедняга, что гость-то пришёл не с благими намерениями.

…Дверь в комнату фокусника медленно отворилась и он, наконец, лицезрел посетителя.

Точнее посетительницу. Это была худая, высокая дама с бледным лицом. Подол её чёрного плаща волочился по полу.

Она медленно подошла к больному и коснулась рукой его лица.

Ледяным огнём обожгло лицо фокуснику. Он резко мотнул головой в сторону.

– Кто вы? – хрипло спросил он.

– Я та, что приходит без зова.

– Простите, не понимаю…

Дама приблизилась к лицу фокусника и вновь обожгла его своим ледяным дыханием.

– Холодно? – осведомилась она.

– Есть немного… – поёжился фокусник.

– Так и должно быть. Дыхание смерти всегда холодно.

– Простите, что вы сказали? – пролепетал фокусник.

– К чему вопросы? Ты ведь сам ощущаешь это.

«Так вот ты какая… Смерть…» – пронеслось в голове у артиста. – «Нет! Нет! Этого не может быть! Это всё жар! Это бред! А в бреду чего только не привидится!»

А непрошеная гостья тем временем осматривала богатые хоромы артиста.

– Шикарно. – заметила она. – Я бы сказала даже, очень шикарно. И со вкусом, что большая редкость в таких домах.

– Спасибо. – поблагодарил фокусник. – Это я сам всё здесь обставлял.

– И кому ты завещаешь всё это богатство?

– Что, простите?

– У тебя есть, кому завещать свой дом, когда ты покинешь этот мир? – спросила Смерть, протягивая руку к груди фокусника.

– Как гулко бьётся твоё сердце. Тебе страшно… – прошептала гостья. – Ты растерян… Ты не знаешь, как себя вести, но ничего, я сделаю всё сама…

– Постой! – словно бы очнулся фокусник. – Постой…

– Прости, брат, пришло твоё время.

– Нет, я не верю. Так не должно быть. Я ведь ещё совсем ничего не успел!

– У тебя было достаточно времени. – жёстко ответила Смерть.

– Неужели ничего нельзя изменить…

– Можно. Только это невероятно трудно.

– Скажи же, как?

– Ты хорошо играешь в карты? – спросила Смерть.

– А при чём здесь это?

Смерть усмехнулась и выудила из-под складок платья колоду карт.

– Ну что, осмелишься сыграть в покер со Смертью?

– Что я буду иметь в случае выигрыша?

– Ты будешь иметь Время. Ты получишь ещё немного времени для того, чтобы изменить всё, что тебя не устраивало, всё, что мешало до этого жить полной, счастливой жизнью. Редко кому выпадает такой шанс.

– Но разве это возможно, выиграть в карты Время?

– Всё зависит от тебя.

– Ну что ж, хуже уже не будет. Играем.

– И то верно. Что наша жизнь – игра. Так что играем. – улыбнулась Смерть уголками губ.

Пристально следил Фокусник за тем, как Смерть мешает колоду и раздаёт карты, ведь от этого в прямом смысле слова зависела его жизнь.

«Я не могу облажаться… просто не могу!» – думал он, чувствуя постепенно, как в нём снова просыпаются силы для борьбы. Для самой главной борьбы в жизни каждого человека. Со Смертью.

А Чёрная Дама между тем уже резво раздала картишки и выжидающе смотрела на Фокусника.

– Твой ход, брат.

«Какой я тебе, к чёрту, брат!» – с негодованием подумал артист и яростно схватился за свой карточный веер.

Чёрная Дама снисходительно улыбнулась.

Игра началась…

Два часа бились чёрное и белое. Два часа сражались ночь и день, мрак и свет, Смерть и Жизнь. Два часа длилась эта безумная схватка.

Никто не хотел уступать.

«Провалиться в небытие… Только не сейчас!» – стонал в безумстве Человек, глядя в хищные глаза противницы.

«Глупец, куда тебе со мной тягаться!» – ухмылялась Смерть, окутывая постель больного белесыми туманами.

Карты врезались в ладони Фокусника, руки немели от холода, глаза переставали видеть масти… – всё это были козни хитрой соперницы.

Но против этого всего стояло яростное, сильное, горячее желание жить, наслаждаться тёплыми лучами солнца, слушать морской бриз, видеть лица людей, слышать аплодисменты, играть на волынке каждое утро, как раньше…

«Пусть даже если и один…» – подумал Фокусник и вдруг услышал до боли знакомый звук.

Звук своей волынки и… тихий стук.

Словно кто-то стучал по инструменту, пытаясь возродить умерший звук. Кто-то, кто всю жизнь сопровождал путника, будучи забавным «приложением» к таланту артиста и маленькой, живой игрушкой, на протяжении многих лет сидящей на плече фокусника во время его перелётов и гастролей.

Попугай Зорро. Старик Зорро, который был забыт хозяином в эту чёрную минуту… Зелёный попугай Зорро, который всё это время терпеливо сидел в соседней комнате в своей клетке, в то время как его хозяин считал себя самым одиноким человеком на свете, погибающим в звенящей тишине.

Зорро, Зорро… Где ты был раньше?

А может быть всё верно! И вот он, твой звёздный выход, Зорро! Играй!

И Зорро играл…

А Смерть недовольно хмурила лицо и закидывала Фокусника козырями.

Однако и артист был не промах в картёжном деле. К тому же знакомая мелодия как нельзя лучше взбодрила его дух.

Карты водопадом падали на стол, заставляя Смерть негодовать всё больше.

Пришла очередь Фокусника насмехаться над Смертью.

– Кажется, мне ещё рано думать о завещании, не правда ли? – спросил Фокусник.

А Смерть только недовольно скрипнула зубами, загребая оставшиеся карты. Исход игры был уже предрешён. Однако Чёрная Дама не могла так просто уйти.

Ещё несколько ходов было сделано, прежде чем соперница признала себя побеждённой.

– Твоя взяла. – объявила наконец Смерть.

– Эта игра далась мне нелегко. – признался Фокусник, чувствуя небывалое облегчение оттого, что всё закончилось.

Впрочем, нет, постойте, ничего не закончилось! Всё только начиналось!

И Смерть, не смея больше мешать этим великим начинаниям, тихо растворилась в пространстве. Теперь лихорадке здесь нечего было ловить и она тоже потихоньку смылась. Дело пошло на поправку…

Утро следующего дня фокусник встретил уже в прекрасном расположении духа. Он поднялся с постели и поспешил к своему незаслуженно забытому другу.

Войдя в соседнюю комнату, фокусник подмигнул попугаю и, взяв в руки волынку, вдохновенно заиграл свою самую любимую мелодию.

Начинался новый день…

Цветок вечной любви

Глава 1.

Она танцевала в платье малахитового цвета на поляне. Музыкой ей был шелест деревьев. Она танцевала, а он любовался красивыми изгибами её тела, её блестящими, синими глазами, её пышными, каштановыми волосами.

Она не замечала его. Она не могла заметить его, затаившегося среди густых зарослей сирени.

Он очень рисковал. Это были владения султана, а он находился здесь один, без своих братьев-разбойников.

Султан давно имеет на него зуб, поскольку он со своими братьями уже не раз нападал на него на восточных дорогах и отбирал все его драгоценности.

И если он сейчас выдаст себя хоть одним неосторожным движением, его тут же схватят приближенные султана.

Но он не выдаст себя. Он даже не сможет пошевелиться. Ведь он просто заворожён той, что танцует на поляне.

Никогда ещё он не видел такой красивой девушки.

«Это чудо-цветок… Как жаль, что ей приходится жить у этого злодея». – подумал он.

Султан подчинил себе жителей их маленькой страны, сделал их своими слугами, а красивых девушек заставил ублажать себя и танцевать для него.

Исключением оставались разбойники, промышлявшие на больших дорогах, подобные нашему герою, но их султан намеревался вскоре поймать и уничтожить.

«В моём королевстве всё должно быть по моим правилам, а кто против меня – должен заплатить за это». – полагал султан.

А враг султана в это время любовался его самой красивой и самой любимой девушкой.

«Так странно, что эта нимфа сейчас без него… Может это знак? – подумал разбойник. – Может это шанс подобраться к ней ближе…».

Однако надеждам разбойника не суждено было сбыться, вскоре пришёл султан и увлёк за собой девушку.

Разбойник заметил, что она весьма неохотно следует за султаном, и решил подкрасться ещё ближе, чтобы послушать их разговор.

Султан и нимфа сели на скамейку в тени липы, где богатей преподнёс своей пассии огромный букет роз.

Каких только роз здесь не было! И ярко-алые, и розовые, и белоснежные, и даже фиолетовые.

Однако девушка лишь недовольно скривила носик и бросила букет в придорожную траву.

– Что же ты, моя звёздочка, хмуришься? Я собрал розы со всего света! Мои послы побывали во всех уголках нашего земного шара, выбрав лучшие розы! Все они сегодня твои, а ты так безжалостно бросила их на землю! – воскликнул султан.

– Среди этих роз нет той, которую я хочу! – капризно произнесла девушка.

– Звезда моя, но синей розы не существует!

– Ах, так! Ну, значит и женой твоей я не стану!

Султан так и повесил голову. Любая другая девушка с радостью бы вышла замуж за него, у любой другой не нужно было бы и спрашивать согласия… У любой другой, но не у этой.

– Хорошо. – сказал султан. – Мои слуги продолжат поиски синей розы.

***

Когда султан ушёл, разбойник подкрался к сидящей девушке сзади и прошептал:

– Нимфа, обернись! Только не бойся меня.

Девушка вздрогнула и обернулась.

– Кто ты? И что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Я разбойник. Вот уже несколько дней я прихожу сюда и любуюсь тобой. Ты восхитительна!

– Ты с ума сошёл! Султан убьёт тебя, если заметит!

– Неважно. Скажи лучше, ты действительно мечтаешь о синей розе?

– Да, я очень хочу увидеть синюю розу…

– Ты думаешь, что она существует?

– Да, она существует! Где-то она существует, моя синяя роза… Я уверена в этом!

– Тогда я найду её для тебя. – прошептал разбойник и скрылся среди зарослей.

Глава 2.

Долго скитался разбойник по белому свету, позабыв про всех своих товарищей. Все мысли его заняты были лишь поиском синей розы, а перед глазами стоял образ прекрасной нимфы с глазами цвета морской волны…

Неизвестно сколько прошло времени с тех пор, как разбойник покинул родные края. Не одни башмаки у него стёрлись…

Во многих уголках земного шара он уже побывал и везде на него смотрели, как на сумасшедшего, едва он заговаривал о синей розе.

«И слыхом не слыхивали мы о таком чуде!» – говорили люди.

Однако наш герой не прекращал своих поисков. И однажды во сне ему явилась сама синяя роза.

«Милый друг, ты уже так близко! – воскликнула она. – Только не останавливайся, иди вперёд! Твоя любимая ждёт тебя… И плачет, очень горько плачет! Султан совсем ей житья не даёт!»

Как ледяной водой облили разбойника! Он проснулся в холодном поту и всё думал, что же значит этот сон.

«Неужели я и вправду близко? – размышлял разбойник. – А моя любимая плачет…» – вспомнил он слова синей розы. – «Она плачет, а я совсем не тороплюсь!»

Схватил разбойник свою котомку и побежал по лесной чаще, спотыкаясь о торчащие ветви деревьев.

– Где же ты, синяя роза?! – в отчаянии взывал он, но ответом ему была лишь тишина.

До поздней ночи бродил разбойник по лесу, снова и снова вспоминая прекрасные глаза своей любимой.

Каждая её слеза сейчас с громким стуком падала в его сердце.

Чистая, хрустальная слеза, такая чистая, как озеро, которое он видел лишь однажды, в своём далёком детстве…

Целая вечность прошла с тех пор…

«Озеро! Я должен найти озеро!» – внезапно понял разбойник и почувствовал, как какая-то сила ведёт его вперёд, ведёт сквозь непролазные буреломы, ведёт сквозь густые заросли эвкалипта…

Сердце готово было выпрыгнуть из груди, но глаза любимой всюду следовали за ним по пятам и это придавало ему сил.

«Скоро, родная, скоро…» – шептал он.

Ещё один шаг и ещё один…

Наконец он увидел проблеск солнечных лучей и раздвинул сильными руками ветви эвкалипта.

Яркое солнце ударило в глаза и разбойник на мгновение ослеп.

А когда зрение вернулось, увидел он прямо перед собой кристально-прозрачное озеро, безупречной овальной формы, в самом центре которого цвела пышная, ярко-синяя роза.

Подбежал разбойник к самому краю этого озера и уже протянул было руку, чтобы сорвать розу. Но в самый последний момент вновь пронеслись перед его взором глаза любимой, такие же удивительно синие, как эта роза, и замер разбойник, отдёрнув от неё руку.

Несколько секунд смотрел он на этот нежный, безупречный цветок… Смотрел неотрывно и думал, что любимая сейчас ждёт его с синей розой и её глаза мечтательно устремлены вдаль…

Она ждёт, а он просто не может сорвать эту синюю розу и принести её своей любимой…

Так он и стоял у озера, глядя на цветущее совершенство, не смея нарушить это очарование, а потом внезапно упал на колени и, закрыв лицо руками, заплакал…

Чудовище

Пролог.

Он пришёл ко мне поздно вечером и напоил сладким дурманом. Затем он взял меня за руку и сказал идти за ним. Я не сопротивлялась. Я знала, что это бесполезно. Он что-то тихо шептал мне на ухо, но я не слушала, мне достаточно было прикосновения его руки, одного лишь его прикосновения. Мне неинтересно было знать, кто он и откуда взялся. Он пришёл и всё остальное не имело значения.

Я плохо видела его силуэт. Перед глазами была какая-то занавесь из светло-фиолетового дыма. Пожалуй, это был тот самый дурман. Я уже плохо различала предметы окружающей действительности, но меня это совершенно не волновало. Впереди был лабиринт счастья. Он так сказал. А я поверила. Я хотела поверить, в этом-то и была вся беда…

И, всё же, мне было страшно. Он почувствовал этот страх и улыбнулся. Я назвала его чудовищем.

«Тебе не нужно ничего бояться». – сказал он, нежно целуя меня в губы.

Меня накрыло волной небывалого счастья… И это было последнее, что я почувствовала перед тем, как навсегда потерять связь с реальностью…

Глава 1.

Мы переступили границу света и оказались перед огромной серой стеной. Он что-то быстро написал на ней, а затем также быстро стёр. Я спросила, зачем он это сделал. Он ничего не ответил и лишь загадочно улыбнулся.

– Тебя теперь зовут Лейла. – сказал он.

– Меня зовут Лейла… – зачарованно повторила я.

Он сильно надавил на стену и мы прошли в образовавшийся проём. За границей стены мне открылся новый удивительный мир. Здесь было всё, о чём я когда-то мечтала. Красивые парки и аллеи, высокие здания, самолёты, гепарды, прогуливающиеся по улицам города… Он сказал, что скоро всё это будет принадлежать мне. Я была на седьмом небе от счастья…

Но главный сюрприз был впереди. Вскоре он привёл меня в огромный, хрустальный замок, где было так красиво, что дух захватывало.

Он сказал, что это его дом и что теперь это и мой дом тоже. Затем он провёл меня на второй этаж в одну из комнат и сказал, что это моя комната. После этого он сказал, что уже поздно и поэтому пора спать.

«Увидимся завтра». – улыбнулся он и вышел из комнаты.

Мне хотелось, чтобы поскорее наступило завтра и чтобы мы с ним увиделись, поэтому я сразу же после его ухода легла спать и заснула спокойным, безмятежным сном…

***

На следующий день мы действительно увиделись. Утром меня ждал завтрак на тумбочке у постели и записка, чтобы я завтракала и ждала его в спальне.

Я поела и вскоре он пришёл. Правда, побыл он со мной недолго.

Мы немного погуляли и он отвёл меня обратно в мою комнату, а сам ушёл. На прощание он сказал, что обед и ужин появятся в моей спальне, а он придёт ко мне завтра. И мне пришлось коротать время в одиночестве.

Я думала о том, как же он прекрасен и отчаянно желала, чтобы скорее наступило завтра и наша новая встреча с ним.

Затем, чтобы скрасить долгие часы ожидания, я принялась читать книги, которых было много в моей комнате… И это помогло мне пережить разлуку с ним…

На следующий день он, как и обещал, ко мне пришёл и мы опять погуляли… Во время прогулок он много говорил. И хотя это был какой-то непонятный, бессвязный бред, я была готова его слушать часами, не перебивая и не задавая никаких вопросов.

«Захочет, объяснит». – думала я.

А пока я просто наслаждалась его чарующим голосом…

Жаль лишь, что наслаждение это было слишком кратким, ведь он так быстро меня покидал… И, оставшись одна, я вновь взялась за чтение, чтобы скрасить часы ожидания новой встречи с ним…

Точно также прошли ещё два дня… И всего минуло уже четыре дня с тех пор, как я переступила границу этого мира. Моя жизнь очень сильно изменилась. В неё вошло что-то яркое и приторно-сладкое. Как сладко мне было вспоминать вечером, стоя на балконе, его сумасшедшие глаза и его бредни. Как сладко звучал его голос в моих ушах, как сладко наполнялось моё сердце необъяснимым трепетом… Иногда он касался своей рукой моей руки или нежно проводил ладонью по голове и тогда я чувствовала себя на седьмом небе от счастья…

Я знала, что каждое его появление принесёт мне новое необъяснимое блаженство. Я звала его чудовищем, а он меня своей глупой, маленькой девочкой. Я никогда никому не позволяла себя так называть, но ему было можно всё.

Наступил пятый день. В этот день он появился у меня только вечером и отвёл меня в сад, где росло великое множество цветов, которые склонялись надо мной и поили своим душистым ароматом.

Я собирала цветы со всей поляны и бросала их в водоёмы. Я убивала цветы и возрождала их снова, а он стоял поодаль и за всем этим наблюдал.

Я не знала, как его зовут. Но мне почему-то не приходило в голову спросить его имя. Всё, что было в порядке вещей в моей прошлой жизни, здесь отошло куда-то на второй план.

На шестой день он принёс мне маленький, чёрный кулон и надел на шею.

– Теперь это будет твой талисман. Он будет охранять тебя от бед.

– Какие могут случиться беды, когда ты рядом со мной? – спросила я.

Он крепко меня обнял.

– Конечно, дорогая, всё будет хорошо. Но всё же, не снимай кулон, хорошо?

– Конечно не буду, это же твой подарок…

Глава 2.

После этого несколько дней я его не видела. Мне было очень одиноко и тоскливо в этом огромном, но таком пустом без него мире. Я без конца теребила кулон, пока не порвала цепочку. Маленькое, чёрное сердечко упало на пол и разбилось на сотни кусочков.

– Нет, только не это… – прошептала я.

– Лейла! – услышала я за спиной резкий голос.

Обернувшись, я увидела его. Он стоял у входа в комнату, скрестив руки на груди. Его взгляд был холоден и безразличен.

– Как ты могла, Лейла… Ты разбила мой кулон. – с горечью в голосе произнёс он.

– Я знаю, прости. Это вышло случайно.

– Теперь ты осталась без защиты, а ведь я так старался тебя защитить. Я отдал тебе самое дорогое – кулон своей покойной матери, но для тебя это, видно, была лишь игрушка!

– Нет, это не так… Это просто случайность…

– Пусть будет так. Но, Лейла, когда тебе на голову упадёт огромный кирпич, это тоже будет случайность, договорились? – зловещим голосом спросил он.

– Что?! Что ты такое говоришь? – с ужасом спросила я. – Не могу поверить, что это говоришь мне ты!

– Прости, я просто за тебя волнуюсь. – сказал он.

Я подошла к нему.

– Мне, правда, жаль, что так вышло.

Он крепко меня обнял.

– Я найду тебе другую защиту. Всё будет хорошо.

***

Он стал ещё более трепетным и чутким. Теперь, когда у меня не было защиты, он не отходил от меня ни на минуту. Его прикосновения по-прежнему будоражили меня и заставляли моё сердце биться всё сильнее. Казалось, ещё чуть-чуть и оно выскочит из груди. Самое замечательное было то, что он чувствовал то же самое. Он шептал мне на ухо, что он на седьмом небе от счастья и что я лучшее, что может быть в его жизни… Он шептал мне эти милые глупости и гладил мои волосы…

Он часто говорил о том, что со временем подарит мне новую защиту, однако я только смеялась и говорила, что не нуждаюсь в ней. Он улыбался и целовал меня, а через несколько дней он снова пропал…

Я проснулась на рассвете и на меня сразу повеяло холодом. Он не закрыл за собой входную дверь. Внезапно я решила сделать то, что должна уже была сделать давно. Я направилась на поиски местообитания моего ненаглядного.

«Куда же ты отправился в очередной раз? Возможно, на поиски моей новой защиты, но почему в таком случае ты не взял меня с собой? Почему ты никогда не берёшь меня с собой, когда уходишь?»

Шорох деревьев заставил меня обернуться. Из зарослей показался он. Я радостно улыбнулась и, подойдя к нему, крепко обняла.

– Лейла, что ты здесь делаешь? – сердито произнёс он.

– Я искала тебя. – простодушно ответила я.

– Ты не должна была этого делать. Тебе опасно находиться одной на улице.

– Почему? Что со мной может случиться?

– Ты ещё не знаешь, куда ты попала…

– Так расскажи мне.

– Нет, не сейчас. Пока что тебе ни к чему это знать. И давай договоримся, что ты больше не будешь так подвергать себя опасности, хорошо?

– Хорошо, любимый.

Глава 3.

Так прошло ещё несколько мучительных, долгих, ярких, странных, сумасшедших, умопомрачительных, безмятежных дней. Чувства накрывали меня с головой. Он был рядом. Он смотрел на меня своими счастливыми глазами. Он горел внутренним светом. Я была счастлива. Я ничего не замечала, пока… не почувствовала лёгкое недомогание.

В тот день мы сидели у камина и собирали карточный домик. Однако дело у нас не ладилось. Едва он ставил свою карту, всё сооружение разваливалось.

– Да, так дело не пойдёт… – сказал он. – Я тебе только мешаю. Милая, давай ты построишь этот домик сама. Только нужно, чтобы он состоял из всех 36 карт, и тогда, обещаю, я возьму тебя с собой на прогулку.

– А куда мы пойдём? – спросила я.

– Мы будем гулять в саду, как в прошлый раз. Ты ведь хочешь этого?

– Конечно, я очень этого хочу! А с карточным домиком я справлюсь в два счёта!

Он улыбнулся и отошёл к окну. Пока он наблюдал за бушующей за окном непогодой, я завершила постройку и позвала его взглянуть на моё сооружение. Он обернулся и с улыбкой сказал:

– Да я и отсюда вижу, что твой домик прелестен, малышка!

Затем он повернулся к окну и распахнул его. В комнату влетела струя воздуха, которая в ту же секунду разрушила моё хрупкое карточное царство.

– Что ты наделал?! – с обидой воскликнула я, глядя на разлетевшиеся карты. – Я ведь так старалась, а ты всё разрушил.

Он подошёл ко мне и присел рядом.

– Ну и что же? Это всего лишь карточный домик.

Я с удивлением на него посмотрела.

– Но ты ведь сам хотел, чтобы я его построила! Я строила его для тебя!

– Да, я разрушил твой хрупкий домик, точно также как ты разбила мой кулон…

– Я думала, ты уже забыл об этом… – с грустью сказала я.

– Нет, о таком пренебрежительном отношении к моим подаркам я не могу забыть… Мои подарки – это часть меня. А это значит, что пренебрегая моими подарками, ты пренебрегаешь мной.

– Это не так, любимый… Ты ошибаешься. Я люблю тебя. Люблю так, как никогда ещё не любила!

Моё сердце готово было вырваться из груди… в который раз…

– Мне так сложно поверить людям, но тебе я почему-то верю… – прошептал он, обнимая меня…

Я улыбнулась, но тут же отстранилась, внезапно почувствовав сильное головокружение и острую боль в области сердца.

– Подожди… что-то мне как-то нехорошо… – сказала я.

В глазах резко потемнело. Боль не проходила. Я попыталась сделать вдох. В горле встал ком.

– Лейла… что с тобой? – спросил он. – Ты плохо себя чувствуешь? Не молчи, пожалуйста, я за тебя волнуюсь.

Я поймала его взгляд. Внимательный и спокойный взгляд. Без тени тревоги.

«Разве так волнуются?»

– Что с тобой? – повторил он свой вопрос.

И снова всё то же спокойствие и безразличие.

– Ничего. Всё в порядке. Мне просто нужно отдохнуть. – сказала я.

– Давай я тебя провожу.

«А, может быть, он просто растерялся?» – подумала я, чувствуя, как он берёт меня за руку и ведёт по тёмному коридору.

«Да, вполне возможно, он просто растерялся. К тому же он мужчина, он не привык показывать свои эмоции, но он встревожен, конечно же, он встревожен…»

Глава 4.

Он пришёл ко мне вечером. Войдя в комнату, он потушил свет и зажёг свечи.

– Лейла… – прошептал он, подходя к моей кровати. – Я хочу рассказать тебе страшную сказку…

– Перестань дурачиться! – засмеялась я.

– Как ты себя чувствуешь, малышка?

– Всё уже в порядке. Я скучала по тебе. Где ты опять был?

– Я гулял. Моё одиночество мне скрасила белая луна и полярный волк.

– Какой ещё волк? Не говори ерунды… Думаю, завтра я пойду с тобой.

– Нет, ты ещё плохо себя чувствуешь.

– Я хорошо себя чувствую и я пойду завтра с тобой.

– Нет, Лейла, не пойдёшь. Ты никуда со мной не пойдёшь. Запомни, ты никогда отсюда не выйдешь.

– Что?! – я не верила своим ушам.

– Это для твоего же блага. Кстати, надень это. – он протянул мне серебряную цепочку с лунным диском. – Это твоя новая защита.

– Спасибо. Я буду её беречь. – сказала я, надевая цепочку.

***

Несколько дней цепочка нестерпимо обжигала мою шею, но я не могла её снять. Он пристально наблюдал за всеми моими движениями. Иногда он снимал лунный диск с цепочки и подолгу держал его в руках. Мне было интересно, зачем он это делает, но я почему-то не решалась его спросить.

Ещё я заметила, что он очень внимательно следит за моими эмоциями. Он моментально улавливал моё настроение в ту или иную минуту, будь то радость или веселье. Причём, ему очень нравилось, что мои эмоции бьют через край. Он сказал, что это самое чудесное, что во мне может быть.

– Мои эмоции это самое чудесное? – удивилась я.

– Да, дорогая. Ты умеешь чувствовать как никто другой, именно поэтому ты сейчас со мной.

Тогда я не обратила внимания на эти слова. Я была слишком ослеплена своей любовью. Если бы меня в тот момент облили ведром холодной воды, может, это меня хоть как-то бы привело в чувство, но сделать это было некому и я продолжала гореть огнём немыслимой любви…

Глава 5.

Я уже достаточно его знала. Я запомнила каждую чёрточку на его лице. Я запомнила каждое его движение. Я запомнила его взгляд и голос. Я запомнила его улыбку. Я помнила его голос, когда он был раздражён, обижен, рад, грустен… Когда он говорил, я могла понять, что он чувствует, однако, я никогда не видела его эмоций как таковых. Он никогда не смеялся, не хмурился, не плакал. Его взгляд также никогда не выражал эмоций, ни радости, ни грусти, ни обиды.

«Разве так бывает? – внезапно подумала я. – Он всегда смотрит на меня так внимательно. Пожалуй, слишком внимательно, но безразлично…. Да, безразлично. – наконец-то призналась я самой себе. – В его глазах лишь холод и пустота…. А ведь глаза – это зеркало души. Какая же у него душа? Пустая и холодная, а это значит, что всё, что он говорил мне, на самом деле всего лишь красивые слова, за которыми ничего не стоит… Нет-нет, этого не может быть… Он просто скрывает свои эмоции. Он просто не хочет их показывать. Но я должна увидеть… Я должна увидеть его эмоции, а не услышать!»

Вечером я вошла в зал, где он сидел за столом и чертил какие-то схемы.

– Любимый, я хочу с тобой поговорить. – сказала я приторно-сладким голосом.

– О чём ты хочешь поговорить, малышка? – с нежностью спросил он, не отрываясь от чертежей.

Тепло разлилось по всему телу от этого нежного голоса и я забыла обо всём на свете.

«Конечно же, он меня любит, а я забиваю себе голову всякими глупостями…»

Он обернулся и внимательно на меня посмотрел.

– Так о чём ты хотела поговорить?

«А ведь у него такой чудесный взгляд… Он смотрит на меня так внимательно и конечно в глубине этих глаз таится самое большое в мире чувство, всепоглощающее и всеослепляющее…».

– Лейла, не молчи!

– Знаешь, я просто хотела тебя увидеть, но я вижу, что ты сейчас занят, и поэтому я просто понаблюдаю за твоей работой, и не буду отвлекать пустыми разговорами.

– Хорошо, дорогая. – улыбнулся он.

***

На следующее утро он опять собрался уходить. Я чувствовала себя не очень хорошо. Головокружение и боль в области сердца опять дали о себе знать. К тому же медальон, подаренный им, по-прежнему нестерпимо обжигал мне шею. Когда он ушёл, я сняла цепочку и прикоснулась к шее. От прикосновения шею зажгло ещё больше. Я подошла к зеркалу и не поверила своим глазам.

На шее, где висела цепочка, появились маленькие, вздувшиеся пузырьки. Что это догадаться было несложно, но каким образом я могла получить от цепочки… ожог?!

Положив цепочку на зеркальный столик, я пошла на кухню. Жжение между тем всё усиливалось. Взяв графин с холодной водой, я брызнула несколько капель на обожжённое место. Боль на удивление быстро утихла. Теперь меня волновало лишь странное возникновение ожога.

«Пожалуй, бессмысленно что-либо спрашивать у него… Хотя, это ведь он дал мне ту цепочку… Что-то здесь происходит странное. Его поведение, постоянные отлучки. Я до сих пор ничего о нём не знаю. Кто он? Почему он находится здесь один? Почему привёл меня сюда? Почему ничего о себе не рассказывает… Почему… Так много этих почему… Почему я раньше ничего не хотела знать? И дело ведь не только в этой цепочке. Дело в нём. У него есть какая-то тайна. Неспроста он привёл меня сюда. Неспроста постоянно куда-то уходит. И тогда, когда я пошла за ним, он по-настоящему разозлился… Что же он скрывает от меня? Что? Я должна это выяснить…»

Глава 6.

Когда он вернулся, я сделала вид, что всё в порядке. Однако он сразу заметил отсутствие цепочки и заметно напрягся.

– Да, я сняла цепочку, потому что она причиняла мне некоторые неудобства. – сказала я, опережая его вопрос.

– Какие такие неудобства она тебе причиняла? – недовольно спросил он.

– Милый, давай не будем сейчас об этом. Расскажи лучше, где ты был. – проворковала я.

– Тебе незачем это знать. Я делаю всё, чтобы ты была в безопасности, однако ты не ценишь мои старания.

– Что ты, я очень благодарна тебе за заботу. – сказала я, нежно целуя его в губы.

«Нужно непременно узнать, куда он уходит».

– Принеси мне цепочку. – резко сказал он.

– Зачем?

– Принеси. – повторил он хриплым голосом.

– Что-то не так? – спросила я.

– Ты вынуждаешь принять меня крайние меры…

– Что… как… какие ещё крайние меры? – испуганно спросила я.

Он свирепо на меня посмотрел и, оттолкнув в сторону, направился в мою комнату.

– Постой! – крикнула я.

…Он вбежал в комнату и тут же начал поиски. Он сорвал с кровати покрывало и откинул его в сторону.

– Её там нет. – удивительно спокойно произнесла я.

Он направился к платяному шкафу.

– Может, объяснишь, в чём дело?

– Скоро ты всё поймёшь, детка. – зловещим голосом пообещал он.

Я взглянула на его лицо и не увидела ничего, что раньше так меня завораживало и привлекало. Сплошная, непроницаемая маска. Крепко сомкнутые губы. Ледяной взгляд.

Он всё-таки нашёл цепочку. Она мирно лежала там, где я её оставила. На зеркальном столике. Он взял её в руки и крепко сжал.

– Что же ты, детка, со мной делаешь… Так нельзя… Нельзя…

– О чём ты? – спросила я.

– В ней часть моей жизни, а ты так безалаберно бросаешь её, где попало. Да, и, между прочим, в ней также часть твоей жизни.

– Что?! Что за чушь?! – спросила я.

– Мы связаны этой цепочкой… Понимаешь, связаны.

– Извини, не понимаю.

– Да уж, где тебе понять….Ну да ладно, я с тобой уже наигрался. Пора тебя отвести на твоё место.

– На какое ещё место? Ты имеешь в виду домой?

– Да, в какой-то степени это станет теперь твоим родным домом. – недобро усмехнулся он. – Но сначала я должен тебе кое-что показать. Идём, ты ведь давно хотела побывать там, куда я ухожу!

– Да хотела, но почему…

– Мне нравится выполнять последние желания моих жертв. – бросил он.

– Жертв?!!

– Извини, детка, ничего личного. Идём же. – сказал он.

Я растерянно на него посмотрела. Тогда он схватил меня за руку и, больно её сжав, направился к выходу, заставив следовать за ним.

Мне казалось, что я схожу с ума. То, что происходило теперь, резко перечёркивало всю прошлую радужную картину. Мой мозг отказывался что-либо понимать.

Вскоре мы вышли из замка.

«Нет, так не может, так не должно быть… Это какая-то ошибка…» – думала я, а он между тем вёл меня сквозь густые заросли леса…

Глава 7.

Мы вышли на поляну и он жестом фокусника указал куда-то в сторону.

– Смотри же! – повелительным тоном сказал он.

И я посмотрела…

– Господи, что это?! Почему они там…Что здесь вообще происходит?!

– Здесь происходит представление. Это мои артисты.

Я с ужасом на него посмотрела.

Прямо передо мной развернулась панорама человеческих жизней. Множество людей, множество лиц, голосов, эмоций… И всё это было заключено в огромный стеклянный шар, находящийся в двух метрах от земли.

– Это чтобы они не пытались выбраться. – сказал он. – Когда я здесь, я опускаю его пониже, чтобы лучше всё видеть.

– Зачем тебе все эти люди?

– Затем же, зачем и ты. – ответил он.

Его холодные глаза смотрели на меня с усмешкой и явным превосходством. В таких глазах никогда не могло быть ничего светлого и тёплого. Как я могла так ошибиться?

– И зачем же я тебе? Зачем ты заманил меня сюда, отвечай?! – гневно спросила я.

– Я скажу так, в моём мире мне не хватало кое-чего для моей счастливой жизни.

– И чего же тебе не хватало?

– Тебя. Ты так прелестна…

– Не надо, я больше не куплюсь на эти дешёвые комплименты!

– До этого тебя всё устраивало. Что случилось теперь?

– До этого я не видела твоего истинного лица. Твоё первое появление сопровождалось дурманом, потом в дело включился кулон и, наконец, цепочка, не так ли? Но теперь и их силы нет. Кулон разбился, а цепочку я сняла по собственному желанию. Что же остаётся? Ничего! Я хочу лишь знать, какие цели ты преследовал, заманив меня в свой мир. Скажи мне правду хотя бы теперь!

– Ты сама пришла. Ты ведь так хотела красивой сказки, любви. Ты так хотела вырваться из своего душного, скучного мира. И вот ты здесь! – ухмыльнулся он.

– Что тебе от меня нужно?

– Самую малость. Твои эмоции.

– Что?!

– Эмоции – радость, гнев, огорчение. Сам я не могу их испытывать, поэтому питаюсь чужими. Эмоции продлевают мне жизнь.

– Кто ты… – прошептала я.

– Я? Чудовище. – обыденным тоном сказал он. – А чему ты так удивляешься? – спросил он, заметив мои округлившиеся глаза. – Ты ведь сама меня так называла или не помнишь уже?

Я потрясённо молчала.

– Но, в общем-то, это уже неважно. Теперь-то ты, надеюсь, понимаешь, зачем мне все эти люди? – спросил он, указывая на людей, заключённых в шар.

Их лица проносились мимо меня со скоростью света. Их огромные глаза смотрели на меня с радостью, гневом, огорчением, восторгом… Здесь было всё. Все эмоции, которые только может испытывать человек.

Впервые в жизни я видела такой калейдоскоп эмоций. А потом я услышала тихий плач, к которому через мгновение присоединился истерический смех.

– Моё любимое сочетание. – улыбнулся он. – Ну да ладно, ты уже достаточно видела. Пора и тебя определить в мой «Шатёр жизни»! Ты станешь достойным экспонатом моей коллекции! – с пафосом воскликнул он и схватил меня за руку.

«Нет… это невозможно! Я сплю! Я должна проснуться!»

– Глупое создание! Твоя душа в моих руках! Ты никогда не проснёшься! Ты всегда будешь здесь, со мной, в моём «Шатре жизни»!

Я взглянула ему в глаза и не увидела ничего. Чёрная пустота. Глубокая пустота, поглощающая эмоции и чувства. Чужие эмоции и чувства…

– Теперь я поняла, куда ты постоянно уходил… – прошептала я. – Теперь я всё поняла.

«Я должна что-то сделать! Я должна отсюда выбраться!»

– Поздно, детка, поздно что-то делать. – прошипел он мне на ухо и толкнул в сторону шара.

Горячий воздух, исходивший от него, обжёг мне щёки. Я попыталась закрыться руками, но их внезапно свело судорогой. Оболочка шара тем временем чудовищно увеличивалась в размерах… Сильные руки позади снова толкнули меня и на этот раз в самое пекло «карнавала». Я оказалась внутри шара, среди множества людей, которые, впрочем, не обратили на меня никакого внимания.

Я снова обрела способность двигаться, но теперь мне это уже было ни к чему. Я обернулась и увидела его, стоящего у оболочки шара. Он встретился со мной взглядом и ухмыльнулся. Я стукнула кулаком по шару и это его развеселило ещё больше.

Он засмеялся и начертил в воздухе руками какую-то английскую надпись.

Я непонимающе на него посмотрела. Он перестал смеяться и улыбнулся, а затем ещё раз начертил в воздухе знаки, на этот раз медленнее. Я проследила за его движениями, которые кричали мне сквозь стекло: end! end! end! Cотни тысяч end проносились у меня перед глазами… А люди, такие же жертвы, как и я, уже кружили меня в своём хороводе…

Вскоре смешалось всё, буквы, люди, их лица, эмоции… Кто-то плакал, кто-то негодовал, а кто-то хохотал над всеми вокруг.

Я не могла хохотать и не хотела плакать. Я вырвалась из хоровода и подбежала к краю шара. Он всё ещё стоял у оболочки.

Я сдвинула брови и начертила в воздухе надпись: «Будь ты проклят, чудовище!»

Он ухмыльнулся и хлопнул в ладоши. Шар резко оторвался от земли и закрутился в воздухе воронкой. Кто-то сзади обнял меня за плечи и прошептал на ухо:

– Добро пожаловать, детка, в нашу труппу. Ты ведь уже придумала, какой спектакль покажешь ему завтра?

Жажда

Пустыня. Палящий зной. Сухие, воспалённые глаза с надеждой смотрят вперёд. Где-то там, за горизонтом, свобода, где-то там, за горизонтом, синее море и чайки, где-то там вода, где-то там жизнь…

«Нужно скорее выбираться отсюда, пока эти песчаные барханы не поглотили меня целиком и полностью!» – подумал Саид, проклиная тот день, когда он отправился с командой сумасшедших мореплавателей на поиски сокровищ.

Их корабль разбился о скалы, бешеные волны раскидали людей, как щепки, в разные стороны, а Саида выбросило на берег. Каким-то чудом он единственный остался в живых.

«Это знак! Я должен найти сокровища!» – подумал тогда Саид и, обогнув отвесные скалы, ступил во владения бескрайних песков…

Пустыня встретила нашего героя неприветливо. Сначала песчаные бури закружили его в своём водовороте, а потом, когда им надоела эта игра, они толкнули Саида в глубокую, песчаную яму и с диким свистом улетели по своим делам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.