Оксана Довгучец
Хрупкое равновесие

Пролог

Вайлена задумчиво смотрела на огонь через бокал, вино из-за этого имело цвет крови, ей владела апатия, уже месяц прошёл с того дня на площади Садикора, а она никак не могла собраться. От той жёсткой колдуньи, которая восемьдесят лет назад дралась с чужими и своими за чертог Цеондры, сейчас мало что осталось.

– Как тебе вино? Эти виноградники остались на земле ушедшей к шурхховым стихийцам, – с ненавистью произнёс Дагрий.

– Приятное, ты никак не успокоишься, новый засади, тут к востоку полно пустой земли, – равнодушно ответила она ему.

Он внимательно смотрел, как она допила и поставила бокал на подлокотник кресла и стал ждать, считая про себя до тридцати. Тело Вайлены дёрнулось, рука сшибла бокал на пол, взгляд широко открытых глаз по прежнему смотрел на огонь, она не дышала, он подошёл к ней, сложил руки на кресло, вытер со рта выступившую пену. Именно в этот момент в комнату вошла Идалина, она сразу всё поняла и всё же спросила:

– Что случилось? Вайлена…

Дагрий преградил ей путь:

– Не стоит подходить, я сам всем займусь.

– Но зачем, скажи зачем? Тебе нужны земли, место правителя? Да она сама бы уступила тебе его, – переходя с шёпота на крик, спрашивала она, подступала истерика.

Она схватила его за плечи и начала трясти, он отбросил её от себя:

– Успокойся, она устала, её время закончилось, и если ты не хочешь, чтобы закончилось твоё, заткнёшься, отправишься к себе в лес, и не будешь высовывать носа оттуда, поняла?

Он говорил спокойно, смотря сверху вниз, как она растирает слёзы по лицу и пытается осознать его угрозы.

– Помоги мне подняться, – спустя две минуты сказала она глухим голосом.

На его губах появилась усмешка, он подал ей руку, поправил платье и волосы, приговаривая:

– Я всегда знал, что ты умная девочка, – достал платок, промокнул им слёзы Идалины и легонько поцеловал в губы, – а теперь иди, будешь нужна, дам знать, а то и навещу.

– Я хочу попрощаться, пожалуйста, – выдавила она из себя.

Он приветственно махнул рукой, разрешая, подойдя к сестре Идалина провела рукой по её лицу, закрыла глаза и прошептала:

– Прощай сестра и прости, если смогу…

Слова оборвались, чувствуя снова подступающие слёзы, она пошла к двери, обернувшись всего на мгновение, чтобы посмотреть на обоих – мёртвую сестру и её убийцу, своего бывшего возлюбленного, как никогда она чувствовала себя слабой, беззащитной и одинокой. Дагрий же, собравшийся было дать распоряжения, по поводу тела Вайлены удивлённо и раздражённо взглянул на артефакт связи, молния на нём настойчиво искрилась – Угриш, что ещё случилось. Выходя из портала он хотел было выплеснуть раздражение, но замолчал, Угриш был не один. Высокомерное красивое лицо с разными глазами, карим и серым – Патрикус.

– Рад тебя видеть, Дагрий, – низким, вкрадчивым голосом сказал мистик.

– Долго же тебя не было, "друг". Пока ты прыгал по мирам мы свой потеряли, – сдерживая злость кинул ему Дагрий.

– Я немного в курсе, не так уж и потеряли, если хорошо подумать, ещё можно всё вернуть, а где Вайлена? – спросил он, усаживаясь в кресло.

– Вайлены нет и не будет, неприятность одна случилась, ела виноград и подавилась, – садясь напротив ответил Дагрий.

Воцарилась тишина, Угриш с Патрикусом переглянулись, некромант качая головой сказал:

– Жалость какая, бывает же, а с телом что?

Дагрий издал звук похожий то ли на рык, то ли на смешок:

– Ну ты даёшь, хотя ты прав, может и сгодится ещё, она пока у себя, я не прибирал.

– Расскажи про Эдгара и ту девушку, дочь Адиуса, я немного не понял, – попросил Патрикус, уходя от неприятной ему темы.

– Магибус – глубокая магическая связь, когда они вместе, магия усилена в трое, любая, в твоё отсутствие мы с этим не справились, – ответил Дагрий рассматривая потрёпанную мантию мистика, – что-то ты не очень выглядишь, где был то?

– Ох, где я только не был, магибус, это не стихийная магия, насколько мне известно это магия Хранителей, интерееесно, – протянул Патрикус, перебирая в руках разноцветные чётки.

– Знаю, и не придерёшься, наложено оно было, когда девчонка была младенцем, его как-то можно отменить, развеять, не в курсе? – в его голосе смешались любопытство и надежда.

Патрикус покачал головой, явно сомневаясь:

– Это вряд ли, отменить его могут только сами Хранители, зато я точно знаю, что у него есть один большой минус – если умрёт кто-то из них, погибнет и другой, они очень зависимы друг от друга, и наверняка не расстаются, не удивлюсь если старина Эдгар затащил её к себе в кровать, вот на этой зависимости и можно сыграть, есть у меня мыслишка.

Глава 1

"Счастье познаётся в сравнении" – есть такое выражение, насколько оно точно Олеся утверждать не могла, её счастье состояло из маленьких ежедневных радостей и большего она не желала. Больше месяца прошло с того дня, как было заключено перемирие и Вердану разделили границей, с одной стороны которой патрулировали ловчие Каоррта, с другой отряд Веледара, в последний входили практически все маги Стихии, пока жизнь более менее не наладится, не было ещё ни Совета, ни каких-либо школ или академий, как каламбурно это не звучало, всё было стихийно. Случалось и Олесе с Эдгаром бывать в патруле, вместе и по раздельности, хоть и старались они разлучаться редко. Вот как сегодня, они закончив завтрак-пикник у моря, организованный Олесей, сидели и не желали разрывать объятий, у обоих были дела в разных концах пока не названной земли.

Были предложения назвать её именем – Лессалией или Лессой, но Олеся была категорически против, так и висел этот вопрос. Впервые она была в таких гармоничных, простых и естественных отношениях, ей нравилось радовать Эдгара, ему хотелось радовать её. И ничего придумывать не нужно, никаких сложностей и надуманных барьеров, проблем, обид. Она с удовольствием училась у него магическим премудростям , Эдгар был уверен, что она, при должном старании, сможет в равной степени с водной магией обращаться и с воздухом. И она старалась, не из страха разочаровать, или не угодить возлюбленному, из желания доказать себе прежде всего – она сможет! Возлюбленным Олеся называла его исключительно про себя, они вообще не говорили о любви, они любили! Нет, он называл её в минуты нежности или страсти своей девочкой, солнышком, Лесей – выведав, как её называли родители, дразнил рыжиком, когда шутил, она называла его Эдиком или Эдом, на эмоциях вспоминала все ласковые слова какие знала, но любимым – никогда. Так уж у них повелось, возможно от того, что они оба так называли других людей когда-то…

– О чём задумалась? – спросил Эдгар, прижимая её к себе, желая согреть, оделась сегодня она легко, а осень, хоть и не такая суровая, как на Земле, всё равно оставалась осенью.

С удовольствием прижимаясь к нему, немного подумав, она ответила:

– Я всё же решилась, пойду сегодня к Идалине, сколько ещё тянуть.

– Ты не обязана, твёрдого обещания ты не давала, если тебе этого не хочется не иди, – заглядывая ей в глаза, посоветовал он.

– Я хочу, только волнуюсь немного, у меня странное чувство, что я должна дать ей шанс, – поёжившись и тяжело вздохнув, продолжила, – или всё обсудить раз и навсегда, прекратив общение.

Он какое-то время молчал, рассматривая её, затем поцеловал:

– Понимаю тебя, но сначала домой – переодеваться, ты же ещё хотела проверить, как постройка храмов идёт?

– Да какой из меня строитель, – рассмеялась Олеся, – хочу навестить, может помочь чем смогу, с людьми пообщаюсь, узнаю в чём нуждаются.

Они встали, ещё раз поцеловались, попрощались до вечера, улыбнулись друг другу и отправились каждый своим порталом.

Олесе было трудно определиться с одеждой, как совместить принятую в Вердане, с привычной земной. Женщины брюки здесь не носили, но от этой привычки она не могла и не хотела отказываться, на пробу попросила Лану сшить ей костюм из прямых брюк и удлинённой туники, до колен – вышло симпатично и практично, и цвет приятный – серо-голубой, с неизменной вышивкой, особой, рунической. Для Олеси было откровением, что большинство рун имели тот же вид, значение и название, что и на Земле, корни этой древнейшей магии затерялись и что откуда пришло – неизвестно. Обувшись в кеды и накинув плащ, Олеся вышла во двор дома, её дома, их дома, она привыкла к нему очень быстро и почти не вспоминала о прежней его хозяйке, Тамии. С волнением она расчертила в воздухе Лирдос и представила двор усадьбы Идалины.

Первое что бросилось ей в глаза – заброшенность, тут заросло, там листья не прибраны, живёт ли она ещё здесь? Поднялась по лестнице, дёрнула ручку – открыто, в доме было очень тихо, Олеся огляделась, здесь было чисто и прибрано. Она хотела было позвать Идалину, но тут вышла девушка горничная, та самая, Салима.

– Я к Идалине, она дома? – спросила её Олеся.

Девушка кивнула:

– Я провожу вас, хозяйка приболела.

Олеся отправилась за ней, в этой комнате ей не приходилось бывать, что-то среднее между библиотекой, кабинетом или будуаром. Полки с книгами, камин, диваны, столики, зеркала. Всё здесь было вишнёвое и малиновое, кроме чёрного дерева, Идалина полулежала на одном из диванов у камина, закутанная в плед и смотрела на огонь, на столе стояла полупустая бутылка с вином. Волосы её, растрёпанные и разбросанные по подушке, тоже походили на обрывки пламени, лицо было бледным, губы сухими, взгляд отрешённый и тусклый.

– Идалина, – позвала Олеся, называть её иначе язык не поворачивался.

Та отвела взгляд от огня и подняла его на Олесю, не сразу узнавая, чуть больше минуты и он оживился, хриплым шёпотом женщина произнесла её имя. Олеся села рядом, потрогала лоб Идалины, температура была явно высокой.

– Давно ты болеешь? – спросила Олеся.

– Не знаю, – пожала та плечами, – как вернулась от Вайлены, – ответила женщина, лицо её скривилось в гримасе, по щекам потекли слёзы.

Этого Олеся никак не ожидала, она растерялась даже.

– Лесса, дочка, он убил её, понимаешь, а меня выкинул из её дома, пригрозив тоже убить, если высунусь, – каким-то надломленным, усталым голосом произнесла Идалина.

Совершенно ничего не понимая, Олеся уточнила:

– Кто кого убил? Что произошло? – подумала и взяла её за руку.

Та схватила её руку в свои, приподнялась и с лихорадочным блеском в глазах быстро заговорила:

– Дагрий… Я пришла к ней, к Вайлене, одной было тоскливо очень, а она сидит в кресле, мёртвая, я сразу это поняла. Он убил её, мою сестру, ради земли и места…

Олесю пробрало от её слов и интонации, состояние Идалины было предистеричным, Дагрий убил Вайлену, вот это новость, борьба за земли…

– У меня кроме Вайлы никого не было, я одна, совсем одна… – начинала захлёбываться Идалина.

У Олеси сжалось сердце от жалости, разумеется она жалела не Вайлену, Идалина была такой беспомощной, одинокой и явно больной. Она обняла её и пригладила растрепавшиеся волосы, в ответ та вцепилась в неё, плечи тряслись от рыдания. Так они и сидели какое-то время, Олеся ждала, когда Идалина проплачется, после того как она затихла, освободилась от объятий и уложила, укрыв пледом. Прошла к двери и крикнула Салиму, та пришла быстро:

– Послушай, нужен отвар из трав, жар снять, успокоить, ей нужно поспать, есть такие?

– Да конечно, две четверти часа и будет готово, – ответила девушка и удалилась в сторону кухни, которую при побеге тогда подпалила Олеся, сколько всего произошло с тех пор.

Вернулась к Идалине, взяла стул и села рядом, глаза у той были закрыты, и потому от её вопроса Олеся вздрогнула:

– Как ты живёшь? Похорошела гляжу.

– Да нормально живу, забот сейчас много, считай мир заново строить приходится, –ответила Олеся, не находя иных слов.

– Эдгар? С ним живёшь? У счастливой женщины взгляд особый, – бледное лицо Идалины преобразила улыбка.

Олеся только и смогла, что кивнуть, тоже улыбнувшись и встретилась с матерью взглядом, теперь спокойным и внимательным.

– Рада за тебя, он сумеет тебя защитить, и любить тоже сумеет, – как-то странно она сказала.

Олеся снова улыбнулась, и отвела взгляд, направив его на огонь, почувствовала руку Идалины на своём колене и не отрывая взгляда взяла её в свои. Так они и сидели, пока не пришла Салима с отваром, ушла Олеся только после того, как Идалина всё выпила и уснула.

Глава 2

Магия может очень многое – она помогает в быту, даёт свет и тепло в дома, с её помощью можно исцелять организм и его же повреждать в бою с врагом, пойди сейчас она в мир, где официально магия не признаётся и наглядно опровергни это – такое начнётся. Одного она не может, избавить человека от мрачных мыслей, пока человек сам не сможет или захочет от них избавиться. Олеся сейчас шла тем самым путём, которым относительно недавно они бежали с близнецами, тот забег ей не забыть, от одной мысли бок начинает колоть. Посещение дома Идалины не принесло того, чего она ждала, напротив внесло ещё большую сумятицу в сердце. Больше всего ей хотелось поделиться новостью и своими чувствами с Эдгаром, но придётся ждать вечера. Она и не подозревала, что вечером они не увидятся, и вообще это произойдёт очень нескоро, и та проблема, которой были заняты голова и душа, станет не самой важной уже очень скоро…

Из грустной озадаченности её вывели голоса, стук инструментов, приятный рабочий шум, всем известно – труд, прекрасное средство от хандры. Решение восстановить старое поселение приняли её друзья – гномы, братья Гвент и Зирд взялись за это очень продуктивно, ещё и народ подтянули, стройка шла активно. Одновременно строились три дома, достраивался храм, ещё немного и начнутся первые стихийные обряды, для помощи ближайшим жителям.

– Олеса! – радостным криком встречал её Гвент.

Она невольно улыбнулась, на душе стало светлее от улыбки Гвента и серьёзной сосредоточенности Зирда, а ещё от вида обоих, так как щеголяли они в подаренных ею кедах.

– Доброго дня Олеса, ты во время, нам как раз твоя помощь нужна, – вежливо и обстоятельно поприветствовал её Зирд.

– Привет, что от меня требуется? – в том же духе ответила она.

– Вот! Викэн принёс вчера, подправили, починили, – показал гном на лежавший стихийный крест, тот переливался и ждал рук мага.

Олеся взяла его, провела рукой, затем снова положила и сложив ладони одна на другую направила на него – шум ветра, запах дождя, чуть слабее земли и огня. Предусмотрительно она выложилась не на полную, уже сегодня строители смогут задержаться чуть дольше, их лампы будут гореть. Увы, пока приходилось многим жить на перехвате, обходить всех у них физически не получалось, чтобы заряжать лампы. Олеся посмотрела на куполообразную крышу, подняться она попробует, занятия воздушной магией с Эдгаром должны ей помочь, но вот как закрепить, она глянула на братьев, с виду Гвент был легче.

– Гвент, ты будешь первым летающим гномом, готовься, – серьёзно сказала она, стараясь не смеяться от того, как вытягивается его лицо.

– Ничего себе, не уронишь? – обеспокоился друг.

– Постараюсь, купол кто ставил? – спросила она.

– Веледар с дочкой поднимали, – пояснил Зирд.

Призвать достаточно большую воронку получилось легко:

– Гвент, бери артефакт и инструмент, если нужен какой.

– Всё при себе, – похлопал гном жилет с многочисленными карманами и взял бережно крест.

Олеся схватила его подмышки, и шагнула в воронку, это оказалось не так легко, но она подняла и себя, и Гвента, тот оказался достаточно тяжёлым. В центре купола было отверстие – туда гном и вставил артефакт, шустро что-то намотал, постучал и когда сказал, что готово, она благополучно спустилась. Гвент сиял, теперь разговоров хватит, сама Лессалия его поднимала в воздух.

– Лампы сегодня можно не заряжать, на пару дней энергии хватит, а потом я приду и повторю, – объясняла она гномам, чтобы те рассказали потом остальным.

Они сидели на месте будущего дома Гвента, решено было сначала построить ему, потом Зирду.

– А не проще один на двоих? – поинтересовалась Олеся.

– А жену куда приводить, – привёл весомый довод Гвент.

– Ого, а есть кого, ты не рассказывал, – улыбнулась Олеся, выравнивая очередной камень, сидеть без дела ей не хотелось, а обточить камни при помощи магии сложности не представляло, здесь была некая смесь воздушной и магии земли.

– Пока нет, – вздохнул гном, – но когда-нибудь будет обязательно, да и гном с домом всё больше заинтересует девушку.

Тут нечего было сказать – весомый аргумент. Работа спорилась , братья точили инструменты, взяв в руки кирку и рассматривая её Гвент несколько нерешительно спросил:

– Олеса, а вот такие башмаки ещё можно купить? Ребятам понравились.

И он махнул в сторону работающих гномов и людей, Олеся задумалась, все деньги она отдала бабушке, возможно у Викэна есть.

– Обещать не буду, но я попробую, –аккуратно ответила она, мысленно представив местных, рассекающих в китайских кедах, хоть бизнес организовывай, магазин с земными вещами, тут экономист нужен, курс валют и прочее.

И тут её рвануло, затянуло в какую-то странную воронку, это было похоже на переход, заложило уши и наступила темнота. Вот только что она сидела под осенними лучами солнца, а теперь абсолютная темнота, пахло сыростью, рядом было какое-то ворчание, что произошло?

– Где мы? Гвент это ты? – темноту разрезал голос Зирда.

– Это я, брат, что случилось? Олеса?! – голос Гвента был тревожный и напуганный.

– Я здесь, ничего не понимаю, мы куда-то вдруг переместились, это был портал, –поспешила она объяснить братьям и немного придя в себя попробовала призвать огонь.

Часть пространства осветилась, она увидала перепуганные лица гномов, оглядела место, где они находились, больше оно походило на пещеру, в горах Олесе приходилось бывать однажды, и то на экскурсии, сейчас они находились явно где-то очень глубоко.

– Мы в пещере, – озвучил её мысли Зирд.

– Как мы сюда попали? – задал вопрос второй брат.

– И как отсюда выбраться, проход я смогу открыть только на открытом пространстве, –невесело объявила Олеся.

Огонь потух, снова стало темно, она вызвала пламя ещё раз, совсем слабое, сообразительный Зирд наматывал на лопату тряпку, Олеся почувствовала запах масла, вот они чудесные карманы в жилетах гномов, чего в них только нет. Она аккуратно поднесла руку к их импровизированному факелу и тот загорелся, теперь стало видно, что из пещеры есть проход, который мог стать выходом.

Эдгар после того, как посетил три поселения, зарядив его жителям лампы, направился к границе, с трудом, но они таки договорились о проходе для жителей с обоих сторон. Новость о переустройстве земли и новых порядках дошла ещё не во все уголки, средств массовой информации, как в Мидгарде, здесь не было, пока, о чём он тоже думал, планов было столько, что они с трудом помещались в голову. Он оглядел небольшую очередь, убывающих было меньше, чем прибывающих, но они были, эти мало волновали магов стихии, а вот въезжающих приходилось проверять и давать пояснения, что их ждёт, пару раз, выслушав их, люди возвращались, к уже понятной и устроенной жизни. Но основная масса с радостью покидала земли которые отошли к тёмным, следовало выявлять магов и беседовать с ними отдельно, один такой был тёмным, мальчишка совсем, они его сразу развернули, лазутчики были ожидаемы, конечно они могли быть и среди людей, и тут они не могли ничего поделать. Ольгис и Анвина, маг огня, одна из вернувшихся с Мидгарда, были рады его помощи. Он проверил две семьи, и разговаривал с мужчиной, явно имеющим дар, когда почувствовал магию, Олеся – улыбнулся Эдгар, что-то его милая сильное применила, они чувствовали друг друга не особо стараясь, если один из них использовал много силы. Его радовали старания и успехи Олеси, он обожал их уроки, когда что-то долго не получавшееся, она наконец с успехом совершала, радовалась, как ребёнок и была особенно хороша. Открыв проход для будущего мага в Эрду, он довольно потёр руками, дальше им займётся Улия. И тут он ощутил пустоту, он не сразу понял причину, прислушавшись, он потянулся к Олесе и не почувствовал её, сначала пришло непонимание, вслед за ним паника, Олеси не было в Вердане.

Глава 3

Их окружала тишина пещеры, вернее прохода, только шаги разрушали её, пахло горящим маслом, Олесе вспомнились фильмы про Индиану Джонса, казалось, вот сейчас они вляпаются в ловушку и на них посыпятся скорпионы, жуки или змеи. Но ничего такого не происходило, она посмотрела на часы, идут они 42 минуты, часы обычные механические она купила себе и Эдгару, вспомнилась примета – дарить часы возлюбленному, к разлуке. В смутное встревоженное настроение вплелись тоска и страх, предвестники паники, где он сейчас, обнаружил ли её исчезновение, о чём подумает в первую очередь, наверное, что она ушла на Землю, станет искать её там. Кстати, вполне возможно, что она и правда на Земле, в Мидгарде, произошло что-то непонятное, странное, к бабке не ходи – причастны к тому тёмные.

– Тут развилка, куда дальше пойдём? – спросил Зирд. Олеся огляделась, продолжать идти прямо, или повернуть направо, нужно почувствовать стихию воздуха, она маг! Развела руки, ладонями в оба прохода и сосредоточилась, в том, что вёл прямо осязались движение и сила.

– Продолжаем идти прямо, – приняла она решение. Проход то сужался, то расширялся, ещё дважды они натыкались на ответвление, и только на четвёртом повернули влево, здесь их ждал целый лабиринт, пещера была пронизана проходами.

– Здесь была шахта, давно, смотрите, –указал на пол Гвент.

И правда, присмотревшись, можно было рассмотреть следы рельс. От непрестанного вглядывания в темноту и тусклого света их импровизированного факела у Олеси заболели глаза, и конечно сразу захотелось пить и есть, подступала усталость. Когда она споткнулась об обломки, бывшими когда-то вагонеткой, не выдержала и решила отдохнуть, её спутники не возражали. Стена пещеры была на удивление тёплой, Олеся облокотилась на неё и даже начала дремать под бубнёж и стенания Гвента.

– Тихо, – шикнул на него брат, – слышите?

Вся дремота тут же слетела, она прислушалась, в одном из проходов кто-то шёл, шаги были странные, они то шлёпали, то шаркали, то быстро перебирали, как будто у существа было шесть лап или ног минимум, по спине пробежала дрожь. Олеся схватилась за руку Зирда, это немного придало уверенности, между тем существо приближалось, шум стал отчётливее и более непонятнее.

– Гукин варч, варч сиим, – произнёс явно женский или даже девичий голос.

Тут из правого прохода, того что был впереди выскочило что-то небольшое, на нескольких лапах и кинулось к ним, Олеся вскочила и уже готовилась применить магию, когда оттуда же выбежала низкорослая фигурка и закричала:

– Гукин, неу, сиим.

Тусклый свет факела упал на зверя, и можно было разглядеть его: размером с крупного кота, покрытый тёмным блестящим мехом, острые лисьи уши, морда приплюснутая и оскаленная, большие, нет – огромные глаза жёлтого цвета, было у него шесть лап и очень длинный вздыбленный хвост. Девушка – гнома, или же правильно гномиха, подбежала к зверю и закрыла собой, стало ясно, она опасалась не за них, а за зверя. Наступила тишина, гнома смотрела на них, они на неё, в руке она держала что-то вроде фонаря или лампы, продолговатого с ручкой, свет от него исходил холодный голубоватый. Олеся разглядывала гному, ростом она была чуть выше близнецов, одета в комбинезон и рубашку, примерно коричневого цвета, оттенок сложно было определить, высокие ботинки на шнуровке, на шее завязан платок в полоску, светлые волосы затянуты два недлинных хвостика, из-под чёлки смотрели светлые глаза, черты лица были очень милыми.

– Привет, мы не опасны и не причиним вреда тебе и твоему зверю, – дружелюбным тоном сказала Олеся и улыбнулась девушке.

– Боюсь, она не понимает тебя, со зверем она говорила на другом языке, – осторожно сказал Зирд.

Гнома переводила взгляд со Олеси на братьев, словно пытаясь понять или вслушаться.

– Ты нас понимаешь? Я – Олеся, – сказала она показывая на себя.

– Неу, – покачала та головой, затем подумав ткнула себе в грудь, – Афина.

Последняя гласная у неё получилась короткая, резкая, имя у гномы было знатное, ничего не скажешь. Гвент подошёл к ним ближе и ткнул в себя, а затем в брата:

– Гвент, Зирд.

Вид у него был при этом умилительным и забавным, гном приосанился, глаза его заблестели, ишь ты, а девушка приглянулась ему. Так хотелось расспросить её, где они, явно не на Земле, и вряд ли в Вердане, иначе она чувствовала бы Эдгара, даже окажись она на другом материке. Напрашивались определённые действия, но Олеся боялась, во-первых напугать девушку, во-вторых последствий, заклинание о котором ей говорил дед, то самое, благодаря которому она сама выучила язык эрды, так называл его Викэн, она знала, но применять не пробовала, да и на ком ей было его использовать. Стараясь так же приветливо улыбаться, самым доброжелательным тоном она обратилась к Афине:

– Афина, я маг, я хочу попробовать научить тебя нашему языку, ты не бойся, это не больно и совершенно безопасно.

Та, услышав своё имя, неуверенно закивала и уставилась на руки Олеси, а они тем временем расчерчивали в воздухе сетчатый узор, в каждую ячейку которого вписывали знаки и руны эрды. Дело это было кропотливым и захватывающим, гномы заворожённо смотрели на магию творимую Олесей, и может потому Афина не успела среагировать, когда она подхватила "сеть", перевернула в горизонталь и словно шапку накинула на голову гноме, приложив пальцы к её вискам и держала их так какое-то время. Убрав руки, Олеся не без волнения спросила:

– Теперь ты меня понимаешь? Мы из мира, который называем Вердана, сюда попали не по своей воле, как называют твой мир?

Глаза Афины расширились в потрясении, сначала она просто кивнула, а затем робко, словно пробуя, произнесла скорее с утвердительной интонацией:

– Ты – маг, Олеса.

Олеся громко выдохнула и улыбнулась:

– Да, я маг, теперь мы сможем понимать друг друга.

– Вердана, где это? – говорила Афина короткими отрубленными фразами.

– Это другой мир, он находится очень далеко, нас перенесло сюда с помощью магии, чужой магии, – уточнила Олеся, стараясь не торопить и не давить на девушку.

– На Ширу тоже есть маги, они прилетать на крылатых змеях, – подбирала слова гнома.

Олеся вспомнила, что она сразу стала нормально и без проблем говорить, видимо где-то она ошиблась немного, но всё равно была очень довольна собой, могло быть и хуже, значит Ширу, слышала она об этом мире, но очень мало, вернее ничего, знала что есть такой и всё.

– Ты знаешь такой мир, Ширу? – спросил её Гвент.

– Слышала о нём, но и только, – развела руками она разочарованно.

В разговор вступил, как всегда обстоятельный, Зирд:

– Афина, ты можешь нас вывести отсюда, далеко выход из пещер?

– Могу, сама собираться это сделать – кивнула она ему в ответ и свистнув зверьку устремилась вперёд.

Гвент тут же рванул к ней и пошёл рядом, Олеся и Зирд поспешили за ними.

– А что это за зверь, он твой? –расспрашивал Гвент девушку.

– Это гукин, мой питомец, он нас вывести, с ним нет опасности, – охотно отвечала Афина.

– А что это за горы, здесь шахты были, давно? – не унимался Гвент.

Олеся улыбалась и качала головой, но тоже с интересом слушала, что отвечала гнома, не зря же она ей язык вложила!

– Давно, ещё мой дед мальчик был, здесь руда добывать, железо, мифрил. Южная гряда Фарецких гор называться, – фразы Афины становились сложнее.

Их факел начал гаснуть и Зирд скинул остатки тряпки, света от фонаря Афины в принципе хватало им всем. Вёл их и правда странный зверь, перебирая шестью лапами он ловко и уверенно выбирал повороты. К выходу из пещер они вышли через три с половиной часа с момента их попадания в Ширу. Горы были высокими, Олеся вышла и обернулась, пещера выглядела небольшой, на фоне их величия. От площадки на которой они стояли, вниз вёл холмистый спуск, покрытый жёсткой травой и редким низким кустарником. Гномы выжидающе смотрели на неё, сообразив чего они ждут, она обратилась к Афине:

– Благодарим тебя за помощь Афина, я открою проход в наш мир и мы уйдём.

Пока гномы прощались, Олеся принялась привычно расчерчивать в воздухе Лирдос, но ничего не произошло, проход не открывался, развернулась в другую сторону и повторила, нервничая, безрезультатно… Какое-то странное, неприятное де-жавю, ничего не понимая, она растерянно поглядела на гномов.

Глава 4

Паника никому ещё не помогала, её главная задача мешать человеку здраво думать и принимать нужные решения. Эдгар прекрасно это осознавал, и всё же взять себя в руки было ох как непросто. Казалось, он переместился в прошлое и переживает его снова. Ему нельзя, противопоказано оставаться одному, а тем более действовать, однажды ему это дорого обошлось. То и дело перед глазами вставала картина – Дагрий вытягивает жизнь из Тамии и она словно высохший цветок падает на землю, иногда вместо Тамии ему виделась Олеся, в груди всё сжималось, хотелось кричать от безысходности.

– Этого больше не случится, я не допущу, – пробормотал он вслух, и начал открывать проход, он искал Викэна, дома Эдгар его не обнаружил, и потому сейчас метался в его поисках, повезло ему только с четвертой попытки.

– Эдгар, друг мой, что произошло, – встретил его, не здороваясь, старый маг, видимо сам его вид говорил о неприятностях.

– Олеся пропала, я её не чувствую, в Вердане её нет, я подумал вдруг она срочно зачем-то в Мидгард отправилась, ты не знаешь ничего об этом? – говорил он торопливо, стараясь не показывать насколько он напуган.

Взгляд Викэна встревожился, он покачал головой:

– Нет не знаю, мы виделись два дня назад, она не говорила о том, что собирается туда, давай проверим.

Не мешкая, маг открыл проход и они прошли в него, они оказались в огороженной парковой зоне, шёл дождь, холодный и серый, всё показалось Эдгару мрачным и неприятным. Он закрыл глаза и попробовал почувствовать Олесю, пробуждая магический луч, тепло отозвалось на долю секунды и затихло – пусто, её не было в этом мире.

– Ничего, её здесь нет, – произнёс он глухо, крохотная надежда растаяла.

Возвратились они сразу в Эрду, контраст был очень ярким, здесь как всегда была весна, вечная и непроходящая. Они прошли к дому Веледара, услышав их, вышла Ариатта, приветливо улыбнулась, но увидев их мрачные и серьёзные лица встревожилась. Спасибо Викэну за то, что он кратко рассказал о произошедшем женщине и Эдгару не пришлось это делать самому.

– Что же делать, а в другие миры не заглядывали, – озвучила она очевидное.

– Нет пока, ты права, могло произойти всё что угодно, Викэн? Не пришлось мне нигде бывать, слаб я в пространственной магии, я стихии покорял, – в голосе его было всё: горечь, вина, ирония, беспомощность.

– Я знаю, кто вам поможет, –встрепенулась Ариатта, – Киртен, он много лет жил в Варкхене, и в Ширу бывал.

Киртен был старше Викэна лет на двадцать, седовласый и седобородый, с живыми глазами и пружинистой походкой, он создавал странное впечатление, Эдгар не знал его до падения, познакомился лишь теперь, когда он вернулся домой. Он внимательно их выслушал, и долго не размышляя, откликнулся на их просьбу, Олесю все знали, и минимум были благодарны ей. Под фиолетовым небом Варкхена они были дольше, он оглушил звуками и запахами животных, металла, еды здесь всё было чересчур, Эдгар не сразу смог сосредоточиться, а когда сделал это понял, что и здесь её нет. Не возвращаясь обратно в Вердану, они отправились в мир, который называли Ширу – перед ними раскинулась степь, по широкой тропе шёл караван, неизвестные Эдгару большие животные с шестью лапами тащили повозки с грузом. Выдохнув он замер и представил возлюбленную, её улыбку, внимательный взгляд полный нежности и тепло откликнулось, с замиранием сердца он смотрел на золотистый луч, вот он вспорхнул, потянулся на два локтя, не меньше и рассыпался в воздухе, как это понимать? Так ни с чем они и вернулись в Эрду, их встречала семья Веледара и Улия, на общий немой вопрос они только развели руками.

– Эдгар, когда её вообще видели в последний раз, и кто? – задал вполне понятный и уместный вопрос Веледар.

Викэну, проведшему столько лет в Мидгарде и прочитавшему сотни книг, в том числе и детективы, стало стыдно и почему этот вопрос задал не он.

– Утром я её видел, она собиралась в пару мест, где строят храмы и ещё… К Идалине… – голос его оборвался, как он мог забыть.

Молнией он метнулся в портал, за ним еле успели Викэн и Веледар, двери дома были открыты, они по очереди вбежали и остановились, было очень тихо, даже сонно.

– Олеся, – позвал он, – Идалина, – на его крик выбежала девушка в платье горничной, что удивило, глаза у неё были светлые, мимолетно он отметил, что магии в ней нет.

– Хозяйка приболела и отдыхает, а Лессалия ушла, давно, ещё полдень только был, – с опаской глядя на мужчин, сказала Салима.

– Пойди к Идалине, узнай как она, мне нужно с ней поговорить, – попросил Эдгар.

– Не нужно, Салима ступай, – раздался голос Идалины.

Они повернулись на него, хозяйка дома, бледная, заметно осунувшаяся и кутающаяся в шаль, прошла к ближайшему стулу и села, приглашая их это сделать тоже.

– Что произошло, что-то случилось с Олесей? – встревоженно спросила она.

– Мы не знаем, я не знаю, её нигде нет, я перестал её чувствовать, – объяснил сумбурно Эдгар.

Идалина удивилась:

– Связывающая магия? Так может дело в ней, а с дочкой всё в порядке?

Маги переглянулись, об этом Эдгар не подумал, вспомнил реакцию луча в Ширу, он произнёс:

– С магией всё нормально, я бы понял это сразу, может она что сказала тебе, поделилась планами?

Идалина поёжилась, плотнее запутавшись в шаль, сжала пальцами виски и рассказала о посещении Олеси, о смерти Вайлены, последнее стало для них новостью и что-то заныло в груди у Эдгара, ох неспроста это всё.

– Не нравится мне это, я как только хоть немного окрепну, постараюсь что-нибудь узнать и обязательно передам о результате, и вы… Если будут новости, не забудьте про меня, – голос Идалины сорвался, в глазах заблестели слёзы, именно сейчас Эдгар увидел, как похожа Олеся на мать.

– Да, конечно, будь там осторожнее, –сказал он и все трое они поспешили из дома.

И вот в следующем пункте поиска, их ждала плохая новость, растерявшиеся люди и гномы, на перебой рассказали, как пришла маг Олеся, зарядила навершие на храм и помогла его поставить, а потом она с близнецами сидела, работала и в один миг все трое исчезли, указав на место.

– Да здесь несёт тёмной магией, – обходя место происшествия, воскликнул Веледар.

Появилась хоть какая-то определённость, разрушились последние надежды.

– Тебе нельзя оставаться одному, друг, вас разделили намеренно, пусть ты хоть десять раз Повелитель Стихии, – тихо сказал Веледар.

– А что толку, если с ней что-то случится, вы мне ничем не поможете, – глухо и как-то беспомощно ответил Эдгар, он не имел понятия, где может быть Олеся.

– Ну так и она не одна, гномы за неё ничего не пожалеют, – произнёс задумчивый Викэн.

Веледар молча открыл проход в Эрду, и словно арестант, Эдгар повиновался, сидеть в изоляции, прятаться, оберегая таким образом Олесю – не этого он хотел, он бы метнулся в любой мир, да куда угодно, знать бы где она.

Идалине стало лучше только к утру, наверное мысли о дочери и необходимости узнать, что с ней, подняли её с кровати. Приведя себя в порядок и даже немного поев, она открыла проход в Цеондру, сад, в теперь уже бывшем замке сестры, был погружен в тишину и туман, прошмыгнув через чёрный ход, она отправилась по коридору к той самой комнате, в которой видела в последний раз Вайлену, вернее её тело. Но замерла на полпути, из столовой доносились голоса, и один из них принадлежал чем-то недовольному Дагрию. Подойдя поближе она прислушалась, голос второго она не сразу признала, слишком давно не видела Патрикуса.

– Где ты теперь её будешь искать, по всей этой аномальной зоне? – спрашивал убийца сестры.

– Я найду её, вопрос времени, переместиться она не сможет, как только окажусь в радиусе артефакта-маяка, дело будет сделано, – спокойно и уверенно говорил Патрикус.

– Так чего ты ещё здесь, почему не в Ширу?! – не успокаивался нервный Дагрий, Идалина никогда не видела его таким взвинченным.

Значит она не ошиблась, Дагрий причастен к исчезновению Лессы.

– Вот сейчас доем и отправляюсь, запру девку Идалины и позову вас, сам решай дальше, что с ней делать, – не торопился Патрикус, дразня Дагрия.

В принципе можно было уходить, она и не рассчитывала на такое везение, но именно в этот момент её окликнул голос некроманта:

– Подслушиваешь?

Глава 5

Некромантов никто не любит, с их присутствием мирятся, из страха или выгоды, поэтому рука Идалины не дрогнула, когда доставала жезл. Только по причине неожиданности она смогла ударить так сильно, Угриш отлетел в другой конец коридора, теперь бежать. Снова сад, портал домой, собирать вещи и уходить, теперь она остаётся без дома, выбор дался ей на удивление легко. Как только она оказалась в своей комнате позвала Салиму:

– Салима, предупреди тех, кто ещё остался в этом доме, что нужно уходить, оставаться здесь опасно, срочно!

Перепуганная девушка убежала вниз, Идалина же призвав демона-стражника, схватила сумку и начала кидать в неё необходимые вещи, руки тряслись, сердце колотилось. И тут дом сотрясся, усиленный магией голос Дагрия пробрал до мурашек:

– Идалина, я тебя предупреждал!

– Охраняй! – приказала она демону, указав на дверь, перекинула сумку через плечо и открыла окно.

В этот же момент дверь выбили, страж преградил путь магам, она поднесла свисток к губам и дунула в него. Левистрак призвался незамедлительно, запрягать его не было времени, она прыгнула на него и чуть – чуть не успела, петля плети, накинутая на неё, больно обожгла. Не давая сдавить ей шею, Идалина одной рукой схватила её оттягивая, в другую она вытащила зачарованный кинжал из ножен на поясе и перерезала петлю, немного задев кожу. Не обращая внимания на струйку крови, она подстегнула демона и он взмыл вверх. Когда завершив круг, левистрак пролетал над домом, она увидела пламя охватившее её дом, вот и всё…

Веледар в очередной раз сдерживал Эдгара, от попытки сломя голову идти прямо в руки к Дагрию, когда из города прибыл Стасий, вид у того был растерянный.

– Эдгар, четверть часа назад прилетела на левистраке Идалина, говорит, что есть для тебя важная информация, и ещё просит убежища, она ранена, – выпалил он.

Не говоря ни слова, он рванул в портал, наконец-то! Идалина сидела на ступеньках бывшего дома Дагрия, вид у неё был ещё хуже чем вчера. Бледная, волосы растрепаны, на шее и руках ожоги, явно от магии, она прижимала платок к ране на шее, стараясь остановить кровь.

– Эдгар, я узнала где Олеся, она в Ширу, –морщась от боли, обратилась она к нему, как только увидела.

– Пойдём в дом, тебе нужна помощь, там всё и расскажешь, – сказал он, подавая Идалине руку.

Пока он пытался подлечить её, она продолжала морщиться, на этот раз от инородной ей магии, но рана вскоре затянулась, прошли и ожоги. Поблагодарив его, она подробно рассказала об услышанном, Эдгар молча внимал ей и мрачнел.

– Что ты теперь будешь делать, если и правда на ней маяк, они найдут её раньше нас, – спросила Идалина.

– Прежде всего я хочу понять, как это могло произойти, что ты сама об этом думаешь? – вопросом на вопрос ответил он.

– Пространственный крюк, он подцепил её, используя маяк и выдернул в Ширу, в какую-то зону особенную, где не работают проходы, что само по себе интересно, возможно из-за этого у Патрикуса вышло не всё гладко, и Олесю выкинуло в другом месте, – рассуждала мать его возлюбленной.

Он закрыл глаза, откинувшись на спинку стула, маяк… Как он оказался на Олесе, среди них есть лазутчик или предатель, какая-то мысль зацепила его и он застонал в голос. Идалина встревоженно смотрела на него:

– Ты что-то вспомнил?

– Цветок, я же видел его и не разглядел природу, не придал значения, болван и слепец, – видя непонимание на лице Идалины пояснил, – дня три назад Олеся была в одном из приграничных посёлков, мальчишка какой-то в благодарность подарил ей цветок, звездовик из бусин, с иголкой, она его на плащ прицепила, а я велел ей одеть его вчера, когда она замёрзла.

Он вскочил, словно готовый бежать, во всей его фигуре чувствовалась страшная мука, Идалина подумала о том, как сильно полюбил он её дочь, и как сильно поменялась её собственная жизнь. Одному соваться в Ширу нельзя, но и оставлять всё здесь без пригляда тоже, как быть – мысли Эдгара лихорадочно метались.

– Я возьму пару магов, и отправляюсь в Ширу, – тихо, но решительно произнёс он.

– Я с вами, я пригожусь! – вскочила Идалина, Эдгар только кивнул ей, соглашаясь.

Олеся сидела на не очень удобном сиденье диковинной паровой машины на трёх колесах, и рассматривала скудный горный пейзаж. Пародвиж, так назвала её Афина, сделала она сама, под руководством дядюшки Хорса, чем очень гордилась. После ещё нескольких попыток открыть портал, Олеся сдалась, происходило что-то непонятное, от чего она испытывала страшный дискомфорт и тревогу. Машину тряхнуло на неровной дороге, в очередной раз, она тихо выругалась. Их встреча с гномой и наличие у неё транспорта, стало большой удачей, она понимала это, но настроение всё равно было отвратительным. Не веселили больше даже откровенные попытки Гвента ухаживать за Афиной, как-то очень быстро ставшей просто Фин, он восседал рядом с ней, сначала рассказывая о себе, затем засыпая девушку вопросами. Зирд так вообще дремал, не обращая внимание на бубнёж брата и постоянную тряску.

– Фин, а зачем ты в горы то полезла, да ещё одна, – задавал очередной вопрос Гвент.

– Да так, схрон один надо было сделать, от чужих глаз подальше, – махнула рукой гнома.

– Ух ты, это ты клад прятала, какая ты занимательная девушка, – восхищённо комментировал Гвент, и той было приятно, что нельзя было не увидеть.

Олеся горько улыбнулась, подумав об Эдгаре, сейчас они бы оба сейчас были дома, ужин готовили, а потом, после вечерних уроков, пошли спать. Он обязательно каждый день, что-нибудь да рассказывал ей, про магию и магов, про историю Верданы, он там сейчас с ума сходит в её поисках. Яркое, морковного цвета солнце, клонилось к закату, становясь постепенно зловеще-красным. Они выехали из ущелья, горы резко раздвинулись, появилась растительность, кустарник и небольшие деревья. Возле одного из таких оазисов, Афина остановила машину, спрыгнула, и принялась прыгать, махая руками, Олеся последовала её примеру, тело и правда затекло.

– Нам не доехать сегодня, светило садится, да и вода нужна, в баке её мало остаться, – объяснила гнома.

– Где воду можно набрать, я принесу, – вдруг спросил всю дорогу молчавший Зирд.

Гнома внимательно посмотрела на него и указала прямо:

– Нужно спускаться вниз, там река, маленькая, я дать тебе сосуд.

Ловко вынув из машины канистру в форме бочонка с ручкой, она протянула её Зирду, Гвент обиженно вытаращился на брата, но ничего не сказал. Найдя подходящее место, Олеся разожгла костёр, Афина внимательно наблюдала за её действиями.

– Ты сильный маг, Олеса, завтра кристалл зарядить, хорошо? Чтоб пародвиж лучше ехать, – выдала гнома.

– Вода нагревается магией? – догадалась Олеся.

– Да, я покупать уже заряженный кристалл, маг иногда прилетать и продавать, – ответила Афина.

Поискав место поудобнее, Олеся села и вытянула ноги, стоило привыкать спать в кровати, снова походная жизнь. Гвент, неизвестно откуда, натащил травы для удобства девушки, и снова куда-то убежал.

– Афина, а маги всегда на змеях прилетают, или ещё как передвигаются? – Олесе пришла в голову мысль.

– Только прилетать, проход в Чаурд один, и там опасно, даже для маг, много воргу, злые, – ответила гнома, вытряхивая из сумки свои припасы, скудные на четверых.

– А проходы маги не открывают? И как же вы покидаете Чаурд, если единственный проход опасен? – продолжала расспрашивать Олеся.

– В Чаурд нельзя делать червоточина, место особое, запрет поставить да-а-авний предок гном, для гном в горе проход, шахта, под землёй, люди летать, на змеях и больших птицах, – тут она задумалась, видимо искала слово, – грыфон, так у вас называть.

– Грифон, – поправила её Олеся, – теперь понятно, почему я не смогла портал открыть.

Час от часу не легче, если здесь не работают порталы, как они умудрились сюда попасть, в задумчивости она теребила рукой подарок мальчишки из приграничного посёлка, самодельную брошь в виде цветка.

Глава 6

О занятном местечке Чаурд Патрикус узнал три месяца назад – со всех сторон окружён горами, единственный пеший проход кишит воргу. У этих мерзких созданий, похожих на помесь козлов и кобольдов, было ещё более мерзкая способность, полная невосприимчивость к магии. Проход туда тоже не открыть, по легенде, какой-то древний гном установил мощнейший артефакт глубоко в горах, вот и оставался один способ – полёт, молодой и сильный змей обошёлся Патрикусу всего в пару несложных услуг – зарядка артефактов, и устранение конкурента одного из местных правителей. Больше часа он летал, пока амулет-приёмник не почувствовал маяк, наконец-то. Дело за малым – лететь на сигнал, и там схватить девчонку. В то, что противостоять она ему не сможет Патрикус не сомневался, за ним мощь мистика и опыт, а она маг без году неделя. Освобождение ею Эдгара, и прочие фокусы – всего лишь результат его, Патрикуса, отсутствия и сытой расслабленности тёмных. Холмистую местность пересекла единственная река, змей спустился, чтобы попить, Патрикус спрыгнул с него и посмотрел на амулет, тот светился так, будто стихийница совсем рядом.

– Ну – ка дружок, не во время ты, она где-то недалеко, – сказал он змею, тот оторвался от воды, и посмотрел на Патрикуса желтыми глазами, ноздри его раздулись, красная чешуя на вытянутой морде блестела от воды.

Пришлось ждать, пока он не напьётся, и не позволит на себя взобраться, и как только они пролетели немного, он не только её увидел, но и услышал. Она была не одна, три гнома суетились недалеко, откуда они взялись, от этого народца всего можно ожидать. Гном-девушка возилась возле телеги, которая ездила за счёт нагревания и испарения воды, он видел такие, вынув что-то из неё, она протянула предмет дочери Идалины, сейчас он видел, как похожа та на мать, надо же. А потом он почувствовал силу, мягкую и сырую, та, которой пользуются стихийники, девчонка заряжала кристалл. Он очень удачно расположился, его прикрывали ветки деревьев, с красно-коричневой листвой которых сливался его змей, и выпирающая часть скалы. Время и возможность понаблюдать и решить, как все провернуть, были у Патрикуса.

Проснулась Олеся от головной боли и запаха жаренной рыбы, в животе возникли сразу два противоположных ощущения – голод и тошнота. Открыв глаза, она увидела непривычное небо, если в Вердане оно было таким же, как на земле, то в Ширу – бирюзово-зеленым, оранжевое солнце, или светило, как сказала Афина, уже прилично поднялось, видимо она спала дольше всех.

– Олеса, ты проснулась, я рыбы наловил, чудная такая, но Фин сказала, есть её можно, –радостно приветствовал её Гвент, будто они здесь в отпуске.

Сев, она тихо застонала, пересилив боль и дискомфорт, спустилась к реке. Вода, она и в Ширу вода, через десять минут, бодрая и полная сил Олеся уминала рыбу, благодарив, сияющего Гвента. Не успела она закончить завтрак, как Афина, повозившись в машине, протянула ей вытянутый кристалл из странного прозрачного тёмного материала. Олеся взяла его в руки, рассмотрела внимательно, больше похож на какой-то камень, прислушалась – энергии в нём было совсем немного, чужой. Явно не стихия, но и не тёмная, ту она научилась различать и чувствовать. В последние недели ей так часто приходилось заряжать разного рода артефакты, что сделала она это сейчас на автомате. После короткого сопротивления, кристалл принял её силу, вобрав под завязку.

– Какой лёгкий и при этом заполнен, почему так? – удивилась Афина, принимая кристалл.

– Не знаю, видимо природа силы иная, попробуй, поедет твой пародвиж? –предложила Олеся.

Гнома поставила кристалл на место, села за рычаги и передвинула один, через три минуты зашумел пар, можно было ехать.

– Пускай Афина уезжает с друзьями, а мы с тобой побеседуем, Лессалия, – произнёс высокомерный неприятный голос, принадлежал он, спрыгнувшему с красного дракончика, имужчине.

Олеся его узнала сразу, изображений Патрикуса видеть ей пришлось достаточно. Тело её напряглось, сила вбиралась на рефлексе, нужно ближе к реке спускаться.

– Не думаю, что с тобой, Патрикус, нам есть о чём говорить, – она постаралась вложить в голос больше силы и меньше эмоций.

Маг – мистик выбросил руку вперёд вместе с стрелами молний, куда он метился Олеся не знала, но к тому времени она уже была в воздухе, стараясь увести противника подальше от гномов, и поближе к воде. Прыжками, явно магической природы, он почти достиг её, Олеся попыталась задержать его корнями соседнего дерева, но маг притянул её к себе, как булавку к магниту. Его руки коснулись висков Олеси, два глаза разного цвета смотрели в её глаза, сознание начало плыть, но вдруг мистик дёрнулся и повалился на неё. Она покатилась вниз кубарем, угодив прямо в спасительную воду, немного придя в себя, осмотрелась. Речка была узкая и неглубокая, в два счёта она оказалась на другом берегу, маг тоже встал и спешил сотворить новое заклинание, только она не позволила ему. Вода огромной каплей поднялась в воздух, и обрушилась на противника. Тут же, вмерзая в толстую корку льда, маг оказался в ледяной тюрьме, словно жук в янтаре.

– Афина, надо уходить, – крикнула Олеся гноме.

Пока гномы ехали вниз, новая вода прибыла в реку, и ещё одним толстым слоем льда окружила она кокон с магом. Прыгнув в подъехавшую машину, она оглянулась, часа два у них есть точно.

– Это тот самый Патрикус? Главный мистик Каманских земель? – с тревогой в голосе спросил Зирд.

– Это он, и теперь мне понятно, как мы тут оказались, глупо было думать, что тёмные так быстро успокоятся, – тяжело вздохнув сказала Олеся, – чем это вы его, очень во время, спасибо.

– Это Гвент, большим каменюгой, прямо в спину засадил, – с некоторой гордостью за брата, сказал Зирд.

Понимание ситуации принесло Олесе небольшое облегчение, за ним подтянулись вопросы и задачи. В голове прокручивались последние несколько дней, как она могла угодить в ловушку, всем кто был рядом, она доверяла. Всё было как обычно, патруль, проверка и помощь жителям… Так, стоп! Очаровательный мальчишка лет двенадцати, с веснушками на носу:

– Госпожа маг, вот возьмите, это вам! – и протягивает цветок звездовик, кажется.

Олеся отстёгивает с плаща брошь, теперь, зная что искать, она видит на игле еле видимый тёмный пульсирующий сгусток, в горле встал комок. Отломить иглу было легко, её она выбрасывает в одну сторону, цветок в другую, снова де-жавю, так она уже делала, убегая из усадьбы Идалины, как она там, пошла на поправку? Запоздавший откат, эмоции, или всё сразу, Олесю начало трясти, больше всего ей хотелось оказаться рядом с Эдгаром, по щекам текли горячие слёзы. Зирд протянул ей флягу с водой, хватило пары глотков, она вытерла слёзы и принялась отряхивать плащ, спасибо Лане за чары, после такого падения ни одной дырочки. Следующий час они ехали молча, потом начал бубнить Гвент, и Олесе совсем полегчало, ещё через час стали появляться разной высоты дома из камня, с печами и очагами во дворах, и небольшими огородами.

– Это Малый Чаурд, скоро мы будем у меня дома, – объяснила Афина.

На них обращали внимание и смотрели вслед, чаще гномы, иногда люди. Встречались животные на шести лапах, как у Афины, телеги запряжённые ослами с короткими ушами и толстыми крепкими ногами, машин не было больше видно. Витал запах острой еды, навоза и пыли, где-то мычала корова или кто-то похожий, стучал молот кузнеца, Малый Чаурд производил впечатление странной размеренной суеты, устоявшегося быта. Пародвиж Афина остановила возле довольно большого и крепкого дома, если сравнивать с увиденными ранее, только сейчас Олеся поняла, что было непривычным – здесь не было заборов, участки разделяли канавы, или как их называли в Азии на Земле – арыки. Из дома вышла гнома в головном уборе похожем на чепец, и что-то спросила Афину, та поцеловала гному и очень быстро заговорила, показывая на них. Гнома удивлённо поглядела на них и приветливо улыбнулась.

Глава 7

Их было трое, Эдгар, Идалина и с подозрением поглядывающий на неё Киртен. Шли они по улице шумной и грязной, сновали туда – сюда люди, гномы и представители других рас, иди и удивляйся, но мысли Идалины и Эдгара, снова и снова пытающегося почувствовать Олесю, были исключительно о ней. Вёл их Киртен, однажды бывающий в Ширу, город назывался Важай, будучи центром торговых путей, он никогда не был пустым и никогда не спал. Конечно был риск, не найти мага, с которым он познакомился в прошлое свое прибывание здесь, но иных идей у него всё равно не было.

Идалина шарахнулась, от самоходной телеги проехавшей совсем близко от неё, и поморщилась, ей не нравилось здесь, пахло пылью, дешёвой едой и животными. Пестрило в глазах от их разнообразия: маленькие лошади, какая-то помесь овцы и козы немыслимых расцветок: желтые, лиловые, коричневые, ещё рядом с гномами бежали хищники на шести лапах, то что это хищник, определить было не сложно, от животного разило магией, захотелось призвать пса или шурхха, чтобы чувствовать себя в безопасности. Наконец-то они остановились возле какого-то дома или лавки, Киртен открыл, явно зачарованную, дверь и прошёл внутрь, давая знак им подождать снаружи. Они молча ждали его, говорить было не о чем и незачем, всё сказано ещё до отправления, Идалина рассматривала закрывшего глаза Эдгара, напряжённое лицо, стиснутые скулы, под веками тёмные круги.

– Если бы я могла, как ты, чувствовать её, тоже не оставляла бы попыток, – угадала она причину его напряжения.

Он так резко открыл глаза, что Идалина вздрогнула, но не отвела взгляд, какое-то время они смотрели друг на друга, словно заново вели диалог, о котором даже не помыслили бы ещё недавно.

– Не спрашивай меня почему, сама не знаю, много лет жила без неё, но когда увидела впервые, что-то откликнулось, болезненное и радостное внутри. Нет, я всё та же Идалина, но я готова и не боюсь измениться, ради неё, кроме неё у меня никого не осталось, мы нуждаемся друг в друге, я это чувствую, –говорила она ему.

– Я не должен тебе верить, но верю, потому что понимаю, и наверное знаю, что твоя дочь способна изменить любого, она уже изменила нас всех, а я не сберёг её, – отвечал Эдгар.

Чужой голос, глумливый и наглый отвлёк Идалину, неопрятный человек, обращался к ней, даже не зная языка можно было понять о характере его предложения, одно движение рукой, короткая фраза призыва, и рядом с ней появился шурхх, шкурка-чешуя которого очень гармонировала с её красными волосами и красно-коричневым платьем. Шурхх зашипел и хватанул наглеца хвостом, тот испуганно взвизгнул и убежал, губы Идалины скривились в недоброй улыбке. Эдгар покачал головой и спросил, нарушая своё молчание:

– К чему это?

– Меньше лезть всякие будут, – пожала она плечами.

Вскоре вышел Киртен, в сопровождении крепкого некрасивого юноши, в чёрной одежде, при виде шурхха Киртен скривился, а юноша с любопытсвом взглянул на него, что-то спросив. Киртен коротко ответил тому, и в глазах парня появилась опаска.

– Это ученик Турши, сам он живёт за городом, в башне. Парнишке мало что известно о месте, которое мы ищем, он лишь подтвердил факт его существования, – поведал Киртен своим спутникам.

– Это далеко? Мальчишка может открыть проход? – спросил Эдгар.

– Это недалеко, так дойдём, он проводит нас из города, дальше сами, – указывая направление, сказал Киртен.

Сначала они плутали узкими улочками, очень тихими на контрасте с шумным центром, потом парень вывел их к роще, что-то сказал Киртену и ушёл.

– Нам по той тропинке, повернуть всего раз направо, на третьем повороте, – перевёл маг и они последовали за ним.

– А сам-то Турша, или как его там, портал нам откроет? – попыталась завести разговор Идалина.

– Не знаю, и убери этого, теперь ни к чему, – кинул он ей сухо.

Она поджала губы, и всё же прогнала шурхха, разговаривать желание отпало. Иногда они переговаривались между собой, будто её тут вовсе не было, но она была готова к этому, кто она им, вчерашний враг, связывает их лишь Лессалия. По большому счёту ей на стихийных было наплевать, кроме Эдгара, его Лесса любила и он больше всех мог и желал найти её. Словно услышав её мысли, Покоритель обернулся и посмотрел на неё, Идалина улыбнулась ему, он как будто смутился и отвернулся. Только несколько минут спустя, она поняла, что дело в их сходстве с Лессой, ну да, если бы не глаза деда, дочь была бы полной её копией, непросто бедолаге Эдгару. Остаток пути она разглядывала непривычное небо с оранжевым солнцем и окружающую природу, почти как дома осенью, но что-то ей подсказывало, что она такая здесь всегда, ответивший на её вопрос Киртен подтвердил это.

Башня была скрыта даже от них, чувствовать они её чувствовали, но видели лишь лужайку с голубой травой и мелкими лиловыми цветами, словно рассыпанными на ней. Киртен громко крикнул, позвав хозяина, тот явился только после второго раза. Мужчины-маги в мантиях Идалине не очень нравились, но Турше она явно шла, лаконичная серая с чёрной вышивкой, прямого покроя, каштановые волосы до плеч, прикрывал аккуратный головной убор в тон одежде, красивое лицо, с аккуратной бородой и усами вокруг рта и светло-карие, почти жёлтые глаза, она невольно залюбовалась им, он же, так же нахально ощупывал её взглядом. После нескольких фраз с Киртеном он подошёл к ним, положил руки на головы ей и Эдгару, подержал какое-то время, щелкнул пальцами и покров с башни был снят. Это была действительно башня, абсолютно круглая, но довольно широкая в объёме, высотой этажа четыре, не меньше. Камни белого цвета были испещрены рунами, Идалина рассмотрела две защиты, но их было явно больше.

– В башню приглашать не буду, поговорим на природе, – без малейших извинительных ноток сказал её хозяин, на теперь понятном ей языке.

Турша проводил их за башню, сотворил четыре кресла и предложил сесть, такое умел только очень искусный мистик, что он не без удовольствия демонстрировал.

– Ах простите, вы же с дороги, – улыбнулся он и перед ними появился стол с вином и нехитрой закуской, наверное принятой во всех мирах – жареный хлеб, сыр, орехи, фрукты.

– Ты всё тот же показушник, любишь покрасоваться, – рассмеялся Киртен.

– Это не сотворённая еда, – сказала Идалина попробовав сыр, – перемещение?

– Ты не только красива, но и умна, – похлопал в ладоши Турша, – я увидел вас давно, вот и приготовился, стол и еда настоящие, а вот кресла, сотворены, как твоё имя, хозяйка демонов?

Не удивившись, Идалина представилась, и не ожидая приглашения налила себе вина, их небольшое путешествие утомило её. Не ел только Эдгар, пригубив вина он рассказал хозяину башни о цели их прихода, тот внимательно слушал его.

– Чаурд, так называют это место, оно окружено горами, лет семьсот назад один невзлюбивший магов гном, установил глубоко в подземных пещерах артефакт невиданной по сей день мощи, полностью блокирующий пространственную магию. Туда есть два прохода – один с востока, через горную тропу, но та кишит неприятными хищными тварями, полностью невосприимчивыми к магии, с юга же есть проход через пещеры, доступен он только гномам. Попасть в Чаурд можно только по воздуху, на драконе или грифоне, или левистраке, – проницательно улыбнувшись Идалине, закончил свою речь Турша.

– Ты можешь открыть нам проход к этим горам? – спросил Эдгар.

– Не вижу смысла, дракона или птицу портал не переместит, а купить вы его сможете только здесь, ближайший торговый узел далеко отсюда, полёт займет неполные два дня, – объяснил Турша.

– Значит нужно возвращаться в город, что у вас сейчас в ходу? Золото, камни? – спросил Киртен.

– Золото, серебро, оружие, редкие травы, – перечислил Турша.

– Благодарим тебя, Турша, не будем терять время, Олесе наша помощь может понадобиться в любую минуту, – вставая, сказал Эдгар.

Но вернувшись в город, никого подходящего они не нашли, единственный грифон отдыхал и сможет лететь только завтра к полудню. Пришлось ночевать в этом Важае, а потом ещё целое утро ждать. В нужное время они пришли к загону с летающими существами, в нём красовался антрацитовый красавец – дракон, которого Киртен уступил Эдгару, себе же взявший грифона. Идалина призвала левистрака, на которого с интересом и восторгом смотрели прохожие, лишь единицы обходили их с опаской, зная его демоническую природу. Заплатив за неделю пользования крылатыми, а продавать иноземцам их никто бы не стал, они тут же собрались лететь, карты полёта были куплены ещё вчера.

Как упал Эдгар, ещё недавно гладивший шею дракона, Идалина не видела, она бросилась к нему и сердце у неё оборвалось, он резко побледнел и схватился за бок, издав нечто между стоном и рычанием, а потом и вовсе потерял сознание. Ничего не понимающий Киртен, смотрел растерянно то на Эдгара, то на Идалину.

– С Лессалией случилась беда, – глухим, неживым голосом только и могла она произнести.

Глава 8

– Ну кто там ещё? – раздражённо крикнул Дагрий.

Дверь осторожно открылась и зашёл мальчишка, один из новых учеников, Ремми кажется. Мал ещё конечно, но теперь каждый маг был на учёте, чем они плотно и занимались, да ещё запоздалым отловом бегущих через границу людей и гномов, сейчас годились все.

– Господин Дагрий, – там привезли несколько человек, они шли в сторону границы, – нервничая проговорил Ремми.

– Господином, меня зовут слуги, запомни мальчик, у мага нет господ, зови меня учителем или магистром. Пусть всех ведут в храм, я скоро буду, – сказал он более спокойно, заканчивая с амулетом, вот и ещё один зарядил.

Подумал, взял шкатулку с пустыми, незаряженными и отправился в храм, раньше сам он подобным не занимался, теперь всё иначе. После драки на площади их стало меньше, наверное зря он устранил Вайлену, ну да что теперь, что сделано, то сделано, к тому же Угриш себе её прибрал, сгодится ещё. Кстати, об Угрише, Дагрий сжал амулет связи, тот явился быстро, они столкнулись на улице:

– Есть работёнка, смогли отловить несколько человек убегающих, ты один заберёшь всех?

Некромант довольно осклабился и махнул рукой стоящим чуть поодаль молодым магам, те, словно ожидая приказа, двинулись за ними. Схваченные людишки были уже готовы, Дагрий не любил все эти причитания, крики и слёзы, а с заклинанием опустошения справится даже начинающий маг. Их было пять, включая девчонку, наверное могла стать красавицей, если бы выросла, магов же включая самого Дагрия было четверо, они подходили и разбирали из шкатулки амулеты, выкладывая те перед собой.

– Как там тебя, Ремми, бери амулет, с девчонкой ты должен справиться, – позвал он мальчишку, следящего за ними.

Каждому по человеку – правая рука перед лицом жертвы, левая над амулетом.

– Сильно не иссушаем, трупы заберут для дела, – напомнил он и потянул из мужчины, стоящего перед ним с пустым взглядом, сила пошла легко и послушно.

Дагрий закрыл глаза и наслаждался, он заполнял себя, излишки же, уже тёмной, видимой глазу струйкой , всасывал в себя амулет. Тела лишённые самой жизни, не успели рухнуть, их подхватили люди Угриша и унесли, чтобы в другом храме, дать им новую, извращённую нежизнь.

– У меня хорошая новость, – улыбался довольный Угриш, – Эдгар под ручку с Идалиной отправился в Ширу вызволять девицу.

– Надеюсь, Патрикус справится с ней раньше, а мы пока воспользуемся их отсутствием, – глаза Дагрия сверкали от переизбытка силы.

Своё второе утро в Ширу Олеся встретила с рассветом, да и спала она неважно, не смотря на относительный комфорт, по сравнению с предыдущей ночью. На душе было тревожно, снились покойные родители, они выдавали её замуж за Эдгара, сам же Эдгар был за невидимой стеной, которую они вместе разрушили, тогда в море. Проснувшись, Олеся вспомнила детство, как делала шалаши из мебели и одеял, дом гномов снаружи казался большим по причине наличия второго этажа, высота комнат была рассчитана на гномов. Кое – как согнувшись, она вылезла на улицу, нашла кадку с водой, умылась и сев на каменную скамью, смотрела на встающее солнце, где сейчас Эдгар, чем занимается… Малый Чаурд просыпался, из домов выходили гномы, начинали новый день привычными хлопотами, разжигались очаги и печи, кормились животные. Афина пообещала, что сегодня они поедут в Большой Чаурд, там они попробуют найти способ выбраться отсюда, вернее она, у гномов с этим проблем не должно быть. Дверь скрипнула и из неё вышла мама Афины, она улыбнулась гостье и поприветствовала Олесю:

– Бортен заву.

Олеся повторила приветствие и улыбнулась в ответ, Фаиса, так звали маму Афины, тоже начала возиться с печкой. Топилась та углём и отдалённо напоминала русскую печь, только была гораздо меньше в размере и более округлой. Когда Олесе досталась первая лепёшка с острым сыром и молоком, из дома вышла вся троица – Афина, Гвент и Зирд.

– Тебе нравится молоко талука? – спросила Афина.

Молоко напоминало козье, хотя и его она пила всего однажды и довольно давно, талука ей показали вчера, курчавая шерсть желтого цвета, длинные рога, вытянутая морда, размером чуть меньше земных овец. Молоко ей не очень то и нравилось, но из вежливости пришлось сказать обратное, ешь что дают и радуйся.

– Когда мы поедем? – проявила она нетерпение.

– Скоро, я помогу маме и заедем к дядюшке Хорсу, чтобы забрать заказ и товар, –объяснила Афина.

Олеся поняла, что у гномов свои дела в большом городе, а они едут в нагрузку. После завтрака Зирд и Гвент помогали Афине чуть ли не в очередь, притащили прицеп, потом загружали его корзинами и мешками, видимо жили гномы с торговли. Афина с удовольствием наблюдала за стараниями гномов, в глазах девушки блестели озорные искорки. Олеся бы переживала за близнецов, весёлого мало, когда братьям нравится одна девушка, но их присутствие здесь, от всей души, она хотела считать временным, а значит и саму ситуацию. Дом дядюшки Хорса, седого гнома в красных штанах и таком же жилете, находился почти на окраине городка, он был небольшим, но рядом располагались три постройки явно рабочего назначения. Старый гном был инженером или механиком, Олеся не стала вникать, ей хотелось поскорее вернуться к Эдгару. Загрузив ещё и ящиков, они выехали из города, не смотря на хорошую дорогу, из-за груза ехала машина медленно. На этот раз пейзаж был веселее и приятнее, ближе к горам виднелись рощицы деревьев, некоторые были почти зелёными, зелёно-голубыми, более привычными взгляду.

– Афина, а какое время года у вас сейчас? – стало интересно Олесе.

– Конец весны, через две недели лето, –сказала гнома въезжая на мост, который был перекинут через довольно бурную реку, шум её оглушал.

Где-то через час, появились первые постройки, Большой Чаурд действительно оказался большим, они ехали по мощённым улицам. Олеся даже увлеклась рассматриванием домов и таких же паровых машин на трёх или четырёх колёсах. Их окружил городской гомон, когда они въехали в центр. Афина остановила машину возле зданий, похожих на гаражи, собственно они ими и являлись, переговорив с лысым рыжебородым гномом, она кивнула близнецам и те шустро разгрузили часть прицепа. Пока девушка передавала список с заказом, очаровательно улыбаясь рыжебородому, бедняга Гвент извёлся, бросая на того недобрые взгляды. Следующей их целью был местный рынок, своим размером он производил впечатление, да и не только им. Чего и кого тут только не было, продавали машины, инвентарь и домашнюю утварь, животных – вот загон с талуками, взрослыми и малышами, самых разных цветов: белые, жёлтые, лиловые, чёрный, а здесь продают чвинов, так называют копытных, глядя на них смутно вспомнились земные муллы. О текстиле и еде говорить было нечего, лавки и прилавки, ресторанчики и трактиры, глаза разбегались, возле одного они и остановились, сгрузили оставшийся товар.

– Приехали, я движ пристрою и дальше пешком пойдём, – объявила гнома.

– Афина, кто это? – совершенно обалдевшая Олеся, спросила у вернувшейся девушки.

А посмотреть было на что, вернее на кого. Он был не человеком, ростом метра два минимум, прямая осанка, стройное крепкое тело, гладкая кожа светло-голубого цвета, длинные сине-фиолетовые волосы заплетены в толстую косу, такого же цвета большие практически круглые глаза, чуть выше висков видны некие наросты, которые уплотнялись ближе к ушным раковинам и напоминали аккуратные рога. Одет он был в темную тунику до колен и сапоги, когда он немного повернулся, Олеся увидела приличной длины гладкий хвост, а ещё крылья, располагались те там, где у человека лопатки и свисали до поясницы. Чем-то он напомнил ей Кхаал, а ещё инопланетян из фильма "Аватар, вот только крылья, как же он одевается с ними, рассмотреть пошив одежды не было возможным. Она ахнула, когда крылья у него раскрылись, и поднявшись где-то на полметра в воздух, тот полетел свернув в одну из улиц.

– Это йерен, они, как и вы, из другого мира, – заметив её поражённый взгляд, ответила гнома.

– Йерен, – повторила Олеся, впечатлил её иномирец, его движения заворожили, она даже забыла о своих проблемах на какое-то время.

Следуя за Афиной, они шли вдоль торговых рядов и магазинчиков, гномы между собой общались, Олеся больше молчала и с любопытством рассматривала всё вокруг. Взгляд, пристальный и прожигающий на себе она почувствовала сразу, как и то, что смотрел на неё маг, обернувшись она принялась всматриваться в лица. Он стоял на пороге большого здания – высокий, тёмноволосый, в синей с белым мантии, и такой же шапке, неопределённого возраста, лицо довольно приятное, ранее она его точно не видела. Кто он, наблюдатель от тёмных, того же Патрикуса? Встретившись с ней взглядом, он развернулся и шагнул в толпу, Олеся кинулась за гномами, но поняла, что отстала, а в попытке догнать их и вовсе заблудилась. Совершенно растерянная, не знающая языка, она ходила по улице, всматриваясь в проходящих гномов. И тут она увидела драконов, похоже она вышла с торговой улицы. Возле приметной башни, с магической защитой, на просторной площадке, окружённой такой же защитой лежало два дракона, один был явно молодым, красного цвета, на нём или похожем, вчера был Патрикус. Второй был стального, серебристого оттенка и гораздо крупнее, ну и денёк сегодня, то странный загадочный йерен, теперь вот драконы, так, стоп! Можно ведь спросить хозяина, сможет ли он перенести её через горы! Глянув на башню, она нерешительно пошла к ней, оставалось совсем немного, когда дверь отворилась и из неё вышел Патрикус, от неожиданности Олеся споткнулась и попятилась назад.

– Вот это встреча, – воскликнул явно обрадованный маг, ох как недобро посмотрев на неё.

Какого-то мгновения ей не хватило для создания щита, взмахом руки мистик разрезал воздух и волна силы обожгла её. Отчего-то стало очень больно в боку, потрогав его, она с удивлением увидела кровь, стоило осознать рану, боль усилилась в два раза. Патрикус надвигался на неё, всё вокруг было как в замедленной съёмке, другой маг, тот самый, который смотрел сегодня на неё, появился из ниоткуда и встал между ними, закрывая Олесю собой.

– Не лезь! – зарычал Патрикус, пытаясь оттолкнуть мага.

Тогда тот повернулся к ней, и мягким толчком силы откинул её подальше от себя и Патрикуса, девушка закричала, взмахнув руками, неудачно приземлившись, ударилась головой о стену какого-то строения и потеряла сознание.

Глава 9

Её окружал огонь, чужой, враждебный не желающий подчиняться, через его кольцо вырваться было невозможно. Туда, к спасительной воде! Надо всего – то пройти по воздушному мосту к водопаду, но как? Сознание Олеси вырвалось из забытья в реальность, к ознобу и невыносимой боли в боку, она успевала только заметить тусклый жёлтый свет и белый потолок, мыслям не за что было цепляться, она снова проваливалась в свои видения. В некоторых был Эдгар, он стоял на берегу моря и смотрел на неё встревоженно, Олеся переходя с шага на бег стремилась к нему и не могла, ноги увязали в липкой обжигающей смоле. В одно из своих возвращений она почувствовала руки, поднимающие ей голову, и чашку, поднесённую к губам, жидкость была тёплой и горьковатой, пахла травами, сделав пару глотков, она сфокусировала взгляд на лице того, кто поил её. Она его видела, совсем недавно, огромные фиалковые глаза и очень светлая голубая кожа, изящные, словно нарисованные черты лица, неестественные для человека.

– Воды, – попыталась она сказать, фиалковые глаза моргнули, одно движение и к её губам поднесли чашку с водой, она выпила всю и уточнила, – я маг воды, она меня исцелит.

На большее её не хватило, голова упала на что-то мягкое и она снова отключилась. На этот раз огонь был слабый, а кольцо совсем тонким, Олеся перешагнула через него и шагнула на мост, внизу была пропасть, стараясь не смотреть вниз, она шаг за шагом, потихоньку скользила по крохотным, меньше её стопы воронкам. Сойдя с последней, она обнаружила себя на острове с Великим Древом, окружённая вожделенной водой.

–Имя! – требовательно прошелестело в голове.

– Лессалия, – сразу вслух и мысленно ответила она.

И вода устремилась к ней, окутывая с головы до пят, повторяя все изгибы, проникая в вены, замещая кровь, растворяя в себе. Когда вода отхлынула, Олеся обнаружила себя обнажённой, было видно, как в ней циркулирует Сила, она мерцала под кожей, струилась. Рука скользнула к правому боку, к источнику боли, от неё остался лишь тонкий красный шрам.

– Спасибо, – поблагодарила она, и её забрал сон, крепкий, безмятежный.

Разбудили Олесю два самых простых, вернее примитивных желания – сходить в туалет и поесть. Открыв глаза, она увидела всё тот же потолок и сразу два источника света, желтый от светильника справа, и дневной свет из окна слева, сколько времени она здесь и где собственно это "здесь" находится. Она вспомнила о нападении Патрикуса, другого мага, защитившего её, огромные фиалковые глаза йерен, так кажется назвала его Афина..

Гномы, они там обыскались её! С этими мыслями она села, покрывало укрывавшее её соскользнуло, обнаружив полное отсутствие одежды, как и в видении рука устремилась к месту ранения, шрам был не таким ярко красным, а лишь розовым.

– К сожалению он останется, рана нанесена магией, – отвлёк Олесю от рассматривания шрама мелодичный голос.

Она дернула покрывало на себя и смутилась своей реакции, раздевала её наверняка йерен, то что это женщина Олеся сразу поняла, в отличие от того, которого она видела в городе, у женщины была более тонкая шея, черты лица чуть мягче, волосы, немного розовее что ли, были заплетены в две косы, грудь выделялась, но была небольшой, а ещё наросты на висках были менее выражены, и совсем не похожи на рога, как у мужчины, и наконец она была в розовом платье, такой цвет на земле называли фуксия.

– Я очень благодарна вам, вы спасли мне жизнь, – искренне с чувством сказала Олеся, тут же соображая, что говорила незнакомка на языке Эрды.

Сиреневые губы незнакомки улыбнулись, преображая и без того совершенное лицо:

– Ты была близка к смерти, маг воды, сказав об этом, ты спасла себя сама. Мы лишь погрузили тебя в неё на несколько часов, меня зовут Азуна.

– Лессалия, но можно Олеся, – поспешила она представиться, – как я оказалась у вас, на меня напал другой маг, а больше я ничего не помню.

– Тебе нужно поесть, Олеся, я расскажу тебе всё, – со стола она взяла стопку одежды, положила рядом с ней и ушла за висящую ширму, на необычной серебристой ткани которой были изображены мозаичные узоры.

Одежда оказалась чистой и даже зашитой в месте ранения, в теле ещё присутствовала слабость, от того она провозилась долго. За ширмой была ещё одна комната, чуть больше той, где она спала. Азуна ставила на квадратный стол, из тёмного дерева, тарелки и чашки с едой, запахи были очень аппетитными.

– Тебя нашёл Азун, кто-то принёс тебя к нашему порогу, в тебе было мало жизненной силы и крови, – начала объяснять йерен.

Олеся, оглядев стол, не увидела приборов, лишь чашку с супом или густым бульоном, в других были лепёшки с сыром, какие – то маленькие пирожки, молоко, овощи. Видимо в этом доме едят руками, не беда, прежде чем приняться за еду она спросила:

– Азун? Это твой брат или мужчина? Мне кажется я его видела в городе.

Понимая свою бестактность, она всё равно не удержалась, уж больно интересными были эти иномирцы.

– Азун, мой рен, я его йер. В твоём языке нет такого слова, йерен одно целое, приходят вместе, живут вместе, путешествуют вместе, оставляют потомство и уходят вместе. Йер не живёт без рен, рен не живёт без йер, – чётко, как по писанному растолковала Азуна, видимо делать ей приходилось далеко не в первый раз.

"Они в симбиозе, о чём – то похожем она когда-то читала в фантастической книге, в голове не укладывается " – запивая пирожки супом, размышляла Олеся. Где-то хлопнула дверь и послышались шаги, немного привыкшая к йер Азуне, она чуть напряглась.

– Кушай, это Азун, – ласково она коснулась её плеча.

Спешно допив суп, Олеся отставила чашку и принялась за лепёшки с молоком, организм требовал пищи, сколько же она была в отключке. Азун, зайдя в комнату, кончиком хвоста коснулся плеча Азуны, та ответила тем же.

– Приветствую тебя Азун, прими мою благодарность, – вскочила Олеся.

– Продолжай приём пищи, Олеся. Ты сильно ослабла, – усадил её обратно рен, голос его тоже был мелодичен, только более низким.

"Ещё и телепатия, что за магия у них, совершенно её не чувствую, интересно, а ко мне в голову тоже может влезть" – сделала она скорый вывод. Съев абсолютно всё выдохнула, прислушалась к себе, пока было непонятно, насколько вернулись силы. Доедала она в одиночестве, йерен ушли в комнату, из которой зашёл до этого Азун, от названий и схожих имён в голове была путаница, надо всё разузнать, расспросить и срочно найти гномов.

Не зная их обычаев, Олеся предпочла дождаться, пока её не позовут, вскоре действительно пришла Азуна, приглашая за собой. Рен сидел на низкой и уютной тахте, закрыв глаза, услышав её шаги, он медленно открыл их и улыбнулся, Олеся села напротив и первая стала всё рассказывать. Слушали её внимательно, не перебивая, суть рассказа Олеси свелась к тому, что враги закинули её в Ширу, без её воли и ведома, попытались дважды убить, ей надо найти друзей и способ выбраться из Чаурда, чтобы за его пределами открыть проход домой, в Вердану.

– Мы однажды бывали в Вердане, недолго, нам не понравилось, было очень темно, неприятная магия, – неожиданно сказал Азун.

Олеся вздохнула, пришлось рассказать о недавно произошедших изменениях в Вердане, непростой ситуации в целом, о её роли и Эдгаре.

– Эдгар и ты почти как йерен, старая сильная магия, в вашем мире ещё есть Кхаал, таких миров осталось очень мало, – воскликнула Азуна, впервые Олеся увидела сильное проявление эмоций у йерен, или йер… Как же сложно!

– Что за магия у вас ? Я совсем не чувствую её! – проявила она несдержанное любопытство .

– Йерен не маги, и никогда не владели магией, у нас просто есть способность перемещаться из мира в мир, подчиняясь определённому циклу, мы изучаем миры, остаёмся в них жить или продолжаем путь, когда наступит время уйти, мы передадим знания потомкам, как наши предки передали свои знания нам, – терпеливо и обстоятельно разъяснил всё Азун.

– Сколько же миров существует?! – охнула Олеся.

– Это знание только для йерен, много, вот жизнь есть не во всех, а разумная в небольшом количестве, – деликатно ушёл он ответа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.