Елена Голикова
Байки питерского экскурсовода

Наталье Викторовне Баклан, моему главному

Учителю и Проводнику в экскурсионном мире

Санкт-Петербурга посвящается эта книга.

Туристка:

– А вы нам покажете то знаменитое окно?

Экскурсовод:

– Какое окно?

– Ну то, которое царь Пётр своими руками прорубил? В Европу?

– Ну что вы, нет, конечно… Это просто такая аллегория…

– Вот видишь, Петя, я так и знала! Никогда не показывают всё, что должны!

Турист многозначительно:

– Скажите, а ангел на шпиле Петропавловского собора сделан в натуральную величину или немного больше?

Экскурсовод:

– Немного больше…

Имя Пушкина близко всем. Его жизнь, красавица жена, дуэль – всё знакомо ещё со школы. А то, что хоть немного знакомо, всегда интересно.

Экскурсионный автобус приехал в Санкт-Петербург из глубинки. Сборная взрослая группа. Едут на Мойку, 12, в музей – квартиру Пушкина. Экскурсовод увлечённо рассказывает предысторию дуэли, как всё развивалось, на каких условиях стрелялись:

– Уже брошены шинели, обозначавшие барьер. И вот противники начали сходиться, а барьер – в десяти шагах… И тут… Ой, приехали в музей! Выходим, друзья, быстренько, опоздали уже!

Вдруг вопль из конца автобуса:

– Так чем дуэль-то закончилась?

Эта книга – о весёлой работе экскурсоводов в Петербурге. Точнее, задумывалась она именно так. Но постепенно в памяти начали всплывать случаи не только забавные, но и трогательные, а подчас – и грустные… И получился рассказ о встречах и расставаниях, о любознательных туристах и очарованных городом экскурсоводах, о водителях туристических автобусов и музейщиках… А ещё – о Санкт-Петербурге. Конечно, о нём.

Говорят, что человек на 80 процентов состоит из воды. Но – не любой человек. Экскурсовод Петербурга на 80 процентов состоит из Петербурга…

В 1995 году я получила диплом экскурсовода пешеходных экскурсий в Институте культурных программ. Первая разработанная мною экскурсия называлась «Ансамбль центральных площадей Санкт-Петербурга». В ней я показывала Дворцовую, Сенатскую и Исаакиевскую площади.

Мне очень хотелось кому-нибудь эту экскурсию провести. Но было лето, все знакомые разъехались. Поэтому я решила найти желающих на месте. (Не может же быть, чтобы никто не захотел узнать что-то интересное о самых знаменитых местах Петербурга!)

Я приехала на Дворцовую площадь и стала «приставать» к приезжим:

– Хотите, я проведу для вас экскурсию по площадям? Бесплатно!

– Экскурсию? Нет, не хочу.

– Экскурсию? А сколько это будет по времени? Два часа? Нет, не надо.

Предложила какому-то иностранцу, который гулял с переводчиком. Переводчик ответил:

– А мне кто заплатит? Нет, спасибо.

…Помыкавшись полчаса и не найдя ни одного желающего, расстроенная, я уже собиралась уходить. Но тут увидела семью из четырёх человек. Решила – если и им не надо, ухожу. Подошла к ним:

– Добрый день! Я закончила курсы экскурсоводов, мне надо провести экскурсию. Не хотите? Бесплатно! Пожалуйста!

– Экскурсию? Бесплатно? Конечно, хотим!

Это оказалась чудесная семья москвичей – мама, папа, и небольшие дети – девочка и мальчик. Мы обошли с ними все три площади. Я, на радостях, рассказала им все, что только знала. Заняло это не два, а целых три часа. Но туристы мне попались и терпеливые, и снисходительные к моему сумбурному и непрофессиональному рассказу…

В конце экскурсии папа меня еще долго о чем-то расспрашивал (как оказалось, тянул время), а мама куда-то убежала. Потом вернулась с подарком. В память о моей премьере они мне подарили симпатичный деревянный браслет… Я так им благодарна! Ушла окрылённая. Браслет храню до сих пор.

Интересно, что через год одна коллега позвонила и передала от них привет! Москвичи были у неё следующим летом на пешеходной экскурсии и вспомнили про меня. Даже назвали мою фамилию.

Вот с такими замечательными людьми встречаешься на экскурсионных тропах!

Итак, курсы закончены, а на работу никто не берёт. Кому нужен экскурсовод с единственной пешеходной экскурсией! Мы с приятельницей обошли с десяток турфирм, но всё было бесполезно.

Через некоторое время в газете увидела рекламу пешеходной экскурсии «Огюст Монферран». И начало – на Дворцовой. Почти мои «Центральные площади». Решила пойти и послушать, как это делает профессионал.

Был чудесный летний вечер. На экскурсию пришло всего человек семь. Стоило это копейки. Собирала всех и продавала билеты интересная немолодая дама в шляпке, которую большинство туристов уже знали. Она была организатором.

Вела экскурсию другая дама, высокая и статная. И вела замечательно. Ярко, образно, даже с юмором. Александровская колонна, Адмиралтейство, в котором Монферран отметился, Исаакиевский собор, дворец Лобанова–Ростовского, памятник Николаю I… Я, открыв рот, смотрела и слушала.

… А рядом проходили толпы зевак, которые не знали, что к нам можно присоединиться и столько интересного узнать.

      В конце экскурсии, от души поблагодарив, я стала возмущаться: почему так плохо организовано? Почему никто не знает, что здесь проводятся такие замечательные экскурсии?

      Тогда та дама – организатор взяла меня за руку и сказала:

– Вот вы, девочка, этим и займётесь…

      Это была Наталья Викторовна Баклан, удивительный, уникальный человек, один из знаменитых экскурсоводов ГЭБа, которая стала моим главным руководителем и проводником в экскурсионной работе.

      Она до сих пор шутит:

– Я тебя на панели подобрала…

Турист:

– Скажите, пожалуйста, а когда, наконец, будет играть оркестр?

– Какой оркестр?

– Ну, вы говорили, что здесь, на площади, будет играть оркестр… Или это на другой площади?

– Я? Про оркестр? Не помню, чтобы я это говорил…

– Ну, может, не оркестр, может, ансамбль какой-то…

(Экскурсия называлась «Ансамбль центральных площадей»)

Показывая Петербург, мы обязательно произносим названия его островов, проспектов, улиц. Топонимика – это очень увлекательно. Стараемся объяснить, как и почему эти названия появились.

Экскурсовод – школьной группе:

– Заячий остров так называется, потому что на нем водилось много зайцев. Берёзовый – потому что там росло много берёз… А Васильевский почему так называется, как вы думаете?

      Маленькая девочка застенчиво:

– Потому что там росло много васильков…

Вечер жаркого летнего дня. По Невскому едет автобус с туристами. Уставший экскурсовод уже заплетающимся языком произносит:

– Посмотрите направо. Перед вами Казанский собор, рядом с ним – памятники великим полководцам – Кутузову и Барклаю де Толли. Фельдмаршал Кутузов даже похоронен в этом соборе. На его надгробии – лаконичная надпись: «Здесь лежит Суворов».

      В тишине едут дальше.

      Экскурсовод понимает, что прозвучало как-то непривычно. С трудом сообразила, что она только что «похоронила» двух великих полководцев в одной могиле. Исправилась, конечно. Объяснила, что на могиле Суворова, похороненного в Александро-Невской Лавре, действительно такая короткая надпись. И поинтересовалась: её слушает хоть кто-нибудь? Почему никто не удивился?

Слушаем, говорят, просто устали очень…

Я веду экскурсию на Дворцовой площади. Школьная группа. Показываю Александровскую колонну и рассказываю о ней. Кроме всего прочего, говорю:

– Парадокс, но колонну в честь победителя Наполеона Александра I поставил француз, Огюст Монферран, который сам воевал в носках Наполеона (ой, в войсках!)

      Оговорилась. Ребята посмеялись, я продолжила. И перл оказался ещё лучше:

– Он воевал так храбро, что даже был награжден органом Почётного легиона…

      Тут мои дети просто упали со смеху, дальше говорить уже было невозможно. Пошли к Атлантам…

      Никогда не забуду свою первую детскую группу. Первую, которую мне доверили. Ведь несколько лет я только набиралась опыта: сначала была школьным организатором – ходила по школам и рекламировала наши замечательные экскурсии. Когда школы откликались и заказывали, я не только оформляла эти поездки, но и ехала сама. Поэтому побывала на большинстве школьных экскурсий, которые проводили опытные экскурсоводы. Училась.

      Позже стала сама проводить тематические экскурсии для детей, которые шли в течение четырёх – пяти часов: «Знай и люби свой город», «Как возник наш город», «Петербуржцы усатые, носатые и хвостатые», «На каланче пожарной» и другие.

      И вот – я встречаю группу сама! И работаю с ней аж три дня! Двадцать пять небольших детей – 4-й или 5-й класс из какого-то маленького городка.

      Это был самый конец 90-х.

      На Московском вокзале из вагона выгрузились мои туристы, привезла их одна молодая энергичная учительница. (Сейчас сопровождающих гораздо больше. Кроме учителей и родителей обязательно едет врач).

      Встретив меня, учительница радостно воскликнула: «Елена Львовна! Как хорошо, что вы нас встретили! У меня столько дел в Петербурге! Столько дел! Я очень тороплюсь. Я вам вечером, в гостинице все расскажу». Повернулась и быстро пошла к выходу…

      Я опешила. Когда закричала ей вслед, она только рукой отмахнулась – некогда, мол! И ушла. Я осталась с двадцатью пятью испуганными ребятишками, которые таращились на незнакомую тётю и незнакомый город. Да! Еще рюкзачки и тяжелые сумки, ведь чемоданов на колёсиках тогда не было…

      Самое сложное было то, что у нас все три дня были ПЕШЕХОДНЫЕ. То есть автобус с нами не работал совсем. Так заказала группа, ведь пешком и на общественном транспорте значительно дешевле.

      И что мне было делать? Я собрала ребят вокруг себя, представилась. Попугала, что у нас очень большой город, можно легко заблудиться. Поэтому я буду идти впереди, они – за мной. Две девочки повыше стали замыкающими.

      И мы пошли. Сначала – в метро (покупка жетонов на каждого). А некоторые ребята вообще видели метро впервые в жизни… Кричу: «Взяли жетоны в правую руку! В правую!» (У нас же турникеты для правшей). Кто-то, конечно, в такой неразберихе не сделал, бросил левой, а пройти пытался справа! А турникет не пускает! Прошло несколько секунд – жетон «съелся», но ребёнок не прошёл. Снова бегу за жетоном в кассу… А перетаскивание сумок и чемоданов через турникеты!

      Девчонки боятся, визжат, мальчишки стоят мужественно, вцепившись в поручень (слева, конечно…) Хоть кричу, чтоб держались правой рукой…

      Ей-богу, можно снять короткометражную комедию, как группа несмышлёнышей из деревни с обалдевшим неопытным экскурсоводом заходит в метро…

      Кое-как доехали до нужной станции. А дальше надо было ехать до гостиницы на трамвае! (Опять-таки, из экономии они выбрали отель на окраине).

      Я нервничаю – никого не забыла? Все ли вышли на нужной остановке? Пересчитываю их каждые десять минут…

      Они-то меня быстро запомнили, а мне потребовалось какое-то время…

      Стоим с ними на перекрёстке, ждём. Тут один мальчишка вперёд меня вылез, почти на дорогу. Я его за руку схватила, отчитывать начала… Вдруг рядом какая-то женщина: «Что вы моего сына хватаете?» Оказалось, не мой ребёнок был…

      Добрались до гостиницы, разместились, пообедали, и – обратно в центр, в Зоологический музей. Хорошо, что теперь хоть без чемоданов…

      Потом – пешеходная экскурсия по городу, ужин, и – обратно в гостиницу.

      Приехали – а учительницы ещё нет. Я сижу, жду её, не могу же я детей одних в гостинице бросить?

      Она приехала поздно, и с гордостью стала мне показывать свои покупки – кофточки, юбочки, туфельки… Я ей говорю:

– Вы что делаете? Я же не могу с ними одна! Ведь потеряется кто-нибудь! Вы же за них отвечаете!

– Да всё у вас получится! Я в вас верю!

      И похлопала меня по плечу…

– Серёжа! Слушайся Елену Львовну! Не подводи меня!

(Это – мальчику из группы).

Так прошли все три дня. Я не смогла её заставить выполнять свои обязанности. Мы с ребятами ездили, ходили, смотрели. Вечером я привозила их в гостиницу и дожидалась учительницу.

      Мне повезло – они были маленькие и боялись потеряться. Были бы постарше, все могло пройти гораздо хуже.

      Правда, один раз у меня чуть было их не увели.

      Я тогда ходила в длинном сером пальто и чёрной шляпе.

      Иду впереди группы, и меня обгоняет другая дама, тоже в сером пальто и чёрной шляпе. И сворачивает направо.

      Вдруг краем глаза вижу, что мои дети, как цыплята за курицей, сворачивают за ней… Кричу им:

– Эй! Я здесь! Вы куда?

      Посмеялись.

      В целом все прошло благополучно. Мы посмотрели то, что нам полагалось по программе, и я никого не потеряла. Но нервничала ужасно.

      Так как домой я попадала довольно поздно, то звонить на домашние телефоны своим руководителям и рассказывать о сложившейся ситуации у меня не получалось. (Мобильных телефонов тогда не было).

      В воскресенье вечером группа благополучно уехала домой.

      Когда в понедельник я рассказала об учительнице в турфирме, мне чуть у виска не покрутили. Сказали, что надо было вызывать милицию, составлять протокол… Нельзя было одной с ребятами возиться! Опасно для детей!

      Для меня это был серьёзный урок. Хотя, если честно, я до сих пор с трудом разговариваю с такими наглыми людьми, как эта учительница…

      Как-то летом я, откатав Петергоф и сама проведя огромный Нижний парк, уже смертельно уставшая, под вечер получила новую группу. (Пришлось подменить подвернувшего ногу экскурсовода). Группа была взрослая, им нужен был Кронштадт.

Проезжая мимо Кронверка в сторону Авроры, (и думая уже о корабле), говорю туристам:

– Слева от вас гранитный обелиск, на котором виден медальон с пятью профилями. Здесь стояла виселица, на которой казнили пятерых декабристов. У нас много в Петербурге таких же прекрасных мест…

В конце экскурсии подошёл мужчина из группы, спросил:

– Вы помните, что вы сказали в начале экскурсии?

– Ой, я столько сегодня всего наговорила…

Он мне и повторил мою фразу про прекрасные места… Поблагодарила, что так внимательно слушал!

      Подслушано возле Медного всадника.

      Как известно, на камне – постаменте с двух сторон сделаны надписи, с одной стороны – на латинском, с другой – на русском языке: «Петру Первому – Екатерина Вторая».

На фоне монумента фотографируется семья. Отец громко детям говорит:

– Вот, видите, какой дочка батьке памятник поставила! Учитесь!

Все мы разные. У нас разные запросы, разные интересы. И отношение к увиденному или услышанному тоже различное. Кого-то в восторг приведёт Эрмитаж, кому-то из приезжих больше всего понравится Зоологический музей, а кому-то запомнится Гранд Макет Россия с миниатюрными фигурками. Поэтому в туристические программы опытные менеджеры ставят музеи разной тематики.

Однажды привезла школьную группу в Царское Село. Это был последний день тура, ребята уже пресытились нашими красотами, устали. Осмотрев великолепный Екатерининский дворец, мы пошли в Лицей. И тут вдруг два парнишки «забастовали». Сказали: всё! Никуда не пойдём. Здесь, возле гардероба, посидим.

А ребята хорошие, взрослые – класс девятый-десятый. Учителя от них отстали (сколько можно уговаривать?) А у меня ещё, видно, силы были. Как-то нашла нужные слова. С трудом, но нашла. (Не всегда получается).

И не то, что, типа, «деньги заплачены, идите уже». Я просила. Уговаривала. Говорила, что, может быть, они никогда больше здесь не побывают, в Лицее. Разве что уже со своими детьми. Что здесь замечательные экскурсоводы и им будет интересно. Гарантирую!

Ребятам стало просто неловко мне отказать. Они пошли.

Я, конечно, подошла к ним, когда вышли. Спросила: как?

Ответ одного из них запал в душу. Он сказал:

– Вот только ради этого сюда надо было ехать. Все эти ваши Эрмитажи, дворцы – всё это ерунда. А вот это – круто.

Не запомнила, кто им тогда показывал Лицей. Кто бы ни был – спасибо!

Коллега показывает туристам знаменитую скульптуру Петербурга – Медного всадника. Подробно рассказывает увлекательную историю создания монумента – как нашли и везли в столицу Камень – гром, который «лёг под стопы Великого Петра», как сложно создавалась сама скульптура.

«У Фальконе были большие проблемы с головой!» – сказала она. И не поняла, почему группа начала хихикать…

(Скульптору Фальконе никак не удавалось вылепить голову Петра Первого. Ему помогла его юная помощница, Мари-Анн Колло, которая воспользовалась прижизненной маской императора).

Туристка:

– Надо же! А я и не знала, что Пётр Первый был одноногим!

Экскурсовод:

– С чего вы взяли?

– Как? Вы же сейчас это сами сказали!

– Я?

– Ну конечно! Вы всё время говорили: «Ботик Петра Первого! Ботик Петра Первого…» Значит, всего один ботинок здесь стоял, а не два? Значит, только для одной ноги?

Вопрос в Усыпальнице Петропавловского собора:

– А здесь точно похоронены цари, а не их копии?

      Полуденный выстрел в Петропавловской крепости – любимое развлечение туристов. Это очень громко. А если стреляют из двух пушек одновременно – это очень -очень громко. Сколько раз видела, как туристы от неожиданности (хотя и предупреждаем!) даже роняют телефоны, с помощью которых пытаются запечатлеть яркий момент. Пушка всегда вызывает бурю эмоций и вопросов:

– А ядра куда падают?

– А куда, как правило, попадают?

– Ой, я не успела сфоткать! А можно повторить? Я заплачу! Сколько надо?

      Для людей с обострённым слухом громкость выстрела даже может создать проблему. Как-то была в крепости с группой слабовидящих туристов. А у таких людей слух особо тонкий. В тот раз выстрелили одновременно две пушки. Так вот один мужчина позже признался, что после выстрела полдня ходил на «ватных» ногах…

      Но особенно полуденный выстрел нравится, конечно, детям. Мы им и Усыпальницу показываем, и тюрьму Трубецкого бастиона, и ботик, да много чего! А спросишь потом, что больше всего понравилось, хором кричат: «Пушка»!

      После Великой Отечественной войны немцы к нам, конечно, долго не ездили. Но со временем немецких туристов становилось больше и больше. Даже по местам боёв, в которых они участвовали, их возили. По кладбищам. А память военная – она на всю жизнь, глубоко сидит, с годами не проходит.

Вот случай был в советское время: приехал автобус с немцами – стариками. Завезли их прямо в крепость, стоянка – за пушками, как раз в той стороне, куда они направлены. Туристы выходят, кряхтя, топчутся, косточки разминают. Водитель (наш) слышит – уже куранты бьют, сейчас пушка выстрелит. А гид на время не смотрит, забыла про выстрел. И вдруг водитель как рявкнет: «Ахтун! Файя!» Пушка – бабах!

      Туристы все, как один, упали под автобус и лежат. Головы руками закрывают. Гид между ними бегает, извиняется, про холостой выстрел лопочет. А водитель, как ни в чём не бывало, в сторонку отошёл…

Говорят, уволили его потом. В советское время таких шуток с иностранцами не прощали…

Анекдот уже нынешнего времени:

Китайские группы, как правило, по Петербургу водят китайские же студенты, которые здесь учатся. И вот одному из таких «гидов» (видимо, китайскому «Остапу Бендеру») пришла в голову гениальная мысль – заработать на выстреле. Он спросил у своей группы:

– Хотите, в вашу честь сейчас выстрелит пушка?

– Конечно, хотим!

– Скидывайтесь по 300 рублей.

Туристы собрали по 300 рублей (с группы 40 человек это, между прочим, 12 тысяч), отдали ему, он сходил, «заплатил».

Они встали на площади Нарышкина бастиона, и в полдень пушка, разумеется, выстрелила. Китайские туристы гордо смотрели на остальных.

Гиду понравился лёгкий способ заработка, и он неоднократно его повторял. Пока в группе не оказался человек, который в крепости был уже не первый раз. Тут всё и всплыло…

Тюрьма Трубецкого бастиона – место знаменитое. Рекламируем активно: «Кто там только не сидел! Пойдёмте! Когда вы ещё в тюрьме побываете…»

Веду группу школьников, классы шестые – седьмые. Рассказываю, что за всё время функционирования этой тюрьмы не было ни одного побега. Показываю камеры, кто сидел, какие были условия. Один суровый мальчик слушал, слушал, а потом, деловито поправляя очки на переносице, спросил:

– Если тут всё так качественно устроено, то почему тюрьма сейчас не используется по назначению?

Я даже растерялась слегка. Вот, думаю, какой предприниматель растёт…

В Советское время в Ленинграде было несколько организаций, занимавшихся туризмом – ГЭБ, «Спутник», «Бюро путешествий». Старейшим и самым крупным было ГЭБ (Городское экскурсионное бюро). Эта организация работала с советскими туристами, осуществляла всевозможные экскурсии по Ленинграду и пригородам, а также возила путешественников в Прибалтику, Псков, Новгород, Пушкинские Горы и т.д.

В ГЭБе было множество секций, отвечавших за определенные направления: историко-революционная (экскурсии «Революционный Петроград», «Ленин в Петрограде» и др.), историческая секция («Петровский Петербург», «Женщины на Российском престоле», «Романтический Павел Первый», «И вечной памяти двенадцатого года»), военная («Блокадный Ленинград», «Разведка и контрразведка в годы Великой отечественной войны»), литературная («Пушкин в Петербурге», «Некрасов в Петербурге», «Гоголь в Петербурге», «Поэты Серебряного века», «Литературные места Карельского перешейка» и т. д.), секция архитектурная («Архитектор Доменико Трезини», «Архитектор Огюст Монферран», «Итальянские архитекторы в Петербурге», «Промышленный Петербург», «Спортивные объекты Ленинграда» и т.д.), секция природоведческая, школьная и др.

Экскурсии в Ленинграде начали водить в 1945 году. Сначала – на грузовых машинах, потом – на автобусах. Спрос на них был так велик, что придумали водить и пешеходные экскурсии, и на корабликах, и даже на трамваях…

Человека, ведущего экскурсии по городу, называли ещё городовиком (в отличие от музейных экскурсоводов).

Разрабатывали экскурсионные маршруты самые знающие экскурсоводы, служащие в методическом отделе. Потом текст экскурсий утверждался. Затем остальные экскурсоводы секции его изучали, дополняли и, в конце концов, сдавали (что-то типа зачёта). Только после этого их выпускали на маршрут.

Работа велась серьезная. Поверхностных экскурсий не бывало. И, конечно, большое значение в тот период придавалось идеологии. Во время большинства экскурсий обязательно знакомили туристов и со славным революционным прошлым города Ленина. Было важно: все ли Ленинские места экскурсовод показал? Ничего не пропустил?

Иногда в автобус даже подсаживались «шпионы» (контролёры), которые отслеживали – вывел ли экскурсовод туристов на Марсовом поле, заставил ли постоять у Вечного огня? (Если не всех уговорил выйти – экскурсовода могли лишить премии…)

Сами же экскурсии стоили дёшево. Приезжие старались попасть на всё, куда только могли достать билет. Моя замечательная приятельница и коллега Нина Григорьевна Сименко в 80-е годы продавала билеты на такие экскурсии в ларьке, который стоял прямо на Дворцовой площади, рядом с Эрмитажем. Летом в течение дня каждые две – три минуты с площади уходил экскурсионный автобус (!)

Часто желающие купить билеты на экскурсии занимали очередь с вечера. Когда Нина Григорьевна утром приходила на работу, вокруг ларька очередь уже завивалась спиралью. Поэтому работать приходилось много, быстро, а еще – доброжелательно.

Нина Григорьевна – прекрасная рассказчица, которая всегда умела посмеяться и над ситуацией, и над собой. Многие её веселые воспоминания вошли в эту книгу.

А еще она – яркая интересная блондинка с нереально синими глазами. Настоящая русская красавица. Поэтому неудивительно, что мужчины – туристы часто пытались с ней познакомиться.

Однажды один всё стоял рядом, возле экскурсионного ларька, никак не отходил, всё зубы заговаривал. Под конец вкрадчиво говорит:

– А вы покажете мне Третьяковскую галерею? Всю жизнь мечтал осмотреть Третьяковскую галерею с ТАКОЙ женщиной!

– Оо, это сложно.

– Что, туда так тяжело попасть?

– Ну, конечно, непросто. Сначала надо доехать до Москвы…

– Ээ… Зачем до Москвы?

– Потому что Третьяковская галерея там.

– А это что, у вас за спиной?

– А это – Эрмитаж…

В окошко экскурсионного ларька заглядывает женщина:

– А на экскурсию на дрезине ещё есть билеты?

– На чём?

– На дрезине!

(Нина Григорьевна напряженно соображает: на автобусах есть, на машинах, на трамвае даже, но на дрезине…)

– Гражданка, у нас нет экскурсии на дрезине!

– Ну как нет, вы же недавно кричали, что осталось всего несколько мест! В 12 часов начало! С каким-то архитектором поедем!

– Аа, это экскурсия «Архитектор Доменико Трезини в Петербурге»?

– Ну, наверное…

Нина Григорьевна продает билеты на экскурсии. Для бухгалтерии от каждого билета отрывается корешок, по этим корешкам затем все суммируется.

Ситуация: последний билет на очередной экскурсионный автобус покупает мужчина. Зная, что автобус может вот-вот уехать, он, не дождавшись, когда у него оторвут корешок, буквально вырывает билет из рук продавца и бежит к автобусу.

И представьте картину: по Дворцовой площади несётся мужчина, за ним бежит дородная эффектная блондинка и кричит вслед:

– Мужчина, стойте! Мужчина, я вам ещё не всё оторвала!

Организуя экскурсии на Дворцовой площади, кассиры не только продавали билеты, но и отправляли уже заполненный автобус: спешили к нему и отдавали путёвку водителю и экскурсоводу. И летом такая круговерть целый день. К вечеру голова гудела, соображала уже тяжело.

Как-то после очередного сумасшедшего дня Нина Григорьевна шла на свой рейсовый автобус, чтобы ещё час на нем ехать домой. Подходит к автобусной остановке – а туда как раз нужный ей автобус подъезжает. Народ толкается, все домой хотят.

Нина Григорьевна подходит к толпе на остановке и по привычке громко командует:

– Граждане, расступитесь! Дайте мне пройти! Вам же самим лучше будет! Быстрее уедете!

После такого грозного окрика люди посторонились, она поднялась к водителю и только там поняла, что автобус-то этот – рейсовый, не экскурсионный! Ну не выходить же назад? Скромно села, опустив глаза. Народ угрюмо поднялся за ней…

В Советское время машин было мало, улицы свободны, автобусам стоять было можно в любом месте, на любой площади. Обзорную экскурсию по Ленинграду успевали откатать за 3 часа 45 минут, ещё и с Пискарёвским мемориалом. Экскурсии считались делом полезным со всех сторон, даже способствующим оздоровлению – как физическому, так и нравственному. Поэтому на городские экскурсии вывозили и малолетних преступников, и больных из разных мест. На остановках не выпускали, показывали всё из окон. Ведь можно было вплотную подъехать к Медному всаднику и рассказать о нём, въехать на Дворцовую площадь и показать её…

Однажды экскурсовод получила наряд (путёвку) на обзорную экскурсию для тихо помешанных (!) из больницы им. Скворцова – Степанова. Подали небольшой автобус (ПАЗик), санитары все ушли на самые последние места, остальные расселись, как получилось, а рядом с экскурсоводом плюхнулся на сиденье самый страшный из больных – в зелёной нелепой шапочке, кустистые брови, как у Брежнева, глаза глубоко посажены… Короче, вид зверский. Экскурсовод от него в окно вжимается, отодвигается подальше, насколько возможно. Боится. Тихий, тихий, а как вскочит, начнет душить – санитары с другого конца автобуса и добежать не успеют…

Так, заикаясь, и вела экскурсию. Вот уже и обратно повернули, в сторону больницы… Можно и вздохнуть… Но тут её сосед вдруг разволновался, занервничал, закричал: "Остановите, мне надо выйти!"

Экскурсовод метнулась к санитарам:

– У вас там один больной буйствует!

– Это какой?

– Да который рядом со мной сидит, в зеленой шапочке!

– А чего хочет-то?

– Требует, чтобы его выпустили!

– Так выпустите, это наш главврач!

У экскурсовода умер свёкор. После кремации урна с прахом какое-то время находилась дома. Наконец, бумаги все подписаны и появилась возможность прах захоронить. Но муж – в командировке, свекровь болеет. Кроме неё некому. Экскурсовод взяла урну с прахом с собой на работу, чтобы пораньше закончить и отвезти её на кладбище.

Целый день она вела пешеходные экскурсии и носила урну с собой в дырявой авоське (бежать вечером за ней в бюро времени не было). Последняя экскурсия была «Спас-на-Крови – Марсово поле – Летний сад». Носить всё время в руке тяжёлую урну, похожую на красивую каменную вазу, было нелегко. Пока показывала Михайловский сад за Русским музеем, прислонила урну в авоське к стене портика Росси (павильон на берегу Мойки), да там и забыла, ушла с группой по маршруту дальше.

Привела туристов на Марсово поле, подвела к Вечному огню, рассказывает историю захоронений:

– Под этой плитой похоронен… Похоронен… (Хватается за голову) – Прах моего свёкра! Ооо! Украли!

И бросилась бежать. Туристы замерли, ничего, конечно, не поняв.

Горе–родственница подбегает к павильону – и, слава Богу, урна стоит. Она её хватает и бегом обратно к туристам, которые маются там, ходят, всё рассматривают, не знают – уходить или ждать эту полоумную?

Прибежала, извинилась, продолжила экскурсию…

Интерес к экскурсиям по Ленинграду в 50 – 60-е годы был так велик, что для поездок по городу вынуждены были использовать даже грузовые машины, так как автобусов было мало. В кузов ставились лавки, туристы забирались, и оттуда гостям показывали Ленинград. Для усиления голоса экскурсоводы пользовались громкоговорителями.

Спрос на экскурсии увеличивался с каждым годом. Проблему надо было решать. Стали использовать другие виды транспорта (например, трамваи), начали разрабатывать пешеходные экскурсии.

Да и не везде транспорт уместен: в Летнем саду, например, только ножками можно всё обойти. Поэтому по Летнему саду была разработана пешеходная экскурсия.

В день премьеры несколько экскурсоводов сидят, ждут туристов. Наконец приходит какая-то группа, состоящая из одних мужчин. Все молодые, чернявые, белозубые!

Привел их немолодой экскурсовод – мужчина. Рассказывает что-то, запинается.

Методист ГЭБа тихонечко отвела его в сторону, говорит:

– Мы только что разработали пешеходную экскурсию по Летнему саду. Хотите, проведём для ваших туристов?

– Ой, пожалуйста! А то я тут плохо знаю… Но должен же что-то говорить…

Методист позвала для этой группы самую молоденькую и симпатичную девушку – экскурсовода. Та с радостью взяла группу и повела по саду.

Когда вернулась через час, коллеги её спросили:

– Ну, как? Туристам понравилось?

– Конечно! Слушали, открыв рот! Не перебивали совсем.

– Благодарили хоть?

– Да. Только странно. Всё говорили: «Грасиас, грасиас…»

Сидят в Летнем Саду на скамеечке две женщины – экскурсовода. Туристические группы ждут, которые к определённому времени подойти должны. Одна – в простеньких брючках, серой кофточке, кепочке невзрачной. Другая – в мятой юбке, слегка порванной в одном месте (за куст зацепилась, а ниток с собой нет, чтобы зашить), рядом – авоська с курицей, которую удалось прикупить в паузе между экскурсиями.

По соседству старичок сидит, на них посматривает.

Тут на аллее показалась ещё одна их коллега. Но это уже «звезда» – яркое платье, макияж, прическа, туфли на высоком каблуке… Подошла и тоже рядышком села.

Старичок спрашивает:

– Что вы здесь сидите? Ждёте кого?

– Да мы – экскурсоводы, группы ждем, – первая отвечает.

– Нет, ну вы – это понятно. Сразу видно – рабочие женщины. Деньги для семьи зарабатываете. А ты-то чего сюда затесалась? Вишь, как вырядилась! Понятно, что генеральская жена! Нечего примазываться к нормальным работницам!

Экскурсовод показывает Летний сад. Долго и вдохновенно говорит про его знаменитую решётку: «Этой великолепной оградой восхищались во все времена. Её лаконичный, но в то же время изысканный рисунок считается шедевром классического стиля. Небольшие позолоченные розетки оживляют строгость параллельных линий… Столько легенд с нею связано! Анна Ахматова писала: "Я к розам хочу в тот единственный сад, где лучшая в мире стоит из оград…" А еще однажды из Англии сюда на своей яхте пришёл какой-то миллионер. Попросил разрешения, бросил якорь у ограды Летнего сада, целый день простоял, а вечером поднял якорь и ушел домой. На берег даже не сходил. Сказал, что ничего красивей этой решётки все равно увидеть нельзя…»

И тут из группы громко спросили: "А высоту забора кто-нибудь измерял?"…

В советское время в Ленинград приходили целые туристические поезда со всех краёв страны. Из азиатских республик, с Кавказа. Частенько бывало, что гости, прибывшие с дальних аулов или горных кишлаков, не говорили и не понимали по-русски. Но экскурсии для них проводили обязательно. Из-за языкового непонимания, из-за различий культурных традиций иногда возникали смешные ситуации.

Экскурсия «Здравствуй, Ленинград!» для чабанов Дагестана. Экскурсовод заливается соловьём, показывает, рассказывает. Она довольна – никто не перебивает, не переспрашивает. (Ей и невдомёк, что её просто никто не понимает). Молчаливые горцы смотрят в окна. В конце концов один встаёт, подходит к экскурсоводу и говорит:

– Женщина! Сколько тебе платят за твою работу?

Она, растерянно:

– Три рубля десять копеек…

– На тебе десять рублей, только замолчи!

Ранняя весна. Нева ещё покрыта льдом. По Кировскому (сейчас Троицкому) мосту едут туристы с Крайнего Севера. И видят возле стены Петропавловской крепости нескольких обнажённых людей, часть из которых уже плавает в полыньи Невы. Слышатся громкие восклицания, и одна из туристок спрашивает экскурсовода:

– Кто это?

– Это – наши моржи! – с гордостью отвечает экскурсовод.

– Надо же… А как на людей похожи…

В музей привели группу туристов из Средней Азии. Предложили воспользоваться музейными тапочками. Но как, не объяснили. Поэтому вместо того, чтобы надеть их сверху на свою обувь, гости сняли свои традиционные туфли без задников, аккуратно поставили их возле стенки, музейные войлочные тапочки надели на босу ногу и ушли на экскурсию. Групп на тот момент в музее было много, смотрители ничего не заметили.

Следующей группе, из другого кишлака, также было предложено обуться. Они сняли свои туфли и надели другие, привычные, которые рядами стояли у стены. И ушли в музей.

Самое интересное началось тогда, когда вернулась первая группа…

Главным изобретением XX века считают интернет. Для меня же это – мобильный телефон. Трудно теперь представить, как мы жили без них. А тем более, как работали в туризме… Вот как можно было понять – автобус не пришёл за группой вовремя, потому что он задерживается или потому что совсем сломался? И уже надо бежать к метро и ехать с группой в музей таким способом?

Сколько раз у меня была ситуация, когда стоим со школьниками возле нужного дома, ждём автобус, но его нет. А он, оказывается, нас тоже ждет, и у того же самого дома! Только дом очень длинный, и он ждет у другого угла. За стоящими машинами нам его не видно. И мне нужно находить телефон (искать автомат или умолять дать позвонить в ближайшем магазине), звонить в турфирму, чтобы узнать, что с автобусом. То же самое делал водитель, когда группы не было вовремя. И только менеджер турфирмы, до которого мы дозванивались, наконец, связывал два конца вместе и мы находили друг друга. Но сколько терялось при этом времени!

Слышала замечательную историю из работы ГЭБа:

Позвонили в ГЭБ из какого-то института. У них будет проходить научная конференция. Хотят участникам Ленинград показать – нужна обзорная экскурсия.

Принято, записали.

Звонят накануне – нет, по времени не получается, извините!

Ну нет, так нет. Отменили.

В день конференции – опять звонок: смогли освободить время! Всё же проведите, пожалуйста, обзорную экскурсию. У группы обед возле Гостиного Двора. Их представитель будет ждать экскурсовода в 16.00 возле входа в магазин. Это будет высокий светловолосый мужчина в сером костюме с синим галстуком.

Хорошо! Отправили автобус с экскурсоводом, какой был свободен на тот момент. Это оказалась эффектная женщина лет сорока с лишним, крупная, полная, но в облегающей кофточке с большим вырезом, бусы, яркий макияж… Звезда, одним словом.

Приехали они на место, она оставила автобус на Садовой улице, сама пошла старшего группы искать. У входа в Гостиный Двор сразу видит нужного мужчину. Обрадовалась, что долго искать не пришлось, подходит и весело спрашивает:

– Ну что, давно меня ждёте?

      Он молчит, растерялся от такой красоты. Она одобряюще улыбается:

– Ну всё, поехали, я готова!

Мужчина мнется, пытается подобрать слова. Экскурсовод понимает: у них опять что-то не заладилось, и он сейчас хочет вежливо отказаться! Тут она даже рассердилась:

– Что, вы опять на попятную? Ну, так же нельзя! То вы хотите, то вы не хотите! Где остальные? Зовите их скорее. Автобус за углом уже ждёт! Да вы не переживайте! Мы всё сделаем быстро! Я очень опытная! Все останетесь довольны!

Мужчина вдруг резко повернулся и пустился бежать…

Экскурсовод разозлилась окончательно. Нет, ну, наглость какая! Автобус им пригнали, её выдернули, а он даже не извинился!

Расстроенная, пошла к телефону звонить в ГЭБ, рассказывать, что экскурсию опять отменили. И вдруг увидела ещё одного светловолосого мужчину в сером костюме с синим галстуком, стоящего у стены …

Однажды я обратила внимание на то, что, когда я еду в рейсовом автобусе, то всегда стараюсь сидеть впереди, поближе к водителю. Там свободней, меньше карманников, да и привычка многолетняя сидеть впереди выработалась.

Потом оказалось, что я не одинока. Многие старшие экскурсоводы, так же, как и я, всегда стараются ездить в общественном транспорте впереди.

А ещё мы все – люди очень увлечённые (некоторые говорят жёстче – «слегка чокнутые»).

Одна чудесная женщина, всю жизнь проработавшие в ГЭБе, рассказала, как однажды она ехала в рейсовом автобусе. Как всегда, на переднем сидении. Маршрут автобуса замечательно совпал с тем экскурсионным маршрутом, по которому она должна была везти группу на следующий день. Так как эту тематическую экскурсию она не проводила уже несколько месяцев, то что-то уже подзабыла. Поэтому стала усердно всё вспоминать, проговаривая текст про себя.

«Так, здесь не забыть это, тут упомянуть про то… Да, на этом углу ещё вот это показать…» Так и проехала по всему маршруту. На последней остановке она встала со своего места, повернулась к остальным пассажирам, поклонилась, сказала:

– Спасибо, вы были замечательными слушателями!

И в полной тишине вышла. Когда двери закрылись, она увидела, что это был рейсовый автобус №65…

      Другой опытный экскурсовод тоже была в похожей ситуации. Едет рейсовым автобусом, проговаривает про себя текст экскурсии. Углубилась в тему…

Но вдруг водитель свернул в сторону. Она кинулась к нему, стала возмущаться:

– Вы почему самовольно изменили маршрут?

      (Раньше экскурсионный маршрут утверждался Методическим советом ГЭБа. Чтобы поехать не так, как предписано, должна быть очень веская причина – улица перерыта или закрыта для проезда.)

– Почему изменил? Мы всё время так ездим…

– Что вы мне тут рассказываете! Я уже три года эту экскурсию веду!

– Гражданочка, какая экскурсия, это же рейсовый автобус…

Экскурсовод – молодая эффектная ленинградская дама – привела туристов на Марсово поле. Рассказывает, откуда появилось это название, какие парады проходили здесь до Революции. Почему в советское время это поле стало называться «местом скорби и славы», в какие года тут начали хоронить революционеров и зажгли Вечный огонь.

       Один из туристов, симпатичный мужчина средних лет, просто не сводит с неё глаз. Слушает очень внимательно.

Она показывает надгробия, подробно говорит о том, кого и когда хоронили в братских могилах, какие известные деятели компартии похоронены индивидуально, читает эпитафии.

Наконец, всех «похоронила». Спрашивает: «Вопросы есть?»

Мужчина, всю экскурсию «евший» её глазами, задал вопрос:

– Я правильно понял, здесь кто-то похоронен?

Летний жаркий день. Экскурсовод ведёт уже третью автобусную экскурсию «Пушкин в Петербурге». Но и в такие маршруты входили ленинские объекты, возле которых рассказывали, как в Советское время работают с наследием Пушкина.

У Смольного, показывая на небольшую скульптуру Ленина при входе, уставший экскурсовод заплетающимся языком произносит:

– Перед Штабом Революции вы видите памятник Ленину, где он стоит с гордо поднятой курчавой головой…

Эту историю о себе рассказала замечательная женщина, яркая и интересная, сейчас – один из старейших экскурсоводов Санкт-Петербурга.

Она когда-то разработала экскурсию по реке Волге (если знаешь экскурсионную методику – уже можешь практически любую экскурсию подготовить). Стала ходить на корабле. Туры длились по несколько дней. Вот однажды ведёт она экскурсию, рассказывает:

– На левом берегу – старинный город Мышкин (и о нём).

– А сейчас по обоим берегам раскинулся древний город Углич… (И про него).

      Подошли к конечной стоянке. Все прощаются, благодарят экскурсовода. Один турист у неё спросил:

– А вы сами-то откуда будете?

       Ему ответил другой пассажир:

– Ты что, не понял? Тебе всё время говорили: «Посмотрите на правый берег Невы, посмотрите на левый берег Невы…»

Замечательная история Городского экскурсионного бюро Ленинграда ещё ждёт своих летописцев. Уникальный опыт, накопленный его сотрудниками за много лет, стал базой для следующих поколений петербургских экскурсоводов. Но очень бы хотелось, чтобы кто-то «посвящённый» собрал этот богатейший материал и издал в печатном виде. Это будут бесценные материалы!

Мало того, я совершенно убеждена, что в нашем городе должен существовать Музей ГЭБа! Уже пора начать его организовывать…

Волею судьбы у меня оказался архив капустников ГЭБа, которые гремели по всему Ленинграду. Да и не только здесь! С этими капустниками экскурсоводы – артисты объехали весь Советский Союз. Были даже в Сибири…

Буду рада передать архив в будущий музей.

Прошло лет 20… Нина Григорьевна – по-прежнему эффектная крупная блондинка. Работая в туристической фирме, как-то подписывала договора в Петропавловской крепости. Идёт по территории, вокруг множество туристов. Китайцы в основном. Вдруг один маленький китайский мужчина к ней подбегает, лопочет ей чего-то, на фотоаппарат показывает. Она понимает, что сфотографировать его с другом просит, благосклонно кивает, и уже протягивает руки к его фотоаппарату, как вдруг мужчинка подскакивает к ней, (а он ей по плечо), кладёт ей голову на грудь, а сам блаженно замирает… В это время его напарник делает снимок «с русской красавицей» …

«Красавица» в ужасе отталкивает от себя китайца, с криками: «Фу! Фу!» машет на него руками…

      …Иногда китайцы ведут себя очень бесцеремонно… Особенно они любят фотографироваться с нашими беленькими детьми (у них-то только чёрненькие). Могут подойти и, не спрашивая разрешения, начать тискать и фотографировать какого-то понравившегося ребятёнка из проходящей группы… Только смотри!

      Лето. Раннее утро. На Исаакиевскую площадь въехал автобус, прибывший с туристами из Германии. Приехал явно впервые. Красиво развернулся, аккуратно встал по разметке возле памятника Николаю I. Туристы с водителем пошли завтракать в Асторию. Пока они завтракали, (а иностранцы едят всегда очень долго), картина возле памятника круто изменилась – на площадь приехали десятки российских туристических автобусов. Автобусы встали как попало, перегородили всю площадь вдоль и поперёк, гости высыпали фотографироваться.

      После завтрака выходит из гостиницы немецкий водитель, вальяжно идёт к своему автобусу, но его даже глазами не находит, так все заставлено и перегорожено. Он ошарашено смотрит на весь этот хаос, разводит руками и громко говорит по-русски:

– Россия… Катастрофа!

Езда по нашим дорогам сопряжена с большими трудностями. Поэтому очень важно, чтобы во время экскурсионного тура водитель и экскурсовод работали в одной связке, понимали друг друга. Иногда, особенно когда работаешь со школьной группой, приходиться напоминать:

– Кто главный в автобусе? Водитель. Пока он не скажет, что можно вставать и выходить, никто с места не двигается! Я отвечаю только за выполнение экскурсионной программы, водитель же – за наши жизни!

      Быть водителем экскурсионного автобуса – профессия непростая. Туристы все разные. Едут и по одному, и семьями, и компаниями. Одному жарко, а его соседу рядом – холодно. Кому в туалет надо каждый час, а кто-то садится в автобус уже сильно пьяный… Кто-то на стоянках вечно задерживается, вся группа ждёт… И за всеми уследить надо! То есть мало быть профессионалом – водителем, надо быть и психологом немного…

      Да и автобусы наши, честно сказать, далеко не новые и далеко не наши… То тут отвалится, то здесь загремит… А еще дороги знаменитые российские, гаишники… А документы, которые надо иметь с собой водителю! Это вообще не поддаётся никакому разумному объяснению – те правила, по которым сейчас вынуждены работать транспортные компании! Как будто кто-то сознательно добивается того, чтобы транспортники разорялись и переставали туристов возить…

      Поэтому задерживаются на этой работе только очень стойкие, определённого склада мужчины. (Хотя исключения, конечно, бывают). Большинство – спокойные, надёжные, грамотные. Как правило, быстро находим общий язык. С некоторыми складываются особо теплые отношения. Через год – два, если встречаемся где-нибудь на пересечении туристических троп – в Петергофе, на стрелке Васильевского острова – обрадуемся друг другу, тепло поговорим.

      Я им очень благодарна. Профессиональный, спокойный водитель в автобусе – это половина успеха. Если питерские – помогут маршрут составить, подскажут, где пробки, где перекопали недавно – уследить за этим нам, экскурсоводам, сложно. Да и приезжие водители, если часто бывают в Петербурге, уже чувствуют себя уверенно, хлопот с ними мало. Как иногда они выручали меня! И в большом, и в малом… Какие сложные задачи иногда приходилось решать, и быстро!

      Однажды встретила взрослую группу на майских праздниках, приехали на своем автобусе из другого города. (Калуга, Орел или Кострома – уже не помню.) В первый день по программе после завтрака – Океанариум. (Кто не знает – Санкт-Петербургский Океанариум – один из самых крупных в России).

Встали недалеко от входа на улице Марата. Все пока сидят, я рассказываю, куда сейчас пойдём и что у нас дальше по программе.

      И в этот момент в наш стоящий припаркованный большой автобус (Bova) врезается джип. В хвост. (Джип уходил от удара с мерседесом. Вероятно, водитель джипа решил, что в автобус въехать будет дешевле…)

      Автобус подпрыгнул. Меня отбросило на лобовое стекло, (удачно, без последствий). Туристы все сидели, никто не пострадал. Кроме автобуса и джипа.

      А дальше-то что делать? У нас – сложная программа, после Океанариума – Эрмитаж, поздний обед где-то возле Невского… Потом с вещами – в гостиницу… Надо бы… Но автобус будет теперь долго ждать ГАИ, оформлять документы здесь, потом ехать в ГАИ, там продолжать…

На наше счастье, он завёлся после удара и был на ходу.

      Туристы взяли из багажника самое необходимое, пошли в Океанариум… Потом – в метро и до Эрмитажа, и так – пешком – до вечера. Добрались до гостиницы, разместились. Позже приехал автобус с вещами.

А следующий день – 9 мая, выходной! Документы из ГАИ не добыть, без них обратно не уехать. И ремонт нужен, автобус до дома может не дотянуть. (Опять же – где ремонтировать? Праздничные дни!)

      Водители исхитрились нас забросить в Петергоф, там же где-то купили запчасти, более-менее отремонтировали автобус, обратно довезли нас до метро и помчались за документами в ГАИ…

Думаю, водители тоже эту поездку запомнили надолго.

      Всё закончилось хорошо, программу удалось выполнить и все благополучно вернулись домой…

      А ведь ребята могли сказать: всё, форс-мажор! Мы три дня ремонтируемся, а вы как–нибудь сами, ножками… Обратно вас, так и быть, отвезём…

      Могли. Но не сказали. И в чужом, огромном и даже в чём-то для них враждебном городе старались качественно, насколько только возможно, выполнить свою работу.

Столько таких водителей колесит по нашим и чужим дорогам, столько замечательных историй могут они рассказать…

Вот некоторые из них:

      Авто группа ехала в Питер из глубинки. В группе оказался очень любознательный турист. Привязался к водителю автобуса: "Сколько вы получаете? Нет, вы скажите, ну сколько в месяц выходит?" Водитель и так отнекивается, и этак, а мужчина не унимается. Водитель объясняет, что работа сезонная, зарплата разная … А турист всё не отстаёт, ну такой душный попался! Водитель не выдерживает и говорит:

– Да мало мы получаем! Если бы по сумкам туристов не шарились бы, совсем бы с голода умерли!

…Вопросов больше не было…

      Хозяин небольшой транспортной компании из Ярославля купил подержанный немецкий автобус. Качество хорошее, ещё и берегли, видно. Автобус потом и по Ярославлю лет десять отработал.

      Привезли на нём группу в Питер. Туристы ушли в Эрмитаж, а автобус с водителями ждёт их на стоянке возле Певческого моста, на Дворцовой площади. Народ гуляет, люди разные ходят взад и вперёд.

Вдруг один пожилой иностранец остановился напротив автобуса, уставился на него, обошёл вокруг, потом кричать что-то начал, палкой размахивать. Водители ничего не понимают, высунулись, спрашивают – случилось что? Иностранец убежал куда-то, вернулся с переводчиком. Оказалось, что когда-то это был его автобус! Он на нём лет десять в Германии отработал и сдал его на утилизацию! Даже деньги заплатил за это.

      Много лет спустя мужчина приехал на экскурсию в Россию. И вдруг увидел привидение… Свой старый, давно «похороненный» автобус…

Потом этот немецкий турист с нашими водителями долго лазил по автобусу, показывал, где какие заклёпки менял, шурупы нестандартные вворачивал…

      Наши же, как автобус купили, даже не перекрашивали его, только номер телефона с рекламы на бортах стёрли. Поэтому хозяин его сразу узнал.

Так что в Германии мошенники тоже есть…

      Но если подумать – немец первый и единственный раз в жизни приехал в Россию, в Петербург и пошёл в Эрмитаж. И надо было Провидению так устроить, чтобы они сошлись в одной точке! Ведь он мог пройти на 10 метров дальше и автобус бы не увидел. Или – через минуту после их отъезда… И они-то – не местные! Из Ярославля приехали! Интересно, для чего так было устроено?..

Экскурсионный автобус из какого-то небольшого города выехал с группой в Петербург.

Через несколько часов водитель, который сидел за рулем, поворачивается к туристам и громко спрашивает:

– Никто порулить не хочет? А то я устал, засыпаю прямо.

      Все молчат. Небритый мужчина, сидящий сразу за водителем и всю дорогу потягивающий водку из бутылки, неуверенно говорит:

– Ну, давай, я попробую… Трактор вожу, наверное, и автобус получится…

      Кое-как садится за руль, автобус двигается с места. Новоявленный шофёр громко спрашивает у сидящего рядом водителя, что это за рычаг, для чего эта кнопка и как тормозить…

      В автобусе – мёртвая тишина. Едут. Но вскоре на трассе их догоняет и останавливает патрульная машина. ДПС-ники вошли в автобус, потребовали документы у водителя и у того, кто за рулем.

      Оказалось, кто-то из группы позвонил в полицию. Они быстро среагировали.

      Тут и выяснилось, что «тракторист» – это второй водитель автобуса. И все документы у него в порядке. Пошутили они так.

      Группа рассвирепела, заставили в трубку «тракториста» подышать. Но и тут всё оказалось нормально… Потому что у него в бутылке из-под водки была чистая вода …

      Водители пытались объяснить, что это розыгрыш был, настроение хотели всем поднять! Но почему-то их не поняли. Пассажиры были очень злы… Так, угрюмо, и поехали дальше…

      Из Калуги в Петербург выехал красивый двухэтажный автобус. Место водителя в таких автобусах находится в начале первого этажа. Дальше – небольшой салон для туристов. Второй этаж уже весь только для путешественников.

      Вот туристы забрались на верхний этаж, расселись, довольные, смотрят по сторонам, привыкают. Один мужчина лет 50-ти сел уже слегка пьяный, и в дороге всё время добавлял. Ночью ему понадобилось в туалет. Он, качаясь, прошёл вперед по проходу второго этажа, растолкал парня, который спал на переднем сидении и со словами: "Шеф, останови, мне надо выйти!" – вернулся на своё место.

Парень, понятно, тут же заснул. Через какое-то время мужчина снова к парню проходит и снова толкает его:

– Шеф, ну сказал же тебе, останови! Туалет нужен!

Парень ему:

– Мужик, отстань! Какой я тебе шеф? Ты у меня руль видишь?

Турист пригляделся и даже головой замотал, обалдев:

– Ё-мое! А как же ты везешь нас без руля? …

Мало кто из туристов знает, что в современных автобусах для водителя есть специальное спальное место. Находиться оно может в разных местах, в зависимости от марки автобуса. Это такой узкий отсек, грубо говоря, похожий на большой ящик. Заползать в него очень неудобно. В одних автобусах это место – рядом с водителем, когда по лестнице поднимаешься – сразу слева от неё, своеобразный «лаз» в стенке. В других автобусах это место подальше, в середине, сбоку от второй лестницы. Там же рядом – багажное отделение.

Во время дальнего путешествия один из водителей может там поспать.

      Когда из такого непонятного лаза вдруг неожиданно «выныривает» человек, туристы начинают волноваться: "Что это вы там делаете?" Остроумные водители отвечают: "Да сумки проверяю, кто чего взял с собой…"

      Автобус едет в Санкт-Петербург. Очередная бытовая остановка. Автобусов много, туристы прогуливаются. Кто – в кафе, перекусить, кто – в туалет, кто курит.

      В нужное время все садятся в автобус, отправляются дальше. Сопровождающий от турфирмы (раньше таких называли «групповодами») пересчитывает туристов, все ли на месте.

      Недалеко от водителя сидят муж и жена. При отправлении мужчина уже развернул газету, читает.

      Едут. Примерно через полчаса, прочитав газету от корки до корки, мужчина её складывает, и на весь автобус раздаётся женский вопль:

– Ааа! Стойте! Где мой муж? Это не мой! Как вы могли бросить его? Почему вы не заметили, что его нет в автобусе?

      (Мужчина рядом с ней оказался из другого автобуса, перепутал, сел на свободное место и достал газету… Женщина села позднее, за газету не заглянула. А у сопровождающего по количеству туристов-то всё сошлось…)

      Потом долго созванивались с другим автобусом, благо, он тоже ехал в Питер… Передавали этого «потеряшку». Мужа же той невнимательной дамы нашли уже в Петербурге в гостинице…

      Очень редко, но были случаи, когда с водителями не могла найти общий язык. Поэтому, наверное, они и врезались в память…

      В дальние рейсы уже давно полагается отправлять двух водителей. Они ведут машину, сменяя друг друга.

Помню, однажды, в начале двухтысячных, встречаю автобус из Орла. (Авто группы со стороны Москвы, как правило, прибывают к гостинице «Пулковская», на площадь Победы).

      Дело было летом. Я такая эффектная, в шляпке… Вхожу в автобус: за рулём водитель в грязнущей майке, которая, наверное, когда-то была белой. Щетина трёхдневная. Второй рядом сидит, курит(!) и пиво потягивает. (А в автобусе – школьная группа!)

      Тот, что за рулем, глянул на меня, (я поздоровалась, представилась), и говорит:

– Так! Мы в Питере первый раз, так что будешь говорить, куда ехать, повороты показывать!

      Я от такой наглости оторопела. Ни вам «здрасти», ни «пожалуйста» … И – на «ты»! Было впечатление, что они из-под трактора только вылезли, слегка руки обтёрли, на автобус пересели и в Питер группу повезли.

      Говорю:

– Конечно, я вам помогу. Но если и вы мне будете помогать экскурсию вести. Даты подсказывайте, а то я даты часто забываю!

      С трудом заставила потушить сигарету. Потом при туристах они уже не курили, но из вредности продолжали дымить в автобусе, пока школьники ходили в очередной музей, и не проветривали.

      Карту Петербурга эти горе-водители принципиально не покупали, я принесла свою – даже не пытались смотреть… Вместо экскурсии постоянно было обсуждение, куда ехать дальше и где в какой ряд перестраиваться…

Господи, как я с ними намучилась! За три дня они так и не запомнили единственный поворот к нашей гостинице, хотя мы из центра в отель ездили одной и той же дорогой… Или, наверное, не хотели запоминать…

      Но, повторю, этот случай – исключение.

      Если честно, вести экскурсию и одновременно работать навигатором по Петербургу очень сложно. Кто не обращал внимание – у нас в городе на главных магистралях почти нет левых поворотов. Только правые. Туристам со смехом говорю: «Пойти налево у нас, наверное, можно. Поехать – точно нельзя!»

Этот «нюанс» очень усложняет маршрут. Мы всё время вынуждены делать дополнительные «петли», чтобы ехать в нужном направлении. Плюс вечные ремонты улиц, вскрытие труб…

      Конечно, мы всегда помогаем водителям, которые не знают города. Но когда вежливо об этом просят! Хоть это здорово усложняет работу. Вот, например, представьте, едем из Царского Села по Московскому проспекту на Московский вокзал. Опоздать на поезд нельзя! А в городе пробки…

      Веду экскурсию:

– Сейчас перед нами появляются Московские ворота… За ними направо… Они построены при императоре Николае Первом… Направо сейчас… архитектором Стасовым… Поворачиваем уже!.. В честь победы на Балканах!!! Почему не повернули?!!

– А что, сейчас надо было? А я думал, следующий поворот…

      Представляете, как мы потом крутились по городу и сколько времени потеряли, не свернув вовремя на Лиговский проспект?

      Как уж у нас приезжие на своем транспорте самостоятельно разбираются – даже не представляю… Слава создавшему навигатор!

Безобразное отношение водителей легковых машин к автобусам разумному объяснению не поддаётся. Хотя, если вспомнить, что у нас иногда и «Скорые» не пропускают…

Однажды возвращаемся после экскурсии в школу, в автобусе два первых класса. До школы уже недалеко, но пробираемся через пробки. Ребята маленькие, начали проситься в туалет. В автобусе не было. И вокруг, как назло, одни заводы, кафе не встречаются. И ехать то осталось чуть-чуть, но тут встали на последнем перекрёстке. Нам «зелёный», но дорогу перегородил чёрный мерседес, который вылез вперёд с дороги справа, боясь, что не успеет потом проскочить.

Мы ему сигналим, он и ухом не ведёт. Всех «запер». Он мог сдвинуться назад, ему даже место там освободили. Но он не соизволил.

Я вышла из автобуса, подошла к нему, стала вежливо (!) просить в приоткрытое окно:

– Пожалуйста, пропустите нас! У нас маленькие дети, они в туалет хотят. Может быть, здесь и ваш ребёнок сидит!

Молодой мужчина просто отвернулся. Остался стоять. А пауза там какая-то очень длинная на светофоре была. Так и простояли.

О наших парковках можно написать отдельную главу. Когда-то я даже про это официальное письмо губернатору Полтавченко отправила. Про то, что невозможно припарковаться, например, у Московского вокзала. Что автобусы вынуждены ждать туристов аж у дальнего конца «Галереи»! И мы пешком, с чемоданами, тащимся вокруг вокзала, а потом до автобуса, который ещё найти надо! Он может стоять во втором ряду, а нам надо чемоданы загружать. (И со стороны проезжей части иногда, что просто опасно).

Написала, что приезжают к нам и особые туристы, с инвалидностью. Помню, раз была группа таких детей, в том числе с церебральным параличом. При этом ребята не только чемоданы тащили (на колёсиках ни у кого не было), но и почему-то ещё большие баллоны с водой! (Им кто-то там сказал, что у нас вода очень дорогая…) Мы еле до автобуса дошли.

Или группы, где есть очень пожилые, или полные люди. У них уже складывается плохое впечатление о городе. Сразу, с первых минут! А мы, экскурсоводы, можем только извиняться.

Писала про то, как тяжело встать на Певческом мосту, ведь большинство групп обязательно поедут в Эрмитаж. А на набережной Зимней канавки стоят легковые машины, и часто так, что автобусам между ними не протиснутся. Под знаком стоят, между прочим, и никто их не эвакуирует.

А парковка возле Авроры? Это ж просто насмешка! Раньше там стояли сплошным рядом легковые машины продавцов сувениров, а мы, чтобы высадить туристов, вставали ну очень далеко от корабля, чуть ли не у домика Петра Первого.

Сейчас – ещё смешнее. Возле Авроры сделали велосипедную дорожку! Прелесть! За день по ней проезжает летом 10 – 20 человек. То есть теперь вообще автобусам нельзя встать со стороны корабля. Только на противоположной стороне. И там даже выделили специальные места для экскурсионных автобусов! Какая забота! И знаете, сколько? Аж четыре места! Хотя там летом пытаются одновременно встать 10 – 15 автобусов, в каждом – больше сорока человек! Просто издевательство какое-то над водителями, которых вынуждают нарушать правила, и над туристами, которые беспрестанно перебегают дорогу, и не всегда по переходу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.