# Илья Муромец и Соловей-разбойник. История Ильи и Алёнушки

Татьяна И. Курочкина

Книга рассказывает историю из знаменитого мультфильма «Илья Муромец и Соловей-разбойник». Рассказ ведут сами главные герои – богатырь Илья и девица-летописец Алёнушка. Они поведают, как Соловей-разбойник украл княжескую казну и увёл любимого коня Ильи – Бурушку. Пришлось Илье с Алёнушкой и князем Киевским ехать в Царьград, чтобы вызволить Бурушку, спасти казну, а по пути новых подвигов богатырских насовершать.

© Курочкина Т.И., 2023

© ООО «Кинокомпания СТВ»,

© Студия анимационного кино «Мельница», 2023

© ООО «Издательство «Эксмо», 2023

## Пролог

Давным-давно хороша была жизнь на Руси-матушке. Привольно было, сыто да весело. Среди всех городов русских Киев был самым главным. Оттуда Князь мудро правил всею землёй, куда глаз хватает. Благодаря его заботам в государстве всё ладилось. Люд простой не ленился, с утра до ночи трудился: пашню пахал и хлеб сеял. А какие праздники устраивали – залюбуешься! Хороводы, песни, гармонь до утра не замолкает.

Но только стали вдруг дела нехорошие твориться. Повадились разбойники деревни разорять. То скотину утащат, то мелочь какую, а то налетят целой стаей, как вороны голодные. В двери, в окна лезут, до ниточки крестьян обирают.

Главным у злодеев был Соловей-разбойник. Сам мелкий, лицом страшный, на голове чуб, а усищи тараканьи до земли свисают. Ни конному, ни пешему он прохода не давал, жёг да грабил деревни русские.

Как-то раз напали разбойники на деревеньку одну. Добро из домов вытащили и снесли своему главарю. Уселся он на куче наворованного и начал приказы раздавать. Мол, всех жителей в плен взять, связать по рукам и ногам, а дома сжечь. Сказано – сделано, дурное дело-то оно не хитрое. Разбойники с хохотом стрелы подожгли и в крыши соломенные начали целиться.

Ещё секунда, и злодейство было бы неминуемо. Но вдруг раздалось где-то вдали конское ржание. Из-за холма появился богатырь верхом на красивом скакуне. Шерсть у коня медью отливала, а грива и хвост золотом горели. Наездник был ему под стать. Высокий, широкоплечий, с бородой аккуратной. Одет он был в кольчугу блестящую и шлем остроконечный.

Соловей повернулся, прищурился и злобно бросил:

– Илья!

И верно, то был Илья Муромец, бесстрашный защитник земли Русской.

Взмахнул злодей рукой, и вся его разбойничья рать на богатыря кинулась. Не дрогнул витязь, только зачерпнул землицы русской, чтобы силушки богатырской набраться, шепнул:

– Ну, помогай, мать сыра земля! – И бросился в бой.

Войско разбойничье ощетинилось топорами, копьями и секирами. Да вот только одного удара кулака Ильи Муромца достаточно было, чтобы с десяток супостатов взлетели в воздух, ударились оземь и бежали в ужасе. Конь его тоже силушкой был славен: то ногой злодея лягнёт, то взмахом хвоста сразу трёх раскидает, то зубами копьё перекусит. И минуты не прошло, как всех разбойников они на пару поколотили.

Остались Илья и Соловей один на один.

– Хороший у тебя конь, Илья! – скорчил разбойник злобную гримасу. – Может, продашь?

– Не конь это вовсе, – отрезал богатырь, – а друг мой верный.

Отстегнул он булаву – оружие своё – от седла и пошёл на Соловья. Разбойник раздулся, набрав в лёгкие воздуха побольше, и засвистел. На всю Русь он был известен свистом своим нечеловеческим. От него никто укрыться не мог, ни стар ни млад. Свет померк, дубы до земли согнулись, людей с ног сшибло, булава в руках у богатыря треснула. Но Илья устоял. Медленно приближался он к своему врагу. Свист усиливался, Соловей от натуги краснел, темнел, белел. Наконец подошёл Илья вплотную к разбойнику, поднатужился и поднял кулак богатырский. Вбил Соловья в землю по пояс, чтобы унять его, ротозея. Только свист прекратился, как небо очистилось и засияло солнышко.

Илья разбойника за шиворот из земли вытащил и связывать принялся.

– Ну, Илья… – шипел злодей. – Придёт мой час, погоди…

– Расслабься! – не дал ему договорить богатырь и рот заткнул.

Закинул он Соловья на спину лошади и запрыгнул в седло. Жители деревни на прощание до земли кланялись своему спасителю.

– Ой, спасибо, добрый молодец! – радостно галдели они. – Богатырь настоящий! Доброго пути, защитник наш!

Здесь и начинается наш сказ о том, как Соловей-разбойник славному богатырю отомстить решил. А что из этого вышло, мы из первых уст-то и узнаем.

## Глава 1

Илья

Мои шаги гулко разносились по коридорам княжеского терема. Вот же построил себе хоромы! Потолки сводчатые, стены в росписях искусных, дверей видимо-невидимо. В таком и потеряться недолго. Бродил я там, бродил, так никого и не встретил. Не знал уже, где Князя искать. Хорошо, если он в палате был своей приёмной, а то, может, забрался куда в подземелье и казну свою пересчитывает. Крестьянам и дружине по мешочку на содержание выделит, а остальное под замок спрячет. Словно Кощей какой-нибудь! Но он это не со зла. Я за годы службы хорошо его узнал, он руководитель порядочный. Наперёд всегда думает, поэтому и экономит.

И вот хожу я, хожу, а тут вдруг впереди… Чу! Кот чёрный! Плохая примета, нельзя было, чтобы он мне дорогу перешёл. Кинул в него рукавицей, понадеялся, что спугну.

– Чур меня, чур! – крикнул.

Хоть кот в сторону и отскочил, а по коридору этому идти было нельзя. Обошёл я его стороной, чтобы беды избежать. Меня мама всегда учила, что приметами пренебрегать нельзя, а то удача отвернётся.

Наконец увидел я двух стражей у дверей. Не иначе Князь там заседал, тут уж не перепутаешь. Только они меня заметили, как топоры боевые скрестили и поглядели сурово. Знать, меня тут не ждали. Ну что поделаешь, иногда добро и с кулаками бывает. Я даже не притормозил, просто шёл на них уверенно. Захотел посмотреть, как княжеская стража удар держит. У одного сразу глаз задёргался, второй нервно слюну сглотнул. Таким против меня не выстоять. Живо с дороги отпрыгнули. То-то же!

Наконец я вошёл, и сам Князь пред очами моими оказался. Он только мельком на меня глянул и снова в записи уткнулся. Сделал вид, что занят очень. Но не тут-то было! При всём уважении мне было о чём слово молвить.

– Верно сказывают, – начал я с места в карьер, – будто бы ты опять Соловья за сто монет отпустил?!

– Это дела государственные, – ответил Князь, даже не глядя на меня. – Тебя не касаются!

– Да что ж я, как собака цепная, буду за каждым разбойником бегать, а ты его заново на волю выпускать?! – возмущённо воскликнул я.

Я это неспроста серчал. Уже несколько раз я этого супостата ловил, но в неволе он надолго никогда не задерживался. Куда это годится? Вот и решил я у Князя выяснить, как такое происходит.

– Да ты что! – закричал он и перо бросил. – Сдурел, что ли?! Не суйся не в своё дело! Я Князь, чего хочу, того и воро… Действую в интересах державы!

– Ах, вона как? – От гнева у меня даже в глазах потемнело. – Эдак-то можно много наворотить!

– Ну, всё! – Князь совсем осерчал, вскочил с места и забегал туда-сюда. – Хватит с меня! Ишь ты, распустился! Ступай отсюда!

Такое сносить я не пожелал. Разве не богатырь я? Разве не служил Отечеству верой-правдой? Негоже так с витязями разговаривать! Но раз хочет Князь меня выгнать, быть посему, я перечить не стану.

– Я-то пойду, Князь, только на службу впредь меня не зови! Точка!

Снял я меч с пояса и бросил Князю. Пусть теперь сам им машет, если понадобится! Тут и разговору конец. Повернулся я и уходить собрался.

– Иди-иди! – кинул Князь мне в спину. – И без тебя на Руси богатыри найдутся! – а потом добавил: – И не забудь коня оставить!

Я встал как вкопанный. Нет! Не мог он это всерьёз.

– Как так – оставить? – не верил я своим ушам. – Бурушку? Да как можно, княже?!

– А как?! Животина казённая, на балансе значится… – развёл он руками. – Нет, можешь уплатить, разумеется, коли деньги есть…

Я даже не нашёлся, что ответить. Он с меня денег за Бурушку хотел? За друга моего верного? Да откуда у меня столько? Скакуны боевые целое состояние стоят. От злости я аж зубами заскрипел, но смолчал. Осталось только вон выйти.

* * *

Пошёл я на конюшню с Бурушкой проститься. По пути всё думал, на что Князю конь мой понадобился? Лошадей-то у него было видимо-невидимо. Стойла в несколько ярусов до самого неба поднимались. Там какие хочешь были: и арабские скакуны породистые, и простые рабочие лошадки, и гнедые, и белоснежные, и в яблоках. Теперь и богатырский конь средь них в неволе томиться должен был.

Снял я седло с друга моего верного, напоследок овсом угостил, а у самого сердце щемило так, что словами и не описать.

– Не горюй, Бурушка! – сказал я, обнимая его за шею. – Я тебя обязательно выкуплю. Денег вот заработаю…

Он в ответ головой мотнул и заржал жалостно. Не поверил мне.

– Ну почему? Я могу землю пахать, хлеб сеять…

Снова заржал Бурка с сомнением. Упрямый он у меня, даром что не осёл.