Георгий Смородинский
Завещание единого бога

Пролог

Калиана, Араатская пустыня,

Центральный оазис.

1039 оборот от Великого Разлома.

Главное святилище Хаоса находилось в Ори – центральном оазисе Великой Араатской Пустыни, – на пересечении основных торговых путей.

Огромный храмовый комплекс заложили ещё первые переселенцы, бежавшие на Калиану после череды сокрушительных поражений в той проклятой войне.

Мир тогда еще не был расколот. Зеленоглазые предатели, заручившись поддержкой Воплощенных Элементов, осаждали крепости Треугольника – последний оплот Владыки Иршама и его десяти тысяч овеянных славой бойцов. Иблид еще только собирал на Туманных Равнинах свои легионы, а Владыка Вельзул готовился к последней битве во главе остатков разбитой, но не сломленной армии.

Потом была осада Калианы и дерзкий рейд в тыл армии Иблида, закончившийся битвой Владык. Лжепророк тогда проиграл, его легионы бежали. Однако ничего еще не закончилось. Крепости Треугольника пали. Армия проклятых выдвинулась на Туманные Равнины и направилась в сторону Калианы. Над древними расами нависла угроза полного уничтожения, и тогда Владыка Вельзул принес свою великую жертву. Ценой своей жизни он расколол Старый Мир, и ландшафт Туманных Равнин изменился. Армии проклятых лишились поддержки своих Элементов и повернули домой. Калиана была спасена…

Джейна оторвала взгляд от сверкающих храмовых шпилей, тяжело вздохнула и, повернув голову, посмотрела на противоположный берег белого озера. Там, среди сотен небольших глиняных домиков, есть один с красной крышей… Она так и не нашла смелости вернуться домой после того страшного дня, когда не стало отца…

Ведь даже сейчас, при взгляде на Храмовый Комплекс, в голове звучит его спокойный и немного насмешливый голос. И словно бы все возвращается… Негромкий треск пламени в очаге, боль в мышцах после вечерней тренировки, усталость и детский восторг…

Отец рассказывал вечерами легенды, а она сидела, обняв колени, смотрела на горящий огонь и слушала. Представляла себя в тяжёлой броне, с копьем и верхом на аэрте…

Эти легенды и помогли ей на самом первом этапе Пути. Из тысячи храмовых служек в разведчики опоясали шестерых, и только двое дошли до второго этапа. Ребёнком она не могла представить, что жизнь сложится как-то иначе. Без служения, битв и этапов Пути, и… И вот сейчас все сбылось так, как мечталось! Она возвращается в Храм верхом на настоящем аэрте! Вместе с тремя лордами-аколитами, во главе большого отряда Теней!

Владыка Вельзул вернулся! Легенды превратились в реальность! Вот только отца не стало семь оборотов назад… И радость ей теперь разделить не с кем…

Она не появлялась дома с того проклятого дня. Понимала, что это неправильно, но заставить себя не могла. Сегодня все не так. Она привезла в Калиану хорошие вести, и теперь ей уже можно вернуться домой. Попросить прощения и разжечь в очаге огонь…

Весна в Оазисе уже вступила в свои права. В воздухе одуряюще пахло травой и цветущими пальмами. Влажный ветер приятно холодил кожу, в синем небе медленно плыли ослепительно белые облака. Солнечный свет искрился на храмовых шпилях.

Во всей Калиане сегодня особенный день. Разумные празднуют возвращение Владыки Вельзула. Стоящие вдоль дороги пальмы, заборы и крыши домов в городах, деревнях и на торговых станциях украшены ярко-алыми лентами. Варки, хаалы, нави, элиры встречают их отряд радостными криками, но ей почему-то охота провалиться сквозь землю.

Так всегда бывает в минуты наивысшего счастья. Разум не хочет принимать происходящее и ищет хоть какой-то подвох. А еще она очень волнуется перед предстоящей встречей с Владыкой, и поэтому не до конца еще осознала случившееся. Понять – поняла, но еще не почувствовала себя той Джейной из детских фантазий. Возможно, потому, что в тех фантазиях ее дома дожидался отец…

В последний раз в Эритею Джейна добиралась почти четыре декады, обратный путь занял чуть больше полутора суток. Лишь мгновение понадобилось аэртам на пересечение Барьера между мирами. Потом они двадцать часов скакали Порталами по Туманным Равнинам. Затем пересекли еще один Барьер и оказались в Южных горах Калианы.

Вся обратная дорога пролетела перед глазами чередой сменяющихся картин. Серое небо, горы, скачущие навстречу, изгибы рек и бесконечные пустоши. Во всех аэртах течет кровь их прародителя: кошмарного коня Абаддона, с которым Владыка Вельзул заключил когда-то союз. Белогривые кони без всадников могут мгновенно перемещаться по Туманным Равнинам и спокойно переходить через Границы Миров.

Все аэрты выносливее любых лошадей, отлично защищены от заклинаний и навечно привязаны кровью к хозяевам. Бессмертие – это не вечная жизнь, а способность вернуться, полностью сохранив свою личность.

Даже погибнув, аэрт не забудет хозяина и, возродившись, найдёт его в любом из известных миров. И у нее теперь всегда будет сказочный конь! Угольно-черный, белогривый и безумно красивый! Она будет встречать его в каждом перерождении снова и снова. Пытаться вспомнить хоть что-нибудь, знакомиться и плакать от счастья…

Ей ещё придётся это осмыслить. Принять и придумать своему коню имя. Только сделать это нужно на свежую голову и после разговора с Владыкой. Сейчас лучше бы вообще ни о чем не думать, но это только мечты. Рассказ лорда Атама приоткрыл завесу тайны и одновременно с этим поднял очень много вопросов, ответить на которые сможет только тот, кто отправил ее на задание.

Ну а Владыка Вельзул, скорее всего, захочет узнать подробности ее пребывания в Эритее, и хорошо бы вспомнить каждую мелочь. До въезда на территорию Храма ещё две лиги пути, немного времени есть, и не стоит терять его попусту.

Выдохнув и быстро приведя чувства в порядок, Джейна прикрыла глаза и в который уже раз попыталась осмыслить произошедшее.

Как выяснилось, плита, разрушенная ею в пригороде Сарна, была последней Печатью Сущего, сковывающей дух Владыки Вельзула. Разрушить ее мог только смертный, но это всего лишь одна из деталей. Рассматривать нужно все события в целом.

Двадцать три оборота назад последняя Печать Узилища Владыки прилетела из Межмирья в окрестности Сарна. Это событие запустило в Эритее целую череду катаклизмов, результатом которой стало появление Обращённой земли и исчезновение Кенайского герцогства.

Через какое-то время артефакт притянул к себе ослабленные сущности четырёх спутников Владыки Вельзула. Лорды не могли разрушить Печать, но в окрестностях Сарна они иногда слышали обрывки шепота своего Господина. Больше двадцати оборотов спутники Владыки ждали достойного, но декаду назад на Обращённой земле появился легат армии Иблида.

Обнаружив запирающую Печать и мгновенно сообразив, что она собой представляет, ублюдок создал рядом алтарь и, заблокировав артефакт, начал готовиться к пришествию своего Легиона.

Самое страшное, что Оракул и Владыка Галеш не могли не понимать того, что происходит в Обращённой земле. И это ведь по приказу Всеведущего разведчики привели в Эритею легата!

А ещё Владыка Галеш отправил ее за головой сына Аши. И вроде бы что тут такого? Но сейчас нет сомнений в том, что ее отправили на верную смерть.

И ведь как они все красиво придумали… Легат не допустил бы разрушения последней Печати – Владыка Вельзул не вернулся бы в мир. Калиану и Эритею захватили бы порождения Иблида.

Но даже если бы у неё получилось убить сына Аши, то ничего бы, по сути, не изменилось. Синеглазый не дошёл бы до Храма Элементов. Его мать вырезала бы всех виноватых, а Оракул остался бы в выигрыше. Вернее, тот, кто выдавал себя за него все последние обороты.

Только случилось то, что случилось. Она погибла, но вернулась благодаря подарку отца. Очнувшись на кладбище, нашла в деревне свой акаритовый наконечник, потом в Барне встретила Зода, и это изменило всю цепочку событий. Инстинкт продолжения рода ненадолго лишил ее разума. Она неправильно истолковала послание Оракула, и сын Аши спокойно сбежал из Шанары. И ещё эта рыжая… Каким-то чудовищным заклинанием Аста очистила Сарн, и весь освобожденный Хаос собрался возле Печати.

Судьба двух миров висела на волоске… Легату оставалось пройти пару сотен шагов, три раза взмахнуть ножом, и Калиану с Эритеей ничего бы уже не спасло, но сын Аши вступился за рыжую ищейку.

Наверное, поэтому Лжепророк, скрывающийся под личиной Оракула, так желал смерти этого парня. Ублюдок знал, что его легата способен остановить только эрин, что, собственно, и случилось. Она лишь немного помогла синеглазому.

Сейчас, по факту произошедшего, все вроде бы раскрылось, но осталась пара непонятных моментов. Почему во время предпоследнего призыва Оракул выдал ей второе задание? Зачем Велиар атаковал сына Аши незадолго до его боя с легатом и почему остальные лорды ушли, не став мстить синеглазому за гибель собрата?

Атам на эти вопросы ей не ответил. Он лишь пояснил, что возвращаться им приказал Владыка Вельзул. Великий знал о гибели Велиара, но запретил за нее мстить. Возможно, гибель лорда зачем-то понадобилась Владыке Вельзулу? Гадать можно сколько угодно, но, как бы то ни было, лорды-аколиты бессмертны, и Велиар когда-нибудь вернется в реальность вместе со своим погибшим аэртом…

У командира дежуривших на воротах солдат было стальное причинное место. Собственно, других в храмовую стражу не брали. Он прекрасно разглядел их отряд и, без сомнения, знал, кто его возглавляет, но все равно поступил так, как того требует Уложение. Приказал захлопнуть ворота, а потом десять минут задавал со стены необходимые вопросы из списка, уточняя, кто прибыл в святилище и с какими такими намерениями.

Он словно бы нарывался, но… ни один из лордов не выказал и тени неудовольствия. Атам подробно и терпеливо отвечал на вопросы десятника, и от звуков его вроде бы спокойного голоса по спине у Джейны бежали волны мурашек. В ответах могучего спутника бога слышалась неприкрытая радость. Ей ведь сложно было даже представить, что чувствовали эти трое, вернувшись живыми в Святилище. А эти вопросы… Они для них как улыбка привратника на пороге отцовского дома…

Закончив спрашивать, десятник спустился вниз и приказал распахнуть ворота. Счастливо улыбнувшись, он ударил себя кулаком в грудь и рухнул на колено вместе со своими солдатами, пропуская отряд на территорию комплекса.

Народа тут было – не протолкнуться. Все незанятые на службе разумные выбрались на улицу, чтобы обсудить произошедшие перемены. Настроение: от радостного у служек и солдат храмовой стражи до удивленно-ошеломлённого у старших служителей, мастеров-наставников и других посвящённых.

И только сейчас и здесь Джейна в полной мере наконец осознала, что все произошедшее с ней не сказка. И три лорда-аколита, и аэрт, и тысяча закованных в сталь бойцов, каждый из которых не уступит в поединке мастеру-мечнику.

Да… Разум порой отказывается сразу принимать очевидное. И это хорошо… Ведь она умерла бы от счастья, увидев лордов и заполучив в подарок аэрта. Но сейчас… Здесь, на территории комплекса, где всю жизнь служили ее мать и отец, Джейна приняла реальность и… испугалась. Ведь одно дело отстранённо думать о предстоящем разговоре с Владыкой, и совсем другое – вживую увидеть того, кто по силе превосходит большинство известных богов. Нет, она за себя не боялась, но ей же никогда не доводилось встречаться с богами! А что, если она по незнанию опозорит свой род? Учителей, мать и отца…

Их отряд тем временем подъехал к Площади Послушников перед главным зданием Храма.

Все встреченные разумные улыбались, восторженно кричали, махали руками и кланялись проезжающим лордам. Больше тысячи служителей в позах медитации сидели на площади перед лестницей. Очевидно, они спустились сюда из главного здания Храма. На самой лестнице никого. Наверху – только старый мастер Бенис около гонга и начальник храмовой стажи, друг ее отца: седой хаал Ираанд с тремя братьями-сотниками.

Она знает их всех, но… Знала… тогда… в другой жизни, а сейчас… Усилием воли подавив накатившую панику, Джейна затравленно оглядела машущую руками толпу, когда лорд Атам поднял руку, останавливая отряд.

Словно почувствовав ее состояние, он обернулся, встретился с ней взглядами, едва заметно кивнул и мысленно произнес:

– Иди, сестра! Владыка Вельзул ждет тебя в Храме Отца Нашего. И прекрати трястись! Никто тебя не обидит.

Вот так…

Она хотела ответить, что не боится, но заметила в глазах лорда искры иронии и поняла, как бы глупо прозвучали ее слова. Это и привело ее в чувство. Разведчица кивнула и спешилась. Затем передала лорду поводья аэрта и пошла через площадь к храмовой лестнице.

Триста шагов по площади до ступеней она шла целую вечность. Выпрямив спину, задрав подбородок, с копьем на плече, провожаемая взглядами сотен разумных. Нави, варки и крылатые хаалы… Благородные и простолюдины… Все, собравшиеся здесь, знали, куда она направляется, и в тот момент, когда Джейна прошла первые двадцать шагов, звуки вокруг стихли как по команде.

Непривычно и тяжело… От такого количества взглядов ей хотелось провалиться под землю. Нет, она не чувствовала в этих взглядах ни ненависти, ни зависти. Только восхищение, радость и благодарность, но она же не жрица… Для той, кого всю жизнь учили быть незаметной, каждый лишний взгляд – это как удар ножом в спину. Непривычно… Она была счастлива, как и все вокруг, но шла как по натянутому канату. Один неверный шаг – и провалишься в бездонную пропасть безумия. Слишком много всего случилось на последнем задании. Гибель, отчаяние, предательство – и этот вот неожиданный взлёт…

У лестницы, ведущей ко входу в Храм, было сто семнадцать ступеней. Она их сосчитала, ещё будучи служкой, бегая наверх по десять раз в день с мелкими поручениями от послушников. Тогда подъем занимал у неё пару минут, сейчас он растянулся на десять. Всю дорогу Джейну подмывало сорваться на бег, взлететь по ступеням и скрыться от взглядов толпы, но делать этого было нельзя. Ее народ ждал возвращения Владыки целую вечность. Все они заслужили эти мгновения радости.

Поднявшись наверх и шагнув на площадку перед Святилищем, Джейна на мгновение замешкалась и, не зная, как поступить, вопросительно посмотрела на командира храмовой стражи. Седой тысячник едва заметно кивнул ей в ответ, шагнул вперёд, хлопком расправил за спиной крылья и, вскинув над головой скипетр, провозгласил:

– Джейна, дочь Ахерона! Владыка Вельзул ожидает тебя, госпожа!

Лицо у дядьки Ираанда было, как всегда, каменное, но в глазах хаала плескались торжество и восторг. Что-то похожее она наблюдала только один раз: десять оборотов назад, когда тысячник вручал ей пояс второго этапа Пути. Он ведь тоже гонял ее на тренировках. Говорил, что единственная дочь его друга должна быть лучшей во всем, и вот его слова стали реальностью…

Благодарно кивнув и улыбнувшись наставнику, Джейна твёрдой походкой направилась в Храм, и одновременно с этим старик Бенис ударил в гонг три раза подряд. Торжественный звон священного инструмента прокатился над площадью, окончательно разорвал повисшую тишину, и народ внизу радостно загудел.

Она не слушала… Двигалась словно во сне и, зайдя на порог Святилища, сразу же направилась в главный зал. В этот момент на неё накатила очередная волна паники. Такая сильная, что стало трудно дышать. В ногах появилась предательская слабость, противно заныли рога.

Она бывала в этом коридоре не раз и помнила тут каждую фреску, каждую статую. Только сейчас воздух заметно сгустился, барельефы и рисунки стали объемными. Изображённые на них существа, раньше не замечавшие юную служку, теперь смотрели оценивающе. Словно бы не понимая: откуда тут взялась эта выскочка?

Сотня шагов под хмурыми взглядами бессмертных Владык и Последователей Отца, ушедших когда-то за грань, но сохранивших свой народ и вписавших свои имена в историю этого мира…

В какой-то момент давление на разум пропало. Воздух стал свежим, как на горной вершине, ноздрей коснулся запах храмовых благовоний, во взглядах Владык появилась легкая тень одобрения.

Святилище разглядело ее и узнало, определив за ней всю приобретённую Силу!

Легко улыбнувшись, Джейна зашла в главный зал и… восторженно выдохнула.

Владыка Вельзул стоял напротив входа, в полусотне шагов, около Главного Алтаря – и смотрел на неё внимательным немигающим взглядом. Он выглядел потрясающе. Ростом никак не меньше восьми локтей, с большими загнутыми назад рогами, оранжевыми прорезями глаз и массивными челюстями. Ноги слегка расставлены. Огромные крылья сложены за спиной, верхние конечности перевиты узловатыми мускулами и спокойно свисают вдоль туловища. Из экипировки на Владыке были только кожаные набедренники, стальные пластинчатые наручи с шипами и высокие щитки от копыт до колен.

Именно таким его изображали художники в Эритее, но ни одна картина не могла передать мощь и величие этого существа.

Скот в Эритее считает Владык чудовищами, но что бы они понимали в истинной гармонии и красоте! Люди, за редким исключением, боятся тех, кто хоть как-то отличается от них самих. Оранжевые глаза, рога, хвосты или крылья… Внешность для скота важнее разума, поступков и устремлений. Невежество, увы, неразумно…

Все эти мысли пронеслись в голове за мгновения. Джейна твердо шагнула навстречу Владыке, ударила древком об пол, рухнула на колено и, прижав свободную руку к груди, доложила:

– Джейна, дочь Ахерона, прибыла по твоему повелению, господин!

– Здравствуй, Джейна… – негромкий, рокочущий голос Владыки эхом раскатился по огромному залу. Вельзул жестом заставил ее подняться и указал на одну из трех каменных скамей, что стояли напротив Главного Алтаря. – Проходи и присаживайся.

– Да, господин! – разведчица кивнула и направилась на указанное место.

Сомнения и страх остались в коридоре за дверью. Эти чувства – неразлучные спутники разума, но горе тому, кто не способен отодвигать их в нужный момент.

По дороге она внимательно оглядела зал, пытаясь сообразить, что происходило здесь в последние дни и куда мог подеваться Галеш. Ведь до сих пор непонятно, предатель он или просто дурак?

– Галеш сбежал, как только почувствовал мое возвращение, – пояснил Владыка, без труда прочитав вопрос у неё на лице. – Сейчас мне его не достать, но смерть обязательно настигнет предателя. Впрочем, у нас и без него накопилось немало проблем. – Вельзул тяжело вздохнул и посмотрел сверху вниз на разведчицу. В оранжевых глазах Владыки удивление смешалось с легкой растерянностью. Он словно впервые ее разглядел.

Смутившись от этого взгляда и не понимая, что происходит, Джейна попыталась подняться со скамьи, но Владыка жестом остановил ее. Растерянность в его глазах сменили искры иронии, Вельзул оскалился и покачал головой:

– Подумать только… Юная разведчица нави, едва только ступившая на седьмой этап Пути, расстроила все планы Лжепророка. Убила одного из его легатов и спасла от захвата Эритею и Калиану. Никогда бы не подумал, что такое возможно…

– Легата убил сын Аши, – воспользовавшись паузой, пояснила разведчица. – Я лишь ему помогла.

– Знаю, – Вельзул кивнул. – Но это ничего не меняет. Ты смогла услышать мой зов, правильно расставить приоритеты и уничтожить Печать. Я обязан тебе свободой и не забуду этого никогда. Думал, чем могу отблагодарить…

– Ты уже отблагодарил меня, Великий! – Джейна вскочила со скамьи, ударила кулаком по груди и низко склонила голову. – Твоё возвращение и аэрт! Я даже мечтать не могла о таких подарках!

Произнося это, Джейна почти не кривила душой. Нет, понятно, что никто не откажется от награды, но она очень хорошо помнит уроки отца. Те, кто неизмеримо сильнее, всегда поступят так, как решили, но правильное поведение и слова могут повлиять на это решение или даже изменить его в лучшую сторону. При этом золото и власть интересовали ее в самую последнюю очередь, а вот Сила и знания будут нелишними. Ведь только они могут обеспечить тебя всем, о чем можно мечтать.

Владыка усмехнулся в ответ на эти слова, и его фигура подвернулась рябью. Мгновение спустя перед Джейной стоял мужчина ее народа. В простой дорожной одежде. Высокий и длинноволосый. По возрасту – чуть старше ее отца. С проседью в волосах и холодными пронзительными глазами. Окинув взглядом зал, он кивнул и произнёс:

– Тогда будем считать, что торжественная часть закончена, и поступим так: я сейчас опишу тебе ситуацию, а ты по ходу моего рассказа будешь задавать любые вопросы. Знаком покажешь, когда что-то будет неясно, спросишь и услышишь ответ. Это важно. Ведь, как ты понимаешь, ничего ещё не закончено. Твоя служба нужна твоему народу и мне.

– Да, Владыка, понимаю. – Джейна кивнула в ответ. – Я готова к следующему заданию.

– Хорошо! – Вельзул сел на скамью слева, задумчиво посмотрел на Алтарь и начал рассказывать:

– Все началось двадцать три оборота назад по летоисчислению Эритеи. Мне неизвестны причины предательства Галеша, но сейчас они неважны. Лжепророк, возвратившись в мир, не вернул еще своей былой Силы, но забвение никак не повлияло на его провидческий дар.

Сущность, которую вы зовёте Оракулом, была создана в этом Святилище. До предательства Галеша Оракул, выдавая просящим советы, использовал лишь накопленный опыт всех поколений разведчиков и лазутчиков, но двадцать три оборота назад все изменилось, – Владыка тяжело вздохнул и перевёл взгляд на Джейну. – Иблид подчинил себе эту сущность и стал разговаривать с вами, выдавая себя за неё. Сейчас, после бегства Галеша, Оракул вернулся к прежнему состоянию, но проблема в том, что в трех известных мирах находится больше сотни лазутчиков и разведчиков. Все они получали приказы от Иблида, и отменить я их не могу. Связь работает только в одну сторону, а вы не так часто обращаетесь за советом к Оракулу. Впрочем, с этим я разберусь, у тебя будет другое задание.

Владыка говорил спокойно, и Джейна совершенно не ощущала никакого давления. Нет, понятно, что так все и задумывалось. Для лучшего усвоения информации она не должна чувствовать себя напряженно, и лучший вариант – это разговор с рядовым соплеменником, что, собственно, и происходило.

Вот только сама информация была ужасающей. Целых двадцать три оборота Лжепророк управлял разведчиками Калианы! Приказывал и посылал неугодных на смерть. Только ублюдок ошибся! Артефакт отца сломал его поганые планы. И ещё синеглазый… Он не стал ее убивать во второй раз, и это позволило разбить последнюю Печать на темнице Владыки. Только вот одно непонятно…

Заметив выражение её лица, Вельзул кивнул и вопросительно поднял бровь, позволяя задать вопрос.

– Господин, как я поняла, все последние годы нами управлял Лжепророк, – произнесла она, немного смутившись. – Но это же ты приказал мне убить легата и разрушить Печать?

– Да, я… но на это ушли все мои силы. – Вельзул тяжело вздохнул и покачал головой. – Ты была единственной, кто находился в относительной близости от заложенного алтаря и мог помешать его воплощению. Я ненадолго перехватил управление сущностью Оракула, сформировал послание и остаток Силы бросил в твою Печать. Понимал, что Иблид попытается тебя убить.

– Спасибо! – Джейна благодарно кивнула и провела ладонью по древку копья. – Твоя Печать, господин, вырвала меня из беспамятства, и я смогла уничтожить угрозу.

– Да, знаю. – Владыка вздохнул. – В последние дни ты словно бы шла над Судьбой. Сначала погибла, но смогла вернуться из-за Черты. Не стала убивать ищейку Ордена Света, и та, очистив город, освободила Хаос, который помог тебе разрушить Печать.

И ещё это оружие… Акарит ведь просто так никому не даётся. Слишком много чудесных совпадений, да… И я бы подумал, что тебе благоволит Алата, но все не так просто, как кажется. Самым невероятным во всем произошедшем стало то, что я смог перехватить контроль над Оракулом. На это Темная Валькирия никак повлиять не могла. Нет, можно предположить, что в происходящее решил вмешаться Великий Отец, но это ещё более невероятно…

– А что в этом такого? – Джейна недоуменно поморщилась. – Отец же обязан заботиться о своих детях.

– Нет… Никому он ничем не обязан. – Вельзул покачал головой. – Разумные обитатели всех миров наделяют Элементы понятным сознанием. Изображают их похожими на себя, но разум стихий непостижим даже для таких, как я. Они безразличны, если выражаться понятно, и Хаос не исключение.

Слова Владыки пугали. Нет, Джейна слышала такое не один раз, но в душе всегда оставалась надежда, что это не так. Тяжело жить, зная, что за тобой никто не присматривает. Что никто не остановит в шаге от пропасти. Только услышанное не оставляло никаких вариантов. Ведь тот, кто стоит рядом с богами, ошибаться не может… Впрочем, Владыка сказал, что разум стихий непостижим! Значит, Элементы разумны! А это ведь самое главное!

– А как же тогда Печати? – уточнила она, уложив в голове сказанное. – Элементы же награждают не всех. Как они нас выбирают, если безразличны?

– Печатью могу наградить даже я. – Вельзул пожал плечами и усмехнулся. – Другой вопрос, что у того, кто достоин Печати, она появится и без меня. Если тренироваться, обязательно станешь сильнее. Если долго ловить рыбу в океане, обязательно что-то поймаешь. Если ты умелый рыбак, улов будет большим, но бывает, что везёт и новичкам. Ты можешь собирать кораллы и жемчуг, искать в океане сокровища. Можешь, наконец, набрать в ведро воды и выплеснуть ее во врага. Однако если ты будешь просто сидеть на берегу, то вряд ли что-то получишь. В лучшем случае тебя накроет волной…

Семь Элементов – семь Океанов. Кто-то способен зачерпнуть много воды, кто-то сразу утонет, а у кого-то вырастут жабры с хвостом… Совершенно не факт, что усилия будут вознаграждены, но, если ничего не делать, точно ничего не получишь. Печать может появиться у любого разумного. Главное, чтобы у него хватило для этого воли…

– Ясно. – Джейна кивнула и посмотрела в спокойные глаза собеседника. – Но есть же ещё Крепости и Барьеры? Их же создали Элементы?

– Нет… это не так. – Вельзул покачал головой. – Начнем с того, что проход в Калиану прикрыт одним только Барьером. Он лишь называется Крепостью, но таковой не является. Мне сложно объяснить, но все это связано с твоим новым заданием. Поэтому слушай… – Владыка вздохнул и задумчиво посмотрел на алтарь. – Если говорить простыми словами, Крепости – это следы раскола Старого Мира, которые являют собой воплощённые Элементы Порядка. Они тянутся друг к другу, желая вернуть Мир в исходное состояние, но соединиться не могут.

Тысячу тридцать девять оборотов назад, разрушив алтарь Единого, я только в общих чертах представлял, что за этим последует. Сейчас все смешалось… Единый и Проводница Смерти куда-то исчезли, и череда перерождений нарушилась. Раньше души умерших и погибших отправлялись ожидать перерождения на Границу Миров. Сейчас большая часть улетает на Туманные Равнины и воплощается в измененных. Я слишком долго находился в небытии и не могу быстро во всем разобраться. Реальность еще не приняла меня окончательно, но уже сейчас понятно одно: Туманные Равнины разрастаются. В обломках Старого Мира произошли катастрофические изменения. Еще полсотни оборотов – и ничего уже спасти не получится. Порождения Иблида захватят все известные миры, и понятная реальность изменится. Все закончилось бы уже сейчас, но благодаря вам троим катастрофы удалось избежать…

– Троим?

Придавленная услышанными откровениями, Джейна поморщилась и, задержав в груди воздух, привела в порядок дыхание. Информация была чудовищной. Разум просто отказывался ее принимать. И ведь это она сама себе выпросила! Знаний ей захотелось, ну да… И вот что теперь делать с этими знаниями?

Больше всего ужасала достоверность услышанного. Ведь это не базарные сплетни… Владыка если и ошибается, то не во многом, а врать – ему смысла нет. Он ведь чего-то от неё хочет, и сам сказал, что она должна это знать…

Только как уложить это все в голове? Когда ты точно знаешь, что мир катится в пропасть? Ведь как просто умереть, будучи уверенной, что твой народ будет жить и сама ты тоже когда-нибудь вернёшься…

И почему все это происходит с ней? Владыка с его рассказом и неподъемный груз ответственности… Дочь безземельного благородного воина… Разведчица, перескочившая на седьмой этап Пути. Она ведь даже не Мастер…

– Сын Аши, ты и та Светлая, которую легат собирался принести в жертву, – ответил Владыка после небольшой паузы. – Есть ещё кто-то четвёртый…

– Есть где? – Джейна положила копье на скамью и сцепила пальцы в замок. – Мы как-то связаны?

– Да! – Вельзул кивнул. – Вы связаны Заветом Единого. Замыслы этого существа от меня скрыты, но кое-что разглядеть получилось. Этого достаточно для того, чтобы определиться с решением и отправить тебя за сыном Аши.

– Но… – Ей в душу словно сыпанули песка. Волна ужаса и безысходности захлестнула сознание, но разведчица нашла в себе смелость ответить: – Нет! – Дочь нави покачала головой и твёрдо посмотрела Владыке в глаза. – Я не стану его убивать! Сын Аши пролил кровь вместе со мной и не нарушил Священного Кодекса. Я тоже его не нарушу…

Вот так… А ведь как оно хорошо начиналось… Только есть вещи, через которые переступить не получится. Она клялась Великому Отцу соблюдать Правила Кодекса – и клятвы своей не нарушит.

Владыка отреагировал странно. Услышав ее заявление, он удивленно приподнял брови, затем усмехнулся и покачал головой.

– Ты неправильно поняла, – глядя ей в глаза, спокойно произнёс он. – Убивать сына Аши не нужно. Наоборот… Ты должна будешь сделать все, чтобы он не погиб и добрался до Храма Единого. Платой за это будет бессмертие. Его получат все, кто зайдёт вместе с сыном Аши в Храм…

Слова Владыки выплеснулись на голову ведром ледяной воды, и Джейна почувствовала себя идиоткой. Впрочем, это состояние длилось мгновение. Вельзул ведь специально устроил ей эти качели, чтобы она в полной мере осознала награду. Бессмертие… Это невообразимо! Сколько можно достичь, если помнить все свои прошлые жизни…

– Прости, господин, – опустив взгляд, прошептала она. – Я все поняла! Сын Аши доберётся до Храма живым, но мне нужно больше информации об этом задании.

– Главное я уже рассказал. – Владыка откинулся на спинку скамьи и перевёл взгляд на алтарь. – Привычная реальность изменится, если не собрать обломки Старого Мира в единое целое. Я этого сделать не могу. Никто не может, кроме сына Аши…

– Но… как?! – ошарашенно выдохнула разведчица, едва только до неё дошёл смысл сказанных слов. – Сын Аши?! Но он же не бог!

– Не знаю как, – Вельзул пожал плечами и перевёл на неё взгляд, – но эта шутка в духе Единого. Ты ведь читала ту книгу… «Только смертный эрин способен найти дорогу в разрушенный Храм…» Мне неизвестно, что после этого произойдёт, но, полагаю, что это «что-то» укажет дорогу Первоэлементам и они смогут соединиться. Для этого не нужно быть богом. Им был тот, кто все это задумал…

– Единый?

– Да! – Владыка вздохнул и снова посмотрел на алтарь. – Он намного сильнее всех нас. Мог легко вышвырнуть меня из своего Храма и не допустить разрушения мира, но делать этого почему-то не стал…

– В легендах говорится, что тебя, господин, убили воплощённые Элементы… – опустив взгляд, негромко произнесла разведчица. – Что это был единственный раз, когда люди увидели их воплощения.

– Легенды врут. – Вельзул покачал головой и усмехнулся. – Прорвавшись в Храм, я расколол алтарь и смертельно ранил Привратника. Умирая, тот сумел подхватить часть высвободившейся Силы и направил ее в меня. Мы погибли одновременно. Все, кто меня сопровождал, уже были мертвы.

– Ясно… – Джейна кивнула и задумчиво провела ладонью по древку лежащего рядом копья.

Легенды пишут победители, но тут победителей не было. Все тогда проиграли, но еще ничего не закончилось!

Окружающая реальность снова стала простой и понятной. Не такой, как раньше, но это не повод сходить с ума. Какое ей дело до всех этих жутких подробностей прошлого и настоящего, если все ещё можно исправить! Она доведёт сына Аши до этого проклятого Храма, а остальное неважно. Погибнуть только нельзя, но она постарается выжить.

– Ну, раз все тебе ясно, то давай обсудим детали задания. – Владыка вздохнул и посмотрел на неё. – Времени не так много. В полдень здесь соберутся деспоты городов.

– Да, господин! – Джейна кивнула и приготовилась слушать.

Глава 1

Лидд, Окрестности Сарна.

1039 оборот от Великого Разлома,

18-й день второго весеннего месяца.

– Госпожа! Там, во втором подвале, оружейная. – Подошедший десятник обернулся и кивнул на здание у себя за спиной. Затем снова посмотрел на неё и немного смущенно добавил: – Нам бы запас болтов пополнить, и мечи тоже не помешало бы посмотреть…

– Ну так идите и берите. – Аста непонимающе поморщилась. – Возьмите все, что вам нужно. Хозяевам оно вряд ли уже пригодится…

– Так там дверь с графской печатью… – Арам тяжело вздохнул и осуждающе посмотрел на Зода, который, стоя в десяти шагах справа, делал вид, что этот разговор его не касается. – Командор отправил к вам. Сказал, без вашего одобрения…

– Ломайте дверь и берите все, что вам нужно. – Аста скосила взгляд на приятеля и снова обратилась к десятнику: – И вообще, Арам, не тревожьте меня больше по этим вопросам. Насколько я помню, в Уставе на этот случай есть специальное положение. – Она наморщила лоб, делая вид, словно пытается что-то вспомнить, и подытожила: – В общем, я приказываю вам обыскать окрестные усадьбы и реквизировать все, что посчитаете нужным. Мы тут до завтра, и времени у вас на это достаточно. Меня лично интересуют только старые книги по истории и картографии. Все! Идите! И больше не дергайте меня по мелочам!

– П-положение… да… Выполним, госпожа! – Очевидно, не ожидая такого поворота событий и слегка ошалев от открывшихся перспектив, десятник покивал и, обернувшись, направился к подчиненным, ожидавшим его возле телег.

– А если такого положения нет, – вслед ему ехидно добавила кирия, – то какой спрос с женщины-дознавателя? Она же не командор. Уставы соблюдать не обязана.

– Лиска… а это точно ты? – подойдя, осторожно поинтересовался у нее Зод.

При этом на физиономии комтура мешались скорбь и испуг, но было видно, что он едва сдерживается, чтобы не заржать.

– Ага… издевайся. – Аста хмыкнула и, задрав подбородок, смерила приятеля картинно-презрительным взглядом. – Сам, что ли, не мог разрешить? Или думал, я буду против?

– Нет, не думал. – Зод покачал головой и уже серьезно добавил: – Так надо, поверь… Ребята тебя и без того боготворят, но солдатам всегда нужно видеть, что командир с ними. Мы ведь и правда можем реквизировать все необходимое. Ну а если возьмём чего лишнего, то кто нас за это осудит? Все местные погибли, а наследники если и есть, то сюда доберутся нескоро. К тому же их дома и земля нам без надобности…

– Не знаю как наследники, но, думаю, герцог Рид уже знает, что Погань закончилась. – Аста вздохнула и, обернувшись, посмотрела на Сарн. – Полагаю, вакийцы уже в дороге и скоро мы их тут увидим.

– И что ты об этом думаешь?

– Ничего… – Аста легко пожала плечами. – Мы тут по другому поводу и сделали все, что было в наших силах. Задание провалено, бастард сбежал в Ашерон, и преследовать его там нам никто не позволит. Ну а герцоги с королями пусть доказывают свои права на эти земли. Меня их проблемы интересуют в последнюю очередь…

– Да уж… – Зод сокрушенно вздохнул. – Бастард сбежал, и… ты знаешь, что самое обидное? – Он посмотрел на неё и, не дождавшись ответа, пояснил: – Обидно, что мы не можем сбежать вместе с ним. Я бы вот с удовольствием заглянул в Ашерон… или куда он там ещё собирается?

– Ага… – Аста покивала и улыбнулась. – Магистра твои планы очень обрадуют…

– Да он и сам бы сбежал с удовольствием. – Зод хмыкнул и, оглянувшись, тоже посмотрел в сторону города. – Там же сейчас такое начнётся… Погань ушла, но людей новых не появилось. Нужно снова заселять Приграничье, а большая часть народа уже сбежала на север. Бесноватые вряд ли превратятся обратно в людей, и с ними тоже что-то делать придётся.

– Вот тебя Моне и отправит разбираться с этими проблемами. – Аста усмехнулась и подмигнула приятелю. – Чем тебе ещё заниматься?

– Злая ты… – Зод тяжело вздохнул, состроил обиженную физиономию и осуждающе посмотрел на подругу. – Это же ты заварила всю эту кашу! А нам теперь отдуваться…

– Так вам и надо! – Аста нахмурилась и вернула ему осуждающий взгляд. – Сами успели помыться, а про меня, значит, забыли?! Мне, по-вашему, мыться не нужно?

– Так я тебе, что ли, мешал? – возмущённо выдохнул Зод и указал рукой в сторону гарнизона. – Это же ты сама весь день ползала по земле за казармами, выискивая какие-то там следы! Я же предлагал вам сделать небольшой перерыв!

– Мы с Рэем проводили расследование. Нужно было понять, что там натворила твоя подруга. Следы могли исчезнуть…

– Ну конечно… Яма глубиной десять локтей исчезла бы, да… – Зод улыбнулся и махнул рукой в сторону телег, возле которых его ожидали бойцы. – Сейчас я объясню ребятам, где и что конкретно нужно искать, и провожу тебя в ту купальню. Десять минут подождёшь?

После ее кивка комтур ушел раздавать указания. Аста проводила его взглядом и направилась к каменной скамейке возле заросшего пруда. Стоять на дороге не было смысла, да и умаялась она за сегодняшний день. Стряхнув невесомый мусор, кирия уселась на прохладный камень и, откинувшись на спинку скамьи, блаженно вытянула уставшие ноги. День выдался непростой, и присесть получилось вот только сейчас. Не успела даже поесть, но это нестрашно. Дела тут вроде закончены, настроение у всех превосходное, и завтра утром можно отправляться назад.

Небольшой декоративный пруд, возле которого стояла скамейка, густо зарос травой и коричневой ряской. Редкие прогалины в растительности лениво отражали солнечный свет и собирали вокруг себя тучи невесомой мошки, за которой охотились маленькие лягушки. На заросшей поверхности тут и там прорастали большие оранжевые цветы. Очень красивые и… незнакомые.

Вот даже интересно, как оно будет дальше? Хаос изменил тут все на свой лад, но сейчас он ушел, а трава, цветы и лягушки остались. Живые и не виноватые в том, что такими они появились на свет. Прислушавшись к себе, Аста поняла, что не хочет никаких изменений. Погибших уже не вернуть, а эта разноцветная трава и цветы пусть остаются.

Родители, Джес… Погибшие братья и сестры… Сколько их ушло за Черту в Крепость Светлого бога? Этой ночью Погань закончилась! Сбежала, трусливо поджав свой поганый хвост! Оставив подохших тварей и труп убитого демона. И ещё эти цветы… Но они пусть растут. В память о тех, кого уже не вернуть…

Она очнулась среди ночи и первым увидела Рэя. Он и рассказал ей обо всем. Об убитом чудовище, улетевшем в небо Хаосе и разговоре с Рональдом. И еще о бесовке, которая, рискуя жизнью, бросилась в драку, а потом ушла, едва не сломав шею их командору. Лучшего окончания похода сложно было даже представить, ведь в том, что Погань исчезла, сомнений не оставалось.

Всю дорогу Рэй проводил замеры концентрации Хаоса. Примитивным способом, рассыпая на специальной бумаге нужные реактивы. Погрешность при таких замерах большая, но общую картину увидеть можно. Как выяснилось, концентрация Хаоса снизилась на порядок и сейчас лишь немногим превышала ту, что наблюдалась в окрестностях Джарты.

При этом Рэй проводил исследования не только в северном пригороде. Ее дотошный подчиненный обошёл Сарн вместе с десятком бойцов, и везде замеры показали одну и ту же картину. Больше того… Обходя город, братья обнаружили несколько трупов обитавших тут тварей. При осмотре тел Рэй не нашел на них следов физического воздействия и предположил, что они подохли из-за отсутствия Хаоса. Возможно, он прав, но гадать бесполезно. Главное, что Погань ушла. Остальное уже неважно.

С ребятами тоже полный порядок. В Сарне никто не погиб. Когда она исчезла, Зод обыскал площадь с фонтаном, затем отвёл отряд назад и, остановив его посреди улицы, приказал бойцам возводить баррикады. Собственно, это их и спасло.

В какой-то момент перед ними появилась стена тумана и из неё полезли чудовища. Две атаки ребята отбили и уже готовились к третьей, но ее не случилось.

Когда Свет разорвал стену тумана, Зод снова повёл бойцов на площадь и обнаружил там тела варваров. Предположив, что Аста может быть где-то рядом, братья обыскали дома и соседние улицы, но никого не нашли и поехали в сторону плаца. Демон к тому времени был уже мертв, но Зод с Рэем успели переговорить с Рональдом.

Ее предположения подтвердились. Рональд не враг, но парень и сам не понимает, чего от него все хотят. Да, можно с большой уверенностью предположить, что он и есть тот самый эрин, о котором написано в книге, но предположения к делу не подошьешь. Как бы то ни было, она подумает над всем этим потом, в спокойной обстановке. В библиотеке Ордена, возможно, есть информация об эринах, или что-нибудь подскажет аббат. Сейчас же нужно закончить расследование и постараться ничего не забыть, чтобы потом не пришлось опять сюда возвращаться. Впрочем, когда-нибудь вернуться все же придется. Заехать в Сарн и погулять по его улицам. А потом обязательно сходить на курган, постоять на могиле, помолиться и вспомнить тех, кто погиб…

Сайха и его бойцов сожгли рано утром. Прах закопали на возвышенности перед плацем и оставили на могиле памятную плиту. Тела «волков» трогать не стали, а вот голову демона отрубили и убрали в специальный мешок.

Варварство? Да и плевать! Рональд отдал ей этот трофей, она отвезёт его в Джарту. Все должны убедиться, что демон подох. Что правосудие исполнено и кара настигла убийцу жителей города. Людям о таком нужно знать.

Запалив погребальный костёр и дождавшись окончания похорон, она вместе с Рэем отправилась в расположение гарнизона. Внимательно изучив следы и обойдя все казармы, они в общих чертах поняли, что там произошло, но вопросов и загадок только прибавилось.

Гарнизон тут был устроен, как и везде. Плац, казармы, тренировочные площадки, места для отдыха и внутренний двор, где проводились построения заступающих на дежурство бойцов. На удивление, все это сохранилось в относительно хорошем состоянии.

По словам Рэя, выброс Хаоса произошёл откуда-то из-за казарм, и они первым делом направились во внутренний двор. Увиденное там ужаснуло, но чего-то подобного она и ожидала.

Весь внутренний двор был завален трупами рогатых солдат. Тех, что шли впереди их отряда и убивали по дороге чудовищ. Помимо этого, там же – в центре небольшой площадки для развода нарядов – обнаружилась глубокая яма с оплавленными краями и рядом с ней – чудовищное мертвое растение, побеги которого напоминали толстые щупальца.

Разобраться в этой мешанине было непросто, но службу никто не отменял. Магистр с аббатом потребуют подробный отчет о случившемся тут, а он сам себя не напишет.

Оставив сопровождающий десяток у входа и приказав без команды никого не пропускать, они с Рэем разошлись по углам двора и принялись осматривать каждый локоть территории, постепенно двигаясь к центру. Поначалу казалось, что тут произошло какое-то чудовищное жертвоприношение, но вскоре картина начала проясняться.

Забавно, но в расследовании им очень помог Зод. Заглянув во двор, комтур оглядел общую картину произошедшего, скептически послушал их разговоры, а затем указал на растение со щупальцами и безапелляционно заявил, что это алтарь Иблида – чудовища, порождения которого осаждают Крепости четырех известных миров. Сам командор таких алтарей, понятно, не видел, но прочитал описание в одной из тех книг, которые они с бойцами обнаружили в библиотеке Шанары.

Это многое объяснило. Облазив двор, осмотрев трупы и изучив следы, они с Рэем восстановили примерную картину произошедшего. Если разбирать по порядку и предположить, что на месте ямы находился какой-то условный предмет, события развивались следующим образом: демон прибыл сюда и каким-то образом создал алтарь Иблида рядом с непонятным предметом, потом во двор пришли солдаты и расселись на земле вокруг алтаря, образовав правильный шестиугольник. Затем кто-то убил всех солдат и разрушил алтарь, использовав при этом всего одно заклинание. Какой-то аналог Сферы Пустоты из легенд или что-то очень похожее. Непонятно, в какой конкретно момент это произошло, но, скорее всего, незадолго до гибели демона.

Кто убийцы, тоже неясно, но с уверенностью можно сказать, что у Джейны было как минимум три подельника. Сбежав от Зода и Рональда, бесовка пришла сюда и активировала какое-то чудовищное заклинание, которое и уничтожило Погань. Возможно, это заклинание как-то подействовало на предмет или артефакт, на месте которого сейчас осталась глубокая яма, но Джейна определенно знала, что делает. Не просто же так она после гибели демона сразу же побежала в расположение гарнизона?

Как бы то ни было, непонятный предмет, активировавшись, собрал с округи весь Хаос и отправил его в небеса. Затем за Джейной заехали ее подельники, и они все вместе исчезли. Да, вот так просто: взяли и растворились в воздухе без следов.

Нет, наверное, после такого доклада Моне с Фарисом посмотрят на неё как на умалишенную, но факты и следы – штука безжалостная. Неизвестные появились из воздуха и проехали в сторону алтаря. Там трое из них спешились и подошли к ожидающей бесовке. Они о чем-то поговорили, затем все четверо сели на коней и исчезли. Возможно, взлетели, но ни Зод, ни его ребята не видели улетающих вдаль коней.

К слову, следов приземления тоже никто не нашёл. Глубина отпечатков копыт везде одинаковая, а значит, всадники просто возникли и потом исчезли, как та блаженная из Акарема. Почему они пришли именно в этот момент – непонятно, но, скорее всего, уничтожив Погань, Джейна подала им какой-то сигнал. О самих всадниках что-то сказать было сложно. Судя по размеру следов, ростом каждый из них выше Зода, а кони размерами не уступают бреонцам.

Это все, что удалось узнать, но на главный вопрос ответа по-прежнему не нашлось. Они с Рэем увидели только картину, но что тут конкретно произошло, не знал никто. И ещё оставалось непонятным, кто убил солдат и разрушил алтарь. Джейна этого сделать не могла, она появилась там позже.

Тяжело вздохнув, Аста потёрла ладонью разболевшееся плечо и задумчиво посмотрела в сторону дома, возле дверей которого стояли телеги, запряженные заводными конями. Закончив дела в гарнизоне, она с Рэем отправилась в эту усадьбу и обнаружила тут много чего интересного.

Как выяснилось, целью Рональда был именно этот дом, а точнее, подвал, в котором хранилась коллекция артефактов. Что конкретно забрал бастард, непонятно, но это «что-то» как-то поможет ему попасть в Кенай.

Имение, согласно найденным бумагам, принадлежало советнику короля, графу Ригволду. Списка предметов, к сожалению, не нашлось, а разбираться с артефактами сейчас не было ни сил, ни времени, ни желания. После недолгого совещания приняли решение погрузить все на телеги и увезти в Джарту.

Списки предметов частных коллекций можно найти в архивах и библиотеках, и там, на месте, она узнает, что конкретно забрал себе Рональд. Нет, понятно, что это знание ничего ей не даст, но Зод все равно собирался грузить телеги, а она привыкла доводить расследования до конца.

– Госпожа! Я нашел вам четвертого!

Подошедший Рэй бесцеремонно уселся рядом с ней на скамейку и, указав куда-то за спину, счастливо улыбнулся. Выглядел он вымотанным, но довольным, как обожравшийся сметаны кот, которого не кормили до этого несколько дней.

– Какого еще четвертого? – вздрогнув от неожиданности, Аста поморщилась и посмотрела на подчиненного. – Ты вообще где пропадал? Почему не был на обеде?

– Да я там по крышам лазал. – Рэй махнул рукой в сторону дома. – А четвертый – это из тех, что на конях…

– Стоп! – Аста резко выставила перед собой ладонь и спокойным голосом попросила: – Постарайся говорить понятно. Помни, что я не умею читать твои мысли и по крышам вместе с тобой не лазала.

– Да, конечно. – Рэй усмехнулся, опустил взгляд и покачал головой. Затем снова посмотрел на нее и уже спокойным голосом пояснил: – То заклинание, что убило солдат и уничтожило алтарь, прочитали всадники, которые потом приехали за бесовкой.

– И как ты это понял? – Аста удивленно вскинула брови. – Нашел доказательства?

– Да. – Рэй, смущенный ее взглядом, покивал и посмотрел в сторону гарнизона. – Я просто подумал, что объемное заклинание проще читать сверху. А там же как раз территория огорожена казармами. Ну я прошелся по крышам и обнаружил следы копыт. Такие же большие, вытянутые и без подков.

– То есть кто-то из них появился на крыше одной из казарм и оттуда ударил заклинанием по двору?

– Не один. – Рэй покачал головой. – Там три пары следов. Эти непонятно кто появились на крышах разных казарм, образовав большой равносторонний треугольник, и ударили одновременно.

– Хм-м… – С некоторым трудом уложив информацию в голове, Аста нахмурилась и вопросительно посмотрела на подчиненного. – Получается, всадники появлялись здесь до того, как Джейна отправила в небо Хаос? Но почему они не подождали ее там, во дворе? Они ведь не враги. Судя по следам, бесовка их дожидалась.

– Не знаю. – Рэй пожал плечами и снова посмотрел в сторону гарнизона. – Можно предположить, что они не могли приближаться к тому предмету, который уничтожила Джейна.

– Или не могли показываться ей, чтобы не влиять на происходящее? – Аста задумчиво тронула подбородок. – Аделла при встрече косвенно упоминала о Равновесии. Сильные существа не могут напрямую влиять на текущий порядок вещей. Только косвенно…

– Да! – Рэй обрадованно кивнул. – Я тоже об этом подумал! Решил, что эти всадники просто расчищали Джейне дорогу к тому предмету, который находился около алтаря. Она сама должна была принять какое-то решение – и приняла! Чтобы проверить эту версию, мы с Олом и Родом прокатились до тех ворот, через которые заехали в Сарн, и там… – Рэй сделал театральную паузу и, разведя руками, торжественно объявил: – И там я тоже нашёл следы копыт! Четыре всадника выехали из-за построек на краю площади и…

– …и атаковали солдат в момент нападения чудовища? – продолжила за подчиненного Аста. – И из-за этого солдаты не смогли убить того паука?

– Именно! – Рэй широко улыбнулся. – Они атаковали солдат и ушли, избежав встречи с демоном. Не стали убивать, а просто помешали этим рогатым защититься от паука. Полагаю, они опасались демона и не хотели, чтобы он их учуял. Только все равно оно не билось…

– Что именно? – Кирия устало вздохнула и подняла бровь, привычно подыгрывая подчиненному.

Она ведь прекрасно понимала, что он рассказал ей ещё не все. Самое вкусное оставил, конечно же, напоследок.

– Мне показалось странным, что возле ворот их было четверо, а перед Джейной спешилось только трое, – охотно пояснил Рэй. – Это просто нелогично. К тому же одного коня, судя по следам, подвели к девушке. Странно было бы, если бы на нем кто-то сидел.

– То есть четвёртый всадник погиб?

– Да, скорее всего. – Рэй кивнул и добавил: – И конь его тоже, скорее всего, погиб. Там, во дворе, к Джейне подвели нового.

– Стоп! – Аста остановила его жестом и пару раз глубоко вздохнула, приводя мысли в порядок.

Нет, она умная и привычная, но иногда общение с Рэем превращается в какой-то кошмар. Мозг парня работает на запредельных скоростях, и успевать за ним не всегда получается.

– То есть ты узнал, кто эти четверо? – приведя мысли в порядок, осторожно поинтересовалась она.

– Нет… к сожалению, нет, – парень покачал головой, – но я уверен, что один из них был убит Рональдом или кем-то из его спутников.

– Рональдом?! – неверяще выдохнула она. – Но…

– Ага. – Рэй кивнул и улыбнулся, видя произведённый эффект. – Пойдёмте, госпожа, я все покажу. Тут рядом.

Кивнув, Аста поднялась со скамьи и прошла следом за Рэем сотню шагов в сторону дома. В голове у неё все смешалось. Эти непонятные четверо, Джейна, Рональд и ушедшая Погань… Бастард не стал убивать Джейну, а наоборот, ее защищал! Она была почти уверена, что Рональд с бесовкой договорились на кладбище у Акарема. Определили демона главным врагом и отправились каждый своим путём в Сарн. Те две мертвые лошади в святилище Шамы могли быть убиты не Джейной, но сейчас все опять смешалось в какую-то пёструю кучу, и непонятно, с какого конца к ней подступать.

– Вот! – Остановившись, в сорока шагах от дома, Рэй указал на следы конских копыт. – Он появился здесь и атаковал бастарда с компанией, но Рональд опрокинул их с конем на землю. – Парень прошёл в сторону дома и указал на примятую траву. – Здесь они упали, и конь уже не поднялся. Вот, смотрите. – Рэй наклонился и, дождавшись, когда Аста подойдёт, указал на характерные следы на земле. – Каменные Шипы! Мы видели такие же следы по дороге. Коня кто-то добил. Или урх, или этот второй – белобрысый.

– А всадник? – Аста кивнула и внимательно оглядела площадку. – Почему ты решил, что он погиб?

– Только предположил, – поправил ее Рэй и, пройдя семь шагов влево, указал пальцем на небольшой кусок темной материи. – Возможно, он не погиб, а просто сбежал, но это все, что от него осталось. – Парень опустился на колено и, кивнув на тряпку, пояснил: – Только руками лучше не трогать. Оно сразу рассыпается и исчезает.

– А ты проверял, что это?

– Да. – Рэй поднялся на ноги и пояснил: – Реагент показал не-жизнь и небольшие примеси Хаоса.

– Ясно. – Аста скосила взгляд на подошедшего Зода и со вздохом добавила: – Получается, этот не-живой зачем-то атаковал Рональда и окончательно сдох? А потом трупы исчезли? Так?

– Так и есть. – Рэй утвердительно кивнул. – По крайней мере, на это указывают следы.

– М-да… – Аста усмехнулась и посмотрела на подчиненного. – Отличная работа, Рэй! Спасибо! Только доклад по всему здесь произошедшему будешь писать ты. Подробный и сразу на имя магистра. Я просто запутаюсь со всеми этими конями и всадниками.

– Хорошо! – Рэй широко улыбнулся в ответ. – Магистр Моне обожает мой каллиграфический почерк. Пусть он тоже немного помучается…

– Юме отдашь, она перепишет. – Аста хмыкнула и посмотрела на Зода.

– А вы, как я посмотрю, никак не уймётесь, – заметив ее взгляд, командор тяжело вздохнул и осуждающе покачал головой. – Я не подходил: понимал, что бесполезно, но сейчас даже мое терпение кончилось.

– А мы уже все. – Аста невинно хлопнула ресницами и улыбнулась приятелю. – Пойдём! Показывай, где тут эта купальня…

Командор еще раз вздохнул, смерил ее скептическим взглядом и, сдержав улыбку, отправился в сторону дома.

Купальня находилась на третьем этаже особняка, как это часто бывает у южан. Зимы здесь очень мягкие, вода не замерзает. Поэтому собирать ее проще на крышах. Ну а протягивать трубы без причины никто тут особо не любит, поэтому купальню всегда устраивают под крышами.

Поднявшись по скрипучей лестнице на третий этаж, они оказались в просторном зале с красными обоями, картинами на стенах и двумя небольшими мраморными статуями.

Когда-то здесь было светло и уютно, но двадцать три оборота – это очень немаленький срок. Тут и там на стенах виднелись пятна влаги, краска на обоях поблекла, растения в кадках завяли, но зато на удивление хорошо сохранились картины.

Пройдя вперед по грязной ковровой дорожке, Зод кивнул на одну из дверей и произнес:

– Иди мойся. Я подожду тут. Можешь не торопиться…

Голос у приятеля был странный. Задумчивый или скорее потерянный, и причина такого настроения была очевидна.

– Ты ведь думаешь, что она ушла навсегда? – Аста тронула Зода за рукав и посмотрела в глаза.

– С каких это пор, Лиска, ты научилась читать мысли? – вздохнул тот и отвёл в сторону взгляд.

– А о чем ты ещё можешь думать, когда не на службе? – Аста усмехнулась и легонько сжала Зоду запястье. – Не переживай! Вернется она. Ничего ведь ещё не закончилось.

– Что именно не закончилось? – Комтур посмотрел на неё сверху вниз и непонимающе поморщился.

– Не знаю. – Аста покачала головой. – Но в это «что-то» втянуты мы все: и я, и ты, и Джейна, и те, кто находятся рядом…

– Ты о Рональде и о том, что написано в книге?

– Да… – Кирия кивнула и со вздохом добавила: – Аделлу и Хойта не видели очень давно, а сейчас они словно проснулись. При этом Светлая явилась и ко мне, и к дочери нави. Хойт разговаривал со мной и, наверное, с Рональдом. Ещё эта непонятная блаженная в Акареме…

– Ты думаешь, ничего не закончится, пока Рональд не зайдёт в этот Храм? – Зод хмыкнул и, почесав затылок, посмотрел на картину с полуобнаженной девушкой, из-под волос которой торчали небольшие рога. – А Джейна тут каким боком?

– Не знаю, – Аста пожала плечами, – но уверена, что она вернётся в Эритею в самое ближайшее время. Месяц или максимум два. Так что успеешь ты с ней объясниться.

– То есть, по-твоему, достаточно подождать?

– Нет, недостаточно, – вздохнула Аста. – Просто подождать не получится. Нужно будет использовать любую возможность, которую откроет перед нами Сущее. Примерно как с этим походом…

– Да, понял. – Зод кивнул и тепло улыбнулся. – Спасибо тебе, утешительница. Иди уже мойся, а то солнце садится и вода остывает.

Купальня тут была такая, что у Асты захватило дыхание от восторга. Роскошная ванная комната с каменной плиткой, фигурной мозаикой на стенах и полу, статуэтками, столиками и зеркалами. Особенно впечатлила ванна. Два на три шага, с шершавыми камнями на дне и тремя посеребренными трубами для обливаний.

Бойцы, что мылись тут до неё, привели комнату в порядок. Выкинули испорченные купальные принадлежности, а все уцелевшее развесили на крючках и расставили на каменных столиках. Зод, наверное, лично следил за уборкой. Нет, ну а откуда бы ещё здесь взялись две сухие чистые ветоши?

Купание заняло у неё полчаса. Стирать не было смысла, и она просто убрала грязное белье в мешок. Вытащив чистую смену и повязав набедренную повязку, Аста подошла к зеркалу и, закинув мокрые волосы за спину, придирчиво рассмотрела своё отражение.

Собственно, никаких особых изменений в зеркале не наблюдалось. На фигуру она никогда не жаловалась: стройные ноги, в меру узкая талия и нормальная форма груди… С лицом тоже полный порядок, но напрягал взгляд. Холодный, спокойный, оценивающий. Мужчинам такое не нравится, и не просто же так Зод скептически хмыкнул, когда она пыталась изобразить смущение.

Впрочем, плевать! Ничего изменить не получится. Если кому-то нужна наивная курица, пусть ищет ее в другом месте.

Усмехнувшись, Аста повернулась к зеркалу боком и… замерла поражённая. На плече, рядом с белым пятиугольником Печати Света, появился ещё один! Такого же размера! Зелёный!

Выдохнув и придя в себя от первого шока, она приблизилась к зеркалу и внимательно рассмотрела плечо.

Новая Печать выглядела странно. Внутрь пятиугольника был заключён древесный листок с едва различимыми зубчиками и прожилками. Она ни о чем таком никогда не слышала, но догадывалась, что это за Печать.

Жизнь! Это может быть только она, но как такое возможно?! И что ей теперь с этим делать?

Растерянно оглядев стены купальни, Аста быстро надела на себя штаны и рубаху, обмотала ветошью мокрые волосы, уселась на скамью и задумалась.

Вторая Печать! О таком можно было только мечтать, но радоваться она будет потом. Сначала нужно понять, почему это с ней сейчас, хотя… Тут не нужно быть дознавателем. В Шанаре она перенапряглась с лечением, и Жизнь решила ее отметить? Ничего не чувствовала, потому что лежала в отключке, но… почему это с ней?! Печать Жизни! Им даже на обучении ни о чем таком не рассказывали! И самое интересное: мог ли Хойт знать об этом заранее? О том, что у неё может появиться эта Печать? Увидел потенциал, выдал нужное заклинание – и вот оно, получилось? Он же не просто так сказал в Шанаре, что совершенно не удивлён. И, кстати!

Аста прикрыла глаза, вызвала перед внутренним взором образы заклинаний и радостно улыбнулась. Настроение резко улучшилось, и было от чего. В тот момент, когда она обратилась к Лечению, образ заклинания изменился по форме и цвету. Теперь она может лечить за счёт собственного эфира, не вкладывая жизненных сил. Непонятна только область применения заклинания. С его помощью можно лечить только яд или что-то ещё? Впрочем, с этим она разберется. Прямо сейчас, но… но как же это здорово! У нее теперь две Печати!

Аста откинула голову, посмотрела в небольшое окно и улыбнулась висящему в небе солнцу. Только сейчас пришло осознание, но… потом! Радоваться она будет потом, а сейчас нужно быстрее со всем разобраться!

Вскочив со скамьи, кирия наспех натянула на себя мантию. Просунула руки в рукава и, стремительно выйдя из купальни, нашла взглядом Зода.

Командор сидел на низком диванчике со скучающим видом и задумчиво смотрел на картину. Стук двери вывел приятеля из задумчивости. Зод посмотрел на нее, и лицо его на миг исказилось. Вскочив на ноги, комтур рванул меч из ножен, бросился вперед и, оттолкнув Асту, вломился в купальню.

В первый миг она не поняла, что происходит, но потом до нее дошло. Нет, ну а как ему еще реагировать? Когда подруга выбежала из купальни босая, с тряпкой на голове, безоружная и с вытаращенными глазами…

Зод просто спутал радость с испугом и бросился ее защищать. Вот же…

Не найдя в купальне врагов, комтур вернулся в зал и посмотрел на нее. Озадаченно и немного испуганно. И столько всего было намешано в этом его взгляде, что Аста не выдержала и задохнулась от смеха.

– Ты в порядке? – Дождавшись, когда она отсмеется, Зод убрал оружие в ножны и с сомнением покачал головой.

– Да, прости. – Аста вытерла слезы и, подняв взгляд на приятеля, уточнила: – У нас же двое раненых? Так?

– Ну да. – Не понимая, куда она клонит, Зод нахмурился и, поправив ножны на поясе, пояснил: – Но там ничего такого: у Рэма рука сломана, у Сарта пробито бедро и кость не задета.

– Отлично! – Аста кивнула. – Тогда тащи их обоих на первый этаж. Я сейчас буду лечить.

– Ты точно в порядке? – озабоченно выдохнул Зод. – Не падала? Головой не ударилась?

– Отстань! – Аста нахмурилась, вдохнула, выдохнула и пояснила: – У меня Печать Жизни появилась! И я теперь могу лечить за эфир! Не знаю как, поэтому нужно потренироваться. Иди уже за ними! Я сейчас сапоги надену и вниз!

– Печать Жизни… М-да… И чего-то я совсем не удивлен. – Комтур покачал головой, хмыкнул и улыбнулся. – Но это ведь хорошо. Значит, и правда ничего еще не закончилось.

Подмигнув подруге, Зод обернулся и направился вниз. Аста улыбнулась ему в спину и пошла надевать сапоги.

Глава 2

Приграничье, Имперский тракт.

1039 оборот от Великого Разлома,

22-й день второго весеннего месяца.

– Вижу Акарем! – весело проорал командир пятерки разведчиков, и этот крик словно бы прочертил невидимую черту.

Рыцари за спиной радостно зашумели, и эта радость была понятна. Отправляясь в поход, мало кто из них верил, что получится вернуться назад. Но все уже позади! Завтра они будут в Джарте. Кто-то напьется, кто-то обнимет родных…

Семь дней назад отряд пересек границу Поганых земель, и вот их поход завершается. Всего семь дней… но кажется, что прошла целая вечность. Их отряд потерял в этом походе девятнадцать бойцов. Взрослых, сильных мужчин, каждый из которых был настоящим воином. Погань взяла огромную цену, но… Но теперь ее больше нет!

Хаос ушел! Твари подохли или сбежали, земля очистилась от заразы, и скоро здесь снова появятся люди. Города и поселки очнутся от спячки. В окнах снова загорится свет, во дворах зазвучит детский смех, народ потянется в храмы.

Сегодня хороший день! Отряд возвращается из похода с победой. Двадцать оборотов назад она поклялась отомстить Погани за гибель родителей, и теперь эта клятва исполнена, а об их походе напишут легенды! Она сама их напишет. В память об этих девятнадцати воинах – и обо всех тех, кого потеряла за эти двадцать три оборота.

– Ну вот… Отдых закончился, – со вздохом произнес едущий рядом Зод. – Пора снова браться за службу. Погуляли, что называется, и хватит.

– Ты в своем уме? – Аста посмотрела на приятеля и поморщилась. – Двести лиг в седле для вас прогулка? Да я себе стерла все что только можно!

– Так подлечи, ты ж умеешь теперь, – невозмутимо произнес комтур. – И да будет вам известно, лера, что на службе отдыхом можно называть все, что происходит вдали от начальства. Вам этого, конечно же, не понять. У вас-то начальство в Лоране, а мы люди маленькие. Нас лер Грат дожидается и с нетерпением потирает ладошки. Всего-то день гулять и осталось. Воздухом дышать, на птичек смотреть…

Эти слова Зод произносил с каменной физиономией, медленно шевеля нижней челюстью и спокойно глядя вперёд. Фразы звучали монотонно, как на проповеди, и тем смешнее оно выглядело со стороны. Ростом комендант был ненамного ниже самого Зода, и «ладошки» у него были соответствующего размера. Представить, как он их «с нетерпением потирает» было очень непросто. Аста попыталась это сделать, но не смогла и, сдержав улыбку, ответила:

– Между прочим, меня там тоже работа ждёт! И отчеты не один день придётся писать.

– Ага. – Зод серьезно кивнул и посмотрел в спину едущего впереди Рэя. – Знаю я, кто их будет писать…

Аста улыбнулась и ничего не ответила. Говорить не хотелось. Зачем нужны слова, когда такое хорошее настроение? Не только у тебя, но и у всех вокруг. При этом погода вполне соответствовала.

Солнце висело над виднокраем и окрашивало небо на востоке в желто-розовые тона. Степь вокруг пробудилась ото сна. Легкий прохладный ветерок ласкал лицо и шевелил волосы. В воздухе густо пахло цветами и свежими травами, откуда-то издали доносилось пение птиц.

Нет, Зод, конечно же, прав. Дорогу назад можно считать легкой прогулкой. Четыре с небольшим дня, без дождя, по хорошей дороге, на отдохнувших конях. Никто на них не напал, все страшные твари подохли или сбежали туда, откуда когда-то пришли.

В тот день, когда у нее появилась Печать Жизни, ребята в одной из усадьб нашли две почтовые повозки с рессорами. Перегрузив на них все, что лежало в телегах, бойцы перепрягли лошадей, и на обратном пути отряд ничего не задерживало. Повозки отлично выдержали дорогу, и в Шанаре на них, помимо всего прочего, погрузили тех раненых, которые не могли пока что ходить. Впрочем, сейчас их состояние заметно улучшилось, но в седла они пересядут в лучшем случае завтра.

С новой Печатью все оказалось непросто. Заклинание действительно лечило раны и повреждения, однако полное исцеление происходило не сразу.

В тот день она первым делом взялась лечить колотую рану бедра. Заставив раненого снять штаны и уложив его на пол, Аста осмотрела повреждение и, прикрыв глаза, привычно потянулась к эфиру.

Сейчас забавно было это вспоминать, но тогда ей оказалось совсем не до смеха, поскольку заклинание не активировалось. Его образ при обращении к нему не откликнулся! Так никогда не случалось со Светом, и в первый миг Аста запаниковала, не понимая, что с этим делать.

Впрочем, все разрешилось как нужно – и даже лучше, чем она ожидала. Образ Лечения откликнулся, как только она положила на рану ладонь, и снова погас: после того как заклинание было прочитано. При этом повторно его использовать было нельзя, и это лишний раз подтверждало теорию о том, что Элементы при обращении к ним сами способны определять степень своего воздействия на живые и неживые объекты.

То есть в каждом конкретном случае заклинание забирало определенное количество эфира и усиливало в организме процесс излечения. Причём в некоторых случаях требовалось дополнительное вмешательство со стороны. В тот, самый первый, раз раненый почувствовал резкую боль. Отрядный лекарь, которого Зод привёл наблюдать за процессом, сообразил, что происходит, и вскрыл рану специальным ножом.

Все закончилось хорошо. Из раны вытекло сколько-то гноя, она очень быстро зарубцевалась и уже к концу следующего дня перестала беспокоить бойца. Сломанная кость руки у второго раненого срослась на второй день пути, а захромавший бреонец забегал уже через пару часов.

Как бы то ни было, с Лечением все оказалось лучше, чем можно было мечтать. Ей не нужно переживать и думать, как поступить в каждом конкретном случае. Достаточно наложить руки и активировать заклинание, а оно уже само определит степень воздействия и заберёт необходимое количество эфира. При этом даже не нужно касаться ладонями кожи. Достаточно просто приблизить их к ране на пару ногтей. То есть лечить можно даже через стальную кирасу.

Порезы, ушибы, синяки и царапины заживали в течение одного-двух часов. Разобравшись с тем, как действует заклинание, Аста заставила бойцов отряда предъявить ей все свои травмы и вылечила их, потратив большую часть оставшегося эфира. Правда, на совсем уж мелкие царапины образ Лечения не откликался, легкий кашель она тоже вылечить не смогла, а вот воспалившееся родимое пятно у одного из бойцов потребовало больше эфира, чем колотая рана бедра.

Нет, понятно, что с этим лечением быстро разобраться не получится. Нужно изучить симптомы болезней, чтобы точно знать, куда прикладывать руки, но этим она займётся уже по приезде в Джарту. Сходит в госпиталь и городские лечебницы, пообщается с лекарями, почитает нужные книги.

Без этого никак… Если кто-то подарил тебе оружие, то нужно учиться им пользоваться и постоянно совершенствовать свое мастерство. Жизнь оказала ей великую честь, и она подтвердит, что достойна носить на плече ее Знак.

Всю дорогу от Сарна до Када Асту не оставляло прекрасное настроение, а после переправы оно только улучшилось. В тот момент, когда их отряд перебрался через Синюю и уже собирался продолжить движение, в городе появились разведчики герцога Рида.

Они с Зодом не ошиблись в своих предположениях. Почувствовав, что концентрация Хаоса резко упала, брат короля Эдварда собрал всех свободных конных бойцов и двинул в сторону Сарна. Без обоза, с небольшими запасами продовольствия и воды.

Поначалу к ним отнеслись холодно, но оно и понятно. Герцога Рида совершенно не обрадовало, что в столице Лидда уже кто-то успел до него побывать. Впрочем, все разрешилось достаточно быстро. Увидев голову демона, герцог проникся и попросил рассказать в подробностях о походе, а потом во главе арьергарда в город въехал Одноглазый Медведь.

Геб совершенно не изменился. Такой же огромный, лохматый и кряжистый. Увидев их издали и сразу же узнав, Медведь дал коню шенкеля, подъехал и спешился. Пробежав взглядом по улыбающимся лицам бойцов, он широко улыбнулся и выдохнул: «Лиска, Зод, мальчишки… Как же вы все подросли!»

Спрыгнув с коня, Аста первой обняла своего седого учителя, а потом они вместе с Зодом три часа рассказывали герцогу о походе и о том, что произошло пять дней назад в окрестностях Сарна.

Понятно, что говорили они не все. Герцогу и его людям незачем было знать некоторые моменты их похода на юг. Аделла в этом рассказе приказала убить Рональда лишь в том случае, если он заодно с демоном, а об отношениях Зода и Джейны вообще не стоило знать никому.

Впрочем, суть произошедшего от этого не изменилась, но лишних вопросов ни у кого не возникло. Бесовка спасла Зода в Шанаре, затем помогла Рональду убить демона, и поэтому никто не пытался ее задержать. О том, что Джейна делала в гарнизоне, можно только гадать, но у герцога хватает дознавателей, и они проведут собственное расследование. Свои мысли Аста ему на эту тему высказала.

Когда рассказ был закончен, герцог долго молчал, очевидно, пытаясь уложить полученную информацию в голове. Затем покивал и громко, во всеуслышание, заявил:

– Все это слишком чудовищно и нереально, но у меня нет причин не верить вам, госпожа. Если все происходило хотя бы наполовину так, как вы говорите, то эта земля перед всеми вами в неоплатном долгу. Там, на месте, я приму решение о награде и сообщу о ней в канцелярию Императора. Сейчас скажу одно: могила на холме не будет забыта. Я лично за этим прослежу. Обещаю вам это, а сейчас нам пора в путь. Спасибо за рассказ, и до встречи!

Герцог по понятным причинам торопился, и с Гебом удалось поговорить не больше четверти часа. Пообещав заглянуть в Джарту, Медведь попрощался и повел своих людей на переправу, а они продолжили свой путь на север по имперскому тракту.

– Внимание, отряд! Стой! – резкий окрик Зода выдернул ее из воспоминаний. Дождавшись, когда все остановятся, командор обернулся к бойцам и скомандовал: – Спешиться! Первый десяток – берем пики! Второй и третий – зарядить самострелы! Десятникам доложить о выполнении!

Их отряд только что въехал на холм, с которого до поста на старой границе было чуть больше полутора лиг пути. Акарем находился впереди справа, но самого поселка отсюда не было видно. Из-за деревьев торчал остов разрушенной церкви, и немного просматривалась часть восточной гарнизонной стены.

– Неспокойно мне, – заметив ее вопросительный взгляд, хмуро пояснил командор. – На посту никого, и стены тоже пустые…

– Но они же почувствовали, что Погань ушла. – Аста проследила за взглядом приятеля и легко пожала плечами.

– И что из этого? – Зод хмыкнул и ещё больше нахмурился. – Если почувствовали, то нужно оставить пост и убрать часовых со стены? Да даже если бы все вокруг возлюбили бы ближних, как монахи в главном храме Лорана, то все равно все бы осталось по-прежнему. Расписание караулов и патрулей утверждается в Джарте второго числа каждого месяца, и ради всеобщей любви Моне его не отменит. Тебе бы послужить у нас пару оборотов, и вопросов бы таких не возникло.

– Спасибо за предложение, но я, пожалуй, воздержусь. – Аста улыбнулась и сделала отвращающий жест. – Мне хватило вашей службы в последние дни и больше как-то не хочется.

– Ну как знаешь. – Зод усмехнулся, затем выслушал доклады десятников и приказал отряду выступать.

Смешки и разговоры затихли. Бойцы забрали из повозок щиты. Первый десяток вооружился пиками и продолжил движение по тракту, второй и третий выдвинулись на фланги. Случись бой – они развернутся цепями, обстреляют противников, а затем будут действовать по ситуации.

Рэя отправили назад, а сама Аста осталась около Зода. В случае обстрела она прикроет десяток Щитом, который легко отразит пару десятков болтов.

Едущие впереди разведчики не выказывали беспокойства и никаких знаков не подавали, но в воздухе висело заметное напряжение. Отряд двигался молча. Только лязг железа, стук копыт, фырканье коней и скрип колес едущих сзади повозок.

В тот момент, когда разведчики проехали пограничный пост, Зод заметно напрягся, но ничего страшного не случилось. Один из бойцов остался на виду у отряда, четверо уехали направо в сторону гарнизона. Вскоре двое из них вернулись, и вместе с ними на пост подошёл пеший солдат в простой пехотной кольчуге, с коротким копьем в руках.

Совсем молодой и безусый. Кольчуга болталась на нем, как на тренировочном манекене, шлем был заметно велик и постоянно сползал на глаза. Впрочем, парень не выглядел ни испуганным, ни потрясённым, и это слегка успокаивало.

Когда они подъехали к посту и Зод вскинул руку, приказывая остановиться, один из разведчиков подтолкнул паренька вперёд, а сам со вздохом опустил взгляд.

В этот момент настроение у Асты испортилось окончательно.

По физиономии бойца было видно, что что-то произошло и это «что-то» определенно никого не обрадует.

– Арек Весло, господин! – поправив шлем, бодро доложил молодой солдат. – Второй десяток дежурной сотни. Командор Ивар оставил меня здесь вас встречать! Он верил, что вы вернётесь, и не ошибся!

– А сам он где? – чуть склонив голову, уточнил у паренька комтур. – В гарнизоне никого не осталось?

– Нет. – Арек потряс головой, поправил съехавший на глаза шлем и пояснил: – Гарнизон ушел в Джарту защищать город от вторжения из Агира.

– Интересно… – Зод вздохнул и, скосив взгляд на Асту, посмотрел на солдата: – Докладывай: когда это случилось и что конкретно просил передать командор.

– Семнадцатого вечером прилетел голубь из Джарты, и командор Ивар приказал всем выступать, – звонко отрапортовал молодой боец. – Вам он просил передать… – Парень прикрыл глаза, вспоминая, затем задрал подбородок и громко, раздельно проговорил: – Всего их четыре тысячи или чуть больше. Тысяча Серых Плащей и три – пехота с обозом. Будут у Джарты двадцать первого – двадцать второго числа, в зависимости от погоды.

– Ясно, – Зод кивнул, задумчиво тронул свой подбородок и снова обратился к солдату: – А ты здесь, значит, один?

– Да! – паренёк ударил пяткой копья о землю и браво выпятил грудь. – Охраняю границу от Погани.

– И не страшно одному-то? – не выдержав, спросила у него Аста.

– По-всякому бывает. – Солдат смутился и опустил взгляд. – Но здесь ещё пятеро местных, кому идти некуда. Мы в гарнизоне ночуем. Ворота закрываем, и уже не так страшно. Зачарованную сталь тварям не пробить, а днём они не показываются.

– Все страшные твари подохли, – в ответ серьезно произнесла Аста. – Погани больше нет, но вы все равно по ночам закрывайтесь.

Нет, она могла не говорить ничего, но этот юный воин заслужил объяснений. Мало кто останется вот так на границе Погани и не сбежит. А этот не ушел. Выполнил приказ командира. Ивар по понятным причинам оставил самого молодого, но боец не подвёл своего командира.

– Погани нет?! – выдохнул парень и, поправив съехавший шлем, поднял растерянный взгляд.

– Закончилась Погань, – поддержал кирию Зод. – Продолжай нести службу, солдат, и не забывай закрывать на ночь ворота.

– Будет исполнено! – выкрикнул в ответ паренёк и отошёл в сторону, освобождая отряду дорогу.

Они проследовали мимо гарнизона и по приказу Зода остановились напротив разрушенной церкви. Выехав вперед и убедившись, что все его видят, командор обвел взглядом бойцов и произнес:

– Вы все слышали, что сказал этот мальчишка. Тысяча латной конницы и три тысячи пехоты Агира – это очень немало. Джарту такими силами им не взять, но в поле у армии города против них нет ни единого шанса. Даже с учетом прибытия всех гарнизонов.

– То есть в ближайшее время на приступ они не пойдут? – уточнила Аста, встретившись с комтуром взглядами.

– Нет, – Зод покачал головой. – Даже если бы они собирались штурмовать город, это произошло бы не раньше, чем через одну-две декады. Только никакого штурма не будет.

– А зачем же они тогда пришли? – она непонимающе поморщилась. – Какой в этом смысл? И почему ты решил, что штурма не будет?

Нет, Аста догадывалась, что подобные вопросы могут звучать глупо, но это волновало ее в последнюю очередь. Когда у тебя в мешке лежит письмо, способное остановить творящийся кошмар, нужно понимать каждую мелочь для того, чтобы правильно его передать.

– Будь это не так, командующий послал бы вперёд тяжёлую конницу без обоза, – подняв на неё взгляд, пояснил командор. – В Джарте, по самым смелым оценкам, можно поставить в строй три сотни конницы, полтысячи копейщиков и тысячу-полторы ополчения, которых придётся собирать несколько дней. Тысяча Серых Плащей разобьёт такое войско в поле без вариантов. – Зод пожал плечами и посмотрел в сторону оставленного гарнизона. – Ивар с его людьми до Джарты добирались не меньше суток, а рыцари Агира были бы там через семь-восемь часов. Ты думаешь, в графстве не знали, что Моне отправит голубей в гарнизоны?

– То есть рыцари Агира могли легко перехватить прибывающие с границы войска, а городской гарнизон никак не смог бы им помешать? – внутренне похолодев, уточнила у приятеля Аста. – А что, если…

– Нет, – Зод покачал головой. – Никакого сражения возле города не было. Выжившие вернулись бы сюда и скрылись бы за стенами гарнизона. Командор Арт, скорее всего, сам отправил известие в Джарту о том, что собирается выступать, и указал точные сроки прибытия. То есть сам он, конечно, никого не отправлял, но громко об этом заявил, чтобы услышали те, кто должен услышать.

– Командор Арт – это тот, кто водил сотню агирцев в Лигею?

– Да, – Зод кивнул. – Барон Арт был правой рукой Конрада и бессменным командором армии графства. В народе его зовут Серым Лисом. Выступи он тогда навстречу армии Вестольда, и я бы не поставил на Рэма и медяка. Только Конрад почему-то решил умереть…

– Интересно, – Аста нахмурилась, не до конца понимая замысла обеих сторон. – Получается, этот Арт пропустил все прибывающие войска и заблокировал их в Джарте?

– Так и есть, – подтвердил предположение Зод. – Барон по какой-то причине не хочет проливать кровь. Полагаю, агирцы встали у города и потребовали выдать им всех тех, кого считают виновными в том, что произошло с Рональдом. Моне, конечно же, никого не отдал, и армия графства встала в пределах видимости с городских стен и перекрыла Имперский тракт. Только Арт не мог знать, что Погани больше нет. Полагаю, в его планах было простоять у Джарты какое-то время и подождать, пока граница Поганой земли приблизится. Других мыслей мне в голову не приходит. – Комтур вздохнул и посмотрел ей в глаза. – Вроде все сказал и теперь хочу спросить, госпожа: что конкретно ты собираешься делать? Письмо у тебя, но…

– Что «но»? – Аста непонимающе поморщилась. – Я поеду и отдам его этому Арту. Пусть читает, собирается и проваливает обратно в Агир!

Услышав ответ, Зод на пару мгновений прикрыл глаза, вдохнул, выдохнул и спокойно произнёс:

– Это опасно. Полагаю, ты первая в списке тех, кого потребовали выдать агирцы.

– Вот поэтому я и передам это письмо сама! – обведя взглядом бойцов, спокойно произнесла кирия. – Да, с графом Агира разговаривала не я, но это ничего не меняет!

– Но что такого случится, если письмо передам я или Рэй? – заметно сдерживаясь, поинтересовался командор. – Зачем попусту рисковать?

– А где тут риск? – Аста удивленно вскинула брови. – Никто же сразу меня не убьёт и даже не ударит, иначе происходящее потеряло бы смысл. Максимум свяжут до того, как прочитают письмо, но, думаю, этого они тоже делать не будут. И к тому же, – Аста посмотрела Зоду в глаза, – не знаю, как объяснить, но я уверена, что должна это сделать. Вспомни наш с тобой разговор!

– Будь по-твоему, – Зод устало покачал головой. – И, как я понимаю, к городу ты хочешь прибыть как можно быстрее.

– Да, – кирия поправила ножны и, похлопав заволновавшегося коня, посмотрела в сторону кладбища. – Все, высказанное тобой, пока что предположения, и непонятно, что происходит около города. Даже если ты кругом прав и Агир не хочет крови, и у них, и у нас хватает отчаянных идиотов. Чем меньше армия простоит около города, тем лучше будет для всех. – Она перевела взгляд на Зода. – Кони у нас отдохнувшие, и к Джарте мы прибудем через четыре часа. Поэтому повозки с ранеными оставляй здесь, с собой бери два десятка бойцов. Самых сдержанных, которые не станут задираться с агирцами и не полезут меня защищать.

– Добро! – Зод кивнул и, обернувшись к рыцарям, принялся раздавать указания.

До Джарты они добирались четыре с половиной часа. Отряд двигался быстрой рысью. Нормально разговаривать при таком темпе было достаточно сложно, но зато думать езда не мешала. А подумать нашлось о чем, особенно в преддверии предстоящего разговора с командором армии графства. Ну или кто там еще будет с ней разговаривать?

Раньше Аста не задумывалась о том, что конкретно произошло десять оборотов назад в Агире. Однако после разговора с Зодом некоторые моменты прояснились настолько, что все вдруг перевернулось с ног на голову.

Да, сейчас можно с уверенностью утверждать, что никакого мятежа не было, но дело даже не в этом. Оказывается, Конрад мог разбить армию Ордена. Зод в этом ничуть не сомневался, и ему верить можно. Комтур не раз бывал в Агире по службе и прекрасно знал, о чем говорит.

Впрочем, никакого сражения не произошло. Граф по какой-то причине вышел навстречу вторгшейся в его владения армии, был объявлен мятежником и казнен. После этого армия Рэма беспрепятственно вступила в столицу графства, и ландкомтур объявил Агир территорией Ордена.

При этом никаких расправ не творилось. Знать не восстала, народ не взбунтовался. Жители графства словно бы не заметили смены власти в столице, но уже через десять дней Рэм и три его полутысячника были убиты приемным сыном казнённого графа. Вскоре возмущение герцогов заставило Императора объявить Агир протекторатом. А еще чуть позже выяснилось, что жена и дочь Конрада сбежали в Бреон.

И все вроде бы просто. После исчезновения большей части Кеная Агир казался легкой добычей, но, как выяснилось, это было не так. Конрад мог разбить вторгшуюся в графство армию, но по какой-то причине этого делать не стал.

Нет, у него, конечно, мог помутиться рассудок, но тогда разума лишилась вся знать Агира. Они отпустили своего господина на верную смерть и не стали мстить его убийцам. И можно было бы рассуждать о предательстве, но никто же не выдал захватчикам сына казненного графа?

Парень определенно встречался с вассалами, потом отомстил убийцам отца и сбежал. Не стал поднимать армию и народ, а просто отомстил и ушел, оставив голову Рэма на алтаре Отриса.

Страшное святотатство, но это определенно был знак. Послание Светлому богу или кому-то из его верных подвижников.

Да, все так, и не нужно быть Рэем, чтобы разобраться в случившемся. Разгром армии Ордена для Империи мог очень плохо закончиться, и кто-то из подвижников вмешался в происходящее. Конрад, очевидно, согласился с доводами Посланника Света, а вассалы принесли графу клятву, что не поднимут восстания до тех пор, пока его приемный сын жив и свободен. Эта договоренность оставалась в силе до недавнего времени, но два ничтожества возжелали землю соседа-алхимика и донесли на него в магистрат. Сложившуюся ситуацию можно было исправить, и в Агире не начались бы волнения, но в Джарту из столицы приехал ландмейстер. Тот, кто санкционировал поход Рэма в Агир…

Во всей этой истории было несколько непонятных моментов. Достаточно важных, чтобы попытаться в них разобраться. Рональд ведь не мог не знать о принесенной дворянами клятве, но, сбежав с эшафота, почему-то не поехал в Агир. Ещё непонятно, что происходит с женой казнённого графа и его дочерью, а самый главный вопрос находится там, впереди, около города.

Всю дорогу Аста обдумывала сложившуюся ситуацию, но главного ответа так и не нашла. Дело в том, что поход на Джарту не имел смысла. Нет, недалекого человека вполне могло бы удовлетворить то, что лежит на поверхности. Подданные пришли мстить за своего господина и блокировали город в надежде, что Погань расширит свои границы и приблизится к городу?

Да, конечно… Опытный военачальник решил потратить кучу золота, не получив ничего взамен. И он, конечно же, не знал, что Пятна могут не появляться по несколько месяцев, а каждый день простоя армии обходится в круглую сумму? И ладно бы они разгромили прибывающие гарнизоны, но Зод уверен, что этого не случилось.

Так и не придя ни к каким выводам, Аста решила, что разберётся с этим потом, и всю оставшуюся часть пути готовилась к предстоящему разговору.

Примерно в пяти лигах от Джарты им встретился конный разъезд агирцев. Заметив вдали отряд рыцарей Джарты, разведчики уехали за холм в сторону города, и Зод приказал снизить темп. Засады не опасались. Местность вокруг тракта просматривалась на пару сотен шагов, но двигаться с прежней скоростью было не лучшей идеей.

На холм Аста заехала первой, готовая в любой момент прикрыть бойцов полученным в Сарне Щитом. Придержав поводья, она обвела взглядом открывшееся пространство и выругалась.

Армия Агира, как и предполагал Зод, встала в двух лигах от города напротив Северных ворот. Издали лагерь походил на огромный людской муравейник. Солдаты устанавливали разноцветные палатки, выкапывали рвы, забивали в землю колья и возводили какие-то странные конструкции. Телеги обоза агирцы установили четырьмя огромными квадратами между лагерем и холмом – и запустили внутрь лошадей. Боевые кони паслись в расположениях сотен, которые растянулись на лигу вдоль городских стен. Над почтовой станцией, вокруг которой ровными рядами стояло два десятка армейских шатров, развевалось знамя с оскаленным волком. Густо дымили костры.

Аста никогда не видела столько людей в одном месте одновременно, и поэтому ей понадобилась пара мгновений для того, чтобы уложить в голове это зрелище.

– Прямо на лагерь! – рявкнул над ухом догнавший ее Зод и, подняв над головой орденский штандарт, первым поехал по склону вниз.

Аста вздрогнула, кивнула и направила коня следом за командором.

На этом флаге настоял Зод, и его решение поддержал даже Рэй. Мятежники должны видеть, что в их лагерь едут рыцари Ордена. Никто тут свою честь не уронит и не свернет с выбранного пути.

Мальчишество? Да, наверное, но пытаться изменить мужчин бесполезно. Аста согласилась с этим решением, но у нее имелись на то причины. Под штандартом Меченосцев их заметят гораздо быстрее и сразу же доложат командующему. Никому не придется ничего объяснять. Так что мужчины пусть меряются длиной своего оружия, а она этим воспользуется и даже немного им всем подыграет.

Их заметили отовсюду. Между холмом и лагерем находилось шесть небольших отрядов агирцев, но ни один из них не попытался остановить рыцарей Джарты. Больше того… Во взглядах агирцев не было ненависти, а на неё так вообще смотрели с нескрываемым восхищением. Не все, но большинство встреченных по дороге мужчин.

Зод не просто так пересадил ее на бреонца. Женщина на боевом коне смотрится лучше любого рыцаря. На мужской, конечно же, взгляд.

Незнакомое, непередаваемое и в чем-то пугающее ощущение правильности… Ехать вот так, впереди отряда рыцарей, к огромному лагерю неприятеля, под взглядами сотен мужчин. Наверное, поэтому Зод убедил отправляться с поднятым штандартом. Чтобы она почувствовала и поняла…

Разведчики, заметившие их перед холмом, уже добрались до лагеря, и навстречу их небольшому отряду выехала дежурная полусотня.

Закованные в сталь рыцари с поднятыми забралами, в серых плащах, под штандартом с оскаленным волком… Со стороны это напоминало торжественный выезд, и Аста в который раз убедилась, что совершенно не разбирается во всех этих символах.

Огромный лагерь мятежников. Город впереди с закрытыми воротами и сотней городской стражи на стенах. Обстановка ужасающая, но мужчины будут до последнего играть в придуманное благородство. Они и живут-то ради этих мгновений.

Только она не идиотка и прекрасно знает, что по-настоящему благородные умирают самыми первыми. Человеческая подлость бесконечна. Она присуща и простолюдинам, и рыцарям, но когда вот так, на виду, все они превращаются в мальчишек. И она сейчас играет в эти же игры…

Когда до преградившей путь полусотни оставалось семь десятков шагов, Аста картинным жестом приказала отряду перейти на шаг, выехала вперёд и, остановив коня в двадцати шагах напротив командира агирцев, звонко произнесла:

– Я Аста лера Шинома! Главный дознаватель Орденской Коллегии Джарты! Назовитесь, господа! И объясните, по какому поводу вы здесь собрались?

Командир полусотни явно не ожидал такого наката, но на его бесстрастном лице не дрогнул и мускул. Смерив ее спокойным взглядом, он кивнул и холодно произнёс:

– Та самая рыжая девка из Джарты? Ты-то нам как раз и нужна.

При этих его словах в воздухе повисло ощутимое напряжение. Глаза Серых Плащей заледенели. Лязгнуло железо у нее за спиной. Ребята пообещали молчать, но агирец ее оскорбил, и ситуацию необходимо было вытаскивать. Иначе случится непоправимое, и все выжившие потом пожалеют…

– А в Агире принято оскорблять женщин? – выплюнула она, смерив рыцаря презрительным взглядом. – Только здесь не Агир! В Джарте за оскорбления принято платить кровью! – Усмехнувшись в хмурые физиономии Серых Плащей, Аста демонстративно сняла перчатку и швырнула ее на траву. – Вот! В любое время и в любом месте! После того как я переговорю с твоим командиром и он прочитает письмо вашего графа!

– Ищейка не жен… – начал было агирец, но услышал ее последние слова и осекся. – Письмо от графа? – вскинув брови, выдохнул он. – Что за письмо?

– Вот это! – облегченно выдохнув, Аста выхватила из-за пояса свиток и, подъехав, продемонстрировала агирцу печать. – Рональд написал это для вашего командира, и я передам его лично!

На бесстрастном лице молодого мужчины промелькнула целая гамма эмоций. Он растерянно хмыкнул, слез с коня, подобрал перчатку и убрал ее куда-то под плащ. Затем легко запрыгнул в седло, кивнул и представился:

– Я Эрик из Ранты, командир шестой сотни Серых Плащей! Это письмо… Господин граф, он…

– Жив, здоров и отправился в Ашерон, – предвосхищая вопрос, произнесла Аста.

– Отлично! – Молодой сотник заметно повеселел и сделал приглашающий жест. – Следуйте за мной, лера! Ваши спутники подождут в лагере!

Произнеся это, агирец развернул коня и поехал вперёд. Аста обернулась, подмигнула Зоду и направила коня следом за провожатым.

Глава 3

Юго-Западный Вестольд, Предместья Джарты.

1039 оборот от Великого Разлома,

22-й день второго весеннего месяца.

Настроение улучшилось, а перспектива предстоящей дуэли ее совершенно не пугала. В текущей ситуации рыцарю проще извиниться перед вызвавшей женщиной. Чести он так не уронит. Нет, вызывая, она была готова убить этого парня. Оружие, место и время выбирает тот, кого вызвали, но, по правилам, она может отказаться от доспеха и получить возможность использовать одно из своих заклинаний. Впрочем, никакой дуэли не будет. Она совершенно не сердилась на этого Эрика, а он уже, наверное, пожалел, что ей нагрубил.

Командир армии графства устроил ставку в здании почтовой станции. Прибыв на место, сотник спешился и, попросив ее подождать, скрылся за двустворчатыми дверями. Аста спешилась следом, обвела взглядом удивленные лица собравшихся возле ставки мужчин и, сдержав улыбку, повела коня к коновязи.

Странное дело… Бреонцы, как правило, не подпускали к себе посторонних, но отрядные кони в какой-то момент начали принимать ее за свою, и она могла прокатиться сейчас на любом. Выдав своему животному кусок жжёного сахара, Аста кинула поводья на крюк и направилась к дверям, уверенная, что долго ее ждать не заставят.

Так и случилось. Двери распахнулись, ее провожатый вышел и, сделав приглашающий жест, объявил:

– Командующий ожидает вас, госпожа! Прошу следовать за мной!

Сотник привёл ее в просторное помещение, в котором, судя по обстановке, раньше отдыхали гонцы. Всего в комнате находилось три человека. Седой мужчина с треугольным лицом сидел за большим столом, положив узловатые ладони на край столешницы. Ещё один – высокий и широкоплечий – стоял напротив дверей, скрестив на груди руки. Внешне он походил на ее провожатого. На заметно повзрослевшую копию сотника. Третий напоминал медведя. Огромный, лохматый и неопрятный. Правую ногу мужчины заменял деревянный протез. В руке он держал огромную кружку; густые, давно не стриженные усы были испачканы в пене.

Сотник вместе с ней заходить не стал. Пропустив Асту в комнату, он закрыл за ее спиной дверь, не потрудившись объяснить, кто из этих троих командующий. Впрочем, она это поняла и сама.

Остановившись на пороге, кирия кивнула присутствующим в комнате мужчинам и представилась. Ей никто не ответил, и это было как минимум странно. Все трое смотрели на нее спокойными изучающими взглядами. Словно пытались смутить. Или, быть может, чего-то от нее ждали?

Мысленно хмыкнув, Аста прошла к столу и встретилась взглядами с сидящим за ним мужчиной.

– Командор Арт, я полагаю? Граф Агира написал письмо. Кому-то из вас. Вы сами определите, кому конкретно.

Произнеся это, она положила запечатанный свиток на стол и отшагнула назад.

Мужчина пару мгновений смотрел на лежащее перед ним послание, затем кивнул и легко поднялся со стула.

– Та самая неподкупная ищейка из Джарты, молва о которой дошла даже до нас, – произнёс он, улыбнувшись одними губами. – Я Арт лер Корида; это, – он кивнул на других присутствующих, – Орек лер Ранты и Ханс Младший лер Гровина. Мы все друзья казнённого графа Конрада и очень переживаем за здоровье его приемного сына. Поэтому, если вас не затруднит, госпожа, расскажите, при каких обстоятельствах лер Рональд написал это послание. Если можно – подробно.

Командор Арт напомнил Асте аббата Фариса. Спокойный взгляд, плавные, скупые движения. Он даже разговаривал так же. Тепло и убедительно. Вроде о чем-то просит, но попробуй ему откажи… При этом он не пытался давить, но некоторые люди не умеют разговаривать по-другому. Десять оборотов держать в узде тысячу отморозков – это многого стоит. Ведь вряд ли кого-то из Серых Плащей обрадовало известие о казни их господина.

– Письмо написано по просьбе моего подчиненного, – легко пожав плечами, пояснила она командору. – Я в тот момент была без сознания. Поэтому с графом разговаривали комтур Зод и вышеупомянутый дознаватель. Рэй полагал, что вы придёте под стены Джарты, и попросил графа написать письмо.

Недоговаривать или изворачиваться не было смысла. Она просто не умела этого делать, но оно и не требовалось.

– А где это происходило? – спокойно уточнил у неё командор.

– На армейском плацу, в полулиге от южных ворот Сарна, – поправив ножны, пояснила она. – Граф убил демона, который пришёл в Джарту во время его казни. Мы с Джейной немного ему помогли. Рыцари опоздали на это веселье. Они появились, когда демон уже подох.

С каждым произнесенным словом лицо ее собеседника вытягивалось. В глазах стоящего слева барона заплясали искры восторга, а сидящий на скамье здоровяк забыл о кружке пива в руках.

– Джейна тоже была без сознания, – продолжила говорить Аста. – Рональд подумал, что рыцари ее убьют, и собрался защищать, но…

– Погоди, госпожа. – Арт остановил ее жестом и, хмыкнув, оперся рукой о столешницу. – У нас нет причин не верить твоим словам, но такое сложно даже представить. Демон… Джейна… Кстати, кто она такая?

– Дочь нави. У нас ее народ зовут бесами.

– Ага… – Арт кивнул, усмехнулся и посмотрел на приятелей.

– А чего ты удивляешься? – пробасил одноногий гигант. – Ты не забыл, кто у нашего господина мать? Или, думаешь, просто так люди считали ее бессмертной?

– Присядьте, лера. Вы же устали с дороги, – в разговор вступил молчавший до этого Орек. Шагнув вперёд, он указал Асте на стоящее у небольшого столика кресло и предложил: – Давайте поступим так: сейчас мы прочитаем письмо, а потом поговорим. Зададим свои вопросы и ответим на ваши.

– Да, – поддержал приятеля командор. – Я распоряжусь, чтобы слуги принесли вам отвар и сладости.

– Да какой ей отвар? – весело хохотнул гигант. – Жарки или крепкого пива! Она ж за демонами в Погани гоняется, а ты «отвар»…

– Лучше все-таки отвар, – попросила Аста, усаживаясь в предложенное кресло. – Полагаю, разговор нам предстоит долгий. Мне нужна светлая голова.

Странное дело, но находящиеся в комнате мужчины не считали ее врагом. Причём безотносительно письма и рассказа. Это легко читалось по их реакции. Хотя чему тут, собственно, удивляться? В Джарте явно хватало лазутчиков из Агира, и эти трое были прекрасно осведомлены о том, что происходило в городе последние дни. Только зачем тогда они привели сюда свою армию? Непонятно, но причина этому обязательно есть.

Отвар был невкусный, печенье черствое, но Асту эти мелочи не заботили. Отхлебывая маленькими глотками подкрашенную воду с запахом лежалых трав, она обдумывала план предстоящей беседы и решала, какие вопросы стоит задать. Тут ведь очень важно продумать каждую мелочь. Один неправильный вопрос – и нормального разговора не состоится.

Первым письмо прочитал Арт, и это заняло у него не больше пяти минут. Хмыкнув и сложив после чтения свиток, командор передал его Ореку и как-то странно на неё посмотрел. Озадаченно и оценивающе. Никак по-другому этот взгляд объяснить было нельзя.

Ей безумно захотелось узнать, что такого написал в письме Рональд, но, судя по всему, никто ей этого не расскажет. Сейчас можно было сказать только одно: написанное в письме никак не противоречило ее словам, а значит, находящиеся в комнате мужчины будут с ней откровенны настолько, насколько это возможно. Если, конечно, она ничего не испортит.

Командор подождал, когда все прочитают послание графа, забрал письмо и, переглянувшись с Ореком, ненадолго задумался. Очевидно, придя к какому-то решению, он кивнул своим мыслям, посмотрел на Асту и произнёс:

– Вам, наверное, интересно, лера, почему десять оборотов назад случилось то, что случилось? Почему мы позволили убить своего господина и друга…

– Я специально не интересовалась, но, полагаю, это была Аделла, – пожав плечами, ответила Аста. – Светлая явилась к Конраду и убедила графа не оказывать сопротивления. Вы принесли ему клятву. Не знаю, какую конкретно, но, думаю, она касалась безопасности Рональда.

– Так и есть, – барон хмуро кивнул и, сделав глоток отвара, пояснил: – Мы поклялись, что не поднимем оружие против имперцев, пока кто-то из вас не причинит Рональду вред. Сознательно и не в целях самообороны.

– Мои люди не знали, кого они арестовывают, – поставив чашку на стол, со вздохом произнесла Аста. – Узнав, кого мы поймали, магистр Моне и аббат Фарис попросили меня отвезти Рональда на кладбище для проведения дополнительного дознания и там отпустить. Я согласилась, но Эрг Снори помешал осуществлению этого плана.

– Да, мы что-то подобное и предполагали, – Арт кивнул. – Нам также известно, что вы с комтуром Зодом и Рэем лером Торном остановили творящееся в тюрьме беззаконие. Что граф Агира, по сути, обязан вам жизнью.

– Но раз вы это знали, то почему… – Аста смутилась. – Потому что за сбежавшим Рональдом в Погань был направлен отряд?

– Нет, – в разговор вступил барон Ранты. – Ни у кого не было даже мысли о том, что у вас получится его поймать.

– Но почему тогда…

– Потому что именно в это время в Лоране проходит внеочередной капитул[1], на котором, помимо всего прочего, должна решиться судьба нашего графства, – поднявшись из-за стола, тяжело вздохнул командор. – Мы просто немного им всем помогли.

– Помогли в чем? – Аста непонимающе поморщилась.

– Она не понимает, – пробасил со своего места Ханс Младший. – Слишком далека от столичных интриг.

Слова барона словно бы очертили какую-то незримую границу. Между своими и чужими… Вовлекая ее в какое-то непонятное действо. Кирия резко посмотрела на говорившего, затем снова перевела взгляд на Арта. Попыталась сообразить, что они все имеют в виду, но в голову ничего не пришло. Интриги… Капитул, о котором она не знала… Его собрали из-за мятежа? Но при чем здесь она?

– Мы предоставили им возможность решить… – Арт пожал плечами и пояснил: – Главной причиной досрочного созыва капитула является вопрос престолонаследования. Император Гасс смертельно болен и вряд ли проживет больше месяца. Наследников у него, как вы знаете, не осталось. Я не хочу утомлять вас подробностями столичных интриг, госпожа, но если говорить просто, то на вершине сейчас две партии: условного Мира и условной Войны. – Командор переглянулся с Ореком, взял со стола чашку с отваром, сделал из неё глоток и задумчиво посмотрел в окно. – За кандидатом от партии Мира проступают тени трёх герцогов. Партию Войны возглавляет ландкомтур Вестольда Горт – младший брат покойного Рэма. Герцогам не нравилось то, что происходило в Империи последние двадцать пять оборотов. Безумный поход в Лигею, казнь графа Конрада и много чего ещё. Ну а ландкомтур Вестольда, как вы понимаете, не испытывает тёплых чувств ни к нам, ни к нашему молодому господину.

«Все ведь так просто», – с досадой подумала Аста и, вопросительно посмотрев на Орека, уточнила:

– То есть вы его провоцируете?

– Мы их всех провоцируем, – спокойно ответил барон. – Если партия герцогов одержит верх, то Лоран будет договариваться. Мы никого не казнили. Полутысяча ушла из Агира в полном составе со штандартами и оружием. Здесь, под Джартой, тоже пока никто не погиб. Мы позволили гарнизонам с границы зайти в город и только после этого поставили лагерь. Магистр Моне не идиот и будет сидеть за стенами, не пытаясь атаковать. Он прекрасно знает, что нам не под силу полностью блокировать город. Да мы и не собирались этого делать.

– Вы посчитали, что изгнания полутысячи недостаточно?

– Именно! – в разговор снова вступил командор. Он оторвал взгляд от окна, поставил кружку на стол и посмотрел ей в глаза. – Они придут договариваться, только если очень того захотят. Впрочем, в это верится слабо. Мира не будет. Мы разобьём армию Ордена и накажем тех тварей, что нарушили давний союз. Империи это пойдёт только на пользу.

– А если опять вмешается Светлая? – опустив взгляд, негромко поинтересовалась Аста. – Если она придёт опять? Что тогда?

– Ничего, – мгновение поколебавшись, со вздохом произнес командор. – Ей нечего нам предложить. Если же Валькирия обнажит оружие, то сама разорвёт тот союз. Это будет концом Империи, которую она так долго хранила.

– Мы уйдём отсюда, лера, как только из Агира прискачет гонец, – продолжил говорить уже Орек. – Это все, что мы хотели сказать. Теперь ваша очередь говорить, госпожа.

Ее рассказ затянулся на пару часов. Аста практически ничего не скрывала. Бароны иногда задавали вопросы, а когда она закончила говорить, некоторое время приходили в себя от услышанного.

– Я напишу письмо, – под конец произнёс командор. – Это займет не больше часа. Надеюсь, вы передадите это послание лично в руки магистра Моне?

Ставку командующего Аста покинула в смешанных чувствах, думая о предстоящем разговоре с магистром и пытаясь понять, что она могла упустить.

Эта беседа с баронами… В ней была какая-то недосказанность. И вроде бы никто ничего не скрывал… Больше того… После прочтения письма ей рассказали то, о чем говорить было не обязательно и даже опасно. Она ведь орденская ищейка. Не самая последняя – и может сообщить об этом разговоре в Лоран, хотя… вряд ли это что-то изменит. Ландкомтура Горта ее предупреждение не остановит. Кто будет слушать какую-то дуру из Джарты, особенно если капитул объявит агирцев мятежниками? Так что бароны могли говорить что угодно. Если колесо войны покатилось под гору, то остановить его уже не получится.

Да, скорее всего, так и есть, но откуда тогда взялось это странное чувство? Чего такого написал в своем письме Рональд? Нет, она не идиотка и может предположить, что нравится графу. Зод так вообще в этом уверен, но тут что-то другое… Возможно, отгадка в письме, которое Арт написал для магистра? Она передаст его Моне и потребует объяснений! И пусть только он попробует ей не ответить!

Убрав свиток письма в поясной кошель, Аста спрыгнула с крыльца, кивнула ожидающему ее сотнику и направилась к коновязи, когда произошло ожидаемое. Эрик шагнул ей навстречу, рухнул на колено и громко, во всеуслышание, произнёс:

– Госпожа! Я приношу глубокие извинения за нанесённое вам оскорбление! Вы можете объявить меня трусом, но…

– Извинения приняты! – сдержав улыбку, Аста остановила сотника жестом, забрала из его руки перчатку и направилась к коню, чувствуя спиной взгляды находящихся во дворе офицеров.

Наверное, оборота четыре назад такое внимание ее окрылило бы, но сейчас оно принималось как должное. Все случилось так, как и задумывалось. Она сыграла с мужчинами в их игру, и теперь о ней узнают даже в Агире. Хорошо ли это, плохо ли – время покажет, а сейчас пора возвращаться домой.

Оседлав коня, Аста за сопровождающим проследовала в северную часть лагеря, где ее дожидались два десятка рыцарей Джарты и один очень пьяный молодой дознаватель.

– А я… это, госпожа… – видя ее вопросительный взгляд, Рэй указал на седлающих коней братьев, развёл руками и невинно хлопнул глазами. – Я их всех спас!

– Угу, спаситель, – подойдя, хмыкнул Зод и с нескрываемой завистью посмотрел на ее подчиненного. – Ребята из сотни твоего знакомого принесли выпивку, но нам же нельзя, а ему…

– А м-мне м-можно! – широко улыбнувшись, громко объявил Рэй. – Я ж самый б-бесполезный. Б-брони нет, умер бы п-первым. А так – х-хоть не зря! Вино замечательное!

– Ты на коня-то хоть сядешь? – сдерживая улыбку, поинтересовалась кирия у подчиненного.

– Посадим, – хмыкнул Зод и, взяв пьяного Рэя за локоть, повел его в сторону стоящих неподалёку коней.

Попрощавшись с Серыми Плащами, они поехали к городским воротам, и по дороге Аста коротко рассказала приятелю о разговоре с баронами.

Зод слушал молча и, когда она закончила говорить, хмуро заметил:

– Нашу страну ждут очень нелегкие времена…

– Может быть, все не так плохо? – поинтересовалась у приятеля Аста. – Эта армия около Джарты… Может быть, есть еще какое-то объяснение происходящему?

– Вряд ли, – не поворачивая головы, со вздохом произнёс командор. – Этот поход – отличная тренировка перед войной. Арт собрал армию, привёл ее сюда и заставил солдат обустраивать лагерь в виду городских стен. Насколько я могу судить – дисциплина железная. Насчёт боевой выучки не скажу, но, судя по всему, она у них на хорошем уровне.

– То есть Арт не блефует?

– Нет, – Зод покачал головой. – Он выбрал самый удобный момент. Император при смерти, в Лоране грызня, герцоги своих солдат на эту войну не пришлют… Поход в Агир станет концом для Империи.

– Или новым началом… – глядя на город впереди, негромко произнесла кирия.

– Возможно. – Зод пожал плечами, переложил поводья в левую руку и посмотрел на неё. – Но меня сейчас гораздо больше интересует другое.

– Не хочешь вместе со мной идти к Моне на ковёр? – хмыкнула она, без труда прочитав мысли приятеля.

– Что, так заметно? – Зод нахмурился, но не выдержал и улыбнулся. – Ты опасный человек, Лиска. Слишком умная.

– Ага, конечно. – Аста фыркнула и усмехнулась. – Ты же всегда обожал ходить к нему в кабинет. И вина вы у Серых Плащей, конечно же, не набрали?

– Ну так не все же дознанию напиваться, – скосив взгляд на Рэя, вернул ей усмешку Зод. – Устали мы, и нам нужен отдых.

– А мне, значит, не нужен?

– Так ты же не пьёшь, – логично возразил комтур. – Ну и Моне с аббатом любят тебя больше любого из нас.

– Ладно. До завтра отдыхайте и Рэя тоже с собой заберите, – Аста махнула рукой и, слыша за спиной одобрительные возгласы рыцарей, кивнула на городские ворота. – Главное, чтобы нас в город пустили.

– А куда они денутся? – довольно оскалился Зод и оказался прав.

Когда до города оставалось три сотни шагов и стали слышны радостные крики стоящих на стенах бойцов, правая воротная стойка медленно поползла вперёд.

Как выяснилось, солдаты увидели их ещё пару часов назад, когда отряд съезжал с холма, и сразу же вызвали коменданта. Он-то и приказал открыть городские ворота. Перекинувшись парой слов с Ларсом Гратом, Аста оставила ребят у ворот, а сама в сопровождении трёх бойцов из десятка Зода поехала в магистрат.

Нет, конечно, с большим удовольствием она бы повернула домой. Отмылась бы, переоделась и выспалась, но Моне с аббатом дожидались ее в кабинете магистра. Она обязана принести им добрые вести, а отдыхать будет потом.

Город изменился. На привратной площади дымили костры. Солдаты грели смолу, поднимали на стены корзины с камнями, возводили какие-то непонятные конструкции из досок и брёвен, но, судя по лицам, никто из них не верил в то, что агирцы пойдут сегодня или завтра на штурм. На улице Хлебников было не протолкнуться от телег, но уже возле рынка город выглядел так же, как и декаду назад.

Передав ребятам коня и попрощавшись, Аста зашла в здание магистрата и сразу же направилась на четвёртый этаж. Только здесь, в родном здании, она поняла, насколько устала. Почти весь день в седле – это не шутки, а ещё неопределенность, нервы, непростой разговор и все эти загадки. Впрочем, несмотря на усталость, настроение было отличное. Поднимаясь по лестнице, она старалась оставаться серьезной, но губы сами собой растягивались в улыбку.

– Ого! Какие гости! – на стук двери Яков поднял взгляд и тепло улыбнулся. – Судя по виду, ты вернулась с победой?

– Да! – Аста улыбнулась ему в ответ.

– Я очень рад, что ты жива, – серьезно произнёс секретарь. – Проходи. Им очень нужны хорошие вести.

– Что-то случилось? – встревоженно поинтересовалась она.

– Некоторым нужно слушать лекарей и побольше лежать, – отведя взгляд, тяжело вздохнул Яков. – Но его разве заставишь? Ты хоть ему скажи…

– Все будет хорошо, – Аста улыбнулась секретарю и потянула ручку двери.

В кабинете все оставалось по-прежнему: ковры, шкаф, кресла, большой письменный стол, четыре синие пальмы и запах… Остро-сладко-цитрусовый с вплетенными ароматами красной коры и ашеронского корня.

Магистр, как всегда, сидел за столом, Фарис в своём любимом кресле возле книжного шкафа. При взгляде на аббата стало понятно, почему так переживал Яков. Её духовный наставник выглядел хуже, чем в день расставания, и был похож на ожившего мертвеца. Пергаментно-серая кожа, синяки под глазами и застывшее выражение лица. Так бывает, когда от боли не помогают даже лекарства. При виде ее он улыбнулся одними только кончиками губ, и сердце Асты болезненно сжалось.

Поздоровавшись, она сразу же направилась к аббату, положила ладони ему на плечо и, прикрыв глаза, использовала заклинание. Фарис даже не пошевелился. Он молча смотрел на нее снизу вверх, с легкой иронией и… гордостью?

Лечение потребовало две трети запаса эфира. Дождавшись, когда образ заклинания погаснет, Аста удовлетворенно кивнула и с досадой произнесла:

– Зла на вас не хватает, вот правда! Один загоняет себя в могилу, а второй не может заставить его отлежаться.

– Мы тоже по тебе очень соскучились. – Моне улыбнулся, вздохнул и осуждающе посмотрел на аббата. – Ты думаешь, я не пытался?

– Погоди! – Фарис остановил приятеля жестом и негромко поинтересовался: – Это то, о чем я думаю?

– Мыслей я читать пока что не научилась. – Кирия пожала плечами и уселась в свое любимое кресло. – Но лечить могу. Меня отметила Жизнь.

– Это хорошо, – кивнув, прошептал аббат. – Я рад, что ты выжила, дочка. Грат передал с посыльным, что в Джарту вернулось двадцать три человека.

– Сейчас двадцать три, – ответила она, сделав ударение на слове «сейчас». – Остальные с ранеными в Акареме. В походе погибло шесть наших и тринадцать варваров вместе с Сайхом. – Аста вздохнула и посмотрела на магистра. – Я не вспомню сейчас имён, но их смерть не напрасна. Демон убит, Погань ушла, и вот ещё что… – она поднялась с кресла, подошла к столу, положила на него письмо и пояснила: – Это передал командор Арт.

– Погань ушла? – оторвав взгляд от печати на свитке и посмотрев ей в глаза, потрясенно прошептал магистр. – А ты умеешь удивлять, да…

Пока присутствующие приходили в себя от сказанного, в кабинет с подносом в руках вошёл Яков. Поставив перед ней на столик большую чашку горячего отвара и три вазочки со сладостями, секретарь подмигнул Асте и удалился. Негромко хлопнула дверь, и в комнате стало оглушительно тихо.

Первым пришел в себя аббат. Усмехнувшись, Фарис покачал головой и посмотрел на приятеля.

– Нет слов… – со вздохом произнёс он. – Мне кажется, что в следующий раз она вот так же придёт и скажет, что боги вернулись. Ну или что-то похожее.

– Я даже не знаю, с чего начать, – Моне обвёл кабинет растерянным взглядом. – Демон, Погань… и, полагаю, у неё ещё что-то припрятано.

– Да не так-то и много, – сделав глоток отвара, с улыбкой пожала плечами она. – Бастард сбежал… Вернее, ушел, поскольку никто его не задерживал. Бесовка ещё очень нам помогла…

– Погоди! – буквально взмолился магистр и, кивнув на чашку в ее руке, добавил: – Ты кушай пока, пей отвар, а я сейчас прочитаю это письмо, и мы поговорим обо всем сразу. Дай нам немного прийти в себя от твоих новостей.

Отвар был безумно вкусный, сладости – выше всяких похвал, а что ещё нужно для полного счастья? Сидеть в удобном кресле, блаженно вытянув ноги, вдыхать чудесный цитрусовый аромат и пить самый вкусный в мире напиток.

А ещё ее безумно радовало, что лицо Фариса перестало напоминать посмертную маску. Морщины на лбу разгладились, кожа слегка посветлела, дыхание выровнялось. Наставник сидел, прикрыв глаза и словно бы прислушиваясь к своему организму.

В отличие от аббата, Моне вёл себя немного странно. Читая письмо, он то хмурился, то удивленно вскидывал брови, и это вызывало кучу вопросов. И ещё раздражало!

Сначала бароны вели себя непонятно, теперь вот свои… Они словно бы сговорились!

Пока Аста ломала голову над содержанием письма, магистр закончил чтение, хмыкнул и как-то странно на неё посмотрел. Это ещё больше ее озадачило. Так можно смотреть, если у собеседника за спиной появились белоснежные крылья или на голове вдруг выросли изогнутые рога.

Дальше интереснее… Шумно выдохнув, Моне свернул письмо, поднялся из-за стола и подошёл к креслу аббата.

– На вот, почитай! – произнёс он и протянул письмо приятелю. – Думаю, тебе это стоит узнать.

– Что-то не так? – не выдержав, нахмурилась Аста.

– Да как сказать… – Моне хмыкнул, пожал плечами и вернулся за стол. – Все очень непросто…

По лицу аббата было сложно о чем-то судить, и она не пыталась даже гадать. Дочитав, Фарис некоторое время молчал, затем посмотрел на неё и, кивнув на письмо, поинтересовался:

– Ты знаешь, что здесь написано?

– Могу только догадываться, – Аста пожала плечами. – Командор Арт рассказал мне о том, что в Лоране сейчас проходит капитул, на котором может быть принято решение о походе в Агир. Полагаю письмо как-то связано с этим?

– Не совсем, – аббат вздохнул и опустил взгляд. – В этом письме Агир определил и потребовал к себе посланника.

– И? – Аста непонимающе поморщилась и перевела взгляд с аббата на Моне. – Что вас так напрягло? Я правда не понимаю, что такое этот «посланник», но его же никто не собирается убивать?

– Старый союзный договор определяет присутствие специального представителя Ордена в каждом из четырёх герцогств, – пояснил за аббата Моне. – Его кандидатура определяется в герцогстве и только потом утверждается Императором. Мне не известно, какими конкретно полномочиями он обладает. Знаю лишь, что посланником может быть только кто-то из благородных.

– То есть Агир, по сути, выступает от имени герцогства? – уточнила Аста, все еще не до конца понимая, куда клонит ее собеседник.

– Да! – Моне кивнул. – Агир – часть исчезнувшего Кеная. В Рональде течёт кровь герцога Харальда, и он требует считать графство стороной того давнего договора.

– А это, конечно, не понравится многим в Лоране? – продолжила мысль Аста. – Особенно с учетом последних событий?

– Не только это, – вздохнул аббат и вымученно посмотрел ей в глаза. – Посланником граф определил тебя.

– Ого… – Аста усмехнулась, поставила чашку на стол и, переведя взгляд на Моне, поинтересовалась: – И что нужно от меня, кроме согласия?

Это было неожиданно, но теперь все встало на свои места. Рональд в письме указал на неё и прекрасно ведь знал, что она не откажет. Просто не сможет пройти мимо разворачивающихся событий.

– То есть ты готова рассмотреть это предложение?

– Уже рассмотрела, – Аста кивнула и пожала плечами. – Я согласна! И буду очень благодарна, если вы в сопровождение мне определите комтура Зода.

– Погоди… Это ещё не все, – в голосе Фариса мелькнули обреченные нотки. – Дело в том, что на капитуле принято решение о формировании в Вестольде экспедиционного корпуса, который будет отправлен на подавление мятежа.

– Какие же идиоты! – услышав эту новость, зло прошептала она и с силой провела ладонями по лицу. – И когда это стало известно?

– Почтовый голубь прилетел незадолго до твоего прихода сюда, – пояснил Моне, продемонстрировав Асте трубочку письма, лежавшего у него на столе. – Полагаю, командор Арт уже в курсе…

«Да, скорее всего, так и есть», – с досадой подумала Аста, а вслух уточнила:

– А этот голубь может прилететь завтра?

– Ты серьезно? – аббат резко повернул голову и, морщась от боли, посмотрел на нее. – Ведь даже если он прилетит завтра, Агир не станет Кенаем. Мы не имеем права тебя туда посылать!

– Это еще почему? – Аста фыркнула и легко пожала плечами. – Агир был частью Кеная. Рональд является наследником герцога Харальда, а тот договор заключался не с территориями, а с людьми! Магистр Моне сказал, что посланника определяют в герцогстве? Вот я туда и отправлюсь! Вы уведомите Императора, а на следующий день прилетит голубь.

– И зачем тебе это нужно? – не унимался Фарис. – Ты что-то узнала?

– Нет, – Аста покачала головой. – Но я чувствую, что должна туда поехать. Возможно, у меня получится остановить кровопролитие. Не знаю как, но…

– Подождите! – магистр остановил ее жестом и, скосив взгляд на аббата, предложил: – Давай поступим так… Ты сейчас нам расскажешь о том, что происходило в походе, а потом мы решим, когда прилетел этот голубь?

– Да, конечно. – Аста кивнула, сделала глоток отвара и начала свой рассказ.

Глава 4

Ашерон, Марада.

1039 оборот от Великого Разлома,

32-й день второго весеннего месяца.

Девушка танцевала красиво. Смуглая, с большими выразительными глазами и мягкими, как у большинства местных, чертами лица. Черные волосы танцовщицы были собраны в высокую прическу, открывая длинную шею и подчеркивая висящее на груди ожерелье из ярко-бирюзовых камней. В полупрозрачных шароварах и невесомой накидке, она двигалась по площадке рывками, фиксируя на мгновение каждую позу, и ее выверенным движениям позавидовал бы любой мечник. В какой-то миг ритм танца изменился. Рывки сменились изгибами, и девушка стала похожа на крупную кошку. Она грациозно прошла по площадке, изогнулась, взмахнула руками, и часть факелов в зале погасла. Музыка на мгновение оборвалась, на площадку выбежала вторая танцовщица…

Я вздохнул, обвёл взглядом зал, сделал глоток вина и поставил пиалу на стол. Вот же случается… Никогда раньше не бывал в Ашероне, но за неполную декаду уже успел влюбиться в эту страну. Нет, на первый взгляд здесь слишком пестро и шумно. Особенно для человека, проторчавшего целый оборот на кладбище, но, когда ты привыкаешь к царящей здесь атмосфере, начинаешь понимать всю красоту и очарование Юга.

Стройные тонконогие лошади, пластинчатая броня, изогнутые мечи и островерхие шлемы. Бусы, ленты и тюрбаны на торговцах… Пряности, благовония и женщины… Смуглые, кареглазые и очень красивые. Закутанные в разноцветные шелка или, наоборот, очень легко одетые.

– Красивые. – Словно прочитав мои мысли, Канс кивнул на танцовщиц и, взяв с блюда кусок мяса, принялся заворачивать его в лепешку. – Только долго лучше на них не смотреть. Закружат нашего брата, а потом проснёшься утром с больной головой и без денег.

– А я говорил тебе много не пить, – назидательно произнёс сидящий справа от меня Грон. – Как был балбесом, так им и остался. Хорошо, я из брони тебя вчера вытряхнул. А то б и ее тоже пропил.

– Да ну тебя! – Пересмешник улыбнулся и поискал взглядом вазочку с соусом. – Ты нудный и скучный, а у меня теперь будет что вспомнить.

– И что ты там вспомнишь? – Грон хмыкнул, откинулся на подушки и вопросительно посмотрел на брата.

– То, что их было три! И все красавицы! – Канс картинно-мечтательно посмотрел на танцующих девушек, затем макнул кусок мяса в соус, отправил его в рот и зажмурился от удовольствия.

– В том виде для тебя и собака была красивая, – небрежно пробасил Грон. – Видел я этих красавиц, ага… Когда тебя пьяного забирал.

– Да что бы ты понимал. – Ничуть не смутившись, Канс усмехнулся и потянулся за следующим куском. – И вообще – отстань! Деньги все равно у тебя были. Сколько я там пропил…

В Калару мы добрались утром двадцать шестого дня, и я бы не назвал ту дорогу хоть сколько-то сложной. Единственной проблемой было ранение Канса, но мы с Гроном обыскали по дороге пару усадеб и нашли маленькую резную повозку с большими колесами. Белобрысого уложили на подстилку из шерсти, туда же покидали мешки и дальше двигались налегке. Я, в смысле, налегке, а урх тоже налегке, но таща за собой повозку с раненым братом. Впрочем, на скорости нашего движения это не сказалось никак.

Джейна и правда каким-то непонятным образом уничтожила Погань. Возможно, я ошибаюсь, но в дороге нам не встретилось ни одной хоть сколько-то опасной твари. Вернее, две все-таки встретились, но никакой опасности они не представляли, поскольку подохли незадолго до встречи. Никаких повреждений на их телах не было, и Канс предположил, что чудовища уснули, как рыба, вытащенная на берег. Ещё он предложил погрузить одно из них на повозку и продать труп в Ашероне, но нас с Гроном такая перспектива не вдохновила.

На двадцать третий день месяца мы добрались наконец до южной границы Поганых земель и сразу же попали в объятия пограничного патруля. Это ведь только в легендах и сказаниях герои путешествуют без подорожной, а в реальности все немного сложнее. Впрочем, никто нас не обижал. Скорее наоборот… Солдаты проводили нас до небольшого городка с незапоминающимся длинным названием и откланялись, получив за труды пару монет.

Рана у Канса к тому времени уже полностью зажила, но повозку мы продавать не стали. Купили в городке пару лошадей, запрягли их и добирались до Калары, как аристократы из Лидда. В том смысле, что так нас называл Пересмешник.

Столица северной провинции Ашерона стояла на пересечении южных торговых путей и напоминала огромную крепость. Серые мрачные стены высотой никак не меньше двух десятков локтей, подъёмные мосты и огромные круглые башни с установленными на них орудиями. Со стороны город выглядел неприступным, и мне даже сложно было представить тех идиотов, которые решились бы на него напасть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Капитул – здесь: общее собрание членов монашеского или духовно-рыцарского Ордена.

Вернуться