Мотя Губина
Разыскивается суженый. Работников МЧС не предлагать!

Глава 1. Где всё ещё было хорошо

– А-а-а! Лягушка!!!

Ну, лягушка, и что такого? Вообще-то, не лягушка, а царевна-лягушка, чернь безграмотная!

Рыцарь был хорош. Однозначно хорош! Начиная с того, что на нём не было ни лат, не доспехов, ни рубахи, одни только полосатые кальсоны висели на бёдрах… А из-под них ноги волосатые торчали. Так что я успела хорошо рассмотреть! И единственное, что выдавало в нём рыцаря – металлический шлем, правда, нелепой формы.

И вообще, я просто сидела у него на груди и проверяла, жив ли. Потому что до этого он даже не дышал.

А потом вдруг резко открыл глаза и спросил, где находится. Ну я и ответила, что в Лягуземье. Так чего сразу так орать? Вытаращился на меня, как на пятое чудо света, и только и знает, что обзываться! А это, между прочим, можно трактовать как оскорбление по видовой принадлежности.

Я слезла с волосатой груди и недовольно покачала головой.

– Имей уважение к наследнице этих земель, рыцарь. Встань и представься, кто и откуда.

– Вот это мне вкололи! – не слушая меня, с восхищением прошептал мужик, продолжая с недоверием меня рассматривать. – Неужели современные обезболивающие настолько крепкие, что с них разносит до ярких галлюцинаций? Хм… Зелёненькая…

Я аж задохнулась от подобной наглости. А он даже и не подумал вставать. Вместо этого лежал и смотрел на меня. Разве что голову поднял от травы.

Я раздражённо махнула лапой и вздохнула.

– Если уж ты здесь развалился, то не мог бы хотя бы отодвинуться, мне нужно найти…

– Что найти?

Я фыркнула. Конечно, так и буду ему сейчас признаваться, что пришла сюда в поисках суженого!

Опять бабусин шар сбой дал. Говорила я ей, не надо его купать в кислом молоке, а она: «Лучше будет, лучше будет!». Где теперь это лучше?!

Теперь опять придётся ждать несколько лет, прежде чем сможем им воспользоваться.

Хотя… Я-то уверена, что он, если бы не поломка, показал бы на царевича Ивана, а вот родители до сих пор сомневаются… И бабуся ещё, знай себе, твердит, мол, быть такого не может!

Но я-то уверена в своём выборе! Ведь не зря мы с Иваном уже несколько лет как по ночам гуляем, когда он со своим отцом с визитом вежливости к нам приезжает! И у озера были, и у зачарованных дубов были! Даже до русалок добрались! И он мне в любви признавался! Вот так вот!

А ему, в отличие от некоторых, не нужно моё богатство – он и так богат, как Морской царь! Их царство находится на берегу морском. Они единственные поставщики рыбы, морепродуктов и жемчужин из Подморья на континент. А всем известно, что за жемчужины, которые лучше всего проводят магию, купцы платят огромные деньги!

Я много раз убеждала родителей, что Ваня просто не может иметь никаких корыстных целей; и обряд с ним пройдёт, как по маслу. А они всё твердят: «Дождись подтверждения шара, дождись подтверждения шара!»

И что теперь? Показал он на поляну в старом лесу. Припёрлась я сюда. На своих лапках. Три дня, между прочим, прыгала! А здесь, кроме этого рыцаря гологрудого, больше и нет никого!

Я опять раздражённо вздохнула. Значит, и искать нечего. Кроме этого места, где лежал полуголый мужик, я уже всё осмотрела. Дважды.

– Ничего. То есть, не твоё дело. И вообще… Эй ты, как там тебя, вставай! У меня нет времени, чтобы ты здесь разлёживался. С какого царства будешь?

– С федерации… Российской, – как-то подозрительно тихо проговорил мужчина. Сейчас он настороженно смотрел на меня, будто пытаясь осознать что-то. – Так ты мне не привиделась?

– Вот ещё! Кто-то, конечно, утверждает, что я им каждую ночь снюсь… Только вот веры таким высказыванием совсем нет.

– Так ты же… – он явно пытался подобрать нужное слово. – Лягушка…

– Царевна-лягушка. А теперь забирай свой шлем и возвращайся в родное королевство. Федурацию свою. Иначе завтра здесь будет целая дружина. Я даю тебе один-единственный шанс уйти.

– Лягушка мне угрожает, – пораженно прошептал мужик. А потом нервно хихикнул.

– Царевна-лягушка!!! – раздражённо топнула я лапой. Что за неуважение! – Я – Злата – единственная дочь Святослава! И не тебе, чернь земная, мою внешность обсуждать!

«А если бы видел ты меня ночью, то язык бы свой проглотил от восторга!» – подумала я злобно. О моей красоте во всех ближайших царствах судачат, только вот мало кто видел настоящую внешность принцессы-лягушки! В человеческом виде. Не так уж я глупа, чтобы показываться первому встречному. Потому что мою настоящую внешность и видеть-то до свадьбы не положено! А видели бы – не только прошения на сватовство через секретаря батюшки подавали, а сами бы стояли под моими окнами круглосуточно.

А вот Ванечка – видел. Мы даже целовались с ним пару раз под ветками ивы плакучей. Он, хоть и человек, но красоту настоящую разглядеть в состоянии!

Я уже развернулась, чтобы уходить, как услышала за спиной:

– Эй, ты куда?

– Как куда? Я – домой.

– А я?

– А ты – не знаю. Иди… в федерацию свою… У меня через неделю встреча с женихом. Надо ещё успеть платья собрать!

Мужик огляделся, а потом легко вскочил на ноги, возвышаясь надо мной на добрые два метра и являя моему смущённому взору загорелую, хорошо развитую мускулатуру.

– Подожди… Э, царевна… Я с тобой!

Ну вот еще!

Я только хмыкнула и широким прыжком метнулась в чащу, слыша краем уха, что мужик ломанулся вслед за мной.

Глава 2. Где ещё всё неплохо

Михаил

Странным было всё.

Не только говорящая лягушка.

Хотя, конечно, именно лягушка меня и добила. Если до этого, рассматривая ярко-оранжевое солнце, фиолетовую листву на некоторых деревьях и цветы с зубастыми бутонами, я еще надеялся, что всё это лишь плод моего воспалённого сознания, накаченного препаратами, то лягушка, заявляющая, что она царевна…

Стоило признать, что, похоже, я всё-таки не пережил последний вызов…

Горела многоэтажка. С пятого по восьмой этаж. Когда всех вытащили, один из детей раскричался, что там осталась «Мурка». Ну я и полез за Муркой. Правда, когда запрыгнул в квартиру, то увидел, что бедное животное совсем от страха обезумело. Оно сидело на полу в центре комнаты. Уже порядком задымлённой и уже начинающей гореть. И смотрело на меня огромными сверкающими глазами.

Не знаю, как так получилось, но когда я подошёл ближе, кошка выгнула чёрную спину, а потом мне показалось, не иначе как в бреду, что она глухим басом по-русски проговорила:

– Молодец, Миша! За то, что твоё сердце не очерствело, даётся тебе второй шанс!

А потом, мне кажется, обвалился потолок.

И вот я тут. Гоняюсь за зелёной лягушкой, которая утверждает, что она – принцесса… Ой, то есть, простите, царевна… И пытаюсь решить, что делать дальше.

Как и все лягушки, данная особь была весьма вёрткая. Плюс, на её стороне были густые заросли травы и папоротника под ногами, в которых она без всяких проблем пряталась. Но и я не лыком шит – в детстве в деревне игра «поймай лягушку» считалась одной из самых популярных, так что опыт имелся.

Несколько раз я ухватывал скользкую добычу в руки, но, прежде чем смог задать интересующие вопросы, она пребольно меня кусала острыми как бритва зубами! Вы видели у лягушек выдвигающиеся из челюсти зубы, как у саблезубого тигра? Вот и я не видел… До этого момента.

Естественно, когда тебе аккуратно перегрызают хрящики на ладони и в пальцах, ты как-то ненамеренно разжимаешь руку. Ну, а пойманная лягушка тут же устремляется на волю. И так по кругу.

После пятнадцатого раза я обессиленно рухнул в мокрую траву, ещё хранящую капли утренней росы, и уставился взглядом в голубое небо. Рядом рухнула лягушка. Светло-салатовым животом кверху. Она натужно дышала, вывалив наружу розовый длинный язык.

– Может, перемирие? – предложил я.

– В твоих мечтах, кальсонный, – огрызнулась она, мельком на меня взглянув. Но потом всё же поинтересовалась: – А ты чего хотел-то? Выкрасть вздумал царевну?!

– Да мне бы до города добраться какого… И узнать, как домой вернуться. Чувствую, далеко придётся идти.

– А я тут при чём?

– Ну, ты же царевна. Наверняка, сможешь меня свести с кем-нибудь… Умным… Чтобы на вопросы мои ответил.

– А с чего бы вдруг я должна тебе помогать? Я тебя даже не знаю!

– Миша! – тут же протянул ей руку.

Она повернула голову. Посмотрела на меня. На мою мозолистую ладонь. Снова на меня. Подозрительно прищурилась и поинтересовалась:

– Ты вообще нормальный?!

– Очень надеюсь, – совершенно честно ответил я, – точно не уверен, но, похоже, я умер недавно.

– …

– В своём мире. И перенёсся сюда. Мне бы как-нибудь обратно вернуться.

Несколько минут она молчала, хмуро меня рассматривая, а потом предложила:

– Если ты не врёшь, то вряд ли ты сможешь вернуться. Пару раз мне попадались описания тех, кто переносился к нам из других миров, но всегда эта была дорога в один конец.

– Мне очень нужно, – сцепил я зубы, – там меня ждать будет…

– Кто? Твоя девушка? Невеста? Жена?

– Мама…

Некоторое время мы провели в молчании.

Наконец, местная повелительница земноводных кивнула своим мыслям и предложила:

– Можно у Кота Учёного спросить. Его дуб недалеко отсюда находится. Если кто и может ответить тебе точно, то только он. Но взамен…

– Что взамен?

– Взамен ты со мной придёшь к моим родителям, тут недалеко, всего три дня идти, и официально откажешься брать меня в жёны.

– Кого брать в жёны? – не понял я.

Лягушка раздражённо закатила огромные глаза куда-то под череп. Выглядело жутко.

– Меня!

– Тебя?! – я представил себе, как подхожу к почтенному лягушачьему семейству и показываю на ладони их собственную дочь. А потом громко отказываюсь брать её в жёны. – Кхм… А тебя ничего не смущает? – осторожно поинтересовался у неё.

– Что, например?

– Ну… – я постарался осторожней выразить свою мысль: – Ты же… Лягушка… То есть, царевна-лягушка. А я – мужчина. Человек.

– Да… – протянула она, придирчиво меня рассматривая. – С этим могут быть проблемы.

– Вот видишь! – обрадовался я. Желания куда-либо с ней идти, если на все вопросы может ответить неведомый кот, у меня совершенно не было.

Тем временем она продолжила:

– Родителям может не понравиться, что ты без титула. Да и по моей репутации может быть нанесён урон… С другой стороны, если ты сразу откажешься, то мы постараемся не вынести новость в массы. Так что никто не узнает моего позора! – я обалдел, а она хлопнула перепончатыми лапами друг об друга. – Решено! Идём к родителям! Потом я тебе дам карту, как добраться до Кошачьего Холма, – она махнула лапой в нужную сторону.

Я аж сел от подобной наглости.

– Это ещё почему?! Ты же сказала, что до твоего дома три дня ходу!

– Ну да.

– А до Кота Учёного недалеко отсюда.

– Ну да, – снова невозмутимо кивнула она.

– Еще скажи, что они в одной стороне находятся, и мы мимо будем проходить!

– Ну, по сути, да. Но я предпочитаю обходить Кошачий холм стороной.

– Так почему мы не можем сразу по пути к тебе домой зайти туда?!

– Не пойду я к кошакам! – взбрыкнула она, подбрасывая вверх задние лапки. – Ты совсем глупый, что ли?! Хочешь, чтобы мы время теряли? Я тороплюсь!

– Знаю, знаю, платья к жениху собирать, – я непримиримо сложил руки на груди. – Ну уж нет. Либо мы идём к Кошачьему дубу…

– Холму.

– Да без разницы. К Кошачьему Холму сразу, а уже оттуда к твоим родителям, либо я сам найду дорогу, тем более, направление ты мне показала, – лягушка возмущенно открыла рот, а я усмехнулся. – Да, выйдет дольше, и, скорее всего, придётся спрашивать дорогу, но это лучше, чем твоё предложение; тем более, у меня совершенно нет уверенности, что ты меня не обманешь.

– А ты?! – она возмущённо пару раз подпрыгнула. – А ты не обманешь?!

– Не имею привычки, – отрезал я. – Ну так что, мы договорились?

Какое-то время мы прожигали друг друга гневными взглядами, но потом Зелёная кивнула, и мы пожали руки. Ну, то есть, руко-лапы.

– Только ты меня на руках понесёшь! – выдвинула новое требование она. – Я сюда все три дня скакала, у меня лапы отваливаются! А тебе всё равно идти на своих двоих. Уж не развалишься, если меня на плече или в руках понесёшь.

С этими словами она без колебаний прыгнула мне на раскрытую ладонь. Немного на ней потопталась, а потом села и недовольно поинтересовалась:

– Ну, мы идём или как? Надо ещё тебе одежду где-нибудь отыскать. А то ходишь… Как чернь дворовая. А между прочим, царевну сейчас сопровождаешь – будь добр соответствовать!

– Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Благородие, – хмыкнул я, поднимаясь на ноги. Чувствую, это будет интересный поход.

Глава 3. Где становится похуже

Злата

После того, как мы с рыцарем заключили соглашение, идти стало легче. Я комфортабельно развалилась на раскрытой ладони и вбирала себя лучики солнца, появляющиеся тут и там между ветками деревьев.

Наличие транспорта в таком важном деле было просто незаменимо. Ведь туда, куда указал шар, согласно преданиям, я должна была допрыгать сама. Именно в лягушачьем теле. Так что ночью приходилось выбирать места для ночлега и спать на траве и в дуплах деревьев – это была самая незаселённая часть страны. А если придётся идти обратно через кошаков, то там вообще ни одной деревни по пути.

Я покосилась на мерно вышагивающего мужика и оценивающе прищурилась. Нужно было понять, что сказать родителям, чтобы они не вздумали отдать меня замуж за этого сумасшедшего, СЛУЧАЙНО оказавшегося на нужной мне поляне. Выдам его за суженого, он официально от меня откажется. Потом, может, батюшка ему откупные даст, чтобы не болтал, а возможно, просто голову отрубит… Там уж, как получится. И тогда я, наконец-то, смогу продавить семью на свою помолвку с Иваном. Главное, пережить Кошачий Холм… Кстати, об этом .

– Знаешь! Как там тебя… Миша… Я тут вспомнила, что кошаки говорили, что в этом месяце собирались уйти с Холма – навестить родственников в Котляндии. Может, не стоит туда идти почём зря?

– Вот и проверим, – невозмутимо ответил он, продолжая размеренно шагать. Крепкие мускулы перекатывались по плечам в такт каждому движению, и я, против воли, засмотрелась. Нет… Не быть ему благородным! Это же руки крестьянина! Грубые, накаченные, словно тяжести таскает каждый день! Вот у Ванечки…

Мозг воспроизвёл нескладную аристократично-худую фигуру жениха с сутулыми плечами. Потом, опять покосившись на голые мужские руки, я тяжело вздохнула. Да, нелегко быть царевичем! Ванюше приходится внимательно следить за тем, чтобы его кожа сохраняла нежность, а черты лица – мягкость. Ведь если чернь увидит, что правитель на них похож, то как же его бояться будут?

Пришлось приказать разбушевавшемуся воображению заткнуться и перестать пялиться на рыцаря. Бесстыдство! Надо одеть его, что ли… А то бедным лягушкам нервную систему расшатывает. А нюхательные соли, между прочим, дома, в тереме остались…

– Всё, привал! – мужик резко затормозил и бесцеремонно сгрузил меня на ближайший камень, садясь прямо на траву и вытягивая волосатые ноги. Он упёрся локтями в землю и откинул голову назад, подставляя лицо с небольшой щетиной под ласковые лучи солнышка. Хм… Юродивый, наверное, раз борода нормальной длины не растёт… У всех крестьян до пояса обычно.

Я притопнула ногой, обращая на себя внимание.

– Эй, рыцарь! Некогда нам рассиживаться! Вставай, и пошли, я хочу побыстрее домой вернуться.

– Я вторые сутки не ел, – спокойно ответил он, поднимаясь на ноги и направляясь к ближайшему сухостою. Он принялся обламывать небольшие сухие ветки. – Вот поедим и пойдём дальше.

– Я уже поела, если ты не заметил! – недовольно бросила, злясь на задержку. В лягушачьем облике был огромный плюс: я могла спокойно питаться пролетающими мимо насекомыми и оставаться сытой всё время. Даже ночью, возвращая облик, есть уже не хотелось. Летающие, конечно, были не так вкусны, как нормальная еда, которую я тоже с удовольствием дома ела. Но зато питательны, и их не нужно было искать.

– Замечательно, Ваше Царское Высочество. Очень рад, что вы не голодны. Но, как ваша персональная лошадь, я ответственно заявляю – транспорт тоже иногда следует кормить, – мне сейчас показалось, или он хамит?! – Я остановился здесь, потому что приметил ручей, – он показал рукой в сторону зарослей, где слышалось журчание воды, – а также потому, что в этом лесу полно грибов, которые мы с Вашим Высочеством сейчас и пожарим. Если, конечно, Вы соблаговолите просветить меня, какие из них не ядовитые.

– Все ядовитые! – я сложила лапки на груди и с вызовом на него уставилась. – Вот прям все, что видишь, все и ядовитые.

– Неужели? – меня смерили ироничным взглядом. – Значит, будем экспериментировать. Жаль только, если твой временный жених так и не дойдёт до родителей.

– Зато быстро от него избавлюсь – тоже неплохо.

– И не заставят искать другого?

Я поджала губы. Ещё как заставят. Если не смогу им представить хоть кого-то, обязательно потребуют опять несколько лет ждать подтверждения шара. Не хладный же труп им тащить!

– Вон те, с коричневой шляпкой, – бросила раздражённо и отвернулась, усевшись на камень. Пусть хоть обожрётся сырых грибов – мне всё равно! Огнива всё равно у него с собой нет. Не в кальсоны же он его, в самом деле, засунул!

Послышалось какое-то шебуршение, недовольное бормотание мужика, а через несколько минут уже довольное бормотание мужика. И, наконец, характерный треск огня.

Я поражённо развернулась и уставилась на небольшой полыхающий костёрчик.

– Уроки ОБЖ не прошли даром, – довольно улыбнулся рыцарь, отбрасывая в сторону древесный прут, – сила трения, законы физики и никакой магии!

– И что ты, кроме грибов, жарить собрался? – подозрительно спросила у него.

– Не переживай, – усмехнулся он, – на тебя не покушаюсь. Я вообще, кстати сказать, не поклонник французской кухни. Последи, пожалуйста, за костром, я сейчас.

Пока я соображала над его словами, он легко вскочил на ноги и довольно быстро скрылся в зарослях, где тёк ручей.

Я рассматривала пламя огня, раздумывая о том, что этот мужик – не такое уж ненужное приобретение – вон, ночью хоть спать в тепле сможем…

Тут окружающее пространство разрезал высокий женский визг.

– А-а-а!!! Помогите!!! – вторил ему на всю округу истошный мужской вопль.

Я метнулась в сторону криков и уже совсем скоро узрела сидящего по пояс в воде Михаила, который держался за сердце и таращил глаза в середину ручья. Там, прямо перед ним, на камне, омываемом глубоким ручьём, возлежала Золотая Рыбка собственной персоной.

– Злата! – всплеснула она плавниками при виде меня. – Ты представляешь, это нелепое чудовище поймало меня за хвост! А потом попыталось проткнуть палкой! – она картинно приставила прозрачный плавник к правому глазу, стирая несуществующую слезинку.

Я ошарашенно воззрилась на этого монстра.

– Ты что, балда, собирался Рыбку… Есть?!

Михаил посмотрел на меня, потом на Рыбку, потом опять на меня.

– Ох, чуть сердце не выпрыгнуло… Господи, помоги мне! – прошептал он еле слышно и сделал замысловатый жест рукой, будто рисуя крест перед лицом. – Откуда я мог знать, что она говорящая?! И что её есть нельзя!

– В смысле, откуда? – возмутилась Рыбка. – Я же… Золотая! Совсем, что ли, с дуба рухнул?! Злата, где ты эту чернь откопала? Он же спутал меня с безмозглой рыбёхой!

Я только головой покачала. Да… Не повезло мне с сопровождением. Такого дурачка еще поискать надо…

– А что ты здесь делаешь? – перевела тему.

– Да я слышала, что ты сюда пошла суженого искать! – тут же переключилась Рыбка, спрыгивая с камня и подплывая ближе ко мне. – Ну как, нашла?!

Я натянуто улыбнулась. Золотая Рыбка имела весьма специфическую славу первой сплетницы Лягуземья. Вот и сейчас плоские на выкате глаза Рыбки возбуждённо сверкали, предвкушая, как она будет разносить обо мне слушок всем своим многочисленным знакомым. В первую очередь, русалкам, которые заведовали государственной типографией.

– Не совсем. Я не дошла дотуда. Встретила по дороге Михаила и вызвалась проводить его к Кошачьим Холмам… Ты же знаешь, благотворительность… Надо поддерживать имидж, – она покивала, а я продолжила: – А бабусин шар показал не точную поляну, а только часть этого леса. Здесь как раз должен будет проезжать царевич Иван следующей весной.

– Ага… – Рыбка плотоядно прищурилась, уже явно раздумывая, под каким соусом будет подавать эту новость, а потом кивнула: – Ну да, я так, в принципе, и думала. Ладно, милая, пора мне… Еще увидимся, когда в столицу вернёшься. Будет у вас бал – зови.

– Разумеется, – кивнула я со всем возможным радушием.

Рыбка, даже не посмотрев в сторону мужчины, махнула мне на прощание хвостом и исчезла в водах ручья.

Не сомневаюсь, уже завтра заголовки всех газет поженят нас с Ванечкой. Тогда родителям просто придется дать согласие!

– Ну, дела… – прошептал в это время рыцарь, растерянно потирая затылок мокрой ладонью. – Вот это я рыбку поймал… Слушай, царевна, а тут все рыбы такие… Говорящие?

– Нет, конечно! Это ты просто такой невезучий. Это же надо было графиню Золотцускую из самого Подморья, которая в Лягуземье с мужем-послом живёт, за хвост схватить! Кому расскажешь, не поверят! – я представила эту картину и весело фыркнула. – Можешь попробовать ещё поймать кого-нибудь, раз уж у тебя это так неплохо выходит.

– Да я… Пожалуй, просто грибочков поем… – он опасливо покосился на воды ручья, в котором до сих пор сидел, и передёрнул плечами. – Грибы же не говорят?

– Вот чего нет, того нет.

Тут мы оба подпрыгнули.

– Ой!

– Ой!

– Костёр! – первым крикнул Михаил и побежал спасать наш огонь.

Глава 4. Где появляется большая проблема

Михаил

Грибы оказались на удивление вкусными и сочными. Лягушка внимательно следила за тем, как я их насаживаю на тонкие ветки, а потом равномерно переворачиваю над пламенем на манер шашлыка. Соли, жаль, не было, но с голодухи и этот обед мне показался пищей богов! В сочетании с водой из ручья, грибы заполнили мой желудок и осели там, я надеюсь, на долгое время. По дороге надо будет ещё ягод лесных набрать – тоже еда.

Царевна, покривив зелёный нос, тоже закинула в пасть пару грибных шляпок. Никогда бы не подумал, что сказочное земноводное может питаться не только насекомыми (то еще зрелище, кстати сказать!).

После еды я принялся рыть небольшой палкой яму и закапывать туда остатки от костра.

– Что ты теперь делаешь? – явно злясь на задержку, поинтересовалась она.

– Настоящий турист оставляет после себя чище, чем было! – пафосно изрёк я, сгребая в яму остывшие угли.

– Кто такой турист?

– Человек, который путешествует на природе, – чуть задумавшись, ответил я максимально кратко.

– Чего по ней путешествовать? – фыркнула она. – Крестьяне изо дня в день в лес ходят. Так что же теперь, каждый костёр убирать за собой? И каждое обгрызенное яблоко закапывать?

– А крестьяне у вас тоже лягушки? – осторожно поинтересовался я.

– А ты думаешь, в Лягуземье живут исключительно чистокровные люди? Наш лягушачий облик – это гордость страны! Вдобавок, мы совершенно не болеем, а также легко переносим период затяжных дождей, который длится большую часть года.

– Ага… – глубокомысленно выдал я, представляя лягуху-крестьянина с лопатой в руке. Получилось так себе. – Ладно, пойдём, Высочество. Далеко нам ещё?

– К вечеру доберёмся до Холмов. А оттуда ещё полдня пути до Дуба Кота Учёного. Он у Кошаков главный. Их резервация находится на территории нашей страны, так как многие не живут в Котляндии летом – у них там холодно. Ты не передумал? Есть большой шанс, что они не примут тебя, коты – жуткие зазнайки.

– Ну, на то со мной идёт сама наследница Лягуземья, – усмехнулся я, поднимаясь на ноги и протягивая ей раскрытую ладонь.

Правда, в этот раз она меня удивила – сначала вскочила на руку, а потом перепрыгнула выше и по плечу добралась до головы. Я подавил приступ брезгливости и усилием воли заставил себя не дёргаться, пока она приминала себе полянку в моих волосах.

– В общем, ты иди сейчас на восток, – она указала перепончатым пальцем направление, – а я пока посплю. Как дойдёшь до Широкой реки – разбуди.

– Угу…

Идти было не очень легко – лиственный лес всё больше сменялся хвойным, а в голые ступни то и дело впивались острые шишки и иголки. Я уже начал было задумываться о том, чтобы сплести себе некое подобие лаптей, как за очередным пригорком настороженно замер.

– Эй, эй, царевна… – испуганно прошептал я, пытаясь нащупать земноводное в своих волосах. Под пальцы попалось скользкое лягушачье тело, а в следующую секунду поляну огласил яростный визг.

– Руки убери, развратник! Ты кого трогаешь, насильник несчастный! Да я голову тебе отрублю, мерзавец!!!

Лягушка продолжала сыпать проклятиями и оскорблениями, а я обречённо прикрыл глаза рукой. Попались…

Нас увидел, а потом и услышал лягушачьи вопли огромный бурый медведь, до этого мирно спавший в небольшой яме посередине поляны. А так как мы его разбудили, то хозяин леса оказался очень и очень недоволен.

Царевна, наконец-то, тоже узрела, кто стал для нас препятствием, и испуганно ойкнула.

– Спокойно, я сейчас постараюсь всё решить, – и помня о том, что в этом мире все животные, что мне встречались, были говорящими, я поднял ладони вверх и сделал шаг на сближение с медведем. – Прошу прощения, уважаемый, что мы ваш сон потревожили. Нам очень жаль. Так что мы сейчас быстро уйдём. Провожать нас не нужно, не утруждайтесь.

– Ты что творишь, полоумный?! – яростно зашептала мне в ухо лягушка. – Он же нас сейчас сожрёт и косточками не подавится!

– Он не разумный? – уточнил я.

– Чтобы нас сожрать, мозгов хватит.

– Хреново.

Тем временем медведь уже выбрался из своей ямы и начал ленивое сближение с нами.

Я попятился назад, всё так же выставив перед собой ладони.

– Тихо, Миша, тише… Спокойно, мы уже уходим…

– Чего ты болтаешь, бежать надо! – наводила панику Зелёная, больно вцепившись мне в волосы.

Бежать. Легко ей говорить… Пока медведь будет меня жрать, она-то быстро ускачет. А мне жить охота. Я пытался заметить боковым зрением хоть одно НЕ хвойное дерево. На эти высоченные сосны с гладким стволом, где первые ветки располагаются на высоте трех метров, даже при всём желании не залезешь.

Мне повезло – мы еще не настолько глубоко углубились в царство иголок и шишек, так что справа притаилась одинокая кособокая березка.

Я оценил расстояние до неё и обернулся к медведю лицом, начиная пятиться в нужную сторону.

– Хороший мишка, хороший! Не ешь меня, мы же с тобой тёзки – практически братья! У тебя несварение будет…

Комплимент косолапый не оценил, а потому открыл пасть и заревел на всю округу, затем опустился на все четыре лапы и бросился на нас.

– Бежим!!! – завопила лягушка, царапая мне лицо с ушами от страха и паники.

Я бросился к выбранной берёзе и с поистине небывалой резвостью быстро на неё залез. Споро перебирая руками и ногами, подполз по веткам к ближайшей сосне, и уже с берёзы перелез на нижнюю ветку. Вот что значит, мотивация!

Вовремя. Огромная туша, весом в тонну, врезалась в ни в чём неповинную берёзку и переломила широкий ствол. Я покрепче обхватил спасительную сосну, молясь, чтобы падающее дерево меня с неё не сорвало.

Где-то около уха истошно орала лягушка. Но, по-моему, я уже успел оглохнуть…

Береза упала, а медведь, не найдя нас на земле, обижено взревел. Он покрутил головой и уткнулся маленькими глазками в мою скромную персону, которая в этот момент проявляла чудеса ловкости и забиралась всё выше.

Спустя мгновение дерево содрогнулось от сокрушительного удара.

Я обхватил одну из веток ногами и руками, на манер коалы, и прижался к ней, словно к родной матери.

Удар! Ещё удар! Господи, пусть дерево выдержит!

Лягушка на голове притихла; не удивлюсь, если упала в обморок. Главное, чтобы не свалилась, всё-таки живая… То есть, разумная.

Наконец, хозяину леса надоело мучить дерево, и он, обиженно рыкнув, плюхнулся на землю прямо под стволом.

Я выждал минут пятнадцать, а потом аккуратно перелез в более удобное место. Туда, где из ствола в одну сторону росло сразу несколько веток, и на них можно было довольно комфортно устроиться. Конечно, спать бы я тут не рискнул – мало ли Миха решит снова потрясти дерево, но для небольшой передышки – отлично.

Когда руки освободились, я аккуратно залез в волосы и нащупал тельце лягушки, которая намертво вцепилась в мои пряди.

Кое-как её отцепив, я опустил ладонь на уровень своих глаз и осмотрел.

Царевна была в сознании, но, кажется, её немного контузило от страха. Она застыла с растопыренными лапками и вытаращенными на меня глазами.

Какое-то время мы смотрели друг на друга, а потом она с трудом разлепила плоские губы и поинтересовалась:

– Он ушёл?

– Нет. Но пока не нападает.

Она кивнула, принимая ответ к сведению.

А я осторожно потёр грудь. По всему голому телу располагались многочисленные кровоточащие царапины. Хорошо, что хоть жив остался!

– Слушай, – я решил немного разрядить обстановку, – а я слышал, что у лягушек в слюне есть что-то типа клея. Не хочешь одолжить немного, чтобы самые крупные раны замазать?

Она ошарашенно перевела взгляд на мой живот, а потом совершенно искренне поинтересовалась:

– Ты идиот?

– Да вроде, нет. Ну, ты же как-то приклеиваешь к языку мух и комаров…

– Совсем, что-ли, чокнулся? Это другое! Предлагаешь мне тебе раны зализывать?!

– Почему это сразу зализывать? Нацедила бы мне… Немного. Я бы сам замазал.

– Яда я тебе нацежу! – злобно прошипела она, теряя остатки заторможенности. – Чтобы не мучился!

Я негромко рассмеялся.

– Ладно, Высочество, не кипятись, я пошутил. Сейчас не мешает немного отдохнуть и расслабиться, всё же нам здесь, скорее всего, всю ночь сидеть.

Снизу послышалось копошение, а потом сопение медведя. Кажется, кто-то решил опять вздремнуть, раз уж поесть не получилось.

– Как это ночевать?! – переполошилась царевна. – Я не могу на дереве с тобой ночевать! Нам срочно нужно выбираться, пока ещё есть время до заката.

– Куда выбираться? В пасть к Михаилу?! Второй раз я уже так нас не вытащу!

– Что ты за рыцарь такой? Где твоя смелость?! У тебя на руках прекрасная дама, а ты собираешься в кустах отсиживаться?

– Не в кустах, а на ветках, – поправил я. – А что ты предлагаешь? Медведь отсюда никуда не собирается.

– Может… Шишек в него отсюда покидаем? – неуверенно спросила Зелёная. – Вон их сколько.

– Ага, будет чем в зубах поковыряться, когда он нас сожрёт от ярости.

– Сам предложи!

– Я и предлагаю. Затаимся здесь на ночь, подождём, пока он выспится, забудет о нас и уйдёт, а потом тихонько слезем.

– Нет, нам нельзя ждать ночи!

– Почему?

– Потому!

– Вот сама тогда и иди, а мне и здесь неплохо.

– Нет!

– Да!

– Нет!

Я раздражённо взлохматил волосы на затылке. Что просто женщины, что лягушки, всё равно, все бабы одинаковые!

Вот не зря я до сих пор не женился – как знал, что с ними лучше и дел-то не иметь!

Глава 5. Где выясняются отношения

Злата

Не знаю, сколько мы так препирались, но, в итоге, мужик всё же сдался. Конечно! Он не с кем-нибудь, а с самой царевной-лягушкой спорил. У меня упрямство в крови течёт!

А ещё у меня была серьёзная причина: с наступлением ночи, хочу я того или нет, лягушачий облик спадёт, и я окажусь в своём истинном обличии. А показаться в нём перед гологрудым рыцарем я никак не могла.

Мы выждали ещё около часа, в течение которого мужик, развалившись, просто лежал и отдыхал. А потом опять посадил меня на голову и приказал не издавать ни звука. Я, конечно, надулась, но так как дурой полной не была, то всё же замолчала. Просто, терпеть не могу, когда мне указывают!

Михаил же, стараясь не производить ни звука, полез в сторону соседней сосны, пытаясь по веткам перелезть на неё.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда на землю опустились сумерки, мы смогли всё же отползти так далеко от медведя, что даже спустились на землю.

– Так, – сразу взяла командование я в свои руки, спрыгивая с волосатой головы, – хорошо, что мы вышли с этой стороны. Тут, буквально в паре сотен метров, сосновый бор заканчивается и начинается Долина Цветов, прямо перед входом в Кошачьи Холмы. Заночуем там. Как раз вдоль долины протекает Мур-речка.

– Мур-речка? – переспросил рыцарь.

– Именно. Ну, что сидим, кого ждём? – поторопила я его, потому как, пока я ориентировалась на местности, перепрыгивая с одного валуна на другой, этот лентяй уже успел развалиться на траве.

– Сейчас, только передохну, и пойдём.

– Мы тогда не успеем до заката!

– А если я не передохну, то передОхну! – рассердился он.

Я злобно втянула ноздрями воздух, надуваясь от бессильной злобы. Время заканчивается!

– Если ты мне не поможешь – сама справлюсь! А если меня сожрёт какая-нибудь цапля, то это ты будешь виноват! – бросила ему и поскакала в нужном направлении. Нужно было успеть добраться до реки!

Позади послышался раздраженный вздох, а потом звук ломающихся веток под мужскими ногами. Мужик явно шёл за мной. Ну, хоть так!

Я продолжала его игнорировать и упрямо прыгать в сторону выхода из леса.

Когда уже стал ярко виден просвет между деревьями, мужские руки подхватили меня под гладкое пузо и с ещё одним вздохом усадили себе на плечо.

Я довольно улыбнулась. Вот так-то лучше.

– Правее бери, – скомандовала ему.

В ответ послышалось что-то неразборчивое, где упомянулись, с какой-то стати, лягушачьи лапки, но направление мы всё же сменили.

Выйдя из леса, нам пришлось преодолеть еще около километра, и только потом показалась водная гладь реки.

– Наконец-то! – счастливо выдохнула я, спрыгивая с мужчины и деловито осматривая берег. – Так, ты делай, что хочешь, а я спать. Буду… вооон за теми зарослями шиповника. Ты только туда мне травы натаскай, чтобы спать не жестко было.

– А не охренели ли вы, Ваше Высочество?! – взорвался мужик, смотря на меня, как на врага народа.

– Тебе что, жалко, что ли?

– Нет, мне совсем не жалко! Я просто сгораю от желания сейчас пойти рвать вам траву вместо того, чтобы поесть, отдохнуть, поспать… Да помыться, в конце-то концов! И смыть с себя грязь и кровь.

Я обиженно насупилась и молча запрыгала в сторону зарослей. Было бы время – успела бы с ним попрепираться. А так… Придётся на земле ночевать. Благо, хоть на берегу был нагретый за день песок, но, всё равно, приятного мало.

Что делал в это время Михаил, не знаю, но, когда минут через десять я вернула себе истинный облик и теперь раздумывала, как лучше устроиться на ночлег, послышался плеск воды в реке. Значит, всё же пошёл мыться.

Еще через полчаса, когда я обиженно хлюпала носом и уже потихоньку начала замерзать, лёжа на холодеющей земле, услышала негромкий голос рыцаря:

– Царевна? Эй… Злата… Ты там как?

Я вздохнула и не ответила.

– Ну давай, травы тебе нарву, если нужно, – примирительно предложил он.

– Не надо, – всё же ответила я, опять шмыгнув.

– А что тогда?

– Только не заходи сюда. Я… Стесняюсь спать при свидетелях.

Снаружи послышался насмешливый хмык.

– Хорошо, я лягу с другой стороны. Если что – зови.

– А ты… А ты не мог бы… Костёр разжечь? – тихо попросила его. – Пожалуйста…

– Ладно уж, – снова усмехнулся он, но в этот раз как-то по-доброму, – раз просишь «пожалуйста», то как не сделать… Тем более, для прекрасной дамы.

Он пошёл собирать хворост, а у меня, против воли, на лицо выползла глупая улыбка.

В эту ночь я впервые, с начала своего путешествия, не замёрзла…

Глава 6. Где нападают на невинных и винных

Михаил

С утра оказалось, что наше ночное перемирие оказалось временным. И весьма коротким.

Я всё же решил половить прямо руками рыбу, внимательно наблюдая, не заговорит ли предполагаемый завтрак. Пока, на глаз, разумность определять не получалось. Вчера столичная сплетница довольно легко попалась в руки. Сегодня же, не смотря на то, что речка буквально кишела разнообразными особями водной фауны (вот что значит, экология!), мне пришлось изрядно попотеть и насквозь промокнуть, прежде чем в руках у меня оказался жирный карась.

Я настолько был горд собой, что чуть не приплясывал, демонстрируя через некоторое время свой трофей, уже крутящийся на вертеле над огнем, царевне.

Зря.

Лягушка находилась в отвратительном настроении.

Она снова пыталась отговорить меня идти к Кошачьим Холмам, прибегая от просьб к угрозам. А когда я вновь не поддался на провокации, картинно заломила зеленые лапы и упала в обморок, притворившись дохлой.

Я только брови поднял, наблюдая за зелёной манипуляторшой. В моей практике я насмотрелся на тех, кому действительно было плохо. И это явно не тот случай.

– Завтракать не будешь? – уточнил я, переворачивая на другой бок уже почти готового карасика.

Лягушка приоткрыла один глаз и втянула носом ароматный воздух.

– Безжалостный ты, – вздохнула она, поднимаясь и с видом оскорблённой невинности усаживаясь на бревно перед костром, которое я прикатил рано утром.

– Что есть, то есть… – я сделал небольшой разрез на рыбёхе тонкой палкой и довольно крякнул: – Готово!

Ели молча. Царевна довольно жадно поглощала рыбу и местные ягоды, закусывая время от времени комарами и даже этого не замечая. Я же смотрел на неё и офигевал, как в такое тщедушное тельце может влезть взрослая человеческая порция, не говоря уже о том, что, вроде как, лягушки рыбу есть не должны…

Ну… Сказочный мир – свои законы. Лучше перестать уже им удивляться. Будем считать, что я гигант в стране лилипутов. Или единственный человек среди говорящих зверушек…

– Всё, выдвигаемся! – провозгласил довольно, уже привычно подсаживая Зелёную на плечо.

– Раскомандовался… – проворчала она. А затем, минут через десять, ехидно добавила: – Эй, рыцарь, а ты куда идёшь-то?

– К Кошачьим Холмам.

– Так они левее, – она махнула лапкой почти в противоположную сторону.

– Что же ты раньше не сказала?! – я шёл к самым высоким холмам на горизонте. Виноват, что ли, что их в округе великое множество?

– А я подумала, что раз ты так уверенно идёшь, то зачем я отвлекать буду?

У меня дёрнулся глаз. Я остановился и свирепо посмотрел на неё.

– А что? – она невинно хлопнула огромными глазами с непропорционально длинными ресницами. Вид при этом имела весьма довольный.

Я молча развернулся и пошёл в правильном направлении. А лягушка, явно поправившая за мой счёт свое плохое настроение, весело болтала, перебравшись на голову и активно жестикулируя, время от времени свешиваясь вниз, на уровень моих глаз.

Вот уж точно: сделал гадость – на сердце радость!

Буквально через часа два мы уже шагали по ровным улочкам небольшого, будто сказочного городка с маленькими деревянными домиками с резными окошечками на фасаде. Было в этом что-то… Ностальгическое… Будто вот-вот на крылечко выйдет родная бабушка и пригласит на румяные пирожки. Прямо из печки.

Но вместо бабуси на крылечко вышел… Кот.

Серьёзно.

Черный толстый кот с белым пузом, аки-пингвин, деловито шагал на двух задних лапах, держа в руках. Кхм… Передних лапах… Небольшую лейку. А на кончике длинного чёрного хвоста висела плетёная корзинка с парой куриных яичек.

От изумления я запнулся о корень какого-то куста и чуть не упал, нелепо взмахнув руками.

– Эй, ты что творишь?! – тут же активизировалась лягушка в волосах.

– Кот… – прохрипел я. – Кот с лейкой…

Выше названный усатый поднял голову и встретился со мной обычными кошачьими глазами с вытянутым зрачком, но при этом светящимися человеческим умом.

Я замялся, осознавая, что таращиться просто так на представителя породы кошачьих неприлично, и выдавил из себя:

– Здравствуйте.

Мне в ответ спокойно кивнули, и кот скрылся за стеной дома, уходя на задний двор.

– Ты чего застрял? – свесилась с моей головы царевна и деловито постучала костяшками зелёной лапки мне по лбу.

– Да я… Кота увидел.

Она фыркнула.

– Нашёл, чему удивляться! Они здесь большую часть года живут. По крайней мере, некоторые семьи. Только вот ни манер, ни воспитания! И вообще, Кошаки мало чем отличаются от обычных животных!

На нас возмущённо обернулось несколько усатых представителей этой породы, мимо которых мы проходили. Их мохнатые ушки пару раз дёрнулись, будто настраиваясь на нужную частоту. Они явно слышали вопли лягушки. А вот видеть её не могли – с высоты своего роста их взору представала лишь моя долговязая фигура.

– Тихо ты! – шикнул я, неловко улыбаясь окружающим.

– А ты меня не затыкай, рыцарь! Я, между прочим, царских кровей, а не чернь какая-нибудь!

Я только вздохнул поглубже. Скорей бы уже к этому Коту Учёному попасть.

Дорога вилась меж деревянных домиков размером мне по колено и, поднимаясь вверх по холму, тонула где-то в тумане. По ней мы и шли. Я – молча. Лягушка – бесконечно болтая обо всём, что видела и думала: погоде, городских сплетнях, Кошаках, «Ванечке» и новых платьях.

Я мысленно убавил громкость на этом лягушачьем радио и наслаждался прогулкой. Всё же, за время постоянной работы и жизни в городе, я уже и не помнил, когда последний раз был на природе без какого-либо дела и серьёзного задания. Да и воздух был настолько свеж, что немного кружилась голова.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.