Наталья Ручей, Матильда Старр
По праву Дракона – 2

Глава 1

– Ты… – мой изумленный выдох тонет в тишине ночи.

Я вижу лишь очертания его фигуры, но безошибочно узнаю. Хотя и не могу поверить, что это он.

Он в моей комнате.

– Деррик…

На этот раз я и сама не слышу собственный голос. Поэтому вряд ли его слышит и он, но делает шаг в мою сторону.

Штора в комнате шевелится от легкого дуновения жаркого ветра, на секунды пряча его силуэт и я затаиваю дыхание.

Боюсь пошевелиться. Боюсь закрыть глаза, чтобы он не исчез. Не думала, что он придет. Хотела, но не верила.

А сейчас он здесь.

Его шаги бесшумны.

Медленные. Он будто борется с собой, но вот оказывается у моей постели. Мое дыхание останавливается, словно опасаясь разрушить этот момент, а взгляд лихорадочно скользит по высокой фигуре.

Черты его лица скрыты ночными тенями, но я знаю каждую линию, каждую черточку. Я изучала их пальцами, своими губами.

Мне очень хочется приподняться, прикоснуться к нему. Но тело непослушно. Это страх. Страх, что я невольно снова что-то испорчу, сделаю не так, и он уйдет.

Переживу ли я это?

Да. Наверное. Ведь в прошлый раз у меня получилось. Но я больше не хочу – без него.

Целая вечность – вот так… под его пристальным взглядом. Никаких звуков в тишине. Никакого движения.

А потом он снова делает шаг, и я чувствую, как прогибается матрас под тяжестью его тела.

И все меняется.

Сердце начинает бить барабанами, дыхание становится громким и рваным, а мои руки тянутся вверх и с силой обхватывают широкие плечи. Не отпускать больше… не дать ему снова уйти…

Но это излишняя осторожность, потому что он обнимает так, что не вырваться, даже если бы я захотела.

Моя ночная сорочка словно тает под мужскими ладонями – жадными, властными.

Он стягивает ее с моего тела, сминает, не обращая внимания на ее жалобный треск. Ему не до этого. Нам не до этого.

Его руки на моем теле.

Его губы на моем теле.

Только это имеет значение.

Поцелуи жадные, немного болезненные, они обрушиваются на меня нескончаемым жарким потоком. Шея, ключицы, ниже… еще ниже… повсюду… Бесстыдно раскрываюсь перед ним – потому что так хочет он. Потому что так хочу я. Потому что стыд неуместен под натиском этой жажды из долгой тоски и желания.

Нет слов.

Только стоны, разбивающие тишину моей комнаты.

Нет мыслей, кроме одной, лихорадочной – «еще, пожалуйста, еще, только не останавливайся…»

Его руки касаются моей кожи, проникают между бедер, лаская, дразня, заставляя меня выгибаться навстречу.

Его рот оставляет горячие следы на моей шее, моем животе.

Его запах заполняет мои ноздри, впитывается каждой клеточкой моего тела.

Его движения – уверенные, размашистые доводят до сумасшествия.

Жарко.

Томительно жарко.

Я задыхаюсь.

Метаюсь на подушках.

Но меня тут же придавливает его сильное тело, а движения становятся резче, отчаянней, с нескрываемой жадностью. И в каждом его движении, в каждом касании его пальцев – голод, голод по мне, голод по нам, голод по страсти, которая нас накрывает.

Это мощно… это слишком хорошо, это слишком… В какой-то момент мне начинает казаться, что я не выдержу, и я хочу попросить его чуть замедлиться, дать мне секунду, чтобы прийти в себя. Но голос не слушается. Только шевелятся губы. А потом этот странный, непонятный страх пропадает, у него не остается ни единого шанса, когда его рот накрывает мой.

Поцелуй – наказание.

Поцелуй – искупление.

Жесткий.

Нежный.

Он меняет их вкус, следя за моей реакцией. Мучает. Изматывает так, что я не в силах пошевелиться под натиском его ласк.

Видеть его… чувствовать… вдыхать его запах… ощущать под своими пальцами его кожу, влажную от нашей страсти…

Удовольствие огнем проходится через мои нервы. Мне хочется раствориться в нем, хочется отдаться ему, и я обхватываю его за плечи, прижимаясь ближе. В голове туманится, я настолько обессилена его натиском, что мои стоны становятся тихими, не громче, чем шепот.

А вот его движения становятся еще напористей, резче.

Его руки сжимают сильнее.

Губы целуют жестче.

А я… вместо удовольствия я вдруг чувствую липкие щупальца страха, которые сковывают мой позвоночник.

Остановись…

Нужно остановиться…

Что-то не так…

Но он не понимает меня, не чувствует этого страха. С плотно закрытыми глазами он продолжает движения, упоенный своими ощущениями. Хочу позвать его – не могу, губы, искусанные, уставшие снова не слушаются.

И я обхватываю ладоням его лицо, чтобы он понял, увидел, чтобы он…

Холодная кожа… почему у него такая холодная кожа… Но эти мысли бьются вдребезги и забываются, когда он открывает глаза.

Они не просто красного цвета.

В них полыхает огонь.

Нет…

Нет, нет, нет…

Крик застревает в моем горле. Потому что на меня смотрит пламя. Жадное, голодное пламя.

Его руки сжимают меня еще сильнее, чем раньше, не позволяя вырваться. На его губах мелькает усмешка. А потом он склоняется ниже, как будто мечтая испепелить меня, и я слышу рык самой бездны:

– Мое!!!

Резко зажмуриваюсь…

И в холодном поту открываю глаза.

Влажная простынь… тишина… я в своей комнате… совершенно одна…

Слава Пресветлой Богине, это был сон. Просто сон. Страшный, дурацкий сон. Но настолько реальный, что кожа до сих пор чувствительна, будто долго нежилась в ласках, а в комнате мне чудится запах дракона…

Чушь какая!

Тряхнув головой, я поправила сбившуюся от неспокойного сна сорочку и закрыла окно.

В ванной я долго плескала в лицо холодной водой, чтобы как-то прийти в себя. Сон был таким ярким и таким живым, словно все происходило наяву, и чувство леденящего страха, охватившего меня в самом конце, тоже было настоящим. Но страх быстро прошел, а вот чувство потери осталось.

Я встряхнула намокшими волосами. Хватит об этом думать. И совершенно нелогично тут же подумала именно об этом. А не магистр ли Савайн навел на меня это видение? Я все еще мало знаю о драконьей магии, может им и такое под силу?

Да нет, глупости, зачем ему это? Хотел бы что-то вернуть – мог явиться сам. В конце концов, это он отказался от меня, а не я от него. Вот и нечего тешить себя глупыми надеждами.

До начала работы в библиотеке оставалась еще уйма времени. Теперь так было каждое утро. Ничего удивительного, мне ведь уже не надо упаковываться в подушки, наносить грим, цеплять парик. Причесалась, надела платье – и вот уже готова. Но кое-что надо было сделать.

Я достала из саквояжа коробку. Открыла. Там аккуратными, ровными рядами лежали тонюсенькие, закрученные как кудряшки на моем парике, макароны. Сверху пакетик с магической смесью. Я налила в коробку воды, высыпала магическую смесь, прошептала заклинание. Вода тут же вскипела, по комнате поплыл ароматный пар. А через пять минут в коробке уже была еда.

Ну да, какая-то еда. Нельзя сказать, что это очень вкусно, зато оно горячее и сытное. А главное я могу съесть это прямо у себя в комнате, и нет необходимости идти в столовую.

Я вздохнула. Раздатчица Глория мне очень нравилась, и мы вроде бы здорово подружились, только я ей теперь не нравлюсь.

Я взяла в руки маленькую вилочку, что прилагалась к этому набору, и начала медленно, без аппетита есть. В целом вполне съедобно, и я очень даже рада, что во время своего короткого отпуска додумалась закупить этих магических коробочек столько, сколько смогла унести. Отпуск закончился и уже три дня я тихой мышью пролетала мимо столовой, не рискуя столкнуться ни с сердитой раздатчицей, ни с любопытными коллегами. Красота же.

Только хватит моих запасов в лучшем случае на неделю. И что делать потом? Снова проситься в короткий отпуск? Ну да, на один денек. Нормально поесть в кафешке и пополнить запас магических коробочек, будь они неладны.

В дверь постучали.

Я вздрогнула и подобралась. Сердце разом ухнуло куда-то вниз, тут же подпрыгнуло и застучало где-то в районе горла. Неужели мой сон был не просто сном, а что-то значил? И магистр Савайн все-таки решил ко мне зайти.

Я тут же обругала себя: что за глупые мысли? Надумай Савайн ко мне явиться, уж точно не стал бы стучать в дверь. Появился бы по своему обыкновению посреди комнаты. Да только он не появится, и хватит, хватит уже об этом думать.

Я оторвалась от еды и осторожно приоткрыла дверь. На пороге стояла Глория, наша раздатчица. «Это еще зачем? Почему?» – беспокойно заметались мои мысли. Наверное, даже визиту магистра Савайна я бы так не удивилась. Впрочем, долго гадать о причинах моего визита мне не пришлось.

– Ты что это, девка, который день в столовую не приходишь? Я думала заболела, в лазарет перевели. А сегодня лекарь сказал, нет никого в лазарете.

Она заглянула мне за спину и всплеснула руками.

– Да что ж за дрянью ты питаешься?

Затем перевела взгляд на меня.

– И что, все это время? Ешь эту пакость? Я вам что, готовлю невкусно?

– Вкусно, очень вкусно, – торопливо сказала я. – Просто я думала, вы на меня злитесь, и не хотела…

– А я и злилась, – перебила меня Глория своим трубным голосом, и уже тише добавила: – Поначалу злилась, а потом подумала, что человеческой девушки, да еще такой хорошенькой рядом с нашими драконами загребущими не выжить. Схватят, уволокут в замок – и поминай как звали. Тут в какое только чучело не переоденешься.

В глазах предательски защипало. Захотелось обнять Глорию и разрыдаться у нее на груди. Да где там, она буквально схватила меня в охапку.

– А ну быстро в столовую! У нас сегодня такая каша, пальчики оближешь!

И не слушая возражений, потащила меня по коридору. И в этом своем стремлении могла бы дать фору любому «загребущему» дракону.

Порцию, которую мне выдала Глория, съесть в одиночку было невозможно.

– Вон какая худющая стала, кожа да кости, – ворчала она. – Придумает же такое – макароны из коробок трескать! Это ж чистый яд, даром, что магический.

Я еле донесла тяжеленный поднос до столика. Тут было все: и ароматная каша, и салат, и целая миска с фруктами. Я покосилась на раздатчицу с подозрением, уж не решила ли она откормить меня до прежних размеров?

И все же с удовольствием принялась за еду. После пакетиков она казалась фантастически вкусной. Вот где настоящая магия!

Я так увлеклась завтраком, что когда закончила, чуть встала из-за стола.

– Спасибо, – прошептала я Глории. – Очень вкусно.

Она окинула меня суровым взглядом.

– Конечно, вкусно. Чай не дрянь ваша магическая. И чтоб в обед была тут как штык! – строго сказала она. А потом подмигнула и с улыбкой добавила: – Я такую грибную похлебку сделаю, пальчики оближешь!

– Конечно, приду, – улыбнулась я.

Открывая дверь библиотеки, я тихонько улыбалась своим мыслям. Кажется, жизнь налаживается.

Глава 2

Единственное, что я услышала – только тихий шелест страниц. Разумеется, рабочий день начался, вот-вот начнут приходить посетители. В такое время разговаривать книгам уже не положено.

– Привет, мои дорогие! Доброе утро! – сказала я с искренней теплотой.

Мне-то разговаривать можно в любое время. И пусть я не услышу ответа, это не так важно, я ведь знаю, каким он должен быть.

И в этот раз подопечным удалось меня удивить. Когда я пошла между стеллажами, чтобы лично убедиться: все стоят ровненько, все на своих местах, одна из книг упала прямо мне в руки. Я прочитала на обложке: «Как забыть этого негодяя. Лучшие заговоры и настои от разбитого сердца».

Ах вы мои хорошие!

Я тихонько рассмеялась. Ну конечно, не думала же я, что от них можно что-то скрыть.

– Спасибо, – обратилась я сразу ко всем. – Обязательно пролистаю.

А про себя добавила: «Только вряд ли воспользуюсь чем-то из этой мудрой книги». Это казалось мне совершенно неправильным. Любую печаль следует переживать самостоятельно, и не пытаться глушить ее заклинаниями и настойками. И пусть сейчас сердце разрывается от боли, это боль моя. Настоящая, живая. И я не желаю заменять ее наведенным мороком спокойствием.

Завершив свой обход, я устроилась с книгой за стойкой. И тут же открылась дверь, впустив в библиотеку стайку студентов. Я тихонько вздохнула. Работа у меня отличная, как ни крути. Единственный минус – читатели. Не будь их, как бы здорово я проводила время в обществе своих подопечных. Но увы, мир не идеален. Так что я улыбнулась и приступила к своим обязанностям.

К счастью, необъявленный конкурс «Позови библиотекаршу на свидание», кажется, уже закончился. Все участники получили по отказу, а некоторые, особо настойчивые, по два-три, и успокоились. Теперь они являлись в библиотеку исключительно за книгами. Если я и получала какие-то неприличные предложения, то случалось это не более двух-трех раз в день. Да и предложения делались, скорее, для проформы, без особой надежды услышать положительный ответ.

А вот с драконицами было иначе. Слухи о том, что магистр Савайн мало того, что положил на меня глаз, так и еще и собирался жениться, разлетелись по академии со скоростью лесного пожара и теперь никак не желали утихать.

Весьма иронично. Когда мы с магистром действительно были близки, об этом никто не знал, даже предположить такое было невозможно. Все-таки чучело, которое я из себя сделала, вышло на славу. А теперь, когда все кончено и он не желает меня видеть, все об этом заговорили.

«Ранние» студенты получили свои книги, одарив меня положенной порцией любопытных взглядов, и убежали на занятия. Не успела я выдохнуть и заняться своими делами (некоторые книги все еще не мешало подновить и привести в порядок), на пороге появилась молодая драконица. Та самая, что когда-то выпытывала у меня, кто же покорил сердце Савайна. Для чего? Ну разумеется, для того, чтобы ее убить. У этой девицы не было ни малейших сомнений в том, что именно так следует бороться за свое счастье.

– Доброе утро, – пропела она с фальшивой улыбочкой.

А потом всплеснула руками:

– Ох, или оно недоброе? Ходят слухи, что магистр Савайн и вовсе перестал заходить в библиотеку. А ведь раньше был здесь частым гостем.

– Доброе утро, – ответила я с такой же фальшивой улыбкой. – Какую книгу вы ищете?

– Ой, да брось, кому нужны твои книги, – отмахнулась девица.

– В библиотеке? – я удивленно приподняла брови. – Вообще-то всем.

Она словно и не услышала меня.

– Так вы поссорились? Расстались? Он тебя, наконец, бросил?

Драконица буквально сверлила меня взглядом. Ужасно захотелось ответить ей: «Да, мы поссорились. Мы расстались. Так что забирайте своего магистра, рвите на части, разыгрывайте в лотерею, запишитесь к нему в очередь или что там ваш фан-клуб планировал с ним сделать». Но, разумеется, ничего такого я не сказала. Еще не хватало вступать в переговоры с наглыми девицами.

Поэтому я молча достала заранее заготовленную табличку и поставила ее на стойку. На табличке было написано: «Прием по личным вопросам не ведется».

Какое-то время она рассматривала табличку. Глаза ее наливались гневом, только что пар из ушей не шел. Наконец драконица перевела взгляд с таблички на меня.

– Хорошо, – промурлыкала она. – Тогда дай-ка мне лучшее пособие по ядам. Очень полезная книжка.

Я снова улыбнулась.

– Конечно, сию же минуту, – проговорила я и протянула руку. – Давайте.

– Что давать?

На ее лице отразилось непонимание, даже растерянность. Ну что ж, это лучше, чем надменное злорадство.

– Разрешение от декана, разумеется. Такие книги выдаются студентам только в исключительных случаях и для особых научных исследований, которые проходят только под руководством декана.

– Боюсь, я его забыла в другой сумке, – зло бросила она и к моему великому облегчению удалилась, так высоко задрав подбородок, что я, грешным делом, испугалась: а ну как споткнется о порог.

Но ничего такого не случилось, только дверь хлопнула так, что эхо еще долго гуляло между стен библиотеки.

Я выдохнула, посмотрела на часы. Скоро обед и обещанная мне щедрой раздатчицей грибная похлебка. А я еще, кажется, от каши не отошла. Вот и что ты тут будешь делать.

Впрочем, долго решать, что делать с предстоящим обжорством мне не пришлось. В библиотеку заглянула помощница ректора.

– Магистр Фламгард ждет вас у себя.

Я похолодела. Хоть последний мой визит к ректору вроде бы прошел неплохо, и все же я не уверена, что он окончательно простил мне мой маскарад. Кажется, он был единственным пострадавшим, поскольку умудрился испытывать к чучелу, которое я изображала, романтические чувства. Чувства эти сразу же улетучились, как только он увидел меня настоящую. А вот обида – вовсе не такая эфемерная штука, и вполне могла остаться.

– Я… я сейчас не могу, – пролепетала я. – До перерыва еще час и библиотека должна быть открыта. Давайте я зайду к нему в обеденный перерыв.

А что, отличное решение. И ректор будет торопиться на обед, так что беседа пройдет быстро, и мою встречу со строгой раздатчицей и ее похлебкой придется немножечко оттянуть. Вдруг за это время я все-таки проголодаюсь.

Девушка коротко кивнула и исчезла за дверью, а я судорожно заметалась за своей стойкой, бездумно перекладывала книги, а сама в это время пыталась угадать, чего ждать от встречи с ректором. Что-то мне подсказывало: ничего хорошего.

Не прошло и десяти минут, как дверь открылась. Ректор, магистр Фламгард стоял на пороге.

– Но зачем вы… Я бы сама пришла, – только и смогла промямлить я.

– Ничего, не надорвался, – громко сказал он. – А дело срочное, ждать не будет.

Я похолодела. Срочное… И ректор самолично явился в библиотеку… Ох, не нравится мне все это. Дверь снова приоткрылась, и какой-то студент попытался в нее войти.

– А ну брысь! – рявкнул магистр Фламгард и тот тут же исчез. Оптимизма мне это, прямо скажем, не добавило.

– Тут такое дело, – без обиняков объявил ректор. – Неподалеку от нас обнаружили древнюю сокровищницу. Там много всякого дорогого барахла: золото, камни, магические амулеты.

– Хм, понятно, – прошептала я.

И соврала: ничегошеньки мне было не понятно. Особенно не понятно было, какое отношение ко мне имеет все это древнее, как он выразился, «барахло».

– Ничего тебе не понятно, – осадил меня ректор. – Кроме всей этой ерунды в сокровищнице нашлась книга. Чертовски редкая. И вот она-то действительно ценная. Ты себе даже представить не можешь, чего мне стоило ее заполучить для нашей академии. Пришлось задействовать все свои связи.

Он красноречиво посмотрел на потолок, из чего я заключила, что связи были очень высокими.

– Так это же здорово, – обрадовалась я.

Новая книга в библиотеке, да еще древняя, ценная…. Представляю, насколько интереснее станет жизнь моих подопечных. Они, вообще-то любят новичков, даже тех, кто только что вышел из типографии. А уж древняя книга – это просто сокровище. Да и самой интересно поработать с ней, странички подновить. Если позволят все же. Я слышала, некоторые древние книги так гордятся своим старинным происхождением, что не позволяют даже пыль с себя смахивать.

– Здорово? Не то слово.

Ректор произнес это так мрачно, что мое сердце снова сжалось.

– Ее должны были уже доставить, но тут возникла маленькая неувязочка. Характер у книги оказался весьма строптивым, к ней даже подойти толком никто не может.

– Как это? – не поняла я.

– А вот так. Первых двоих смельчаков обдало огненной волной.

Я охнула.

– Нет, с ними в порядке, только брови и ресницы обгорели, ну и волосы немного. Еще один решил схватить ее с разбега. Швырнула о стену так, что он еще долго в синяках ходить будет. А больше к ней никто не рискнул приблизиться, ни за какие деньги. Сказали: ваша книга, вы и забирайте.

– Ага, – озадаченно проговорила я, уже начиная понимать, что от меня потребуется.

– В общем, мне нужно, чтобы ты приехала туда и уговорила эту строптивицу поехать в библиотеку.

– Понятно.

Теперь мне действительно было понятно, только энтузиазма это предложение совсем не вызвало.

– Ты справишься, – подбодрил меня ректор. – Наша библиотека не самая покладистая. До тебя все на нее жаловались, а ты как-то умудрилась поладить с книгами. Да они практически у тебя из рук едят. Так что и с древней книгой ты договоришься.

Мне бы его уверенность. И все же теперь я понимала, что больше всего на свете я не хочу ехать туда, в эту самую сокровищницу. В конце концов, не такой уж я и опытный библиотекарь. Да что там, совсем не опытный, считай, вчерашняя выпускница.

– А я … могу отказаться? – спросила на всякий случай.

– Нет, – строго сказала ректор. – Так ты согласна?

Интересная постановка вопроса, учитывая то, что отказываться нельзя.

– Ну, наверное да, – без малейшей уверенности в голосе проговорила я.

– Вот и отлично! – ректор радостно хлопнул рукой по стойке.

Книги подпрыгнули, и я, кажется, вместе с ними.

– Значит так. Сегодняшний день, так и быть, доработай до конца. Вечером закрой дверь, повесь объявление, что библиотека временно не работает. После два часа на сборы – и вперед…

– Так быстро? – изумилась я.

– Так быстро, – подтвердил ректор. – Магистр Савайн уже готов выехать, а его лучше не задерживать. Очень уж он сердитый в последнее время…

Что? Я подумала, что ослышалась.

– Магистр Савайн? – пролепетала я непослушными губами. – А при чем тут магистр Савайн?

Глава 3

– Ну разумеется, – сказал ректор. – Не думала же ты, что я отпущу тебя одну, без охраны. Книга, можно сказать, бесценная. Но на любую бесценную вещь обязательно найдется умник, который захочет сделать ее просто дорогой и поживиться на этом. Да и тебе нужна защита, мало ли что.

Эти объяснения ректора я со спокойной совестью пропустила мимо ушей.

– Ну почему именно магистр Савайн? – воскликнула я.

Он пожал плечами.

– Просто решил послать туда кого не жалко.

– Что-о?!

Моя челюсть непроизвольно упала.

– Да шучу, шучу, – успокоил меня ректор. – Просто он самый сильный боевой дракон нашей академии, и никто не защитит тебя лучше, чем он. А я все-таки забочусь о твоей безопасности.

Ректор почему-то отвел взгляд, и я почувствовала себя неловко. Однако сейчас не время было разбираться в наших сложных отношениях, передо мной маячила проблема куда серьезнее.

– Так пошлите со мной двоих защитников похуже. Уж вдвоем они лучше справятся, чем один магистр Савайн.

Ректор нахмурился.

– А может мне еще весь преподавательский состав туда отправить? А студентов отпустим на каникулы. С начала учебного года почти месяц прошел, они, наверное, устали.

Я набрала воздуха, чтобы возразить, но ректор снова стукнул рукой по библиотекарской стойке. И снова все подпрыгнуло, включая меня. Только на этот раз стучал он явно не радостно.

– Хватит! – рыкнул он. – Ты – единственная, кто может справиться с заданием, а он – лучший, кто может тебя защитить. Это значит, что я выбрал лучшее решение и не стану его отменять из-за девичьих капризов. Закончишь работу – и через два часа будь готова отправиться в путь.

Он развернулся и стремительно вышел, а я обессиленно опустилась на стул. Книги испуганно молчали. Ни звука, ни шороха, ни шелеста. Мертвая тишина, которой в моей библиотеке давно уже не было. Эта тишина меня пугала, наверное, еще больше, чем перспектива оказаться наедине с магистром Савайном. Хотя нет, оказаться наедине было все-таки хуже.

Прошло добрых четверть часа, прежде чем дверь приоткрылась и в этот узкий зазор протиснулась голова студента. Кажется, того самого, которого недавно выдворили из библиотеки перед началом разговора.

– А ректор уже ушел? – робко спросил он.

– Ушел, ушел, – вздохнула я.

Он открыл дверь пошире и робко перешагнул порог.

– Мне нужны кое-какие учебники и методичка.

В глазах его плескался искренний страх. Неужели стоял под дверью и слышал рычание ректора? Тогда понятно, сама испугалась.

– Надо – значит сейчас найдем, – вздохнула я.

Дальше рабочий день тек, как обычно. Я выдавала книги, принимала книги, оформляла формуляры, а мысли мои были далеко. Вернее, они были нигде. То есть не было никаких мыслей, только шум в голове, тревожный и угрожающий. Так шумит лес перед грозой, когда резкие порывы ветра уже начинают срывать листву и ломать сучья. А потом среди этого шума раздался голос:

– Не смей никуда ехать. Ты не обязана.

А следом за ним зашелестели другие голоса.

– Да-да, ты не какой-то там курьер, а библиотекарь. Ты наша, вот с нами и оставайся. А мотаться куда попало – не твоя работа.

Я наконец вышла из своего оцепенения, поняла, что говорят со мной книги и тут же сообразила: это значит, рабочий день закончился. Через два часа мне надо выехать. А дел на эти два часа невпроворот. Прежде всего успокоить свои книги, не могу же я оставить их в таком настроении, да еще на несколько дней, одних. Я уже давно понимала и чувствовала: магическая сила моей библиотеки велика.

Магистр Савайн хоть и хорохорился, но уверена: выйти из нее без потерь ему было непросто. Оставлю все как есть – возможно, вернусь и увижу развалины замка. Хотя нет, замок развалить им никто не позволит, скорее уничтожат и начнут собирать новую библиотеку.

Я решительно поднялась.

– Вам не о чем беспокоиться. Ректор же сказал: с книгами я справляться умею, а для защиты выдадут самого сильного боевого дракона академии. Ничего плохого со мной не случится, через пару дней вернусь, как миленькая.

– Самый сильный дракон? Защитник? – раздался возмущенный голос.

– Этот негодяй разбил тебе сердце, – подхватил другой. – Доверять ему после такого не стоит, мало ли что ему в драконью голову придет.

Да уж, мои дорогие подопечные всегда на моей стороне, только сейчас это совсем некстати.

– Да с чего вы взяли, что это он?

Книги обиженно зафыркали. Ну да, сомневаться в их проницательности – это, фактически, оскорбление. К тому же довольно большая часть наших непростых взаимоотношений развивалась прямо здесь, в их присутствии.

– Я хотела сказать, что это не он. Это я виновата. Это я его обидела.

Какое-то время книги молчали, а потом, наконец, раздался голос, старческий и скрипучий.

– Милая деточка, я живу очень долгую жизнь. И вот что я тебе скажу: всегда виноват дракон. Что бы он там ни говорил и как бы ни был убедителен.

– Но я действительно поступила с ним плохо.

– А он с тобой всегда поступал хорошо. Просто идеальный мужчина, – хмыкнула книга.

Я хотела на это возразить, а потом вспомнила сцены, что разыгрывались тут, прямо перед ними. В ярости сметенная на пол корзина с цветами, я, прижатая к стене, перепуганная и беззащитная. И поняла, что возразить мне особо и нечего.

– Я и сама не хочу ехать, – прошептала я. – Но это моя работа. Книгу уже официально передали нам, она наша и приписана к моей библиотеке. Разве могу я ее оставить там, в этой дурацкой сокровищнице, где всякие посторонние идиоты пытаются без спросу схватить ее руками. А им не положено, у них даже формуляра нет. Разве оставила бы я в такой ситуации кого-то из вас?

Книги словно бы хором вздохнули и наконец, после долгого молчания, один из фолиантов пробасил:

– Не оставила бы.

– Ну вот, и ее не оставлю. Привезу в лучшем виде. Она ведь почувствует, что я за нее отвечаю. Так что думаю, мы с легкостью поладим. Ну а магистр Савайн… Что мне какой-то там магистр, я с ним не на свидание еду. Ему положено защищать, вот и пусть защищает, если найдет, от кого. Я с ним даже разговаривать не обязана.

Книги долго шушукались, тихо и непонятно для меня. Я слышала только шелест страниц, недовольное бурчание. В конце концов, одна из них сказала:

– Хорошо, поезжай. Но имей в виду: мы за тебя волнуемся.

– И если тебя убьют, домой не возвращайся.

– Мы очень рассердимся, если тебя убьют.

– Да-да, не возвращайся.

Я тихо хихикнула.

– Не волнуйтесь, не убьют. Я знаете, какая живучая!

– Живучая она, – недовольно заворчали книги, но это было уже не всерьез.

Буря миновала. И мои подопечные, пусть и с неспокойным сердцем, но меня отпустили.

Я уже подходила к двери, когда раздался тонкий писк из-за библиотекарской стойки.

– И меня, меня возьми!

Я обернулась. Ох ты ж, пресветлая богиня! Та самая книга с заговорами от разбитого сердца. Я немного помялась на пороге, раздумывая, нельзя ли как-нибудь избежать такого подарочка в дорогу, но книги зашумели сердито и настойчиво.

– Конечно, возьми. А вдруг пригодится.

Дверь скрипнула и стала закрываться, медленно, но верно.

– Без нее не отпустим, – послышался голос с верхней полки.

Я вдохнула, вернулась к библиотечной стойке и взяла книгу. Подумала и завернула ее в бумажный пакет. Еще не хватало светить обложкой пока брожу по коридору. То-то всем радости будет, тем для разговоров хватит еще на месяц. Затем попрощалась с книгами, закрыла дверь и как положено повесила табличку: «Библиотека закрыта».

Сердце сжалось тоской. Закрыто… Как они там без меня будут? Но долго стоять в растрепанных чувствах у меня не было времени. Его, надо сказать, вообще оставалось слишком мало.

Я бегом бросилась в сторону столовой. Великолепную похлебку Глории я уже пропустила, если пропущу еще и ужин, она меня никогда не простит. А мы вроде только-только помирились.

На ужин было великолепное жаркое. Я ела его торопливо и обжигаясь, и все равно было чертовски вкусно. Такое случается не только тогда, когда пропускаешь обед, но и тогда, когда за дело берется повар, который знает толк в готовке. Глория подошла ко мне, взгляд у нее был встревоженный.

– Не боишься, девонька?

Я поняла, что весть о моей командировке уже успела разлететься по академии. Я пожала плечами.

– Да чего там бояться?

– Надо же – «чего бояться». Книга эта, говорят, больно страшна. Столько народу покалечила, а одного, говорят, так об стенку швырнула, что и помер сразу!

Брови непроизвольно взметнулись вверх.

– Что? – изумилась я.

И похолодела. Неужели ректор рассказал мне не всю правду. Но через несколько мгновений с облегчением выдохнула. Ректор тут ни при чем, просто страшная история, пока успела добраться до столовой, обросла невиданными деталями.

– Никого она не убила. Так, попинала немного. Так что справлюсь, – уверенно закончила я.

Эх, мне бы эту уверенность на самом деле. Когда я влетела в комнату, времени до отъезда оставалось всего ничего. Торопливо побросала в саквояж одежду, что попалась под руку, разумеется, уложила туда книгу (попробуй тут не уложи, вернусь – нажалуется подружкам. Ох, что они мне устроят! Придется взять с собой. Но читать я ее не обещала, да и вряд ли у меня будет время на чтение).

В последнюю очередь сложила флакончики с мылом, зубным эликсиром и прочими необходимыми принадлежностями. Все-таки как удачно я купила те, что подороже, но заговоренные на дорогу. И пусть я имела в виду только дорогу от своего городка до академии, сейчас это пришлось вроде бы кстати.

Закрыв саквояж, я бросила взгляд на часы. До отъезда оставалось всего пять минут, а нужно еще спуститься во двор академии. Почему-то разозлилась. Да что он сделает, если я опоздаю? Уедет без меня? Вот уж вряд ли.

И все же у кареты я появилась вовремя, минута в минуту. Магистр Савайн уже меня ждал. Сердце сдавила ледяная рука.

Мне пришлось напомнить себе то, что я так смело говорила книгам: «Да что мне какой-то там дракон?»

Получилось очень убедительно.

И подходя к карете, я почти поверила в это.

А когда я наткнулась на взгляд Савайна, не только сердце… меня всю обдало жгучим холодом.

Тяжелая будет поездка…

Глава 4

Магистр Савайн поприветствовал меня коротким кивком. Ну, уже что-то, ведь мог бы всю дорогу делать вид, что меня тут и нет вовсе.

Пока я раздумывала, кивнуть ли мне в ответ, он уже сел в карету. А вот мне пришлось задержаться, пока возница пристраивал мой саквояж, а затем учтиво открывал передо мной дверь.

В салоне было темно и, как мне показалось, довольно тесно. Впрочем, два мягких диванчика, один напротив другого, дали нам возможность расположиться так, чтобы не касаться друг друга. К сожалению, такое расположение никак не позволяло еще и не видеть друг друга.

Хотя, когда знаешь каждую черточку на лице, видеть не обязательно.

Мы снова наедине.

Остальной мир остался за пределами этого темного салона.

Карета тронулась, я отвернулась к окну, делая вид, что внимательно разглядываю пейзажи. Отличная идея, особенно учитывая то, что как только мы выехали из освещенного двора академии, пейзаж стал представлять собой кромешную темноту. Вот уж действительно, есть на что посмотреть.

Первые четверть часа мы провели в гробовом молчании. А потом я не выдержала:

– Как долго нам ехать?

Как ни странно, голос мой прозвучал как надо, строго и требовательно. Ну а что, в конце концов, в этом путешествии главная я. А магистр приставлен ко мне исключительно для охраны.

Ответом мне было молчание, долгое и тягостное. Я уже решила, что вопрос так и повиснет в воздухе, как наказание за мою дерзость, но магистр все-таки ответил:

– К утру будем.

– К утру? – ахнула я.

Он усмехнулся. Кажется, моя реакция его позабавила.

– Ну разумеется, путь неблизкий. Один я преодолел бы это расстояние куда быстрее, но сейчас со мной едете вы.

Я почему-то вспомнила, с какой легкостью он переносил меня из комнаты в комнату, всего лишь накрыв плащом. Да нет, не только из комнаты в комнату. На нашем единственном настоящем свидании он сумел вытащить меня за город, и тоже буквально за один шаг. Только напоминать ему об этом не хотелось. Откровенно говоря, и самой следовало забыть. Но кажется, магистр без труда угадал, о чем я сейчас думаю.

– Тогда у вас не было саквояжа, – сказал он. – Да и расстояние было значительно меньше. Единственный способ, которым я мог бы перенести вас к нужному месту, это обернувшись в боевую форму и ухватив лапами. Но боюсь, такой вариант вам бы совсем не понравился.

Я вздрогнула, очень уж реалистично представив эту картину. И только сейчас мне пришло в голову, что мой спутник и защитник – дракон. Нет, не то, чтобы раньше я об этом не догадывалась. Просто если видишь драконов только в их человеческом обличье, начинаешь забывать, что это и есть те самые зверюги, которых до сих пор я видела только на картинках, и выглядели они весьма пугающе.

Я зябко поежилась. Магистр Савайн внимательно наблюдал за моей реакцией, а затем хмыкнул. Уж не знаю, что это значило, понравилась она ему или нет, но могу предположить, что да. Напугать девушку – это же такая радость, кто бы отказался.

Не желая продолжать этот неприятный разговор, я снова отвернулась к окну, за которым по-прежнему не было ничего интересного. И все же густая тьма тоскливого пейзажа сделала свое дело: мне удалось поудобнее устроиться на сидении и задремать.

Проснулась я от того, что карета затормозила, да так резко, что я свалилась с сидения. Плюхнулась на магистра, ударившись переносицей о его плечо. Снаружи раздавался свист и крики.

– Пресветлая богиня, что это?

Магистр аккуратно усадил меня на место, коротко сказал:

– Разбойники. Сиди тихо.

И молнией вылетел наружу. Я едва смогла уловить его движения. Только что был, и вот уже нет. Еще одно напоминание, что дракон – это все-таки дракон. Впрочем, сейчас мне было не до того, чтобы раздумывать о драконьей сущности.

Разбойники… Да откуда они тут вообще взялись? И не сошли ли с ума, если решили напасть на карету, принадлежащую академии драконов?

Идея грабить людей вполне могла прийти в какую-нибудь отчаянную голову, но драконы могут постоять за себя. Да что там постоять, вломить незадачливым грабителями так, что мало не покажется.

Судя по звукам снаружи, нечто подобное там сейчас и происходило. Звуки ударов, ругательства, стоны…

А что, если разбойников слишком много, а магистр Савайн, пусть и дракон, да еще как говорят, лучший из них, но все-таки один. А количество участников драки с одной и с другой стороны что-нибудь да значит. Я обхватила голову руками и зажмурилась.

Как бы я ни относилась к магистру Савайну, сейчас уж точно болела за него. «Пусть он победит! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть он победит!» – шептала я про себя. Но кто там побеждает, мне было неизвестно, потому что выглянуть в окно я так и не рискнула. Так и сидела, сжавшись в комочек, целую вечность, а может быть и две. До тех самых пор, пока звуки снаружи не утихли. А когда утихли, сжалась еще сильнее.

Дверца кареты отворилась, и я с облегчением выдохнула: за ней стоял магистр, а не какой-нибудь разбойник.

Жив.

Судя по тому, что я вижу, не пострадал.

– Все закончилось? – срывающимся голосом спросила я, отводя от него жадный взгляд.

– Ну… почти, – с сомнением проговорил он.

– Что значит почти? – не поняла я.

– Я разобрался, не переживайте. А вот ваш саквояж… Когда карета остановилась, он не удержался, упал на землю, раскрылся и из него все высыпалось. Я бы мог и сам все собрать, но там довольно темно. Боюсь не заметить что-то важное. Так что…

Не слушая дальше, я выскочила из кареты. Еще не хватало, чтобы он сам что-то там собирал, копался в мое белье, перебирал флаконы… Ну уж нет!

Магистр не соврал. У кареты я обнаружила свой перевернутый чемодан и разбросанные вокруг вещи. К счастью, последние дни не было дождей, так что по крайней мере мои платья и флаконы не валялись в грязи. Я стала торопливо их собирать, не особенно заботясь о том, чтобы аккуратно их сложить. Забросила в саквояж – и ладно. Сначала то, что лучше видно и легко ухватить, потом очередь дошла и до тех самых флаконов. С ними было сложнее. Мелкие баночки коварно раскатились во все стороны, и отыскать их в неярком свете луны было той еще задачей.

– Надо же, какие увлекательные книги вы читаете, – раздался голос магистра откуда-то сверху.

Я подняла голову и едва не выругалась. Ну конечно, книга, которую мне навязали подопечные и которую никак нельзя было оставить дома. Именно ее магистр Савайн держал в руках и с интересом разглядывал обложку.

Я уже была готова объяснить ему нелепость ситуации, сказать, что я совершенно ни при чем и вовсе не собиралась лечить разбитое сердце настойками и заговорами, да и вообще, нет у меня никакого разбитого сердца. Точнее, сердце есть, но оно целехонько. Чтобы там себе ни думали всякие заносчивые драконы.

Только эта пламенная речь так и осталась непроизнесенной. С чего бы мне вдруг перед ним оправдываться?

Так что я схватила последний флакон, поднялась на ноги, взяла книгу из рук магистра Савайна и, не торопясь, сложила в саквояж, надеясь, что на моем лице не появилось ни тени смущения.

Магистр Савайн окинул меня удивленным взглядом. Видимо, рассчитывал, что ему все-таки удастся выбить меня из колеи. А когда мы уселись в карету и тронулись, спросил насмешливо:

– Ну и что, удалось вам «забыть этого негодяя»?

– Разумеется, – холодно проговорила я. – В этом нет ничего сложного.

Даже в темноте я увидела, как недоверчиво изогнулась его бровь. Я пожала плечами.

– Заклинания несложные, думаю, хватило бы и одного, а их там целая книга.

Кажется, изображая свое «чучело», я изрядно поднаторела в актерском искусстве. Ни один мускул не дрогнул на моем лице, хотя сердце обливалось кровью.

Мы снова погрузились в молчание. Воцарилась тишина, такая густая и плотная, что выдавить в нее хоть одно словечко было бы невозможно. Да и к чему, все уже давно сказано, говорить не о чем.

Мерное покачивание кареты и темнота сделали свое дело. Я смогла уснуть.

И открыла глаза только когда карета снова резко остановилась. За окном уже светило солнце. Как и обещал магистр, мы приехали к утру.

Глава 5

То, что я увидела снаружи, мне не понравилось. Да и нечему там было нравиться. Небольшое приземистое здание в два этажа, старое и обшарпанное, стояло чуть ли не в чистом поле, жидкий кустарник и несколько деревьев с пожелтевшими кронами – не в счет. Несмотря на убогость обстановки, тут было довольно оживленно. Ровными рядами стояли экипажи – и совсем скромные, и вполне респектабельные – почти как наша карета. Люди (а может, и драконы) сновали туда-сюда с ужасно озабоченным видом.

– Что это за место? – озадаченно спросила я у магистра.

И только спросив, вспомнила, что мне не следовало бы вести с ним бесед. Что поделать, слишком уж велико было мое удивление.

– Полагаю, постоялый двор… – проговорил магистр, и по его тону стало понятно: он ошарашен увиденным не меньше, чем я.

Кажется, единственным, кто знал, что нас тут ждет, был ректор. И не стал вдаваться в бытовые подробности. Очень предусмотрительно!

Я еще раз посмотрела на здание. Если это и постоялый двор, то весьма неприветливый. Во всяком случае, и само здание, и окружающий его ландшафт выглядели весьма уныло.

– Больше похоже на тюрьму, – пробормотала я себе под нос.

Но магистр услышал. Окинул оценивающим взглядом обстановку за окном и сказал:

– Да нет, тюрьмы обычно выглядят получше. Но тут ничего не поделаешь, так получилось, что сокровищницу обнаружили не в центре столицы.

Я вздохнула.

– Да ладно, – сказал вдруг магистр, – мы же не на курорт приехали в трехмесячный отпуск. Чем быстрее закончим дела, тем быстрее можно будет отсюда убраться.

С этими словами он открыл дверцу и ловко выпрыгнул из кареты. Развернулся – словно хотел подать руку. Но в последний момент передумал и направился в сторону постоялого двора.

Положено ли выходцу из благородного рода так вести себя с дамами? Я не слишком хорошо разбираюсь в тонкостях драконьего этикета. Возможно, положено, если дама – всего лишь человек, без капли драконьей крови.

Мне помог выбраться возница, он же подхватил мой саквояж.

Мы оказались в холле постоялого двора. Тут было душно и пыльно. Стены увешаны бордовыми бархатными портьерами, явно купленными на распродаже – слишком уж потрепанными они выглядели. Похоже, часть пола пытались выложить недорогим паркетом, а потом плюнули на эту затею и покрасили остальное обычной краской – почему-то темно-зеленой. Впрочем, нельзя сказать, что придать помещению презентабельный вид никто не пытался: в углу поместили статую – красивая обнаженная девушка с богатыми изгибами фигуры. Да только у статуи не было рук, вообще! Их явно отбили при перевозке пьяные грузчики.

По мне, так лучше вовсе не ставить никаких скульптур, чем ставить такие – старые и поломанные.

Я вздохнула. Это тебе не Академия драконов с ее роскошью. Да что там – даже в моем жалком домишке холл выглядел получше. По крайней мере, там все целое.

Увлеченная осмотром достопримечательностей, я даже не заметила стойку регистрации, где дежурила усталая женщина средних лет. А вот магистр по сторонам не пялился – он сразу направился к ней.

– Здравствуйте, у нас оплачены две комнаты, заказ от Академии драконов.

– Две комнаты? – сотрудница постоялого двора почему-то удивилась.

У меня появилось нехорошее предчувствие.

– Ну да, две комнаты повышенной комфортности. Они еще не готовы?

Женщина побледнела, потом покраснела, а потом и вовсе пошла пятнами. И испуганно забормотала:

– Тут, наверное, какая-то ошибка…

Она так отчаянно листала какой-то журнал, что я боялась, бумага этого не переживет, порвется.

– Какая еще ошибка? – нахмурился магистр.

– У нас осталась только одна комната… Наверное, это моя сменщица что-то напутала, но…

– Как одна комната?! – Громкий рык магистра эхом отразился от стен.

Бедняжка сжалась в комок и кажется, вдвое уменьшилась в размерах.

– Только одна… Но одна с двумя кроватями, – в ее голосе слышалась мольба, – и довольно просторная, с ванной.

Магистр смерил ее уничтожающим взглядом. Еще чуть-чуть – и испепелит.

Я решила вмешаться, сделала несколько шагов к стойке.

– А велика ли комната? – спросила я.

– Д-достаточно велика, – запинаясь ответила бедняжка.

Вид у нее был такой жалкий, что я не выдержала и заговорила с деланым энтузиазмом:

– Вот и отлично! Двух кроватей достаточно для двух человек.

Магистр окинул меня насмешливым взглядом. Неужели решил, что я рада возможности остаться с ним наедине? В таком случае – совершенно напрасно.

Я пояснила:

– Вовсе не факт, что нам придется здесь заночевать. Сейчас позавтракаем и отправимся в сокровищницу. Кто знает, может, получится договориться с книгой очень быстро, и мы тут же отправимся в обратный путь.

– А если нет? – его гнев как рукой сняло, так что регистраторша могла спокойно перевести дух.

Теперь у магистра появилась новая жертва. Но меня он по крайней мере не сжигал яростным взглядом, в ход пошла холодная ирония.

– Тогда переночуем здесь. Не на улице же!

– И вы не опасаетесь оставаться в одной комнате с мужчиной? – хмыкнул магистр Савайн.

– Не думаю, что это опасно, особенно если мужчина может держать себя в руках.

Ох, напомнила бы я ему, что с этим мужчиной я уже оставалась на ночь в одной комнате, и кровать в этой комнате была одна. Но, разумеется, ничего подобного говорить я не стала, тем более в присутствии посторонних. Вместо этого отвернулась от магистра к регистратоше и спросила:

– В вашем заведении имеется ширма?

– Ширма? – переспросила она так, будто услышала незнакомое слово. Но тут же собралась с мыслями: – Ну конечно, ширма! Сейчас же доставим – самую большую, не беспокойтесь!

Она сорвалась с места и куда-то убежала.

Магистр одарил меня холодным взглядом.

– Держать себя в руках – это не так уж и трудно. Особенно если обстоятельства тому благоприятствуют.

Меня словно ударили под дых. Обстоятельства – это я? То есть ему будет легко держать себя в руках, потому что такие вероломные и отвратительные особы, как я, его не интересуют?

Ох многое я бы сейчас сказала о его сдержанности! Например, о том, что он готов был выставить меня из академии, будучи не в силах бороться со своим желанием меня присвоить. Однако об этом тоже сейчас напоминать не следовало.

– Ну раз все так прекрасно разрешилось, – вежливо улыбнулась я, – давайте поднимемся в комнату, умоемся с дороги и наконец позавтракаем.

– Как скажете, – холодно ответил дракон.

Пока мы поднимались на второй этаж, я успела себя похвалить: а ведь неплохо держалась. Знал бы кто-нибудь, чего мне это стоило!

Единственное, чего я хотела – это поскорее избавиться от своих чувств, забыть этого мужчину, избегать встреч настолько, насколько это возможно.

И вот что получила: его в своей комнате.

Выдержит ли мое бедное сердце эту близость или разорвется от боли? Этого я не знала, но одно знала точно: какая бы буря ни бушевала у меня в душе, я не дам магистру Савайну ни единого повода догадаться о моих чувствах.

Глава 6

Стоило нам войти в комнату, как мой оптимизм резко устремился вниз. Говоря, что комната достаточно большая, регистраторша несколько покривила душой. Достаточно большая для чего? Чтобы встать с кровати и не столкнуться лбами? Ну да, тут соглашусь полностью, лбами мы с магистром не стукнемся. Но и разойтись нам будем негде.

Единственное, в чем она не солгала – кроватей действительно было две. Узких, судя по их виду, скорее всего, невероятно скрипучих. Но две. Тут я немного перевела дух и постаралась с чуть большим оптимизмом взглянуть на остальное.

Постаралась и… не смогла.

Это не комната. Это какой-то чулан для двоих. Пол дощатый, стены темно-серого цвета, ни зеркала, ни дивана, ни кресел, на которых так любит отдыхать магистр.

Зато имеется в наличии стул – один-единственный, он почему-то был развернут к окну. Наверное, предполагалось, что постояльцы будут сидеть на нем в порядке очереди и наслаждаться местными незабываемыми красотами.

Или нам предлагалось вспомнить детскую забаву – по кругу ставятся стулья, их должно быть на один меньше, чем участников. Детишки радостно бегают вокруг этого безобразия и по сигналу усаживаются. Тот, кому не хватило места, выбывает – вместе со стулом, и веселье продолжается.

Кажется, мы с магистром Савайном вышли в финал.

Мое слишком живое воображение тут же нарисовало эту картину – мы носимся по кругу, а потом пытаемся столкнуть соперника. Я не смогла подавить нервный смешок.

Магистр стоял рядом и ожидаемо увидел то же, что и я. Он только хмыкнул. Но слова «Я же говорил» и произносить было не надо.

– А что оставалось делать? – воскликнула я. – Дополнительная комната сама собой не появится, и постояльцев, которые уже разместились, никто выбрасывать на улицу не будет.

Магистр пожал плечами.

– Выбрасывать, может, и не будут. Но если бы вы не вмешались, на шум прибежал бы владелец, пришел бы в ужас от того, что злобный дракон спалит к чертям его богадельню и быстро уступил бы свои апартаменты.

Я бросила на него недоверчивый взгляд.

– А вы уверены?

– Разумеется. У меня достаточно большой опыт путешествий и общения с негодяями, которые пытаются меня облапошить. И выдать одну комнату вместо оплаченных двух.

– А разве они пытались? – растерянно спросила я. – Сказали же, что комнаты нет.

– Нашлась бы! – Савайн говорил так уверенно, что сомневаться в его правоте было невозможно. – Ну что ж, располагайтесь. А я, пожалуй, приму душ.

Он направился в сторону ванной комнаты. На пороге обернулся и сказал:

– Я улажу этот вопрос. Самое позднее завтра мы разъедемся.

– Может, и не будет никакого завтра, – буркнула я.

Он удивленно приподнял бровь. Ну да, заявление о том, что завтра не наступит, было несколько смелым и, скажем так, весьма пессимистичным. Чтобы меня поняли правильно, требовалось пояснение.

– Я имею в виду, что быстро договорюсь с книгой.

Савайн лишь покачал головой.

– Какая удивительная наивность!

И скрылся за дверью.

Я подтащила саквояж к своей кровати и обессиленно на нее уселась. Она не обманула моих ожиданий – жалобно скрипнула. Мне очень хотелось в душ – после столь долгой дороги это вполне нормально. Но кое-кто отвратительный даже не удосужился пропустить меня вперед!

Еще четверть часа я ругала про себя дракона последними словами, теми самыми, которых не найдешь ни в одной книжке. А потом он появился на пороге, свежий и благоухающий. Его дорожный костюм выглядел так, словно только что вернулся из чистки. А только что ведь был изрядно помятый.

Драконы и драконья магия! Что поделать, я такой не владею. Точнее, знаю азы, но мне придется битый час сидеть над платьем, чтобы оно стало хоть чуточку чище. Постирать руками будет быстрее.

– Думаю, вам следует последовать моему примеру и привести себя в порядок, – сказал магистр, переполнив тем самым чашу моего терпения.

Я уже набрала побольше воздуха, чтобы высказать ему, все что думаю, но вдруг он добавил:

– Я спущусь, распоряжусь насчет завтрака. Не хочу вас смущать. А заодно побеседую с владельцем.

Глаза магистра недобро блеснули, и я почти посочувствовала его жертве. Потом перевела взгляд на стул и тут же передумала сочувствовать.

– Буду ждать в обеденном зале, – с этими словами он вышел, а я так и осталась сидеть в компании своих невысказанных упреков.

Надо же, я думала, он занял нашу, увы, общую ванную комнату из чистого эгоизма. Ну или чтобы меня позлить. А он, оказывается, не хотел меня смущать. Какое благородство!

Разумеется, я не могла не признать, что его решение было более чем разумным. И все же признавать правоту магистра мне было чертовски, чертовски трудно. Да просто невыносимо!

Неужели он делает это нарочно, чтобы я, по крайней мере, осознала, какого сокровища лишилась? Ну и ладно, пусть себе старается. В конце концов, кто мне помешает делать вид, что я не замечаю его безусловных достоинств. А вот любой прокол очень даже замечаю.

Откровенно говоря, сейчас меня волновала не столько безупречность магистра, сколько его слова о нашей миссии. Сама мысль о том, что я легко могу договориться с книгой, вызывает у него смех.

То ли он недооценивает мои способности, то ли я недооцениваю характер будущей подопечной.

Я бы, конечно, предпочла первое.

* * *

На сборы у меня ушло куда больше времени, чем у магистра Савайна. И все же, взглянув на себя в зеркало, я осталась почти довольна. Полубессонная ночь в карете, конечно, оставила следы на моем лице, однако, ничего критичного. Измученной и несчастной я точно не выглядела, а небольшая бледность даже придала облику утонченности.

Обеденная зала была под стать остальной обстановке: обшарпанные деревянные столы, тяжелые стулья. Я не сомневалась: еда здесь будет, прямо скажем, не очень. Однако человека, который неделю питался макаронами из коробочки, таким не испугаешь.

Магистр уже сидел за пустым столом.

– А что, еды не будет? – поинтересовалась я, подходя.

– Будет, – спокойно ответил он. – Вот прямо сейчас и будет. Или нужно было велеть подавать до вашего прихода? Чтобы она досталась вам холодной.

Я лишь пожала плечами.

– Как вам будет угодно. Я не избалована проживанием в замке. Что бы они ни принесли, уверена: я столовалась и похуже.

На удивление, то, что они принесли, было не так уж и плохо. Простая деревенская еда, без изысков. Яичница-глазунья с ломтиками бекона, козий сыр, масло и крупные ломти свежего хлеба. А еще чай. Горячий, с изумительным ароматом лесных трав.

В общем, умереть с голоду нам точно не грозило.

– И что же, удалось ли вам решить нашу проблему? – поинтересовалась я, когда мы приступили к завтраку.

– Пока нет, – нахмурился магистр, – этот негодяй где-то прячется. Но уж я его вытащу. И чем позже это случится, тем хуже для него!

Мы уже заканчивали трапезу, когда на пороге обеденного зала появился весьма примечательный субъект.

Высокий, темноволосый красавец, в довольно простом, без лишних украшательств, камзоле. «Дракон», – догадалась я. Конечно дракон, ни один человек не может быть так неприлично красив.

Я невольно перевела взгляд на магистра Савайна. Нет, он тоже хорош, ничего не скажешь, но тот красавчик, что сейчас ленивой походкой шел к нашему столику, был просто безупречен. А еще значительно моложе магистра.

– Санитта Далгран? – обратился он ко мне, напрочь проигнорировав присутствие Савайна. – Меня зовут Ниат Алгерз. Я должен проводить вас к сокровищнице.

Он окинул меня взглядом с ног до головы. И какой это был взгляд! Словно он меня уже раздел и рассмотрел со всех сторон. За время работы в драконьей библиотеке я уже, казалось, привыкла к жадным взглядам, но этот красавец мог дать фору любому студенту. Да что там – им всем, вместе взятым! Я почувствовала, что краснею.

– Вы хотели сказать – проводить нас? – поправил его магистр Савайн.

Голос его был спокойным, но я кожей ощутила едва сдерживаемую ярость.

– По поводу вас распоряжений не было, – дракон словно бы только сейчас заметил магистра. – Но, разумеется, вы можете сопровождать санитту Далгран.

И прежде, чем магистр успел его испепелить, повернулся ко мне и учтиво сказал:

– Я подожду вас у входа. Приятного аппетита!

А затем снова посмотрел так, что щеки вспыхнули, и вышел.

Мы с магистром Савайном заканчивали завтрак в гробовом молчании. И только когда направились к выходу, он мне сказал:

– Вы же понимаете, чем для вас может закончиться общение с этим типом?

Надо же, какой моралист выискался! Что же он раньше не говорил мне ничего подобного? Например, когда появлялся в моей комнате без приглашения и сразу же хватал в охапку.

– И чем же это может закончиться? Он захочет меня присвоить?

Магистр одарил меня тяжелым взглядом, но на мой вопрос не ответил. Видимо, ответ был слишком очевидным. Тогда заговорила я.

– Вы же знаете, это невозможно. По крайней мере, пока я сама этого не захочу.

Он явно собирался сказать что-то еще, но не сказал. Вот и славно, сейчас мне не хотелось думать ни об одном драконе, ни о другом.

Следовало сосредоточиться на книге. В конце концов, именно за ней я сюда приехала.

Глава 7

К сокровищнице пришлось идти пешком. И я бы не сказала, что дорога была приятной. Не дорога даже, а пыльная протоптанная тропа, по которой мы двигались гуськом: впереди Алгерз, затем я, заключал процессию магистр Савайн. Мы были в пути уже четверть часа, а сокровищница так и не появлялась.

– А… нам еще долго? – осторожно спросила я.

Ниат Алгерз обернулся послал мне самую обаятельную из всех возможных улыбок.

– Почти пришли, – сказал он. – Но если вы устали, мы можем отдохнуть. Или, – еще одна обаятельная улыбка, – я могу взять вас на руки.

Мне кажется, я услышала, как заскрипели зубы магистра Савайна. Злорадство, которое я ощутила, конечно, не делало мне чести, но было чертовски приятно. Может, и следовало пококетничать с этим красавчиком, чтобы позлить Савайна, но я тут же отбросила эту идею. У меня уже был некоторый опыт общения с драконами. Теперь я точно знала: любое, даже самое незначительное кокетство Алгерз скорее всего расценит как приглашение к действию. И у меня появится дополнительная проблема – очень красивая, невероятно обаятельная проблема. Так что нет. Нельзя позволять молодому наглецу зарываться. Пусть не думает, что я легкая добыча! Ну то есть я вообще никакая не добыча и быть ею не желаю!

– Благодарю за предложение, – проговорила я холодно. – Но я еще в состоянии передвигаться самостоятельно.

Как ни странно, это подействовало. Дракон тут же сменил тон. Теперь в его голосе звучало искреннее раскаяние.

– Простите, не хотел вас обидеть!

Надо же, как легко он сдался. Совсем не по-драконьи. Не успела я толком удивиться, как он добавил:

– Я бы хотел загладить свою вину. Могу ли я пригласить вас на ужин, чтобы извиниться? Обещаю – я буду извиняться, не переставая.

Я не выдержала и рассмеялась. Вот же наглец! Но – приходится признать – чертовски обаятельный. Таким легко все сходит с рук.

– Меня не нужно приглашать на ужин. Я в любом случае приду в обеденный зал постоялого двора. Голодать не планирую, а других заведений поблизости нет.

– Ну почему же нет? – оживился дракон. – Ближайший город не так и далеко, не более получаса в карете. Тоже, конечно, не столица, но парочка приличных ресторанов там найдется.

– Она не может! – рявкнул магистр Савайн.

И снова молодой дракон взглянул на него так, словно совсем забыл, что кроме нас двоих тут есть кто-то еще, и теперь был изрядно удивлен этим обстоятельством.

– Что именно она не может? – насмешливо уточнил он. – Ходить? Ездить в карете? Или есть?

В его тоне звучал неприкрытый вызов. Я невольно поежилась. Находиться в обществе двух рассерженных драконов – то еще удовольствие.

– Ничего из перечисленного, – невозмутимо ответил магистр Савайн. – Это рабочая поездка, а потому развлечения не предусмотрены.

Молодой дракон покачал головой.

– Не предусмотрены? А ведь следовало предусмотреть. Согласно последним исследованиям магов-целителей, следует переключаться с работы на отдых и обратно. Это позволяет сохранить и приумножить магические силы. А учитывая сложность задачи, которая стоит перед саниттой Далгран, они ей понадобятся.

Ну надо же, как поет! Того и гляди, сама поверю, что его заботят исключительно мои магические силы. Впрочем, нахальство молодого дракона начинало мне нравиться. Не только потому, что его поползновения злили Савайна. После долгих дней, проведенных в слезах и тоске, такое неприкрытый интерес был как бальзам на израненную душу. К тому же этот дракон вел себя вполне прилично. Не хватал за плечи, не тащил в укромный уголок, не прижимал к стенам и не срывал с моих губ поцелуи, на которые я не давала согласия.

– Вот вы и переключайтесь, – раздраженно сказал магистр Савайн, – а она никуда не поедет.

Теперь взгляд Алгерза стал откровенно насмешливым.

– Насколько я понимаю, санитта Далгран ничья, – последнее слово он выделил голосом. – А потому сама может решать, что ей делать.

Несколько долгих секунд магистр Савайн молчал. А потом проговорил и вовсе ледяным голосом:

– Что ж, пусть решает сама.

Повисло тяжелое молчание. Теперь оба драконьих взгляда были обращены ко мне. Напряжение, которое повисло в воздухе, можно было резать ножом. Я почувствовала себя, мягко говоря, неуютно. А если говорить немягко, мне отчаянно хотелось стукнуть по лбу обоих. Устроили тут драконьи игрища и назначили меня главным призом!

– Если никто не возражает, я бы хотела поскорее добраться до сокровищницы. У меня там, знаете ли, есть кое-какие дела.

– Разумеется, – наш провожатый снова излучал дружелюбие и учтивость. – Тем более, что мы уже пришли.

Пришли?

Я издала нервный смешок. Драконы хранят свои сокровища в пещерах… Я-то думала, что это миф, сказка, просто сложившийся стереотип. А оказалось, вовсе даже нет. Во всяком случае, сейчас мы стояли именно перед входом в пещеру. А чем еще может оказаться дыра в горе? Надо сказать, не очень-то уж большая – даже мне придётся согнуться, чтобы туда пройти, а уж драконам, наверное, и вовсе сложиться вдвое.

Там, в глубине, темнота была такой плотной, что я поёжилась. Водить туда совершенно не хотелось, и эта внезапная робость была очень некстати – не далее, как несколько минут назад я рвалась как можно скорее приступить к работе. Вот и нужно быть последовательной. Показать слабохарактерность в присутствии этих двоих никак нельзя: сожрут и не подавятся.

К счастью, драконы не стали вежливо пропускать меня вперёд. Алгерз смело шагнул под своды пещеры. И да, ему действительно пришлось пригнуться, но получилось у него это так ловко и изящно, что это вызывало нечто похожее на восхищение. Я набрала в грудь побольше воздуха, выдохнула и сделала шаг в темноту.

На удивление, темнота оказалась не такой уж и тёмной – под сводами пещеры неярко мерцали светящиеся шары. Ну разумеется! Ректор говорил, что все сокровища, кроме книги, из пещеры уже вывезли. Вряд ли драконы стали бы делать это в кромешной тьме.

И всё же в пещере было жутковато. Холодный воздух проникал в лёгкие, оставляя вкус сырости и сырого камня на губах. Звуки шагов подхватывались эхом, усиливаясь и исчезая в темноте. Мы переходили по узким коридорам из одного зала в другой, и мне казалось, что вокруг становилось всё темнее и темнее. Теперь я совсем не возражала против присутствия обоих драконов. С ними как-то спокойнее. Будь я одна – уже с криком бежала бы к выходу. И наверняка бы заблудилась.

Долгое блуждание по коридорам наконец закончилось, и мы оказались в небольшой пещере с низкими сводами. В центре на старом каменном постаменте лежала та самая книга. Тёмный, потрёпанный переплёт был покрыт древними рунами, они опасно поблескивали – то ли от неровного света, то ли мерцали сами по себе.

Я ощутила исходящий от нее ледяной холод, такой, что пальцы мигом замерзли. Каким-то образом поняла, что это предупреждение – не приближайся. Ладно-ладно, милая, как скажешь.

– Думаю, вы можете идти, – проговорил магистр Савайн, обращаясь к нашему провожатому. – Дальше мы справимся сами.

– К сожалению, нет, – ответил тот. – Я должен находиться здесь на случай, если понадобится помощь. Книга слишком опасна, нельзя сказать, что здоровью санитты Далгран ничего не угрожает.

– А вы лекарь? – усмехнулся магистр Савайн. – Что-то я до сих пор не слышал о драконах-лекарях.

– Скажем так… и лекарь тоже. В некотором роде… – в глазах дракона мелькнуло что-то опасное.

А действительно, кто он такой – наш провожатый? Кем приставлен ко мне и зачем? Эта мысль была мимолетной – я даже не стала на ней останавливаться. А вот магистр Савайн стал.

– Да кто вы вообще такой!

О богиня, они опять что-то друг другу доказывают! Теперь, когда передо мной была книга, перебранка драконов не просто раздражала – бесила.

– Выйдите оба! Вы мне мешаете! – рявкнула я.

В тишине пещеры мой голос прозвучал неожиданно громко и несколько раз отразился эхом от стен. Получилось как-то слишком уж зловеще. Сама не ожидала! И драконы, видимо, тоже. Во всяком случае, они тут же замолчали и вышли из пещеры.

Вот и славно. Не до них сейчас.

– Отойдите подальше! – крикнула я вслед. – И не подслушивайте!

Глава 8

Дождавшись, пока шаги драконов стихнут в глубине коридора, я обратилась к книге.

– Привет, моя хорошая! Какая же ты красавица! Очень стильная обложка, а эти твои руны… Впечатляет!

Вообще-то в библиотечном колледже нас не учили так разговаривать с книгами. Да вообще не учили с ними разговаривать! Десяток заклинаний – вот и все знания обычного библиотекаря. Однако уже в своей драконьей библиотеке я поняла: бабахнуть заклинанием – это не выход.

Нет, библиотечная магия – очень полезная и важная штука, когда нужно подновить обложку, разгладить странички, убрать пятно… Ну или защитить библиотеку от вторжения. И все же с книгами лучше договариваться!

Даже с самыми обычными.

А уж тем более с такой!

Тут попробуй примени заклинание, которое ей не понравится! И потом оба дракона будут соскребать со стен то, что от меня останется. Глядишь и подружатся за этим занятиям. А что, совместный труд сближает…

Так что начать с комплимента казалось не самой плохой идеей. К тому же похвала вышла совершенно искренней: книга действительно была хороша! Я таких красивых и опасных еще не видела.

Руны на обложке слегка замерцали. Ледяного холода в пальцах я теперь не чувствовала – а это уже успех.

– Ты, наверное, здесь одна долго лежала, да? – продолжила я мягко. – Грусть, пыль… Кто знает, сколько времени прошло. Но ты ведь заслуживаешь большего, правда?

Книга не шелохнулась, но мерцание рун стало чуть более отчётливым, как будто она слушала. Может быть, я была на правильном пути.

Я сделала маленький шажок в сторону постамента. Совсем малюсенький – словно переступила с ноги на ногу.

– Ведь тебе не очень нравится это место, правда? Оно такое мрачное, холодное… И никого нет, чтобы оценить всю твою красоту и мудрость.

Руны вспыхнули ярче. И снова никакого холода! Я решила продолжить.

– В библиотеке тебе было бы лучше. Тёплое место, светлое… Я бы заботилась о тебе, обновила страницы, если нужно. Я это умею…

Книга тихо зашелестела, словно ветер прошёлся по её страницам. Это не выглядело угрожающе. Скорее как проявление интереса. Моё сердце радостно забилось – возможно, это сработает!

– И никакой пыли, обещаю! – с улыбкой сказала я и сделала в ее сторону еще один шаг.

Книга резко захлопнулась. Звук разнёсся по пещере, как удар колокола. Я вздрогнула, но осталась на месте, подавив порыв отступить. Её обложка слегка вспыхнула ледяным синим светом, на меня накатилась ощутимая холодная волна, пронизывающая до костей.

Видимо, не стоило мне приближаться…

Ладно, буду стоять на месте. Главное – она меня слушает. Вот и буду говорить.

– Понимаю, библиотека для тебя – это что-то новое, неизвестное… Но не стоит бояться перемен. Они могут быть к лучшему!

И вот тут все переменилось.

Книга взмыла под потолок, переплёт открылся с угрожающим скрипом, и изнутри выплеснулись пылающие искры. Они вихрем закрутились вокруг меня. Воздух стал плотным и жарким до боли, искры кололи руки, лицо. Я чувствовала, что задыхаюсь.

Теперь она точно не шутит.

Я сделала шаг назад и все стихло. Книга начала медленно опускаться на постамент, возвращая себе прежнее неподвижное положение. Кажется, мне только что дали понять, что эта книга прекрасно знает свои силы и не нуждается в библиотекарях.

И ведь она по-своему права!

Я заговорила примирительно:

– Вижу, ты не готова дать ответ прямо сейчас. Я это уважаю. И все же обещай, что хотя бы подумаешь…

Договорить я не успела и посмотреть, как отреагирует книга на мои слова, – тоже. Оба дракона ворвались в пещеру с самым воинственным видом. Они были готовы сражаться и защищать. Ну что за люди! Да и не люди они – драконы!

– Прекратите! – сказала я тихо, и все равно получилось очень грозно.

Драконы обернулись ко мне.

– Вы же мне помешали. Мы почти договорились.

Тут я, конечно, покривила душой. До «почти договорились» нам было очень далеко. И все же, если бы эти двое не ввалились, у меня были бы шансы закончить наше общение с книгой на позитивной ноте. А теперь вот… Книга ровненько лежала на постаменте, даже руны не подсвечивались. То есть общаться категорически отказывалась.

– Договорились? – Савайн говорил тихо, но в голосе слышалась угроза. – О чем же вы так хорошо договорились, что тут все грохотало и полыхало?

Ммм… Действительно, грохотало, да и полыхало неслабо. Я вспомнила огненные искры, что иголками впивались в мою кожу. Бррр, жуть. Но не показывать же свое смятение магистру.

– Ну да, беседа вышла несколько эмоциональной, но…

– Надо же, – хмыкнул он. – И что же она вам сказала?

Магистр Савайн, кажется, пришел в себя и заговорил с таким привычным и знакомым холодом.

– Что драконы вечно лезут не в свое дело, – огрызнулась я. – Пойдемте, все равно тут больше делать нечего.

На постоялый двор мы возвращались в тягостном молчании. Впрочем, если быть честной с самой собой, не таким уж и тягостным. Во всяком случае, эта мрачная тишина нравилась мне куда больше, чем драконьи скандалы и попытки меня делить. И лишь когда мы оказались у самой двери, молодой дракон нарушил мое молчание.

– Мое предложение все еще в силе. А вам, как я вижу, нужно развеяться.

– Благодарю, – холодно ответила я. – Но развеиваться буду, когда закончу с работой. А сейчас мне надо подумать.

Подумать действительно было о чем. В библиотеку книга не хочет. Вернее, не так: в глубине души (интересно, у книг есть душа?) она явно этого хотела. Во всяком случае мои рассказы о теплом и светлом помещении слушала вполне благосклонно. Ну разумеется, она боится перемен. А кто не боится?

Я вспомнила, как собиралась в академию драконов. Дрожала, как осиновый лист, и только безысходность заставила меня принять трудное решение. Да-да, именно так, она боится перемен. И вспышка искр наверняка была не потому, что я опрометчиво приблизилась к постаменту, нет. Просто я тогда заговорила о ее страхе, в котором она не хочет признаваться даже самой себе.

Занятая этими мыслями, я сама не заметила, как поднялась в свою комнату и рухнула на кровать. Магистр Савайн вошел следом.

– Ну, что скажете? – спросил он просто и серьезно, без своих обычных насмешек.

Я пожала плечами.

– Ничего не скажу. Вначале все шло неплохо, потом я допустила ошибку. А из-за того, что вы явились, не успела ее исправить.

Сейчас, когда он не подкалывал и не ерничал, признаться в своей ошибке было просто и легко.

– Вас никто не торопит. Так что не обязательно форсировать события. Понимаю, что мое общество, да и вообще вся эта поездка вас не слишком радуют. И все же не стоит торопиться.

Ну надо же, какой мудрый. Теперь я снова на него злилась. Всего две минуты без насмешек и нравоучений. Как же он это выдержал, бедняжка!

– Ваше общество мне совершенно безразлично, – проговорила я и отметила про себя, что общение с магистром не прошло бесследно. Во всяком случае, я сумела перенять этот его холодный тон. Ну вот, возвращаю. – Мы ведь не на свидании. Это деловая поездка. У меня есть трудная, важная задача. Так какая разница, сопровождаете меня вы или кто-то другой.

– Надо же, – хмыкнул он. – Видимо, хорошее заклинание в этой вашей книге, раз вам настолько все равно.

Мне показалось, или в его голосе прозвучала досада. Едва уловимая. Не знай я его так хорошо и не чувствуй так остро, и вовсе бы ее не заметила. Впрочем, не стоит обольщаться: передо мной дракон. Самый драконистый дракон из всех возможных, а они очень неохотно выпускают добычу из рук. Одно дело – бросить меня, а другое – обнаружить, что я не слишком-то страдаю по этому поводу.

Я лишь пожала плечами. Говорить ему, что даже не открывала книгу с заклинаниями, не стоило. Пусть думает, что мои чувства исчезли безвозвратно. Так всем будет проще, и в первую очередь, мне.

– Демоны, вы действительно это сделали! – прорычал вдруг он.

– Сделала что? – я вскинула на него удивленный взгляд.

– Вы использовали заклинание из этой дурацкой книги, чтобы избавиться от чувств?

– Во-первых, это не ваше дело, – проговорила я с достоинством. – А во-вторых, не следует оскорблять моих подопечных. Так уж вышло, что какое-то время нам придется провести вместе, и мне не хотелось бы ссориться.

– Да ты хоть понимаешь, как работают эти заклинания?

– Да. Они помогают унять душевную боль.

– Но вместе с тем выжигают душу.

– Что значит выжигают душу? – поинтересовалась я весьма отстраненно.

Да, если бы я действительно использовала заклинания, то сейчас всерьез забеспокоилась. Но я-то этого не делала, и даже не собиралась. Так что мой интерес был чисто теоретическим.

– То и значит. Тот, кто добровольно накладывает на себя такие заклинания, становится холодным и бесчувственным.

– Разве это плохо? По-моему, очень удобно и спокойно.

А я, кажется, неплохо вошла в роль. Маска равнодушной ко всему ледяной принцессы была мне так же впору, как и образ нагловатой и не слишком-то умной санитты Далгран, который я напялила для работы в академии. И при этом, как ни странно, я не переставала быть собой. Просто тот пожар, что пылал в моей душе, каждую минуту, каждое мгновение, которое я проводила рядом с Савайном, оставался внутри и совершенно не пробивался на поверхность.

– Удобно? – горько усмехнулся магистр. – Может быть. Но только вместе с болью исчезает и способность радоваться, восхищаться, искренне веселиться. Любить, наконец. В общем, жить. Эти заклинания – лучший способ превратить себя в живого мертвеца.

Только сейчас я заметила, что в комнате стало очень уж темно. Бросила взгляд в оконце и обнаружила, что солнце давно уже село. На до же, а ведь мне казалось, что я провела в этой пещере совсем немного времени. А получается, день прошел.

– Пусть так, – равнодушно пожала плечами я. – Но знаете, для мертвеца я слишком голодна. Если не возражаете, я все-таки спущусь к ужину.

– Разумеется, – с привычным уж холодом проговорил магистр Савайн. Его страстный порыв что-то доказать мне угас как свеча под проливным дождем.

Ужинали мы в тишине, и это было к лучшему. Как все-таки хорошо, что передо мной стоит сложная задача. Если бы не книга, я бы с ума сходила, десятый раз прокручивая в мыслях наш разговор, придумывая, что могла бы сказать, как правильно ответить. Но ничего такого и близко не было. Мои мысли возвращались к книге. Как, как мне ее уговорить?

Все так же молча мы поднялись в комнату, сумели переодеться и улечься спать, даже не особенно-то сталкиваясь. А когда я улеглась на свою скрипучую кровать, уснула быстро, несмотря на то что знала: магистр Савайн, Деррик, мой любимый дракон здесь рядом, чуть ли не расстоянии вытянутой руки. И ведь так легко его коснуться, провести кончиками пальцев по колючей щеке, запустить руку в густую шевелюру и ощутить гладкость волос, вдохнуть его запах. И все же это невозможно. Так же невозможно, как если бы он был за тысячи миль.

Так вот, обо всем об этом я не думала, почти. Просто отвернулась к стенке и уснула.

Проснулась я среди ночи, словно от удара.

Подскочила на кровати. Ну конечно, я все сделала неправильно! Но теперь точно знала, как надо.

Забыв о том, что на мне лишь ночная сорочка, я поднялась с кровати, забежала за ширму и затрясла магистра Савайна за плечо.

– Просыпайтесь! Ну же, просыпайтесь сейчас же! У нас есть срочное дело.

Глава 9

Магистр проснулся сразу, даже без обычных нескольких секунд, когда человек трясет головой, беспомощно оглядывается, вспоминая, кто он, где он и что происходит. Дракон был собран и сосредоточен.

– Что-то случилось?

Секунда – и вот он уже стоит на ногах, готовый принять любой вызов, сразиться с любой опасностью.

– Ничего не случилось. Просто я поняла: мы неправильно выбрали время, – я стала торопливо объяснять. – Мы пришли в пещеру днем. А книги днем не разговаривают, даже мои, в библиотеке. Они… ну не могут, наверное. В пещеру нужно идти ночью, и тогда возможно, мне удастся с ней поговорить нормально!

Выпалив это все на одном дыхании, я перевела дух. И только теперь обнаружила, что положение, прямо скажем, двусмысленное. Я сижу в ночной сорочке, магистр стоит напротив. С обнаженным торсом, лишь в тонких спальных штанах. Я смутилась и отвела взгляд, а затем, запоздало сообразив, обняла себя руками.

– Ой…

Единственное, что я смогла сказать в этой ситуации. Но магистр Савайн не стал акцентировать на этом внимание.

– Вы хотите пойти прямо сейчас? – утонил он.

Я кивнула.

– Хорошо, собираемся.

Я бросилась за ширму, натянула платье, обулась. Никогда я еще не собиралась так быстро. Но когда закончила, магистр уже стоял у двери при полном параде и ждал меня. Ну конечно, куда уж мне до драконьей скорости.

Все постояльцы спали, из запертых комнат раздавался нестройный и громкий храп, который иногда бросал в дрожь, а лестница под нашими шагами злорадно скрипела. Под это музыкальное сопровождение мы и спустились вниз. Дальше шли в тишине – только где-то вдали изредка раздавались отчаянные крики какой-то птицы.

Я старалась не обращать на это внимания. И потом, со мной ведь охрана, самая надежная, по уверениям ректора.

Вот к этой самой охране я и старалась держаться поближе.

– Вы помните дорогу? – спросила на всякий случай.

– Разумеется, – хмыкнул он. – А вы разве нет?

Я только вздохнула. Я бы, наверное, и до входа в пещеру не добралась, а уж сориентироваться внутри – это и вовсе что-то запредельное.

– В таком случае старайтесь держаться поближе ко мне.

Мог бы и не говорить. Сейчас, посреди кромешной тьмы, да еще в таком неприветливом месте не представляю, какая сила могла отогнать меня от него хоть на полшажочка.

Дракон шел легко и быстро. Правда, заметив, что я значительно отстаю, чуть сбавил скорость.

Ему хорошо, помимо того, что он превосходно ориентировался на местности, судя по всему, он и видел в темноте отлично. Мне же приходилось присматриваться, а больше – надеяться, что я ни на что не наткнусь, потому что луна лениво выглядывала из-за облаков, и я видела лишь смутные тени и очертания.

Несмотря на то, что я старалась держаться поближе к своему провожатому, один раз я все-таки оступилась. Но заметив, как дракон резко обернулся и шагнул ко мне, сделала вид, что ничего не случилось, хотя первые пару шагов переживала: не подвернула ли ногу. Не хватало еще, чтобы он посмеялся над моей неуклюжестью.

Меньше всего мне хотелось дать новый повод для всплеска его язвительности. Я и без того волновалась. У меня даже кончики пальцев нетерпеливо зудели – так мне хотелось поговорить с этой книгой, прикоснуться к ней, если получится.

Несмотря на темноту, мне показалось, что к пещере мы добрались даже раньше, чем утром. Может, потому что я была полностью в своих мыслях?

Но вот теперь… теперь, когда до книги осталось всего несколько шагов, я почему-то занервничала всерьез.

– Все в порядке?

Наверное, именно этот холодный тон дракона и заставил меня шагнуть первой в пещеру. И тут же в нерешительности остановиться. Светящиеся шары по-прежнему висели под сводами, но сейчас они горели значительно более тускло. Да и сама атмосфера…

Там, за спиной, остался свежий ночной воздух и открытое пространство, а здесь… здесь были сырость и холодные стены, которые будто давили, вынуждая входящего как можно скорее покинуть пещеру.

Но медлить было нельзя, поэтому я направилась дальше. Сделала несколько шагов, на развилке замешкалась. Окинув меня взглядом, дракон молча меня обошел и уверенно двинулся вперед. Драконье превосходство во всей красе.

Ничего-ничего, вот договорю я с книжечкой… Тогда-то он поймет, что библиотекари тоже не лыком шиты!

Чем дальше мы продвигались, тем сильнее я начинала чувствовать книгу. И мне хотелось ускориться, побежать, нетерпение изматывало, нервы были как натянутая струна. Но приходилось приспосабливаться к неторопливому шагу дракона. И, несмотря на желание его обогнать, продолжать держаться поближе, потому что мне вдруг начало казаться, что кто-то за мной наблюдает. Смотрит в спину. Крадется следом.

Обернулась, но ничего не увидела, кроме игры теней. А через несколько шагов эти ощущения усилились. Стало не по себе, но я старалась об этом не думать. Глупые мысли, здесь больше никого нет, только…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.