Дина Данич
Назову тебя своей

1 Влада

– Сколько? – ленивый вопрос бьет прямо в спину, заставляя меня напрячься.

Медленно оборачиваюсь и тут же жалею об этом. Передо мной один из гостей ресторана, в котором я подрабатываю официанткой.

Высокий, широкоплечий. Он в рубашке и строгих брюках, но даже так отчетливо понятно – он сильный, хорошо накачанный.

И опасный.

Я замираю, едва дыша. Может, мне послышалось? Но учитывая, что здесь, в комнате для персонала, только я и он, вряд ли. Не зря же этот гость так пристально на меня смотрит.

Тоже вопрос, кстати – зачем он тут? Здесь только принадлежности вроде скатертей, столовых приборов и прочей мелочевки.

А взгляд у мужчины такой давящий, мрачный. И еще циничный. В его глазах ни намека на шутку или улыбку.

– Что? – с трудом выдавливаю, по-прежнему глядя на незнакомца. От него веет властью и уверенностью. От таких мужчин я всегда стараюсь держаться подальше.

А еще он ощутимо старше меня – лет на десять, а то и больше. Скорее всего, как и многие собравшиеся здесь, большая шишка. А они, как правило, не понимают слова “нет”. Так что лучше вести себя с ним крайне осторожно и не провоцировать.

– За ночь сколько? – поясняет мужчина. Его взгляд медленно скользит по моему лицу, затем спускается чуть ниже, на глубокий вырез формы, которую мне выдали при устройстве на работу.

Хотя какая форма? Скорее недоразумение какое-то! Слишком короткая юбка, слишком прозрачная блузка, у которой к тому же не предусмотрены пуговицы, чтобы можно было наглухо застегнуться.

Впрочем, кто бы мне позволил?

С тоской думаю, что все-таки не повезло. Не вышло у меня избежать ненужного внимания.

– Вы ошиблись, – отвечаю ровным голосом, хотя у самой уже поджилки трясутся. Так этот бугай на меня смотрит, что готов вот-вот сожрать. Судорожно вспоминаю, есть ли тут тревожная кнопка или хоть что-то, что поможет мне позвать управляющего.

Когда подписывала контракт на работу, сразу сказала, что никем кроме официантки работать не собираюсь. Сергей – так звали менеджера, который меня нанимал, тогда усмехнулся. Понимающе так, со знанием дела, и сказал:

– Посмотрим.

И вот посмотрела. Дура. Надеялась, что пронесет, что кроме меня здесь полно красивых девушек. И ведь так и было до сегодняшнего вечера – я не пользовалась косметикой, хотя управляющий делал мне замечание, но я соглашалась каждый раз, а затем снова не красилась.

Однако сегодня, видимо, моя удача закончилась.

– У тебя ошейник, – весомо роняет мужчина и делает всего лишь шаг в мою сторону, а я испуганно отшатываюсь, упираясь поясницей в стол позади себя.

Гость чуть наклоняет голову вбок и как-то по-новому разглядывает меня.

– Значит, я не ошибся. Ты продаешься. Сколько?

Невольно подношу пальцы к чокеру, который мне выдали в первый рабочий день. Это было обязательным условием и частью униформы. Так мне объяснили.

– Нет, – мотаю головой. – Это просто украшение. Я не… – рвано вдыхаю и заканчиваю: – Не участвую в подобных мероприятиях. Я просто официантка. И если вам не нужен новый бокал, то выйдите, пожалуйста, за дверь. Эта комната только для персонала.

Те мгновения, что мужчина молчит и очень пристально разглядывает меня, превращаются в целую вечность.

Он молчит и смотрит. Сверлит взглядом. Давит, будто уверен, что я передумаю.

А у меня сердце, кажется, вот-вот просто выскочит – такой бешеный пульс сейчас.

– Я могу быть очень щедрым, – зачем-то добавляет он. – Одна ночь, – он опускает взгляд на мой бейдж, – Влада.

– Я свой ответ уже сказала, – твердо произношу. – И мне надо работать, а вы… мешаете.

Этого мужчину я здесь вижу впервые. И если про постоянных гостей я плюс-минус уже поняла кое-что, то вот новичок для меня пока темная лошадка. В общем зале я его не видела – значит, он сидит где-то в ВИП-комнатах, а это уже другой уровень. Туда идут девушки, у которых широкие моральные границы, как мне объяснил тот же Сергей. И при этом добавив, что и чаевые там на порядок выше. Но я сразу же отмела такую возможность.

Теперь же, выходит, меня обманули. Чокер на шее носит каждая официантка. Но те, что работают в ВИПках, имеют темно-бордовый цвет, или же вообще черные, у меня же он цвета слоновой кости.

– Если передумаешь, – вдруг выдает мужчина и ловким движением вытаскивает из кармана визитку.

Я упрямо мотаю головой, но он не теряется, подходит ближе и внаглую засовывает ее мне в карман юбки.

Его близость парализует. Работая в этом ресторане, я чего только не насмотрелась. Но ни один из гостей не производил на меня настолько глубокое впечатление. Свежий, морской даже аромат его туалетной воды забивается в легкие. Я боюсь вдохнуть лишний раз, а мужчина явно наслаждается моей реакцией и не торопится отступать.

Ждет. Совсем как хищник, который притаился в засаде.

– Отойдите, – говорю, не узнавая собственного голоса.

Гость понимающе ухмыляется и наконец-то отступает. Снова проходится по мне оценивающим взглядом, а затем все же уходит.

Только после этого я немного вдыхаю. Оседаю на пол, пытаясь унять сумасшедший пульс. Щеки горят так, словно я сделала что-то неприличное. Хотя на самом деле наоборот.

– Ты чего тут прохлаждаешься, Тимофеева? – заходит в комнату Костя, главный в сегодняшней смене. – Твой перерыв вроде уже был.

– Да я просто…

– Просто что?

– Скажи, а эти чокеры – они что-то обозначают?

Костя цинично усмехается.

– Доперла наконец-то? Эх, походу, проиграл я.

– Что?

– Да мы с Серегой забились, как долго ты будешь ходить как девочка-колокольчик, не понимая происходящего.

В груди холодеет. Первая мысль – надо бежать. Не смогу я работать тут с такими правилами. Вторая – а деньги откуда брать? Пока я еще не полноценная модель, и на подиум мне пока не светит на полную ставку. А жизнь в большом городе стоит немало.

По спине ползет холодок.

– Эй, ну ты чего? – вздыхает Костя. – Успокойся, твой уровень означает, что тебе могут делать предложение, но ты имеешь право отказаться.

– Что значит – мой уровень?

– Эх ты, – цокает языком старший. – Могла бы еще хотя бы недельку продержаться, а?

– Ты не ответил.

– Ну, значит, что это по условиям включено в обслуживание клиентов в нашем ресторане. Ты же должна понимать, почему у вас такая униформа.

Щеки горят еще сильнее, когда Костя весьма выразительно пялится на мою грудь.

– А как узнала-то? Подкатил, наконец, кто-то? – спрашивает он. А я не силах ничего выдавить – только кивнуть. – Вот черт! Не везет-то как. И кстати, давай в зал – там девчонки зашиваются уже. Хорош тут прохлаждаться! – резко меняется его голос.

Подхватываю поднос и на ватных ногах иду в зал. Если до этого я чувствовала себя неуверенно, то теперь мне кажется, что все вокруг пялятся именно на меня, и каждый из мужчин готов подойти и сделать непристойное предложение.

К концу смены я выжата как лимон. Не физически. Морально.

Обещаю себе завтра же утром начать искать другую работу. И ведь Алина, с которой я познакомилась в модельном агентстве Галины Роговой, могла бы предупредить.

Сокрушаться, конечно, поздно. Наскоро переодеваюсь, привычно отказываясь от предложения Константина подвезти меня. Правда, теперь он смотрит на меня совершенно иначе – видимо, решил, что теперь уже можно начать по-другому ко мне относиться.

И это еще одна причина, по которой надо увольняться.

Мерзко от всей этой атмосферы.

Выхожу на улицу через служебный выход. Торможу на пару секунд, вдыхаю полной грудью. Весна уже вовсю. Скоро станет совсем тепло. Наверное, летом и с жильем, и с работой должно быть полегче.

Спускаюсь по лестнице, но едва заворачиваю за угол, как кто-то крепко хватает меня, а затем слышу:

– Ну, вот ты и попалась.

2 Влада

Внутри все обмирает от этой фразы. Голос незнакомый, но я сразу понимаю – хорошего ждать не стоит.

Дергаюсь, надеясь вырваться из цепкой хватки. Однако в итоге подворачиваю ногу и лишь усугубляю свое положение.

– Ну, куда же ты, девочка, – шепчет напавший на меня мужик. – Тише, моя конфеточка, папочка тебя не обидит.

Меня тошнит от его мерзких слов.

– Пустите! Сейчас же! – хриплю, пугаясь того, что мой голос звучит слишком тихо. – Я закричу! Помо…

Мне на лицо ложится широкая ладонь.

– А вот это лишнее, – уже совершенно иначе рычит незнакомец. – Не дергайся, и все пройдет легко. Давай, вот так.

Прижимается ко мне еще сильнее, и я чувствую его так близко. Хватаю за ладонь, которая закрывает мне рот, и тут же получаю ощутимый шлепок по попе.

– Будешь послушной – и я не буду грубым, – шепчет этот мерзавец. А затем забирается рукой мне под куртку, которую я не застегнула. И лапает!

Щупает грудь, мнет ее. Мне очень больно и неприятно. У меня легкая кофточка, и тонкое белье.

– Какие сисечки, – жадно дышит ублюдок. – Вот так, кобылка, давай, я по-быстренькому тебя.

– Не надо! – мычу ему в ладонь. – Не надо!

Перед глазами все размывается из-за слез. Отчаяние заполняет меня. Каждая моя попытка освободиться заканчивается болезненным тычком или, что еще хуже – слюнявыми поцелуями в шею. Этот козел пыхтит, прижимается ближе, задирает куртку, а потом вообще разворачивает меня лицом к стене и наваливается.

– Я сейчас уберу руку, а если ты заорешь, то он окажется у тебя под ребрами.

И перед глазами мне демонстрирует настоящий нож!

Медленно киваю, понимая, что урод не шутит.

– Вот и умничка, конфетка.

Действительно убирает ладонь, а я, даже если бы захотела, не смогла бы сейчас даже пискнуть – горло будто тисками сжали.

В голове бьется мысль, что я вот так тут и останусь – изнасилованная и порезанная. И никому… Вообще никому не будет до меня дела!

Ну, может, Галина завтра будет рвать и метать, что я не пришла. Но быстро забудет – переключится на других девочек-моделей, и все.

Так горько становится. Хотя я и так знала, что одна в этом мире, что будь это иначе, я бы не оказалась в детдоме, где меня и нашла Рогова.

Мне тогда почти исполнилось восемнадцать – осталось всего пару месяцев, и меня бы выгнали за ворота.

В детдоме жизнь не сахар. Но это все равно лучше, чем оказаться один на один с взрослой жизнью.

– Ноги раздвинь, – командует козел за моей спиной. Но я не реагирую. Я и дышу-то с трудом – тело будто онемело. – А ну, сучка драная, давай, не ломайся.

– Я… Не… хо… чу… – хриплю из последних сил.

Мерзавец резко кладет ладонь мне сзади на шею и впечатывает лицом в стену. Боль пронзает, кожу саднит.

– Не хотела бы, не работала бы тут. И не надо ля-ля про светлый ошейник. Все вы бляди, и всем вам нужен крепкий член в дырку!

С каждым его словом надежда на спасение умирает. Раз никто до сих пор не вышел, и не остановил его, хотя тут везде камеры, значит, и не придут. Прикрываю глаза, смиряясь с тем, что это последний день моей жизни. Нормальной жизни, если я все-таки выживу после.

Ком в горле становится густым и колючим. Голова кружится, и я не сразу понимаю, что мерзкие руки пропадают с моего тела. Зато отдаленно слышу:

– Эй, ты чего! Это моя краля!

– Девушка сказала “нет”.

Слышится хруст, визг. А я по-прежнему так и стою лицом к стене. Боюсь обернуться.

– Да я тебя! Да ты знаешь, кто я! Да ты!

– Пасть завали.

Вот тут до меня доходит, почему этот голос кажется знакомым. Медленно, боясь, что после этого меня лишат жизни, оборачиваюсь и вижу того самого мужчину, который пытался купить ночь со мной.

Смотрю на него ошалело. Рядом на земле валяется козел, едва не изнасиловавший меня. Его тоже узнаю – он один из постоянных гостей ресторана.

Липкий, мерзкий. Он частенько смотрел на меня, но ни разу не подкатывал и не делал предложений.

Вжимаюсь спиной в стену, готовясь защищаться теперь уже от, получается, спасителя.

Тот скалится в ухмылке. Ну, точно зверь. Он переводит взгляд на скулящего насильника. Отталкивает того ногой и, наклонившись, что-то ему шепчет. Вижу лишь то, как мужик меняется в лице – бледнеет, мотает головой и выдает:

– Никаких претензий. Забирай девку. Забирай!

И пытается то ли встать, то ли отползти.

Между тем спаситель мой поворачивается ко мне и весомо роняет:

– Пойдем.

Я мотаю головой и по стеночке двигаюсь в противоположную от него сторону.

– Все равно поймаю, – лениво выдает он.

– Я не стану, – сиплю, пристально следя за каждым его движением.

Мужчина шагает ко мне, и я разворачиваюсь, чтобы побежать, но подвернутая нога так некстати дает о себе знать.

Вскрикиваю и заваливаюсь на бок, выставляя руки и готовясь к жесткому падению в грязь. Но незнакомец успевает меня поймать.

Прижимает к себе. А я замираю. Интуитивно понимаю, что провоцировать хищника опасно. Я даже не дышу.

– Не трону, – с трудом разбираю его слова. – Домой отвезу.

Это слишком хорошо звучит. Я ему не верю. Нет-нет-нет. Не после того, как он собирался купить меня, словно вещь.

– Я сама, – выдыхаю очень осторожно. – Сама.

– Мало приключений? – слышу злую ухмылку в его голосе. Не знаю, откуда такая уверенность, но вот почему-то кажется, что это именно так. – Или, может, хочешь остаться здесь и продолжить со своим кавалером? Может, это у вас такие ролевые игры, и я помешал?

Он не повышает голоса, не злится, не ругается. Говорит ровно и спокойно, цинично даже. Но у меня от его интонации мороз по коже. И если от неудавшегося насильника мне было страшно и мерзко, то рядом с этим мужчиной внутри расползается страх иного рода.

Дикий, первобытный – тот, что дает понять, что перед тобой сильнейший.

– Так что, Влада, отвезти тебя домой?

3 Влада

Я физически не могу произнести ни слова. Все, что крутится в голове – он рядом. Он за моей спиной. Он держит меня. Я чувствую его запах, его дыхание на своей шее.

Все мышцы в диком напряжении – я в каждую секунду жду, что зверь соврется и покажет свое лицо.

Мужчина прижимается чуть ближе, и я уже готова закричать, как вдруг его руки пропадают с моего тела, а я лишь жадно хватаю ртом воздух.

Все… Все?

Оглядываюсь на него. Он стоит совсем рядом, молчит. Но мрачный взгляд говорит за него.

– Я с-сама, – с трудом соображаю, что надо все-таки ответить.

– Это вряд ли, – небрежно роняет мой спаситель. Затем чуть поворачивает голову, а я завороженно прослеживаю за его взглядом и вижу машину. Явно дорогую, с тонированными стеклами.

– Дыши, – вдруг насмешливо добавляет он. – Просто отвезу домой.

Я не могу объяснить, почему подчиняюсь ему. Наверное, это какая-то магия, но я действительно подхожу к тому автомобилю, хочу сесть сзади, однако мужчина открывает переднюю пассажирскую дверь и смотрит так, что все становится понятно без слов.

– Просто отвезу домой, – вновь повторяет он.

Едва я сажусь в машину, как хлопает дверь. За те считанные секунды, что незнакомец обходит автомобиль, я могла бы выбежать и рвануть куда-нибудь подальше. Но вместо этого я покорно сижу.

Кто он? Зачем он меня спас? Потребует благодарности?

Ведь так подумать, то если выбирать между ними – тем, кто напал на меня, и этим мужчиной, лучше уж последний.

Эта мысль отрезвляет, и я вздрагиваю, когда мой спаситель садится рядом.

– Адрес.

Удивленно моргаю. Неужели правда отвезет?

Боюсь радоваться своей удаче. Но, к счастью, я успеваю подумать до того, как ответить. Так что в итоге называю дом в соседнем квартале.

Нет уж. Лучше перестраховаться.

Город у нас крупный, но дорога в это время почти пустая. Домой я добираюсь обычно на последнем автобусе. И весьма вероятно, из-за задержки я бы на него опоздала.

Мужчина сохраняет молчание. Я тоже боюсь его нарушать. Невольно осматриваюсь – робко, украдкой.

Дорогой салон, внутри все кричит о достатке владельца машины. И навороченная панель, и кожаный салон. Здесь нет дешевых ароматизаторов на веревочке, но аромат стоит приятный и свежий.

Случайно натыкаюсь на изучающий взгляд мужчины и резко отворачиваюсь к окну.

Мысленно отсчитываю минуты до того, как мы доберемся до места. Но, как назло, время тянется слишком медленно. И это при том, что едем мы довольно быстро.

Чтобы немного отвлечься, представляю, как зайду домой, как переоденусь и пойду в душ, смою сегодняшний день, всю эту грязь…

– Не передумала насчет предложения?

Вопрос застает меня врасплох. Оказывается, я успела задремать, и сама даже не заметила этого. Глубоко выдыхаю, а сердце-то колотится.

– Какого? – растерянно спрашиваю, приглаживая волосы. Поворачиваюсь к мужчине, совершая непростительную ошибку.

Я снова попадаю во власть его пронзительного тяжелого взгляда. И в нем я читаю ответ на свой вопрос. То самое предложение, от которого я отказалась.

– Назови сумму, и я ее удвою.

В горле пересыхает. Это очень щедро, безусловно. Я же ведь могу и понаглеть. Наверное, та же Алина на моем месте не выделывалась бы, а извлекла бы выгоду по полной. Я же – нет.

И дело даже не в том, что у меня еще ни разу не было близости. Просто я не могу вот так. Меня мутить начинает, стоит подумать, что я продамся. Даже учитывая, что положение у меня, в общем-то, такое, что не позавидуешь.

– Мой ответ не изменится, – отвечаю, а у самой губы, кажется, онемели. Едва шевелятся. Я даже не уверена – вслух ли я это говорю.

Мужчина хмыкает, отворачивается и разблокирует двери. Я только сейчас понимаю, что мы приехали. От растерянности не сразу узнаю, где мы. Забываю, что назвала не свой адрес, и быстро, пока незнакомец не передумал, покидаю машину.

Я забегаю в ближайший подъезд – мне еще и везет, дверь как раз открывает молодой парень. Присвистывает, явно оценивая мой внешний вид, но я проношусь мимо него и, только убедившись, что он не пошел за мной, выдыхаю.

Поднимаюсь на один пролет, прохожу к окну и каменею.

Тот мужчина, что спас меня, не уехал. Он, наоборот, вышел из машины. Его пальто расстегнуто, а руки убраны в карманы брюк. Он стоит, чуть запрокинув голову наверх, медленно скользя взглядом по дому. Испуганно отшатываюсь в сторону, гадая, мог ли он меня увидеть? Или не мог?

Выжидаю и очень осторожно выглядываю опять. Но мужчина так и стоит на том же месте.

Да как же так?

Смотрю, как он неторопливо достает пачку сигарет из кармана, вынимает сигарету и прикуривает. Он стоит достаточно близко к фонарю, чтобы я могла различить каждое его движение. И хотя тут на площадке достаточно скудное освещение, меня не покидает ощущение, что он смотрит прямо на меня.

Отхожу подальше, прячусь в тени, а после и вовсе отворачиваюсь от окна.

Сколько мне вот так ждать? А вдруг он до утра останется?

Пока я нервно хожу туда-сюда, где-то наверху хлопает дверь, и я испуганно замираю. А вдруг это тоже мужчина? Вдруг он пойдет по лестнице?

Шумит лифт, двигаясь вверх. Я же напряженно жду, что будет дальше.

Спустя минуты, показавшиеся мне настоящей вечностью, хлопает дверь подъезда, и снова наступает тишина.

Набравшись смелости, я подхожу к окну ровно в тот момент, когда незнакомец выбрасывает сигарету и садится обратно в автомобиль.

Наконец-то!

Машина уезжает, но я не тороплюсь. Выжидаю на всякий случай еще десять минут и только потом начинаю спускаться.

На улице воровато оглядываюсь, но вроде все чисто. А дальше я практически бегом добираюсь до своего дома.

На ходу достаю ключи и, открыв дверь, забегаю в подъезд.

Адреналин, который гуляет в крови, будоражит так, словно я энергетика напилась.

Поднимаюсь на свой этаж, но на последнем пролете все-таки подхожу к окну – просто на всякий случай. Однако во дворе ни намека на ту машину и ее хозяина.

Значит, и правда уехал.

Выдохнув с облегчением, добираюсь до своей квартиры и тихо, все еще боясь сама не зная чего, захожу.

После всех приключений меня настигает откат – руки трясутся, а на глаза наворачиваются слезы.

Я ведь сегодня с жизнью попрощалась.

Так и стою в темном коридоре, собирая себя по кусочкам и пытаясь хоть немного унять эмоции.

Но тут слышатся шаги, затем свет загорается, а следом по нервам ударяет громогласное:

– А я-то все думаю – где тебя носит…

4 Влада

Вздрагиваю и медленно оборачиваюсь. Хозяйка квартиры гневно смотрит на меня. Брезгливо кривится, опуская взгляд на мои коленки.

– Вырядилась как шлюха, – наотмашь бьет словами, напирая на меня. А учитывая, что она дама в теле, выглядит это угрожающе. – Я же предупреждала, чтобы никакого блядства!

Ее голос переходит на ультразвук, и у меня аж уши закладывает.

– Да я официанткой работаю, – пытаюсь оправдаться. – Я же вам говорила.

– Официантки одеваются не так, – припечатывает она.

– Я же не виновата, что там такая униформа, – бормочу, пытаясь прикрыться курткой.

– Думаешь, я такая дура, что поверю?! Устроила тут притон!

– Но я же никого сюда не вожу, и не приведу. Я работаю круглыми сутками, – устало вздыхаю.

– Вот что, дорогуша – или ты закончишь с этим, – она презрительно кривится, взмахивая рукой, – или уматывай отсюда.

– Как уматывай? Я же за два месяца вперед заплатила.

– А вот так, – нагло заявляет Елена Георгиевна, тыча в меня своим толстым пальцем. – Я тебе, дура такая, поверила. Вроде приличная девочка, а оказывается, ты шалашовка та еще!

– Ничего подобного! – громко возмущаюсь. – У меня и парня-то нет. И вообще я работать приехала, а не вот это все!

Хозяйка подозрительно щурится.

– Смотри мне! Я тут устраивать вертеп не позволю – мне, если что, все доложат! – добавляет, а затем напролом идет к выходу – я едва успеваю отойти в сторону, чтобы не столкнуться с ней. При нашей разнице в весовых категориях пострадает явно не она.

Только когда щелкает замок, я немного расслабляюсь, зато тут же открывается дверь соседки, и та осторожно выглядывает в коридор.

– Свалила?

– Ага. А ты что, не могла предупредить про нее?

Алина недовольно поджимает губы.

– Я тебе звонила вообще-то. Но ты же деловая колбаса, не ответила.

Охаю и тут же лезу в сумочку. Оказывается, я совершенно забыла проверить мобильный, а там действительно три пропущенных.

– Что, так хорошо отработала смену? – ехидно усмехается она.

Тут я вспоминаю про эти несчастные ошейники.

– Ты знала про чокеры, да?

Алина выходит из комнаты, снисходительно усмехается и, сложив руки на груди, прислоняется к стене.

– Ну, допустим, знала. Ты бы если внимательно прочитала договор, тоже бы знала.

– Там было написано про них? – судорожно вспоминаю те бумажки. Вроде ничего про интим-услуги не было.

– Там было про отличительные знаки и дополнительные услуги. Любой бы понял, о чем речь, – фыркает соседка.

Мне вот даже возразить нечего. Наверное, я слишком наивная дура. И если бы не Саша Архипов в свое время – такой же воспитанник детдома, как и я – я бы уже давно перестала быть девочкой.

– Ну, и чего ты дуешься? – продолжает Алина. – Тебе же нужны были деньги, так?

– Так.

– Ну вот. А так бы ты отказалась сразу, и чего? Выперла бы тебя Галина на улицу. Думаешь, ей захотелось бы с тобой нянчиться?

Я молчу на это. На самом деле не знаю я ответа на этот вопрос. Галина Рогова – владелица модельного агентства. И наверное, для меня она почти как крестная фея. Ведь если бы не она, не знаю, куда бы я вышла из детдома. Она однажды приехала к нашей заведующей, а заметила меня.

И ведь я даже не очень подходила по параметрам – худая, недостаточно выразительная. Бледная, с мелкими чертами лица. Да и бедра у меня чуть больше, чем положено для подиума. Однако Галина устроила так, что меня передали к ней под опеку. Как – загадка. Но когда она предложила поехать с ней в город, я не сомневалась. К тому моменту Сашка выпустился уже три месяца как. И хотя он заглядывал к нам в гости, в том числе, чтобы напомнить всем, что меня трогать нельзя, рано или поздно меня бы поймали и изнасиловали старшие пацаны.

Поэтому я с радостью ухватилась за эту возможность, лишь заявив, что ни за что не стану шлюхой. Галина тогда лишь усмехнулась и пообещала, что не станет заставлять. Но и отговаривать не будет.

Первые полгода я помогала ей в студии – работала уборщицей и вообще выполняла ее поручения. Жила там же в подсобке, и даже получала кое-какие деньги. А вот когда мне исполнилось восемнадцать, Галина предложила мне обучение у нее в школе моделей. Не за бесплатно, конечно. В долг. И с условием, что я начну работать и содержать себя сама.

Может, это и жестоко, но для меня казалось – идеально.

Так я и прожила почти год – Алина, которая тоже училась у Галины, сказала, что ищет соседку, но платить за квартиру надо было вперед. Поэтому мне пришлось устроиться официанткой. Но мне постоянно не везло с заведениями. Отчаявшись, я согласилась на предложение соседки и коллеги и пошла работать в “Самайн”. Если бы я только знала тогда…

– А я тебе и так скажу – не станет она возиться с тобой, Влада, – продолжает Алина между тем. – У нее девок – хоть жопой жуй. И если кто-то начинает артачиться – с вещами, и на выход. Знаешь сколько желающих в ее агентство попасть?

С этим не поспоришь – фамилия Галины имела определенный вес в нашей среде. Многие торговые марки брали ее топовых девочек для рекламы. И если повезет получить хотя бы один рекламный контракт, то это невероятный шанс для карьеры.

– Все равно стоило рассказать, – тихо возражаю просто из упрямства.

– Дура ты, – беззлобно фыркает соседка. – Твои принципы тебе только мешают. Там реально можно поднять бабла.

– Так что ж ты не поднимаешь? – не выдерживаю ее поучительного тона.

Алина замолкает и смотрит на меня с жалостью.

– Что? Ты… Ты что.. С ними там…

– Я же говорю, дура. Зачем же продаваться на ночь и каждый раз, – многозначительно усмехается она. – Надо быть умнее – выбрать одного, с кошельком потолще. Привлечь и удержать. И вуаля – получишь все, что хочешь.

Хмурюсь, пытаясь приложить ее слова к той жизни, что ведет сама Алина.

– Но если все так, то где же твой этот один?

Она лишь мечтательно улыбается.

– Так я тебе и рассказала, да? Чтобы ты его увела?

Я шокированно смотрю на нее.

– И не делай такие глаза. Шикарных и щедрых мужиков не так-то много, Влада. Надо уметь суетиться и драть глотки за свое, – добавляет она уже совершенно иным тоном. – Все, я спать. Не забудь – завтра Галина всех собирает.

Алина уходит, а я сначала все же иду в душ. Учитывая заявление хозяйки, надо будет все же носить с собой одежду, чтобы переодеваться после смены. Но сегодня напрочь забыла об этом после случая с тем мужчиной.

Я почти час провожу в душе, пытаясь отмыться. Но в какой-то момент понимаю, что прокручиваю в голове вовсе не то, как на меня напал мерзкий посетитель ресторана. Нет, я думаю про того мужчину, что подвез меня домой.

Вспоминаю каждый его взгляд, скупые слова. И что-то внутри замирает.

Наверное, так жертва ощущает себя перед хищником – когда становится понятен исход.

И ты понимаешь, что шансов сбежать нет.

И все же мне удалось! Чем не повод порадоваться?

Утром я с трудом встаю по будильнику. Алина уже свежая и, как всегда, отлично выглядящая. Смотрит на меня с осуждением.

– Если ты в таком виде заявишься на собрание, не обижайся, что тебя не выберут на показ.

– Какой показ? – сонно моргаю. Соседка демонстративно фыркает.

– А вообще ты моя конкурентка. Так что разбирайся сама, – заявляет она и быстрее, чем я успеваю сообразить, что еще спросить, покидает квартиру.

В итоге я все же делаю укладку и даже макияж. Неброский, но все же. Как бы там ни было, я хочу на подиум. Хочу заказ. Это деньги, а возвращаться в Самайн нет никакого желания.

Я так тороплюсь, что выбегаю из подъезда, не застегнув куртку, и на ходу пытаюсь это сделать. Но едва только делаю шаг, как будто на стену наталкиваюсь.

Аккурат передо мной – всего шагах в пяти стоит тот самый незнакомец, который меня вчера спас и подвез.

И который предлагал купить ночь со мной.

5 Влада

Первая мысль – как он узнал? Я же проверила – тогда мужчины не было.

Вторая – надо бежать. И я даже делаю шаг назад. Но мой преследователь тут же зеркалит это, а на его лица мелькает раздражение.

– Не советую, – пресекает все мои мысли о том, чтобы скрыться хотя бы в подъезде.

– Зачем вы здесь? – с трудом выдавливаю, когда мужчина приближается.

– Приехал повторить предложение. Готов выкупить твою смену. Ты ведь завтра должна идти на работу?

Нервно сглатываю. Он знает…. Откуда он все это знает?

Впрочем, нельзя быть настолько наивной дурой! Еще когда я только устраивалась в этот ресторан, Сергей мне прямо так и сказал, что публика у них специфическая – сплошь серьезные люди со связями и большими счетами. При этом он явно делал намёки, что это можно использовать, а я тогда так боялась, что меня не возьмут, что упустила это из виду.

И ведь платили и правда шикарно – я все откладывала и тратила по минимуму. Именно поэтому удалось оплатить квартиру вперед. Алина сделала это играючи. Теперь-то я понимаю, как – наверняка ее спонсор ей помог. Я же старательно копила все заработанное.

А теперь вот Елена Григорьевна может меня просто выгнать! И что-то мне подсказывает, что деньги она мне не вернет.

– Мой ответ все тот же.

– Почему?

Его вопрос ставит меня в тупик. Что почему? Почему я не хочу продавать тело?

Смотрю в его холодные равнодушные глаза и понимаю – бесполезно отвечать.

– Ну, у меня же есть право выбирать? – тщательно подбираю слова. – Так вот это мой выбор. Я не хочу.

– То есть нужно, чтобы захотела. Помочь с этим? Если не деньги, то что? Устроить тебе карьерный рост?

Он едва заметно приподнимает бровь, а я мысленно ругаю себя за идиотизм. Кажется, он любое мое слово обернет себе на пользу. Такими темпами мы и до угроз доберемся.

– Послушайте, я не понимаю, зачем вам это – полно других красивых девушек, которые с радостью бы согласились на ваше предложение.

– Я хочу тебя.

Звучит, конечно, как приговор. Я будто в зале суда стою. После этого у меня перехватывает дыхание – слишком бескомпромиссно мужчина это произносит. Картинки прошлого начинают мелькать перед глазами. Меня тогда тоже никто не спросил – просто один из парней заявил – хочу ее. И все дружки радостно решили ему помочь загнать меня в угол, а там уже…

Повезло, что Сашка был рядом, отбил меня тогда.

– Я даже не знаю вашего имени, а вы предлагаете…

– Кирилл Туманов.

Тон у него такой, словно я тут же должна лужицей растечься. Но вместо желаемого эффекта получается обратный. Я начинаю злиться.

– Если ваше имя мне должно что-то сказать, то мимо, – нагло заявляю. Поправляю сумку на плече. – И вообще мне уже пора по делам. Спасибо за предложение, но я не передумаю.

– Такая уверенность, – вдруг ухмыляется он.

– Вам, может, и кажется это удивительным, но не все согласны продаваться за деньги! – с вызовом смотрю в его нахальные глаза.

Туманов чуть склоняет голову. Совсем как вчера. Что-то непонятное появляется в его глазах.

– То есть ты не такая?

– Именно, – с гордостью заявляю.

– Ты работаешь в Самайне, Влада. А значит, играешь по их правилам.

– Можете мне не верить, но до вчерашнего дня я не знала про эти… – нервно сглатываю, – правила.

– Окей. Я оценил твою принципиальность. Утрою сумму. Это некритично.

– Да что ж такое! Вы меня совсем не слышите? Я отказываюсь участвовать в подобном.

Туманов не торопится меня уговаривать или переубеждать. Смотрит пристально, а затем делает лишь один небольшой шаг ко мне. У меня коленки дрожать начинают. Какой же он пугающий! Слишком высокий, слишком сильный. Рядом с таким всегда будешь чувствовать себя слабым и беззащитным.

– Я позвоню в полицию, если вы продолжите меня преследовать.

– Одна ночь, Влада.

– У вас что, фетиш на тех, кто вам отказывает? – раздраженно огрызаюсь.

Зря, конечно. Совершенно не успеваю заметить, как Туманов оказывается рядом, хватает меня за волосы на затылке, вынуждая запрокинуть голову. Я напрягаюсь от этого броска. Рвано дышу.

Кажется, весь мир сейчас сужается до этого момента.

Кирилл не торопится что-то говорить. Лишь всматривается в мое лицо. Словно что-то ищет.

– Я всегда получаю то, что хочу, – очень тихо произносит мужчина. Затем так же резко отпускает и отступает. – Одна ночь.

Кожа горит в том месте, где он прикасался. Жадно дышу, невольно тянусь потереть шею. А Туманов ждет. Эта сволочь ждет, что я передумаю!

Ситуацию спасает чья-то машина. Раздается громкий сигнал. Поворачиваю голову и изумленно смотрю. Неужели мне могло так повезти?

Сашка, который довольно редко со мной пересекался или хотя бы созванивался, вдруг объявился. Да еще и сам приехал.

– И вообще мне пора. Меня парень ждет, – бросаю Туманову напоследок и бегу к Архипову.

Всего несколько метров, но я чувствую, как нещадно мне жжет спину. Знаю, почему. Но не оборачиваюсь.

Резко открываю дверь и быстро усаживаюсь внутрь. Невольно бросаю взгляд вперед, а там Туманов. Стоит и внимательно смотрит на нас.

И тут я делаю глупость – поворачиваюсь к Сашке и тянусь, чтобы поцеловать. Друг не успевает ничего сказать, как я чмокаю его в щеку.

– Поехали, а? – жалобно прошу его.

Архипов соображает быстрее меня, разворачивает машину, и мы, наконец, покидаем двор.

– И кто это был?

– Да так, дорогу спросил, – отчаянно вру и краснею.

– И поэтому ты меня поцеловала? – усмехается Сашка, поглядывая на меня.

– Да он просто спрашивал, есть ли у меня кто-то . Я так, просто перестраховалась, знаешь. На всякий случай – пусть думает, что я занята.

Саша глубокомысленно хмыкает.

– Ну, так-то даже к месту будет…

– Ты о чем?

– Тебя, кстати, куда? Опять к этой твоей рабовладелице?

– Скажешь тоже. Галина хорошая, – вступаюсь за женщину. Архипов, как всегда, усмехается. – Да, к ней. Так что ты имел в виду?

Он долго молчит, а затем на одном из светофоров поворачивается ко мне и предельно серьезно говорит:

– А я же не просто так к тебе приехал-то, Влада. У меня к тебе есть предложение.

6 Влада

– Хорошее хотя бы? – пытаюсь улыбаться. Но лицо у друга уж больно серьезное. – Надеюсь, не руки и сердца?

Я хоть и пытаюсь свести все к шутке, но внутри-то все замирает. Саша – единственный мой близкий человек. И он для меня куда больше, чем друг. Мне бы хотелось, чтобы он посмотрел на меня как на девушку, но еще в детдоме Архипов признался, что я ему как сестра. Поэтому он меня и защищал. Так что когда я его поцеловала после того случая, он вежливо улыбнулся и попросил так больше не делать.

– Ты как скажешь, – усмехается друг. – Какой руки? Молод я еще, сама понимаешь. Да и ты мне как сестренка же.

Натянуто улыбаюсь, киваю и отворачиваюсь к окну.

– Эй, ты чего? Обиделась, что ли?

– Нет, конечно. Я же пошутила.

Я, в общем-то, не так уж сильно-то и влюблена в Сашу. Просто привыкла к нему и… Тепло с ним. Уютно. Безопасно.

– Ну, и хорошо. Так вот, предложение. Ты же ведь модель у нас.

– Скажешь тоже, – отмахиваюсь на его комплимент.

– Ой, не скажи. Фигура что надо, – с видом эксперта заявляет Саша. – Так вот, будь другом – выручи, а?

– А что надо делать-то? Если к Галине устроить кого-то из знакомых, так это вряд ли. Она очень своеобразная дама и сама отбирает девочек. Причем не всегда понятно, по каким критериям. Могу привести в офис, когда она там, но…

– Да ты чего, – смеется друг. – Какое устроить? Нет, мне нужно сопровождение на одном мероприятии.

Удивленно смотрю на него.

– Какое? Ты в клуб собрался?

Саша усмехается и лениво откидывает челку назад.

– Так я, Владка, теперь большой человек. Ну, или скоро им стану, – заявляет он со значением. – Меня же повысили. Ты, кстати, даже не заметила, что у меня машина другая.

– Как другая? – озадаченно спрашиваю. – Вроде все то же самое.

– Серьезно? – искренне удивляется он. – Ну, ты даешь. Да, модель та же самая, но салон другого оттенка, и она новее же, – он выделяет последнее слово. – Ну что, неужели, и правда, не видишь?

Становится очень не по себе.

– Извини, я просто не выспалась. Ты прав, конечно, – заверяю его, не желая ссориться. – Так тебя можно поздравить с карьерным ростом?

– Можно, – самодовольно улыбается Сашка. – И не только, – добавляет многозначительно.

Чем именно занимается друг, я знаю только в общих чертах. Он на мои вопросы, как правило, отвечал довольно размыто, так все, что я могу сказать – это что-то связанное с финансами.

– Что это значит?

– Если все выгорит, то скоро хата у меня будет. Своя.

– Подожди, но тебе ведь от государства тоже дали.

– Ой, Владка, ты как скажешь, – кривится друг. – Дали. Собачья конура это, а не квартира. Да еще и в заднице мира.

Ну, я на это молчу. Для меня и однушка на окраине нашего небольшого городка была хороша. Другое дело, что ее даже сдать толком не вышло, а переехать в областной центр с Галиной было куда перспективнее. Так не намотаешься туда-сюда, вот и пришлось искать съемное жилье здесь.

– Нет, жить в той дыре я не собираюсь. Тесно мне там.

Он поворачивается ко мне и подмигивает.

– Ты ведь тоже теперь крутая цаца, да?

– С чего ты взял?

– Ну как, топ-модель будущая. А они знаешь какие крутые? Ого-го! Еще зазнаешься, перестанешь общаться с другом. И забудешь Сашку, который тебя отбивал от парней.

Натянуто улыбаюсь. Понимаю, что он имеет право так говорить – ведь и правда лишь благодаря ему я уцелела. Но все равно в груди неприятно скребет.

– Не зазнаюсь, Саш. Ты же знаешь – ты мой друг.

– Тогда ты уж не подведи меня, да? – Архипов пытливо смотрит на меня, игнорируя зеленый свет, который уже загорелся.

– Конечно, – торопливо отвечаю. – Нам вон ехать пора. А что за мероприятие-то?

– Да не забивай голову, – говорит Саша. – Ты, главное, нарядись побогаче, ага? Ну как вы там умеете. Как на подиум. Во! Чтоб мне все обзавидовались.

– А зачем? – ежусь от перспективы привлекать к себе лишнее внимание. Понимаю, что для модели такое глупо, но то подиум. А вот так, среди людей…

Хватит. Привлекла уже вчера. Хотя ведь не хотела и не стремилась! А тут еще и специально стараться для этого надо.

– Потому что это статус, дурочка, – объясняет Саша. – По тому, как одета моя спутница, будут судить и обо мне, понимаешь?

Я киваю, хотя как по мне, странно это.

– Так что, Влада, давай, по красоте, ага?

Снова киваю. Бросаю взгляд на часы и понимаю, что начинаю опаздывать.

– Саш, а нам еще долго?

– Ускориться? – предлагает он. Но куда там? Впереди пробка.

Расстроенно вздыхаю – Галина будет ругаться. Она терпеть не может, когда кто-то опаздывает. Особенно на общие собрания.

– Мда, нескоро мы отсюда выберемся, – замечает Архипов.

– Может, я тут вылезу? Дальше там срежу.

Машина стоит в крайнем правом ряду, так что чисто теоретически такое возможно. Тут ведь не трасса – просто широкая улица.

– Вообще-то за такое и штрафануть могут.

Киваю, принимая неизбежность. Отворачиваюсь к окну, кусаю губы, представляя, как буду оправдываться перед Роговой.

– Черт, ладно, Владка, давай, только шустро, ага?

– Спасибо! – открываю дверь и слышу, как в спину летит:

– Вечеринка завтра! Позвоню.

Я несусь так быстро, как только могу. Хорошо, что обула ботинки без каблука. Иначе бы пришлось туго. Буквально за несколько минут до начала добегаю до нужного дома, толкаю дверь и практически падаю в чьи-то руки.

Следом ощущаю терпкий мужской парфюм.

– Вот это я удачно зашел, – раздается у меня над головой.

7 Влада

Ассоциации с Тумановым мгновенно вспыхивают в моей голове. Но парфюм совершенно не тот. Да и руки тоже держат иначе. Интуитивно понимаю, что могу вырваться, и делаю это.

– Пустите! – требую громко и дергаюсь в сторону.

– Эй, тише, – усмехается незнакомый мужчина, когда я отбегаю от него. – Просто помог же.

– Не стоило, – сухо возражаю.

– Было бы жаль портить такую красоту, – надолго ухмыляется он.

Его взгляд стекает по моему лицу все ниже. И снова это оценивающее выражение.

– Ничего такая, – цокает он языком, и у меня прямо руки чешутся влепить ему пощечину за такую заявочку. А следом прилетает странная мысль – почему же я не могла сделать то же самое с Тумановым?

Впрочем, понятно почему. Он – совершенно другой. Мужчина на каком-то другом уровне. От него исходит такая аура власти и подавления, что рядом с ним хочется лишь подчиняться.

Этот же… Поджимаю губы и пытаюсь обойти незнакомца, но тот ловко делает шаг в сторону и перегораживает мне дорогу.

– И как же тебя зовут, красавица?

– Неважно, – цежу, снова делая шаг назад. – Пройти дайте.

– Как неважно? А где же спасибо?

– Влада! – раздается голос Роговой. Я тут же напряженно вытягиваюсь в струну. Есть у Галины способность – рядом с ней все ходят по линеечке, как она говорит. – Где тебя носит? Опять решила опоздать?

– Галочка, – поворачивается к ней мужчина. – Прости девочку, это я ее задержал. Такая конфетка у тебя, оказывается. А я и не знал.

От его голоса хочется помыться. Мерзко. Слащавый такой тон. И мне страшно, что Рогова сейчас даст добро на поползновения этого явно богатого индивида.

– Коля, – строго произносит она, – я тебе уже говорила, что мои конфетки не про тебя.

Затем смотрит на меня и делает едва заметное движение головой, после чего я, выдохнув с облегчением, проскальзываю мимо нее и Коли и бегу к лифту.

Фух… Ну, вроде хоть здесь обошлось.

На нашем этаже уже суета вовсю. Девчонки даже не особенно замечают меня. Впрочем, так было всегда, поначалу – потому что я была уборщицей и безликой помощницей. Потом – хоть я и стала ученицей, все же никаких показов или контрактов у меня не было. Да и внешность не идеально подходила под стандарты. Но Галина упорно повторяла, что я обязательно принесу ей славу.

– Надо же, успела, – замечает Алина, подходя ко мне. – Галина куда-то отлучилась. Задерживается.

– Ага, внизу с каким-то Николаем разговаривает.

– Каким Николаем? – тут же цепко спрашивает Вера, услышав мои слова.

– Ну, чуть лысоватый такой, невысокий.

Тут ее глаза загораются. Она хлопает в ладоши.

– Аверьянов здесь!

– Да не ради тебя, – тут же осаживает ее Алина.

Я понятия не имею, что за Аверьянов, но и знать не хочу. Тип он противный. Но я уже усвоила, что тут девочки по-иному смотрят на те возможности, которые дает профессия модели.

Пока вешаю куртку, как раз возвращается Рогова, и тут же все замолкают.

– Я не поняла, почему тут толпимся? Быстро в зал. Все.

Такие сборы у нас бывают нечасто, обычно – если впереди предстоит много работы, и Галина выбирает, кто на каком показе будет работать, а еще когда будут занятия. В общем, своего рода организационное собрание.

– Так, девочки, можете радоваться – я нашла вам много работы, – заявляет Рогова, заходя в зал последней. – Очень-очень много работы.

Ее цепкий взгляд скользит по нам. Никто не рискует задать вопрос, хотя он мучает каждую из нас.

– Итак, напомню еще раз, что здесь вам не кружок по интересам, тут работают строго профессионалы. И это значит, что если заказчик говорит, что хочет выпустить на подиум модель голой, то что?

Мы все молчим, но ответ понятен и так.

– Именно, мои хорошие. Модель пойдет голая. Даже если у вас вера не позволяет или что-то еще. Всем, кому претит такое – дверь там.

Собственно, в этом ничего нового – каждый раз начинается с такой вот напутственной речи. В этом плане Галина очень строгая. Я слышала от девочек, что пару раз ее крупно подставили, и теперь она жестко пресекает подобное на корню, требуя полной отдачи работе.

“Пройти по подиуму нужно так, чтобы это было искусство”, – любит повторять наша наставница.

И здесь нет никого, кто согласился бы ей перечить. Хотя бы потому, что именно агентство Галины Роговой подарило стране ряд топовых моделей. Именно она нашла их в свое время и сделала звездами, разглядела талант и потенциал.

Глупо врать, но каждая из нас надеется стать очередной топ-моделью. И поэтому мы все здесь.

– Что ж, если это все ясно, перейдем к конкретике. Впереди у нас яркий показ от Леонтия. Ему нужно будет пять моделей на мероприятие. В этот раз этот недалекий все-таки сделал правильный выбор и обратился ко мне. Поэтому… – она замолкает и проходится еще раз взглядом по залу. – Вера, Алина, близняшки и Катя. Будете участвовать. Дата – через две недели. Поэтому – строгая диета. Максимально тщательный уход за собой – чистая линия бикини. Это будет коллекция нижнего белья.

Раздаются тихие восторги, но один взгляд Галины – и снова тишина.

– Дальше – Маринин тоже пришел к нам с заявкой на трех девочек для новой рекламы шампуня. Так что… Может, есть желающие?

Я все собрание сижу как на иголках. Вроде бы и понимаю, что пока я еще не так уж продвинулась в своем обучении, но все равно надеюсь. Нет, дефиле на подиуме уже получается куда лучше. Но я все равно до сих пор слишком неуверенно чувствую себя. Визаж и прически тоже освоила, но вот с позированием прям беда пока. Галина иногда лично ведет занятия и постоянно ругает меня. Порой так, что мне кажется, вот-вот просто выгонит.

Поэтому я не особенно верю, что окажусь в числе счастливчиков, которых возьмут хотя бы в один проект в этот раз.

А ведь это помогло бы решить вопрос с деньгами, хотя бы временно.

– …Влада.

Дергаюсь, будто от удара. Хлопаю глазами, наткнувшись на пристальный взгляд Роговой.

– Тимофеева, где витаешь?

– П-простите, – блею, пытаясь сообразить, о чем шла речь.

– Последнее китайское, да? – Тут же согласно киваю. Лишь бы не раздраконить ее. – Ты тоже пойдешь.

Едва удерживаюсь от вопроса – куда?

Кошусь на Алину, та недовольно поджимает губы.

– Прослушала? – тихо спрашивает Марианна, сидящая справа. Пожалуй, единственная среди всех добрая и открытая девочка. Молчаливая обычно и не разговаривающая ни с кем. От девчонок слышала, что у нее очень богатые родители, которые исполняют любые ее капризы.

– Ага.

– Тебя выбрали для одного из показов. Закрытого.

Поворачиваюсь к ней и смотрю неверяще. Не может быть. Так просто туда не берут. Никто из новичков ни разу не был.

Марианна улыбается ободряюще.

– Влада, хочешь что-то сказать?

Снова вздрагиваю.

– Нет-нет, – резко мотаю головой.

– Тогда все свободны. Тимофеева – ко мне в кабинет.

Девочки расходятся, ловлю на себе жалостливые взгляды нескольких из них. Плетусь за Галиной. Она, похоже, сегодня не в настроении, а значит, сейчас она устроит мне выволочку.

Не смертельно, но крайне неприятно.

Однако когда я захожу и закрываю за собой дверь, Рогова не торопится меня отчитывать. Медленно проходит за свой стол, садится.

Смотрит на меня устало, трет виски.

Она очень красивая женщина – в свои сорок с лишним лет выглядит как двадцатипятилетняя. Словно у нее секрет вечной молодости есть.

– Вот и что мне с тобой делать, Тимофеева? – обреченно вздыхает она. – Не могла вовремя прийти?

– В каком смысле? – встревоженно спрашиваю, вспоминая инцидент с тем самым Аверьяновым.

– В том самом. У меня на тебя особый заказ, Владочка. Пришло время начинать взрослую жизнь.

8 Влада

– Ну, что ты на меня так смотришь? – фыркает Галина, пока я пытаюсь как-то принять ее слова. И надеюсь до последнего, что это совсем не то, о чем я подумала. – Работать не хочешь? Передумала?

– Не передумала. Но я же… Я же говорила, что не стану с кем-то спать за… За карьеру!

– Ой, сколько пафоса, – кривится Галина. – Всем бы быть такими принципиальными, – опять вздыхает. – Да не дрейфь ты. Пока спать и не придется.

– Пока?

– Ну, а там вдруг передумаешь, – машет она рукой неопределенно. – Знаешь, многие вот так, как ты, стояли в позе. Но теперь знаешь где?

– На олимпе модельной карьеры?

– Если бы. Постель греют богатым женатым мужикам, пока их возрастные жены летают к морю с детьми.

– Я так не хочу, – упрямо повторяю, невольно вспоминая такие же циничные слова от Туманова. Прямо одно к одному.

– Ну, хочу-не хочу – это ты еще подумай. Пока пойдешь на закрытый показ. Но учти – там будут серьезные люди. И если кто-то из них захочет тебя, нужно отказать так, чтобы не было проблем – это твоя ответственность.

– То есть как? – растерянно спрашиваю.

– А вот так, Влада. Мужики – они существа примитивные. Начнешь тупо идти в отказ, закусятся. Чем больше бегаешь, тем сильнее их жажда охотника. Так что придумай план, и вперед. Это хороший шанс засветиться. Если, конечно, ты все еще хочешь стать моделью.

– А без этого никак? – с тоской спрашиваю, вспоминая, как пыталась донести до того же Кирилла свой отказ. И похоже, сделала только хуже – ведь притащился же он ко мне утром сегодня.

– Ну, ты можешь и отказаться. Объективно, тебе есть чему еще учиться. Но это хороший шанс показать себя. Если ты не собираешься всю жизнь участвовать в третьесортной рекламе или работать в каком-нибудь кейтеринге вообще, – морщится Рогова. – В общем, выбирай. Если что, вместо тебя есть кого отправить.

– А много… Оплата будет большая?

На лице Галина мелькает понимающе выражение, она криво ухмыляется.

– Вот оно что. То есть все дело в том – как много?

Мнусь, стыдливо опуская взгляд.

– Просто у меня сейчас проблемы с деньгами, – тихо признаюсь. Мне очень не хочется делиться своими проблемами. Когда Рогова забрала меня сюда, она сразу поставила условие – не делать ей мозг и справляться самой. Поэтому я и не просила ее помогать с работой – понимала, что и так пользуюсь многими привилегиями. Ни одна ее ученица не имела столько поблажек, сколько было у меня.

– А что так? Ты же вроде официанткой на ставку вышла. Алина сказала, устроила тебя. Нет?

– Да, но… Мне придется уволиться.

– Почему? Накосячила?

Мне очень хочется признаться во всем – рассказать, как попала. Но я знаю, что Рогова не пожалеет. Не станет подтирать сопли. Она жесткая и требовательная. С нежными эмоциями и переживаниями не к ней.

– Влада?

– Да, накосячила. Так что надо будет что-то искать. Квартира пока оплачена, да, но я не знаю, как быстро смогу найти что-то достойное и…

– Ясно. Ну и? Кого послала?

– А откуда вы… – замолкаю под снисходительным взглядом Галины. – Вы знаете, да, про Самайн?

– Естественно, знаю. Или ты думаешь, Алина сама догадалась тебя туда устроить?

Даже не знаю, как на это реагировать. Я-то думала, Роговой плевать, что там и как я нашла.

– Я до вчерашнего дня ничего не знала про допуслуги, которые прописаны в контракте, – тихо говорю. – Только вчера один подошел и предложил оплатить ночь.

– А ты, естественно, отказалась?

– Ну да.

– Имя знаешь? – я молчу. Про второго даже думать не хочу – тем более что и имя его я не знаю. – Влада, если потом это может аукнуться, то мне надо знать.

– Кирилл Туманов.

Он присвистывает и тяжело вздыхает.

– Все так плохо? – осторожно спрашиваю. Но Галина не торопится отвечать. Молча достает пачку своих любимых сигарет. Тонких. Деловито прикуривает. – Галина, пожалуйста. Он что, какой-то серьезный человек?

Я, конечно, вопрос-то задаю, но у самой только от одного имени мурашки по коже. Конечно, серьезный. Такой серьезный, что рядом с ним дышать сложно полной грудью. Особенно когда он смотрит этим своим взглядом.

– А ты уверена, Влада, что готова услышать правду? – спрашивает она, изящно выдыхая дым. Я медленно киваю. Если до этого я надеялась, что Туманов просто отстанет, узнав, что у меня парень, то теперь… – Ну, слушай, – усмехается Рогова. – Во-первых, от него надо держаться подальше. А во-вторых…

Эта эффектная пауза лишь сильнее нагнетает атмосферу. Я и так понимаю, что Кирилл – не простой мужчина. И честное слово, я не хотела его внимания!

– Ну, что ты на меня так смотришь? – вздыхает Рогова. – Напугал тебя?

– Напугал.

Какой смысл отпираться?

– Он темная лошадка, Влада, – задумчиво произносит руководительница. – Про него мало кто что-то знает. Немногословен, но влиятелен. Определенно, у него достаточно и денег, и связей. Не исключаю, что и криминал есть в анамнезе. В общем, непростой мужик. Такому, если что втемяшится – проще уступить и дать.

– То есть, у меня нет вариантов? – расстроенно спрашиваю.

– Зависит от его настроя. Я тебе честно скажу – на него у меня досье нет. Но к женщинам он… Неравнодушен – с ориентацией все в порядке. Но рядом с ним никогда никого нет. Он всегда один. Если и есть у него связи, то одноразовые. Чисто физиология.

Легче мне совершенно не стало. Что же делать-то? Получается, нет шансов отвертеться?

– Мой тебе совет – не попадайся ему на глаза. Если он ходит в Самайн – увольняйся. Такого раздраконишь – потом будешь пятый угол искать.

– Почему вы так говорите? Он уже что-то такое делал?

Взгляд у Роговой становится нечитаемым.

– Он – нет. Но я знаю такой типаж мужчин. Не думаю, что он насильник, и вряд ли подловит тебя в углу, чтобы нагнуть и поиметь. Нет, если он захочет тебя, то получит. Но сделает так, что ты сама к нему придешь. Так что не светись, Влада. Поняла?

– Да, спасибо, – бормочу, чувствуя, как меня начинает бить дрожь.

Пока размышляю – может, рассказать ей про то, что Туманов приехал к моему дому, Галина добавляет:

– А насчет приема – придумай ерунду, которая будет всех отпугивать. Например, что даешь только после свадьбы, – предлагает она. – Хотя попадаются такие, что ведь реально доведут до ЗАГСа. С такими лучше срабатывает что-то связанное с неполноценностью. Но надо говорить уверенно. И опять же, только если видишь, что мужик не тот, для кого вызов – своего рода фетиш.

Озадаченно смотрю на нее. Рогова жалостливо вздыхает.

– Так, понятно. Не врубилась, да?

Я честно мотаю головой. Опыта у меня в этом и правда, ноль.

– Вот и что с тобой делать? – снова вздыхает она, жалуясь самой себе. – Ладно. Все равно собиралась тоже поехать на этот гребаный показ. Пригляжу за тобой. Но смотри – будешь провоцировать, я не стану твою задницу прикрывать. Поняла?

– Конечно! Спасибо! Спасибо вам большое-пребольшое! – воодушевленно говорю. Знаю, что если Рогова пойдет, то в обиду не даст. Я не раз видела, как она мужикам, и весьма серьезным, хвосты крутила. Просто стальная женщина.

– Иди уже, – машет рукой. – Мне еще делами надо заняться. А тебе вот – забери из химчистки. И пошустрее.

Я радостно киваю, беру квитанции и выбегаю из кабинета. Перед гардеробом замираю – на телефон приходит СМС от Сашки с напоминаем про вечеринку, или что там у него, и временем, когда он заедет. Оглядываюсь – вроде все разошлись по делам.

Стоило бы, наверное, спросить у начальницы, но вряд ли она одобрит подобное, а подвести Сашу я не могу. Так что тайком пробираюсь в комнату, где хранятся платья и прочие аксессуары. Быстро перебираю вешалки – я мало что примеряла из этого. Всего несколько моделей, когда Галина делала прогон на подиуме. Чисто для тренировки. Каждая вещь для меня слишком откровенная. То есть для дефиле – пойдет. Но вот на мероприятие… Слышу приближающиеся голоса и быстро стаскиваю одно из платьев с вешалки, а затем судорожно прячу его в рюкзак. Как назло, получается неловко и не с первого раза.

Но когда оборачиваюсь, то едва не сталкиваюсь с Алиной, которая выразительно смотрит на мой рюкзак, а затем на вешалку позади меня.

– Так-так-так, Влада. Ты, значит, у нас воровка?

9 Влада

– Ты все не так поняла, – испуганно говорю. – Алин, я просто взяла на один день.

– Да? Тайком? Галина ведь не знает.

– Не знает, – сознаюсь в собственном проступке. – Она бы…

Отвожу взгляд, сжимаю рюкзак покрепче.

– Ну давай, колись. Что ты там задумала. Соблазнить кого-то хочешь?

– Ты что! Нет, конечно!

– Тогда что?

– В общем, друг попросил ему помочь – сходить с ним на какое-то важное мероприятие.

Соседка удивленно цокает языком.

– Тебя? А что за мероприятие?

– Да я, если честно, не знаю. Вроде какое-то важное. Нужно, чтобы с ним была шикарно одетая девушка. Ну, ты понимаешь.

– Ага, я-то понимаю, – кивает она. – А ты при чем?

Это довольно обидно. Но сейчас ссориться с Алиной – себе дороже. Если она доложит Роговой, та может и передумать мне помогать не влипнуть на закрытом показе.

– Наверное, ему не к кому обратиться.

– Ну, ты вообще-то платье хорошего бренда утащила. Уверена, что это мероприятие настолько высокого класса? – фыркает соседка.

– Я не знаю. Саша сказал, крутое.

– Так его зовут Саша. И что – кто он такой?

– Да мы вместе в детдоме были, – тушуюсь под ее пристальным взглядом. Понимаю, что Алина уж какая есть – едва услышит про нового мужика, тут же делает стойку и оценивает, как она говорит, ликвид.

– А, этот, – разочарованно тянет она, и интерес из ее глаз тут же пропадает. – Так он, небось, тебя в задрипанный клубешник потащит. Поди, специально тебе уши греет, что, мол, мероприятие, а сам просто под юбку тебе хочет залезть.

– Даже если и так, то что?

– Да ничего, дурочка. Лучше бы мужикам из Самайна давала. Те хоть с перспективами. А так бесплатно, считай. Или у тебя по любви?

– Мы с Сашей просто друзья.

– Ага, да. Дружилки у вас только разные. Ой, ладно – хочется по граблям ходить – вперед.

– Так ты не скажешь про платье?

Алина снисходительно смотрит.

– Не скажу. Но помнить буду.

От разговора с ней остается крайне неприятный осадочек. Я бы и хотела сменить соседку, но куда? Квартира оплачена на два месяца. Найти новую – целая проблема. Не знаю, как, но эту комнату мне уступили по очень низкой цене. Опять же, может, потому что Алинину часть оплачивает ее спонсор. Подобрать замену будет непросто.

День пролетает незаметно. Бегаю по поручения Роговой, и к вечеру уже еле живая от усталости. Если учесть, что до этого я целую смену отработала в Самайне, то понятно, что вечером я просто вырубаюсь. Иначе не скажешь.

Поэтому и пропускаю звонок Сашки.

Он, естественно, злится. Говорит, что вообще-то рассчитывает на меня. Я заверяю, что все будет в шоколаде. Алина, оказывается, не ночевала дома, и впервые я этому даже рада.

Не хочу с ней сталкиваться после нашего разговора. Пока закипает чайник, подхожу к окну и… Замечаю там тот же автомобиль, что бы у Туманова вчера.

Отшатываюсь от окна, испуганно выдыхая.

Не может быть. Ну нет. Или это он?

Аккуратно подхожу ближе и выглядываю так, чтобы меня не было заметно. Но сколько я ни жду, никто не выходит из машины. Уже начинаю думать, что вполне могла и обознаться. Ну, разве в городе мало тонированных внедорожников? Тем более что я плохо разбираюсь в марках. Вон, даже не заметила, что у Архипова новая.

К окну я больше не подхожу. Хотя мысли то и дело возвращаются к Туманову.

Вспоминаю, что говорила Галина, и надеюсь, что Кирилл уже потерял ко мне интерес, да и все.

К назначенному времени я едва успеваю – стараюсь выглядеть идеально, все-таки Саша попросил о помощи, и я хочу сделать все на все сто.

Смотрю в зеркало и не узнаю саму себя. Макияж, пусть и не такой уж кричащий, но все равно для меня слишком яркий. Платье это с вырезом на спине и провокационным разрезом до середины бедра… Про туфли я вообще молчу. Хорошо, что они у меня есть свои – купила, чтобы отрабатывать походку. Вглядываюсь в свое отражение и думаю – может, чересчур все это?

Сашкин звонок вынуждает заканчивать с сомнениями. Накинув пальто, выхожу из квартиры, с волнением дожидаюсь лифта. Не знаю, как Архипов отреагирует. Вдруг у них там какой-то строгий дресс-код, и я не угадала с образом?

Выхожу из подъезда, растерянно оглядываюсь.

Саша мигает фарами, я направляюсь к нему, расстроенно понимая, что он, похоже, не выйдет из машины, чтобы как-то встретить. Размечталась, дурочка,

Уже возле машины Саши меня словно в спину толкают. Оборачиваюсь и замечаю машину, стоящую с другой стороны подъезда. Вроде бы ничего особенного, но…

Не знаю. Передергиваю плечами и быстро юркаю в машину к другу.

Он ошарашенно смотрит на меня.

– Ты чего? – нервно улыбаюсь.

– Охренеть, Владка, – хрипит он, а затем вдруг подается ко мне, не давая возможности отстраниться.

В груди радостно екает. Реакция друга означает, что ему нравится. А значит, мои старания все-таки не прошли даром.

Я уже предвкушаю, что вот-вот Саша меня поцелует, но он почему-то тормозит.

Между нашими лицами едва ли пара сантиметров. Архипов разглядывает меня со странной жадностью и при этом ничего не делает.

Чем больше затягивается пауза, тем обиднее мне становится. На вопрос, почему, у меня появляется лишь одна догадка – у друга кто-то уже есть.

А для меня это означает, что шансов нет. Что все мои хрупкие надежды теперь ни к чему.

Судорожно перебираю в памяти, упоминал ли Саша кого-то из девушек. Знаю, что если бы такое случилось, я бы не смогла забыть. Но я все равно ищу, чтобы понять – верна ли моя догадка.

– Ну ты, конечно, – выдыхает Архипов и резко отстраняется.

– Плохо? – с горечью в голосе спрашиваю, уже зная ответ.

– Ты что! Я, конечно, понимал, что ты можешь взять нужные шмотки и правильно наштукатуриться, но чтобы настолько преобразиться…

Друг присвистывает.

– Это прямо как будто не ты, а принцесса дорогущая!

Его комплимент проходится по меня как удар хлыста. Вроде бы похвалил, но внутри расцветает обида. Неужели и правда дело только в шмотках и краске на лице?

– В общем, выглядишь круто, – продолжает Саша, заводит машину и выезжает из двора.

– Достаточно для твоего мероприятия? – грустно спрашиваю, глядя в окно.

– Шутишь? Да ты станешь звездой, – усмехается он. – Уверен, босс оценит.

– Босс?

– Ну да. Мой начальник тоже будет там. У нас требование – быть с парой. Я же говорил.

– А что, ваш босс еще может и раскритиковать твою спутницу?

Саша ухмыляется, но молчит. И это тоже ложится неприятным осадком.

Снова отворачиваюсь к окну. У меня было столько предвкушения и планов на этот вечер. Я, глупая дурочка, надеялась, что, может, это сблизит меня с другом. Но судя по тому, что я уже услышала, ничего подобного не предвидится. Да и настроение теперь совершенно не располагает к этому.

Может, виной этому моя детская влюбленность в Сашку, а может, я просто глупая девчонка. Ведь и с Самайном вышла тоже дурацкая ситуация. Могла бы и раньше догадаться, но я упрямо не хотела видеть дальше собственного носа.

– Саш, а долго там нужно находиться?

– А ты что, торопишься? – напрягается друг. Вижу, как он нервно поправляет галстук. Бросает на меня короткий взгляд. – Владка, ты обещала мне помочь. Так что давать заднюю сейчас – прям некрасиво.

– Да я не отказываюсь. Просто хочу знать, когда вернусь домой.

– Так куда тебе торопиться-то? Ты ж сама по себе.

Закусываю губу, чтобы сдержать резкие слова. Почему сегодня каждая его фраза так больно бьет по мне и моей самооценке?

– Погоди, или у тебя кто-то появился? Может, тот самый мужик?

– Нет у меня никого, – бурчу в ответ. – Просто завтра рано вставать. Вот и все.

– Да не заморачивайся. Ну, может, к полуночи народ начнет расходиться.

– А оттуда автобусы ходят?

Архипов откровенно смеется надо мной.

– Владка, ну ты даешь. Ты что, в таком виде на общаке собралась ехать? Да ну, не заморачивайся. Я отвезу тебя. Доставлю с ветерком. Пробки как раз рассосутся.

Его слова немного меня успокаивают. Значит, он не планирует закончить вечер с кем-то другим.

Остаток дороги мы не разговариваем. Пару раз Саше кто-то звонит, но он разговаривает крайне неохотно. Косится в мою сторону, но я отворачиваюсь, чтобы не смущать его. Хотя чего скрывать – к разговору все равно прислушиваюсь. Опять же неуместная ревность и обида, которым, в общем-то, нет места в наших отношениях, говорят во мне. Ни разу Архипов не давал мне повода считать, что между нами что-то будет. Но я по старинке испытываю к нему не только благодарность, но и надежду, что мы с ним будем вместе.

Почему? Наверное, дело в том, что мы выросли в одном месте, а это накладывает определенный отпечаток. Детдом – не самое радужное место. И если ты там не был, то сложно представить – как это.

– Так, Влада, насчет места – это ресторан. Довольно приличный. Так что, пожалуйста, держи себя в руках.

– В каком смысле? – поворачиваюсь к нему, обалдев от такого заявления.

– Ну, я имею в виду, что не пялься там. Хотя ты, скорее всего, видела места и покруче. Вас же ваша эта таскает на разные мероприятия, да?

– Бывает, – сдержанно говорю.

– Ну, тогда ты понимаешь, о чем я говорю – когда девочка из деревни лупится по сторонам так, словно она дальше коровника не ходила.

Изумленно смотрю на друга и просто не понимаю – когда он стал таким снобом? Неужели большой город и хорошая работа его так испортили?

Саша ещё что-то говорит, но я так сильно оглушена неприятным открытием, что упускаю последние его слова.

– Договорились?

– О чем?

– Ты вообще меня не слушаешь, – досадливо ворчит Архипов. – Ладно. По ходу дела тогда.

В этот момент у меня яркое желание просто взять и уйти. Единственное, что удерживает – я пообещала Саше помочь. Хотя после его слов пропало всякое желание.

Парковка у ресторана вся забита. Найти место оказывается задачей непростой. И мы тратим почти пятнадцать минут на это. Архипов уже сильно нервничает, ругается. Я же молча отсчитываю минуты до того, как мы поедем обратно.

– Ну, наконец-то!

Саша ловит свободное место, и уже через пару минут мы выходим на улицу.

После тёплой машины мне становится зябко. Архипов нервно оглядывается по сторонам, а затем берет меня за руку и тащит за собой.

Я едва успеваю за ним на каблуках по обледеневшему асфальту.

– Саш, давай не так быстро, – прошу я. Он недовольно косится на меня, но идёт и правда медленнее.

Возле главного входа несколько гостей. Все они выглядят очень шикарно – мужчины лощённые, и даже на расстоянии видно, что они смотрят на всех сверху вниз – как хозяева жизни. А их спутницы будто сошли с подиума.

– Не парься, Владка, ты не хуже, – заявляет Саша.

Мне, конечно, неуютно здесь. Напоминаю себе, что я обещала помочь другу, и стараюсь не выдать своего нервного состояния. Но Саша вдруг сворачивает и ведёт меня в другую сторону от входа в ресторан. Удивлённо смотрю на него, а затем вижу невысокого коренастого мужчину, к которому мы и подходим.

Но не успеваю ничего спросить, как слышу:

– Вот, Алексей Саныч. Ваша девушка на вечер.

10 Влада

Я не могу поверить своим ушам. Что он сказал?! Мужчина между тем сканирует меня холодным равнодушным взглядом. Смотрит так, словно я вещь, которую он собирается купить.

– Саш, я не понимаю…

Хватка на моем плече становится болезненной, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вскрикнуть. Архипов предупреждающе смотрит. А я не понимаю. Он что, всерьёз?

– Надеюсь, проблем не будет? – небрежно роняет незнакомец, делая ко мне шаг. Я пытаюсь отступить, но друг удерживает меня.

– Конечно, нет.

– Тогда свободен, – барским тоном произносит этот самый Алексей Александрович.

Когда Саша отпускает меня, не успеваю даже рта открыть, как он уматывает. По-другому и не назовёшь. Разворачиваюсь вслед за Архиповым, но тут же оказываюсь схвачена Алексеем.

– Куда? – цедит он. – Думаешь, бегать за тобой буду?

– Я не хочу, – испуганно мотаю головой. – Отпустите. Это все ошибка.

– Какая ошибка? Или бабки взяла, а теперь бежать?

– Какие бабки? Вы ошиблись! Я ничего не брала.

Он резко встряхивает меня, словно куклу. От испуга у меня стучат зубы, и мороз по коже пробегает. Куда я попала?

– Будешь дёргаться, закончишь в канаве. Поняла?

Ошарашенно смотрю на него. Это же шутка, да?

– Я за тебя заплатил, и ты сегодня мой эскорт.

– Но я не давала согласия! – отчаянно мотаю головой. – Саша, он не сказал, что…

– По херу, ясно? – грубо обрывает меня Алексей. – Мне срать, что у вас там между собой. Я сказал ему привезти бабу – он привёз тебя. Точка.

Очень больно разочаровываться в близком человеке. Так больно, что слёзы на глазах. И мужчина, заметив это, недовольно кривится.

– Хватит ломать комедию. Хорошо отработаешь – добавлю сверху.

– Лучше отпустите, – тихо прошу, поняв, что вырваться из его хватки не получается.

– Ты совсем дура? – снова встряхивает. – Сейчас ты пойдёшь со мной в ресторан и будешь весь вечер стоять рядом как преданная сучка. Это понятно?

В его взгляде я четко вижу обещание расплаты, если начну снова спорить. Поэтому молча киваю.

– Вот и хорошо, – ухмыляется он. Протягивает пальцы к моему лицу, а я невольно отстраняюсь. – Что за дикарка? Хорош дёргаться. Ты моя девка на сегодня. Так что держись правильно.

Я лишь согласно моргаю. Нет больше у меня слов, от предательства Саши внутри холодно и больно.

Алексей кивает в сторону дверей.

– Без глупостей, детка.

Разворачивается и ведёт меня за собой.

– Руку положи, – цедит он, подставляя локоть.

Оборачиваюсь, не удержавшись.

– Последний шанс.

Вздыхаю и послушно выполняю приказ. С каждым шагом внутри умирает моя глупая влюбленность. Как же так, Саша?

Охрана явно знает Алексея, пропускает, даже не спросив пригласительные.

– Господин Мордовцев, – подобострастно произносит один из них. – Вашу спутницу нужно проверить.

Виноватая улыбка, и Алексей снисходительно кивает. Охранник обходит вокруг меня со специальным жезлом, а затем нас пропускают.

– Держись рядом, – бросает Мордовцев.

Когда заходим, я настороженно оглядываюсь по сторонам.

– Зовут как?

Его взгляд в упор сбивает с толку, и я не успеваю подумать, что лучше бы соврать, и говорю как есть:

– Влада.

Алексей косится на меня, и теперь в его взгляде появляется какая-то новая эмоция. Но очень быстро внимание Мордовцева переключается на двоих седовласых мужчин, и я выдыхаю с облегчением.

Я почти не получаю дежурных комплиментов – меня вообще будто и нет. Но это даже хорошо. Сам Алексей в мою сторону даже не смотрит. По сути, я словно дорогой аксессуар, который находится рядом с хозяином.

Мерзкое чувство. Ощущение, что меня выкупали в грязи и оставили голой в зале.

Очень хочется сбежать, но когда я в очередной раз оглядываюсь по сторонам, просто чтобы не видеть Мордовцева, чувствую, как что-то изменилось.

Словно воздух в зале резко накалился. В чем дело, я понимаю, лишь когда взглядом натыкаюсь на Туманова, который смотрит на меня в упор.

Так, будто имеет на это право. Будто я принадлежу ему.

Я словно заживо сгораю от этого пристального внимания. Хочутся скрыться от него, но этот опасный человек давит даже на расстоянии. Просто не могу отвести взгляда, пока Мордовцев уже не дергает меня за локоть.

Испуганно смотрю на него, но вместе с тем и выдыхаю с облегчением.

– Куда ты пялишься? – цедит он недовольно.

– П-просто по сторонам.

– А должна – на меня.

Я не успеваю придумать ответ, как чувствую, что он меня внаглую лапает – прямо при всех! Дёргаюсь, но ладонь на ягодице сжимается сильнее, а я сама оказываюсь едва ли не вплотную прижата к мужчине.

– Отпустите! – пищу, активнее отталкивая нахала.

– А ну, цыц! – шипит Алексей. При этом на его лице такое выражение, что я тут же замираю, а в голове ни единой мысли, как спастись от него. Вокруг полно народа, но у меня дикое ощущение, что я в ловушке. Мордовцева явно не смущает, что мы не одни.

– Уймись и веди себя как надо.

– Я буду, – киваю. – Вы только не трогайте меня, пожалуйста.

Алексей чуть ослабляет хватку, и это дает надежду, что он не совсем уж мразь, и с ним выйдет договориться.

– Будешь ласковой, за ночь еще накину. Премию, считай, получишь.

– Не надо. И ночь мне не надо.

– Чего ломаешься как целка? – Чувствую, как жар заливает лицо, а затем и шею. – Правда, целка?

– Отпустите, – прошу еще раз. – Не надо мне ничего.

Мордовцев убирает руку и смотрит задумчиво.

– Я умею быть щедрым, Влада. За ночь заработаешь как за месяц, если не соврала.

Какая же дикость! Впрочем, это ведь уже не первый раз. И будь на моем месте кто-то другой, наверное, решил бы, что это удача.

– Мой ответ не изменится.

– Уверена? – вкрадчиво спрашивает он.

– Мне не нужны ваши деньги, – четко отвечаю.

Мужчина криво ухмыляется, и на мгновение мне кажется, что он сорвется и все же попробует взять свое силой, просто заставив.

– У тебя был шанс, детка.

Он отворачивается, а я выдыхаю с облегчением. Жутко неприятный тип. Очередной гость отвлекает Мордовцева, и я осторожно отхожу в сторону.

– Мне надо попудрить носик, – натянуто улыбаюсь, едва Алексей замечает мой маневр. И пока есть возможность, попросту сбегаю.

В коридоре быстро направляюсь в сторону женского туалета, надеясь, что смогу там хоть немного прийти в себя.

Залетаю в комнату, которая оформлена в виде винтажного будуара, и выдыхаю с облегчением. Думала, Сашин босс помчится за мной, потребовав, и правда, сидеть собачкой возле его ног.

Достав мобильный, набираю номер Архипова, но тот не отвечает. Ни в первый раз, ни во второй. А на третий аппарат и вовсе оказывается выключен.

Окончательно разочаровавшись в друге, убираю мобильный обратно.

Как же так, Саша? Как ты мог?

Шумно выдохнув, смотрю в зеркало, но тут же дверь открывается, и в зеркале я наблюдаю, как в комнату заходит Туманов. На лице – холодная маска.

Резко оборачиваюсь и испуганно смотрю на него.

– Могла сказать, что работаешь в эскорте, – роняет он равнодушным тоном. А у меня ощущение, что мне снова отвесили оплеуху.

Наотмашь просто.

– Я не работаю.

Снисходительное выражение на его лице хуже колких слов. Ну, конечно. Он, как и все в этом зале, принял меня за продажную девицу. Впрочем, какая мне разница? Главное сейчас – уйти.

– Сколько?

– Я не…

– Хватит, Влада, – обрывает меня Туманов. Делает шаг ко мне, и я тут же зеркалю его действия, сохраняя дистанцию. Делаю еще один шаг назад и упираюсь спиной в стену. Бежать дальше некуда, а мужчина не торопится оставлять меня в покое.

– Одна ночь. Каков ценник?

– Вы не понимаете? – истерично усмехаюсь. – Я не стану с вами спать! Ни за какие деньги!

Я успеваю только моргнуть, как Туманов оказывается слишком близко. Снова его парфюм бьет по рецепторам. Я задыхаюсь от его милости, от того, как он давит на меня своей бешеной холодной энергетикой.

– Найдите себе кого-то другого!

– Что так? Или под Мордовцева ложиться тебе больше подходит?

– Да вы… Вы…

– Или ты его персональная шлюшка? Так я дам больше. Всего за ночь.

Его обидные слова провоцируют, и я даже не понимаю, как выходит, что замахиваюсь, но Кирилл успевает перехватить мою ладонь.

– Осторожнее, Влада. За такое я и руку вырву.

Что? Он же не может такое говорить всерьез?

– Не противно добиваться девушку, которая отказала много раз?

Он криво ухмыляется.

– Я не добиваюсь. Я покупаю шлюху на ночь.

Мне мерзко и грязно от его слов. Не понимаю, откуда такое предвзятое отношение, и за что я его удостоилась.

– Мой ответ не изменится. Можете больше не караулить меня возле дома.

Туманов смеряет меня взглядом, да таким, что хочется помыться. Столько пренебрежения и одновременно с этим темного желания в нем. Не понимаю, как это может сочетаться, но так и есть. И пускай на лице мужчины остается холодная презрительная маска, в глазах я вижу совершенно иное.

– Ой! – позади него появляются две девушки. – А это женский туалет.

Пока Туманов оборачивается к ним, я пользуюсь паузой и, быстро обойдя его, сбегаю. Теперь уже от Кирилла.

Эмоционально я выпотрошена сейчас. Вернуться в зал – значит, и дальше терпеть подкаты и мерзость от Мордовцева. А я не подписывалась на это. Поэтому сворачиваю в другую сторону и тороплюсь к выходу, раз уж удалось от него ускользнуть. Спину прожигает, но я не оборачиваюсь. Хочу лишь поскорее сбежать.

На выходе меня пытаются тормозить охранники, но я пробегаю, сказав, что плохо себе чувствую.

Выскочив из дверей, быстро сбегаю по ступенькам, а затем слышу резкий сигнал и, обернувшись, вскрикиваю, видя яркий свет, который ослепляет.

11 Влада

Слышу визг тормозов, а затем резко хлопает дверь, и мужчина выходит из машины.

– Совсем идиотка! – рявкает он. – Жить надоело, дура?!

– П-простите, – бормочу, торопливо проходя дальше. Мне в спину летят ругательства, и “безмозглая” – еще самое безобидное из них.

Я едва ли не бегом иду все дальше от ресторана. Только через пару кварталов меня немного отпускает. Я вызываю такси – на улице довольно холодно, а я в туфлях и в легком пальто.

Пока жду, успеваю сильно замерзнуть. Платье-то не предназначено для того, чтобы бегать по улице в такое время года. Даже в пальто.

В тепле машины мне становится еще хуже – на глазах наворачиваются слезы. Слишком много всего в этот вечер. Я так старалась. Думала, что это как-то, может, и сдвинет наши отношения с Сашей. А в итоге увидела его в таком свете, что…

Он будто совсем другой! Чужой, незнакомый. Циничный и очень жестокий.

Его поступок для меня как предательство. А ведь он, по сути, единственный близкий и важный человек у меня. Ну, разве что еще Галина.

Домой я захожу с опаской – совершенно не хочется сейчас общаться с Алиной. Но мне везет – ее, оказывается, нет в квартире.

Забираюсь в ванну и долго-долго моюсь. Но все равно чувствую себя грязной. В ушах так и звучат слова Туманова. Однако едва они замолкают, как на смену им приходит голос Мордовцева, а перед глазами всплывает этот его взгляд – липкий, грязный, похотливый.

Спустя почти час я все же выбираюсь из ванной. Вода не особенно помогла избавиться от ощущения грязи на коже, но я хотя бы согрелась. Однако едва забираюсь в постель, как мобильный начинает звонить. А когда беру тот в руки, то не верю своим глазам.

Саша.

Нет желания с ним разговаривать, но последняя робкая надежда, что он не знал, все же вынуждает ответить на звонок.

– Владка, мать твою, ты что творишь?!

– А ты? – это все, на что меня хватает.

– Я? Ты какого свалила неизвестно куда? Ты хоть понимаешь, как подставила меня?

– Ты реально считаешь, что это я тебя подставила?– от его крика начинает ломить в висках.

Я-то ждала, что он начнет оправдываться, может быть, объяснит, как это все вышло, но Архипов сразу бросился в нападение.

– А разве нет? Я же попросил тебя помочь, и ты, между прочим, пообещала!

– Ты сказал, что тебе нужна компания.

– Именно.

– Но ты забыл уточнить, что продал меня своему боссу как какую-то вещь!

Слышу, как бывший друг фыркает.

– Ну, ты уж не преувеличивай, Влад. Чего ты ломаешься-то? У него баба заболела, а ему нельзя одному, сама понимаешь – статус. Ну, вот он и попросил махнуться.

Что-то в его голосе царапает. Будто я впервые слышу фальшь.

– Он приставал ко мне!

– Ой, ну только не начинай, – усмехается Сашка. – От тебя что, убудет? Вы там на своих модельных показах все равно тоже трахаетесь со спонсорами. Так чего возмущаться-то? Ты хоть понимаешь, что со мной Мордовцев сделает? Нет! Так что давай топай обратно – если будешь хорошо себя вести, то он отойдет и спустит на тормозах.

После этого я просто молча заканчиваю разговор. Нет сил. Просто нет.

Бам! И прямое попадание в сердце. Всхлипываю, зажмурившись.

Как же так? Почему я не видела в нем этого раньше? Он, получается, всегда про меня думал вот в таком ключе? Что я со спонсорами?

В детдоме бывало всякое. Там я выучила, что верить нельзя никому. Но Саша всегда был для меня исключением. Он так заступался за меня, что я, дурочка, считала его настоящим рыцарем. Всегда оправдывала его грубость по отношению к другим, находила причины резкому поведению. Ведь он никогда не обижал меня.

А выходит, что я для него просто девка, которую можно запросто продать или одолжить.

Звонок повторяется, но я сбрасываю, а после вообще выключаю телефон. Плевать. Пусть хоть захлебнется своей злостью.

Пора принять простую истину – я одна в этом мире. И никому нет до меня дела.

Вообще никому.

С этой холодной отрезвляющей мыслью я засыпаю. И с ней же просыпаюсь.

Голова гудит, но будильник настойчиво напоминает, что надо вставать.

Телефон приходится включить – Галина не любит, если кто-то оказывается недоступен. Вряд ли, конечно, я ей понадоблюсь сегодня, но кто знает.

А она будто чувствует – звонит буквально через полчаса и дает список дел, которые нужно выполнить.

Выходить из дома страшновато, но на удивление ни Туманова, ни Сашки не наблюдается.

И тем не менее я до самого вечера постоянно жду, что ситуация усугубится. После того как бывший друг показал свое истинное лицо, я уже и не знаю, чего от него ждать.

Алина возвращается только через день. Довольная, с букетом цветов.

– О, ты дома, – говорит она, пошатываясь. Похоже, еще и пила. – Ну, как твой дружочек? Оценил образ?

– Ага, – отвечаю, не желая вдаваться в подробности. Платье-то я вернула на место, но то, что Алина про это знает, чувствую, аукнется мне еще.

– То есть у вас все было? – двигается она бровями.

– Не было ничего.

– Все-таки решила не размениваться на него? И правильно, Владка, друг этот твой – пшик. А вот нормальные мужики…

– Это твой женатый нормальный? – все же не сдерживаюсь от комментария.

– Именно, – кивает она. – Он знаешь какой щедрый? Особенно когда жена снова мозги делать начинает. А со мной ему легко и приятно. Отдыхает мужик душой. Так что запоминай и учись, пока я добрая.

Она дефилирует в ванную, при этом весьма неэстетично покачивается, а я сбегаю в свою комнату.

К счастью, Алина ко мне в этот вечер не лезет, и следующие пару дней мы почти не пересекаемся. Саша мне больше не звонит. Я испытываю по этому поводу странные чувства. С одной стороны, я не хочу иметь с ним что-то общее. А с другой – мне так горько, что я потеряла единственного друга, да еще и так некрасиво, что кажется, часть меня готова уцепиться за любую причину, чтобы помириться.

Потому что быть совершенно одной – страшно.

Но перед самым показом, куда меня взяли, мне становится уже не до мыслей об Архипове. Пока девочки собираются и спускаются в машину, которая за нами приехала, Рогова вызывает меня к себе в кабинет.

– Так, Влада, перед тем как поедем, надо кое-что обсудить с тобой.

И закрывает за мной дверь на ключ.

Я готовлюсь к самому худшему. Наверное, Алина все-таки донесла на меня. Сдала, что я брала это несчастное платье, и теперь Рогова меня выкинет за самоуправство. Она такие вещи очень не любит.

– Ты ведь помнишь правила, которые здесь действуют? – вкрадчиво интересуется она, подходя ближе.

Ее цепкий пристальный взгляд не дает ни единой возможности отвести глаза или зажмуриться. Мне кажется, именно так и смотрит кобра, когда хочет загипнотизировать добычу.

– Помню, – отвечаю упавшим голосом.

– Тогда помнишь и то, что бывает с теми, кто их нарушает, так?

В общем, деваться некуда. Киваю.

– Галина, я могу все объяснить, – тут же торопливо оправдываюсь, боясь, что я не успею сознаться сама. – Это был единственный раз, и поверьте, если бы это не был мой близкий друг, я бы никогда не сделала ничего подобного.

Рогова молча смотрит на меня, лишь ее идеальные брови чуть приподнимаются.

– Я взяла одно платье, да. Но я сдала его в химчистку после, и оно давно уже на месте – я вернула на следующий же день.

Хозяйка агентства не произносит ни слова. Обходит свой стол и садится за него.

– То есть ты провернула это у меня за спиной.

– Да, простите.

– Причина?

Голос ее становится сухим и отстраненным.

– Меня друг попросил его сопровождать на важное мероприятие, – отвечаю, не смея ей соврать. – Сказал, там нужно будет выглядеть очень достойно и эффектно.

– И как?

– Платье я вернула. Ничего не попортилось и…

– Мероприятие как? – перебивает она меня. – Понравилось?

– Нет, – честно отвечаю. – Мы поругались и… Я очень жалею, что поступила так.

– А с другом что?

Опускаю взгляд, нервно поправляя ремешок сумки на плече.

– Не друг он мне оказался.

Повисает тяжелое молчание. Рогова не торопится выговаривать, но я знаю – она женщина суровая. Просто так никому не спускает нарушения. И если бы Алина промолчала, то у меня был бы шанс. А так…

– Ты мою политику знаешь, Влада. Твой поступок – это, как когда-то говорили, зашквар.

Молча киваю. Что тут скажешь?

– Но я сделаю скидку на то, что ты слишком доверчивая особа, и никак не избавишься от своих розовых очечей на лице. Но раз уж прививку ты получила… – я снова киваю. – Значит, сейчас должна правильно все услышать и сделать верный выбор.

– О чем вы?

– Сегодня ты впервые будешь участвовать в показе. Коллекция называется Провокация. Догадываешься почему?

– Экстравагантные наряды?

– Более чем, – усмехается Рогова. – Увидишь сама. Но когда тебе дадут наряд, ты молча сделаешь все как надо. И чтоб ни единого возражения, ясно?

Я тут же киваю, хотя самой страшно становится. Что ж там за одежда такая, что Галина решила провести со мной беседу?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.