# Тень Тхэурда: дыхание за спиной

Нэс Хаф

Рэя Эстаз – талантливая заклинательница, но её дар обернулся проклятием. В её ядре сплелись свет и тьма, и когда мрак внутри неё пробуждается и обретает Голос, границы между добром и злом начинают таять.

Теперь Рэе предстоит не только сражаться с порождениями Тхэурда – мира, откуда приходят кошмары, – но и понять, кто её настоящий враг: чудовища из тьмы или голос, шепчущий ей за спиной?

Если она проиграет в этой борьбе – мир содрогнётся. Если победит – какой ценой?

Фэнтезийный мир, полное опасностей путешествие и тайна, способная изменить всё – история, где тьма гораздо ближе, чем кажется…

## Пролог.


– Многие дни были наполнены холодом и тьмой, подобно Холодному и Темному году в начале времен. Как пришли все вездесущие и все наполняющие, как поселились в нас и среди нас, очистили нас от всякого греха и спасли от нечестивых и оскверненных детей своих, так будет же один из Трех в этот день свидетелем и судьей нашим. Да будет воля Бога нашего Кэонтоса и на земле, как на небе. Ниспошли душе заблудшей свет Твой и истину Твою. Да будет имя Его благословенно вечно и во веки веков.

Верховный тредей наконец окончил свою речь, как показалось девушке, чрезвычайно длинную.

«Что за херню он тут наговорил», – только эти мысли роились в ее голове, но сил гневаться уже попусту не осталось. Ей было жаль всех этих людей, стоящих перед ней, смотрящих на нее липкими взглядами, будто их все сильнее скручивало изнутри и вот-вот должно было вырвать. И меж тем девушка находила в этих сотнях отвратительных глаз капли страха, который они так старательно запрятали за презрением.

Все эти люди… свято верили в легенду сотворения мира: будто его создали Свет и Тьма, а Жизнь и Мысль – всех существ и людей; будто Божественная война началась из-за скверны, которую послала в этот мир Богиня Тьмы, именуемая Тэнэброй; будто конец Темному и Холодному году положило Трибожие, сошедшее с Небес и обретшее форму. Так закончилась эра старого мира, Сэнамда’аха, и началась новая эра – Лиара.

Тем временем темные, почти черные, тучи заполонили собой все голубое пространство и скрыли единственного верного свидетеля – солнце. Девушка почувствовала тяжелую холодную каплю, упавшую прямо на макушку и скатившуюся по лицу. Она не могла смахнуть ее – руки и ноги были крепко привязаны к столбу в окружении палок и досок.

Безразличие плескалось не только в ее мутноватом взгляде, но и открыто демонстрировалось миру в виде ядовитой ухмылки.

Прежде чем отойти в сторону, Верховный тредей подошел чуть ближе, не боясь пленницы, которая безвольно стояла и ожидала своей последней минуты. Как ни странно на морщинистом лице залегло еще больше мрачных теней, придававших тредею усталый вид. Да, девушка бы подивилась, ведь его цель была достигнута – совсем скоро этот мир будет избавлен от корня всех человеческих проблем, от самой скверны, несущей только разрушение, страдание, смерть.

– Ни наши молитвы, ни наши деяния не помогли избавить тебя от этого недуга, пожирающего твой разум и душу. Мне жаль, что ты не смогла выдержать этого испытания, посланного тебе с Небес. Я буду молиться, чтобы душа твоя не заблудилась на пути к Мировому Древу, где обретет долгожданный покой. Прискорбно, что ты уйдешь из этого мира таким образом – сгорая в огне и в полном одиночестве. Но так пророчеству не суждено будет сбыться.

Сколь искренними были его слова невозможно было понять. После всего, что сделал этот человек, сожалеть о содеянном и о том, что произойдет, он попросту не способен.

Однако девушка знала наверняка, что не одна. Пусть за ее последними минутами не наблюдали некогда преданные ей люди, но уйти на тот свет в одиночестве ей не позволят. Горячее дыхание, ее дыхание, беспрерывно опаляло шею сзади. Виновница всех бедствий, той тьмы, что поселилась и разрасталась, погрузив в себя душу и разум, оставалась невидима для смертных.

«Милое дитя, посмотри до чего ты дошла, противясь судьбе, противясь мне. Всеми ненавистная и отвергнутая, ты стоишь на раскаленных углях в ожидании смертного часа. Никто не спасет тебя – ни брат, ни мать, ни отец, ни сестра. Даже твой возлюбленный отвернулся от тебя. Впусти меня, и эта боль исчезнет. Впусти меня, и беззаботная улыбка вновь вернется на твои уста», – едва ли Рэя слушала этот голос, не один год сплетавшийся с ее мыслями.

Место Верховного тредея занял другой человек. Он развернул свиток, который тут же покрылся мокрыми пятнами. Кажется, дождь пойдет только сильнее.

– Рэя Эстаз, – громко начал он и небо сверкнуло, раздался гром. – Верховным судом Трибожия Вы признаны виновной в использовании Темной энергии, в осквернении и извращении тел и душ сотен людей, как живых, так и мертвых, в убийстве главы ордена Лета Сцинциллы Эстаз, ее мужа Мируса Эстаз и дочери Вэнии Эстаз, а также в сговоре с Пожирателями и непосредственном участии в истреблении ордена Весны. Рэя Эстаз приговаривается к смертной казни путем сожжения на костре. Приговор будет исполнен сегодня – второго месяца весны 986 года III эры.

«И ни слова про пророчество. Смешно. Как же там было?»

Пламя факела неистово шипело, съедаемое дождем, но он неминуемо приближался к еще сухим доскам. Рэя Эстаз прикрыла глаза, наслаждаясь последним запахом дождя, мокрой пыли и соленой воды.


──⊱✶⊰──
Настигнет королевство мрак,
Когда на земли ступит тот,
В чьем сердце выжжен знак,
В котором Тьма живых сожжет,
И Свет под натиском падет.
──⊱✶⊰──

## Глава 1. Лабиринты Севера.


III эра, 982 год.

Небесное светило уже вовсю дарило тепло, хотя его лучи еще только-только показались из-за горизонта. Последние весенние деньки подходили к концу. Скоро самый жаркий период года займет свое место на целые три месяца.

Несмотря на безоблачную погоду и палящее солнце, море манило к себе особой странностью. Его переливающиеся блики были видны даже издалека. Это было явление, в которое невозможно поверить, читая о нем в запылившихся книгах. Диминдиум маре, или Половинное море – такое странное название ему даровано потому, что вода в нем наполовину покрыта прочным слоем льда. Словно бы в его недрах плещется ледник, таинственный образом появившийся сотни лет назад. Это странное и завораживающее явление всегда поражало всех путешественников, даже видевших его не в первый раз.

По широкой истоптанной дороге на север медленно двигалась группа людей. Они были примерно одного возраста и одеты в одинаковую одежду: лазурные камзолы с едва заметным золотым узором, черные просторные брюки, заправленные в сапоги с серебряной окантовкой. На спине у каждого был вышит загадочный рисунок, напоминающий водоворот. Две верхние дуги, словно нарисованные кистью, были сотканы из светло-желтых нитей, а две нижние – из черных. В такой зной их спасало то, что руки были полностью открыты. Это то, что касалось женщин, мужчины же просто закатывали рукава выше локтя, не боясь солнечных ожогов. Но самое необычное свисало с пояса каждого на длинной медной цепочке – круглый, идеально ровный белый камень, рельефный изнутри. Это был артефакт ордена Лета, главная черта его заклинателей – сосуд, накапливающий энергию и преобразующий ее в оружие.

Ничего удивительного: у каждого ордена были свои цвета и свой герб. Желто-черный водоворот был символом ордена Лета, чья резиденция, Небесные холмы, находилась далеко на юге, омываемая лазурными водами океана. Возникал вопрос: почему же эти заклинатели шли на север?

Каждому жителю Патеры известно, что на краю Восточного континента, у самого Ледника, среди бушующего холода и вечного мороза, обосновался орден Зимы. Именно этот орден славился особо строгой дисциплиной. Молодые заклинатели с незрелыми умами как раз искали таких надежных наставников. Впрочем, это было обычной практикой: каждый сезон обучение проходило в стенах разных орденов. Это помогало новичкам, не принадлежавшим ни к одному клану, познакомиться со всеми и по окончании года выбрать свой новый дом.

Но даже степенное продвижение на север верхом на лошадях не вызывало большего удивления, чем чрезмерная активность одной юной особы, которая в этот жаркий день была в куртке. Верхняя одежда, к слову, также являлась неотъемлемым атрибутом ордена Лета, но носили ее преимущественно зимой. Куртка не имела застежек, поэтому фиксировалась широким поясом, а рукава-колокола без устали шелестели на ветру.

– Можешь ты хоть на минуту успокоиться? – по левую руку от девушки пророкотал молодой человек грозного вида. Этот юноша не славился мягкими чертами лица, быстрее грубыми, идеально вписывающимися под его крупное телосложение. Трудно было сказать, кто повинен в такой одновременно привлекательной и отталкивающей внешности: то ли природа, то ли следствие скверного характера, из-за которого его брови вечно были насуплены. Тем не менее, грозный портрет лишь подчеркивал глубину его голубых глаз, словно в них постоянно штормил океан. Каштановые волосы, поблескивавшие на солнце, отказывались быть зачесанными назад, как подобает господам. Непокорные пряди всегда выбивались и мягко падали на лицо – что характерно, исключительно с левой стороны.

– Что такое, Нэгато? – лучезарно ответила девушка, замечая краем глаза, как юношу передернуло. Она только усмехнулась, дернув плечами. – Сам же просил звать тебя по имени, пока мы на людях, а теперь кривишься! Может, все-таки забудем про формальности, Нэ-Нэ? – ехидный напев вырвался из девичьих уст, сопровождаемый затаившимся блеском в глазах.

– Рэя, довольно! И сиди смирно – не хватало еще, чтобы ты упала с лошади! – Нэгато пытался урезонить сестру довольно громким и суровым голосом, пока она тянулась к нему для очередной шалости, и неважно, чем это могло обернуться для нее самой. – Люди долго будут вспоминать твое героическое фиаско: «юная госпожа Рэя Эстаз все еще слишком молода и неопытна, чтобы самостоятельно удержаться верхом на лошади».

Пародия юноши на толпу вечно шепчущихся зевак, которые только и могут искривлять первоначальный смысл, возымела должный эффект, и Рэя, поерзав в седле, смиренно уставилась куда-то вдаль, более не пытаясь совершить сомнительных попыток в не менее сомнительных делах.

– Говоришь как старикан. – прошептала она, не поворачивая головы.

– Ведешь себя как ребенок. – парировал юноша, так же не удостоив сестру мимолетным взглядом, и уже мягко продолжил. – Не забывай наставления матушки и помни, зачем мы здесь. Веди себя достойно. Мы не в родной клан едем.

– Да-да. Клан Хиэмз славится учителями, которые из самого невежественного грубияна сделают благовоспитанного заклинателя. – Рэя старательно процитировала слова матушки. – Поэтому, моя дорогая девочка, будь так любезна и присмотри за своим неотесанным старшим братом, чтобы он не влез в очередную передрягу.

Лошадь Нэгато фыркнула, но продолжила скромно гарцевать по пыльной дороге, чувствуя на себе разгорающееся негодование хозяина, который покрепче взялся за повод. Юноша тихо вздохнул и, кажется, морщинки между бровями несколько разгладились.

– Ты должна научиться контролировать себя, Рэя. Никто не должен узнать про твое ядро. Помни об этом.

Нэгато украдкой взглянул на подозрительно притихшую сестру и замер. Сколько она услышала из сказанного, знала только она сама. Прямо сейчас она во все глаза смотрела на небольшую лужайку, усыпанную завядшими гибернами, на которых сплошь и рядом гнездились белоснежные бабочки. Вся эта картина навевала необъяснимую тоску, стоило только приглядеться и вообразить себе нечто иное. Например, что это белоснежный и сверкающий на солнце покров снега. Словно теплое одеяло, он укрыл под собой увядшее поле, которое еще недавно радовало небеса своей красотой. Но сейчас эта красота угасла вместе с жизнью.

Ему было видно только каштановые волосы, забранные в аккуратный хвост лентой цвета золотой дымки, которая беспорядочно колыхалась на ветру, устремляясь далеко за кончики волос. Да, Рэя никогда не любила длинные волосы – они ей постоянно мешали. Но тут она внезапно обернулась и вопросительно посмотрела на брата. Пронзительные голубые глаза с солнечным отблеском отражали лишь детскую невинность и озорство.

– Да? Прости, ты что-то говорил? – любопытство плескалось в голосе.

– Много чего. – не сдержав глубоко вздоха, ответил он.

– Опять бубнил как старикашка?

– А ты, как всегда, не слушала. – Нэгато сильно зажмурился, пытаясь сбросить напряжение и тревогу, и вновь устремил взгляд на дорогу, которая только-только сменилась с проезжей пыли на поразительно ровные булыжники, подобранные один к одному. Звучное цоканье копыт сплелось с тихим журчанием речушки.

– Не оплошаю, вот увидишь! – лучезарная улыбка заискрилась на ее светлом личике и вот они уже снова скачут по ухабистой широкой дороге.

Мост был пройден и им осталось пересечь еще одну реку, тогда их путешествие подойдет к концу и начнется двухмесячное обучение в ордене Зимы – по слухам, невероятно заунывное и тягомотное с бесконечным множеством письменной волокиты.

Путь предстоял недолгим, но без всяких сомнений скучным. Но ни одному из заклинателей это спокойствие не казалось таковым. Чем меньше людей встречалось на пути, тем лучше, особенно стоило остерегаться королевских стражников, настроенных не самым благоприятным образом на все «семейство» заклинателей.

Деревья и поля сменяли друг друга, а на горизонте промелькнуло что-то. Эта далекая тень медленно росла, и вскоре ее очертания стали различимы. Повозка, запряженная всего одной лошадью, неспешно везла гору каких-то товаров и двух людей.

– Если они везут съестное, купим что-нибудь? – заморгала глазками Рэя, но Нэгато и головы не повернул в ее сторону, присматриваясь к приближающейся повозке, которая остановилась в метрах десяти от них.

Их взгляду предстали крупных размеров мужчина, которого точно можно было спутать с медведем, оказавшись где-нибудь в лесу темной ночью, и притягательная женщина, выглядящая рядом с ним маленькой и хрупкой. Когда они сравнялись, женщина помахала рукой, лучась доброжелательностью.

– Дорогие путники, вы держите путь из Убера?

– Доброго дня. – сухо ответил Нэгато. – Именно так.

– Повстречались ли вам на пути стражники? В это неблагоприятное время нам, торговцам, лучше обходить стороной всякий королевский сброд. – продолжила она все в той же манере.

– Вы, видимо, едите с рынка, что в Ригенсе? – Нэгато решил выудить чуть больше информации, прощупывая почву.

– Ах, нет-нет. Мы с мужем и дочкой едем прямиком из деревушки на острове Лунного зверя. – без промедления ответила женщина, и Рэя поспешила получше разглядеть повозку. В ней и правда тихо посапывала маленькая кудрявая девочка. – Вот, продали весь товар и накупили некоторых вещиц. Теперь же, направляемся прямиком домой.

– Полагаю, в Вигенс? – поразмыслив и окинув беглым взглядом эти самые вещицы в повозке, сказал Нэгато.

Все, что там лежало, можно было принять за никому ненужное барахло и мусор. Различного рода предметы, никак не связанные между собой: от свечей до нескольких лопат.

– У Вас острый глаз, господин. – в разговор вмешался мужчина. Его низкий голос раздался слишком внезапно; Рэя чуть не вздрогнула. Девочка даже не пошевелилась, продолжая сладко спать, укрытая светлым одеяльцем, которое с изнаночной стороны было окрашено в красивый бордовый цвет.

– Такое разнообразие вещиц может понадобиться там, где их дефицит. А Вигенс вот уже многие годы переживает не самые лучшие времена. – верно подметил Нэгато. – Путь не близкий. Не сворачивайте к лесу, что сразу за морем. Над ним клубится дым вот уже несколько дней.

Рэя сразу вспомнила те зловещие черные клубы дыма, словно грозовые тучи сгустились в одном месте. От жителей Убера им довелось услышать, что несколькими днями ранее туда отправилось с десяток стражников. Они сопровождали пару повозок, полностью укрытых тряпками. Ходят слухи, что в них перевозили трупы. Кто-то даже руку или ногу видел, торчащую из-под серых покрывал. Почти сразу после этого происшествия небо над лесом задымило.

– Вот как. Спасибо за предупреждение. – мужчина приподнял шляпу над головой в знак благодарности. – Удачи вам в вашем путешествии.

– Доброго пути. – лошадь Нэгато тут же тронулась с места и больше заклинатель не взглянул в их сторону.

Любопытство сестры все никак не унималось, и она продолжала открыто разглядывать спящую девочку, чей сон уже не казался таким спокойным, как несколькими минутами ранее. Ее светлое веснушчатое личико отражало некое беспокойство. Быть может, ей было холодно под тонким одеяльцем, путь и таким красивым?

Рэя мимолетно взглянула на родителей малышки. Мужчина смотрел куда-то вперед, а вот женщина как-то странно оглядела саму Рэю, от чего девушке стало не по себе. Видимо, чрезмерное внимание к дочери не понравилось матери, и Рэя тут же отвернулась, припоминая, что глазеть на незнакомых людей, да и на людей в целом, неприлично.


***


Рэя и Нэгато Эстаз были отправлены главой их ордена в столь далекие земли лишь с одной целью – укрепить дух среднего ребенка. Так с Рэей был послан Нэгато, дабы охлаждать пыл чрезмерно озорной девушки, хотя для обучения он был уже староват. Еще несколько человек сопровождали их в качестве охраны и все они безусловно являлись заклинателями ордена Лета. И, конечно, они были теми немногими людьми в клане Эстаз, кто знал о тайне своего ордена.

Все дело в духовном ядре Рэи Эстаз, которое было не только необычным, но и опасным с точки зрения других заклинателей. Ее ядро хранило в себе как светлую энергию, так и темную. И если так называемое «светлое ядро» имел каждый заклинатель, то «темное ядро» приписывалось к зловещему року, этакому проклятию. Даже несмотря на то, что доказательств существования таковых не было – никто в Патере воочию не сталкивался с таким явлением, разрушающим на корню все моральные принципы заклинательства, которые создавались не одно столетие. Что уж говорить о таком сосуде, где вмещались и свет, и тьма. О том, что некогда встречались такие люди, с двойным ядром, передавалось из уст в уста. Таким легендам каждый раз приписывалось что-то новое, невероятное и пугающее, и сказать, что из всего этого бесконечного множества фактов было хоть мало-мальской истиной, не мог никто. Поэтому в наши дни такие истории служили разве что страшилками для детей, дабы те слушались родителей.

Но почему же люди так страшатся незнакомой и темной сущности, коею не удосужились хоть как-то изучить? Все просто. Испокон веков каждому известно о злобных тварях, снующих под покровом ночи и терзающих мирный люд. Монстры, явившиеся в этот мир благодаря темной энергии. Извращенные в своей сущности они не щадят никого. Поэтому люди опасаются даже слухов о носителях темного ядра. Одна только мысль, что человеку подвластно создавать таких тварей, ужасает.

И вот брат и сестра сейчас направлялись в орден Зимы, возглавляемый кланом Хиэмз. Именно летом они набирают учеников, прибывающих из орденов или родившихся в обычной семье. Вторым предстоит обучаться в каждом ордене в течение года, чтобы потом выбрать свой новый дом на долгие годы. Именитые же заклинатели прибывают, в основном, для обмена опытом или отправляют отпрысков для перевоспитания.

Наконец небольшая конная делегация прошла через большую кованую арку с завитками, так похожими на инеевые Гиберны. Пыльная дорога тут же сменилась необычайно ровными каменными плитами, которые не один раз подвергались тщательной обработке прежде, чем занять свое престижное место на главной дороге. Широкая мощеная улица, по бокам которой выстроились, словно на подбор, песчаные дома, изобиловала высоченными фонарями, соединенными шелковыми лентами в нежнейших цветах.

Ригенс казался самым неброским, или же лучше сказать, педантичным городом. В этом плане, он полностью олицетворял орден, который покровительствовал в этих землях. Однако местные жители всячески старались разбавить здешнюю атмосферу глухих воротников, украшая дома и улицы и устраивая поистине феерические и шумные праздники.

Они уже подъезжали к центральной площади, где неподалеку раскинулся шумный рынок и его гул доносился во все самые узенькие проулки. Главная площадь не была каким-то выдающимся архитектурным творением. Наоборот, еще пуще веяло от нее порядком и строгостью, чем на окраине города. Но что-то во всей этой невозмутимой атмосфере угрюмости оставляло в глубине души едва заметные нотки приятной томности. Возможно, приглушенный рыночный шум или неброские, но теплые, краски цветущих кустов, растущих по окружности площади, или высокие фонари, дружно сплотившиеся шелковыми лентами, а может и вовсе соленый запах, заносимый сюда прохладными ветрами океана.

Рэя поежилась в седле, что не укрылось от чужого внимания.

– Надень. – тихо сказал Нэгато и подал сестре походным плащ. Та незамедлительно кивнула, и теплая ткань тут же начала согревать продрогшее тело, что отразилось на довольном лице.

– Его выперли из дворца так давно, а обнародовать решили только сейчас. – послышался шепоток сзади. Обладатель голоса явно надеялся, что его не услышат.

– Вопрос времени, когда это должно было случиться. – заговорил другой мужчина и тоже едва ли слышимо. – Нынешний регент не позволит какому-то сорванцу занять столь престижное место.

Рэя сообразила, что речь шла о наследном принце и взгляд ее скользнул куда-то вбок, зацепившись за новостную доску, скудно увешанную блеклыми листовками. Одна из них гласила о некоем фестивале в конце следующего месяца. В голове тут же звонко запечатлелась пометка – уж туда она обязана сходить. Второй пожелтевший лист взывал о помощи в поиске пропавших детей на острове Лунного зверя. А вот другой плакат содержал портрет юноши возрастом, быть может, как Нэгато, с подписью: «Обвиар Адверфат. Наследный принц Патеры. Награда за поимку живым или мертвым».

– Уж лучше этот юнец, чем Авар. – вдруг заговорил Вэкор, кто обычно молча слушает да выполняет приказы. В ордене его уважают все младшие заклинатели, но и у старших он на хорошем счету, а вот сейчас Вэкор заделался в стражники. Или лучше сказать в надзиратели за одним конкретным лицом, которое сейчас навострило все свои два уха. – Брат короля не обделен тем же страхом, что и Третий, будь он проклят, король Афферо.

– Ты что же думаешь, грядет Великая чистка? Такая же, что и в сто первом году? – фамильярность, допущенная другим стражником, была совершена под гнетом тревожных мыслей, которые невольно отразились в надломленном шепоте.

– Если не хуже. – пробубнил Нэгато, но никто не услышал этих слов, кроме находившейся рядом Рэи. Он продолжил уже в обычной раздраженной манере: – Довольно разговоров! Почти прибыли в резиденцию снежинок.

– Да, господин. – отчитался Вэкор.

– Снежинки? Серьезно? Оригинальностью и не блещет. Да еще и смазливой нежностью попахивает. О моя прелестная снежинка, будешь ли ты навеки со мной в этом бесконечно мерзлом царстве одиночества, и пусть нас согревает пламя нашей вечной любви. Буэ-э-э! – упрек следовал с каждым вылетающим словом из ухмыляющихся уст Рэи.

– Можешь лучше?

– Хотя бы ледышка! А вообще, все они здесь педанты!

– Ребячество. – буркнул Нэгато, совершенно незаинтересованный продолжать очередную словесную перепалку.

– Между прочим, холодное сердце заклинателей Зимы вызывает уважение. У таких людей непоколебимая душа и стойкий разум. Они способны анализировать ситуацию и принимать верное решение при любых обстоятельствах, полагаясь на холодный расчет. А о технике фехтования можно говорить не один час. Что уж о… – восхищенный Вэкор внезапно замолк, обнаружив на себе пару пронзительных голубых глаз.

– Никак переметнуться решил, а? Такие хвалебные речи завел. – без намека на серьезность обмолвился Нэгато и усмехнулся.

– А как же ты женушку собрался искать с таким холодным сердцем то? Особенно, как у нее. Не каждый рыцарь сможет растопить такую барышню. Оу, или в этом вся суть! Неужели… – Рэя наслаждалась подтруниванием, пока с каждой секундой лицо бедного Вэкора становилось все краснее и краснее.

– Смотри, доведешь ты его однажды. Бедняга после последней встречи с тобой посерел весь и целую неделю отойти не мог. – упрекнул сестру брат, но в глазах его плескались огоньки озорства. Рэя захохотала.

– Подожди-ка. – с подозрением посмотрел на упивающуюся сестру Нэгато. – Как у нее? У кого у нее? Я чего-то не знаю?

– Слишком много вопросов. – запыхтела Рэя, но бегающие глазки не утаились от орлиного взгляда брата, как и внезапно напрягшийся Вэкор, упорно глазеющий куда угодно, но только не на чету Эстаз. – Сократи до одного.

– Ах, вот как! – Нэгато почти был доведен до точки кипения, однако же сам взял контроль над собой и почти мгновенно успокоился.

– Да, представь себе. Сердце нашего романтика уже занято, причем давненько. – Рэя похихикивала, сидя на лошади. – А ты и не знал. Смотри, так и вся жизнь мимо пролетит.

– Госпожа Рэя правильно рассудила. – внезапно заговорил Вэкор. – Как будущему главе, Вам уже пора задумать о таком человеке, который станет для вас опорой.

– Как ловко он стрелку повернул. – довольное бурчание Рэи, увы, не прошло мимо озадаченного таким поворотом беседы Нэгато.

– Ладно. Закрыли тему.

Городская дорога очень скоро осталась позади. Ее сменили пыль без травинки и замораживающее спокойствие, пронизанное журчанием речки да шуршанием листвы, встревоженной прохладным ветром. Местность сменилась куда быстрее, чем ожидала Рэя, и вот кони спустились куда-то вглубь в тени высоких деревьев, кроны которых были настолько плотными и высокими, что не пропускали лучиков солнца за редким исключением.

Перед самом границей, когда еще было видно сияющий теплый шар, Рэя заметила нечто едва заметное над листвой деревьев. Призрачное, словно вуаль, и мерцающее, словно свет во льду. Долго ломать голову не пришлось, потому что в тени у самого обширного ствола дерева виднелось несколько человек. Четверо, если быть точным. Стражники стояли возле огромной арки, чья дуга едва ли касалась самых низко растущих пышных веток. Само сооружение можно было детально разглядеть только вблизи – арка выполнена вьющимися узорами из длинных перекрученных металлических прутьев, а ее блеклый потертый цвет однозначно когда-то напоминал драгоценный изумруд. По обе стороны от арки, буквально не отрываясь от нее, уходила вдаль живая изгородь. И лишь непосредственно у сторожевого поста Рэя заметила металлический отблеск на крошечных листьях, а вдобавок ей показалось, будто железная изгородь и впрямь живая.

– Остановитесь и скажите, какова цель вашего визита? – достаточно громко, но без единого намека на грубость, отозвался один из стражников.

Все они были похожи. Не лицами, конечно, а одеждой. Как и любой из четырех орденов, клан Хиэмз шил форму, соответствующую своему холодному имени: белая рубашка с высоким воротником, поверх – длинный жилет чуть ниже колен со разрезом сзади и короткими стреловидными лоскутами спереди. Сверху каждому заклинателю полагалось светло-голубое пальто с высоким воротником, плотно облегающим шею. Но пальто было не простое: оно застегивалось лишь на груди на три золотые пуговицы, а ниже правая и левая полы расходились, образуя узкий разрез. Его ширина не превышала четырех пальцев, и половину работы по удержанию полов брала на себя золотая шнуровка. К счастью, подол был достаточно высоко над землей, чтобы не собирать дорожную пыль. О брюках и говорить нечего – Рэя мысленно отметила, что, похоже, все ордена заказывают их в одной мастерской, меняя только цвет. У этих, например, брюки были белые. Стояло лето, поэтому девушка ничуть не удивилась, не заметив меховой накидки.

– Я, Нэгато Эстаз, и моя сестра, Рэя Эстаз, прибыли на обучение в орден Зимы. – сказал он, спешился и достал из сумки удивительно ровный кусок пергамента. Слова и действия его были быстры, так что стражник не успел задать следующий вопрос – Нэгато уже раскрыл конверт.

На желтоватом листе была печать белой бабочки, которая оторвалась от плоского пергамента, словно ожила, и подлетела к стражнику, резво махая крылышками. Белых бабочек, созданных духовной энергией, называют бабочками-вестницами или Психэ.

Только вестница скромно уселась на плече заклинателя, который остановил всадников, как тот сомкнул ее в решетке собственных пальцев, и белоснежная бабочка рассыпалась маленькими искрами. Никто из присутствующих не удивился, а стражник вдруг кивнул и заговорил:

– Так и есть. Двое заклинателей из клана Эстаз в сопровождении… – его взгляд прыгал с головы на голову наездников. – Трех других заклинателей. Пропуск на свободный вход и выход через барьер дается только обучающимся. Надеюсь, Вам это известно.

– Разумеется. – сдержанно сказал Нэгато, явно раздраженный пренебрежительным тоном этого человека.

Нэгато взял два пропуска в виде каменных жетонов на цепочке и один небрежно бросил Рэе. Та сразу поймала пальцем цепочку, от чего жетон немного покрутился вокруг него. Сразу стало ясно, что брат сделал это специально – один только вид стражника с плотно сжатой челюстью да покрасневшим лицом того стоил.

– Следуйте по тропе и доберетесь до гостевых зданий. Они будут помечены гербом. Добро пожаловать. – сухо проговорил стражник, переборов недовольство по отношению к двум определенным господам.

Другой заклинатель из ордена Зимы достал из ниоткуда длинный искривленный посох с чем-то в виде крючка на конце и нацелился в середину прохода арки. Воздух в том месте замерцал еще сильнее и вуаль, искривляющая видимое пространство, словно шторка, отодвинулась вслед за посохом. Стражник с противоположной стороны поспешил сделать тоже самое. Заклинатели ордена Лета без труда прошли вперед и как только последняя лошадь с человеком пересекли мерцающий барьер, шторки тут же захлопнулись.

– Думаешь, это кто-то из них? – до ушей девушки донесся шепоток неприятного любопытства.

Рэя обернулась и столкнулась с ним взглядом. Кто бы мог подумать, что хваленый орден так перепугается чьего-то неожиданного внимания. На вид он был самым молодым заклинателем и при столкновении с пронзительными голубыми глазами юной дамы, которые в этот момент могли показаться пылающими от любопытства и недоумения, юноша почувствовал табун пробегающих по всему телу мурашек в сопровождении холодного ветра. Он моментально отвернулся, вытянувшись, словно струна. Другой, который казался постарше, толкнул его в плечо, но слов Рэя уже не услышала – лошадь прошла слишком глубоко в чащу леса.

Тропа все шла и шла, лишь изредка изгибаясь. Деревья так и кучковались вдоль дороги, загораживая солнечный свет. Некоторое время они так и шли молча, пока свободное пространство между деревьями не разделилось еще на три.

– По тропе, говорит, идите, – начала бурчать девушка, спрыгивая с лошади. – Там что-нибудь да найдете.

– Хм, похоже на то, о чем говорила Вэния. – удивительно спокойно отреагировал Нэгато на подлую выходку северного ордена.

– Чтобы обучаться в ордене Зимы мало получить приглашение, сперва надо добраться до самого ордена. – Рэя будто цитировала книгу, вскинув указательный палец к небу, как бы это сделали мудрецы.

– Ни капли не похоже на сестру – она так не говорит. – хмуро посмотрел на сестру брат. – Значит, она имела в виду не сам путь до ордена, а непосредственно запутанную дорогу в его стенах.

Нэгато достал свой пропуск и всячески повертел его в руках, пытаясь либо высмотреть что-то ценное, либо нащупать пальцами, но все старания оказались безуспешными – маленькая табличка с идеально отшлифованным гербом ордена Зимы ничего не скрывала.

– Могла бы тоже мозгами пораскинуть! – почти зашипел Нэгато, наблюдая за бездельем Рэи, которая пнула уже не один камень.

– Еще чего! Начинать шевелить извилинами раньше срока обучения?! Не-не-не! – она замотала головой, от чего, казалось, над ними появилась темная тучка, готовая в любой момент извергнуть гром и молнии. От такой резкой смены настроения, Рэя стыдливо заморгала. – Ладно! Ладно. Смотри, чтоб глаза не лопнули, так пристально и злобно глазеть!

Девушка внимательно взглянула на сумку, взгроможденную на лошадь, и мысленно помотала головой. Глаза ее метнулись на Вэкора, который мирно сидел и наблюдал за сложившейся ситуацией. Тот лишь пожал плечами, мол, тоже не имеет ни малейшей догадки к этой непростой задачке. Тяжко вздохнув, она вновь обратилась к сумке.

«Если узнает, что я притащила эту штуковину, проблем не оберусь. Закопает ведь! Нет! Будем выкручиваться так!»

Рэя сдвинулась с места в сторону правой тропинки под недоумевающий взгляд брата, полностью его проигнорировав. Но по ней она не пошла, а остановилась у мощного ствола раскидистого дерева. Оно было высокое, прочных веток было много, а значит, взобраться на его вершину не составит труда, и Рэя легко начала карабкаться вверх. Наконец девушка скрылась средь веток и листвы. Недолго оставалось, и вот, она смотрит поверх зеленого ковра, который волнуется, словно море на ветру.

Лес оказался не таким большим, как представлялось внизу, хотя его кроны распластались от востока до запада, но дальше на севере листва его редела. Как раз там и находились здания, от которых были видны лишь крыши. На каждой видимой черепице торжественно свисало обширное полотно с гербом ордена – месяцем и бабочками, и только одна крыша имела два полотна. И к тому зданию вела как раз тропа, что справа.

– Делов-то! – с этим громким заявлением Рэя спрыгнула с вершины дерева, присев в полуметре от Нэгато, который по ее расчетам должен был стоять как раз на месте приземления. Боль от кончиков пальцев стоп до макушки головы пробежалась неприятным табуном мурашек, но посидев секунду-другую, девушка невозмутимо выпрямилась. – Туда топать! – она указала на дорогу.

Заклинатели ордена Лета, следуя примерным указаниям, миновали несколько развилок, и наконец перед ними предстала цель их пути – большое здание цилиндрической формы под куполообразной крышей. Окна первого этажа показались Рэе невероятно высокими, метра в четыре-пять, а их арочные изгибы были завораживающими. На их фоне входная дверь казалась совсем жалкой. Второй этаж почти полностью скрывала крыша, в которой были проделаны небольшие отверстия – то ли окна, то ли просто прорези, – равномерно расположенные по всей окружности. О цветовой гамме можно было бы прочитать целую лекцию, хоть она и не блистала разнообразием: зелено-голубой камень, похожий на воду лесного ручья; черепица, напоминающая кору старой хвои; и извитые железные прутья, цветом схожие с дольками лайма в тени листвы. По обе стороны от этого строения стояли два таких же здания, только меньше размером.

Рэя присвистнула, впечатленная архитектурой местного ордена. Однако, по правде говоря, по всей Патере дома сооружались по одному принципу – без прямых углов, поэтому строения тут и там были примерно одинаковые. Исключение составляли клановые здания, где каждый основатель изгалялся как мог, лишь бы его орден отличался от остальных, а еще лучше – превосходил.

– А вот и вы. – раздался монотонный голос человека, идущего им навстречу и что-то равнодушно отмечая в блокноте. – Мои поздравления, вам удалось добраться сюда за отведенное время. Результат незначительно лучше, чем у остальных, однако, это достойно лишних баллов, поэтому к вашему рейтингу добавляется пять очков.

Рэя уже хотела что-то сказать и приоткрыла рот, но заклинатель, выглядящий так, будто вот-вот уснет, продолжил говорить:

– Остальное обсудим внутри. Прошу не толпиться и проходить в центральное здание. Конюшня там. – он указал куда-то за своей спиной, видимо, стойла находились за зданиями.

Лошади были оставлены среди еще нескольких других и, к всеобщему удивлению, их оказалось не так много. Наверное, в этом году мало кто захотел отправлять своих отпрысков в другой клан, беспокоясь о нарастающих волнениях в королевстве, связанных с нестабильным положением королевской семьи.

То самое центральное здание, большее по размеру, оказалось просторным и внутри. Круглую комнату освещали высокие окна, чей свет падал на причудливый пол, выложенный камнями разного размера холодных, тусклых оттенков. К счастью, рисунок не резал глаз, а наоборот, успокаивал. Вдоль стен, в промежутках между окнами, стояли высокие и узкие книжные стеллажи. В центре же гордо располагались шесть столов.

Лестницу на второй этаж искать не пришлось: она находилась прямо напротив входа, а по обе стороны от нее красовались пышные зеленые кусты в больших керамических горшках.

Но больше всего в помещении поражал потолок. На нем была нарисована карта звездного неба, где крупные звезды соединялись серебряными линиями, образуя созвездия. Однако даже она затмевалась огромным золотым обручем, внутри которого двигались и переливались шестеренки. За его пределами, в четырех точках, в круглых рамках были изображены символы: яркое блестящее солнце, далее – оранжево-золотая его половина, еще ниже – серебряный месяц, и последней – серебряная половина солнца.

Рэя предположила, что это необычные часы, очень в духе заклинателей, и не ошиблась. Ее взгляд уловил небольшой шарик с двумя обрамляющими обручами, который парил между полным и оранжево-золотым солнцем. Время как раз подходило к четырем часам дня.

– Попрошу учеников занять свободные места. – внезапно раздался позади тот же голос, что встретил их недавно.

Рэя и Нэгато сели за свободный стол и, судя по оставшимся местам, самих учеников и правда прибыло не много. Помимо ее с братом, в клановом одеянии было еще двое, значит остальные являлись выходцами из обычных семей.

– Мое имя Цито, фамилия Хиэмз. Я не отношусь к клану Хиэмз по крови, но ношу их фамилию. Как вы могли понять, я прошел обряд инициации в ордене Зимы, что предстоит сделать большинству из вас в будущем, выбрав по окончании обучения один из орденов: Зима, Весна, Лето и Осень. – Цито обвел серо-голубыми глазами учеников, задерживаясь лишь на тех, кто к клану не принадлежал. – На протяжении двух месяцев я буду вашим основным наставников. Ваша дисциплина и знания будут оцениваться по бальной системе, отсюда следует, что успешная сдача итогового экзамена лишь малая часть для успешного завершения обучения. В орден Зимы попадают лучшие из лучших, поэтому советую вам взяться за ум. Если, конечно, вы хотите остаться в наших стенах. Напомню еще раз, что большинству обладателей ядра так или иначе нужен катализатор для владения заклинаниями. А катализаторы есть только у заклинателей четырех орденов. За исключением королевской гвардии, конечно. – последнее прозвучало намного тише. Цито Хиэмз даже не пытался скрыть своего недовольства.

Рэя тут же вспомнила про баллы, которые им начислили сразу по прибытии и довольно заулыбалась, расслабившись, что проблем возникнуть не должно, раз эти самые баллы для рейтинга начисляют за такие пустяки. Она откинулась на спинку стула и незаметно подогнула под себя ногу.

– Вопросы? – продолжил Хиэмз, завидя ерзание некоторых учеников.

– За что конкретно нам будут начисляться баллы? И можно ли их потерять? – моментально отозвался юноша, сидевший прямо перед наставником.

– Хороший вопрос. – без толики восторга сказал Хиэмз и прошелся между столами, останавливаясь напротив того стола, где сидели Рэя и Нэгато. – Думаю, проще будет показать на примере.

«Неужто сейчас пару баллов ему накинет?», – мелькнула мысль в голове Рэи, и она покосилась на наставника Хиэмз. К ее огромному удивлению, голубые глаза встретились с серо-голубым пронзительным взглядом, сверкающим скрытой хитростью. По спине девушки пробежалась легкая волна мурашек с недобрым предзнаменованием.

– Рэя Эстаз – минус пять очков за неподобающее поведение.

– Это как понимать?! – вскочила с места недоумевающая девушка.

– Подгибать ногу под… себя – неподобающее поведение для любого достопочтенного господина, особенно госпожи, и особенно заклинателя. Еще минус пять очков за повышенную интонацию. – от обыденности манеры его разговора хотелось дать себе пощечину, чтобы хоть как-то взбодриться или, в случае Рэи, успокоиться. Девушка медленно села на место и с усилием воли натянула на лицо доброжелательно-убийственную улыбку.

Хиэмз вернулся на место, излучая едва заметное удовлетворение, а Рэя уже тихонько пыхтела без единого следа той злосчастной улыбки. Нэгато же умудрился присвистнуть, да так, что никто не услышал.

– Кажется, я знаю, кто уйдет в абсолютный минус. – ехидно прошептал брат, в чьем тоне не было даже малейшего намека на сочувствие.

– Хе-хе. Тогда я побью все их рекорды! – торжествующий шепот Рэи услышали еще несколько человек, которые то ли с любопытством, то ли с насмешкой покосились в ее сторону.

– Следовательно, хорошее поведение и знания будут поощряться, но за проступки вы будете наказаны. – вновь продолжил усыпительным голосом мужчина. – Продолжим. Здание девушек находится справа, – он махнул правой рукой. – Юношей – слева. Здесь вы можете учиться и свободно пользоваться предоставленной вам литературой. Столовая располагается в другом здании в ста метрах по тропе и направо. Завтрак в семь утра. Занятия начинаются в восемь. На этом, пожалуй, все.

Тут Рэя побелела, как мел, и, когда Хиэмз покинул здание, не успела даже рта открыть от негодования, как Нэгато сам начал нести ее душевные муки в народ.

– Что ж, не поспать тебе до полудня. – сочувственно похлопал он по спине сестру.

– Еще скажи, что не рад! – прошипела Рэя.

– Что ты! Как я могу быть рад, смотря на то, как из тебя, наконец, человека делают! – съязвил Нэгато и поспешил ретироваться, пока Рэя обмозговывала сказанные им слова.

– Что?! – вскочила девушка с места на столько резко, что стул опрокинулся. Она вертела головой, выискивая большую фигуру брата, которую в такой реденькой толпе было трудно не заметить.

– Он уже ушел. – посмеиваясь, отозвался чей-то голос, кажется, юноши в одеждах желто-бордовых цветов, который вальяжно расселся на стуле, стоило наставнику покинуть библиотеку.

– Шутить он тут вздумал! И пусть даже не надеется, что ему это не аукнется! – воодушевилась Рэя, явно впитывая позитивную энергию прямо из воздуха, потому что обида уже сменилась энтузиазмом.

– Надеюсь, застану вашу предначертанную судьбой битву. – отозвался все тот же голос юноши, который уже выходил из помещения, а вслед за ним боязливо ежилась девчонка в одеяниях того же цвета.

– Не переживай – разошлю приглашения! – не осталась в стороне Рэя.

Так и прошел первый день в ордене, где девять месяцев в году лежит белый снег и бушует стужа.

## Глава 2. Глубинные Тропы.


Утро выдалось на редкость теплым для здешних краев. Однако для Рэи, чьи корни произрастали с самого южного острова королевства, северное солнце не дарило и толику этой теплоты, поэтому девушка укуталась в одеяло с ног до головы.

Кровати здесь были большими, но жесткими – по мнению здешних сосулек-заклинателей, это тоже тренировало дух и тело. На потолке поблескивали такие же часы, как в центральном здании, издавая тишайший звук плывущего в воздухе механизма. Пол оставался все таким же холодным. В общем, каждый уголок казался Рэе унылым и раздражающим.

Но даже в таких условиях она спала крепко, не видя за сомкнутыми веками ничего. Сон ее был странным: спокойным и темным. Было ли это какое-то место или здесь не было ничего, кроме тьмы? Вот только звуки оставались неизменно четкими: раскаты грома где-то вдалеке, но без единой вспышки, без малейшего проблеска света, и чье-то ровное дыхание рядом, стоит лишь обернуться и тотчас столкнешься с неизвестным. И она оборачивается. Горячий воздух тут же обжигает кожу на лице. Кажется, таинственная фигура выше ее, но насколько высоко находится голова, сказать трудно. Может, он наклонился? Или встал на колено? Кто знает.

Рэя отчего-то совсем не горела желанием протянуть к неизвестному руку и дотронуться до него. Уж тем более попытаться заговорить. Не сказать, что ей было страшно или ее пугала окружающая темнота. Нет. Страх был ей ведом, но не перед неизвестностью, в которую она всегда ныряла с головой.

Внутренний голос будто нашептывал одни и те же слова: «Не говори. Не касайся. Уходи». Голос, которому она доверяла больше, чем стремилась изведать неизвестное. И Рэя отступила на шаг. Дыхание прервалось, задержавшись, и кто-то громко вздохнул, но то не было сделано с облегчением, наоборот, в этом вздохе кипела ярость.

– …эя. – что-то коснулось плеча. – Эм, г-госпожа Рэя?

Рэя кое-как разлепила глаза и перед ней предстала юная особа с таким странным выражением лица, будто ее сейчас либо отругают, либо изобьют за грубый неподобающий поступок. Яркие зеленые глаза испуганно таращились на только-только проснувшуюся Рэю, а ее каштаново-рыжие волосы волнами падали вперед, едва ли не щекоча кончик носа лежащего в постели человека. Незнакомая особа так низко склонилась, что можно было пересчитать те незначительные веснушки, которые обсыпали овальное личико, будто кто-то случайно махнул в ее сторону кистью с краской.

– А, эм, г-госпожа? – осмелилась обратить на себя внимание девушка, похожая поведением на кролика. Она отдернула руку даже слишком быстро и неожиданно. – С-скоро завтрак и… все уже ушли.

– Ага. – только и смогла ответить Рэя, все еще силясь с тем, чтобы закрыть глаза и погрузиться в дрему. И, прежде чем она сообразила спросить имя незнакомой девушки, той и след простыл. Оставалось только припомнить ее дивное и красочное одеяние.

Кажется, это был темно-бардовый длинный камзол. Кстати, он до неприличия напоминал форму летнего ордена. Спереди ткань расходилась двумя широкими разрезами, будто кто-то отрезал лишнее, оставив посередине жалкий узкий лоскут. Но не в этом суть! Зато короткая куртка радовала глаз ярко-желтым цветом. Правда, и она показалась Рэе непрактичной: короткая, а значит, холодная.

«Так, что там еще? – мысленно пробежалась она по наряду. – Ах, да!»

Широкие брюки, наверное, должны были быть теплыми, особенно в сочетании с сапогами, а не туфлями. Но тут Рэя сообразила, что и сапоги-то были коротковаты. По телу пробежала неприятная дрожь, словно она надкусила дольку лимона.

– В купе с бордовыми и желтыми оттенками – девчонка точно из клана Мусти! – радостно заключила Рэя. – Упускать такую возможность и не расспросить про их браслеты?! Ну уж нет!

Девушка бодро вскочила с кровати и окинула взглядом ясных голубых глаз пустую комнату. Все уже ушли. И только сейчас в голове Рэи всплыли слова кролика из клана Мусти: «С-скоро завтрак и все уже ушли». Девушка вскинула голову к потолку. Мучительное осознание заполнило разум, но панике она не поддалась, лишь лениво посмотрела в окно на густую зелень и тень от домов.

– Раз уже облажалась, то добавлю фейерверков! – заявила она сама себе и поспешила натянуть одежду.

Меж тем, планета с обручами медленно плыла между семью и восемью часами.


***


В животе нещадно урчало, ежесекундно напоминая о голоде. Рэя спешила в общую для новоприбывших учеников столовую с невероятной даже для нее скоростью. Вот что с ней делает голод! И благодаря этому совершенно бесполезному качеству в данной ситуации девушка уже стояла перед дверями одинокого одноэтажного здания. И конечно же, внутри стояла мертвецкая тишина, намекающая, что время завтрака прошло и все ученики уже, скорее всего, в учебном здании. Но, несмотря на предстоящий выговор, которого точно не удастся избежать, Рэя не собиралась покидать столовую без куска хлеба.

Столовая внутри оказалась довольно просторной и светлой, но скупой на предметы интерьера. Видимо, как и весь орден Зимы. Со стороны предполагаемой кухни послышалось звяканье. И Рэя не прогадала – там была кухня, маленькая по сравнению с главным залом, зато чувствовалась в ней некая особая атмосфера, домашняя и теплая.

– Эм, есть здесь кто? – четко и громко сказала Рэя, заглядывая в дверной проем. Никто не отозвался, но за ширмой послышался плеск воды и шуршание одежды. Голодная девушка не собиралась отступать. – Не найдется ли у Вас чего-нибудь поесть?

Тут-то и наступила не предвещающая ничего хорошего тишина и из-за ширмы показалось недовольное лицо довольно нескромной женщины.

– Опоздавших не кормим! И крошки хлебной от меня не получишь. – сурово заявила она.

– Ну же, будьте снисходительны. – умоляюще попросила Рэя, оглядывая кухню в поисках того, что можно незаметно утащить. – Не голодать же мне до обеда?

– Не уймешься – голодать будешь до завтрашнего утра! – терпеть женщина такое наглое поведение юной особы больше не собиралась. Она встала со стула и потянулась за метлой. Тут Рэе, наконец, попалась на глаза корзинка с единственной оставшейся булочкой. – Смотри, баллы в миг сниму!

– Что?! – не сдержала негодования юная заклинательница. – Тут каждый встречный отнимать их будет?!

Медлить девушка не стала и, пока кухарка устраивала метлу покрепче в своей руке, будучи оглушенной внезапными возгласами нахальной девчонки, Рэя метнулась к корзинке и схватила мягкий хлебушек. Едва ли успев пригнуться от метлы, пролетевшей со свистом над головой, она, согнувшись в три погибели, вылетела из кухни, когда позади послышался звонкий шум битой посуды.

– Мелкая негодница! Только попадись мне на глаза! – раздался разъяренный голос вдалеке, пока фигура девушки неслась в тени деревьев, жадно удерживая во рту хлеб.

Куда бежать дальше, никто предположить не мог. Густые кроны стали реже и уже пропускали редкие капли солнечного света, хотя и само солнце только недавно начало свой дневной путь. И вот, впереди появилась лестница, ведущая вниз и занимавшая несколько пролетов, а там недалеко – очередное строение зимнего ордена. Рэе подумалось, что это и было учебное здание.

Так как в голове Рэи сложилось четкое представление, что вовремя ей уже не успеть, а мчаться по лестнице сломя голову, да еще пересчитав мимоходом каждую ступеньку при неудачном стечении обстоятельств, было до безобразия скучно, то единственное верное решение возникло само собой.

Единственный уцелевший кусок хлеба Рэя крепко зажала в зубах. Она оглядела предстоящий спуск, решительно отошла на пару шагов и сомкнула пальцы правой руки в кольцо, будто держала в ладони невидимый предмет. В тот же миг вихри некой энергии, точно потоки воздуха обратились в серебряные нити, заклубились в руке, между пальцами. Хаотично танцуя, переплетаясь, нити стали сплетаться друг с другом. Там, где они пересекались, словно на ткацком станке, неосязаемая субстанция начинала твердеть, превращаясь в прочный металл с тонкой резьбой. В считанные секунды в руке заклинательницы возник длинный цилиндрический посох. Материя обрела форму, вес и стала осязаемой.

Озорная улыбка в миг осела на лице. Девушка разбежалась и прыгнула, устремляя один конец посоха вперед и вниз. Противоположную его сторону она схватила двумя руками да покрепче. Дальний конец уперся в твердую поверхность и Рэя устремилась по воздуху, все еще держась за рукоять. Каково было ее удивление, когда она вверх ногами увидела чье-то лицо, мимо которого так дерзко пролетала сейчас.

Юношу, безусловно, эта абсурдная выходка должна была обескуражить или как минимум удивить, но ни один мускул не дрогнул на его лице, казалось, он даже не моргнул. От него веяло некой холодностью, даже безразличием ко всему и вся. Будучи заклинателем клана Хиэмз, судя по одежде, такой бесцветной и строгой, молодой господин не собирался оставлять эту ситуацию без должного внимания. Дабы не дать возможности для побега, его нога легко скользнула по ступеньке, сдвигая твердо стоявший на каменной плите узкий конец железного посоха.

Рэя почувствовала, что падать стала быстрее. В следующий миг она уже попросту виснет на упавшем плашмя шесте и не падает только благодаря одному преинтересному обстоятельству. Неизвестный ей юноша одной лишь ногой прижал дальний край шеста к земле, удерживая от перевеса и неизбежного падения. Девушка ловко взобралась на тот край, который остался ей предоставлен.

Рэя только вытащила булочку, чтобы легче было говорить, когда незнакомец ее опередил. Тон его мягкостью не отличался – строгие и холодные нотки так и веяли из уст. Но девушку это ничуть не смутило.

– Ваше поведение неприемлемо. Прошу, будьте более сдержаны, пока находитесь на территории Глубинных Троп.

– А у вас в вашем хваленом ордене все такие, – медленно начала Рэя, прощупывая почву и наблюдая за каждой мимолетной реакцией черствого на вид юноши. Вот слово «хваленый» ему явно не понравилось, ибо уж больно колючий серебряный взгляд устремился к говорящей девушке. – Ну, такие хладнокровные? О, прям как ящерки!

Яркий смех залился в воздухе. Боевой шест даже не шелохнулся от содроганий хозяйки. А вот кто пришел в движение, так это все еще незнакомый Рэе молодой человек.

– Хм, и все же! Как странно! Это Ваше лицо столь каменное или мимика за бровями не поспевает? – Рэя вновь засмеялась, но более сдержанно, продолжая наблюдать, как гневно сходятся брови на переносице у молчаливого собеседника.

– Судя по одежде, Вы из ордена Лета. – уже пришел в состояние полного покоя юный заклинатель.

– Да-да, так и есть! Не будете же и Вы мне баллы снимать? – бестактно перебила она и боязливо посмотрела на него, чьи намерения невозможно было прочесть сквозь маску холодного безразличия.

– Невежественная и легкомысленная. – тихий голос пронесся по воздуху, будто не желаемый быть услышанным, но Рэя сжевала каждое слово и лишь хмыкнула, насупившись.

– Прям мастер жеманности!

Рэя театрально состроила обиду и даже не заметила, что никакого внимания ее персоне не уделялось. Юноша, чьего имени ей так и не довелось услышать, пристально разглядывал то, что прижал ногой, будто стремился запомнить каждую вырезанную на посохе линию, а может просто выискивал некое скрытое послание, которого там вовсе не было.

– Ох! Быть может это новый способ кокетства? – встрепенулась Рэя, да так, что верный посох слегка прогнулся и вновь выпрямился. Нога безызвестного заклинателя не дрогнула, а вот его внимание переключилось на девушку. Видимо, ее уж больно активные брыкания действовали ему на нервы и, прежде чем Рэя открыла рот для очередного лепетания, юноша убрал ногу.

Она успела только глубоко вдохнуть и тут же выбить весь воздух из груди, глухо шмякнувшись на твердую ступеньку.

– Зачем же так… – нытье быстро сменилось ворчанием. – И их-то называют самым благороднейшим из кланов? Так и поверила, ага. Однако… – и вновь ее тон переменился, она обратилась к незнакомцу. – Я, наверное, погорячилась! Столь неподобающее поведение для девушки. Прошу, простите!

Он уже спустился и только хмыкнул, проходя мимо и спускаясь на пару ступенек. Оказавшись рядом с посохом и подцепив его ногой, заклинатель ловко схватил оружие. Прежде чем Рэя поймала его, ей довелось заприметить некий промелькнувший огонек во взгляде незнакомца, что несомненно заинтересовало ее.

– Весьма похвальная резьба для дилетанта. – такая сухая оценка поразила девушку, ведь на посохе изначально и правда ничего не было, только идеально ровная поверхность. – Техника исполнения сносная. Поведение неподобающее. Однако, именно для этого Вы здесь.

«И все же моя выходка его порядком раззадорила. Ах, какая я молодец! Но что значит этот взгляд?» – восторженно ухмыльнулась Рэя.

– Какой щедрый комментарий от незнакомца, которого я не имею чести знать. – упрекнула его девушка, но никакой интересной реакции не последовало с его стороны.

– Тэнер Хиэмз. – поклонился уже не неизвестный молодой человек, что несколько потрясло Рэю, ведь такое приветствие было не в малой степени устаревшим, даже учитывая то, что они имели один социальный статус.

– Рэя Эстаз. – она поспешила повторить за ним с такой грацией, на которую была способна.

– Вы не так безнадежны, госпожа Эстаз. – легкое удивление просочилось из уст Хиэмза. – Что ж, пропажа нашлась. Я провожу Вас к учебному зданию.

– Какая такая пропажа? Я что ли? Так молодой господин не слонялся по округе без дела, а меня искал? – затараторил девичий голос, да так, что голова могла закружиться, но точно не у ее спутника, который сумел сохранить непоколебимое спокойствие.

– Без дела? – все же уточнил Хиэмз. – Прогулки на свежем воздухе вдали от суеты способствуют укреплению как духа, так и тела…

– Да-да, то же самое, что бездельничать. – перебила Рэя обещающую быть длинной речь всезнающего собеседника.

Не то, чтобы юный господин Тэнер не был готов к такому ответу, да еще и к тому, чтобы его нагло перебили уже во второй раз, но все это застигло его врасплох так, что он оторопел. К его огромному сожалению, он еще не мог снимать баллы с учеников и сейчас ему ой как хотелось это сделать.

Хиэмз погрузился в размышления, из которых его моментально вывел некий надоедливый звук, и разгадка его происхождения шла рядом. Рэя насвистывала мелодию, больше похожую на бессмыслицу. Кажется, всегда сдержанный господин был готов закатить глаза или тяжело вздохнуть, но сдержался. Завязывать очередной разговор как-то не хотелось – невозможно было предсказать, во что он выльется.

Здание, где проходили занятия по получению теоретических знаний, было подозрительно похоже на все остальные и Рэе стало неимоверно тягостно, будто она только что съела еще одну кислейшую дольку лимона. Все ее фантазии рассыпались вдребезги. Кто бы мог подумать, что все эти постройки отличаются друг от друга одними лишь названиями. Хотя, и про орден Лета нельзя было сказать, что на каждом шагу там можно увидеть что-то новенькое и неожиданное. Там царила разве что совсем иная атмосфера – раздолья и непринужденности с крохотной щепоткой суровой дисциплины, но и тут не обошлось без особой, исключительной строгости главы ордена.

– Учитель Хиэмз, – Тэнер Хиэмз слегка наклонился, выражая почтение. – Я привел потерявшегося ученика.

И Рэя, и Тэнер все еще стояли рядом с дверью, однако, девушка была ближе к спасительному выходу на случай непредвиденных ситуаций, при которых придется быстро и безоговорочно покинуть поле боя, именуемое классной комнатой. Беглый взгляд прошелся по потолку, на котором не оказалось часов, но которые нашлись сбоку от преподавательского стола, будто их уменьшенная копия, и так же бегло по сидящим за отдельными столами заклинателям. Нэгато отыскался быстро, но скрытно махать ему рукой Рэя не стала, уж больно недовольно искривилось его лицо, вот-вот и пар пойдет.

– Рэя Эстаз, я полагаю. – привлек внимание строгий голос так называемого учителя Хиэмза. Вид у него был не менее суровый, седина уже начала вырываться из тисков былой молодости, что отражалось на уставшем лице, покрытом морщинами. Весь его вид не выдавал и капли довольства, но вот серые глаза все еще пылали огнем.

«Старый хрыч, если одним словом», – вынесла свой вердикт Рэя, к счастью, решив его не озвучивать.

– Так точно. – вместо этого она отозвалась громко и четко, словно напевая.

– Минус десять очков за опоздание. – в той же манере сказал учитель Хиэмз и, прежде чем Рэя сдвинулась к свободному месту, продолжил. – Что бы занять место в моем классе, ответьте сначала на несколько вопросов.

– Иначе? – без промедлений спросила насторожившаяся девушка, не переставая сиять от предвкушения.

– Иначе Вам придется покинуть помещение ровно до следующего занятия. Так же будет снято еще пятнадцать баллов за отсутствие на уроке.

– Эй, а у Вас тут минус на минус плюс не дает? – шепнула с надеждой Рэя стоящему рядом Тэнеру. Юноша только нахмурился и ничего не ответил, а вот несколько учеников едва ли сдержали рвущийся наружу смешок. – Как прискорбно.

– Итак, – прозвучал рокотом голос, от которого Рэя чуть не подпрыгнула. – Что Вам известно о главе клана Хиэмз? – учитель задал вопрос, будто вовсе не слышал недавнюю попытку пошутить.

Честно признать, девушку ошеломила вся сложившаяся ситуация. Она покосилась на Нэгато, и его поведение вынудило удивиться еще больше – он мотал головой вправо-влево.

– Нынешнего главу клана Хиэмз зовут Гелид Хиэмз. Возраст – да без понятия, однако могу сказать, что ему бы на пенсию уже. – без всякой растерянности начала Рэя. – Придерживается традиций, что, по моему мнению, неправильно – любой век себя изживает. Держит заклинателей ордена в ежовых рукавицах. И также является ярым противником королевской власти. – она сделала паузу, наблюдая за реакцией Хиэмза от ее нарочно необдуманной речи. – Несмотря на это, поддерживает связь с другими орденами и готов оказать им поддержку. Представляет собой сдержанного и мудрого по годам человека.

Рэя замолчала, сказать ей было больше нечего. Наставник же не выказал никакого предполагаемого гнева или осуждения. Холодный нрав, видимо, только укрепился с возрастом. А вот Тэнер продолжал хмуро смотреть на часы, пристально следя за неспешно плывущим золотым шаром с причудливыми строгими узорами. Остальные ученики смиренно сидели в ожидании вердикта, все, кроме Нэгато, по виду которого можно подумать, что дух его покинул тело, забрав последнюю каплю крови. Одним словом, Рэя была довольна собой.

– Хорошо. – спокойно заключил наставник Хиэмз. Залегшие на лице тени испарились, и, будто благодаря этому, теперь казалось, что сами морщинки разгладились или из-за смены положения на него стало падать больше света. – Следующий вопрос: что есть Светлая и Темная энергия?

«Странный вопрос от странного человека. И чего он хочет? Строчек из книг или моих мыслей?» – Рэя не могла понять, что ей делать. Хотелось поступить так же, как и всегда – беспечно и быстро. Именно поэтому дальнейшее развитие мыслей всячески блокировалось. К тому же, продумывать всевозможные исходы было прерогативой сестренки, а раз дорогая Вэния ненароком обмолвилась, что за эти два месяца ничего странного и опасного произойти не должно, – значит стоит довериться интуиции и поступить по-своему, то есть как обычно.

– Две стороны одной монеты. – уверенно ответила Рэя после недолгой заминки, при этом легкая улыбка никуда не собиралась уходить, а невинное моргание длинных ресниц только усиливало впечатление чудаковатой натуры.

– Поясните. – с нотками любопытства попросил наставник, отложив наконец перо, которое до сих пор вертел в руке.

И тут-то Рэя не нашлась с ответом. Можно было бы процитировать слова сестры, но тогда это будет не ее собственное суждение, поэтому она продолжала решительно молчать.

– Не можете ответить? Значит ли это, что Ваши слова Вам и не принадлежат? Слова взрослых, услышанные некогда ребенком. – разочарование быстро скрылось за маской холодного безразличия, присущего всем Хиэмзам. – Громкие и в равной степени необдуманные и незрелые слова. Надеюсь, в будущем Вы поработаете над своей дисциплиной, не забывая, конечно, о благоразумии. Можете занять любое свободное место.

Наставник Хиэмз взялся за перо, опустил кончик в необычайно темные чернила и резким движением что-то пометил на желтоватом пергаменте.

– А я-то думала мы здесь для прививания этой самой дисциплины. – пробурчала Рэя, пока шла мимо выстроенных по линейке парт.

– Именно, но без вас самих ее не взрастить. – к всеобщему удивлению, раздался голос старика Хиэмза, чьему слуху могли бы позавидовать и молодые. – Ах, да. Тэнер, будешь присутствовать завтра на практическом занятии в качестве примера.

– Хорошо. – подчинился юноша, но вряд ли он был хоть как-то заинтересован в этом событии. Он поспешил покинуть классную комнату.

– Балда! И хватило же наглости! Ты хотя бы знаешь, кому наговорила всю эту чепуху? – старался возмущаться как можно тише Нэгато, рядом с которым уселась самодовольная девушка.

– Безусловно. К моему великому удивлению, сегодняшнее занятие ведет сам глава ордена Гелид Хиэмз. – со всей значимостью произнесла Рэя, стараясь разговаривать даже тише брата.

– Ты… Просто… Аргх! – вспылил бы он, да не мог.

– Смотри не лопни. И не мешай мне до конца занятия. – Рэя поудобнее устроилась на стуле, немного сместившись в сторону, чтобы спина сидящего спереди ученика полностью ее прикрывала, подперла рукой голову и прикрыла глаза.

Наставник Хиэмз поднялся со своего места, которое находилось на ступени, чтобы продолжить занятие. Он неспешно обошел сияющий чистотой стол и остановился перед притихшими учениками. Монотонный голос, вещающий вступительную лекцию (тема которой, как всегда, совпадала с лекциями в других орденах), уносил прочь из комнаты в далекий призрачный мир. Слушать это, казалось, было интересно лишь новичкам, еще не успевшим пресытиться «прелестями» будущей жизни. Рэя слышала все это не раз, но редкие скрипы напольных досок, заставили открыть глаза и принять позу примерной слушательницы. Так она поступала всякий раз, когда поблизости раздавались эти тревожные звуки.

– Как вам уже говорили в других орденах, мир, в котором мы живем, совершенно нестабилен. Светлая и Темная энергия, словно нити, переплетающие Мироздание, сосуществуют в шаткой гармонии. – Гелид Хиэмз ходил мимо парт, держа в руке открытую книгу в мягком переплете, но не заглядывая в ее старинные страницы. – Светлая энергия подобна равнинной реке, чьи воды спокойны и безопасны для путников. Темная же энергия, словно горная река со множеством крутых берегов, обломками камней и бурным течением, где едва ли сможет пройти даже самая крепкая лодка. Подобно воде, две энергии находятся в постоянном движении. Ах да, про них еще пишут, что они «кружатся в вечном танце». – наставник остановился и замолчал, видимо наслаждаясь такой удачной цитатой. – Но равновесие между ними довольно шаткое. Каждая из них подавляется другой: Свет уравновешивает Тьму, а Тьма – Свет. Но кто же из них стабильнее, а кто стремится заполнить собой все имеющееся пространство? Ну-ка, есть желающие?

Хиэмз оглядел весь класс, выискивая жертву, словно хищник на охоте. За неимением «леса рук», он уже сам хотел указать на человека, которому придется отдуваться за весь класс смельчаком. Но тут наставник замер и благосклонно кивнул. Возможно, никто так и не проявил инициативы, кроме одного храбреца, потому что попросту не знали, как стоит вести себя перед наставником и, по совместительству, главой ордена. По вьющимся волосам и характерной цветовой гамме одежды сразу стало понятно, кто вызвался нести это бремя. Юная дева из клана Мусти, немного помедлив, встала с места. На лице только и читался страх вперемешку с растерянностью.

– Эм, ну, С-светлая энергия спокойнее, а Т-темная энергия постоянно стремится в-вырваться. – с запинками пробормотала девушка, не оторвав взгляда от стола, на котором изучать-то было нечего.

– И как же называется это событие? – продолжил Хиэмз свой допрос.

– Выброс. – кратко ответила Мусти и расслабленно выдохнула, после одобрительного кивка. Опять же, радость от прошедшего испытания прямо светилась на ее лице.

Рэе же вновь стало скучно, а когда наставник Хиэмз начал снова прохаживаться между партами, стала тайком зевать. Не только его голос убаюкивал, но и неспешная походка, с которой он нахаживал уже не один круг.

– Молодец, Флу. – похвалил он девушку. – Да, так называемый Выброс или вспышка Темной энергии. По моим наблюдениям, здесь присутствует один человек, которому не терпится поведать нам о последствиях Выброса. Так невмоготу, что дышать через нос не можете, Эстаз? – Хиэмз остановился и облокотился на свой стол.

Все ученики обернулись назад. Сначала их любопытные глаза вцепились в старшего Эстаз, который преспокойно сидел и ничем не выделялся. Его недоумение заразительно отразилось на остальных присутствующих адептах и все они, вслед за Эстазом, переметнулись на его сестру. Она-то и застыла с приоткрытым ртом от очередного зевка. Чрезмерное количество любопытных взглядов ее ничуть не смутило. Девушка, наоборот, решила добавить щепотку комедии в, казалось, неприятную для любого другого человека ситуацию. Рэя специально медленно обернулась, будто выискивала того самого человека, к которому обращался Гелид Хиэмз и не найдя никого за своей спиной, повернулась обратно. Улыбка только что нашкодившего ребенка уже демонстративно сияла на личике. Под всеобщую тишину от ожидания дальнейших действий, Рэя нарочно громко встала, царапая ножки стула о безусловно дорогой паркет.

– Могу и через нос, и через рот, хоть через кожу, Вы только скажите. – деловито ответила Рэя, не прекращая кивать. Хиэмз, по-видимому, решил не развивать эту тему. Он не шелохнулся, только взгляд был уж больно неприятно пронзительный, поэтому Рэя решила все-таки ответить на первоначальный вопрос. – Итак, Темной энергии стало слишком много, деваться ей некуда, Светлая энергия бороться с этим непотребством устала и тут происходит – БАМ! – Рэя вскинула руки, изображая взрыв. Весь класс от неожиданности вздрогнул. – Она, ну Темная энергия, такая дама свободного полета, да еще и без жилья, ищет, кем бы завладеть… или чем. Долго в одиночестве она пробыть не может, поэтому сразу вселяется во что-нибудь, что под руку первым попадется: в человека, животное, труп или растение. – Рэя пересчитала всех на пальцах. – Ну, а так как, энергия то же, что и движение, то сосуд начинает меняться под стать Темной энергии. И тут мы переходим к феноменам! Их всего два – явление и существо. Истинное явление штука занимательная, ибо не про каждый шторм или наводнение подумаешь о Тьме. Для таких случаев есть понятие «ложного явления». А вот с существами все куда занимательнее! —восторженно сказала Рэя.

Тут внезапно раздался хлопок. Ученики в который раз обернулись, еще не отошедшие от увлекательного рассказа чудачки из южного клана. Этот громкий звук издала с силой закрывшаяся книга, которую сейчас держал в руке наставник Хиэмз. Рэя почувствовала неладное, изогнутые в полуулыбке губы застыли, не смея сделаться шире или бесследно исчезнуть. Хиэмз выглядел весьма устрашающе под влиянием мрачных теней, вновь таинственным образом появившихся в прежних местах.

– Следует помнить, что Темная энергия – это вовсе не увлекательно. – начал он строго. – Бушующая и неконтролируемая, она извращает само понятие доброты и честности, всего светлого в человеке, всех его достоинств. Трупы оживают; души ходят по земле живых, не находя покоя; а сами люди меняются до неузнаваемости, в конечном итоге, обращая в прах все на своем пути. Не стоит забывать и о животных и растениях. Темная энергия опасна настолько же, насколько клинок в руках убийцы. Не смейте даже думать, что эта порочащая душу и тело сущность может быть занимательной! Боги нашего мира лишились своих телесных оболочек, сражаясь с неистовой тьмой, защищая живых существ. Скверна остается скверной под любым обличьем. Можете сесть.

На секунду вся бодрая натура Рэи поникла, яркая голубизна глаз показалась вдруг такой печально глубокой, но уже в следующий миг девушка заблистала озорным огоньком. Она едва заметно склонилась, выражая извинение за неосторожные слова. Хиэмз же мимолетно кивнул и продолжил уже спокойным голосом, с каждой минутой вновь уносящим в царство бескрайних сновидений. С этим неумолимым желанием приходилось бороться большинству учеников.

Лекция все продолжалась и продолжалась. Кто-то просто слушал учителя, немногие царапали на бумаге его слова, единицы отвлеченно уставились в одну точку, думая о чем угодно, но только не о занятии и всяких там энергиях. Рэя все не могла понять, почему же у нее не отняли еще пару десятков баллов за различные шалости, которые она так старательно демонстрировала все прошедшее время. Быть может, глава ордена не так страшен и строг, как о нем говорят? Тем скучнее для непоседливой Рэи, в голове которой уже выстраивались различные хитровыдуманные лазейки этих самых правил да отработок.

– На этом сегодняшнее занятие подходит к концу. – объявил наставник Хиэмз и класс в миг оживился. – Вопросы?

Одна рука взлетела вверх с такой скоростью, что можно было бы взлететь до потолка вслед за ней. Наставник направил на него все свое внимание.

– А что насчет заклинателей, владеющих Темной энергией? – юноша сказал это достаточно громко, чтобы услышали все.

– Так как человек рождается с ядром, наполненным Светлой энергией, то это невозможно. – ответил наставник.

– А как же короли, которые умирали от взрыва некой таинственной энергии? – спросил уже другой ученик, внешне чем-то похожий на девушку из клана Мусти. К слову, его одежды были тех же цветов.

– Ты это про кого еще? – вмешалась девушка, совершенно не обращая внимания на присутствие старшего заклинателя.

– Ясно же про кого. – с малозаметным раздражением сказала Рэя, так же позабыв о наставнике, который решил пока не вмешиваться, а выслушать домыслы юных учеников. – Шестой король Рого I Адверфат, который скончался очень скоропостижно и при странных обстоятельствах, а при детальном исследовании дела о его смерти, была обнаружена неизвестного вида субстанция, похожая на сажу. Она-то покрывала комнату, в которой он помер. И еще двадцать первая – Унда Адверфат. – по классу прошлась волна недовольства, исходившая от тех, кто историю Патеры хотя бы читал. – Да-да, все мы прекрасно знаем, что Унда была убита предводителем восстания. Бр-р, ну и жуткие события за этим пошли.

– Ага, про Унду-то что? – насмешливо перебил Рэю тот же юноша из клана Мусти, который открыл эту тему и имени которого еще никому не довелось услышать.

– Б-братец Аспер, – потянула за рукав сестра Флу тишайшим голоском. – Баллы-баллы ведь…

– Аспер значит? – только и услышала Рэя, вдумываясь во что-то свое и тут же оживая пуще прежнего. В ее голове сейчас проносилось множество слов на древнем языке и среди них она искала одно единственное, которое произносилось как «аспэ» и означало «шершавый». Уж больно подозрительно имя молодого человека было схоже с древнейшим словом.

– Не смей! – прошипел сквозь зубы Нэгато, но было уже поздно.

– Об тебя можно шлифовать? Древесину там или камень.

Флу, явно понимающая, о чем шла речь, прыснула в ладонь, которая никак не могла скрыть вздрагивающие плечи. Нэгато тяжело вздохнул и поспешил отвернуться, наткнувшись на лицо еще одной юной особы, которая старательно сдерживала смех. Однако, завидев лицо Нэгато, который пытался так же скрыть улыбку, но безуспешно, девушка все же захихикала. Аспер же сидел и пыхтел от возмущения.

– Или, быть может, ты предпочитаешь… – медленно начала Рэя, смакуя каждое слово, пока Аспера мгновенно покрывала густая краска. И трудно было понять, что им обуревало: злость или смущение, а может и то, и другое, но четки, которые он сжимал в руке говорили за него.

– Рэя! – крикнул Нэгато так громко, что вскочил с места.

– Ладно-ладно, так и быть, не услышит этот мир сей чудесного продолжения. – сказала Рэя, игриво улыбаясь.

– Кхе-кхе, – послышалось с другого конца класса, где стоял глава ордена, про которого уже все забыли. – Унда.

Хиэмз постарался незаметно влиться в разговор и напомнить ученице основную тему обсуждения. Он даже прикрыл рот книгой, хотя, кто знает, может за этими желтыми страницами в мягком переплете он скрывал детскую улыбку, такую неподобающую для мудрого старца и тем более главы ордена.

– Ах, да! В мемуарах Викантелия было написано, что на рукояти меча Унды он самолично обнаружил следы сажи. Насколько нам всем известно, существа, одурманенные темной энергией, то бишь оскверненные, на смертном одре оставляют черные следы. Такую же сажу, что и Рого I, и Унда. Отсюда следуют очень интересные выводы – в истории Патеры были люди, владеющие Темной энергией. Ну, они, конечно, от нее умерли, но суть не в этом.

Весь класс замер, причем половина учеников восхищенно обмозговывала слова Рэи, а те немногие, кто прибыли из орденов, озадаченно переглядывались. Некое таинственное смущение повисло над их головами.

– Разве копии мемуаров Викантелия не хранятся в запретных секциях? – прошептала Флу Мусти, но ее голос странным образом прозвучал довольно громко.

– Правда, что ль? – Рэя посмотрела с надеждой на Нэгато.

– Ага. – сухо ответил брат. – И, если матушка узнает…

– Итак! – раздался гулкий хлопок и весь класс насторожился. Рэя медленно осела на стул. – Занятие окончено. Я обычно не прибавляю и не отнимаю баллы на первом занятии, но сегодня были особые случаи, которые никак нельзя проигнорировать. Плюс пять баллов Флу Мусти за работу над собой. Вы стали смелее по сравнению с прошлым годом, юная леди, что не может не радовать. – Флу несколько воодушевилась. – Минус пять баллов Аспер Мусти за неподобающее поведение. Думаю, Вы сами понимаете суть моих слов.

– Так точно. – виновато покосился Аспер Мусти на сидящую за соседней партой Флу, и все поняли, что перебивать наставников не следует, да и вообще старших по рангу. Но и поняли они еще одну вещь – Аспер и Флу приходятся друг другу братом и сестрой.

– Плюс пять баллов Рэе Эстаз за доходчивое объяснение, однако, советую не пренебрегать вольностями при ответе. – Рэя ничего не сказала, все еще поглощенная мыслями о проклятом мемуаре. – И минус десять баллов за неподобающее поведение. А так как у Вас до этого были промахи, то Вам назначается три дня отработок.

– Что-что? – приободрилась от такой неожиданной новости Рэя. – Глава Хиэмз, нам про отработки ничего не говорили.

– Правда? Наверное, это мой промах. Забыл предупредить наставника Цито о нововведениях. Раз так, поясню сейчас. За каждые отнятые десять баллов ученику назначается один день отработок. За отработки отвечаю я. Отработаете – аннулируете отрицательные очки. Вам же, Рэя, будут назначены отработки в двух библиотеках ордена. Первый день – одна библиотека, другие дни – вторая. Подробнее Вам расскажет господин Цито. Завтра практическое занятие, попрошу не опаздывать. Что касается следующей нашей встречи, которая состоится через день, то подготовьте подробный разбор Ткани Мироздания и способов обезвреживания феноменов. Все свободны.

Глава ордена первым покинул класс и только с нарастающим гулом от впечатлений первого занятия в ордене Зимы, Рэя окончательно пришла в себя. Внезапное озарение посетило ее голову, которое никак нельзя было проигнорировать:

– Если! Если узнает, а она не узнает. – глаза Рэи панически забегали по ученикам, выискивая только одну макушку, которая оказалась за соседней партой. Она резко подскочила к брату, упирая руки в дубовый стол. Нэгато ожидал от сестры нечто выходящее за обыденные рамки благовоспитанного общества, даже можно сказать, что устал от бессчетного множества шалостей в ее лице, поэтому не удивлялся очередному эмоциональному всплеску.

– И это все что ты уловила? – со скучающим видом сказал он. – И где же ты оставила мемуары?

– Там же, где и всегда. – казалось, Рэя уменьшается с каждым словом, так удрученно прозвучал ее голос.

– В библиотеке на диване около окна. – уточнил Нэгато прежде, чем Рэя продолжила, и положительным ответом послужил поникший кивок. – Радуйся, если сестрица будет проходить там раньше матушки.

Половина учеников уже разбрелись кто куда, и они последовали тому же примеру. Буквально на пороге, не успев закрыть за собой двери, Рэя заметила вдалеке нечто поблескивающее и медленно плывущее в их сторону. Первое что приходило в голову – это птичье перо, измазанное в какой-нибудь блестящей краске. Но такие мысли могли посетить разве что обыденный человеческий разум.

– Ух ты! Это бабочка-вестница! Смотри, смотри же! – раздался рядом девичий голос полный восторга. По невероятно радостному возгласу Рэи, сама собой напрашивалась мысль – а точно ли Рэя Эстаз была урожденной заклинательницей?

– Глянь-ка, никак к тебе летит. – Нэгато невероятно доставляла любая возможность подсолить взбалмошной сестре и сейчас он бы не посмел упустить эту возможность.

– Не-не-не. Глаза протри. Точно ведь в твою сторону летит. – девушка отпрянула на несколько шагов от брата, внимательно наблюдая за траекторией полета серебряных крыльев. Бабочка, которую уже можно было разглядеть в полной красе, резко сменила направление. Крылья вестницы мягко хлопали и искрились, словно сбрасывали белоснежную пыльцу.

– Ха-ха, вот и карма. – Аспер, наблюдавший это представление со стороны, будучи заинтересованный в исходе драмы, даже подошел поближе, чтобы его колючие слова наверняка дошли до Рэи Эстаз. Прямо за ним, под тенью дерева, стояла Флу, его сестра, молча наблюдающая издалека.

Вестница подплыла к Рэе и уселась прямо на нос. В тотчас же рассыпалась на тысячу крохотных светящихся частичек, словно миниатюрный фейерверк, сделанный каким-нибудь умельцем для цирковых мышат. Побледневшая девушка, ожидающая самого худшего исхода из всех возможных, от нарастающего напряжения задержала дыхание и окончательно превратилась в каменную статую.

– Не переживай, я буду молиться за твою душу каждый день. – продолжал издеваться над ней брат.

Не обращая никакого внимания на язвительные замечания Нэ-Нэ, она в мыслях уже хоронила себя, будучи еще пока живой и здоровой, – так страшен был вердикт матушки. Секунду другую ничего не происходило, а потом Рэя вновь отважилась задышать полной грудью.

– Это от Вэнии. Она вернула мемуар в запретную секцию. – она громко выдохнула, яркие краски хлынули к лицу, и она вот она уже ликовала, будто ничего угрожающего и не было.

Аспер разочарованно фыркнул и пошел в сторону столовой – время обеда неминуемо приближалось. Флу же помедлила и поплелась за братом только, когда он ее окликнул. Не смея выразить вслух все мысли она продолжала плавать среди них, думая только об одном: что хоть Рэя и выглядела испуганной, но ее позитивный настрой, казалось, невозможно ничем закрасить или смыть. Может страх и был настоящим, но передавать негативную энергию другим юная госпожа точно не хотела.

– Одной проблемой меньше. – подытожил Нэгато. – Не забудь про отработки.

– Какие такие отработки? – невозмутимо спросила она, но брат ничего не ответил и прибавил шагу, чтобы успеть к обеду и не оказаться в удручающем положении, в которое Рэя окунулась утром.

В обеденном зале оказалось довольно шумно – все обсуждали прошедшее занятие и главу ордена, которого смогли увидеть собственными глазами, и, конечно же, женская часть бурно делилась мыслями о его внуке, загадочном и холодном Тэнере Хиэмзе. Пока ученики дружно опустошали тарелки, Рэя пыталась выудить очередной кусок хлеба. Кто бы мог подумать, что кухарка настолько злопамятна и взаправду лишит юный пылкий ум еды на весь день. Так эта женщина еще и объявила на весь зал, чтобы никто не посмел отдать голодающей бедняжке и крошки. Пришлось отступить и уйти ни с чем, даже родной брат не приберег для дражайшей сестренки ничего съестного, прикрываясь тем, что Рэе будет полезно поголодать. Так сказать, живи с последствиями.

После обеда более благоразумные адепты направились прямиком в главный корпус, рыская среди стеллажей нужные для конспектирования книги. Другая часть отправилась разнюхивать самые таинственные и скрытые от глаз уголки Глубинных Троп, куда только смогли бы пробраться. Нэгато по своему обыкновению погрузился в тренировки и, как ни странно, к нему с большой охотой присоединился Аспер Мусти. Ну а Рэя, не желая сталкиваться с наставником Цито и узнавать у него все подробности грядущих отработок, неспешно покинула видимые пределы ученического корпуса.

Поблизости оказалось приятное местечко, сокрытое в лесу, но главной его ценностью была тишина. Повсюду стояли беседки среди хвойных деревьев и бесчисленных запутанных троп. Четыре маленьких круглых постройки с цилиндрическими крышами и колоннами вместо стен были оплетены темно-зелеными лозами, свисавшими с кровли подобно кружевной вуали.

От каждой беседки через прозрачные воды лесной речушки были перекинуты мостики. Все они вели к центральной беседке, такой же, как остальные, но большего размера. Ее главным отличием был могучий дуб, росший прямо посредине. Видимо, когда-то заклинатели решили возвести вокруг столетнего дерева укромный уголок, чтобы укрыться от суеты и предаться раздумьям.

На самом деле, таких тайных садов по всей территории Глубинных Троп было множество, и о некоторых из них, возможно, не знали даже старейшие члены ордена.

Рэя решила, что лучше места не найти. Она легко прошлась по самому краю мостика, раскинув руки, будто старалась удержать равновесие, будучи в одном шаге от пропасти. Под крышей беседки было бы находиться скучно, поэтому Рэя приметила крепкую ветку дуба, на которой можно было разлечься и даже вздремнуть. С кошачьей ловкостью девушка взобралась на примеченное местечко, но вместо того, чтобы прислониться к широкому дубовому стволу, она улеглась на ветку, свесив ногу. Пусть поверхность не была мягкой и удобной, но окружающие звуки убаюкивали даже сильнее теплой постели. Редкий шелест листвы, взволнованной очередным дуновением ветра, тихое журчание ручья, далекое пение птиц. Рэя закрыла глаза. Теперь здесь были только она и голос природы, который настолько увлекал в свой мир, что чужое присутствие осталось незамеченным.

## Глава 3. Кролик золотых листьев.


Под прохладное дыхание ветра, скользящего по коже, и шепот безликих голосов, проскальзывающий меж листьев, девушка безмятежно лежала на толстой ветке дуба и наслаждалась птичьим пением. Как-то незаметно для нее, в сладостное, но далекое чириканье проскальзывало шуршание, будто неподалеку таинственный человек читал книгу, изредка перелистывая страницы захватывающего текста. Такой знакомый звук все-таки перетянул на себя внимание и девушка открыла глаза, продолжающие даже в завесе густой тени светиться ясным голубым цветом.

Трудно было что-то рассмотреть под таким ракурсом, где в поле зрения попадали то ветки, то листья, то купол беседки, сквозь который рос дуб, но даже с таким обзором девушке удалось заприметить вьющиеся каштаново-рыжие волосы. Да, это была Флу Мусти и сейчас она мирно и тихо читала толстую книгу в беседке под деревом, думая, что находится здесь в полном одиночестве и что ей никто не помешает. А может рассчитывала попросту скрыться от чужих глаз, как сама Рэя. Наверное, поэтому Рэя решила не выдавать своего присутствия.

Прошло несколько минут или часов – пленительное умиротворение притупляло чувство времени – издалека послышались шаги нескольких человек, их голоса и смех распугали все очарование леса.

– Я ожидал большего от этого ордена. Про него же все так говорят: и возвышенный, и таинственный, и знаниями-то они владеют всякими секретными. – тон этого юноши смог бы оттолкнуть даже самого простого человека, который хоть мало-мальски продолжал блюсти правила общества, несмотря на поразившие его невзгоды.

– Да и старикашка чудаковатый. Помалкивает в тряпочку постоянно и только в конце баллы отнимает. Нечестно это. – подхватил разговор другой мальчишка.

– Уныло здесь. Орден Лета повеселее будет. Одни только сестры Эстаз чего стоят! Заполучить одну и влиться в клан – вот они власть и богатство. – вновь заговорил первый и его тон Рэе не понравился даже пуще прежнего, вызывая непомерное отвращение.

– Тогда уж лучше за младшенькую взяться. Видел я ее – зашуганная она какая-то. С такой легко будет управиться и надавить чуть что. – вклинился в беседу третий. – Ай! Ты чего?!

Вдруг голоса стихли. Рэя взглянула в ту сторону, откуда еще секунду назад исходила бурная беседа, пестрящая всяческими непотребными размышлениями. Но ее интересовала не столько причина внезапной тишины, сколько лица этих напыщенных молодых людей, коих стоило бы прозвать индюками. Запомнить каждого из них и не пускать на порог родного ордена – вот ее главная цель.

Юноша с утиным носом и тонкими губами указывал пальцем в сторону дуба, на котором расслаблено проводила время Рэя, будучи в прекрасном расположении духа еще минуту назад. Именно он стоял в середине компании и, видимо, был негласным лидером троицы. У всех них были коротко стриженные волосы – в некоторых деревнях юношей остригают налысо, чтобы избежать распространения вшей. Нужная, конечно, процедура, но лучше бы гигиену соблюдали – с их формой черепа такая прическа была весьма некстати. Именно эти мысли клубились у Рэи в голове, вызывая довольство и возвращая благодушное настроение.

Рэе было нечего бояться, даже если ее обнаружат, но палец указывал не наверх, где она преспокойно отдыхала, изнеможденная скукой, а почти на самые корни дуба. Там как раз должна была тихо сидеть Флу, поглощенная чтением книги, но ее на былом месте не оказалось. Кучерявые волосы отыскались на противоположной стороне дерева. Видимо, только услыхав громкие голоса, юная Мусти поспешила скрыться из вида, но ее выдал кусок темно-бардовой ткани, который торчал из-за дерева.

«Ох и зря они такие длинные ленты на кофтах оставили. Зацепиться где-нибудь и пиши прощай», – критиковала Рэя покрой одежды, по вине которого сейчас обнаружили бедняжку Флу Мусти.

– Кто здесь? – слова раздались внезапно громко и близко. Было заметно как Флу вздрогнула от испуга. Адепт сжал ее плечо, удерживая на месте, и присвистнул. – Гляньте-ка, кто здесь – трусишка Флу! – торжественно объявил он, оглядываясь на друзей, которые подходили с двух сторон, преграждая путь к побегу.

– Та самая? Которую еще кроликом кликают?

– Ага! Вот умора, она и впрямь на крольчиху смахивает! Глазенки вон как таращит от страха. Ах-ха-ха!

Троица невоспитанных юношей захохотала так, что из ртов забрезжила слюна. Но Флу не собиралась терпеть осмеивания глупцов, которые еще и заклинателями-то не стали. Она попыталась встать, вырваться из удушающего круга. И девушка смогла встать только когда схватила удерживающую ее руку и отшвырнула от себя.

– Эй-эй! Куда это ты?! – парень поставил подножку, когда девушка собиралась молча уйти. Флу Мусти упала, так же не издав ни звука.

– И даже ничего не скажешь? За что только тебя баллами наградили сегодня! – презренно сказал один из парней. – Позор для родителей иметь такую дочь в семье.

– Интересно, какого зверя сдерживают эти браслеты? Страуса? Может, хорька или скунса?

– О, я знаю! Это точно кролик! Ха-ха-ха!

Троица вновь загоготала. Флу все молчала, терпела и терпела, даже не шелохнулась, замерев на холодных плитах. Локти уже наверняка ныли от боли, врезаясь в такой прочный неровный камень, пусть и мастерски отшлифованный. Но девушка почему-то все продолжала бездействовать, чем только нервировала Рэю.

«Почему она не встанет? Ну не может же она быть настолько бесхребетной?», – думала девушка, лежа на ветке дерева.

– Хах, и ведь не постыдились отправить такое убожество сюда. Сто пудово для контраста с младшеньким.

– Точно! Это ж ты постоянно за Аспером таскалась в Волнистых Хребтах. Прям как тень, аж стремно было.

– Точняк она! Настолько невидимая, что родной папаша не замечает.

– Я слышал, что кролики очень плодовиты, так может, и от тебя польза будет? – произнес низким голосом тот парень, что считался главным в шайке. Он грубо схватил Флу за волосы и потянул на себя. – А что, личико-то не дурное. Вполне сойдет.

Двое парней недоверчиво переглянулись и как-то затихли.

– Братан, ты же не собираешься…

– Не нравится – так валите к черту! – прикрикнул он на них, удерживая замершую от страха Флу, которая силилась открыть рот, да не могла. В глазах ее блестели слезы, а внутренний страх буквально кричал и рвался наружу.

– Эй! Прекрасные юноши с врожденными дефектами! – Рэя, которой невмоготу было больше молчать и смотреть на творившийся прямо у нее под носом отвратительный ужас, села все на той же ветке, свесив уже обе ноги. Вмешаться все-таки пришлось, ибо некий уже знакомый Рэе человек что-либо предпринимать не собирался, оставаясь невидимым среди деревьев.

Все внимание тут же переключилось на нее, человека, которого никто доселе не заметил. Двое юношей попятились, борясь с мыслью дать деру в надежде, что их лица не запомнили или их вообще не видели. Но Рэя со всей гордостью взглянула им прямо в глаза, давая понять, что безнаказанными они уже не останутся. Легкая улыбка, танцующая на грани с безумством, на ее лице сыграла свою роль, будто на шайку недотеп взирал свысока хищник, предвкушающий скорейшую потеху над добычей, перед тем как ею полакомится.

– А, ты же та самая Рэя желанный-ребенок-который-никогда-не-доставляет-проблем Эстаз. – выплюнул самый нахальный юноша, еще крепче сжав волосы Флу.

– Ой, ну что Вы, не такой уж и беспроблемный ребенок. – сказала Рэя так, словно приняла комплимент за чистую монету и осталась польщена. Вся эта ситуация ее изрядно забавляла, кроме, конечно, бедняжки Флу, чье состояние привносило беспокойство в душу Рэи. – Так это все, что вам известно обо мне?

Двое из шайки озадаченно переглянулись. Никто из них ничего более не мог вспомнить про эту девушку, и они одновременно пожали плечами.

– Спускайся! – злобно крикнул главарь. Он отпустил Флу, потеряв к ней всякий интерес. Теперь все его внимание было приковано к девчонке, возомнившей из себя, как минимум, принцессу. Но больше всего его бесил этот взгляд – темно-голубые глаза, как море в бурю, взирали на него свысока, но при этом плескались абсолютным безразличием, как если бы юноша был всего лишь жалким тараканом. – Или боишься?

– Да, вы совершенно правы. – произнесла она невинно. – Я боюсь… заразиться слабоумием.

Кажется, в данный момент до каждого присутствующего здесь донесся скрип зубов. Быть может, всего лишь показалось, но массовка отступила еще на шаг, до сих пор борясь с желанием дать деру. Страх перед последствиями непризнания вины сковал их в нерешимости.

– Хотя, подождите-ка, как же неловко вышло с моей стороны думать, что у вас, мальчики, есть хоть капля ума. – Рэя продолжала издеваться и наслаждаться проделанной работой.

Было заметно как Флу немножко успокоилась, вновь овладев телом. Она ступала очень тихо и быстро, так что незаметно для всех, кроме Рэи, ретировалась к другой беседке, находившейся, к великому сожалению, ближе всех к эпицентру угрожающей жизни ситуации.

– Только оскорблять и умеешь! – не выдержал парень, что до этого отмалчивался в сторонке. – То, что ты дочь главы клана, не дает тебе права так высокомерно себя вести! Спускайся!

Он поднял со дна ручья камень и швырнул его в Рэю. Девушка, пытаясь увернуться от летящего прямо в голову предмета, начала падать назад. Ловкость и гибкость тела позволили ей опуститься точно на ноги, словно кошке на лапы.

– Ух, как грубо! – обиженно сказала она.

Один из троицы не дал ей продолжить словесные изречения. Он пошел на таран, замахнувшись кулаком, от которого девушка с легкостью увернулась. Следующий выпад, на который решился второй не менее сговорчивый юноша, она попросту парировала рукой, направив всю силу прямиком на первого смельчака.

– Так и собираешься уворачиваться?!

– Конечно! – без тени сомнения выразилась Рэя. – Адептам и заклинателям, которые находятся на обучении, запрещено драться в любом ордене. Этот ведь не первый? Я думала, вы знаете. Более чем за полгода вы не смогли выучить даже такое простенькое правило. Очень жаль.

– Здесь никого нет! Никто ничего не узнает. Так что давай! – продолжал призывать к действию главарь маленькой шайки. Трудно было сказать, чем он руководствовался, свершая столь глупый поступок, или уже просто не мог остановиться. – Держи ее!

Рэя не успела моргнуть как ее сзади грубо схватили, кто-то, кто бездействовал до этого момента. Руки обвили шею так крепко, что дышать стало трудно, и из горла невольно вырывались хрипы. Но девушку этот промах ничуть не встревожил. Она вцепилась в предплечье атаковавшего парня руками и шагнула в сторону, заведя ногу за стопу противника. Все происходило стремительно, что страшно было моргнуть, лишь бы не упустить любую важную деталь, и вот, напавший исподтишка мальчишка, уже лежит на земле, пытаясь вдохнуть выбитый из легких воздух.

– Надеюсь, это расценят как самооборону. – озадачилась девушка. – Занятия кто-то явно прогуливал. Или вас выг…

И вновь ее монолог прервали. Девушка не успела среагировать и прикрыть глаза – горсть пыли осела на лице, ресницах и, судя по неприятным ощущениям мелких камешков под веками, прорвалась прямо на глазные яблоки. Пришлось зажмуриться и ориентироваться по звукам, но все опять произошло слишком быстро, не давая времени на раздумья. Удар пришелся в спину и теперь уже Рэя лежала на земле.

– Все еще не собираешься дать сдачи? – с чувством превосходства сказал адепт.

– Пачкать руки о такую бездарность? Оно того не стоит.

Ничего более произойти не успело. Сразу после этих слов в воздухе что-то просвистело, будто нечто острое его разрезало, и вонзилось точно в шов между каменными плитами на полу беседки. То был меч. Поспешить удрать с места преступления было как раз в стиле Рэи, но коварное любопытство всегда превосходило любое другое желание, даже если бегство могло спасти ей жизнь. Девушка спешно смыла пыль с глаз речной водой. Озираться по сторонам даже не пришлось – новый, но такой знакомый голос сам объявил владельца меча.

– Правилами ордена драки запрещены на территории Глубинных Троп. – Тэнер был невероятно спокоен, однако его глубокий тон разнесся слабым рычащим эхом, предвещающим не самое благосклонное расположение духа.

Троица попятилась, намереваясь хоть каким-нибудь образом скрыться, даже за деревом, лишь бы не быть под прицелом этих стальных глаз, из которых вот-вот вырвутся тончайшие ледяные иглы, способные пронзить самый крепкий материал и даже незаметно для самого человека лишить его жизни.

«Ну вот почему в его мимике участвуют только брови?», – недоумевала в мыслях Рэя, отряхивая штаны от пыли. Больше, чем незаурядная мимика юноши, ее заинтересовал меч, который Хиэмз без труда вытащил из земли – странное белое лезвие из металла, который Рэя доселе не видела, изрезанное вьющимися узорами, которые становилось видно только под определенным углом в бликах сияющего солнца, гарды будто и вовсе не было и казалось, что это иней выходил за пределы лезвия, окутывая часть рукояти. Рэе еще не доводилось видеть клинки ордена Зимы, но этот она запомнит надолго.

– Вы трое пойдете со мной. – сказал юный Хиэмз и повернул только лишь голову в сторону Рэи. – Госпожа Эстаз, наставник Цито не отличается золотым терпением. Вы найдете его в главном корпусе.

Тэнер едва заметно кивнул и удалился, держа троицу на привязи одним своим леденящим душу присутствием. Этот весьма недвусмысленный намек на отработку никак не отпечатался в сознании Рэи. Она и думать забыла о потере лишних баллов, которых у нее, к слову, и так не было, а ведь прошел только первый учебный день.

Спокойствие вновь заполонило деревья, ручей и беседки. Казалось, что она одна находится здесь, как если бы тайный сад был ее собственностью. Но одиночество представлялось лишь иллюзией, и главная проблема для Рэи все еще скрывалась где-то здесь, среди старых колонн и ступеней. К счастью, проблема эта совершенно не умела скрываться из виду. Юная Флу не убежала слишком далеко, терзаемая внутренним страхом, от которого постоянно косились ноги и отказывались повиноваться. Она сидела в одной из малых беседок за колонной и перилами, зажав ладонями уши. Девушка была однозначно напугана. Что уж там – она до смерти перепугалась!

«Словно осиновый листик, – подумала Рэя и мягко улыбнулась сама себе, – Прямо как Вэния когда-то». В те редкие времена Рэя по-настоящему становилась старшей сестрой, убаюкивая Вэнию в своих руках, отгораживая ими ее от всего мира, словно нерушимая крепость. Вот только Флу Мусти она едва знает, даже знакомыми их трудно назвать. Так, виделись пару раз в толпе таких же незнакомцев. И все же, имена друг друга они знают, а это уже больше, чем ничего.

Рэя прошлась по мостику, обогнула беседку и присела на корточки перед дрожащей девушкой, отгородившейся как от звуков, так и от ярких красок мира. Девушка несколько раз позвала Флу по имени, но никакой реакции добиться не смогла. Приводить ее в чувства, хорошенько встряхнув, тоже не хотелось, учитывая недавние события, поэтому заклинательница с каждой секундой все больше склонялась к иному методу.

Рэя оглянулась в поисках нежелательных свидетелей. Вокруг не было ни единой души, как ей показалось. Она несколько раз вдохнула и выдохнула, настраиваясь на умиротворяющие и радостные эмоции, которые незамедлительно отразились на лице.

– Флу, Флу-у-у, – мягко позвала она и одновременно прикоснулась большим пальцем ко лбу девушки, отчего та вздрогнула и распахнула чарующие затуманенные зеленые глаза, блестящие в бусинках слез. Девушка как-то сразу обмякла то ли от сияющей, словно солнце, Рэи, то ли от некоего чувства безопасности, то ли от неведомых ей сил, приносящих душевное спокойствие. Рэя тотчас положила всю ладонь ей на макушку, ероша волнистые волосы.

– Что… что ты сделала? – было первыми словами Флу, пришедшей в себя, но все еще слабо соображающей, что происходит.

– Ничего. Просто погладила тебя по голове. – как ни в чем не бывало ответила Рэя.

Дымка в глазах развеялась, позволив вспомнить то, что было, и осознать то, что происходит сейчас. Девушка съежилась, будто желая уменьшиться или исчезнуть в эту самую минуту. Она осторожно взглянула на чужую руку, до сих пор находящуюся на макушке.

– Ой, прости. – умиленная такой реакцией, Рэя незамедлительно прекратила поглаживать волнистые волосы. – Думаю, я потревожила твое личное пространство дольше нужного.

– То, что ты сделала. – неуверенно начала Флу, забыв о формальностях. Голос ее уже так не дрожал. Непонятно откуда в душе плескалась уверенность. – Что это было? Будто теплый клубок опустился куда-то сюда. – Флу показала в область солнечного сплетения, продолжая активно жестикулировать от бушующего волнения, которое отнюдь не приносило тревоги. – А потом… он, кажется, взорвался. Стало тепло, уютно и спокойно.

Она бурно пересказала свои ощущения, пока зеленые глаза горели озорным огоньком полным детского любопытства, когда ребенок всеми силами пытается понять или описать то, что видел или чувствовал впервые, чего не знал доселе.

– Ха-ха-ха! Какая удивительная реакция на обычное прикосновение. – Рэя звонко засмеялась. – Сестрица тоже что-то такое упоминала. Хм, похоже мои руки хоть в чем-то преуспели.

Флу молчала. Было видно, как недавний всплеск энтузиазма стихает, подобно волне, уходящей обратно в океан. Рэя встала и протянула девушке руку. Та робко ее взяла и весь запал окончательно сошел на нет.

– С-спасибо. – после недолгого молчания, Флу тихо заговорила.

– Да без проблем! – заулыбалась Рэя. Тут взгляд невзначай зацепился за браслеты, левитирующие вокруг запястий Флу Мусти. – Красивые.

Девушка не сразу поняла, чему это так импонировала спасительница, но прожигающий взгляд Рэи был направлен на вполне заметную вещь. Особый артефакт ордена Осени – браслеты. Их было всегда два, они были всегда больше самого запястья, и они никогда не касались кожи, медленно вращаясь вокруг руки. На счет последнего пункта можно и поспорить, ведь бывают ситуации, когда браслеты вынужденно контактируют с кожей. Да, такие случаи бывают и не редко, после чего остается красный след, как будто от ожога. Но не стоит пугаться – даже если кольца будут длительное время опалять оголенный участок, то ничего страшнее красного клейма не останется. Да и тот смоется через некоторое время.

Артефакт ордена Осени заклинатели получали во время инициации, как и любой другой артефакт в любом другом ордене. Парные кольца служили печатью силы, сломав которые на этот свет высвобождалась Духовная энергия, странным образом обретшая форму. Их звали тотемными животными. Очередная невероятная способность заклинателей, прошедших обряд вступления в клан.

Для Флу Мусти же эти браслеты были сродни кандалам. Она бы вовек не хотела знать, кого скрывают ее наручи. Она их стыдилась, боялась. Будучи робкой, застенчивой, беспомощной и, в общем, мало на что годной, девушке достался тотем под стать ее личности. Но в большей степени она стыдилась не формы тотема, а его характера.

– Я не понаслышке знаю, какие кролики восхитительные и необычные существа. – вдруг начала Рэя очень увлеченный монолог. – Маленькие и незаметные, благодаря телу и шубке, быстрые и сильные, благодаря задним лапкам, а их длинные ушки позволяют улавливать самые дальние и тихие звуки. Ах, да! Еще же острое обоняние. И не стоит забывать об их ориентации в темноте. Идеальные следопыты!

Рэя увлеклась настолько, что позабыла вести себя более сдержанно, и под конец готова была прыгать от восторга, чуть ли не наседая на бедняжку Флу, которую только напугала таким поведением. Но девушка не собиралась заканчивать на полу слове и тихонько добавила:

– А еще они до ужаса милые!

До Флу дошло не сразу, ведь Рэя бы никогда не сказала про ее тотемное животное такие слова, если бы увидела его воочию. А значит, она сейчас говорила непосредственно про саму Флу Мусти. Пока шестеренки в голове оторопевшей девушки со скрипом двигались да вертелись, можно было наблюдать невероятную картину смущения, которую скрупулезно прорисовывал художник красной краской, из-за чего Рэя только больше умилилась.

– Правда же нереально круто? Вот ты бегаешь быстрее Темной молнии Веннэны, а тут – БАМ! – и камни в порошок стираешь! – дурашливость взяла верх над Рэей. Она продолжала крутиться, вертеться, в общем, делать что угодно, но только не стоять смирно.

– В-ваша спина… – внезапно сказала Флу, заметив пыльный след на спине девушки, пока та не находила себе места. – Больно, наверное?

– Ха, да меня таким слабеньким пинком даже к звездам и Солнцу не отправить!

Тут лицо Флу неожиданно сделалось удивленным, но смотрела она не на собеседницу, а куда-то ей за спину.

– Что ж, посмотрим, смогу ли я. Будешь первым человеком, кто взлетел в космос, или первым, кто так нелепо встретился с праотцами. – одновременно со взрывным тоном Рэя почувствовала очередной грубый пинок в спину и повалилась на землю.

– Завались. – прохрипела Рэя.

Нэгато поставил на ноги дезориентированную сестру за шиворот. Привести в порядок одежду сестры, отряхнув на удивление четкий отпечаток стопы, он, конечно, не собирался. Хлопот на сегодня ему было уже предостаточно, ведь вместо упорных и таких важных тренировок, он разыскивал непоседливую младшую сестру, словно нянька.

– Разве ты не должна была встретиться с Цито?

– Это еще зачем? – простонала Рэя, потирая поясницу. – Кажется, что-то сломалось. Я точно слышала какой-то хруст.

– Уж точно не в твоей драгоценной спине – там ветка хрустнула. Так, не переводи тему. – строго отрезал Нэгато, угрожающе скрестив руки на груди. – Мне все уши прожужжали про эту сраную отработку, к которой имеешь дело ТЫ, а не Я. С чего я вообще должен тебя прикрывать, пока ты тут прохлаждаешься? Сбежать удумала?! Н-да, благородные заклинатели не увиливают от ответственности, поджав хвост. Было очевидно, что глава ордена не потерпит такого распоясанного поведения в его присутствии. Пора бы начать анализировать ситуацию, Рэя, и не действовать, сломя голову.

Брат приложил огромные усилия, даже больше, чем обычно, только чтобы длинная речь звучала как можно более убедительной. Своими словами он не только порицал сестру, но и пытался заставить Рэю принять и ошибку, и наказание. Ей давно бы уже пора начать думать о последствиях не только поступков, но и слов.

– Ого. – только и вымолвила сестра, сокрушенная внезапным порывом ворчливого брата. – Так вот чему тебя учила матушка, когда нас не было рядом. Говоришь совсем как она.

Рэя умолкла в ожидании продолжения спектакля, но Нэгато молчал и как-то пронзительно глядел на нее. Пусть сверху вниз, что могло показаться устрашающе, но эта иллюзия была допустима только из-за большой разницы в росте, и презрения в его настырном взгляде вовсе не чувствовалось. Пусть до сих пор сурово скрещенные руки на груди буквально кричали о его превосходстве. Пусть он выглядел незыблемо. Но даже через все слои масок Рэя могла увидеть скрытую тревогу, плещущуюся где-то глубоко внутри, и каждый раз при взгляде на нее – на Рэю – он боролся с собственным бессилием. К его же сожалению, сестра это замечала и всегда точно знала, что Нэ-Нэ просто не способен злиться ни на одну из сестер слишком долго, особенно трудно было устоять перед самым проблемным ребенком, который каждую минуту своей жизни лучился добротой и искренностью.

– Ненавижу тебя. – обиженно пробубнила Рэя.

– Отлично. – вздохнул в очередной раз Нэгато. – Ты ее извини, она порой чересчур… напирает.

Нэгато повернулся в ту сторону, где стояла Флу Мусти. Должна была стоять, но там никого не оказалось, что несколько обескуражило его.

– Я-то?! Да ты испугал ее не меньше! – взвилась Рэя и тоже обернулась на Флу, след которой уже давным-давно простыл. Рэя довольно хмыкнула. – Она еще и крадется прям вообще бесшумно. Ах, удивительная натура!

– Зачем ты это сделала? Можно же было обойтись и другими методами. – внезапно спокойно заговорил Нэгато.

– Ты о чем? Ничего я такого не делала. – отмахнулась Рэя, шагая по краю мостика, раскинув руки в стороны. Как бы странно это ни выглядело со стороны, но девушка не выбрала мостик, ведущий в сторону ученического корпуса. Она вышагивала совершенно в противоположном направлении, на что Нэгато не обратил никакого внимания.

– Это опасно. И не только для тебя. Мало ли что могло пойти не так. – не унимался Нэгато, догнав и следуя в шаге от сестры.

– Вэнии помогало.

– Раз руки так чешутся – направь их на благое дело.

– Помощь уже не считается благим делом? – начинала заводиться Рэя. Ближайший камешек попался под горячую ногу и теперь покоился на дне ручья.

– Если только эта помощь не пойдет во вред. – Нэгато продолжал напирать, ничуть не сбавляя обороты. – Не злоупотребляй этим.

– Ладно-ладно. – сдалась Рэя. – Убери уже эту физиономию, а то лопнешь от напряжения.

Даже после по-настоящему искренних слов Рэи Нэгато вряд ли смог бы расслабиться и позволить событиям идти своим чередом. Хотя, он и сейчас никак не влиял на происходящее вокруг. Что творилось в голове Рэи, могла поведать только сама Рэя. Но и без всяческих догадок можно было точно сказать, что сестра ведет себя чересчур легкомысленно. Однако Нэгато частенько ловил себя на мысли: «Легкомыслие ли это? А может храбрость?». И определиться он не мог до сих пор.

– И снова эти тяжелые вздохи. – легкость вновь кружила вокруг нее, а солнце следовало по пятам. – Сестрица же сказала, что все пройдет гладко, значит тревожится незачем.

– Откуда столько уверенности, что речь шла о тебе? – приободрился Нэгато, сравнявшись с сестрой.

– Не, она точно говорила про нас двоих. – сказала Рэя и в следующую секунду вся уверенность куда-то улетучилась. – Точно же? Черт, она не уточняла! Но если вспомнить, то были мы тогда вдвоем. – закивала девушка. – Вот же ж блин! А взгляд-то точно на тебя одного был направлен. Ой-е-ей. Ужас-то какой!

Рэя все крутилась и металась, пока панически вспоминала события того дня, когда они покидали Небесные Холмы. Сестрица тогда давала всяческие наставления, смотря то на Нэгато, то на Рэю, которая, как всегда, была увлечена тысячью вещами одновременно, и сейчас не могла должным образом вспомнить каждую деталь разговора. Еще хуже – она понемногу начинала путаться. Зато Нэгато бесчисленные метания сестры до крайности забавляли.

– Подождем здесь? – спросил Нэгато довольным тоном, внезапно позабыв о недавней перепалке.

– Ась? Уже дошли? Надеюсь, он медленный и еще не проскользнул здесь. Не уйдем, пока не дождемся. – провозгласила Рэя. – Странный он – вообще никак не отреагировал на издевательства. Они же родные?

– Вроде да. – сухо отозвался юноша, прислонившись к ближайшему дереву.

Из глубины леса с той стороны, куда вела скрытая тропа к не менее призрачным беседкам, послышалось какое-то шуршание. Рэя тут же среагировала и исчезла с поля зрения, зайдя за деревья. Спустя несколько мгновений из тени показалась знакомая фигура – это был Аспер Мусти, неспешно пробирающийся по узкой тропе. Внезапно ему в спину ударила чья-то рука, заставив обернуться и наткнуться на дурацкую улыбку Рэи Эстаз.

– А вот и ты!

– Чего надо? – неохотно сказал Аспер, желавший побыстрее отделаться от этой прилипчивой девчонки.

– Да вот понять не можем: из какого теста ты слеплен? – теперь на дороге возник Нэгато Эстаз, преградивший путь из леса. – На тренировочной площадке ты мне показался другим.

– А есть разница? – Аспер скинул с плеча руку девушки, но с места не сдвинулся, заинтригованный причиной развязавшегося разговора, ради которого чета Эстаз поджидала его на краю лесной чащи, где темные тени скрывали любые произошедшие в их недрах факты.

– Почему просто стоял и наблюдал? Ты не похож на труса. – выдала Рэя, не желая тянуть кота за хвост.

– Хах, я польщен, но в дела клана Мусти советую нос не совать. – как ни странно, но Аспера нельзя было назвать сейчас агрессивно настроенным – он не пытался защититься, оскалившись, подобно хищному зверю. Юноша сделал предупреждение, краткое и внятное. Одна лишь маленькая деталь выдавала в нем хоть какие-то эмоции – четки в руке, которые он пока еще не сжимал.

– Она же твоя сестра, пусть и старшая. – возмутилась Рэя, не понимая такого странного отношения юного Мусти.

– Вот именно. – ответил он и пошел дальше, минуя Нэгато, которого легко подвинул, вовсе не желая толкнуть, но тот и не сопротивлялся.

Рэя и Нэгато дождались, пока юный Мусти скроется за тяжелыми дверями мужского корпуса. Эти недолгие минуты они провели в тишине, размышляя каждый о своем, но неизбежно возвращаясь к секретам клана Мусти, от которых теперь трудно будет избавиться пытливому уму, желающему познать все самые сокровенные тайны этого мира.

– Крепкий орешек, – первая заговорила Рэя. – Боюсь, моих зубов не хватит, чтобы его расколоть.

– Свои не дам. – ответил Нэгато, явственно понимая тонкий намек сестры на помощь в очередном хитроумном плане, который обязательно обернется невероятным конфузом.

– Хах, насмешил! Что, правда не поможешь? – беспокойный тон девушки граничил с плохо скрываемым недовольством.

– Не лезь в чужой дом. – только и добавил Нэгато.

На самом деле, он был прав и это понимала сама Рэя, хотя терзаемое изнутри любопытство буквально грозилось вырваться наружу, раздуваясь все больше и сильнее. На самом краю сознания она осознавала, что пытливый ум следует унять и как можно скорее, пока стремление к раскрытию сокровенных тайн не разорвалось, подобно гнойному нарыву, выпуская наружу зловонное содержимое.

– Думаю, отношения Мусти не так просты и я имею в виду не только брата и сестру, но и отца. – вдруг заговорил Нэгато после минуты молчания. – На тренировке я заметил, что все его тело покрыто шрамами, и что-то я не желаю знать, как они были получены. Ах, да, не забудь про отработку.

Брат направился в сторону своего корпуса, махнув Рэе рукой. Он не желал возвращаться к этой теме, которая никоем образом не касалась их клана. Ко всему прочему, лезть в чужие секреты не звучит разумно, когда следует тщательно охранять собственные.


***


Вечер наступил быстро, пока Рэя сидела в углу библиотеки, будучи обиженной на весь мир. И тому виной был наставник Цито, посчитавший нужным лишить ученицу в довесок и ужина. Мол, заклинателю не составит труда поголодать день другой – запасов Духовной энергии с лихвой хватит для поддержания нормальной жизнедеятельности организма даже на пару дней, не говоря о Старших заклинателях, чье ядро вмещало в себя столько запасов энергии, которых могло бы хватить на целый месяц, при грамотном их расходовании, конечно. Но любительнице вкусно покушать, а именно Рэе, было не до этого, поэтому она зарылась в самый дальний угол на втором этаже, какой только смогла отыскать в круглом здании.

Цито Хиэмз оказался весьма кратким человеком, да еще и не любящим подолгу оставаться на виду. Его четкие указания «сегодня без ужина» и «Вы должны расставить все книги в библиотеке после отбоя» были весьма понятными всем и каждому, кто их услышал. Именно поэтому Рэя была вынуждена скрываться от добродушных и сочувственных сокурсников, которые при каждой встрече с ней доставали откуда-то из воздуха что-нибудь съестное и медленно смаковали каждый кусочек. От таких картин желудок девушки напоминал о себе буквально ежесекундно.

Над словами старшего брата она также подумала и, как бы тяжело ни было это признавать, Нэгато был прав – дела клана Мусти касаются только их самих. Однако это вовсе не означало, что Флу останется без должного внимания со стороны Рэи, ведь такую трусишку не хотелось оставлять одну, зная, что та не может постоять за себя. Да и о браслетах жуть как хотелось разузнать побольше.

С такими мыслями Рэя ждала, пока последний человек не покинет главное здание. Через окно можно было увидеть, как ученики расходятся по корпусам под пристальные взгляды Хиэмза, буквально загоняющего детишек в кроватки. Единственное, что показалось странным, так это тот самый последний уходящий из библиотеки человек, явно засидевшийся среди кипы непрочитанных и изрядно потрепанных книг. Это была Флу Мусти и ее новая черта – невозможность уследить за временем, когда чем-то увлечен, даже если часы прямо у тебя над головой.

Рэя спрыгнула с подоконника и поспешила вниз, дабы побыстрее разобраться с отработкой на сегодняшний день. Но никто не мог предположить, что все книги на полках окажутся не на своем месте. Рэя тут же вспомнила каждого однокурсника и прокляла всех до единого. Ну, почти всех. Сортировка книг займет не один час. К счастью, девушке по душе ночной образ жизни. К тому же озорное настроение возвратилось к ней после съеденной булочки и красного яблока, предусмотрительно оставленных на дальнем от входа столе.

## Глава 4. Сделка.


Второй рассвет в ордене мерзлых лабиринтов выдался более шумным. Никто в женском корпусе уже не спал, несмотря на довольно ранний час. Девушки галдели, бегали из угла в угол, с этажа на этаж, чем-то постоянно гремели.

– Лучше забрать волосы в хвост или заплести?

– Посмотри на эти заколки. Какая лучше?

– Розовый или красный? Нет, красный точно будет вульгарно смотреться.

– Какой дивный аромат? А он точно предпочитает цитрусовые запахи?

Рэя продолжала неподвижно лежать в кровати и сверлить темный потолок с мерцающими звездами, которые становились все более блеклыми, уступая место оранжевому небу. Плывущая по кругу планета, окруженная кольцами, недавно пересекла отметку в пять часов.

– Обязательно быть такими шумными?! – в конце концов вскипела Рэя и кинула подушку в толпу невероятно оживленных девушек, внутренний запал которых не давал им и минуты просидеть на месте.

– Ох, госпожа соня проснулась и теперь не опоздает на занятие. Спасибо хоть сказала бы. – недовольно ответила девушка. Именно в ее затылок прилетела подушка, которую она с неподдельным усердием разминала в руках, словно комочек дрожжевого теста.

– И правда, – хмыкнула Рэя. – Как грубо с моей стороны. Но не в пять же утра!

Девушка вскочила с кровати, подошла к той, в руках которой была подушка, и буквально вырвала ее из рук. Оставлять драгоценный предмет, в объятиях которого можно понежиться еще хотя бы час, Рэя не собиралась.

– Эх, девчонки, вы же учиться приехали, а не парней цеплять. Вам бы уже с орденом определиться. Один сезон, считай, остался. – Рэя бережно расправила белоснежную подушку, разгладив отвратительные складки.

После ее слов стало как-то подозрительно тихо. Девушка оторвалась от кропотливого занятия и оглянула комнату. Почти все юные, можно сказать, почти заклинательницы как-то престранно на нее смотрели. Всем им, глазеющим с одинаковым огоньком, в голову пришла только одна единственная мысль и ее неподобающее содержание отразилось на их лицах стыдливой краской.

– Неужели, вы все орден не по качеству выбираете, а по… – Рэя помедлила озвучить догадку до конца, ибо по их взглядам и лицам было все предельно ясно.

– Ну, это же тоже своего рода качество. – Эрна, та самая, в которую так метко попала Рэя подушкой, забегала глазами с такой скоростью, что могла бы оглядеть каждый предмет в этой комнате меньше, чем за минуту.

– И чему я удивляюсь. Некоторые парни делают так же. – Рэя села на свою кровать, подушка оказалась прижатой к груди.

Флу, тихо сидевшая на заправленной кровати с книгой, вдруг оторвалась от чтения. События вчерашнего инцидента все еще всплывали в памяти. Но ее мысли возвращались не к грязным прикосновениям и омерзительным словам, а к небрежно брошенным фразам о некой Вэнии.

Флу прекрасно помнила, что Вэния Эстаз – младшая сестра Рэи и Нэгато. И как вышло, что старшая сестра, все это унизительное время находясь поблизости, слышала каждый бесстыдный намёк и не взбунтовалась раньше?

Пока что Флу успела подметить лишь некоторые черты характера Рэи, кажущегося таким простым: она невероятно жизнерадостна, пусть и обижается, но не зацикливается на обидах, в отличие от самой Флу. Казалось, Рэя научилась сбрасывать с себя любое разъедающее негодование, и юная Мусти всем сердцем жаждала понять, как ей это удаётся. Или она такой родилась? Может, тогда Рэю можно было бы назвать просто глуповатой?

– Вам совсем ничего не может испортить настроение? – внезапно даже для себя спросила Флу. Она на столько погрузилась в размышления, что ни разу не заикалась.

– Неожиданно. – опешила Рэя, глядя на девушку с удивлением, которое мгновенно преобразилось в лучезарную теплоту. – Но вопрос хороший. Я не позволяю кому бы то ни было испортить себе настроение, как и день. И то и другое только мое, именно поэтому я порчу их сама!

– Невозможно! – возмутилась Эрна. – Ты же человек! Не можешь же ты чувствовать только… радость?

– От чего же нет? – четкого ответа Рэя давать не собиралась. – Дайте-ка поразмыслить. Да, наверное, это подойдет. Своим настроением я заряжаю людей вокруг позитивом и мне это, определенно, нравится.

– Странная ты. – сказала Эрна первое, что пришло на ум, но вовсе не со зла.

Рэя засмеялась, обескуражив всех. Ее всегда веселили различные высказывания в свой адрес и чем причудливее люди находили сравнения, тем веселее ей становилось. Она чувствовала себя судьей, который решает, кто выступил наиболее оригинально, проявил яркую фантазию.

– Но с тобой легко. – не растерялась Эрна, чего нельзя сказать о других девушках.

– Всегда к вашим услугам. – Рэя встала и сделала реверанс настолько неуклюжий, что от былого смятения не осталось и следа, уступая место потехе. – Ах, да! Вы меня разбудили, так что ждите подлянки.

Девушка сощурила глаза, чтобы казаться убедительнее и угрозу восприняли чуточку серьезнее. Только вот на Эрну это никаким образом не подействовало. Она уже вошла во вкус и только усмехнулась, предвкушая скорую расправу.

– С нетерпением!

Так и прошло утро: несколько странно, несколько неловко, с щепоткой головной боли и с зарядом позитивной энергии. Завтрак так же выдался запоминающимся, но все-таки, по меркам Рэи, невероятно спокойным, по сравнению с трапезами дома.

Вчерашняя перепалка в беседка не прошла незамеченной – одного адепта в обеденном зале не хватало. Он покинул стены Глубинных Троп навсегда и, по слухам, ордены включили его имя в список нежелательных учеников, поэтому именным заклинателем ему теперь не стать вовек.

Второе событие нового дня, хотя и менее яркое, – это предвзятое отношение кухарки все к той же Рэе. Все недовольные взгляды да пренебрежительное отношение Рэя встретила с милой улыбочкой, такой, от которой отскакивало любое зло, точно горох об стену. Хотя эту полноватую женщину с поистине золотыми руками даже Рэя не могла назвать приспешником дьявола.

И еще один маленький момент, который заметил почти весь зал. Не успев усесться за обеденный стол, как девушка скривилась, с отвращением разглядывая тарелку с кашей, но не в ней крылась проблема.

– Забирай-ка это себе. – бесцеремонно Рэя начала вытаскивать нечто черное и сморщенное из тарелки именуемое изюмом. Однако Нэгато и бровью не повел, позволяя сестре спокойно завершить начатое, даже тарелку придвинул поближе. Он-то страсть как любил сухофрукты.


***


Все ученики собрались на обозначенной ранее площадке для тренировок. Здесь было только одно здание и то служило для хранения различного полезного и не очень инвентаря. Границей территории служил окружающий местность лес. Пусть деревья были высокие, но дуновения ветров с Замерзшего моря то и дело проникали в эту крепость, что чувствовала Рэя, понадежней запахнувшая куртку.

– Очень хорошо. – громко, чтобы все услышали, произнес наставник Цито. Именно он отвечал за практические занятия, несмотря на возложенную на него дисциплину. – Сегодня никто не опоздал.

Ему не обязательно было смотреть на одного конкретного человека, все ученики абсолютно точно поняли, о ком шла речь, с одних только слов. На ее несчастье, он не стал заострять внимание на этом незначительном событии, которое для самой Рэи представлялось грандиозным праздником.

– Сегодня я оценю ваши навыки фехтования. Тэнер Хиэмз любезно согласился мне помочь и продемонстрировать технику клана Хиэмз.

Все внимание переключилось на молодого человека – словно изваяние изо льда, он стоял по правую руку наставника. Стоит заметить, что большая часть женской аудитории еще до этого представления направила на него пышущий розами взор. Столь сладок был аромат несуществующих прекрасных цветов, что Рэя и без этого поморщилась, ощутив какой-то фантомный запах, едко впившийся в нос.

– Ага, любезно согласился, как же. – съехидничала Рэя, за что получила острым локтем в бок от брата, яро призывающего к молчанию.

– Не слышу радостных воплей. – не удержался сам Нэгато.

– От чего же?

– Фехтование. – намекнул он и улыбка стала только шире и довольнее, точно у сытого кота.

Рэе этого простого слова было достаточно, чтобы со второго раза понять неописуемый восторг братца. Теперь же линия губ сестры напоминала ломаную кривую.

– Что такого в фехтовании? Все кланы ведь его изучают, а вы как раз оттуда. – втиснулась в разговор Эрна, крайне удивленная бурной реакцией Рэи, которую та демонстрировала, умудряясь сохранять позитивную легкую ауру.

– Это ее слабое место. – кратко пояснил Нэгато.

– Хрень. – грубо выразилась Рэя, пребывая на границе между реальностью и сознанием.

– Что я тебе говорил по поводу выражений?

– А вчера-то промолчал. – выкрутилась сестра.

– Уши вытяну, точно торчать будут. – пригрозил брат, уже сдержавший эту угрозу несколько раз.

– Не проблема! Буду летать на них, как слон. – парировала Рэя.

Вся перепалка между братом и сестрой происходила в момент демонстрации навыков фехтования Тэнером. Несмотря на активный диалог, Рэя не сводила глаз с легких и стремительных движений мечника. Сказать по правде, она была восхищена. Клинок являлся частью тела, продолжением руки. Он с такой легкостью управлял мечом, делал взмахи, будто оружие вовсе ничего не весило. Точные и резкие удары, рассекающие воздух и клиновые листья. Это не было похоже на грубый стиль Нэгато, который готов был вот-вот вызвать ураган и сокрушить все на своем пути. Не зря про клан Хиэмз говорили как о лучших фехтовальщиках.

Однако что-то в его движениях ломало всю картину прекрасного. Рэя с абсолютной уверенность могла предсказать каждый взмах, каждое направление меча. Пусть они были стремительными, отточенными годами, но казались такими блеклыми, как и их мастер. Трудно было описать, что именно смущало девушку в грациозных и точных движениях юноши. Абсолютно все в его безукоризненных движениях казалось неживым, бесстрастным.

– Если есть желающие проверить свои умения, Тэнер будет вашим соперником. – объявил наставник Цито.

Никто не решался подать голос. Ученики попросту боялись самовольно отдаться зверю на растерзание. А вот обладатели значимых фамилий отмалчивались по иной причине. Все, кроме Флу, давали возможность адептам показать себя. Флу же быстрее была на стороне адептов и предпочитала не быть съеденной.

– Тогда я пойду. – просто отозвался Нэгато, выждав определенное время, и взял меч со стойки.

Мечники встали друг напротив друга. Когда наставник объявил начало поединка, Нэгато незамедлительно начал напирать. Тэнеру оставалось только парировать сокрушительные взмахи меча.

– Ого, а он хорош. – засияла Эрна, держа в руках белоснежный платочек с очаровательной вышивкой оленьей головы.

– Есть такое. Для него меч равно что кухонный ножик. Его Духовное оружие – копье, поэтому он так размахивает, словно пытается вызвать смерч. – пояснила Рэя.

– Ух ты! А у тебя какое?

– Таки посох. – довольно ответила Рэя, пристально наблюдая за попытками брата притеснить Тэнера. Рано или поздно позиции сменяться – она знала это наверняка. Тэнер казался более вертким.

– Типа магического? Как у магов с другой земли? – задумалась Эрна.

– Нет. – несколько возмущенно сказала Рэя, и следующая фраза далась ей с некоторым смущением. – Быстрее как палка.

– Палка-копалка? – не пойми откуда раздался голос Аспера, брата Флу Мусти. Признаться, Рэя уже позабыла о его существовании, не смотря на события минувшего дня.

– Заткнись.

И вот Тэнер наконец пресек на корню все попытки Нэгато притеснить его. Теперь ведущим стал Хиэмз, а Нэгато оставалось только поспевать блокировать удары мечника, которые ветряным шквалом обрушивались на противника.

– Брат, тут нечему усмехаться, ты ведь сам несилен в фехтовании. – еще более неожиданный голос раздался неподалеку. Флу не заикалась, потому что обращалась к брату, а при разговоре с родственниками у девушки проблем не возникало. В основном.

– Правда? – хитро улыбнулась Рэя, что не понравилось Асперу. – И в чем же он преуспел, Флу?

– Эм, в р-рукопашном бою. – уже тише ответила девушка.

– Опа! Моя стихия. Может спарринг? – воодушевилась пуще прежнего Рэя, что подхватил и Аспер.

– Жду не дождусь.

Тэнер продолжал успешно теснить противника, но по его лицу, а точнее, морщинкам между бровей было видно, что юноша прикладывал немалые усилия, чтобы не позволить повернуть стрелку часов не в свою пользу. Нэгато же то блокировал удары, то просто отбивал их, приложив некоторые силы, то уклонялся всем телом, отпрыгивая назад или в сторону. Рэе показалось бездействие брата странным – не в его это стиле. Однако, поразмыслив, она пришла к выводу, что Нэгато раз за разом пытается увеличить расстояние между ними, что получалось не очень-то успешно. Хочет ли он что-то провернуть? Или ему просто не комфортно подпускать противника так близко?

Эстаз подгадывает момент, но вместо того, чтобы увеличить дистанцию, он проходится острием меча по земле и в воздух взлетает облако пыли, устремленное в лицо соперника. Не ожидавший такого подлого приема Тэнер не успел прикрыть глаза рукой и частички пыли осели на нем. Он зажмурился и отскочил на несколько метров. Попытка протереть глаза тканью рубашки и открыть их не привела к успеху, поэтому юноша встал в боевую стойку, держа меч наготове, и прислушался.

Ученики в этот момент замерли в ожидании, не смея издать лишнего звука. Рэя поморщилась, вспоминая вчерашние неприятные ощущения от того же приема. Но еще больше она негодовала по другой причине.

– Тц, что за бесчестный поступок. – разъярилась девушка.

– И то правда. – поддержала ее взволнованная Эрна.

– Как можно было вообще украсть мой прием? – продолжала негодовать Рэя.

– Что? – недоуменно спросила Эрна, но вопрос остался неуслышанным.

Нэгато ринулся вперед, чувствуя преимущество. Тэнер же держал меч сверху, почти рядом с головой. Все произошло меньше, чем за секунду. Лезвия обоих мечей застыли в миллиметр от кожи противника. Одно неловкое движение и шея оказалась бы ранена.

Наставник Хиэмз скомандовал завершение боя, объявив ничью.

– Ну что? – как будто Нэгато интересовало мнение сестры.

– Ну, пойдет. – пожала плечами та.

– Можешь лучше? – ничуть не огорчился брат.

– Твой противник прямо-таки наслаждался боем. – перевела тему Рэя.

– Эта ходячая ледышка? И по какому микродвижению ты это поняла? – закатил глаза брат.

– Э-э, просто… увидела? По нему же видно. – и девушка не соврала, от ее орлиного взора мало что могло укрыться, вот только она и сама не понимала, как проворачивала этот фокус. Но ведь и срабатывало ее чутье не всегда.

– Опять ты за старое. – Нэгато не стал стоять в стороне и пару раз тяжело приложился по каштановой макушке.

– Я не гвоздь, – пыхтела Рэя. – Но коли собрался вбивать, то приложи больше усилий, а то щекотно даже.

– А сейчас путем жребия вы будете разбиты на пары и продемонстрируете, чему вы научились в других орденах. – громко сказал наставник.

Каждый из учеников взял меч и подошел к Цито Хиэмзу, который держал мешочек, наполненный камешками с цифрами. По итогу, Рэя оказалась в паре в Аспером, Флу с Эрной, а Нэгато с одним из парней, что оказались в центре вчерашнего конфликта. Рэя искренне ему посочувствовала, ведь брат точно не упустит возможности поиздеваться и своеобразным способом отомстить обидчику.

– Не думал, что мы встретимся так скоро. – вертел в руках меч Аспер. Он точно красовался и открыто демонстрировал свои навыки, но Рэя помнила слова Флу и пришла к выводу, что это его единственное умение.

– Взаимно. – заулыбалась Рэя, а сама нервно глазела на меч, думая лишь о том, что этот чертов меч невероятно тяжелый.

Стоит отметить, что нанести серьезные раны таким мечом будет невозможно, но оставить пару приличных синяков затупленным лезвием – запросто. Пусть меч был бы бесполезен в реальном бою, зато вес у него был как у настоящего.

Тренировочный бой состоялся у всех вполне на удовлетворительную оценку, кроме одной пары. Не трудно догадаться, кто управлялся с холодным оружием хуже всех. Рэя и Аспер правда старались не ударить в грязь лицо, что случилось уже в первую их схватку. Быть может, Аспер мог бы не получить оценку «безнадежно», но это только поначалу. К тому же, каждый их неумелый взмах и удар сопровождался словесным изречением самого различного содержания. Как у них получалось одновременно и воевать, и разговаривать не понимал никто.

– И все-таки я получше буду. – расхваливал сам себя Аспер.

– Давай в рукопашную. Посмотрим, кто кого. – подначивала его Рэя с хитрой такой улыбочкой.

– Опа-па. Ледышка Тэнер прям глаз с нас не сводит.

– Успеваешь смотреть по сторонам? – усмехнулась Рэя, но любопытство уже разгоралось, и она тщетно пыталась с ним бороться и не обернуться.

– Если взглянуть на наш бой со стороны, то, думаю, он точно не выглядит так стремительно, как нам видится. – проанализировал юноша, пытаясь скопировать размашистые удары Нэгато. Безуспешно, конечно.

– Не могу не согласиться.

Они продолжали наносить безуспешные удары, целясь в открытые места друг друга, но клинки каким-то совершенно необъяснимым образом каждый раз устремлялись мимо. Тут Аспер неожиданно заговорил на тему, которую сам же грубо окрестил запретной:

– Хах, я думал ты нетерпелива, но ключевого вопроса так и не прозвучало.

– Ого-го-го на какие темы мы заговорили. – с толикой удивления сказала Рэя и ее выпад мечом можно было посчитать весьма сносным. Однако она не могла понять, почему Аспер Мусти вдруг ни с того ни с сего решил заговорить на щекотливую не только для него тему. Их прошлый разговор едва ли можно назвать удачным. – Вообще-то я в состоянии засунуть длинный язык в… Ха, нечестно!

Аспер воспользовался ее чрезмерной болтливостью и не дал шанса заблокировать удар, который пришелся в бок. Девушка не упала, но едва не потеряла равновесие, отскакивая на пару метров и потирая ушибленное место.

– Много болтаешь.

– Зато мало думаю. И не ты ли сам хочешь поговорить?

Их мечи в кои-то веки скрестились, чуть ли не испуская искры от напряжения. Аспер, будучи повыше ростом, смотрел на девушку несколько свысока. Несмотря на это, Рэя в должной мере смогла разглядеть его лицо. Она не могла читать чужие мысли, но проницательность, доставшаяся ей при рождении, разглядела тонкие черты смятения и нерешительности в душе Аспера Мусти. Странно было видеть в этом зазнавшемся юноше нечто подобное, что с легкостью можно списать на банальное «привиделось». Все мимолетные размышления прервались на корню, ведь все внимание целиком и полностью приковало нечто иное. Нечто, что трудно понять.

Зеленые глаза Аспера, такие же как у Флу, как-то странно сверкнули, будто засветились изнутри. Свет был не желтым и не оранжевым, как от солнца или костра, а белым, слегка затуманенным. Эта искра промелькнула на миг, в который Аспер шепнул:

– Восславь ее.

Столь неожиданное изречение изумило девушку. Она ослабила бдительность и тотчас пожалела об этом. Аспер со всей силы оттолкнул ее, и девушка отлетела на несколько метров, задев человека, который находился позади. Такая сила не могла возникнуть без применения духовной энергии. Рэя быстро пришла в себя. Аспер же смотрел на нее испуганно, будто сам не понимал, что только что произошло.

В итоге, все закончилось тем, что Асперу Мусти посоветовали заняться самоконтролем духовной энергии под присмотром наставника и отняли пять баллов за эту оплошность. Рэя же хоть и отделалась малой кровью, но не получила баллов вовсе. Зато сегодня разжился Нэгато, получивший почетную десятку за достойный спарринг.

По пути в обеденный зал Рэя все рассказала брату в мельчайших подробностях, которые только смогла запомнить. Нэгато долго раздумывал над ее словами и, в итоге, разговор они продолжили уже за столом, заняв самый дальний и безлюдный уголок.

– Никаких мыслей, о ком он так мог сказать?

– Откуда ж? Этот котелок не может в дедукцию. – посмеялась Рэя сама над собой.

– Не время для шуток. – брат был настроен серьезно. – Искры и слова. Не густо.

Тихие голоса, разносящиеся меж столов, казались еще более приглушенными. На территории Глубинных Троп не приветствовался шум и большинство новоприбывших учеников старались соблюдать это правило, а те, кто не привык к такому, все равно следовали примеру большинства. Так сказать – стадное чувство. Это была лишь одна из причин, по которой Нэгато не распространялся веской информацией лишний раз. Вот и сейчас дальнейшее обсуждение могло привлечь пару нежелательных ушей.

Пока Нэгато прокручивал эти мысли у себя в голове и вспоминал тонны прочитанного материала, Рэя как ни в чем не бывало зачерпывала из тарелки ложку за ложкой.

– Нэ-Нэ, смотри, не перетрудись. – девушка остужала горячий чай, дуя и разгоняя пар.

Брат не понимающе взглянул на нее, лицо которой не выражало и капли сопереживания.

– Твое поведение сейчас еще более подозрительно, чем у Аспера. – намекнула она, однако Нэгато все так же смотрел на нее. Рэя метнула взгляд на его полную тарелку, к которой он даже не притронулся. – Изнуряющие тренировки и пропажа аппетита. Ой, как серьезно.

– Издеваешься? – все-таки взялся за еду Нэгато.

– Если только капельку. – довольная собой девушка сидела, попивая остуженный чай.

– Тебе сейчас в главную библиотеку. Можешь поискать что-нибудь полезное там. Ах, да. Про домашку тоже не забывай. И не смотри так! Сама делай.

После обеда Рэя лениво отправилась в сторону главной библиотеки ордена Зимы, где будут проходить ее второй и третий день отработок. Она напевала себе под нос очередную неведомую мелодию, изредка прерываясь, чтобы закинуть в рот орешек. Где она умудрилась достать пакет с орехами, оставалось тайной.

– Искры, искры, искры, – продолжала она напевать. – Расплылись в фейерверк на небе. Ха-ха, прям песенка получилась. Хм, и где же это я?

В случае легкомысленной Рэи все получилось как всегда. В общем, по-другому и быть не могло: и заблудилась, и опоздала, и повеселилась. Так, потратив целый час на бестолковые блуждания по извилистым бесконечно-одинаковым тропам, которые девушка в мыслях уже начала проклинать, она добралась до цели. Но, стоит заметить, что ей пришлось прибегнуть к старому проверенному методу и залезть на самое высокое дерево поблизости.

На самом деле, найти это место не составляло труда, уж больно заметный у него был ориентир. Красный клен, окруженный цепью круглых зданий, неотрывно следующих друг за другом. Рэя бы описала это несколько иначе – словно кто-то мастерски выстроил мыльные пузыри вокруг кроваво-красного водопада. Вблизи, правда же, ни единого кленового листочка видно не было и все благодаря библиотеке.

Большая дубовая дверь оказалась не заперта. На ней висел большой железный засов, отливающий странным зеленоватым оттенком. К сожалению, засов открывался только при наличии кланового жетона, но этот самый хитровыдуманный замок оказался открытым, к великому несчастью для девушки, мысли которой сводились к одному только скорейшему освобождению из этой крепости. Рэя открыла старую и тяжелую на вид дверь, ожидая долгого и пронзительного скрипа, который так и не порадовал ее слух, и вошла внутрь. Зал оказался куда более впечатляющим, чем тот, которым пользовались адепты, но больше всего девушку удивило не это, а поразительно схожее ощущение уюта, которое она каждый раз испытывала в родной библиотеке ордена Лета. Быть может, все клановые хранилища похожи?

– Вы опоздали. – пронесся в тишине знакомый голос, пробирающий до дрожи.

Рэя обернулась в поисках его источника, который нашелся за книжными стеллажами, глубоко в недрах зала. Юноша сидел за одним из письменных столов рядом с высоким окном, из которого был виден тот самый красный клен. Заклинатель не удостоил Рэю взгляда, не отрываясь от листка бумаги и пера, острый кончик которого он изредка окунал в чернильницу. Стол его был завален всевозможными трактатами и фолиантами. Именно что завален, а не аккуратно заставлен. Более того, на полу так же смиренно стояли башни из книг, едва ли не покачиваясь. Судя по пустующим соседним столам, находился он здесь один.

– Ваши секции на два дня: один и два. – Тэнер не поднял головы. – Все книги нужно разложить в алфавитном порядке. Если не закончите за отведенный срок, то отработка будет продлена.

– А Вы что же, мой надзиратель? – отшутилась Рэя, но юноша никак не отреагировал, продолжив скользить пером.

Рэя не стала доставать столь занятого человека. К тому же по его холодному лицу было видно, как он сосредоточен на своем деле.

Первая секция представляла собой стеллажи с исторической литературой и, судя по чистоте и порядку, разгребать здесь было нечего. Каждая полка была плотно забита книгами примерно одной высоты, но разной толщины. Позитивный настрой только усилился от осознания того, что добротная половина работы была сделана еще до ее прихода. Сей чудный настрой длился ровно до того момента, пока Рэя не взглянула наверх, где простирался предлинный балкон во всю окружность секции. И даже отсюда было видно пустующие полки, тоскливо ожидающие своего часа. Книги же, которые предстояло расставить по законным местам, оказались выстроены в рядочек вдоль перил.

«Чем быстрее начну, тем раньше закончу», – с этими мыслями она поднялась по лестнице у стены и приступила к выполнению непосильной для нее задачи, в особенности потому что она любила их читать, а не сортировать.

Начало работы было выбрано не с проста почти над столом Тэнера Хиэмза. Девушку не столько интересовало его занятие, сколько панорамные окна с видом на дивный красный сад, будто полыхающий в страстном огне. Как же ей хотелось уютно устроиться здесь с какой-нибудь книжкой и чашечкой горячего чая. Да, несмотря на непоседливый характер, Рэя любила такие дни, когда можно было скрыться от чужих глаз и отправиться в путешествие по книжным строчкам, наполненным бесконечными баталиями и чарующим ароматом романтики. Именно поэтому в родных краях у нее было такое гнездышко, сокрытое между книжными полками, где она по совершенно нелепой случайности оставила рукопись из запретной секции.

Вскоре несколько рядов оказались битком забиты новенькими книгами. По личным наблюдениям, все эти рукописи в тисненых обложках пахли новизной и до сих пор хранили запах чернил. Наверняка орден занимался переписью старых книг, но, судя по голым стенам библиотеки, переписывался весь имеющийся ассортимент.

Рэя взглянула на потолочные часы с неизменным вращающимся шаром, который остановился около трех часов дня. К ее великому ужасу, прошел всего час томительного заточения в блеклых стенах библиотеки. В очередной раз оглянув бумажные горы, девушка вдруг заметила, что царапающий звук от пера исчез. Любопытство взяло верх и теперь она уже стояла прямо над Тэнером, слегка перевесившись через перила.

Оказалось, что заклинатель не просто переписывал старые тексты, а восстанавливал содержимое некоторых особо древних экземпляров, повидавших не самые лучшие деньки. Даже с такого расстояния было видно, как затерлись многие древние символы на изрядно пожелтевшей бумаге, местами покрытой волнистыми пятнами. Видимо, когда-то давно эта книга промокла и неизвестно по вине природы или человека, хранившего ее.

– Вы упадете. – тихо сказал Тэнер, будто констатировал некий общеизвестный факт.

– Ничего страшного. Я приземляюсь на четыре лапы. – просто ответила Рэя, продолжая лежать на перилах и, казалось, вытягиваясь все ближе и ближе к столу.

– У людей нет лап. – Тэнер озадаченно поднял голову, совершенно не понимая слов девушки. Та же лукаво распласталась на балконе и с огоньком в глазах пыталась подсмотреть какие такие тайны там пишет юноша. Столкнувшись с бессовестным поведением девушки, Тэнер молча начертил в воздухе некую ломаную линию, которая искрилась ярким белым светом в местах излома. Как только заклинание было выполнено, на том месте появилась бабочка-вестница и, подражая своему создателю, молча улетела.

– Это зачем? – удивилась Рэя, провожая хлопающие крылья взглядом.

– Минус пять очков. – Тэнер вернулся к изначальной проблеме с текстами.

– За неподобающее поведение? – скептично произнесла Рэя, перевернувшись на спину и облокотившись на локти. Ответа не последовала, чему девушка не обрадовалась. – Хрень.

– А разве заклинателям можно использовать заклинания до совершеннолетия? – тишина длилась недолго и Рэя снова заговорила.

– В рамках практики дозволяется. – обдумав ответ, сухо выдавил Тэнер. Несмотря на непоколебимое внешнее спокойствие, в нем чувствовалась уже зародившаяся раздражительность.

– В рамках практики на тренировочной площадке. – уточнила Рэя.

Тут Тэнер не нашелся, что ответить. Дальнейшая тактика была выбрана в пользу игнорирования всякого намека на присутствие в зале постороннего человека. Он искренне надеялся, что девушке надоест бросаться иглами и она продолжит свое не менее важное дело, такое как расстановка книг.

Еще несколько неоцененных заходов и Рэя полностью сдается, не видя никакого смысла в пустых попытках раззадорить неприступного юношу. Выдержка у этих заклинателей воистину чудовищная. Для открытой и впечатлительной Рэи такое леденящее душу сдерживание чувств и эмоции было сродни запретному плоду, который непременно стоило хотя бы раз испробовать.

Очередной стеллаж заполнился книгами, а девушку все не покидали мысли о таинственной рукописи, над которой уже несколько часов корпел Тэнер Хиэмз. Или же Рэя выискивала маломальский предлог вновь побеседовать с этим юношей? Хотя и беседой это было трудно назвать. Разве что можно сравнить с попыткой пчелы расколоть ореховую скорлупу. И зачем вообще пчелке орех?

«Интересно, а он испугается, если к нему подкрасться? Заодно и тексты подглядеть смогу. Вдруг что нужное», – закралась в голову Рэи чрезвычайно глупая, но вполне звучащая как предлог, мысль.

В руке девушки материализовался из переплетающихся нитей серебряный посох. Слегка шершавый, со странными узорами и несколько расширенными концами за счет неких приблуд. Не понятно было сама девушка наградила оружие этими аксессуарами или оно изначально предстало в таком виде. Однако конструкции не выделялись и гармонировали между собой.

Рэя бесшумно спустила посох через балкон, установила один его конец в пол и одним плавным движением взгромоздилась на другой. Теперь она балансировала на тонком изделии, отнюдь не испытывая дискомфорта и не борясь с гравитацией. Все эти нехитрые манипуляции оказались на столько тихими, что Тэнер до сих пор ничего не заподозрил. И именно на этот неоспоримый факт Рэя никак не обращала внимание.

«И все равно ничего не видно. Зачем ему такая широкая спина вообще?», – возмущалась в мыслях Рэя. Теперь ей ничего другого не оставалось, кроме как спуститься чуточку пониже. Но даже в таком случае, успех маловероятен. Девушка перемещалась по неподвижной палке с невероятной грацией, словно перо, парящее в воздухе. Несмотря на хитроумные движения, шест не шелохнулся, твердо впаянный в пол. Всего пара секунд и вот ее пронзительные голубые глаза заглядывают ему за плечо. Любой, кто увидел бы это престранное зрелище, без сомнения ужаснулся бы.

– Вы слишком громко дышите. Даже здесь мне Вас слышно. – не сдерживал голоса Тэнер и, повернувшись на источник раздражающего шума, отпрянул, едва не упав со стула.

Он испуганно переводил взгляд с балкона второго этажа и на висевшую вверх ногами Рэю. Видимо, по его бессомненно верному предположению, Эстаз должна была находиться именно там, на втором этаже.

– Ух ты, – удовлетворенно восхитилась девушка. – Испуг. Что-то новенькое. И этот взгляд. Во время нашей первой встречи и боя с Нэ-Нэ – все та же искорка. Даже за скучной писаниной.

Тэнер тут же взял себя в руки, мгновенно вернув холодный вид.

– Не понимаю, о чем Вы. Прошу, вернитесь к работе.

Рэя фыркнула, но возражать не стала. Она плавно начала спускаться, под пристальный взгляд Тэнера, который не отбросил любопытство и пытался понять, как эта тонюсенькая палка еще не упала под тяжестью хозяйки. Ответ не заставил себя ждать. Нижний конец посоха слегка поблескивал, как раз в месте стыка с настилом. Видимо, девушка могла не только создать оружие, но и вплавить его куда-нибудь.

– Если ты сейчас гадаешь, как эта штука работает и думаешь, что я могу ее вплавить, то – нет. Не-а. – Рэя помотала головой.

Тэнер молча ждал дальнейшего разъяснения и Рэе было трудно устоять перед ним. Хотя информация и не являлась секретной, просто она любила, когда ее упрашивают.

– Я могу заставить исчезнуть часть оружия, – девушка подняла посох в воздух и продемонстрировала, как он стал короче. – Но не только концы, еще и середину, при этом посох не развалится. Его все так же можно использовать.

Юноша провел рукой по пустоте и не натолкнулся на препятствие.

– Значит, часть материи становится неосязаемой, но остается вполне существующей. Сравнимо с Тканью мироздания, которая сплетена из нитей. Мы не можем дотронуться до них, но можем почувствовать, так как они наполнены Светлой и Темной энергией. И если воздействовать на них духовной энергией, до них можно дотронуться.

Тэнер попытался схватить пустое пространство, но в этот раз он наполнил руку циркулирующей из ядра энергией. Посох вновь стал целым, без брешей.

– Хм, наверное, так и есть. – задумалась Рэя, ведь она никогда раньше не размышляла над этим вопросом. – О, некоторые заклинатели по тому же принципу по воздуху скачут, да?

– Все верно.

Тэнер выглядел задумчиво. Наверное, продумывал возможные маневры для такой способности, которую Рэя обнаружила совершенно случайно во время тренировки. Но кое-что оставалось непонятным им обоим – каким образом посох мог буквально приклеится к другому объекту? На самом деле, тут могла помочь только одна вещица, которая мирно свисала на веревочке с пояса Тэнера.

Артефакт ордена Зимы, позволяющий заклинателям видеть сокрытое от человеческого глаза. А именно – все, что связано с Грезами, миром духовным и потусторонним. Вещица эта напоминала пончик с очень широкой дыркой. Через него заклинатель буквально заглядывал под простыню этого мира и мог разглядеть каждый отпечаток духовной энергии.

– Я бы хотел взглянуть через Лунный камень. – решительность заполнила всю комнату, но Тэнер не шелохнулся без одобрения девушки, которая моментально выпалила:

– Без проблем. Мне и самой интересно.

Юный заклинатель принялся развязывать узелок, на котором держался артефакт, хотя можно было просто потянуть его вверх – длины шнурка хватало. Рэя не без улыбки наблюдала за всеми манипуляциями и от чего-то каждое движение казалось таким медленным. Быть может все дело в нетерпении?

«Ах, нет. – уголки губ дрогнули и замерли. – Полнейшая хрень. – алые губы побледнели. – Идиотка ты, Рэя. – в глазах зарылись тени ужаса. – Как можно было забыть об ЭТОМ».

Девушка резко поставила посох перед собой, что получилось чересчур громко. Появилось такое же слабое свечение на месте стыка и Рэя мгновенно забралась на верхний конец шеста, усаживаясь на одну ногу.

– Думаю, так будет нагляднее. – она выдавила из себя весь энтузиазм, на который была способна.

– Ага. – Тэнер был так увлечен, что сразу присел и принялся разглядывать пол и искорки, не обращая внимания ни на что другое. – Хм, это похоже на… спицу, выходящую из среза и пронзающую препятствие на пути. Стержень, видимо, очень прочный. Иначе и быть не может, ведь это духовная энергия. А что будет, если ты прервешь поток?

Честно сказать, Рэя была настолько поражена словесным потоком юноши, что почти позабыла о проблеме, до этих пор нависшей над ней, точно грозовая туча. И если Тэнер вдруг решит поднять голову, то эта туча точно пронзит живую плоть смертельной молнией.

«Пора завязывать», – она поступила, как было велено и шест вытолкнуло из пола с такой силой, что он невысоко подпрыгнул. Вот только этого решительного действия оказалось достаточно, чтобы нарушить идеальный баланс. Не прошло и секунды, а Рэя уже неуклюже летит вниз, наваливается на плечо Тэнера и посох замирает.

– Здорово, конечно, что ты его остановил, но я от этого падать не перестала. – распластавшись на полу, Рэя умудрялась причитать, хотя сама была провокатором. Тэнер же от неожиданности выронил Лунный камень.

– Я думал у обезьянок ловкость в крови. – что пытался сказать этими словами Тэнер, даже для нее остается загадкой. Слова сами вырвались из уст и тон их явился грубоватым, не таким, каким представлялось ему. Да, он не был асом в общении, не мог с легкостью завести разговор, пошутить или банально подбодрить. Но рядом с этой девушкой в нем разгоралось некое чувство, не ведомое ему до этого, и как-то определенно назвать его он пока не мог. И это, в некоторой степени, пугало его. Особенно сейчас, когда несвойственное ему поведение и слова прорвались наружу. Особенно не в той форме, которую представлял.

Повисла тишина, царапающая переплеты древних фолиантов и строки в них. Гнетущая атмосфера казалась Тэнеру проклятой, ядовитой, от которой хотелось провалиться сквозь землю, но он даже представить себе не мог, что корил себя сейчас напрасно. Яркий смех развеял туманную дымку того ядовитого пара. Девушка без какого-либо стыда продолжала лежать на полу и хохотать во весь голос.

– Ха-ха-ха! Обезьянка, говорит! – Рэя упорно пыталась говорить, безуспешно подавляя приступы смеха. – Так меня еще никто не называл. А ведь это так очевидно. – она вытерла выступившие слезы и наконец села, придав себе самый серьезный вид, на который была способна в данный момент. – Тэнер Хиэмз, ты невероятен! Но эта складка меж бровей чертовски бесит. – Рэя бесцеремонно надавила на середину лба юноши, пребывающего в некотором ступоре.

Рэя, безусловно, слышала его тон несколькими минутами раньше, и последующая тишина навела ее на определенные мысли. Возможно, характер Тэнера Хиэмза не совсем соответствовал морозным устоям его клана. Чтобы не упасть в грязь лицом перед Старшими и сверстниками, он вынужден был подавлять в себе искры любопытства, восхищения, влечения.

Орден Зимы славится своей строгостью: учеников приучают мыслить холодно и рационально, отвергая эмоции и чувства. Из них действительно получаются лучшие заклинатели, но многие замечали, что под гнетом суровых тренировок адепты часто забывают о человечности. Конечно, клан не стремится вырастить хладнокровных машин-убийц, но такой подход многих пугает.

Однако нельзя забывать и о другом: именно орден Зимы успешнее всех справляется с последствиями Разломов, и делает это с минимальными жертвами.

Сейчас Рэя подумала, что собственный клан сковывает Тэнера и в некоторой степени не дает раскрыться, хотя его таланты уже безупречно отточены для столь юного возраста. И Рэя не была бы собой, если бы не придумала следующее:

– Тэнер Хиэмз, ты очень напряжен и скован, плох в общении и выражении своих чувств… пока это все, что я подметила. – Рэя пожала плечами.

– Напряжен и скован? Чепуха. Я бы тогда не смог столь безупречно владеть мечом. – холодный тон вновь вернулся к нему.

– Ага, а вот и высокомерие! – Рэя начала нарезать вокруг него круги.

– Я не…

– Вспомнить только нашу первую встречу. Ух! Сколько неприязни-то было. И что еще за безупречное владение мечом. Бредятина и только!

– Что ты… – Тэнер разозлился не на шутку и впервые повысил голос, но его быстро осадили.

– Да-да. Ты не ослышался. Словом «безупречное» ты определил предельный для себя уровень. Я-то думала в ордене Зимы все стремятся к бесконечному совершенствованию, а ты решил довольствоваться малым. К тому же, у тебя плохой контроль эмоций.

Тэнер опешил от таких неприятных высказываний в свой адрес, но молча стоять и сверлить болтливую девушку палящим взором он не собирался.

– Абсурд! Ты хоть понимаешь заклинателю из какого клана ты это говоришь?!

– Вот именно. – тень улыбки проскользнула на лице Рэи, но ее серьезность была непоколебимой. – Ты сдерживаешь себя и в результате вредишь себе. Бой с братом тому пример – подавляемый энтузиазм и предсказуемые движения. Да, Нэгато и в подметки не годится вашему стилю фехтования, но его правильно направленная эмоциональность во время боя всегда дает ему преимущество. Кхем-кхем, кроме тех случаев, когда он забывается и злость застилает его мозг, а такое бывает частенько, ха-ха. Пыль в глаза, кстати, – это все же было подло. Эм, но даже так… как бы сказать. Дело даже не в том, что ты сдерживаешь себя… Только не бей, – Рэя вскинула руки в защитном жесте и быстро протараторила. – Ты боишься. – и прежде чем Тэнер смог что-либо возразить, она продолжила: – Ты довольно эмоционален для ордена, который учит хладнокровию и боишься не оправдать ожиданий, возложенных на тебя. Ну, надеюсь, я понятно выразилась.

– Хм, ты не так проста, как кажешься. – вся его злоба в одно мгновение улетучилась, уступив место легкому умиротворению.

– Наоборот, все гораздо проще, чем всегда кажется. Думаешь, выводы мои? Хрена с два. Быть может я и наблюдательна, но все эти перемудренные фразы мне очень долго и усердно вдалбливали с детства.

– Раз так, госпожа Эстаз наверняка должна знать способ, чтобы разрешить эту проблему. – без тени смущения поинтересовался Тэнер.

«Ого-го он переменился. Готов прямо-таки на все ради достижения цели», – Рэя крайне этому удивилась. Такое хладнокровное подхалимство ее несколько пугало, но и будоражило.

– Вот что я предлагаю. – немного поразмыслив, начала девушка. – Эмоциональный контракт.

Серьезность, с которой предстало сие умозаключение, поразило Тэнера, буквально лишив дара речи, правда лишь в глубине души – свое подозрение насчет странной и не менее подозрительной затеи он не намеривался показать ни в коем случае. Хотя озадачен он был не в меньшей степени.

– И снова эта тишина. – продолжила Рэя. – Контракт будет включать в себя… ну-у… провокацию соперника на те эмоции, на которые… э-э-э… он в большей степени не способен, хотя в твоем случае – боится их выразить. – девушка тщательно старалась подобрать нужные слова, чтобы донести всю суть ее задумки. Хотелось бы отметить, что сами слова Рэя также с трудом подбирала, ибо ее забывчивость на середине пути активировалась именно в такие ответственные моменты и именно поэтому серьезные разговоры часто претерпевали фиаско.

Несмотря на плохо выраженные мысли и суть идеи, Тэнер казался заинтересованным. Возможно, само понятие соперничества разжигало в нем тот самый животрепещущий огонек. Но так запросто соглашаться на столь сомнительную по своей природе авантюру, он, конечно, не собирался и решил для начала выяснить все скрытые тонкости так называемого контракта:

– Например.

– В моем случае все просто – тебе придется заставить меня либо разозлиться, либо испугаться, либо разрыдаться. Последнее, кстати, наиболее трудная задачка. А вот для тебя…

Девушка задумалась, не зная должным образом, какая базовая эмоциональность ему была доступна, а какую юноша подавлял сильнее всего.

– Радость, удивление. – сам ответил Тэнер, минуту погодя.

– Пускай еще будет смущение, чтобы три на три было. – добавила девушка и восприняла молчание за знак согласия. – И ты правда согласен на эту авантюру?

Рэя не могла поверить, что такая дурацкая затея была так легко принята. Честно, ей просто хотелось повеселиться – задирать столь бесчувственного молодого человека представлялось возможностью уникальной и до безобразия увлекательной. Да и сам контракт являлся этакой шуткой.

– Почему нет? – со всей серьезностью спросил Тэнер. Ему-то как раз такое «развлечение» виделось отличной тренировкой.

– Потому что звучит бредово. – без утайки выпалила Рэя.

– Пусть так. – Тэнер вытянул правую руку вперед, чем немного удивил девушку, но та без раздумий крепко пожала ее.

## Глава 5. Беспечные доводы.


Прошла целая неделя со дня заключения эдакого эмоционального контракта и, честно признаться, Рэя никогда бы не подумала, что ей, главному зачинщику шалостей, придется прикладывать столько усилий для победы в собственной же игре. Тэнер Хиэмз оказался крепким орешком. И теперь, вспоминая минувшие дни тяжелейших мыслительных процессов, на душе ощущался крайне неприятный осадок приближающегося поражения.

Предстоящая ночь как нельзя лучше подходила для глубокого анализа прошедших событий. Кто знает, быть может, Рэя сможет разгадать нужный подход к угрюмому юноше, чей эмоциональный фон остается непреступной крепостью и по сей день.

Так, после согласования некоторых правил, партнеры пришли к единому мнению, что их сделка не должна закончиться серьезными травмами, и это явилось единственным правилом.

Как ожидалось, девушка перешла в наступление уже на следующий день, пока находилась в библиотеке, пребывание в которой теперь растянулось на очень долгое время. Ах да, стоит также упомянуть о невыполненном домашнем задании, история с которым завершилась стоянием на коленях на невероятно острой щебенке, будто специально подобранной для таких особых случаев.

Зная про занятие Тэнера в библиотеке и наиболее вероятный интерес к древнему языку, Рэя решила удивить переводчика. Ее план состоял в том, чтобы самой перевести текст, не пользуясь сторонней литературой. Старания не оправдались и, даже наоборот, сыграли злую шутку.

После ее грандиозного перевода книги со всевозможными способами приготовления вина, интерес к которой она испытывала днем ранее, устроив немалый переполох, Тэнер лишь усмехнулся и сказал: «Вполне ожидаемо. Ваш дедушка небезызвестный ученый в области Сэнамда’ахского языка». Но не его слова злостно надругались над ее попыткой, а коварная ухмылка самого хладнокровного ученика Хиэмза. Да, Рэю этот жест сильно поразил.

Ответный удар не заставил себя долго ждать и уже на следующее утро произошло нечто невероятное и неожиданное.

Завтрак не предвещал ничего особенного, за исключением одного весьма заметного нюанса – Тэнер Хиэмз по непонятным никому причинам завтракал в столовой учеников. Он поел довольно быстро и, относя поднос на кухню, задержался радом со столом, где сидели Эстаз.

– Доброе утро, господин Эстаз. – они кивнули друг другу. – Госпожа Эстаз, сегодня в библиотеке мне понадобится ваша помощь. Не опаздывайте.

Рэя удивляться такому до омерзения очаровательному откровению не спешила, хоть в ее контракт и не входила эта эмоция и очков она бы не лишилась. Девушка продолжила зачерпывать ложкой кашу, отправляя очередную порцию в рот. Что было куда более странно, так это поведение Нэгато. Как-то он весь сжался, да и выглядел жутко красным. Рэя все гадала, в чем проблема, пока по языку не растеклось нечто ей ненавистное – вяжущий сладковато-кислый вкус. В каше был изюм, то, что Рэя ненавидела до глубины души. Нэгато больше не мог сдерживаться и залился громким смехом. Рэя скривилась до неузнаваемости и метала гневные взгляды то на брата, то на хитро смотрящего Тэнера, стоящего в проходе на кухню. Ничего другого ей не оставалось, кроме как проглотить эту адскую смесь.

– С козырей зашел, да?! – Рэя, пыхтя от разгорающегося негодования, метнула в сторону зачинщика нож, который вошел в дерево ровно в паре сантиметров от его головы. Девушка посмотрела на брата, упивающегося развернувшимся зрелищем. – Ты сказал?!

– Думаю, сойдемся на ничьей в этот раз. – стараясь сохранять спокойствие, произнес Тэнер и поспешил удалиться.

Так второй день закончился со счетом 1:1 – Рэю удалось разозлить, но Тэнер не ожидал ножа, что едва не завершил его жизнь.

И вновь тренировочный день, про который стоит сказать пару слов, ведь именно во время спарринга Рэя проявила себя. Увы, не с лучшей стороны. Навыками борьбы девушка могла законно гордиться, но вот комментарии, вылетавшие из уст юной особы, пока она поддразнивала противника, показались неуместными по мнению наставника Цито: «чрезмерная болтливость в бою ни к чему хорошему не ведет». По его лицу стоило предположить, что он съел нечто невероятно кислое, что-то даже хуже лимона. Возмездием за неуместный каламбур послужило обливание холодной водой. Хиэмз посчитал это уместным и достаточным в силу нестойкости заклинательницы к холодным температурам. Позже выяснилось, что количество ведер равно количеству принятых на обучение учеников.

Здесь стоит упомянуть про чрезвычайно сильное тело заклинателей. Они редко болеют, а если в них и селится хворь, то не только медицина, но и внутренняя энергия позволяет быстро с ней справиться. То же относится и к различного рода ранам и травмам. Именно поэтому заклинатели – долгоживущий народ.

Вечер того же дня прошел хмуро и зябло. Ни Рэя, ни Тэнер не предпринимали никаких попыток задеть друг друга, но девушка была искренне благодарна за теплый плед, принесенный юношей.

Очередное утро, очередное теоретическое занятие, где Рэя старалась сидеть тише воды, ниже травы, дабы к концу лекции не уйти в минус, и очередной вечер в старой-доброй библиотеке, куда она уже ходила, как к себе домой. Быстро разобрав несколько высоченных стеллажей, с одной секцией наконец было покончено, а значит настало время боевых действий.

Рэя не стала идти в лоб, сломя голову. Она решила подгадать подходящий момент и выстроить нужную атмосферу, все-таки она намеревалась смутить самого оледенелого человека во всем ордене. Для достижения этой цели девушка не постеснялась снять теплую куртку, оголив тем самым руки. Про холод пришлось забыть на некоторое время.

Тэнер, как и обычно сидел за столом и переписывал тексты, изредка заглядывая в сторонние материалы и сверяя написание Сэнамда’ахского языка. Рэя притащила стул и села напротив.

– Так и будешь сидеть? – глаза Хиэмза ни на мгновение не оторвались от белоснежных листов, что несомненно задело Рэю.

– Ах, юный господин, что же мне еще сделать, чтобы ты обратил на меня внимание? – сладостное разочарование струилось из ее уст.

– Тебе не идет. – отрезал Тэнер и Рэя обомлела. Первая попытка кокетства точно и безоговорочно провалилась.

Ничего другого сразу в голову не пришло, поэтому девушка обиженно устроилась на стуле, подогнув под себя ногу, и взяла отложенную к краю стола книгу. Это оказалась та самая рукопись, к которой несколькими днями ранее Рэя испытывала непосильный интерес.

– Положи на место. – устало произнес Тэнер, не отрываясь от писанины.

– Почему каждая страница исписана только с одной стороны? – вслух поинтересовалась девушка.

– Здесь тонкие листы, тоньше обычного, поэтому чернила сильно просвечивают и, если бы их наносили с двух сторон, текст читался бы труднее. – пояснил Тэнер. – Положи на место. Рукопись слишком ветхая, чтобы над ней так издеваться. – он наблюдал за беспощадными манипуляциями Рэи с нескрываемым укором.

– Ну вот опять! Снова ты брови хмуришь! – Рэя потянулась к нему рукой, коснулась большим пальцем некрасивой складки на лбу и надавила, пытаясь только одним этим движением разгладить это недоразумение.

К всеобщему удивлению, Тэнер внезапно соскочил с места, будто ошпаренный. Стул с грохотом опрокинулся, перо осталось зажато между пальцев, а вот чернильница покатилась со стола и звонко ударилась о пол, где тут же расползлось черное озерцо.

Считанные секунды ушли на анализ произошедшей ситуации, после чего раздался громкий вздох, полный неподдельного любопытства с нотками лучистой радости. Еще больше пугал этот опасный огонек в глубине голубых глаз.

– Значит прикосновения. – прошептала она, смакуя каждое слово, наслаждаясь ими, что еще больше бросало в неприятную дрожь.

Рэя все смотрела и смотрела на фигуру напротив, чья поза была поглощена смущением. Юноша пытался скрыть себя руками, но это только подогревало озорную натуру девушки. Бедняжка, как же сильно ему хотелось исчезнуть в этот момент, просто провалиться сквозь землю. И тут в гнетущей для его разума и скверных мыслей тишине раздался смех, не похожий на ранние солнечные лучи. Такое его уши слышали впервые. Пусть он звучал необычно, но смысл его был предельно ясен.

– Гадкий смех. Это было слишком даже для тебя. – впервые на чьей-либо памяти пробубнил Тэнер Хиэмз.

– Пакостный такой, да. Я всю жизнь его тренирую. Ха-ха-ха. Ладно, так и быть, я постараюсь не наседать с прикосновениями. Но и тебе это будет полезно. Уж больно сильно шарахаешься. Счет 2:1.

В дальнейшем все попытки Рэи прикоснуться к нему мгновенно пресекались либо словесно, причем всегда громко и неожиданно, от чего мозг девушки впадал в ступор, либо физически, ловко изворачиваясь и блокируя отчаянные попытки наступления. За это время ей удалось выяснить одно – Тэнер Хиэмз страшился именно прикосновений к коже и вовсе не чурался случайных столкновений через одежду. Например, атака в плечо не привела ни к какой интересной реакции, но вот ухватиться за руку у девушки до сих пор не получилось.

И вот, после нескольких дней затишья, спектакль вновь возобновился. В тот день они оба просидели в библиотеке допоздна. Рэя впервые в жизни хотела лечь в теплую кровать и заснуть в столь ранний для нее час. Вдруг раздался глухой шум из центральной секции, будто что-то тяжелое упало. Девушка, конечно, сразу окликнула юношу, но ответа не получила. Предвкушая начало действий, она пошла разведать обстановку.

От увиденной картины сердце рухнуло куда-то вниз, воздух обжигал кожу ледяным дыханием, тени от пламени свеч плясали нечто зловещее. Тэнер Хиэмз лежал подле письменного стола, рядом с ним упало перо, запачкав пол парой черных капель. Он лежал и бился в конвульсиях, из носа и рта было видно темную кровь.

– Вот хрень. Черт. – только и смогла тогда произнести Рэя.

Не думая, она подбежала к юноше и упала на колени возле его головы. Много ли мыслей проносилось в тот момент в ее голове? Никто не знает. А вот обрывки слов то и дело беспорядочно вырывались из уст. Она уже поднесла к его лбу руку, намереваясь дотронуться одним лишь пальцем, но что-то ее остановило. Рэя бесцеремонно вытерла кровь прямо с губ и слизала ее с кончиков своих пальцев.

– Краситель? – она возмущенно пнула юношу от всех души. – Тэмэн!

– Я еще никогда не слышал столько бранных слов. – он открыл глаза и сел. – Сразу обзываешься? Как малое дитя.

– Лучше! Как дитя первой эры. – похвастала Рэя и быстро протерла глаза, чувствуя в них влагу. – Ха-ха. Хорош, нечего сказать. Два балла твои по праву.

– Два? – не веря собственному слуху, переспросил Тэнер, причем лицо отражало неподдельное подозрение. Стоит отметить, что этот контракт возымел желанный эффект.

– Заткнись! – в голосе почти слышалось шипение. – Бери, пока дают.

– Значит 3:2. – подытожил юноша. Он встал и протянул руку девушке. Та немного поразмыслила, прежде чем принять помощь, но даже тут она не приняла подначек и ухватилась за запястье, чем несомненно вызвала удивление с его стороны, которое было скрыто и не замечено любопытным взором голубых глаз.

– Как ты догадалась? Да и твои действия не были спонтанными.

– Ну, у сестренки частенько бывают такие приступы… и крови у нее никогда не было.

Тэнер Хиэмз, однако, понял, какую щекотливую тему затронул и продолжать разговор более не стремился. Но останавливаться на этом не намеревался – авантюристский дух взыграл в нем новыми красками, столь незнакомыми и столь притягательными. Он всем сердцем желал продолжить их маленький, шутливый контракт.

Буквально на следующий день ему удалось прибавить еще одни балл. Кто бы мог подумать, что Рэя Эстаз, несравнимая хохотушка и ценитель хорошего настроения, способна выходить из себя так часто. Она и сама не подозревала об этом до появления в ее жизни такой персоны как Тэнер Хиэмз.

Щебеча о каждой детали прошедших дней, Рэя водила щеткой по бархатной лошадиной шерстке. Часто девушка забывала о своей работе, прерываясь на возмущенный пересказ, и тогда Азалия – так звали лошадь – нескромно напоминала о себе.

– Да-да, миледи, не переживайте, к рассвету-то я точно закончу. – Рэя вновь бралась водить щеткой. – Какое счастье, что есть еще на этом свете собеседник, который не будет учить меня уму-разуму.

Азалия фыркнула, будто понимала человеческую речь.

– Отчего-то мне кажется, что ты только что сказала: «меньше слов – больше дела»?

Азалия качнула головой и как-то горделиво фыркнула. Во всяком случае девушке так показалось.

– Ах, ты! Ух, как я тебя вычищу! Сверкать будешь!

Рэя принялась с двойным усердием намывать шерстку и вычищать всю скопившуюся грязь, что скопилась там. Одно можно было сказать точно – лошадь была этому только рада.

Дело было сделано. Рэя уже лежала в постели и следила за неспешно плывущей планетой. Она слабо мерцала, словно настоящая звезда. Но мерцают ли звезды? Или это лишь плод нашего воображения? Одно Рэя могла сказать точно – в тот момент глаза Аспера Мусти не мерцали и не искрились, они даже не горели, как на то способен огонь. Его зеленые глаза сияли белым.


***


– Сияли значит? – скептично подошел к делу Нэгато, все еще будучи одной ногой в постели. На деле же группа ребят направлялась в столовую. – И это ты поняла только спустя неделю. Как можно не отличить искры от свечения? Ты же каждый год запускаешь тонны фейерверков… Аргх. Ну вот как?

– Закончил ворчать? Отлично! Ты, как старший, должен больше знать, так что валяй. Я выслушаю твои самые бредовые догадки! – Рэя была готова с занятным интересом принимать на рассмотрение всевозможные теории, вешая на уши лапшу любой длины.

– Ха. Ха. Ха. – без всякой радости произнес Нэгато. – Год – не столь большой срок, а ты попросту спихиваешь на меня все обязанности, оперируя одним лишь годом!

– Ага. – тут же послышалось подтверждение его слов.

– Надо будет и твою совесть поискать. Когда-нибудь. – тяжело вздохнул брат.

– Вот скажи-ка, – начала Рэя, хитро улыбаясь. – как ты собрался искать то, чего изначально не было?

Брат в очередной раз набрал в легкие побольше воздуха и медленно его выпустил. Если бы это было возможно, то его вздохи падали на землю, подобно огромным валунам, сотрясая реки и леса. Но увы, даже своим раздражением, строгостью и теми незначительными угрозами он не мог обуздать сестру. Однако кое-как он все же мог отыгрываться, от чего поистине морские глаза хитро засверкали.

– До меня тут слушок дошел, что некая юная особа с короткими каштановыми волосами бранилась направо и налево в стенах одной небезызвестной библиотеки.

– Какой ужас! – она охнула, прикрыв рот рукой. – И не позавидуешь той юной особе! Что же теперь с ней будет. Ой-ей-ей! – девушка переместила ладонь на щеку и покачала головой.

– Да. Мне вот тоже жуть как интересно. – сверлил ее взглядом брат.

Театральное представление ему наскучило довольно быстро, и он взялся за старый метод, совершенно не боясь ненароком оторвать бедные уже покрасневшие уши.

– Ай! Видимо все-таки судьба улететь к звездам и бёзднам.

– Безднам. – поправил ее Нэгато.

– И туда тоже. – Рэя не стала опровергать своих слов. – Тебе Тэнер рассказал? Смотрю, вы хорошо ладите.

– Он оказался не такой сосулькой, как я думал. Не более.

– Это, может вернемся к изначальной теме, а? А? Ну прекраща-а-ай! – взмолилась она уже через пару подергиваний за уши.

– Из всего, что я знаю, – хотя ты это тоже должна была понять – описанное тобой свечение в глазах, встречается у… Пустот.

Молчание повисло надолго, вплоть до самого занятия. Каждый из них знал про этих существ только из старых книг и рассказов Старших заклинателей, ну или тех, кто в юном возрасте испытал удачу столкнуться с этими ужасающими тварями. Пустоты были порождениями из Тхэна Урдаэз, той стороны, куда изгнали всех преисполненных злобой тварей еще с стародавних времен. И все благодаря Трибожию. Нога человека не могла ступить в те мертвые земли, но заклинатели знали, что существа, изгнанные туда, могут вернуться, что происходило несколько раз в год. Эти твари вырывались во внешний мир через так называемые Разломы – бреши между Тхэна Урдаэз и нашим миром, бреши в ткани Мироздания. Если Выбросы попросту высвобождают Темную энергию, накопленную столетиями, то Разломы создают зияющую дыру.

Многочисленные книги скудны всяким описанием столь сложных существ, Пустот, их происхождением, хоть какими-то сведениями о них, кроме общеизвестных. Они ходят на двух ногах, имеют две руки, высокого роста, жилистые, кожа их сера, почти черна. Силуэт чем-то напоминает человеческий, однако, ничего общего с людьми они не имеют. Твари во много раз превосходят обычного человека и в несколько – заклинателя. И, пожалуй, самой отличительной их чертой является странный белый свет, тонущий в черных широких зрачках.

Ученики продолжали перешептываться, несмотря на начало занятия. Такую вольность они могли себе позволить только при отсутствии главы клана, который по ведомой только ему одному причине до сих пор продолжал проводить теоретические занятия. На памяти заклинателей ордена такого еще не случалось, хотя предыдущий глава клана частенько лично присутствовал на лекциях и практиках.

– Что-то он опаздывает. – донеслось сзади очевидное замечание.

– Переживаешь? – поспешила ответить Рэя. – Поди язык чешется, как не терпеться ответить.

– Я, между прочим, всю ночь готовился! – взбеленился Аспер, заерзав на стуле.

– Правда? – неверующе сказала Рэя, заприметив взлетевшие от удивления густые брови его сестры Флу. – Но эту тему он задавал еще неделю назад. Увы, заменяющий главу клана заклинатель оставил эту тему до его возвращения. То есть до сегодняшнего дня. Так поведай же нам тайные тайны сего мироздания, что открылись тебе, о, мудрейший из мудрейших.

Рэя поленилась встать и демонстративно преклониться перед Аспером, поэтому сделала это сидя, что вышло не менее потешно. Настроение поднялось у всего класса, который тут же позабыл, человек с какой буквы должен был с минуты на минуту возглавить учительский стол. Радостная атмосфера не обошла и хмурого Нэгато, закатившего в очередной раз глаза и, в противоречие себе, улыбнувшегося.

– Ха, уж я-то знаю, чем он промышлял этой ночью. – раздался голос юноши, сидевшего за первой партой.

– Фи, ну не при всех же, Велло! – выказала отвращение Рэя, перебив этим парня.

– Все ты опошлишь, Эстаз! И нечему тут гордиться! Спал он, спал!

– Может хоть ты сможешь пристыдить эту девчонку, а? – голос Нэгато не содержал и процента энтузиазма.

– Ты серьезно? Ее? Твоей сестре не знакомо чувство стыда. – махнул на нее рукой Велло.

– О-о, спасибо. – растрогалась Рэя.

– Эй, Эстаз, она всегда такая… ну, ненормальная? – Аспер честно пытался выразиться более деликатно, но иначе охарактеризовать сею особу он попросту не смог.

– Ха-ха-ха. Она не первый день доказывает это, а ты только сейчас спросил. – отчего-то Нэгато развеселил этот диалог.

Дверь распахнулась быстро и бесшумно. В комнату влетел, словно леденящий буран, глава клана Гелид Хиэмз. Вид его был мрачен. Только стоило увидеть этого человека, как ученики замолкли. Тяжелые тени залегли не только в морщинках на лице, тронутом старостью. Казалось, сама одежда так же пропиталась холодной суровостью. Но меж тем, среди сдерживаемой суровости с каждой секундой наружу пробивалось все больше непоколебимого спокойствия. Однако каждый в этой комнате мог с уверенностью сказать, что сегодня главе клана лучше не досаждать. Даже Рэя решила, по возможности, отмолчаться до конца занятия.

– Сегодня мы поговорим о самых безжалостных и таинственных существах, появляющихся по всему Сэнамда’аху – в Патере, Мо-Сэмпите и Супреме. – начал наконец наставник Хиэмз. – Будет не преувеличением сказать, что вы уже все о них знаете. О Пусто́тах нам известно столько же, сколько о Темной энергии – они существуют в нашем мире, мы сталкиваемся с ними и способны выжечь скверну. И все же, мне хотелось бы услышать, что вы помните. Несомненно, полученный опыт в других орденах оставил следы на песчаном берегу. Заодно проверим задание, про которое, надеюсь, никто не забыл. Начнем с мистера Мусти.

Аспер с важным видом встал с места. Можно было заметить перемену в лице некоторых учеников, будто они были чем-то озадачены, пытались решить неприятную головоломку и одновременно осознавали ее не менее неожиданный результат. Одна только Рэя вдоволь насладилась хитросплетением слов старика Хиэмза, подтрунивающего над учениками.

– Да, учитель. Пустоты являются существами нечеловеческой природы. Это выходцы из Тхэна Урдаэз. Они проникают в наш мир через Разломы – бреши в Ткани Мироздания. Их кожа невероятно прочна, а тонкие мышц сильны. Скорее всего, имеют специальные железы, которые выделяют слизь, покрывающую всю кожу. Предположительно, черные глаза не видят. Зато Пустоты имеют рот и голосовые связки, с помощью которых ориентируются на местности, издавая короткие звуки. Некоторые особи приспособились гортанно щелкать, но делают это редко, дабы не дать себя обнаружить.

– Очень хорошо. Все верно. Можете сесть. – сказал наставник Гелид. Казалось, от недавней снежной бури не осталось и следа. – А что же на счет странного белого блеска в зрачках? Кто может ответить?

Все, как один, поежились на своих местах. Никто не хотел говорить вслух о бесчисленных предположениях различных ученых и слагателей. Многие заклинатели выдвигали свои теории и не только они – обычные люди, не менее заинтересованные этими тварями, придумывали все новые гипотезы.

– Ах, вот оно что. – произнес Гелид Хиэмз так и не услышав ни единого ответа. – Вы приклонились перед страхом быть осужденными прежде, чем что-то сказать или сделать. Скажу лишь одно – принимая на себя облик заклинателя, каждый из вас ступает по тропе, полной развилок и преград. Не всегда выбранный путь будет единственно верным. Иногда приходится действовать во благо большинства, чем-то жертвуя. И зачастую эти жертвы ложатся тяжким грузом. Ваша же задача быть стойкими, сдержанными и сохранить в себе человека.

– И смириться с неудачами? – тут же последовал вопрос от Эрны, весьма смело вскинувшей руку.

– Напротив. – голос наставника был мягок и располагал к себе. – Печальный опыт ценнее, как бы это не звучало. Не забывайте его, анализируйте, ищите выходы и не повторяйте вновь. Лишь поистине сильный человек способен вставать вновь и вновь, сделать невозможное, чтобы выбраться из глубочайшей ямы, зыбких песков, непроглядной тьмы. Что ж, пора бы вернуться к теме занятия. Так, о чем мы говорили?

– О белом свечении. – напомнила та же Эрна.

– Ах, да. Белый свет в зрачках столь злобных тварей отражает их подчинение кому-то – таково было общепринятое мнение, закрепленное моими личными наблюдениями. Могу сказать, что Пустоты находятся либо в коллективном разуме, и этот блеск отражает их связь, либо все они повинуются иному сознанию. За мою практику изгнания этих существ мне несколько раз попадались Пустоты без сияния в глазах. Они были намного спокойнее, можно сказать, в состоянии анабиоза, в некой спячке. И на этой ноте перейдем к вашему домашнему заданию о способах изгнания Пустот обратно в Тхэна Урдаэз. Мистер Эстаз?

Глава клана сейчас выглядел очень загадочно, будто он предвкушал невероятные и абсурдные заявления, споры и опровержения. А подвох здесь крылся только в одном: Гелид Хиэмз изначально задал неверный вопрос.

– Да. – Нэгато послушно встал, сосредоточившись на ответе. – Таких способов нет. Изгнать Пустот на ту сторону могли только Боги Кэонтас и Тэнэбра, объединив их светлое и темное ядра. Хотя изначально это сделали Трибожие.

– И это единственно верный ответ в наше время. – глаза старика Гелида сверкнули. – Похвально, Вы знакомы со Священным Писанием. И не менее печально, что столь ценная реликвия бесследно исчезла.

– Священное Писание? – удивилась Эрна. – То самое, которое принесено неизвестным человеком из неизвестного места?

– Место вполне известное. – терпеливо ответил Хиэмз и наконец встал из-за стола, начиная привычно прохаживаться вдоль рядов. Это могло означать только одно – тема Священного Писания его очень интересовала, и заклинатель готов был растянуть теоретическое отступление на долгие часы. – Родиной Священного Писания является не менее мифический и загадочный Диатур – королевство, граничащее с Грезами. Человек, что вернулся живым из тех губительных краев, был никем иным, как основателем Патеры, – Первый король Аман Адверфат.

Неподдельное доказательство, что писание является подлинным, так это Сэнамда’ахский язык. Тот самый язык, который блуждал по всему миру до сошествия Богов на землю. К величайшему сожалению, знания Сэнамда’ахского почти полностью утрачены в наше время.

– Эм, извините. – аккуратно просочилась в монолог Эрна. – А про что Священное Писание?

– Хороший вопрос. Предположительно Писание охватывает период I эры с 1 по 777 год и II эры с 1 по 1299 год. На данный момент расшифровано меньше половины, почти вся Первая эра и некоторые главы второй. – едва ли было заметно как наставник сдерживался, чтобы не продолжить бесконечные разговоры на интересующую его тематику, но время и место к этому не располагали.

– Хм, если припомнить, то именно его ты недавно читала. – Рэя посмотрела на вздрогнувшую Флу.

– Эм, – глаза ее забегали, но смирившись, она продолжила. – И д-дочитала.

Рэя и теперь весь класс выжидательно на нее смотрели. Взглянув на наставника Хиэмза, который, по соображениям Мусти, желал продолжить тему занятия, а не развивать далекое ответвление, она столкнулась с одобрительным жестом – Гелид Хиэмз кивнул. Обреченность Флу была выгравирована на лице. Сконцентрировавшись на пишущем пере, она начала:

– Ну, т-так как Писание все еще не п-переведено полностью и первоисточник бесследно и-исчез, то полную картину создать невозможно. Благодаря Первосущностям – Свету и Тьме – б-были созданы планета, воды, материки и острова. Другая Первосущность – Жизнь – зародила живых существ и вместе с Мыслью породила первых л-людей. Нашей родиной был ны-ынешний Мо-Семпит, откуда люди расселились по остальным континентам. На той же земле создали первый и древний язык, сэнамда’ахский. Отсюда и название падшего мира – Сэнамда’ах. С верою людской началась Первая эра, в которой произошла Великая Божественная Война из-за в-влияния так называемой скверны, ну или же Темной энергии. Покончить с безумством малых богов смогли Трибожие, сошедшее в наш мир, – Свет, Жизнь и Мысль. Среди них была и Т-тэнэбра – богиня Тьмы. Последствия той Войны ознаменовали наступление Темного и Холодного Г-года, после которого наступила Вторая эра. Отсюда начинается все очень сумбурно: много изъяснений про Пустот и Сияние, которую изгнали в Т-тхэурд, как порождение самой скверны. Д-думаю, все.

– Вы изложили все четко и кратко. – одобрительно кивнул Гелид Хиэмз. – Пожалуй, ни у кого не должно возникнуть вопросов. А если таковы имеются, то вряд ли с нашими нынешними знаниями на них возможно ответить. Мне, как и госпоже Мусти известна лишь та крупица информации, что изложена в Священном Писании. И, как правильно было подмечено, оригинальная книга украдена, а распространенные по всей Патере копии не вызывают даже у меня доверия. Несмотря на то, что ими активно пользуются тредеи. И все же нам стоит вновь вернуться к нашей теме, как бы печально это ни было. Мы остановились на изгнании Пустот, но что на счет их уничтожения?

Гелид Хиэмз вернулся к своему столу и повернулся к классу. Его серые глаза зацепились за единственного стоявшего ученика, про которого на некоторое время все забыли. Сосредоточенный до этого момента Нэгато Эстаз потупил взгляд. Казалось, его мозг судорожно перебирал информацию в голове, пытаясь выискать тот самый верный ответ, но все было тщетно. Но вот спустя пол минуты или минуту в комнате раздался низкий голос юного господина Эстаз.

– Испепеление. Другие способы мало эффективны. Однако духовное оружие клана Эстаз способно пробить их прочную кожу. Пусть и с большим усилием.

– Справедливо. Да, духовное оружие весьма эффективно, но даже если лишить Пустоту конечностей, она не истечет кровью, придавшись земле, как было бы с обычным живым существом. А лишить головы столь агрессивных тварей, задача отнюдь не самая простая. По этому поводу завтра наш способный заклинатель продемонстрирует еще один способ уничтожения Пустот. К сожалению, только заклинатели нашего ордена могут в полной мере претворить его в жизнь.

Женская сторона присутствующих воодушевилась, ведь каждый уже и так знал, кто будет демонстратором, как и все предыдущие разы. Рэю же интересовал несколько иной вопрос, думать о котором не смели даже Старшие заклинатели, не то что говорить вслух. Эстаз это не останавливало, не говоря уже о последствиях ее поступка, пусть это были лишь слова. Она смело подняла руку и посмотрела прямо в глаза главы клана.

– Наставник Хиэмз. – уверенный тон звонко пронзил помещение, заглушив сторонние звуки. Глава ордена внимательно прислушался к девушке. – Артефакт ордена Зимы, тот, что Лунный камень, позволяет видеть сокрытое для обычного глаза. Так что… – Рэя запнулась от переполняющего ее волнения, которое не было схоже с натянутой струной, но точно приводило душу в трепет, поэтому слова вылетели на одном выдохе. – Что заклинатели ордена видят, глядя на Пустот?

Вопрос показался весьма любопытным даже для самого главы клана, не говоря уже о брате Рэи, единственном человеке, который в данный момент понимал, до чего хочется докопаться сестра. Но если дерзкая догадка окажется неоспоримой истиной, пусть даже не сейчас, то общество заклинателей и не только их, будут ждать не лучшие времена.

– Полагаю, это лишь начало Вашего размышления, но ответить я могу без сомнений, что Лунный камень открывает нам завесу сущности этих тварей. Их тела преисполнены Темной энергией. Если Вы предполагаете, что госпожа Тэнэбра как-то замешана в этих чудовищных злодеяниях, то спешу охладить Вашу взбудораженную фантазию. По тем скудным знаниям, которыми мы владеем из Священного Писания, Богиня была одной из тех, кто способствовал запечатыванию Пустот и иной нечисти, пропитанной Темной энергией, в Тхэна Урдаэз. Чистая Темная энергия служит для уравновешивания мироздания. А Ваши помыслы не имеют твердой основы, чтобы клеветать на Богиню с чистой Темной энергией.

– Пусть даже не она. Это мог быть другой Бог. – настойчивости Рэи Эстаз завидовали и боялись, многие же, однако, думали о глупости девушки. – В текстах говорится о шести Богах и двое из них просто пропали, испарились.

– Шесть? – перебила ее Эрна, чему Рэя не возрадовалась.

– Да. Если с самого начала, то в итоге получится вообще десять, но… в общем. – Рэя все-таки решила кратко пояснить. – Где-то в 67 году первой эры начала устанавливаться иерархия Богов и за основу было взято семь основных слов, как бы странно это не звучало. Другом стал Бог нерушимых уз – Сайд, врагом его слыл Бог раздора – Днейриз, ложь приняла облик Бога лжи и порока – Днар, правда облачилась Богом истины – Рона, совесть забрала Богиня гласа души – Лойсэя, любовь царила с Богиней… любви – Эорой. Седьмое слово – это Бог. Оно было могущественным и вмещало в себя три понятия – идея, материя и жизнь. Так образовались три Первосущности, которые послужили объяснением сотворения нашего мира и всего, что мы знаем. Бог же Материи состоял из двух начал: светлого – Кэонтас и темного – Тэнэбры. Вот вам и десять Богов. Ох ты, Боже мой, сколько слов в минуту я сказала? Кто-нибудь считал?

– Да и если углубиться, то есть еще Дехо. Их так же называют малыми Богами. Я читала, что, будучи людьми, они получили божественный дар. – пробубнила Флу Мусти, но как бы это странно не прозвучало, ее слова услышали все.

– Женщина, вам надо поменьше читать. – Рэя была крайне удивлена такими глубокими познаниями трусишки Флу. И не для кого не прошло незамеченным, что девушка ни разу не заикнулась. Зато теперь ее лицо залил густой багровый оттенок. – Можешь считать это за комплимент.

– Да все верно. И дальнейшая судьба Богини гласа души и Богини любви никому неведома. – подытожил наставник Хиэмз, все еще ожидая развязки внезапного порыва Рэи Эстаз и ее весьма запутанного хода мыслей.

– Вот именно! Так почему кто-то из них не может быть причастен к Пустотам? – Рэя замолчала, хотя было видно, как что-то еще хотело вырваться из ее уст.

– Весьма резкие доводы полагать, что Боги могут быть причастны к таким зверствам, что творят эти существа. Человеческая вера построена на бескорыстии и благоденствии Богов. Люди верят, что Они не способны на скверные деяния ни при каких обстоятельствах. Столь могущественные Сущности в большей степени обладают мудростью, преодолевающей любые препятствия. Человеческому разуму и во сне не осознать все превосходство Бога. – наставник Хиэмз был непоколебим в своих словах.

Рэя слабо улыбнулась, предвкушая поражение, но вопросы еще роились в ее голове. Однако чрезмерная неосторожность могла обернуться настоящей катастрофой не только для нее, но и для всего рода Эстаз. Кем бы она была, если бы не пошла на этот риск? Стоит сказать, что риск этот не оправдан и глуп.

– Что для них наша вера? – прошептала Рэя себе под нос. Она взбодрилась и озорной огонек вновь полыхнул в сердце. – Тогда еще один вопрос. Кто служит сырьем для появления Пустот?

Рэя выдохнула. Вздох показался ей громче обычного, а все остальные звуки странным образом не доходили до ушей. Комната казалась все той же, но тусклее обычного, словно в нее просочился туман и теперь пламя свечей виднелось размыто и отдалено. Мурашки покрыли шею, перебираясь на плечи и спину. Горячее дыхание опалило кожу и тут же исчезло. Все было как во сне в первую ночь в ордене Зимы. Абсолютно те же ощущения. В реальность ее вернул строгий низкий голос главы клана. Заклинатель сдерживался, но даже так, струны гневно прогибались под смычком виолончели, готовые вот-вот порваться.

– Мисс Эстаз, я полагаю, Вы долго над этим размышляли. Мысли эти нечисты и конечные выводы абсурдны. – великолепное самообладание сыграло немаловажную роль, ибо Гелид Хиэмз выглядел, хоть и гневно-спокойно, но внушал куда больше страха, чем обычный разъяренный человек. – Вы полагаете, что Пустоты получаются из людей, но тому нет доказательств и не может быть. Внешнее сходство с этими нечистыми тварями многих сбивает с толку, но только лишь по этому признаку судить о таких вещах, – неприемлемо! Если же Вы думаете, что есть на свете некто, способный обуздать Темную энергию и подчинить Пустот, то он явно сбился с правильного пути. Хотя даже такой расклад невозможен. Испокон веков всякие безумцы стремились подчинить тьму и все заканчивалось одинаково – смертью, пугающей и жестокой. Вы говорите, что некто обладающий темными силами может обратить добро в зло. Я же говорю, что зло существует само по себе. На этом мы закончим. Все свободны. А Вы, юная леди, придете ко мне завтра утром.


***


Солнце уже скрылось за горизонтом, когда Рэя закончила заполнять очередные книжные полки в библиотеке. Она была подозрительно тихой сегодня и выполняла работу смиренно, что для каждого, знающего ее лично, могло показаться странным, неестественным. На деле же пчелки в улье раз за разом прилетали с воспоминаниями об Аспере Мусти и свечении глаз. Рэя никак не могла обуздать внутреннее беспокойство, которое буквально кричало, что ответ на мучащий ее вопрос лежит где-то совершенно поблизости.

– Я слышал ты разозлила дедушку. – спросил Тэнер, когда девушка появилась в его поле зрения.

Юноша, не оторвав головы, выводил буквы пером. Его слух позволял услышать шаги девушки, хоть они и казались подозрительно непохожими на нее.

– Хах, его не так-то просто раззадорить. – послышался знакомый голос, заставляющий цветы в саду распускаться. – Не то, что тебя, мистер жгучая ледышка.

– Сочту за комплимент. – усмехнулся Тэнер. – Он назначил отработку у себя. Это значит лишь одно – будет тяжело. Невыносимо, просто ужасно, возможно, этот день станет худшим в твоей жизни и воспоминания о нем будут приносить нестерпимую боль.

– С-спасибо за столь подбадривающие слова. – Рэя испытала некоторое замешательство.

– Обращайся.

– Ты как никак шутить научился, я погляжу. – оценить его своеобразный юмор девушка смогла только хорошенько обдумав его. – Эта книженция до сих пор тут валяется? У тебя какие-то особые причины ее игнорировать?

Тэнер оторвался от листов и чернил и отложил кисть. Рукопись в мягком переплете перешла к нему в руки. Он пролистал страницы, прошелся взглядом по строчкам и отложил ее на тот же угол стола.

– Неинтересно.

– Ха-ха-ха! – взорвалась Рэя. – Тебе не нравится вино? Тут же только о нем и речь. Ах да, в вашем ордене же нельзя распивать алкогольные напитки. Точно-точно.

Рэя не оставила в покое рукопись и принялась изучать ее лично. Вино, вино и ничего кроме вина. Автор явно был заядлым виноделом. Так она пролистала до середины, остановившись на рисунке некой комнаты с бочками. Пахли страницы, как и другие многочисленные ветхие книги, но среди этого запаха затесались слабые нотки чего-то еще.

– На-ка понюхай. – девушка сунула открытую книгу под нос Тэнеру, отчего бедный юноша едва не отпрыгнул. Он скептически посмотрел на Рэю, столкнулся с ее серьезностью и ясным пониманием, что она не отстанет, и подчинился.

– Пахнет как старье. – заключил Тэнер, но вдруг выхватил рукопись и сильнее принюхался.

– Ага, скажи. – радостно подпрыгнула Рэя.

Тэнер Хиэмз достал Лунный камень и прислонил его к глазу. Выражение лица говорило само за себя. Видимо, книга скрывала нечто невероятное и невидимое для обычного глаза. Девушка тут же подскочила сбоку и попыталась потеснить юношу, чтобы самой хоть что-то рассмотреть.

– Ты не сможешь смотреть через Лунный камень. Забыла? – терпеливо пояснил он.

– А, ну да, точно. – удрученно ответила Рэя, но предоставить больше личного пространства Тэнеру не посчитала нужным. – Это же те самые чернила? Невидимые?

– Да, очень похоже. Надо их проявить.

В воздухе он начертил ломаную линию с пятью яркими звездами. В следующее мгновение вместо серебряного созвездия появился хамелеон с лазурным узором и легким свечением. Ящерица оглядела людей, чернильницу, кисть и только после полного осмотра окружения начала ходить по раскрытой книге. Несколько секунд ящерка просто вертелась вокруг да около и в какой-то момент нырнула в книжные листы, растворившись, словно в воде.

Иные чернила стали заполнять пустые страницы и первое, что явилось под светом желтого пламени свечи, был вытянутый силуэт, нарисованный черным цветом.

– Это же…

– Пусто́та. – закончил Тэнер.

## Глава 6. Сокрытая ото всех тайна.


Ночь приближалась к концу. Наступило самое темное время суток, то, что перед рассветом. Ветер не тревожил листья и траву, не бился в окна, не пронзал утренним холодом птиц, мирно спящих на ветках. Вокруг царила полная тишина, глубокая и таинственная, а может леденящая и устрашающая.

Если окружение северного ордена сладко дремало, укутанное туманной дымкой, через которую просвечивали фонари на тропинках, то библиотека светилась изнутри. Главная секция бодрствовала в такую рань, освещенная пламенем нескольких десятков свеч. Внутри царил полный беспорядок: пол был усыпан различными книгами, которые только недавно выстроили в ровный рядок на полки, свечи стояли повсюду, не обращая внимания на опасность возгорания, и помимо них по залу кружили две золотые рыбки. Это были особые созвездия, которые плавали в воздухе и освещали пространство вокруг. Для таких рыбок, призванных заклинателями, сама атмосфера становилась родным океаном, а окружение служило не более, чем рифом.

Двое людей сидели в этом, откровенно говоря, бардаке прямо на полу, окруженные листками и книгами. Они судорожно то выискивали в строках что-то неведомое, то царапали пером по бумаге знакомые и таинственные символы. Где-то даже виднелись чернильные брызги на деревянных досках.

Тэнер Хиэмз и Рэя Эстаз не сомкнули глаз всю ночь, что было видно по их бледным лицам и темным кругам под глазами. Хотя для каждого из них одна бессонная ночка никоим образом не лишала последних соков. Но разве от усталости кожа их приобрела такой оттенок, а глаза нервно бегали то вправо, то влево?

– Закончила! – торжествующе воскликнула девушка, поднимая перо кверху и тут же бросая его, словно кинжал, прямиком в чернильницу.

– Нашла чему радоваться! – юноша же, наоборот, не выказал и намека на радость.

– Ну и противный же ты! Такую колоссальную работу проделали, да еще и всего за одну ночь! Хотя пробелы в тексте все-таки остались. И не мало. Но суть-то должна быть верной. Ведь да? – тараторила на радостях Рэя. – Эта информация дорогого стоит.

– Быть может. Если только ее автор не сумасшедший, а писанина не плод его больной фантазии. – недовольство Тэнера было очевидным даже без слов. – Рэя, тебя это нисколько не поразило? Все, что здесь описано… это чудовищно.

– Чудовищно, не чудовищно. Я правда не задумываюсь о таком. Брат всегда говорит, что мне следует помнить о последствиях, о которых я просто-напросто забываю. – виновато рассмеялась девушка. – А сестрица же, наоборот, призывает ко всему относится оптимистично, что выходит само собой и без ее вечных наставлений.

– Позволь уточнить, сколько лет госпоже Вэнии? – аккуратно спросил Тэнер, будто боялся обрушить на себя праведный гнев.

– Таки четырнадцать. – заулыбалась Рэя. – Можно я твое удивление припишу к своим очкам, а? Тебе же не жалко, да?

– Делай, что хочешь. – вздохнул Тэнер, собирая с пола все листы и аккуратно укладывая их в одну ровную стопку. – Надо отнести перевод дедушке.

– Я, пожалуй, пропущу радушный прием. Не хочется приближать время казни. – Рэя старалась придать более-менее прибранный вид другим горам книг.

– Испугалась? Из-за вчерашних слов? – кажется, юноша был доволен собой.

– Не-а, что ты. Такого просто не может быть. Быстрее Луна с неба упадет. Ха-ха-ха. – Рэя пыталась ровно посмеяться, но голос предательски подрагивал.

– Значит, мы идем вместе. – тон юноши не требовал отказа. – И один балл за испуг остается за мной.

Солнечные лучи с трудом пробивались через утреннюю дымку темных облаков. Странное здесь было солнце, которое едва ли согревало, несмотря на летнее время года. А может все дело в раннем времени суток? Как бы там ни было, двое молодых людей стремительно шли по запутанным узеньким коридорчикам, выложенным каменными плитами.

Рэя каждые несколько шагов устремлялась вперед и почти переходила на бег, однако тут же останавливалась на очередной развилке и нетерпеливо, переминаясь с ноги на ногу, ждала Тэнера. Юноша просто шел быстрым размашистым шагом. Он был учеником своего ордена, даже лучшим среди них, и не нарушал правила родного дома даже при таких обстоятельствах, которые невозможно было отложить в долгий ящик.

– Ты, конечно, не сердись на такие вопросы, но глава клана нормально реагирует, когда его будят? – Тэнеру показалось несколько неуместным выбранное Рэей время для таких вопросов.

– Глава встает на рассвете, как и все заклинатели ордена. – Тэнер ответил так, будто его вовсе не взволновал странный вопрос.

Девушка, кивая, что-то невнятно пробурчала. Она старалась не выказывать будоражащие ее чувства, нервно щекочущие под ложечкой, поэтому усердно сосредоточивалась на позитивных мыслях.

Глава клана Гелид Хиэмз проживал в отдельном здании. Можно было подумать, что в ордене каждая комната являлась обособленной постройкой, что являлось почти правдой. Ученические дома хоть и строились в непосредственной близости, но многокорпусной постройкой их назвать было нельзя. Тоже касалось и обычных рядовых заклинателей.

Что же касается жилища самой важной персоны, то оно напоминало иные здания. Не усадьба, конечно, но явно на порядок роскошнее, хотя Рэе так не показалось. Наверное, все средства ушли на прекраснейший сад, окружающий теплый очаг. Не цветы, но деревья, высаженные на достаточном расстоянии для зарождения чувства свободы. Но вместе с тем, это место окутывало прохладное одиночество.

Только пройдя чуть дальше, девушка заметила, как за одной низенькой башней скрывается еще одна. Оказалось, усадьба спроектирована по образу и подобию библиотеки, или же наоборот, только здесь секций четыре, которые замыкались в круг. Рэя сразу заподозрила, что по центру есть еще один маленький садик, скрытый ото всех. Эдакое уединение от мирских сует, а для заклинателя вдобавок отличное местечко для медитации.

– Эй, эй. – напряженно прошептала Рэя, едва ли не срываясь на обычный тон. – Ты вот так сразу ворваться собрался? В такой деликатной ситуации важно эффектно появиться. Давай я с ноги дверь выбью, чтоб сразу были понятны наши намерения? А? Ты вообще слушаешь? Эй, подожди!

Только Тэнер Хиэмз подошел к величественным дубовым дверям, резьба которых была сделана рукой умелого мастера и отчетливо вырисовывала морские волны, бьющиеся о кору старого дерева с раскидистой кроной. Рэе сразу пришла в голову одна из многочисленных картин Великого Древа, растущего за Водной стеной.

По легенде, есть в океане одинокий остров с одним единственным деревом. Высота его настолько велика, что зеленые листья зачерпывают облака, словно серебряной ложкой молоко. Сам же ствол дерева служит домом Божьим, где Они принимают души умерших людей и решают, достойна ли она перерождения или нет. Иными словами, именно Великое Древо является последним рубежом земной жизни и служит вратами в Грезы.

Никто из ныне живущих не видел, что на самом деле скрывает Водная стена посреди океана. Мировые воды в тех краях резко поднимаются кверху, будто земное притяжение им больше не помеха или, еще изумительнее, сама вода отталкивается от земли и тянется к небесам. Даже самые большие корабли терпят крушение, не в силах потягаться со столь бушующими силами морских владык.

Рэя бы еще долго разглядывала плавные выступы древесины, но тяжелые двери медленно отворились. Юноша с кипой бумаг, уложенных страничка к страничке, вошел первым. Девушка же не успела переступить порог, как наткнулась на нечто невидимое.

– О, и у вас такие штуки есть. – сказала Рэя, гладя пальцами невидимый, но приятный на ощупь барьер. Каждое ее прикосновение разносилось мелкими волнами, словно девушка рисовала по водной глади.

– Прости, забыл. – кратко известил Тэнер.

Такие барьеры, как этот, устанавливались главами кланов. Через них могли пройти только заклинатели с именными ленточками. Если уж углубиться в этот вопрос, то все заклинатели имели при себе ленточки цвета их ордена, которые привязывались на абсолютно любую часть тела. Девушки же, в основном, вплетали их в волосы, мужчины прятали их на запястье. Но иметь ленту было недостаточно, чтобы свободно блуждать в стенах ордена. Такие вот барьеры могли миновать только члены семьи, которых еще называют кланом, то есть кровные родственники, и именно такие заклинатели имеют на ленточке собственное имя, вышитое специальными нитями.

Именной ленточки клана Хиэмз у девушки не было, особо приглашения от главы ордена тоже не было, поэтому Рэе оставалось только ждать снаружи. Но Тэнер, видимо, был с этим не согласен. Заклинатель направил пальцы правой руки сначала на себя, после – в сторону девушки. Между ними появилась тонкая серебряная нить, точно паучья, и тут же исчезла.

– А, хитро-хитро. – удовлетворенно хмыкнула Рэя. – Обманываешь систему, установленную дедушкой? Как только не стыдно.

– Могу оставить здесь, если тебя так заботит моя дальнейшая судьба.

– Не-не. Все в полном порядке. – поспешила раскланяться девушка в знак чистейшей признательности.

Такое бесполезное, на первый взгляд, заклинание позволяло соединить двух людей, при этом ведущий человек делился с оппонентом своей духовной энергией, что позволяло провернуть такой трюк и обмануть клановый барьер. Один-единственный недостаток был у него – связанные заклинатели не могли отойти друг от друга более чем на три метра из-за особой прочности нити.

Внутри оказалось не так, как в иных здания все того же ордена. Не было здесь бесконечно просторно и пусто, но и складом бесполезных и красивых вещиц это место язык не поворачивался назвать. Однако было здесь кое-что невероятное, поглощающее половину пространства и величественно занимающее центральное место. То был круглый стол на толстой короткой ножке, разрастающейся по полу, словно древние корни. Но и не это приковывало взгляд. Вся столешница представляла собой карту Патеры, да не простую, а объемную с точнейшим копированием каждой речушки, озерца и холма. Огромные размеры стола – Рэя прикинула метра три на три – позволяли вместить в себя намного больше мелких деталей, чем обычные бумажные карты. Над миниатюрной моделью королевства кружило кольцо, схожее с тем, которое носят заклинатели на поясе, в качестве артефакта. Скорее всего это и был Лунный камень, может и не подлинный, но близкий к оригиналу.

– Слушай-слушай! А как? А зачем? А для чего? – восхищенно тараторила девушка, глазея на сие чудо, исполненное из камня бело-серых тонов. – Ты подожди, никак Драконий камень?!

– Да. – ответил юноша, не удостоив и мимолетного взгляда притягательного стола, будто лицезрение этого архитектурного творения навевало скуку. – Я слышу удивление в голосе. Очередной раунд за мной?

– Да-да, как скажешь. – нетерпеливо протараторила Рэя. – Хочу потрогать…

Руки уже потянулись к гладкому белому материалу, холодному и таинственному, но тут же одернулись прочь. Нить, соединяющая двоих людей, поблескивала на свету, будучи натянутой до предела.

– Не время и, уж тем более, не место для шуток. – строгость пропитала голос юноши.

– Но… – вскрикнула Рэя и была тут же осажена шиканьем Тэнера. – Ты сейчас шикнул на меня? – сказала она уже шепотом.

– Это удивление? – Тэнер уже был на верхней ступени.

– Нет, возмущение. – надулась Рэя, подходя к нему вплотную и далее следуя за ним неотрывно.

Двое заклинателей прошли по балкончику второго этажа, откуда был виден необъятный стол с картой, и прошли через дверь. Как и ожидалось, в центре здания находился небольшой сад, над которым они сейчас шли по мосту с низкими перилами. Видимо, кабинет главы ордена находился в самом дальнем корпусе.

Тэнер скромно, но уверенно, постучал в ничем не примечательную дверцу, и та с поразительной легкостью отворилась.

Кабинет главы ордена был просторный и выглядел намного скромнее, чем первый этаж с его музейными экспонатами. Были здесь, конечно, и книжные полки, плотно забитые различной старинной литературой и некоторыми вещицами, которые, по-видимому, в другие места не вписывались. Большой ковер покрывал почти весь безусловно холодный пол, а его оттенки темно-зеленого, напоминающие хвойные иголки, бежевого и белого кичились определенной строгостью, горделиво вырисовывая шестиугольники. В самом конце стоял просторный письменный стол, который охраняли два стражника в виде удобных стульев из темной древесины, в которых вполне могло поместиться сразу два человека. За самим же столом на кресле с высокой спинкой восседал глава ордена Зимы Гелид Хиэмз, что-то неотрывно выписывая пером.

Не смотря на довольно скудный интерьер, здесь не было холодно, что являлось неоспоримой заслугой камина, стоящего у правой стены. Так же здесь не было темно и то заслуга не только парящей над столом золотой рыбки, но и огромных окон прямо за спиной господина Хиэмза. И не стоит забывать про некоторое количество ветвистых торшеров, несколько выбивающихся из общей атмосферы строгости. Кабинет главы клана, несомненно, вызывал глубокое уважение, но вместе с тем его песочные стены и изумрудный пол источали лишь одиночество и усталость. Или так казалось из-за отсутствия всевозможных полотен и картин, коими не пренебрегал родной орден Рэи Эстаз.

Только стоило Тэнеру переступить порог, как он поклонился в знак уважения, да так, будто сделал нечто повседневное. Рэя не стала медлить и последовала примеру, что, кончено же, являлось самой обыкновенной процедурой. В их королевстве сочли бы за неуважение и необразованность банальное пренебрежение этикетом. И все же, девушка почти удивилась отношениям между внуком и дедушкой, которыми являлись Тэнер и Гелид.

Старший Хиэмз не подал виду, словно не заметил присутствия еще двух человек в пустынной комнате. Тэнер же остался стоять у входа, едва ли переступив через порог. Что касается Рэи, то чувства ее варились, как всеми забытый суп в котле, с каждой секундой все больше кипящий на огне. Одним словом, гнетущая атмосфера, в которой любой человек не знает, куда себя деть, и раздумывает над способами поскорее покинуть такое место.

– У Вас, мисс Эстаз, и правда все на лице написано. – Гелид Хиэмз наконец отложил перо и взглянул на незваных гостей.

– Так у главы прямо-таки орлиное зрение. – прошептала Рэя, чтобы едва ли смог услышать даже Тэнер, которому чрезмерное невежество по душе не пришлось, и он буквально втянул воздух, хрипя.

– Как и слух. – добавил глава клана. – Вы здесь явно не из добросовестных побуждений. Сомневаюсь, что внутренний бунтарский дух смирился и решил добровольно сдаться на угоду местной системе. Не так ли?

Мужчина положил руки на стол, скрестив пальцы между собой. Серые глаза пронзали насквозь даже на таком расстоянии, а морщинки на лице выдавали неохотно скрытое довольство. Так почему же Гелид Хиэмз взирал на совершенно постороннего человека, как сытый лис, но полностью игнорировал всякое присутствие родного внука? Этого Рэя не могла понять, сколько бы не погружалась в мысли, что было так не свойственно озорной особе.

– Дедушка, мы нашли некоторую информацию относительно Пустот. – вмешался Тэнер и Гелиду ничего другого не оставалось, кроме как обратить на него внимание. Однако взгляд его стал тяжел и устал. Казалось, из тонких губ мужчины вот-вот вырвется протяжный выдох, но линия рта не дрогнула. – Вы должны взглянуть на это. – Тэнер продолжил напористо говорить, после нескольких десятков секунд молчания, и сейчас Рэя могла с точностью сказать только одно – Тэнер Хиэмз ведет себя слишком несдержанно, что неприемлемо для заклинателей ордена Зимы. Ах, если бы только представилась возможность сказать это вслух, она бы напрягла все голосовые связки, только чтобы с максимальной точностью изобразить вечно недовольный голос наставника Цито.

– Я начинаю жалеть, что приставил Вас, мисс Рэя, – Гелид кивнул в ее сторону. – к Тэнеру. Что ж, ладно. Если вам обоим так не терпится поделиться новообретенными знаниями, то я внимательно выслушаю.

Наставник Хиэмз подался вперед, выказывая заинтересованность, и юные заклинатели наконец были приглашены к столу. Каждый из них сел на стул, который, по личным ощущениям Рэи, умело смастерили для радушного приема.

– В библиотеке одна из рукописей, которая подлежала реставрации и содержание которой переписывалось на новые листы, оказалась зашифрована. Мы обнаружили следы особых невидимых чернил…

– Рукопись содержит 156 страниц, посвященных Пусто́там! – взбудоражено огласила Рэя, не стерпев детального доклада юноши, который обескураженно замер с открытым на полуслове ртом. Смирившись с бестактностью непутевой помощницы, зубы сомкнулись сами по себе, а косой взгляд устремился на виновника прерванной речи, которая с чувством истинного ценителя разглядывала пейзаж за окном. – Прости. Как-то само вырвалось.

– Это они? – наставник Хиэмз указал на стопки листов, сжимаемых в руках.

Без лишних слов переводы и оригинал рукописи были переданы на стол, тут же подвергнувшись тщательному досмотру. Как ни странно, но к Лунному камню наставник не прибегнул, что только позволило Рэе вздохнуть с облегчением.

Девушка и юноша смиренно ждали, пока строгие серые глаза внимательно изучали каждую строчку. Где-то были лишь слова, какие-то страницы были помечены цифрами, указывающими на номер страницы из подлинной рукописи, где детально изображались существа в целом и их отдельные части. В тишине да под редкий шорох бумаги прошел почти целый час. Никто из гостей не решался обозначить свое присутствие. Оба смиренно сидели на месте, буквально прикованные к сиденьям. Или же это давила на их плечи аура главы клана, нависшая ледяной лавиной над головами. При всей опасности сложившейся ситуации Рэя и Тэнер предпочли остаться незамеченными, забытыми, в то время как глава клана внешне оставался непоколебимо спокойным.

Когда уже золотые лучи солнца пробились в окна, последняя страница была отложена в стопку к остальным. Перевод рукописи был полностью прочитан, но в лице мужчина так и не поменялся, удерживая все эмоции и чувства в стальной хватке, как и подобает главе ордена. А может, старика написанное ничуть не удивило, посчитав данную информацию не более, чем разбушевавшейся фантазией некого безумца. На этом правда, он не закончил и открыл оригинальную рукопись, которая целиком и полностью была посвящена виноделию. Страницы небрежно пролистывались, взгляд пытался зацепиться за что-то и вот открылась последняя страница с подписью в виде аккуратно выведенных закорючек.

Невидимая застывшая под потолком лавина обдала кабинет пронизывающим морозом. Глаза наставника Гелида слегка расширились, а лицо побледнело. Из легких вырвался тяжелый вздох и все тут же приняло обыкновенный вид, становясь вновь серым, бесстрастным, спокойным.

Гелид Хиэмз откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, погружаясь в собственные мысли, выискивая что-то или вспоминая нужное. Так прошло еще несколько долгих минут.

– Эм, а кому принадлежит эта подпись? – аккуратно нарушила гнетущую тишину Рэя. Тэнер заерзал на стуле от такого внезапного маневра, которым девушка решила поторопить события. Однако она вряд ли озадачилась вопросом, кому решила досаждать раньше времени, без его на то согласия.

– Ах, мисс Рэя, что же вами движет: смелость или глупость? – озвучил вопрос Тэнера его дедушка, но едва ли загадка требовала ответа.

– Очевидно, глупость. – заулыбалась Рэя, полностью проигнорировав намек оставить вопрос без ответа. Уголки губ старика слегка приподнялись.

– Что ж, я удовлетворю ваше любопытство. Данная подпись принадлежит небезызвестному Чтецу. Помимо этого, рукопись так же содержит его печать, так что в подлинности сомневаться не имеет смысла. Пусть Сэнамда’ахский язык состоит из символов, все же можно отличить – одной рукой они были написаны или разными. Символы о виноделии и о Пусто́тах, несомненно, совпадают. – рассудил наставник Хиэмз, все еще разглядывая то перевод, то рукопись, то рисунки в ней. – Одно только существование этой рукописи и тех исследований, что в ней описаны, полностью перечеркивают все наши знания об этом человеке. Смотря на ваши лица, полные замешательства и туманного взора, могу сказать, что вам едва ли знакомо это имя.

Рэя потупила взгляд. В голову и правда мало чего приходило. В исторических записях, конечно, мелькал некий Чтец в определенном времени, но то были лишь крохи информации.

Тэнер выглядел ничуть не лучше, будучи озадаченным нехитрой задачей. Юноша, проведший в библиотеке половину своей жизни, мог припомнить только само имя и пару дат, связанных с ним.

– Это загвоздка весьма и весьма предсказуема. Чтец лишь вскользь упомянут в обычных исторических очерках. Сразу становится очевидным, что вы, мисс Рэя, перечитали далеко не всю литературу закрытой секции. – и вновь Рэя была удостоена взгляда настоящего лиса, под которым становилось неуютно. – Раз уж сей инцидент начался с вас двоих, то мне следует пополнить те несчастные крупицы знаний.

Чтец был весьма таинственной личностью, появившейся при дворце буквально из ниоткуда. То была III эра 633 года, сразу после печально известных событий «Разрыва Мироздания», когда по всему миру одновременно открылось множество Разломов. Чтец проявил себя в лучшем свете и тут же приглянулся тогдашнему королю – Виталю, который довольно успешно устранял последствия того бедствия. Не без помощи Чтеца, конечно. Тогда же, по его совету, впервые был учрежден набор в придворные заклинатели, что послужило началом создания королевской гвардии, бесчинствующей в наше время. Ох, не стоит забывать, что… – наставник Гелид задумался, вертя в руках рукопись о виноделии. – Хм, кажется, то был 663 год. Да, верно. Именно в 663 году Чтец закончил строительство собственной винодельни, которая работает и по сей день.

– Та, у которой название престранное? «Курьез»? Или как-то так. – перебила наставника Рэя, очень бурно перебирая в голове всевозможные странные слова, которые ей доводилось услышать.

– Да, все верно. – Гелид Хиэмз кивнул и собирался продолжить занимательный рассказ.

– Курьез? Странный, диковинный? – Тэнер будто пробовал на вкус это слово и пытался найти логическую причину такого наименования.

– Отлично звучит и чего тебе не нравиться? Курьезное вино, эдакое диковинное. Вкус у него и правда диковинный, но очень даже приятный. Хм, я бы сказала бархатный. – Рэя говорила со знанием дела.

– Откуда ты знаешь? – Тэнер недоумевал, откуда юная девушка могла так точно описать вкус алкогольного напитка и пришел к единственному верному умозаключению, что кто-то из знакомых в красках передал ароматы вина. Он так думал ровно до того момента, пока не поймал до безобразия кошачью ухмылку на не менее довольном лице Рэи.

Если бы девушка могла сейчас играть бровями, она бы, несомненно, ухватилась за эту возможность и пощады бедному Тэнеру было бы не сыскать. Но одно только присутствие главы клана обрубало бескрайние возможности шутливого глумления на корню, поэтому приходилось довольствоваться малым.

– А ты угадай. – голос ее сделался на полтона ниже и сладострастно растянул фразу, как бы это сделал довольный жизнью кот.

Гелид Хиэмз напомнил о себе слабым покашливанием, чем сразу приковал вниманием юных заклинателей.

– Что ж, продолжим. – как и на занятиях, наставник попросту сделал вид, что ничего не слышал. – С 667 по 694 годы на троне восседал Сурд, единственный сын Виталя. Однако фактическая власть была в руках его преданного советника и верного друга, – Чтеца. Сурд без сомнений был умен и находчив, но полное отсутствие слуха подрывало авторитет короля. Если бы не поддержка Чтеца, он вряд ли продержался на троне столь долгий срок.

И здесь следует остаться немного подольше. Как вы знаете, Сурд в итоге сделал не так много, как мог бы. Можно сказать, что он посвятил всю жизнь только одному делу – реализации вышек по всей Патере. Да-да, те самые вышки для быстрого реагирования на случай чрезвычайных ситуаций. Эти сооружения целиком и полностью принадлежат королевской гвардии. Да, мисс Рэя? – Гелид вновь вынужден был прерваться, наблюдая за нетерпением юной особы, которая все равно бы не смогла умолчать.

– Они же такие важные, да? Так почему большинство из них пустует? – Рэя вспомнила, как во время различных выездов из клана натыкалась на высокие сооружения где-нибудь в глуши.

– Стечением обстоятельств, разворачивающихся в королевстве последние десятилетия, королевская гвардия вынуждена находиться подле короля.

– О-о-о, страх за свою жизнь превыше заботы о людях. Понятненько. – протянула девушка, довольная собственными выводами.

– Откуда ты это берешь? – продолжал изумленно коситься на девушку Тэнер, борясь с недоверием к ее персоне.

– Иногда на меня нисходит Божественное просветление, и я разумею Его словами. – со всей серьезностью пояснила девушка.

– Хорошо. Признаки разумности в тебе еще есть. – обыденно выдохнул Тэнер Хиэмз, чем озадачил не только Рэю, но и дедушку, который скрыл искреннее удивление за мимолетным движением, когда он поудобнее сел в кресле.

Никто из присутствующих и не догадывался, на сколько Тэнер был горд собой. Он смог достойно ответить Рэе, в чьих жилах вместо крови текла субстанция из насмешек и едва ли остроумных слов.

– Смею с Вами согласиться: я на него плохо влияю.

– Вернемся к главному. – наставник Гелид поспешил направить в нужное русло рассказ, который уже слишком часто прерывался. – Многочисленные записи из того скудного хранилища, что мы имеем, повествуют о почти братских отношениях между Сурдом и Чтецом. Однако король был глух, но не слеп, и свои мысли переносил на листы.

В рукописи, что чудом дошла до нашего времени, он описывал свои небеспочвенные подозрения в отношении Чтеца. Его увлечения Темной энергией. Именно по этой причине многолетняя дружба дала трещину и начала стремительно разваливаться, что в итоге привело к смерти Чтеца от меча Сурда. Возможно, именно эти исследования попали в руки королю. Но тот бой не прошел для короля Сурда без последствий – тяжелые ранения, оставленные другом, остались с ним на всю оставшуюся жизнь.

Наставник Гелид наконец окончил говорить. Поведал ли он всю историю или что-то недосказал, посчитав это маловажными или вовсе ненужными сведениями для детишек, никто сказать не мог.

– Эти… – Гелид Хиэмз замолчал, подбирая нужные слова, и с усталым вздохом продолжил. – Бесчеловечные исследования могут оказаться полезными. Мне придется ненадолго покинуть Глубинные Тропы. – старик пристально смотрел на Тэнера, на чьем лице читалось замешательство. – На некоторое время – пара дней – за орденом присматриваете вы с сестрой. Я оповещу ее.

– Да, глава. – отчеканил тот.

– Что касается Вас, мисс Рэя, то можете не переживать, наказание не было забыто. – вся аура, витающая вокруг девушки, несомненно обрадовалась этому заключению, что отразилось на ее невероятно продолжительном кивании. – Тэнер, можешь идти. А Вы, проследуйте за мной.

Старец и юная заклинательница петляли по узким тропинкам среди десятка одинаковых деревьев и фонарей. Рэя все это время усердно запоминала пройденные повороты, но при очередном прокручивании в голове всего маршрута, она попросту сбивалась каждый раз. Глубинные Тропы были огромны и чрезвычайно запутанны. Плотно растущие растения не давали пройти сквозь лес, требуя прохождения местного лабиринта своими силами и умом.

Так они дошли до некой речки и теперь шли вдоль ее берега вверх по течению. Дорога привела их к скалам с расщелиной, из которой неспешно изливалась речушка. Пройдя мимо нависающих и давящих горных пород, они оказались у озерца, окруженного со всех сторон высокими скалами. Солнечный свет сюда проникал только в зените, поэтому на стенах висели чаши с огнем.

Но не озеро под открытым небом удивляло, а статуя, омываемая водопадом. Тот человек был скромно одет, несколько худощав, с красивыми чертами лица и длинными волосами. Несомненно, это был мужчина и сидел он под водопадом с закрытыми глазами, предавшись медитации. Рэя лишь могла догадываться, кем был этот мужчина, и в памяти всплывало только имя основателя клана Хиэмз – Зъяндо по прозвищу Крылатая Тень.

– Здесь заклинатели нашего ордена усмиряют духовную энергию и очищают разум. Это лишь одно из таких мест в Глубинных Тропах. – наставник Гелид продолжал идти куда-то вперед и Рэя терялась в догадках, куда же ее ведут, пока не увидела едва ли отличимую от здешнего пейзажа лестницу.

– Разве медитация не требует тишины? – едва поспевала за широким шагом Гелида Хиэмза девушка.

– Несомненно. Но мастер мыслил несколько иначе. Тишина была чужда ему, и он заменил ее шумом падающих капель. Могу с уверенностью сказать, что этот водопад создает особую музыку, мягко ударяясь о гладь воды и скалы. Воды Глубинных Троп смывают тревоги и сны.

Они поднялись наверх, где водопад брал свое начало, – большое плато, заполненное озером, гладь которого была усыпана мелкими островками. Наверное, здесь медитировало большинство заклинателей. И тут Рэя уже примерно понимала, чем ей придется занимать несколько часов – наиунылейшим делом во всей ее жизни. Именно настолько сильно она любила медитировать. К тому же, ее духовному ядру эта деятельность почти ничем не помогала. Не то, чтобы внутренняя сила буйствовала или не подчинялась, однако определенные проблемы с контролем имелись. Иногда собственная духовная энергия Рэи причиняла вред ее телу, оставляя различные увечья, такие как ожоги. К счастью, их было легко скрыть и заживали они быстрее, чем стоило начинать беспокоиться.

Будучи на берегу возле кромки прозрачной воды, в голову приходил только один вопрос: как же добраться до маленького участка земли посреди глубоких вод? Ни мостиков, ни кувшинок (по которым пересекали пруды и реки в ордене Лета), ни лодок – ничего не виднелось поблизости. Это и не требовалось.

Наставник Гелид взмахнул рукой, вычерчивая в воздухе серебряные линии, соединенные четырьмя искрящимися точками. Тот рисунок являл созвездие «Лодки», эдакого небольшого судна с закрученным носом, на котором раскачивался старый фонарь. Думается Рэе перед ней предстал лишь один из многих способов путешествия по озеру.

«Ох, и если я сгину здесь, меня ж вряд ли кто-то сможет найти», – мозг отметил еще одну особенность Глубинных Троп, чему Рэя только усмехнулась.

Лодка плыла сама, рассекая невидимую, словно туманную накидку, гладь. Увы, тишина продлилась не долго, но нарушить ее благозвучность решил сам глава клана.

– Стоит отметить, еще кое-что очень любопытное в смерти таинственного Чтеца. – ровный тихий голос прошелся лезвием сквозь безмолвие холодного дня.

– Разве он не умер от меча короля? – тут же поинтересовалась Рэя, ясно помня недавнее повествование наставника. – С ваших же слов… Чтец – личность любопытнейшая, – переиначивать чужие слова было неотъемлемой частью жизни девушки. – но все же человек. С клинком в сердце не очень-то удобно ходить.

– А я и не говорил, что он остался жив. Лишь намекнул на обстоятельства его смерти. – тон наставника поразил своей теплотой. Кажется, поспешные выводы Рэи его несколько позабавили. – К слову, стоит отметить, что останки его покоятся в гробнице в горах близ города Убер.

– То есть умер с концами. – заключение вырвалось само собой.

– Так и есть. – как ни в чем не бывало ответил Гелид Хиэмз, но его следующие слова прозвучали холодно и строго. – Король Сурд сравнивал погибель друга с описанием смерти короля Рого Первого, о котором Вы упомянули на первом нашем занятии.

Странный холодок прошелся по спине девушки. В один момент стало неуютно находится рядом с этим человеком. Рэя точно могла сказать, что его слова к чему-то да ведут, но растолковать их скрытый смысл казалось непосильной задачей. Между тем, Гелид Хиэмз продолжал.

– В мемуарах Сурда Адверфата был описан некий взрыв, словно сам воздух взбунтовался, и оставленная за ним черная сажа на всем, до чего смогло дотронуться саморазрушение. В частности, лезвие меча, которое не оставило алой крови, а обратилось в нечто, напоминающее обугленное дерево. Про это знают не многие.

– И чем я заслужила такую честь? – возможно, сейчас следовало промолчать, но боевой дух жил своей жизнью, пусть даже волосы на затылке встали на дыбы.

– Хм, – задумчиво протянул глава клана, все еще не удостоив и мимолетного взгляда девушку, величественно возглавляя лодку. Молчание продолжалось некоторое время и только сам Гелид знал, насколько ему еще следует оттянуть момент. Дело было не в нарочном нагнетании, чтобы Рэя почувствовала давление со стороны такого влиятельного человека и устрашилась, а возможно и отступила. Хотя, несомненно, это входило в планы главы клана. Но сейчас в его голове сыпались различные аргументы на чаши весов. Он решал, как преподнести окончательный вердикт – кратко обрисовать или вскользь намекнуть.

Гелид Хиэмз наконец повернулся. Только серые пронизывающие насквозь глаза вцепились ледяными иглами в девушку, предупреждающе поблескивая. Неизвестно откуда взявшийся спертый воздух мешал вдохнуть, а где-то в груди начал затягиваться узел, давя изнутри.

Рэя продолжала стоически выдерживать натиск противника. Она уже догадывалась, какими словами прогремит старик. Словами, после которых одно полыхающее дерево испепеляет весь лес.

– Даже в такой непростой ситуации Вы усмехаетесь. – тихий размеренный голос прозвучал сурово, сжимая все кругом. Гелид оценивающе всматривался в девушку, чьи голубые ясные глаза не смели опуститься вниз, несмотря на жесткую удавку, незаметно перебравшуюся из груди на горло. Едва ли Рэя могла понять смысл сказанной фразы, ведь бушующие чувства затмевали ощущение слегка поднятых уголков губ.

– Вы учитесь направлять эмоции головой, – этот же голос продолжил тревожить воздух и воду вокруг. – Отчасти она права. Покой в душе зависит от мыслей в голове. – он обернулся, взглянув по-прежнему строго, но морщинки на лице понемногу начали разглаживаться, принимая более хладнокровный вид. Его пальцы потянулись к Рэе, от чего стало страшно, а сердце бешено билось под ребрами. И в один миг напряжение улетучилось, когда Гелид Хиэмз бережно ткнул теплыми подушечками пальцев в лоб. – Но Ваш разум чист, поэтому медитации не приносят должных результатов. – его рука переместилась в сторону груди. – Вот на что стоило обратить внимание. Темная энергия коварна и безжалостна. Вы страшитесь ее и запираете внутри, что не является неправильным решением.

– Я не боюсь тьмы. – решительно заявила Рэя.

– Да и я вижу это, но даже так, юная леди, Вы можете закончить как шестой король, как Чтец, – взрывом духовного ядра. И молите Богов, чтобы никто от этого не пострадал. С другой стороны, никто из ныне живущих не смирится с мыслью овладения столь темной сущности. Ни заклинатели, ни тем более обычные люди не примут такого опасного человека с распростертыми объятиями.

Лодка врезалась в выступающую скальную сушу и люди в ней слегка покачнулись. Гелид Хиэмз ступил на берег.

– Но. Но. Подождите! Как?! Лунный камень… Я не видела, чтобы Вы его использовали? – Рэя вновь обрела способность двигаться и разговаривать, поэтому первым делом принялась несдержанно осыпать старика Гелида ошеломленными вопросами.

– Как глава ордена, я могу пользоваться некими привилегиями. Например, свободное использование свойств этого артефакта без какого-либо контакта с ним. Собственно, как и другие главы орденов в отношении своих артефактов. – спокойно пояснил Гелид Хиэмз.

Рэя теперь в полной мере могла разглядеть место, куда они прибыли. То был не просто маленький островок, едва ли выступающий над поверхностью воды. Берег почти сразу же резко обрывался, образуя глубокий колодец с гладкими стенами, по которым изредка стекала вода, затекая из озера порывами ветра или иными воздействиями окружающей среды.

– В ордене Зимы мы учим успокаивать не только разум, но и душу, а, следовательно, и ядро. – поучительным тоном начал объяснения наставник Хиэмз. – Очищение разума от ненужных мыслей Вам не нужно. Чувство юмора прекрасно с этим справляется и… некоторые другие качества. А вот над контролем духовной энергии ядра следует усердно поработать.

Рэя, кажется, начинала понимать, к чему в итоге приведет этот разговор. Она покосилась на лодку, до которой едва ли сможет добежать, не минуя главу клана. С другой стороны, плавала она не дурно.

– А, вот оно как! – восхищенно сказала девушка, изображая полную заинтересованность. – Полагаю, и способ наверняка безболезненный, да?

– Конечно. – кратко ответил Гелид Хиэмз и схватил девушку за ворот одежды, удерживая от побега, когда она уже развернулась и собиралась бежать со всех ног.

Одним движением он передвинул ее корпус к обрыву. Теперь мысы едва ли удерживались на краю пропасти, а голова уже шла кругом от такой высоты и отсутствия чувства опоры.

– Ваша задача – выбраться со дна колодца. Ах, да. Артефакт будет здесь, наверху. – он отпустил одежды, и девушка полетела вниз, плюхнувшись в холодную воду.

– И как это должно помочь?! – эмоции Рэи зашкаливали, но в основном это были злость и досада.

– Наставник Цито Хиэмз уже оповещен о вашем времяпрепровождении. Удачи. – с этими словами его силуэт скрылся из виду и Рэя могла наблюдать чистое голубое небо и поблескивающий маятник, свисающий с края колодца.

## Глава 7. Слова на бумаге.


На самом деле, способов выбраться из столь затруднительного положения было несколько. Самый первый и очевидный сейчас болтался у самой поверхности, а без него воспользоваться посохом никак не получится.

Вторая мысль посетила головушку неочевидных идей сразу, как только реализация первого варианта стала очевидным провалом. Бабочка-вестница уж точно справилась бы с задачей и доложила братцу о безвыходном положении непутевой сестрицы. Вот только по первому зову его вряд ли можно дождаться: проблемы взрослого человека – его собственные проблемы. Однако вестница все же взмахнула серебристыми крыльями и отправилась в близкий путь. Рэя искренне надеялась, что сможет выбраться сама, но подстраховка ей явно не помешает.

Третий вариант заключался в созвездиях лука и стрелы, с помощью которых можно порвать цепочку и уронить маятник в воду. Увы, стоило девушке исполнить данные созвездия, кажущийся оптимальным план тут же потерпел крах. Натягивать тетиву и целиться без опоры под ногами было невозможно. Хоть Рэя и подозревала, что кто-нибудь такое проворачивал, но плавать на воде и не тонуть при применении лука она еще не научилась, поэтому пара стрел, выпущенных мимо, намекнули ей отказаться и от этой затеи.

Четвертое решение задачки, кажущейся уже непосильной, просочилось в мысли случайно, но и ее выполнение подразумевало богатый опыт владения заклинаниями и ядром. Скажем так, есть такое созвездие как Эфирный скат, олицетворяющий элемент воды, и теоретический его можно использовать и поднять уровень воды в колодце. Вот только созвездие семизвездочное и каждый раз повторять его для Рэи казалось слишком утомительным. К тому же духовная энергия могла закончиться на половине проделанного пути.