Настя Бонс
Реванш

Глава 1. Эхо

В вечер пятницы знаменитый по всему городу бар «Мамонт» по обыкновению напоминал жужжащий улей, под завязки набитый уставшими за трудовую неделю пчелами. В помещении было так тесно, что казалось, была бы в кармане иголка, ее некуда было бы воткнуть. Дюжина кондиционеров не справлялась с духотой, что сочилась и проникала внутрь с прогретой за день нестерпимой летней жарой улицы.

Запахи пота, фруктово-ягодного кальяна, феромонов и дорогого алкоголя смешивались в воздухе в невообразимый винегрет ароматов, что в пору было жевать, настолько плотным и осязаемым он казался.

Управляющий клубом Влас Майоров редко появлялся здесь по пятницам, понимая, что даже уединившись в собственном кабинете, он не сможет сосредоточиться на работе из-за невыносимого шума, сотрясающего весь бар. Но сегодня случился тот необычный день, когда владелец бара вернулся за стойку, бок о бок работая со своими подчиненными. Такие вылазки он называл походом в Гембу[1]. Это позволяло не только наладить работу бара изнутри, но и не утерять навык высококлассного гуру коктейлей.

Когда Влас возвращался за стойку, пространство вокруг него застывало. Он не слышал музыки и голосов, пьяных вздохов и бесконечных комплиментов девушек-мотыльков, что слетались к бару, желая погреться у костра его обаяния. Костра, что он создавал вокруг себя, сам того не подозревая.

Брюки скини в сочетании с классической черной рубашкой с закатанными рукавами подчеркивали его статус и легко считываемое безразличие к окружающим. Бесконечно печальный, отстраненный взгляд всегда смотрел сквозь собеседника. Только приветливая, ничего незначащая улыбка. Только сдержанные, четко выверенные жесты.

Влас слышал только звук льда, бьющегося о стенки стакана, щелчок зажигалки, поджигающей очередной коктейль Б52 для девушек у барной стойки, звук собственного сердца, что давно не реагировало на окружающую его реальность. Оно билось размерено и тихо, равнодушно ко всему внешнему, концентрируясь лишь на отдаленном слабом эхо чувств, что сидели глубоко внутри.

Одарив мимолетным кивком, барышень, что посвистывали ему с танцпола, Влас без интереса провел взглядом по толпе. Безостановочно дергающиеся под выверенный громкий бит гости бара трансформировались в цветные едва различимые пятна, что распадались на фрагменты вспышек вместе со звуком, разрывающим колонки.

Неоновое мерцание прервалось лишь на долю секунды, и замерший на мгновение идеальный шум превратился в поглотившую голоса тишину.

Хватило всего секунды, пока один трек сменял другой, чтобы вязкое молчание прервал знакомый ангельский смех. Смех, что он узнал бы из тысячи других. Искренний, заливистый, негромкий. Он звучал в его голове даже, когда ее не было рядом. Как мелодия песни из глубин памяти, которую он слышал, но не мог вспомнить. Ноты, которые плескались где-то в океанах его разума, а он прислушивался к ним, не мог крепко сжать и потому довольствовался только этим эхо.

Сердце Власа чертыхнулось в груди от заглушенного и забытого им чувства. Он оглянулся в поисках любимых синих глаз. В поисках миража, что постоянно ускользал из его рук.

Колонки завопили новую композицию Mary Gu, и Влас, наконец-то, различил слова, которые до этого не были ему интересны. Словно он вынырнул из глубины, и ему необходимо было время, чтобы прийти в себя. И сейчас настал такой момент, когда одновременно обострились все чувства: вернулись звуки и грохот, запахи и цвета.

– Все что не мое. Я пропускаю. Мимо. Мимо. Мимо. Мне давно не нужно быть со всеми милой, милой, милой, – раздавалось из колонок, а в центре танцпола, громко подпевая песне слово в слово, наслаждаясь каждой нотой, двигалась она. Та самая, что однажды похитила его сердце и увезла с собой, оставив лишь едва уловимые отголоски того, что между ними произошло и того, что не успело случиться.

Танец увлекал девушку за собой, затягивая в такт каждой вибрации, заставляя вскидывать руки и двигаться еще смелее, горячее и жестче.

Кремово-каштановые волосы волнами струились по открытым плечам и спускались до самой ее поясницы. Узкие темно-синие джинсы-дранки обтягивали стройные ноги, а блестящая полупрозрачная тряпка едва ли справлялась с функцией топа, что обтягивал упругую аккуратную грудь и больше напоминал вторую кожу, чем предмет гардероба.

Влас тряхнул головой, отгоняя от себя такой желанный мираж, но ноги уже несли его через тесную толпу и липкие ладони поклонниц, пытающихся прикоснуться до парня, пока он находился так близко.

– Тайсон, – Влас с недоуменным выражением лица развернул ее к себе и поднял бровь, когда увидел ее растерянность. – Я думал, ты мне померещилась, – он глубоко дышал, утопая в ее бездонных синих глазах. Взгляд невольно спустился к губам. – Даже привет не скажешь? – Влас, молча, подался вперед и замер в нескольких миллиметрах от ее лица, будто спрашивая разрешения на продолжение.

– Привет, сэнсей, – кратко выдохнула она, прижатая к его груди неугомонной пьяной толпой.

Секунда-две-три.

Встав на носочки и взяв инициативу в свои руки, Лиза сама потянулась к нему навстречу и дотронулась своими сухими от волнения губами до его губ. Приятное тепло прокатилось волной по его телу. Сердце начало предательски бешено колотиться. Его горячее дыхание обожгло ей кожу. От привкуса карамельного латте на его губах, Лиза, казалось, потеряла голову, а рассудок и вовсе помутнел, уступая место необузданному дикому желанию. Толпы мурашек пробежали по ее телу, перебегая от нее к нему и возвращаясь обратно.

Ощущения напоминали электрический разряд, что вывел Власа из сна. Он легко дотронулся до ее щеки, скользнул ладонью к шее, притягивая за затылок ближе к себе. От этого жеста Лиза вздрогнула и безотчетно приоткрыла рот. Щеки вспыхнули, а мурашки ровным строем вновь заходили по коже.

Невесомый и наивный поцелуй превратился в страстный и пылкий, разжигая огонь бесконтрольного животного желания. Лиза не отдавала отчет собственным действиям, схватившись за рубашку такого близкого и одновременно далекого мужчины. Скользнула вверх и обвила одной рукой его шею, другой зарылась в непослушных пшеничных волосах. Прижалась к нему сильнее, боясь, что это всего лишь иллюзия, плод ее воображения, ее несбыточная мечта. Ей стало по-настоящему страшно, что это все может исчезнуть, испариться, вновь оставив ее совершенно одну. Влас почувствовал, как ее пробирает мелкая дрожь, крепко ухватил ее за талию и притянул к себе. Настолько сильно, настолько жарко, насколько это было возможно. Лиза таяла в этом поцелуе, пока мужчина сам не оторвался от ее губ, пытаясь набрать в легкие катастрофически нехватающего воздуха. Хватка Власа ослабла, и Лиза отстранилась.

– Вот и поздоровались, сэнсей. Ты ни капли не изменился! – она звонко засмеялась, утирая губы тыльной стороной ладони.

– Ни-хе-ра-се-бе, – завыла подбадривающая толпа.

– Тайсон… Это что сон? – глаза Власа сверкнули, тщетно пытаясь поймать ее взгляд, но Лиза сделала вид, что увлечена реакцией своих новых фанатов.

– А ну убрала руки от моего парня, сучка! – раздалось из толпы.

Внезапный мощный толчок в спину Лизаветы откинул ее в сторону, но тесные сети из зевак и гостей клуба отпружинили девушку обратно, смягчив неожиданный удар и предотвратив падение на пол.

– Тебя забыла спросить! – зашипела Лиза, вцепившись в объемную копну напавшей на нее белокурой девицы и награждая предупредительным ударом в живот. Девушка согнулась пополам. Ее волосы проскользнули и шумно захрустели в руках Лизаветы, оставляя накладные пряди в кулаке разгневанной девчонки. – Еще раз тронешь меня, будешь зубы пересчитывать, а не волосы! – Лиза брезгливо стряхнула с пальцев клок волос блондинки. – Я понятно объясняю? – склонившись к девушке, спросила Лизавета.

– Тайсон, остановись, – Влас оказался рядом, распихивая в стороны, пульсирующую в экстазе зрелища толпу.

– Угомони ее, сэнсей!

– Вы знакомы? – взвыла ущемленная жертва.

– Молчи, Муравьева, – прорычал Влас в сторону белокурой девицы. – Тайсон, нам надо поговорить, – он ступил в ее сторону, но Лиза попятилась назад, в эпицентр обретенных ею фанатов.

– Вот уж увольте, сэнсей! Ты теперь не мой босс и мне есть восемнадцать, чтобы решать, с кем беседовать, а с кем нет, – из ее глаз сыпались искры гнева и ревности. – Я ухожу. Всё равно всё веселье испорчено. А ботинками к полу я не привязана.

– Лиза, – Влас схватил ее за запястье и потянул на себя.

– Нет, Влас. Нет! – она с силой одернула руку и вновь повернулась к блондинке. – Ходи аккуратнее, девочка. Не падай, а то желание надо будет загадывать.

– С чего это? – выпрямилась девица, все еще пытаясь отдышаться.

– Ну как же… когда падают звезды, обычно загадывают желания…

Белокурая рванула в сторону Лизы, но Влас преградил ей путь, и она врезалась в его спину, ударившись, как пушинка о скалу.

– Алиса, угомонись! – предупредительно рыкнул парень.

– Увидимся, Муравьева, – Лиза схватила оппонентку за щеки и, что есть сил, потрепала из стороны в сторону. – Зубы береги, – она клацнула зубами в воздухе. От неожиданности Алиса дернулась назад.

Развернувшись на каблуках, Лиза наградила толпу пронизывающим грозным взглядом, заставляя публику расступиться и освободить ей дорогу к выходу, снова смыкаясь вслед за ней.

– Берегите женщин. Женщин берегитесь, – присвистнула «гора» мышц у выхода, заблаговременно по-джентельменски открывая ей дверь и отступая в сторону. – Такси у входа, девушка, – поедая ее взглядом, добавил вышибала.

Ничего ему не ответив, Лиза выпорхнула на улицу и скрылась из виду.

– Да, кто она такая?! – завопила Алиса и с силой пихнула Власа, ударив кулаком в плечо.

– Девочка беда, – выдохнул парень, через стекло, провожая взглядом ту, что однажды, впрочем, как и сегодня, свела его с ума.

[1] «Поход в Гембу» – буквально переводится как «Настоящее место», оно подчеркивает важность понимания руководством того, что происходит на каждом уровне. «Гемба» (Gemba) (в переводе с японского языка – «место, где происходит работа») означает подход, характерный для японской управленческой практики кайдзен, согласно которому для полноценного понимания ситуации необходимо прийти на место выполнения рабочего процесса, собрать факты и непосредственно на месте принять решение.

Глава 2. Пегас

Спортивный клуб «Пегас» был тем местом, где Лиза могла пропадать часами, истязая себя силовыми тренировками, кардио и договорными спаррингами с партнерами. Управляющий спортивным центром Егор знал Лизу и ее брата Тимура много лет, часто оставлял девушку за «старшую» в клубе в свое отсутствие, доверяя ей ключи от помещения во время ее поздних вечерних занятий.

Попрощавшись на входе с владельцем фитнес-центра и его любимыми близнецами Соней и Даней и расцеловав их на прощание, Лиза вернулась к своей обычной многочасовой тренировке. К этому часу в спорт-клубе народу почти не оставалось: лишь привычные завсегдатаи слонялись от одного тренажера к другому, выполняя свою незримую «норму».

Лизавета надела наушники, погружаясь в себя, работая в унисон с навесной грушей и собственным телом. Сначала балансируя на одной ноге, потом на другой. Бокс был для нее отдушиной, выбросом негативной энергии и агрессии, спасением от скуки и любимым времяпровождением. Каждый раз, когда она боксировала, время вокруг нее замирало. Очаровательная собранность, неподкупная серьезность, страстная увлеченность: все приковывало внимание и взгляды окружающих. Но сегодня было иначе. Лизавета чувствовала себя не в своей тарелке в своем любимом клубе, во время своей обычной кардиотренировки. Музыка в наушниках больно била по перепонкам, пытаясь отвлечь девчонку от неукротимых мыслей и остановить необъяснимую дрожь в теле.

Она искала взгляд того, кто мог ее так смутить, но никого не наблюдала. В ушах зазвенело. Мерзкий туман залил глаза, сузив обзор до узкого тоннеля. Дыхание спёрло от нехватки воздуха. Паника, разлившаяся в животе и сковавшая ее тело, стала почти осязаемой. Лиза, не отдавая себе отчет, скинула наушники на шею и, не раздумывая ни секунды, отправилась в раздевалку, все еще пытаясь унять необъяснимую дрожь в ладонях, ногах и всем теле.

Ненавидя собственную беспомощность, ненавидя себя за страх и беспочвенную слабость, Лиза зашла в раздевалку и бессильно рухнула на лавку. В темной, абсолютно пустой комнате паника отступила и бешено крутящиеся мысли в голове замедлили свой ход. Грудь расслабилась, зрение и дыхание восстановились. Дрожа, она положила руки на скамью и попыталась восстановить дыхание.

Внезапно она осознала, что впервые в жизни проиграла неосязаемому оппоненту. Она позволила невидимому человеку зажать себя в угол и довести до панического состояния. Вместо того, чтобы применить свои ошеломительные навыки бойца и вступить в бой, она отчего-то сидела перепуганной ланью, пытаясь восстановить дыхание и собраться с мыслями и силами, чтобы противостоять скрытой угрозе.

Услышав такое знакомое дыхание и поступь шагов, Лиза напряглась и одновременно выдохнула про себя с облегчением.

– Как ты сюда попал, Влас? – поправив короткий топ и юбку-шорты, схватив огромное хлопковое полотенце, что валялось неподалеку, она встала со скамейки и направилась в сторону душевых кабинок.

– У меня свои секреты, Тайсон, – отозвался голос из полумрака.

– Пришёл отшлепать меня за свою Муравьеву? – Лиза дала себе секунду, чтобы собраться с мыслями, задавая ему глупые вопросы (как она сама считала).

– Нет. Я пришёл за другим, но отшлепать не откажусь… – Влас оперся на дверной косяк и скрестил руки на груди, подавляя усмешку.

На лице Лизы засияла победная улыбка. Она не была уверена, заметил ли он ее реакцию, так как стояла к нему спиной, но про себя успела тихонько порадоваться его маленькому поражению.

– Кто же даст тебе это сделать, сэнсей? – открывая взору точеную спортивную фигуру, что за пару лет стала только краше, Лиза дошла до заветной двери в душевую и оглянулась.

– Думаешь, у меня нет шансов? – он приближался, заставляя ее, врасти в то место, где она стояла.

– Думаю, что свой шанс ты упустил. Пару лет назад, сэнсей.

– Тогда почему твоё сердце сейчас ушло в пятки, милая Лиза, – Влас прижал ее спиной к двери, что вела в душевую. Полотенце выпало из ее рук.

– Тебе показалось, сэнсей. Я после тренировки, – девушка едва сдерживалась, чтобы не поддаться его обаянию. Ей очень хотелось коснуться его губ. Вспомнив, какого это целовать любимого мужчину, ей страстно хотелось добавки. – Это всего лишь кардио, Влас. Физическая нагрузка. Знаешь, что это такое?

– Ты покраснела до самой шеи, Тайсон. О каком кардио мы сейчас ведем разговор?

– Хватит пялиться на меня! У тебя взгляд серийного убийцы и слишком высокое самомнение, сэнсей!

– Думаешь, что вот так можно просто прийти в «Мамонт», поцеловать меня и исчезнуть? – его нога оказалась между ее бедер, так, чтобы она не смогла ступить ни влево, ни вправо. – Не думаю… – пальцы Власа нырнули в копну ее кудрявых волос, слегка придавая им объем, запуская по телу мурашки.

– Влас, отпусти…

– Я не услышал ответа, Тайсон, – практически рычал он. – До сих пор его не слышу.

– Запах раздевалок и потных женщин твой фетиш? Ты чего бешеный такой?

– Я и был таким. Просто тебе не показывал, – его взгляд горел азартом и толикой одержимости. Ей хотелось так думать, но она отогнала беснующиеся мысли прочь.

– Ненормальным и аморальным? – на шее Лизы от предвкушения близости с ним дернулась венка. – Жаль, что я не познакомилась с этой частью тебя раньше. Она интересная… – между ног девчонки больно запылало. Неконтролируемая пульсация пустилась в пляс, отгоняя нежные, ванильные и культурные мысли прочь.

– Не представляешь насколько… – он собрал пальцами дорожки пота, блестевшие на ее плечах, и спустился к груди. Ноги Лизы вздрагивали от прикосновения к джинсовой ткани его брюк. Запах желания стал уловим и осязаем в плотном сгустившемся воздухе. – Боже, как же я скучал по тебе, Тайсон, – жарко выдохнул парень у ее шеи, всеми легкими вдыхая ее аромат.

– Влас, на тебя плохо влияют спортзалы и бокс, – она уперлась ладонями в его плечи, сдерживая его натиск.

– На меня плохо влияешь ты, Тайсон.

– Что я такого сделала, Влас? Просто ностальгия напала подшофе. Это ничего не значит! Тем более твоя девушка четко обозначила свою территорию, а мне чужого не надо!

– Моя девушка? – Влас приоткрыл глаза и ухмыльнулся, считав в ее голосе знакомые ревнивые нотки.

– Ну, эта твоя… Алиса Муравейкина…

– Муравьева ты хотела сказать?

– Без разницы, сэнсей. Мне с ней детей не крестить! – Лиза посмотрела в его медовые глаза и произнесла почти по слогам, едва сдерживая дрожь в голосе:

– Я приношу извинения. Была не права и немного пьяна…

– То есть поцелуй был случайным? – он невыносимо близко прижался к ее лицу, так что его дыхание и аромат обжигающей холодом мятной жевачки касался ее приоткрытых губ. – Скажи. И я уйду.

Неожиданно, Лиза схватила его за воротник рубашки и притянула к себе, приблизилась к губам, сокращая дистанцию между ними до пары миллиметров.

– Ты же сэнсей. Должен понимать различия между настоящим поцелуем и случайным, Влас, – ее горячее дыхание скользнуло по его языку через приоткрытые губы.

– Ты изменилась, Тайсон…– выдохнул он, сглотнув напряжение, что едва сдерживал.

– Я повзрослела, – произнесла вслух девчонка.

«И добиваюсь своего…» – подумала она про себя.

– Жаль, – Влас нарочно отступил на шаг назад, давая ей возможность прийти в себя и упустить возможность выстроить от него новую стену. – Я очень любил прежнюю Лизу, – он искал в ее глазах ответ на свой незаданный вопрос.

– Неубедительно, Влас, – она щелкнула его по носу. – Я очень зла на тебя. Не могу перестать злиться. Прошло полтора года, а я, как и прежде тебя ненавижу. Ты загубил мою молодость.

– И лучшие годы? – он откровенно ухмылялся.

– Ты скотина.

– Тайсон, ты нарываешься.

– Что ты хочешь услышать? Зачем пришёл? Учить будешь, как хорошо себя вести? Я не буду извиняться перед твоей Муравьевой, Майоров. И волосы я ей не верну. Куклу вуду бы из них сделала. Только вот выбросила их уже.

– Зачем ты вырвала ей волосы? – Влас засунул руки в карманы джинсов, ограничивая себя в движении и приближении к ней.

– Они были лишние. Пусть скажет спасибо, что это не зубы.

– Обожаю, когда ты злишься, – сказал он, изо всех сил пытаясь подавить улыбку.

– Ты псих?

– Возможно. Когда люди влюблены, они часто делают глупости…

У Лизы заурчало в животе. Слишком громко, чтобы скрыть звук, разрывающий тишину в помещении.

– О-о-о, друг мой заговорил. Всегда искренне со мной разговаривал. Не то, что некоторые, – лучезарная улыбка озарила лицо Власа, и Лиза густо покраснела.

– Мне нужно принять душ и если ты не хочешь составить мне компанию… то будь любезен покинь раздевалку, – специально разозлившись и накручивая себя еще больше без известной на то причины, Лиза старалась скрыть свои измочаленные эмоции.

– Дразнишь меня, Тайсон? Нарочно? – он снова поймал ее в объятия.

– Даже не думаю, сэнсей, – она опустила руки вдоль тела и застыла, не двигаясь, чувствуя, как его ладони скользят от ее талии к спине.

– Когда-нибудь мы окажемся в душе. Но не сейчас, а только, когда мы откровенно поговорим. Обо всем. Девочка моя…

– У меня нет на это времени, Влас. Я поступила на высшее и собираюсь найти постоянную работу. Мне ни до разговоров, ни до ностальгии, ни до тебя. В том числе. – Лиза сглотнула. – Пора открывать мир других мужчин, Майоров.

Его губы почти коснулись ее шеи, но услышав последнюю фразу, Влас замер и отстранился, как ужаленный.

– Я очень долго ждал тебя, Тайсон. Теперь вижу, что зря…

– Потому, что ждать шепотом и «про себя», сэнсей, равносильно тому, чтобы быть равнодушным! Наблюдать и ничего не делать – тоже! Поэтому будь любезен – уходи! – кудрявые пружинки волос упали на ее лицо, но Лизавета и не пыталась их откинуть с глаз, в попытках скрыться от его пронизывающего взгляда.

Влас тяжело вздохнул и отступил в сторону, освобождая ей дорогу.

– Привет Алисе, – Лиза отдала воображаемую честь, всё еще пытаясь совладать с эмоциями.

– Обязательно передам, – хлопая дверью, со злостью прорычал Влас.

Глава 3. Страх

Жить беззаботно, расслаблено и свободно нам всегда мешают страхи. Они словно невидимые титры на экране, всплывают перед нами, когда мы замираем в замешательстве перед тем, когда следует сделать выбор и шагнуть в неизвестность.

Изнуряющая жара за день настолько пропитала воздух, что даже после заката солнца, спасительный ветер мучил прохожих удушающей пыткой. Из-за невыносимого сочетания рекордных температур и высокой влажности, в поисках возможности отдышаться люди прятались в помещениях с кондиционерами. Не смотря на разгар рабочей недели, островком избавления от мук стал и бар «Мамонт», радостно приветствующий в своих стенах посетителей и гостей города.

Не обращая внимания на громкую музыку и такой привычный, почти родной шум любимого бара, Лиза застыла на его пороге, взглядом инвентаризируя территорию и проверяя, нет ли в зоне видимости управляющего.

– Добрый вечер, – на плечо девушки опустилась огромных размеров ладонь, больше напоминающая связку бревен, чем человеческую руку. – Вам кого, барышня? – промычала ехидно улыбающаяся и сияющая самомнением «скала».

Лиза отвела взгляд от толпы и повернулась к охраннику.

– Я жду владелицу клуба, – процедила она сквозь зубы, не желая продолжать разговор.

– А-а-а, я понял, – парень наклонил голову набок, изучая девушку раздевающим взглядом. – Кэти предупреждала о вас. Проходите прямо по коридору. Подождите ее в кабинете.

– Я знаю дорогу, – Лиза выпрямилась по струнке и тряхнула плечами, пытаясь отогнать от себя неприятное ощущение после короткой беседы с этим мерзким типом.

– А я и не узнал тебя сразу, Рокки, – широко распахнув глаза «скала» восторженно присвистнула.

– Меня зовут Елизавета, – прошипела она. – На «ты» мы с вами не переходили.

– Оу-оу-оу. Полегче, Лизонька. Сразу в стойку встала. Я к тебе в штаны не лезу, родная. Я просто хотел быть вежливым. Уже и забыла, каким бывает Ник, да, красавица? – парень завершил раздевание девушки взглядом и мысленно прикрыл ее простыней.

– Я подожду в кабинете, – Лизу охватила злость, порожденная ощущением необъяснимой липкой тревоги.

– Раз дорогу знаете, провожать не буду.

Девушка зашла в кабинет Власа и прикрыла за собой дверь. В помещении ничего не изменилось. Все те же стены, все тот же шкаф и стол, все те же воспоминания, что нахлынули без разрешения.

Аромат владельца помещения был настолько интенсивен, словно его разложили на ноты и обжарили каждую на сковороде при закрытых окнах. Он был спрессован и запечатан в этом небольшом кабинете и, казалось, успел пропитать одежду и волосы Лизы, будто она безвылазно провела здесь неделю или искупалась в нем с головой. Оглядевшись по сторонам, девушка неспешно обошла стол и провела по нему ладонью, пытаясь уловить ускользающий призрак присутствия важного ей человека. В ее руках оказалась чашка испитого Власом кофе, что не удосужились убрать местные официантки, и Лиза принялась изучать неказистый рисунок, образованный кофейной гущей, напоминающей форму покосившегося сердца. Девушка улыбнулась собственным мыслям.

– Тебе предстоит помучиться, Майоров, – произнесла она вслух.

– Он уже мучается, – в сопровождении привычной белозубой улыбки в пол лица, в дверях появилась совладелица клуба Кэти. – И мучился, когда ты уехала. И мучается сейчас, во время долговременной и ответственной командировки. И если тебе не хочется это слушать, то лучше закрой уши, малышка.

– Привет, Кэти. Рада тебя видеть, – поприветствовала ее краткими объятиями девчонка.

– Привет, лучший бармен… после моего партнера.

– Прозвучало немного обидно, – Лизавета нахмурила брови.

– Не верю, – Кэти бросила на девушку многозначительный взгляд. – Ты всегда знала, что он лучший. И я сейчас не только о его способностях бармена.

– Кэти, я здесь исключительно из-за работы.

– И я не хочу упустить тебя, как работника, Лиза. Потому что тебя возьмут в любом баре. С моей рекомендацией – так точно. Но, ты должна помнить, как я люблю, когда в моей команде работают лучшие. И как я не люблю ими делиться.

– Это комплимент? – Лиза представила, как проставила яркую галочку на полях в мысленной тетради своих достижений.

– Это факт, – улыбка Кэти стала еще шире.

– Когда я должна приступить к работе?

– Если возможно, то прямо сегодня и прямо сейчас.

– Так скоро?

– Я оставлю тебя в «Мамонте» за старшую, – от неожиданного заявления владелицы заведения, брови Лизы поползли вверх. – Мне нужно быть в баре «Бивень», там не так все гладко, как мне бы хотелось. Влас занимается открытием нового объекта, грандиозного клуба «Мерзлота». Я активно набираю новеньких и уже сделала пару рокировок в персонале между двумя действующими барами. Еще планирую забрать отсюда Алису. Она неплохо управляется за стойкой, но не справляется с персоналом в силу… м-м-м, близких личных контактов, – Кэти сделала акцент на последнем слове, и Лиза поймала себя на том, что раздражена только одним упоминанием о Муравьевой. – На новой точке таких проблем нет. А здесь ты будешь свежим мясом и новым заточенным топором. Все зависит от того, как заявишь себя в первый день.

– А как же мой возраст? Представляю реакцию коллектива.

– Не вставай сразу в позицию проигравшей. Тебя действительно настолько сильно волнуют цифры и мнение окружающих? – Кэти сделала паузу, чтобы Лиза успела прочитать ее скрытое послание. – Ты же всегда была мудрая не по годам. Ну-у-у, ладно, почти всегда…

– Кэти, я…

– Я побуду сегодня с тобой для подстраховки. А с завтрашнего дня – сама, – Кэти не спрашивала. Она утверждала. – Сама. Сама. Сама.

– Мне кажется, я многого не помню, – Лиза сделала глубокий вдох, прикидывая, стоит ли вообще соглашаться.

– Бар ты знаешь, как свои пять пальцев, а навыки бармена, ты подтянешь, когда вернется гуру коктейлей.

– Сэнсей, – на автомате поправила девушка.

– Оу, я и забыла эти ваши ролевые игры с прозвищами.

Лиза в секунду раскраснелась до кончиков пальцев на руках и ногах, и нервно сглотнула.

– Ну что, Рокки, будешь держать удар?

– Тайсон. Мое прозвище Тайсон, – криво улыбаясь, жестом закавычила девчонка.

– Только Влас имеет право тебя так называть, малышка, – Кэти подняла перед собой руки в защищающемся жесте и звонко засмеялась.

– Он не имеет никаких прав… – опустив глаза в пол, Лиза прочистила горло от внезапно проявившейся хрипоты.

Кэт издала страдальческий стон, закатила глаза к потолку, и, сложив ладони в умоляющем жесте, не издавая не звука, произнесла одними губами «п-о-м-о-г-и-т-е».

– Хорошо. Я попробую, – капитулировала Лиза.

– Ну что. Кишка у тебя не тонка, как я погляжу! Сработаемся, Рокки! – Кэти протянула Лизе ладонь, и они пожали друг другу руки.

***

Дни в «Мамонте» протекали довольно спокойно. В отсутствие Власа или как про себя называла его Лиза – «внешнего раздражителя», она ощущала себя хозяйкой положения на его территории и могла немного расслабиться. Новая должность, новые обязанности, новая ответственность и без него несли в себе уйму стресса и ситуаций для экстренного реагирования. Понимая, что долго так продолжаться не будет, Лиза мысленно выстраивала стену для отражения его будущих атак.

– Привет. Меня Клим зовут, – переминаясь с ноги на ногу, перед барной стойкой стоял коренастый парнишка лет двадцати пяти. Карие глаза. Сочувственный взгляд. Мальчишеские веснушки на переносице и щеках. – Я вроде охраны тут. Ну-у-у, в смысле в растущей сети заведений «Мамонта». Обычно я работаю на другой точке, но Кэти любит делать перестановки, в попытках объединить коллектив и универсализировать всех нас.

– Универсализировать? – переспросила Лиза с улыбкой, продолжая натирать стаканы и готовясь к открытию бара для посетителей.

– Да. Сделать универсальными сотрудниками клубной сети «Мамонта». Эдакими мамонтятами в двадцать первом веке, – Клим поднял палец вверх для обозначения масштаба мыслей начальницы. – Командный дух и все такое.

– И где ты работал чаще?

– В «Мамонте» номер два. В баре «Бивень». Если честно, я здесь впервые.

– Как и я… – Лиза оглянулась по сторонам, будто ее могли услышать и осудить местные стены, и чуть слышно добавила. – После перерыва в два года.

Парень удивленно приподнял брови.

– Мне показалось ваше лицо знакомым. Теперь припоминаю. На странице «Мамонта» есть ваши фото. Вы – Рокки, верно? Можно на «ты», а то я парюсь?

Лиза закатила глаза и издала стон, больше напоминающий рычание.

– Тайсон. Меня. Зовут. Тайсон, – четко произнесла каждое слово девушка, стараясь скрыть нервозность. – И да, можно на «ты».

– Точно. Влас много рассказывал о тебе.

– Влас говорил обо мне? – голос Лизы прозвучал приглушенно, но лишь потому, что что-то тягучее и вязкое засосало под ложечкой. Она пыталась глубже дышать, чтобы проглотить напряжение, но ничего не выходило.

– О-о-о, нет. Нет, ты не думай. Ничего компрометирующего. Только что-то о твоем таланте. О талантах. Из него вообще больше двух слов не вытащить в последнее время. Угрюмый вечно. Раньше у него рот не затыкался. В те времена, я сюда еще как постоянный клиент наведывался.

– Что изменилось? – сухо спросила Лиза, чтобы не показать свою заинтересованность.

– В последнее время у него много работы. Кэти грузит его по полной, пытаясь посвящать каждую свободную минуту ее личному доктору. Этой вечно занятой парочке «бизнес леди и врач» редко удается совпасть графиками, и Влас всегда идет им навстречу. Вся нагрузка падает на него двадцать четыре на семь в графике семь-ноль. Но, как по мне, он ведет себя так, будто готов взять еще.

– Что ты имеешь в виду?

– Выглядит так, словно я судачу о начальнике…– Клим замялся, наблюдая за реакцией девушки и прикидывая можно ли ей доверять.

– Ты прав. Мы мало знакомы, чтобы шушукаться о руководстве, – Лиза понимающе кивнула и улыбнулась, слегка приподняв уголки губ. – Думаю, он ведет себя так потому, что его личной жизни ничего не угрожает и не мешает работа. Все так сказать в одном месте. All-inclusive. Так сказать – всё включено.

– Ты об Алисе? – Клим опустил глаза, обводя пальцем рисунок на деревянной столешнице. Желудок Лизы сжался в когтистый комок в ожидании информации, которая разобьет ей сердце на части. Снова. – Не знаю, что их связывает, но… – парень замолк на секунду. Она…очень красивая… эффектная и очень горячая.

Игнорировать комментарии парня выходило только внешне. Лиза вспомнила лицо белокурой девицы и сглотнула горький комок проснувшейся ревности, что подкатила к горлу и грозилась вырваться на свободу с истерикой.

– Алиса работала в «Мамонте», вообще-то. Я думал, что она будет здесь, когда меня переведут, – он вновь тяжело вздохнул.

– Она тебе нравится? – озвучила догадку Лиза.

– Это слишком очевидно? – в его карих глазах будто выключили весь свет, оставив лишь черноту.

– Я никому не скажу, – добавила девушка, желая хоть как-то поддержать беднягу.

– А-а-а, все равно. У меня нет шансов. Рядом с таким как Влас.

Громко цокнув языком в знак несогласия, Лиза отрицательно покачала головой.

– Ну, ты знаешь? Это типа как кабачковый пирог сравнивать с меренговым рулетом со свежей вишней, – пытался подобрать удачное сравнение новый товарищ.

– Некоторые любят кабачки, Клим.

– Да. Раздавать родственникам, друзьям и знакомым за ненадобностью. Чтобы избавиться от лишнего груза.

– Зато полезные, – Лиза облокотилась на стойку локтями, подперла ладонями лицо и вздохнула, думая насколько же они с Климом безнадежны в совей влюбленности и обречены на разбитое сердце.

***

После пяти недель нескончаемого бдения на строящемся объекте, Влас мечтал оказаться в тихом месте, принять душ и выспаться. Дело было не только в усталости, но и в навязчивых мыслях, что не покидали его последние пару недель.

– Тебя не было почти два месяца, Влас! – звонкий голос Кэт в трубке заставил парня отодвинуть телефон подальше от уха.

– Я работал, Кэт! Представь себе!

– А мне нужна была помощь!

Влас зарычал на другом конце провода.

– Как дела с новым баром, партнер? – весело щебетала совладелица общего бизнеса.

– Все отлично, если не считать того, что я устал как черт и что объект не будет открыт в срок. Все отлично… – Влас не скрывал раздражение.

– Строители задерживают?

– Как всегда, Кэт. Ничего нового. Ты вытянула меня по другую сторону стойки, а теперь я жуть как хочу обратно.

– У тебя получается круче, чем у меня, Влас. Ты к себе несправедлив.

– Пусть так, – он кивал в такт ее словам, хотя она его не видела. – Как ты тут справилась без меня?

– Взяла нового администратора и бармена в одном лице. Алису забрала к себе в «Бивень», а новенького оставила за старшего в «Мамонте».

– Новенького? Что за крайние меры, Кэт? Ты спятила и поверила в провидение, пока я отсутствовал?

– Ой, да брось. Она лучше меня знает, как управляться с баром. А весь персонал и официанты у нее по струнке ходят. Она даже пожестче меня будет. Не по годам одаренная девчонка.

– Она? Я не понял, Кэт, о ком мы сейчас ведем разговор?

– Я наняла Елизавету Вермутову.

– Что ты сделала?!

– Не кричи, партнер. Я всего лишь наняла Лизу. Она – крутой бармен. Ты сам ее учил! Круче нее только яйца!

– Кэти, ты издеваешься? – Влас тряхнул головой, широко распахнул глаза и посмотрел на экран, проверяя, не потеряно ли соединение связи. – Ты наняла Лизу, не посоветовавшись со мной?!

– Партнер, я видела, как вы работаете вместе! Я не думала, что это будет проблемой для тебя! Тебе ой как нужна помощь! Вернее, нам обоим нужна помощь, иначе мы не вывезем.

Влас прерывисто дышал, не издавая ни звука.

– Мы же оставим Лизу? Ведь так, партнер? – Кэти выжидала его реакции, стараясь говорить как можно тише. – Согласовано?

Его речевой аппарат хотел выстрелить в нее одним из весомых аргументов в пользу увольнения Лизаветы, но выдал лишь:

– Согласовано.

– Ты как вообще? – Кэт втянула воздух и зашептала еще тише.

– О чем ты?! – злость Власа не утихала.

– Этот ваш кипяток между вами по-прежнему кипит?

– Испарился давно, – выпалил Влас, не раздумывая над ответом и секунды.

– Оставив ожог?

– Кэти… – зашипел он.

– Поняла. Молчу. Отправлю к тебе Макс. Тебе нужна мелодрамилиана-терапия. На досуге, как примешь душ и вернешься в царство живых, подумай, пожалуйста, о корпоративе. Лето быстро пролетит, не успеем оглянуться. Нам нужно познакомить персонал и укрепить дух имеющейся команды.

– Да уж, Кэт. Ты еще больше зануда, чем я.

– Партнер, ты мне не помогаешь!

– Я придумаю что-нибудь, когда перестану на тебя злиться.

– Ты злишься из-за корпоратива или из-за Лизы? – Кэт снова хихикала, прикрывая трубку ладонью.

– Заткнись, я тебя умоляю.

– Лю-лю тебя, партнер.

– Привет Санычу, – отозвался Влас и положил трубку.

Глава 4. Смыслы

Люди привыкли ставить знак равенства между собой и тем, что они делают.

Кажется, что если жизнь имеет смысл, какой угодно: от «выплатить кредит» до «заработать денег на путевку», от «пожарить картошки для семьи» до «посадить дерево и построить дом», то ты вроде бы тоже имеешь смысл. А если ты оказался в пустоте и без видимого дела – ты и сам пустой и бессмысленный.

Само по себе движение к цели создает иллюзию развития и движения вперед и вызывает горячее одобрение окружающих. Даже если цель вообще взята с потолка, не твоя вовсе, и ты давно уже мчишься по неверной дороге с ветерком…

Пятьсот пятьдесят предсказуемых дней прошло после отъезда Лизы из родного города. Ровно столько дней хватило Лизавете, чтобы понять, что она совершила ошибку, уехав. Спустя более полутысячи дней она, наконец, поняла, что усердно бежала от того к чему рвалась навстречу. Двух лет было более, чем достаточно, чтобы она осознала, что решение переехать к вновь приобретенным родителям, шестнадцать лет спустя, было отчаянной и бессмысленной попыткой побега. От себя самой.

Нет. Родители очень старались. Неустанно рассуждали о том, что она может и не может делать, куда ей стоит поступать и как разобраться с собственной жизнью. Множество непрошеных советов сыпалось как из рога изобилия, пока Лиза прислушивалась к собственным ощущениям, пытаясь понять, чего хочется именно ей. Да, новые мама и папа, желали стать ей поддержкой и опорой, но рядом с ними Лиза чувствовала, острую нехватку воздуха, словно она оставила свое дыхание где-то в другом месте.

С желанием освободиться от удушающей опеки, чужого мнения и сбежать подальше от нового дома, девушка собрала вещи, покончила со списками и расписаниями, и, отодвинув планы на будущее в долгий ящик, вернулась в город, в котором выросла.

В первый же день своего возвращения, ноги невольно принесли ее в некогда любимый бар. Конечно, придя в «Мамонт», вероятности встречи с ее первой любовью – Власом было не избежать в девяноста девяти случаях из ста, но она никак не могла признаться самой себе, что пошла туда осознанно и нарочно.

Сегодня Лиза открыла дверь «Мамонта» собственным ключом и зашла в пустое помещение. В баре было тихо. От стен веяло прохладой и свежестью, и девушка мысленно поблагодарила Кэт за умелое управление развивающейся сетью ресторанов, и не упустившую из виду предусмотренную ночную уборку, позволяющую Лизавете наслаждаться недолгим одиночеством в утренние часы.

Завершался второй месяц работы Лизы в качестве администратора бара, но она до сих пор не верила, что с ней все происходит наяву и что пару месяцев назад она сама позвонила Кэт и поинтересовалась предложениями о работе.

Недели тянулись невыносимо медленно, приближая ее к неизбежной встрече с Власом. Без его присутствия рядом, у нее получалось продуктивно работать, не спутав мысли, буквы алфавита, способности двигаться и дышать. Во всяком случае, так она себя убедила.

После их недавней бурной встречи и ее трудоустройства в «Мамонте», они так и не виделись по-настоящему и не находились в одном помещении дольше десяти минут. Казалось, что прошла уже целая вечность. Время тянулось иначе, когда она находилась здесь, в егопространстве, а не в далеком городе за тысячу километров. Внутреннее напряжение нарастало с каждым днем. Девушка ощущала необъяснимое волнение и предчувствие неминуемой катастрофы.

Этим утром она долго не желала открывать глаза, надеясь подольше удержать обрывки грез, в которых Влас похитил ее, и она находилась в каком-то другом месте, в новой жизни, рядом с ним. Проворочавшись всю ночь в кровати, в попытках избавиться от навязчивого и такого желанного сна, Лиза решила пойти на работу пораньше, чтобы хоть чем-то занять себя и свои неуемные фантазии.

– Кэти, поклянись, что ты купила Бакарди Супериор[1]! Его нет ни в кладовой, ни на складе. Я точно помню, что просила тебя купить его на прошлой неделе! – набрав знакомые цифры телефона начальницы, без приветствий тараторила Лиза в трубку, словно они расстались с Кэти две секунды назад и продолжали непринужденную беседу мгновение спустя.

Находясь за рулем, Кэти отлучила гаджет от уха и посмотрела на экран, чтобы убедиться, что ей действительно звонит Лиза.

– И тебе привет, малышка! Что-то ты сегодня рано решила начать рабочий день!

– Решила прийти пораньше и пополнить бар. Не нашла виски Джэки и белый ром. Вот… и решила позвонить… – замялась девчонка, поняв, что даже не поздоровалась.

– Ты только что пополнила коллекцию известных мне фанатиков трудоголизма! Отставить истерику! Твой любимый ром для коктейлей стоит в кабинете, малышка. Я оставила коробку у стола. Зайди и возьми. Я, к моему горькому сожалению… – Кэт громко выругалась в трубку. – Стою КатьЕгоЕти в пробке, – по другую сторону провода Лиза услышала нетерпеливые гудки автомобильного клаксона. – Буду в баре через… х… знает сколько времени! Разберешься с этим сама, малышка?

– Хорошо, – тяжело вздохнув и сбросив вызов, Лиза поплелась в сторону кабинета, наличие которого избегала все последние дни. Слишком много флэшбеков было связано с этим местом. Слишком стойкий знакомый мужской аромат пропитал это небольшое помещение насквозь. Слишком больно было там находиться. Всего было слишком.

– Взять виски, ром и проваливать, – бормотала девчонка себе под нос. – Да чего я собственно переживаю? Я боюсь заходить в этот кабинет, даже, когда его там нет? Как же я собираюсь работать с ним плечом к плечу? – Лиза поправила узкую юбку карандаш, оглядела светлую блузку, что не хотела испачкать перед предстоящей рабочей сменой, но после недолгих колебаний, все же наклонилась и подняла увесистый ящик с бутылками с пола.

– Здравствуй…те, – раздалось за ее спиной.

Лиза выпрямилась с коробкой в руках и обернулась на голос.

Перед ней, прислонившись плечом к косяку, стоял он – очень высокий и очень красивый парень, одетый в строгую синюю рубашку и классические брюки. Его пшеничные волосы, по бокам состриженные чуть короче, были безупречно уложены, а аккуратная челка привычно ниспадала на глаза. Влас смотрел на нее прищуренными медово-карими глазами и неспешно сканировал ее тонкую фигурку с головы до ног и обратно.

– Здравствуй…те, – холодок пробежал по ее спине и спустился к ногам. Ее синие глаза встретились с его, и Лиза застыла. Казалось, земля ушла из-под ног, а время и вовсе остановилось.

– Я помогу. Коробка тяжелая, – безучастно и сухо предложил он и, не дожидаясь ее ответа, забрал ящик и направился в бар.

– Я справлюсь…– выдохнула Лиза, но он не услышал ее слов. – Справилась бы…– прошептала она и как загипнотизированная направилась вслед за парнем.

– Как дела в баре? – поставив коробку на барную стойку и делая все возможное, чтобы не смотреть на Лизу, Влас начал по очереди хватать со стола вымытые стаканы и просматривать их на наличие недостатков. – Как персонал?

– Я… Всё… Не знаю… – девчонка забыла все заготовленные для этой встречи фразы и жадно хватала недостающего воздуха ртом.

– Почему «Мамонт», Тайсон?! – перебил ее Влас, не выслушав ответ на собственный вопрос. – Почему, черт возьми, из сотни других баров в нашем городе, ты выбрала «Мамонт»?! – он повернулся, чтобы видеть ее лицо и склонил голову на бок, вскидывая одну бровь в ожидании ее ответа.

От его пронизывающего взгляда, сердце Лизы начало биться еще чаще, чем у колибри.

– А почему собственно я должна отвечать? – она чувствовала на себе этот взгляд, от чего ее щеки сильно покраснели. – Я свободна выбирать, где мне работать и что делать…

– Да ну? В самом деле? – Влас оказался рядом и, одним пальцем подняв ее подбородок, заставил Лизу взглянуть ему в глаза. – Здесь необходимо работать, а не мальчиков снимать… – кривая улыбка коснулась его губ, и девушка не сразу поняла смысла сказанных им слов.

Хватило пары мгновений, чтобы гнев набрал силу. Лиза замахнулась и ударила Власа ладонью по щеке, ударила с такой силой, что его голова дернулась назад. Он не дал ей сдачи, собственно не сделал ничего, пока ее рука не приблизилась к его лицу снова. На сей раз, он перехватил ее запястье и крепко сжал его.

– А я, по-твоему, здесь для чего?! – зашипела Лиза, пытаясь вырвать руку из его захвата. – Я устроилась на работу, чтобы работать!

– Нашла то, что искала? Ты же за этим сюда пришла?

– О чем ты?!

– Крутить задницей и искать себе мужика на рабочем месте не равно усердно работать, Тайсон! – Влас посмотрел на расстегнутые пуговицы ее рубашки и спустился к вырезу на юбке, что открывал ее бедро. Лиза проследила за его взглядом и потянулась к воротнику, чтобы застегнуться по самую шею. – Ты могла устроиться куда угодно, но ты пришла именно сюда, чтобы позлить меня. Это игра какая-то? – он отпустил ее запястье и отступил за стойку, пытаясь занять чем-нибудь руки.

– Ты думаешь, что я только тем и занимаюсь, чтобы позлить тебя? У тебя слишком высокое самомнение, сэнсей! Ты считаешь, что ты до сих пор центр моей вселенной? – голос Лизы слегка охрип от подступающих слез, и она перешла на громкий шепот. – Мне знаком этот бар, знакома Кэти! И если я действительно захочу найти себе мужика, тебя это касаться не будет!

– Никаких отношений на работе! С гостями бара в том числе! – Влас схватил высокий стакан, стоящий на столе и со всего маху швырнул его о стену. – Такое правило, Тайсон! – мелкие осколки усыпали плитку, забираясь в укромные уголки под стойкой и плинтуса.

– Ты спятил?! Думаешь, что имеешь право швырять посуду в баре?!

– Что хочу, то и делаю! Я его управляющий. Хочу посуду бью. Хочу сексом на стойке занимаюсь, – Власа потряхивало, и он отступил к стене, увеличивая между ними дистанцию до безопасного расстояния.

Лиза оглянулась на барную стойку. В груди больно кольнуло от представшей перед глазами четкой картинки Власа и Муравьевой.

– Меня не интересуют ваши игрища с Алисой, – ее голос дрогнул, и Лиза поморщилась, оглядывая стойку по всей длине.

– Если останешься здесь работать, может, доведется и посмотреть! – Влас с интересом наблюдал за ее реакцией, подкидывая следующую порцию ядовитых комментариев.

– Мне стоит здесь все продезинфицировать перед вечерней сменой? – она отступала к стойке и наблюдала за ним со стороны.

– Валяй! – он махнул рукой, подзадоривая ее азарт, продолжая метать взглядом искры.

Лиза схватила бутылку коллекционного виски, что затесалась в коробке, и, откупорив пробку, прошла с ней вдоль стойки, щедро поливая ту с высоты, продолжая ядовито улыбаться.

– Теперь здесь приятно пахнет! Никаких волосатых кукл вуду! Только ноты мускатного ореха, имбиря и ванили!

– Вот здесь пропустила, – Влас ткнул пальцем, указывая на край стойки, а потом похлопал ладонью по высокому стулу у бара.

Лиза побагровела от злости, и, размахнувшись, швырнула в стул пустую бутылку.

– О-х-р-е-н-е-т-ь… – выпалила Кэти, когда за ней захлопнулась дверь, и запоздалый дверной колокольчик, наконец, отреагировал на ее визит. Владелица бара застыла на пороге, переводя взгляд с Власа на Лизу. – Этот что КатьЕгоЕтисейчас было, кипятковые мои?! Вы спятили, я вас спрашиваю?!

Влас попятился. Лиза опустила глаза, разглядывая осколки на полу.

– А ну быстро в кабинет, пока не пришел персонал и не застал двух адекватных взрослых начальников в неадекватном состоянии! Вы что в песочнице?! Деретесь за право на лопатку и пасочки? Живо! Я сказала!

– Кэт! – пытался запротестовать Влас.

– В кабинет, партнер! Прямо сейчас!

Влас тяжело вздохнул и пошел первым, за ним твердо шагала Кэти, а замыкала тройку Лиза.

– Итак, молодежь, – Кэти налила себе в кофе коньяку, пытаясь утихомирить нервный тремор в руках. Лиза и Влас встали по разные стороны кабинета. Влас изучал стену и рисунок на обоях, Лиза – собственные ладони. – Итак, – повторила она после очередного глотка кофе. – С сегодняшнего дня… вы забываете о тех… о том, что черт возьми с вами происходит и начинаете дружить. Во всяком случае, пока вы находитесь на рабочем месте. Вы – профессионалы! – казалось, Кэт повысила голос до ультразвука. – Покажите мне, что вы не дети малые и умеете выполнять работу, как того требует ситуация. Ты, Влас – мой партнер и управляющий сети баров и клубов. Ты, Лиза – администратор бара «Мамонт». Вы двое должны приносить прибыль, а не убытки! – Кэти оперлась ладонями о стол, раскачиваясь взад-вперед. – Нам предстоит пережить корпоративное мероприятие и лучше вам к тому моменту заставить меня поверить, что вы – друзья!

– Иначе что, Кэт?! – вклинился Влас.

– Молчи, партнер! – прервала его несостоявшуюся тираду девушка. – Научитесь работать в команде! Нам предстоит долго работать вместе.

– Не факт… – пробурчал парень, глянув на напарницу через плечо.

– Факт, Влас. Лиза – утвержденный бармен и администратор «Мамонта». Ты занимаешься новым клубом! Вы работаете в одной команде, чтобы этот бар не загнулся в твое отсутствие! Я не могу разорваться! Очень тяжело найти людей, которым доверяешь! Я. Вам. Доверяю, – Кэт умолкла. – Не подводите меня. И не заставьте жалеть о своих решениях, которые до этого момента, я думала, что были лучшими в моей жизни.

Влас шумно выдохнул.

– Прости, Кэт. Больше не повторится…

– Не знаю, что на меня нашло, – залепетала Лиза, но Кэт ее прервала:

– Зато я знаю, что на вас нашло, – женщина закатила глаза к потолку. – Вы просто ревнуете меня. Думаете, кого из вас двоих я люблю больше, – попыталась разрядить накаленную обстановку Кэт.

– Точно, – уголок его губ дернулся в едва заметной ухмылке, и Влас отвернулся от стены.

Лиза натянула улыбку и кивнула начальнице.

– А теперь… Пожали друг другу руки и пошли убирать бедлам, который вы натворили…

Лиза протянула Власу ладонь, слишком долго ожидая ответной реакции. Помешкав еще мгновение, он все же принял ее протянутую руку. Его горячие пальцы лишь на долю секунды коснулись ее руки, давая понять, что перемирие неискреннее и очень шаткое. Но на сегодня этого было достаточно.

– Вот и славно, – Кэти плюхнулась в кресло. – Нарисовали улыбки на ваших милых лицах, так чтобы персонал поверил, что все в королевстве «Мамонт» любят друг друга… – владелица бара тут же осеклась. – Ценят друг друга и уважают, – исправилась она.

Влас направился в бар, не дожидаясь, что Лиза последует за ним.

– Кстати говоря, Лиза, – обратилась Кэт к девушке, что стояла на прежнем месте, и протянула ей сверток, обернутый хрустящей крафтовой бумагой. – Влас заказал тебе именной китель. Нужно было время для пошива, ведь ты у нас – Дюймовочка. Добро пожаловать в команду. Говорю от нас обоих…

[1] Ром – основа множества коктейлей, в том числе таких хитов, как «Мохито», «Май-тай», «Пина-колада», «Между простынями» и «Желтая птичка». Ром различается выдержкой. Для большинства коктейлей используется белый ром. Классика – «Бакарди Супериор».

Глава 5. Паранойя

«Если человек считает себя лучшим существом во Вселенной, это называют паранойей. А если он считает, что лучшее существо во Вселенной – это особь противоположного пола, это называют любовью. Хотя принципиальной разницы между двумя этими маниями никакой – разве что вторая более распространена.» Ю.Л.Нестеренко, Охота за островом.

Последние месяцы Лиза жила по своему особому «совиному» графику: отсыпаясь днем и бодрствуя по ночам. Работа до поздней ночи, ежедневные интенсивные тренировки и несколько часов на сон заполняли каждый ее день до краев. Ей даже нравилось, что не оставалось ни одной свободной минуты для глупых мыслей и несбыточных грез о парне мечты из ее прошлого. Работая в «Мамонте», Лиза всегда возвращалась домой слишком уставшей и вымотанной, чтобы, наконец, приучить себя к новым обязанностям взрослой жизни. Например, к привычке вовремя проверять почтовый ящик на наличие квитанций об оплате услуг.

Новый дом, новый распорядок, новая работа – все для Лизы было в новинку. Теперь она жила в добротном доме из вылинявшего на солнце кирпича, с железными решетками на окнах первого этажа. Типичная сталинка[1] была одним из самых старых зданий на этой улице, но на арендной плате это никак не отражалось.

Небольшая съемная однушка, откровенно говоря, влетала Лизавете в копеечку, хотя не впечатляла ни расположением, ни наполнением, ни наличием адекватных соседей. Но, не смотря ни что, девушка уже считала ее своим домом и ласково называла – уютным балаганом Тайсона. По всем меркам это была скромная квартира-студия, с площадью чуть больше тридцати пяти квадратов с крошечным внутренним пространством, присоединенным к гостиной.

Когда она рассказала брату, что возвращается в родной город, он, конечно, настаивал на том, чтобы она жила вместе с ним, но Лиза вежливо отказалась. Она чувствовала себя виноватой и обязанной ему за все годы, что он был рядом и воспитывал ее как родную дочь, наплевав на личную жизнь. Не так давно Тимур женился, и Лиза ни при каких обстоятельствах не хотела мешать новому этапу его жизни и быть помехой, препятствующей уединению молодоженов. Ей было вполне достаточно наблюдать за его счастьем со стороны.

Сегодня девушка задержалась в баре, ожидая пока клининговая компания завершит привычную ночную уборку, поэтому домой она попала только под утро. Это был единственный день за прошедшую неделю, когда Влас не посетил «Мамонт». Их общение сократилось до кратких сухих приветствий, иногда заменяемых жестами или кивками.

Спрятав руку с зажатым перцовым баллончиком в кармане ветровки, Лиза быстрыми перебежками шагала к собственному подъезду от того места, где припарковалось такси. Водитель был вынужден высадить ее раньше, из-за того, что чья-то машина перегородила единственный въезд во двор, препятствуя проезду автомобилей в обе стороны.

Отказавшись от предложения таксиста проводить ее, Лиза добежала до нужного подъезда и, одним прыжком перепорхнув через ступеньки, влетела внутрь. Вспомнив о накопившейся за неделю корреспонденции, она прошла через фойе и направилась к почтовым ящикам.

Нужная девушке ячейка находилась выше остальных, и Лиза вынуждена была привстать на носочки, чтобы дотянуться до нее и достать почту. Пошарив внутри ящика рукой, она подцепила неустойчивую пирамиду из накопленных бумаг и потянула ее на себя. Квитанции, журналы, листовки выпорхнули из ящика, осыпав Лизу с головой, и феерично приземлились на бетонный пол.

Девушка присела на корточки, спешно собирая рассыпавшиеся документы. Внезапно взгляд зацепился за яркое пятно, выбивающееся из общей массы листовок, газет и счетов. Бумажная лента из связанных между собой миниатюрных открыток цвета «вырви глаз», так и кричала – посмотри на меня, возьми меня, разверни меня.

Непонятная тревога сжала сердце, и Лиза огляделась по сторонам, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, которая могла бы помочь ей понять, что происходит. С опаской взяв ленту в руки, Лиза повернула ее к себе так, чтобы было удобнее читать напечатанное послание. Колючий комок подступил к горлу, угрожая вырваться наружу вместе с криком, когда она прочла аккуратно выведенную одинаковую надпись на каждой открытке:

«ХОДИ – ОГЛЯДЫВАЙСЯ».

Вздрогнув и отбросив ленту в сторону, Лиза быстро вскочила на ноги и попятилась к собственной квартире. Наскоро провернув ключ в замочной скважине, она втиснулась внутрь и заперла дверь на щеколду и все имеющиеся замки. Чуть оправившись от испуга, чувствуя себя в безопасности за крепкой задвижкой двери и включив в помещении абсолютно все светильники, лампочки и подсветку на кухне, она закуталась в одеяло и, поджав под себя колени, забилась в дальний угол кровати, безмолвно глазея на дверь, не понимая, что же ей делать дальше.

Голова раскалывалась ни то от боли, ни то от тягостного напряжения. Каждый вдох отдавался ломотой в теле. Все вокруг казалось непрерываемым кошмаром, из которого Лиза никак не могла вырваться, чтобы проснуться и прийти в себя. В голове роились мысли, но, ни одна из них не приносила ответа на вопрос: кто мог ее так ненавидеть.

Просидев без сна и еды в застывшем положении достаточно долго, чтобы успеть разозлиться на саму себя, Лиза села в кровати. Тяжелое одеяло сползло с ее плеч, и девушка осознала, что до сих по дрожит. Бросив взгляд на спортивную сумку, стоящую у двери, она неспешно встала и медленно переоделась. Чувства обострились до предела. Она ощущала мягкую ткань на своей коже, а вместе с ней и волны страха и тревоги, накрывающие ее с головой. Каждую клеточку ее тела наполняла неуверенность и тысяча вопросов. Ей срочно нужно было избавиться от нарастающей паники, и единственный способ это сделать была возможность хорошенько поколотить грушу.

Она не желала проигрывать собственному страху и поддаваться захлестывающим ее эмоциям. Всю дорогу до спорт-клуба «Пегас» Лиза мысленно повторяла, что не позволит зажать себя в угол и довести до панического состояния, одновременно убеждая себя в том, что, возможно, все случившееся лишь чья-то неудачная шутка или досадная ошибка, и записка предназначалась вовсе не ей.

Пару часов спустя, закончив тренировку, Лиза устало вытерла пот с лица и груди и одним глотком осушила бутылку воды. До крайности измотав себя на дорожке, и тысячу раз отработав удары у мешка с песком, ей не хватало сил даже на то, чтобы передвигать ноги. Взглянув на настенные часы, она поняла, что слишком увлеклась и уже через пару часов ей нужно быть в «Мамонте», и она поспешила освежиться в душе.

Лиза стояла у пешеходной дорожки у самого бара, дожидаясь зеленого сигнала светофора. Автомобили мчались мимо, оставляя во влажном жарком воздухе удушающий след выхлопных газов. Анализируя все то, что произошло за ночь, Лиза отключилась от реальности и не заметила несущегося на нее велосипедиста. Он, не снижая скорости, пробуксовал в опасной близости от нее и рванул через дорогу, заставив девушку отшатнуться и врезаться в стоящий позади нее фонарный столб.

На какую-то долю секунды ее сердце остановилось, тело оцепенело, а руки, будто по собственной воле прижали к боку тренировочную сумку. Пытаясь восстановить равновесие и бормоча себе под нос ругательства, Лиза спешила скорее укрыться от невидимого преследования в баре.

Девушка залетела в «Мамонт», заперла за собой дверь и остановилась на пороге, опершись на колени ладонями и пытаясь отдышаться, словно она только что пробежала кросс на длинную дистанцию или уходила от погони. Лиза осмотрелась, проверяя, не заметил ли кто-нибудь ее внутренние метания, и с радостью поняла, что Влас, сидящий за стойкой, слишком увлечен экраном ноутбука, чем ее визитом.

– Как раз вовремя, Тайсон, – не поднимая на девчонку глаза, отсалютовал ей управляющий клубом. – Я поставил тебе дополнительные смены в эти выходные. Мне кажется, будет уйма народу.

– Это обязательно? – рыкнула Лиза, молясь, чтобы резкий тон прикрыл ее нервозность. Она стояла, прислонившись спиной к двери, жадно втягивая ртом воздух и стараясь глубоко дышать.

– Необязательно только для тех, кто не хочет работать со мной. Для остальных – обязательно, – наконец, подняв на нее взгляд, Влас внезапно умолк, разглядывая ее перепуганное лицо и ладони, крепко сжатые в кулаки до белых костяшек.

– Ты угрожаешь мне, Влас? – страх сменился злостью. Голос Лизы предательски дрожал, но она старалась не подавать виду.

– Всего лишь ставлю тебе дополнительные смены. Тебе что сложно работать со мной? – от уже привычной ядовитой ухмылки парня не осталось и следа. Влас просто смотрел на нее с непроницаемым выражением лица, про себя перебирая возможные причины ее странного поведения. – Тогда почему ты еще здесь, Лиза? Закончи этот маскарад и уходи.

– А как же «Мамонт», Влас? – тяжело вздохнув и укоризненно помотав головой, девушка оттолкнулась от двери, поправила на плече ремень от спортивной сумки и двинулась в сторону раздевалок.

Влас со скоростью молнии опередил Лизу в коридоре и преградил путь, вынудив ее остановиться. Она зашипела и оттолкнула его, задержав руки у него на груди чуть дольше, чем было нужно.

– Справлюсь. Не переживай, – его пристальный, пронзительный взгляд привлек внимание, и от этого ей стало неуютно. – Не впервой оставаться одному, Тайсон, – гнев в его голосе исчез, оставив почти осязаемую теплоту. Лиза смотрела на него в течение пяти напряженных секунд, а затем заставила себя отвести взгляд.

– Знаешь что, Влас? Не дождешься! – от его уверенности в себе у нее задрожали колени, но она решительно продолжала держать оборону. – Снова заставляешь принять твои условия?! – откинув голову назад и посмотрев ему прямо в глаза, Лиза сглотнула. – Снова командуешь?!

– Так будет лучше для нас обоих, Лиз, – едва слышно прошептал он и провел пальцем по ее ключице, словно стряхивая невидимое перышко и невольно запуская мурашки по ее телу.

– Черта с два, диктатор! Я не доставлю тебе такого удовольствия! Тебе меня не запугать! – Лиза принялась ходить взад и вперед, морщась и раздувая губы, будто ей невмоготу было стоять на месте даже пару секунд. – Буду бесить тебя, пока тебя не начнет тошнить от моего присутствия!

– Снова игра кто кого, милая Лиза? Ты серьезно? – она вновь сделала шаг в сторону, но он остановил ее, положив ладонь на ее предплечье, и тут же отдернул руку, почувствовав жжение в кончиках пальцев от статического электричества.

– Играешь с огнем, сэнсей! – в узком коридоре было достаточно темно, так что он не увидел, как пылают ее щеки. Лиза откашлялась, не зная, что еще сказать или сделать, чтобы он, наконец, отстал от нее и не находился так заманчиво близко.

– Я не боюсь твоего огня, пожарник… – ответил он чересчур притягательной улыбкой.

– Ты пожалеешь! Слышишь?! Пожалеешь! – весь ужас, что успел накопиться за прошедшие несколько часов и сидел где-то внутри нее, вырывался наружу вместе с криком и приносил облегчение.

– Какие у нас здесь правила, помнишь? – Влас с интересом наблюдал за ней, не веря, что она вновь только что бросила ему вызов.

– Как ты достал со своими правилами, Влас! Расскажи, где и когда я их нарушила? – она запнулась, пытаясь понять, не смеется ли он над ней, в очередной раз, упоминая свои дурацкие правила. – Ищешь то, что поможет быстрее избавиться от меня? Повторяю – не дождешься! – Лиза гордилась своим язвительным ответом. Вернее, гордилась бы, если бы в это мгновение у нее не заурчало в животе. Притом очень громко.

– Тайсон, помимо работы, иногда надо есть. Иначе смены не выстоять, – Влас шутил, но все равно был прав. – Когда ты ела в последний раз?

– Не твое дело, сэнсей!

– Мое. Я твой работодатель, – он взял ее за руку и потянул за собой.

– Работодатель не равно рабовладелец! – Лиза вырвалась из его хватки и сделала шаг назад, подняв кулаки в отработанной стойке.

– Ты сейчас будешь бить меня, чтобы съесть за обедом? – сказал он, смыкая губы в прямую линию. – Не пойдешь сама, я тебя понесу!

Угроза прозвучала убедительно, и Лиза, перестав дергаться, последовала за ним.

– Садись, – коротким кивком указывая в сторону своего кресла, произнес он.

– Я не буду.

– Сядь, я сказал! И не двигайся с места! – парень налил две чашки кофе, а затем подошел к столу и, пошарив в портфеле, извлек из него бумажный пакет.

– Достаточно, Влас! Я не могу… я не хочу здесь сидеть! – она больше не видела перед собой того язвительного босса, с которым имела дело последние пару дней, и не знала, как реагировать на «нового». Вместо колючего грубияна перед ней стоял очень красивый… и очень усталый парень. Сегодня он был одет в темные джинсы, белую рубашку, застегнутую на все пуговицы и ботинки на босу ногу, и ей так хотелось как можно быстрее запомнить каждую деталь этого момента, словно Влас может исчезнуть навсегда в следующую секунду.

– А теперь ешь, – парень протянул ей сверток, но она, скрестив руки на груди, упрямо игнорировала его просьбу.

– Хватит обращаться со мной как с младенцем! Раздражаешь! – ее нос защекотал непередаваемый манящий аромат, который исходил от кулинарного изделия. Любимый запах мексиканских пряностей и кукурузной муки. Лиза облизала губы и сглотнула собравшуюся в уголках рта слюну.

Губ Власа коснулась победная улыбка, и он присел на край стола прямо перед ней, уперевшись свободной рукой в столешницу.

– Ты неправильно произнесла слово, – заговорщицки прошептал он. – Снова перепутала все буквы в словосочетании: «Влас, ты очарователен»!

– Бесишь… – выдохнула она, принимая съедобный подарок. – Лиза не хотела улыбаться, но практически улыбнулась.

– Тайсон, субординация для тебя не существует?

– Конечно, сэнсей, – она распечатала пакет и извлекла из него ее любимое такос[2] – Будет исполнено, сэнсей, – жадно откусила огромный кусок и принялась громко его пережевывать, – Слушаюсь, сэнсей, – не переставая жевать, добавила она. – Правильно субор…дини…рую? – спросила она, чтобы не молчать, и снова откусила кусок.

– Прекрати это… – Влас просверлил Лизу взглядом, словно собираясь что-то добавить, но только сжал кулаки.

– Что прекратить? – она чувствовала на себе этот взгляд, от чего ее щеки покраснели еще сильнее, и молилась, чтобы Влас этого не заметил.

– Вести себя как ребенок, – он вновь окинул ее многозначительным взглядом, запуская очередную волну жара к лицу.

– О-о-о, ничего нового! Я все еще ребенок! – новый кусок такос оказался у нее во рту. – Ты знаешь, мне правда хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но… не мое это, сэнсей. Не моё…

– Тайсон, я устал. Давай остановим это на сегодня.

– Что остановим?

– Эти боевые действия, – он указал сначала на нее, а потом на себя. – Нет сил. Не хочу. Хватит.

– Это приказ, босс?

– Это просьба, – он протянул ей ладонь для закрепления договора. – Давай объявим перемирие, как и просила Кэт. Глядишь, и получится у нас дружить?

Лиза кивнула, позволяя его руке стиснуть ее ладонь. На секунду она позволила себе посмотреть на их руки, удивленная возникшей хрупкой связью и необъяснимой нежностью.

– Я отвезу тебя домой, – выпалил Влас, дождавшись, когда Лиза доест и запьет все щедрым глотком кофе. – Ты отдохнешь и выспишься, а завтра останешься дома.

– Ты меня увольняешь из-за такос?

– А должен? – его карие глаза дразнили ее.

– Я не буду отдыхать. Я лучше останусь сегодня в баре и переночую в комнате отдыха.

– Не заставляй меня запенить дверь твоей квартиры снаружи, чтобы ты могла отдохнуть. Вставай. Я отвезу тебя. Это не обсуждается.

– Нет.

– Тайсон!

– Нет! Я не могу домой, – в глазах промелькнул страх, она начала заикаться. – Там… там… там травят тараканов… клопов… мышей… крыс…

– О-о-о, ужас! За что ты мне такая досталась? – Влас запустил руки в волосы и помассировал голову, пытаясь избавиться от напряжения и гнетущих мыслей. – Где же я так нагрешил в прошлой жизни? Я что младенцев жрал, не глотая? – Влас закатил глаза к потолку, обращаясь к невидимому собеседнику или самой вселенной, Лиза не сдержалась и громко хихикнула. Парень на мгновение замолчал, а затем со вздохом добавил:

– Значит, поедем ко мне.

– Нет. Нет. Нет! Нет-нет-нет! – она подняла руки вверх, чтобы остановить любые его слова, если он вновь захочет предложить что-то подобное.

– Я с первого раза понял, Тайсон. Тебя заклинило? – уголок его губ дернулся в едва заметной ухмылке.

– Я не поеду к тебе. Ты что ни разу не слышал слова «нет» за свою жизнь?

– Лиза… – ее имя прозвучало с мольбой.

– Что? – слишком визгливо вышло у нее.

– Зачем ты это делаешь? Зачем споришь? Я не предлагаю тебе спать со мной или выходить замуж. Я предлагаю тебе временное пристанище. Примешь ванну и выспишься на огромном диване. По-человечески. Без тараканов, клопов, мышей и кого…? Крыс?

– Нет, сэнсей.

Влас тяжело вздохнул.

– Хорошо, Лиза… – повторил он, словно пробуя ее имя на вкус. – Давай так… Я увезу тебя к себе, а сам вернусь в «Мамонт», чтобы ты чувствовала себя свободнее. Мне все равно нужно работать.

– Ты сделаешь это?

– Да, Тайсон, – кивнул он, отвечая сдержанным, натренированным тоном. – Я сделаю это.

Следующие пару минут они сидели в дружеской тишине, будто судья дал свисток и объявил тайм-аут, и каждый, молча, допивал свой остывший кофе.

[1]«Ста́линки», сталинские дома, сталинские здания – общее разговорное название многоквартирных домов, сооружавшихся в СССР с 1933 года до 1961 года.

[2]Такос, или тако, – традиционное мексиканское блюдо из кукурузной или пшеничной лепешки тортильи с разного рода пряными начинками. Мексиканская кухня интересна своими сочетаниями специй с мясными и рыбными ингредиентами, поэтому существует множество вариаций рецептов тако.

Глава 6. Объятия

Просто обнять – это бесконечно много. Когда достаточно закрыть глаза, прочувствовать поцелуи солнца и касание ветра к коже, чтобы пробудить воспоминания. Когда достаточно замереть, не двигаться и не дышать, чтобы подарить спокойствие. Когда можно безгранично делиться теплотой, ничего не потратив взамен.

Но иногда, чтобы понять и оценить объятия любимых, нужно понять каково жить без них.

Влас уверенно вел машину по широкому шоссе.

– Я не сказала тебе адрес, – настороженно произнесла Лиза, когда автомобиль повернул на нужном повороте.

– Я смотрел твое личное дело, Тайсон. Я знаю этот район, на месте подскажешь все остальное, – Влас заговорил, и от его резкого тона по спине Лизы пробежала дрожь.

Навязчивая мысль замелькала перед глазами красной тряпкой: «а что если автор открытки Влас?». Лизе показалось, что воздух в окружающем ее пространстве закончился, хотя окна в автомобиле были приоткрыты. Она не понимала, что с ней происходит, и не понимала по какой причине: из-за присутствия Власа или из-за вновь проявившегося страха. Стало невыносимо трудно дышать. Грудь сдавливало куда резче, чем от ремня безопасности.

– Ты в порядке? – спросил он, словно прощупывая почву. Притормаживая у каждого светофора, Влас поворачивался к Лизе, разглядывая ее мертвенно-белое лицо с черными ямами у глаз и пытаясь найти вескую причину странным переменам.

– Я… да… нет… наверное… – девушка слегка ерзала, словно ей было больно сидеть смирно.

– Очень информативно, – Влас нахмурил лоб, будто ему вовсе не понравился ее ответ.

– Я просто не знаю, что говорить, – она занавесила лицо волосами в попытке скрыться от его взгляда.

Следующие двадцать минут прошли в напряженном безмолвии. В машине было настолько тихо, что, казалось, был слышен стук обеспокоенного сердца парня и гром перепуганного сердца девчонки.

– Куда дальше? – Влас барабанил пальцами по рулю.

– Прямо, – Лиза вздрогнула от его голоса, будто с его звуком вернулась к реальности. – Притормози вот здесь, у этого подъезда.

– Я пойду с тобой.

– Зачем это?

– Хочу посмотреть на твоих вредителей, – ответил Влас без намека на улыбку. Вновь повисла неловкая пауза. – Я просто помогу тебе донести вещи, Тайсон. Выдохни уже. У тебя такое лицо, будто ты сейчас в обморок упадешь.

– Нет.... Я сама… Я могу сама, – она заправила за ухо несуществующую прядь волос.

– Лиза, мы уже прошли стадию отрицания. Просто выходи из машины и смирись, что я иду с тобой.

Девушка неуверенно кивнула и покинула салон автомобиля. Зайдя в подъезд, она несколько раз обернулась, давая глазам привыкнуть, чтобы осмотреться по сторонам. Она пыталась дышать, пыталась предвидеть следующие несколько мгновений, пыталась избавиться от внезапной пробирающей насквозь дрожи. Ноги стали, будто ватными и не желали ступать и шагу. Девушка прошла через фойе, оттуда к квартире и с замиранием сердца подошла к собственной двери. Достав связку ключей и фокусируясь на механизме замка, Лиза пыталась попасть ключом в замочную скважину, но пальцы перестали слушаться, как только она заметила надпись выведенную помадой у ее звонка: «БЕСПОЛЕЗНО ПРЯТАТЬСЯ». Ключи невольно выпали из ее рук.

– Что это, Лиза? – Влас искал в ее глазах ответа, но в них не было ничего, кроме бескрайнего ужаса.

– Это было… Это было здесь раньше, – соврала девчонка, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Не веди себя, как параноик, – в конце предложения ее голос сделался неестественно высоким, и, почувствовав это, девушка сникла.

– Если у меня паранойя, то это еще не значит, что здесь не происходит что-то стремное. – Влас заметил, как у Лизы затряслись руки, и она просунула пальцы в петли для ремня на ее джинсах, чтобы унять тремор. – Как давно это здесь?

– Я…я не знаю, откуда это взялось, – она присела и быстро подняла ключи с пола, пытаясь оторвать взгляд от бетонного пола, на котором они лежали.

– Я задал вопрос.

– Утром… утром этого не было… – она съежилась и повернулась к Власу.

– Это и есть те самые клопы, мыши, тараканы?

Лиза многозначительно молчала.

– Крупные… – Влас резко умолк, замечая, что Лизу отчаянно трясет. Он приник к ней, обнимая ее за талию, а она ответила на его объятие, сжав с такой силой, будто пыталась выдавить из него всю начинку. – Тише-тише, девочка моя. Ты не одна. Я рядом. Дай мне ключи, – он вывернул ключи из ее ладони, продолжая прижиматься подбородком к ее макушке. – Возьми самое необходимое, и мы уедем отсюда. Дай мне номер твоего арендодателя.

– Зачем? – она стояла неподвижно, словно боялась, что если двинется, то Влас исчезнет и она упадет.

– Затем. В эту квартиру ты не вернешься.

– Что? – Лиза отстранилась от него, как ошпаренная, изумленно вглядываясь в его лицо.

– Что слышала. У меня достаточно места, чтобы разместить тебя, пока мы не разберемся с твоим воздыхателем.

– Нет, – Лиза истерично засмеялась и отступила назад.

– Ты звонила в полицию? – не унимался Влас, перебирая связку в руках, ища подходящий ключ. – Тогда может Тимуру? Тоже нет? Тогда ты собираешь вещи и едешь ко мне. Без разговоров.

– Я… я не знаю, что говорить. Я выбросила открытку… – тугой комок беспокойства скрутил желудок с новой силой.

– Открытку? Было еще что-то, о чем ты не говоришь?

– Только это.

Влас отворил дверь и тихонько толкнул девушку внутрь.

– Боже, Тайсон, тебя нельзя упускать из виду, – парень тяжело вздохнул.

– Сейчас это не кажется таким уж смешным, – горькая ухмылка коснулась ее губ.

– Где твои вещи?

– У меня их немного, – Лиза продолжала стоять на месте.

Влас без разбору скидывал одежду из ее платяного шкафа в дорожную сумку, что нашел у ее кровати.

– Что еще взять? Белье? – не дожидаясь ее ответа, Влас открыл комод, извлекая из него несколько кружевных лоскутков.

– Боже, сэнсей! Давай, я сама! – будто очнувшись ото сна, девушка подбежала к Власу и вырвала из его рук свое белье.

– Ладно-ладно. Я просто хотел помочь. Не хотел открывать этот ящик Пандоры[1].

– Они настолько неприятны? – краска стыда и смущения залила ее щеки.

– Они… До безобразия прекрасны.

– Остановись, – Лиза спрятала лицо в ладонях. – Пожалуйста, скажи мне, что мы только что не обсуждали мое нижнее белье…

– Очень мило смущаешься, Тайсон.

– Очень мило с твоей стороны продолжать меня смущать!

– Возьми жирафопижаму, – она наклонился вперед, говоря это только для ее ушей, словно в комнате был кто-то еще и мог его услышать. – Она довольно милая…

– Влас! – она покраснела еще больше, чем от жары, и повернула к нему голову, смерив его грозным взглядом.

– Молчу-молчу! – он поднял руки вверх в знак капитуляции.

– Этого хватит на пару дней, – закрыв сумку, Лиза закинула ее себе на плечо.

– Потом приедем за остальным.

– Влас, пожалуйста… Я не могу…

– Теперь это и моя проблема, Тайсон, – невозмутимо сказал он, жестом указывая на всю нее целиком.

– Я твоя проблема?

– Уже давно. Но я смирился.

– Я не хочу доставлять тебе неудобства, сэнсей.

Он наклонился и выдохнул у самых ее губ:

– Надо было думать об этом два года назад, когда впервые поцеловала меня, – Влас забрал сумку с ее плеча и, переплетя свои пальцы с ее, потянул за собой прочь из квартиры. – Пошли, Тайсон.

– Я не взяла щетку и пасту… – нерешительно запротестовала она.

– Купим все по дороге, – выпалил Влас, одновременно набирая чей-то номер телефона. – Алиса?! Да, это я. У тебя сегодня выходной? Ты мне нужна, – на словах «Алиса, ты мне нужна» сердце Лизы больно сжалось в груди. Слух пропал, и, казалось, она больше не разбирала слов, словно ее окунули под воду с головой. – Буду позже. Просто открой «Мамонт» и предупреди, Кэт! Сделай, как я прошу! Я приеду, Алиса!

Лиза услышала, как Алиса хихикает, лепеча парню что-то улюлюкающее, но он оборвал звонок и бросил гаджет на приборную панель автомобиля.

Несколько минут, пока машина Власа мчала к его дому, Лиза чувствовала себя бесцельно, будто оказалась в вакууме. От ревности и изматывающей тревоги все внутри скрутило тугой петлей, а сердце грозилось вырваться наружу. Она смотрела сквозь боковое стекло, не видя ничего перед собой.

– Хочешь есть? – Влас провел ладонью по ее бедру, легко сжав его, пытаясь привлечь ее внимание.

Лиза сглотнув, отрицательно покачала головой.

– У меня ничего нет из еды дома.

– Я не хочу, есть, Влас, – она отвернулась, чтобы не встретиться с его взглядом.

– Закажем на дом, – озвучил он вслух и вернул руку на руль.

***

Влас оставил ее сумку у двери, продолжая смотреть, как она разувается и не решается пройти внутрь.

– Чувствуй себя, как дома. Ну… или как получится.

– Спасибо, сэнсей, – их взгляды встретились, и Лиза задержала дыхание.

Влас разулся, взял ее за руку и сжал ее своей. Они прошли по коридору в гостиную, где с момента последнего визита Лизы, появился удобный диван и большой телевизор с гнутым экраном.

– Я подожду, пока ты уснешь.

– Я не хочу спать.

– Ты спала ночью? – вопросительно поднял бровь парень.

– Пожалуйста, сэнсей. Будь милосерден. Хватит со мной нянчиться.

– Хочешь, осмотреть комнату? – тихо спросил он, не отпуская ее ладони.

– Влас, я знаю твою квартиру изнутри. Можно, я просто посижу здесь, – она указала на диван в гостиной.

– Чай? Кофе? Какао? – Влас встал прямо перед ней, положив руки ей на плечи.

– Просто посиди со мной, – Лиза осеклась на последнем слове. – Недолго…

– Прости. Ты права, – Я немного нервничаю, он смотрел на нее так, словно на Земле и во всей вселенной больше никого не существовало. – Хочешь, включу что-нибудь?

Лиза пожала плечами.

– «Грязные танцы»[2]? – предложила она.

– Хотел предложить «Назад в будущее»[3], но Патрик Суэйзи определенно победит в этом раунде, – улыбка Власа была настолько искренней и заразительной, что девушка не удержалась и улыбнулась в ответ.

– Он горячее, чем Марти Макфлай[4], – пыталась натянуть улыбку Лиза.

– Даже горячее меня?

– Я этого не говорила, – сказала она, стараясь дышать как можно ровнее.

– Я побуду с тобой недолго. А потом мне нужно будет уехать. У меня есть дела, – заикался Влас от внезапно нагрянувшего волнения. – Здесь ты в безопасности, Лиз.

Острый укол печали омрачил ее лицо. Она покачала головой и отвела взгляд.

– Я включу сигнализацию, чтобы тебе было спокойнее. Если что-то пойдет не так, приедет полиция и все-все-все.

Ее сердце тяжкими ударами пропускало через себя кровь. Слезы навернулись в уголках ее глаз, и Лиза соскользнула на пол, обхватив ноги руками, чтобы уткнуться лбом в колени.

– Я не допущу, чтобы что-нибудь с тобой случилось. Слышишь? – он присел рядом и притянул ее за колени к себе, заключая в кольцо своих рук. – Если тебе понадобится выйти из квартиры, набери код 1705. Слышишь?

Продолжая беззвучно шевелить губами и кивать ему в ответ, Лиза глотала слёзы, в попытках выдавить из себя хоть слово.

– Как мой день рожденья… Я запомню… – наконец, прохрипела она сквозь глухие рыдания.

– Да, – стараясь дышать ровнее и игнорируя ее комментарий, ответил Влас. – Постарайся отдохнуть и ни о чем не думать. Мы разберемся с этим.

Лиза старалась не акцентировать внимание на слове «мы» и не вкладывать в него больший смысл, чем заложил в него Влас. Это просто дружеский жест. Не более. Не переставала себя убеждать девчонка.

– Я подожду, пока ты уснешь, – он провел подушечкой большого пальца по ее нижней губе, и она в панике поджала ее зубами.

– Для этого тебе придется меня усыпить, – Лиза провела ладонями по лицу, заводя волосы за уши и подавляя нервный смешок.

– О-о-о, это легко! – Влас перехватил ее ладонь и потянул девушку в направлении дивана. – Ложись ко мне на колени!

– Я не буду этого делать, – Лиза попятилась назад, оглядываясь по сторонам, прикидывая пути отступления.

– Будешь.

– Не буду!

– Предменструальная агрессивность?

– Что-о-о?! – от неожиданного вопроса девушка подалась вперед, падая парню прямо в руки.

– Эффект неожиданности, – Влас поймал ее, уложил головой к себе на колени, а сам, откинувшись на спинку дивана, начал ее щекотать. – Сколько еще раз мне нужно было сказать, что будешь, чтобы ты уже угомонилась? – Лиза заливалась хохотом и вырывалась, а он всё щекотал и щекотал её, не сводя глаз с любимой улыбки.

– Боже милостивый, нисколько, сэнсей, нисколько, – она дышала незаметными глубокими вдохами вместо больших глотков, чтобы унять смех. – Только остановись, пожалуйста!

На лице Власа просияла счастливая улыбка, будто он выдохнул с облегчением, после того, как услышал, что она смеется.

– И снова безоговорочная победа! – парень поднял руку, чтобы предложить ей ударить кулаком о кулак, но не дождавшись ее реакции, жестом изобразил фейерверк.

– Ты жульничал!

– Все равно, – сказал он ровно и безэмоционально. – Ничто так не отпугивает ночные кошмары, как громкий смех и искренние объятия.

Лиза устроилась поудобнее на его коленях и прикрыла глаза. Его ладонь зарылась ей в волосы, мягко массируя подушечками пальцев у самых корней. Влас что-то тихонько напевал, но она никак не могла угадать мелодию, чтобы вспомнить песню. Она обещала себе запомнить ее, чтобы завтра обязательно узнать слова, но сон победил быстрее, чем она смогла запомнить ноты…

[1]«Открыть ящик Пандоры», означает совершить действие с необратимыми последствиями (обычно негативными).

[2] Грязные танцы … «Гря́зные та́нцы» (англ. Dirty Dancing) – американская мелодрама 1987 года с участием Патрика Суэйзи и Дженнифер Грей

[3] «Наза́д в бу́дущее» (англ. Back to the Future) – американский научно-фантастический фильм режиссёра Роберта Земекиса.

[4] Марти Макфлай – главный герой трилогии «Наза́д в бу́дущее» (англ. Back to the Future) – американский научно-фантастический фильм режиссёра Роберта Земекиса.

Глава 7. Просто друг

Для дружбы часто не страшны дистанции, а для любви иногда недостаточно близости.

С переездом Лизы в квартиру Власа, казалось, их ежедневный распорядок превратился в нечто механическое. Что-то, что следовало четким инструкциям, алгоритмам и скучным маршрутам: работа-дом, дом-работа, дом-тренировка, тренировка-дом.

Они почти не виделись всю неделю, словно основная цель их общения свелась к избеганию друг друга любой ценой. Лиза невольно представляла, что каждый свой вечер Влас завершает в объятиях Алисы. С каждым днем картинка становилась все ярче, обрастая деталями и подробностями.

Влас организовал для Лизы автомобиль с личным водителем, который доставлял ее туда, куда она попросит. Пожилой крепкий мужчина, не принимая ее возражений, сопровождал ее везде: ни свет, ни заря встречал ее с дежурства в «Мамонте», провожал ее до дверей спорт-клуба «Пегас» и отвозил обратно в квартиру Власа.

Чем дольше Лиза оставалась в одиночестве в пустой квартире, тем больше ей хотелось сделать хоть что-то, чтобы вернуть Власа домой. Она безумно скучала. Иногда скучала настолько сильно, что с трудом верила, что такое вообще возможно. В свой очередной выходной, не в силах больше выносить и дня, чтобы не видеть его, и, не допуская отговорок, она решила сама ему позвонить. Сев на кровать и прислонившись к ее изголовью, она достала телефон и быстро нажала кнопку «вызов» напротив его номера, боясь передумать. От смущения Лиза не могла вдохнуть, словно воздух покинул ее легкие. Сердце гулко стучало в груди и пускалось вскачь с каждым новым гудком.

– Привет, – выдохнул Влас в трубку после третьего гудка. Звук его голоса заставил Лизу судорожно вздохнуть, хотя секунду назад она думала, что уже больше никогда не сможет дышать.

– Привет… – эхом повторила девушка и притихла, не решаясь продолжить разговор. – Я знаю, ты занят, но я тут решила спросить, заедешь ли ты сегодня? Я наготовила на целую ораву, и мне не осилить столько… – она дала ему возможность договорить за себя, но он так долго молчал, что начало казаться, что звонок вообще прервался. Лиза отодвинула телефон, чтобы посмотреть на экран и проверить связь, затем снова прижала его к уху, как раз вовремя, чтобы услышать его краткое:

– Я ел.

– Оу… – ее инстинкты самосохранения требовали, чтобы она сию секунду прервала эту странную беседу и положила трубку. – Прости, я поняла. Просто я не видела тебя всю неделю. Ты, кажется, съехал или что-то в этом роде. Я просто… – она перешла на шепот от подступающей горечи произносимых ею слов. – Хорошо… Тогда извини…

«Мой разговор с курьером обычно длится дольше, чем разговор с тобой, Влас.» подумала Лиза, но вслух больше ничего не добавила.

– Я приеду, Лиз. Буду около семи. Купить что-нибудь? – повисла неловкая пауза, будто он хотел сказать что-то еще, но потом передумал.

– Нет. Ничего не надо, я заказала доставку.

– Хорошо. Тогда до вечера.

– До вечера, сэнсей.

***

Скинув у порога туфли, Влас направился прямиком на кухню, предвкушая, скорее увидеть Лизу. С кухни доносились сладкие, умопомрачающие ароматы, и он нетерпеливо сглотнул слюну, с самого обеда мечтая хоть о кусочке еды во рту.

В кухне было довольно темно, тусклый свет от светодиодной подсветки едва освещал небольшое помещение, и парень не сразу разглядел в полумраке Лизу. Курчавое «облако» в пижаме порхало у плиты, напевая что-то себе под нос. Мягкие пружинки ее волос кокетливо покачивались из стороны в сторону в такт ее движениям и касались ее поясницы. Шорты ничуть не скрывали ее стройные ноги, а укороченный топ заканчивался точно под грудью, подчеркивая тонкую спортивную талию.

Взгляд Власа жадно скользил по ее телу, останавливаясь на каждом открытом участке ее кожи и каждом изгибе.

«Жирафопижама… Привет…» поздоровался он про себя.

Воспользовавшись тем, что не был замечен, Влас прислонился к дверному косяку и стал тихонько наблюдать за девушкой. Несмотря на полумрак, холодный свет в избытке окрашивал волосы Лизы мягкими фисташковыми оттенками. Непринужденный танец и каждый её жест вновь необъяснимо влекли его, как бы он не пытался держать с ней дистанцию. Влекли с бешеной силой.

Влас прокашлялся, восстанавливая сбившееся дыхание, и Лиза обернулась к нему, наградив лучезарной улыбкой и теряясь от его пристального взгляда.

– Что? Что у тебя с лицом? Почему ты так странно смотришь на меня? – она гордо выпрямилась и постаралась выглядеть уверенной, несмотря на свой уютный домашний прикид, в котором она больше напоминала плюшевого жирафика, чем независимую молодую женщину. Особенно сейчас. Рядом с ним и его идеальными темно-синими брюками и белой рубашкой. Словно он только сейчас вернулся со съемочной площадки.

– Здесь очень редко пахнет едой, – его взгляд метнулся к ее стопам в пушистых белоснежных носках, медленно поднимаясь по ее ногам к шортам, от резинки шорт к топу и только потом к ее бескрайним синим глазам. Их глаза встретились всего на мгновение, прежде чем, он начал говорить вновь. – Я… Я в восторге. Просто он внутри. Я тебе его не показываю, – парень продолжал стоять в арочном проходе между прихожей и кухней и загадочно улыбаться.

– Сочту за комплимент, – девушка приложила ладонь к груди и притворилась шокированной его реакцией. – Садись, буду тебя кормить.

К тому времени, как они закончили ужин, обменявшись стандартными «как прошел день» и «какие планы на неделю», на улице заметно стемнело. Переместившись на диван в гостиной, несколько минут они сидели в молчании, не глядя друг на друга. Пока Влас подыскивал им фильм для просмотра, Лиза тщетно пыталась унять дрожь в руках, прижимая ладони к коленям.

– Сегодня победила «Матрица» от Вачовски, – словно готовясь к важной и неотложной беседе, Влас убавил звук до громкости собственного дыхания, продолжая нервно хватать воздух ртом и ерзать на месте. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но у него зазвонил телефон. На экране высветилось «АЛИСА», и парень, выключив звук и на нем, перевернул гаджет экраном вниз. – Спасибо за прекрасный ужин, Тайсон, – наконец, выдавил он.

– Мне было приятно тебя кормить, – призналась она.

– Я не причмокивал за столом? – в ответ на его улыбку, Лиза пожала плечами. – Если что, извини… – беседа не ладилась, то и дело, проваливаясь в яму молчания, но девушка была рада и этому.

– Ты у себя дома, сэнсей, а извиняешься так, словно я тут хозяйка.

«Хотел бы я, чтобы так оно и было, Лиза» подумал он, но вслух произнес:

– Я хочу, чтобы тебе было здесь комфортно, Тайсон.

– Так и будет, если ты будешь ночевать дома!

– Лиза, я просто держусь на расстоянии. Я едва ли могу существовать с тобой в одной квартире. Не хочу пугать тебя и вторгаться в твое личное пространство.

– Влас, мне неудобно, что из-за меня ты не ночуешь дома!

– Неужели, это только сейчас стало так очевидно? – он старался, чтобы вопрос прозвучал небрежно, как будто между делом, но Лиза все равно чувствовала напряжение, которое проскользнуло в его голосе.

– То есть, ты согласен, что это из-за меня? – это стерло намек на улыбку с ее лица.

– Я думал, что все прозрачно, как ясный день, – Влас закрыл ладонями глаза и театрально застонал. – Лиза, я не железный! В конце концов, я всего лишь человек… – он резко встал, и, схватив с дивана подушку, мягко бросил Лизе в лицо. Пока она приходила в себя от неожиданности, Влас поднимался по лестнице, направляясь в сторону своей спальни.

– Что это значит, сэнсей? – окликнула его девушка и швырнула подушку в ответ, но он успел от нее увернуться.

– Ничего, – Влас обернулся на самой верхней ступеньке и показал ей язык.

– Ах ты! – Лиза рванула за ним, но он уже был наверху и, когда она его нагнала, Влас как раз стянул с себя рубашку, оставшись в одних брюках.

– Ой… – успела выпалить девушка, когда очередная подушка ударилась о его крепкий торс. Она замерла, неспешно блуждая взглядом по его телу.

– Лиза, мои глаза здесь, – пошутил он, привлекая ее внимание.

Развернувшись на месте волчком, Лиза запрыгала через ступеньки, пытаясь убежать от надуманного преследования.

– Аккуратнее на лестнице! – звонко смеясь, успел выкрикнуть ей вслед Влас, а уже через секунду послышался глухой грохот и крик.

– О, черт! – застонала Лиза, злясь на саму себя. Она прижала ладонь к пояснице, чтобы облегчить боль, но легче не стало. Девушка почувствовала, что пальцы стали мокрыми и, вернув ладонь к глазам, увидела капли крови. По ним можно было сказать, что царапина не была глубокой, но Лиза зажмурила глаза и попыталась успокоиться.

Через мгновение Влас уже стоял рядом, по-прежнему в одних лишь шелковых брюках, и поднимал девушку с пола.

– Ты рассекла себе поясницу до крови, – Влас стоял за ее спиной, а его пальцы блуждали по краю ее футболки, приподнимая ее вверх и приспуская пижамные шорты на пару миллиметров, чтобы обнажить участок поврежденной кожи.

– Все в порядке, – Лиза задрожала, когда его рука слегка надавила под царапиной, и взвизгнула. – Ауч… Только немного больно!

– Пошли. Это нужно обработать и наклеить пластырь.

– Может, ты сначала оденешься? – Лиза покачала головой, слишком раздраженная и взволнованная, чтобы слушать его.

– Я тебя смущаю? – он притормозил и повернулся к ней лицом, немного наклоняясь, чтобы поймать ее взгляд.

– Нет. Нет! Нет-нет-нет! – мгновение она колебалась, перед тем как позволить ему увлечь ее за собой.

– Старая пластинка моего Тайсона.

Лиза фыркнула и закатила глаза.

– Я уверен, ты уже представляла меня обнаженным, – он протянул руку и коснулся ее щеки, заставляя ее посмотреть на него. – Скажи это.

– Может, ты прекратишь, Влас?! – она застонала и закрыла лицо свободной ладонью.

– Ты такая милаха, когда стесняешься… – его губы растянулись в легкой ухмылке, а взгляд метал теплыми искрами, превращая Лизу в подтаявший мёд.

Девушка не успела понять, как они оказались в тесной комнате, и Влас, сев на край ванны, потянул ее к себе.

– Повернись и стой спокойно, неугомонная!

– Я справлюсь. Мне не нужна твоя помощь, сэнсей.

– Ты ведешь себя… – он подбирал слово, которое не заденет ее самолюбие. – Смехотворно! Повернись и подойди ко мне поближе, чтобы я мог обработать рану!

– Если я подойду еще ближе, то я сяду к тебе на колени! Это слишком!

– Слишком для чего, Тайсон? Я хочу продезинфицировать царапину, – его пальцы прошлись по ее плечу, спустились вниз по длине руки.

– Ты жульничаешь, сэнсей, – она было открыла рот, чтобы спорить еще, но что-то в его взгляде удержало ее от этой попытки.

– По-моему мы уже выяснили, что бывает, когда ты пытаешься победить? Хватит спорить, – она все еще сопротивлялась. – Тайсон сядь и не дергайся, я тебя прошу. Если ты боишься произвести на меня впечатление, то сообщаю, ты не такая уж и секси-кошечка в этой жирафопижаме… – сказал он, едва сдерживая улыбку, стараясь сохранять спокойствие, чтобы не выдать себя с головой.

Она сделала глубокий вдох, вдохнув через нос и выдохнув через рот, и повернулась так, чтобы можно было осмотреть повреждения.

– Мне больно вообще-то! – зашипела Лиза, реагируя на контакт ватного диска с кожей.

– Жизнь она такая, Тайсон. Иногда делает больно, – его дыхание обдало жаром ее затылок. – Например, когда кто-то убегает, не поговорив… – его голый торс коснулся ее тела там, где заканчивалась укороченная пижама. – Когда кто-то уезжает за тысячу километров, чтобы скрыться из поля моего зрения, – он обработал рану антисептиком и тихонько подул на царапину так, что у нее невольно заныло внизу живота. – Когда кто-то блокирует мой номер и мой аккаунт во всех социальных сетях… – комок напряжения в ее животе раскрутился и затем снова смотался, но уже во что-то темное, сексуальное, нуждающееся в нем. – Когда кто-то ведет себя как ребенок… – от его шепота задрожали колени, и она в изнеможении больно закусила нижнюю губу.

Лиза сделала шаг вперед, желая отстраниться и убежать, но Влас пресек попытку ее побега, поймав ее за талию и крепко прижав к себе. Лиза вздернула подбородок и откинула голову ему на грудь, что в диком ритме поднималась и опадала вновь и вновь. Горячая ладонь Власа лежала на ее животе, а губы утыкались в затылок и медленно скользили к шее. Спина девушки выгнулась от его груди, словно требуя, чтобы он продолжал. Его теплые губы очертили рисунком мочку ее уха и прижались к щеке. Лиза прикрыла глаза, прерывисто и часто дыша, чувствуя его горячую ладонь каждой клеткой своего тела. Он целовал ее в шею. Нежно и мимолетно. Так, что она почти не чувствовала это, но ее сердце все равно бешено колотилось от ощущения его дыхания на своей коже.

Внезапно Влас остановился и отстранился.

– Прости, я не хотел… Нет, я хотел…– возразил он сам себе. – Но я зажал тебя в угол. Это неправильно. Я не должен, – его руки мягко сжали ее талию, и он нарочно увеличил между ними дистанцию до пары ладоней.

– Это из-за Алисы? – Лиза не могла поверить, что решилась спросить об этом вслух. Щеки вспыхнули ярким огнем, а из горла вырвался странный звук: наполовину смех, наполовину рыдание. – Из-за того, что вы вместе, да? – она прикрыла рот рукой.

– Что?! Причем здесь Алиса? – Влас резко повернул ее к себе лицом, схватил ее руки ниже локтей так, чтобы она не смогла отпрянуть.

– Она красивая, эффектная и, как говорит, Клим, горячая…

– Мы что начинаем там, где закончили? Да, Лиз? – выдохнул Влас, перехватив ладонью ее затылок, приближая ее и наклоняясь так, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Все в порядке, Влас. Ты можешь мне сказать… – она пыталась отвести глаза, но он удерживал ее за шею.

– Я не с Алисой, – перебил он ее, прижимаясь лбом к ее лбу.

– Мы можем дружить, – она закрыла глаза, всеми легкими вдыхая его аромат, не слыша его слов. – Я думаю, мы почти друзья, и ты можешь сказать мне все, как есть.

– Знаешь что, Тайсон?! Мы кто угодно, только не друзья! – его руки переместились с ее шеи, скользнули вниз по ее телу, смыкаясь на ее талии, и сильнее притягивая ее к себе.

– Почему, нет?

– О-о-о, мне еще нужно объяснять? – он коснулся носом ее шеи, пытаясь заставить ее поднять подбородок, чтобы прильнуть в поцелуе к чувствительной коже чуть ниже ее уха. – Серьезно, Лиз? – его карие глаза оценивали ее страстным взглядом, и его хватка, казалось, стала еще сильнее. – Ты серьезно?! – спросил он, и неуверенное раздражение сменилось злостью.

– Почему это должно быть плохо? – она вздернула плечами в неясном ответе.

– Чем что-то объяснять. Я лучше покажу тебе, – он подался ближе, и ее дыхание замерло. – Наглядно? – прошептал он, будто спрашивая ее позволения. Горячие ладони Власа скользнули по ее голым бедрам и крепко сжали, лишь на секунду давая ей возможность, осознать, что происходит между ними. – Хочешь дружить со мной? – он провел рукой вверх по ее спине, ныряя под свободный топ пижамы, двигаясь вверх к шее, сжимая и привлекая ее к себе, протяжно целуя в щеку. – Уверена? – его губы дразнили ее, Лиза едва стояла на ногах, опираясь ладонью о стиральную машину, что стояла рядом. – Ну ладно… Твое желание закон, – Влас выпустил ее из объятий, аккуратно отодвинув от себя, и скрестил руки на груди, подавляя усмешку.

Глаза Лизы распахнулись, и она замерла, словно ее собственная реальность мчалась дальше, чтобы догнать текущий момент, как напряженная пружина, возвращающаяся на место.

– Доказал свою правоту? – слегка задыхаясь, выдохнула она. Внутри нее бушевало пламя: злость за слабость перед ним и желание, что за годы стало глубже, чем было. Такое сильное, что теперь его невозможно было игнорировать.

– Дружба. Так дружба, Тайсон, – он улыбался, не смотря на раздражение, желая сохранить гнев, который безнадежно таял от одного простого поцелуя и прикосновения к ее коже. – Уговорила.

– Прекрасно, – розовый румянец расцвел на ее груди, поднимаясь к щекам.

– Прекрасно! – передразнил он ее. Прозвучало так, словно он стиснул зубы и прикусил язык.

– И как мне себя теперь вести? – сказала она, пытаясь вернуться к начатой мысли. Лиза опустила глаза, закусывая нижнюю губу, понимая, что зашла слишком далеко в своем ребячестве и упрямстве, незаданных вопросах и невысказанных обидах. Он был прав. Она вновь вела себя как ребенок.

– Как обычно, Тайсон. Точно так же, как и ведешь себя в последнее время и два года назад… – в его голосе звучало еще большее раздражение. – Зарывая голову в песок! – челюсти парня плотно сжались, отчетливо стали видны скулы, губы сжались в тонкую линию. – До завтра, друг мой, – выходя из ванны, он повернулся и чмокнул ее в макушку. – Мы идем в поход! Нам предстоит долгий день, – Влас выпрямился, и, казалось, стал выше девчонки в два раза. – Сладких снов, Тайсон. Хотя нет. Не сладких! Спокойных снов! Легких снов! Отсутствия снов! Иначе мы не выспимся! – Влас удалялся в сторону лестницы, а оттуда в свою комнату. А Лиза так и стояла на месте, провожая его взглядом, осознавая, что таким способом он наказывает ее, бросая ей вызов и предупреждая, что дальше ей придется ой как несладко. Или сладко? Вот в чем вопрос?

Глава 8. Предвкушение

Глава 8. Предвкушение.

Предвкушение и послевкусие – две стороны одного и того же желания.

В эту ночь Лизе было нелегко уснуть. Напряжение в теле пульсировало, она путалась в простынях, перекатываясь взад-вперед, на один бок, потом на другой. Шумно вздыхала и смотрела в потолок, умоляя свое тело сотрудничать. Если бы у нее был бумажный пакет, она бы вдыхала и выдыхала в него, чтобы подавить свое беспокойство. Но вместо этого она заставила себя сосредоточиться на ярком фонаре, что бесцеремонно заглядывал в огромное окно спальни, и решила смотреть на него, пока глаза сами не устанут и не сомкнуться от боли и бессилия. В конце концов, девушка заснула, полулежа поперек кровати, подперев себя подушками со всех сторон, настолько глубоко отключившись, что звук будильника показался звуком молота по наковальне.

Она соскребла себя с кровати и поплелась в ванную комнату, в надежде воскресить контрастным душем свою бездыханную тушку, что не желала поддаваться уговорам, просыпаться и бодро приветствовать новый день. Быстро придя в себя после водных процедур, она нанесла легкий макияж, облачилась в светлый спортивный костюм и проследовала на кухню.

– Доброе утро, – приветствовал Влас скрипучим голосом, допивая свой эспрессо.

– Доброе, – Лиза расправила плечи и выпятила подбородок, пытаясь излучать уверенность, которой не ощущала.

Парень видел, что ее уверенность ложная, и прищурился так, что его черные ресницы сошлись вместе, еще больше подчеркивая его проницательные карие глаза.

– Позавтракаем по дороге, если ты не против. Мы жутко опаздываем, – Влас взглянул на часы, взял со стола телефон и положил его в карман. – Я впервые в жизни проспал и не хочу, чтобы это было поводом новых издевок от Кэт. Договорились?

Лиза кивнула в знак согласия, не сказав ни слова. Они, молча, вышли из квартиры, и, также молча, сели в машину. С этого момента зарождающийся разговор увял на корню. Воцарилась тишина, и Лиза начала нервничать от беспокойства. Игра в молчанку не входила в ее планы. Ей казалось, что все вопросы, эмоции и желания буквально написаны у нее на лице. Казалось, что ее выдает собственное тело: взмахи ресниц, кусание губ, замирание дыхания. Будь ее воля, она бы точно сбежала. Но она в его машине, пристегнута ремнем, и он не выпустит ее из нее без весомой, аргументированной на то причины.

– Что это? – задала девушка первый попавшийся вопрос, указывая на бумажный пакет, поставленный Власом на декоративный подлокотник между водительским и пассажирским сиденьем.

– Это всего лишь кофе на вынос, Тайсон. Успел сходить, пока ты принимала душ. У тебя все хорошо со зрением? Или ты не спала ночью?

– С чего это? – спросила она, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы поддержать их натянутый разговор.

– Ну, не знаю, – Влас притормозил на светофоре и оглянулся на Лизу, поймав на себе ее изучающий взгляд. – Например, думала обо мне? – спросил он с ухмылкой, возвращая внимание на дорогу.

– А это что? – игнорировала она его слова, извлекая из пакета бумажный сверток.

– Такос.

– Мои любимые.

– Брал наугад, – соврал он и, торопливо бросив взгляд в ее сторону, громко чмокнул в воздухе губами, посылая ей воздушный поцелуй.

– Странно это все, – Лиза заправила за ухо выбившуюся кудряшку и посмотрела на него, ожидая его реакции.

– Что именно странно, Тайсон?

– Наше поведение.

– Да, наверное… Такой резкий переход от лапанья друг друга и засовывания языка друг другу в горло до теперешних дружеских переглядываний, препираний и милых разговоров… Согласен. Это все как-то сложно осознать сразу.

Щеки девушки вспыхнули, что в тот же миг, без сомнения, было замечено Власом.

– У тебя такой вид, будто ты обдумываешь мое убийство, Тайсон, – его слова были осторожны и взвешены, но улавливая ее состояние, он нарочно продолжал издеваться над ней. – О чем ты думаешь?

– Убиение. Телесные повреждения. Кровопролитие, – процедила Лиза сквозь зубы.

– Похищение невинности. Добровольное надругательство. Любовь.

– Что?! – она почувствовала, как пол автомобиля уходит у нее из-под ног. Перед глазами помутнело, а сердце забилось в таком быстром ритме, что, казалось, оно вот-вот вырвется из ее груди и пустится вскачь, как мяч по мостовой.

– Мы же в слова играем, так ведь?

Лиза отвернулась от Власа и откусила кусочек такос, что держала в руках. Еда показалась безвкусной до невозможности. После первого кусочка, она вернула закуску в пакет и сосредоточилась на кофе, очень стараясь больше не смотреть на парня. В основном ей это удавалось, но лишь до тех пор, пока автомобиль полностью не остановился, и Влас не повернулся к ней всем корпусом. Глаза предали девчонку. Ее взгляд остановился, прикованный к его губам.

– Правду, Тайсон, – выдохнул он, наклоняясь чуть ближе. – Говори мне правду.

– Говори, где кровью расписаться? – Лиза вжалась в кресло. Если бы она не была ограничена автомобилем, она бы продолжила пятиться назад в поисках путей отступления. От страха и предвкушения у нее перехватило дыхание, и она оглянулась.

– Дышать не забывай. Хотя бы через раз, друг мой, – Влас прикусил губу, скрывая коварную усмешку, и взъерошил ее кудряшки. Тело Лизы откликнулось мурашками на его прикосновение.

– А-а-а! Как же ты бесишь, сэнсей! – она приглушенно зарычала и подняла руки, словно желала задушить воздух возле его шеи.

– Знаю, Тайсон. Очень сильно. Но на друзей нельзя обижаться долго. Так ведь, друг мой? – не дожидаясь ответа на свой вопрос, Влас вышел из машины. Обойдя автомобиль и подойдя к пассажирской стороне, он открыл Лизе дверь и по-джентльменски предложил ей руку. – Ты бы чертовски хотела ненавидеть меня, но у тебя ничего не выйдет, милая, – девушка не стала сопротивляться и приняла его ладонь, пытаясь унять разыгравшуюся тревогу. Она вынырнула из салона автомобиля и поравнялась с парнем. – А еще ты очаровательна, когда смущаешься, милый друг. Думаю, мы прекрасно проведем время… как друзья. – Влас мягко ущипнул ее за щеку, пытаясь поймать ее бегающий взгляд. – Этот поход будет началом нашей большой дружбы. Обещаю, – он протянул ей мизинец, предлагая принести «мизинчиковую клятву», Лиза сдалась и протянула мизинец в ответ.

Взяв из багажника походный рюкзак и закинув его на спину, Влас оставил автомобиль на облагороженной парковке шикарного люксового отеля, расположенного в хвойном реликтовом лесу. Оглядевшись по сторонам, Лиза застыла в изумлении, потеряв дар речи от представшего перед взором великолепного вида на горы и необъятный сосновый бор. Вековые деревья упирались кронами в небесный потолок, нежно царапая его своими макушками. От подножия горы к самой ее вершине вела современная канатная дорога, что вполне органично вписалась в живописный пейзаж и не казалась лишней в этом величии природы.

Небо, окрашенное невидимым художником в бирюзовые и зефирные оттенки, казалось сказочным и почти нереальным. Пейзаж напоминал кадры из коллекции величайшего фотографа-пейзажиста Анселя Адамса[1], только здесь его привычные черно-белые кадры незримый творец окрасил разнообразием всех цветов и оттенков, добавил ярких деталей, не скупясь на количестве красок и полутонов.

Увлеченно разглядывая все вокруг, Лиза застопорилась на месте, и Влас, взяв ее за руку, повлек за собой в гостиницу. Пройдя через роскошное фойе, он прошел к стойке регистрации, за которой бесперебойно щебетали девушки-администраторы, и только тогда отпустил ее ладонь.

Одна из девушек, завидев Власа еще у самого входа, одарила его самой очаровательной улыбкой, взглядом пригласив его к дополнительному окну у стойки. Парень благодарно улыбнулся в ответ.

– Здравствуйте! Добро пожаловать в «Империал», – приветствовала она. – Меня зовут Кира. Чем могу быть полезной? – девушка поправила каштановые волосы, откинув их от красивого лица и заведя их за спину. – Желаете снять номер?

– Приобрести билеты на канатную дорогу, – Влас положил документы на стойку и аккуратно подвинул их к девушке.

– Планируете, романтический отдых со своей спутницей? – брюнетка наградила Лизу презрительным взглядом, продолжая заполнять необходимые данные в компьютере.

– О-о-о, нет-нет-нет. У нас корпоративная сходка. Я здесь с коллегами… – Влас обернулся к Лизе и кивком подозвал ее поближе. Небрежно притянув ее за шею и неуклюже приобняв, он похлопал ее по плечу, добавил:

– И друзьями, конечно…

– Здорово, – отозвалась администратор. Ее томный, глубокий, профессионально вежливый голос изменил интонацию. Надменность сменилась заинтересованностью. Лиза готова была поклясться, что девушка искренне обрадовалась свободному положению парня, – Тогда может, вы захотите прогуляться вечером? – улыбка брюнетки стала шире. Глаза хищно сверкнули. – Я знаю все эко-тропы на территории и могла бы провести вам экскурсию, сопроводив ее легендами нашего края, не хуже любого гида из команды нашего отеля.

– Думаю, это плохая идея… – задумчиво ответил парень, потирая затылок. – Потому что у нас здесь что-то вроде корпоратива… Собираемся объединять большой коллектив… А я вроде как вожак этого племени.

Лиза засунула руки в карманы, чтобы ненароком не попытаться придушить Власа за излишнюю любезность с этой умопомрачительной (по ее мнению) красоткой.

– Ну, если вы вдруг передумаете, товарищ индеец, – чуть слышно пролепетала девица, склоняясь к нему так близко, чтобы только он мог слышать ее предложение. – То вот вам на всякий случай мой номер для связи… – положив поверх его паспорта визитную карточку, она едва заметно подмигнула ему и подвинула документы в его сторону.

Влас сунул паспорт во внутренний карман ветровки и, взяв визитку в руку, отклонился назад, чтобы спрятать карточку в заднем кармане джинсовых брюк. Все это время, продолжая слащаво улыбаться девушке-администратору. Еще раз поблагодарив ее за услугу, он учтиво попрощался и направился к выходу из отеля. Лиза безмолвно следовала за ним.

Прогуливаясь по нагретому солнцем асфальту и направляясь к гондольной дороге, Влас и Лиза многозначительно молчали. Молчали так долго, что девушка не выдержала, и, обогнав парня на пару шагов, преградила ему путь. Сделав шаг вперед, Лиза подступила к нему вплотную. Она вздернула подбородок так, чтобы удобно было смотреть ему в глаза, но никак не могла прикинуть с чего начать разговор. После затянувшейся паузы и немого вопроса в его глазах, она, наконец, выдохнула:

– Здесь не площадка Tinder[2], сэнсей!

– Ты о чем, Тайсон? – он уставился на нее своими насмешливыми медовыми глазами.

– Брось, Влас! Она не в твоем вкусе! – в ее тоне звучало негодование и брезгливость.

– Откуда ты знаешь, кто в моем вкусе, друг? – губы Власа изогнулись в гадкой сладкой ухмылке.

– Я видела Алису! – руки Лизы сжались в кулаки.

– Ты как всегда ошибаешься, Тайсон, – он растянул рот в своей фирменной обезоруживающей улыбке, а затем поднял руку и бережно провел пальцами по ее щеке. – Но ты предпочитаешь закрывать глаза и уши, чтобы не замечать бесспорные факты.

– Чего я не замечаю? – она старалась придать своему тону как можно больше уверенности и дерзости, но голос продолжал дрожать от волнения и злости.

– Вот скажи мне одну вещь, Лиза… – сказал он с плотоядной улыбкой и бегающими глазами, взгляда которых она избегала. – В женском мозгу все не так как у мужчин, – он мягко постучал пальцем по ее черепушке. – В него как будто встроен микроскоп для замечания всякой мелочи, – его испытующий взгляд царапал ее кожу, медленно двигаясь от губ к глазам, от глаз к нервно дергающейся венке на ее шее. – В то время как мужской мозг напоминает телескоп, устремленный в далекое будущее. И вот при всем при этом… – произнес он уже серьезно. – Скажи мне, Тайсон, как ты не видишь очевидного? – ожидая ее ответа, Влас сложил руки на груди и отступил на полшага назад.

– Хочешь сказать, что я чего-то не вижу?

– Хочу сказать, что ты крепко зажмуриваешься, Тайсон. Не считываешь знаки, язык тела, эмоции, – Влас перешел на шепот, и вся смелость Лизы сошла на нет. – Не помнишь наших дат…

– Каких дат? У нас нет дат! – ее охватило негодование от этого заявления, но она тут же умолкла, чтобы ее вопрос не выглядел так, что она согласна со всем остальным.

– Ты ошибаешься, – ответил он с самодовольной улыбкой. – День твоего первого поцелуя…– Влас не касался ее и пальцем, но она буквально чувствовала его кожей. – День, когда я тебя поцеловал… – неопределенно тянул он. – День, когда ты вернулась в город…

От смущения у Лизы вспыхнули щеки, особенно, когда Влас выровнялся, и она вновь заметила его фирменный довольный оскал. Он ухмылялся с таким видом, что Лизе хотелось одновременно закричать на него и утереть ему нос.

– Тебе давно не устраивали выволочек, сэнсей?!

– А у тебя в планах это исправить? – принимал ее вызов он.

– Я подумаю об этом на досуге, когда ты решишь погулять с этой своей… – Лиза прикусила губу, раздумывая над тем, какое едкое определение добавить для описания красотки-администратора, но не нашла подходящего и промолчала.

– Может, мы уже пойдем, Тайсон? – он приподнял одну безупречную бровь и кивком указал в сторону места посадки на канатную дорогу.

Она стиснула зубы, чтобы не ляпнуть ничего лишнего, и качнула головой в знак согласия.

Вся дорога до вершины горы прошла в абсолютной тишине.

Внутри Лизы кипело столько гнева, что хватило бы на целую хоккейную команду. Ее пульс сделался нитевидным и частым, но она, ни за что не хотела доставить ему удовольствие, понять, как сильно она его ревнует.

Влас бесцеремонно исследовал глазами ее нежное лицо. Пружинки каштановых волос и легкая челка девушки привлекали внимание к огромным синим глазам, в минуты гнева отливающих расплавленным золотом. Влас тряхнул головой, сбивая внутреннее напряжение, и приглушенно выдохнул, сложив губы трубочкой.

– Теперь ты решила не разговаривать со мной, Тайсон? – спросил парень, как только они покинули кабину канатной дороги.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, сэнсей, – сказала она, игнорируя его вопрос и бросая на него скептический взгляд. – Разве нам не требуется снаряжение для похода и еще что-нибудь, чтобы разбить лагерь?

– Когда мы поднимемся выше, – Влас ткнул пальцем в сторону дорожного указателя. – Ты все увидишь своими глазами. Но если кратко… то там есть все необходимое. Чего не хватит, можно арендовать или докупить в двадцати минутах от нашего лагеря. Здесь природоохранная зона. Все сделано по уму, чтобы сохранить первозданную красоту этого края, не позволяя неуемным туристам загадить все вокруг.

– И долго нам идти?

– Есть проверенная тропа около тысячи семисот метров и та, что покороче – около тысячи трехсот, но… незнакомая мне.

– Я так понимаю, у нас нет вариантов и я, молча, иду за тобой?

Влас пожал плечами и свернул на ту тропинку, что обещала более длинный путь.

Спустя несколько минут, не сбавляя шага и не оглядываясь на Лизу, парень уверенно продолжал свое восхождение в гору, словно не замечал довольно увесистого рюкзака за своей спиной.

– Сэнсей! – беспомощно позвала Лиза, пытаясь привлечь его внимание. – Сэнсей, постой! Я кажется, умираю!

– Что случилось, Тайсон? – парень, наконец, обернулся.

– Я чувствовала! – она присела на корточки у края дороги, стирая ладонями выбившийся со лба пот. – Я хотела пойти короткой тропой! Я устала, Влас! Мы идем целую вечность!

– Лиза, ты прошла две тысячи шагов, это как от твоего дома до «Пятерочки» в твоем же доме!

– Я не фанатка ходьбы! Я фанатею от бокса!

– Я думал, что от меня, – его внимательный взгляд устремился на нее, и Лиза утонула в его темнеющем омуте.

– Не дождешься, герой-любовник! – в ярости выдохнула она.

– Ты знаешь, это прекрасно! – теперь Влас ступал в ее сторону, быстро сокращая между ними расстояние.

– Что именно? – испуганно уточнила девчонка.

– То, что ты устала и будешь меньше сопротивляться!

У девушки отвисла челюсть, Лиза часто моргала, как будто не могла поверить в то, что его неясная угроза реальна.

– Чему сопротивляться? – переспросила она, когда он остановился прямо перед ней, и склонился, чтобы взять ее на руки. – Ты не посмеешь, сэнсей!

– Еще как посмею! – Влас легко подхватил ее на руки и, развернувшись на месте, также легко зашагал в гору, будто и она, и его увесистый рюкзак для него лишь невесомые пушинки.

– У тебя, что глисты на стероидах? – Лиза восхищенно тыкала пальцем в его бицепс, будто проверяя его на прочность. – Откуда в тебе столько силы? – ее глаза широко распахнулись, и она шумно сглотнула.

– Ты видела меня без рубашки. Могла оценить, – ненавязчиво напомнил он о вчерашнем вечере, и Лиза густо покраснела. – Обожаю тебя смущать, Тайсон, – лыбился Влас, блуждая взглядом по ее лицу.

– У меня такое чувство, что ты это подстроил!

– Что на этот раз?

– Эту нашу поездку, поход, встречу.

– Я организовал нам корпоратив, Лиз. Конечно, это все устроил я.

–А опоздание… и то, что мы идем пешком?

– Тебе показалось, Тайсон, – откровенно дразнил ее Влас. – В тебе говорит слишком высокое самомнение, Вермутова.

– Цитируешь меня, сэнсей? – брови девчонки поползли вверх. Она попыталась вырваться из его рук, но он лишь рассмеялся ее тщетным попыткам удрать от него.

– Да, Тайсон. Это не запрещено, – лицо парня вновь украсила довольная улыбка. – Не дергайся. Иначе полетим с горы вместе… – Влас подмигнул ей и ускорил шаг, минуя новую высоту. – Я однажды уже упустил тебя. Хорошо, что здесь не ходят автобусы…

– Весело тебе, да?

– Ну, если тебе еще нужны аргументы, тогда у меня к тебе серьезный вопрос.

– Какой же?

– Ты как к змеям относишься?

– Змеям?! – в испуге Лиза крепче обняла его за шею и подтянулась выше в его руках, чтобы, как ей казалось, стать недоступнее для хищной рептилии.

– Я пошутил… Но если для того, чтобы ты так жарко ко мне прижималась, нужны змеи, я буду брать их с собой на каждую нашу новую встречу.

– Встреч не будет! – неуверенно, но громко возражала она.

– Тогда я оставлю тебя здесь… В лесу…

Она мягко обхватила ладонями его шею и сделала вид, что пытается его задушить.

– Хочу твой удушающий… при других обстоятельствах…

– Пошляк!

– Отчего же! – театрально удивился парень. – Просто голодный!

– Какого плана этот голод, Влас?!

– Лучше тебе не знать… – он заиграл бровями и многозначительно прикусил губу. Ее щеки окрасились ярким румянцем. – Ты чего покраснела?

– Светофором подрабатываю! – злилась девчонка на саму себя.

– Тайсон, давно хотел спросить тебя. По-дружески…

Она сжала губы, ожидая какого-нибудь подвоха.

– Ты умеешь целоваться?

– Ты же знаешь, сэнсей… – его ухмылка так бесила, что ей хотелось двинуть по его наглой физиономии.

– Я не о наших милых приветствиях раз в полтора года. Я о настоящем… мужском… поцелуе… – он намеренно растягивал слова, чуть замедлив шаг, чтобы можно было взглянуть в ее глаза и не отвлекаться на дорогу. – От которого перегорают все… – он поставил ее ноги и коснулся ладонью ее щеки. – Женские… – большой палец скользнул по ее нижней губе. – Предохранители…

– Короткое замыкание что ли? – спросила первое, что пришло в голову Лиза, и уперлась ладонями в его грудь.

– Покажу? – уже не говорил, а хрипел он, почти касаясь губами ее скулы. Но через мгновение он отступил, будто эти недолгие объятия ей вовсе приснились.

– Влас! – ткань его футболки проскользнула сквозь ее ладони, и Лиза разочарованно зашипела себе под нос и опустила глаза.

– Мы пришли. Пойдем, а то мы и так запоздали, – весело позвал ее Влас, удаляясь в сторону шумной компании.

[1]Ансель Адамс широко признан одним из величайших пейзажных фотографов всех времен. Его черно – белые фотографии американского Запада, в частности Йосемитского национального парка, мгновенно узнаваемы и внесли большой вклад в формирование того, как мы видим и говорим о пейзажной фотографии сегодня.

[2]Tinder – популярное мобильное приложение, предназначенное для романтических знакомств в соответствии с заданными параметрами и с учётом геолокации.

Глава 9. Точка невозврата

Точка невозврата – исчерпанный ресурс напрасных ожиданий, когда в привычку прочно входит равнодушие, когда все всякие душевные терзания, страдания, теряют грустный шарм и попросту становятся ненужными.

Место встречи многочисленного коллектива, до которого спешили добраться, Лиза и Влас, оказалось не конечным пунктом их следования. Их живописный кемпинг не только располагался на территории базы отдыха и граничил с огромным водохранилищем, но и фактически состоял из двух полян: верхней и нижней.

На верхней поляне были расположены гостевые домики, магазин, все блага цивилизации, включающие подвод питьевой воды и электричества. Внушительная костровая зона, душевые, мойки, туалеты и столово-сидячие зоны. Благоустройство верхней поляны завершали отличные виды с горы на лазурное водохранилище.

Нижняя же поляна представляла из себя уютное тихое место для кемпинга в яблоневом саду, с непосредственным выходом к большой воде. Вдали от всей городской суеты, окруженная зеленью и наполненная пением птиц поляна казалась нереальной красивой иллюстрацией, срисованной со страниц сказок.

Добраться от верхней поляны на нижнюю возможно было, лишь проехав по единственной грунтовой крутой лесной дороге или пройдя пешком. Дополнительные восемьсот метров пути никого не смутили. Никого, за исключением Лизаветы.

Она старалась не подавать виду, что пешая прогулка ее утомила, и продолжала чуть слышно, раздраженно бормотать себе под нос как бы она сейчас желала хорошенько отметелить мешок с песком, а не вот это вот все.

За исключением Алисы и официантки Каси, всю дорогу до нижней поляны все шли пешком. Белокурая мерзавка с разбегу запрыгнула на спину Власа, оседлав его и едва не сбив его с ног. Кася запрыгнула на спину Клима, и, весело смеясь, дружная компания последовала по тропинке в сторону будущего лагеря.

Лиза чувствовала себя неуютно в этой большой компании малознакомых людей. Да, здесь были Влас и Кэти, но все остальные либо не были ей знакомы, либо не были близки, даже после пары месяцев работы в «Мамонте».

После того, как лагерь был разбит, и все присутствующие устроились по палаткам, коллектив разбился на небольшие группы и буквально растворился в воздухе. Новые и бывалые сотрудники разбрелись, поодиночке или кучками, чтобы посетить экскурсии, покататься на велосипедах, прогуляться и сплавиться на САП-бордах по водохранилищу.

Хотя, Кэт и была опытным и горячо любимым руководителем, она, увы, обладала отличительной и удивительной способностью растягивать краткое приветствие и любое объявление в часовую бессвязную речь. Поэтому, как бы Кэт не желала собрать и объединить всех сотрудников мотивирующей речью, у нее ничего не вышло.

Вне привычной обстановки Лиза пыталась придумать себе времяпровождение, чтобы занять не только руки, но и разгулявшиеся неумные мысли. Влас держался от нее на расстоянии, составив компанию Сан Санычу и паре мужчин, которые хлопотали у мангала.

Алиса тоже не могла долго оставаться на расстоянии и вместе с Касей и Климом присоединилась к группе людей вокруг Власа. Казалось, все так и норовят посоперничать за внимание парня.

Лиза потягивала кока-колу, будто невидимка, наблюдая за шоу. Не в силах сдержаться, она снова рассматривала Алису. Каждый раз, когда девушка пыталась отвлечься на кого-то другого, ее внимание, словно голодная блоха, вновь перескакивала на нее.

Алиса была удивительно красивой молодой женщиной. Белокурые волосы каскадом ниспадали на спину. Легкий джинсовый комбинезон облегал бедра и грудь, подчеркивая точеную фигуру и не стесняя движений. А глубокий V-образный вырез и неуклюжие хвостики «аля-Пеппи-Длинныйчулок» делали ее образ непринужденно сексуальным.

Она была старше Лизы, и ее возраст словно являлся еще одним источником изящества и утонченности. По сравнению с ней и другими сотрудниками, Лизавета чувствовала себя ребенком. Совершенно не в своей тарелке.

Сказать, что Лиза завидовала Алисе. Нет. Скорее хотела испепелить взглядом и всего-то развеять прах по ветру. Ревность съедала девчонку изнутри. Все эмоции были написаны на ее лице, и они никак не соглашались играть в прятки. Переключив свое внимание на Власа, Лизавета смотрела на него так долго, сколько было возможно, прежде, чем он, в конце концов, заметил ее пристальный взгляд и повернулся в ее сторону.

Карие глаза встретились с синими, и Лиза застыла, боясь пошевелиться от того, что больше не ощущала землю под ногами.

– Что не так, малышка? – спросила Кэт, вырывая девчонку из размышлений, продолжая заниматься созданием закусок у импровизированного стола.

До этой секунды не осознавая, что ее лицо украшало хмурое выражение, Лиза постаралась нарисовать на моське максимально естественную улыбку.

– Погода была прекрасная, принцесса была ужасная… – запела Кэт и, скривив рожицу, помотала головой, давая девчонке понять, что не верит в искренность ее улыбающегося лица.

– Что?! – Лиза смутилась, поняв, что начальница поймала ее за рассматриванием Власа. – Прости, не слышала, что ты сказала…

– Что с настроением, мой лучший администратор?

– Не понимаю о чем ты? – Лиза нервничала, щеки вновь предательски горели. Тело, эмоции, жесты: все выдавало ее настроение.

– Глаза твои океаны, и он давно в них утонул, – пробурчала себе под нос Кэти, но достаточно громко. Так, чтобы могла расслышать только Лиза. – Или утопился… – девушка коснулась своего подбородка пальцами, словно рассуждала над чем-то очень серьезным. И от верного определения зависела чья-то жизнь. – Тьфу, я не об этом, – Кэти сама себе улыбнулась и стала серьезной. – Он давно выбрал, Лиза. И если ты до сих пор сомневаешься, то зря. Это я тебе не только как взрослая, умудренная чутьем и опытом, женЧина говорю, но и как тот человек, который хорошо знает Власа.

– Кэт… – пыталась прервать ее тираду девчонка.

– А помимо того, что знает эта женЧина, – указывая на себя и нарочно, в своей привычной манере, коверкая слова, продолжала Кэти. – Я видела, как он вел себя, когда впервые попал в этот капкан, – девушка щелкнула пальцами, словно ее только что осенило. – Точно, девочка-капкан! Так и буду тебя называть! – сложив руки на груди, начальница сощурила глаза и смерила Лизу взглядом с головы до ног, – Ты подожгла его… или что ты с ним сделала? А потом уехала, – Кэт так внимательно ее разглядывала, будто пыталась найти острые детали конструкции, которые могут сработать без предупреждения и травмировать тех, кто находится рядом. – Хм… Что ж… Рискованно, конечно… А еще больно… А еще сердцеразбивательно.

– Если бы он хотел… – непреклонно тряхнув головой, ответила Лиза и вновь отвернулась к шумной компании, где стоял Влас.

– А ты пробовала говорить с ним? – не отставала Кэт. – Может, у него есть объяснение? Не думала?

Лиза снова вспыхнула до корней волос и, опустив глаза, молча, помотала головой.

– Ты совсем еще девчонка. Там, где надо проявить характер и смекалку. Там, где нужно воспользоваться женской хитростью. Там, где нужно стоять на своем и добиваться своего, – она понимающе вздохнула и встала чуть ближе, оказавшись почти бок о бок с девчонкой, и оглядывая поляну, где столпилась уже большая часть коллектива. – Мы взрослеем и меняемся, когда жизнь причиняет нам боль. Иногда это люди, а иногда их потеря. Важно, чтобы ты повзрослела до того, как вы достигните точки невозврата. Говорю за себя и о себе, но подумай о том, что я сейчас тебе скажу, – Кэти сделала паузу, ожидая реакции Лизы. Девчонка приподняла брови, дав понять, что внимательно слушает. – Обещай… – настойчиво требовала Кэт.

Девчонка кивнула.

– Иногда нам людям настолько сильно не хватает тактильности, человеческого тепла, касаний, что мы рвемся и жадно желаем заполнить пустоту рядом, просто заделать эту брешь чьим-то присутствием, – Лизу передернул озноб, когда она осознала то, что произнесла Кэти. – Но получается так, как если бы мы хотели собрать огромную высокую башню из оригинального ЛЕГО, а нам чуток не хватило деталей. И мы в панике хватали детали конструктора-аналога, в надежде достроить задуманное. И вроде все хорошо, вроде даже прекрасно, но воздух между деталями не позволяет башне стоять крепко… Это метафора, малышка. Решать, конечно, тебе.

– А что если я – не та деталь? Что если я – не оригинальная? – Лиза прикусила губу, к глазам подступили слезы

– Легко стоять тут красивой деталью и прятаться? Так ведь? А взять и попробовать? Или ты до сих пор слишком мала, чтобы признаться себе и озвучить свои желания? – не дожидаясь ответа девчонки, Кэти взяла тарелку с овощами для гриля и двинулась в направлении мангальной зоны, где ее уже ждали сотрудники и ее возлюбленный Сан Саныч.

Какое-то время Лиза продолжала стоять, дрожа от прилива адреналина, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце. У нее едва хватило сил на то, что перебороть себя и решиться подойти к костровой зоне. Туда, где обосновался весь коллектив. Громкая музыка и раскатистый смех наполняли всю поляну. Никто не стремился начать общение с администратором «Мамонта». Время от времени ее втягивали в разговор, но по большей части все были рады оставить ее в покое. Сотрудники стояли сплоченными группами и болтали только друг с другом. На какое-то мгновение, Лиза подумала, что они забыли о том, что она здесь, но уже через секунду перед ней стоял Влас, протягивающий ей тарелку с закусками.

– Вот мое сердце. Держи, Тайсон. Только не разбивай, – с ухмылкой подмигнул он. – В него вонзали ножи, говоря «прощай»… – сжав кулак и имитируя воображаемый микрофон, он продолжил еще громче подпевать песне из колонки, звук которой Лиза заметила только сейчас. Даже осознав, что Влас всего лишь вторил словам ее любимой исполнительницы Даши Эповой[1], все внутри невольно сжалось от нахлынувших чувств.

– Влас, ты что ли собирал плейлист для похода? – Никита громко заржал, и все одновременно подняли глаза и уставились на парня, ожидая его ответа.

– Ностальгия напала. Был нетрезв, – признался он с печальной улыбкой.

– Ты же не пьешь? – подхватила Кэти допрос.

– Неважно.

– Я так боюсь тебя потерять из-за глупых обид[2], – поддержала песню Алиса. – Своих ошибок я давно превысила лимит…

– Превышен лимит ошибок, – Влас бросил на нее взгляд, полный искреннего сочувствия, и мягко щелкнул девушку по носу пальцем. Алиса опустила глаза.

– Так что мешает нам просто быть счастливыми? – отозвалась Кэт. – И до безумия любить и быть любимыми?!

– Но если сможешь пережить без меня две весны, – голос Лизы был настолько бархатным и приятным, что заставил всех обернуться. – Лучше не приходи, лучше мне не звони… – включилась в спектакль девушка. Но это было именно то, что она давно хотела высказать Власу прямо в глаза…

[1]Даша Эпова – автор песен, певица и музыкант.

[2]Песня Даши Эпова «Связаны»

Глава 10. Дух соперничества.

Глава 10. Дух соперничества.

Есть люди, в которых нет духа соперничества, зато есть неукротимый дух победы.

С каждым днем стремительно уходящего лета, теплое солнце все раньше и раньше спешило спрятаться за горизонтом и отойти ко сну. Разбросав последние лучи по небосводу, оно окрашивало все вокруг в медово-рыжие оттенки и напоминало о том, что скоро наступит осень.

Насыщенный на события день медленно угасал, и сумерки начали сгущаться над лесом, заставляя новый дружный коллектив стекаться к костру, словно они мотыльки, влекомые светом пламени. Все спешили не только погреться, но и завершить прекрасный вечер в приятной компании под аккомпанемент вкусных историй. Когда иссяк поток страшилок и анекдотов, кто-то из сотрудников притащил гитару. Смолистый дух и ласкающий слух перезвон струн пьянили не хуже алкоголя. Треск костра выбивал тайный ритм, словно желал поделиться секретами подслушанных им перешептываний.

– Романтика, однако! – приобняв одну из коллег, прогудел нетрезвый Никита. – Надеюсь, девочки сегодня тоже на нее настроены? – парень склонился ближе к спутнице и зашептал ей что-то на ухо. Девушка отреагировала мерзким хохотом.

– Ник, держи себя в руках! Я тебя умоляю! Не травмируй окружающих! – загоготала Алиса, осушая очередной бокал вина и прикуривая уже третью сигарету за последние пол часа.

– Держать себя в руках… – Никита сделал паузу, чтобы окружающие успели осознать, что он имеет в виду. – Я не привык! Обычно я использую кого-нибудь, чтобы не пользоваться этими самыми руками, – он поднял руки повыше, нарочно выставляя напоказ свои неестественно крупные мышцы и демонстрируя огромные пальцы-сардельки. – Кстати, Влас, ты же у нас продуманный и дальновидный начальник, скажи, у тебя есть чем предохраняться? – Никита дико заржал, реагируя на собственную шутку.

– Да, Ник. Несомненно, – Влас смерил громилу взглядом, вынуждая того проглотить вырывающийся смех на корню. – График работы пять-два. А в выходные – крепкий шестнадцатичасовой сон. В отличие от таких бездельников, как ты.

– И что? На себя совсем нет времени? – почти перейдя на шепот, спросил Никита.

– Ник, ты с какой целью интересуешься? Услугу мне хочешь оказать? Попросить Саныча переночевать в другой палатке? – на последний вопрос Власа весь коллектив отреагировал дружным хохотом, и Никита побагровел от злости. Его щеки залил настолько яркий румянец, что на секунду могло показаться, что из его ушей может повалить пар.

– Ник, ты прости, но место рядом с Власом на сегодняшний вечер забронировано. Предпочитаю ночевать с людьми, с которыми я ощущаю себя в безопасности, – засмеялся Сан Саныч, впервые за вечер, позволивший себе расслабиться и пригубить немного вина. – У тебя есть шанс покорить какую-нибудь красотку, но для этого надо уметь… – мужчина набрал в легкие больше воздуха и выдержал многозначительную паузу для достижения наилучшего эффекта привлечения внимания аудитории. – Но для этого надо уметь проявлять заботу, малыш, – Сан Саныч откровенно дразнил Никиту. Сложив губы трубочкой и выдохнув через них воздух, он жестом показал, что его бицепсы сдуваются и исчезают.

– Девушка расцветает, когда рядом садовник, – подала голос Алиса, но под строгим взглядом Власа нехотя замолчала и затянулась очередной сигаретой.

– Девушка расцветает, когда в жизни появляется любовь, стабильность и безопасность, – встав ближе к костру и сунув руки в карманы брюк, Влас устремил взгляд в сторону Лизы, – Тогда она становится доброй, нежной и сияющей.

Последовав его примеру, Лизавета зацепилась пальцами за пояс спортивного костюма, в котором к ее сожалению, не было карманов, и прислонилась к дереву. Она сделала это, чтобы скрыть, что ее руки дрожат, а колени так ослабли, что вот-вот подогнутся.

– Вам кто речь писал, романтики? Маргарет Митчелл? Сестры Бронте? – Никита притворился, что засыпает и падает на рядом сидящую девушку. – Вы в реальном мире живете или книжек перечитали и переехали в параллельные вселенные? Тьфу, даже слушать противно, – предварительно оглядевшись и убедившись, что его выходка никого не заденет, парень смачно сплюнул в сторону и демонстративно закатил глаза. – Мы – люди имеем потребности. Моя потребность – хороший качественный…

– Поход в палатку, – жестко обрезала его фразу Кэт. – Мы здесь, конечно, работаем на сближение коллектива, Ник, но все имеет свои границы.

Громила замолчал, но не потому что был согласен с начальницей, а потому, что дико ее боялся. Ее и ее переменчивых настроений по поводу его возможного увольнения. Он не раз пересекал черту дозволенного, и любая его новая выходка могла стать билетом «на вылет». Никита не мог этого допустить и всеми силами пытался сохранить свое рабочее место, понимая, что такой сотрудник как он, мало, где сможет прижиться и пригодиться.

– Предлагаю сыграть в карты! – пытаясь разрядить накаленную обстановку, предложил Саныч.

– Предлагаю всем потихоньку готовиться ко сну и расходиться согласно выбранным палаткам! – отозвалась Кэт на его предложение.

Никто не стал перечить начальнице, и поляна довольно быстро стала пустеть. Лиза оттолкнулась от дерева и побрела по тропинке в сторону палатки, которую они с Кэти успели обосновать по приезду. По дороге ее нагнала подвыпившая Алиса, и, проходя мимо, нарочно толкнула девчонку плечом.

– Надеюсь, ты быстро бегаешь? – прошипела блондинка, не сбавляя шаг, чтобы идти вровень с Лизаветой.

– Я больно бью. Забыла? – Лиза смотрела сквозь Алису, словно она – сама пустота и ничтожество.

– Думаешь, что крутая? Да, малявка? – голос девушки дрогнул, но она продолжала наседать. – Думаешь, боюсь тебя?

Лучезарно улыбаясь, Лиза клацнула зубами в сторону блондинки, от неожиданности Алиса шарахнулась в сторону и отпрыгнула от девчонки на безопасное расстояние.

– Стерва! – шумно выдохнула блондинка, понимая, что снова облажалась. – Спорим, я верну Власа за месяц, если захочу?

– Я не буду с тобой спорить, Алиса. Это слишком примитивно и низко, – впереди, на довольно приличном расстоянии от девушек, неспешно ковыляли Саныч и Влас. – Как раз твой уровень, но не мой, – Лиза ухмыльнулась и подмигнула, наблюдавшему за ними Власу, который теперь шел спиной вперед, чтобы видеть их и в случае чего пресечь их потенциальный конфликт. Девушка продемонстрировала ему открытые ладони и снова сунула их за пояс, давая ему понять, что не собирается ни с кем драться.

– Ну и не спорь. Я все равно не отступлюсь! – от злости слова блондинки превращались в едва разборчивый свист.

– Ты какая-то чокнутая фанатка? – Лиза закатила глаза и театрально ударила себя по лбу ладонью.

– Посмотрим кто кого!

– Когда высоко летаешь, обычно больно падаешь. Так что береги зубы, Муравьева, – твердо ответила Лиза и, прибавив скорость, зашагала вперед.

Глава 11. Важное

«Влечение сердец рождает дружбу, влечение ума – уважение, влечение тел – страсть, и только все три вместе рождают любовь». Конфуций.

Солнце спряталось за горизонтом, а растекающаяся по поляне темнота принесла с собой немного осенней прохлады. Горный воздух и без того не радовал гостеприимной теплотой, а сейчас и вовсе казался по-особенному холодным. Сумерки сгустились, и наступила полноценная темная ночь. Все давно разошлись по палаткам, и лагерь потихоньку погружался в сон. Только одинокий фонарь, висевший под уличным тентом, подмигивал безлунной ночи и зазывал на свой свет безвольных насекомых.

Влас сидел у стола, погруженный в свои мысли, склонив голову набок и опираясь лбом на кончики пальцев.

Лиза завидела его издалека, и парень провел рукой по макушке, как будто почувствовав на себе ее пристальный взгляд.

– Привет, – сказала она, ступая под тент и освещаемая тусклым светом фонаря. Сонную улыбку сменила веселая.

– И тебе… – Влас поднял глаза, и, не пытаясь скрыть искреннюю радость, расплылся в лучезарной улыбке.

– Кэт и Сан Саныч… – пояснила девушка, указывая большим пальцем за спину. – Им нужно было… Побыть вдвоем… Я не стала возражать, – накатившая неловкость сбила ее с толку. – Они редко видятся… Я понимаю их…

– Понимаешь? Точно? – наигранно закашлявшись, переспросил Влас. – Просто мне показалось, что ты не очень понимаешь людей, которые долгое время скучали друг по другу в разлуке, – он смотрел так, словно не мог отвести от нее взгляд, как если бы она околдовала его или навечно приковала магнитом. Ее темно-каштановые волосы были длиннее тех, что он запечатлел в своей памяти, и он всерьез задумался о том, чтобы запустить пальцы в кудряшки у основания ее шеи, умоляя открыться ему.

Нервно дергая завязки толстовки и ничего не отвечая Власу на его вопрос, Лиза подошла к столу, и, взяв кружку, наполнила ее до краев горячим чаем.

– Я плед взял.

– Зачем? – задумчиво ответила девушка, чувствуя дивный трепет во всем теле.

– Ты дрожишь.

Лиза, с подозрением взглянув на Власа, вскинула обе брови.

– Это я попросил Саныча уйти к Кэт, – признался он, отвечая на ее безмолвный вопрос. – Хочу, чтобы я был рядом, если объявится твой воздыхатель.

– Не хочу бояться этого персонажа. Не хочу быть слабой, – в ее тоне звучали презрение и злость. Неясно к кому: к себе, невидимому противнику или парню, что сидел напротив и не сводил с нее глаз. – Не хочу ничьей помощи, – обняв ладонями кружку с горячим напитком, чтобы унять дрожь, она устроилась в кресле и постаралась придать себе максимально непроницаемый вид.

– Тайсон, передо мной тебе необязательно все время держать лицо, прикрываясь маской сильной независимой женщины. Я помню, сколько тебе лет, и я чуток больше разбираюсь в людях, чем ты думаешь.

– В силу профессии? – девушка горько ухмыльнулась, не сводя взгляда со своих ладоней.

– Я очень много говорю. Очень много слушаю. Очень много наблюдаю.

– Мнишь себя психологом, Влас? – Лиза тихонько посмеивалась, продолжая изучать рисунок на кружке.

Парень тяжело вздохнул.

– Что самое важное в коктейле, Тайсон? – перевел он тему, пытаясь привлечь ее внимание на себя.

– Снизить крепость, не теряя во вкусе, – не думая, ответила она.

– Верно, – его губ коснулась улыбка. – А в любви? – вполне обычный, абсолютно невинный вопрос казался крайне многозначительным.

– Не знаю, – она, наконец, посмотрела ему в глаза. – И что же?

– Важно… – он медлил, изучая каждую черточку ее лица. – Чтобы всех ингредиентов было поровну: влечение ума, рождающее уважение, влечение сердца, рождающее дружбу, влечение тела, вызывающее желание. Если не хватает одного из компонентов – это уже не любовь. Это отношения, основанные влюбленности, дружбе или вожделении.

Лиза прикусила губу, раздумывая над тем, что ответить:

– Думаешь, где собрать все ингредиенты, сэнсей? Будешь ваять коктейль?

– Думаю, где запереться с тобой, чтобы ты уже начала говорить со мной, а не по-детски топать ножкой. Но видимо это снова случится не сегодня.

– Я ребенок? Снова?! – девушка вскочила на ноги, едва не опрокинув кружку с горячим чаем.

– А когда было по-другому? – Влас тоже поднялся на ноги и, встав прямо перед ней, казалось, стал выше нее в два раза.

Лиза что-то беззвучно бормотала себе под нос, пыхтя как закипающий чайник.

– Тайсон, мое терпение не безгранично. Я не всегда буду паинькой. Мне без тебя неинтересно. Мне без тебя сложно спать, – цитировал он одну из ее любимых песен. – Я просто друг, а хочу целовать.

– Ты весь мой плейлист наизусть выучил? Ты серьезно? – она сложила руки на груди, отгораживаясь от него ими как барьером.

– Скажи, что я веду себя как пацан!

– Так и есть, сэнсей!

– За каждой строчкой я прячу то, чего хочу… Лиза… – в голосе Власа слышались предостерегающие нотки. Он расцепил ее скрещенные руки, мягко толкнув их своей ладонью, и они безвольно повисли по бокам от нее.

– Я хочу спать! Я пойду! Я замерзла! – пыталась придумать оправдания девчонка, не двигаясь с места ни на дюйм.

– Ты уверена, что замерзла? И что это не отговорки? – Влас склонил голову набок и вскинул одну бровь. Ее сердце начало биться чаще.

– Мне нет нужды искать отговорки, – чтобы скрыть подступающие слезы, Лиза отвернулась от него к столу, начав собирать с него грязную посуду.

– Что ты будешь делать, когда не сможешь использовать бессмысленные отмазки в качестве предлога?

– Не знаю. Может, сдамся.

– Лиза, кем ты притворяешься? Для чего? Открой мне причины этого спектакля? – она вздрогнула от неожиданности, когда мужские руки опустились на стол по бокам от нее. – То, что между нами это больше, чем искры. Я не друг тебе. Мы смотрим друг другу в глаза и сияем ярким пламенем. Сколько можно, Тайсон?

– Влас, отпусти, – она закрыла глаза и прислонилась спиной к его груди. Сердце отбивало чечетку. Разум пытался докричаться до сознания и напомнить о том, как ей было больно без него. – На тебя, что ностальгия напала?! – опомнившись, она вновь подалась вперед, чтобы увеличить между ними расстояние.

– Хочешь ностальгии?! – он легко подхватил ее на руки и потащил в сторону своей палатки.

– Я закричу, и сбежится весь лагерь! – робко протестовала она.

– Закричишь, и я заткну твой миленький рот страстным поцелуем. Хочешь удостовериться?

Лиза отрицательно замотала головой.

– Вот и умница, девочка моя.

– И что мы будем делать? – зашептала Лиза, пытаясь привыкнуть к странному чувству, идущему изнутри и разливающемуся по телу, от сладкого и манящего сочетания слов «девочка» и «моя».

– В карты на раздевание играть, – иронизировал Влас.

– Я не умею, – Лиза сглотнула, приняв его слова всерьез.

– В этом весь смысл, Тайсон.

– В игре в карты?

– В раздевании тебя.

– Потребитель!

– Это ты меня таким сделала, – парень склонился ближе и звонко чмокнул ее в нос. – И что ты будешь делать с этим – твоя проблема.

– Моя?

– Угу, – он поставил ее на ноги и указал рукой на палатку, предлагая войти первой.

– Нет!

– Жаль, что у тебя нет с собой жирафопижамы, – кокетливо закусив нижнюю губу, Влас подмигнул ей и наградил красноречивой улыбкой.

Лиза закатила глаза и ударила себя ладонью по лбу.

– Я солгал тебе.

– Когда? – девушка прищурила глаза.

– Когда сказал, что ты не секси кошечка в жирафопижаме…

– Издеваешься?! – почти бесшумно злилась Лиза, стараясь не разбудить обитателей лагеря громким разговором.

– Да. Но говорю честно. Я. Ее. Обожаю. Всей. Душой, – по слову выдыхал он, намеренно дразня ее и выводя из равновесия.

Ей бы сейчас хотелось быть в палатке, бесцельно листать ленту каналов Телеграм, спать и видеть десятый сон, но не меньше хотелось быть здесь и сейчас, ощущать, пусть даже на небольшом расстоянии, уверенное тепло, льющееся в её сторону из внимательных медовых глаз. Внутри все переворачивалось. Волна жара образовалась где-то в груди и медленно стекала от центра живота, спускаясь все ниже и ниже.

Лиза шагнула ближе к нему, собрав всю свою храбрость, и обняла за шею. Она притянула его к себе, и он позволил ей это сделать.

– Что ты делаешь, Тайсон?

– Мы давно что-то чувствуем. Давай, узнаем, – ее голос перешел на театрально страстный шепот.

– Как думаешь, что мне нужно от тебя, Лиза? – Влас отстранился, скинув ее руки со своей шеи и давая понять, что ожидает ответа незамедлительно.

– Секс.

– Ты серьезно?

Она пожала плечами.

– Мне двадцать шесть. Я совладелец и управляющий сети клубов, не последний бармен в бар-индустрии, и ты думаешь… Так стоп… Ты действительно думаешь, что я не могу найти кого-нибудь для секса?!

– Думаю, что у тебя наоборот нет с этим проблем, и я тебе нужна лишь для коллекции!

Видно было, как сказанное девушкой выбило Власа из колеи, но он сдержал эмоции, что просились наружу.

– Я семью хочу, – почувствовав необыкновенное умиротворение от того, что, наконец, признался в этом вслух, Влас улыбнулся.

– А-а-а… О-о-о… М-м-м…

– Я понял, ты пытаешься вспомнить алфавит.

– Нет… Я не… Я не ожидала просто…

– Просто снова прижмись ко мне губами и заставь поверить, что ты ничего ко мне не чувствуешь, друг мой. Сделай это или расскажи, в какие игры ты играешь? – его слова запустили волну кусающихся мурашек от кончиков пальцев на ее ногах к макушке.

– Я никогда не играла с тобой, сэнсей! – она сжала ноги, пытаясь заглушить концентрирующуюся между ними горячую пульсацию.

– В следующий раз я поцелую тебя по-настоящему, Тайсон, – Влас обнял ее за талию и подался вперед, приближая ее к себе.

– Наши поцелуи не были настоящими для тебя? – боясь потерять равновесие, Лиза ухватилась за его плечи, прильнула к нему и почувствовала, как напряженное тело окончательно стало расслабляться в его объятиях.

– Их можно пересчитать по пальцам, но… – он сделал паузу. – Но ни один из них не был обычным, Лиза. Для меня не был, – его губы были слишком близко, но не касались ее губ. Она зависела от него, была зажата в кольце его рук и едва дышала. – Что такого мне еще сделать, чтобы ты, наконец, мне поверила и потеряла, нахрен, свое чертово самообладание?!

– Это приглашение? – задыхаясь, говорила она.

– Да, – прорычал парень и отступил, выпуская ее из объятий. – В палатку.

Лиза явно колебалась, но затем, вскинув руки в знак капитуляции, неохотно согласилась и сделала так, как он просил.

Сейчас, в этом относительно тесном для двоих пространстве, сидя на полу палатки, скрестив ноги, с разметавшимися по плечам волосами, Лиза была так соблазнительна, что Влас, повинуясь секундному порыву, решительно пополз на нее, заставляя девушку откинуться на спину и лечь.

– Влас, так нечестно, – она до боли кусала собственные губы, чтобы вернуть самообладание.

– Я не говорил тебе, что будет легко со мной дружить, – она оказалась прижата его телом к матрасу. – Проще ведь было ненавидеть. Да, Лиза?

– Мстишь мне? – она толкнулась бедрами ему навстречу. – Думаешь, я совсем идиотка? – ее засасывало тепло его мускулистого торса. Их тела идеально вписывались друг в друга. Казалось, она стала забывать, как правильно дышать.

– Много о чем думаю, но твоим ушкам лучше пока не знать о чем, – он толкнул бедрами вниз и снова приподнялся, выбивая ритм, который окончательно проявил ее влечение, которое она пыталась скрыть от него и не осознавать для себя.

– Это что-то непристойное? – чуть приглушившееся желание с новой силой загорелось в центре бедер, учащая дыхание и выбивая из горла стон.

– Это что-то искреннее, девочка моя, – разочарованно зарычал Влас и откатился в сторону. – Не здесь, – он, не мешкая, накинул на нее плед. – Не так, – повернув ее к себе спиной, он уткнулся носом в ее затылок, стараясь лежать от нее на расстоянии вытянутой ладони. – Не сейчас, – его дыхание нежно щекотало ее волосы и шею. – Как же ты меня… А-а-а! – взбив середину подушки, Влас положил на нее голову и, шумно выдохнув, затих.

– Влас? – слегка озадаченно спросила Лиза. Дыхание не желало восстанавливаться.

– М-м-м?

– Влас, ты спишь? – она покраснела. В темноте этого не было видно, но щеки предательски горели, как всегда бывало, когда он был рядом.

– Официально сплю, – засмеялся он и тряхнул головой. – Что на этот раз? Что?! Что случилось, Лиза?

– Влас!

Он застонал и заморгал, пытаясь сильнее зажмуриться.

– Я только начал засыпать, Тайсон. Это не подождет до утра?

– Влас, в человеческом теле двести шесть костей. Сейчас в твоем – двести семь. Я чувствую его.

– Ты всегда плохо на меня влияла, Лиз, – Влас ухмылялся, не открывая глаза. – Технически говоря… – заговорщицки начал он. – Так бывает, друг мой. Когда мальчику нравится девочка… – горячий шепот касался ее затылка. – Тычинки, пестики… – его губы прижались к ее макушке, даря легкий, но обжигающий поцелуй. – Блин?! Как об этом говорить с тем, в ком души не чаешь?! – она чувствовала его кожей. Его дыхание. Его сердце. И казалось, его душу. – Была бы ты моей девушкой, ты бы не только знала об этом, но и чувствовала. Насколько это бывает прекрасно и… – парень застонал. – Пожалуйста! Давай не будем разговаривать?!

– Ты еще вспомни мне лекцию про коктейль «Секс на пляже»… – нарочно дразнила она. – И каким жарким бывает быстрый секс, – напомнила Лиза их диалог двухлетней давности.

– Для быстрого секса здесь и сейчас самое время, – Влас привстал на локте, и, наставив на Лизу два лазерных луча своего взгляда, недоверчиво скривил лицо. – Но мы же друзья. А я не приемлю секс по дружбе и любые подобные отношения, – мурлыкал он, поймав пальцами ее подбородок и поворачивая к себе ее залитое румянцем лицо. – Будем спать, – его ладонь коснулась ее щеки. Он смотрел на нее, словно видел в темноте.

– Ты издеваешься? – она едва могла разглядеть его, но его ехидную улыбку могла угадать по одной лишь интонации.

– Да, Лиз. Я бы даже сказал, я мщу! – нависнув над ней и отодвинув плед в сторону, он скользнул рукой по ее спине, под слои одежды. – За все бессонные ночи, что провел без тебя, пока ты была в отъезде, – его ладонь скользила по ее коже, а Лиза ощущала себя так, словно в ее легких выкачали весь воздух, и ее вот-вот выставят в открытый космос без возможности вернуться. – За все нервы, которые ты успела сожрать, когда вернулась, – его пальцы нашли застежку лифа и, легко расстегнув ее, вернули девушке способность дышать. В попытках сдержать стон, Лиза закусила губу. – Ты будешь мечтать о моем поцелуе…

– Вот как? – она облизала пересохшие губы и поняла, что больше не чувствует его руки на спине.

– Да, милая, – он закутал ее в одеяло, словно в детскую пеленку, подоткнув со всех сторон и спрятав края. – Будешь бредить мной, – склоняясь над ней и касаясь своей щекой ее, выдохнул он.

– Думаешь, это необходимо? – умоляюще говорила она, пытаясь дотянуться губами к его губам, но Влас закрыл ей рот ладонью.

– Будем спать «вальтом»? – с притворной серьезностью он протянул руку к ее лодыжке и протяжно провел ладонью снизу вверх, медленно поднимаясь к бедру. – Но тогда я боюсь, что покусаю твои красивые… Нет. Очень красивые ноги…

– Нет, Влас! Ты не сделаешь этого! – она неуверенно сопротивлялась. – Не поступай так со мной!

– Уже поступил, девочка моя, – он вновь лег позади нее и, коснувшись горячей ладонью низа ее живота притянул ближе к себе. – «Вальтом» спать не будем. Так уж и быть, – его пальцы очертили круг вокруг ее пупка и спустились ниже, продолжая давить ровно настолько, чтобы девушка могла ощущать трение через мягкую ткань пледа.

– Влас… – ее тело отозвалось диким неуемным желанием. Она тихонько застонала.

– Спокойной ночи, девочка моя, – горячая ладонь парня вновь подтолкнула ее к нему. Жар чувствовался даже через одеяло. Лиза откинула голову назад, прижимаясь затылком к его груди, чувствуя его дыхание на своей шее. Она пыталась вырваться из плюшевого плена, но ничего не выходило.

– Пожалуйста, Влас…

– Что случилось? – он снова привстал на одном локте, чтобы лучше разглядеть ее лицо. – О чем ты хочешь поговорить перед сном, друг мой? – он сделал вид, что зевает и, засыпая, падает на нее.

– Один поцелуй… – ее глаза сверкали, синие океаны почернели от желания.

– Тогда урок не будет изучен, Тайсон. А мы закрепляем с тобой пройденный материал.

– Это жестоко!

– О да! Это жестоко! Все именно так, девочка моя!

– Что ты хочешь, чтобы я сделала? Умоляла?

– Хочу, чтобы ты была искренна.

– С тобой?

– С собой. В первую очередь. Почувствуй, что у тебя вот здесь, – он коснулся того места, где из ее груди пыталось вырваться сердце. – Тогда ты получишь удовольствие, даже от совместного сна со мной.

– Что ты хочешь мне сказать?

– Позже скажу. А теперь спи, – он мягко поцеловал краешек ее губ.

– Я отомщу тебе, Майоров, – лицо Власа по-прежнему было так близко, что ему стало слышно ее темные мысли.

– Неправильный ответ, Вермутова…

– Завтра же начну! – надув губы, зашипела Лиза.

– То есть дружбы не предвидится? – казалось, его победная улыбка озарила фейерверком всю палатку.

– Это мы уже пробовали! – девушка дернулась, теряя терпение, но через секунду сдалась и удобнее устроилась в его объятиях. Улыбка озарила ее лицо, и она прикрыла глаза.

– Это еще не предел накала, девочка моя… – прошептал Влас, сильнее прижимая ее к себе. Их объятия были крепкими, теплыми, уверенными. Такими, в которых время останавливалось, и все приобретало смысл. – А теперь спи, друг мой, – ленивая улыбка коснулась его губ, и он тихонько запел ту самую колыбельную.

Теперь она точно запомнила ее мелодию. Вернее, узнала ее. Это была песня Земфиры «Тихо спит моя любовь…». Лиза невольно улыбнулась и провалилась в ласковый обволакивающий сон.

Глава 12. Простое счастье

Всю ночь Влас не выпускал Лизу из объятий. Это была самая долгая и самая скоротечная ночь одновременно. Он не думал, что можно быть настолько счастливым, от того, что твои конечности сводит из-за неудобного положения, когда ты боишься пошевелиться и нарушить чей-то сон. Так много и так мало. Так сложно и так просто.

«Счастье-чтоб-ногу-свело» – он улыбнулся придуманному определению своего положения и вновь уткнулся носом в затылок Лизы, всеми легкими вдыхая ее аромат. Запах, от которого темнели его мысли. Запах, от которого бешено билось сердце. Запах, от которого все тело будто в лихорадке колотило изнутри. Он просыпался примерно тысячу раз за ночь, проверяя там ли она еще, и только под утро уставший разум сдался, погрузив парня в сладкий сон.

Лиза блаженно потянулась в его крепких объятиях и открыла глаза. Она поерзала, пытаясь выбраться из кольца его рук, но сделала только хуже и оказалась с ним лицом к лицу без возможности выбраться из этой нежной ловушки.

– Влас? – тихо позвала девушка, толкнув его в грудь ладонями, отстраняя от себя.

– М-м-м? – мечтательно замычал он.

– Влас, проснись, – ее дыхание коснулось его щеки.

– Зачем? Еще рано… – сказал он, изо всех сил пытаясь подавить улыбку.

– Сэнсей, мне надо выбраться из палатки, пока меня никто не увидел…

– И что ты будешь делать, если я против? – он прижал ее к себе, вновь закутав в свои руки как в одеяло.

– Что это еще значит? – сдавленно произнесла девушка и в желании освободиться начала активнее вертеться в его руках.

– Это значит, что мне плевать, если все увидят, Лиз…

– Как было плевать на меня все это время? – резкий вопрос девушки выдернул его из дремы, заставляя проснуться и сиюсекундно открыть глаза. Хватка парня ослабла, и Лиза отстранилась.

– Поговорим об этом? – в его голосе звучало раздражение. Брови взлетели вверх, а глаза метали колючие искры. – Прямо сейчас?!

– Я не хочу говорить, – намек теплоты между ними исчез также быстро, как проявился. – Я всего лишь хочу выбраться отсюда… – девушка смотрела на него с непроницаемым выражением.

– Бежишь? – спросил он с ухмылкой, сложив руки за голову и наблюдая за ее отступлением. – А как же твоя месть? Сдулась с рассветом, Тайсон?

От его голоса по спине Лизы пробежала теплая дрожь. Она подползла к выходу из палатки и начала спешно расстегивать молнию на двери для того, чтобы выбраться наружу, но внезапно остановилась.

– Зря ты это сказал, сэнсей… – лицо девушки озарила хитрая усмешка, обрамленная загадочным мрачным подтекстом. – Ты об этом пожалеешь…

– Плевать, – Влас не улыбался. Сейчас он был нахмурен, а его рот искривлен. Словно он злился на нее за то, что она поставила их в такое положение. Злился на нее за то, что он не знает как себя вести с ней. Злился на то, что не понимал, в чем виноват.

– Хорошего дня, сэнсей, – не снимая кофты через голову, она нырнула под нее руками и освободила бюстгальтер, который парень расстегнул вчера вечером, и бросила ему в лицо.

– Что ты делаешь? – легко поймав шелковую деталь рукой, Влас растерянно заморгал, не ожидая такой реакции девчонки.

– Кружево давило, – отозвалась она. Внутри все переворачивалось, но лицо не отразило, ни капли смущения и стыда.

– А-а-а… м-м-м… – от волнения парень прикусил кулак.

– Алфавит вспоминаешь, сэнсей?

– Не думаешь, что доиграешься, Лиз? – молниеносно сев и подавшись чуть вперед, парень оказался с ней лицом к лицу.

– Мне кажется, напряжение между нами затянулось… – она толкнула его ладонью в грудь, но он не отстранился, ни на дюйм. – Теперь, дело принципа – победить!

– И чего ты добиваешься?! – он накрыл ее руку своей, не позволяя девушке шелохнуться и избежать его вопроса.

– Тебя! – злобно выдохнула она, и ее щеки вновь окрасил предательский румянец.

– И что будешь делать, если получишь? – свободная ладонь парня коснулась ее щеки. Тепло, которое исходило от него, плавило ее без остатка.

– Пока не придумала… – мелкая дрожь сотрясала ее тело, и она не в силах была унять ее.

– Подумай.

– Подумаю… – под его пристальным взглядом, говорить Лиза была не в состоянии. Она несмело потянула на себя зажатую в его руках ладонь, и, почувствовав, что парень ее отпустил, выдохнула с облегчением.

– Вот это уже разговор, – Влас вновь улыбался, и, это была самая очаровательная улыбка, какую только она видела в своей жизни.

Наскоро улизнув из палатки, Лизавета направилась к знакомому тенту, желая найти успокоения в утреннем чаепитии, но через минуту ее уединение уже прервал Влас.

– Может, мы уже поговорим, Тайсон? – встав рядом с девушкой вплотную, парень неспешно искал на столе ингредиенты для растворимого кофе, нарочно затягивая его приготовление.

– Не о чем, сэнсей. Незачем, – упрямилась она, но голос стал значительно тише, почти перейдя в едва различимый шепот. Она пыталась собраться с мыслями, пыталась вспомнить последовательность заваривания чая, но в голове гулял только ветер с его именем на устах.

– Лиза… – позвал Влас, пытаясь привлечь ее внимание. Он хотел сказать ей что-то еще, но передумал, решив сменить тактику. – Ты такая красивая сегодня, – его взгляд задержался на ней слишком долго, и девушка с усилием сглотнула комок напряжения, вставший поперек горла.

– Только сегодня, сэнсей? – она перестала дышать, ожидая, что он подойдет еще ближе и скажет еще что-нибудь… более очаровательное.

– Сегодня по-особенному, – он смотрел на нее с таким восторгом, что она растерялась.

– С чего это?

– Как тебе без него? – тягучий, глубокий и поддразнивающий голос парня поднял мурашки как по команде. – Удобно? – он провел пальцем по мягкому хлопку ее футболки, касаясь груди, и та мгновенно отреагировала на его касание, приветствуя его гусиной кожей и проявившимися острыми бугорками под легкой хлопковой тканью.

– Не понимаю о чем ты… – волна смущения пробежала от кончиков пальцев на ее ногах до затылка, и Лиза раскраснелась.

– Дразнишь меня, Тайсон? – закусив губу, он невольно засмеялся и покачал головой.

– У тебя научилась, сэнсей, – с невозмутимым видом Лиза отвела глаза. На ее лице по-прежнему играла нежнейшая улыбка. Достав блеск-помаду из кармана олимпийки, она одним касанием увлажнила губы, и нарочно дразня Власа, жестом предложила помаду и ему.

– Как же называется эта игра, по-твоему? – игнорируя ее тщетныепопытки вести в этом поединке, он склонился над ней, и, потянувшись свободной рукой к ее волосам, убрал их ей за спину.

– Дразнилки? – предложила она, и ее улыбка стала шире в два раза.

– И какие правила?

– Правила – это скучно, Влас…

– И кто кого переиграет? – он отстранился, чтобы найти ее взгляд. Его медово-карие глаза встретились с ее синими.

– Ты еще спрашиваешь? – уже едва дышала она.

– Я тебя сделаю, Тайсон… – тихо ответил он.

– Не привыкла проигрывать, сэнсей, – она сделала шаг к нему и, вздернув подбородок, посмотрела вверх, прямо в его лицо.

– Значит, не с теми играла, девочка моя… – он наблюдал за ней, как охотник за добычей.

– Мне нравится играть только с тобой, – с этими словами она прижалась к его губам, оставляя мерцающий след от жидкого блеска на его губах.

Легкий поцелуй шокировал его.

– Я забываю, что ты всегда берешь то, что хочешь, Тайсон. И никогда не спрашиваешь позволения, – он застыл от того, что увидел в ее глазах, а затем медленно и неторопливо провел зубами по ее нижней губе.

– Что-то я не помню, чтобы ты возражал…

– Лиза, чего ты добиваешься? – он нежно обхватил ее лицо ладонями, ища ответа в ее глазах.

– Я уже сказала, – напомнила упрямица, освобождаясь от его рук и отступая назад. – Тебя.

– Ты хорохоришься, а сама боишься меня до чертиков… – он стоял всего в нескольких сантиметрах, нависая над ней, загнав её в ловушку, которая еще несколько минут назад была убежищем, и, изучая её застывшие черты, заставлял её чувствовать себя, как в тюрьме. Желанной тюрьме, черт возьми.

– Нет! – она надеялась, что это звучало отстранённо, потому что её голос показался ей тонким и писклявым.

– Что нет? – теперь Влас просто ступал в ее сторону, заставляя девушку пятиться.

– Не боюсь! – Лиза невольно делала шаг назад на каждый его шаг вперед.

– Лиза, посмотри на меня, – его пристальный взгляд неспешно прошёлся по её лицу, медленно спустился к широкому вороту футболки и заскользил вниз к кроссовкам. Создавалось ощущение, что он раздевал её взглядом. Лиза прижала к себе скрещенные руки, пытаясь прикрыть «приветствующую» его грудь, чтобы создать хоть какую-то преграду между ними. – Ты вообще представляешь, что ты со мной творишь?!

– И что же?!

– Действительно хочешь знать?

Предательская теплота разлилась в её животе. Это заставило её мозг работать и единственное, что она смогла ответить:

– Хочу!

– Я не помешала? – голос Алисы появился из ниоткуда, словно прорвался из параллельной вселенной и обрушился градом на этих двоих.

– Мы едем домой, – нетерпеливо прорычал Влас, и, схватив Лизу за руку, потянул ее за собой.

– Нет! – неуверенно протестовала девчонка, пока он легонько подталкивал ее в спину, увлекая к припаркованным на поляне квадроциклам.

– Пошли, пошли, дерзкая моя. Где твоя смелость, Тайсон? Держи удар. Если я буду плохо себя вести – откусишь мне ухо. Разрешаю.

– Влас! – умоляюще взывала она.

– Пожалей мои уши, девочка моя. Они пригодятся тебе, когда ты задумаешь их откусить! – Влас вновь окинул ее многозначительным взглядом, посылая очередную волну жара к лицу.

– Что ты себе навоображал, сэнсей?

– А что бы ты хотела?! – многозначительно поиграл бровями он.

– Мы, правда, едем домой?

– Как я и сказал, девочка моя, – Влас уселся на квадроцикл и протянул ей ладонь, приглашая составить ему компанию. – Садись, пока я не потащил тебя силой…

Глава 13. Горячо и холодно.

Как только Влас и Лиза добрались до машины, парень устроил девушку на пассажирском сиденье автомобиля и собственноручно пристегнул ей ремень безопасности, чтобы исключить возможные попытки ее побега. Он расплатился за парковку, вывел машину со стоянки и ловко влился в почти непрерывный транспортный поток.

В салоне было настолько тихо, что звук урчащего двигателя напоминал тикающий механизм бомбы, что должна была вот-вот взорваться и нарушить шаткое безмолвие. Напряжение, повисшее в воздухе, сгустилось настолько, что если бы ему следовало присвоить размеры, то масштабами оно бы опередило гору Джомолунгма[1].

Лиза сидела совершенно неподвижно, не касаясь спинки сиденья. До боли в костяшках сцепив пальцы рук и сощурив веки, девушка сосредоточенно следила за дорогой, словно она бывалый штурман и от нее зависит исход этого путешествия. Внутри нее все смешалось: страх, стеснение, запоздалая реакция на «похищение» Власа. Она не желала с ним разговаривать и приняла самое легкое для себя решение – молчать. Она старалась не смотреть на него и не обращать внимания на его агрессивное вождение и спешку.

Так или иначе, Влас принял ее очередной каприз и решил подождать с беседой до тех пор, пока они не приедут домой, где он собирался выспросить все о том, что ее волнует, и рассказать о том, что волнует его. Он искренне надеялся, что разговор, которого она так долго избегает, наконец, состоится.

– Дорога будет бесконечно долгой, если ты так и будешь молчать, Тайсон, – несмелая попытка завести с ней беседу утонула в гнетущей тишине. Молчание Лизы начинало его тревожить. Не надеясь услышать от нее и слова, Влас прибавил газу, чтобы быстрее домчаться до дома, когда она, наконец, подала голос:

– Мы оставили вещи… рюкзак… – взгляд девушки скользил по его профилю.

– Вещи заберет кто-нибудь из команды. Мне все равно. Я хочу побыть с тобой наедине, – от обольстительной улыбки Власа пульс Лизы заметно участился. Она восхищалась его настойчивостью. Если бы еще он не был таким бесцеремонным!

Звонок мобильного прервал едва завязавшийся диалог. На экране телефона Власа высветилось имя «Алиса». Лиза закатила глаза. Чтобы не отвлекаться от дороги, парень поставил на громкую связь и вернул телефон в подставку на приборной панели.

– Наконец-то ты в зоне доступа! – с облегчением выдохнула девушка на другом конце провода.

– Что тебе надо, Алиса? – раздраженно прервал ее парень.

– Тебя ищут строители «Мерзлоты». Звонили тебе, но безрезультатно. У них какие-то проблемы. А еще звонили Кэт, мне и даже Никите. Им нужен ты, Влас. Срочно.

– Съезжу… – от хорошего настроения парня не осталось и следа, карие глаза потемнели, а голос перешел в гневное рычание. – На неделе…

– Скоро открытие… – напомнила Алиса. – Помнишь? – на несколько секунд в трубке возникла тишина. Откуда-то издалека донеслась легкая усмешка. Лиза была уверена, что в этот момент белокурая стерва улыбалась своей маленькой победе. – Им нужно, чтобы ты был сегодня, – она выделила последнее слово интонацией. – Вернее вчера.

– Понял, – Влас посмотрел на часы, мысленно прикидывая время на дорогу до бара и обратно. – Надо. Значит, буду, – с горечью в голосе выдохнул он.

– Я передам Кэт, что ты в курсе, – с излишней, почти сладкой галантностью добавила Алиса и сбросила вызов.

Поджав от злости губы, Лиза демонстративно отвернулась и уставилась в окно. Влас притормозил на светофоре, до дома оставалось меньше пары минут.

– Я туда и обратно, Тайсон… – вкрадчиво начал он, вглядываясь в ее лицо и пытаясь догадаться, о чем она думает. – Сегодня же вернусь… – Влас протянул к ней руку и отвел прядь волос от ее щеки. Этот жест был настолько нежным и теплым, что у Лизы защемило в груди.

– Угу, – девушка закрыла глаза, огорченная тем, что он не умеет читать ее мысли.

– Мне нужно, – кончик его пальца скользнул по ее щеке к шее.

– Я понимаю… – Лиза мрачно усмехнулась. – Тебе нужно, – добавила она, пожав плечами.

– Тайсон, я вижу, что ты злишься, – Влас шумно выдохнул, вздохнул и вернул руки на руль. – Почему? Потому что я еду или по другой причине?

– Ты еще спрашиваешь?! – пытаясь сдержать себя, Лиза сжала кулаки.

– Лиз, что не так?! – сквозь стиснутые зубы нетерпеливо прогремел он.

– Слон в комнате, Влас!

– Помнится, ты хотела дружить? А между друзьями ведь нет тайн? Или я ошибаюсь? – парень глубоко дышал, пытаясь успокоиться, чтобы направить разговор в более мирное русло. – Мы можем говорить обо всем открыто? Ты можешь не мучить меня и сказать все как есть?

– Какие мы к черту друзья?! Друзья не швыряются друг в друга нижним бельем!

– Аллилуйя. Хоть в чем-то мы солидарны, – Влас ухмыльнулся. – Какие мы к черту друзья, если ты не выходишь из моей головы и ночью, и днем! – парень припарковал машину у обочины, заглушил двигатель и повернулся к Лизе всем корпусом. – Скажи, что тебя волнует, Тайсон? Умоляю тебя.

– Она! Она меня волнует, Влас! – Лиза указала на его телефон. – Она знает, что ты со мной! Она специально позвонила!

– Ты не права… – он ухмыльнулся, и, схватив ее за запястье, потянул ближе к себе.

– Я права. Она ищет способ… – выпалила Лиза, понизив голос и подчеркивая свои слова гневным взглядом.

– Тайсон… – она попыталась вырваться, но Влас лишь крепче сжал ее руку. – Девочка моя… – он поцеловал центр ее ладони. – Я поеду не к ней. Мне надо в бар. «Мерзлота» открывается на следующей неделе. Я не могу подвести Кэт.

– Ты поедешь туда, потому что так захотела Алиса! – Лиза многозначительно опустила взгляд на его пальцы, все еще сжимавшие ее запястье. Не помогло. – Может, отпустишь меня?

– Ты расстроена, потому что ревнуешь, – тихо ответил он.

– Черта с два! – Лиза рывком высвободилась и сложила руки на груди.

– У тебя нет повода мне не доверять…

– Кто сказал? – задумчиво посмотрела на него, словно оценивая искренность его слов.

– Лиза?! Ты испытываешь судьбу! – предупредил Влас.

– Я думаю, это она меня преследует! Потому что у нее есть мотив! – синие глаза девчонки метали гневные искры. – Я найду способ доказать это!

– Она всегда будет слоном в комнате, ведь так? Где бы мы ни были? И как бы мы далеко не зашли в наших отношениях?

– Я не верю ей, сэнсей! Услышь меня! Я думаю, это она шантажирует меня! – она сжала руки, чтобы они не тряслись от волнения.

– Это не она.

– Ты доверяешь ей, а моему слову не веришь?! – ком обиды сжал горло, к глазам подступили слезы.

– Я просто знаю ее, Лиз.

– Ты не знаешь на что способна женщина, когда ей что-то нужно… Когда кто-то нужен… – она потянулась к дверной ручке и застыла, не решаясь выйти из машины, не мешая Власу обдумывать ее слова. А подумать было над чем. – Езжай…

– Я приеду, и мы поговорим, – решительно ответил он. – К вечеру должен вернуться…

– Конечно… – оскалилась Лиза и покачала головой. – Я буду ждать. Как и всегда, сэнсей. Как и всегда, – бормотала она, скользя взглядом по его губам. По ее окаменевшему лицу бурей пронеслось раздражение. Ни к нему, а к себе самой. – Я же всегда жду. Как преданный щенок, – ее внимание было приковано к его груди, словно у нее не хватало смелости посмотреть ему в глаза.

– Ты никогда не была для меня… – Влас смотрел на нее, ощущая возрастающую растерянность. Мысленно он признавал, как недвусмысленно их полуторагодовалое расставание с Лизой выглядело со стороны. Как выглядело для нее. И прикидывал, как это можно исправить.

– Никем не была, сэнсей. Не распаляйся!

– Ты не права… – он сделал глубокий вдох, пытаясь унять желание поспорить с ней.

– И да. Алиса всегда будет слоном в комнате. Где бы мы с тобой ни находились. Она везде. Не помню, чтобы было иначе!

– Я провожу тебя, – несмело предложил парень.

– Я могу сама о себе позаботиться! – лицо Власа было непроницаемо, но она была уверена, что он не купился на ее наигранную храбрость.

– Увидимся дома? – вдруг смягчился он и покачал головой.

– Нет! – выкрикнула она, однако легкая дрожь в ее голосе раскрыла еще один истинный страх девушки – оставаться с ним наедине. – Я дежурю сегодня, – спасительное оправдание сорвалось с ее губ, и Лиза с облегчением перевела дух.

– Верно, – Влас отстегнул для нее ремень безопасности. – Принято, гордячка. Надеюсь, когда-нибудь ты удостоишь меня чести поговорить обо всем без этих дурацких отговорок…

Лиза выскользнула из машины и быстрыми перебежками помчалась к дому. Ей потребовалось все ее мужество, чтобы не оглянуться на парня, но она потерпела неудачу, когда почти вошла в подъезд. К тому времени, как она обернулась, Влас уже уехал.

[1] Гора Эверест или Джомолунгма – это высочайшая гора на Земле, которая расположена в области Махалангур-Химал в Гималаях.

Глава 14. Холодно и горячо.

Глава 14. Холодно и горячо.

«Иногда приходит зима, иногда приходит лето. Если у вас всегда будет одна и та же погода, вы почувствуете застой. Нужно научиться любить всё, что происходит. Вот что я называю зрелостью. Нужно любить то что уже есть… Живите в этот миг. Иногда жарко, иногда очень холодно, но то и другое необходимо; иначе жизнь исчезнет.» Ошо

Сегодня дежурство в «Мамонте» казалось Лизе бесконечным. Она проверила свой телефон примерно в двадцатый раз за день, а потом сделала то же самое, что и предыдущие девятнадцать раз: унесла гаджет в раздевалку и убрала в шкафчик, наивно полагая, что эти «прятки» станут препятствием для ее нарастающего беспокойства.

Ни звонка, ни сообщения, ни электронных писем от Власа не было. Ни намека на его возвращение. Ни намека на его присутствие. Ничего, что могло бы подтвердить, что он так же скучает, как и она.

Закрыв бар, Лиза отпустила персонал и проводила работников клининга. Чтобы не беспокоить среди ночи нанятого Власом водителя, она решила переночевать в комнате отдыха, что была оборудована в баре специально для таких целей. Она сходила в душ и переоделась в единственное припасенное для таких ночевок хлопковое платье-рубашку, свободный крой которого позволял чувствовать себя комфортно и не ограничивал движений.

Чтобы, наконец, расслабиться и крепко заснуть после тяжелого дня, она как истинный бармен, суетилась за стойкой и готовила себе кофе по-ирландски[1]. Пока микроволновка уже в третий раз громко оповещала о готовности попкорна, Лиза озиралась по сторонам в поисках единственного недостающего ингредиента для коктейля. Осознав, что весь необходимый запас взбитых сливок находится в кладовке на втором этаже, Лиза выругалась вслух и неохотно поплелась наверх.

Щелкнув выключателем и шагнув в прохладное помещение, девушка в спешке рыскала по стеллажам в поисках заветных баллонов со сливками.

– Почему ты не дома, Лиза?! – сердитый голос Власа с ноткой укоризны, казалось, раздался прямо у её уха, и девушка отскочила от выросшего не пойми откуда парня, как ошпаренная. Она уставилась на него как на приведение, вынырнувшее из полумрака, а когда пришла в себя, постаралась отдышаться.

– Влас! Когда ты перестанешь подкрадываться?! Мне кажется, я уже заикаюсь! – Лиза оцепенела под его пристальным взглядом. Она почувствовала себя беззащитной, не в силах отвести от него глаз, рассматривая его пшеничные волосы и суровые медово-карие глаза. У нее появилось желание прикоснуться к нему, стереть эти гневные морщинки с его лица и вернуть любимую лучезарную улыбку.

Ничего не отвечая, Влас шагнул в ее сторону. Обхватив ладонями ее талию и приподняв над полом, он решительно отступал к стене за ее спиной.

– Ты чего? Не слышишь меня? – чтобы не упасть, Лиза ухватилась за его плечи, продолжая беспомощно болтать ногами в воздухе. Уперевшись в металлический стеллаж, стоящий у стены, Влас усадил девушку на свободную полку. От прикосновения прохладного металла к коже бедер, Лиза вздрогнула и попыталась спрыгнуть на пол. Но парень вновь приподнял ее и усадил ближе к себе. Широко раздвинув ее колени и встав между ними, он окончательно лишил ее возможности отступления. – Мне холодно, – возмутилась Лиза, скрывая волнение и одергивая задравшееся платье.

Влас без слов склонился к ней, обжигая дыханием ее приоткрытые губы и даря предвкушение поцелуя. Мучительные секунды растянулись в вечность. Лиза слышала свой собственный пульс. Ее кожа горела, волоски на руках наэлектризовались.

– Влас? – позвала она совсем тихо, словно боялась спугнуть момент и потушить огонь в его затуманенных страстью глазах.

– Я так больше не могу, – он взял ее за подбородок теплой ладонью. – Не могу оставаться в своей постели, когда ты в моей квартире. Не могу работать, зная, что ты здесь. Рядом. В паре метров от меня, – свободной рукой он обнял ее за спину и подтолкнул к себе, сократив дистанцию между ними до пары сантиметров, но губ все еще не коснулся. Девушка зажмурилась. Ее ладони скользнули по его предплечьям, и даже сквозь плотную ткань рубашки она почувствовала жар, исходящий от его тела. – К черту все! – зашипел Влас и впился в ее губы, не давая ей вдохнуть. Углубляя свой поцелуй с каждым откликом ее тела на его ласку. Лиза ощутила как его желание трется о нее сквозь тонкое кружево белья и потеряла голову. Нырнув под его руки своими руками и крепче прижимая его к себе за спину, она невольно застонала. Влас гортанно зарычал от бессилия, утыкаясь носом в сгиб ее шеи и потершись о разгоряченную кожу. – Прости. Кажется, я схожу с ума… – он отступил, продолжая скользить взглядом по ее лицу. – Ностальгия напала. Подшофе немного. Запарился. Не сдержался. Все проклятый алкоголь…

Лиза раскраснелась от смущения и стыда, спрыгнула со стеллажной полки и поправила платье.

– Я не была подшофе… – удрученно выдохнула она признание. – В эту нашу первую встречу… – слезы обожгли уголки ее глаз, и она сморгнула их, чувствуя себя беспомощной и глупой.

– Я сейчас тоже не подшофе, Лиза.

Она смотрела через его левое плечо, как будто хотела избежать встречи взглядом с ним любой ценой, и молчала, пытаясь восстановить над собой контроль.

– Так о чем мы сейчас? А, Лиза? О чем это говорит? – он скрестил руки на груди, показывая ей языком тела, что не собирается двигаться, пока она не заговорит.

Опустив глаза в бетонный пол, Лиза тыльной стороной ладони смахивала редкие слезинки.

– Тогда я скажу, – его взгляд встретился с ее. Трепещущие бабочки заполнили ее желудок. И даже сейчас, выражение его лица говорило, что она может стоять здесь хоть до утра, если ей нужно. Он не сдвинется с места. – Мы два взрослых человека. У нас есть язык. Мы умеем им пользоваться не только во время наших поцелуев, Лиз! Пришло время поговорить! Не думаешь? Как взрослые! – его голос стал хриплым и невнятным. – Мы не пьяны. Я сейчас говорю об алкоголе, Лиза! Исключительно об алкоголе! Потому что я не уверен, что мы не пьяны в другом смысле! Потому что я безумен! Я устал от детского сада и игры «горячо-холодно». Я хочу услышать ту боль, что причинил тебе, чтобы иметь представление как все исправить! – он ударил кулаком о ладонь, заставляя Лизу подпрыгнуть. – Если ты будешь продолжать молчать, я рехнусь, Тайсон! Я уже рехнулся! Что я сделал? Чего я не сделал? Объясни мне и я отстану от тебя! Говори! Сейчас же! – рявкнул он так громко, что Лиза невольно вздрогнула. – Выкладывай или я не выпущу тебя отсюда, – предупредил он таким металлическим тоном, что ее пробрал озноб.

Из глаз девчонки брызнули слезы.

– Ты не приехал ни разу! Ни разу за полтора года! – закрыв лицо ладонями, она отчаянно всхлипывала, проклиная себя за слабость, за дурость, за ложь, в которой утонула и захлебнулась. За театральное равнодушие. За наигранную злость.

– Лиза… – загадочная улыбка тронула его губы. – В твоей жизни случился полный пзц. Ты узнала, что твой отец – тебе брат. Что мать беременна новым человеком от твоего биологического отца. А я… я расстроил тебя, сам того не желая. – он вновь стоял рядом с ней, девушка уперлась руками в его грудь. Он был так близко, что было слышно его сердцебиение под ее ладонями. – Я обещал твоему брату, что ты спокойно окончишь школу и сдашь вступительные…– чувство вины накатило на него удушающей волной, сердце прошибало грудную клетку. – Он взял с меня слово, что я не буду к тебе приближаться до твоего совершеннолетия, пока ты… – Влас притянул Лизу к себе и крепко обнял, подставив свое плечо, куда она уткнулась, заливаясь безмолвными слезами.

– А что вместе с тобой я бы этого не сделала?! – она тщетно пыталась вырваться из его объятий, со злостью колотя по его спине кулаками.

– Судя по тому, как мы ведем себя последние пару недель… Лиз, нет! У тебя бы нахрен ничего не вышло! – долгие секунды Влас смотрел, будто сквозь нее, затем замотал головой и медленно выдохнул. – У нас мозги не тем заняты! Я надышаться тобой не могу! Мы все время орем друг на друга! Тебе бы определенно было не до экзаменов! – он хохотнул. Лиза ухмыльнулась сквозь слезы.

– Хоть бы с днем рождения поздравил, сэнсей! – шмыгнув носом, она подняла голову, глядя на него сквозь мутную пелену.

– Я приезжал! Оба раза! Дурында! В первый раз ты с семьей была в роддоме, твоя мать рожала вам с Тимуром нового брата. А во второй раз – ты укатила на Кубу! Серьезно?

– Я думала, ты будешь там! На соревнованиях барменов!

– А я был под окнами твоего дома, истеричка! С цветами и в бабочке как идиот!

– Ты приезжал? – спросила Лиза спустя некоторое время, справившись со своими рыданиями.

– Да, Тайсон. И если ты думаешь, что мне было легко эти полтора года, хрена с два твоя буква угадана. Если бы ты не приехала спустя пару недель после твоего дня рождения в город, я бы переехал под окна твоего дома, ожидая, когда ты, наконец, там объявишься.

– Шутишь?

– Ты заблочила меня везде. До знакомства с тобой я ни разу в жизни не создавал фейковые аккаунты… Я смотрел все местные турниры по женскому боксу. Я не думал, что их так много!

– Я хотела, чтобы ты видел, как я побеждаю. Ты ведь очень хотел посмотреть на меня на ринге…

– Я видел что-то подобное на сайте PornHub…

Лиза рассмеялась и шутливо ударила Власа кулаком в живот. Он перехватил ее за запястье и потянул на себя.

– Мы потеряли с тобой две весны, сколько ты еще готова потерять, чтобы выиграть этот невидимый бой? Неужели тебе не надоело?

– Я думала, нам было весело, – она подавила нервный смешок, не отнимая у него своей руки.

– Чересчур, – он прижал ее ладонь к своей груди. – На моей голове прибавилось седых волос, а я ведь на бесконечность старше тебя.

– На восемь лет, – она прильнула к нему вплотную. – И тебе идет, – Лиза коснулась его виска ладонью, и протяжно провела ею по его волосам.

– Если я сейчас тебя поцелую, то за эту дверь мы выйдем парой, Лиз. Назад дороги для тебя не будет. Я сделаю все, чтобы так оно и было, – в его глазах тлели медово-янтарные искры, привычно поджигающие ее фантазию.

– Твоя угроза звучит очень мило… – она улыбнулась, глядя ему в глаза.

– Не дразни меня, Вермутова, – предупредил он, как бы умоляя ее бросить эту затею.

– Я не боюсь тебя, Майоров.

– Я предупреждаю тебя, пока ты не подошла еще ближе… – его взгляд скользнул по ней, а Лиза снова боролась с желанием не напасть на него сию же секунду.

– Я не боюсь тебя, Майоров, – встав на носочки и выдохнув реплику у самых его губ, повторила она.

Влас обхватил ее за талию и отставил в сторону как легкую фарфоровую куколку. Развернувшись на пятках, парень открыл дверь и, шумно выдохнув, направился в свой кабинет.

– Влас! – Лиза спешила за ним следом, стараясь как можно быстрее переставлять ноги. – Это сейчас что было? – она забежала в его кабинет и оказалась прижата Власом спиной к двери. Он закрыл дверь на замок, наблюдая за ее реакцией.

– Я предупредил тебя. Один шаг… Один поцелуй… И назад дороги для тебя не будет…

– А еще ты говорил, что я буду умолять тебя о поцелуях и буду бредить тобой… – она подошла к нему и встала на цыпочки, пытаясь встретиться с ним взглядом, чтобы показать ему, как она хочет, чтобы он продолжил.

– Скажи мне остановиться, – заклинал он, поставив ладони на дверь по обе стороны от ее головы. – Прикажи мне оставить тебя в покое, Лиза, потому что я не знаю, смогу ли остановиться.

– Я не хочу, чтобы ты останавливался, Влас, – ее губы были приоткрыты, так что он медленно приблизил его губы к ее.

– Нарываешься, Тайсон! – он почувствовал ее руки на своей груди, и как она притянула его ближе. – Не думаешь, что будет жарко, девочка моя?

– Поцелуй меня… – его лицо оказалось в опасной близости от её. Лиза старалась неслышно дышать, чтобы не потерять рассудок от бомбы эмоций, взрывающихся в каждой клеточке тела.

– Сама поцелуй… – прижавшись губами к её уху, он покусывал мочку, а ей хотелось заколотить гвоздями дверь.

– Упрямый! – обхватив ладонями его лицо и повернув к себе, она прижалась губами к его губам, и спустя секунду шока он отреагировал, прижимая ее к себе.

– Упрямая! – засмеялся прямо в ее полураскрытые губы он.

– Псих! – выдохнула она у самого его рта.

– Психанутая! – шептал Влас, и она целовала его улыбающийся рот, вбирая в себя воздух, который он выдыхал.

– Бешеный! – ее поцелуй стал настойчивым и жадным, словно был признанием. Олицетворением ее желания, собственности и власти.

– Бешеная! Ты проорешься когда-нибудь или нет?! Можем мы уже не отвлекаться от поцелуев?!

– Обожаю тебя! – засмеялась Лиза, и руки обвили его шею.

– О-да! Наконец-то! Я победил! О боже, спасибо! – Влас наклонился, вновь прижимаясь губами к ее. Он буквально целовал ее, не давая вставить и слово. – Но на самом деле все было иначе. Это ты победила… Пришла, поцеловала, покорила! – его слова произвели эффект теплых губ, скользящих вниз по ее телу. Внутренности сжались, и она почувствовала, как растекается лужицей по полу.

– Ты был душкой…

– От слова «душить»? Задушить меня хотела?

– Оооочень. И до сих пор хочу! – упершись согнутыми пальцами ему в подбородок, она заставила его запрокинуть голову и поцеловала дергающуюся венку на его шее. Она стояла с запрокинутой головой, смотря на него обжигающим взглядом в ожидании продолжения нежной атаки.

– Ты пахнешь ванилью и миндалем… – прикрыв глаза, Влас с наслаждением втянул аромат девушки – Боже! Как же я скучал! – он скользил ртом по ее шее, прижимая губы к ее пульсу, опуская руку между ее бедер. – Почему ты дрожишь?

– Так всегда случается, когда ты рядом… – чувствуя, как его пальцы поглаживают ее сквозь шелковую ткань, Лиза прикусила нижнюю губу и пожала плечами.

– Проверим? – он улыбнулся, посылая рой бабочек вниз ее живота.

– Что? Собрался? Проверять? – слова застревали в горле.

– Насколько здесь тепло… – Влас поддел пальцем ткань трусиков и сдвинул в сторону, проникая пальцем внутрь.

– Прохладно, – голос Лизы предательски дрогнул.

– Не верю… – он взял ее за подбородок свободной рукой и посмотрел в бездонные синие глаза.

– Это… правда… – едва дышала она.

– Неубедительно, девочка моя, – он потянул за подбородок вверх, и она привстала на носочки.

– Влас… – имя парня замирало на ее устах, с каждым движением его пальца внутри ее влажной нежности. Девушку пробрала незнакомая сладостная дрожь.

– Лиза… – прижавшись губами к ее ключице, невнятно шептал парень.

– Зачем… ты это… делаешь? – она провела рукой мимо воротника его рубашки к шее, чтобы коснуться его кожи, тая от жара, исходящего от него.

– Потому что я тащусь оттого, что теперь могу это делать… – его рот и руки были полны нежности, а тело дрожало от возбуждения, словно он готов смеяться и плакать. Одновременно.

– Тоже хочу… – Лиза протянула руку и потянула его за ремень брюк.

– Тайсон, держи руки при себе… – его губы прижались к ее. – Иначе это случится прямо здесь… – теперь его руки двигались, чтобы обхватить ее лицо. – А я представлял себе это в другом месте…

– Ручки? Вот они, – она подняла ладони. – Погоди-ка! Ты о чем? Ты представлял это? – больше она ничего не успела сказать, потому что он закрыл ее рот поцелуем.

Влас собрал ее платье, словно драпировку, и приподнял его, обнажая тугой живот, который подрагивал под его тяжелым взглядом.

– Что ты себе позволяешь?! – Лиза отстранилась, хватая ртом воздух. Его глаза были в сантиметрах от ее, и она искала в них следы сожаления или еще чего-нибудь, но видела только желание. Она заставляла себя успокоиться и перестать трястись, что сложно, учитывая, что он видел много ее, особенно когда поднял платье выше и изучал изгибы полной груди.

– Я позволяю себе тебя, Лиза. Ты ведь меня для этого и мучила, правда? – Влас смотрел на нее открыто и неровно дышал. – Я не против проиграть в этом поединке… если услышу свое имя на твоих устах, когда… когда ты впервые сделаешь это.

– Какая разница, где мы будем, если мы будем вдвоем, Влас? Так ли важно место?

Слова девушки сработали, как пусковой механизм. И на этом моменте Влас банально сорвался. Руки, ноги, губы… Все было горячим и таким нежным, все стремилось коснуться, обвить, погладить. Он подхватил ее на руки и притянул с такой силой, что того и гляди его руки сломали бы ее пополам.

– Влас… – умоляюще говорила она, пытаясь снова прижаться губами к его губам. – Пожалуйста, Влас… – он аккуратно положил ее на кровать, и Лиза оглянулась по сторонам. Спальня в его кабинете была совсем крошечной, и кровать занимала почти все свободное пространство, но здесь было так тихо и уютно, что девушке стало обидно, что она не видела комнату раньше. – Как часто ты здесь спишь, сэнсей?

– Помолчи. Прошу тебя. Хоть сейчас… Просто позволь мне вести. Моя очередь, Тайсон, – она вытянула руки вверх и назад, позволяя снять с нее платье, а затем и белье, оставаясь перед ним абсолютно нагой. – Я, наверное, сплю, – любуясь ею, шептал Влас. – Я, наверное, сплю в своей кровати, и ты мне снишься. Как снилась все это время. – Парень без слов склонился к ней, осыпая ее поцелуями и спускаясь от шеи ниже и ниже. Почти невесомо коснулся губами груди, прочертил дорожку от одной к другой, провёл языком вокруг ареол. От его дыхания разливался жар по ее телу, внутри все скручивало тугой пружиной, которая грозила вот-вот лопнуть от напряжения. Он вновь и вновь целовал её, избегая самых чувствительных мест, и нежно поглаживал, едва касаясь кончиками пальцев. Лиза не знала, что хотелось сильнее: предвкушения или продолжения. Ей казалось, что он рисовал на ней. Именно рисовал. Легкие касания. Едва заметные тени. Толстые линии, проведенные с сильным нажимом.

– Скажи мне сейчас, если не готова. Или… просто поцелуй, если не передумала.

Она сжала его рубашку в кулак и притянула Власа к своим губам, поцеловала его еще и еще раз, желая доказать, что это была не случайность.

Секунда-две-три. Мгновение и целая бесконечность прошли до того, как Влас вновь навис над Лизой, полностью освободившись от одежды. Опершись руками о кровать по обе стороны от ее головы, удерживая свой вес, чтобы не давить на нее, он прижимался и дразнил ее, позволяя ее рукам блуждать по его телу. Его пальцы вновь проскользнули в нее, кружа снова и снова, пока с ее уст не сорвался блаженный стон, знаменуя о ее первой капитуляции.

– Влас… – неустанно шептала она, а он неспешно скользил пальцами туда и обратно, доводя ее до ощущений, близких к боли и блаженству, и через минуту Лизу вновь настигла новая волна удовольствия.

– Девочка моя, – улыбнулся Влас, и, освободив ее от своей руки, медленно наполнил ее сам. Лиза вздрогнула от неожиданности, а он запрокинул ее голову, не давая ее минутному порыву дать уткнуться ему в плечо, и начал двигаться, глядя ей прямо в глаза. Поцелуи тонули в рвущихся из ее груди стонах.

Время, казалось, остановилось, задернув завесу тишины и приглушенных сладких вздохов. Был только этот миг, в котором слилось для Лизы все. И боль, и счастье, и все исполнившиеся, наконец, мечты. Слилось прошлое и будущее, став здесь и сейчас настоящим. Единственным, что имело значение.

***

Страстная ночь ускользала, отдавая бразды правления, ласковому утру. Влас тихонько напевал Лизе колыбельную, а она вздыхала и прижималась к нему теснее. Через несколько минут ее дыхание стало спокойным, размеренным. Парень закрыл глаза и вдохнул ее запах с уже любимым ароматом ванили и жженого миндаля. Странно, как упоительно просто было обнимать эту маленькую женщину. Удивительная интимность совместного сна волновала его и множила чувства, что пробудились в нем еще тогда. Почти два года назад.

***

Гаджет Лизы истошно вопил в шкафчике девушки уже битый час. Характерный сигнал известил об истощенном заряде, когда на последнем проценте, на экране высветилось сообщение: «Вот ты и попалась…». Телефон потух, так и не доставив сообщение до адресата…

[1]«Кофе по-ирла́ндски» (ирл. caife Gaelach) – кофейный напиток, который относят в категорию коктейлей со сливками, на основе ирландского виски, чёрного кофе, взбитых сливок и коричневого сахара.

Глава 15. Штиль

Есть молчание, что говорит о многом, и слова, которые не говорят ни о чем…

– Доброе утро, девочка моя, – горячие губы Власа коснулись щеки Лизаветы. Девушка свернулась калачиком в его объятиях, сильнее сжимая веки, не желая просыпаться и отпускать сладкую ночь в небытие. Обвив рукой его талию, она впитывала его тепло, словно успокоительное лекарство. Ее тело еще постанывало от удовольствия, но угасающие отблески страсти уступили место странной необоснованной тревоге.

Небритые щеки парня царапали нежную кожу ее шеи, пока он осыпал ее поцелуями, запуская мурашки по всему телу. Его уютные объятия поглощали ее без остатка, не отпуская из нежного плена и заставляя тело трепетать в его руках.

– Моя девочка… – медовый шепот Власа у самого ее ушка отозвался жаркой истомой внизу живота.

– Привет… – выдохнула Лиза, не в силах сдержать улыбку.

– Не замерзла? – он обхватил ее за плечи и быстро перекатился, подмяв ее под себя.

– Что ты? Мне так тепло, как не было никогда в жизни, – Лиза задержала дыхание, когда его бедра коснулись ее через тонкую ткань покрывала. Оба – абсолютно нагие, разделенные лишь легким материалом. Ощущения стали настолько острыми и чувственными, что уже через секунду жар расцвел внизу ее живота и между ногами. Невесомая хлопковая преграда сползла, открывая взору ее красивую аккуратную грудь. Влас наклонился ниже, держа одну руку над головой девушки в качестве опоры, а другую прижал к ее шее, отбрасывая в сторону несколько кудрявых прядей волос.

– Настолько тепло? – дыхание Власа коснулось обнажённой кожи ее груди, и по позвоночнику девушки пробежала дрожь. – Ты преувеличиваешь… – его ладонь скользнула от ее шеи к ключице, от ключицы к талии, отодвинула ткань и спустилась к бедру, обрисовала невидимую тропинку и плавно приблизилась к напряженной нежности. – Действительно… Тут так же тепло, как и вчера…

– Вла-а-а-с… – Лиза произнесла его имя, и их глаза встретились. Щеки девушки вспыхнули румянцем, который она была не в силах спрятать.

– М-м-м? – то ли прошептал, то ли простонал он.

– Ты… – она протянула ладонь и коснулась его груди, пытаясь отдышаться, вернее – вспомнить, как дышать, как говорить, как здраво рассуждать.

– Я… – его лицо опустилось к ее, и губы почти коснулись щеки.

– Ты не… – слова девушки утонули в рваном стоне.

– Я не… – хрипло шептал он.

– Ты не можешь… – Лиза прикрыла глаза, чувствуя, как под ее рукой бешено бьется его сердце, и прижалась к его груди, жадная до большего.

– Да… – Влас сузил глаза, смотря на ее губы, и выдохнул: – Я не могу… – он ловил каждый ее вдох у приоткрытого рта. – Удержаться не могу… – его пальцы двигались осторожно, намекая на то, что должно произойти дальше. – Остановиться не могу… – он провел мягкие дразнящие круги по тому месту, где она жаждала его прикосновений больше всего.

– Влас… – она зажмурила глаза, зарываясь лицом в изгиб его шеи, и глубоко вдохнула, будто пытаясь впитать его, но словно ей недостаточно и нужно больше.

– Как мне нравится слышать собственное имя из твоих уст и знать причину, – его пальцы заставляли ее тело выгибаться ему навстречу, становясь все настойчивее и настойчивее. – Быть причиной каждого твоего стона…

– Ты сумасшедший…

Внезапно Влас стал серьезным и чуть отстранился, его пальцы перестали двигаться, лишая ее нарастающего блаженства.

– Мне, правда иногда казалось, что я схожу с ума, Лиз, – горячая ладонь освободила ее, поднялась выше и прижалась к ее животу. – Я не озабоченный… Я просто… Просто не могу поверить, что все это правда… Что я дождался… – он навис над ней, ловя ее взгляд. – Я очень надеюсь, что ты мне веришь, – Влас неловко пошевелился, его обнаженное тело напряглось.

Наступила тишина, и она отличалась от той, что Лиза слышала раньше. Это было не просто отсутствие звуков, это было больше похоже на то, как задерживается дыхание или как слова застревают в нервном горле.

Девушка заерзала под Власом, пытаясь рассмешить его, пытаясь придумать, как вернуть романтику моменту, и не придумала ничего лучше, как запеть:

– А может… – в горле застрял мерзкий ком, мешающий ей говорить. – А может… – повторила она. – Ночь не торопить… И все сначала повторить? – ее тихий смех дрожал от волнения и желания, и она толкнулась бедрами ему навстречу.

– О-о-о, как мне быть? – Влас подхватил ее скомканную песню и, вздохнув с облегчением, засмеялся. Его глаза стали немного мягче, а улыбка более искренней, отчего и Лиза с удовлетворением выдохнула.

– Поехали домой, Влас… – воспользовавшись тем, что он отвлекся, она обвила ногами его талию и попыталась сменить положение, подминая его под себя. Он ухмыльнулся ее неуклюжим попыткам, но все же позволил ей оказаться сверху.

– У тебя же дежурство, нет? – спросил парень, приподняв бровь. На его губах играла ухмылка, а в глазах сверкали огоньки.

– Нет, я абсолютно свободна… – она по-хозяйски завела его руки над головой, удерживая их ладонью. Абсолютно нагая и неловко командующая она нравилась ему ещё больше.

– И вся моя? – он смотрел словно не на нее, а куда-то глубже. Его глаза разглядывали ее душу, выворачивая ее на изнанку, пронизывая и разрезая трясущееся девичье нутро на тонкие лоскутки.

– А когда-то было по-другому? – теперь Лиза оставляла целомудренные поцелуи на шее Власа, переключилась на подбородок и уже собиралась переключиться на его щеку, когда из глубины его груди вырвалось рычание, и он соединил их губы.

– Домой, Влас… Сейчас… А не попозже… – пыталась вставить слово между поцелуями Лиза.

– Сейчас… – он прижимал ее за бедра к себе и дразнил покачиваниями.

– До-мооой. До-моооой. Домой… – откинув волосы назад и встряхнув головой, она почти умоляла его остановиться.

– А вдруг, как только мы выйдем отсюда, ты начнешь брыкаться и бить меня?

– Я? – Лиза наклонилась вперед, приближая свои губы опасно близко к его.

– Ты же Тайсон! – он поднял палец вверх.

– Я сейчас откушу тебе ухо… – она потянула на себя покрывало, пытаясь закутаться в него и выстроить между ними преграду. – Я хочу домой… С тобой… Слышишь? Домой. С тобой! – хищно улыбнулась девушка.

– И что мы будем делать?

– Наслаждаться обществом друг друга…

– Это теперь так называется?

– Влас! Прекрати меня смущать!

– Я просто спросил! – они засмеялись в унисон.

Влас вновь закутал ее в объятия, прижимая к груди, но ослабил хватку так, что теперь она напоминала ласку, чем что-либо еще. Его сердце тихо стучало возле ее уха. Она ждала, ждала, однако Влас просто обнимал ее, как будто ему некуда было спешить, как будто все время в мире принадлежало ему. Его медлительность еще больше возбудила Лизу. Она хотела его все сильнее и хотела немедленно.

– Пожалуйста, Влас. Поедем домой…

– Это все о чем я мечтаю вот уже пару лет…

Глава 16. Затишье перед бурей.

Лиза проснулась раньше Власа и теперь тихонько лежала рядом, наблюдая за ним, пока он спит. Парень лежал на животе и обнимал подушку, открывая взору широкую спину.

«Противозаконно быть таким невероятным! Может он вообще не настоящий? – девушка ущипнула себя за руку и, крепко зажмурившись, несколько раз открыла и закрыла глаза, проверяя не мираж ли он. Водя пальцем по его спине и очерчивая каждый штрих его тела, она запоминала каждую его родинку и каждый сантиметр кожи, до которого раньше у нее не было доступа.– «Разумно ли быть настолько счастливой рядом с ним?» – она приторно ухмылялась собственным мыслям. – «Чувствую себя маршмеллоу[1] в горячем какао. Мне кажется, я таю…» – девушка любовалась любимыми чертами лица. И даже его легкая небритость сейчас казалась ей абсолютно очаровательной, сглаживая впечатление от его идеальности (для нее), оставляя что-то простое и человеческое в этом образе. Взгляд остановился на губах, мысленно запуская флешбэки событий последних дней. Ей захотелось его поцеловать, и она потянулась поближе, дотронулась губами до его щеки, не отрываясь, переместилась дальше, легко коснулась губ своими. Лиза думала, что он крепко спит, потому что не последовало никакой реакции, но затем уголки его губ едва заметно поднялись вверх.

– Девочка моя… – сквозь дремоту промурлыкал парень. – Ты маньячишь за мной, пока я сплю… – Влас открыл глаза и с лукавым прищуром повернулся в ее сторону.

– Не все же тебе этим заниматься. Оставь и мне возможность… – она положила ладонь на его грудь, вырисовывая невидимые узоры, плавно обвела мышцы, и направила ее вниз.

– Нам надо хоть ненадолго выбраться из постели и хотя бы поесть… – Влас завернул ее в нежный капкан своих рук, и, повернув к себе спиной, прижал к своей груди, одновременно приникая губами к ее затылку.

– Я покормлю тебя, сэнсей… – чувственно прошептала она, запрокидывая голову и открывая шею для его поцелуев. – Обещаю не приставать… – горячее дыхание Власа касалось ее волос и вновь запускало мурашки по всему телу. – И даже позволю включить телефон…

– Точно! Мы же выключили мой телефон, – Влас ударил ладонью по лбу, продолжая прижимать ее к себе свободной рукой, лишь слегка ослабив ласковую хватку.

– И мой тоже, если ты забыл, – напомнила девушка, подавляя смешок. – Представляю, в каком бешенстве Кэт… – провернувшись в его объятиях и оказавшись с ним лицом к лицу, Лиза вздернула подбородок и приблизилась губами к его губам.

– Но мы же все продумали… Мы не сорвали работу… Нашли подмену… – бормотал Влас, медленно поочередно целуя ее щеки, лоб и кончик носа.

– Да… Мы определенно молодцы… – пытаясь совладать с накатывающим желанием, она с трудом выдыхала слова. Его мускулистое тело и пылающая кожа зачаровывали ее, заставляя одним прикосновением вспыхивать, как спичку, точно давая понять – в конце она сгорит до тла. – Но ты у нас начальник, у которого не подразумевается выходных…

– Ты выгоняешь меня на работу? – спросил он, изобразив кислую мину.

Она приложила кончики пальцев к губам Власа, вынуждая его замолчать. Встретив его лихорадочный взгляд, она почувствовала, как сдавило горло, от того, что она прочла в нем чувства, не уступавшие ее собственным.

– Я выгоняю тебя в душ, а я приготовлю завтрак…

– Думаю, уместнее его назвать ранним ужином, – Влас взглянул на наручные часы, ни на секунду не выпуская ее из объятий.

– Счастливые часов не наблюдают… – прошептала Лиза, старательно пряча от него взгляд, словно чувствовала себя виноватой.

– А мы счастливы? – Влас подхватил пальцами ее подбородок и приподнял голову девушки так, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Каждой клеточкой… – ответила она и запустила ладонь в его пшеничные волосы. От уже полюбившегося касания, парень невольно прикрыл глаза от удовольствия. – Так, что становится страшно…

– Не надо бояться, – он потянулся за ее рукой и перехватил за запястье, поцеловал ладонь и приложил к своей щеке. – Пусть все идет своим чередом… – Влас, казалось, целую вечность заглядывал в самые глубины ее синих глаз, о чем-то думая, потом резко перевернулся и, подмяв девушку под себя, перекатил ее на спину и прижал к прохладной простыни. – Твоя жирафопижама просит меня никуда не уезжать…

– Обманщик. Она молчит! – Лиза заметила странную перемену в его настроении, но не подала виду, одарив Власа лучезарной улыбкой.

– Она кричит «сними меня немедленно»! Честное слово! – ладонь парня скользнула под мягкую ткань, но тут же остановилась. Он отпрянул, и, опершись руками о кровать, суетливо скомкал простынь в ладонях. – А-а-а… Это невозможно… Лиза, ты сводишь меня с ума! Я запланировал тысячу дел на сегодня, а не могу даже из комнаты выйти, если ты не выйдешь со мной!

– Что же ты запланировал? – она положила ладони на его плечи, заскользив ими вниз по спине. Ей нравилось, что он слегка выведен из равновесия, и ей приятно было знать, что в этом виновата она. – Приведи хоть один пример.

– Мне нужно заехать к твоему брату… – Влас сжал ее талию, наклоняясь к шее. Провел влажную дорожку языком от ключицы вверх, завершая поцелуй покусыванием, отозвавшимся щекочущим импульсом между ее лопаток.

– К Тимуру? Заче-е-ем? – протянула она, давая себе секунду, чтобы собраться.

– Просить твоей руки, конечно! Зачем еще? – он отстранился и, поймав ее испуганный взгляд, искренне засмеялся. Не разрывая с ней зрительного контакта, он считывал каждый невербальный сигнал и ловил каждую, даже самую малозаметную эмоцию на ее красивом лице.

– Прикалываешься? – голос Лизы дрогнул от волнения.

– Думаю, мне стоит попытаться, – отдышавшись от смеха, продолжал шутить он, затыкая ее рот жадным поцелуем прежде, чем она спросит что-то еще. – Я должен, Лиза… – разорвав недолгий поцелуй, Влас внезапно стал серьезным. – Он мой друг. Он человек, который тебя вырастил. Он был тебе отцом… – парень замолчал, и, казалось, тишина сгустилась до звона в ушах.

– Хочешь вывести наши отношения на новый уровень? – заговорщицки зашептала Лиза, стараясь перевести разговор в игривое настроение, но попытки разрядить накалившуюся обстановку повисали в комнате неловкими затягивающимися паузами. – Что дальше? Знакомство с родителями? – она потянулась к нему с желанием защекотать, но Влас не реагировал и больше не смеялся. – Думаю, нужно начать с моих! – неестественно улыбаясь, предложила она. – Хотя… как только ты познакомишься с ними поближе, то сразу надумаешь сбежать! – бросив попытки развеселить его, Лиза обхватила его щеки ладонями и легонько потрепала из стороны в сторону, словно искала кнопку, включающую его хорошее настроение. – Ну, так что? С твоими? С моими? Или сразу сватовство?

– И это будет. Но не сегодня, – спокойно выдохнул Влас, словно это было что-то само собой разумеющееся. Что-то, чего ей в любом случае не избежать. С его словами девушка сглотнула нервный комок, подступивший к горлу, и, опустив руки, отвела взгляд в сторону. – Я понимаю. У нас все не по правилам… – начал парень, стараясь вернуть ее внимание на себя. – Сперва начали вместе жить, а потом встречаться… Но лично я все это планировал, Лиз, – он зафиксировал ее запястья над головой в своей крепкой хватке, не давая пошевелиться, дразня поцелуем, едва заметно дотрагиваясь губами ее губ.

Дыхание девушки тут же сбилось под его безудержным, но нежным напором. Ей до дрожи в коленках нравилось, как он показывает свою силу и властность в таких моментах, непроизвольно и без остатка овладевая ей и ее душой.

– Я говорила, что я противник всяких правил… – самым сладким голосом ответила Лиза, продолжая от смущения избегать его взгляда. – Тебе придется очень постараться, сэнсей, чтобы убедить меня играть по правилам…

– То есть, чтобы жениться на тебе по всем традициям, мне придется импровизировать? – задал он вполне себе логичный вопрос, продолжая удерживать ее в неподвижном положении. – Закинуть тебя на плечо и увезти в закат? Украсть? Угрожать? – идеи сыпались так, как будто они все два года копились у него в голове, а сейчас мешочек с задумками прорвало. – Замучить нежностью? Отстреливать всех поклонников в радиусе километра, чтобы кроме меня у тебя не было вариантов? – Влас расхохотался, и, отпустив ее запястья, перенес руки ей на талию и уткнулся лбом в ключицу. – Дай мне надежду на стандартное «жили-они-долго-и-счастливо», умоляю! – он смеялся пару мгновений, с трудом заставив себя успокоиться, пока она улыбалась его реакции до боли в щеках.

– Сэнсей, работа-а-а! – на лице девушки сама собой расползалась хитрая ухмылка, которую она тщетно пыталась спрятать за нервным покусыванием губ. – Мы превращаемся в тюленей!

– Плевать! – он откинулся назад, по-прежнему прижимая ее бедрами к матрасу, и, поведя бровью, пробежался хищным взором по ее телу.

– Нам надо есть еду! – неуверенно протестовала она.

– Плева-а-ать! – наклонился он и шумно втянул воздух у самого ее ушка.

Тщетные попытки Лизы вразумить его и вернуться к первоначальной миссии – «выбраться из кровати», теперь снова отклонялись лишь одним его словом.

– А где мы возьмем денег на стандартные «долго-и-счастливо»? – она предприняла последнюю попытку отвлечь парня от сладких для нее мучений.

– Ты шутишь? – Влас отстранился. Его глаза жадно изучали панику вперемешку с озорством, отпечатавшиеся на ее лице. Лиза не понимала, как он это делал, но она каждый раз таяла под его горящим взором, немея от неосязаемого воздействия.

– Собирайся на работу, тунеядец! – теперь ладони девушки упирались в его грудь. Она тонула в его карих глазах, проваливаясь в их бесконечную черноту. Влас смотрел на нее так же, как и тогда – в день, когда она впервые его поцеловала. Смотрел с нежностью. С теплотой. С трепетом. Изменилась лишь глубина.

«Притормози, Влас. Она сбежит, если надавить. Она – девчонка, ты – мужчина. Из вас двоих, адекватным должен быть ты!» – мысли в его голове сменяли одна другую, затягивая парня в бездонную яму тревожности. – «Боже, как же страшно снова быть счастливым. Как же страшно вновь ее упустить… Надо успокоиться… Не будем спешить…».

– Влас! – позвала его Лиза, возвращая парня в реальный мир. – Ты меня слышишь?

– Прости. Отвлекся… – сказал он, спешно вскакивая с кровати. – Я в душ! – схватив с кресла полотенце, Влас быстрыми шагами направился к лестнице и скрылся из виду.

Лиза приподнялась на локтях, и, нахмурив брови, проводила его взглядом. Изнуряющие истомой волны трепета, запущенные Власом, невыносимо приятно пульсировали под кожей и поднимались от центра живота к груди. Так мучительно и так томяще, что она безотчетно закусила губу. Отдышавшись пару мгновений и восстановив самообладание, девушка вскочила на ноги и отправилась на кухню, чтобы приготовить обещанный поздний завтрак и наконец включить ненавистные телефоны.

Не желая заканчивать их маленький мини-отпуск, Лиза неохотно запустила собственный гаджет, который мгновенно отозвался ворохом уведомлений о сообщениях и пропущенных вызовах. Телефон загудел в ее руках, и на экране высветилось имя «Кэти».

Суровые рабочие будни требовали возвращения «беглецов» в строй, и, с сожалением вздохнув, девушка все же приняла вызов.

– Мой любимый администратор! – сахарно приветствовала начальница. – Наконец-то я до вас дозвонилась! Я понимаю, что у вас медовый месяц до свадьбы, но мне оооооочень нужен мой управляющий, – голос Кэти искрил довольными нотками. – Обещаю вернуть в целости и сохранности. Честно-честно!

– Кэт, он в душе. Я передам, что ты звонила… – попыталась вставить хоть слово Лиза, но тут же была прервана.

– Стой, стой, стой… Не говори ничего… Моя фантазия начала подкидывать различные варианты, почему он в душе в такое время, и они все превращаются в грязные подробности вашего личного времяпровождения! Теперь мою впечатлительную натуру не остановить!

– Он собирается на работу, только поэтому… – оправдывала собственные слова девушка.

– Пожалуйста! – вновь перебила ее Кэт. – Н-и-ч-е-г-о не говори! Ты уже опоздала с комментариями! Моя фантазия очень прыткая! – смех начальницы перешел на гогот. – Девочка, ты – монстр!

– Я?

– Да, ты! – теперь она давилась хохотом, выдыхая реплики в перерывах, когда смешинка ее отпускала. – Ты испортила мне трудоголика, кучерявая обольстительница! – речь Кэти ненадолго затихла, напоминая отдаленное негромкое кудахтанье в трубке, но через секунду возобновилась в новом ультразвуковом диапазоне смеха. – Я обожаю вас, кипятковые! Сначала рушите все к хренам, потом хороводы водите, а потом миритесь сутками… Я завидую вам, черт возьми!

– Мы… – хотела было что-то добавить Лиза, но замолчала.

– Вы – славные. Я – ваш первый болельщик. Так и знай! Конечно, я переживала, что вас придется реанимировать от приступа любви, но теперь вижу, что зря! – бесконечно тараторила Кэти. – Ладно… Скажи напарнику, что я его жду! – подытожила она и повесила трубку, предварительно громко чмокнув губами у самого динамика, изображая поцелуй вместо стандартного прощания.

Умиляясь реакции Кэти, Лиза бессознательно улыбалась экрану своего телефона, продолжая спешно пролистывать сообщения, упущенные за время их с Власом отсутствия.

«Вот ты и попалась…» – гласило последнее непрочитанное смс.

Девушка взвизгнула и выронила гаджет из рук.

[1] Маршмэллоу (маршмеллоу; от англ. marshmallow) – кондитерское изделие, напоминающее пастилу. Кусочки маршмэллоу добавляют в салаты, десерты, мороженое, украшают ими торты и пирожные. Довольно распространённым способом употребления является добавление небольших кусочков маршмэллоу в какао, горячий шоколад или кофе.

Глава 17. Тишина

Есть люди, рядом с которыми мир погружается в тишину. Назойливые вибрации, гул и голоса исчезают, оставляя лишь объятия, улыбки и необъяснимое спокойствие.

Влас с тонкой улыбкой наблюдал за Елизаветой, пока та порхала по кухне в собственных мыслях и не замечала его присутствия. Он тихонько подошел к ней и, наклонившись поближе, с невесомым поцелуем выдохнул:

– Привет…

Лиза вздрогнула от прикосновения губ Власа к шее и дернулась в сторону, будто ее ошпарили кипятком.

– Ты чего? Случилось что? – парень обеспокоенно смотрел на девушку, которая судорожно сжимала рожок от кофеварки и растерянно озиралась по сторонам, словно готовилась к оборонительным действиям или нападению.

– Нет. Все хорошо… – с поникшим видом ответила она и судорожно сглотнула, пряча от парня взгляд и делая вид, что очень увлечена попытками установить рожок на место.

– Я же вижу, что что-то случилось, Тайсон. Говори, немедленно, – встревоженный голос Власа становился все громче.

Лиза не нашлась с ответом и, нервно поджав губы, отвернулась от него, имитируя бурную деятельность и увлеченность приготовлением завтрака. В течение нескольких мгновений она стояла без движения у распахнутой дверцы холодильника с полураскрытыми устами, а глаза ее блестели от подступающих слез.

– Кэт звонила… – наконец тихо сказала девушка и закрыла холодильник, так и не решив чем занять дрожащие руки и какие ингредиенты взять, чтобы начать уже хоть что-то готовить. – Как мы и ожидали, она требует твоего возвращения в ряды трудоголиков.

– Она просто отвыкла, – с растерянностью всматриваясь в лицо Лизы, Влас нерешительно приблизился к ней и притянул к себе, чтобы обнять. Пытаясь сдержать нахлынувшие слезы, девушка концентрировала внимание на окружающих их предметах, на тиканье часов, на чем угодно, что могло ее вырвать из неконтролируемого состояния всепоглощающей тревоги и, на секунду сдавшись, она положила голову ему на плечо.

– Будем потихоньку возвращать нашу шилопопую шефиню Катерину к суровой реальности, – Власаккуратно дотронулся до подбородка Лизаветы и приподнял его, блуждая взглядом по ее лицу. – Теперь и мне нужно личное время…

Лиза опустила глаза, чувствуя, как в бешеном ритме бьется ее пульс.

– Да? И для чего? – голос девушки предательски дрогнул, выдавая ее волнение. Она чувствовала, что в любую секунду может безудержно разрыдаться.

– Для нас, Лиз, – Влас коснулся губами ее щеки. – Для нас, – повторил он и поцеловал ее в ложбинку у ключицы. – Я планирую наверстать упущенное время, – он крепче прижал ее к себе, не оставляя между ними свободного пространства, и Лиза, ощутив тепло его тела, наконец выдохнула про себя и расслабилась в его объятиях.

Она мягко улыбнулась, прежде чем ответить:

– Наверстать? Каким образом?

Влас подхватил Лизу под бедра и, усадив на высокую столешницу так, что их лица оказались на одном уровне, нежно накрыл ее губы своими. Девушка обхватила его ногами за талию и притянула ближе к себе.

– Мы ведем себя как подростки… – шептала она и снова тянулась к его губам, вовлекая в страстный поцелуй и обхватывая его шею, чтобы прижаться к нему как можно ближе, словно пыталась забыться в этой ласке и отгородиться от пугающей реальности.

– Официально… только я веду себя как подросток, – Влас обхватил ее лицо ладонями, чуть отстраняя от себя, и прижался лбом к ее лбу.

– Мой возраст снова наша проблема? – брови Лизы нахмурились, а голос стал более резким. Она тряхнула головой в попытке стряхнуть его руки и отстраниться, но он ей не позволил.

– Ты в порядке, Тайсон? – парень смотрел в глаза девушки, не упустив из внимания странную перемену в ее поведении. – Что случилось, пока я был в душе? Кэт что-то наговорила?

– Да… – Лиза поняла, что ответ прозвучал двусмысленно и тут же исправилась: – То есть нет!

– Теперь я совсем ничего не понимаю, – Лиза оттолкнулась от столешницы, чтобы спрыгнуть на пол, но Влас прервал ее тщетные попытки улизнуть от разговора. Он обвил одной рукой ее талию и придвинул к себе, а другой, обхватил ее затылок. Так, чтобы вынудить ее посмотреть ему в глаза. – Скажешь мне, что происходит?

Лиза лишь кивнула в ответ, стараясь ровнее дышать.

– Она опять написала… – робко сказала девушка и тут же осеклась. – Или он… Или я не знаю, кто это… – продолжила было она, но потом опять застыла, будто хотела тщательнее подобрать слова. – Если это она, то все просто… А если нет… – в глазах Власа вдруг возникло что-то такое, что Лиза мигом забыла, что именно хотела сказать.

– Та-а-ак. Теперь тоже самое, но по существу, – он смотрел на нее самым теплым взглядом, и на данный момент освещал весь ее темный мир одним лишь своим присутствием. – Скажи, что тебя беспокоит? Я возьму на себя твои переживания.

– Я не боюсь ничего… Ну, я имею в виду – обычно. Но это все… это все выходит за рамки… выводит из себя… – Лиза с отчаяньем смотрела на Власа и неожиданно крепко прижала его к себе. Он, недолго думая, обнял ее в ответ, медленно гладя по спине и не нарушая тишину. – Мне сообщение пришло… Я… Я не знаю, как реагировать и что делать… Это уже превращается в паранойю, сэнсей. Я никого не видела, но меня потряхивает. От звонков, от шорохов, резких звуков. Я забываюсь на время, но потом что-то происходит и опять по кругу…

– Хочешь побыть дома какое-то время? Хочешь, я возьму отпуск? Уедем? Скажи, что я могу сделать? Что? Что угодно? – предложения сыпались градом.

– Нет. Эта… – замялась Лиза, чувствуя на себе пристальный взгляд парня. – Этот преследователь меня не запугает. Я буду ходить на работу, тренировки и делать то, что делаю обычно.

– Тайсон… – Влас вдруг перестал закидывать ее торопливыми вопросами и как будто вглядывался в пустоту перед собой. – Мне не нравится то, что происходит. Будет лучше, если ты побудешь рядом какое-то время. И прежде чем ты начнешь протестовать и отказываться от этой идеи, предлагаю тебе присоединиться к команде открытия «Мерзлоты». Пожалуйста, – его простая, но многозначительная просьба окутала ее волной нежности, и Лизе захотелось схватить Власа в охапку и убежать с ним на край света. Туда, где их никто не достанет.

– Мне нравится твоя идея, – она неуверенно улыбнулась.

– Правда? – казалось, Влас не верил своим ушам. Вернее, ее словам. – И ты даже не возмутишься? Не будешь брыкаться? Сопротивляться? Хорохориться?

– Нет, – она обвила его шею руками и притянула к себе. – Не буду возмущаться, – она приблизилась губами к его губам. – Мне нравится идея быть рядом и на работе, и дома… И вообще…

– А как же: «я сильная», «я независимая», «не командуй мной»? – Влас укутал ее своими руками как одеялом, словно хотел отгородить и уберечь от всего мира.

– О-о-о, неправда! – девушка всеми силами пыталась казаться естественной, смелой и непринужденной, но любое движение становилось неловким, а любое слово театральным и чересчур бодрым. – Я не всегда возмущаюсь, когда ты командуешь… – она провела губами по изгибу его шеи, нежно прикусила мочку уха, чтобы переключить его внимание в другое русло.

– Ли-и-и-за… – Влас зарычал ей в шею. – Ты искусительница…

– Я не хочу скучать, не видя тебя. Слишком долго скучала… Слишком много было расстояний… – она притянула его к себе и мягко поцеловала, но Влас яро прижался к ее губам, запуская руку ей в волосы.

– И теперь… – на мгновение оторвался он от ее губ. – Ты всегда будешь рядом?

– Ты против? – Лиза придвинулась к нему и провела рукой по его рубашке.

– Я задал вопрос, Тайсон.

– Я хочу быть рядом, сэнсей.

– Согласовано, – он довольно улыбался своей победе, но сердце по-прежнему тревожно сжималось в груди.

– Согласовано? Где-то я это уже слышала…

– Да. Моя подруга Максимилиана научила меня ловить людей на слове. И я благодарен ей за это! – ухмылялся он. – Согласовано. Скреплено кровью. Утверждено. Обжалованию не подлежит.

Теперь Лиза загадочно улыбалась. Слегка смущенно, но все-таки искренне.

– Что?! – Влас смотрел в синие океаны ее глаз, словно пробовал читать ее мысли. – Почему ты так улыбаешься?! – он сдвинул брови в подозрении.

– Я не верю, – девушка неопределенно пожала плечами.

– Чему? Во что? Почему?

– В то, что ты – мой. Мне кажется, что я сплю. Мне кажется, что я чересчур счастливая и все происходит невзаправду.

Влас жестко сжал ее бедра ладонями, подтягивая девушку к себе и заставляя ее прогнуться в спине.

– Теперь веришь? – твердые касания стали мягче, запуская колючие мурашки по ее телу.

Лиза поймала его ладони своими руками, остановив их движение.

– У меня плохое предчувствие, Влас. Считай, что это бред, что я съехала с катушек, но… Обещай, что будешь рядом… – она смотрела на сосредоточенное лицо парня. Черты его лица были серьезными, почти суровыми, но в то же время до невозможности теплыми.

– Я буду рядом, – не колеблясь, выдохнул он.

– Я запомню эти слова. Если ты передумаешь однажды, я тебе их напомню.

– Я должен передумать? – Влас удивленно приподнял бровь.

– Я не позволю этому случиться, – Лиза прикрыла ладонями лицо и решительно замотала головой.

– Будешь бороться за меня? – не унимался парень.

Она медленно убрала руки от лица и пожала плечами:

– Угу.

– Ты знаешь… Я бы хотел на это посмотреть…– медленная коварная улыбка расползалась по его губам.

– Даже если придется бороться с тобой.

– Со мной? – ему было достаточно и румянца, затеплившегося на ее щеках, но он не оставлял попыток избавить ее от страха и вернуть хорошее настроение. – Ты перепутала все буквы в словосочетании «фанатки Власа».

– Ты упрямый. Невозможно упрямый. И я очень хочу быть похожей на тебя в этом плане.

– М-м-м?

– Ты боролся за меня. Со мной. И победил.

– То есть… Если я вдруг начну тебя избегать и сопротивляться, то ты будешь меня преследовать?

– Сомневаешься? – Лиза вздернула голову, сверля Власа взглядом. Ее бездонные синие глаза горели искрами и приняли ядовитый болотный цвет.

– Я не буду ловить тебя на слове, девочка моя. Если это случится, надеюсь, мне доведется посмотреть, – его губы слегка коснулись ее, и они растворились друг в друге.

Но уже через мгновение их уединенный момент прервал настойчивый телефонный звонок с незнакомого номера на гаджет Лизы, и Влас, не думая принял вызов самостоятельно.

Глава 18. Нетрезвые надежды

Около двух лет назад. Алиса Муравьева.

Кофе. Кофе и сигареты. Единственное, что у нее осталось. Каждое утро она продолжала варить кофе на двоих. Дурацкая привычка. Год прошел, а она все никак не могла привыкнуть к расставанию, к отсутствию Власа в ее жизни.

Депрессия вогнала глубоко в землю, по самую шею. Не хватало воздуха, было трудно дышать. Алиса с завидной регулярностью продолжала искать нестандартные пути поднять себе настроение. Забыться в хмельном или одуряющем угаре, покататься по ночному городу с сомнительными личностями, спустить все деньги в казино. Девушка словно перебирала все известные способы наказать себя за ошибки и принятые в прошлом решения, словно старалась достичь дна и закрепиться там насовсем.

Она сама прилепила себе на лоб невидимую бирку «мерзкая» и вынесла вердикт, что не сможет измениться. Она и Влас – разные настолько, что кажется дальше некуда. Кажется, что их разводные мосты не сойдутся никогда.

Раньше, каждый раз после любой их ссоры (серьезной и не очень), они вновь мирились. Притяжению невозможно было сопротивляться. Казалось, их нельзя оставлять в одном помещении без присмотра. Она знала об этом. И пользовалась. ..ука.

Но в этот раз всё было по-другому.

В памяти всплывали те моменты, что Алиса яростно пыталась в ней закопать. Неуемные флешбэки, мучившие ее более полумиллиона минут подряд, изнуряли разум и лишали сил двигаться.

Невыносимый флешбэк. Две тонкие металлические полоски в коробочке, блестевшие в солнечном свете. Два кольца, которые она сама купила, как символ ее страха упустить Власа навсегда. Предложение, от которого он бы не смог отказаться. Раньше. Но в этот раз (почти девять тысяч часов назад) все было по-другому.

Душераздирающий флешбэк. Больничный коридор, палата и решение, с которого Алиса начала отсчет своему бескрайнему одиночеству. Свыше трех сотен дней всепоглощающей пустоты.

Но сегодня, после его звонка, девушка на секунду поверила, что может быть по-другому. Она так обрадовалась, услышав его голос, что готова была бежать к нему босой, не смотря на отвратную погоду, другой город и даже другую вселенную.

Может, сказался алкоголь. Может, другие противозаконные неалкогольные решения, принятые ею в тот вечер, но Алиса, прихватив ключи от его квартиры, которыми она никогда не пользовалась, даже будучи в отношениях с Власом, поспешила к нему на встречу.

Здравый смысл, уступив место нетрезвым надеждам, вовсе отступил и скрылся с горизонта.

Взяла сигареты. И себя. Раньше этого набора хватало, чтобы все вернуть. Но сегодня… как будет сегодня, она не знала.Алиса купила его любимый зерновой кофе. Надела лучшее платье. Атласное белье.

Она не помнила, как добралась до его дома, как оказалась в его квартире и на его кухне, как варила его любимый эспрессо. Помнила лишь его пылающий гневом взгляд, что скользил от лица к груди, стиснутой не подходящим по размеру тесным платьем. Помнила, как старалась держать лицо. Лицо девушки из его воспоминаний. Лицо, которое Влас когда-то любил. В чертах читалось нечто хищное и пленяющее, в разрезе рта – нечто развратное и откровенное.

– Милый, я дома, – выдала девушка, приподнимаясь на носочках и жарко целуя Власа в щеку, оставляя жирный след от помады. – Только не говори, что не рад мне, – проговорила она, успевая проследить за его взглядом и откидывая белокурые волосы за спину, чтобы открыть ему более привлекательный обзор на свою пышную грудь.

– Алиса, что ты здесь делаешь?! – презрительно процедил сквозь зубы Влас.

– Варю тебе кофе, любимый, – она протянула ему чашку свежесваренного эспрессо без сахара. – Такой, как ты любишь…

Парень скривился, почувствовав стойкий запах алкоголя, пота и тех самых плохих неалкогольных решений, пропитавшими волосы девушки узнаваемым запахом травы.

– Муравьева, ты что, издеваешься?! – громче прежнего вскипел Влас.

– Ты сам позвал меня! Забыл, что ли?

– Я звал тебя на работу! В «Мамонт»! А не к себе домой!

– Я вспомнила, что у меня есть ключ и решила остановиться у тебя. Зачем нам эти непонятные сложности? Мы и так знаем, что закончим все наши разговоры в постели. Так зачем ждать и копить желание в себе?

– Ты не пользовалась этими ключами, когда мы были в отношениях. Что изменилось сейчас?

– Соскучилась, Влас. Не злись, пожалуйста.

– Ключи, – он выставил ладонь, ожидая, что она вернет ему связку немедленно.

– Влас, это ничего не значит. Я здесь и никуда не уеду, пока мы не поговорим. Не делай такое лицо! Ты такой хорошенький, когда злишься! – громкий смех Алисы, сотрясающий квартиру, поставил логическую точку в их несрастающемся диалоге. Влас едва сдерживал накатившую ярость.

– Муравьева, убирайся из моей квартиры, – он ступал ей навстречу, смещая ее в сторону выхода.

– Ты кормишь меня с руки мармеладом, а я так хочу, чтобы он был с ядом, – напевала девушка во весь голос, пока Влас тащил ее под локоть к двери. – Стоп. Стоп. Стоп, – она пригнулась, вырвалась из его хватки и посмотрела в сторону лестницы. – Ты не один? Я права? – она зашагала в сторону его спальни, но тут же была поймана парнем снова. – Ты не один, – закивала она в такт собственным словам.

– Уходи, Муравьева! Уходи! – Влас сунул ее куртку ей под руку, пока она втискивалась в трендовые вэнсы.

– Девушка! Девушка, слышите! – заорала Алиса. – Это мой парень и хрена с два я вам его отдам! Я волосы вам вырву и зубы пересчитаю, слышите? Проваливайте по-хорошему! – Влас вытолкнул ее на лестничную клетку и захлопнул за ней дверь. – Это еще не конец! – раздались истошные вопли Муравьевой из-за двери, вместе с мощными ударами о косяк с той стороны.

Глава 19. Броня

Одевая свою боль и уязвимость в броню, мы не чувствуем не только чужих уколов, но и нежных касаний.

Алиса выбрала столик в самом отдаленном углу бара «Бивень», заняв удобную наблюдательную позицию у панорамных окон. Так, чтобы в случае чего не пропустить возвращение Власа из внепланового отпуска.

Белокурая красавица в расшитом бисером белоснежном платье, сама того не осознавая, привлекала плотоядные взгляды противоположного пола и презрительные – у женского. Блестящие волосы цвета кремового жемчуга ниспадали на плечи. Ее внешность казалась невписывающейся, чересчур контрастирующей с местным интерьером и окружением. Миниатюрная блондинка с пышными формами, одетая в элегантное платье, словно попала сюда по ошибке, снизойдя до обычных людей прямиком с красной ковровой дорожки.

Внимательный взгляд девушки, устремленный в окно, без устали метался от одного прохожего к другому в надежде разглядеть в незнакомцах желанные черты. В глазах читались отчаяние, разочарование и бесконечная боль. Услышав звук вылетающей пробки из бутылки шампанского, Алиса невольно вздрогнула и выругалась вслух. Последовал звон хрустальных бокалов, который сменился оживленной громкой беседой гостей бара.

– Я бы не посмел оставить такую красавицу в одиночестве, – густой низкий голос заставил девушку обернуться. – Можно вас угостить? – беззастенчиво раздевая ее взглядом, незнакомец приблизился к столику почти вплотную. В нос Алисы ударил тошнотворный запах пота и давно не мытых волос.

– Можно пойти лесом, даже не говоря «до свидания», – не скрывая раздражения, выдохнула Алиса, отметив про себя, что новый знакомый уж очень походил на низкорослого гусара. Залихватски вздёрнутые усики, редкие рыжие волосы, тонкие кривые ножки. Блондинка ярко представила себе медно-красного таракана, которого она с радостью прихлопнула бы тапком.

– Девочка решила показать зубки? – почти нежно проворковал мужчина, и, наклонившись ближе к ее уху, добавил: – Я всего лишь предлагаю выпить вместе. Не хочешь напитков покрепче, попрошу заварить нам кофеек.

– Этот кофе уже поперек горла… – вероятно, слишком много выпив, девушка громко рассмеялась. – Лучше я напьюсь в одиночестве, чем буду терпеть твое несвежее дыхание, гандон. – ее губы презрительно скривились, и она оттолкнула его от себя с такой силой, что поклонник невольно оступился и плюхнулся в кресло напротив.

– Выставила ред флаги, как минные поля, чтобы никто близко не подобрался?

– А что в итоге? – Алиса скептически приподняла одну бровь. – Очередная болтовня, когда через пять минут мне уже захочется сделать ноги? Снова будут странные скучные вопросы как под кальку, будто я даю интервью для журнала Домохозяйка?

– С этим трудно спорить, – неожиданно согласился мужчина, откинувшись на спинку стула, – Но такая как ты не посещает сайты знакомств, где все про себя врут. Ты возомнила себя звездой. Снежная мать ее королева! – рыжекудрый не отводил от лица девушки холодного и надменного взгляда.

– К черту это туда, молодой человек, – Алиса указала на дверь. – Если ты не уйдешь, тогда уйду я.

– Ты такая отталкивающая и дерзкая, что тебе придётся прожить в одиночестве ещё парочку тысячелетий. Но и тогда вряд ли найдется тот, кто сможет растопить это все… – он насмешливо улыбнулся, выставляя напоказ неухоженные желтые зубы.

– Даже если мне надоест так жить или предстоит сдохнуть в одиночестве, я не сочту тебя достойным роли в мои спутники, – Алиса поймала себя на том, что соскочила с места и несколько секунд стояла, глядя незнакомцу в глаза, нервно сжимая в ладонях тонкую ткань подола. – Ни на жизнь, ни на одну ночь! – она едва заметно улыбнулась, а затем развернулась на каблуках и направилась к выходу.

***

Алиса пришла в себя от того, что кто-то хлестко лупил ее по щекам.

– Ну же, открой глаза, Алиса! Не пугай меня, – приятный мужской голос почти перешел на крик и с дикой мигренью ввинчивался ей в уши. В интонации слышалась паника.

Муравьева неохотно открыла глаза, мгновенно ощутив всю ущербность человеческого существа. Просветление в сознании вернулось на мгновение, когда она поняла, что сидит на полу туалета в обнимку с унитазом. Съехавшее на бок платье, порванные колготки, босые ноги, сломанный ноготь и последняя надежда на удачное завершение дня. Жутко раскалывалась голова, болела спина, словно к ней приложились дубиной. Хотелось рыдать, пить и выть от беспомощности и бессилия.

– Убавьте громкость! Пожалуйста! – взмолилась девушка, одной рукой прикрывая ухо, а второй пытаясь ухватиться за обладателя волшебного бархатного баритона, в надежде на то, что схватив его, она смогла бы выключить звук.

– Если есть хоть небольшая надежда на то, что это уймет твою боль, то ты можешь продолжать держаться за мой… м-м-м…как бы это сказать… – в голосе собеседника слышалась ирония. Не нужно было видеть его, чтобы понять, что он улыбался. – Но боюсь, если ты перестараешься, то лишишь меня способности размножаться, Алиса. А мне бы этого не хотелось…

Поначалу распознать парня составляло сложность, ведь после пробуждения в глазах девушки рябили черные мушки, и комната ходила ходуном, но когда он отошел к раковине, чтобы смочить для нее полотенце, Алиса узнала его. И, если выразиться мягко, была потрясена, увидеть его в своей квартире, после бредовых событий дня, навалившихся на нее, как гром среди ясного неба.

– На двери моей квартиры вывешена табличка «ПОМОГИТЕ»? Почему ты здесь, Клим? – Алиса мысленно перебрала все возможные причины его появления на своем пороге, но в этом воображаемом длинном списке не нашлось ни одного адекватного и приличного повода.

– Нет. Там висит табличка «отдамся в хорошие руки»? Или еще вариант: ты умерла, и тебя посетил ангел, – Клим шагнул в ее сторону, растянув губы в широкой обворожительной улыбке. – Ангел – это я.

– Почему ты здесь? – повторила свой вопрос девушка. – И как ты попал в мою…? Как ты здесь…? Только не говори, что мы… что я… – слова давались ей с трудом, ведь каждый изданный звук пронзал жалящим эхом больную голову. – Боже, пожалуйста, не удаляй из моей жизни хороших людей таким способом! Прошу! – девушка захныкала и вновь обняла бледного фаянсового друга.

– У тебя двери нараспашку, – усмехнулся в ответ парень, и медленно присев рядом с Алисой, приложил ко лбу девушки холодное влажное полотенце. – Как самочувствие?

– Ты во врачи заделался, Клим? Ты никогда толком не разговаривал со мной, с чего вдруг такое внимание? – недовольно проскрипела она, но тут же запнулась, и, гулко сглотнув, затараторила: – Прости… Мне не следовало грубить… Это все похмелье…– только сейчас Алиса поняла, как ей холодно. Мигом застучали зубы, и ее начала бить крупная дрожь.

– Ты замерзла, – спустя несколько секунд ее краткого осмотра, резюмировал парень, вперив в нее пронзительный, пробирающий до глубины души взгляд.

– До этого момента я не замечала, что у тебя карие глаза, – чувствуя неловкость, она смущенно опустила взгляд в пол.

– Сейчас твой взгляд ниже этажом, Алиса. Ты точно разглядела какого цвета мои глаза?

– Я завязала с этим всем, – пролепетала и тут же прикусила язык девушка.

– С чем? С выпивкой? О чем речь? – Клим помог ей подняться на ноги и, мягко обнимая и поддерживая ее, продолжил стоять рядом.

– С симпатичными парнями, сексом и всякой дрянью. С алкоголем завяжу завтра, – бодро отстучала зубами в ответ девушка, вцепившись заледеневшими пальцами в меховую оторочку его куртки.

– С этой информацией ты мне нравишься еще больше…

Повисла неловкая пауза. Впрочем, очень короткая, потому что Алиса вновь зачастила исступленною скороговоркой:

– Я есть хочу… С едой я не завязала… И мне нужно в душ… Смыть с себя весь этот позор, свидетелем которого ты стал… Мне жутко стыдно…

Парень, казалось, оцепенел, замерев с полуоткрытым ртом.

– Клим, мне нужно… нужно, чтобы ты меня отпустил… – Алиса отступила назад, увеличивая между ними расстояние.

– Конечно… Я… Я подожду там… – отозвался парень и вышел из ванной комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь…

Глава 20. Звено

Чтобы впустить кого-то в сердце, достаточно лишь одного недостающего звена в самой прочной сердечной кольчуге.

Этот день должен был стать одним из тех, которые по своей событийности не оставляют в памяти ничего примечательного. Мерзкое похмелье, невыносимая лихорадка и ломота во всем теле добавили ощутимый вклад в душевное уныние Алисы. Не придя в восторг от своего отражения даже после принятия душа, девушка выпорхнула из ванной и прошмыгнула в спальню. Заперев за собой дверь, она в спешке оглянулась по сторонам, проверяя комнату на наличие «гостей» этой ночью. Аккуратно застеленная постель и выстроенные по размеру интерьерные подушки всем своим видом показывали, что этот дом давно не посещали ни случайные визитеры, ни постояльцы. У девушки привычно заныло сердце от нахлынувших воспоминаний. Об упущенных возможностях. О совершенных роковых ошибках.

До начала рабочего дня оставалось еще пару часов, что, разумеется, не могло не радовать. Необходимо было прийти в себя, умудриться «посвежеть» и взбодриться. Ведь сегодня она наконец увидит Власа. По крайней мере, она надеялась. Сегодня она намеревалась пустить в ход все свое обаяние и чары, все известные секреты обольщения, чтобы вернуть его.

Алиса надела леггинсы, просторный хлопчатобумажный свитер и вернулась в гостиную, где застала Клима, медленно расхаживающим вдоль высокого шкафа и изучающим ее книжные полки.

– Спасибо тебе… – хрипловатый голос девушки напомнил Климу, что он не один. Плавно повернувшись в ее сторону, он натянуто улыбнулся. – Тебе необязательно было дожидаться меня, – Алиса вымученно растянула губы в неудачном намёке на улыбку.

– Хотел удостовериться, что ты в порядке.

Повисла пауза. Улыбка мгновенно исчезла с бледного измученного лица Алисы. Она напряглась, не зная, что следует делать дальше.

– Я в порядке… – окинув быстрым взглядом свое отражение в зеркальной двери, девушка обреченно добавила: – Буду… После пары тройки дней… – она оглянулась по сторонам, словно искала пути отступления и мысленно придумывала причины выпроводить нерадивого спасателя.

– Я тут немного увлекся, разглядывая твои стеллажи, – заговорил Клим, прерывая отяжелевшую тишину. – Неплохая коллекция… Вернее… Нет… Не так выразился, – замялся он, подбирая слова. – Впечатляющая… Грандиозная… Ошеломительная коллекция книг!

– В твоем голосе читаются недоумение и замешательство. Что тебя так удивило? Репертуар? Или не ожидал, что такие как я читают? – Алиса зло сощурила глаза, непроизвольно отреагировав так на подобное высказывание парня.

– Что ты имеешь в виду под словами «такие как ты»? – Клим вопросительно вздёрнул брови, искренне не понимая перемены в ее поведении.

– Блондинки, «сОски», недалекие, пустоголовые, с прозрачными глазами, за которыми видно мозги… Дай вспомнить какими еще клише меня не раз награждали в моей недолгой жизни? – неожиданно для себя самой девушка высказала вслух все то, что, кажется, наболело давным давно.

– Если ты часто слышишь подобное о себе, то у меня для тебя печальные новости…

– Моя жизнь не отличается веселыми событиями, Клим! – не дала ему договорить Алиса. – Так что жги! Озвучивай свои великие открытия обо мне! Мне все равно!

– Ты проводишь время не в тех компаниях, – спокойно ответил парень, слегка пожав плечами. – А я… – он смерил ее взглядом и покачал головой. – Я предпочитаю свое мнение составлять сам, не полагаясь на точки зрения других людей. Просто не думал… Не думал, что у тебя есть на это время. На чтение имею в виду, – неуверенно уточнил он, перейдя на громкий шепот.

– Можно сказать это моя единственная радость, – Алиса старалась, чтобы ее мысли снова неожиданно не обернулись живыми словами, но признание само сорвалось с ее губ.

– А говоря о репертуаре… – внезапно лицо Клима озарила загадочная улыбка. – Был удивлен увидеть здесь бесполого автора!

– Бесполого? – переспросила она несколько удивленно, будто ослышалась.

Мужчина указал на коллекцию книг безымянного автора с инициалами К.А.

– Он вовсе не бесполый, – с пылом возразила девушка. – Я думаю это мужчина.

– Дай угадаю… – перебил ее парень. – Романтик? С красивой душой и прекрасным чувством юмора? Истинный эмпат, любящий тихие объятия вместо красивых слов?

– Не вижу ничего смешного, – боясь перейти на грубость, Алиса сжала губы в тонкую нитку и одарила собеседника недобрым взглядом.

– Не могу не спросить. Тебе не кажется его писанина слишком…

– Слишком какой, Клим? – чем больше он говорил, тем горячее в ее груди закипала злость. – Договаривай.

– Слишком нежной. Слегка душной. И как там пишут в отзывах… Невыносимо ванильной?

– Если ты решил высмеять мой книжный вкус и моего любимого автора, то надеюсь, ты помнишь, где дверь, – поняв, что он не намерен уходить, Алиса устало пересекла комнату и плюхнулась в кресло. – Помнится с полминуты назад, ты говорил, что предпочитаешь составлять собственное мнение обо всем. Нет? Так вот не читал, не берись судить.

– По мне прятать свое лицо за вымышленным именем – трусость, – неожиданно серьезно проговорил парень. – Хотя о каком имени речь? Это лишь… к-к-к… а-а-а…

– Псевдоним это отражение души писателя и его стиля, – поспешила возмутиться девушка. – Автор вступает в диалог с читателем до того, как читатель прикоснулся к его буквам. Выбрать имя – это ритуал! Волшебство! Целое искусство! Тебе не понять! – у Алисы закончились аргументы, и она замолчала.

– Как у Кинга[1]? – Клим намеренно вовлекал девушку в беседу и выводил на эмоции. Словно пытался отвлечь от мыслей, что пару часов назад заставили ее натворить немало глупостей, невольным свидетелем которых он стал.

– Покажи мне того, кто сомневается в том, что он не по-королевски впечатляющий в том, что он делал и делает. Даже если как человек он не очень…

– Сдаюсь. Кинг – король в своей стихии, – парень поднял руки в защищающемся жесте. – Но вот К.А… Что это? Он любитель персонажей «Маугли»[2]Киплинга? Или он великий теребонькер одноглазой змеи? Нет… Еще варианты… Дай подумать… К.А. – это КонтрАгент!

– Я уже пожалела, что ты со мной заговорил. Никогда этого больше не делай. Ни на работе, ни где бы то ни было.

– Ты права! Я должен был догадаться! К.А. – это Карандаш Апокалипсиса!

– Не-е-е-т! – Алиса невольно рассмеялась его последнему высказыванию. – Я не знаю! Может, так его девушку зовут или еще какой-нибудь шифр!

– Точно! Кефиркина Аюрведия!

– Знаешь что? – все еще улыбаясь, девушка поднялась с кресла и медленно подошла к Климу. – Убирайся из моего дома… – безуспешно пытаясь сдержать улыбку, выдохнула она.

– Ты обиделась? – теперь он улыбался ей в ответ.

– Я почти тебя возненавидела.

– Прежде чем ты огреешь меня по голове увесистой книгой бесполого автора и поклонника «Маугли», – Клим перешел на заговорщицкий шепот. – Могу заверить, что не хотел тебя обидеть. Я понимаю, что мы всего лишь коллеги, и ты не ожидала меня здесь увидеть. Я понимаю, что злоупотребил твоим гостеприимством.

– Угу, – пробормотала Алиса. – Просто я люблю личное пространство. Я отвыкла, что есть кто-то рядом.

«А как же Влас?» – хотел было спросить парень, но удержался от комментариев, а вслух произнес лишь:

– Я понимаю, что до сегодняшнего дня был не слишком разговорчивым, но мне приятно было просто поговорить с кем-то… С тобой, Алис.

– Почему двери настежь?! Какого Хуанхэ здесь происходит?! – в квартиру с шумом ввалилась очередная спасательница утопающей в алкоголе девицы. – Ооо, твое лицо, Элис… – брезгливо сморщив нос, Кэти очертила пальцем в воздухе круг, указывая на Алису целиком. – Твое лицо говорит, что ему нужен вправляющий мозги кирпич!

– Боже, Кэт! – Муравьева закатила глаза. – А ты почему здесь?!

– Клим, ты пожалуй езжай. Моя очередь приводить ее в чувство. Ты не должен стать очевидцем жестокой расправы над этой мелкой блондинкой, – в голосе Кэт не проскользнуло ни намека на иронию или злость. Только искренняя забота и сопереживание.

– Я помню, босс. Свидетелей убивают первыми, – губы Клима снова сложились в усмешку, в голосе слышался едва сдерживаемый смех. – Только закрой за мной дверь, – он не спеша направился на выход.

– Клим! – негромко окликнула его Алиса.

– Да? – парень обернулся через плечо и замер в ожидании того, что она ему скажет.

– Мне тоже было приятно просто поговорить с кем-то. Без скрытых подтекстов.

– Увидимся, – ответил Клим и подмигнул девушке.

Алиса кивнула, наградив своего благодетеля робкой улыбкой.

[1] Перевод King с английского – царь, король, монарх,

[2]Каа – персонаж из сборника рассказов «Книга джунглей» Редьярда Киплинга, тигровый питон, друг и один из воспитателей Маугли.

Глава 21. Жертва иллюзий

Иногда люди не хотят слышать правду, потому что они не хотят, чтобы их иллюзии были разрушены. Фридрих Ницше

Пока Кэт по-хозяйски закрывала за Климом дверь, Муравьева попыталась умыкнуть от нее на кухню. Но безуспешно. Перехватив беглянку в коридоре и преградив ей путь, начальница подхватила девушку под локоть, и, буквально втащив за собой в зал, легонько толкнула ее на диван.

– Развлекаешься, Элис? – женщина села в кресло напротив и, гр

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.