# Алиса в стране чудес. Психоаналитическое путешествие

Денис Дьяконов

Описание фантазии о том, как могла бы происходить психоаналитическая психотерапия с Льюисом Кэрроллом, а также вымышленное интервью со Стивеном Кингом о природе креативности и эссе о роли фантазий.

## Введение

Это произведение является некоторой фантазией о том, как могла бы происходить психотерапия с Льюисом Кэрроллом, а точнее Чарльзом Льюисом Доджсоном.

Любой продукт психической деятельности человека содержит в себе сочетание бессознательных, предсознательных и сознательных элементов. Я рассматриваю «Алису в стране чудес» Льюиса Кэрролла (вместе с некоторыми биографическими данными), как если бы она была рассказана на сессиях с психоаналитическим психотерапевтом .

Произведение, которые Вы сейчас читаете – одновременно и игра, и серьезная работа, позволяющая на примере творческого материала продемонстрировать некоторые идеи, которые были описаны в моей магистерской диссертации «Работа с психической мультивселенной в психоаналитической психотерапии».

Любое произведение адресовано читателю, слушателю, ведь если у автора нет фантазии, что его будут читать, то зачем тогда писать. Адресат не всегда является каким-то одним объектом. Этот третий объект, может быть совокупностью разных объектов. И порою даже объектов, который уже никогда не прочитают произведение. Креативность не сможет проявиться, и рождения нового, что отличает креативность от фантазий не произойдет, если нет третьего.

Точно так же и в психотерапии, необходимым, но не достаточным условием является наличие того, кто предположительно пытается воспринять и понять, что клиент пытается донести. Причем не только и даже не столько сожнательно, сколько бессознательно, в отчаянном стремлении преодолеть принципиально непреодолюмую инаковость людей.

Я специально не стал использовать слово услышал. Поскольку, с одной стороны, мы стараемся на сессиях переводить все в пространство слов. Но, с другой стороны, все перевести в пространство слов невозможно. Поскольку люди общаются не словами, а смыслами. И расширение внутрипсихического пространства происходит, когда происходит столкновение смыслов, при условии, что оно не было слишком разрушительно. Так же как для младенца столкновение со смыслом для другого в его отсутствии запускает психическое развитие и поиск смысла для себя в виде фантазий, при условии что отсутствие было адекватным по времени и достаточно переносимым для данной конкретной зарождающейся психики.

А иногда клиенты просто не могут назвать что-то словами, по различным причинам.

Одной из задач психотерапии является развитие креативности клиента, как способности придумывать и претворять в жизнь третий путь. Не то как было раньше (Объект), не то, что ему противоположно (анти-объект), а по-другому. Чтобы он смог прожить свою жизнь.

Алисе, маленькой девочке снится сон, который рассказывает Льюис Кэрролл – взрослый мужчина. Или маленький мальчик? Или маленькая девочка? Или птица До-До? Или Чарльз Лютвидж Доджсон?

Но поскольку для описания своих внутренних миров Ч.Л. Доджсон выбрал себе имя Льюис Кэрролл, мы его уважим и для обозначения будем использовать аббревиатуру – ЛК, а для обозначения терапевта – ДД. Не путать с До-До.

Это произведение, конечно же, сильно упрощает и ускоряет психотерапевтический процесс. Привносит массу условностей. Тем не менее, в нем рассматриваются этапы начала и завершения, и того, что может происходить между. Процессы борьбы с сопротивлениями, которые начинаются еще до начала терапии, и не завершаются никогда. Поскольку любые изменения предполагает сопротивление. Причем, не только те, с которыми человек предпочел бы не сталкиваться и не справляться, но и желанные им.


> «Алиса, сказку детских дней

> Храни до седины

> В том тайнике, где ты хранишь

> Младенческие сны»

> Льюис Кэрролл (Кэрролл, 2023, с. 30)

Итак, – приятного путешествия!

## Глава 1. Сессия 1. Знакомство.

ЛК. Все так необычно, так необычно. Вот уж никогда бы не подумал, что окажусь на приеме у психотерапевта. С чего бы начать, даже не знаю с чего бы начать. Все так странно.

ДД. Вас что-то привело. Попробуйте говорить, что приходит в голову.

ЛК. Вы могли бы повторить? Видите ли я плохо слышу на одно ухо (Примечание. Ч.Л. Доджсон имел проблемы со слухом, а также заиканием. Обе проблемы он пытался решить уже во взрослом возрасте, но безуспешно.).

ДД. Вас что-то привело. Попробуйте говорить, что приходит в голову.

ЛК. Какое интересное предложение, я всегда старался думать, что говорить, а не говорить, что думаю. Это ведь совершенно разные вещи!

Примечание: Это отсылка к главе про чаепитие (Кэрролл, 2023), где Мартовский заяц объяснял Алисе, что говорить что думаешь, и думать что говорить это разные вещи. А этак же это описание основного психоаналитического правила – говорить все, что приходит в голову и того, что его практически невозможно выполнять, особенно в начале терапии. Но можно стараться, чтобы могли развиваться свободные ассоциации, как это и будет стараться делать Кэрролл. Хотя иногда у него и будет включаться интеллектуализация, которая скорее всего, была одной из основных его психических защит. Второй важной для него защитой, как мы скоро увидим должна была являться морализаторство, которое, вероятно, принимало у него довольно странную форму. С одной стороны, помимо того, что он был математиком он еще вел проповеди.С другой стороны он достаточно иронично относился к попыткам везде находить мораль.

ЛК продолжает. Ну попробую, хотя это и непросто, и крайне непривычно.

Я нахожусь в некотором смятении. Мои увлечения, мое будущее, религия, я сейчас в том возрасте, когда многие мужчины думают о своем будущем. Будут ли они с кем-то. Могу ли я совмещать свои увлечения и догматы? А еще я не очень хорошо слышу, и возможно, Вы заметили еще я заикаюсь. Поэтому я никогда не мог произнести свое имя так как оно должно звучать. Меня зовут Чарльз До-Доджсон. Ну вот опять. И да "ж" – не произносится, я не устаю всем об этом говорить. Но я буду Вам признателен, если Вы будете называть меня Льюис Кэрролл, это мой псевдоним. Да, я решил уточнить, что это псевдоним, а то подумаете еще что я какой-то псих, или что у меня раздвоение личности, или что я странный какой-то.

ДД. Странный? А кто бы мог так подумать?

ЛК. Да многие считают меня странным. Я занимаюсь вопросами математики и логики. Но логики не совсем такой как Вы, наверное, привыкли думать.

ДД. Хорошо Льюис, а когда началось заикание?

Комментарий: В этот момент я бы думал о том, что можно было бы либо попытаться получить примеры того, кто его считает странным и для вопроса был выбрана наименее грубая формулировка из тех, что использовал ЛК. Либо можно было пойти по другому пути и выяснить, когда началось заикание и с какой травмой оно связано. Или можно было бы продолжить слушать или спросить еще что-то. Но я почувствовал, что вопрос заикания и имени более эмоционально заряжен для ЛК, чем ощущение себя странным.

ЛК. Ой, я даже не помню, мне кажется, оно было всегда со мной. Я не единственный в нашей семье у кого заикание, у некоторых моих братьев и сестер тоже оно есть. Нас вообще 11 детей в семье, и я самый старший мальчик.

ДД. почувствовал сострадание к тому маленькому Чарльзу, который никогда не мог произнести своего имени правильно, и при этом которому приходилось его защищать от других людей, чтобы его произносили корректно. Можно было бы пойти и в эту сторону, но заикание у ЛК было всегда, а в терапию он пришел именно сейчас. Поэтому ДД выбрал пойти по другому пути и спросил…

ДД. Вы говорили, что Вы в смятении?

ЛК. Да, видите ли. Я являюсь стипендиатом, это означает, что мне нужно было принять духовное звание и дать обет безбрачия. А еще я очень люблю театр и фотографию. И хотя сейчас нравы уже не столь суровы, и сам я считаю многие догматы неправильными и устаревшими, в частности идею «вечного проклятия». Но сомнения… сомнения не покидают меня, они меня терзают. Что же может быть такого богомерзкого в фотографии и театре?

Фотография может запечатлеть красоту момента, а театр показать красоту жизни в ее многообразии.

Я разговаривал даже с Епископом Оксфордским Сэмьюэлом Уилберфорсом, они довольно хорошо знакомы с мои отцом. Ах да, я же не рассказывал Вам о своем отце.

Так вот, мой отец тоже видный церковный деятель и математик как я. Ох как это чудно это все! Я логик и сам себя поймал за логический хвост. Получается это я как мой отец! Походит ли отец на сына как сын походит на отца? Надо будет запомнить.

Ох, ну какие же чудеса начинаются. Я право заинтригован. Надо будет обсудить с отцом. А похоже на Б, значит Б похоже на А. Но и не одинаково и что же делает их отличными?

Возможно то, что А стоит до Б по алфавиту? Но когда я сказал, что отец похож на меня это как Б похоже на А. Т.е. как будто я родился раньше отца. Но это же абсурд! Но при этом я это сказал, и значит эта фраза есть часть меня. Все чуднее и чуднее, я весь в предвкушении.

Примечание. Мы пока этого еще не знаем, но скоро Кэрролл напишет целую книгу, посвященную описанию этого свойства бессознательного. Это будет книга Алиса в зазеркалье. Где для того, чтобы разрезать пирог, его сначала нужно раздать (Кэрролл, 2023)

Ну так вот, мой отец помимо того, что он известный церковный деятель, он еще и очень серьезный математик и знаток древних языков. Я даже сейчас с ним о,суждаю свои идеи иногда. И он может их понять. Вообще это он меня воспитывал до 12 лет. Ну точнее занимался моим образованием. Хотя некоторые черты его характера я тоже перенял, а не только знания. Некоторые люди тоже считают его эксцентричным. Но при этом он человек весьма целеустремленный и незаурядный, не просто так он получил пост архидьякона Ричмондского и настоятеля Рипонского Собора.

Да, с отцом я проводил, скорее всего, больше времени чем с мамой. Я уже говорил – нас было 11 детей. У нее не было на нас достаточно времени.

А в 12 лет я уже уехал из дома. Точнее меня отправили обучаться в закрытую школу пансионат.

Но что же это такое! Я совсем отвлекся от темы, прошу меня любезнейше извинить. И почему я прошу прощения? Да, молитвы три раза в день, пансионат, отец, вечная борьба с Дьяволом. Все должно быть точно!

Так вот, я много разговаривал с Епископом. И он заверил меня, что если я не планирую становиться священником, и хочу остаться только на уровне дьякона, то я могу посещать театр и заниматься фотографией.

Вы знаете, я очень люблю фотографировать детей. Какая глупость, откуда же Вы можете это знать? – Ведь я же Вам этого еще не говорил! Я увлекался языками. Языки могут передавать информацию менее точно, а могут более точно. Я это понял на уроках поэзии.

Кстати! А знаете ли вы что отличает поэзию от других видов литературы? Многие думают, что это рифма. Как они наивны.

Ритм! Ритм! Вот что наделяет поэзию жизненной силой. И в ритме греческого эпоса зарождалась западная цивилизация.

(Прим. Здесь ЛК, не ведая того еще и сам описывает два крайне важных момента:

1. Почему так важен ритм в психотерапии. со стабильным временем сессий. Только в ритме чередования дня и ночи возможна жизнь, а не бесконечная безжизненная пустыня льда или зноя

2. Трансгенерационная передача бессознательного в частности в виде культурного кода.

> «Бессонница. Гомер. Тугие паруса.

> Я список кораблей прочел до середины:

> Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,

> Что над Элладою когда-то поднялся».

> Осип Мандельштам

И в каком-то смысле мы все сидим в этих кораблях. Если думать о произведении Гомера как о литератерном отражении преконцепции развития и преконцепции психического объединения. Идеи преконцепций появляются у У. Биона.).

Но что же это получается, что я думал, что Вы можете что-то знать до того, как я Вам это сказал?

И кто тогда этот я, который так считает? Ведь я же знаю, что это невозможно! И вообще, что значит Я? Может Вы мне скажете кто я и что мне делать?

ДД. Вы хотите, чтобы я сказал Вам кто Вы, и тогда что?

ЛК. Ну как же, тогда я смогу переложить всю ответственность на Вас. Забавно… Хорошо, я понял, действительно для меня будет лучше если Вы поможете мне лучше понять себя, а не просто говорить мне кто я. И вообще Вы же видите меня в первый раз, откуда же эта фантазия, что Вы можете меня с первого взгляда знать лучше, чем я уже себя знаю.

Да, возможно, я поэтому и пришел, что начал задаваться вопросом, а кто же я действительно такой я. Надеюсь, что Вы мне сможете помочь в поиске ответа на этот вопрос.

Недавно мне приснился сон, как раз когда я задумывался обратиться к психотерапевту, но там я был не Я, а девочка Алиса. Это одна из моих учениц, совершенно особенная. (Примечание. Кэрролл много лет спустя писал Алисе «После Вас у меня было много маленьких друзей, но все это было не то» (Кэрролл, 2023, стр. 18))

Я вообще очень люблю детей. Я фотографирую детей. И чтобы они могли немного посидеть спокойно я рассказываю им сказки. Но мне просто нравится рассказывать сказки. Я тогда даже меньше заикаюсь как будто.

А в детстве я придумывал массу игр для своих младших братьев и сестер и других детей.

Я даже создал свой театр – театр марионеток. Ну конечно не сам, мне помогал плотник. Так вот откуда моя страсть к театру! Да-да! Она у меня с самого детства.

ДД. Возможно, вы когда-то хотели, чтобы Вам рассказали сказку?

ЛК. Да, Вы правы. Я был кукловодом в детстве, но мне часто хотелось, чтобы мама могла рассказать мне сказку. Да, наверное, когда в детстве я играл в театр, с другими детьми мы эти сказки рассказывали и себе тоже, возможно в первую очередь себе.

Кто знает, может когда-нибудь я даже напишу сказку, как если бы писал ее для себя. Нет не для себя, а для всех нас, и мы все будем персонажами в этой сказке. Все мы и я. В семье? Да, наверное, мне не хватает семьи. И той из которой меня увезли так рано и той, которой у меня никогда не будет.

Вот и сон, который мне приснился он очень сказочный.

ДД. А о чем этот сон? Можете рассказать?

## Глава 2. Сессия 1. Продолжение. Вниз по кроличьей норе

ЛК. Да, это сказка-сон о девочке, которой снится сон. У меня все-таки было 7 сестер. Алиса это и ученицы, и мои сестры. Я так хорошо их чувствовал, и, хотя мы давно не вместе я чувствую их до сих пор, как будто они часть меня.

Так вот в начале Алиса бежит за белым Кроликом и падает в кроличью нору. Но это не просто кроличья нора, это такой колодец, где она падает как будто бесконечно или очень долго, и она не знает, что будет дальше и куда она попадет.

А потом приземляется на кучу сухих листьев, но она невредима.

ДД. И Вам что-то приходит в голову?

ЛК. Ну да, Я помню какой восторг испытывают дети, когда их подбрасывают и ловят. Но только в том случае если они доверяют тому, кто это делает.

ДД. Мне кажется интересным, что этот сон приснился после того, как Вы начали задумываться обратиться к психотерапевту. Возможно у вас есть тревога каким будет Ваше психотерапевтическое путешествие вглубь к Вашим чувствам, будет ли приземление мягким и можно ли мне доверять?

ЛК. Хмм, ну что-то в этом есть, я действительно испытывал некоторую тревогу, ведь это же совсем новый опыт для меня. Интересно, а бывают ли люди, которые вообще не испытывают тревоги, при обращении к психотерапевту? И вообще можно ли не испытывать тревоги, перед столкновением с чем-то новым?

ДД. Мы можем поговорить о том, что тревожит Вас?

ЛК. Сможете ли Вы мне помочь, или не сделаете ли еще хуже. А ведь это совсем не одно и тоже, как думать, что говорить, и говорить что думать. О чем я Вам говорил раньше. Или «Так еще скажешь, будто «Что имею, то люблю» и «Что люблю, то имею»» (Кэрролл, 2023 с. 85)