Николай Марчук
Проект 2

Пролог

«Всё возвращается на круги своя…»

Хозяин кабинета хмурился, читая доклад. Принесший документы офицер стоял навытяжку ожидая, когда на него обратят внимание. Седовласый чиновник был старой закалки, его подчиненные знали, что доклады он принимает только в бумажном виде, которые долго и тщательно перечитывает по несколько раз. После прочтения обязательно будут вопросы, поэтому, тому кто принесет этот доклад надо быть не просто в курсе изложенного в отчете, а быть максимально погруженным в тему, иначе… Иначе проштрафившийся подчиненный, а заодно и его непосредственная команда, которая участвовала в подготовке доклада будет переведена куда-нибудь в район архипелага Новая Земля.

– Почему Щеглов остался жив после закрытия Проекта? – это был первый вопрос, который задал хозяин кабинета вытянувшемуся перед ним по струнке сотруднику.

– Точного ответа у меня нет на этот вопрос, есть только предположения, – тут же ответил офицер, – докладывать?

– Да.

– Скорее всего Щеглов остался жив, потому что он никуда не уехал, жил на виду, не скрывался, не таился, а еще он не взял отступные, которые ему полагались после закрытия Проекта.

– Причем здесь отступные и то, что Щеглов с более чем сорока ликвидациями за плечами три года жил после закрытия Проекта?

– Есть предположение, что все сотрудники Проекта, которые взяли отступные, а потом исчезли в неизвестном направлении были ликвидированы из-за этих самых премиальных, все-таки суммы выплат были весьма приличные: от двухсот до пятисот тысяч долларов наличными. Видимо выжидали, когда Щеглов все-таки возьмет отступные.

– Кто отвечал за выдачу этих денег?

– Бреднев.

– Ясно. Бреднева точно ликвидировал Щеглов?

– С вероятностью в восемьдесят процентов Бреднева ликвидировал Щеглов. Во-первых, Щеглов был последним кого «вел» Бреднев перед своей смертью, во-вторых, почерк ликвидации был «щегловский», мы проанализировали все его ликвидации и около трети были выполнены именно так: подрыв и, если требуется, то «контроль» из пистолета. Ну и в-третьих, после убийства Бреднева Щеглов исчез.

– Сколько еще ликвидаторов Проекта до сих пор живы?

– Трое.

– Всех ликвидировать.

– Слушаюсь.

– Как узнали, что Щеглов сбежал в Закрытый сектор?

– Сперва «пробили» машину Щеглова, которую люди Бреднева похитили, оказалось, что она частенько проходила техосмотр на СТО, которое имеет отношение к перегону автомобилей в ЗС-17. Ну, а недавно из Закрытого сектора поступил запрос по отпечаткам пальцев Щеглова, а потом еще и его свежие фото для идентификации по служебному досье с его последнего официального места работы.

– Как думаешь в Закрытом секторе знают, что Щеглов – ликвидатор Проекта.

– Вряд ли, если бы такое узнали, то Щеглова бы тут же убили.

– Кто отправлял запрос на информацию по Щеглову?

– Точно не известно, потому что там многоступенчатая цепочка, а мы по ней не шли, чтобы не спугнуть Щеглова. Скорее всего, Щеглов сейчас имеет отношение к структурам опального олигарха Хомутова.

– Хомутов?! Он, что еще жив?

– Да. Из Закрытого сектора он носа не высовывает, а по договоренности со смежниками, всех бывших фигурантов наших разработок мы в том мире не трогаем.

– Ирония судьбы, – пробормотал себе под нос хозяин кабинета, – один из ликвидаторов Проекта нашел себе убежище у человека, который имел непосредственное отношение к закрытию Проекта. Это очень хорошо, что Щеглов сбежал в Закрытый сектор, да еще и оказался рядом с Хомутовым. Это очень хорошо! – на лице седовласого чиновника промелькнуло зловещая ухмылка. – Это просто прекрасно! Редкая удача!

Офицер никак не прокомментировал слова своего начальника, лишь мысленно про себя отметил, что редко видит проявления столь бурных человеческих эмоций у своего босса.

– Как планируете устранить Щеглова?

– Согласно вашему приказу мы его вытащим в наш мир, где показательно устраним. Планируем задействовать членов одной из этнических ОПГ промышлявшей торговлей наркотиками, главаря которой в 2010 году ликвидировал Щеглов. Оставшиеся в живых наркоторговцы поклялись найти и устранить киллера, объявив его своим кровником.

– Хорошо, но если все-таки удастся доставать Щеглова в этот мир живым, то ликвидировать только по моему личному приказу, – кивнул хозяин кабинета. – Сперва он должен будет выступить перед определёнными людьми в качестве свидетеля обвинения.

– Слушаюсь, но спешу напомнить, что все, кто возвращаются из Закрытого сектора в наш мир, в любом случае умирают от болезней в течении пары недель.

– Я помню от этом, – раздраженно произнес седовласый чиновник, – сколько времени займет операция?

– По минимальным прикидкам – чуть больше трех месяцев. Примерно установлено, где следует искать Щеглова, но наши возможности в ЗС весьма ограничены.

– Можете не спешить, – усмехнулся седовласый чиновник, – время сейчас на нашей стороне. Надо все сделать правильно, второй раз мы не проиграем сражение и возродим Проект!

– Так точно! Разрешите идти?

– Подожди. Кого бы ты не отправил за Щегловым, они должны быть под полным контролем, нельзя чтобы они просто ушли в Закрытый сектор, а когда поняли, что оттуда выхода нет, то отказались бы от выполнения поставленной задачи.

– Этот вариант развития событий продуман. В нашем мире обязательно останутся «гарантии»: кровные родственники исполнителей, так же я планирую направить в мир ЗС несколько наших специалистов у который есть проблемы со здоровьем.

– Хорошо, вот теперь, свободен.

Когда дверь за подчиненным закрылась, хозяин кабинета вновь перечитал доклад. Все-таки странная штука жизнь, сколько живешь, а все не перестаёшь удивляться вывертам судьбы.

В жизни все возвращается на круги своя: одним возвращается та боль, которую они когда-то причинили другим; другим, наоборот, жизнь дает второй шанс и возможность войти в ту же самую реку дважды. Жизнь водит нас по кругу, дает нам шанс изменится, сделать выводы. Главное увидеть эту возможность вовремя, ухватиться за нее и не отпустить.

Когда-то «Проект Т» стал настоящим спасением для Российской Федерации, которая в начале 90-ых, скорее всего, развалилась бы на дюжину мелких республик-государств. Ликвидаторы «Проекта» не только чистили страну от поднимавшего головы криминала, но также уничтожали и тех, кто мог бы возглавить сепаратистские движения в регионах. Так же, именно палачи Проекта смогли сдержать волну наркоторговли, которая в девяностые захлестнула Россию.

Проект бы существовал и дальше, но…

Есть легенда про дракона в пещере, которого не может убить ни один рыцарь. Потому что, когда рыцарь убивает дракона – он сам становится драконом. Драконом не становятся в один момент. Сначала дракон все еще думает, что он рыцарь. Он не замечает, как с каждым днем его латы превращаются в чешую, меч – в хвост, через краги растут железные когти, а пар изо рта выходит с все более заметными языками пламени. Друзья отворачиваются от тебя и вокруг остается только шайка падальщиков.

И вот наступает день, в который дракон понимает, что стал драконом. Это очень трудно и больно помнить себя благородным рыцарем и принять тот факт, что ты стал тем, с кем раньше боролся.

В какой-то момент Проект превратился в организацию, которая выборочно устраняла: криминалитет, предателей Родины и прочую нечисть, а на других злодеев не обращала внимания. По сути, убивала одних негодяев в угоду другим.

В 2016 году «Проект Т» закрыли, причем сделали это весьма изящно – арестовали одного полковника в Москве, а его дело предали публичной огласке. Россия с удивлением узнала о том, что у простого полковника и его родственников можно изъять при обысках кубометры денежной наличности: 140 миллионов долларов, 2,2 миллиона евро, 374 миллиона рублей, а потом еще и конфисковать имущества на 9 миллиардов рублей.

Этим арестом, а особенно публичной оглаской, структурам, стоящим за Проектом, намекнули, что Россия больше не нуждается в услугах «чистильщиков». А куда теперь девать различных злодеев, которых так успешно «выносил за скобки» Проект? Смертной казни ведь нет, на «вышку» у нас мораторий. Тех, кого раньше ликвидировал Проект стали массово отправлять в Закрытый сектор.

Заселять зеками и всяким отребьем новые территории – это вообще нормально, так делали всегда и все. Так делали англичане и европейцы, осваивая Северную Америку и Австралию, так делали русские Цари, осваивая Сибирь и Дальний Восток, посылая туда толпы каторжан.

Закрытый сектор стал неплохим выходом из щекотливой ситуации, когда образовался избыток криминалитета, который некому стало «убирать». Пущай бандосы едут в ЗС-17 и там балагурят, заодно заселят его и обживут!

Тут и стало понятно, что стоявшие за ЗС-17 властные группы вдруг неожиданно «поднялись», стали весомой и ощутимой силой, а те, кто в свое время был у истоков Проекта и носил на плечах большие звезды вдруг стали никому не нужны.

Но, что не сделать во благо Родине? Если так надо, то значит надо. Хотя, очень хочется вернуть все как было раньше – Проект – это силища, а кто ей руководит, тот в почете и уважении. Так может все отыграть обратно? Но, как?

И вот спустя три года как Проект закрыли, появляется такой «подарок» – бывший ликвидатор убивает одного из экс-чиновников Проекта, а потом сбегает в Закрытый сектор к олигарху Хомутову, который одним из первых наладил канал поставки зеков в ЗС-17. Так может все это не простое совпадение, а закономерность? Может Хомутов все это специально подстроил? Почему бы не воспользоваться этим стечением обстоятельств в своих целях? Если все обставить должным образом, то даже при тщательной проверке все будет выглядеть так как надо.

В действительности всё не так, как на самом деле. Многие события в момент их свершения, имеют иные, часто противоположные последствия в будущем. Иными словами, многие положительно воспринимаемые события, могут иметь негативные последствия, и наоборот, негативные события – позитивно сказывается в будущем. То, что ворюга Бреднев крутил за спиной начальства свои схемы – это однозначно плохо и тот факт, что его устранил один из экс-ликвидаторов Проекта – тоже плохо. Оба эти обстоятельства весьма болезненно ударили по имиджу Проекта, который вот уже три года как пытались воскресить определённые властные структуры, но тот факт, что ликвидатор проекта сбежал именно в ЗС-17, да еще и имеет какое-то, пусть и опосредованное отношение к Хомутову – это редкая удача, которую не просто можно, а нужно использовать в своих целях. А то, что для осуществления задуманного придётся исказить истинное положение дел, так на то плюнуть и растереть, в конце концов, кому та правда и истина нужна в наше время? Никому!

Каждому своё…

Глава 1

Сумка со сменными вещами собрана, пластиковый контейнер со снедью и термос с кофе уже в машине, оружие, патроны, генератор, большая аптечка, канистры с бензином, товар по заказу Плетнева и кое-чего помимо его списка, тоже на продажу – всё это занимает просторный салон «Соболя». Вроде всё готово, можно выезжать. Сейчас хлобыстну кофейка на дорожку и в путь.

Сам я вырядился, как завзятый охотник-рыболов-военный: термобелье, прочный костюм неопределённой расцветки из качественной ткани, поверх жилет, изобилующий карманами, подсумками, липучками и стропами молле. Кобура прицеплена на липучках в районе груди справа, так чтобы всегда пистолет был под рукой. Слева на поясе небольшой планшет-патронташ на пять патронов снабженных картечью. Короткий дробовик закреплен в специальной скобе между сиденьями, там же по соседству и автомат. На ногах легкие непромокаемые полуботинки, но если надо, то в машине есть рыбацкие чулки-бахилы. Вот так из машины выйдешь, посмотрят на меня люди и сразу понятно, что непонятно кто перед ними: то ли военный, то ли рыбак, то ли охотник. В общем на все руки мастер, но тут все так ходят: при оружии и в полувоенном обвесе. Мир тут такой, одно слово – Закрытый сектор, некоторые его кличут – «ниппель» – туда дуй, обратно х@й, что означает, сюда попасть можно, а обратно нет.

К камуфляжу у меня отношение двоякое. Все эти «березки», «флоры», «бутаны», «цифры», «камыши», «мхи» и прочие «поросячки» на войне спасают жизни солдат маскируя их от глаз противника, а в мирной жизни, эти же малозаметные расцветки убивают людей.

По старой жизни, той в которой я был сотрудником правоохранительных органов в Питере, камуфляж особенно на гражданских я особо не жаловал. Вред от этого камуфляжа один и никакой пользы.

Одно время, когда был еще опером и помоложе, за грибами в лес совсем перестал ходить. Знаете, почему? Потому что больше ходил в лес не за грибами, а за грибниками.

Как пропадет кто-то в лесу, так нас дёргают на поиски. Район, в котором я работал был на окраине города, леса вокруг хватало. Причем тут камуфляж и пропадающие каждый год в товарных количествах грибники? Потому что в камуфляже человека в лесу не видно, он, собственно говоря, для этого и придуман, чтобы скрыть солдата в той местности, под которую подобрана маскировка.

Камуфляжная или темная одежда – очень практичная. На ней грязи не видно, а если не отстирается, то не так заметно будет. Но мало кто задумывается, что не практично для спасения людей, которые её носят. Вот зачем грибнику камуфляж? Чтобы незаметно подкрадываться к грибам? А у грибов, что есть глаза? Ну ладно еще в Рязани, у тамошних грибов, вроде есть глаза, которыми они глядят, когда их едят, но в остальной России, зачем грибникам быть незаметными в лесу? Тот же вопрос к рыболовам и охотникам. Зачем вам всем камуфляж? Рыбы вас не видят, у зверей тоже зрение монохромное, им по фигу в чем вы: в ярко-красном бушлате или в куртке цвета «камыш». Любая зверюга человека услышит или унюхает намного раньше, чем он попадет в поле ее зрения.

Знаете сколько раз мне приходилось отправлять людей за решетку по статье 109 УК РФ «убийство по неосторожности»? Сотни! То охотник не заметит рыболова в камышах из-за его камуфляжной куртки, примет за утку и пристрелит, то охотники друг дружку перестреляют по той же причине незаметности среди леса из-за одежды, то чудак на снегоходе со всего размаху наедет на рыболова, который в своем белом маскировочном балахоне похож на сугроб посреди занесенного снегом льда.

Ну и грибники, особенно пожилого возраста сотнями умирают в лесах, потому их не смогли вовремя отыскать из-за их камуфляжных одеяний группы спасателей и поисковиков.

Кстати, у камуфляжа есть еще одно неприятное свойство – на нем хрен разглядишь клеща, который полезет по пятнистой ткани.

Вот поэтому у меня в машине лежит жилетка ярко-оранжевого цвета, вдруг мне придётся в лесу не прятаться, а наоборот выделяться. Надо быть готовым ко всему! Ну и пара лохматых «кикимор» разных расцветок тоже есть в наличии. Оно конечно ворчать на вред камуфляжа можно, но только тогда, когда он у тебя тоже есть в наличии.

Я вроде ко всему подготовился как надо, хотя, ко всему нельзя быть готовым до конца. В жизни всякое может случиться. Вот, к примеру, знал ли я о существовании параллельного мира еще пару месяцев назад? Нет, не знал, а он, как тот суслик в фильме «ДМБ» – есть, хоть его и не видно! А я, между прочим, вам тут не просто так, я долгие годы работал в «органах» и параллельно трудился в одной «не существующей» конторе, которая звалась просто и незамысловато – «Проект». Чем занимался Проект? Людей убивал! А точнее, карал и казнил выродков, которые по тем или иным причинам избежали справедливого наказания. Но Проект закрыли, чему я, честно говоря, был рад, надоела мне мантия палача, давит она зараза своим весом на тело и душу.

Из органов я ушел по собственному желанию, как раз подошел двадцатилетний стаж работы. Пенсия есть, кое-какие сбережения тоже были, таксовал себе понемногу, выплачивал ипотеку за двушку на окраине Питера. И тут на тебе! Проект вспомнил обо мне и решил вернуть обратно в строй. В итоге тот, кто мне сделал это предложение получил три пули из ТТ, а я сбежал в мир Закрытого сектора. Думал в этом, ином мире, о котором мало кто знает заживу спокойной, мирной жизнью. Не получилось!

Как-то так само собой получилось, что спустя час после пересечения границы между мирами я попал в засаду на дороге, на следующий день участвовал в бандитской разборке, а потом и вовсе влез в какие-то непонятные закулисные игрища с контрабандой алмазов. Ну, вроде бы выпутался из всего этого, даже в финансовом плане прибавил – получил премию за найденные алмазы, мог бы пулю в лоб получить, но бог миловал, обошлось. Правда теперь надо поработать то ли шпионом, то ли тайным агентов, но ничего и с этим справлюсь.

С того дня, как погибла Инга прошло три недели. За это время я успел пройти курс стрелковой подготовки по программе Банка, пополнить свой арсенал, оформить кредит на закупку товара и взять автомобиль «Соболь 4/4» в краткосрочный лизинг. Если «Соболь» мне понравится в эксплуатации, то закажу себе точно такой же в старом мире у Шули.

С Шумаховым мы, кстати, начали работать, я перевел на его счет приличную сумму, чтобы он мог подбирать автомобили для перепродажи в этом мире. Разница в цене на машины в мире Закрытого сектора и староземельной Россией порой доходит до ста процентов. Все дело в том, что в этом мире нет никакого оформления на право владения машиной. Здесь можно ездить на всем чем хочешь, неважно есть у тебя документы или нет. Даже бухим можно гонять, но надо всегда помнить, что если устроишь смертельное ДТП и по твоей вине погибнут люди, то скорее всего тебя пристрелят на месте или чуть позже, когда найдут. Никто не будет тебя лишать прав, проводить экспертизы и назначать условное наказание. Закатают пулю в лоб или забьют в костный фарш кусками стальных труб – вот и все гарантии, чтобы остальные участники дорожного движения все-таки соблюдали скоростной режим и следили за уровнем алкоголя в крови, садясь за руль. Между прочим, весьма действенный способ, потому что даже тупые мажоры из «золотой молодежи» понимают, что на местных дорогах надо ездить либо под усиленной охраной, либо с соблюдением ПДД.

Жил всё это время я на территории гриль-бара «Ветеран» в неработающей сауне, которую Рома в свое время построил, но так и не запустил, пользуя только для собственных нужд.

– Глеба-джан, понимаешь, сауну если запускать, то обязательно надо девочек легкого поведения подтягивать, а мне как примерному семьянину никак нельзя с проститутками общаться, – рассказал мне Рома заселяя меня в сауну.

Понятно дело, что жена Ромы не одобрит его общения с проститутками. Угораздило же армянина взять себе в жены хохлушку с польскими корнями.

Сауна была большая и просторная: двухэтажный домик, где помимо двух парилок, нескольких комнат отдыха, бассейнов, была еще бильярдная, массажный кабинет, кухня и пара отдельных комнат с огромными кроватями. В одной из этих комнат я и стал жить.

В гриль-бар «Ветеран» я вложил один миллион рублей и стал олицетворением «крыши» для бизнеса Ромы. Помимо «Ветерана» Рома еще барыжил нелегальным разливом и фасовкой армянского коньяка… и контрабандой в старым мир самородным золотом. Так что, как я и думал, вор в законе Кумыс не просто так быканул на Медведева. Было за что!

– Глеб, понимаешь, тут такое дело, – начал свою «исповедь» армянин, – мне это золото совсем не в масть, с ним столько мороки, что я бы вообще бы им не занимался, но как теперь соскочить сам не знаю, слишком много людей под это подвязаны. Ладно еще мои связи в старом мире, там я просто скажу, что нет больше золота и все, а как быть со старателями, которые мне тащат «крупу» здесь? Вольные золотодобытчики народ злой, если, что не так, сразу за ножи-ружья хватаются. Когда Миша-джан был в деле, то в основном он с ними разговаривал, а я только качество золото определял, а потом в старый мир по каналу Медведя пересылал. А как теперь быть? В последний раз, когда сводил кассу по золоту, то пришел к выводу, что вообще не выгодно сбывать самородное золото в старый мир.

– Дорого принимал золото? – спросил я.

– Нет, – пожал плечами Рома, – как все. От восемьсот рублей до тысячи за грамм. А что?

– Так это же очень дешево, – недоуменно нахмурился я. – В Банке официальная приёмка на тридцать процентов дороже. Почему они тебе сдают, а не в Банк несут?

– Ну, какой еще Банк, – раздраженно всплеснул руками армянин, – с Банком работают лишь крупные золотодобытчики, а мелкие, ну, типа бригады по пять-семь человек, они сроду в Банк не сдавали золото.

– Почему?

– Как, почему?

– Ну, почему мелкие не сдают золото в Банк. Вот я, к примеру, собираюсь возить товар по окрестным деревням, за который буду брать самородное золото, по такому же курсы как ты сказал – 1000 рублей за грамм, а в Банк буду его сдавать по цене: от 1300 до 1800 рублей за тот же грамм. По-моему, выгода работать с Банком очевидна.

– Ну, тебе проще, у тебя есть лицензия на торговлю.

– А у тебя, что нет?

– Тоже есть, – кивнул Рома, – но в Банк я сдавать золото не буду и очень многие старатели тоже не будут никогда работать с Банком, пусть у них и курс приемки выше. Все прекрасно понимают, что еще год-два, ну максимум пять лет и с дикой добычей золота начнут вести борьбу, соответственно всех, кто будет в базе Банка первыми прижмут к ногтю.

– Скорее всего не прижмут к ногтю, а обяжут узаконить свою деятельность, – поправил я.

– Это одно и тоже, – хмыкнул армянин.

– Ох, вот сколько живу, столько и удивляюсь тому, как наш человек любит себе создавать проблемы на ровном месте. Давай так поступим: ты начни принимать золото дешевле чем раньше, допустим процентов на десять-пятнадцать, если твои поставщики-старатели все равно будут с тобой работать, то сдавать вырученное будем через меня в Банк, прибыль по полам. Согласен?

– Согласен, – тут же кивнул Рома, – но, только чтобы приемку осуществлять вдвоем. Хорошо?

– Хорошо. Второй вопрос: а почему ты коньяк льешь нелегально, у тебя же есть лицензия на производство спиртосодержащей продукции? Вон, самогон по бутылкам фасуешь и пиво ты производишь совершенно легально.

– Так, то самогон, его тут все гонят, кому не лень, – удивленно поднял брови владелец «Ветерана». – А как можно легально изготавливать коньяк, если в этом мире нет виноградников?

– Так же, как и в старом мире, где коньячные заводы расположены в тех областях России, где тоже нет виноградников, – хмыкнул я, – официально закупаешь коньяк в бочках, а тут его фасуешь в бутылки, но, к примеру, на этикетках нет слова коньяк или выдумываешь свою этикетку. Кстати, офигенная тема – это делать старые советские этикетки.

– Глеба-джан! – Рома подскочил на месте. – А ведь ты прав, зачем подделывать этикетки существующих торговых марок, если можно делать свои. У меня родственник работает на ЕКЗ, он если надо может целую фуру хорошего коньяка сразу в бочках достать, нам останется только в бутылки разлить, но надо деньгами вложиться. Зато выхлоп сразу в три раза, если не больше.

– Я готов вложиться, – кивнул я, – надо только для пробы хотя бы бутылок сто-двести сделать, чтобы можно было по торговым точкам развести для начала, а там дело пойдет.

В общем на том и порешали, я вошел в бизнес Ромы деньгами и идеями, за отдельную плату будут еще и силовое прикрытие осуществлять. Как оказалось, с теми документами, которыми меня обеспечил Берегов, я могу любого местного мелкого бандита пристрелить на месте по собственному желанию. Берегов так и сказал:

– Любого, кто наезжает на тебя, если не можешь с ним договориться миром можешь валить на месте. Сунул в нос бандосу ксиву, что работаешь с корпорацией Хомутова и если он заднюю не включает или не предложил перенести спор в правовое поле, то вали его на хрен.

– А проблем не будет, как с Кумысом?

– Нет, – отмахнулся Берегов, – все серьезные дела решаются на высоком уровне, а все мелкие на твоем, низшем уровне. Если на тебя решат наехать по-крупному, то сперва нас об этом оповестят, дескать ваш человек мешает серьезным людям, угомоните его сами, а иначе мы его угомоним. Кумыс мог вынести свои вопросы на Совет Корпораций, но не стал этого делать, решил сам разобраться на уровне Медведева, за что и поплатился.

– Логика понятна, – кивнул я.

– Но не забывай, что мелкие игроки твоего уровня всегда могут сами с тобой разобраться, так что особо не борзей и старайся со всеми жить мирно, но, если, что знай, что своих людей я никогда в беде не оставлю.

– А своими, твои люди считаются ровно до тех пор, пока тебе и Хомутову это выгодно? – уточнил я

– Само собой, – кивнул Берегов.

Вот так мы с Береговым и пришли к общему знаменателю – пока я ему выгоден, то считаюсь его человеком и соответственно могу относительно спокойно ходить по земле, не шарахаясь от каждого куста, как та ворона.

Чем я он быть полезен Берегову и корпорации олигарха Хомутова?

В мире Закрытого сектора два полюса притяжения: город Новая Москва и портал в старый мир при ней и город Сосновск и два портала при нем. Между этими городами есть дорога, по которой в обе стороны идет постоянный товаропоток и перемещение людских масс. Где-то на середине пути дорога делает большой крюк, повторяя изгибы широкой реки, там же есть плотина Зимина – гидротехническое сооружение, которое помимо электричества дает еще и возможность перебраться на другой берег Кизы и попасть на альтернативный путь к Сосновску, который пусть и немного длиннее, но зато намного безопасней чем основной. На основной трассе между Сосновском и Новой Москвой орудуют полчища бандитов, которые обложили данью все торговые караваны, перемещающиеся между основными городами этого мира.

Рядом с плотиной Зимина есть поселок Кисловка куда я буду возить кое-какие товары на заказ. Плотина и поселок при ней, не считая лесопилки, карьера и шахты – место стратегическое и весьма важное. «Свои» уши и глаза там Диме Берегову были нужны очень давно, да все у него как-то не получалось заслать туда своего агента – местный «шериф» Илья Плетнев по кличке Кнут всех засланных казачков выводил на чистую воду и вроде как в водохранилище платины топил, привязывая к ногам мешок с отработанной породой из шахты. А мне вот повезло с Кнутом найти общий язык…а может и не повезло, время покажет.

Когда Кнут предлагал работать на него снабженцем, то выглядело на словах все довольно просто: тут купил, там продал, разницу в цене положил себе в карман, а потом еще сдал в Банке самородное золото и приумножил свои капиталы. Вложил рубль – получил минимум два, а то и все три!

– Ларек, в котором ты покупал стекла, через его хозяина можно меня найти. Если решишь начать работать, то просто зайди к нему, он со мной свяжется, а я с ближайшей попуткой передам список нужного товара, – сказал на прощание Кнут.

Я так и сделал. Через три дня получил список нужного Кнуту товара с ценами, по которым он готов был все это купить. После проведения не хитрых подсчетов, выяснилось, что все нужное я могу купить в этом мире. Разница между закупочной ценой и теми ценами, что написал Плетнев составила – сто семьдесят тысяч рублей. Вроде неплохо за пару дней работы, но это только на первый взгляд…

До Кисловки триста километров, в платном караване, если вести товар на «ГАЗеле» то надо заплатить по пять тысяч за каждые сто километров, то есть отдать пятнадцать тысяч, столько же обратно, итого – минус тридцать тысяч рублей. Топлива уйдет примерно на две тысячи, плюс пожрать, плюс еще что-то, но правда, расплатиться должны самородным золотом, по курсу на тридцать-сорок процентов ниже, чем принимает Банк в Новой Москве. Значит получается, что все расходы как раз обмен золотишка окупит. Надо еще лизинг «Соболя» добавить, он хоть и краткосрочный, оплата посуточно, но все равно.

– Ну, чё ты паришься?! – прикрикнул на меня Берегов, когда я ему подсунул листик с моими расчетами финансовой выгоды. – Мы тебе все расходы оплатим.

– А предыдущим агентам тоже все расходы оплачивали? – спросил я.

– А, что? – нахмурился Берегов.

– Так может они на этом и провалились? Ну, сам подумай, на кой ляд человеку работать в убыток себе?

– Думаешь, что на этом Плетнев и ловил моих людей?

– Не знаю, – пожал я плечами, – но, чтобы не спалиться, надо работать максимально натурально, то есть, если мне не выгодно по таким ценам вести в Кисловку товар, то надо так и сказать Плетневу. А иначе у Кнута сразу закрадутся сомнения, с чего я такой альтруист? Ну и машину взять в лизинг у банка, да и кредит надо у них оформить, опять же не фиг мне на вашей базе жить, вдруг у Плетнева есть в городе свои люди, тот же торгаш с рынка, лучше я пока у Ромы в «Ветеране» поживу.

– Ну, смотри сам, – спустя пару минут произнес Берегов, – пожалуй ты прав.

Пока оформил кредит в Банке, пока взял в прокат «Соболь», пока оформил все нужные бумажки, с Плетневым пока решил все шероховатости, считай три недели ушло. Правда, за это время я успел продать свою «Ниву», и заказать Шумахеру новую машинку, которую должны будут пригнать на следующей недели.

С Кнутом через его человека на авторынке я торговался несколько дней, пока наконец не пришли с ним к обоюдовыгодному итогу: обратную дорогу и проживание в Кисловке мне оплачивает Плетнев. Ну и в следующий раз объем закупок будет больше, чтобы мне было выгодно вести товар.

А еще я решил вопрос со своим вооружением навестив тот самый магазин, который советовал мне посетить Медведев. Не зря Миша советовал именно этот ган-шоп. Как только я зашел внутрь и положил на прилавок перед продавцом скидочную карту Медведя, мне тут же в ответ достали картонную коробку, в которой что-то звякало железом.

– Медведев предупредил, что вы придете, просил вам передать эту коробку, – сообщил продавец, протягивая мне коробку.

– Интересно, – задумчиво произнес я, снимая картонную крышку.

Внутри лежали запасные магазины к автоматам, винтовке и пистолетам, мало того к «Чижику» был еще и пластиковый кейс, который Медведь должен был давно мне отдать. Раскрыл пластиковый кейс для пистолета, все на месте: три накладки на рукоятку, два запасных магазина. Там же небольшой картонный прямоугольник, где коряво написано от руки:

«Звиняй братан, что сразу магазины не положил в сумку, такой был приказ. Медведь»

– Если будет связь с Медведевым, то передайте ему, что я не сержусь, все нормально, – попросил я продавца.

– Окей, – кивнул тот, – чем-то еще могу помочь?

– Да, мне бы хотелось прикупить кое-чего, – растерянно произнес, не зная с чего начать свой шопинг, – глаза разбегаются, не знаю с чего начать.

– С патронов, – предложил продавец.

– Действительно, – согласно кивнул я, – с них и начнем.

Патронов взял много, ну как много? В понимании гражданского человека много, а в понимании военного человека – патронов много не бывает, потому что сколько их не возьми, а они все равно закончатся. Скажем так, взял столько, чтобы на первое время хватило и можно было спокойно спать по ночам. Брал разных: обычных, трассирующих, бронебойно-зажигательных для автоматов, снайперских для винтовки, бронебойных (ПБП) для пистолета, картечь, дробь и пулевые для гладкоствольного дробовика. Что-то взял запечатанными цинками, что-то коробками и пачками. Оказалось, что патрон 9/19 для «чижика» выпускаемый разными отечественными производителями немного отличаются формой пули друг от друга, из-за чего бывают задержки и перекосы при стрельбе. Поэтому данным патрон купил только забугорного производителя, ну, а что поделать, раз такие дела.

Тут же в оружейном магазине купил себе и снарягу: два бронежилета разной степени тяжести и класса защиты, РПС, подсумки, накладные карманы, сумки, мешки-хабарки, два шлема, очки, три кобуры, ремни для автоматов, сумку-чехол для транспортировки винтовки и автоматов, жесткий пластиковый кейс для тех же целей, прибор ночного видения, тепловизор, коллиматорный прицел, ЛЦУ (вначале схватил, оплатил, а потом уже подумал: на хрена мне этот «лазер»?), три бинокля, мощную оптику для винтовки и пару стреляющих девайсов для скрытной установки на машине.

В общем, дел было много за это время и в свою первую поездку в роли купца местного разлива я выдвинулся только сегодня утром – 14 марта 2019 года.

Никакого секретного поручения Берегов на эту, первую поездку мне не давал, да и вообще, пока речь шла только о том, чтобы я закрепился в качестве поставщика для магазина Плетнева и смог пройти все проверки Кнута.

Глава 2

Изначально «Соболь 4/4» был пассажирским, но здесь его превратили в грузопассажирских, оставив в салоне только один комплект сдвоенных сидений, которые можно было разложить горизонтально, превратив в полноценное спальное место, надо только под ноги подставить что-нибудь, чтобы можно было их вытянуть. Стекла в салоне заменили на алюминиевый композит, оставив прозрачным только стекло задней двери, которое было не простым, а пулестойким с круглой амбразурой, закрывающейся специальной задвижкой. Сама задняя дверь тоже была с бронированием.

Стекла в кабине тоже были пулестойкими и могли выдержать попадание пули патрона 7,62/39. Так же внутри дверей кабины были установлены титановые пластины и кевларовые прослойки, призванные удержать или увести в рикошет пули. Задняя стенка моего сидения красовалась прицепленным к ней плитами от бронежилета.

Бусик который я взял напрокат был 2016 года выпуска, и, соответственно, эксплуатируется на сегодня уже более трех лет. Пробег машины около 100 000 км., для микроавтобуса это, в принципе, небольшой пробег, как все мы понимаем.

Признать «Соболь 4×4» полноценным внедорожником – пожалуй, перебор. По компоновке, характеристикам подвесок и многим мелочам он не вездеход. С другой стороны, на фоне современных якобы внедорожников или кроссоверов, а также прямых конкурентов – полноприводных вэнов – мой «Соболь 4×4» образец: в грязи не утонет и по асфальту резво помчит. Секрет в удачной и простой механической схеме полного привода: продольное расположение мотора с коробкой, отдельная раздатка, спайсеровские мосты. Все это хорошо сочетается с отработанным вариантом грузопассажирского авто.

Пока пил кофе, машина тарахтела движком на холостых, прогреваясь перед дорогой. Ну, все кофе допит, пора и в путь-дорогу!

Скидываю куртку, шапку, прыгаю на сиденье. Ого! В машине «ташкент», независимый подогреватель «Вебасто» за несколько минут прогрел огромный салон. Этот «Вебасто» вроде штатный идет почти на всех моделях ГАЗа с новым двигателем «Камминс».

Аскетичная кабина без намека на комфорт и шумоизоляцию с приборной панелью в стиле 90х. Пассажирских сидений в кабине только одно, второе убрано, вместо него стойка для оружия и пустое пространство.

Мое водительское сидение не штатное, а заменено на иномарочное, да еще и с возможностью поворачиваться в салон, чтобы – раз и я перебрался внутрь кузова, не вылезая наружу из машины. Очень удобно в определённых случаях. По этой же причине нет второго пассажирского сидения, чтобы при развороте моего водительского было пространство для маневра.

Я прежде не ездил на дизельном «Соболе» или «Газели». Поэтому перед поездкой пару дней погонял «Соболька» на полигоне. Как раз в эти дни снега навалило по самое не балуй. Пониженный ряд включил сразу и довольно легко таранил снег на второй передаче. Дизель словно и не заметил круто возросшей нагрузки, гладко шелестел на трех тысячах и уверенно выталкивал машину за пределы трассы полигона. Машина, буксуя, металась по заметенной колее, выбрасывая десятки килограммов снега ежесекундно, и старательно лезла в гору. Хороший усилитель руля. Хотя машину и кидало из стороны в сторону, но удалось держать баранку, ровно и четко подруливать, когда начинало сносить боком.

Там же на полигоне попробовал еще несколько машин, которые предлагал Банк в лизинг: «Митсубиши Делику» третьего поколения, «ГАЗель Тайгу» и «буханку» У «ГАЗели» расход топлива больше, чем у «Соболя», да и в управлении она несколько тяжеловата, а «Делика», хоть и оказалась самой приятной и комфортной машинкой, но все-таки её салон не так вместителен, как у «Соболя» и тем более «ГАЗели». А «буханка», она «буханка» и есть – старая проверенная классика езда в которой превращается не в отдых, а тяжелый труд, после которого все тело ломит и болит.

Остановился на золотой середине – на «Соболе», но Шумахеру поставил задачу найти мне вместительного буса 4/4 иностранного производства, чтобы комфортно было и ремонтопригодно. Видел в недавно хорошенько переоборудованный Mercedes-Benz 207D, думаю такой же аппарат Шуле заказать.

Были в салоне и особенно кабине «Соболя» еще кое-какие переделки, но о них я рассказывать не буду, потому что это секрет! Скажу одно, если к моей машине подкрадётся злодей, то он может получить заряд картечи по ногам, а я при этом даже из машины не выйду.

Груз везу сборный, много всего и разного: одежда, обувь, бытовая химия, лекарства, продукты питания, алкоголь, автомобильные расходники, семена, ядохимикаты, на крыше «Соболя» в багажнике лежали рулоны брезента и рыболовецких сетей. Это все было по заказу Кнута. А так еще был кое-какой груз, который мы уже с Ромой решили попробовать сбыть в Кисловке: армянский коньяк, самогонный «спирт», кофе, чай и специи.

Вроде салон «Соболя» и относительно просторный, по крайней мере, по сравнению с «Нивой 2121» и «Митсубиши Делика», но как все внутрь запихал, то уже и места мало оказалось. Так помимо груза на продажу мне еще надо было вести кое-что из своего: кейс с оборудованием Банка, канистры с топливом, генератор, спальник, сумки с оружием и вещами, патроны, запас воды и провизии, палатку, инструменты и т.д.

Если после поездки выяснится, что машина все-таки нужна побольше, то скорее всего возьму «ГАЗон» или «КамАЗ», на такие расстояния, как до Кисловки можно и без напарника ходить. За один световой день в любом случае успею добраться до Кисловки, там переночевать и обратно так же обернуться за один день.

Кое-как все разместил, закрепил, увязал и упаковал. Опыт есть, его не пропьешь. Я знаю, я пробовал!

Выкатился на дорогу и повел машину в сторону выезда из Новой Москвы на востоке, там, через час должна будет стартовать колонна, идущая на Сосновск. Я покачу в её составе до поселка Плюхово, который все здесь называют – Шлюхово. Судя по справочнику-путеводителю в этом населенном пункте сорок построек, из которых двадцать четыре – публичные дома и казино! А, какого?! Весело тут у них в этом Закрытом секторе: наркотики – разрешены, проституция – легализована, огнестрельное оружие любого калибра и скорострельности за административными границами Новой Москвы и Сосновска – разрешено, да еще и сил правопорядка в привычном смысле старого мира нет. Одним словом, а точнее двумя – Анархия и Вседозволенность!

С одной стороны, подобные порядки в этом мире пугают, причем настолько, что даже опытные люди, такие как Рома, не желают казать носа за городскую черту.

– Глеба-джан, ну какой-такой опыт-шмопыт? – ворчал себе под нос Рома, когда мы с ним сидели за кружечкой пенного. – Да, я воевал в Арцахе, стрелял из автомата в азеров, гнил в окопах под дождем, но больше был при кухне: готовил еду, кормил солдат, ну и что, это разве большой боевой опыт? Зачем мне воевать? Не хочу! Хочу сидеть дома, под боком у жены, растить детей, возиться на кухне «Ветерана» или стоять за барной стойкой, разливая пиво и жить мирно.

Я понимаю, о чем говорит Рома. Если ты держишь в руках автомат и участвуешь в боевых действиях, то это не делает тебя воином, если прошел срочную службу в армии, то и это не делает тебя воином. А бывает и наоборот, когда человек не служил в армии, даже не знает, как обращаться с автоматом, но встав на пути у врага с палкой в руках, не боясь умереть от вражеской пули, он становится Воином. А бывает стоит весь из себя такой в камуфляже, увешанный оружием, как новогодняя елка гирляндами, а рванет рядом граната и крутыш тут же в чмыря превратился, натурально обосравшись от страха. Такое тоже бывает.

А, вообще, про «воинов» и «чмырей» – все это лирика, ибо пуля, как известно – дура и ей абсолютно фиолетово, кто нажал на спусковой крючок: истинный воин или трусливый задрот, она, попадая в цель одинаково безжалостно поразит её.

Упрекать Рому, что он тянется к мирной, комфортной жизни нельзя. В конце концов кто-то же должен готовить еду, строить дома и растить детей. Не всем же воевать…

Да есть такие люди, для которых война – это не стресс, а работа. Рома владеет «Ветераном», управляет им, кормит и поит людей – это его работа, а есть «псы войны», для которых война, – это тот наркотик, щедро оплаченный работодателем, с которого очень тяжело спрыгнуть. Когда привык жить не по средствам и тратить большие суммы, зная, что в следующей командировке ты заработаешь себе ничуть не меньше, а то и больше. Я молчу обо всех моральных аспектах командировок, связанных с бессмертием души, эзотерикой и конфессиями, запрещающими человеку убивать людей, да ещё и за деньги. Молчу, потому что я беспринципный тип.

А я вроде как посередине, для меня воевать – вроде как норма, но я не испытаю от войны никакого удовольствия, но и целыми днями торчать на кухне или за барной стойкой я тоже бы не смог. Так и болтаюсь, как та субстанция в проруби, не зная выползать на лед, чтобы стать как остальной мирняк белым и пушистым или совсем уйти на дно к бесам и демонам войны.

Мысли у меня сейчас, конечно, те еще – сплошные треш, грусть и чернуха. Все из-за того, что мне не очень хочется ехать в Кисловку, душа вкупе с задницей чувствуют, что ничем хорошим эта поездка не закончится, но демон, сидящий на левом плече, так и шепчет в ухо: «поехали, если попадем в передрягу – будет весело!»

Подруливая к накопительной площадке, где уже стояли кое-какие машины будущего каравана три раза плюнул через левое плечо на удачу. Заглушил движок, выбрался наружу, закрыл дверь, проверил закрыты ли все замки и пошел искать старшего колонны, чтобы уплатить мзду за проезд.

Старший колонны оказался мужиком моих лет, который деловито принял у меня плату, приказал повесить на лобовуху картонку с номером и какой-то загогулиной и вкратце рассказал, как себя вести в случае обстрела:

– В колоне будет ехать шесть наших машин, – тут он широким жестом указал за стоящие за его спиной военные «КамАЗы» и два бронеавтомобиля «Тигр», – делай как делают водители этих машин. Вот наша частота, – он назвал цифры, – будь всегда на ней, но эфир не засоряй. Слушай внимательно команды и четко их выполняй. Оружие есть?

– Да.

– Охотничье или нарезное?

– И то, и другое.

– Боевой опыт есть?

– Да.

– Отлично. «Нарезь» держи под рукой, если начнётся стрельба, то по возможности сыпь в ответ, но так, чтобы на ходу и если колонна убыстрилась, то не тупить, педаль в пол и Алга-вперед. Понял?

– Да, – односложно ответил я, забрал лист с цифрой «6» и вернулся к «Соболю».

Со старшим конвоя я перекинулся еще парой фраз, он пытался выведать что у меня за опыт, я всячески отнекивался и юлил. Что я понял из разговора с человеком камуфляже?

Самое главное – это держаться колоны, не отставать и не рваться вперед. Все время слушать заданную волну. Всегда сохранять спокойствие и хладнокровие. Ни в коем случае не паниковать! Если становится страшно, то старайся не показывать этого окружающим. Если начнут обстреливать, не бойся вести ответный огонь, но обязательно – по цели, а не наугад.

– А то, например, бывало так: боевики обстреляли нашу группу, и мы сразу все залегли и ничего не видим, а лишь лежим. Никто не поднимет даже головы. Боевики этим пользуются. Пока группа лежит, они подтягивают свои основные силы, – зачем-то рассказал мне случай из своей жизни собеседник.

Вот и весь инструктаж. За, что спрашивается с меня только что взяли пятнадцать тысяч рублей? Хотя, а чего я, собственно, ожидал? Никто мне комфортного и безопасного путешествия не обещал, банковский сотрудник Игорь, с которым я за дополнительную плату нашел общий язык, так прямо и сказал, что почти тридцать процентов новоиспеченных купцов в первые полгода выходят из бизнеса: кто ногами вперед, а кто вследствие полученных ранений и травм.

Что тут у нас с местным мироустройством? Дикий Запад на манер «махновщины» и анархии Гуляй Поля.

При слове "анархия" большинство людей представляют себе полный беспорядок, где каждый творит, что его душе угодно, а в обществе царят полный хаос и кошмар. В народном сознании еще живы образы революционных матросов-анархистов или батьки Махно с его бандой разношерстных бандитов, творивших беспредел в послереволюционные годы. В результате и возникла современная негативная коннотация этого слова.

Между тем анархия изначально определялась как проявление истинной свободы, создающей как раз порядок. Появление анархизма как философского учения и общественного движения произошло в XIX веке, когда интерес к проблемам классов и классовой борьбы очень возрос, а понятие справедливого устройства общества стало тесно связываться с идеей ликвидации социального неравенства.

На фоне других социалистических учений тогда и возник анархизм. Его основные идеи изложил один француз философ, уж не помню, как его звали, но он утверждал, что анархия есть взаимная свобода, которая "не дочь, а мать порядка". Это потом уже, лет сто спустя, Цой споет свои знаменитые строки: «мама анархия, папа стакан портвейна…»

Основная ценность анархизма – свобода личности, которая должна быть ограничена только естественными границами, которые имеют объективный характер. Изначально люди еще очень сильно зависят от природы, мало знают, довольно дики в моральном отношении. Поэтому они нуждаются во внешнем понукании, во власти, в регламентации их жизни. Но чем развитее становится общество, тем свободнее становится человек. Он становится умнее, в нем укрепляются моральные принципы, и как результат, людей начинает тяготить внешний диктат. Они готовы жить без него, опираясь на взаимную солидарность, взаимопомощь, разумно управляя жизнью общества, исходя из общих интересов.

Между тем власть принадлежит не народу, а меньшинству, которые создали государство для того, чтобы умножать свое собственное богатство и подавлять народ, который работает на них. Отсюда делаем вывод о том, что государство постепенно изживет себя как ненужный аппарат насилия, когда люди научатся самостоятельно и свободно управлять обществом.

Ну, что сказать… Наивный XIX век, вот что я скажу. Анархизм, по сути, утопическое учение, и как бы ни были прекрасны его теоретические положения, реальное воплощение этих идей показало людей отнюдь не в лучшем виде.

Так будет и в Закрытом секторе. Пока тут царит Анархия и Вседозволенность, но еще пару лет, максимум лет десять и в этом мире возникнет Государство как аппарат насилия и узурпации власть. Всех недовольных и несогласных – к ногтю. Всех анархистов, бунтарей и прочих смутьянов – к стенке. Уж я как представитель правоохранительной системы знаю о чем говорю. Но эти десять лет надо как-то прожить, причем так, чтобы удалось сколотить состояние, которое позволит безбедно жить дальше.

Чем, собственно говоря, я планирую заняться в ближайшие годы: набить кубышку, обрасти связями, избавиться от лишнего балласта, в лице того же Димы Берегова, обеспечить себе приличную и комфортную пенсию, а лет в пятьдесят-пятьдесят пять все-таки выйти на пенсию и сидеть с удочкой на берегу тихой речушки, которая будет протекать рядом с моим домом. Надеюсь, к тому времени моя душа успокоится, и я перестану искать на свою пятую точку приключений.

Машины постепенно стекались на накопительную площадку, водители и пассажиры выпрыгивали наружу, кто-то просто ходил туда-сюда, кто-то пил кофе и трескал бутерброды, многие курили. Сразу бросалось в глаза кто тут бывалый, а кто «первоход». Ежели на тебе новенькая, не обмятая куртка и штаны, которые так и брызжут обилием карманов, подсумков и альпинистских карабинов, которые пристегнуты в ужасающем количестве, а на груди у тебя висит АК в тактическом обвесе, да еще и на трехточечном ремне, с пристигнутой спаркой сразу из трех автоматных магазинов, то скорее всего ты впервые участвуешь в этом увлекательном мероприятии. А вот тот дядька, в свитере с заплатами на локтях, который сидит на карточках, курит и при этом внимательно оглядывает ходовку своего «ГАЗ Садко» в тысячный раз проверяя, все ли нормально, и у него под рукой простенькая «ксюха», скорее всего товарищ бывалый. Но я могу и ошибаться, ху из ху покажет только первая передряга, а вот так по внешнему виду судить конечно можно, но не факт, что угадаешь.

Колонна выдвинулась в путь почти на сорок минут позже, чем должна была. Меня этот факт обрадовал, потому что я, считая так, что лучше «первый блин комом», чем потом со всего размаху мордой в дерьмо. Если мероприятие начинается хорошо и без проблем, значит проблемы просто копятся, чтобы потом смести все на своем пути безудержной лавиной.

По словам старшего конвоя, в Плюхово мы доберемся часам в четырем вечера, по пути будет всего две короткие остановки, чтобы подобрать в населённых пунктах на трассе еще несколько машин в колонну. Почти все машины шли до Сосновска, лишь пару человек ехали до Шлюхо…тьфу ты до Плюхово. Мой «Соболь» и еще один пассажирский минивэн, в котором катила развязная удалая компания мужиков. Понятно, для чего им в Плюхово. Тамошних «плюх» отведать.

В Сосновске было два портала: один небольшой, вроде Ново Московского, а второй – железнодорожный, по которому в мир Закрытого сектора ввозились большая часть промышленных товаров. Торгаши из Новой Москвы заказывали товары из старого мира в чаще через грузовой портал Сосновска, даже с учетом доставки так выходило дешевле, потому что портал Новой Москвы частенько работал в закрытом режиме «для своих», а крупнотоннажные фуры через него и вовсе не пускали.

Почему из Сосновска до Новой Москвы до сих пор не проложили железнодорожную ветку непонятно, но зато ходили слухи о том, что якобы хотят наладить сообщение по реке Кизе и что именно на водохранилище плотины Зимина будет построен порт и большая перевалочная база.

Река Киза текла в нужном направлении, глубины позволяли ходить по ней баржам и теплоходам среднего тоннажа, порогов не было вовсе. Насколько речной транспорт выигрывает по сравнению с автомобильным я не знал, но то, что бандиты будут точно так же грабить проходящие по реке тихоходные суда был уверен. Ширина Кизы относительно небольшая – триста-пятьсот метров, из «калаша» спокойно простреливается от берега до берега, а крупнокалиберный пулемет калибра 12,7 мм или КПВ 14,5мм поставит надежный «шлагбаум» на реке, так же, как и на дороге. Даже на реке еще проще, там можно фарватер перегородить самодельной «банкой» из бревен. Бандитский ум он на выдумку всегда хитер был.

За окном автомобиля мелькали шикарные виды: высоченные сосны, кедры, какие-то разлапистые хвойные деревья весьма похожие на итальянские пинии, которые я в свое время видел на ЮБК. А еще где-то на горизонте маячили пики здоровенных гор. Несколько раз дорога перепрыгивала через небольшие речушки, которые уже освободились от оков льда. А воздух так и пьянил своей частотой и свежестью. Долгие годы жизни в мегаполисе отучили меня от вкуса свежего воздуха. Я и забыл, что воздух может пьянить и будоражить кровь. Нет, я частенько бывал в лесу или на реке и знаю, что такое чистый лесной воздух, но все равно, здесь, в этом мире, воздух был каким-то другим, необычным и непривычным, каким-то…свободным и диким, что ли. Да, точно, здесь воздух был наполнен свободой. В этом мире еще не было государств, правил, законов и развитой цивилизации со всеми вытекающими из этого обстоятельствами и нормами жизни.

Здесь была Свобода! Свобода жизни, образа мыслей, свобода норм и правил! Дикая, необузданная не причесанная цивилизацией жизнь!

Скорее всего именно этой свободой и манит к себе Закрытый сектор. Все-таки странные существа, мы, люди, человеки, мать нашу человеческую…

На протяжении всей истории массы людей стремились покинуть свои маленькие общины, чтобы перебраться в город, а ещё лучше – в мегаполис. Если 200 лет назад больше 70% населения России жило в деревне, то на сегодняшний момент три четверти жителей страны живут в городах. Многие сёла в буквальном смысле вымирают, потому что молодёжь не хочет там жить. И кажется, что этот процесс неумолимо уничтожает корни нации.

В то же время находятся энтузиасты среди городских жителей, которые решают покинуть свой дом и переселиться в глухие места, чтобы жить на природе подобно хуторянам или жителям выселков сто и больше лет назад. Таких смельчаков всегда хватало, правда большая часть экстремалов, столкнувшись с трудностями, в конечном итоге, возвращается обратно, решив, что в городе плюсов больше, чем минусов.

Но количество людей, рискнувших отказаться от жизни в обществе и поселившихся, подобно отшельникам, на отшибе цивилизации, растёт. Власти во многих странах ясно демонстрируют, что в критические моменты они не только не будут защищать своих граждан, но вдобавок будут отстаивать свои интересы за их счёт – подобно тому, как тонущий хватается за того, кто рядом, и топит его, лишь бы удержаться самому на плаву. Сегодня, когда мир движется к дестабилизации, кризисы следуют один за другим, как шарики в чётках, а государство перекрывает все возможности для нормальной жизни и развития, уход от привычного социума старого мира в Закрытый сектор многим кажется единственно верным шагом.

Глава 3

Кручу баранку, глазею по сторонам, слушаю шипение радиоэфира, настроенного на нужную волну, мысленно рассуждаю о всякой херне, а на самом деле думаю о сне, который мне приснился этой ночью.

Снилась мне война. Та самая, которая выжгла во мне все живое, доброе и хорошее, если это всё, конечно, во мне к тому времени еще было. Все-таки надо быть честным с собой до конца, но детдом на излете СССР – начале 90-ых в богом забытом «мухосранске» средней полосы России – не самое лучшее место для формирования правильных ценностей в человеке.

В детдоме было по-разному: с одно стороны кормили три раза в день, но били нещадно за любые оплошности. Битье было не самым страшным, самое стремное наказание было лишение еды и угол на всю ночь. Тебя лишали ужина, ставили в угол голым на всю ночь. Приходила сменщица и всю ночь сидела у телевизора, если ты начинаешь засыпать, тебя сначала пиздят по ногам, а потом тащат в ванную комнату и направляют душ в лицо, либо топят в раковине лицом, потом возвращают обратно в угол. Итого, ты стоишь в углу около восьми часов, включая издевательства надсмотрщика. Было тяжело, было больно, потому что я часто был в козлах отпущения, ибо косячил. Самое обидное было получить наказание за "воровство" еды, когда проносишь хлеб в спальню, чтобы поделиться с тем, кого наказывали и лишили ужина.

Детдом конечно же жесть, у нас тогда условия были, но хреновые. Я всегда был в синяках и часто получал наказание на всю ночь за то, что я заступался за других. Я даже хлеб таскал во рту или в трусах, чтобы им поделиться с друзьями. Какое-то обостренное чувство справедливости вечно толкало меня на бунтарство и протест.

Вот даже воспоминания о детдоме и то не могут загасить, как, то, что я пытаюсь загнать в себя. Сегодня ночью снился мне мой мехвод – Витька Косица. Мой единственный друган за всю мою жизнь, мой боевой товарищ, с которым я прошел год срочки, а потом еще шесть месяцев войны.

Прозвище у Витька было – Таксист, это сейчас говорят – позывные, а раньше редко у кого был именной позывной, чаще всего ими могли похвастаться только командиры групп, котором они нужны были для скрытного выхода в эфир, да еще разведчики и спецназовцы щеголяли «вторыми именами», которые им придумывали собратья по оружия, а вот так как сейчас, когда ты сам себе придумываешь позывной, такого отродясь не было.

На нашей БМП-2 было написано белой краской – «ТАХI», поэтому Витьку и звали Таксистом, меня в те времена никак не звали, не было еще никакого Птахи, это уже потом, какой-то шутник подрисовал букву «П» и получилось – «ПТАХI», ну ко мне и прицепилось – Птаха, опять же фамилия птичья, так что все в цвет.

Мы с Витькой хотели после войны, как дембельнемся купить вскладчину легковушку и таксовать на ней по очереди, а потом разбогатеть, «встать на ноги» и стать владельцами целого таксопарка. Еще хотели быть на свадьбах друг друга свидетелями, ну и детей друг дружки покрестить…

Витька погиб в двадцать лет, за месяц до дембеля, сгорел в «бехе». Мы тогда подскочили на своей «двоечке» к «блоку», я выскочил наружу, чтобы взбодрить пехоту, которая недостаточно шустро шевелилась, прячась среди завалов раздолбанного «чехами» укрепления и в этот момент сразу две «мухи» клюнули нашу БМП-2. На самом деле граната РПГ-18, так себе, частенько она и до цели не долетала, и броню пробить не могла, но в этот раз чертовы «мухи» отработали как надо. Хлопок, еще один, противный вой кумулятивной струи, пара секунд и «двоечка» пылает как прощальный пионерский костер.

Витька-Таксист сгорел, а меня лишь слегка контузило и оглушило…

После дембеля я все хотел сгонять на родину к Витьку повидать его близких, посетить могилу друга, но всё как-то не складывалось, всё что-то мешало. На самом деле ничего не мешало поехать на могилу к другу, просто…просто стыдно мне было. Вот приеду я, а его мамка с батей спросят: «А чего ты дружок его верный живой, а наш сынок нет?!». И что сказать? Как родителям Витьки в глаза смотреть? Это потом уже спустя годы, я понял, что они бы точно такого вопроса мне не задали и не пристыдили что я остался жив. Но тогда я был молодой и дурной. Сразу после дембеля не съездил, а потом уже и не получилось. Выходило, что я предал Витька, другана своего единственного.

Мне Таксист никогда не снился. Война, особенно городские бои в Грозном снились часто, но больше всё какая-то липкая, непонятная муть, где ничего не разобрать, а после пробуждения помнишь только невнятный страх и ничего более.

А сегодня ночью приснился Витька Таксист: его голова торчала из люка мехвода нашей «двоечки» и Витек со мной разговаривал, рассказывал, что у него на гражданке осталась девчонка на которой он обязательно женится, когда вернется. И все! Больше ничего во сне не было. Странный сон. К чему такое снится, хрен его знает?

После ночного сновидения остались горечь и злость…злость на самого себя. Мог бы и спустя годы поехать на могилу к Витьке, но не поехал же, не поехал.

Ладно, чего об этом рассуждать, сейчас я вообще в другом мире нахожусь, так что хватит рефлексировать и сопли жевать.

Колона проехала мимо нескольких сожжённых легковушек, стоявших на обочине. Заметил, что обе машины издырявлены будь здоров. Судя по отсутствию большого количества ржавчины на остовах машин, они сгорели недавно, максимум пару недель назад. Надо быть настороже.

Машина у меня с минимальным набором бронирования, если что, то пару драгоценных минут у меня будет чтобы выскочить из зоны обстрела, лишь бы колеса были целые и ходовка не подвела.

Конечно, вот так ехать по дороге, совершенно не зная расклада местных сил весьма опасно, но есть надежда, что охрана конвоя не зря берет такую дорогую плату за свою работу и часть денег уходит бандитам за спокойное прохождение колоны по их землям. Потому что если весь упор делается на огневую мощь охранников, то наши дела плохи.

К Плюхово колона добралась к шестнадцати часам. Поездка прошла без особых эксцессов, самым заметным дорожным происшествием стал лось, который выскочил на дорогу прямиком под колеса бронированного «КамАЗа». Водитель ловко вильнул в сторону и удар по сохатому пришелся вскользь, лось, высоко подбрасывая зад ускакал в заросли.

В дороге останавливались несколько раз в небольших поселках. Быстро сбегали поссать-поссрать, перекусили, выпили кофейку и дальше в путь. Других остановок на трассе не было, пару раз в эфире был запрос на санитарную остановку, но глава колоны четко отвечал: – «Терпите до остановки или справляйте нужду в пластиковые баклажки». Сурово, но справедливо.

Места, по которым петляла дорога были очень живописные: тут тебе и величественные горы на горизонте, и разлапистые сосны, елки и лиственницы по обеим сторонам дороги с вкраплениями здоровенный секвой, которые одинокими свечками торчали тут и там скребя своими кронами небо. Никогда вживую не видел секвой, только по телевизору, судя по примерным прикидкам эти деревья действительно огромные, никак не меньше шести-семи метров в диаметре, так мне показалось, когда я рассматривал их в мощный бинокль.

Пока ехал успел на ходу уполовинить часть своих припасов взятых в дорогу: жаренное мясо, лепешку и половину термоса кофе. Мясо было отличной прожарки, все-таки мангальщик в «Ветеране» знает свое дело, ну, а кофе в дорогу я варил себе сам.

В радиоэфире периодически вспыхивали перепалки и споры. Экипажи машин подобрались в колоне разномастные из-за чего возникали недоразумения. То один чудак пожелает использовать общую волну для собственных нужд и отрекламировать себя и свой товар, то другой сделает тоже самое, в итоге все перетекает в ругань и взаимные оскорбления. Все как в староземельных интернет-чатах и пабликах.

Все эти перебранки и споры в радиоэфире вызывали смех, но если разобраться, то именно такие вот торговые караваны, купцы и торгаши «с колес» являются теми, кто по-настоящему осваивают и несут цивилизацию в новый мир. Именно торгаши и купцы «столбят» новые территории, а не военные. Вояки только захватывают и временно удерживают плацдарм, а вот купцы уже осваивают и заселяют новые его по-настоящему.

Как это было при освоении Сибири на заре её завоевания русскими первопроходцами…

Сказочно богата драгоценной пушниной была бескрайняя сибирская тайга. Могучие реки были полны рыбой. Горы казались золотыми да серебряными. Все эти несметные богатства издавна влекли к себе отчаянных, деятельных и решительных людей из казачьей вольницы, нищенствовавших крестьян, купцов и промышленников. Одни, бросая родные деревни, находили счастье в диких привольных краях и жили охотой да рыбалкой. Другие – первопроходцы широкого размаха – налаживали в суровых землях промыслы, пахали землю, разводили скот, вели торговлю. Все они шли за Уральский Камень вековой тайгой и звериными тропами. Чтобы не сбиться с дороги и не заблудиться на обратном пути, оставляли топорами метки на деревьях – затесы. Так «Сибирским тесом» и звали дороги и тропы через Уральские горы.

С Сибирского теса и начинается Великий Сибирский путь. Одни в ветхих лодчонках забирались по притокам могучих рек в непроходимые таежные чащобы. Другие на быстроходных, однопалубных, парусных промысловых судах шли северными морями, ставили зимовья в устьях Оби, Енисея, Лены, Индигирки и Колымы. Затем поднимались против течения полноводных рек в их верховья, переваливали через водоразделы и достигали берегов Байкала, Амура, выходили на побережье Охотского моря. Первые пути за Урал прокладывались по северу потому, что южнее раскинулось Казанское ханство, которое надежно загораживало более удобные подступы к неведомым землям. По всему легендарному Сибирскому тесу закладывались крепости, возникали зимовья, а за ними – поселки и привольные сибирские села. Вблизи волоков через водоразделы речных систем, на северных тропах землепроходцев строились остроги. Располагались они, как правило, в местах слияния рек, в глухих горных ущельях или в широких долинах, где сама природа защищала от случайных вражьих набегов.

Первые тропы быстро стали превращаться в караванные пути. Для перевозки грузов стали пользоваться вьючными лошадьми и даже верблюдами. За землепроходцами двинулись в Сибирь вольные люди. Они обживали новые места, собирали обильные урожаи, разводили скот, налаживали промыслы. Приволье и богатства манили к себе все больше и больше переселенцев, не боявшихся великих трудностей и опасностей, повсеместно встречавшихся на длинном пути.

История повторяется вновь и вновь. Новый мир манит к себе вольнодумцев и анархистов, которые готовы терпеть трудности и лишения ради Свободы. Такие люди идут в леса, горы, степи, прокладывают новые пути, по котором потом двигаются торговые караваны и потоки переселенцев. Так и осваиваются Новые миры.

Странно, что в мире Закрытого сектора совсем нет местной разумной жизни, нет аборигенов. А по логике они обязательно должны быть. Не может быть такого чтобы существовал мир с приемлемыми для гуманоидов условиями проживания, а их, этих самых гуманоидов здесь не было. Если даже принять во внимание, что здесь время сдвинуто по отношению со староземельным на десяток тысячелетий назад, то все равно в то время на Земле уже были люди. К примеру, те же самые мамонты, шерстистые носороги и саблезубые тигры, которые есть в мире Закрытого сектора, по одной из версий вымерли в нашем мире именно из-за охотников верхнего палеолита, которые активно охотились на ходячие горы мяса и шерсти. Значит охотники, считай люди-разумные уже были. А почему здесь их нет? Или они есть, но просто ареал их обитания намного южнее, восточнее или западнее. А что будет когда наконец земляне встретят местных аборигенов? Ассимилируют или вырежут к чертям собачьим? Хрен его знает…

В Кисловку я сразу не поехал, решил переночевать в Шлюхо…тьфу, ты в Плюхово, а утром спозаранку уже выдвинутся в путь. Через час стемнеет, а в ночное время ездить по неизвестным дорогам весьма опасно, и дело не только в бандитах, есть еще ночное зверье, плохие дороги и прочие опасности.

Переночевать решил в отеле «Дорога», который предлагал небольшие модульные домики с платной охраняемой стоянкой. Загнал «Соболя» на стоянку, закинул сумку с вещами в номер и пошел пройтись по Плюхово чтобы осмотреться. Местные «плюхи» меня не интересовали, хотелось просто посмотреть, что тут да как.

Плюхово было построено по образу и подобию Лас-Вегаса – центральная улица, залитая огнями неоновых вывесок, на которых расположены все значимые местные заведения: казино, игровые дома, бордели, публичные дома, рестораны, магазины, ломбарды, бойцовские клубы и гостиницы. Причем в каждом казино было все вышеперечисленное: ресторан, магазины, ломбард, гостиница с доступными девахами.

Здания тут были весьма основательные и капитальные, улицы заасфальтированы, тротуары замощены плиткой, присутствовало уличное освещение и дорожная разметка. Одним словом – денег вбухано немерено!

Зашел в несколько местных ломбардов, по слухам в них можно было найти оружие и амуницию по доступным ценам. Азартные игроки, проигравшись в пух и прах, ставят на кон всё, что у них есть, вплоть до трусов.

Ну, что сказать? Ничего особенного не нашел. Цены, конечно, дешевле чем в Новой Москве, но не принципиально, с той скидочной картой что мне подогнал Медведь я могу купить совершенно легально такое же оружие и по той же цене.

Пустым из ломбарда при казино «Сочи» не ушел, купил себе небольшой компактный пистолет системы Дерринджера, оно же оружие «последнего шанса». В ломбарде было несколько таких пистолетов которые имели различные модификации и отличались в основном по внешнему виду. Было пару самоделок вполне приличного исполнения. Я купил пистолет от фирмы Intratec – Tec-38 derringer.

Этот пистолет имеет калибр .38 Special, облегченный корпус, компактность и удобную перезарядку стволов, так как ствол откидывается не вниз, а в бок. Этот пистолет я видел в продаже в Новой Москве, там он стоил триста долларов, а тут я его купил всего за семьдесят долларов. К пистолету взял еще десяток патронов, больше просто не было, но мне больше и не надо. Последний шанс – это когда успеваешь выстрелить всего один-два раза.

Калибр миниатюрного пистолета так себе, по убойному и останавливающему действию примерно, как наш патрон ПМ 9/18, но больше для «последнего шанса» и не надо. Хотя если встретится медведь, а у меня в руках только эта «пукалка», то будет грустно.

В оружейных магазинах Плюхово можно было купить не только огнестрельное оружие, как в подобных ганшопах Новой Москве, но и гранаты, взрывчатку, детонаторы и противотанковые гранатометы. Хотел было купить себе РШГ-2, но потом отказался от этой мысли, потому что подобную «дудку» в Новую Москву легально не вести, значит придется рисковать и ввозить нелегально либо отстрелять где-нибудь до возвращения в город, то есть в буквальном смысле пустить деньги по ветру.

Не сдержался, зашел в казино и спустил одну тысячу рублей в игровых автоматах. Я вообще не азартный человек, просто было интересно как тут все устроено, а ходить по просторным залам игрового заведения просто так, значит вызывать подозрения у охраны, опять же, купив игровые жетоны, мне стал доступен проход в ресторан внутри, где давали неплохое представление, играла живая музыка и пели артисты.

Пока бродил по залам увеселительного заведения то ко мне буквально на каждом шагу подскакивали красивые девицы разной степени изношенности и потасканности предлагавшие свои услуги. Были и совсем юные, у которых хотелось спросить о наличие паспорта, который так-то положен в четырнадцать лет.

Не зря поселок Пюхово за глаза называют – Шлюхово, тут этого добра навалом. Буквально на каждом шагу. Шлюх тут так много, что это утомляет. Спросил у попавшего на глаза охранника, есть ли у них залы, где нет такого обилия надоедливых дамочек. Ну чтобы все было добропорядочно и чинно. Сотрудник обители порока указал на дверь ведущую в вип-зону.

Я выбрал небольшой зал, где выступало джазовое трио: фортепиано, контрабас и барабан. Не знаю, может я какой-то не такой, но мне в джазе нравится именно такой состав, а вот трубу или саксофон я считаю там лишним.

Заказал стейк медиум рэйр, овощной салат и триста грамм виски. Отличная музыка, качественная еда и хорошая выпивка. Что еще надо для приятного отдыха? Красивую девушку? Скорее всего, да, но мне завтра рано утром в дорогу, так что не до девиц. Хоть надо отметить, что красивых девах в казино было очень много, на любой вкус и размер кошелька. Стоит только намекнуть официанту и к тебе тут же начнут подсаживаться различные крали, готовые скрасить вечер в ресторане. Без моего предварительного согласия никто из девушек, сидящих стайками за дальними столиками даже близко, не подходил, деловая этика, вышколенный тут у них персонал, понимают, что могут своим навязчивым поведением отбить охоту ходить к ним. Конкуренция приучила работать на клиента.

Зал выбранном мной по совету сотрудника казино был небольшой и тихий, но судя по ценам в меню, он был не для нищебродов, а для зажиточного посетителя. Ну и ладно, один раз живем, можно себе позволить. В конце концов деньги у меня есть, Берегов исправно выплатил мне премию и зарплату за первый месяц. Наверное, из-за высокого ценника девушки легкого поведения в этом зале были не в пример краше и аристократичней чем в остальных залах игрового дома, они вели себя корректно и активно не приставали, но издалека всем своим видом показывали, как сильно они желают скоротать со мной этот вечер.

Единственное, что немного подпортило вечер это шумная компания, которая ввалилась в тихий джазовый зал спустя два часа моего там пребывания. Четыре мужика и пять девиц которые тут же своим гомонов и весельем разрушили приятную атмосферу уединения.

Минут двадцать я силился, пытаясь смириться с разгулом веселья царящего в центре зала возле сцены, на которой выступало джазовое три, которому заказали «Владимирский централ», потом плюнул и ушел. При этом я ничего против творчества Михаила Круга не имею, мне очень многие из его песен нравится, но не в этот раз.

Весёлая компания вела себя в принципе нормально, без хамства и пошлости, но настроение и уединенная атмосфера были испорчены.

Ладно, времени уже двадцать два ноль-ноль, пора и на боковую, завтра рано вставать. При выходе из казино купил несколько буклетов с картами местности и компактный детектор проверки денежных банкнот, работающий на батарейках. Вдруг со мной в Кисловке будут рассчитываться не только самородным золотом, но и бумажными деньгами, надо быть готовым отличить настоящие от фальшивки.

Плюхово в темное время подсвечивалось тысячами огней витрин, неоновых вывесок, прожекторов и рекламных вывесок. В огромных, панорамных витринах были выставлены не товары и манекены, а живые девицы, которые демонстрировали прелести своих обнаженных тел, завлекая посетителей внутрь борделей и публичных домов.

В табачных киосках здесь продавали не только сигареты и сигары, но и наркотики. Совершенно свободно и дешево можно было купить все что желает наркоманская душа. Понятное дело, что и продажа алкоголя здесь велась круглосуточно.

Трасса, идущая на Сосновск по которой ушел мой караван пролегала чуть в стороне, но поскольку Плюхово располагалось на возвышенности, а дорога в низине, то мне она была видна. По дороге двигалась колонна техники: несколько десятков грузовиков, пара БМП и столько же БТРов. Странно, насколько я знаю, то в этих землях не принято колесить по ночам. Хотя, когда у тебя в колонне есть легкобронированная техника, вооруженная крупнокалиберными пулеметами и пушками, то можно себе позволить ездить и по ночам. Куда едут, зачем?

Добрался до постоялого двора, где остановился на ночь, проверил целостность замков на «Соболе», принял душ и завалился спать. Будильник поставил на семь утра, как раз пока позавтракаю, пока то да сё, уже и солнце встанет, а значит можно и в путь.

Глава 4

Ночь прошла муторно, долго не мог уснуть, крутился с боку на бок, а когда все-таки провалился в тяжелое забытьё сна, то приснился мне опять мехвод Витька Таксист. И снова сон какой-то странный, ничего особенного, просто сидели с Витькой и разговаривали о всяких пустяках. Вроде и не кошмар приснился, а я проснулся весь в липком, холодном поту. Глянул на часы, оказалось, что проспал всего-то пару часов. Так до семи утра и не смог больше уснуть.

Смотрел телевизор, который был подключен к местному кабельному телевидению, крутили старые боевики и комедии из девяностых и начала нулевых. Интересно, к чему мне второй раз приснился мой покойный друг? Что это может означать? Вещий сон?

Я, честно говоря, во всякую метафизику, мистику и чертовщину особо не верю. Все, что со мной происходило в жизни, то, что на первый взгляд казалось действием потусторонних сил, при детальном рассмотрении оказывалось плодом человеческих рук. А всех этих барабашек, домовых и прочих чертей не существует! Хоть при этом, в Бога, я верю, но в церковь хожу крайне редко, а из молитв знаю только «Отче наш».

Если даже сон и вещий, и мой покойный друг хочет меня о чем-то предупредить, то откуда я знаю о чём? У меня пока на горизонте только одна проблема – Дима Берегов, глава одной из служб безопасности империи олигарха Хомутова. Берегов держит меня «на крючке», вернее он думает, что держит меня «за яйца», но я просто подыгрываю ему. Знал бы Берегов кем я был в прошлой жизни, то он бы давно пустил меня в расход.

Я могу хоть прям сейчас сесть в «Соболь» и покатить в сторону Сосновска, а там осяду где-нибудь в глуши и хрен меня Берегов найдет. Мне просто пока не выгодно «вставать на лыжи», вот как разберусь в реалиях этого мира, пойму, где мне лучше осесть надолго и сколочу собственный «золотой парашют», так сразу сделаю ручкой Димону и скроюсь в неизвестном направлении. Буду при этом обнулять Берегова или нет, пока еще не решил. Подумаю об этом потом как-нибудь, время еще есть.

В 7.30, после скудного завтрака и порции крепкого кофе, расплатился за ночлег и покатил искать дорогу ведущую к Кисловке. Судя по карте съезд с основной трассы этого мира «Новая Москва – Сосновск» в сторону плотины Зимина был единственным, так что ошибиться было невозможно.

Ага, щаззз!!! Бляха-муха, Новый мир, Закрытый сектор, мать его так, а проблемы как в Старом мире. Какого хрена на карте указан только один съезд в сторону плотины Зимина, а на отрезке в пять километров я успел их насчитать минимум три?! Они тут что специально карты искажают, чтобы запутать потенциальных шпионов и диверсантов? Или это обычное, русский раззвиздяйство, которое никакими порталами в иные миры невозможно исправить

Вроде бы такая забава власти «искази карту», забыта уже много лет, но блин, откуда здесь лишние съезды, если их нет на карте?

Для «простых смертных» в послевоенном СССР точные карты местности были практически недоступны. Туристам приходилось довольствоваться условно-достоверными картами, купленными в книжном магазине, либо передавать из рук в руки самодельные карты, на которых ориентиры наносились на основе практического опыта. Мне однажды попала в руки такая карта, над которой я долго восхищенно рыдал: там отображались не то, что все грунтовки и тропы, а все колодцы, родники, мостики в виде переброшенного через речку бревна, заброшенные дома и прочее! Эту карту изъяли у подозреваемого в нелегальном пересечении финской границы, парняга был потомственным контрабандистом, таскавшим к финнам водку, этой забавой еще его дед промышлял, а потом отец. Подробная карта протяжённого участка российско-финской границы – была семейной реликвией.

Между тем, в истории России был почти анекдотический случай, связанный с картами. В начале девятнадцатого века генерал-квартирмейстер Петр Сухтелен доложил императору Александру I о завершении работ по составлению «Подробной карты Российской империи и близлежащих заграничных владений», позднее получившей название «Столистовой карты». Документ был выполнен в масштабе 20 верст в 1 дюйме и охватывал всю Россию от Польши до Тобольска, а также часть Австрии, Османской империи и Пруссии.

Как ни странно, уникальную карту продавали совершенно свободно, поэтому французская разведка взяла и купила несколько экземпляров накануне войны 1812 года. Потом их размножили, перевели в масштаб 1:500 000 и… во время вторжения Наполеона эта карта стала для французской армии основной. Таким образом, российские картографы сами снабдили противника подробными картами театра боевых действий.

Этот печальный опыт учли позднее – переиздание «Столистовой карты» 1816 года уже не поступало в свободную продажу. А дальше карты высокой точности начали секретить. Позднее эту полезную привычку унаследовали и в Советском Союзе. Несмотря на все насмешки, смысл в этом был. Например, накануне Великой Отечественной войны немецкие разведчики чувствовали себя в советском тылу довольно свободно, но вот добыть точные карты им до 22 июня так и не удалось. В Советском Союзе военные переняли контроль над созданием карт ещё в 30-е годы. Сталин велел внести соответствующие изменения во все общедоступные атласы. Когда враг в 1941 году находился на подступах к Москве, эта стратегия оправдалась: немцы завязли в непроходимой грязи. У них на картах были обозначены дороги в том месте, где была заболоченная глушь. Ранее эти карты были подброшены немецкому военному атташе, и он передал их в войска. Позже эти карты окрестностей Москвы были найдены у одного пленённого немецкого офицера.

Но тут-то Сталина нет, войны с фашистами никто не ведет, так какого буя на карте изображено одно, а в действительности совершенно другое.

Я сперва сунулся в первый от Плюхово поворот – хорошенько раздолбанной гусеничной техникой грунтовку, прокатил по ней несколько километров и уткнулся искусственный завал на дороге из бревен, который явно накидали совершенно недавно. Понял, что повернул не туда, вернулся на основную трассу, покатил дальше, наткнулся на следующий съезд – такую же грунтовку, но со свежими следами широких, зубастых протекторов, свойственным БТРам, тракторам и вездеходам.

Почему-то вспомнилась колонна военной техники, которую я видел ночью, может это вояки раскатали этот съезд? Заезжать в этот поворот сразу не стал, проехал еще пару километров по трассе и нашел еще один съезд, третий по счету.

Третий съезд был самым наезженным и «живым», со множеством следов от гражданских колес различной ширины, включая мотоциклетные и велосипедные. К тому же еще это ответвление от основной трассы было частично отсыпано гравием.

Свернул на этот съезд и покатил по нему. Скорее всего, это и есть дорога к плотине Зимина. Дорога петляла среди хвойного леса, который вырубили метров на пятьдесят прочь от дорожного полотна. Покрытие было так себе, в основном грунтовка со следами гравия, но в некоторых местах попадались приличные по протяженности куски, где лежали бетонные плиты.

За окном был легкий утренний морозец, днем уже явный плюс, а по ночам столбик термометра изредка скатывается вниз. Кое-где даже лежали грязно-белые кочки старых сугробов.

Машину вел медленно и осторожно. Внутренний вещун только и твердил, что надо быть настороже, а то всё как-то мутно и непонятно. Я и был настороже, собственно говоря, я на этом стороже с самого детства, стоит только дать слабину, как жизнь тебя со всего размаху мордой во что-то дурно пахнущее макнет. А оно мне надо? Нет!

В «Соболе» десяток стволов, у меня под рукой помимо «чижика» есть еще два автомата и дробовик. Огнестрельное оружие, находящееся на расстоянии вытянутой руки, придает уверенность и прогоняет прочь панические мысли.

В современном обществе оружие зачастую ассоциируется с агрессией и насилием, однако, для многих мужчин оно символизирует гораздо больше – защиту, независимость и ответственное отношение к безопасности.

Одним из самых веских аргументов в пользу владения оружием является обеспечение личной и семейной безопасности. Жизнь в современном мире порой сталкивает нас с ситуациями, требующими немедленных и решительных действий для защиты себя и своих близких. Оружие в руках ответственного и обученного человека позволяет повышать уровень личной безопасности и уменьшать риск стать жертвой преступления. Речь идет о критических ситуациях, когда присутствует 100% угроза жизни и здоровью. Владение оружием также символизирует независимость и уверенность в своих силах. С древних времен мужчины владели оружием, но не все из них владели им на законных основаниях. Еще во времена своей работы в органах я понял, что владельцы гражданского огнестрельного оружия – это одни из самых законопослушных граждан.

Поймал себя на мысли что, вырвавшись за пределы Новой Москвы мне как-то даже стало легче дышать, как будто с груди свалился тяжелый груз. Все-таки большой город давит, причем давление это было не такое как на Старой земле в том же самом Питере. Тут дело в другом, в осознании того, что ты теперь в другом мире, в котором нет правоохранительной системы, нет государства, нет законов в привычном понимании этого термина, нет всех тех благ цивилизации, которые нас, людей, человеков делают слабыми беззащитными существами. С меня как будто слезла какая-то чешуя, шкура после линьки.

Я здоровый, уверенный в себе мужик, у которого под рукой целый арсенал огнестрельного оружия, коим я могу отлично управляться. Черт возьми, я прям оказался в той самой стихии, к которой так долго шел и стремился. Я оказался на своем месте, как зубастый окунь, выпушенный в реку, как орел, поднявшийся в небо, как…

Подумать, кто там в животном мире наиболее свободолюбивый из подземных жителей я не успел, впереди на дороге показался самодельный шлагбаум, перегораживающий мне дальнейший путь.

Толстенная металлическая труба с приваренным к одному концу грузом надежно перегораживала дорогу, а чтобы никому не вздумалось объехать шлагбаум, то по обеим сторона грунтовки были выкопаны глубокие канавы.

Метрах в двадцати от шлагбаума торчал небольшой бревенчатый сруб, обложенный до окошек мешками с песком. Окна, кстати, небольшие, больше похожие на амбразуры, чем на полноценные оконца.

Вся растительность вдоль дороги перед шлагбаумом и в ближайших окрестностях была вырублена подчистую, даже пни выкорчевали. Только рядом со сторожкой стояло несколько высоких, разлапистых сосен, которых видимо использовали как природные «зонтики» в летний зной. Ничего себе они тут заморочились. Даже странно, будто бы живут в осаде. Прям КПП при въезде на военный объект.

Вплотную подъезжать к шлагбауму не стал, надо чтобы осталось пространство для маневра и разворота.

Посигналил.

Из сторожки-сруба никто не вылез.

Я посигналил еще раз.

Ноль реакции. Что за фигня?

Первая и самая естественная реакция – это выйти из машины и откинув трубу шлагбаума покатить дальше по дороге. Я видел, что труба держится на опоре исключительно из-за накинутого сверху хомута, сваренного из куска двутавра. Откинь его в сторону, и труба шлагбаума свободно поднимется вверх. Но я из кабины «Соболя» даже и не думал выходить. Зачем? Мне совершенно не улыбается оказаться на открытом пространстве, которое легко можно простреливать из окон-амбразур сторожки. Там, кстати, даже стекол нет.

Воткнул заднюю передачу и начал сдавать назад, чтобы развернуться и укатить прочь. В этот момент из сторожки показался кряжистый мужик с калашом в руках. Выглядел он совершенно не заспанным и собранным, а на лице висела гримаса раздражения и злости. Значит сигнал автомобильного гудка он слышал. А почему тогда не вышел сразу? Решил выйти только тогда, когда понял, что я сейчас уеду.

«Повелитель шлагбаума» молча, без всяких разговоров поднял трубу перегораживающую дорогу и поспешно махнул мне рукой, мол, давай проезжай скорее.

Я двинул машину вперед, прокатил мимо шлагбаума, мужичок с автоматом в руках опустил взгляд в землю, сделав вид, что я ему совершенно безразличен. Немного не доехав до сторожки, резко нажал на педаль тормоза – из-за угла бревенчатого домика в мою сторону высунулся ствол крупнокалиберного пулемета ДШКМ.

Опускающейся вниз шлагбаум в зеркале заднего вида дал понять, что путь назад мне отрезан. Вдавил педаль газа в пол и за считаные секунды проскочив расстояние до сторожки со всего размаху влепил капотом по высунувшемуся целиком «крупняку», который выкатывали в колесном самодельном станке.

Бумс!

ДШКМ от удара отлетел в сторону, я рванул ручку двери, схватив автомат и выскочил наружу. Возле завалившегося на бок пулемета на земле парень лет двадцати. Со всего размаху пнул его ногой в голову, потом заломив ему руку на болевой, поднял на ноги. Автоматически отметил, что в пулемет была заправлена пулеметная лента, снаряженная патронами с бронебойно-зажигательными пулями. Окрас пули – красная с черной вершинкой. Бронирование моего «Соболя» эти красно-черные «злюки» прошили бы насквозь, по ходу полета еще бы чего-то подожгли бы в салоне.

– Только пикни, сломаю на хрен руку! – злобно прошипел я пленнику в ухо.

Дернул парня на себя и буквально потащил его за собой, прикрываясь им как щитом от возможных стрелков. Подскочил к двери сторожки. Дверь нараспашку. Заскочил внутрь, захлопнул дверь за собой, тут же задвинув засов. Одна комната, в которой: печь, пара двухъярусных кроватей, стол, оружейная пирамида, генератор и стопка ящиков вдоль одной из стен.

Со всего размаху шмякнул парня головой о стену и когда тот сполз на дощатый пол, надежно связал ему руки куском шнура.

– Эй, эй?! – раздался снаружи запоздалый крик. – Ты чего тут устроил?

– Не хрен пулеметы выкатывать на прямую наводку! – огрызнулся я в узкое окошко. – Вызывай старшего, разговаривать будем!

– Да ты совсем охренел?! – взревел мужик. – Вылазь наружу, а то гранату швырну внутрь.

– Дебил? – хмыкнул я. – Если гранату внутрь закинешь, то твоему напарнику – кирдык.

– Да и похер, – тут же парировал собеседник. – Вылазь, говорю!

– Автомат на землю! Ты у меня на прицеле.

Я держал на прицеле противника, который прятался за стволом одиноко стоящей сосны. Хоть ствол дерева был и широк, но полностью скрыть фигуру кряжистого мужика он не мог. Я легко мог прострелить ногу, руку или даже бочину «повелителя шлагбаума».

– Ну! – громко произнес я. – Ствол на землю!

Противник ничего не сказал в ответ, поерзал немного, пытаясь уменьшить размеры своего тела, но поняв, что у него ничего не получится решился на рывок.

За долгие годы тренировок я научился «читать» намерения сторонних людей по положению и изменению их тел, в этом нет ничего сложного, надо быть внимательным, терпеливым, уметь наблюдать и иметь богатый опыт стрессовых и опасных ситуаций за плечами.

Тук-тук-тук!

Мой автомат выплюнул короткую очередь, взметнув несколько фонтанчиков земли справа от сосны, за которой прятался кряжистый автоматчик. Именно в эту сторону планировал рвануть мужик, но мои предупредительные выстрелы сбили его с толку, он оступился, запутался в собственных ногах и шмякнулся на землю полностью выпав из-за ствола хвойного дерева.

– Автомат оставь на земле, а сам вставай с поднятыми руками! – крикнул я, несколько раз нажав на спусковой крючок автомата.

Пули стеганули землю рядом с головой мужика. Надо остудить его порыв, а то он несмотря на свои габариты и возраст какой-то слишком резкий.

– А-аа! Ы-ыы! – неожиданно завыл от боли «повелитель шлагбаума» и принялся кататься по земле. – Больно! Помоги мне! Я ранен, ранен!!!

– Не звизди!!! – хитрость мужика меня развеселила. – Ну, ты клоун! Хвалю за находчивость! Вставай уже, иди сюда, поговорим.

Находчивый мужик продолжал кататься по земле издавая вопли боли, при этом никаких следов крови не было и куда я якобы его ранил совершенно не понятно, но автомат из своих рук «повелитель шлагбаума» не выпускал, так и катался по земле с ним в обнимку.

Я выждал нужный момент и плавно нажал на спусковой крючок автомата.

Тук!

Грохнул одиночный выстрел, пуля ударила в цевье вражеского автомата, вырвав его из рук кряжистого мужика.

– Больше предупреждать не буду! – строго произнес я. – Руки в гору и ко мне!

Противник понял, что притворяться больше нет никакого смысла, его представление раскрыто. Мужик встал с земли, демонстративно отряхнул штанины и подняв руки вверх понуро опустив голову двинул к сторожке.

Надо отметить, что держался «повелитель шлагбаума» уверенно и нагло. Страха в его глазах не было, всем своим видом он демонстрировал уверенность и хладнокровие, будто бы это он сейчас контролировал ситуацию, а не я.

Ничего, сейчас я это противоречие исправлю…

– Просунь руки в окно, я тебе их свяжу, а потом открою дверь и запущу внутрь! – приказал я.

– Только не туго, – совершенно спокойным, деловым тоном попросил мужик. – У меня варикоз.

– Хорошо, – кивнул я.

Чтобы просунуть руки внутрь окошка «повелителю шлагбаума» пришлось залезть с ногами на завал мешков. Когда он просунул руки внутрь, я тут же смотал запястья шнуром, а потом резко дернул шнур на себя, буквально втащив его внутрь оконного проема. Целиком конечно же «повелитель шлагбаума» не смог бы влезть в окно, слишком мал бы оконный просвет, но обе руки, голова и частично плечи оказались внутри избушки.

– А-йа-йа!!! – на этот раз крик боли был совершенно искренним. – Ты, что делаешь, гад?! Больно, больно!! Пусти, сволочь!

– Отпущу, обязательно отпущу, – процедил я сквозь зубы, наматывая свободный конец шнура на крюк, вбитый в стену. – Вот как ответишь на все мои вопросы, так сразу же и отпущу.

– Какие еще на хрен вопросы?

– Зачем вы хотели меня убить? Кнут приказал?

– Убить?! – совершенно искренне удивился собеседник. – Никто не хотел тебя убить, с чего ты решил?

– Крупнокалиберный пулемет с бронебойными пулями для чего вам? Его твой напарник выкатывал на прямую наводку!

– Какую не хрен прямую наводку, – кривясь от боли злобно шипел «повелитель шлагбаума». – Лёха его просто перекатывал из одного места в другое. Причем тут ты?

– Перекатывал из одного места в другое? Снаряженный, с заправленной лентой! Не ври!!! – рявкнул я, натягивая шнур на себя.

Связанные руки кряжистого мужика пошли на излом, и он громко закричал от жуткой боли в суставах, еще чуть-чуть и обе руки будут сломаны.

– А-ааа!!! Пусти гад, пусти!!! Больно же!

– Не надо, не надо, отпустите его, отпустите, я всё скажу, всё расскажу, – в разговор вступил молодой пулемётчик, который от киков старшего напарника пришел в себя.

– Лёха! Лёха, мать твою так тебя, а ну заткнись! – услышав слова напарника кряжистый мужик возмущенно закричал на него. – Выпарю тебя как сидорову козу! Заткнись сволота такая!

Я тут же заткнул рот крикливого «повелителя шлагбаума» промасленной тряпкой, которая, судя по всему, служила для протирки оружия и повернулся к молодому Лёхи.

– Ну, рассказывай Алексей, для чего ты перекатывал пулемет из одного места в другое?

– Я, этого, того…, – замялся Лёха, затравленно глядя на меня.

– Этот мужик тебе кто? – спросил я, кивая на торчащие из окошка голову и руки.

«Повелитель шлагбаума» мычал, пытаясь выплюнуть кляп из своего рта. Но тряпка надежно закрывала рот, и мужику оставалось только мычать, пучить глаза и багроветь лицом.

– Отчим, – понурив голову пробурчал себе под нос молодой парень.

– К твоей маме он хорошо относится? – спросил я, начиная «обрабатывать» пацана.

– Да.

– Это хорошо, – улыбнулся я. – Я сам детдомовский, хорошо, когда есть кто-то рядом, кто поможет, подскажет в трудную минуту. Свою маму любишь?

– Конечно.

– Хочешь, чтобы твоя мама не сошла сегодня с ума, потому что одновременно потеряла сына и мужа?

– Что?!

– То! Вы пытались меня убить, по справедливости, я должен вас обоих пристрелить, забрать все ценное из сторожки в знак компенсации своих потерь и поспешно убраться обратно в Новую Москву. Согласен?

– Мы…, – вновь замялся парень, – мы не хотели вас убивать, у нас был приказ вас напугать и взять в плен, но, чтобы без рукоприкладства. Мне надо было просто наставить на вашу машину пулемет и, если вы не остановитесь дать выстрел по колесу. А, вообще, расчет был на то, что вы сами выйдите из машины, чтобы открыть шлагбаум и в этот момент на вас наставят автомат и возьмут в плен. А вы не вышли, вот и пришлось возится с пулеметом.

– Кто приказал? Кнут?

– Да.

– Зачем?

– Ну, типа, проверить вас на вшивость.

– Что за бред? – злобно скривился я. – Какая еще вшивость?! Я груз вез для Плетнева. Зачем ему меня проверять, я ему в друзья не набивался? Скинул бы груз, получил свои деньги, да уехал бы обратно.

– Ну, это…того…этого…

Лёха мямлил, пытаясь уйти от прямого ответа. Было видно, что он знает истинную причину, но не хочет её озвучивать.

– Я не знаю, не знаю! – закричал парень. – Сейчас Кнут подъедет, сами у него спросите!

– Кнут должен сюда приехать? – опешил я.

– Да. Как только вы подъехали к шлагбауму, мы связались с Кисловкой по рации и доложили, что вы прибыли. Плетнев сказал, что скоро будет.

– Сколько времени надо чтобы сюда добраться из Кисловки?

– Полчаса.

– Ясно, – буркнул я, глядя на свои наручные часы.

У меня есть десять минут…

– Сколько с Кнутом будет людей?

– Не знаю, – мотнул головой Лёха, – скорее всего, он будет один.

– На какой частоте вы общаетесь? – спросил я, беря со стола лежащую там «короткую» ручную рацию «Кенвуд».

Лёха назвал цифры частоты, я сграбастал со стола рацию, привязал парня к ножкам массивного стола, заткнув ему рот кляпом. Потом прошерстил арсенал оружия в сторожке. Надо сказать весьма внушительный тут был набор огнестрельного «железа».

Взял из оружейной пирамиды разовый гранатомет РШГ-2 и пару гранат РГД-5. Несколько секунд жадно смотрел на ПКМ, но потом махнул на него рукой. Обойдусь своей снайперкой.

Поспешно вышел из избушки.

Запрыгнул в «Соболь», откатил его подальше от избушки, так чтобы он своим кузовом перекрывал вид торчащего из окна тела. Вытащил свою сумку с оружием из «Соболя» и закинув её себе на плечо быстрым шагом направился к кромке леса, который начинался примерно в двухстах метрах от шлагбаума со сторожкой.

У меня есть: гранатомет, две гранаты, автомат, снайперская винтовка, дробовик, пара пистолетов и приличный запас патронов. Думаю, этого с лихвой хватит чтобы «поговорить» с Кнутом по душам.

Ну и порядочки тут у них, на хрен такое гостеприимство!

Глава 5

Из леса, куда уходила дорога на Кисловку вынырнула двухцветная «эЛька» Плетнева. Пикап довольно шустро подъехал к сторожке, объехав мой «Соболь» по широкой дуге.

Кнут приехал один. Может в машине еще кто-то есть, но вряд ли. Как мне сейчас быть с Плетневым? С одной стороны, я понимаю, что сейчас произошло. «Проверка на вшивость», как сказал Лёха – это та самая проверка, которой подвергал Кнут всех пришлых, об этом меня предупреждал Берегов. Так, что тут все объяснимо и понятно, но поскольку я должен изображать неосведомленность в происходящем, то самая естественная моя реакция на произошедшее событие – это праведный гнев, возмущение и требование контрибуций. Короче, буду материть Кнута, орать на него, грозить всякими карами и требовать возмещение морального ущерба. Потому что если вести себя иначе, то у Плетнева могут закрасться сомнения касаемо меня. А оно мне надо?

Как только машина Кнута остановилась перед сторожкой я тут же вызвал его по рации.

– Кнут?! Слышишь меня?

– Да-а, – в голосе Плетнева сквозанули удивленные нотки. – Глеб, ты что ли?!

– Он самый. Глуши мотор, ключи в карман и вылазь наружу с поднятыми вверх руками, задние двери «эЛьки» открой нараспашку. Даю пять секунд, не уложишься, получишь предупредительную пулю в моторный отсек, а следом полетит граната. Время пошло!

Кнут довольно поспешно выбрался из кабины пикапа, распахнул задние двери, вскинул руки вверх, бросил мимолетный взгляд на сторожку и торчащее из оконного проема туловище. Потом медленно, опустил руку с зажатой в ней рацией.

– Глеб! – вызвал меня по рации Кнут. – Макарыч жив?

– Кто такой?

– Тот, чья задница торчит из оконного проема?

– Жив, но у него руки туго связаны, а он жаловался на варикоз, так что нам надо поскорее с тобой решить наш вопрос, а то затянем, а Макарычу твоему придётся кисти рук отрезать.

– Лёха жив?

– Жив, оба живы и даже не ранены, я их всего лишь связал. Хватит болтать. Рацию оставь на крыше пикапа, а сам иди к лесу, я тебя на опушке встречу и ствол из кобуры вытащи, оставь пестик в пикапе, – произнес я, переводя рацию в режим сканирования радиоэфира.

Кнут не стал выезживаться и сделал все как я велел: оставил рацию и пистолет на крыше пикапа. Перед тем как направится в мою сторону он повернулся к сторожке и крикнул:

– Мужики держитесь, сейчас я быстро всё порешаю!

Ого, а Кнут оказывается не такой уж и жестокий и беспринципный человек, каким его рисуют окружающие. Гляди, как о своих подчиненных заботится! Морально подкупает, когда видишь, как командир заботливо печется о своих подчиненных.

Шел к лесу Плетнев уверенным, быстрым шагом. Было видно, что он совершенно спокоен и уверен в себе. Я оставил сумку с оружием под стволом толстенной сосны, у которой была обугленная крона и разлохмаченный ствол на вершине, скорее всего из-за удара молнии. Вышел навстречу к Илье, держа автомат в руках.

– Дальше не иди, там стой, так поговорим, – крикнул я, когда между нами была дистанция в двадцать метров.

– Боишься? – широко улыбнулся Кнут.

– Опасаюсь, – кивнул я. – Ничего не боятся только идиоты и покойники.

– Что тут произошло? – включил «дурака» Кнут.

– А, то ты сам не знаешь? Сам же всю эту канитель заварил. Лёха мне рассказал про проверку на вшивость. На куя тебе это надо было Кнут?

– Не я такой, жизнь такая, – развел руками Плетнев. – Объект у нас стратегический, вот и должны проверять всякого кто к нам приезжает.

– Кнут, что ты гонишь?! Я к тебе в друзья не набивался, это ты предложил мне работать на тебя. Ты! Я думаю, что ты специально меня сюда заманил, чтобы убить и завладеть всем моим имуществом. А если это так, то, по справедливости, по понятиям, по совести, и по закону мне тебя сейчас надо пристрелить, потом убить твоих людей, сжечь здесь всё на хрен и укатить обратно в Новую Москву. Согласен?! – я поднял ствол автомата и направил его на Плетнева. – Я тебя специально к лесу подманил. Пристрелю тебя, в лесу тело спрячу, а все подумают, что это ты убил мужиков в сторожке, стрелять то я их буду из твоего пистолета.

– Умно, – хмыкнул Кнут. – Может договоримся миром?

– А смысл? – пожал я плечами. – Оставишь тебя живым, а потом шарахайся от каждого куста. Давай, шагай к лесу, – мотнул я стволом автомат в сторону леса.

Кнут дернулся всем телом, видимо хотел кинуться на меня, но ствол автомат смотрел прямо на него, мой указательный палец скользнул к спусковому крючку, это движение Плетнев заметил и остановился. Расстояние между нами было слишком большим для рывка, я бы за те секунды, которые бы понадобились Кнуту проскочить двадцать метров успел бы в него разрядить целиком магазин своего автомата.

– Не дури, – строго произнес я.

Илья как-то весь сник, видимо только сейчас до него дошло, что ему осталось жить всего пару минут. Я его переиграл, он думал, что поставил капкан на хищника, но так сложилось, что сам же в этот капкан и угодил.

– Я думал, что ты засланный казачок, – медленно шагая к лесу произнес Плетнев. – Вокруг плотины и нашего поселка в последнее время сгущаются тучи, скоро будет война. Я точно знаю, что бандосы в Гуляй Поле получили заказ на штурм и захват нашей плотины.

– Гонишь! – отрезал я. – Это ты ко мне подошел, а не я. Твой человек с рынка нас свел, это ты предложил мне работать на тебя, это ты предложил помочь мне с заменой лобового стекла, это ты предложил распить коньяк. Я к тебе в друзья не напрашивался.

– Да, я всё понимаю, – раздражённо мотнул головой Кнут, – но ты меня тоже пойми, что тот пацанчик на авторынке, он у меня первый в подозреваемых. У нас тут в последнее время всё через жопу! Я уж на всех подряд думаю. А тут еще сто процентная инфа пришла что в Гуляй Поле нанимают команду для захвата нашей плотины и поселка при ней. Вот я и подумал, что тебя ко мне специально подвели, ну я и прикинул, что надо тебя заманить к нам в гости, а тут уж расколоть на признанку.

– А если бы я не раскололся, потому что никакого отношения к вашим тут игрищам не имею? Я в вашем мире чуть больше месяца, а когда мы с тобой впервые встретились, то вообще границу между мирами пересек всего неделю до этого, поэтому элементарно никак не мог быть засланным казачком! А вы мне тут в процессе допроса все кости переломали бы…

– Ну кости не переломали бы, есть другие методы, – скривился Кнут, – если бы выяснилось, что ты не засланный казачок, то извинились бы перед тобой, насыпали золотишка в виде моральной компенсации.

– Сколько? – перебил я Кнута.

– Что, сколько?

– Золота бы сколько насыпали?

– Ну, не знаю, – пожал плечами Кнут, – а сколько тебе хочется?

– Давай килограмм «крупы», я скидываю весь твой товар прямо здесь, и мы расходимся как в море корабли, – предложил я, – и ты божишься перед своими подчиненными, что не имеешь ко мне никаких претензий.

– Килограмм много! – тут же начал торговаться Кнут. – Это считай больше миллиона!

– Ни хрена не больше, ты учти стоимость товара, который я тебе привез. Грубо говоря, ты только около пятисот тысяч переплатишь, а это не много за жизни трех человек, включая твою, – парировал я. – А если не согласен, то пулю тебе в затылок, тем двоим в сторожке тоже по пуле в лоб, выгребу все ценное и укачу себе, – равнодушно произнес я.

– Лады, договорились, – тяжело выдохнул Кнут.

– Ну, тогда, катись обратно в поселок, жду тебя через час с одним килограммом золота, – махнул я стволом автомата в сторону зеленого пикапа. – Только давай без самодеятельности. Учти, что с тем арсеналом, который есть у меня, я положу много твоих людей, уж те двое, что в сторожке точно погибнут первыми.

– Понял я, что ты у нас крутыш каких свет не видывал, – сквозь зубы процедил Илья, – все пройдет гладко, только ты Макарыча отпусти, у него и правда проблемы со здоровьем, – в какой-то не свойственной доселе манере произнес Кнут.

– Он тебе что родственник?

– Дядька, – лаконично ответил Плетнев.

– Ушлый он у тебя, такое тут представление устроил, притворяясь раненым, что любо-дорого посмотреть, настоящий артист.

– Он, такой, – улыбнулся Кнут, – в прошлом боевой офицер, воевал в Афгане, потом правда рэкетом занимался.

– Капец вы тут устроили семейный подряд: Макарыч твой дядька, Лёха его пасынок.

– У нас вся Кисловка такая, за последние пять лет все тут переженились и перероднились друг с другом, давно стали одной семьей.

– Кстати, – вспомнил я утренние поиски нужного съезда, – я пока искал дорогу к вам, то видел два съезда с основной трассы которые хорошенько раскатаны гусеничной техникой, военной, между прочим, техникой, я срочку на БМП-2 откатал, так что понимаю, о чем говорю, а этой ночью, а точнее в 22.00 мимо Плюхово прошла военная колонна: несколько десятков грузовиков, пара БМП и столько же БТРов.

– Что?! – Кнут резко остановился, повернулся ко мне ошарашенно выпучив глаза. – Что ты сказал?! Колонна военной техники? Врешь?!

– На хрен мне врать? – скривился я. – Не веришь, вон у меня на регистраторе есть запись, как я заезжал в один из поворотов, проехал пару километров и раздолбанной колее.

– Давай, показывай скорее! – поспешно поторопил меня Кнут.

– Ага, щазз! – остудил я пыл Плетнева. – Нашел дурака, я, между нами, сокращать дистанцию не буду!

– Глеб я сейчас не шучу и не хочу на тебя накинуться. Это очень серьезно, у меня есть надежный человечек в Плюхово, я час назад с ним разговаривал, он мне ни про какую военную колонну не говорил. Если правда, что ты видел свежие следы техники, то мне надо самому посмотреть о каком съезде с трассы ты говоришь, – было видно, что Кнут чертовски обеспокоен моими словами.

– Не спеши, держи дистанцию, – остановил я Плетнева, – не надо из меня тут дурака делать, твой дядька уже изображал из себя смертельного раненного, катаясь по земле.

– Да, блин, Глеб, говорю же тебе, что дело серьезное, не до шуток! Я тебе два, три килограмма золота насыплю, только покажи мне это видео! – вскрикнул Кнут.

– Я понял, понял, – ускорил я шаг, – давай тогда бегом, но учти, что ты у меня на прицеле.

Кнут ускорил шаг, а потом и вовсе перешел на легкий бег, я от него не отставал. Было видно, что Плетнев серьезно обеспокоен моим рассказом про странные следы от гусеничной техники. Когда мы одолели большую часть пути и до «Соболя» оставалось меньше ста метров Плетнев резко остановился и уставился в сторону дороги, по которой я недавно приехал.

Грунтовка выныривала из леса, шла по открытой местности порядка километра и упиралась в шлагбаум. На этой дороге показалась колонна техники. Первым двигался БТР-80 с десантом на броне, следом БМП-2, а за ними шли грузовики, сколько было грузовиков, и кто двигался за ними следом было не видно.

– Сука!!! – взревел Кнут. – Твою-жжжь мать!!! Не успели! Не успели! Глеб бегом в сторожку, освобождай мужиков и гони на своем «Соболе» в Кисловку, поднимай народ, а я их задержу, у нас тут был гранатомет и крупнокалиберный пулемет.

– Не выйдет, – огорошил я Плетнева, – гранатомет в лесу, я его забрал, а «крупняк» я капотом машины долбанул, поэтому не факт, что он в рабочем состоянии.

– Гребаный твой Экибастуз!!! – заорал на меня Илья. – Какого хрена так получилось?!

– А не хрен было мне проверки на вшивость устраивать! – выкрикнул я в ответ. – Не бзди пехота, прорвёмся! – весело процедил я, протягивая свой автомат Кнуту. – Держи автомат, – когда Илья взял АКМ-103, я следом протянул отцепленные подсумки с запасными магазинами. – Дуй к сторожке, освобождай Макарыча и Лёху, пусть они укатывают отсюда на твоем пикапе и «Соболе», только чур недалеко. Держи ключи от «Соболя», – я протянул ключи с брелком сигнализации. – Сам раздупляй ДШКМ или возьми в сторожке ПКМ. Я в лес! Там у меня ваш гранатомет, а еще есть снайперская винтовка. Ударю в борт «бехе», а ты из пулемета причешешь БТР, собьёшь десант. Противник увидит, что от сторожки уезжают обе машины, подумает, что охрана зассала и дала деру, соответственно на нашей стороне будет фактор внезапности. Я «дуну» из РПГ первым, потом ты гасишь из пулемета, а я уже прицельно бью из винтовки. На одном месте не стой, постоянно двигайся. Прорвемся! Удачи! – хлопнул я по плечу Кнута и стремительно рванул в лес.

– Связь будем держать на том же канале, – крикнул мне в спину Плетнев.

– Даже не думай выходить в эфир до начала контакта, – предостерег я Илью. – Они сто процентов слушают эфир.

Рванул в сторону леса. Как ни крути, но придётся вписаться за Кнута и его Кисловку. И дело тут не в благородстве, а в трезвом расчете: выйти с поднятыми руками навстречу вражеской колонне – быть гарантированно убитым, никто не сохранит мне жизнь, пристрелят на фиг, загребут себе мой «Соболь», набитый добром, да покатят себе дальше на захват плотины Зимина.

Мой мозг работал четко и расчетливо, я не просто бежал к лесу, а фиксировал на бегу параметры погоды и условия местности. Так, ветра практически нет, воздух более-менее прогрелся.

Далеко не каждый стрелок – снайпер. Но каждый снайпер, безусловно, стрелок. Я снайпером не был, но стрелял хорошо, на дистанции до семьсот метров уверенно работал по ростовой мишени №8 из СВД. Опыт был!

А тут расстояние от кромки леса до сторожки и шлагбаума, вообще плевое – триста-триста пятьдесят метров, но по факту хорошо было остановить колонну в поле и не дать подойти близко.

Добежал до леса, нашел сосну, под которой оставил сумку с оружием. Подхватил её, закинул на плечо РШГ-2 и побежал через лес к опушке, которая выходила на ту сторону откуда приближалась вражеская колонна.

Добежал, выбрал себе запасную позицию, где оставил сумку с дробовиком, патронами и трофейными ручными гранатами. При себе у меня только СВД-С, шесть полных магазинов к ней, разовый гранатомет, пистолет и нож.

Сперва ударю из гранатомета, благо мне достался не противотанковый РПГ, а его аналог, у которого поражение достигается не кумулятивной струей, а объёмным взрывом.

Первая чеченская война показала, что армии срочно необходимо реактивное оружие с новыми боевыми возможностями. При этом надо было соблюсти два обязательных условия: оно должно быть максимально недорогим, потому что у государства никогда нет денег на армию и обладать максимально возможным могуществом, гарантирующим поражение живой силы, уничтожение укрытий и техники с лёгким бронированием.

Так появилась на свет РШГ – она же реактивно-штурмовая граната. РШГ-2 максимально унифицирована с РПГ-26 по пусковому устройству и ракетному двигателю. Основное различие между ними – это термобарическая БЧ ракеты РШГ-2, предназначенная для борьбы с легкобронированной техникой, укреплениями и пехотой противника.

В связи с его калибром в 73 мм, для РШГ-2 пришлось разрабатывать принципиально новую БЧ термобарического типа, адаптированную к выстрелу ТГБ-7В. Меньший калибр новой гранаты повлёк необходимость целого ряда конструктивных отличий от прототипа. Эффективная дальность стрельбы РШГ-2, в результате, составила 250 метров, предельная, 350 метров.

Новая БЧ одновременно реализует высокое фугасное, кумулятивное, зажигательное, осколочное действие. Подобная конструкция не имеет аналогов в мире по настоящее время. Граната РШГ на испытаниях отлично справилась с поставленными задачами по уничтожению легкобронированной техники и небольших по толщине, кирпичных и бетонных стен. Теперь стрелку не обязательно было попадать в оконный проём. Детонирующая после распыления топливная смесь создавала объёмный взрыв, гарантированно поражая живую силу в укрытии и технике.

После выстрела из гранатомета, сменю позицию и перейду на винтовку. Ну, а дальше, как пойдет…

Разложил СВД, зафиксировав приклад, снарядил магазином. Уложив винтовку на ветку какого-то лысого по сезону лиственного дерева, принялся рассматривать в оптический прицел приближающуюся вражескую колонну.

Меньше километра…

Спрятался в зарослях лысого подлеска, отдышался, приводя дыхание в нормальный, спокойный режим. Мозг чтобы настроиться на нужный лад принялся фиксировать необходимые для точной стрельбы параметры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.