# Крокодильчик в перьях

Джейд Дэвлин, Карбон

Ну, приехали. В смысле, я так не договаривалась! Покупала билет в Анталию, а не на тот свет! И уж точно не собиралась открывать глаза среди осколков странной скорлупы, барахтаясь в непонятной липкой жиже и отчаянно пища. Да кто так рождается вообще, если это новое рождение?! Я что, переродилась птичкой?

А, нет… судя по тому, что вокруг болото – скорее лягушкой. Или головастиком? Но у икринок нет твердой скорлупы… Тьфу, о чем я только думаю?! Божечки-кошечки, да это не лягушатник вовсе! Это крокодилятник!

# Джейд Дэвлин, Карбон. Крокодильчик в перьях

## Пролог

1189 год от зарождения первых кланов. Где-то…

– Пожалуй, лягушки обнаглели не по чину. – Голос в полутьме сочился ядом. – Надо указать им их место раз и навсегда.

– Наш род еще недостаточно вошел в силу, – заметил другой голос, и его обладатель вышел в круг неровного света, отбрасываемого камином. Молодой мужчина, высокий и жилистый, с острыми, хищными чертами лица. Его сложно было назвать красивым, но и ординарной его внешность не была.

– Зато у нас все в порядке с наследием и потомством. А вот у них проблемы. И долги. Так что единственная дочь семьи водных ящеров вполне подходит для того, чтобы стать младшей невесткой в нашей семье.

– Курица?! Зачем она нам?!

## Вступление

1171 год от зарождения первых кланов

Ну приехали. В смысле, я так не договаривалась! Покупала билет в Анталию, а не на тот свет! И уж точно не собиралась открывать глаза среди осколков странной скорлупы, барахтаясь в непонятной липкой жиже и отчаянно пища. Да кто так рождается вообще, если это новое рождение?! Я что, переродилась птичкой?

А, нет… судя по тому, что вокруг болото – скорее лягушкой. Или головастиком? Но у икринок нет твердой скорлупы… Тьфу, о чем я только думаю?! Божечки-кошечки, да это не лягушатник вовсе! Это крокодилятник!

Да! Я вижу! Вижу вон тот хищный глаз из соседнего со мной яйца! Но… Так, думай, Катюша, думай. Вспоминай канал «Нешнл джиографик». Что там было про рептилий? Крокодиленок крокодиленку волк? Сильные жрут слабых? Или я что-то путаю?

Божечки-кошечки, как знала, что не нужна мне эта прогулка по историческим местам… Лучше бы на страусиную ферму поехала! Нет же, пожадничала лишние пятьдесят евро заплатить, решила, что раз в тур включена автобусная экскурсия – нечего морду баловать, надо выкатать оплаченное до донышка. Вот и получила. Кто-то в нас врезался, только не помню кто. Зато помню, как меня зовут, – уже хорошо. А еще точно знаю, что у крокодилов не бывает перышек и пуха!

Скорлупа соседа треснула еще раз, и из огромного яйца рядом со мной вывалился… младенец. Человек родился из яйца? А я? А откуда тогда перья?!

Тут треск раздался сзади, и оттуда вылез… вылезла змея!

– Пи-и-и-и!

Так. Так… Теперь я вообще ничего не понимаю. Что это за Ноев ковчег?!

Я все еще лежала в непонятной луже, не способная двигаться, когда услышала отчетливые шаги. Над странной конструкцией, похожей на вивариум, склонился вполне себе человеческого вида мужчина.

– Ну как вы тут, мои малыши? Все выбрались? Все живые?

Это что, папаша? Или заводчик?

Предположительный отец с видимым удовольствием вынул из осколков скорлупы сначала младенца, потом змею. Потом достал еще одного странного товарища – то ли крокодильчика, то ли ящера с длинной мордой. И повернулся ко мне.

С минуту он смотрел на меня очень неоднозначным взглядом. Пристально, не мигая. Как ни странно, видела я его лицо отчетливо. И уже фантазировала о том, каким прекрасным ребенком я вырасту, если он и правда отец. С такими-то генами.

Тишина затянулась, и я решила сыграть на умилении. Как там малыши кричат, «агу»?

– Пичи-пиу! – из горла раздался тихий писк, который шокировал даже меня. Это что еще за звуки?

– Да ну на фиг, – сказал мой отец и недоуменно отступил на пару шагов.

Что с ним? Может, я «особенный» ребенок? Ну бывает же, что рождаются сразу с дефектами. Неужели в прошлой жизни я настолько сильно согрешила? Когда успела?

– У нее был кто-то, кроме меня? – тем временем услышала я бормотания отца. – Да нет, остальная кладка в порядке. Может, подложили? Но когда?

Уф. Значит, я просто не похожа на родственников. Что ж, бывает. Но ничего, неважно, какой у меня цвет глаз или волос, все мы люди, все мы человеки.

– Может, съесть, пока никто не видит?

Э… «Человеки» же?

Тем временем нахмурившийся мужчина подхватил меня на руки, и тут я поняла, насколько мелкая. Я полностью помещалась у него на ладони!

– Великие предки! Еще и девочка!

Божечки-кошечки, только не говорите, что тут, где бы это ни было, махровый патриархат и рождение ребенка-девочки – горе в семье.

– Но как?! – продолжал убиваться папаша. – Как в кладку попало куриное яйцо?

Куриное?! Приехали. Я что, потенциальная птица счастья? В смысле – курица-гриль?!

– Олив, долго ты там будешь копаться? – прервал комедию ужаса властный женский голос. – Неси детей!

– Госпожа, у нас проблемы, – напряженно отозвался тот, кого назвали красивым именем Олив. – Ваша дочь, кажется, изменила мне с кем-то из пернатых.

– Что за чушь ты несешь?!

– Но по-другому я вот это объяснить не могу! – Папаша подхватил странную конструкцию, похожую на многоместную коляску, в которую он уже запихал остальных зверят, и, все еще удерживая меня в ладони, начал выбираться из болота. Выбрался быстро – дошел до какой-то стены, открыл в ней дверь и вышел в нормальную комнату. Теплую, освещенную мягкой лампой под шелковым абажуром, обставленную старинной мебелью.

Где и показал меня на вытянутых руках некой женщине в возрасте. Так. «Госпожа». «Ваша дочь». Бабушка?

– Это было магическое оплодотворение! – Бабушка замахнулась и стукнула папашу по макушке веером, которым до этого интенсивно обмахивалась. Не больно, но явно обидно. – Как ты представляешь себе измену?!

– Вот так, – честно сказал папаша и предъявил меня, усадив на низенький инкрустированный столик.

– Что это? – шокированно переспросила бабушка, доставая что-то очень похожее на лорнет и принимаясь разглядывать меня через него.

– Цыпленок. И единственная девочка во всей кладке.

Бабка помолчала. Потом уронила лорнет и слабым голосом велела:

– Налей мне выпить… – Папаша метнулся куда-то в сторону, доставая небольшую бутылочку. – Да не эту сладкую дрянь, крепкого налей!

Отец вздохнул, щелкнул пальцами, и перед нами практически материализовался некто, похожий на слугу в ливрее, с большой бутылью чего-то коричневого в руках. Олив отобрал бутылку у слуги и сначала налил бабушке почти полный бокал. А потом подумал и приложился сам. Прямо из горла.

– Пи-пиц, – только и смогла пискнуть я, усаживаясь на попу, покрытую мокрым желтым пухом.

Здравствуй, новый мир!

## Глава 1

1189 год от зарождения первых кланов

Адэрин Дон Энго (Катя)

– Помни, детка, первое совершеннолетие очень важно для мага, оно поможет ему раскрыть очередную ступень силы, так что тебе осталось подождать всего один день, – уже, наверное, в сотый раз повторяла бабуля, кутая меня в роскошный палантин из снежно-белого меха.

Я молча кивнула и привычно спрятала скептическую кривую ухмылку за веером. Потому что на моей физиономии сладкой курочки она выглядела уж очень странно, специально в зеркало смотрела.

Никакая «Мимими-призма, дай мне силу» не сработает, если я начну в открытую так ухмыляться. Даже родня перепугается. И не вспомнит про свою хищную рептилоидную природу.

А между тем это моя единственная защита в целом мире. Потому что никакой магической силы не раскрылось ни при рождении или с первым словом, как у братьев, ни с первой кровью, как у других порядочных девиц из кланов.

– Ку-куда мы едем, бабушка? – Легкое заикание мои родные находили чрезвычайно милым, а сама я бесилась поначалу до кровавых звездочек в глазах. Потом привыкла и почти перестала обращать внимание. В конце концов, курам и положено ку-кудахтать.

Божечки-кошечки, как же мне повезло, что первые, самые беспомощные годы моей жизни словно подернуты в памяти легкой тюлевой занавесью. Я вроде их и помню, но скорее как сон или прочитанную книгу. Иначе с ума бы сошла, наверное. И это несмотря на то, что собственно цыпленком пробыла совсем недолго – только первые сутки, пока силы умершей матери держали мою магиформу такой, какой она теоретически должна была стать к совершеннолетию.

Но вот что хорошо запомнилось, так это брезгливость и недоумение во взгляде бабушки, отца и слуг в те первые несколько минут. Пока не высох пух.

А дальше произошло нечто странное. Как только из страшненького мокрого чучела с клювом я превратилась в круглый пушистый комочек с огромными глазами, всех взрослых словно подменили. То есть нет, неправильно. Не сразу подменили, но по крайней мере обо мне вспомнили и посадили-таки в коляску к остальным «детям».

Я, если честно, тогда подумала, что меня решили им скормить. Но братья сначала мирно спали, а уже через пару часов превратились из крокодилов и змей в нормальных детей. И им, судя по всему, чрезвычайно нравился пушистый шарик на ножках. Я стала человеком позже всех, и меня основательно успели потискать. Но что удивительно – не раздавили и не придушили.

Кстати, младенцами все мы были относительными – я бы дала нам не меньше года-полутора по развитию. Тогда было ничего непонятно, а потом я узнала, что наша мать перед гибелью и будучи в коме прошла процедуру магического оплодотворения. Мы родились не как все нормальные дети, а именно вылупились из магических коконов, как из яиц, гораздо более зрелыми, чем обычные малыши. Ну так и в кладке мы больше двух лет провели, подпитываемые родовой силой.

– Для начала познакомлю тебя с ректором. – Бабушка еще раз проверила, достаточно ли тепло я укутана, и прикрыла дверь экипажа плотнее. – Он просто на тебя посмотрит, не волнуйся. Заодно, может, нам все-таки получится настоять на продолжении домашнего обучения. Ты все еще слишком хрупкая, чтобы покидать семью.

– Но бабушка! Братья уже давно в академии! – вздохнула я, начав старую песню.

– То братья. Что с ними будет, с этими дуболомами? Тем более они мальчики. Одним больше, одним меньше…

– Бабуля!

– Шучу, конечно, шучу. Не волнуйся, моя девочка. Адди, ты только постарайся не слишком много говорить. Иначе, боюсь, идея домашнего обучения провалится еще до того, как я ее выскажу.

– К-как скажешь, – понурилась я. Чем непроизвольно вызвала очередную волну бабушкиных нежностей, тисканья, кутанья и пару леденцов. Ладно, пополню запасы.

Дело в том, что я не люблю сладкое. Но никто из старших родственников об этом не догадывается. Зато у меня всегда есть универсальная валюта для подкупа младших слуг и уличных мальчишек, изредка залезающих в сад через забор. И награда для лакомки Сахлиэ, которому конфет просто так никогда не дают, исходя из странного представления о том, что крутым мужикам не положено слабостей и вкусностей.

Пока я незаметно прятала лимонные конфеты в специальный кармашек на поясе, мы почти доехали. Дом клана водных ящеров располагался почти в центре столицы, так что до академии рукой подать. Можно было бы дойти пешком, улицы сейчас чистые и безопасные, василиски постарались. Но именно поэтому меня ни за что не отпустили бы без бабушки, охраны, экипажа и защитного амулета даже в соседнюю лавку.

– Ничего не бойся, моя девочка, я все улажу. Даже василиск не сможет меня остановить, – заявила бабушка и постучала веером по дверце экипажа, давая знак остановиться и приготовить все к торжественному выходу главы клана на свет божий.

Божечки-кошечки, хотелось возразить, топнуть ножкой и демонстративно побежать самой. Только вот что-то мне подсказывало: это лишь больше уверит старшую родственницу в моей незрелости. Я уже даже не знаю, чем им вообще можно будет эту самую зрелость доказать. Принести внука в подоле? Ага, конечно. Я представляю какой кипиш начнется в семье: «Ребенок родил ребенка!»

Учитывая, что я давно взрослая женщина в теле этого самого ребенка, а потом и юной девушки, моя главная сила иногда приносит больше проблем, чем дивидендов. Но приходится смиряться и учиться извлекать выгоду из того, что есть.

А сила у этого тела одна-единственная. Няшить. Да, я не ошиблась и не преувеличиваю. Это действительно моя магическая сила: разжижать мозги всем существам, неосторожно подобравшимся на расстояние вытянутой руки. И если сейчас я вполне могу эту силу контролировать, то в цыплячьем детстве вообще не понимала, что она у меня есть. Вот и итог… мне уже почти девятнадцать, по местным меркам замуж давно пора. А мне братья до сих пор куклы с леденцами таскают. И ладно бы только братья, все старшее поколение пошло по той же кривой дорожке!

Конечно, тут не последнюю роль играет внешность и человеческого тела, и магического контура. Как человек я выгляжу похожей на миниатюрную куклу из разряда «сладкая блондинка», а магический контур у меня тот самый – курица.

Потрясающе хорошенькая маленькая курочка какой-то экзотической породы с белоснежным оперением, пуховым воротником, хохолком, штанишками, огромными голубыми глазами и розовым клювом.

Плюс ко всему градус абсурдности добавляет и окружение. Ну чтоб вы поняли, мои старшие братья – аллигаторы! Один около трех метров от хвоста до кончика носа, второй чуть меньше, два метра восемьдесят. А младший братишка – змей размером с приличную анаконду. И сижу рядом с ними я, курочка-пуховка с две ладошки величиной.

Наш клан носит имя водных ящеров, но по сути в него входят очень разные рептилии, правда тяготеющие к «мокрой» стихии. Так что все остальные его представители в той или иной мере хищные товарищи с большим диапазоном магических сил. Одна я… впрочем, тут тоже не все просто. Но об этом позже.

– О-о-о, смотрите, курица на крокодиле! – раздался задорный звонкий голос откуда-то из-за экипажа. Мы с бабушкой уже вышли на мостовую и стояли перед воротами Академии стихийных обликов, дожидаясь, пока привратники откроют кованные магией створки во всю ширь, как положено нам по статусу.

Это кто там кукарекнул, интересно? Я обернулась. А… Обожаю детей. Такие честные, чтоб их предки побрали!

– Что за невоспитанный отрок! – сразу вызверилась бабуля, зажигая вокруг себя магический контур разъяренного звероящера, отчего ребенок ойкнул и со свистом скрылся в переулке. Точнее, вся стайка уличной шантрапы испарилась в мгновение ока, как вода на сковородке.

Бабушка у меня внушительная, да. Я когда первый раз увидела, то думала, что совсем рехнулась. Потому что… да потому что динозавр! Самый натуральный.

Конечно, потом выяснилось, что это местная порода морских варанов, но легче мне от этого не стало.

– Добро пожаловать в академию, достопочтенные, – вовремя отвлек сердитую динозавриху какой-то мужчина, стоявший чуть дальше за воротами. Он нас ждал? – Айса Нейдра, прошу, умерьте свой гнев, вы напугали наших служащих своей непревзойденной красотой.

– Ничего, потерпят, – ворчливо отозвалась бабуля, взяла меня под руку и величаво направилась вглубь двора. – Лорд Котлин, благодарю за то, что уделили нам внимание. Надеюсь, наш визит не доставил вам слишком много неудобств.

Что-что, а этикет у бабушки на высоте, даром что в гневе она ведет себя как натуральная крокодилица, у которой яйца отбирают. Но чую, на этот раз не будет толку ни от безупречного этикета, ни от гнева могучей главы.

Мне придется посещать академию, потому что магический контур у меня все же есть и я обязана его развивать. Контролировать. Не имеют значения нулевой магический резерв и смешные боевые качества декоративной курицы. Закон есть закон.

## Глава 2

Дейлен Албаази

– Серьезно? Вот на этой? – недоуменно повернулся ко мне Тайгри, с приоткрытым ртом рассматривая в окно недоразумение дома Энго. – Она же… она даже не полноценная птица! Какой-то непонятный комок пуха! Да не могло вот это вылупиться у ящеров.

– Отец говорит, что проверку запрашивали дважды. Этот ребенок абсолютно точно той же крови, что и ее братья, – тяжело вздохнул я, снова бросая взгляд на свою… невесту, предки ее побери. Сама девочка еще об этом не знала, а мне уже все уши прожужжали. Потому я уже заочно слегка недолюбливал девушку, которой внезапно стало слишком много в моей жизни.

– Но почему? Ты что, чем-то разочаровал клан?! – У Тайгри аж щеки от переживаний задергались.

– Я лучший в своем поколении, – спокойно констатировал я. – Хотя нет. Вру. Я лучший в последних трех поколениях клана.

– Тогда какова причина такого вот… сватовства?

– Сам толком не понял. Но наш патриарх, кажется, снова хочет убить двух голубей одним выдохом. Одновременно и окончательно подмять этих земноводных, и получить какие-то уникальные гены. – Я неопределенно развел руками в стороны, выражая крайнюю степень своего неоднозначного отношения.

– От курицы?! – все еще возмущался Тайгри.

– Теоретически птицы произошли от ящеров. У нас тоже есть птичьи черты, но… Не спрашивай, – не выдержал я, покачав головой. – Сам толком ничего не понял. В общем, единственное, что пока укладывается в моей голове: эта самка – последняя наследница клана Энго. Женившись на ней, я автоматически стану регентом при слабом и ни на что не способном матриархе. Это главное.

– У них старый матриарх еще вполне жива. И бодра. – Тайгри невоспитанно ткнул пальцем в стекло, демонстрируя мне слегка взъерепененную крупную ящерицу, вышагивающую через двор под ручку с внучкой.

– Бабка все же слабеет, хотя еще очень сильна. Подождать лет двадцать-тридцать – не так сложно для огненных. Родить другую наследницу они не смогут, так что даже если заартачатся – останется лишь дождаться потомства. Новая глава уже будет нести половину нашей крови и останется младшей по отношению к патриарху клана Албаази.

– Двадцать… или даже тридцать лет кудахтать вокруг курицы? Ну ты даешь!

– Я, наверное, тебя тоже попрошу женить, – едва заметно ухмыльнулся я, все еще сохраняя серьезное выражение лица. – Говорят, у гиен наследница подросла. Сильная, красивая, усатая, ствол дерева рукой переламывает. Прекрасная партия.

– Ты этого не сделаешь. – Тайгри мгновенно забыл про кур и ящериц, отвернулся от окна и уставился на меня с таким искренним ужасом, словно наследница клана саванных охотниц уже открыла ему вход в свое логово.

– Ну, не одному же мне страдать. Ты ведь мой друг?

– Да не. Твоя вон какая маленькая, крошечная. Ты один раз шикнешь, она от страха уже яйцо снесет. А гиена – это ж верная смерть! Еще и страшная, как… как… как зверь конца времен!

– Шикать нельзя, – с тяжким вздохом напомнил я. – Несмотря на то что никчемная курица порушила все надежды клана на новую наследницу и вряд ли с ней особенно носятся, она все же Дон Энго. Меня даже собственные родственники не поймут, если я начну открыто шпынять птицу. Во всяком случае, до того, как мы поженимся. Я уж молчу о том, что мне приказано не испугать, а влюбить ее в себя и скомпрометировать.

– Адэрин из клана, где верховодят женщины, – с сомнением напомнил Тайгри. – Плевать они хотели на компрометацию. Захотят – гарем ей заведут.

– Вот потому и сказали – компрометировать сразу до беременности. Тем более одно дело они, и совсем другое – остальные кланы. – Я пожал плечами. – Если она начнет бегать за мной по пятам и кудахтать, вряд ли кто-то из сильной семьи отдаст ей даже младшего сына в консорты, не то что в гарем. А наша кровь достаточно сильна, чтобы перебороть куриную.

– М-да… Я вообще не понимаю, как так вышло, что водные ящеры остались с курицей, – поморщился друг-манул. – Хотя подожди, что там за история-то была? Я смутно помню уроки по клановой геральдике и строению генеалогических древ, но уверен, что у старой динозаврихи имелась родная дочь, тоже сильная ящерица.

– Имелась, а потом умерла. Бывает, – слегка саркастично ответил я. – Интересного в этой истории только одно: бывший матриарх убилась совсем молодой, как только взяла консорта. Даже свадебную ночь провести не успела. Просто поразительные совпадения, не правда ли?

– А откуда тогда дети?

– Тайгри, твой отец абсолютно прав. Ты лентяй и бездельник. Нам об этом рассказывали.

Оценив слегка виноватое и глупое лицо друга, почесывающего затылок, я заученно продолжил:

– Когда дочь главы клана и единственная наследница впала в кому, ее поместили в магическое поле замедленного времени и оплодотворили. Потом замедление сняли, дождались зародышей и поместили их в магические коконы. Мать умерла, зародыши росли в сердце клана два года, пока не вылупились.

– Прямо в поле… Оплодотворили? – Манул явно представил себе что-то не то и густо покраснел.

– При чем тут поле? – Я не выдержал и потянулся, чтобы влепить подзатыльник этому захребетнику, не меняя безразличного выражения на лице. Всю дорогу во время кланового обучения у меня списывал и теперь думает, что я ему вместо секретаря-справочника. Надо было еще в детстве хвост выдернуть и пушистые уши на спину пересадить. Может, прибавилось бы чуточку мозгов в меховом шарике, который у него вместо башки.

– Ну ты ж сам сказал – в магическое поле, – привычно и с кошачьей ловкостью увернулся друг. – И там оплодотворили. А потом еще и до двух лет вырастили. Повезло консорту! Ни склочной жены, ни орущих младенцев! Мечта ж!

– Ага, только лишь одна вечно недовольная теща-крокодилица, при которой ты даже пискнуть толком не можешь. Любят земноводные это дело: обременять своих мужей как рабов. Во благо клана, конечно, – не выдержал я и зарычал в пространство.

– Бр-р-р… но все равно, не гиена ж, – упрямо мотнул серой шевелюрой манул. – И с ней спать не надо. Задница целее…

– Что?! – Я недоуменно моргнул. – Тайгри! Ты что, правда веришь этим сплетням про то, что женщины-гиены не просто верховодят в доме и постели, а?!.. – Мое привычное выражение пофигизма начало стекать, как боевой девичий раскрас под дождем.

– А как не верить, если все их консорты на общих собраниях стоят?! Ни один даже не пытался сесть. Ни разу!

– Ты идиот?! Это этикет! – не выдержал я градуса дебилизма друга.

– Откуда ты знаешь? Для приличия они, конечно, про клановый этикет говорят. А на самом деле? Дыма без огня не бывает! Говорят, у их духовных образов даже му… между ног висят!

– Все! – Книга, подвернувшаяся мне под руку, полетела прямо в голову придурка. – А ну, стой! Я тебе сейчас твои собственные му… оторву!

– Мя-а-ау!

## Глава 3

Адэрин Дон Энго

– Я же говорила, ничего не получится… – добавлять огорчения в голос выходило с трудом. Я очень полюбила все семейство ящеров за прошедшие восемнадцать лет, но кто бы знал, как мне надоело сидеть в четырех стенах. Точнее, заборах. Из всех развлечений – только редкие похищения. Так и во время них мне первым делом пытались надеть на голову мешок. Я этот мир видела в результате либо мельком, либо в книжке.

– Но мэтр прав. Хоть дар и небольшой… – крошечный, я бы сказала, но бабушка явно пыталась меня подбодрить, – это все же может быть огонь… а вся наша семья владеет либо водой, либо землей. Мы не сможем в домашних условиях научить тебя контролировать его проявления. Более того, ты же слышала, что сказал мэтр. Без обучения ты можешь навредить себе и окружающим. Да еще и эти социальные навыки… как будто моя девочка не умеет общаться!

– Угу. – За прошедшие годы я неплохо научилась контролировать собственное тело, но даже мозги взрослой женщины из другого мира ничего не могут поделать с гормонами, которые скоро из ушей польются. Вот и сейчас больше всего хотелось прыгать и визжать от радости. Конец затворничеству!

О том, как именно я буду общаться с ровесниками, можно подумать позже. Вряд ли они страшнее родственных крокодилов, вражеских синих обезьян, наемников из гильдии золотого орлана или детишек из подготовительной группы детского сада, в котором я работала до куриного попадания.

– Зато у тебя будет возможность теснее пообщаться с Тином Дон Зульбефар. Я сегодня же напишу его родителям, пусть мальчик приступает к очному обучению. В конце концов, он твой будущий муж, и его прямая обязанность – оберегать тебя.

Я только вздохнула. Тин Дон Зульбефар – жених, которого мне выбрала бабушка. Он из родственного моему отцу клана. И он очень милый геккончик с огромными черными в золотую крапинку глазами. И мальчик тоже милый. Младше этого тела на год. А еще, судя по портретам, защищать его придется мне. Потому что это эфемерное существо с золотыми локонами похоже больше на кукольную меня, чем на грозного ящера. Но родственники почему-то уверены, что мне такого и надо. Потому что, по их представлению, кто-нибудь крупнее воробья обязательно меня «обидит».

О том, что сами поначалу регулярно пытались обижать, все родственники уже забыли. Как и о тех синих с золотом неудачниках. Синие принесли меня обратно через сутки с мешком конфет, а золотые… не хочу сейчас вспоминать. Я и сама не очень поняла, что тогда произошло. Но остекленевшие от обожания птичьи глаза долго снились мне в кошмарах.

– Идем, детка, я должна лично осмотреть твою комнату. Ночевать ты, естественно, будешь дома, но у тебя и здесь должно быть место, где ты сможешь отдохнуть в течение дня между занятиями.

Я в очередной раз не вовремя задумалась и потому споткнулась, когда бабушка решительно зашагала куда-то, волоча меня под руку. Отчасти этим объяснялась моя вошедшая в клановые легенды неловкость: маленькую курочку все кому не лень норовили схватить и потащить в самый неудобный момент. Естественно, я спотыкалась и падала. Поначалу. Теперь уже научилась быстро ориентироваться и подстраиваться под каждого галопирующего крокодила. И пока мы на пару галопировали по лестнице куда-то вверх, принялась расставлять точки над «и» в отвоевании кусочка личной свободы.

– К-как дома? К-каждый раз ходить ночью домой, а утром в академию? Но… – тут я секунду подумала и нашла нужную причину, – это же получается в темноте идти. Пусть и до к-кареты.

– Почти всегда занятия заканчиваются до обеда.

– А ку-курсы? А библиотека? А вдруг по пути меня снова похитят?

– А братья тебе на что?! Должен же быть с этих обалдуев какой-то толк! Будут встречать и провожать. По очереди или все вместе, – отрезала главная динозавриха всех водных ящеров и уверенно свернула в коридор пятого этажа. Здоровенная же тут академия! И общежития в башне.

– Но бабушка! Они ведь как раз живут в общежитии! – Я живо представила себе «восторг» Тимсаху, Матао и Сахлиэ, когда их осчастливят этой новостью. То есть, утром вставать на час раньше, галопом домой, чтобы забрать меня, потом вечером отвести в клан и галопом обратно. Прекрасная перспектива!

Нет, братья не откажутся. Но мне-то парней искренне жалко! Во-первых. А во-вторых, я и сама хочу утром подольше поспать. И еще немножко свободы.

Братья, кстати, меня любили, но со временем, в отличие от взрослых, у них выработалось что-то вроде иммунитета на мое мимими. Потому, как только я пыталась действовать целенаправленно, у них начинал чесаться нос. И после первого же чиха все очарование слетало.

– Нет, это никуда не годится! Я тебя здесь и на полчаса не оставлю! – взвыла бабушка, осмотрев узкую комнату с двумя незастеленными кроватями у дальней стены. – Что за убожество?! И почему комната на двоих?! Ты наследница!

– Правила одинаковы для всех, – елейным голосом напомнила я. – Бабушка, я уже большая. И соседка у меня наверняка будет тоже как минимум наследница какого-то к-клана. Мне же нужно с к-кем-то общаться. Ты сама говорила.

– Не нравится мне все это… постой здесь три минуты. Я найду кастеляншу. Как минимум пыль они могли вытереть до заселения! – Бабушка деликатно прикрыла лицо батистовым платком и ретировалась. У нее была самая настоящая аллергия на пыль, иначе старая опытная динозавриха ни за что не оставила бы своего птенчика одного в незнакомой комнате.

Я посмотрела ей вслед, посочувствовала еще незнакомой кастелянше, а потом скрестила пальцы и загадала. Бабушки не будет минуты три-четыре. Интересно, заявится ли кто-нибудь в ее отсутствие, чтобы напугать курицу? По закону жанра должен бы.

– Апчхи! – До конца загаданного срока оставалось еще две минуты, а дверь распахнулась так, словно ее пнули с той стороны. А потом меня едва не унесло к окну громовым чиханием.

– Ой…

– А ты кто такая?! – Рослая девица с толстой рыжей косой одним броском отправила под левую кровать сундук. – Апчхи! Что, не могла прибраться?! Запомни: теперь это твоя обязанность!

– Хорошо. – Я кивнула и улыбнулась, глядя, как девица порывистыми движениями раскидывает свои вещи по всем доступным поверхностям. – Ой, какой нож красивый! А как он называется?

Нож и правда был необычный. Здоровенный, как тесак, но изогнутый, как серп, и с непривычной заточкой. Кажется, такие носят… да точно!

М-да, мне «повезло». У саванных охотниц доминирование над всеми женскими особями в пределах видимости прошито в геноме. Эта милая гиена передерется со всем этажом и только потом успокоится. Ладно… главное, чтобы она не начала с меня.

И я еще раз улыбнулась, мысленно воззвав: «Мимими-призма, дай мне силу!»

– Э… да тесак это. А че ты такая мелкая? Из какой мышиной норы тебя забрали?

То есть птичьей… ты же птичка? Курица! Ха-ха-ха-хе-хе-хр-р-р!

## Глава 4

Дейлен Албаази

– Это провал. Это провал! – метался по комнате Тайгри, от окна к креслу и обратно. – Как тебе ее брюхатить, если она в одной комнате с гиеной?! Да туда теперь на милю не подойдешь, в окно не залезешь, подкоп не сделаешь! Иначе тебя самого!

– Успокойся. Я и не собирался, – ответил я другу. Манул любил сделать драму из какой-нибудь мелочи. – Тем более это в любом случае лучше, чем то, как все хотела организовать старая ящерица. Если бы я встречался с наследницей только на занятиях в окружении ее братьев, тогда шансов точно бы не было.

– Не собирался? А как тогда компрометировать? Это ж самый верный способ.

– Сама ко мне придет. – Я пожал плечами, не собираясь посвящать друга в свои мысли об искреннем нежелании оставлять свое семя кому-либо. Как минимум ближайшие пару лет точно.

– Сама?! – Чувства и слова у Тайгри бурлили за нас двоих. Впрочем, как обычно. Когда-то давно я выбрал его своим другом именно потому, что он мог буянить за нас обоих, оставляя мне прекрасную возможность казаться холодным и безэмоциональным.

– Угу. Это за женским общежитием следят как за сокровищницей императора. А вот если какая-нибудь птичка самостоятельно решит забраться в змеиное логово… ее никто особо не будет удерживать. Тем более тут ее братья. Еще и красную ковровую дорожку постелят, – снова логично заметил я, наслаждаясь теплом чужих бурлящих чувств. Странно, но они давали мне облегчение тогда, когда я не мог выплеснуть свои.

– Не понимаю я твоего энтузиазма. Там гиена, тут – братья. Как по мне, вообще безвыходная ситуация. – Манул плюхнулся на соседнюю койку, отчего не ожидавшая такого напора казенная мебель жалобно скрипнула.

– Да, придется слегка поработать мозгами. Но перед этим мне все же надо самому изучить эту курицу. – Я кинул скептический взгляд на тощую папку с бумагами, содержащую едва ли один полный лист о моей будущей суженой. Вся остальная предоставленная мне информация была о ее семье и их связях. – Закрытое проживание в клане не особо помогает в понимании объекта вынужденного соблазнения.

– Ну, так-то работать придется не мозгами, а другим органом, – саркастично ухмыльнулся манул.

– Угу. Тебе. Надо ж на кого-то выманивать ее соседку в случае неудачи.

– Ты злая и бездушная огромная пернатая змеюка!

– М-м-м. Комплимент за комплиментом, – хмыкнул я. – Извини, Тайгри, но мы только друзья.

– Мш-ш-ш на тебя, холоднокровный, – по-кошачьи обматерил меня манул. – Ладно, тогда какие планы?

– Наблюдение и добыча информации, сказал же. Чтобы составить план хоть какого-либо мало-мальски эффективного соблазнения, нужно понять, на что эта земноводная птичка клюет. – Я задумчиво оперся локтями на стол, разглядывая шуршащую за окном нашей комнату листву и размышляя. – Теоретически можно предположить, что ее идеал похож на образы отца и братьев, что часто встречается у излишне опекаемых дочерей. А вот практически… вполне возможно, что брутальные крокодильи рожи ей так осточертели, что в выигрыше как раз окажется ее официальный жених. Или она просто еще не вышла из детства и предпочитает играть с милыми домашними питомцами и куклами. Тебя ей, что ли, подсунуть… для проверки? – последнее я сказал едва слышным даже себе самому шепотом, а потому манул просто не услышал.

– Пока ясно одно. Бабка утащила свою курицу обратно в змеиное гнездо. Адэрин Дон Энго приступит к обучению только с завтрашнего дня и в комнате поселится тоже только завтра. Когда ее отремонтируют. Кстати, ты видел, какой там погром?

– Погром? Где? – Я взял пилочку для ногтей и принялся тщательно подравнивать маникюр. Издержки звериной формы – быстро растущие когти.

– В женском общежитии. Я так понял, гиена пыталась сожрать твою курочку да посмаковать косточки. Но тут вернулась ее бабка.

– Хм. И кто кого?

– Естественно, старая ящерица едва не откусила голову наглой девке. У нее опыт, возраст и клановые войны за спиной. Но и гиена оказалась на высоте – голову-то ей не откусили. Только так, шкуру подрали немного.

– Как невоспитанно для высокопоставленных клановых женщин. Устраивать банальную драку в общежитии. – Я слегка злорадно ухмыльнулся.

– Да ладно, это же гиена, – пожал плечами Тайгри. – Небось в бюджет академии каждый год закладываются деньги на ремонт их этажа. Эти бешеные саванные бабы без драки не могут. Пока не выяснят, кто главная суч*а в кучке, все равно не успокоятся.

– Но курицу, как я понял, не съели, – ухватил я главное. – И даже отпустят завтра на занятия. И ночевать в академии?

– Да. – Тут Тайгри замер посреди комнаты – задумался. – А вот это странно. Почему ее отпускают жить в одной комнате с бешеной гиеной? Драка с бабкой и авторитет главной динозаврихи тут ни при чем. Да, саванные охотницы тоже наследуют положение матери, но только вместе с силой. Если наследница окажется слабее, ее сожрут и наплюют на родословную. А твоя птичка точно слабее, она даже не пыталась драться, сразу под кровать нырнула.

– Завтра и узнаем. – Я равнодушно пожал плечами, скрывая не меньшую заинтересованность, чем у Тайгри. Но если друг уже высказал ее – мне-то зачем демонстрировать?

Лучше, пожалуй, пойти и посмотреть на крокодилов и змей. Нет, я, конечно, их и раньше видел. Они весь прошлый год учились на подготовительном отделении. Но специально не присматривался. Во многом потому, что матримониальные планы на водных ящеров и их цыпленка глава клана озвучил мне только перед началом этого учебного года.

– Ну что, пойдем смотреть на перваков? – без особого энтузиазма, впрочем как и всегда, позвал я Тайгри. Знал, что он, как обычно, воспылает за двоих.

– Чего мы там не видели? Еще успеем насмотреться на эти рожи в течение всего учебного года. Причем так, что тошнить от них будет, – отмахнулся было манул, но навострил уши, когда я напомнил:

– Крокодильское семейство. Спросим у них, как так вышло, что в их выводке завелась такая милая маленькая цыпочка.

– О! – еще больше воспрянул друг. – На ремонт нашего этажа в бюджете академии тоже есть статья! Давно я не дрался!

– Боюсь, в этот раз придется обойтись без драк. Все-таки некультурно это, задирать своих маленьких подопечных. – Я демонстративно выложил на край стола небольшой серебристый значок с ярко-алым камнем в виде звезды в центре.

– Это тебе некультурно, а мне можно! – радостно облизнулся давно не драный кот. – Я от кураторства над перваками отмазался.

– Ты отмазался? – Улыбка чуть коснулась уголков рта.

– Ну ты отмазал, какая разница? – отмахнулся Тайгри. – В любом случае надо же выяснить потенциал этих земноводных. Это и для куратора полезно, и для будущего консорта!

Я лишь многозначительно хмыкнул. Друг.

## Глава 5

Адэрин

Когда призрачный динозавр – а именно так я видела силу бабушки – прыгнул, сжал челюсти на холке и встряхнул такую же призрачную гиену, я успела только пискнуть и нырнуть под кровать.

И уже оттуда соображала, с какой стати бабушка накинулась на мою соседку, все ж вроде мирно шло. Но глава клана водных ящеров даже разбираться не стала, от двери прыг, хвать, и трындец.

Кровать сломали. Стол сломали. Стену сломали. Ненормальные!

Все же я эти клановые заморочки понимаю плохо, хотя живу в этом мире уже почти восемнадцать лет. Я и в прошлой, земной жизни была человеком исключительно мирным. Воспитатель детского сада – можно ли придумать профессию менее воинственную? И более терпеливую… особенно если не доводить до самого края.

Видимо, при переносе мне выдали именно тот облик и именно ту силу, с какой я лучше всего умею обращаться.

– Ада, домой! – привычно гаркнула бабушка, приводя в порядок строгое платье.

Я вылезла из-под кровати, с некоторым недоумением посмотрела в две сияющие воинственные рожи и только вздохнула. Что гиена, что крокодилица были исключительно довольны собой, учиненным погромом и результатом схватки.

Божечки-кошечки, как я могла забыть? Доминантные самки всегда устанавливают иерархию, даже если их всего две и они повстречались почти случайно. Обычно, правда, им хватает давления силы и демонстрации обликов. Но сегодня бабушке показалось, что гиена пытается съесть ее цыпленка. А гиене показалось, что это ее пытаются съесть.

Короче говоря, пока мы ехали домой, я тихой сапой подлезла бабке под локоть и начала исподволь мурчать про то, что драться на людях такой почтенной высокопоставленной леди не подобает. Что молодые девушки других кланов, даже доминантные, ей вообще не соперницы и сами прекрасно способны это понять. Что я вполне довольна соседкой и обязательно найду с ней общий язык.

– Еще бы ты не нашла! – темпераментно откликнулась бабушка, непроизвольно тиская меня, как плюшевую игрушку. – Особенно после того, как я указала этой девке ее место. А она вполне сносно отбивалась. Ладно уж… это подходящая компания. Можешь оставаться в академии среди недели. Но на выходные – домой!

И то хлеб. Хотя, конечно, логику местных обитателей я местами вообще не понимала. То есть воинственная и диковатая гиена – хорошая компания? Тогда почему она так шпыняла братцев, стоило им только проявить хоть каплю агрессии в моем присутствии? А уж если на бабку рыкнут, так ходить им с битым задом неделю.

Впрочем, если вспомнить уроки по мироустройству, все становится на свои места. Здесь нет четкого разделения полов на пассивные и активные. В смысле – все зависит от того, какой облик принимает твоя сила. Если ты гиена, то будет тебе в родном клане матриархат в полный рост. А если, например, горилла – упс. Там всем заправляет сереброспинный самец, его сила в разы мощнее и круче любой женской силы этого вида. Поэтому у него гарем. Ну и с остальными, совсем и не совсем земными зверями то же самое. В каждой избушке свои погремушки.

У водных ящеров матриархат, просто не такой жесткий, как у гиен. У меня три брата, и я при этом единственная наследница. Курица. Декоративная. Шелковая. Наследница клана водных ящеров. Ну вы поняли, да? Кстати, как мне ни объясняли, каким вообще боком выбирается это звериное проявление силы и как наследуется, все упиралось в одну проблему. В меня.

Потому что теоретически – дети рождаются с обликом более сильного партнера. Теоретически. Вот так вот.

Следующим утром наша с гиеной комната ничем не напоминала о том, что вчера тут свершилось эпическое побоище. Зато весь коридор, по которому я туда шла, был наполнен щебетом, смехом и разговорами самых разнообразных девиц. Преимущественно хищных. По мере того, как я проходила все дальше в их толпу, эти разговоры стихали, а все взгляды постепенно упирались мне в спину. К своей знакомой гиене в свою почти родную комнату я нырнула уже почти бегом. Пока не покусали!

– Слушай! Ты такое пропустила! – начала с порога соседка. – Тут после твоего ухода настоящее веселье началось! Даже старшаки присоединились. Ух и получили некоторые по хребтине!

Я поспешно огляделась. Нет, больше сломанных кроватей и стен не наблюдалось. Значит, по хребтине выдавалось где-то в другом месте. Уже радость!

– А к-кто получил? – решила все же уточнить я.

– Да пара аллигаторов и еще какие-то парнокопытные. Это ж надо было – на василиска полезли! Третьекурсника! Хотя я б тоже полезла, – похабно засмеялась гиена.

– Аллигаторов? – Я навострила уши.

– Да! Я тебя потом познакомлю. А сейчас пора на занятия. Пока, птичка! – И соседка бодрой рысцой ускакала в коридор с другими девушками.

М-да. Ну ладно, мы не подруги, она не обязана меня сопровождать. Пока. Значит, несколько дней придется выживать самостоятельно.

Я одернула платье, поправила сложную прическу, криво усмехнулась своему отражению в зеркале и снова привычно скомандовала своей курочке: «Мимипризма, нам бы живыми до учебного корпуса дойти!»

И включила обаяние на полную катушку.

Только вот, чтобы оно сработало, нужно было найти хоть одну жертву. А коридоры, как назло, будто резко вымерли. Я по памяти вышла из женской части общежития, свернула вроде как к выходу. Потом еще раз. Прошла через какой-то садик. И поняла, что окончательно заплутала. И что теперь, звать на помощь? Почему бы, собственно, и нет?

– Меня к-кто-нибудь слышит? – неуверенно обратилась я к ближайшему дереву.

– Допустим, слышу, – холодно раздалось откуда-то сверху.

Подняв голову, я чуть прищурилась, и слова выскочили сами собой, непроизвольно:

– К-какой хорошенький пе… кхм. Гребешок.

– Прос-с-стите? – Сидевший на перилах ограждения парень с этих перил едва не свалился. Но успел вовремя поймать равновесие и теперь довольно сердито шипел. А над его головой часть его же силы с любопытством водила призрачным клювом из стороны в сторону и трясла шелковой бородкой. Петушиной. Ну помните, да? «Петушок-петушок, золотой гребешок, масляна головушка, шелкова бородушка».

Но тут эта петушиная голова немного приподнялась, и я поняла, что передо мной ну совсем не птичка. Точнее, птичка… но очень странная. Еще страннее меня! С длинной змеиной шеей, чешуйчатым драконьим тельцем и такими же крыльями.

Василиск. Вот прямо как с картинки в средневековой книге. А интересно… Он тоже вылупился из яйца, которое снес петух, а потом высидела жаба?

Но спрашивать о таких интимных вещах я не стала, все же я курица, а не дебилка.

– Здравствуйте. Я заблудилась. Вы не могли бы мне помочь? – и запустила мими-силу на полную мощь.

Василиск странно дернулся. Моргнул. И уставился на меня во все глаза, словно только разглядел и понял, что перед ним неизвестная диковинка очень странного вида.

Впрочем, кто бы говорил, конечно. Может, тут василиски и норма, но для меня змее-петух выглядит намного экзотичнее, чем шелковая курочка.

– Могу. Скажу больше, я даже обязан это сделать.

– Большое спасибо! – обрадовалась я.

– Заодно хотел бы спросить вас: почему не присутствовали на вчерашнем собрании? Во время него раздавали карты помещений и расписание занятий.

– А меня бабушка не пустила, – искренне и наивно пожаловалась я, хлопнув ресницами. Раз уж они у меня тут есть, причем без всякого наращивания, грех не пользоваться.

– Что ж, тогда пройдемте со мной. Сначала я покажу расположение собственной комнаты, чтобы вы знали, к кому обращаться. А потом отведу вас в столовую и на занятия.

– А к-как мне пройти? – Я недоуменно посмотрела на высоченную стену. Собственно, двор, в котором я заблудилась, был ею обнесен по периметру, и именно сверху на перилах сидел василиск.

– Вы не умеете летать? – Парень как-то странно еще раз оглядел мой духовный облик. – Ах да, вижу.

Собственно, в этом месте почти все мои немногочисленные знакомые из других кланов начинали сдавленно хихикать. Я привыкла и просто не обращала внимания. Но василиск повел себя еще страннее.

Он спрыгнул со стены в сад и в один момент поднял меня на руки. А потом запрыгнул обратно.

Ой!

М-да. Вот так неожиданно хватать меня руками – чревато. Потому что в такие моменты моя мими-сила срабатывает спонтанно и на полную катушку. С непредсказуемым эффектом.

– Вот смотрите, – отвлек меня от собственного непривычного положения парень. – То здание – женское общежитие. Вы, видимо, вышли не из центрального входа, а из северного. Иначе сразу бы наткнулись на столовую. – Его голос звучал почти спокойно, но я опытным ухом улавливала в нем хрипловатые модуляции взаимодействия его и моей сил. К чести василиска надо сказать, что он не поплыл. Хотя и задышал чуть быстрее. Но это, может, от прыжка. А еще этот мальчишка и не думал спускать меня на землю, так и держал одной рукой, а второй указывал на разные здания. И потом пошел куда-то, неся меня на локте, словно ребенка.

## Глава 6

Дейлен

– Что ж, теперь пошли в мою комнату. Там еще остался твой экземпляр карты и свода правил. – Я прижал птицу поближе к груди, чтобы не сбежала со страху, и активировал легкий шаг.

Обычно девушки очень благосклонно реагируют на прогулку по воздуху, но кто ее знает. Судя по первой реакции, мне придется совращать ребенка. Маленького, пусть и в созревшем теле. Созревшем же? Не разберешь под этим платьем… тьфу. Аж тошно. Куклу ей, что ли, дать? Или конфету на палочке? Конфета у меня в комнате есть.

Гниль знает что! Наш патриарх вообще видел эту курицу? Это же натурально не взрослая птица, а цыпленок! Маленький, пушистый и в чем-то даже умильный. На нее действительно не тянет гаркнуть, но и другого ничего тоже… не тянет. А точнее, не встанет.

И как мне исполнять волю главы? Ладно, не то чтобы я собирался сильно стараться. Зато будет еще одно оправдание. Вполне обоснованное. Хотя с моих родственников станется прислать мне афродизиака, лишь бы все вышло по их желанию.

– Я могу и здесь подождать, – тоненьким и тихим голосом напомнила птичка, осторожно ерзая и вроде бы пытаясь как-то поудобнее устроиться на моем локте. – Необязательно нести меня в комнату и обратно.

– Боюсь, сожрут, – абсолютно серьезно сказал я. – Прошлой ночью из загонов кто-то по пьяни ездовых гончих выпустил. До сих пор ловим, – слегка приукрасил я действительность.

– Здешние гончие – это живые собаки? – уточнила курочка. – Или дымные?

Хм, чему-то ее в клане все же научили, раз задает правильные вопросы.

– В академии слишком много клановых псовых, чтобы держать обычных. Оскорбятся. Они это любят. Поэтому используем дымных, а ты, как первачок, еще не получила регистрационного браслета. Тебя могут принять за добычу или чужого.

Курочка вздохнула и кивнула. О чем она думала – понять невозможно, сосредоточенное кукольное личико ничего не выражало, кроме этой самой сосредоточенности.

Короче говоря, принес я ее в комнату. Посадил прямиком на свою кровать, прямо в центр незаправленного одеяла. Все в соответствии с инструкциями патриарха. Да. А дальше-то что?!

А! Конфета! Где-то в ящике манульего стола точно была конфета.

Я стремительно пересек комнату и выдвинул ящик. М-да…

Хлопнула дверь.

– Дейл, долго ты еще?! Поймал ку… ка… Какая прелесть!

Последнюю фразу произнесли два голоса одновременно. Я даже обернуться не успел, чтобы гаркнуть на друга или предупредить его. Когда наконец рассмотрел происходящее, было поздно. Потому что образ силы манула тискал образ силы цыпленка за шелковый хохолок на голове, а цыпленок, в свою очередь, трепыхал крылышками и пытался дотянуться до пушистых кошачьих ушей.

Повезло, что они в человеческом облике тискаться не начали. Точнее, что я успел это безобразие пресечь, выхватив курицу из-под носа у кота.

– Вы что, дикие предки, творите?! Тайгри! – рявкнул я так, что с одного из светильников упал осветительный кристалл.

– Цыпленочек! – умиленно всхлипнул мой друг, начиная кружить по комнате с таким расчетом, чтобы незаметно подобраться поближе.

– К-котик! К-как мне не хватало котиков! – радостно ответила ему наследница крокодилов. – Одна чешуя вокруг!

– Что за бедлам тут творится? – произнес я вслух, подхватывая с постели одеяла и буквально пеленая в них курицу. Что-то определенно было не так. Не мог манул столь резко сойти с ума. Да и птица. Они буквально в секунду воспылали друг к другу любовью. Заклинание? Зелье? Родственники действительно подсунули что-то привораживающее, но оно сработало криво?

Хотя, если присмотреться… пьяной Адэрин не выглядела, в отличие от друга, которого словно шерстяной дубинкой по голове треснули. Ей просто нравился кот. Не Тайгри, а именно его кот.

А вот с манулом точно было что-то сильно не так. С каких пор мой непоседливый, вредный и довольно едкий дружок пускает слюни на цыплят? Он же полчаса назад как мог изгалялся, придумывая разные обидные прозвища для глупых кур!

– Как сюзерен, приказываю тебе сидеть на месте и не двигаться! – прорычал я, чувствуя безумное беспокойство за разум друга. – Кажется, это ментальное воздействие. Я пойду и сообщу преподавателям о том, что кто-то воспользовался запрещенной магией.

– А я? – спросила птичка, высовывая нос из кокона одеял. – Тут останусь, что ли? Мне, вообще-то, на занятия надо.

– Тц, – недовольно дернул я подбородком. Курицу отпускать было нельзя. Оставлять ее наедине с манулом еще хуже! – Тебя я понесу, заодно тоже проверят. Тайгри, за мной. Идешь в трех шагах позади, и не дай дикие предки тебе рыпнуться лишний раз или мяукнуть!

Курица снова вздохнула. А потом вполне логично напомнила:

– Мы же сюда пришли за к-картой, браслетом и всем таким. Может, сразу и захватим? Чтобы два раза не вставать.

– Заткнись, идиотка тупая! – не выдержал я и таки вспылил. – Кто-то залез в мозги моего… вассала, за что ему грозит смертная казнь! Он, как и ты, пернатая дура, может умереть! А ты о карте и браслете думаешь?!

– Сам такой, – неожиданно спокойно ответила курица, даже не подумав ни испугаться, ни смутиться. – Ничего с твоим другом страшного не происходит. А мне надоело ездить на тебе туда-сюда.

– Это не тебе решать, пучок перьев. – Окончательно выйдя из себя, я перекинул девчонку через плечо хвостом кверху.

И тут же почувствовал два весьма острых локтя, которыми она уперлась мне в спину, снова устраиваясь поудобнее. Невероятно наглая курица! Ну или избалованная и глупая. Второе даже более вероятно. Она просто не подозревает, на кого пыталась кудахтать.

В таком странном порядке мы и двинулись из мужского общежития в кабинет ректора. И уже прошли полпути, когда гниль принесла на нашу тропу всех перваков разом во главе с преподавателем истинных обликов. Судя по их виду, группа была чем-то взволнована и кого-то искала.

Кого бы? Как будто я не догадался.

– Вот она! – разом заорали из толпы, после чего, распихивая однокурсников, к нам кинулись два крокодила и змей. – Адди! Где ты была?!

– Ездила за к-картой и браслетом, – совершенно невозмутимо отозвалась с моего плеча курица. – Познакомилась с кук-куратором, вот. Привет, ребята.

– Куда ездила?! На чем?! – почему-то больше всего волновался один из крокодилов.

– В к-комнату. На нем. – Меня потыкали пальцем в спину.

– Дейлен, объяснитесь. – У преподавателя был слегка взъерошенный и несколько утомленный вид. – Так это вы сорвали мне вводное занятие, похитив студентку? Зачем?!

– Я? Похитил? – Ко мне снова вернулась былая невозмутимость. Точнее, я был в ярости от абсурдности ситуации и искренне начинал ненавидеть маленькую курицу. – Вы сами-то поняли, в чем попытались меня обвинить? – За моей спиной медленно, но верно начал расти мой дух, показывая степень возмущения и тихой злости.

– Кхм, извините. – Поскольку я все еще крепко держал свою добычу, а она весьма разумно – чтоб ее! – не пыталась отбрыкиваться, то и отозвалась с моего плеча Адэрин Дон Энго. – Меня никто не похищал. Просто я заблудилась, потом встретила нашего кук-куратора с третьего курса, и он решил проводить меня к господину ректору.

Хм… Значит, писка с истерикой не будет? Жаловаться на неподобающее обращение никто не собирается? Рыдать? Звать братьев? Пользоваться тем, что мы попали в весьма неоднозначную ситуацию, внутри которой можно вовремя извернуться и устроить мне неприятности, заодно отвлекая внимание от ментальных неполадок? Хм…

– Проводить задом кверху? – скептически выдал третий из земноводных братьев, тот, что был змеем.

– Мы торопимся, – пояснила курица. – У нас к-котик заболел. Внезапно. А я летать не умею.

Тайгри за моей спиной сдавленно выругался. Но и только.

– Студент Майни заболел? – тут же вычленил главное преподаватель.

– Кажется, его кто-то ради шутки опоил приворотным. – Я не стал поднимать панику среди первокурсников заявлением о ментальной магии. – Начал признаваться студентке в любви, потом…

– Эй, вот этого не было! – взвыл друг, словно внезапно трезвея. – Какой еще любви?! Просто она такая пушистенькая! Мягонькая! И маленькая!

Я с некоторой оторопью смотрел, как все остальные студенты и преподаватель понимающе кивают коту.

– Ну, вы сами видите проблему, – буркнул уже неуверенно, обращаясь к преподавателю.

– Какую еще проблему? – Недовольный крокодил, тот, который бурый и с бронированными плитами на спине, подошел вплотную и протянул руки, явно требуя отдать ему сестру. – Наша Адди всем нравится. Только и всего.

– Серьезно? – У меня задергался глаз. – И вам не кажется это подозрительным?

– Леди Адэрин прошла проверку на ментальное воздействие еще вчера, – заметил преподаватель. – Если вы забыли, это стандартная процедура для поступающих, лорд Албаази. Можете отпустить девушку. Ваш друг явно не влюблен и не под ментальным принуждением.

– Но… – Я непроизвольно лишь сильнее сжал хватку вокруг добычи.

– Чего но-то? – На передний план выбрался более мелкий крокодил с узким и длинным рылом. – Сам вцепился как в родную маму и еще чего-то бухтит. Ты тоже чувствуешь ментальное воздействие?

– Да сдался мне ваш комок бесполезных перьев, – шепотом выдохнул я в сторону и раздраженно перекинул девицу в руки брата, будто мешок с поклажей.

– От к-комка чешуек с гребешком слышу, – так же шепотом отозвалась нахальная девчонка уже на лету. Но таким тоном отозвалась, что я слегка запутался. Потому что в какой-то момент мне показалось, что в ее голосе прозвучало искреннее дружелюбие?

Нет. Невозможно. Я ведь прекрасно вижу, что эта курица буквально плавит остальным мозги. Значит, вся ее пушистость и невинность – не более чем игра на публику. И раз меня не задевает эта магия… мне и придется с этим разобраться. Но почему проверка артефактами не выявила ее воздействия на окружающих?! Почему никто из старшего поколения не замечает странностей?

Что ж, невестушка, я найду ответы. И возможно, мне самому придется повести тебя на эшафот, чтобы спасти дорогих мне людей.

## Глава 7

Адэрин

М-да… как хорошо, что меня еще дома триста тридцать три раза проверили на ментальную магию. И ничего не нашли, хотя искали о-о-очень придирчиво. С одной стороны, это запрещено законом, и можно схлопотать публичную казнь во славу всеобщей безопасности. С другой – если в клане есть персонаж, владеющий этим искусством, то его первым делом засекретят по уши, а вторым – будут выпускать на врагов и радоваться. Ведь менталист – это невероятное преимущество в войне родов.

Если бы у меня нашли хоть намек на эту конфетку с какашкой, наследницу клана сразу объявили бы умершей, а драгоценного цыпленка закрыли в подвале и тренировали до потери пульса.

Но у меня ничего такого и в помине нет. Так что, когда петушок – золотой гребешок всполошился, разозлился и поскакал, я даже не испугалась.

– Даже на пять минут тебя оставить нельзя. – Тимсаху нес меня на руках и бурчал. – Обязательно какой-нибудь козел прицепится! Медом у тебя подол намазан?

– При чем тут подол? – вздохнула я и погладила брата по длинным рыжеватым волосам. Они у него вились мелким бесом и стояли вокруг лица словно солнечные лучи или пух одуванчика. Ужасно мне нравилось запускать в эту гриву сразу обе руки. Нам обоим нравилось. – И это не козел, это петушок.

– Это василиск, – со своей обычной педантичностью поправил идущий рядом Матао.

– Огромный, вонючий и поганый, – тут же вставил словечко с другой стороны Сахлиэ.

– А почему вонючий? От него вполне приятно пахло, – не поняла я.

– Потому что огнем дышит. У него серой из клюва несет, – поморщился Тимсаху.

– Ты нюхал? Прям серой? – не сразу осознала я.

– Да, – коротко мотнул одуванчиком брат и больше ничего не стал объяснять. Снова взялся за предупреждения: – Адди. Это враг. Их клан очень давно мечтает подмять нас под себя.

– Да, Адди, ты должна держаться от него подальше! Этот чешуйчатый «петух» претендует на брак с тобой.

– Да-а-а? Хотя логично, конечно, я ж ку-курочка. Значит, нужен петух. И раз во мне к-кровь рептилий – он должен быть с чешуей.

Идущая чуть поодаль от нашей родственной компании соседка-гиена вдруг громко хмыкнула. И не сдержалась, влезла в чужой разговор:

– Да тебе хоть петух, хоть скворец. Где ты училась? Чей облик сильнее, такие и дети будут. В нашем клане всегда рождаются степные охотницы. А тебя как раз можно отдать любому, ты будешь рожать детей, похожих на мужа.

Она аж фыркнула то ли от презрения, то ли от возмущения. Все остальные студенты нашей группы прислушивались к разговору и перешептывались. Преподаватель не вмешивался, пока мы не миновали еще пару двориков и не добрались до большого здания с аудиториями.

– Живо все в кабинет. От вводной лекции остались рожки да ножки, но что-то повторить мы успеем. Раз вы такие умные и помните правила перекрестного размножения магических сил, сами мне и расскажете остальные подробности.

Больше ничего интересного не случилось до самого обеда. Потому что меня взяли в братскую коробочку и водили везде под плотным конвоем. Я не то чтобы была против, но, если так и дальше пойдет, взвою, пожалуй. Ребят надо отвлечь… Ага! Вот и он!

– Тин Дон Зульбефар. А я думала, ты только в следующем году поступишь! Иди сюда!

И радостно прыгнула навстречу чудному мальчику с огромными черными в золотую крапинку глазами. Божечки-кошечки, не ребенок, а сказка. Я его заранее готова обожать. Правда, есть проблема: он на год младше, на полголовы ниже и к тому же мой официальный жених.

Геккончик вздрогнул и глянул на меня весьма испуганно. Но за испугом в его глазах я разглядела еще что-то такое… такое. Ого! А он не прост, этот маленький и с виду совершенно безобидный малыш.

– Л-леди. – О, собрат по заиканию. Неужели бабка даже по таким критериям отбирала? – П-приветствую вас. Я старался и закончил домашнее обучение на год раньше, чтобы не оставлять мою л-леди в одиночестве…

И весьма благовоспитанно поклонился. А потом протянул руку, чтобы я могла на нее опереться.

Я так и сделала. Но при этом не сводила с мальчишки глаз. Чем дольше смотрела, тем он казался мне необычнее. Сладкий-сладкий, как шоколадная медалька. С горькой начинкой. Или мне кажется?

– Что, правда сам постарался? – прошептала я, наклоняясь к его уху.

– Чуть хвост не отвалился, – неожиданно сердитым шепотом ответил геккон, все еще мило улыбаясь. – Думал, до костей мне все седалище сдерут, чтобы уроки учил быстрее! А все благодаря вам… л-леди. Не могла еще годик дома посидеть?!

– О! – Я так обрадовалась, услышав вполне конструктивные, пусть и не слишком лестные слова. – Живой! Не к-кукла с портретов, не безвольный хвостик на поводочке! Я так рада!

– Сама такая… Я хоть не цыпленок, – огрызнулся мальчишка, но уже без прежней сердитости, пусть и достаточно едко. – Рада она. Меня бы кто спросил вообще, хочу ли я жениться на крокодиле?

– Ты уже определись, к-крокодил или цыпленок. – Я по-настоящему развеселилась.

– Ты – цыпленок, а женюсь я не на тебе, а на твоем клане и родовых дарах.

– Ничего, привыкнешь. Или не привыкнешь, меня вон тот петух отобьет, – попыталась я утешить жениха. И кивнула на очень вовремя мелькнувшего в конце коридора парня. Того самого, что с утра таскал меня на плече и очень сердился.

– Чего?! – Тин даже остановился. Да так резко, что и мне пришлось делать вид, что я споткнулась. – Ты что, серьезно? Решила сменить политику клана?!

– Ты меня видишь? Всерьез считаешь, что я могу что-то решать? Потому и говорю – «отобьет», а не «выберу».

Геккон впервые, как мне кажется, всерьез на меня посмотрел. Еще раз посмотрел. И еще. Потом усмехнулся, и я поразилась – словно в зеркало глянула. Такая же едкая кривая ухмылочка, как та, которую я вечно прячу от родни то за веером, то за воротником.

– М-да. Значит, мы в одной лодке? – спросил он секунду спустя. – Ну, попробуй потрепыхаться, курочка. Если ты и правда такая, как я думаю… то лучше действительно брать василиска. Сможешь влюбить в себя этого ящера – станешь свободной как минимум от политики твоей бабки. Но знай: на каждый хитрый хвост найдется свой зубастый рот. И в отличие от ящериц, твой не отваливается. Все перья могут повыдрать. Вместе с тем местом, откуда они растут. Но если получится… я найду, как извлечь из этого выгоду.

– Дружба? – Я протянула ему ладошку под локтем, так, чтобы никто не заметил.

– Для начала временный военный союз. А дальше посмотрим. – И он пожал мне руку.

## Глава 8

Дейлен

– Слушай, не могут же все вокруг ошибаться! Клан, профессора, разведка! Если все они сказали, что нет там ментальной магии, значит, ее и нет! – кружил вокруг меня Тайгри.

– Хоть ты помолчи, ко-о-отик, – протянул я на куриный манер. – Не хочу терять единственного друга.

– Да я как бы тоже против твоего помешательства, – всплеснул руками Тайгри, – тем более из-за цыпочки. Просто оставим ее в покое, она ж совсем еще ребенок.

– В академию детей не пускают, Тайгри. И скажи мне: с каких пор ты защищаешь членов враждебного твоему сюзерену клана? – Меня потряхивало от ненависти только от мыслей об этой курице. Почему даже мой лучший друг встал на сторону этой подушки с перьями?! Отвратительно.

– Ох, Дейлен, – начал было манул, но, наткнувшись на мой взгляд, тут же заткнулся.

– Тебе надо взять академ, – сказал я другу.

– Что?!

– Я говорю, ты возьмешь академический отпуск. По личным обстоятельствам. Извини, но я не вправе рисковать единственным человеком, которому доверяю. Клану сообщу сам. – Я потянулся за зеркалом связи.

– Дейлен! Ну не режь ты с плеча! Да я об этой… курице больше слова не скажу! Договорились? – Манул духовным хвостом спихнул со стола артефакт, и тот, кувыркнувшись, приземлился где-то в углу комнаты. Хорошо хоть, не разбился.

– Ты не подойдешь к первокурсникам ближе ста метров. – Когда Тайгри попытался возразить, я перебил его: – Обязанности куратора есть только у меня. Ничего, я смогу прожить пару часов в день без твоего пушистого присутствия.

– Я вообще не понимаю, с чего ты так психанул. – Друг ушел на свою кровать, уселся там, свернув ноги кренделем, и надулся, сделавшись и в человеческом облике жутко похожим на обиженного кота. – Кто тебе сказал, что я потерял контроль? Да, она очень миленькая, я ее с удовольствием потискал. Без малейшей неприличной мысли, между прочим! Но и только. Я больше ошалел от твоего взрыва.

– Ты уже его потерял. Полез тискать незнакомую девушку из чужого клана. Хочешь сказать, это для тебя нормально? – прошипел я.

– Дейл. – Кот вздохнул и сделал то, чего я больше всего терпеть не мог. Начал объяснять терпеливым тоном серьезного зануды: – Дейл, это курица. Я ее не зря за все места тискал. У нее там нигде, вот нигде нет сюрпризов. Просто пушистый цыпленок. Настолько… – он пощелкал пальцами, подбирая слово, – безобидная, что поневоле так и тянет хоть одну пушинку выдернуть. Ну или пожамкать. Ты сам ее первым делом на руки схватил, с чего бы, не задумывался? Думаешь, у тебя тоже мозг уплыл?

– Нет. Я инициировал тесный физический контакт на как можно более продолжительное время. В книгах написано, что тесные объятия, длящиеся более двадцати секунд, вызывают у женских особей необоснованное доверие к обнимающему, – ответил как по учебнику. – Если это еще и сопровождается ситуацией, похожей на спасение, то и вовсе начинается импринтинг. Так что я действовал по плану.

– И я по плану. Только по своему. Неужели ты думал, я позволю тебе подвергаться опасности в контакте с неизвестной девицей из враждебного клана? Я ее исследовал. И нашел всего лишь перышки. Даже сисек нет. Во всяком случае, таких, о которых стоило бы говорить.

– По-моему, ты мне сейчас врешь, – недовольно рыкнул я, но должен был признать, что меня слегка отпустило. Просто потому, что Тайгри не был похож на привороженного. Но это ничего не значит! – В любом случае. Близко не подходишь, понял? Иначе я лично организую твое возвращение в клан.

– Ладно, ладно… – вздохнул кот. – Ты лучше вот что скажи. Жениться все еще собираешься или окончательно передумал?

– В нынешнем состоянии я, скорее всего, сверну ей шею прямо на брачном ложе, – честно ответил я.

– Если ты скажешь нашему главе, что заподозрил в своей невесте скрытого менталиста, свадьба будет завтра, – серьезно выдал кот и прищурился. – Ты это понимаешь?

– Именно потому молчу. Я должен выставить ее ментальную магию на суд совета кланов раньше, чем эта новость дойдет до нашего главы.

– Угу. Молодец, – зло ухмыльнулся манул.

Я сразу не понял, чего это он, но через секунду дошло.

– Вот гниль!

– Именно. Ты уже проорал об этом на всю академию. Как думаешь, у главы нет тут своих соглядатаев? Я, конечно, могу приукрашивать записи, но вот такое уже не скроешь, – пожал плечами манул.

– И на всю академию преподаватели признали это бредом сумасшедшего. Можно развернуть ситуацию. Я не особо скрывал, что не хочу жениться на курице. Сможешь написать главе во время еженедельного отчета, что это была попытка дискредитировать дуру и сорвать свадьбу? Тебя все равно спросят именно об этом инциденте, и не ответить ничего ты не сможешь.

Да, увы. Одной9 из причин, почему Тайгри позволили стать моим другом, была функция надсмотрщика и шпиона. Просто честный мальчишка еще тогда, в детстве, рассказал мне все. И мы договорились вместе решать, о чем именно он будет докладывать главам наших кланов.

– Ну, можно попробовать. Хотя последствия даже представить не могу. Вряд ли неповиновение самого сильного из наследников просто проигнорируют.

– Гнилая курица! Вылупилась на мою голову… – Я зло выдохнул сквозь зубы. Приеду домой на каникулах – точно выволочки не миновать.

– Да ладно тебе. Ребенок как ребенок. Лучше вот что скажи. Ты, когда ее нес, о чем-нибудь думал? Ну… таком?

– Решил скормить ей твой запас сладостей. Чтобы помимо импринтинга выработался еще и условный рефлекс. Василиск равно что-то сладкое и хорошее.

– Дейлен, а ты не пробовал с живыми девочками общаться? Не с книжными? – В голосе Тайгри послышалась озабоченность.

– Где бы я их взял? – Мое ехидство вышло горьковатым.

– Ну да, нигде, – вынужден был признать друг. – Это меня отпускали бегать по ярмаркам, как менее ценного. Но понимаешь… насчет конфет и на ручки – это так не работает. Даже с маленькими девочками. Не говоря уже о взрослых девушках.

– То есть она у нас уже не цыпленок, а взрослая девушка. Определись.

– Она цыпленок по силам. Но если ты ее обрюхатишь – вполне родит, – пожал плечами манул. – Я хорошо ее просканировал. А вот она меня, кстати, просто тискала и искренне радовалась. В этом есть что-то… подкупающее.

– Хорошо. И что ты предлагаешь, если не условные рефлексы? Феромонами ее облить? Устроить драку с раздеванием? – Курица меня бесила. Ее вдруг стало слишком много в моей жизни.

– Для начала перестать на нее рычать и обзываться. Что она ответила, когда ты ее дурой назвал, перекинув через плечо? Я думал, надуется. Разорется.

– Я тоже думал. А она сказала «сам такой». И устроилась поудобнее. То ли правда недоразвитая, то ли привыкшая. Да, скорее всего, второе. Все-таки три брата, которые в разы сильнее ее.

– Ну так и пользуйся. Понаблюдай, как с ней обращаются братья. А потом подумаем, как переиначить это в ухаживания. Их-то она точно любит. И к тебе как минимум привяжется. Дальше дело техники. Вот тогда и конфеты, и на ручки – все пригодится. Песню можно будет ей спеть. Под окном помяукать. В смысле покукарекать.

– Что?! Кто тут кукарекает?! Да я сейчас тебе хвост оторву!

## Глава 9

Адэрин

– Вся проблема как раз в том, что нет у тебя никаких ментальных способностей, – хмуро сказал Сахлиэ, грея в руках чашку с напитком, больше всего похожим по вкусу на горячий шоколад. Только со стойким привкусом апельсиновой цедры. – А слухи обязательно пойдут. И это плохо. Василиски давят на бабушку, чтобы она расторгла помолвку с кланом Зульбефар и отдала тебя их младшему наследнику. Пока мы отбивались весьма успешно, отчего василиски злились только сильнее. Они давние наши соперники. Но теперь, когда официально все обвинения отклонены, все проверки пройдены, а подозрения и слухи остались… заполучить тебя будут пытаться не только эти петухи чешуйчатые. Ты это понимаешь?

– Ага. – Я коротко кивнула и откусила от сушеной колбасы. Это мы с братом так менялись. Он мне запретные для юных нежных леди перчено-копченые части пойманных в болотах тварей, а я ему шоколад, мармелад и прочие бабушкины леденцы.

– Что «ага», что «ага»? Ты думаешь, мы не видели, как ты на него смотрела! И сейчас вот все наши советы в одно ухо влетают, в другое вылетают! – рыкнул брат.

– На кого? На петушка? – Я хмыкнула. – Змееныш, вот здесь ты можешь не волноваться. Этот злой мальчик первым делом хотел меня стукнуть, потом нашпиговать конфетами по самую макушку, а потом снова стукнуть. Ни разу не привлекательное для меня поведение.

– Но удивительное, если честно. Последний, кто хотел тебя стукнуть, сейчас шлет тебе подарки каждый праздник после нескольких минут близкого общения. А этот… его как будто не проняло.

– Но конфеты он все же пообещал, значит, не все так плохо. – Я пожала плечами и с голодным урчанием принялась грызть свою колбасу дальше. – Стало быть, сильно стукать не будет. А остальное… главное, он вовсе не стремился меня потоптать, если ты понимаешь, о чем я.

– Кха! – возмущенно подавился шоколадом Сахлиэ.

И словно мне мало было забот – колотить брата между лопаток, с улицы вдруг донесся странный звук. Честно говоря, я сначала подумала, что кот подрался с петухом. Но очень быстро поняла: это такой оригинальный музыкальный инструмент. Который кто-то немилосердно истязает.

– Это что?! – выкашлял наконец брат, с ужасом косясь на окно. – Это василиск?! Поет тебе призывную песню?!

– Опомнись, змееныш. – Я хихикнула. – Это мужское общежитие. Чего бы василиску петь песню под вашими окнами? Скорее, это кто-то из поклонниц крокодилов и прочих рептилий.

– О нет! – По глазам Сахлиэ я поняла, что неожиданно угадала. – Только не это! Матао меня убьет!

– А ты-то при чем?

– Если эта ненормальная будет так шуметь каждую ночь, он с меня шкуру сдерет, не дожидаясь линьки! – Змея аж передернуло.

– А подробнее можно? – Кажется, сейчас я услышу умопомрачительную историю. Под колбаску в качестве закуски – самое то.

– Да куда подробнее-то? Ты с сестрой этой подробности в одной комнате живешь, не успела еще оценить? Причем тебе младшая сестра досталась, она, по слухам, самая мирная и милая в этой семейке!

– Так, погоди… это гиена? Старшая наследница клана саванных охотниц? А… что ей надо? – удивилась я, зажимая ухо от очередного певческого кульбита.

– Не догадываешься?! Как ты изящно только что выразилась, эта чокнутая желает меня потоптать!

– М-м-м… но погоди. Ты ведь не пойдешь в другой клан. Ты из основной линии. Бабушка не позволит тебе сменить главу.

– Именно! Так эта дура заявила, что согласна сама сменить клан!

– Э… но… она же наследница?

– Да. – Брат обреченно вздохнул. – Почти весь прошлый год она не давала мне прохода. Задирала, задирала, задирала… пока я не разозлился всерьез и…

– Ты?! Разозлился всерьез?!

Гениальная гиена, надо полагать. Сахлиэ у нас змей. Удав, если точнее. Спокойный, как… как удав, тут лучше сравнения и не подберешь. Очень доброжелательный и неконфликтный. Если его не доводить.

– За год постоянных приставаний можно достать даже меня. Так что я вызвал ее в круг и надрал хвост. С тех пор она сменила тактику.

– Ты. Надрал. Хвост. Гиене. Которая. Уже. На третьем курсе?!

– Ну да, и…

– И хотел, чтобы после этого она от тебя отстала?! Ты что, не мог поддаться?!

– Если бы она обнаружила поддавки, то мне стало бы еще хуже. А блефовать я не особо умею. Ну и выбесила она меня тогда знатно. Кто же знал, что эта дура такая чокнутая, что потечет от того, как я ей…

– Ли! Думай, что говоришь в присутствии сестры! – рявкнули вдруг от двери. Матао ворвался в комнату, злой, как крокодил. М-да… со сравнениями у меня сегодня банальненько. – И уйми уже свою ненормальную! Если бабушка узнает, какую кровь ты можешь привести в клан, ты окажешься женат и с детьми раньше, чем щелкнешь хвостом!

– Что-то мне кажется, что я не в академии, а на шоу «Давай поженимся», – буркнула я себе под нос и добавила уже громче: – Все только и говорят, что о парах да о женитьбе. Учиться когда?

– Ну, технически это одна из причин существования этого заведения. – В нашей комнате почти бесшумно для своих размеров появился Тимсаху. – Знакомство и сватовство.

Мы со змеенышем переглянулись и дружно скривились. У нас было примерно одинаковое отношение к гипотетическом браку – ну его на фиг, мы еще маленькие, нам рано. Только вот слушать наше мнение никто не собирался. И если я могла свести приставания кандидатов к леденцам и мягким пушистым крокодильчикам из местного плюша, то Сахлиэ повезло меньше. Его гиена умеет петь и играть на помеси петуха и кота. Ну, во всяком случае, думает, что умеет.

– Надо что-то делать. – Тимсаху страдальчески поковырял пальцем в ухе. – Какая упорная… девушка.

– Дура! – Сахлиэ подошел к окну, выдал в него эту характеристику и запустил куда-то в сторону звука подвернувшимся под руку учебником. – Пошла вон!

– Ах… – сказали внизу. – Спасибо, о змея моего сердца!

И стало тихо.

– Ты озверел? – через какое-то время мрачно осведомился Матао. – У нас завтра теория потоков первой парой. Как прикажешь готовиться, если ты запустил в свою поклонницу нашей общей методичкой?

– О, это те, что куратор выдавал? – заинтересовалась я. – И еще предупреждал не терять, потому что рукописная и одна на пятерых?

– От гиен одни проблемы, – тяжело выдохнул Сахлиэ. – Сестричка, ты же нас спасешь? Если я правильно понял, чешуйчатый огнедышащий петух приныкал тебе отдельную методичку.

– Правильно ты понял. – Я кивнула и улыбнулась. – Только вот одна маленькая неувязочка. Он мне ее так и не отдал.

## Глава 10

Дейлен

– И что мне теперь, под кровать прятаться от нее? – недовольно спросил манул. – Там твоя курочка за дверью.

Это он пояснил в ответ на мою недоуменно выгнутую бровь.

– Не неси чушь. Открой.

– Сам велел даже не смотреть на нее! Кстати, она не одна. С крокодилами. И змеей. И с соба… с гиеной! Ужас!

И манул на полном серьезе отскочил от двери прямо к своей кровати, словно и правда намеревался под нее спрятаться.

– Если там змей, то насчет гиены ты можешь не беспокоиться, – лениво усмехнулся я. – Этой конкретной гиене на тебя наплевать, она по чешуйчатому сохнет. Ты что, забыл прошлый год?

– И зачем они всей компанией притащились? – недовольно пробурчал Тайгри, расслабляясь немного.

– За методичкой. Я специально не отдал ее курице утром. Знал, что придет. Но вот что приведет с собой настолько… разношерстную и разночешуйчатую группу поддержки, я не ожидал.

Стук в дверь между тем повторился.

– Открой уже, – велел я другу.

– Сам открывай! Твоя курица. А мне сказано ее не трогать!

– Ты дверь открой, а не кур щупай. Я занят. – Даже не соврал. Действительно, выполнял одно из многочисленных дополнительных заданий, положенных мне по статусу как предполагаемому наследнику. – И скажи ей зайти. Одной. Если правда хочет свою книгу. Не намерен устраивать в комнате хаос.

Вообще-то я блефовал, потому что методичку надо было отдать. Но! Может быть, завтра. Или послезавтра. Или когда у меня будет время. Я ее выбил для курицы по собственной инициативе, просто потому, что, когда ее милые однокурсники разбивались на тройки и пятерки по интересам, цыпленок остался не у дел. Ее не вписали ни в одну компанию. Если бы не моя забота, пернатое недоразумение вообще осталось бы без некоторых учебников.

Правда, у нее были братья. Но крокодилы и змей уже входили в сработанную команду и затащить туда сестренку просто по родству не могли.

– Заодно проведем беседу с куратором. У нас ведь так и не вышло.

Манул нехотя поплелся к двери и принялся через нее о чем-то препираться с гостями. Я даже не прислушивался. Все просто. Хочет книгу – войдет. Не хочет – пусть убирается, мне спешить некуда. Я сижу, делами занимаюсь, и мне плевать на то, что у некоторых перваков эго так и прет. Мало я им вчера всыпал…

Правда, змея вот за хвост не оттаскал. Потому что тот, как всегда, не вмешивался. Вот казалось бы, все три твари одинаково хладнокровные. Однако тупорылый и длиннорылый заводятся с пол-оборота. Хвосты им драть – одно удовольствие. Но вот змей… его достать смогла только гиена. Один раз.

– Да ладно, не съест же он меня! – раздался звонкий голосок, прерывая мои мысли. Курица все же просочилась в комнату под рукой манула и на ходу успокаивала оставшихся в коридоре братьев. – Не съешь же?

– Было бы что жрать, – буркнул я и кивком указал на противоположный стул. – Садись.

– Вот и договорились. – Она с готовностью уселась куда сказано. – Сначала откармливаешь, потом посмотрим. Где мои конфеты? Ты обещал!

Краем глаза я с огромным неудовольствием отметил, как расплылся в дурацкой улыбке Тайгри. И как он полез в свой стол за леденцами. Нет, он не выглядел замороченным и больше не пытался тискать курицу, но что-то в его поведении меня все равно настораживало.

– Тайгри, иди погуляй. Дай сюда конфеты и иди… – я задумался на мгновение, – иди со змеем поговори.

– О чем?!

– О гиенах. Это у вас общее больное место, – с абсолютной серьезностью сказал я.

И опять про себя отметил, что курица – удивительно беспечная наглая девчонка. Которая к тому же поняла подоплеку моей шутки и едва сдерживала смех.

– Ваши конфеты, лорд, – недовольно буркнул манул, сунул мне в руки горсть пестрых бумажек и, вдохнув побольше воздуха, вышел за дверь. Откуда сразу раздалось недовольное крокодилье рычание. Видимо, братья курицы слишком опасались оставлять нас одних. Идиоты. Что я ей, по их мнению, сделаю, когда все братья за дверью караулят? Это надо быть тем еще любителем необычных и острых ощущений.

– Повезло тебе, – между тем вздохнул наш общий предмет беспокойства. – Но раз уж мы одни… давай хоть посекретничаем по-быстренькому, пока есть возможность.

– Что? – Я нахмурился.

– Ну, про то, как твой клан хочет тебя на мне женить. Тебе не кажется, что это не самая удачная идея? Ты, конечно, потрясающий парень, но… я еще маленькая! – И она сопроводила свои слова такой невинной улыбкой, что я снова почувствовал странное желание сунуть ей леденец между зубов и завернуть в одеяло. И отдать кому-нибудь, от греха подальше!

– Тебе восемнадцать, у некоторых в этом возрасте уже вторая кладка, – логично заметил я, стряхнув то самое ощущение, как воду с перьев. – Мало того, ты курица. Тебе подобные несутся постоянно. Так что можешь перестать строить из себя невинного ребенка, на меня не действует.

– Действует, еще как! – Она вдруг засмеялась. А я с некоторой оторопью понял, что все конфеты Тайгри перекочевали с моего стола ей в подол платья. Ах ты…

– Значит, ты не отрицаешь, что ментально воздействуешь на окружающих? – Я прищурился, и перо в моей руке застыло.

– Да при чем тут ментальность? – Она обреченно махнула рукой. – В том-то и дело, что даже намека нет. Но из-за твоих воплей теперь сплетни пойдут, и меня захочет украсть каждый мимокрокодил.

– Кто?! Братья?

– Да при чем тут… Просто каждый. И будет ждать от меня ментальных чудес. А их нет. Ну и придушат в конце концов как бесполезную. Может, лучше сразу отцепишься?

– И не подумаю. Твои проблемы. – Я снова продолжил писать задание. – Выходи за меня замуж, тогда это станет моей заботой. И красть уже точно никто не рискнет. Особенно из нашего клана.

– Понятно. – Она вздохнула. – Так просто не договоримся. Ну что ж… А книжку отдашь? Я за нее могу конфеты вернуть.

– Конфеты оставь себе. Книгу отдам. Но перед этим вот, заполни. – Я протянул ей пачку листов со специально составленной анкетой. Чуть позже практически такие же раздам и остальным. Но у курицы анкета чуть более подробная. Потому лучше, чтобы девушка заполнила ее сейчас. А я втихую потом уберу те пункты, что вписал по личной инициативе. Это несложно, если знать некоторые основы канцелярского дела. Там тоже своя «магия».

Курица послушно взяла бумаги и переданное ей перо. Пришлось отдать свое, чтобы не искать запасные. Из-за этого мне резко стало нечего делать. Пялиться на девушку и не подумал – все еще не понял, как действует эта ее способность по разжижению мозгов. Взгляд в глаза? Просто на тело? Может, запах? Надо в следующий раз при встрече зажечь очищающие благовония, нейтрализующие все примеси в воздухе.

Если все-таки окажется, что дело во взгляде, будет… занятно. Василискам ведь тоже в глаза не смотрят.

ДУН! ДУН! ДУН!

Грохот был такой силы, что содрогнулись стены, а курица с писком подскочила на стуле, растеряла листы анкеты и, еще раз отчаянно вскрикнув, прыгнула ко мне на колени, обняла обеими руками за шею и спрятала лицо у меня на груди.

Боевой облик магии вздыбился вокруг меня на одних инстинктах. Что, гниль возьми, происходит?! Нападение на академию?!

## Глава 11

Адэрин

Ай! Божечки-кошечки! Это еще что такое? За всю мою новую жизнь ничего подобного не происходило! С какой стати в город с неба кто-то так ломится, что защитный купол над столицей аж трещит?!

Об этом всем я подумала чуть позже, а сначала вцепилась в петуха и попыталась спрятаться под его крылом – чисто инстинктивно. Он сильный, он рядом – значит, прятаться надо в него!

– Не лезь под руку! Хочешь защиты – цепляйся за спину. Так я хотя бы смогу атаковать, если что, – зашипел на меня василиск. – Ты бы мне еще на голову залезла и глаза руками закрыла!

Ага, нашел дурочку. В смысле, я, может, и умная, но цыплячий инстинкт сильнее. Руки, сжатые вокруг шеи василиска, просто не расцеплялись – заклинило.

– Да что ж за… – выругался петух и попытался отодрать меня силой. Добился только того, что я запищала громче, вцепилась крепче, а дверь в комнату снесло под напором двух крокодилов и одного змея.

– Отпусти сестру! – хором заорали братья.

– Глаза протрите! – заорал в ответ разозленный до последней степени петушок. – Ей скажите, чтобы она меня отпустила! Что происходит вообще?!

А я шарфик. Просто белый пушистый шарфик. Повисла у него на шее и пыталась постепенно отдышаться. С неба все еще грохотало, стены все еще тряслись, парни вокруг все еще орали друг на друга. Но поскольку василиск понял всю бесперспективность перетягивания самого себя со мной, он перестал дергаться. И это как раз подействовало. Я потихоньку привыкла, что ли, к грохоту и звездецу вокруг, оторвала наконец лицо от его груди и оглянулась. Пискнула и очень шустро перепрыгнула с одного парня на другого – с василиска к змею.

– Предки! – выругался василиск, потирая шею и не скрывая облегченного вздоха. – Почему меня никто не предупредил, что эта курица может придушить раньше, чем ты поймешь, кто на тебя напрыгнул?! Тьфу… Берите ее и тащите в подземное укрытие! Себя тоже тащите! Нечего первокурсникам соваться… во что бы то ни было! По пути собирайте остальных студентов. Я же найду преподавателей.

– ВЕРНИТЕ СРЕДОТОЧИЕ! – Стены снова содрогнулись. Грохот и стук в небо прекратился, зато теперь мы все аж присели от громового рыка откуда-то сверху. – ИНАЧЕ МЫ УНИЧТОЖИМ ВАС!

И все стихло.

– Час от часу не легче, – поковырял пальцем в ухе Матао. – Что еще за средоточие? Кому вернуть?

– В убежище, я сказал! – Василиск рычал ничуть не хуже небесного громовещателя. – Надеюсь, никто из вас не думает, что может что-то противопоставить существу, способному на продолжительный массированный обстрел купола. Или группе таких существ.

– Не думает, – хмуро ответил Сахлиэ. Он был младшим из моих братьев, потому что вылупился позже всех. Но в критических ситуациях всегда командовал, а оба крокодила без слов подчинялись. – За мной. Сестру и другую девушку нужно сопроводить в безопасное место.

Я даже не сразу поняла, что за другая девушка. Совсем забыла про гиену. Честно говоря, думала, что она уже убежала воевать. Ну или вот прямо сейчас взвоет, обзовет всех нехорошими словами и поскачет.

Но нет. Почти мгновенно рослая девица с каштановой косой (старшая сестра моей соседки по комнате) оказалась рядом со змеем и заглянула ему в глаза с таким умильным выражением, что мне стало неловко.

Василиск же проводил нашу компанию задумчивым взглядом, все еще потирая шею, на которой я еще минуту назад висела. А потом, будто опомнившись, резко рванул вбок по коридору.

До убежища мы не дошли. Нас перехватили преподаватели и отправили по комнатам. По их словам, академии ничего не угрожало, основной звездец творился над домом совета кланов. Там даже защитный купол слегка просел. А мы вообще остались в стороне. Так что взрослые главы кланов сами разберутся с неизвестной угрозой, а дети должны учиться.

Угу… понятно.

– Книгу у василиска я так и не взяла, – вздохнула я, сползая с рук брата. – Пусти, я уже могу сама идти.

– Обойдешься пока без книги, – решительно мотнул головой Сахлиэ. – И мы обойдемся! – шикнул он на братьев, пытавшихся что-то сказать.

– Надо проводить ее в комнату, – хмуро кивнул Тимсаху. – Только вот проблема. Нас туда не пустят. Женское общежитие.

Сахлиэ так страдальчески сморщился, словно ему хвост прищемили. Потом погладил меня по волосам и посмотрел на гиену, так и крутившуюся неподалеку. Мы стояли в толпе других студентов, и старшая наследница клана саванных охотниц уже успела о чем-то поцапаться с младшей – моей соседкой.

– Я не хочу просить ее об одолжении. Она ж потом с меня не слезет, – едва слышно прошипел он.

– А придется, – подвел итог Матао. – Леди, можно вас? Мой брат хочет вам что-то сказать!

И быстро шепнул на ухо обозленному змею:

– Методичку еще обратно попроси! Иначе сестре придется просить василиска!

Гиена уставилась на Сахлиэ со всем вниманием. Будто бы в этом мире не существовало более никого другого. Ее младшая сестра злобно зафыркала и попыталась уйти, но была поймана за край плаща и резким рывком возвращена на место подле старшей. Зарычала от злости, словила затрещину (старшая двинула даже не глядя, а младшая не успела увернуться – крута-а-ая девушка старшая!).

– Ты… вы… уважаемая… – начал было змей, но тут в нас сбоку прилетело что-то. Точнее, кто-то.

– Дорогая! Ты в порядке? – Я пискнуть не успела, как меня схватил маленький глазастый жених. И прямо скосплеил мои собственные поползновения на василиска – обнял за шею и почти повис на мне.

– Чокнулся?! – шепотом спросила я, пытаясь не выронить и без того огромные глазки на пол.

– Сама такая! Делай вид, что так и надо! – злобненько зашипел мне в ухо мелкий ящер. – Если не хочешь стать жабой, которая высиживает василисковые яйца!

– Х-хи… – поняла я и послушно обняла геккона за талию. Как-то двусмысленно это прозвучало. Или одна я такая пошлая?

– Я вижу, с вами все в порядке. Тем не менее напомню, что вы должны мне анкету, леди Дон Энго, – раздался прямо над головой холодный голос Дейлена Албаази. – Методичку можете забирать прямо сейчас. – И шлепнул книжкой мне прямо по макушке. Не сильно, не больно, но обидно, блин! – Но ко мне за анкетой зайдете завтра, во время длинного перерыва. Одна! Без группы поддержки. Второй раз вставлять новую дверь в свою комнату я не намерен.

– Ты! – начал было брат, но тут же был перебит.

– Пока синяки от нашего общения только на моей шее. – Василиск явно был на что-то зол.

## Глава 12

Дейлен

– Совет кланов выберет себе другую резиденцию. – Глава клана василисков внимательно всмотрелся в лица племянников и внуков. На мне его взгляд задержался особо. – Подробности, впрочем, вам знать необязательно. Старшие сами разберутся, что произошло и как этому противостоять. Ваше дело – продолжать выполнять задания, выданные раньше. В частности, я говорю о тебе, Дейлен.

Я кисло ухмыльнулся. Про себя, естественно. Мало того, что у меня в клане репутация безэмоционального полена и я намерен ее поддерживать. Еще и дерзить главе даже мимически – ищите другого дурака. Так можно не только курицу в жены получить, но и кого похуже.

– В нынешних условиях нестабильности нам лучше избавиться от всех потенциальных соперников за земли и прочие ресурсы. Проливать кровь, как и любые разумные существа, мы не хотим. А потому выбор лишь один – поглотить нестабильные элементы. Потому я очень на тебя надеюсь, внук.

– Как угодно главе клана. – Я почтительно склонил голову, но мысленно выматерился самыми грязными словами.

Глава прав. Но как же обидно быть тем камнем, который укладывают в фундамент благополучия клана, не особо интересуясь его, камня, планами и желаниями… Да еще эта курица. Она порождает во мне странный коктейль эмоций. Я одновременно хочу ее придушить и погладить по пушистому хохолку.

Наверное, это и есть подростковые гормоны? Или нет. Во всяком случае, спать с ней я по-прежнему не испытываю ни малейшего желания.

– Дейлен, – остановил меня в дверях голос деда, когда всех нас уже отпустили и мы по очереди покидали зал собраний согласно рангам. – Останься. У меня к тебе еще один разговор.

По спине пробежал холодок. Ничего хорошего отдельный разговор с главой клана василисков мне не сулил.

– Он касается официального жениха твоей будущей невесты. Тин Дон Зульбефар – это твоя проблема.

– Вы хотите, чтобы я… пустил кровь? – вопрос был задан абсолютно спокойно, хотя все внутри меня съежилось в ожидании ответа. Одно дело – убивать в бою врагов, спасая свою жизнь. И совсем другое – невинного ящеренка, за которого все решили родители. Впрочем, как и за меня.

– Ни в коем случае. Твоя задача – сделать этого мальчика своим союзником.

– Это как?! – От потрясения я даже забыл субординацию и уставился на деда во все глаза. Но тут же привычно опустил ресницы. У нас, василисков, основная сила именно в зрачках. Потому прямой и продолжительный взгляд расценивается как вызов.

– Не знаю. На то ты и наследник, чтобы уметь думать своей головой. Знай только, что мальчик далеко не так прост, как принято считать среди неосведомленных личностей. Но в то же время он всего лишь геккон. А гекконы всегда искали себе сильного покровителя. Но они прекрасно умеют отбрасывать хвост в случае опасности и вовремя переметнуться на другую сторону. Сейчас они под крылом у водных ящеров, и их все устраивает. Потому и дали согласие на этот брак. Твоя задача – внушить их наследнику, что василиски гораздо более выгодные и сильные покровители.

– Я понял. – Задачку мне подкинули ту еще. Но в этот раз хотя бы обозначили направление. Уже хорошо. – С вашего позволения, глава.

– Иди. – Дед повелительно махнул призрачным хвостом. Его магический облик все время собрания возвышался над креслом до самого потолка и тоже, казалось, внимательно слушал, что говорит его человеческая часть. А также следил за всеми нами налитым силой глазом, лишь едва-едва поводя чешуйчатыми крыльями. Я сам василиск не из слабых и горжусь своим магическим обликом. Но даже мне было немного не по себе под этим взглядом. Очень уж он давил.

– Уф-ф-ф! – Тайгри выпрыгнул мне навстречу из-за угла, когда я уже шел к выходу из клановой резиденции, чтобы сесть в экипаж и отправиться обратно в академию. – Друг! Живой! Какое счастье! Я уж думал, все, не выпустят нас отсюда с целой шкурой… Побежали быстрее! Я тебе такое расскажу!

– Куда побежали? Нас ждет транспорт, – все еще абсолютно безэмоционально спросил я.

На манула будто ведро холодной воды вылили. Сначала он вытаращился на меня, а его магический облик прижал уши и вздыбил шерсть на загривке. Потом выдохнул и поник.

– Ой, забыл, где мы, – произнес он шепотом. – Только не говори, что у меня за спиной кто-то из старших родственников.

– А? Нет… Просто меня снова нагрузили заданиями из серии «как это провернуть, мы не знаем, но ты должен это сделать», – покачал головой я.

– В первый раз, что ли? – пожал плечами неунывающий Тайгри. – Пошли в карету. Хоть она и клановая, хоть и с сопровождением, но все равно дышится немного легче. И поговорить можно.

– Пошли, – не стал я больше рисковать и стоять посреди коридора. Мало ли кого могло пронести мимо. Не хотелось бы в очередной раз отмазывать друга – я уже почти все уловки использовал, а новых еще не придумал.

Вопреки собственному же заявлению, до самой академии Тайгри молчал. Смотрел в окно, мурлыкал что-то себе под нос и время от времени так на меня косился, что мне поневоле стало любопытно, что же такое он собирается мне рассказать. Неужели пикантные куриные подробности? Ох… нет, только не это. От одной мысли передергивает.

И это, кстати, тоже странно. Если смотреть чисто объективно, воспринимая ее лишь как бездушную картинку, ничто не должно меня отталкивать. Несмотря на детскую кругловатую мордашку, наивные глаза, маленький рост и общую субтильность, эта девушка вполне взрослая. У нее даже грудь есть, пусть и не особо выделяющаяся на общем фоне. Почему же меня трясет от отвращения, словно кто-то вынуждает спать с ребенком? И это при том, что сама курочка, если не воспринимать ее как сексуальный объект, вовсе не вызывает отторжения. Ее было приятно держать на руках. Даже удушающий захват в исполнении цыпленка ощущался хотя и бесящим, но скорее забавным, чем неприятным. Наверное, такие чувства можно испытывать к младшим сестрам. Но это лишь предположение, потому как у меня их нет и быть не может. У василисков вообще не рождается девочек, мы всегда берем жен из других кланов.

Непонятно. Глава мне сегодня еще раз подтвердил, что никаких ментальных способностей за цыпочкой не замечено, об этом сказано и в официальных документах, и в донесениях шпионов из клана водных ящеров.

М-да… с этим тоже велено разбираться мне. Прекрасно. Великолепно!

– Так о чем ты хотел рассказать? – почти равнодушно переспросил я, когда мы уже вошли в комнату.

## Глава 13

Адэрин

– Бабушка. – Я утомленно прикрыла глаза ресницами, а братьев руками. – Во-первых, никто не пострадал. Во-вторых, где была я, а где дом советов. В-третьих, отдай уже ремень и не надо сердиться!

На этот раз унять разъяренную динозавриху удалось с большим трудом. У меня мимими-призма чуть не треснула. Очень уж глава клана рвалась всыпать ремня внукам. Причем на этот раз реально ни за что ни про что!

– Ты была в опасности. – Большая ящерица все еще шипела, но ремень все же убрала. Правда, я так и не поняла, куда она его сунула, под юбку, что ли. – И эти трое…

– Эти трое сделали все, что могли! К-к тому же не пустили меня нику-куда. – Я обиженно выпятила нижнюю губу, хотя про себя, естественно, никакой обиды не чувствовала. Да никуда и не рвалась. Но это не отменяет факта: не пустили же? Не пустили. – Давайте уже пойдем по домам и отдохнем. Мы все же в академии, надо вести себя прилично, верно, бабушка?

Уф-ф-ф… Еле спровадили мы всем кагалом старую крокодилицу. Чего она переполошилась-то? Примчалась с выпученными глазами, словно неизвестный хулиган с небес не какое-то свое средоточие искал… или что там? сердце? печень? Короче, будто он меня лично требовал.

– Я думаю, мы потом еще вернемся к этому разговору. Глава наверняка это просто так не оставит, – вздохнул Тимсаху. Даже его крокодил и тот выглядел каким-то серым и поникшим.

– Но я честно не знаю, как еще можно оградить сестренку. Разве что действительно запереть. Но это будет неправильно. В первую очередь по отношению к Адди, – отозвался Матао.

– Не надо меня ограждать. – Я вздохнула. Мы как раз подошли к двери комнаты братьев. Слава всем местным предкам, гиен мы потеряли еще до того, как нашли бабушку. Так что теперь могли остаться только в своей компании. – Мне больше интересно, к-кто же это долбился в к-купол и что ему было нужно.

– Тебя не должно это волновать. – Сахлиэ открыл дверь своей комнаты и чуть подтолкнул меня внутрь.

– Здрасьте, приехали! – В комнату я зашла, но на пороге развернулась и возмущенно уперла руки в боки. Да, я знаю, что в такой позе выгляжу даже смешнее, чем мой магический облик. Который поднимает дыбом шелковый пух над клювом и старательно пыжится. – Если этот гад сломает город, мне тоже солоно придется!

– И что изменится от того, что ты, допустим, узнаешь его звериный облик или имя? Пойдешь его останавливать, что ли? Не смеши нашу чешую, сестренка. Для тебя это абсолютно бесполезная информация, – хмыкнул Тим и пошел разбирать завал из книг и тетрадей на письменном столе.

– А мне не нравится, как всполошилась бабушка, – задумчиво выдал Матао, усаживаясь на свою кровать и тут же затаскивая меня к себе на колени. Когда братья нервничали, они уже давно и почти рефлекторно тянулись ко мне. Тискали, обнимали и этим успокаивались. Я никогда не сопротивлялась, мне даже приятно было. – У нее какое-то странное выражение глаз было. Словно она знает нечто, нам неизвестное. И связанное с Адди.

– Ну уж точно не о том, что я и есть чужое средоточие. Я наше, очень даже родное. – Погладив брата по голове и устроившись поудобнее, я стала вытряхивать из карманов весь собранный за день улов. Всеобщее желание пичкать меня конфетами работало и в академии, хотя не в том объеме, что дома. Но выворачивать карманы в комнате братьев давно вошло в привычку.

– О, южный острый мармелад. Я такой только во время ярмарки видел. Где взяла? – оживился Сахлиэ.

– Не будь жадиной, Ли! – тут же спохватился Матао и потянулся прямо через меня за сластью.

– Отвали, Тао! – Змей шлепнул крокодила по руке. – Мое!

– Нет, мое! – Тим бросил наводить порядок на столе и живо сцапал часть конфет.

Вообще-то крокодилы не были такими уж сластенами, но если одному брату я даю конфет, то остальным обязательно тоже надо. Иначе нечестно, и ты любишь Ли больше всех!