Игорь Серафимович Вайcман
Отдам сердце только королеве!
(Достоверная история Константиныча, прозванного Антиказановой)
Роман

* * *

© И. Вайсман, текст, 2024

© Издательство «Четыре», 2024

* * *

Автор выражает благодарность библиографу Петру Фёдорову и литератору Александру Иликаеву за ценные замечания.

…на его могиле будет расти лопух,

ибо только это и является результатом жизни, только это, и ничто иное.

Евгений Попов, «Мастер Хаос»

Глава I
Городская достопримечательность

Вам знакомо имя Пётр Константинович Лопух? Нет?! Серьёзно?! Неужели ни разу не слышали? Вы, наверное, нездешний. Ведь у нас в Уфе об этом незаурядном человеке и его невероятных похождениях на любовном фронте наслышан каждый. Список его побед поражает воображение. Немногие наши земляки удостоились такой прижизненной славы.

Константиныч, как по-свойски привыкли называть его уфимцы, стал брендом нашего города. Юные фанаты и фанатки, создав фан-клуб Lopuch Ltd, без устали шлют петиции в мэрию, предлагая заменить гербовую куницу (которая давно не водится в здешних лесах) портретом своего кумира. А на доме обычной хрущёвки, где Константиныч прожил всю свою жизнь, поклонницы требуют установить мемориальную доску с барельефом. Наиболее же оголтелые фанатки расклеивают на столбах листовки с призывом: «Переименуем проспект никому теперь не нужного Октября в проспект П. К. Лопуха!» «Это, по крайней мере, будет патриотично», – доказывают они непатриотично настроенной городской администрации.

Среди уфимцев существует примета: если утром вы случайно встретите Константиныча, то в этот день ему не повезёт, а вам привалит удача. Он как бы заберёт ваши неудачи себе. Если же городская достопримечательность при этом будет ещё и с пустым ведром, вас ожидает счастье в объёме целого ведра.

При одном лишь упоминании имени нашего супергероя женщины, независимо от настроения, погоды и состояния здоровья, улыбаются. А мужчины сочиняют про него анекдоты. Конечно, из зависти. Родители же любят повторять своим малолетним мальчуганам: «Не будешь слушаться, станешь таким, как Константиныч!»

Впрочем, не всё так однозначно с нашим героем. Его жизнь изобилует белыми пятнами, представляя непочатый объём работы местным краеведам. Причём пятна эти особого рода. Если главной проблемой в составлении биографии знаменитости обычно является недостаток информации, то в случае с нашим героем всё с точностью до наоборот: информации с избытком, целая сотня пухлых папок в фан-клубе. Но как отличить правду от вымысла – вот в чём вопрос.

Давно замечено: любой человек, став мало-мальски известным, обрастает слухами, сплетнями и легендами. Но наш случай совершенно особый. Всё дело в том, что к популярности Константиныча приложила руку весьма незаурядная персона, которая, однако, не слишком-то заботилась о достоверности описываемых событий. В результате сложилась картина, где факты порой входят в явное противоречие и отыскать правду чрезвычайно сложно.

Без ложной скромности скажу: среди уфимских авторов я стал первым, кто поставил задачу написать правдивую историю жизни Константиныча. Коллеги отговаривали меня, утверждая, что такое совершенно невозможно. В самом деле, помучиться пришлось изрядно. Одних только свидетелей, с которыми довелось пообщаться, выведывая нужную информацию, набралось столько, что вспоминать страшно.

«Так поговорил бы с самим П. К. Лопухом, какие проблемы!» – воскликнет неискушённый читатель.

До такого я бы, конечно, и сам додумался. Да только у скромняги Константиныча много не выведаешь. Чтобы вы примерно представили, как выглядит беседа с ним, приведу типичный пример:

– Ну, что нового в твоей жизни?

– Ничего. Всё так же.

– Как мама? Не болеет?

– Нет.

– Я слышал, ты женился?

– Не-е-eт… – удивлённо вскинув брови.

– Мне аж три человека об этом сказали.

– Врут.

– Но, может быть, ты собирался жениться?

– Не собирался.

– Но почему?

Пожимает плечами…

– А на работе что нового?

– Ничего.

Ну, много вы узнали из такого интервью? Одно хорошо: Константиныч всегда говорит правду, поэтому после такого «содержательного» разговора можно смело отметать сплетни, не соответствующие его словам.

Вот с Вероникой Анатольевной (мамой нашего героя) было гораздо проще, она, что называется, за словом в карман не полезет. Но тут мешала субъективная материнская оценка происходящего. Многие события представлялись ей иначе, нежели объективным свидетелям. К тому же, обеспокоенная нездоровым интересом горожан к её единственному сыну, она с опаской раскрывала семейные тайны.

Однако не стану больше утомлять читателя и перейду к повествованию.

Глава II
Как Константиныч женился

Читатель наверняка решил, что герой нашей истории тот ещё повеса. Из тех, что имеют дюжину официальных жён и несчётное количество неофициальных. У которых детей тьма-тьмущая – от Калининграда до Курил.

Но не всё так просто. Что-что, а брачная жизнь нашего супермена – дело тёмное. Только с помощью самых ушлых краеведов мне удалось установить, что Пётр Константинович Лопух женился дважды. Оба раза во сне и неудачно.

При этом убеждённым холостяком он никогда не был. Жениться же в реальной жизни не удалось по причине, ярко и образно высказанной в фильме «Кавказская пленница»: «Имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но не имею желания».

Однако не привыкшие думать и анализировать земляки Константиныча до столь простого объяснения дойти не смогли и оттого замучили его бессовестными вопросами:

– Ты что, на самом деле никогда не женился?

– Да, – простодушно отвечал наш герой.

После чего выражения лиц спрашивающих моментально из дружеских становились серьёзными, и дальше разговор не клеился. Самые же бесцеремонные на этом не останавливались и без всякого зазрения совести, с вытаращенными от любопытства глазами вопрошали:

– А у тебя того… с этим всё в порядке?

При этом рот их самопроизвольно расплывался в улыбке, так как они предвкушали услышать нечто чрезвычайно приятное (у меня-то такой проблемы нет!).

– С головой у меня не в порядке, – самокритично бросал холостяк к великому разочарованию собеседника.

И вот как-то в одну прекрасную ночь… Хотя почему прекрасную? Скорее странную и необъяснимую. Итак, в ту ночь Константинычу, а тогда ещё студенту Башкирского государственного университета Петру Лопуху, приснилось, что он женился. Спит он, стало быть, и видит, что вместе с двумя своими cокурсниками, Осипом и Едрёней, обзавёлся второй половиной. Молодожёны сняли на всех трёхкомнатную квартиру, и каждой паре досталось по комнате. В этом сне наш герой обладал способностью видеть и слышать сквозь стены и потому мог в мельчайших подробностях наблюдать за супружеской жизнью коллег по счастью-несчастью, включая самые что ни на есть интимные детали.

Так вот, всё у Осипа и Едрёни было замечательно. Полная гармония во всём и счастья выше крыши. У него же – трагедия с драмой. Каким-то непостижимым образом его, величайшего в истории города эстета, угораздило жениться на серой мышке – невзрачной, худой башкирской девушке из глухого горного аула, жившей по обычаям предков. Мужа она почитала Господином всей жизни и смысл своего существования видела в том, чтобы безропотно его обслуживать. Едва Пётр приходил домой, супруга молча и моментально накрывала на стол. Затем убирала, мыла посуду и принималась осматривать одежду мужа: всё ли в порядке? Чистила костюм, гладила рубашку, драила обувь. Закончив работу, она садилась в угол и молча ждала распоряжений повелителя.

Когда наставало время отходить ко сну, жена так же молча разбирала постель, всегда свежую и чистую, раздевалась и с покорной готовностью ждала исполнения Господином супружеских обязанностей. Да только ни разу их не дождалась, ибо предаваться ласкам со столь непривлекательной особой было выше сил нашего эстета. Отвернувшись от супруги и слыша, какие сладкие вздохи издаются из соседних комнат, Константиныч думал, какой же он несчастный.

Когда утром мама разбудила его со словами «вставай, на занятия опоздаешь!», он сначала ничего не мог понять. Наконец до сознания дошло, что его брак был всего лишь сновидением, и тогда радости не было предела.

Этот сон оставил такой глубокий след в душе нашего героя, что запомнился на всю жизнь. «Как бы не свихнуться и не связать судьбу с такой вот особой!» – думал он. Кто-то посоветовал есть побольше рыбы, от неё, мол, голова всегда хорошо соображает. После чего рыба стала одним из главных блюд Петра.

Следующая «женитьба» произошла без малого через несколько десятков лет. На этот раз приснившаяся супруга была не чета первой. Ею стала Света, молодая красавица, на которой Константиныч и впрямь когда-то мечтал жениться. Однако вместо ожидаемого счастья без меры наш рыцарь погрузился в беспросветную тоску. Ибо сердце его к тому моменту, когда случился этот сон, благополучно перекочевало к другой красавице – Эвелине, которую он окрестил не иначе как Королевой.

И вот, женившись столь неожиданно, эстет и сердцеед пребывал в таком шоке, что не хотел идти домой, где ждала его молодая супруга. Убитый и раздавленный, он бесцельно нарезал круги по своему двору, хотя уже начинало темнеть и становилось прохладно. Тяжёлые раздумья погрузили новоиспечённого мужа в полную безысходность. «Что я наделал? Как мог совершить такую непростительную, ничем не оправданную и непонятно откуда взявшуюся глупость? Ведь моё сердце безраздельно принадлежит одной лишь Эвелине!»

Это была катастрофа. Родной с детства двор выглядел мрачно и зловеще. Грудь могучим прессом сдавил столб воздушного океана. Казалось, выдержать такое давление невозможно, и наш герой приготовился умереть. И тут от ужаса проснулся.

Когда же он пришёл в себя и понял, что всего лишь видел сон и на пути к Королеве никто не стоит, то почувствовал себя самым счастливым человеком в мире.

Глава III
Рыцарь Прекрасного Образа

Мигель де Сервантес при всём преклонении перед ним в одном всё же ошибся. Его Дон Кихот не был последним рыцарем в истории. Таковым воистину стал Пётр Лопух, и это подтвердит любой уфимец. Едва ли не каждый второй с удовольствием поведает вам о бесчисленных подвигах своего земляка, перед которыми свершения далёких предков покажутся детскими забавами.

Правда, на коне в доспехах наш герой не разъезжал, не сочинял баллад, не участвовал в рыцарских турнирах, но в остальном был рыцарем до мозга костей. Подобно своим средневековым коллегам, он посвятил жизнь целиком и без остатка служению Прекрасной Даме.

По правде говоря, таких дам в его жизни оказалось приличное количество, что, конечно, не согласуется с рыцарским уставом, но тут, пожалуй, виноват не столько он, сколько уфимские красавицы, славящиеся своей неповторимой индивидуальностью. Ну в самом деле, как перед такими устоять!

Нашего героя оправдывают и научные данные от психологов, о которых ничего не было известно в Средневековье. Так вот, согласно этим выводам, любовь в большинстве случаев длится не более полутора-двух лет. И если даже наука приняла сторону уфимского рыцаря, то, надеюсь, и читатели проявят к нему снисхождение.

А вот что без всяких сомнений причисляет нашего земляка к рыцарскому сословию, так это верность образу Прекрасной Дамы, которую он пронёс через всю свою жизнь. Властительница сердца, по его глубокому убеждению, должна быть писаной красавицей: высокой, стройной, с точёными ножками, длинной шеей, фактурной попой, бёдрами, грудью и ослепительно прекрасным лицом. Манекенщиц, мода на которых началась с последней четверти ХХ века и которых в народе прозвали вешалками, он недолюбливал, придерживаясь классических форм.

Мечта о Прекрасной Даме была столь сильна, что наш романтик часто принимал желаемое за действительное. При виде на улице метрах в пятидесяти симпатичной девушки его воображение автоматически преображало её в небесное создание. Когда же красавица приближалась, то оказывалась вовсе никакой не красавицей. «Померещилось!» – всякий раз думал он.

Когда Пётр окончил девятый класс, мама купила ему путёвку на турбазу. В первый же вечер он отправился на танцы. Осмотрев всех девушек, он приметил настоящую фею, после чего стал обдумывать план её завоевания.

Ведущий вечера проводил викторину. «Это шанс!» – решил наш герой. И надо же было такому случиться, что он, никогда не блиставший знаниями, выиграл. Ведущий громко объявил имя победителя и вручил ему пластмассовую статуэтку Салавата Юлаева.

И вот, прославившись на всю турбазу, супергерой пригласил свою избранницу на танец. Та отказываться не стала. Знакомство состоялось, и всё шло просто замечательно. Пётр проводил девушку до домика, в котором она поселилась, и всю ночь провёл в сладостных грёзах. Но когда на следующий день, начистив пёрышки, он явился к домику прелестницы, то его глаза отказались признать в радостно выпорхнувшей навстречу особе вчерашнюю фею. При ярком свете летнего дня она оказалась веснушчатой, с блёклыми бровями, почти бесцветными глазами и неровными зубами.

Однако образ дамы сердца для нашего героя не ограничивался одной лишь красивой внешностью. Вдобавок она должна быть умной и интересной собеседницей, с сильным характером и яркой, харизматичной индивидуальностью.

«Ничего себе загнул!» – воскликнут читатели, вспоминая о том, как многие поэты-романтики всю жизнь искали такой идеал, но не нашли никого, даже отдалённо его напоминающего. Ну что тут скажешь, на то он и Рыцарь Прекрасного Образа, чтобы из бездн пространства и времени извлекать самые драгоценные бриллианты.

Всё это пришло к Петру Лопуху не вдруг, с этим он, похоже, и пришёл на этот свет.

В раннем детстве он был похож больше на девочку, чем на мальчика. Тому способствовало и то, что мама не торопилась постригать красивые кудрявые волосы главной радости своей жизни.

– И как зовут нашу красавицу? – спрашивали её знакомые, а то и просто прохожие.

– Петя. Это вообще-то мальчик.

– Мальчик?!

– Да! – сияла мама.

– Не может быть! Ну-ка, докажи!

Иногда и впрямь приходилось доказывать.

Начав ходить в детский сад, будущий сердцеед сразу заявил о своих высоких эстетических претензиях. Он подружился с самой красивой девочкой в группе по имени Вика. Всех же остальных, в том числе мальчишек, надменно не замечал.

Это породило ответную реакцию: парочку стали дразнить «тили-тили тесто, жених и невеста!», что ни в коей мере не повлияло на отношения Пети и Вики. Они были выше презренной толпы.

Непохожестью на сверстников последний рыцарь в истории отличался и в школе. Вот весьма показательный случай.

На спортивной площадке у школы располагалась длинная скамейка. Как-то на перемене ребята Петиного класса уселись на неё как положено: плечо к плечу, лицом в одну сторону. В середине осталось место. Подходит наш герой и занимает его. Но садится задом наперёд!

– Лопух, всё у тебя не как у людей! – удивлялись одноклассники. – Обязательно нужно сесть по-другому!

Нашего рыцаря подобные замечания не трогали. Он и не замечал, что поступает не так, как другие.

И всё же он обладал одной способностью, которая привлекала к нему сверстников: умел смешно шевелить губами, собирая их в бантик в центре рта и затем шлёпая. Чем-то это напоминало открывающийся и закрывающийся птичий клюв. Поскольку такого номера не было ни в цирке, ни в кино, ученики приставали к Пете с неизменной просьбой: «Лопух, покажи маленький ротик! Ну покажи, Лопух, жалко, что ли!»

Наш герой не мог устоять перед столь настойчивыми просьбами, и вокруг тут же собиралась толпа зрителей. Все смеялись и пытались повторить. Но так эффектно ни у кого не получалось. Очевидно, губы Пети имели отличительные особенности.

Повзрослев, наш герой вместе с кудряшками утратил и детскую привлекательность. Что тому послужило причиной: то ли низкое качество отечественных витаминов, то ли неважная экология башкирской столицы, где при северном ветре всегда сильно пахло нефтью, хотя нефтеперерабатывающие заводы находятся на приличном расстоянии от района проживания нашего героя. Как бы то ни было, но из чудо-ребёнка он превратился в совершенно невзрачного мальчика, повторив с полной противоположностью судьбу андерсеновского гадкого утёнка. Про таких обычно говорят «мужчина без отличительных особенностей»: безликий, серый, незаметный. Если бы Константиныч был преступником, свидетелям его преступлений чрезвычайно сложно было бы его описать. Несомненно, он стал бы успешным преступником. Но им он не был.

Зато кондуктора в общественном транспорте нередко не замечали его, а сам он, летая по привычке в облаках, забывал обязанности пассажиров. Отчего так и ехал зайцем. Да что кондуктора! Даже грозные контролёры, подобно стервятникам, влетая в транспорт с выражением лица «ну, сейчас оштрафую!», тоже не замечали нашего безбилетника.

Но самый анекдотичный случай произошёл в читальном зале университетской библиотеки. Будучи студентом, накануне экзамена Лопух засиделся за учебником. Рабочий день подошёл к концу. Библиотекарь, осмотрев зал, его не заметила, закрыла дверь на ключ и ушла домой.

Студент хотел поинтересоваться, отчего погас свет. Глядь – никого нет и дверь закрыта. Сотовых телефонов тогда не было, поэтому ничего другого не оставалось, как просидеть в читальном зале до утра.

Мама Петра всю ночь места себе не находила. Сын всегда вовремя приходил домой, никогда не засиживался в молодёжных компаниях и вообще был смирнее библейского агнца. Она обзвонила все отделения милиции, все больницы, травмпункты и даже морг. Её тревога прояснилась только на следующий день по окончании экзамена: сын превзошёл все её представления о прилежности. Надо же, сутки просидел за учебником и сдал-таки экзамен! На твёрдую тройку!

Пётр заметно отличался от других и на коллективных фотографиях. Если все ребята смотрели в камеру, кто-то с интересом, кто-то с улыбкой, то он был отсутствующе задумчив, словно в тот момент находился совсем в другом месте, далеко-далеко, и место это не имело ничего общего с тем, где он в данный момент пребывал.

Когда же юный эстет видел красивую девочку, его взгляд становился напряжённо-восхищённым, и к нему добавлялся открытый рот. Красавицам это чаще всего не нравилось, фыркнув, они спешили отойти в сторону. Наиболее дерзкие бросали что-то вроде «чего вылупился?!» или «закрой рот, чудило!». После этакого «холодного душа» наш рыцарь с трудом приходил в себя. Всё-таки Сервантес был абсолютно прав: нелегко быть рыцарем среди непонимающих, чуждых людей.

Глава IV
Портрет яркой представительницы советской школы семейного воспитания

Читателей наверняка заинтересовало, в каких семьях рождаются столь незаурядные личности и что представляли из себя родители нашего героя. На сей счёт история сохранила информацию только о маме Петра. Кем был тот счастливец, которому удалось зачать уфимскую знаменитость, не удалось выяснить даже самым искушённым краеведам.

Итак, его мама Вероника Анатольевна была исключительно энергичной женщиной: инженером НИИ, профсоюзным активистом, членом родительского комитета школы, всеми уважаемой, всеми ценимой и прочее и прочее. Что же касается воспитания единственного отпрыска, отрады, надежды и счастья, то в этом она оказалась типичной представительницей советской школы, когда отцы полностью отстранялись от воспитательной функции либо их, отцов, и вовсе след простыл, а матери полагались не на выводы мудрейших представителей цивилизации и последние достижения педагогической науки, а на собственный опыт.

Этот опыт сводился к таким тезисам:

– У меня было невесёлое (голодное, холодное, нищее) детство. Но у моего чада так не будет! Я расшибусь, но достану ему всё!

– Я перестану себя уважать, если у моего ребёнка не будет чего-то, что есть у других детей. (Разумеется, речь шла отнюдь не о наполнении черепной коробки, а об игрушках, книжках, одежде, обуви, пище, школьных принадлежностях и далее в соответствии с потребностями возраста.)

– Мой ребёнок, сколько бы ему ни стукнуло, даже совершенно лысый или седой, со вставной челюстью и негнущимися коленками, останется ребёнком всегда! И пока я в состоянии хоть как-то передвигаться, он будет накормлен, одет, обут, обстиран, поглажен и т. д. и т. п.

Данная педагогическая система, выработанная по наитию, непонятным образом, без рекламы, интернета, лоббирования высоких инстанций и сотовой связи, покорила города и веси необъятной страны. Она творила чудеса. В стране повального дефицита люди умудрялись иметь всё необходимое и даже то, чего не следовало иметь. То, что находилось в их холодильниках, сервантах и шкафах, невозможно было увидеть на прилавках магазинов. Но становились ли от этого воспитаннее, умнее, просвещённее их дети? Таким вопросом советские матери почему-то не задавались.

Справедливости ради нужно сказать, что профессиональные педагоги не давали всех этих советов. Они доказывали, что суть воспитания заключается в привитии самостоятельности и ответственности перед собой, людьми и обществом. Но мамаши решили, что они лучше знают, как воспитывать: «Пусть эти педагоги своих детей так воспитывают! А это мой ребёнок, и я не позволю!.. Я сама знаю, что ему нужно!»

И такая педагогика победила. Преодолев толщу десятилетий и все перипетии эпохи, она успешно передалась современным российским женщинам. Страны давно нет, а советская система домашнего воспитания цветёт и благоухает. Её всходы дают богатый урожай: иному выпускнику школы обожающие родители дарят автомобиль. Но при этом такой выпускник не в состоянии один раз подтянуться на перекладине, ибо никогда не держал в руках чего-либо тяжелее пульта от телевизора. Он не знает, кто такой Сократ, никогда не читал Петрарку и понятия не имеет, чем отличается опера от оперетты.

Постсоветские мамаши подняли доставшуюся в наследство домашнюю педагогику на куда более высокий уровень. Прослышав о так называемом золотом миллиарде, который будет жить и процветать даже тогда, когда весь мир провалится в тартарары, они заявили: «Я лягу костьми, но мой ребёнок будет в этом миллиарде! Оставьте себе всяких там Пушкиных, Чайковских, Эйнштейнов. Мне дорог мой ребёнок, и он будет в золоте!»

Глава V
Начало славного пути

Детство нашего героя прошло на проспекте Октября, самой протяжённой улице города, в районе универмага «Уфа», где он жил со своей мамой в обычной пятиэтажке-хрущёвке.

Правда, самого универмага тогда и в помине не было. Как не было Южного автовокзала, улиц Рихарда Зорге, Братьев Кадомцевых, 50-летия СССР и нескольких кварталов жилых домов по левую сторону проспекта. На их месте располагался огромный пустырь, оставшийся от бывшего аэропорта.

Краеведы раскопали прелюбопытные факты. Оказывается, в доме, где Пётр вырос, возмужал и состарился, проживали ещё несколько неординарных личностей. Например, тренер волейбольного клуба «Урал» Валерий Багметов, директор городского Дворца культуры Борис Ларионов и известный на весь Ишимбай педагог Юрий Кузнецов. А также уважаемые судьи, следователи и сотрудники МВД. Сверх того, заслуженные деятели культуры и здравоохранения.

Кому-то может показаться, что автор пытается примазаться к знаменитостям, но факты – вещь упрямая, и они говорят: в этом доме с 1962 по 1967 год проживал и я сам.

Как могло случиться, что в неприметной хрущёвке на восемьдесят семей сосредоточилось столько неординарных личностей? На этот вопрос даёт ответ история. Известно, что главная магистраль башкирской столицы возникла на месте тракта, по которому лучший российский генофонд отправлялся в сибирскую ссылку. Данное обстоятельство имело мощный кумулятивный эффект в форме образования особого места силы.

Но это ещё не всё. Именно в районе проспекта Октября находили древние захоронения неизвестных истории народов. Их и сейчас много под толщей асфальта. Ненасытная утроба цивилизации поглотила многоликую историю, заменив её одинаковыми асфальтовыми дорогами, одинаковыми домами, тротуарами, клумбами, машинами, одинаковыми людьми с однообразными выражениями лиц и образом жизни.

Петина средняя школа № 27 на Высоковольтной улице решительно ничем не напоминала те образцовые учреждения, которые демонстрировало советское телевидение. Это было довоенное двухэтажное здание с полами из массивных, выкрашенных в коричневый цвет досок. С годами школа обросла не гармонирующими с ней пристроями. В результате здание приобрело вид буквы «Г».

Совсем непедагогично и неэкологично было строить школу в непосредственной близости от грузовой дороги, каковая и отличала улицу Высоковольтную. Несмолкаемый грохот ЗИЛов и ГАЗов сотрясал окна учебных классов. Учебники на партах подпрыгивали, указка и мел падали с доски.

Грузовики неслись с такой скоростью, что однажды насмерть задавили женщину прямо рядом со школой. Трагедия стала для учащихся событием дня: на перемене они чуть ли не всем составом вывалили на дорогу полюбоваться кровавым трупом. Попытки учителей воспрепятствовать этому не увенчались успехом.

Подобно многим великим людям, наш герой учился так себе, и это всегда было загадкой для учителей. Знатоки детской психологии, коими по долгу службы должны являться школьные учителя, привыкли считать отстающих детей средним арифметическим между количеством выпитой главой семейства «Московской» и внеурочными часами-выходами матери-крановщицы в ночную смену.

Но пример с учащимся Лопухом в данную схему не вписывался. Энергии Вероники Анатольевны, хоть и воспитывавшей сына в одиночку, с лихвой хватало не то что на одну семью, а на целый микрорайон воспитателей. Школьная форма её отпрыска – костюм мышиного цвета – была всегда выглажена, ботинки начищены до зеркального блеска. Особенным франтом наш герой смотрелся на фоне одноклассников из многодетных семей, которые вынуждены были донашивать старые мешковатые гимнастёрки с широкими кожаными ремнями.

Петя никогда не опаздывал, не пропускал уроков и поведением отличался тихим. Но вот что касается учёбы, да и жизни класса вне уроков, тут – полная пассивность.

Нередко, объясняя новый материал, учительница спрашивала Лопуха с места, желая проверить, всё ли он понял. Но тот молчал как рыба.

– Петя, ты вопрос слышал? Повтори, что я спросила?

Тишина.

– О чём я рассказывала?

Молчок.

– Ты что, на уроке ворон считаешь?

Класс смеётся, всем весело, а Петя недоумённо садится: какие вороны, если за окном на подоконнике сидели голуби?

«Может, он болеет чем-нибудь?» – недоумевали учителя.

«Странный мальчик», – такими словами закончила характеристику ученика Лопуха его классная руководительница.

Мнение учеников отличалось ненамного. Поскольку фамилия нашего героя относилась к числу говорящих, школьные товарищи, дававшие клички всем и вся, не стали особо заморачиваться: Лопух – он и есть Лопух.

Хотя, если быть точным, ударение в Петиной фамилии следовало делать на первый слог, что его мама неизменно подчёркивала. Но правильное произношение не прижилось, общество отвергло его. Только педантичная учительница русского языка по прозвищу Синий Чулок, единственная из всех, всегда чётко делала правильное ударение, но оказалась белой вороной. Ни коллеги, ни тем более ученики не последовали её почину. Возможно, потому что она надоела обитателям школы тем, что всем и вся, включая директора, постоянно делала замечания о том, как следует правильно произносить то или иное слово.

И всё же был у нашего героя любимый предмет – рисование. На этих уроках он ворон не считал и был сама прилежность. Правда, и тут отличался. Если мальчишки рисовали машины, самолёты и танки, а девочки – главным образом кукол, котят и цветы, то Петя – исключительно рыцарей, а иногда ещё рыцарские замки.

Когда это произошло в первый раз, учительница от неожиданности поставила ему пятёрку, а ученики изумились: «Во даёт Лопух!» Но затем привыкли к индивидуальной манере одноклассника. А к пятому классу стали донимать вопросами «Лопух, когда прискачешь в школу на коне в доспехах?» и «Лопух, когда пригласишь в свой рыцарский замок?».

То, что судьба уготовила нашему герою славу незаурядной личности, можно было заметить уже тогда.

Когда Петя учился в четвёртом классе, районный отдел образования устроил конкурс детского рисунка среди учащихся начальных классов. Вероника Анатольевна взялась за него с превеликим энтузиазмом и ежедневно контролировала сына, заставив его шесть раз переделать свою работу. Она специально купила листы ватмана и акварельные краски.

Техника работы с последними в начальных классах преподавалась неважно, в чём она скоро убедилась по мазне сына. Тогда заботливая мама не поленилась съездить в Республиканскую библиотеку, взять пособие по технике работы с акварельными красками для художественных школ, проштудировала его и растолковала сыну.

В результате столь напряжённого труда на свет родился подлинный шедевр. На целом ватманском листе был изображён, естественно, рыцарский замок, стоящий на холме. Его окружала крепостная стена, а в небо устремились башни и шпили с развевающимися знамёнами. По спущенному через ров мосту двигалась процессия рыцарей на конях со знамёнами и пышными перьями на шлемах.

В левом нижнем углу полотна, как положено, стояла подпись художника: «Петя Лопух, 1964 год».

Руководство, прежде чем отправить работы учеников в Отдел образования, решило провести отбор лучших внутри школы. Рисунки вывесили в одном из классов, освободив для этого его от парт.

Петина картина сразу привлекала внимание своими размерами и яркостью красок. Почти все рисунки были меньше в несколько раз. Многие были выполнены карандашами либо одним простым карандашом. Поэтому, когда специально созданная комиссия в составе учителей младших классов, старшей пионервожатой, учителя рисования и завуча по воспитательной работе вошла в класс, у всех непроизвольно вырвалось: «О-о-о!»

– Неужели это нарисовал ученик четвёртого класса? – дивилась комиссия.

– Да, – развеяла сомнения учительница Петиного класса. – Петя Лопух всегда рисует рыцарей и замки.

Так о нашем герое узнал весь педагогический коллектив школы. На Петю стали смотреть как на подающего большие надежды юного художника.

Однако конечный результат районного конкурса разочаровал. Высокая комиссия нашла в работе дарования из двадцать седьмой школы политические недочёты: «В Советском Союзе нет таких замков и рыцарей». Руководству школы было высказано замечание: «Недостаточно проводится работа по воспитанию социалистического реализма и местных национальных особенностей».

А первое место досталось также учащейся четвёртого класса тридцать девятой школы Динаре Мухаметкуловой, которая изобразила юных пионерок на фоне башкирской юрты.

Больше всех расстроилась Вероника Анатольевна. Напряжённый труд и долгие переживания пошли коту под хвост.

Глава VI
Первые шаги юного ловеласа

В пятом классе наш герой наконец дождался своей Прекрасной Дамы.

Как-то классная руководительница завела в класс новую ученицу. И тут произошло светопреставление. Юный Ромео словно увидел мечту тогдашних пацанов Анастасию Вертинскую, снявшуюся в двух культовых фильмах: «Человек-амфибия» и «Алые паруса».

Глядя на новенькую, даже у хулиганов пропадало желание сделать что-то предосудительное. В классе воцарилась тишина.

Что до Пети, то с этого момента его спокойной жизни пришёл конец. Если герой рассказа Николая Носова Витя Малеев в школе и дома мечтал получить пятёрку по математике, то идеей фикс юного влюблённого стало помочь новенькой нести портфель после уроков.

– Что это за девочка в вашем классе появилась? – спросила однажды Вероника Анатольевна. – Она прямо как солнышко всё вокруг освещает.

Сын густо покраснел.

– Как электрическая лампочка? Это Галька! – неожиданно резко ответил он, убоявшись, как бы мама не догадалась о его чувствах.

Новенькая оказалась круглой отличницей. Но посадили её не за первую парту, как, по обыкновению, самых успевающих учеников, а за предпоследнюю, на единственное свободное место.

За спиной у Гали оказались третьегодник по прозвищу Сом и его сосед Маленький Радик (наличествовал и Большой Радик, он сидел за первой партой). Сом был здоровенный детина, на целую голову выше одноклассников и на две головы – Маленького Радика, носившего говорящее прозвище Шакал Табаки. Он был главным пугалом всего класса, а с учителями его связывали особо доверительные отношения. Третьегодник мог в любой момент попроситься выйти из класса, чтобы вернуться пропахшим табаком.

Естественно, Сом, не будь дураком, не упустил неожиданного соседства с новенькой. И при каждом удобном случае выказывал неподдельный интерес, правда, по-своему, в примитивно-грубоватой форме.

А наш юный Ромео сидел за третьей партой, и, поскольку о красавице Гале он думал каждую секунду, его голова то и дело поворачивалась назад. Так что из сорока пяти минут, что длился урок, сорок он сидел затылком к учителям. Последние не оставались в долгу и лепили двойки как пирожки. – Ваш Петя совсем от рук отбился, – жаловалась классная Веронике Анатольевне. – Вместо того чтобы слушать урок, глазеет на оболтуса на последней парте. А из-за него, представьте, у одной учительницы инфаркт случился!

Но мама пылко влюблённого только руками разводила.

Мысли же сына были заняты исключительно Галей и тем, что бы такое сделать, чтобы с ней подружиться. В голову пришло только одно. Как-то Петя пришёл в класс раньше всех и сунул в парту красавице свою любимую книгу «Квентин Дорвард» Вальтера Скотта. Перед тем он пытался её подписать, но, нацарапав «Дорогой Гале», ощутил такую дрожь во всём теле, что больше ничего не придумал. А подписать и вовсе не решился.

Галя была немало озадачена неожиданным подарком и несколько дней пыталась определить дарителя. На Сома это было совсем непохоже. Она внимательно осмотрела всех мальчиков класса, делая про себя вывод: «Этот? Вряд ли». Но когда её взгляд остановился на человеке, рисующем рыцарей и замки, она призадумалась.

Однако наш герой сделал всё, чтобы избранная им Прекрасная Дама поскорее о нём забыла. Когда их взгляды соприкасались, Петя отворачивался как ошпаренный. И за всё время совместной учёбы ни разу не обмолвился с ней.

А соперник времени зря не терял. И однажды на уроке, в порыве ухаживаний, перешёл все границы дозволенного. Дёрнул прилежную ученицу не за одну косу, а сразу за обе.

Сердце Пети, наблюдавшего эту сцену, учащённо забилось. Желание наказать негодяя вступило в противоречие с могучим инстинктом самосохранения. И тогда благородного героя осенила мысль воспользоваться учебником Кольки Мотыги, сидевшего за соседней партой, в качестве боевого снаряда. Расчёт был прост: пусть Сом подумает, что Мотыга рехнулся.

Улучив удобный момент, когда весь класс, включая Сома, склонился над тетрадками, юный мститель прицельно направил Мотыгин учебник, угодив точно в цель.

– Вон из класса! – тут же отреагировал учитель.

Ничего не оставалось, как подчиниться. Но каков же был ужас Пети, когда следом за ним в коридор вывалилась жертва его атаки. Рядом с ним Сом казался настоящим Голиафом. Схватив здоровенной ручищей за горло рыцаря без страха и упрёка, главный классный монстр пробасил:

– Ты чего учебниками кидаешься? Ну-ка, пойдём в туалет, поговорим!

– Я не кидал учебник, – пропищал отважный мститель.

– А кто кинул?

– Я не знаю.

– А зачем ты вышел?

– Меня учитель выгнал.

– Выгнал? – Сом внимательно посмотрел на свою потенциальную жертву, прищурив глаза. – Ну ладно.

Громила вернулся в класс и на перемене провёл целое расследование. Но виновника так и не нашёл, несмотря на активную помощь Шакала Табаки.

Тот, потрясая учебником родной речи в качестве вещественной улики, подскакивал к каждому и орал в самое ухо: «Говори, гад! Твой?»

Когда очередь дошла до Кольки Мотыги, тот сделал круглые глаза и сказал, что сегодня вообще пришёл без учебника, потому что забыл его дома.

После уроков гроза класса собирался продолжить дознание, но ситуацию смягчила учительница географии, двумя фразами взорвавшая класс: «В некоторых водоёмах Башкирии обитает хищная рыба сом. Он опасен для маленьких детей».

Когда все разошлись, случайно проходя мимо открытой двери в класс, наш герой стал свидетелем завершения эпопеи со злополучным учебником. Колька Мотыга, крадучись, словно вор, схватил валявшуюся на полу «Родную речь» и торопливо засунул в свой ранец.

Больше наш рыцарь на такие поступки не отваживался, а приставания лютого врага к любимой девочке пришлось заглатывать наподобие горькой пилюли. Галя проучилась до конца учебного года и перевелась в другую школу.

Красноречивые взгляды её одноклассника и загадочный подарок не остались незамеченными. И, несмотря на то что юный воздыхатель так и не осмелился сказать ей хоть одно слово, Галя в последний день учёбы в школе № 27 сама подошла к нему, внимательно заглянула в глаза и сказала:

– До свидания, Петя! Счастливо тебе!

Глава VII
О том, как Лопух сел в лужу

В шестом классе сердце юного ловеласа отдыхало. Чего нельзя было сказать о глазах. Детские тела одноклассниц начинали приобретать женские формы, и не заметить это было сложно. Среди девочек выделялась Клара, обогнавшая сверстниц как по росту, так и по степени развитости женских прелестей.

Провидение подчас создаёт в людях совершенно невообразимые сочетания. Клара являла тому яркий пример: примерная девочка, круглая отличница, активистка, дисциплинированная, ответственная, аккуратистка, чистюля… И вот такую образцово-показательную школьницу Небеса наградили совершенно невероятной, роскошной грудью, в несколько раз превосходящей размерами таковую у ровесниц. Неудивительно, что Клара стала предметом притяжения школьников мужского пола. Однако её строгое поведение не давало никаких поводов для вольностей.

Однажды на физкультуре акселератка приняла такую позу, что толстяк по кличке Муха раскраснелся, словно обгорел на солнце, и, повернувшись к ребятам, выдохнул: «Вот это ляжки!»

Неудивительно, что Клара стала являться нашему герою во снах и грёзах. Нередко совсем без одежды. И если год назад он не мог оторвать взгляд от ангельского личика Гали, то в Кларе его восхищали места пониже. Но, как и раньше, до признания дело не дошло. Если не считать один случай.

Зимой во дворе школы соорудили большую горку, ставшую местом настоящего паломничества детворы. Как и подобает истинному рыцарю, Петя решил не отставать от товарищей и встал в длинную очередь желающих прокатиться. Двигалась она очень быстро, не то что в магазине за московской колбасой.

И надо же было такому случиться, что перед ним оказались три лихача, которые эффектно скатились, стоя на ногах, под одобряющие вопли публики. Лопуху и в голову не могло прийти такое ухарство. Но что ему было делать сейчас: скатиться на заднице, показав себя всей школе слабаком? Или отказаться от затеи? А сзади подталкивали:

– Ну, что застрял! С парашютом, что ли, прыгаешь!

Деваться было некуда. Что-что, но показать себя трусом рыцарю никак не позволительно. И вот он ступил на наклонный, скользкий спуск, широко расставил ноги, согнулся и напрягся что было сил. В ушах засвистело, секунда – и спуск преодолён! «Удалось! Не осрамился!» Дальше катиться по горизонтальной ледяной дорожке было значительно проще. Бравый супермен выпрямился, расправил плечи, гордо поднял голову и тут увидел разрумянившуюся на морозе Клару. Никак не ожидавшая от Лопуха такой доблести, она удивлённо смотрела на него, стоя в конце ледяной дорожки.

Пережитый страх и лавина адреналина так распёрли нашего ловеласа, что выбили привычные сомнения, как пробку из бутылки шампанского. Все его потаённые желания, словно освободившись от оков, разом выплеснулись наружу. Он с ходу схватил девицу за талию и крепко прижал к себе, ощутив даже через два зимних пальто пару будто накачанных волейбольных камер.

Длилось умопомрачение меньше мгновения. «Что я делаю?!» – мелькнула мысль и, устыдившись своего поступка, Лопух разжал объятия и бросился бежать прочь. Клара же ещё какое-то время стояла неподвижно, словно заворожённая.

Некоторое время она стала как-то по-другому смотреть на непутёвого одноклассника, но, поскольку своей страсти тот больше ничем не подтвердил, благополучно всё забыла.

А рыцарь Прекрасного Образа помнил всё. Однажды весной на уроке физкультуры, совершая по заданию учителя бег вокруг зала, он так засмотрелся на достоинства Клары, что со всего ходу налетел на Вовку по прозвищу Сова, который остановился, чтобы завязать шнурок на кедах. От удара Сова отлетел и врезался головой в штангу гандбольных ворот.

– Лоп-п-пух, уб-бью! – простонал Вовка, обхватив голову руками. – Ну всё, сег-годня после ур-роков набью тебе мор-р-рду.

Он начинал заикаться, когда волновался или гневался, чем особенно прославился на уроке геометрии, выступая у доски. И без того сложное в произношении слово «параллелограмм» Сова от волнения ещё больше усложнил: «пам-параллелограмм». Когда учительница вызвала его к доске, Вовка побледнел и был явно не в своей тарелке, хотя урок выучил. И всё из-за проклятого слова, которое (он печёнкой чувствовал) выговорить не сможет.

– Дан пам-параллелограмм, – собравшись с духом, выдал Сова, весь напрягшись и выпучив глаза.

– Параллелограмм, – поправила учительница.

Покраснев от натуги, Вовка выдохнул:

– Пам-пам-пграммм.

– Параллелограмм, – спокойно повторила учительница.

– Пам-пам-пар-граммм, – набрав полные лёгкие воздуха, ещё громче выдал Сова, вызвав хохот всего класса.

Красный как рак, с набухшими на шее венами, он стал героем дня. И вот сегодня судьба предоставила ему шанс отличиться в лучшую сторону.

Когда пылкий ценитель расцветающих девичьих форм возвращался домой, пострадавший поджидал его за углом школьного двора. Да не один. Десятка два пацанов из разных классов задержались в предвкушении душещипательного зрелища.

Сова показался ему выше и плечистее, чем представлялся до сих пор. Его глаза при виде Лопуха злорадно заискрились, решительность и беспощадность распирали всю его фигуру. Так римские гладиаторы смотрели на поверженного противника. У Пети резко изменилась температура тела и подскочило давление.

– Ты чего, Лопух, Сову чуть без головы не оставил? – полюбопытствовал долговязый Лёха по прозвищу Глист из восьмого «Б».

– Я нечаянно, – промямлил рыцарь без страха и упрёка.

– За нечаянно бьют отчаянно! Слышал об этом? – заметил Стасик Шнобель из параллельного класса.

– Да чего вы с ним цер-ремонит-тесь! – возмутился Сова. – Иди сюда! Щ-щас узнаешь, г-где раки зим-муют.

С этими словами он прицельно двинул обидчику кулаком в челюсть. Толпа одобряюще загоготала. Сова попытался нанести ещё один удар, но супермен отвернулся, наклонился вперёд и закрыл лицо руками. Увидев перед собой подставленный зад, Сова поменял решение и что есть силы пнул в столь удачно подвернувшуюся мишень. Лопух как стоял, так и свалился. Да прямо в находящуюся рядом грязную лужу.

То-то было радости! Ожидания зрителей оправдались на все сто. Потом они ещё долго с лошадиным ржанием вспоминали этот случай. Но самой пострадавшей стороной оказалась мама незадачливого сорванца Вероника Анатольевна. Ей пришлось бросить намеченные на вечер хлопоты и заняться стиркой.

Глава VIII
Надя и море слез

После первого романтического увлечения юного сердцееда прошло два года. И вот однажды, как это повелось, весной, он решил, что его сердце не может более простаивать. Тут же возник вопрос: кому его отдать? И ответ не заставил себя долго ждать. Разумеется, самой красивой девочке в классе. Петя посчитал, что это неожиданно похорошевшая Надя, сидевшая в соседнем ряду.

И на этот раз всё пошло по сценарию, отработанному в пятом классе. Уроки напролёт воздыхатель взирал на свою пассию влюблёнными глазами, молчал как рыба и мечтал о заоблачном счастье. Чтобы подойти к ней и поговорить – такое было совершенно невозможно. От одной лишь подобной мысли его начинало трясти, а сердце норовило выпрыгнуть из тела.

Одно новшество, правда, набирающий жизненный опыт соблазнитель внёс в свою тактику. Он решил покорить сердце юной красавицы хорошей успеваемостью. Стал проявлять никогда не свойственную ему активность и получать хорошие оценки. Будучи вялым и пассивным с первого дня пребывания в школе, он вдруг стал участвовать в классной жизни.

Всё это произвело сильнейшее впечатление, но не на Прекрасную Даму, а на классную руководительницу.

– Поделитесь секретом, как вам удалось так перевоспитать сына? – спросила она у Вероники Анатольевны.

– А я думала вас похвалить, – удивилась та. – Он стал так тщательно готовиться к школе. Каждый раз наглаживает костюм и до блеска начищает обувь.

– Ну надо же, какие чудеса происходят с возрастом! – всплеснула руками учительница.

На дивное преображение одноклассника обратила внимание и симпатичная девочка Людочка, обладавшая твёрдым характером. К ней проявляли интерес старшеклассники, к ровесникам же до сих пор она относилась с некоторым пренебрежением.

Однажды во время перемены, когда все выскочили из класса, а наш герой в гордом одиночестве повторял домашнее задание следующего урока, Людочка подошла к нему и сказала:

– Какой ты интересный стал, Петя, прямо как Муслим Магомаев!

Она сделала паузу, ожидая что-то услышать в ответ, но, так и не дождавшись, чётко и внятно, словно отвечая урок, произнесла:

– Ты мне нравишься!

И в ожидании последующей реакции внимательно посмотрела в глаза юного джентльмена. Но тот повёл себя совсем не по-джентльменски: не проронил ни слова и сделал вид, что изучает учебник.

– Ты мне нравишься! – повторила Людочка твёрдым и настойчивым голосом.

Тогда Петя встал, взял в руки учебник и, не глядя на бедную девочку, вышел из класса.

«Как она смеет такое мне говорить! – негодовало всё его нутро. – Моё сердце принадлежит только Наде!»

С того дня и до самого окончания школы Людочка к нему больше не подходила. А в жизни нашего героя это было первое и последнее признание в любви к нему.

Что же касается Нади, то на положительные изменения в своём однокласснике она никак не отреагировала. Расцвет внешней привлекательности не отразился на её легкомысленности. Училась она так себе и больше любила проводить время с подругами. Но пылкие взгляды юного Ромео она в конце концов заметила, как, впрочем, и другие ученики.

Один из них, боксёр и любимец половины классных девчонок Славка по прозвищу Пан Спортсмен, который относился к нашему герою вполне доброжелательно, решил принять участие в его сердечной драме.

– Ну и лопух же ты, Петька! – сказал Славка. – Чего ты всё пялишься на Надьку? Пригласил бы лучше в кино или цветы подарил.

– Ну да, ты что! – только и вымолвил воздыхатель, у которого от одной такой мысли душа ушла в пятки.

Приближался Новый год. Классная руководительница, посчитав, что дети уже достаточно взрослые, решила устроить праздничный вечер. Ребята сдвинули парты в угол классной комнаты, кто-то принёс проигрыватель, и посиделки закончились танцами. Но наш герой всё это время просидел в углу.

– Пригласи Надьку на танец, – предложил Славка. – Когда такой шанс ещё будет?

– Ты что, с ума сошёл?!

– Ну смотри, тогда я сам приглашу, – подзадорил Пан Спортсмен.

И, выдержав паузу, в самом деле пригласил! Надя не отказала «первому парню на деревне».

Реакция рыцаря без страха и упрёка была неожиданной. Он запрятался за поставленными друг на друга партами в углу класса и принялся реветь. Славка был немало озадачен и хотел было утешить влюблённого, но тот не стал с ним разговаривать. В душе его поселилась ненависть к приятелю.

И месть за предательство, осуществлённая, как всегда, в мечтах, была мгновенной и жестокой. Наш супермен вспомнил самые эффектные трюки Д'Артаньяна, но со своим, Славкиным и Надиным участием. Коварный Рошфор в образе Славки, как бабочка, булавкой был пригвождён к дереву. Мадам Бонасье с личиком Нади рукоплескала мужественному герою. А герой был само благородство, ну просто неотразим.

Глава IX
Тринадцатилетний герой телевидения

Если личная жизнь юного повесы не складывалась, то учителя и мама не могли нарадоваться его неожиданному преображению. Вероника Анатольевна сделала сыну поистине королевский подарок: купила телевизор.

«Тоже мне сюрприз!» – воскликнут и не к такому привыкшие наши избалованные молодые современники. Но это была середина шестидесятых годов ХХ века, когда то, что мы пренебрежительно называем ящиком, было для многих семей настоящим чудом цивилизации. Во всяком случае, на лестничной площадке, где жила семья Лопух, больше телевизора ни у кого не было. Поэтому соседи повадились ходить к обладателям диковины прогресса чуть ли не каждый день.

Предмет зависти отечественной марки «Рекорд» и в самом деле напоминал ящик, довольно громоздкий и очень тяжёлый, с совсем небольшим чёрно-белым экраном. Но для советских людей тех лет не было более притягательной вещи.

А что говорить о том, чтобы попасть на экран! Такое, по мнению народа, по силам только незаурядным личностям. И тут Небеса показали всему городу, что к таковым относится и наш герой.

Башкирская телекомпания тогда уже существовала, и вот однажды бригада телевизионных работников посетила среднюю школу № 27. Это было связано с её приближающимся тридцатипятилетием.

Как тогда было принято, тележурналисты беседовали исключительно с лучшими из лучших – учениками и учителями. Увидев на перемене отутюженного и по всем признакам образцового мальчика, они устремились к нему.

– Это ваш лучший ученик? – спросила журналистка у классной руководительницы.

– Вообще-то нет, но этот мальчик, Петя Лопух, в этом году до неузнаваемости преобразился. В лучшую сторону. Это мнение всего педагогического коллектива.

– Да? Интересно. Значит, тебя зовут Петя? – обратилась журналистка к нашему герою. – Давай, встань вот здесь возле маленького Ленина. Ну, по какому предмету ты больше всего успеваешь? – спросила теледама, сунув микрофон под нос оторопевшему мальчику.

Лопух удивлённо уставился на микрофон, словно не услышал вопроса. Тем не менее журналистка получила информацию в полном объёме и даже сверх того.

– Мы больше всего успеваем по истории, – прозвучал чёткий и громкий ответ. Это Вероника Анатольевна пришла на выручку сыну, отпросившись по такому случаю с работы.

– По истории? Интересно. А вы кем приходитесь мальчику?

– Я мама Пети. Вероника Анатольевна Лопух.

– Понятно. Ну а как ты готовишься к юбилею родной школы? – вновь обратилась корреспондентка к интервьюируемому.

– Мы готовим реферат, – отчеканила мама нашего героя.

– Да? Серьёзно? Прямо как взрослый. Ну а какой внеклассной работой ты занимаешься, Петя?

– Участвуем в сборе металлолома и макулатуры, – без малейшей паузы, словно зная вопросы заранее, выдала Вероника Анатольевна, – дежурим в классе по графику и собираемся принять участие в классной команде КВН.

– Поразительно! – удивилась журналистка. – Ну, Петя, мы желаем тебе…

– А ещё мы записались в изостудию и изготавливаем игрушечных рыцарей, – Веронику Анатольевну было уже не остановить. – Вот посмотрите.

С этими словами она извлекла из своей сумки Петины рисунки, изображавшие средневековые замки, и выполненного из пластилина и покрытого разноцветной фольгой рыцаря на коне с копьём и перьями, венчающими шлем.

Журналистка с опаской посмотрела на сумку Вероники Анатольевны и, быстро извинившись, переметнулась к старшеклассникам.

Когда же по телевизору показывали сюжет с интервью, мама «телезвезды» пригласила на просмотр чуть ли не весь подъезд. Соседям пришлось прихватить с собой стулья, поскольку их у Лопухов на всех не хватило.

Увы, хозяйку ждало разочарование. Её полностью вырезали, показав лишь Петю и классную руководительницу, когда та его представляла.

Соседям, однако, передача понравилась. «Какой молодец! В телевизор попал! Видать, далеко пойдёт…» – наперебой говорили они.

Глава X
Новый дом и новая пассия

Мне доподлинно неизвестно, как обстоит дело в других городах, но Уфа при жизни нашего героя активно застраивалась. Не было ни одного года без того, чтобы она не приросла дюжиной-другой зданий.

Окна квартиры, где жил Петя с мамой, выходили на большой частный сектор. Он простирался во все стороны до самого горизонта, где его сменял лес. Неподалёку гремела грузовиками улица Высоковольтная. И если бы не пятиэтажки, выстроившиеся в один ряд вдоль проспекта Октября, можно было подумать, что находишься в деревне. Во всяком случае, Пете, мечтающему о чём-то приятном, сидя на балконе, так и казалось. Открывающаяся с балкона панорама чудилась ему Цветочным городом, в котором жили коротышки из «Приключений Незнайки». А розовый домик справа – частью Розовой страны из «Волшебника Изумрудного города». Голубой домик слева словно был выдернут из «Приключений Чиполлино». А из оранжевого домика впереди, казалось, вот-вот выйдет Вини Пух. Летом дома утопали в зелени, отчего казались ещё сказочнее.

Когда же наш мечтатель учился в старших классах, возле его дома построили точно такую же пятиэтажку, закрывшую две трети панорамы. И этим её очевидный вред не ограничился. Поскольку новый дом был выполнен из светлого силикатного кирпича, пацаны тут же окрестили его Белым домом, и между ними и прибывшими ровесниками разгорелись кровопролитные войны, продолжавшиеся целых полтора года. Нашему рыцарю такое занятие пришлось не по душе, и, чтобы не стать нечаянной жертвой жарких битв, приходилось пореже высовываться из дома.

Однако когда Провидение что-то отнимает, другой рукой оно, как известно, что-то даёт. Иначе было бы совсем несправедливо. И именно в Белом доме поселилась очередная пассия нашего «ловеласа». Судьба сделала ещё больше: устроила вновь прибывшую красавицу в класс «великого соблазнителя», да вдобавок руками классной руководительницы усадила за соседнюю парту. Тут, как говорится, ничего другого не оставалось, как в очередной раз сдать своё сердце в аренду.

Этому поспособствовало и то, что прежняя владелица этого сердца, Надя, перевелась в другую школу. Новость не только огорчила пылкого влюблённого, но и самым наихудшим образом сказалась на его учёбе и поведении. Гладить костюм и чистить ботинки он перестал, учебники забросил. В довершение очередной метаморфозы к нему за парту посадили второгодника по прозвищу Хорёк, мысли которого были заняты всем чем угодно, только не учёбой.

«Вот что возраст с людьми делает!» – развела руками ничего не понимающая классная руководительница.

Как она ни старалась, но от прилежного мальчика и следа не осталось, он стал прежним Лопухом, даже ещё хуже.

Таня, как звали новенькую, была поинтереснее Нади: высокая, стройная, с чувственным ртом, тонкой талией и впечатляющей грудью. Её глаза обладали странным свойством: в помещении были зелёными, а на улице – светло-карими.

Оказавшись этакими двойными соседями, Петя и Таня после занятий частенько стали ходить домой вместе.

Неудачи прошлого года несколько ожесточили нашего героя, отчего свойственный ему раболепный трепет перед юными красавицами поубавился. Теперь он мог спокойно болтать с новой пассией и один раз даже побывал у неё дома. Вполне возможно, у него хватило бы духа пригласить Таню в кино или подарить цветы, да, на беду, она приглянулась и его заклятому врагу Славке. А у Пана Спортсмена сближение с прекрасной одноклассницей продвигалось значительно быстрее.

Тогда советские девчонки сходили с ума по испанскому эстрадному певцу Рафаэлю и в мгновение ока вспыхнувшей звезде – Валерию Ободзинскому. Таня попросила Петра достать ей фотографии кумиров. И он, записавшись в читальный зал городской библиотеки и перелопатив несколько стопок советских молодёжных журналов, с помощью лезвия тайком вырезал искомые портреты.

Но Славка и здесь его обошёл. Ему удалось разыскать журнал «Кругозор», где на гибких пластинках были записаны самые популярные песни обоих артистов. Это было чувствительное поражение. Судя по тому, что несколько раз наш незадачливый герой после уроков не дождался дамы сердца, её куда-то уводил соперник.

Ненависть к бывшему приятелю росла. И в своих героических фантазиях рыцарь без страха и упрёка не оставил от него камня на камне. А Таня разглядела своего настоящего принца.

Реальность же не хотела подчиняться фантазиям и развивалась по своему сценарию. К этому времени гроза класса Сом, получив свидетельство о восьмилетнем образовании, покинул школьные пенаты. А его верный Шакал Табаки, чтобы не простаивать почём зря, перешёл на службу к Пану Спортсмену.

Табаки жил в старом двухэтажном бараке, который вместе с сараями и другими надворными постройками располагался на том месте, где сейчас стоит торговый комплекс «СемьЯ», то есть как раз на пути следования Пети и Тани из школы. Как-то до ушей нашего ухажёра дошла отборная площадная брань в его адрес, доносившаяся со стороны барака. Повернув голову, он никого не увидел.

– Это Шакал Табаки, – подсказала Таня.

– А где он спрятался? – не понял Пётр.

– Да вон же, до окна пытается дотянуться.

Только тут Пётр увидел торчавшую из окна первого этажа макушку головы Шакала Табаки.

Неудивительно, что буквально на следующий день, когда согласно очереди по заведённым тогда порядкам Лопух должен был после уроков убирать класс, он получил записку от Мухи: «Сегодня мы будем тебя бить».

Муха был самым толстым учеником класса, но при этом отличался завидной энергичностью. Главным местом приложения его сил были отношения между одноклассниками. Поэтому ни один конфликт без Мухи не обходился. При этом он неизменно занимал сторону силы.

Когда класс опустел, а покоритель женских сердец взялся за швабру, вошли Пан Спортсмен и Муха. А Шакал Табаки остался в коридоре на шухере.

– Ты чего к Таньке пристаёшь? – без предисловий начал Славка.

– Я к ней не пристаю.

– Ах не пристаёшь! – взревел соперник и тут же обрушил на него град ударов.

Наш герой, закрыв голову руками, пропищал:

– Хватит. Мне убираться нужно.

Ангел-хранитель в лице учительницы математики, что преподавала в старших классах и по чистой случайности оказалась поблизости, услышал Петра.

– Это что здесь за шум? – спросила она, заглянув в класс.

– Ничего, – ответил Муха. – Лопух класс убирает.

– А вы что делаете? Помогаете?

– Да. Парты двигаем.

Учительница сбила настрой Пана Спортсмена.

– Ладно, чёрт с тобой, – подумав, согласился он. – Убирайся!

– Попробуй только подойди ещё к Таньке! – пригрозил напоследок Муха.

Впрочем, по большому счёту наш герой не слишком пострадал. Досталось же, как всегда, Веронике Анатольевне. Один из ударов Славки пришёлся по внутреннему карману пиджака, в котором находилась заправленная под завязку чернилами авторучка (шариковые ручки тогда ещё не выпускали).

– Ну что мне с тобой делать! – причитала бедная женщина. – Не представляю, как можно аж до трусов чернилами перепачкаться!

Глава XI
В которой появляется девочка с голубым бантом и дарит Петру чернильницу-непроливайку

После стычки с Паном Спортсменом у нашего героя наступили чёрные дни. На общение с Таней враги наложили вето. Оставалась ещё Клара, но великий соблазнитель совершенно не представлял, как найти подход к этой гордой и независимой девушке: что говорить, с чего начать…

Так и учёба в школе закончилась. Наступил день последнего звонка. Нарядные выпускники выстроились во дворе школы на торжественную линейку. Директор, завуч и старшая пионервожатая произнесли пламенные речи с непременными напутствиями, а не менее нарядные первоклассники по команде одновременно преподнесли героям дня букетики цветов. Причём мальчики дарили цветы девочкам, а девочки – мальчикам.

Нашему герою повезло больше всех. Девочка, одарившая его тюльпанами, словно сошла с открытки: у неё были большие ярко-голубые глаза, золотистые волосы, украшенные огромным бантом под цвет глаз.

– Какая прелесть! – воскликнула Вероника Анатольевна, которая, конечно же, не могла не присутствовать на столь важном мероприятии. – Как тебя зовут, девочка?

– Юленька Колокольчикова.

– Ну надо же! – воскликнула мама выпускника. – Ты, наверное, отличница?

– У меня по всем предметам одни пятёрки.

– Вот видишь, Петя, – обратилась она к сыну. – Такая маленькая девочка – и уже отличница.

– Юленька, а с кем ты пришла на последний звонок? – продолжала любопытствовать Вероника Анатольевна.

– Одна! – с гордостью заявила девочка.

– Одна?! И как же родители не побоялись тебя отпустить?

– Я самостоятельная.

– А мой Петя ничего без меня не может, – вздохнув, пожаловалась Вероника Анатольевна.

– А я вот что нашла! – похвасталась девочка и показала наполненную до краёв стеклянную чернильницу-непроливайку. – Возьми, дарю! – она протянула сувенир Петру.

Раздосадованный тем, что мать выставляет его полным идиотом перед маленькой девочкой, герой-любовник автоматически взял чернильницу и сунул в карман рубашки.

– Когда я училась, у нас были керамические чернильницы. А мой Петя вот такими пользовался, – продолжала стрекотать Вероника Анатольевна. – Вот ведь мы не догадались оставить на память чернильницу. Спасибо тебе, Юленька! Петя, – вновь обратилась она к сыну. – Ты бы хоть поцеловал Юленьку в щёчку.

Пётр побагровел и неуклюже ткнулся носом в голубой бант. Но он совершенно забыл, что переполненная чернильница-непроливайка перестаёт соответствовать своему названию, если ей резко придать горизонтальное положение. По белоснежной рубашке расползлось уродливое фиолетовое пятно.

– Какой ты большой неряха! Обещай, что обязательно исправишься! – сказала Юленька, строго погрозив Петру пальчиком.

– Обещаю! – буркнул наш герой, затылком чувствуя насмешливые взгляды одноклассников.

Глава XII
Покорение университета

На выпускном вечере, где и мальчики, и девочки на танцах отрывались по полной, а некоторые даже втихаря в туалете пропустили по стаканчику, наш супермен мрачно сидел в дальнем углу празднично оформленного спортзала. И за весь вечер, ночь и наступившее утро, когда все отправились бродить по городу, не проронил ни единого слова. Он понуро плёлся в самом хвосте группы выпускников, смотрел то на Таню, то на Клару и пускал слюни.

На следующий день, отоспавшись, он ощутил вселенскую пустоту. В школу больше ходить не надо, чем заниматься, о чём думать – на этот счёт не было никаких мыслей.

Зато голова его мамы была до краёв переполнена планами. И сомнений у неё не было ни грамма: обожаемый сыночек любой ценой должен поступить в университет! Конечно, логичней всего было направить его по технической стезе, как поступает большинство родителей, убеждённых в том, что дети должны стать их продолжением во всём. Но в инженерные вузы нужно сдавать математику, а с ней у Пети было совсем неважно. Да и к технике он никогда не проявлял интереса, бытовые приборы приходилось ремонтировать самой. Поэтому Вероника Анатольевна подобрала что попроще – исторический факультет Башкирского государственного университета. Тем более что многие секретари тогдашних комитетов комсомола почему-то имели историческое образование. А карьера сына по линии комсомола была для его мамы тем самым блюдечком с голубой каёмочкой.

Зная повадки Петра, она сразу после выпускного бала объявила ему домашний арест до самого поступления. И парню ничего не оставалось, как подчиниться железной воле.

Но вот чего строгая родительница никак не могла учесть: её сын мог, даже днями напролёт сидя за учебниками, пребывать в совершенно другом мире. Он обладал уникальной способностью, возможно, унаследованной от неизвестного отца: просидеть над одной и той же страницей, но при этом видеть не то, что там написано, а хорошеньких Надю и Таню, невероятные глаза Гали и роскошное тело Клары. Читая о походе князя Игоря против половцев, он воображал себя древнерусским витязем, а в роли плачущей на стене Путивля Ярославны попеременно побывали все его школьные пассии. И это было лучше любого кинофильма, ведь главным героем был он сам.

Неудивительно, что ко вступительным экзаменам наш абитуриент подготовился из рук вон плохо. Но Вероника Анатольевна была стреляной вороной и, не полагаясь на своего оболтуса, решила полностью исключить элемент случайности. Своими частыми визитами (не с пустыми руками!) она установила хорошие контакты не только с председателем приёмной комиссии, но и с заместителем декана исторического факультета, парой преподавателей и секретаршей.

В те времена давать взятку в конверте было не принято. Зато подношение дорогих подарков всегда приветствовалось. А царивший в стране повальный дефицит весьма тому способствовал. С помощью связей и переплат Вероника Анатольевна обогатила университетских крыс столовым серебром, собраниями сочинений классиков, дефицитными продуктами и прочими раритетами.

Служители Клио так высоко оценили щедрость мамы абитуриента, что прозвали её троянской лошадью. Секретарша, глядя в окно, информировала коллег:

– Вон наша данайка мчится с большой хозяйственной сумкой.

Сотрудники тут же откладывали свои дела и никуда не отлучались в надежде, что чего-нибудь перепадёт.

В результате вступительные экзамены для Петра вылились в пустую формальность. По совету мамы, он всегда заходил одним из последних. Казалось, преподаватели были ему рады, в лучшем случае выслушивали один из вопросов экзаменационного билета, мило беседовали и ставили нужную оценку.

Глава ХIII
Как Лопух чуть не съездил с девушкой на море

Последним экзаменом было сочинение. Наш без пяти минут студент, чувствуя себя в стенах университета практически своим, бесстрашно уселся за первый стол, но когда повернул голову налево, так и обмер. За вторым столом соседнего ряда оказалось поистине ангельское создание, девушка с безупречными чертами лица, белокурая голубоглазая фея, словно сошедшая с картины живописца. Таких красавиц он не видел ещё никогда. Этот профиль мог послужить моделью для медали, а портрет не затерялся бы ни в одном музейном собрании.

Сердце рыцаря Прекрасного Образа, вынужденное волею злодейки-судьбы столько времени простаивать вхолостую, было вмиг взято в полон. Вот та Прекрасная Дама, которая достойна занять место в его душе!

Герой-любовник пришёл в себя только дома. На вопрос мамы о теме сочинения он ответил, что не помнит. Вероника Анатольевна тяжело вздохнула, взяла коробку с фарфоровым сервизом и поехала в университет.

Несмотря на то, что получение высшего образования в Советской стране было бесплатным, маме новоиспечённого студента пришлось основательно раскошеливаться все пять лет его учёбы. Ибо, если бы не её траты, Петра отчислили бы в первую же сессию. «Ты случайно оказался в числе студентов», – так и сказал нашему герою преподаватель истории КПСС и поставил «неуд» в зачётку. Но после очередного визита Вероники Анатольевны стал сговорчивее и даже расщедрился на четвёрку во время переэкзаменовки.

Самому же рыцарю было совсем не до учёбы. Мыслями всецело овладела новая пассия. Звали её Лариса. Она была умница, отличница, пользовалась уважением среди сверстников. А про интерес к ней мужской части студенчества и говорить нечего. К обилию поклонников она, похоже, привыкла со школьной скамьи и потому знала себе цену.

Жестокие испытания закалили нашего героя, и теперь он не ограничивался одним лицезрением предмета своей страсти. Лариса хорошо рисовала, поэтому её приняли в редколлегию факультетской газеты. Узнав об этом, обольститель тут же добровольцем записался в журналисты. Его энтузиазм был высоко оценён, но когда выяснилось, что у него нет ни малейших способностей написать заметку, взять интервью или придумать что-то необычное, его вежливо попросили.

У Вероники Анатольевны была собрана небольшая домашняя библиотека. И отпрыск принялся таскать Ларисе книжки почитать. Так как в те времена хорошие книги даже в библиотеке не всегда можно было достать, не говоря уже о том, чтобы свободно купить в магазине, красавица не стала возражать против подобного начинания, читать она любила.

Надо сказать, интеллектуальные запросы студентов заметно отличались от таковых у школьников. На курсе, где учился Пётр, обожали Ремарка, Хемингуэя, Станислава Лема, Брэдбери, Булгакова и братьев Стругацких. Правда, последних можно было найти лишь в самиздате из-за плохой репутации у властей страны. А роман Булгакова «Мастер и Маргарита» существовал только в журнальном варианте. Самиздат и журнал, как самые драгоценные реликвии, передавались из рук в руки, на них выстраивалась длинная очередь. Каждый роман давали почитать максимум на две ночи.

Проанализировав ситуацию, наш интриган решил обставить всех конкурентов и за приличную сумму приобрёл на чёрном рынке два самиздатовских романа Стругацких и тот самый журнал «Москва» с «Мастером и Маргаритой». Они были заботливо переплетены в кожаную обложку. Это была бомба!

Лариса никак не ожидала такой прыти от самого робкого поклонника. Вот только завоевать её сердце всё равно не удалось.

Тогда соблазнитель решился на поистине героический поступок, ставший заметным шагом в его эволюции. Первый курс закончился, начались каникулы, и Лариса уехала домой, в город Кумертау. Как-то Пётр тайком прокрался в деканат и, пока секретарша с кем-то болтала в коридоре, извлёк из шкафа папку с данными студентов и переписал домашний адрес царицы грёз.

Затем, зная о том, что мама на выходные уехала в сад, он сел в поезд и отправился к красавице.

Лариса, как и наш герой, жила в точно такой же хрущёвке: в те годы эти дома были отличительной особенностью городов Страны Советов. Она оказалась дома и была немало удивлена столь неожиданному визиту. Похоже, девушка составила недостаточно точный портрет этого поклонника. Но, будучи воспитанной барышней, была вынуждена пригласить незваного гостя в дом.

– Лариса, я хочу свозить тебя в Одессу, – после обмена несколькими формальными фразами выпалил наш герой.

– Что?! В Одессу?

– Ну да. У меня там дядя живёт, мамин брат. Тебе там понравится: город хороший и море тёплое.

Он хотел продолжить описание прелестей южного города, но помешал приход ещё одних гостей очаровательной хозяйки, двух друзей-поклонников. Они тоже явились с предложением – съездить на турбазу.

– У меня сегодня день предложений! – воскликнула красавица. – Но, как примерная дочь, я не могу принять решение, не посоветовавшись с мамой. Так что подождём, она уже скоро придёт.

Гости согласились. Однако соперники не слишком дружески посматривали друг на друга, и разговор не клеился. Хозяйке пришлось самой всех развлекать. К счастью, общую неловкость прервал приход её мамы.

– Сколько у нас сегодня гостей! – воскликнула она.

– Мама, познакомься: это Борис и Владик, а это Петя, мы вместе учимся в университете. Он приехал из Уфы, – несколько смущённо пролепетала Лариса.

– И что же сегодня случилось? Вроде и до твоего дня рождения далеко.

– Мама, Борис с Владиком приглашают меня на турбазу. А Петя – в Одессу.

– Что-о-о?! В Одессу?!

– Представь себе.

– Петя, а кто у тебя в Одессе?

– Там мой дядя живёт, брат мамы.

– И что, он приглашает в гости мою дочь?

– Нет. Но он будет рад. Он всегда радуется, когда мы к нему приезжаем. И тётя Зина радуется, его жена. И мой двоюродный брат Виталик.

– Так у них собственный дом?

– Нет, они живут в коммунальной квартире. В старом доме на улице Свердлова.

– Трое в одной комнате? Да ещё ты с Ларисой приедешь?!

– Это ничего, места всем хватит. Мы ведь с мамой приезжаем. Четыре раза уже были.

Мама однокурсницы нашего героя оказалась проницательной женщиной и с первых слов поняла, что представляет из себя уфимский ухажёр. Такой зять ей явно был не нужен, и потому она решила не тянуть кота за хвост.

– К сожалению, Петя, я вынуждена тебе отказать. А насчёт турбазы, Лариса, я подумаю. Кстати, Петя, ты на чём к нам приехал?

– На поезде.

– А я решила, что у тебя своя машина. Между прочим, через час твой поезд. Нужно поторапливаться. Следующий – только ночью.

Наш ловелас понял, что потерпел сокрушительное поражение. Его грандиозный план рухнул. Глядя из окна вагона на вечерние огни удаляющегося города, он с тревогой думал о том, что теперь до первого сентября не увидит своей Прекрасной Дамы, а его соперники могут беспрепятственно видеться с ней хоть каждый день. Вот когда он пожалел, что живёт в Уфе, а не в Кумертау.

Глава ХIV
Роковые последствия случайных прикосновений в троллейбусе

Не отличавшийся стремлением к учёбе, Пётр с нетерпением ждал начала нового учебного года. Наконец долгожданное первое сентября наступило. И при входе в аудиторию, где должна была состояться первая лекция, он столкнулся с Ларисой. Она улыбнулась ему. По всему было видно, что ей, как, наверное, всем девушкам, приятно осознавать, что ради тебя готовы на подвиги.

Приятно осознавать – и только. Зная о силе воздействия своих чар на представителей мужского пола, Лариса могла себе позволить выбирать. И скоро на математическом факультете для неё объявился сказочный принц. Это был высокий, статный красавец, спортсмен, и не просто спортсмен, а тренер по борьбе самбо. Увидев его с Ларисой, все прочие её поклонники, как выражалась молодёжь того времени, «утухли». И наш герой, жизненный опыт которого, как бы то ни было, с годами рос, понял, что дама сердца уплывает из рук.

Но волею случая на этот раз его сердечная рана оказалась не столь болезненной. Ибо накануне с ним случилось непредвиденное происшествие. Возвращаясь после занятий домой, в троллейбусе он увидел однокурсницу Кристину, стройную девушку с живыми, выразительными карими глазами.

– Садись! – любезно предложила она, кивнув на свободное место рядом.

Дамский угодник послушно уселся, совершенно не предполагая, какую коварную ловушку устроила ему судьба. Ноги молодых людей соприкоснулись, и тут герой-романтик ощутил нечто совершенно незнакомое, волнующее, нечто такое, от чего все мысли его спутались. Ощущение бедра Кристины было просто непередаваемым. Это была самая желанная живая плоть в высшем воплощении. Всепобеждающий природный инстинкт поднялся из глубин его существа, полностью овладев сознанием. Отодвинуть свою ногу не представлялось возможным.

Девушка это как будто почувствовала, но, зажатая между однокурсником и корпусом троллейбуса, ничего не могла поделать. По её лицу было видно, что ситуация ей неприятна, так как сидевшего рядом студента все знали как страстного поклонника Ларисы.

С этого дня наш славный рыцарь стал совершенно другими глазами смотреть на Кристину. Только теперь он разглядел, как стройна её фигурка, как гордо она несёт свою миленькую головку и какие у неё точёные ножки. Занимавшая до сих пор первое место рейтинга в номинации «Тело № 1» Клара на долгие годы уступила пальму первенства Кристине.

Словно желая подразнить мужчин, обладательница великолепных ножек частенько ходила в коротенькой юбочке и туфельках на тонких каблучках. Но если она и извлекала какие-то дивиденды из пылких взглядов молодых самцов, то лишь в виде удовлетворённого самолюбия. Кристина отличалась на редкость насмешливым нравом. А будучи очень проницательной и легко понимая своих поклонников, она откровенно смеялась над ними. Довольно быстро уяснив, кто есть кто, Кристина подмечала недостатки всех, кто пытался с ней флиртовать. Если же принять во внимание её остроумие, то становилось понятно, что волочиться за ней весьма небезопасно для собственного авторитета.

Кристина была из тех, кого называют «неформальный лидер». Легко было догадаться, что такой поклонник, как Лопух, ей никоим образом не подходит. Потому известие о том, что главный сердцеед курса переметнулся от Ларисы к Кристине, стало хитом сезона. И в пору погони за Ларисой ребята без конца подтрунивали над ним, а теперь и вовсе разошлись. Девушки тоже изменили к нему отношение. Если раньше бедный влюблённый вызывал хотя бы сочувствие, то теперь, показав себя столь неверным и ненадёжным, он лишился последнего аргумента в своё оправдание. И если новая владычица сердца вначале с пониманием относилась к его безответному чувству к Ларисе, то теперь он её откровенно разочаровал. Даже при том, что променял любимую девушку на неё, а не на кого-то.

Поскольку в реальной жизни опять ничего не получалось, счастливые мгновения стали происходить во снах и грёзах. Однажды Петру приснилась его новая возлюбленная, одетая почему-то не в привычную короткую юбку, а в форму хоккейного клуба «Салават Юлаев». При этом она восседала на массивном основании одной из колонн при входе в главный корпус университета и играла на гитаре красивую незнакомую мелодию. Эту музыку наш эстет никогда не слышал, и, стало быть, сам сочинил её во сне. Но, проснувшись, напрочь забыл.

Как раз в это время в прокат вышел культовый фильм Франко Дзефирелли «Ромео и Джульетта». Студенты, словно сговорившись, принялись называть нашего героя «Ромео – любовник страстный». Лопух стал ходячим анекдотом на своём курсе. А Кристина потеряла бы своё высокое реноме, если бы проявила хотя бы минимум взаимности. Поэтому в сложившейся ситуации она приняла решение держаться подальше от такого воздыхателя.

Но Пётр и не думал сдаваться. Если в наше время многие девушки грезят о бизнесменах и олигархах, то в те годы их мечтами владели спортсмены. Зная об этом, великий обольститель, которого все не без оснований считали пай-мальчиком, взялся за гантели и даже записался в секцию лёгкой атлетики.

Это чрезвычайно удивило Веронику Анатольевну, произвело впечатление на весь курс, только не на Кристину. Она как будто была готова к такому развитию событий.

Через год усиленных занятий наш герой понял, что ему всё равно ничего не светит. Гантели отправились в тёмную кладовку, но отныне спонтанные занятия атлетической гимнастикой стали своеобразной лакмусовой бумажкой состояния нашего героя. Если его видели в спортивном зале, можно было не сомневаться, что в данный момент он переживает высокие чувства к очередной даме сердца.

Влюбившись в новую красавицу, Лопух поначалу был преисполнен радужных надежд. Воображение рисовало феерические картины отношений с новоиспечённой избранницей: вечерние прогулки, совместный отдых, путешествия по экзотическим странам, постельные сцены – всё как в лучших домах Лондона. Мечты неслись вперёд со скоростью ракеты, оставляя далеко позади реальное положение дел. И чтобы их достичь, герой-романтик энергично брался за гантели и даже за штангу.

Увы, действительность всякий раз оказывалась гораздо хуже мечтаний. Когда Пётр убеждался, что ничего с этой дамой у него не выйдет, то забрасывал физкультуру, утешая себя: «Всё же есть в одиночестве одно преимущество: не надо заниматься этой чёртовой гимнастикой!»

Глава XV
Дуэль и жук в ухе

В начале следующего учебного года нашему рыцарю представился отличный случай доказать, что он уже далеко не тот наивный юноша, каким его знали.

Самый наглый из однокурсников Яфай, маленький, кривоногий, с лицом, напоминающим блин, поняв, что состязаться в остроумии с обладательницей самых пленительных ножек бесполезно, принялся при удобном случае обнимать Кристину, прижимать к себе, пытаясь пощупать самые соблазнительные места.

На Лопуха это произвело шокирующее впечатление. В голове, тесня друг друга, стали рождаться планы мести. А тут руководство факультета объявило о поездке курса в колхоз на уборку урожая. Тогда это практиковалось повсеместно. Воспалённое воображение героя-любовника принялось рисовать жуткие картины овладения гнусным Яфаем божественным телом Кристины. Необходимо было действовать – и немедленно.

«Сегодня же вызову его на дуэль и так отделаю, что ему будет стыдно поехать в колхоз», – решил Пётр. А вспомнив богатый опыт мамы, он задумал ещё и подстраховаться, дополнив план А планом В. Для этого подошёл к заместителю декана, командовавшему отправкой студентов, и с ходу без лишних слов заявил:

– Алим Шакирович, не отправляйте Яфаева в колхоз! Он к девушкам пристаёт! Быть беде.

– Кто, Яфаев? К девушкам пристаёт?

– Ещё как! Проходу не даёт!

– Ну я с ним поговорю.

– Спасибо вам, большое-пребольшое!

Затем гроза развратников поймал в туалете Яфая и заявил, что сегодня сразу после учёбы намерен с ним драться.

– Попробуй только сбеги! – пригрозил он обалдевшему от такой невидали сокурснику.

Дуэлянту повезло: в тот день на занятиях не было закадычного друга Яфая, крепыша Едрёни. Тот бы обязательно увязался за ними, и закончиться всё могло совсем не так, как хотелось.

После лекции суровый мститель подошёл к своему врагу и повторил вызов. Но соперник уже пришёл в себя от неожиданности, осознал, что ему угрожает всего-навсего Лопух, и выглядел вполне уверенно. Его уверенность не лучшим образом сказалась на рыцаре без страха и упрёка. Чем ближе дуэлянты приближались к оговорённому месту поединка, тем больше страх сковывал нашего супергероя. Поняв, что план мести может провалиться, он предложил:

– Давай зайдём на пять минут в кафе.

Яфай возражать не стал.

Пётр заказал себе стакан вина для храбрости. Противник же, решив не терять времени даром, плотно пообедал.

– Послушай, Лопух, ты же не пьёшь, что это с тобой? – поинтересовался Яфай.

– Так надо. Ты давай много вопросов не задавай, – ответил наш герой, вспомнив, как разговаривали со сверстниками Сом и другие школьники из категории крутых.

Но не прошло и пятнадцати минут, как язык у него развязался. Проходя по висячему мосту в саду имени Крупской, он неожиданно схватил врага за шкварник и, дыша винными парами в лицо, заорал:

– Сейчас выкину тебя в овраг, фашист! Я тебе покажу, как девочек лапать!

Наконец-то Яфаю стала понятна неожиданная агрессия тихони и недотёпы. Увидев укромное место среди деревьев, он спросил:

– Это место подходит?

– Подходит, мерзавец! – крикнул защитник женской чести. И тут же получил удар с разворота в пах. А пока приходил в себя – ещё несколько в лицо. В другой раз он, наверное, как в школьные годы, сказал бы «хватит!», но сейчас ситуация не позволяла. Да и прошедший огонь и воду воин был не чета тому робкому школьнику.

Видя, что соперник устоял, Яфай попытался сбить его с ног. Но занятия спортом не прошли даром. Гроза развратников сделал удачную подсечку, и супостат свалился к его ногам. И тут наш герой, до сих пор побеждавший только в мечтах, впервые в жизни ощутил реальный вкус победы. Кровь ударила ему в голову, и, не отдавая отчёта своим действиям, он обрушил град ударов на тушу поверженного неприятеля.

От столь резкого поворота событий Яфай потерял контроль над собой, завопил и вдруг цапнул зубами Лопуха за палец. Да так, что кровь брызнула.

Захмелевший дуэлянт попытался освободиться, да не тут-то было. Тогда, испугавшись остаться вовсе без пальца, ничего не соображая от боли, он принялся свободной рукой лихорадочно царапать физиономию врага, пока тот не разжал челюсть.

Яфай поднялся, а зачинщик дуэли почувствовал, что в ходе борьбы сбил дыхание. Пришлось взять паузу. Враг не преминул ею воспользоваться и с перекошенным от злобы лицом двинулся на противника. И Петру, скорее всего, пришлось бы несладко, но на помощь пришло Провидение. Вытянув наобум навстречу наступающему неприятелю кулак, задохнувшийся и неспособный к активным действиям наш герой непреднамеренно произвёл встречный удар в правый глаз. Яфай остановился как вкопанный, схватился за глаз и предложил закончить поединок. Поняв, что сил на продолжение уже нет, благородный джентльмен пошёл на мировую.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.