Елена Архипова
Няня (для) моего сына

Глава 1

– Людмила, ты уволена! – Римма Аркадьевна сверкнула на меня очками в дорогой оправе.

– А можно узнать причину моего увольнения? – причину я и так знала, но хотелось услышать ее и от начальства.

– Нарушение субординации! – прилетело мне насмешливое в ответ.

– Мной? Или Вашим мужем? – я понимала, что дерзить начальству нельзя, но также понимала и то, что всё равно буду уволена, так хоть выскажу этой мымре всё, что думаю о ее муже.

– Вот про это я и говорю! Вон пошла! – рявкнули мне так, словно я была её крепостной.

– Да и пожалуйста! Оставайтесь тут со своим кобелем!

– Даю тебе десять минут на сборы! – Римма, не привыкшая к тому, что с ней разговаривают в такой манере, покрылась красными пятнами.

– Увольняя сотрудников такими темпами, Вы скоро не сможете найти желающих работать на Вас.

– Поверь, смогу! – усмехнулась она уверенно.

Но я продолжала гнуть свою линию:

– Слухи о том, что Ваш муж пристает и домогается до всех девушек, кто у вас работает, уже ползут по городу. С удовольствием внесу свою историю в их копилку!

– И тогда ты не сможешь устроиться ни в одно приличное заведение! – прилетело мне снова уверенное от Риммы.

– Я не собираюсь всю жизнь работать официанткой.

– Отлично! Значит, рекомендации тебе не нужны! – Римма откинулась на спинку своего рабочего кресла. – Выметайся! Ты уволена со дня! Да, и не забудь сдать рабочую форму. В противном случае к твоим долгам по кредиту еще пара десятков тысяч прибавится за рабочую форму с логотипом моего заведения!

Я пулей вылетела из кабинета хозяйки ресторана, переоделась, не говоря никому ни слова, подхватила ту самую форму и подошла к старшей официантке:

– Кому сдать форму?

– Все-таки достал он тебя, да? – Мария понимала, в чем причина моего стремительного увольнения.

– Да, достал, – не стала отрицать, – так кому, Маш? Ни минуты не хочу тут оставаться!

– Надо Римме бы сдать, давай я с тобой к ней в кабинет зайду, а то она тетка злопамятная, сама порвет платье, а на тебя потом свалит.

Спустя десять минут я ехала домой. С волчьим билетом, как выразилась бы моя подруга Карина.

– Ничего, Мила, прорвемся! – утешала я себя. – Зато у тебя есть своя квартира и любимый мужчина. Вместе мы точно прорвемся.

– Что ж я, работу, что ли, не найду, в конце концов? – бубнила себе под нос, входя в свою квартиру.

В прихожей взгляд уперся в кроссовки моего молодого человека. Странно. А почему он дома? Утром же вроде на работу уходил.

Я прислушалась и услышала странные звуки, доносящиеся из нашей спальни. Там как будто кто-то собирал вещи: скрипнул ящик комода и хлопнула дверца шкафа.

Я разулась и прошла в комнату. Саша, устроив чемодан на нашей кровати, складывал в него свои вещи. Хотя нет, в чемодане я увидела и свой новый зимний пуховик. Белоснежный, как облако, и такой же легкий. Облизывалась на него половину зимы – шикарный, но и такой же дорогой. И все-таки я его дождалась! Купила на весенней распродаже с большой скидкой. Принесла домой, примерила перед зеркалом еще раз и убрала в шкаф до следующей зимы, даже бирки еще не обрезала на новой вещи.

– Саша, а что ты делаешь? – задала я глупый вопрос.

Он стоял ко мне спиной и не видел, как я вошла. Услышав мой голос, вздрогнул и резко обернулся.

– Мила?

– А ты кого-то другого ожидал здесь увидеть?

Его взгляд заметался, а потом он гордо вздернул подбородок и заявил:

– Я ухожу от тебя!

– Ага. Это я уже поняла, – кивнула и перевела взгляд на вещи в его руках, – а мои вещи тебе зачем? На память?

– Продам! – зло выплюнул он. – Ты знаешь, что я безработный. Мне надо будет на что-то жить!

– Чтобы на что-то жить, надо работать! А если ты сейчас не выложишь мои вещи и не вернешь их в шкаф, я напишу на тебя заявление в полицию.

– Ну ты и гадина! – прилетело мне в ответ.

– Неожиданно, знаешь ли! – я усмехнулась. – Ты меня обворовываешь, а я же еще и гадина?

– Не зря я не хотел знакомить тебя со своей матерью!

– Чем дальше, тем всё чудесатей и чудесатей, честное слово! А ты хотел меня с ней знакомить? Серьезно? – абсурд от всего происходящего заставил меня рассмеяться.

– Собирался! Но теперь не буду! – злорадно произнес тот, с кем я еще час назад собиралась строить наше “долго и счастливо”.

– Знаешь, Саш, думаю, я смогу это пережить. И к твоему сведению, я только что потеряла работу, так что мне мои вещи нужнее, знаешь ли! – я шагнула к чемодану и забрала из него свою белоснежную прелесть. – Саша, а что значит “я безработный”? Ты же сегодня утром на работу уезжал? И как в таком случае ты собираешься погашать кредит?

Глаза парня забегали, он суетливо развернулся под предлогом того, чтобы вернуть мои вещи на полку и взять свои.

– Я все отдам. Обещаю. Как только найду работу, так сразу начну тебе отдавать, – но почему-то в его невнятное бормотание верилось с трудом.

– Ясно, – я устало прислонилась к дверному косяку, прижимая к груди пуховик. Очень, знаете ли, не хотелось теперь выпускать его из рук.

Я смотрела на то, с какой скоростью заполняется чемодан, хорошо хоть не моими вещами, и думала о том, что я влипла. По-крупному. Сумма кредита была взята на мое имя, потому что на тот момент я работала, а Саша нет, и была эта сумма очень приличной. Просто чудовищно большой, я бы сказала.

Глава 2

Александр выволок чемодан в коридор, а я, памятуя о том, что он может прихватить еще что-то по ходу своего движения, выпустила, наконец, свою прелесть из рук, положив пуховик на кровать, и тоже вышла в прихожую.

Стояла и наблюдала за тем, как тот, кого я любила и мечтала, что мы когда-нибудь поженимся, обувается.

Мужчина быстро, суетливо и не глядя в мою сторону, огляделся в прихожей на предмет, не забыл ли он чего-то из своих вещей. Увидев на полочке свою туалетную воду, кстати мой ему подарок на двадцать третье февраля, сунул ее в карман куртки.

Надо же! И ее забрал! А ведь, помнится, получив ее в подарок, не очень был рад моему выбору.

Александр открыл входную дверь и, уже стоя на пороге, промямлил:

– Я все отдам.

Он уже вышел из квартиры, но тут я его окликнула.

– Саш, ты забыл кое-что.

– Что? – его реакция была мгновенной.

Такая реакция того, с кем мы были близки еще вчера, мне не понравилась, мелькнула язвительная мысль: “Смотрите, какой, ты оказывается жадный товарищ”.

– Отдать ключи от моей квартиры!

Я сама закрыла за Александром дверь, для пущей верности на все замки и даже на цепочку. Посмотрела на свое отражение в зеркале и, обращаясь к себе, произнесла:

– Поздравляю Вас, Людмила Францевна Милая, вы безработная брошенка с многотысячным кредитом на шее. Карина, когда узнает, прибьет меня и потом где-нибудь в лесочке прикопает.

Увидев размазанную по подбородку помаду, сначала ужаснулась:

– Это я так ехала в автобусе?

А потом вспомнила гадкую сцену, случившуюся со мной на работе. Теперь уже бывшей.

– Николай Владимирович, что Вы делаете?

Администратор, он же мой непосредственный начальник, подловил меня в подсобном помещении и, пользуясь тем, что мы были с ним одни, надвигался на меня стеной.

– Людмила, ну ты же не наивная дурочка и уже давно поняла, что я схожу по тебе с ума! Хватит строить из себя невинность!

Да, я давно поняла, что шеф на меня “положил глаз” и да, наивной дурочкой я тоже не была, а потому понимала, что ни о какой любви тут и речи не идет. Причем ни с его стороны, ни тем более с моей. 

– Ну что тебе, жалко, что ли? Давай один раз, по-быстрому. Здесь и сейчас! Никто и не узнает! – продолжал нести какую-то ерунду начальник и сделал еще один шаг в мою сторону. – Дольше сопротивляешься, зайчишка, чем все продлится, это я тебе точно говорю, но мне нравится твоя игра. 

– Если Вы сейчас сделаете еще хоть один шаг, господин скорострел, то я закричу! – предупредила я шефа. 

– И сразу вылетишь с работы! Ты ведь знаешь, что Римма поверит мне, а не тебе! Вас, молодых дур, много, а я один, – он сделал еще один шаг в мою сторону, и я уперлась спиной в стену. 

– Попалась, рыбка золотая! – шеф сделал последний шаг, сократив расстояние между нами, и впился поцелуем в мои губы.

Его слюнявый рот и запах одеколона вызывали рвотные позывы, я крутила головой в попытке оторвать шефа от своих губ, но он был сильнее. Одной рукой он прижимал меня к своему жирному телу, а второй держал мою голову. И тут, на моё счастье, в подсобку кто-то вошел. Шеф отскочил от меня с прытью, которую от него вряд ли можно было ожидать.

– Так! В душ! – скомандовала я себе. – Надо смыть с себя этот кошмар. Выпить чаю, а потом уже думать, как, а главное, на что я буду жить дальше.

Думать и долго рефлексировать по поводу того, что меня бросили, я не могла себе позволить и уже вечером того же дня засела за компьютер в поисках работы.

И нашла её! В отличии, кстати, от все того же Александра, который утверждал, что найти работу – это очень тяжело. Практически невозможно, а потому надо открывать свою фирму.

Я открывать свою фирму не планировала, поэтому нужная мне работа была быстро найдена. Записала номер телефона своего будущего (очень на это надеюсь) работодателя и легла спать.

Сон не шел. Зато табун мыслей был на месте.

Странно, меня бросили, а я не рыдаю. Может, я его не любила?

Да, выходит, что права была Карина – мне, как ребенку, выросшему в детском доме, элементарно хотелось иметь семью. Тех, кого я буду любить и о ком заботиться. Но главное, что рядом будут те, кто будет любить меня саму.

Да, Александр определенно был не тем самым. И почему же я раньше-то, до этого треклятого кредита, не понимала этого?

С такими мыслями я и уснула. Проснулась рано утром и сразу набрала номер телефона, что записывала вчера.

Мне ответил приятный мужской голос. Я представилась и пояснила, что звоню по объявлению. И тут же была обрадована приглашением:

– Приезжайте, Людмила Францевна Милая. В два часа дня сможете приехать?

– Смогу!

– Отлично, жду Вас. Записывайте адрес, куда подъехать.

Положив трубку телефона, я улыбнулась своему отражению в зеркале:

– Отличное начало дня, Людмила Францевна Милая. Просто отличное!

Пока я выбирала, в чем мне ехать на собеседование, позвонила Карина. Моя единственная и верная подруга. Она вернулась из двухнедельного отпуска из какой-то дальней и экзотической страны и приглашала зайти к ней на чай.

Прикинув, что от квартиры подруги до места, где мне предстоит работать (очень на это надеюсь!) ближе, чем от моего дома, я согласилась приехать.

У меня был запас по времени, да и по подруге я, признаться, соскучилась, а потому уже через час я сидела у нее на кухне, пила чай с экзотическими сладостями и делилась своими новостями.

Глава 3

– Мила, повтори, что ты сделала? – голос подруги звучал подозрительно вкрадчиво.

– Карина, ты слышала, что я сказала.

– Нет, ты повтори это! Четко, коротко, по буквам.

– Хорошо, – я вздохнула, – будет тебе четко и коротко. Я. Взяла. Кредит.

– Для кого и на какую сумму? – в голосе подруги зазвенели командирские нотки.

Я озвучила цифру и попыталась прекратить этот разговор, в конце концов, то, что Карина моя подруга, не дает ей право командовать мною, а то, что я подставила сама себя, это я и без нее знаю.

– Карина, сама всё знаю! Прекращай меня воспитывать!

Но надо было знать Карину и ее способность проковырять пальцем дырку в бетонной стене.

– Мила, не слышу ответа на свой вопрос! На что ты его взяла?

– Карина…

– Что “Карина”? Что “Карина”? Я уже двадцать девять лет Карина! Я тебя спрашиваю, Мила, на что ты взяла этот дурацкий кредит? – подруга задала мне вопрос и сама же на него ответила:

– Ты взяла его не “на что-то”! О, нет! Ты взяла его для своего урода! Конечно! “Сашеньке же надо для развития бизнеса! Совсем чуть-чуть. Окупится всё в течение года, честное слово! – Карина передразнила мои интонации. – Он всё отдаст, как встанет на ноги!” Я ничего не забыла? Нет?

– Карина, ну хватит уже! – попыталась я остановить подругу.

Она была старше меня на три года. Мы выросли в одном детском доме и считали друг друга сестрами.

Подруга разошлась не на шутку:

– “Ему только на ноги встать” – говорила? Говорила! Встал! Так встал, что сразу и побежал. Шустро так лыжи намылил. Спринтер просто! Ему бы с такими умениями, да на Олимпиаде честь страны отстаивать! Точно бы золото взял!

Подруга опустилась на стул:

– Урод! Козел мелкотравчатый! Чтоб ему бумерангом прилетело и желательно в десятикратном размере! – выплюнула Карина и тут же, без перехода, но уже не так, правда, зло, переключилась на меня, заведя любимую тему:

– Милка, ты тоже, кстати, хороша! Ну как так можно было, а?

– Ну вот так! – усмехнулась я и пожала плечом.

– Делать что теперь будешь? – решила проявить, наконец, подруга участие.

– А что тут делать? Отдавать, конечно, буду. Банку же все равно, куда и для чего ушли их деньги.

– И с чего будешь отдавать, если не секрет? Надеюсь, ты  не собираешься брать второй кредит, чтобы закрыть первый? – насторожилась Карина.

– Нет, не собираюсь! – успокоила я подругу. – Вот сегодня иду по объявлению на новую работу устраиваться.

– Да? Что за работа? – тут же оживилась Карина. – Надеюсь, хоть по специальности?

– Нет, совсем не по специальности, – призналась в очевидном, – кому нужен детский психолог без опыта работы? Все хотят с опытом. А как его получить, когда меня не берут на работу? Опять же никак! Чёртов замкнутый круг получается. Карина, ты же сама знаешь, я уже всё испробовала – и писала, и на собеседования ходила. Открывают резюме, видят, что опыта работы нет, и все! Сразу давай, до свидания!

– Мила, ты от темы-то не уходи! – напомнила подруга. – Что за работа? Надеюсь, не в уборщицы пойдешь?

– Нет, не в уборщицы. И когда это я уборщицей работала?

– Ну не уборщицей, хорошо. Но официанткой же работала? – тут же парировала Карина. – Не очень далеко ушла, признай. Принеси, подай, подотри, унеси!

Я оставила без ответа выпад подруги. Вообще-то, я работала в дорогом ресторане, а не в уличном кафе, но подруга права, сути это не меняло.

Карина, вернувшись около года тому назад из заокеанской страны, стала другой. Более жесткой, резкой и даже злой. Впрочем, переживи я такое же, что довелось пережить ей там, неизвестно еще, какой бы сама стала. И ведь я уверена, что это она еще не всё мне рассказала.

– В недавно открывшийся стоматологический кабинет требуется администратор, – ответила я на её вопрос, – отвечать на звонки, записывать пациентов на прием, ну и так далее.

– Ясно. И сколько обещают платить на такой замечательной и непыльной работе? Три копейки?

– Нет, не три, – я озвучила ей цифру.

– По-любому интим в цене! – припечатала уверенно подруга, услышав цифру.

– Да почему сразу “интим в цене”, Карина?

– Да потому что ни один дурак не будет платить такие деньжищи тому, кто тупо сидит, отвечает на телефонные звонки и записывает пациентов на прием! – отрезала Карина. – Где, говоришь, этот кабинет открывается?

– Вообще-то я не говорила, но на Волжской.

– На Во-о-олжской? – подруга от удивления даже присвистнула. – Там же, помнится, клиника была. Небольшая, но зато в центре города.

– Вот туда! – я поддакнула.

– Мила, а ты уверена, что это не развод? Они же вроде там работают, и уже не один год. Тебе где встречу назначили? В ресторане наверняка?

– Да с чего бы в ресторане-то, Карина? Где стоматология, и где ресторан? – я искренне возмутилась и невольно отметила, что Карина в очередной раз продемонстрировала мне то, что она не слишком высокого мнения о моих умственных способностях.

– Сказала бы я тебе, где! – отрезала подруга и посмотрела на меня, как на маленькую и бестолковую. – Очень даже запросто в ресторане собеседуют на предмет профпригодности, знаешь ли. Правда, на таких собеседованиях, чтоб ты понимала, другие навыки рассматривают, там больше твои внешние данные оценивают.

– Карина! Нет, не в ресторане! Как раз на потенциальном рабочем месте.

– Широко шагают господа предприниматели, точнее, стоматологи. На Волжской знаешь, сколько квадратный метр площади стоит? – подруга с важным видом озвучила цифры. – А тут целая клиника в центре. Там же метров пятьсот.

– Ну да, наверное, – я пожала плечами, – не задумывалась. Там, судя по всему, прежние хозяева съехали, а эти вот заехали. Я проезжала мимо несколько раз, видела, что там вывеску поменяли. А вчера нашла объявление о том, что туда требуется администратор, ну и позвонила. Ответил приятный мужской голос, договорились, что я приеду к трем часам. Вот сейчас уже и поеду.

– И что, тебе вот так и сразу сказали приезжать? – не поверила отчего-то Карина.

– Ну спросили еще, знаю ли я английский.

– И все? Ни тебе дипломов специальных, ни прочих навыков?

– Каких, например? Умение отвечать на телефон? Или умение записать клиента? Карин, ты себя слышишь? – не выдержала я скептицизма подруги.

– И себя слышу, и тебя знаю! Вляпаешься опять во что-нибудь! Я еду с тобой.

– Зачем это? – я опешила.

– Затем, чтоб ты не вляпалась в очередного афериста! Ты ж у нас, дурочка, влюбчивая и жалостливая. Как ты тут без меня те три года прожила, что я за океаном была, вообще не понимаю!

– Карина, нет. Поверь, уж на работу я могу и без тебя устроиться, – заявила я уверенно. – К тому же у тебя нет времени на переодевания. Знаю я тебя. Ты же у нас без макияжа мусор не выносишь, а тут в центр ехать. Шутка ли? А у тебя даже ресницы не накрашены!

– Черт! Точно, – Карина опустилась обратно на стул.

А я, пользуясь замешательством подруги, сбежала в прихожую. Уже обула балетки, когда меня нагнал голос подруги:

– Это ты вот так вот, – меня окинули скептическим взглядом снизу вверх и потом обратно, – в этом собралась на собеседование идти? Милка, ты сдурела?

– Я не в личные помощницы еду наниматься и считаю, что этот брючный костюм вполне подходит, – отрезала уверенно.

Все-таки моя подруга всё чаще и чаще стала перегибать палку в разговоре. В конце концов, не совсем уж я и безмозглая идиотка. И мой диплом о высшем образовании, которое, кстати, у самой Карины отсутствовало, был тому подтверждением.

– Именно что брючный, Мила! Кто в нем оценит твои стройные ножки и высокую грудь? А что с прической? Хоть бы вверх волосы подняла! Так хоть твоя лебединая шея была бы видна. И что с макияжем? – Карина вгляделась придирчиво в мое лицо.

– Нормально всё с моим макияжем, – отрезала я.

– Хорошо хоть ресницы догадалась накрасить. Милка, горе ты моё луковое, вот чем ты думала? Кстати, помада поярче здесь была бы более уместна. Помни, хоть это и не принято признавать, но встречают все равно всегда по одёжке, – включила подруга покровительственный тон.

И почему Карина всё чаще и чаще стала позволять себе говорить со мной в таком тоне?

– Тебя не поймешь, Карин, ты то о моей чести переживаешь, а то чуть ли не раздеть меня пытаешься. И макияж, к слову, я всегда такой делаю, и ты это знаешь, – спокойно возразила я подруге.  – Все. Некогда. Не хочу опаздывать! Встречают не только по одежке, но еще и пунктуальность оценивают, знаешь ли. После собеседования позвоню. Обещаю! – и я вылетела из квартиры подруги, прежде чем она нашла еще какой-нибудь повод повоспитывать меня.

Глава 4

Я слегка обманула Карину. На встречу со своим потенциальным работодателем я не опаздывала. У меня был еще целый час до назначенного мне времени. Я элементарно сбежала из квартиры подруги по причине того, что не хотела больше выслушивать ее нравоучения.

Да, мы давно дружим с Кариной, но всё чаще стала замечать, что любое моё действие критикуется ею. Я понимаю, что она хочет как лучше, но нельзя же все время только критиковать человека, хвалить ведь тоже надо. Это вам любой психолог скажет, а не только детский.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.