Дарья Ратникова
Его королевская радость

Глава 1

Герхарт

Он стоял на холме. С холма как на ладони было видно весь город. Столицу небольшого государства, в котором он был полновластным правителем, энтархом.

Он стоял, не двигаясь. Только короткие с проседью волосы развевал ветер. Бремя власти давило на плечи. Власти ли? Или жизни? Герхарт поморщился. Иногда тянущей болью простреливало виски. И тогда он старался отлежаться в своих покоях и не дай Бог кто-то попадётся ему на глаза.

Будет непогода. Шрам через всю левую половину лица сводило болью, как напоминание из прошлого.

Ему хотелось одного уже – передать эту власть кому-то. Тому, кому он будет доверять. Но приемника у него не было. Значит это бремя спадёт с него только со смертью, с его смертью.

Похолодало. Он посильнее закутался в плащ. Потом обернулся и посмотрел на свой дворец, что венчал этот холм. По замыслу зодчего, дворец должен был отражать величие страны и правителя, но что-то пошло не так. И дворец, даже освещённый солнцем, сверкающий в его лучах, мог только пугать. А если и отражать – то мрачность, тьму и безысходность.

Герхарт развернулся и направился во дворец.

Прошёл по мраморным ступеням, миновал портик с резными колоннами и вышел в тронный зал, где на возвышении одиноко темнел трон, старинный, из обветренного камня. Он олицетворял силу и мощь. Тоже должен был. По крайней мере страху нагонял на просителей достаточно.

Тихо, без стука вошёл первый советник.

– Мой государь!

– Что ещё? – Переспросил нетерпеливо. Советник попятился.

– Вам доставили невесту. Разместили, как и приказано в жемчужных покоях.

– Что-ж, замечательно, – кивнул ему Герхарт. – Ты можешь идти.

Советник склонился и вышел.

Невеста. Да… Он устало потёр виски. Надо бы на неё посмотреть.

Герхарт посидел ещё несколько минут, не желая признаваться даже себе в том, что просто устал, а потом всё-таки встал и отправился к невесте. Жемчужные покои пустовали, сколько он себя помнил. И вот сейчас, он так решил, настало их время.

На двери в жемчужные покои, отдельную, женскую, половину дворца, были искусно вырезаны сцены из баллад. Он хотел было просто отворить её, потом вспомнил про невесту и досадно поморщился, но постучал. Дождался едва слышного «Войдите» и вошёл.

Девушка сидела на кровати. Обычная, ничего особенного. Он едва мазнул по ней взглядом и прошёл к окну. Так чтобы стоять вполоборота к ней, так было привычно.

– Добрый день, – сказал, словно отчитался. И задумался. Девушка молчала, не выдавала своих эмоций, не плакала. (Он терпеть не мог слёз!) Далеко не самый плохой вариант для жены. Особенно если учесть, что этим браком отношения между его небольшим государством и соседней Уланией укрепятся. Надо подписать брачный договор как можно скорее. Он долго думал над этим браком, просчитывал выгоды. Всё-таки Улания граничит с Эстарией. И хотя меньше по территориям, но войско там приличное. А ещё это желаемый выход к морю…

От усталости снова захотелось потереть виски. Сколько он уже не спал? Дурная привычка, от которой никак не получалось избавиться.

– Доброго вам дня, – ответила ему невеста, наконец.

– Договор при вас?

– Договор? – Она кажется немного растерялась, но потом всё-таки ответила, – А, да. Конечно. – И достала свиток из кофра.

Герхарт торопливо взял свиток и пробежался по нему глазами. Потом нахмурился.

– Здесь сказано, что свадьба произойдёт не раньше, чем через месяц. – Не сказать, чтобы его это не устраивало. Но договор он намерен был подписать прямо сейчас. А в нём говорилось, что он вступает в силу только после свадьбы. А договор, подписанный на магической бумаге – это вам не шутки.

– Да, – Девушка внезапно подняла голову и посмотрела на него. Какой странный взгляд. – Это единственное наше условие. – Сказала тихо, но твёрдо. Гм. Интересно. Ну, пожалуй, он может позволить себе такое условие. Месяц – это не полгода и не год.

– Хорошо. Я согласен, – Он кивнул головой и уже шагнул к двери, когда случайно обернулся. Его невеста (он ведь даже не спросил её имени) бросила на него удивлённый, он бы даже сказал изумлённый взгляд.

Чего это она? Герхарт усмехнулся и вышел из жемчужных покоев.

Илиана

Она твёрдо знала, с того самого дня, как погиб отец и они с братом остались вдвоём, что ей надлежит делать. И хотя Картес был ненамного старше неё, но на него легло бремя управления страной. Ему и так приходилось тяжело. Она была верной сестрой – поддерживала, как могла, подставляла плечо, вникала во все государственные дела и давала советы. Благо, отец дал ей хорошее образование, а не отговорился скорым замужеством.

Но если у отца и были женихи на примете, она об этом не знала. А после коронации Картеса, ей стало не до того. И тогда же брат намекнул ей, что ей придётся вступить в договорной брак, ради укрепления отношений между странами. Только он пока ещё не знал, с кем.

Илиана приняла это спокойно. Она всегда знала, что это рано или поздно случится. Её воспитывали как принцессу. И когда брат объяснил ей её задачу, она, немного поразмыслив согласилась с ней.

Ведь от неё теперь зависело благополучие родной страны и любимого брата – всё, что осталось у неё от семьи.

Ей предстояло стать невестой энтарха Эстарии и… убить его. Она мало знала о нём. Но то что слышала – не внушало надежды и уважения. Об энтархе говорили всегда шёпотом, понизив голос, словно даже сюда, в соседнюю страну он может дотянуться своими загребущими руками. И рассказывали такое, что никто в здравом уме не согласился бы выйти за него замуж.

Илиана не боялась его до того дня. Просто потому что никогда даже не думала о возможности союза. Где она – принцесса маленького государства, которое то и на карте едва заметно, и где энтарх. К тому же он старше неё больше чем вдвое. И когда брат пришёл к ней с серьёзным разговором, она сначала даже не поверила ему. Но Картес объяснил очень убедительно, чем так опасно сильное государство под боком. И смерть отца уже не казалась случайной.

Они владели доступом к морю, почти граничив с ним (не считая ничейных прибрежных земель) и не удивительно, что энтарх заинтересовался ими. Картес как маленькой объяснил ей, чем это чревато, чем грозит ему самому и их государству интерес энтарха. И почему нельзя решить проблемы мирным путём.

Сейчас все чувства уже улеглись, и она почти смирилась. А тогда она не могла спать. Ей казалось, что чудовище в образе энтарха преследует её и рвёт на части. Так, говорят, поступал сам правитель, когда ему кто-то не нравился. Она не хотела за него замуж, она боялась. Боже, как же ей было страшно! Но брат успокоил её, объяснив, что и не придётся. За этот месяц она просто должна найти способ убить правителя. А потом она как ни в чём не бывало вернётся домой.

Убить убийцу и тирана – это совсем не то же самое, что убить безвинного человека. Тем более перед самым отъездом, брат нашёл бумаги, из которых выходило, что энтарх виновен в смерти отца. И это наполняло её душу ненавистью, большей, чем все слова Картеса.

И всё равно, всю долгую дорогу до столицы Эстарии, Золотого Города, она думала. Наверное, слишком много. Но так уж она привыкла. Правда, хотя бы одно она смогла – не бояться. Теперь, когда решение было принято, страха не было. Кормилица всегда говорила ей: «Что толку бояться, того, что ещё не случилось, бояться неизведанного? Надо жить сегодняшним днём». И Илиана твёрдо следовала её завету. Хотя в дороге столько историй наслушалась про энтарха… И про его грубость и несдержанность и про кровавые расправы над людьми и про развратные пиры в мраморных палатах и про казнь без суда и следствия. И по всему выходило, что избавив мир от него, она только спасёт его и свою страну от такого тирана.

И вот сегодня, когда она наконец, на закате, прибыла во дворец, каким же мрачным он ей показался! Ей выделили отдельные палаты, а та пара служанок, что решилась отправиться с ней, сиротливо жалась друг к другу в углу комнаты.

Изначально брат хотел, чтобы с ней отправился первый советник и у себя соответственно хранил кофр с договором. Но, что-то случилось с советником – то ли заболел, то ли его ранили. И в дорогу она отправилась только со служанками и с отрядом воинов. Самые лучшие из тех, что мог отправить брат.

Брат… Картес… Интересно, дозволят ли ей написать ему?

Мысли невольно вернулись к недавней встрече с энтархом. И изумлению. Она представляла его другим. С безумным взглядом и горящими глазами на красном, отёкшем лице. А ещё почему-то неухоженным, обрюзгшим и неповоротливым. Таким, по лицу которого сразу видно все его пороки, а отвратительная внешность отражает такую же отвратительную душу.

Но энтарх оказался другим. Поджарый, подтянутый, высокий. Он буквально влетел в её покои, хлопнув дверью, и она силой заставила себя усидеть на месте, не забиться в угол. Потому что было в его лице что-то пугающее, давящее. Не открытая маска порока, нет. Обычное лицо, короткие волосы полны седых прядей (это интересно, сколько же ему на самом деле лет?), щетина на щеках, едва заметный шрам через всю левую половину лица и глаза. Вовсе не горящие, но странные, тёмные, пугающие, как и взгляд.

Она даже не сразу ответила на его приветствие, как положено по этикету. Настолько засмотрелась. И про договор сказала спокойно. И даже рука не дрогнула.

Не пристало человеку, идущему на смерть, бояться. Брат сначала хотел приставить к ней телохранителей, но потом сказал, что, как девушка, юная и красивая, она скорее привлечёт внимание энтарха. Ну да, конечно.

Отец воспитывал её в строгости и наравне с братом. Только, пожалуй, оружием не дозволял пользоваться. А так – и охота и прогулки верхом и обучение риторике и географии – всё шло у нее наравне с братом. И с другими девушками она почти не общалась. Разве что нянюшка, да пара служанок. Так что конечно, женские чары и она вещь прямо-таки совместимая. Илиана усмехнулась.

А потом вспомнила, как энтарх согласился подождать месяц. Она ждала всплеска гнева, почти верила, что он категорически откажется, выместит на ней свою злость. Но он только молча согласился, признав справедливость её доводов. И ушёл. Вот так просто. А ведь ей рассказывали про него…

Илиана покачала головой. Энтарх удивлял её. И ей, да, пожалуй, ей этого не хотелось. Но она напоминала себе, что внешность обманчива, а то, что она видит – всего лишь маска. Она ведь только приехала и ничего ещё не успела узнать.

До вечера она маялась от скуки. Никаких распоряжений от правителя не поступало. Про неё словно забыли. Возникло желание послать служанку, чтобы хотя бы узнать про ужин, если здесь вообще кормят. Но, посмотрев, на несчастных, сжавшихся в комок от страха, служанок (они ведь тоже слышали в дороге все эти рассказы про энтарха), решила идти сама. В конце концов, не съест же он её! Ему ведь нужен этот договор. Если бы не был нужен – не написал бы брату сам, первый.

Илиана вздохнула и шагнула за дверь. Дворец энтарха встречал её полутёмными коридорами и тишиной. Даже в их с братом дворце после смерти отца и то было больше жизни и больше движения. А здесь… Она невольно поёжилась. Даже показалось, что она тут одна, а тишина такая, что в ней можно увязнуть.

И коридоры… Столько коридоров, что она уже почти запуталась. Ещё немного, и повернула бы обратно. А главное нигде ни одного человека!

Наконец она буквально наткнулась, вылетев из очередного поворота, на мужчину. Лысый, полноватый с кофром для свитков в руках. Кажется, это он встретил её и проводил в жемчужные палаты. Первый советник?

– Добрый день.

– Добрый день, Ваше Высочество! – Он прижал руки к груди в приветственном жесте. И посмотрел на неё с удивлением. Ну да, принцессы так не ходят и так не выглядят. Принцессам надлежит по этикету поворот, лёгкий наклон головы и плавная медленная походка. Но… Их Улания была настолько мала и незначительна, что отец видимо посчитал, будто ей можно быть немного неправильной принцессой.

– Подскажите пожалуйста, когда будет ужин. Можно ли прислать мне ещё прислугу? Могу ли я выйти на прогулку? Отправить письмо? – Илиана решила все вопросы задать сразу.

Первый советник даже остановился, оторопев. Видимо, не ожидал такого напора. Помолчал немного, потом отмер.

– Ужин ровно в семь. Вам принесут еду в покои. Здесь не принято в обычные дни собираться за общим столом. По поводу прислуги и всего прочего вам лучше обратиться лично к энтарху.

– Хорошо. Я поняла. Тогда проводите меня к энтарху. – До ужина был ещё час. Сидеть взаперти в своих покоях? Целый месяц до свадьбы? Илиана даже вздрогнула, представив это. Наверное, отец позволял ей слишком много свободы, иначе почему её так страшит золотая клетка? А ведь если бы ей пришлось по-настоящему выйти замуж за энтарха, этот дворец стал бы её тюрьмой. Ей стало не по себе от этого. К тому же, чтобы убить (она снова внутренне содрогнулась, как каждый раз, когда даже думала об этом) энтарха, ей надо лучше его узнать.

– Д…да. Хорошо. Но его сейчас лучше не беспокоить, – осторожно проговорил первый советник. Он боится энтарха? Может попробовать привлечь его на свою сторону?

– Почему?

– Ну… Энтарх приказал.

– Хорошо. Но я всё-таки попробую. – Не убьёт же он её в конце концов! Вот и шанс представится наконец увидеть истинное обличье энтарха.

– Да, конечно. Пойдёмте, провожу вас, ваше высочество. – И советник бодро засеменил вперёд. Илиана медленно направилась за ним. Возле большой, окованной железом двери с изображением города на холме, он остановился.

– Вот. Если хотите, я доложу о вас.

– Нет, благодарю вас. – Илиана вежливо кивнула, и первый советник поспешил откланяться.

Она постояла немного, вздохнула, а потом постучала.

– Что такое? – Донеслось из-за двери. И голос звучал вовсе не дружелюбно.

Илиана посчитала это разрешением входить, открыла дверь и шагнула вперёд.

Энтарх сидел в массивном кресле, обитом тканью, спиной к двери. Сама комната выходила на большую террасу с видом на город и вот этим видом он, наверное, и любовался. Рядом на низком столике стоял кубок и пиала, полная фруктов. Ни личной охраны, ни воинов – никого. Если бы она сейчас захотела его убить, то, пожалуй, смогла бы это сделать.

– Так, кого там принесло? Я ведь сказал, чтобы меня не беспокоили!

Он так и не соизволил обернуться. Только сидел, подперев голову рукой. Илиана видела лишь его руку, да затылок.

Такой приём принцессу совсем не обнадёжил. Но она и не боялась. Глупо бояться человека, которого хочешь убить. Ненавидеть можно, но не бояться. И она не нашла ничего лучше, чем ответить (внутренне, содрогнувшись правда):

– Это я, ваша невеста.

Энтарх наконец-то обернулся. И Илианна невольно отметила, как он поморщился и дотронулся пальцами до висков. Болеет?

– Разве вам не сказали, что я приказал не беспокоить себя? – Голос звучал сухо, даже равнодушно, а глаза смотрели пристально и внимательно. И было в них что-то… что-то такое… Что всё, что она хотела спросить, вылетело из головы. Остался только этот взгляд. Изучающий.

– Сказали. Но ваш советник не смог ответить на мои вопросы. И поэтому пришлось всё-таки побеспокоить вас.

Она говорила ровно и спокойно, насколько могла. Пусть и чувствовала себя неуютно под пристальным взглядом энтарха. Наверное, если бы она была обычной принцессой и действительно хотела выйти за него замуж, то вела бы себя по-другому, побоялась бы провоцировать уж точно. Тем более, учитывая то, что говорили о правителе. Но в том то и дело, что у неё совсем другая задача.

– И какие у вас вопросы? – Он снова поморщился. Потом нахмурился, сжал губы.

– Я бы хотела попросить ещё прислугу себе. Хотя бы для того чтобы не путаться в коридорах вашего дворца. А так же узнать, как я могу отправить письмо брату. И спросить позволения выходить на прогулку. – Она закончила и подняла глаза, только сейчас осознав, что всё это время смотрела в пол. Она боялась ответа энтарха. Сегодня только первый день, а она уже второй раз испытывает его терпение.

– Я приставлю к вам слугу, – он внимательно посмотрел на неё и Илианна не смогла отделаться от впечатления, что он видит её насквозь. Какой неприятный, колючий и пронизывающий, у него взгляд! – Письмо брату передадите через него. В саду и по дворцу гуляйте, почему бы нет. – Он пожал плечами и снова едва уловимо поморщился. – Ах, да, вы должны привыкнуть, что здесь – не ваша родина. Я знаю, что сейчас взяли за моду следовать заморскому образцу – фрейлины, парики, слуги, заглядывающие в рот правителю. Здесь, в Эстарии так не принято. Если вас это не устраивает – перед свадьбой можно будет обсудить эти вопросы. У вас есть, что ещё сказать мне?

– Нннет, – протянула Илиана, удивлённо.

– Тогда я думаю, мы закончили. – И он махнул рукой, словно отпуская её.

Илиана вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Энтарх жёсткий, пугающий, но вовсе не безумец. И это почему-то ещё больше её страшило. Если бы ей действительно предстояло выйти за него замуж, то он – худшая кандидатура из возможных. Но ей нужно совсем другое.

Глава 2

Герхарт

Голова раскалывалась. Ныл старый шрам. А ветер уже завывал, пытаясь опрокинуть дворец, построенный так, чтобы словно нарочно быть открытым всем семи ветрам. Взметнулись лёгкие занавеси, заколыхались гобелены над кроватью.

Герхарт встал, поморщившись, и шагнул закрыть дверь, ведущую на террасу. Каждый шаг отдавался болью. Захлопнув дверь, он снова упал в кресло, бездумно наблюдая, как по грозовому небу быстро проносятся темные, словно морские пучины, облака.

С каждом разом голова болела всё сильнее. И никакие лекарские настойки уже не помогали. И ничто не давало облегчения. Болели плечи, словно он держал на них всё государство (а разве это не так?), болела шея. Он превращается в старую развалину.

И всё-таки невольно его мысли возвращались к девушке, которая пришла к нему сегодня. Его невеста. Почему-то от этой мысли было неприятно. Право слово, ему был необходим сильный союзник и укрепление границ, а ещё выход к морю. Он поразмыслил и решил, что это – лучшая кандидатура. Однако, при виде неё стало странно неловко. И он сам не мог сформулировать, чётко, почему.

Однако, она не боялась его, была спокойна, вежлива, не приставала с излишними капризами. Пожалуй, она не доставит много хлопот. А это для него, который не задумывался о женитьбе, самый лучший вариант. Да, он всё сделал правильно! Герхарт отпил из кубка. Специальный настой, призванный уменьшить головную боль, обжигал горло, но пользы от него не было.

А на улице раздались первые раскаты грома и хлынул ливень. Словно стена встала. Герхарт сидел, глядя, на разыгравшуюся непогоду, бездумно крутя в руках кубок.

Илиана

Ужин прошел спокойно, не считая разразившейся грозы. Но Илиана даже любила грозу. В отличие от служанок, что ахали, охали и закрывали уши и глаза, она никогда не боялась разгула стихии. Наоборот, ей казалось, что это так по-королевски красиво, когда тёмное небо вдруг прорезают яркие вспышки молний. Её завораживало это зрелище.

А ещё стало вдруг немного уютнее в этом пустом и темном дворце. Надо, пожалуй, пока совсем не стемнело, сесть и написать письмо Картесу. Пусть брат знает, что у неё все хорошо, и она спокойно добралась до цели своего пути.

Илиана шагнула к окну, взяла бумагу и перо, забралась в кресло с ногами, и начала писать. Дурная привычка, она это знала, но никак не могла от неё отделаться. За окном бушевала гроза. Как раз, когда она закончилась, письмо было дописано. Завтра она отдаст письмо новому слуге и попросит проводить её в сад.

Далия, её горничная, помогла раздеться и лечь в кровать. Как ни странно, но спала Илиана хорошо. И кошмары совсем не снились. Хотя ведь она была уверенна в обратном.

Утром она встала рано, отдохнувшая и посвежевшая. Шагнула босыми ногами на пол и распахнула окно. В комнату ворвался лёгкий свежий ветерок. Ничто не напоминало о вчерашней буре. Разве что необычно яркая зелень за окном. Воздух манил. Хотелось выйти в сад и подышать этим воздухом. А раз так – нечего откладывать!

Надо лишь дождаться слуги и завтрака. Илиана подумала бы, что о ней забыли. Тем более, что энтарху вчера явно было не до неё. Она вспомнила о кубке, что стоял рядом. Но нет. Завтрак принесли ровно минута в минуту. А следом явился и новый слуга. Юркий молодой юноша, почти мальчишка. Наверное, он был не сильно моложе её самой. Да вот беда – после смерти отца, Илиана чувствовала себя намного старше своего возраста.

Позавтракав, она отдала слуге письмо и попросила проводить её в сад. Никого из служанок она с собой не взяла, отговорившись тем, что здесь так не положено. Здесь действительно так не положено, судя по тому, что сказал ей энтарх. А она и рада. Илиана никогда терпеть не могла эту толпу слуг и служанок (благо хоть фрейлин почти всех отец разогнал после смерти матушки), что ходили за ними с Картесом как преданные собачонки. Хотя брату, всё-таки, кажется, нравилось.

Слуга проводил её до калитки в сад, вежливо распахнул её и исчез. Илиана полной грудью вдохнула такой свежий и приятный воздух, и шагнула на тропинку. Сад был похож больше не на сад правителя этих земель, а на какой-нибудь дикий лес. Деревья росли как им вздумается, цветники располагались в хаотичном порядке и Илиана подумала: «А есть ли здесь вообще садовник?»

Хотя ей тут определённо нравилось. Сад располагал к себе, а одиночество после шума и суеты родного дворца, показалось внезапно привлекательным.

Она обогнула дворец кругом и вышла на небольшую поляну. Илиана смотрела только вниз и перед собой. И когда послышался странный шорох, не сразу сообразила, что идёт он сверху. На террасе (той самой, которую она, видимо, видела вчера) сидел энтарх и просматривал какие-то бумаги. Увидев её, он кивнул и снова углубился в изучение.

Илиана пожала плечами и пошла дальше. В паре шагов виднелся какой-то скромный кустик с яркими цветами. Вот к нему она и подошла. Небольшой, весь усыпанный тёмно-синими цветами, он так интересно пах, что невольно захотелось наклониться поближе, чтобы изучить его запах.

Вдруг её отвлёк какой-то звук. Кто-то крикнул. Илиана обернулась к террасе, безошибочно угадав кричавшего. Энтарх встал и что-то пытался сказать ей, но ветер относил слова. К тому же терраса находилась достаточно высоко.

Она показала руками на уши и покачала головой. А потом отвернулась от него и спокойно присела к цветку. Желание потрогать его было просто непреодолимым.

– Стойте! Не трогайте! – Вдруг совсем явственно расслышала она, рядом с собой. Илиана обернулась и отскочила. К ней шёл энтарх. Каким-то невообразимым образом он оказался на земле (спрыгнул?) и спешил к ней. Так она назвала бы его летящую походку.

– Не трогайте этот цветок. – Повторил он уже тише.

– Почему? – Спокойно спросила она.

– Он ядовит. Его пары кружат голову, если ими долго дышать, то может стать нехорошо. А если сок попадёт в кровь, то смерть будет быстрой и безболезненной.

Илиана вздрогнула и зябко обняла себя за плечи. Подумать только!

– А почему настолько ядовитый цветок растёт у вас здесь свободно и ничем не отгороженный? – Судя по всему, это не она выполнит свою миссию, а скорее эта страна покончит с ней.

– Это королевский цветок, – спокойно ответил энтарх. – Его в Эстарии все знают. Его запрещено трогать под страхом смертной казни. Я не думал, что вы можете не знать… – Он всего на секунду смешался. А Илиана едва не засмеялась. Энтарх, и не думал!

– Хорошо. Я поняла. Спасибо, что предостерегли меня. – Илиана вежливо поблагодарила его. По правде говоря, он спас ей сейчас жизнь. Но почему-то думать об этом было неловко. Она то ведь, должна будет у него эту жизнь отнять.

– Если хотите, я покажу вам город. С вершины холма открывается прекрасный вид. – Кажется, энтарху было неловко. Что-то такое чувствовалось в его словах. Илиана с детства ощущала очень многое сердцем и часто там, где не могла выразить словами, за неё говорило сердце.

– Хорошо. Пойдёмте. – Кивнула она. И направилась вслед за энтархом, приноравливаясь к его размашистому шагу. Выправка у него была, скорее, военная. Совсем как у отца. Илиана проглотила печальную улыбку. Каждый раз как думала об отце, на сердце становилось тоскливо. Слишком рано он её покинул. А ещё она вдруг вспомнила, что человек, который стоит рядом с ней, может быть в этом виновен (и даже скорее всего) и сжала губы. Прогулка потеряла для неё всю свою прелесть.

Так они и шли молча. Энтарх куда-то вёл её упорно петляющей между деревьев тропинкой, а она спокойно шла за ним. Он, кажется, тоже чувствовал себя вполне уютно, когда молчал. Вот и замечательно. Илиана так устала от придворной болтовни дома, что сейчас просто молчание и одиночество было для нее благом.

Прошло несколько минут, деревья поредели, а тропинка резко завернула вверх. Пару мгновений- и они оказались на вершине холма. Энтарх остановился так резко, что Илиана едва не врезалась в него, чудом удержавшись в последний момент. Он ничего не сказал по этому поводу. Может, даже и не заметил.

А Илиана глянула вниз и застыла, поражённая увиденным. Город лежал перед ней, как на ладони. Маленький, словно игрушечный, но невозможно красивый и живой. От увиденного захватывало дух.

– Как красиво! – Не удержалась она.

– Красиво! – Кивнул энтарх и снова замолчал.

А Илиана посмотрела на него. Между глаз обозначились морщинки, губы крепко сжаты. Он смотрел на город так, словно это была не столица его государства, а как минимум – поле битвы. И она снова поймала себя на мысли о том, что представляла себе кровавого и жестокого энтарха совсем другим, более бесчеловечным, наверное.

Хотя что есть внешность? И что за ней скрывается?

Илиана вздохнула и с трудом отвернулась от энтарха. Почему-то он интересовал её куда больше всех этих красивых видов.

А он, видимо, услышав её вздох, повернулся к ней.

– Это – мой город! – И снова вместо торжества лишь печаль в голосе, да ещё злость. Но не на неё, нет.

Он утверждал, что это его город так, словно она с ним спорила. Но она и не думала спорить. Несколько минут молчания, а потом энтарх осторожно произнёс:

– Вы можете приходить сюда, когда захотите.

Илиана кивнула, принимая ответ. Интересно, а в город она может выехать тоже когда захочет?

– Я могу посетить город? – Спросила она и осторожно посмотрела на энтарха. Он нахмурился. И стал казаться ещё более пугающим, чем был. Словно вчерашнее грозовое небо, что вот-вот разразится молниями и прольётся дождём.

– Я сам покажу вам столицу. Как будет время. Обязательно. – Сказал осторожно и замолчал. А у Илианы было ощущение, что он хотел произнести совсем другое.

Они молча двинулись в обратном направлении, ко дворцу. Там они распрощались. Энтарх отправился, видимо, к себе, а она осталась стоять на полянке, отойдя, правда, от ядовитого королевского цветка на достаточное расстояние и бездумно глядя в пустоту.

А потом так же медленно побрела во дворец. Если все дни будут такими скучными, то она с трудом переживёт этот месяц.

Герхарт

Он вернулся к себе в кабинет и занялся делами. Но мысли то и дело возвращались к этой девушке, его невесте. Почему? Возможно, просто потому что она новый человек в его окружении. И он пока не мог понять, какой именно человек.

Но совсем скоро он выкинул всю эту глупость из головы. Требовался новый закон. И налоги, при всём его желании, придётся повысить. Временная мера, но всё же… Неурожай в южной провинции, придётся ввозить зерно и виноград из дружеской Литари. А это значит, неизменно чем-то жертвовать.

Это словно партия в ракс. Где на поле кружат фигуры полководцев и воинов, собираясь в легионы, а за крепостными стенами стоят короли. С каждой стороны – свой, отправляя своих полководцев завоёвывать новые и новые земли. Один неверный шаг – и вот уже твоя крепостная стена разрушена, а король просит пощады.

Да… Гер потянулся. Давно он не играл в ракс. Да и не с кем было играть. Первый советник от страха забывает ходы и правила. Иногда, совсем редко, когда уже сил не оставалось, он переодевался в простую одежду, накидывал плащ с капюшоном и тайным ходом убегал в город.

Энтарх Эстарии превращался в простого человека, который любил сыграть партию в ракс в трактире. Да, рисково. Да, если он умрёт, то его государство сразу раздерут на части вроде бы мирные соседи. Но иногда сил терпеть просто не оставалось. И тогда разум отступал. Вряд ли кто-то из тех, кто пропускал с ним партейку в ракс, понимали с кем они играют. И это давало ему иллюзию свободы. Не чувствовать себя рабом, правителем в золотой клетке, из которой нет выхода. Когда казалось бы вся жизнь принадлежит тебе, да вот только ты самому себе уже не принадлежишь.

Гер криво усмехнулся и продолжил разбирать бумаги. Как будто он сам на доске. Шаг влево, шаг вправо и твоё войско разбито, а твой полководец отступает. Ещё шаг – и уже бежит враг. Победа одержана. О да! Победа! Он привык побеждать.

Обед ему принесли прямо в кабинет. Принесли и тут же исчезли. Слуги, незаметные, словно тени. Он почти не чувствовал вкуса еды, не понимал, что и зачем ест. Закусить по-быстрому, и продолжить дальше заниматься тем, что требовал от него долг. Такое всегда было после приступа сильной головной боли и горького настоя. Он на несколько дней переставал чувствовать вкус еды. Ничего страшного. Ко всему можно привыкнуть.

Герхарт просидел над бумагами почти до полуночи, а потом, потирая гудящие виски, встал и направился в спальню. Надо будет завтра отправить гонца в Литари. Договориться о поставках на выгодных обоим условиях.

Илиана

До вечера Илиана успела уже несколько раз осмотреть покои, которые им отвели. Палаты были красивыми, но какими-то нежилыми, хотя и содержали всё, что им могло понадобиться. И мебель вроде на месте, и отдельная комната для слуг и купальня. И всё-таки здесь было как-то слишком пустынно и тихо.

Она ожидала совсем другого. Даже не ожидала, а скорее боялась. Дворца, в котором не смолкают весёлые пиры, а кровь, равно как и вино льются рекой. А здесь… Было ощущение усыпальницы, где всегда тихо и печально, но никак не дворца, в котором живёт правитель здешних земель.

Илиана была растеряна, а ещё умирала от скуки. Хотя вроде бы она могла делать всё, что хочет. Но это была всего лишь иллюзия свободы. Она ни на миг не могла забыть о том, ЧТО ей надлежит сделать и зачем она здесь. Мысли невольно возвращались к энтарху и его поведению. Спас же он её сегодня. И всё же… Она видит его только первый день. А внешность обманчива.

Поужинав, она улеглась спать, отпустив служанок. Пусть рано, но ей надо было подумать обо всём, что она увидела и почувствовала. Она часто так делала. Словно писала перед сном невидимый дневник. И всё странным образом успокаивалось и приходило в порядок.

А утром, едва позавтракав, она снова решила выйти на прогулку в сад. Вот только побродив, наверное, с полчаса по заросшим тропинкам, Илиана поняла, что скучает. Праздная жизнь не для неё. Можно было бы, пожалуй, заняться вышиванием, вот только и вышивать она не любила. Привыкла сначала к постоянным тренировкам ума и тела у отца, а потом – помогать брату и вникать в нелегкие политические документы, насколько хватало её ума. И она надеялась, что всё-таки помогала Картесу советами, а не мешала. Искренне на это надеялась.

Поэтому она свернула обратно во дворец. Пойти спросить, где здесь библиотека и имеет ли она право брать из нее книги. Хотела спросить у слуги. Но слуги, который отвел бы её в библиотеку, у двери не оказалось. Дорогу до своих покоев она вроде бы запомнила. Как ей казалось. Но, вот же незадача – видимо в каком-то из темных коридоров она свернула не туда. Не дворец, а прям настоящий лабиринт!

Илиана растерянно остановилась, оглядываясь по сторонам. Двери и полутёмный коридор, освещённый едва тлеющими светильниками. Она наугад побрела вперёд. Должен же этот коридор куда-то её вывести! Несколько шагов, поворот, снова поворот и ей показалось, будто что-то изменилось. Появилось что-то знакомое. Глаз зацепился за дверь со знакомым узором. Дом на холме. Та самая дверь, ведущая в покои энтарха.

Илиана постучала несколько раз, но так и не дождалась ответа. И тогда она сделала самое глупое из возможного – приоткрыла дверь. Одна её часть вопила о том, что надо уйти и желательно как можно быстрее, что энтарх не будет рад незваным гостям в своих покоях, а вторая твердила о том, что у нее есть цель, ради которой она здесь, а значит надо войти.

И Илиана вошла. Комната была пуста. Энтарха здесь не было. Она сразу почувствовала облегчение, а ещё вину. Она должна была ненавидеть энтарха. Но за те два дня, что Илиана находилась во дворце, она не видела от него ничего плохого. И хоть Картес твердил, что чем быстрее она справится со своим заданием, тем будет лучше для них обоих и для их государств, она не могла, просто не могла убить энтарха вот так, сразу.

Почему? Илиана, пожалуй, и сама не понимала. Просто… Ей хотелось найти подтверждение тому, что она слышала о нём. Она верила брату, безусловно и искренне. Но вот сейчас, когда всё рядом, а брат предложил ей яд и клинок и ещё несколько способов убить легко и быстро, а, главное, чтобы на неё не пало подозрение, Илиана медлила.

Наверное, не так сильна была её ненависть. Легко ненавидеть человека, так же, как и любить, на расстоянии, находясь далеко от него, и в сто крат тяжелее, если ты рядом. Вот сейчас, она увидит, каков энтарх на самом деле, и ей станет легче, легче ненавидеть.

К тому же от неё зависит благополучие родной страны. А значит нечего медлить. Она только присмотрится немного. Дождётся пока гнилая натура энтарха выдаст его и тогда…

Илиана медленно прошлась по комнате, осматривая её, и сама поражаясь своей смелости. Обычная обстановка, она бы даже сказал аскетичная. В прошлый раз она не рассмотрела покои энтарха, он сам приковал к себе всё внимание. А сейчас уже осматривалась внимательно. Подмечая мелочи – кушетка в углу, открытая дверь на террасу, то самое кресло, в котором он встречал её в прошлый раз, сдвинутое к стене. А ещё небольшой столик посреди комнаты, что сразу приковывал взгляд. И на нём разложенный ракс.

Словно энтарх начал партию и не доиграл. Илиана невольно шагнула вперёд и прикоснулась к фигуркам. Дорогие, из слоновой кости и мрамора. У отца были похожие. А здесь видно, что очень старые и выделка хорошая. Ракс был её страстью. «Мой стратег», так называл её иногда отец. После того, как он умер, достойных противников для неё не осталось. Картес не любил играть, а играя, неизбежно проигрывал. Первый советник иногда мог составить компанию, но и тот ненадолго. Как правило, сдавался после первой партии.

И вот сейчас Илиана видела, что партия не сыграна. Сторона белого короля сделала ход, полководец созвал войска и расставил на позиции, а чёрный король безмолвствовал.

Что ж, не будет особой беды, если она сделает шаг за чёрных. Энтарх, наверное, и не заметит, а, заметив, решит, что это служанка, убираясь, случайно сдвинула фигуры.

А ведь если чёрный король не выставит правильно полководца, то ему через пару ходов грозит неминуемая гибель. Белый король сделал замечательный ход. Но и чёрный король не лыком шит. Если призвать на позицию легионеров и шагнуть чёрным полководцем вправо по доске… Илиана улыбнулась, потом нагнулась, прикоснулась к фигурке полководца и переставила его вправо. Так. А теперь легионеров.

Прошло несколько минут. Она полюбовалась на фигурки на доске. О, да. Теперь исход этой партии не был таким однозначным. Теперь белому королю, чтобы выиграть это сражение, придётся приложить много усилий и не факт, что победа останется за ним.

Илиана довольно усмехнулась и шагнула к двери. Даже если энтарх застанет её здесь, он ничего не может ей сделать. Она его невеста и принцесса другого государства. Она неприкосновенна. Она должна убить его и ей нечего бояться. Так говорил ей Картес. А ещё, что он не даст её в обиду. И она верила. А кому верить, если не единокровному брату, с которым она вместе росла и с которым делила все его детские игры? Поэтому страха перед энтархом не было. Почти.

Илиана немного подождала, прежде чем распахнуть дверь. Но за дверью было тихо. Никаких шагов, никаких голосов. И правда – не дворец, но усыпальница.

В коридоре она помедлила немного. От этой двери она уже помнила путь до своих покоев. Развернулась, было, туда, но передумала. Нет уж! Она решила отправиться на поиски библиотеки, вот теперь и направится туда. Должен же ей кто-то попасться на пути! И нет, в этом дворце, невыносимо! Была бы она нормальной принцессой, завтра же уехала бы домой! Потому что эта тишина угнетала и давила, словно вопрошая – а в чём ты провинилась сегодня? А ещё здесь не было даже колокольчика для вызова прислуги. И слуга, приставленный к ней, возмутительно быстро ушёл, не встретив её с прогулки. Хотя, ведь она не просила.

Илиана вздохнула, остановилась на секунду, а потом всё-таки направилась дальше. Без книги сегодня она не уйдёт!

Глава 3

Герхарт

Написать и отправить письмо правителю дружественной Литари, было делом нескольких минут. Но Герхарт задержался. Прогулялся по саду, обдумал, все ли сделал правильно, не упустил ли чего-то. А ещё в последнее воскресенье месяца энтарху надлежало встретить просителей и выслушать их. Он завёл этот обычай и не собирался менять. Но во дворце находилась принцесса, его невеста. Он знал, как должен действовать согласно дворцовому этикету. Проблема была лишь в том, что он давно уже сам себе правитель и сам себе этикет. Самоуверенность – отвратительное качество для энтарха и необходимое. Вот только было ли оно у него?

Герхарт усмехнулся, развернулся, постоял немного, полюбовался на королевский цветок и направился к себе. Полумрак дворца после ослепительного солнечного света неприятно давил, словно обещая головную боль в ближайшие дни. Он даже ослабил и так свободный ворот рубахи. И подумал рассеянно, хорошо, что золотой обруч, знак власти правителя, немилосердно сдавливавший виски, он носит не каждый день.

В личных покоях было тихо и прохладно. Ветер играл прозрачными занавесями, отделявшими комнату от выхода на террасу. Но скоро солнце вновь придёт на эту сторону и начнётся жара. Жару Герхарт не любил. Он шагнул к выходу на террасу, чтобы захлопнуть дверь, когда вдруг случайно бросил взгляд на столик, за которым вчера оставил расклад в ракс.

Иной раз он играл сам собой. Тренировал разум. И тоскливо мечтал о сильном противнике. И вот сейчас он застыл ошеломлённый. Кто-то не просто сдвинул фигуры на доске (а он запрещал слугам дотрагиваться до вещей в его покоях), а сдвинул их так, что белый король вместе со своим полководцем оказался в осадном положении. Вот ведь досада!

Гер невольно, вопреки своим мыслям, усмехнулся. Усмешка вышла кривой, а старый шрам привычно стянул кожу. Что есть, то есть. Но, кто бы это ни был, он совершил невозможное – пошёл за чёрного короля таким немыслимым способом, что Герхарт подумал бы, что фигуры сдвинуты или заменены местами. Но нет! Он помнил наизусть, где стоял белый король с полководцем и своим войском и где – чёрный.

Так. А значит, ему задали задачу. Что-ж, он любит решать задачи! Он даже не заметил, что пока осторожно прощупывая дальнейшие ходы противника, переставлял фигуры на доске, улыбался. И даже когда белый король, совершив невозможное, вырвался из окружения противника, а его полководец, потеряв легионеров, но и изрядно потрепав противника, всё-таки подошёл к крепостным стенам чёрного короля, продолжал глупо улыбаться. Наконец-то он нашёл сильного противника, с которым интересно играть. Наконец-то! Всё. Он завершил ход. Теперь партия чёрных точно проиграна.

Но Гер медлил убирать ракс. Ситуация для чёрного короля была безвыходной, однако он бы нашёл рисковый выход, один единственный. Он уже видел его и оставил малейшую лазейку. Вряд ли конечно тот, кто ввязался в эту партию, рискнёт сделать такой ход. И всё же… Да, он будет ждать. Это того стоит.

Илиана

В библиотеку её наконец-то проводили. И теперь, бродя меж старых фолиантов и ещё более древних свитков, убранных для сохранности в кожаные кофры, она пыталась собрать свои мысли воедино. Отец всегда говорил ей, что библиотека, тем более королевская, может сказать о своём хозяине очень многое. Кто ж знал, что его советы вспомнятся сейчас.

Илиана рассматривала корешки книг и понимала, что очень многое смогла бы сказать о их хозяине, потому что библиотека была почти идентична той, что была у неё дома. История государства, история права, законы, указы, и тут же классические томики поэтов, и ещё более древние свитки, причём оригиналы, насколько она понимала. И романы. Немного наивные, немного слишком глупые и всё же…

А некоторых трудов не было даже у них дома. Например, оригиналы Эсвителя. Илиана осторожно прикоснулась к кофру и достала оттуда свиток. Действительно оригинал. И даже вполне читаемо, идеальная сохранность. Откуда он здесь?

Она подумала немного. Сначала хотела было забрать с собой, чтобы почитать в комнате, в конце-концов, принцессе не посмеют возразить. Потом подумала и решила оставить. Всё-таки это большая драгоценность и она не хотела бы послужить причиной её случайной потери или порчи.

Взяв пару томиков по истории, политическому устройству и пару романов, чтобы скоротать вечер, Илиана направилась прочь от библиотеки. В этот раз она даже не заблудилась в коридорах дворца. Кажется, она научилась находить дорогу в этой полутьме.

В спальне было пусто. В соседней комнате о чём-то тихо шептались служанки. Услышав, что она вошла, Далия тут же выбежала ей на встречу.

– Госпожа, обед принесли, но вас не было. И он уже, наверное, остыл.

Точно, обед. Она совсем про него забыла. Что-ж, она съест и холодное. Но служанки раскудахтались. Вызвали слугу и потребовали для госпожи новый обед. Илиана махнула на них рукой. Всё-таки сначала отец, а потом и Картес попросил девушек заботиться о ней, вот они и заботятся, как могут.

Через четверть часа принесли горячее. Она пообедала, уселась в кресло и принялась за книги. Теперь у неё есть за чем скоротать время, а значит всё не так уж и плохо.

И внезапно она зачиталась. Сначала хотела заняться историей, тем более, что здесь были интересные книги, те, которых не было дома, в королевской библиотеке. Но, видимо, напряжение и усталость от долгого пути сделали своё дело. Она прочла один раз, второй. Ничего не понятно. Вздохнула, отложила книгу и принялась за лёгкий роман. И внезапно зачиталась, обнаружив в любовном романе двойной смысл. Интересный писатель. Она не слышала о таком. Может быть потому что не особо любила романы. И не видела в них смысла. Потому что королевской дочери не пристало мечтать о любви. Стать достойной женой своему мужу-королю, родить наследников, уметь поддерживать разговор – вот, пожалуй, то что от неё требовалось.

Нет, конечно, она мечтала в детстве, до смерти отца, о любви и счастье. Но… Это было слишком давно. А сейчас, ей кажется, и случая стать просто достойной женой не представится. Перед глазами, словно живое, встало лицо энтарха. Но вместо страха, она испытала лишь омерзение от того, что ей надлежит сделать. Она искала в себе ненависть к энтарху, но не находила.

Ничего, просто слишком мало времени прошло. Он ещё не показал себя во всей красе. Хотя, возможно, что при ней он так и будет притворяться. Что там говорил брат, характеризуя энтарха – умный, хитрый политик и дальновидный стратег. Ну да, иначе он бы не смог собрать Эстарию буквально из руин, поднять и восстановить страну. И снова Илиана почувствовала что-то странное. Эти качества импонировали ей, хотя она всегда была уверенна, что энтарх прошёл по головам, без сожаления и боли, проливая реки крови. Всё, как говорил ей Картес. Но сейчас почему-то ей виделась эта история совсем в другом свете. Отец учил её сопоставлять факты. И пока то, что она видела, не походило на то, что она слышала о энтархе. Но… Время покажет.

Время до ужина пролетело быстро. Илиана даже не заметила, что подавали на ужин, размышляя о прочитанном. А утром, проснувшись, она почувствовала непреодолимое желание поискать ещё книги этого автора в библиотеке. И (она не призналась бы в этом даже самой себе) – проверить в комнате ли энтарх. И если его там нет – сделал ли он ход. Говорила сама себе, что это глупо, но ничего не могла поделать. Она так давно не играла в ракс, а он всё равно не узнает. Не будет же она ему в этом признаваться, право слово!

Поэтому после завтрака она приказала слуге проводить её в библиотеку и отпустила его. А сама, поставив книгу на полку, попробовала найти другие книги этого же автора. Бесполезно. Всё что угодно, кроме того, что нужно. Вот и повод нашёлся зайти к энтарху и выдумывать не надо. Илиана усмехнулась. Нет, она бы побродила и дальше по библиотеке, тем более, что она здесь могла дышать свободно и чувствовала себя почти как дома. Но ей безумно хотелось посмотреть, заметил ли вообще энтарх её ход. А может уже убрал ракс. И тогда нет смысла заходить в его комнату.

Илиана решалась недолго. Сжав губы, она вышла из библиотеки. Нужная дверь нашлась скоро. Она привычно постучала. И, не дождавшись ответа, как и вчера, шагнула внутрь.

Ракс был здесь, и белый король стоял под стенами чёрного. Игра продолжалась. Она глупо улыбнулась, а внутри всё запело от восторга и азарта. От предвкушения хорошей игры. Потому что подумать придётся. О, да! Как же она любит такие сложные задачи! А, главное с того времени, как умер отец, она не встречала достойных противников. И вот сейчас кажется, наконец встретила.

Илиана наклонилась над столиком. Энтарх почти не оставил ей шанса. Белый король пожертвовал практически всеми своими легионерами, но разбил и её войско и её полководца, обратив их в бегство. Ей осталось сдаться и завершить игру. Но Илиана не привыкла сдаваться. Нет. Только не сейчас.

И она уже видела решение. Один единственный выход, после которого белому королю либо придётся капитулировать, либо – сражаться один на один, уже без полководца и легионеров. Да, рисково, да почти невозможно выиграть. Но кто не любит риска?

Илиана улыбалась, вспоминая, как отец качал головой и сетовал, что она родилась девочкой, а не мальчиком. Что есть, то есть. И всё же…

Она осторожно сделала ход. Потеряла всех легионеров, рискнула белым королём. Один единственный выход и вот белый король уже стоит за стенами крепости напротив чёрного. Поединок один на один. Примете ли вы условия поединка, энтарх?

Илиана встала, улыбаясь и отошла от столика. Занесла книгу в свои покои (по пути ей ровным счётом никто не встретился, но она, кажется, уже начала привыкать к пустоте и тишине этого странного дворца), а потом направилась в сад.

Как бы это не было глупо, но ей нравилось играть с энтархом. Да, она по-прежнему была уверенна, что брат прав, по крайней мере во многом, хотя она не видела ни подтверждения, ни опровержения его словам. Но игра, азарт этой игры, словно завладел её душой. Скучно? Нет. Теперь ей не было скучно во дворце. Ведь у неё появился достойный противник.

Герхарт

Он дал время своему невидимому противнику до вечера. Специально находил дела в другой, отдалённой части дворца. Те дела, которые он обычно делал в своём кабинете. Но не сейчас, не сейчас. Он боялся спугнуть таинственного игрока, надеясь, что вчера была не случайность, а действительно обдуманный ход. Ему бы бояться неизвестного достойного противника, но голос разума заглушил азарт. Тем более, что сейчас всё было относительно спокойно. Литари должна согласиться на поставку продуктов, он предложил выгодные условия. А значит голод точно не грозит.

А ещё всё-таки этикетом нельзя пренебрегать. Придётся пригласить невесту на ужин. И заодно сообщить ей о том, что ей предстоит присутствовать как будущей жене на приёме в это воскресенье. Не сказать, чтобы ему было интересно. Он помнил встречу в саду. Девушка как девушка. Правда более спокойная. Другая бы испугалась грозившей смертельной опасности, бросилась благодарить, а эта ограничилась всего лишь парой фраз. С другой стороны, может быть, её так воспитали.

Герхарт пожал плечами и снова вернулся мыслями к таинственному противнику в игре. Невеста пока его и вовсе не занимала.

Через полчаса он послал к невесте слугу с вежливой просьбой присоединиться к нему за ужином, а сам отправился переодеться. И заодно посмотреть, сделал ли ход его противник. Его влекло в кабинет и подходя к нему он улыбался и даже не скрывал этого. Вошёл внутрь. Всё на своих местах, кроме ракса.

Герхарт шагнул вперёд и улыбнулся ещё шире. О, да, шаг был сделан. Тот самый, единственный! И теперь кому-то из королей придётся отступить. А кому-то – уйти с победой. А проигрывать он не умел. А значит всё становится только интереснее!

Илиана

За час до ужина к ней постучался слуга с приглашением от энтарха на ужин. Она разумеется приняла приглашение, правда, с большим удивлением. Он что-то узнал? Он понял, кто играет с ним в ракс? Илиана не боялась, но сердце почему-то стучало, как сумасшедшее, выдавая азарт.

Она переоделась так, как прилично было дома выходить к столу. Какая здесь мода, она не знала. И, честно говоря, не стремилась узнать. И в город теперь не стремилась. Мрачный и пустынный дворец приобрёл для неё свою прелесть.

Она улыбнулась, осмотрела себя в зеркало. Выглядит достойно своего статуса принцессы. Что-ж. Пора идти. Слуга проводил её до столовой. Илиана старалась запомнить дорогу. Вообще, конечно, если бы к брату прибыла невеста, он лично показал бы ей дворец и сад, прогулялся по городу. Картес был хорошим правителем, достойным приемником отца. Илиана была уверена в нём и гордилась им. А здесь… Ей казалось, что энтарх Эстарии просто был равнодушен ко всем этикетам и приличиям, словно своим поведением и дворцом, похожим на усыпальницу, бросал молчаливый вызов. Вот только кому?

Столовая встречала её такой же тишиной, как и весь остальной дворец. Кроме энтарха, в ней не было больше никого. Ужин наедине. Вот как это называется. Ни прислуги, ни придворных. С таким же успехом он мог бы пригласить её и в кабинет.

Илиана с трудом сдержалась, чтобы не поёжиться. Было ощущение, что колючий взгляд энтарха пронизывает насквозь, изучая, стараясь, что? Запугать? Но ей не пристало бояться! Она вспомнила, ради чего она здесь. О, да! У неё очень важная цель. А значит, как она может бояться того, кого должна убить?

Илиана гордо вскинула голову и присела напротив энтарха. На единственное свободное место за длинным столом. И это тоже было против всех правил. Потому что по этикету, она должна была сидеть рядом с энтархом, но никак не напротив. Однако же она сидела прямо напротив него и сомневалась, что под этим изучающим взглядом ей вообще какой-то кусок в рот полезет.

Однако ей вдруг на мгновенье представилось, что между ними ракс. И они разыгрывают партию. И снова захватил отголосок былого азарта. Он изучает её, так почему же ей нельзя?

Илиана ответила тем же пристальным взглядом энтарху. И почему-то, чем больше она на него смотрела, тем меньше её пугал его взгляд. А вот тёмные, как грозовое небо, глаза наоборот притягивали. Было в них что-то гипнотическое, завораживающее. Вот он откинул прядь волос назад. В волосах уже серьёзно наметилась седина. Обруча, знака королевской власти, на волосах не было. Если не знать, кто перед тобой, и не угадаешь. Хотя нет, узнаешь, по осанке и взгляду человека, который привык, чтобы ему подчинялись и его боялись.

Подумав это, она присмотрелась к энтарху повнимательнее. Вся его поза выражала усталость, плечи поникли. Руки спокойно лежали на столе. Руки не короля, но воина. И шрам особенно выделялся на бледном лице. Интересно, как он получил этот шрам?

Илиана отвела глаза, напомнив себе, что перед ней умный и жестокий правитель, построивший сильную державу и правивший железной рукой. Но сейчас она не видела перед собой правителя, словно на краткое мгновенье перед ней открылся его истинный облик. И вот напротив неё сидел сильный, но бесконечно усталый человек.

Наконец, слуги внесли ужин. Она моргнула и морок развеялся. За столом снова сидел энтарх Эстарии. Как, кстати, его имя? Она, разумеется, изучала родословную королевских домов, а после письма с предложением, по просьбе брата особенно изучила всё, что могла найти про энтарха. И всё-таки информации было критически мало. Герхарт. Вспомнила она. Точно. Ни разу она не называла его по имени, даже мысленно. Только энтархом, правителем, государем. Нельзя называть по имени того, кого собираешься убить. Снова представив это, Илиана в который уже раз содрогнулась, вспомнив то, что должна была сделать. Ненавидеть на расстоянии было легко, а вот так, лицом к лицу…

Она сжала губы, упрямо повторяя про себя: энтарх, убить, жестокий правитель. А потом снова подняла глаза. Он не смотрел на неё. И всё же сидел сейчас перед ней. И между ними словно партия в ракс. Кто выиграет, а кто проиграет? И символично, что за чёрных играет она. Илиана опустила глаза. Это её игра, вот только она не уверенна, что сможет выиграть, уже не уверенна.

Весь ужин они просидели молча, если не считать обычного приветствия. Энтарх словно бы после первого изучающего взгляда, совсем перестал интересоваться ей. Будто его мысли где-то витали. Увидел её ход? Думает, кто с ним играет? Пытается угадать? Или это всё лишь её выдумки. Может, он вовсе равнодушен к раксу? Будто у него других дел нет!

И всё же она поужинала и даже с аппетитом. Молчание энтарха не тяготило её. Наоборот, ей было так проще. Не узнавать этого человека, не иметь с ним ничего общего! Молчание сглаживало неловкость и дарило покой. Хочет энтарх молчать – это его право, в конце-концов!

И, наверное, она сильно задумалась, потому как чуть не вздрогнула, когда энтарх вдруг произнёс:

– В это воскресенье я буду присутствовать на приёме просителей. И невеста по традиции должна быть рядом со мной.

И замолчал снова. Илиана подняла на него глаза. Энтарх смотрел прямо на неё и опять будто выворачивал её наизнанку своим взглядом.

– Хорошо, – она кивнула в знак согласия. Вот и выяснит, что из тех слухов, что ходили о нём, правда.

Энтарх первым встал из-за стола и подал ей руку, показывая, что трапеза закончена. Этикет он знал, вот только, видимо, не всегда желал ему следовать. Он проводил её до дверей её покоев. Всё так же, молча. И почему-то ей сейчас казалось, что мысли энтарха снова витают где-то далеко и от неё и от этого дворца.

Попрощавшись он ушёл, а Илиана шагнула в свои покои, только сейчас заметив, как стемнело на улице.

Глава 4

Герхарт

Ужин с невестой не принёс ничего нового. Девушка была послушна и молчалива, как и должно хорошей будущей жене. Только, пожалуй, слишком спокойна. Он знал, как выглядит. Улыбнулся своему отражению в зеркале. Улыбка вышла зверской ухмылкой. Шрам снова стянул лицо. Он нахмурился. Первые морщины прорезали лоб.

Первый Советник, помнится пару раз подавился, когда он так посмотрел на него. Его боялись. Может быть, не любили, даже скорее всего. Он привык. Правителю не нужна любовь. Только послушание, а ещё преданность. И верность.

Энтарх вздохнул и отвернулся. Голова снова начала болеть. И если она начинала болеть на ночь, то это – плохой знак. Значит завтра разболится ещё сильней. А он так устал… А ещё надеялся, что никто не увидит его слабость. Правителю нельзя быть слабым.

Герхарт шагнул к доске, на которой стояли фигурки ракса. Что вся его жизнь, если не игра, не одна из партий ракса, в которой он и сам не может понять, за кого играет – за чёрных или за белых, за свет или за тьму? А как иначе, когда носишь слишком много темноты в себе и кажется, что вот-вот она пожрёт тебя?

Он потряс головой. Надо сделать ход за белого короля. Ведь теперь они с чёрным остались одни за крепостной стеной. И от его хода сейчас зависит исход поединка. И время есть подумать. Пока голова ещё не совсем разболелась. А ещё он, кажется, догадывается, как обнаружить своего таинственного противника. Он слишком не любил ходить вокруг и около. Ему были противны все эти интриги, всё то, что входило сейчас в моду при дворе в других странах. Но рано или поздно, эта мода доберётся и сюда. Мода она равнодушна и беспощадна. Он только надеялся, что это случится не при его жизни.

Полчаса раздумий и вот ход сделан. Примет ли чёрный король вызов, вот в чём вопрос?

Энтарх прошёл в спальню и лёг, не зажигая свечей. Голова болела всё сильнее.

Илиана

После странного ужина она спала беспокойно. Снился энтарх, который смотрел на неё. Просто молчал и смотрел. А между ними партия в ракс. Она знала, какой сделать ход, а ещё знала почему то, что этот ход станет последним не только для белого короля, но и для самого энтарха. Это он падёт вместе со своей фигурой. И энтарх это знал. И просто смотрел на неё. И даже во сне она чувствовала его взгляд. Правда взгляд этот был другим. В нём застыли такая боль и усталость, что Илиана едва могла дышать. Она поднесла руку к доске, желая сделать уже этот решающий шаг и проснулась.

Потрясла головой, отгоняя навязчивый сон. Дождалась завтрака, а потом решила, что пойдёт к энтарху и спросит книгу, которую она так тщетно искала. Ну и заодно сделает ход. Если его нет, конечно. Она не собиралась раскрывать себя. Тем более сейчас. Вряд ли правитель будет доволен её самоуправством. Она представила его взгляд и вздрогнула. Наверное, он страшен в гневе. Но лучше ей этого не проверять на себе.

После завтрака, одевшись в простое платье (Картес бурчал бы как обычно, что оно слишком простое и его не пристало носить принцессе), Илиана направилась к покоям энтарха. Снова постучала. Никто не ответил. Но дверь была странно приоткрыта. Она постучала ещё раз. Тишина. А ещё темнота. Вот что поразило её, когда она шагнула внутрь.

Дверь на террасу была закрыта. Окна зашторены тёмной тканью. Для чего? Она растерянно осмотрелась. Правителя не было. Ракс стоял на месте. И всё же… Что-то здесь было не так.

И тут она услышала стон. Тихий, сдавленный. Но он не послышался ей. Илиана обернулась, ища его источник. Никого. Она осмотрелась ещё раз. И тогда только заметила маленькую незаметную дверь, видимо, в смежную комнату, которая тоже была немного приоткрыта. Стон исходил оттуда.

Ей бы развернуться и уйти, но Илиана решительно шагнула к двери. Это была спальня. Покои энтарха. На кровати лежал сам правитель. На голове повязка, зубы сжаты, глаза закрыты. Болеет? В этот раз ей точно не показалось. Уйти? Но ей было жалко энтарха. Может быть, он и заслужил свои страдания, но он ведь тоже человек. Подойти спросить, чем она может помочь? Но она медлила.

Неудачно повернулась, туфли стукнули по полу. В темноте и тишине комнаты, звук получился просто оглушительным. Энтарх открыл глаза.

– Вы что здесь забыли? – Сказал грубо, рассмотрев её. Но Илиана не испугалась. Не сейчас. И не этого больного человека, прежде всего человека, а потом уже правителя.

– Вам больно? Вы болеете? – Спросила она тихо.

– Не ваше дело. Я разберусь сам, – энтарх ответил отрывисто. А потом не выдержал. Словно судорога боли прошла по лицу. Он снова закрыл глаза, дёрнувшись, а Илиана увидела, что энтарх из последних сил сдерживает стон. Мужчины не показывают боль. Отец был такой же. Он держал всё в себе, до последнего.

– И всё же, что у вас болит? Я могу помочь. – Отец настоял, чтобы она училась лекарской науке. Немного хотя бы. Жаль только, что она не смогла помочь ему самому. Эти знания оказались бесполезными. Да и некуда было их использовать после его смерти. Ну и Картес не разрешал продолжать обучение дальше. Зачем принцессе искусство низших? Травы, настойки – это дело лекарей. А её дело – науки и этикет. Она смирилась, потому как не очень то и хотела. И вот сейчас… Может её знания пригодятся?

– Не можете. Уйдите. – Резко ответил энтарх, а потом закусил губу, пережидая приступ.

И это придало Илиане сил.

– Нет, – она покачала головой.

Но он уже не ответил. Зашипел, пытаясь сдержать стон и приложил ладонь ко лбу.

– Голова? – Участливо спросила она. Почему-то её вовсе не пугал энтарх сейчас. Да, наверное, она выглядела навязчивой, но всё же искренне хотела помочь.

Энтарх уже ничего не ответил, только слегка кивнул. Открыл глаза, затуманенные пеленой боли и снова закрыл.

– Я сейчас. Только настойку сделаю. Я умею.

Илиана развернулась и выбежала из покоев энтарха, не заботясь о том, услышал он её или нет. Медлить было нельзя. Она знала, что такое головная боль. Пару раз она снедала и её саму. Как хорошо, что уж этому то рецепту лекарь обучил её!

Кто бы знал, что взять с собой лекарский сундучок с мазями и травами, будет самым лучшим решением в её жизни! Илиана лихорадочно перебирала сундучок, в поисках нужных трав. Оно – не оно? И тут случайно её руки коснулись маленькой колбочки. О, она знала, что там хранилось и отдёрнула руки, словно обжегшись. Яд горной змеи. Необыкновенно редкий и мгновенный, тот самый, от которого нет противоядия. Его ей дал Картес. На всякий случай.

И вот, разве не тот самый случай сейчас? Небеса словно проверяли её. Сможет она свершить задуманное, или нет? Раньше Илиана думала, что убить злодея будет легко, тем более – злодея, погубившего отца. А теперь, пока смешивала нужные ингредиенты и заваривала настойку, понимала, что не сможет. Никогда не сможет убить. Ведь можно было это сделать так легко – просто подлить сейчас яд в настойку энтарху. Что может быть проще? Он болен – и выпьет всё, что она ему даст. Тем более, что никакой охраны у комнаты нет. Энтарх слишком привык полагаться на собственные силы или удачу. Что это – глупость или самомнение? А может просто равнодушие? Она не знала.

Казалось бы, вот тот самый миг. Картес наставлял её, рассказывал, как можно проникнуть в покои энтарха, надавал кучу советов. Знал бы он, что это так легко и его советы не пригодятся. Она горько усмехнулась. Она должна спасти свою страну, она должна отомстить за отца, она должна избавить страну от тирана. Тем более её никто не заподозрит. Но она не может.

Илиана склонила голову на несколько секунд. Никогда не сможет. Она училась лечить, а не убивать.

Настойка была готова очень быстро. Нет, ей бы, конечно, настояться, как действительно хорошей настойке. Но, увы, времени не было. Да и так она должна помочь, только вот действовать начнёт не так быстро. И всё же, эту настойку она проверяла на себе и не раз. Надеялась, что и энтарху она поможет.

До его покоев она спешила так быстро, как только могла, едва не срываясь на бег. Удерживала только мысль, что принцессе неприлично бегать. Возле двери энтарха никого не было, как не было никого и в самих покоях. Он упрямо молчал. Вряд ли даже первый советник знал, как мучается правитель. Только если лекарь был в курсе. И то, наверное, энтарх преуменьшал свои мучения. О, Илиана хорошо знала таких людей. Отец был такой же. Он молчал и терпел до последнего, пока не стало слишком поздно. Они думали болезнь, но оказался яд. Медленный, который проникал в кровь долго и по крупицам, а проникнув оставался там навсегда.

И вот теперь она на мгновенье словно увидела перед собой отца.

Энтарх лежал на прежнем месте. Он дышал тяжело, сжав зубы. Услышав её шаги, открыл глаза.

– Я принесла настойку, как и обещала, – тихо сказала Илиана. – Выпейте.

И подала ему кружку. Энтарх принял у неё из рук настой, приподнялся на локте и, не спрашивая ничего, залпом выпил. А она вдруг снова подумала о том, что он, должно быть, совсем не дорожит своей жизнью, потому что принимает из рук, по сути, незнакомой девушки, какое-то питье, не проверив его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.