По волнам памяти
Лариса Петровна Коротенко

© Лариса Петровна Коротенко, 2024

ISBN 978-5-0064-4658-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I. Обнаженное сердце

«Я вам сердце свое открою…»

Я вам сердце свое открою.
Много в нем любви и тепла.
Я слезами беды омою,
Что нам жизнь с собою несла.
Я раскрою свои объятья,
Чтоб любимых всех поддержать,
И прошу у судьбы я счастья,
Полной мерой чтоб всем раздать

«Как часто сердце замирает…»

Как часто сердце замирает
От боли, радости, разлуки.
Оно и счастьем зажигает,
И разрывается от муки.
Не может биться равномерно:
То затихает или скачет,
И все предчувствует, наверно,
Со мной смеется или плачет.
Прошу тебя, о мое сердце,
Не слушай годы, не сдавайся,
Мне сохрани свою ты верность
И молодым впредь оставайся.

«О чем слагаешь песню ты…»

О чем слагаешь песню ты,
Полночный соловей?
Печали и тревоги дня
Мне трелями развей.
Весь дом уснул, лишь пес ворчит
О чем-то у дверей.
Мои сомнения и грусть
Пусть ночь возьмет скорей

«Зори степные, ясные…»

Зори степные, ясные
Душу тревожат мне.
Стан твой, глаза прекрасные
Сказочней чем во сне.
Нет для меня красивее,
Лучше нет и милей.
Доля моя – счастливая.
Спой о ней, соловей.
Небо прозрачно-синее.
Поле травой пьянит.
Рядом с тобой, любимая,
Сердце поет, горит.

«Ты скажи мне, какая гадалка…»

Ты скажи мне, какая гадалка
Нагадала нам вместе прожить,
Наши радости и несчастья
То делить, то вместе сложить.
Пусть виски совсем побелели,
Только чувствую теплый взгляд.
Дети выросли, разлетелись,
Подарили любимых внучат.
Ну а мы одною тропою
Продолжаем свой путь земной.
Я не буду сама собою,
Если нет тебя рядом со мной.
И с годами все больше ценим,
Что судьба нас с тобою свела.
Чашу жизни еще мы вспеним,
Чтобы счастьем была полна.

«Забытой мелодией вальса…»

Забытой мелодией вальса
Наполнился милый мой дом,
И с внучкой мы кружимся в танце,
О, сколько же радости в нем!
Прижалась ко мне нежно щечкой
И ручек кольцом обвила.
Когда-то вот так же и с дочкой
Я в музыке вальса плыла.
Как много в мгновения эти
Улыбок, любви и тепла!
Я внучке шепчу по секрету,
Что мама такой же была.

«С плеч стряхну годов усталость…»

С плеч стряхну годов усталость,
Тихо запою-
Как когда-то дочкам, внучке
Песенку свою
Про заморскую царевну
И богатырей.
Под баюканье, наверно,
Сон придет скорей.
Спи, красавица- малышка,
Подрастай скорей,
Чтоб потом по умным книжкам
Мир познать ясней.
Ну, а может, торопиться
Вовсе ни к чему.
Детством надо насладиться
Сердцу твоему.
Все успеется, малышка,
А пока поспи.
Отойду совсем неслышно.
Не спеши расти.

«Внученьки-солнышки в доме…»

Внученьки-солнышки в доме,
И радостью души полны.
Вновь замираешь в истоме
От жеста: на ручки возьми.
Нежно прижмутся, затихнут,
Потом поиграть захотят,
Усадят вмиг деда с бабкой,
Зверюшек – игрушек, котят.
Потом танцевать всем вместе,
И петь, и куда-то бежать,
Звучать придется оркестром.
В забавах нельзя уставать.
А то вдруг нахмурят бровки
И к мамам идти захотят,
И никакие уловки
Не могут на них повлиять.

«Я рисую твой силуэт…»

Я рисую твой силуэт.
И слегка дрожит карандаш.
Пусть неточный вышел портрет,
И прическа – сплошной ералаш.
Я грущу – тебя рядом нет.
Может, так печаль прогоню,
И скорее придет рассвет.
Он приблизит улыбку твою.
Ты вернешься в уютный дом
И наполнишь его теплом.
И прошу я судьбу о том,
Чтобы вечно нам быть вдвоем.

«Во сне, как в детстве, я летаю…»

Во сне, как в детстве, я летаю,
Родимый вижу дом с крыльцом,
И мама с папою встречают
Меня с смеющимся лицом.
Потом все резко исчезает,
И я парю во тьме опять.
А на щеках слезинки тают:
Я не смогла родных обнять.
Как часто в жизни мы скрываем
Всю теплоту, всю гамму чувств,
И слишком поздно понимаем,
Что остаются боль и грусть.
Но нет. Еще любовь и память,
Во внуках милые черты.
А боль, она не только ранит,
Но учит: веруй и терпи.

«Мы в прошлое глядим издалека…»

Мы в прошлое глядим издалека.
Там вдаль бежит разлучница-река,
И юность окрыляет там сердца,
Что верят: жизни нашей нет конца.
Ах, как наивны были и чисты
Тех помыслов прозрачные мосты,
Как верилось и в дружбу и в любовь!
Тех берегов нам не увидеть вновь.
Нас разбросала наугад судьба.
Ей нипочем ни слезы, ни мольба.
Она крушила и вела вперед,
Кто прав, кто виноват, не разберет.
Я тихо трону памяти туман.
В нем живы счастье, вера и обман.
Не потревожу их неспешный путь,
Ведь прошлого нам не дано вернуть.

«На склоне лет грущу я лишь о том…»

На склоне лет грущу я лишь о том,
Что слишком коротка судьбы дорога,
И спутницы теперь: печаль, тревога.
Мечтательная юность мнится сном.
Но ведь и счастьем мой наполнен дом,
Удача поселилась у порога.
И волшебство в душе – от песни слога.
Листаю жизни – не последний том.
Ты бога не гневи, холодный ум.
Судьбу свою я не корю напрасно.
Мне есть за что ее благодарить.
А череда летящих к небу дум
Парит и окрыляет ежечасно.
Чтоб книгу новых, чудных дней открыть.

«Неужели слова напрасны?..»

Неужели слова напрасны?
Ты не понял мыслей моих.
И по-прежнему ежечасно
Боль, отчаянье – для двоих.
Ну, а может, и нет проблемы,
Все придумано второпях,
И виновны в том наши гены,
Что родили сомненья, страх?
Не ушла любовь в одночасье.
Держит нас семейная нить.
Просто надо поверить счастью
И учиться любимыми быть.

«Ночь темна, холодна…»

Ночь темна, холодна,
В ней нет места теплу.
Ты тоскуешь одна,
Капли слез – по стеклу.
Это дождь понял все
И объятья раскрыл,
Не пылавший костер
Он совсем загасил.
Как прожить без него,
Ты не знаешь сама,
И не ждешь ничего,
В сердце – стужа, зима.
Ночь темна, холодна,
Дождь стучит по стеклу,
В тихом доме – одна,
Без надежд на весну.

«Бушует вьюга за окном…»

Бушует вьюга за окном,
Как будто тысячи оркестров,
А память жжет таким огнем,
Что сердцу дико больно, тесно…

Я вижу летний звездопад
И нас, обнявшихся так крепко,
Слова, как искры, невпопад,
И лик луны вдали, сквозь ветки.

Душа плыла под облака,
Надежда призрачно манила.
Любовь, как бурная река,
Что камни все на дне укрыла…

Умчались годы прочь от нас,
Дождями обещанья смыло.
А в этот сумеречный час
Тебя я вспоминаю, милый.

Пусть разлучила нас судьба,
Привычно ей играть любовью.
Она бывает так груба,
Что сердце истекает кровью.

Я знаю: ты в своем краю
Живешь, совсем забыв о счастье,
Тоскуя, помнишь обо мне,
Отвергнув чуждое участье…

Под вьюги стон услышим мы:
Наш первый вальс звучит, и снова
Не будет этой безнадежной тьмы,
И вновь любить и ждать готовы.

«Звездной россыпью…»

Звездной россыпью
О любви слова.
Небо с просинью,
Кругом голова.

Счастьем светятся
У тебя глаза.
Сердцу верится.
А в душе – слеза.
Ты вчера шептал
Те слова другой,
Крепко обнимал.
С кем ты, дорогой?
Верю и люблю,
Обо всем забудь,
Счастье тороплю,
До утра побудь.
Зоря, зоренька
Повенчает нас.
Я – желанная
В этот звездный час.
Не разлучит день,
И уйдет печаль.
Станет ясно всем:
Ты судьбою дан.
Брызнет солнца свет.
Мы с тобой вдвоем.
Вот и дан ответ:
Вместе мы идем
В горе, радости
За судьбой своей.
Закружи меня,
Думы все развей.
Звездной россыпью
О любви слова.
Небо с просинью,
Кругом голова.

«Серебристыми струнами…»

Серебристыми струнами
Заиграла луна,
И печальными думами
Ты, как прежде, полна.
Ночь усыпала звездами
Свой небесный шатер,
И нежно-белые гроздья
Куст сирени простер.
Растревожили трелями
Рощу, сад соловьи,
И незримыми стрелами
Ранят думы твои.
А вода тихо плещется,
Грусть с собой унося,
В мире ночи и вечности
Пусть останется вся.

«Душа моя – дорога в бесконечность…»

Душа моя – дорога в бесконечность,
Где есть приют и смеху, и слезам.
Живут в ней страх и юности беспечность,
И все, что словом описать нельзя.
На семь замков душа моя закрыта,
Не всякому откроется она.
В ней дремлет то, что кажется забытым,
Надеждами и радостью полна.
Смятенье чувств душе моей привычно,
И нет нужды спокойствия искать,
Хотя порой все кажется обычным,
Чтоб книгу дней без боязни листать.
В глубинах чувств не дремлет опасенье,
А на челе – тревожная печать.
Ищу в тебе прощенье и спасенье,
Чтоб душу музыкой любви венчать.

«Я тобой навеки околдован…»

Я тобой навеки околдован.
Боль и грусть с тобою – ерунда.
Кажется, всегда был очарован
Мир вокруг, лелеющий тебя.
Свет несет открытая улыбка,
Столько теплоты в глазах твоих!
Боже, было б страшною ошибкой,
Если бы не свел ты нас двоих.

«Морозно. Снежинки падают…»

Морозно. Снежинки падают,
Соткав на земле покрывало.
Круженье их сердце радует,
И грусти – как и не бывало.
Дома стали новой сказкою,
Они в терема превратились.
Зима их укрыла ласково,
Чтоб вдруг они не простудились.
Деревья – в мерцающих шубах,
Речка прочным закрыта льдом.
И кажется сказочным чудом
Уютный и теплый наш дом.

«В плену несбыточных желаний…»

В плену несбыточных желаний,
Страстей, терзающих всечасно,
Я жду вас преданно – напрасно,
Гоню прочь призрак расставаний.
В саду, в беседке для свиданий,
Грущу о той, что так прекрасна,
В плену несбыточных желаний,
Страстей, терзающих всечасно.
О, как судьба ко мне жестока!
Как вы надменно – равнодушна,
Гордыне лишь своей послушна…
Мне в этом мире одиноко —
В плену несбыточных желаний.

«Ах, эта грусть в осеннее ненастье…»

Ах, эта грусть в осеннее ненастье
Легла на сердце тяжким грузом лет.
Смотрю, смотрю на свадебный портрет:
Где молодость моя, где счастье?
Привычка заменила трепет страсти,
И не приносит радости рассвет.
Ах, эта грусть в осеннее ненастье
Легла на сердце тяжким грузом лет.
И в хаосе летящих паутинок
Я вижу нити и своей судьбы,
В них – след везенья, неудач, борьбы,
По юным дням мятущимся поминок.
Ах, эта грусть в осеннее ненастье…

«Под ногами – желтые листья…»

Под ногами – желтые листья,
Ветер, дождь приносят печаль.
Сколько дней таких было в жизни,
И всегда мне чего-то жаль.
А ведь осень мокрою шалью,
Мир укрыв, мне дает понять:
Скоро все под снежной вуалью
Оживет, задышит опять.
Но смешались в душе нечаянно
Грусть и радость, надежда, боль.
Я бреду и верю отчаянно:
Осень временна, вот в чем соль.

«Летний вечер месяцем светился…»

Летний вечер месяцем светился.
Над станицей песня поплыла,
Как казак с победой возвратился,
Как казачка преданно ждала.
То грустит, то радостью искрится
Тот напев до боли дорогой.
Так поют в моей родной станице,
Что стоит за Еею- рекой.
Женщины грустят – и все затихло,
Удивленно смотрит детвора.
А в моей душе, как будто вихрем,
Расплескались чувствами слова.
Нет, нигде так не поют красиво,
Столько жизни песня та несет,
Что она мелодий переливами
Душу изболевшую спасет

«Песня плывет над станицей…»

Песня плывет над станицей,
Тревожит и вдаль зовет.
Жизни в ней прошлой частицы,
Загадка своя живет.
Напев зазвучал старинный,
И нам возвращает он
Младости сон невинный,
Ожившую связь времен.
Плачется мне и смеется,
И жаром вдруг обдает.
Пусть новой мечтой вернется
Та песня, что свет несет.

«– Что грустишь, казаченька младой?..»

– Что грустишь, казаченька младой?
Аль устал в дороге, труден путь?
– Тяжело расстаться с милой, той,
Для кого живу я, вот в чем суть.
– Ты скажи, казак, зачем тебе
Тосковать по бабе? Много их.
– Не гневи ты бога, ведь в судьбе
Лишь один есть путь для нас двоих.
– Не понять мне сердца твоего.
Ты не знаешь, ждет ли казака.
– Знаю, шепчет ветер: «Своего
Не обманет милая дружка».
– Ой, казаче, не пытай судьбу.
Возвернешься ты домой аль нет?
– Боже, слышишь ли мою мольбу:
С ветром милой пусть летит привет.

«Дни поздней осени бранят обыкновенно…»

«Дни поздней осени бранят обыкновенно».

А. С. Пушкин

Дни поздней осени бранят обыкновенно,
А я любуюсь странной, призрачной красой,
И музыкой любви звучит проникновенно
Из тучи льющий дождь, холодный и косой.
Как радует тепло зажженного камина,
Объятия твоих надежных, крепких рук.
Нет боли и тоски на сердце и в помине,
Ничто не предвещает горя и разлук.
В прохладном воздухе закружатся снежинки,
Они растают через день, а, может, час,
Оставив на земле прозрачные слезинки,
Что осени с зимой грядущей явят связь.

«Учительница первая моя…»

Учительница первая моя,
Как много значили в моей вы жизни.
Учили вы, что главное – семья,
И края нет дороже, чем Отчизна.
Еще я помню ваш лучистый взгляд
И о войне рассказы со слезами.
Вы возвращались мысленно в тот ад,
Круги которого прошли и сами.
А в мирной жизни – лучшая из всех,
Кто нас повел дорогами познанья.
Мой каждый в жизни шаг или успех —
В любви и благодарности признанье.

«С улыбкою в класс она входит…»

С улыбкою в класс она входит,
И светится взгляд теплотой,
И в мир математики вводит,
И греет своей добротой.
А класс, чересчур шаловливый,
Забыл о проказах своих,
И в душах, легко так ранимых,
Извечный дух страха затих.
Учитель ведет за собою
В мир знаний, труда, красоты.
Он с каждым: с тобой и со мною
Шагает дорогой Мечты.

«Завывает февраль за окном…»

Завывает февраль за окном,
Белым платом укрыв сад и дом,
Дремлет речка под панцирем льда.
Холода на земле, холода.
В роще дятел стучит по коре,
Вьюга с неба вновь мчит на заре,
Стекла будто закрыла слюда.
Холода на земле, холода.
Вихри снежные шлет нам зима,
Заплутала в дороге сама.
В поле снежных заторов гряда.
Холода на земле, холода.
Ветер в окна стучит, мчится прочь.
Не понять – это день или ночь.
Знаю, верю я – не навсегда
Холода на земле, холода.

Птицы странной доносится крик.
Целой вечностью кажется миг.
Зябнет мир, но совсем не беда-
Холода на земле, холода.
Солнце тучи прогонит, смеясь,
Покуражила зимушка всласть.
Дней весенних вдали череда.
Холода на земле, холода.

«Грустим и радуемся мы одновременно…»

Грустим и радуемся мы одновременно,
Когда под бой курантов входит Новый год.
В душе тревожно и светло попеременно.
Дней и удачных, и счастливых сердце ждет.
Полночный час весь фейерверками расцвечен,
Вступает новый, лучший год в свои права.
Времен и мирозданий в небесах путь вечен,
Земля в их смене и прекрасна, и нова.
Раскроет Новый год волшебные чертоги,
Явив прошедшего и будущего связь,
Оденет бренный мир в сверкающую тогу,
Покров небес сплетет в узорчатую бязь.
Торжественным огнем наполнятся просторы,
Сердца людей согреет этот вечный свет.
Меж хладом и теплом не будет долго спора,
Хозяином дней новых явится рассвет.

«Сторона моя родимая…»

Сторона моя родимая,
В грусти, радости со мной всегда,
Нежно, преданно любимая,
И не властны над тобой года.
Все мне мило на моей земле:
Птичий гомон и в степи погост,
Радость, дружба, лад в большой семье,
Через речку неширокий мост.
В синем небе – стаей облака.
Тополей вокруг дорог стена.
Не бессмертны мы с тобой пока,
Верю: вечны будут край, страна.

«Весна. Как светло и тихо…»

Весна. Как светло и тихо
Струится солнечный свет.
Рожденье каждого мига
Украсил мягко рассвет.
И ветви слегка колышет
Ветер, послушным став.
Земля облегченно дышит,
От зимней стужи устав.

Любуюсь закатом летним.
Речка бежит вдали.
Камыш колышется ветром,
Тени всюду легли.
Земля уже в полудреме,
Все спешат на ночлег.
В природе сладкой истомой
Льется времени бег.
Округу вновь тьма укроет,
Звезды рассыплет ночь,
Туманом травы умоет
Месяц, что мчится прочь.
В его причудливом свете
Сказочным станет сад.
Волшебное царство лета
Дарит покой и лад.

«Над станицей рассвет встает…»

Над станицей рассвет встает,
Эхо гулко разносится.
Птаха ранняя запоет,
В душу радостью просится.
Как вуалью туман укрыл
В полудреме сторонушку,
Чисто сад и траву умыл
В ожидании солнышка.
По росе босиком пройдусь,
На душе – чистота и свет.
И не сразу я в дом вернусь,
Так прекрасен сирени цвет.
Над сторонкой родной встает
Солнца диск, словно сказочный,
И природа как гимн поет
Возрожденья миг сладостный.
Над станицей рассвет встает,
Теплоту и любовь даря.
А душа все поет, поет:
Этот миг, эта жизнь – не зря!

«Ласково свет струился…»

Ласково свет струился,
Утро бодрость дарило.
Мир от сна пробудился,
Был он добрым и милым.
Шелест листьев приятен,
Росы в травах сверкают,
Птичий гомон понятен,
День на пир их скликает.
Прочь бежит муравьишка,
А в небе – мощный орел.
Все – как будто обычно-
На Землю к нам свет пришел.

«В какой стороне ни бываю…»

В какой стороне ни бываю,
Красоты какие ни зрю,
Спешу я в станицу родную,
Судьбу с ней свою я делю.
В любую погоду прекрасна,
Богата людской красотой,
И полем раздольным, и ясным
Сияньем крестов над рекой.
Казачий курень и станица,
Неважно, как звали тебя.
Кто в этой станице родится,
Тот будет кущевцем всегда.
Ликуем сегодня не зря мы,
В станице – большой юбилей.
Пусть множатся дни ее славы!
Заздравную чашу налей.
Потом вспомни ты своих предков.
Их кровью и потом полит
Здесь каждый метр поля и в вечность
Казак у дороги летит.

«Лег туман на станицу…»

Лег туман на станицу,
Робки дня силуэты.
Тьмы и света граница
Смыта в минуты эти.

Звуки далеким эхом
Чудятся, исчезая.
Кажутся грустным смехом
Крики летящих чаек.
Сквозь пелену на землю
Солнечный луч прорвался,
Дарит тепло он стеблю,
Тот в нем давно нуждался.
Следом брызгами солнце
Вмиг свой свет разбросало,
В каждом сверкнув оконце,
В глади вод засияло.
Вновь ожила окрестность,
Птичий гомон разнесся…
Канул рассвет тот в вечность
Мигом, что не вернется.

«Медленно и тягуче…»

Медленно и тягуче
Дождь на землю спускался.
Он на угрюмых тучах
В наши края примчался.
Зябко стало и тускло.
Все вокруг притаилось.
Под стать погоде чувства-
В панцирь словно закрылись.
Плакала осень, ветром
Мокрые листья гнала,
Те, что не стали пеплом
В пламени ярком костра.

«Вновь гуси на юг улетают…»

Вновь гуси на юг улетают,
И крик их печальный не нов.
Весной их сюда возвращает
Степи, неба этого зов.
А мне так пронзительно грустно,
Как будто теряю друзей.
И небо без них слишком пусто,
Веет холод в душе моей.
Я жизни страницы листаю,
Весен быстрый черед и зим,
О летнем тепле все мечтаю,
Будто лист, что ветром гоним.

«Речка бежит неспешно…»

Речка бежит неспешно,
Люди едут, идут.
В мире свято и грешно
Рядом: и там, и тут.
Ты задержись у храма,
Душу очисти здесь.
Сердца утихнет рана,
Злость здесь уйдет и спесь.
Лики святых откроют
Святость и благодать.
Слезы очистят, смоют
Грех, чтобы чище стать.
Звон колокольный стихнет,
Мир его поглотит,
Жизнь до краев заполнит,
В прозе дней завертит.

Только душа навечно,
Взмыв в высоту небес,
Связана очень тесно
С храмом, верой. И здесь
Вижу и понимаю:
Жизнь – лишь короткий миг.
Верю, люблю, страдаю,
Молюсь за родных моих.

«Вновь пурги завыванье…»

Вновь пурги завыванье,
В серой дымке река
Навевают преданья.
Что хранили века.
Степи дикой печали,
Буйный посвист орды
Время напрочь умчало,
Но остались следы
Тайн племен и народов
В мире ветров и вьюг.
Мы – из прошлого родом,
Но свершаем свой круг.
Темень ночи послужит,
Снег следы заметет,
Память в прошлом закружит,
А молитва спасет.

«Новгород Великий плачем полнится…»

Новгород Великий плачем полнится.
Здесь Путята волюшку вершит
Князя Володимира Великого:
Черный люд и ветвь боярскую
В веру обращает христианскую.
Где же вы, Перун и Макоша,
Почему сожгли вас беспрепятственно,
И не грянул гром средь бела дня,
И земля в печали не разверзлася?
Вои гонят новгородский люд
В Волхов – реку, где всех крестят, не спрося,
Чужеземные священники.
Там, где княжьи воины замешкались,
Из воды народ бежит в леса,
Чтобы веру сохранить отцовскую.
Настигает их тяжелый меч,
Кровью обагряет землю, травушку,
Ну а кто успел в дом забежать,
Умирал в чаду и страшном пламени…
Долго Новгород в дыму стоял.
А река текла водой кровавою.
По лесам волхвы таилися,
Подбивали на мятеж чернь здешнюю,
Но не в силах были изменить,
Что начертано рукою Божией.
Православьем крепла та земля,
Русь великой становилась, крепкою.
Только долго в памяти людской
Оставались крест и меч, пожаров дым…

«Грустим и радуемся мы одновременно…»

Грустим и радуемся мы одновременно,
Когда под бой курантов входит Новый год.
В душе тревожно и светло попеременно.
Дней и удачных, и счастливых сердце ждет.
Полночный час весь фейерверками расцвечен,
Вступает новый, лучший год в свои права.
Времен и мирозданий в небесах путь вечен,
Земля в их смене и прекрасна, и нова.
Раскроет Новый год волшебные чертоги,
Явив прошедшего и будущего связь,
Оденет бренный мир в сверкающую тогу,
Покров небес сплетет в узорчатую бязь.
Торжественным огнем наполнятся просторы,
Сердца людей согреет этот вечный свет.
Меж хладом и теплом не будет долго спора,
Хозяином дней новых явится рассвет.

«Здравствуй, мой друг – историк…»

Здравствуй, мой друг – историк.
Как ты сейчас живешь?
С судьбой по-прежнему споришь?
Со временем в ногу идешь?
А помнишь, как раньше было,
Как в школу спешили мы?
Ведь время от нас не скрыло
Ни дней из света, ни тьмы.
И в том есть наше призванье,
Чтоб видеть толщу веков,
Сквозь годы и расставанья
Гром пушек и лязг оков…
Дни, как и годы, умчались,
В пряди плеснув седины.
Юными души остались,
В сердце – все те же огни.
Мы с внуками вновь проходим
Тревог и радостей путь,
И в этом счастье находим
И жизни нынешней суть.
Но прошлое тоже рядом.
Вот снова мы собрались.
И встрече этой мы рады,
И продолжается жизнь.

«К храму ведут все дороги…»

К храму ведут все дороги
В радости и в печали.
Жизни ступени, пороги
Колоколом звучали.
Свечи, церковное пенье
Святость в душе рождают.
И от иконы свеченья
К небу душа взлетает.
И на земле нашей грешной
Мы, под судьбы покровом,
Помним всегда: неизбежно
К храму вернемся снова.

«Струны души моей…»

Струны души моей
Хрупки, нежны и звонки.
Много печали в ней
О дорогой сторонке.
Тихо звучат они,
Юности будят грезы,
Как на экране, дни,
Где живы все. И слезы
Вновь по щекам моим.
Память живет и ранит.
Детям, внукам своим
Радость хочу оставить.
Силы души своей —
Им – только на удачу,
Судьбы у них полней
Счастьем будут, не плачем.
Сколько смогу, отдам
Добра, терпенья, веры,
И, вопреки годам,
В вечность свою поверю.

«Весна пришла на раненую землю…»

Весна пришла на раненую землю,
Над миром зазвенела тишина.
Усталые бойцы не спят, а дремлют,
Не зная, завтра кончится война.
Они прошли четыре долгих года,
И смерть в лицо смотрела им не раз.
Их помнят Волги и Дуная воды,
А до конца войны остался час.
Настанет утро в сдавшемся Берлине,
На Родине салюты прогремят.
Победным станет этот день отныне
И для живых, и вечным сном что спят.
Пройдут года, а матери не смогут
Поверить в то, что пали сыновья,
И возносить молитвы будут богу.
Победа, радость – всех, а боль своя.
Весна пришла, как долго ее ждали.
Она жила в надеждах и мечтах,
И в вере, что была покрепче стали,
В Победу, добывавшейся в боях.

«Были белые, были красные…»

Были белые, были красные,
И зеленые воевали.
Всех полынная, степь казацкая
Да сыра земля уравняли.

Помяни, мой друг, души грешные.
Правда каждого, знай, ведь своя.
Помяни, скорбя, всех ушедших
И всплакни, своих чувств не тая.
Преклони, друг, свои здесь колени
И низко голову опусти.
Память старшего поколения
Сквозь года нам с тобою нести.

«Летящим росчерком пера…»

Летящим росчерком пера
Свой след в веках поэт оставил.
И нам, друзья, признать пора:
Себя и род свой он прославил.
Читаем строки, чуть дыша,
Стиль, слог его постичь желая.
И отзывается душа,
Трепещет и, как будто тает.
Вот нам бы так, как он, писать,
Сердца читателей пленяя,
Но слов волшебней не сыскать,
И мы покорно умолкаем.
Поэтом быть не всяк рожден.
Признаться, это – неба воля.
Свой путь для всякого сужден.
«Глаголом жечь» – немногих доля

«Женщина и мужчина …»

Женщина и мужчина —
Мира два, две планеты.
Жизни горит лучина
В соединеньи этом.

Их продолженье – дети,
А вместе они – семья.
Сколько чудес на свете,
Главное – это она.
Ласкою и заботой
Нам воздает сполна.
И трудности. И заботы —
Ничто, если есть семья.
В горе, в минуты счастья —
Родные – надежный щит,
Что при любом ненастье
Согреет и защитит.

«Как нам прожить легко и просто?..»

Как нам прожить легко и просто?
Ответа вам никто не даст.
Вокруг – не безмятежный остров,
Здесь поселились боль и страсть.
Нельзя жить тихою улиткой:
Чуть что не так – и в панцирь свой.
Не хлопнешь, уходя, калиткой,
Столкнувшись с чьей-либо бедой.
Нельзя прожить легко и просто,
Нельзя кружиться мотыльком,
И от рожденья до погоста
Дел не оставить на потом.
А потому иди, как можешь,
Люби и радуйся, страдай.
Своею жизнью жизнь ты множишь,
И ей сполна свой долг отдай.

«А мы живем, как можем, грустя, томясь, гордясь…»

А мы живем, как можем, грустя, томясь, гордясь,
Спешим узнать, в чем радость, узнать, в чем жизни сласть,
Порою забываем, в чем правы, в чем грешны,
И души просветляем со свежестью весны.
Никак понять не можем, увы – не вечны мы
А жизнь ведь так похожа на бег морской волны:
Рожденье, взлет, паденье – таков у нас удел.
И пусть счастливым будет вершитель добрых дел.

«Светоч погас навеки…»

/Памяти И. Ф. Вараввы /

Светоч погас навеки,
В небо ушла душа.
Памятью станут реки,
В беге камни круша,
Боль, что сердечной раной
Гулко отозвалась,
Птицы, проснувшись рано
С трелями вместо фраз.
Слово осталось с нами,
Живо в каждом из нас,
Мир, что с его стихами,
Мудрость, свет добрых глаз.
Все это не угаснет,
Жить будет и пленять,
И многоцветьем красок
Жизнь нашу озарять.

«С судьбою давай поспорим…»

С судьбою давай поспорим.
Ведь жизнь нам дана не зря.
В просторах земли и моря
Бросим свои якоря.
Пройти в жизни нам немало
Трудных дорог предстоит.
Нельзя только быть усталым,
А прочным быть, как гранит.
Житейским назло невзгодам
Не будем сгибаться мы.
Какие ведь наши годы,
Все будет еще, пойми.

«Я молода, я знаю…»

Я молода, я знаю.
Врут наши зеркала.
Годы промчались стаей,
Я ж. как прежде была.
Мир для меня распахнут,
Много открытий ждет,
Мятой весною пахнет,
Жаворонок поет.
Манит, зовет куда-то
Стая из облаков
Солнце по небу катит,
Много еще мостов,
Вновь что соединяют
Наши души, сердца.
Я это точно знаю:
Жизни ведь нет конца.

«Мелодия тихо звучит…»

Мелодия тихо звучит.
Кулисы вдруг уплывают.
На сцене – испанка стоит.
Реальное исчезает.
Гитары старинный напев
Танцовщицу увлекает,
Сбросив шаль, словно видя цель,
Она в такт ритм отбивает.
Руки парят, словно птицы,
И тела так плавен изгиб.
В зале – застывшие лица,
И души слились все на миг.
И вновь – тишина, и дробный,
Ритмичный звучит перестук.
И вихрем под шалью сложный
Свершает танцовщица круг.
В ее движениях радость
Сменяется криком души.
О боже, какая сладость
Ей магию танца вершить!

«В мерцающем лунном свете…»

В мерцающем лунном свете,
Бесшумно скользя по волнам,
Куда-то царевна-лебедь,
Спешит, словно призраком став.
Глаза – океан бездонный,
Стан гибок, тугая коса.
Кто ждет ее в час бессонный?
В чем тайна? Какая гроза
Иль светлая радость зреет?
Любимый давно уж там ждет,
Иль чарами маг владея,
Царевну на берег зовет.

«Орел высоко взлетает…»

Орел высоко взлетает,
В высь неба гордо паря,
И в облачной дымке тает
Родная навек земля.
Но снова назад стремится
Пернатый из-под небес
И долго – долго кружится,
Потом – в траву, словно в лес.
Гордая птица здесь знает
Дороги каждый изгиб
И. сколько она летает,
Степь также зовет, манит.
А ты, человек, узнаешь
Сторонку навек свою.
Когда ее покидаешь
И в дальнем живешь краю?
Тоскуешь иль забываешь
Тот угол своей Земли,
С которого в мир шагаешь,
Как в космос мчат корабли?
Нельзя забывать истоки:
Свой край, родительский дом.
Мир добрый или жестокий,
Мы памятью той живем.

«Охотник шагал по полю…»

Охотник шагал по полю,
Собака бежала рядом.
Она хозяина волю
По свисту знала, по взгляду.
Метнулась в камыш за дичью,
Воздух, траву рассекая,
То прыгнув за стаей птичьей,
То в стойке вдруг замирая.
А рядом другой охотник,
Тонкостей не понимая,
Видел: что-то шевелится
И вмиг побежал, стреляя.
Дробинки попали в морду,
Собака, скуля, присела.
«Ты спятил, какого черта?» —
Толпа, разъярясь, гудела.
И с дня того у собаки
При вспышках тело сводило,
Мчалась она от атаки,
Той, что не происходило.

«Наверное, преходящи…»

Наверное, преходящи
Наши чувства, мысли, слова.
Не вечны: ручей звенящий,
Невзгоды, людская молва.
Но святы и непреложны
Вера, истина и любовь.
Их травят сомненьем, ложью,
Они возвращаются вновь.
Они – опора и сила,
Прочный корень жизни людской.
Ими судьба одарила
На счастье и нас, друг, с тобой.

«Умным легко казаться…»

Умным легко казаться,
Гораздо труднее – быть.
Можем с мечтой расстаться,
Кому-то чтоб угодить.
Можем дойти до цели,
Трудностей не боясь,
Вдруг оказаться на мели,
Но снова вперед стремясь.
Умным легко казаться,
Гораздо труднее быть.
Чтоб в жизни нам состояться,
Всегда надо быть, а не слыть.

«Учительские лики смотрят строго…»

Учительские лики смотрят строго,
Кому – аллах, кому – Исус Христос,
Но в жизни всем дана одна дорога,
А как пройти, из века в век – вопрос.
Один добро творит, не ждет награды,
Другой лишь выгодой измерит шаг,
А кто-то пакостит себе в усладу,
Есть те, которым каждый встречный – враг.
Где ж мудрость, что далась ценой ошибок,
Где доброты вселенской торжество?
И почему так мало здесь улыбок,
И зло сильней бывает чем добро?
Ты – с темным цветом кожи, я – со светлым,
Но мир на всех отпущен лишь один.
Как видно, суждено быть безответным
Вопросу, когда будет мир един…

«В этом мире я – не случайно…»

В этом мире я – не случайно.
Смысл особый в жизни моей,
Потому борюсь отчаянно
За продленье бегущих дней.
Боль пронзает, тревога ранит,
Радость брызгами обдает,
Жизнь приковывает и манит,
И надежду всегда дает.
Я люблю вечеров прохладу
И прекрасный солнечный день.
Мне удачи и счастья надо,
Не хочу я невзгоды тень.
Я люблю наш мир многоликий,
Рада встречам, письмам, звонкам.
Пусть не стала в жизни великой,
Но своей судьбы не отдам.

«Во мне бушует океан…»

Во мне бушует океан
Из мыслей, впечатлений.
Пересеку меридиан
Реальных сновидений.
Из слов, как Ариадны нить,
Свой путь я обозначу
Им в этом мире долго жить,
В нем я пою и плачу.
Здесь жизни плещется река,
И рифмы наплывают.
Душа моя жива пока,
Меня пусть согревают.

II. Детям

«Почему растет трава?..»

Почему растет трава?
У змеи где голова?
Кто водичку в речку льет?
Почему растаял лед?
Где комарики живут?
Что верблюды все жуют?
Отчего гремит гроза?
А у всех ли есть глаза?
Посмотри, мой милый друг,
Хорошенечко вокруг:
Нет ли почемучки здесь?
Взмок я от вопросов весь.

«Вовка посмотрел в окошко…»

Вовка посмотрел в окошко:
Зверь там странноватый – кошка.
Но немножечко поболе;
Знать росла она на воле.
А усища-то, гляди-ка,
Впрямь, не малы, а велики,
Словно зебра полосата,
Хвост пушист. Кто ж там, ребята?

«Был кузнечик очень мал…»

Был кузнечик очень мал,
Но на скрипочке играл.
Был он очень-очень мил
И цветы друзьям дарил.

«Птичка-невеличка…»

Птичка-невеличка
На ворота села.
Птичка-невеличка
Про весну запела.
Деткам в утешенье —
Про вкусное варенье.
А когда пропела,
Вспорхнула, улетела.

«Солнышко светило…»

Солнышко светило.
Маше говорило:
– Мамочку послушай,
Хорошенько кушай.
Вырастешь красивой,
Доброй и счастливой.

«Папа, мама, Вовка, я …»

Папа, мама, Вовка, я —
Очень дружная семья.
Мы играем в волейбол,
Вместе ходим на футбол.
Летом мы идем в поход,
А зимой – коньки и лед.
Закаляет папа нас,
Рюкзаки он всем припас,
– Не семья, а просто клад!
Так соседи говорят.

«Старуха седая – Зима…»

Старуха седая – Зима
Периной снежной укрыла
Деревья, дороги, дома,
Речушку в лед превратила.
А ветер, такой озорник,
С Метелицей пляшет, кружит,
Озябший засыпал родник,
Зеркальные дразнит лужи.
Снежинок большой хоровод
В окошко стучит, по крыше.
Их легкий и быстрый полет
То прямо к земле, то выше.
Верный спутник Зимы – Мороз
Сердито трещит и студит.
Он с севера посох принес,
Им спящие звезды будит.
Ухнул Леший в лесной глуши,
Яга пролетела в ступе,
И куда-то Кащей спешит.
Их царство в полночь наступит.
А пока старуха Зима —
Владычица света и тьмы —
Колдует, колдует сама.
Верь: там побывали и мы.

«Подрасту, солдатом стану…»

Подрасту, солдатом стану,
Буду Родине служить,
Буду честно, без обмана,
Я границу сторожить.
Пес, конечно же, со мною
Охранять покой страны
Будет, и теперь, не скрою,
Пушки, танки мне нужны.
Пусть пока они игрушки,
Тренируюсь я всерьез.
Выстрел громкий из хлопушки
Кошку напугал до слез.
Бравый шаг, команда «К бою»
И рука под козырек.
Представляю я такою
Службу. От усилий взмок.
Прадед строго смотрит с фото,
Он взаправду воевал.
Может, и не знает кто-то,
Дед мой – русский генерал.
Мне, конечно, не годится
Стаж военный прерывать.
Будет «на замке» граница,
Надо только подрастать.

«Когда вырасту немножко…»

Когда вырасту немножко,
Стану выше чем окошко,
Отыщу туда дорожку,
Где волшебные сапожки.
Потом найду меч-кладенец,
Кащею, точно, тут конец,
Разрушу замок, дуб срублю.
Героем быть я, брат, люблю.
Пусть Зина с Симою глядят:
Я – самый смелый из ребят.
Конечно, станут все шептать:
«Ну как это он смог летать?»
Все открою только маме,
Может, Шурику, не прямо,
А так, намеком, он ведь друг,
Надеюсь, не распустит слух.

Колокольчик

На лесной полянке вырос цветок – колокольчик. Был он синим – синим. Его реснички – лепестки тянулись вверх, а листики – к земле. По утрам в

колокольчике собиралась роса – прохладная вода. Прилетела к нему пчела: «Дай мне напиться».

– Пей, не жалко.

Пролетал жук: «Умой меня, жарко очень». Наклонился колокольчик, брызнул на жука. «Спасибо», – прожужжал тот.

Подул сильный ветер, задрожали лепестки. Осталось водички в цветке совсем мало. А тут прискакал на поляну заяц, высунул язык:

– Ой, спасите, помогите, дайте попить!

Колокольчик собрал все капельки, напоил его. Заяц забыл поблагодарить его и помчался дальше. Скоро ветер стих. Наступила ночь. Все зверушки спрятались в норки. А цветочек до утра собирал водичку. Завтра она снова кому-нибудь понадобится, пусть даже и «спасибо» никто не скажет.

Волшебная река

Ты слышал о волшебной реке? Нет? Тогда послушай. Там, где солнце укладывается спать, а луна поет ему колыбельную песню, она и течет. Эта речка бежит прямо по облакам и журчит: « Дзинь, журр».

Вода в ней прозрачно-голубая. Река играет со звездами: « Ну-ка, догоните! Ну-ка, поймайте!» А те только глазищами хлопают, не догнать им ее. А больше всего на свете любит речка удивлять все живое чудесами. « Эгей, это я, это я!» – крикнет и брызнет на землю частым дождиком. А там цветы раскрываются, птицы пьют и радостно щебечут, звери умываются. Люди эту водичку собирают, песнями славят волшебницу: « Ты – красавица, ты – сударушка, напоила всю землю-матушку».

А то река расшалится и небосвод укроет поющими струями. Тогда над всей землей звучит красивая музыка. Заслышав ее, люди становятся добрыми и счастливыми, забывают о ссорах и обидах. Звери перестают дрожать от страха и рычать друг на друга. А река бежит и бежит, чтобы снова удивить мир своим волшебством.

Гномики

В одной волшебной стране жили гномы: отец Кутебяка, мать Кутебяша и сын Кутебячка. Семья эта была дружной и веселой. Просыпается утром отец и давай бить в барабан: « Скорее встаем, надо солнце встречать!» Мама быстро завтрак сготовит, всех к столу зовет: « Садитесь, на прогулку пора». Одна беда: не любил Кутебячка умываться, а о зубной щетке и слышать не хотел. Приходилось папе обливать его водой из синего ведерка. А то ведь как неумытому из дому выйти?

Только однажды случилось что-то странное. Проснулся Кутебячка раньше всех, умылся, причесался и даже зубы почистил. «Что такое?» – удивилась мама. « Не может быть!» – сказал папа. А сын уже завтрак готовил – малину с ежевикой да орешками лесными. « Что случилось?» – забеспокоилась мама. « Давайте скорее в лес пойдем, мы с другом поспорили, кто раньше придет на большую поляну», – торопил родителей Кутебячка.

И семья отправилась в лес. Нужно было грибы да ягоды на зиму запасать, а их на большой поляне было всегда видимо- невидимо. Сынишка бежал, так что родителям приходилось идти очень быстро. А вот и большая поляна. Только она не пустовала. Друг Кутебячки собирал лесные дары и напевал: « А я раньше пришел, а я раньше пришел!» Пришлось нашему гномику признать, что спор он проиграл. Но зато с тех пор у Кутебячки вошло в привычку рано вставать и следить за собой.

Волшебница Зима

Послушай, есть волшебники на свете. Я это точно – точно знаю. И главная из них – красавица Зима. Вот посмотри: окошко все – в искрящихся узорах, кружат снежинки, словно легкий пух. А небо так загадочно туманно, и ветер свищет песенку свою. Елки, сосны, ели словно кружат в хороводе, их ветки – лапы плавно шевелят иголками своими. Ручей застыл и стал почти хрустальным. Скорей сюда: здесь лисий след, а там зайчишки, знать, бегают они, играют в прятки. И где-то далеко, прислушайся, дружок, свистит разбойник, он заплутал в метель и бездорожье. Его не бойся, он один не страшен.

А Зимушка все машет шубки белоснежной рукавами, и с каждым взмахом все сильнее сыплет искрящийся, холодный снег. Прислушайся: снежинки потихоньку друг другу шепчут странные слова, понятные лишь им да их хозяйке. Мир белоснежным стал, таинственным, прекрасным. Смотри, смотри: по небу сани мчатся. Их лошади волшебные везут, а гривы-то как вихри, а под копытами сверкают изумруды. Зима, укрывшись шубкой снежной, очами зоркими на нас глядит.

И вдруг, о чудо, видения под солнца ярким светом исчезли, словно сон полночный. Я думаю, Зима вернулась в свой чудесный терем, чтоб отдохнуть, собраться с силой и одарить мир новым волшебством.

Кот и ворона

Кот Васька был толст и ленив. Его день начинался с привычного завтрака. Хозяйка ласково звала мурлыку: «Васенька, иди кушать», и тот неторопливо подходил к миске, лакал молоко, довольно урчал. Затем кот принимался приводить себя в порядок: чистил языком шерстку, лапами причесывался. Устало потягиваясь, ложился на свой пуховой коврик и закрывал глаза. В обед Васька выходил из дома подышать и проверить территорию. Если обнаруживался чужой запах, шерсть у кота становилась дыбом, он тихо рычал и изгибал спину вопросительным знаком. Так и казалось, что сейчас послышится: « Ну, берегись! Пощады не будет!»

В один из осенних дней Васька, обойдя двор и сад, увидел сидящую на дереве ворону. Тотчас он принял устрашающую позу и издал угрожающий звук. Ворона не только не улетела, но и во все горло прокричала: «Кар-р-р!» Это уже было наглостью. Кот сталкивался с неповиновением впервые. Разогнавшись, что было сил, он прыгнул на ствол дерева. Ворона нехотя перелетела на высокую ветку и начала чистить свои перья. У Васьки перехватило дыхание: эта птица была так близко и не хотела покидать облюбованное дерево. Изогнувшись и издав воинственный клич «Мяу», кот стал быстро карабкаться наверх. Всего он мог ожидать, только не такой развязки. Ворона захлопала крыльями и ринулась вниз. Васька получил яростный удар клювом и кубарем скатился на землю. Что ему оставалось?

Поджав хвост, он отправился восвояси. А ворона продолжала победно каркать и очищать клюв от прилипших шерстинок.

Птичий Совет

Однажды собрались на берегу озера птицы: дрозды, синицы, дятлы, вороны, сороки, утки да гуси, дикие лебеди. Решили они выбрать самых умных в Совет, чтобы любой спор он решал мирно, а нуждающимся в помощи оказывал ее. Только вот беда: как узнать, кто умнее, никто не знал. И тогда старая гусыня Гага предложила: пусть каждый расскажет о себе, тогда и будет видно, кого нужно выбрать. На том и порешили.

Вышли вперед дрозды и давай похваляться, как они поют, ну просто расчудесно, а еще червячков находят быстро. За ними защебетали синицы; у них оперенье чудное, и холодов не боятся, и знают места, где для всех корма хватит. Дятлы, недолго думая, показали, как они деревья лечат. Уничтожая жучков под корой крепкой. Загалдели, раскричались вороны: они лучше всех в садах и огородах находят пропитание, а уж местность знают так как никто, а еще у них перья такой красоты да черноты. Ни у кого таких не сыскать. Затрещали возмущенно сороки: это они красивы да умны, любую новость тотчас же разнесут всему свету. Не выдержали утки: кто лучше них знает водоемы, умеет выбрать места для гнезд так, чтобы никакой зверь туда не добрался? Лебеди молчаливо кивали, явно осуждая хвастливых птиц. А гуси только поглядывали по сторонам, изредка недовольно шипели.

И снова заговорила Гага: « Вы все умеете красиво похваляться. А кто из вас сможет помочь попавшим в беду? Кто даст совет, как лучше построить птичье жилье, и как избежать лап хищного зверя?» Птицы умолкли и опустили головы, а некоторые спрятали их под крылья. В самом деле, разве они готовы к таким делам? Потому и решили: пусть Гага будет главной в Совете, она же и подберет себе помощников из тех, кого посчитает достойным. С сей поры в тех местах птицы живут дружно и спокойно, а Совет всем помогает. Вот ведь птицы, а по-умному поступили.

III. Тексты песен

«Вспомним, товарищ, Киев, Брест, Берлин…»

Вспомним, товарищ, Киев, Брест, Берлин,
Пепел пожарищ, холодок стремнин,
Как отступали, как рвались вперед
И твердо знали: день и наш придет.
Те пути-дороги не позабыть,
Слезы, боль, тревоги сердце хранит.
Мы друзей теряли, лучших ребят,
Но твердо знали: нет пути назад.
Насмерть стояли Курск, Орел, Москва.
Им честь и слава, им – любви слова.
В каждой деревне, в городе любом
Твердо все знали: победим, дойдем.
Вспомним, товарищ, всех, кто воевал,
Верой и любовью нас согревал.
Память о них будет вечна, светла.
Жизнь отстояли, Родина жива.
Нет выше чести ей служить всегда.
Знамя Победы реет сквозь года.
Детям и внукам завещаем мы
Память живую и судьбу страны.

«Кубань – родимая сторонушка…»

Кубань – родимая сторонушка.
Весной здесь звонко соловей поет,
Высоко в небе – ясно солнышко,
Земля-кормилица зерно дает.
Моря глубоки, горы высоки,
Дороги вдаль бегут, торопятся,
И нет милей Кубанушки – реки,
А ивы в воды речек смотрятся.
Кубань моя – жемчужина страны,
Морями древними омытая,
Ты славна песнями, трудом, людьми,
Казачьей былью знаменитая.

«Моя станица, росами умытая…»

Моя станица, росами умытая,
Где в поле зреет колос золотой,
Трудом, людьми и песней знаменитая,
Горжусь тобой всем сердцем, всей душой!
Земля моя, сторонушка казацкая,
Стоять тебе сквозь времена веков.
Минует доля пусть тебя солдатская,
И будут мир счастливый и покой.
Высоко в небе птичьи стаи движутся,
Они летят в далекие края,
Но возвратятся, лишь капель заслышится.
Для них и нас – родная здесь земля.
И от реки туман белесый стелется,
И перезвон во мгле колоколов.
Здесь в доброту и счастье очень верится,
На труд и подвиг каждый здесь готов.
Моя Кущевка, росами умытая,
Где в поле зреет колос золотой.
Трудом, людьми и песней знаменитая,
Горжусь тобой всем сердцем, всей душой!

«Конь мой вороной…»

Конь мой вороной,
Резвый да лихой,
Ты неси меня
Из дыма да огня.

Рана глубока,
Ноша нелегка,
Нет уж больше сил,
Жил я иль не жил?
А в глазах туман…
Где ты, атаман,
Други где мои,
Аль все полегли?
Скачут чужаки.
Нам бы до реки
Доскакать, а там
Тебя не отдам.
Шашка острая,
Ночка звездная,
Выручайте нас
В наш последний час.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.