Алекса Вулф
Сокровище генерала сан Ялина

© Вулф Алекса

© ИДДК

Пролог

Красивое смуглое плечо, словно выточенное из мрамора цвета молочного шоколада. Фигурный рисунок крепких мышц, тонкий узор переплетения выпуклых вен.

Я смотрела на это произведение искусства, буквально касающееся моего носа, и пыталась осознать, где оказалась и что со мной.

Чуть отодвинувшись назад, захватила взглядом идеально вылепленный пресс спящего мужчины, прошлась взглядом вверх по его широкой, мерно вздымающейся груди и скользнула по сильной шее к выточенному словно из камня профилю.

Мужчина был невероятно красив, но не привычной модельной красотой. Было в его спящем облике какое-то воинственное, брутальное и первобытное очарование. Так могли выглядеть первые короли древнего восточного царства.

Шумеры, египтяне…

Неясные воспоминания всколыхнулись в голове, и я осознала, что меня мучает дичайшая мигрень. Тихий стон помимо воли сорвался с моих губ, а руки потянулись к ноющим вискам. Вот только я так и не ощутила желанную прохладу своих пальцев, потому что, подняв руки, замерла, разглядывая свои ладони.

Это не мои руки!

Мои кисти никогда не были столь тонки и изящны, а пальцы – так аристократичны и скульптурно длинны. И уж точно у меня никогда не было такого невероятного мягкого загара, отливающего благородной медью.

Мой стон разбудил спящего рядом мужчину. Повернувшись ко мне лицом, он распахнул свои глаза с явным восточным разрезом, и я забыла, как дышать.

На меня в упор смотрели два безграничных океана цвета неестественно яркой лазури. Таким бывает бескрайний прибой в тропических странах в ясный день. Насыщенный голубой цвет с разбавленной акварелью зеленоватых ноток.

Стоп. Откуда эти художественно-поэтические сравнения?

И где я?

Кто этот мужчина рядом?

И…

– Ты кто? – спросил меня приятный мужской голос, настолько бархатисто-мягкий, что меня словно в тёплый кашемир завернули.

– Я? – подала голос я и с ужасом поняла, что и голос был совсем не мой. Наполненный природной женственностью, соблазнительный и чистый.

Но кто же я? И почему упорно не могла вспомнить ни имени, ни фамилии, но точно понимала, что в это утро очнулась не в своём теле. Как бы безумно это ни звучало.

Глава 1

– Красавица, – голос мужчины стал звучать твёрже, но всё ещё одурманивал своей бархатистостью и гипнотическими вибрациями, – я хоть и не привык отдавать своих женщин палачам, мне придётся прибегнуть к их услугам, если ты не объяснишь, как попала в кровать к Великому Крылатому Змею Красной Пустыни.

Хороший вопрос, Крылатый Змей, вот только я и сама не могла ответить, с какой целью и каким образом оказалась в его постели. Вряд ли его убедит ответ, что я просто пришла отдохнуть рядом с этим идеальным телом!

– Не помню, – ответила я и потянулась к покрывалу. А ведь я до сих пор не обратила внимания на то, что была абсолютно нага под этой тончайшей тканью, служившей нам обоим одеялом!

– И почему я тебе не верю? – Мужчина молниеносным движением перевернулся, оказавшись надо мной. Его сильные руки замерли по обе стороны моих плеч, а длинные тёмные волосы защекотали обнажённую кожу, вызывая мурашки. Но мне было не до улыбок. Взгляд лазурных глаз становился всё более угрожающим.

– Я не вру, – упрямо ответила я, даже как-то обидевшись на этого красавчика. – Я действительно не…

– Урус! – прервал меня на полуфразе мужской голос. И на этот раз не столь очаровательный, каким был голос моего пленителя. Звонкий, слишком громкий, лишённый истинно мужского очарования. – О-о-о! Да ты не один?!

Я попыталась представить, как выглядели мы с… Урусом? Ну и имя… Со стороны мы, должно быть, смотрелись как настоящие любовники, ведь незнакомец, появившийся в дверях спальни, не мог видеть сверкнувшие молнии в глазах Великого Крылатого Змея, нависшего надо мной.

– Ваше высочество, я вас не ждал так рано.

– Конечно, я вижу, – засмеялось это незнакомое мне «высочество». Я попыталась разглядеть нарушителя нашего спокойствия через плечо моего пленителя, но у меня ничего не вышло. Лишь заметила тёмную макушку, украшенную тонким золотым ободком. Значит, местный принц. Малоинформативно как-то пока выходило. Зато когда мой взгляд вернулся к Крылатому Змею – Урусу, как его назвал застывший у изножья кровати принц, – заметила, что в длинных тёмных волосах сверкнуло золото серьги. Ух, как необычно! И как я сразу не заметила её?

– Ну что ж, не буду смущать твою гостью. Но я рассчитываю на то, что ты нас непременно познакомишь позже.

«Как только сам познакомится, – подумала я с некоторой ехидцей. – Мы же до сих пор не выяснили, кто я и зачем тут».

– Обязательно, – мрачно ответил Урус и выдохнул с облегчением, когда принц всё же покинул нас. Взгляд лазурных глаз налился холодом. – Итак…

– Прошу, слезьте с меня, – пробормотала я. – Дышать нечем!

И ничего, что тяжесть этого красивого тела была мне приятна. Нет-нет, ни за что не признаюсь в этом вслух!

Урус ничего не ответил на мою просьбу, лишь его густые тёмные брови вопросительно приподнялись, словно он был искренне удивлён тем фактом, что всё это время доставлял мне неудобства.

– Я задыхаюсь! – попробовала возмутиться я, но в тот же миг мне стало легко и свободно. Великий Крылатый всё же внял моим просьбам и освободил меня из плена своих стальных мускулов.

– Одевайся. А после ты мне расскажешь всё. И когда я говорю «всё», я имею в виду действительно всё.

Ух, какой суровый, настоящий властный герой любовного романа! Так, стоп. А это чем таким знакомым пахнуло в моём сознании?

Я потёрла виски, пытаясь вспомнить, но самое главное ускользало от меня, как юркая птичка, ловко скрывающаяся в зарослях джунглей. Лишь хвостом поманила, да ухватить не дала.

Но паузой в допросе следовало воспользоваться. Одеться. Это он хорошо сказал, вот только где моя одежда?

Я огляделась. Впервые с момента пробуждения я обратила внимание на сами покои, в которых неведомо как очутилась.

Множество тканей – тонких, лёгких, словно невесомый шёлк и органза, служили тут то ли занавесками, то ли барьером от мошек и комаров. Мощные каменные колонны, витые, испещрённые филигранным рисунком. Низкие пуфики, раскиданные вдоль стен, мягкие подушки с золотыми кисточками. И… что это?

Да быть такого не может!

У одной из стен, граничащей с выходом то ли на балкон, то ли на террасу, был расположен самый настоящий фонтан! Да, небольшой. Но всё же.

И как я не заметила сразу этого журчания?

И стоило об этом подумать, как сразу захотелось проверить, какие у этого Великого Крылатого Уруса туалеты.

Однако проблема с одеждой всё ещё не была решена. Как среди вороха ткани найти свою одежду? Да и какая она, моя одежда?

Судя по тому, что меня окружало, мне полагалось одеяние какой-нибудь наложницы гарема.

И снова в голове неприятно заныло. Я почти физически ощутила, как близка к тому, чтобы всё вспомнить. Вот только лавина воспоминаний из прошлого ещё не пробила странную плотину в моём сознании, поэтому приходилось беспомощно озираться по сторонам и гадать, что же делать дальше.

– Полагаю, где раздевалась, ты тоже забыла? – ехидно уточнил Урус. Я перестала таращиться по сторонам и посмотрела на застывшего возле кровати мужчину.

Идеальный. Именно это слово приходило первым на ум, когда я разглядывала словно выточенный из камня торс Великого Крылатого Змея. К счастью (или нет?), он уже успел облачиться в какие-то свободные шальвары и не смущал меня своей совершенной наготой.

А вот я всё ещё была опасно нага.

– Да… проблемка у нас нарисовалась, – пробормотала я, каким-то чутьём понимая, что говорю не столь высокопарно, как положено в этом месте. И, судя по удивлённому взгляду Уруса, тот тоже отметил мою своеобразную манеру общения.

– Что ж, тогда на первое время воспользуешься моим халатом. А после мы разберёмся и с твоей одеждой, и с мотивами, побудившими проникнуть в мои покои.

Дались ему эти мотивы! Может, девушка просто влюбилась и захотела прикоснуться к прекрасному? Вот ведь… подозрительный какой!

Урус подошёл к одной из стен, шевельнул рукой и распахнул створки невидимого ранее шкафа. Ух ты, вот это магия!

– Держи, – в лицо мне полетел нежный шёлковый халат, буквально накрыв меня с головой. Да… с реакцией у меня всегда было туго, особенно в школе, когда регулярно прилетало мячом по носу…

Я пошатнулась. Внезапно в голове зазвенело, затрещало, а после и вовсе словно что-то лопнуло внутри. Перед глазами потемнело, и я, сделав шаг назад, упала в мягкую тьму, напоследок успев почувствовать, как меня обняли и прижали к твёрдому торсу сильные мужские руки.

Эй, сознание, погоди! Дай насладиться прекрасным…

Мне не хотелось покидать уютное небытие и возвращаться к реальности. Что ждало меня после пробуждения?

Скромная однушка в южном приморском городке, старый ленивый кот и… книги. Мои детки, мои славные кормилицы. Вот уже много лет я не видела смысла своей жизни без моих романов. Как только нашла свою нишу и поняла, что могу зарабатывать своими фантазиями, я ушла с ненавистной работы и целых восемь лет трудилась на благо отечественной литературы.

Но просыпаться мне категорически не хотелось. Я слишком отчётливо помнила будоражившие душу прикосновения восточного красавца из моего чудесного сна. Эх, такие мужчины бывают лишь в сказках, которые я сама и пишу. В серой реальности подобных просто не существует.

«Нужно будет написать про него, – подумала я, уже привычно пуская фантазию в нужное русло. – М-м-м… пусть будет жестокий фэнтезийный мир… м-м-м… что-то среднее между Древним Египтом, Вавилоном и… да, ацтеки. Нужно больше крови!»

Вспомнив, как причудливо себя звал красавчик из моего сна, я улыбнулась, всё ещё не раскрывая глаз.

«И драконы! Читатели просто обожают драконов! А чтобы ему не жилось слишком уж беззаботно, подарим ему хрупкую наложницу со стальными яй… характером. Будем перевоспитывать нашего властного властелина, повелителя песчаных бурь!»

Довольная собой, я собралась приступать к зарисовкам плана будущего романа незамедлительно – вот только до компьютера доползу. Но…

– Ты? – Открыв глаза, я снова увидела перед собой не круглую морду толстого Барсика, а безумной нереальности лазурь колдовских очей генерала из моих фантазий. – Ты же мне приснился!

– Странно, вроде головой не ударилась, – глядя куда-то поверх моей макушки, сказал Урус Крылатый Змей из моего сна. – Что ты несёшь?

О, всю его высокопарность как ветром сдуло! Что ж, так общаться будет даже понятнее. Привычнее для человека современности. Кстати, было бы неплохо понять, куда меня всё же занесло. Прошлое? Будущее? Параллельный мир, где царит магия и хаос? Ох, сюда бы мой компьютер! Или хотя бы телефон…

Все происходящее воспринималось мной как увлекательное приключение, которое я позже перенесу на бумагу. Бояться и искать выход я пока не спешила – то ли защитные механизмы психики включились, то ли мне настолько наскучила моя будничная реальность, что я была рада любой встряске.

Пока мои мысли хаотично крутились в голове, я продолжала лежать в объятиях Великого Змея. Нежиться в руках Уруса было очень приятно. Моё тело, то, которое служило мне верой и правдой на протяжении тридцати с хвостиком лет, давно не чувствовало ласку мужских рук. За своими книгами я как-то совсем растеряла связь с реальностью и с живыми людьми общалась все больше через интернет, а не встречаясь лично. Не самый правильный образ жизни, но какой уж есть. Был…

А в новом теле, молодом и таком изящно-хрупком, казалось, даже кожа была соткана сплошь из нервных окончаний. Возможно, виной тому юный возраст девушки, чьё место я так бесцеремонно заняла. Интересно, сколько нам лет?

– Тебе лучше? Встать сможешь? – спросил Урус, внимательно заглядывая в мои глаза, словно пытался высмотреть там душу скромной писательницы из приморского городка.

– П-попробую, – ответила я, с сожалением прощаясь с надёжной крепостью сильных рук Змея.

Встав на ноги, я дождалась, пока голова перестанет кружиться, и расправила плечи. И тут же ссутулила их обратно. Ох, какой у меня теперь бюст! Это же ходячее приглашение на интимное рандеву, а не бюст! Даже халат Змея (кстати, когда меня успели одеть?) не мог скрыть всё роскошное богатство этого тела.

«Спасибо!» – мысленно поблагодарила я местных божеств за то, что те, пусть и весьма своеобразно, исполнили мою давнюю мечту о стоячей полной тройке.

С трудом оторвавшись от созерцания своей прелести, я подняла взгляд и заметила, что волшебная лазурь тоже сфокусировалась на моём декольте. Что ж, не осуждаю. Можно сказать, даже поддерживаю.

– Нравится? – игриво спросила я и тут же прикусила язык. Так, пора начать фильтровать речь, а то этот Урус заподозрит неладное. Кто знает, как тут с попаданцами в чужие тела обращаются. Расставаться с едва обретённой красотой мне не хотелось. Да и не было никаких гарантий, что в случае чего я вернусь в свое привычное, пусть и не столь эффектное, тело.

– Итак, вижу, ты готова продолжить наш разговор, – не улыбнувшись на моё заигрывание, ответил Урус. – Садись. Я хочу знать всё: как именно ты попала в мою спальню, кого из слуг подкупила, кто тебе помогал и какие мотивы твоего безумного проникновения в покои Великого Крыла…

– Великого Крылатого Змея, помню-помню, – пробормотала я, но Урус услышал моё ворчание. Тёмные брови сурово сдвинулись. Ох, не стоило дёргать змея за хвост!

– Кто ты? – спросил Урус, вызвав у меня острое желание провалиться сквозь землю.

– Я… – вздохнула. А что ответить? Не признаваться же, что меня зовут Виктория Павловна Зайчик, мне тридцать шесть лет, и я люблю крепкий кофе. – Не знаю. Прости… те, но я действительно ничего не помню.

Глубокий вдох. Да, именно так, чтобы тонкий шёлк халата ненавязчиво натянулся, очертив мой роскошный подарок местных богов.

– Ты же понимаешь, что это звучит слишком неправдоподобно? – Урус наклонил голову, и я, как завороженная, уставилась на его необычную серьгу в левом ухе. Несколько тонких цепочек, закреплённых на верхнем хряще, дугой спускались к мочке, где к золотой бусине крепились три разноразмерных золотых пера. Красиво, необычно и очень любопытно. Если он весь такой из себя Змей, пусть и крылатый, то почему перья? Испугавшись своей фантазии, я активно замотала головой, прогоняя возникший перед глазами образ странной крылатой ящерицы, из макушки которой этаким фонтанчиком торчат три пера. Те самые, разноразмерные…

Всё же иногда слишком живое воображение – это наказание, а не благо.

– Пожалуй, стоит показать тебя лекарю, – задумчиво заметил Урус, наблюдая за мной. А я что? Пусть бы и показывал. Только…

– Мне бы в туалет… если можно?

Я стыдливо опустила взгляд в пол, на свои босые ноги. Красивые изящные лодыжки, аккуратные пальчики. Да я просто куколка! Захотелось поскорее посмотреть на лицо, которое мне досталось. Было бы ужасно несправедливо, если ко всей красоте этого молодого тела мне бы досталось лицо дурнушки.

– Туалет? – переспросил Урус, а я начала злиться. Неужели он настолько совершенен, что даже туалет ему не нужен?

– И желательно поскорее, – добавила я, прижав ладони к животу. – Прошу…

Кажется, невербальный язык подействовал на Великого Крылатого лучше, чем все мои просьбы. Кивнув, он указал рукой в сторону одной из стен.

– Дверь там. Думаю, не потеряешься.

Я шмыгнула быстрой ланью в указанном направлении, боясь, что могу элементарно не дотерпеть. Увидев в стене дверь, я даже удивилась. Когда осматривалась раньше, этой двери тут не было. Или меня зрение подвело?

Я взялась за красивую медную ручку и уже собиралась исчезнуть с глаз Уруса долой, но была остановлена суровым:

– И не думай сбежать. Если попытаешься обмануть меня, разговоров больше не будет. Только встреча с палачом. Надеюсь, понятно выразился?

– Понятнее некуда, – буркнула я. – А теперь могу?..

– Иди, – царственным кивком разрешил Урус, и я тут же юркнула в прохладу неизвестного помещения.

Захлопнув за собой дверь, прислонилась к ней спиной и осмотрелась.

Пол и стены просторной светлой комнаты были выложены аккуратными квадратиками белого кафеля, испещрённого тонким кружевом тёмно-синего узора. Красиво и очень по-восточному.

Возле одной из стен расположилась круглая ванна, больше похожая на небольшой бассейн. Сам туалет я заметила не сразу. Белый друг прятался в скромной нише, а большой горшок с карликовой пальмой отвлекал от ниши всё внимание своей пышной зеленью.

Хорошо, что здесь не было каких-то тайных магических штуковин, иначе пришлось бы заниматься вандализмом и использовать бассейн не по назначению.

Несколько минут спустя, когда в моём теле поселилась приятная лёгкость, а в голове прояснилось, я подошла к красивой плоской раковине и посмотрела в круглое зеркало, висевшее над ней.

– Так вот какие мы… – проговорила я, с благоговением касаясь своей щеки. – Вот это да!

«Мы» были очень красивы. Большие миндалевидные глаза, аккуратный носик и чувственные пухлые губы. Благородный овал лица, тонкая шея и изящные ключицы. Пышные тёмные волосы, крупными волнами спадавшие за спину.

Была бы мужчиной, влюбилась бы в эту версию себя с первого взгляда!

Я улыбнулась своему отражению, и на левой щеке появилась очаровательная ямочка.

– Попал ты, Урус, Змей великий и крылатый, попал. Только сам ещё этого не знаешь.

Я коснулась ручки крана и плеснула себе в лицо прохладной водой. Всё же умыться с утра – дело правильное и нужное.

– Итак, задача номер один – не дать Змею нас обидеть. Задача номер два – попытаться разобраться в окружающем мире и устроиться в нём. Задача номер три – узнать, есть ли возможность вернуться домой.

Не то чтобы я сильно спешила обратно, но хотелось бы знать, насколько конечным было моё попадание, и уже исходя из этого строить дальнейшие планы на свою жизнь.

Я снова улыбнулась. Мысль о том, что придётся жить рядом с этим строгим красавчиком, отозвалась приятным теплом в груди. Осталось всего ничего – убедить Уруса, что я – невинная жертва, которой требуется защита, а не коварный засланец, пробравшийся к нему под покровом ночи, чтобы сотворить что-нибудь плохое.

Бросив последний взгляд в зеркало, я подошла к двери и положила ладонь на прохладную ручку. Вдохнув побольше воздуха, как перед прыжком в море, вышла из ванной комнаты в спальню, где меня дожидался суровый Змей.

Я несколько удивилась, заметив на круглом столе рядом с Урусом две чашки с горячим напитком, большое блюдо с экзотическими фруктами и блюдо поменьше с маленькими ромбовидными булочками, по виду похожими на творожники с цукатами.

– О, завтрак! – воскликнула я и тут же запнулась, встретив твёрдый, как скала, взгляд Змея. – П-простите.

– Садись, – Урус великодушно махнул рукой на низкий пуф возле стола. Я бы, конечно, предпочла более привычный стул или кресло, но придираться пока было рано. Спасибо, что на пол не предложил сесть.

– Я послал за лекарем. Поешь, потом тебя осмотрят.

– М-м-м, – промычала я, едва не ляпнув про то, каким образом и что конкретно будут осматривать. По-хорошему, мне только на руку подробная проверка моего нового тела. Хоть знать, с чем имею дело, если вдруг помимо красоты в подарок мне добавили какие-то болячки.

Взяв в руки тонкостенную фарфоровую чашку, я вдохнула аромат напитка и аж зажмурилась.

«Спасибо, спасибо вам!» – искренне поблагодарила те силы, что засунули меня в это странное место. Потому что, если честно, я даже думать боялась о том, что больше никогда не смогу ощутить волшебную горечь и ни с чем не сравнимый аромат свежесваренного кофе!

– Спасибо, – сказала я уже более сдержанно Урусу. – За завтрак.

Змей лишь кивнул, не удосужившись даже ответить на мою благодарность. Ну и пусть. Главное, что не тащил в подземелье да на цепи не сажал. С остальным справимся.

Я сделала глоток и прикрыла глаза от удовольствия. Жить сразу захотелось ещё сильнее.

Урус не спешил присоединяться к моей трапезе, но я вдруг ощутила такой сильный голод, что даже пристальный взгляд лазурных глаз не смог заставить меня более ждать. Я взяла первую ромбовидную булочку. Вдохнула аромат сладкой свежей сдобы и с наслаждением откусила кусочек. Уф! Да это же пища богов!

Сама не заметила, как блюдо с булочками опустело на треть, и лишь когда в моей чашке закончился кофе, я перевела дыхание и обратила внимание на застывшего статуей Змея.

– Всё хорошо? – спросила я, снова забыв о том, что передо мной мужчина с кучей непонятных тараканов и багажом условностей, которые мне пока были неизвестны. Может, здесь вообще не принято, чтобы женщина первой рот открывала?

Ох, Вика, рано ты расслабилась. Это всё вкусный сытный завтрак виноват.

Урус вопросительно приподнял брови. Нет, я точно ляпнула что-то не то.

– Вы… – конечно, я бы предпочла перейти на «ты», но отчего-то опасалась вот так сразу пугать Змея своим желанием сблизиться. – Вы ничего не едите.

Урус наклонил голову, бросил ленивый взгляд на опустевшее блюдо, а после снова посмотрел мне в глаза. Пространство между нами мгновенно наэлектризовалось. Я уже ждала характерного треска молний, но тут вдруг Змей неожиданно улыбнулся. Зловеще так, что аж холодок по спине побежал.

– Боишься, что еда отравлена?

Я даже икнула. Вот неловко бы вышло, если б я так быстро и нелепо рассталась с едва обретённой новой жизнью!

– А это возможно? – вкрадчиво поинтересовалась я, прислушиваясь к своему телу. Вдруг где-то заболит, заколет?

– Это тебя надо спросить, – прищурив глаза, ответил Урус. – Ведь это не я к тебе пробрался под покровом ночи в постель. Может, ты хотела убить меня?

– Тогда почему не убила? – задала я вполне резонный вопрос, снова забывшись, где я и с кем.

Урус перестал улыбаться. Казалось, что он превратился в настоящий лёд, хотя сложно назвать ледышкой такого жаркого мужчину, но он как-то умудрился совместить в себе огненное пламя первобытной страсти и морозную стужу каменного истукана.

– А вот это мы обязательно выясним. – Урус встал, расправил шальвары и посмотрел в сторону развевающихся на ветру занавесок. Там, за тонкой прозрачной тканью, розовело утреннее небо. – Вставай. Сейчас придёт лекарь.

Я хотела спросить, как он определил, что врач появится именно сейчас, но в этот момент откуда-то из глубины покоев раздались тихие шаги.

– Господин генерал, лекарь ждёт за дверью, – к нам вышла девушка в лёгком многослойном платье из кремового шёлка.

– Пусть войдёт, – разрешил Урус, даже не глядя на склонившуюся в глубоком поклоне служанку.

Я вздрогнула. Слова Великого Змея прозвучали как приговор.

В комнату вошёл высокий худой мужчина, похожий на ожившую мумию. Высохший, морщинистый, с большими проницательными глазами, взгляд которых сразу остановился на мне, будто желая просканировать меня незамедлительно встроенным рентгеном.

– Генерал сан Ялин, вы звали?

– Да, Йетэмек. Осмотри эту девушку.

– Полный осмотр, сан Ялин?

– Да. И будь предельно внимателен.

Я слушала беседу двух мужчин и не могла понять, чем мне грозило это полное обследование. Да и инструментов никаких я при лекаре этом не заметила. Неужели весь осмотр – это пощупать руками да посмотреть глазами?

С сомнением покосилась на лысого врача.

– Не беспокойся, я не причиню боли, – сказал Йетэмек мне, протягивая в моём направлении свои худые руки. – Закрой глаза, если так будет спокойнее.

«Так будет только беспокойнее», – подумала я. Лучше сохранять бдительность и следить за всеми действующими лицами в оба.

Бросив быстрый взгляд на застывшего генерала, я вздохнула и приготовилась к неведомым пыткам.

Вот только никаких истязаний не последовало.

Когда ладони лекаря оказались всего в сантиметре от моего тела, я заметила, как на кончиках пальцев мужчины засверкало непонятное нечто. Будто он окунул пальцы в баночку с волшебным джемом, блестящим и полным магии.

Через мгновение блестяшки на кончиках пальцев превратились в тонкие нити, которые потянулись ко мне. Я машинально сделала шаг назад, опасаясь неведомой субстанции, но была остановлена генералом.

Урус перехватил мою руку чуть выше локтя и властно удержал на месте, не давая сбежать.

– Стой смирно, – процедил он сквозь зубы и тут же отпустил меня. Но я чувствовала, что стоит мне снова шевельнуться, Урус обездвижит меня окончательно. Поэтому испытывать терпение Великого Змея не стала.

Когда моей кожи коснулись тонкие мерцающие нити, я почувствовала лёгкий холодок. Едва ощутимый, но всё же заметный. Как если бы кто-то взял сладкую вату с ментолом и разлепил её на тончайшие волокна-нити, а после опутал бы ими всё тело, как пауки обматывают свою жертву паутиной.

Больше никакого дискомфорта я не почувствовала. Не считая морального, конечно. Общество молчаливого лекаря, напомнившего мне мумию Сети I, было неприятно. Я подспудно чувствовала исходившую от мужчины угрозу.

– Всё в порядке, – нарушил затянувшуюся тишину Йетэмек. – Дева в порядке, абсолютно здорова.

– Что с головой? – Урус покрутил пальцем у виска, намекая на моё вероятное сумасшествие. Или здесь этот жест означал иное?

– Насколько я вижу, никаких проблем с сознанием. Только…

– Только? – с нажимом повторил Урус.

«Только?» – испуганно подумала я. Вот и что он скажет? Что «деву» захватила иномирная душа? Вдруг он своими ниточками магическими увидел, что я наглым образом захватила чужую оболочку? И как доказать потом, что это вообще не моя вина и я знать не знаю, куда делась истинная хозяйка этого тела?

– Узлы. Это странно и нетипично, – лекарь помотал головой. – Словно у новорождённого младенца. Но перед нами не ребёнок, а юная дева. Я не понимаю, как это возможно…

Урус смерил меня ещё более подозрительным взглядом, чем смотрел раньше. А я что? Я понятия не имела, о каких узлах они говорили и почему мне они достались в каком-то недоразвитом состоянии!

– Что за узлы? – всё же не сдержала я свое любопытство, спровоцировав двойное негодование от мужчин. И если Урус уже не в первый раз сталкивался с моей непочтительностью, то Йетэмек стал свидетелем такой вольности впервые. И судя по его изогнутым в изумлении бровям, поведение моё было совершенно нетипичным для обитателей здешних мест.

– Теперь ты видишь, что я имею в виду, – с кривой ухмылкой пояснил генерал лекарю свои слова. – Она явно не в себе. Жалуется на потерю памяти. Вот только я не верю, что она говорит правду.

«Эй, я вообще-то всё ещё здесь! Не нужно говорить обо мне в третьем лице!» – захотелось возмутиться мне, но я прикусила язык. Нет, лучше просто молчать.

– Потеря памяти? – Йетемек внимательно посмотрел мне между бровей, в то самое место, где древние изображали третий глаз. – Не могу утверждать, сан Ялин. В зоне сознания присутствует некоторая туманность, но я не могу с уверенностью говорить, что это именно проблемы с памятью. Но что могу сказать точно – если узлы не развить в ближайший месяц, она навсегда утратит способность к магии.

– Погодите-ка, – я снова не смогла сдержаться. – Какая магия? Вы вообще о чём?

– Дозволено ли мне будет поинтересоваться, где вы нашли эту деву, генерал? – спросил лекарь, глядя на меня, как на неведому зверушку, которую готов утащить на опыты, – вот только разрешение получит от «хозяина».

Мне снова стало неуютно, а по спине пробежал мерзкий липкий холод.

– Не дозволено, – твёрдо обрубил его Урус, а мне отчего-то стало легче. Будто своим «не дозволено» он защитил меня от посягательств со стороны этого скользкого лекаря. – Можешь быть свободен, Йетэмек. И пока настоятельно прошу не распространяться о моей… гостье.

– Как прикажете, генерал сан Ялин. – Лекарь склонился в глубоком поклоне и попятился к выходу, не поворачиваясь к нам спиной.

Уже через секунду мы снова остались с генералом вдвоём. И гнетущее молчание Великого Змея меня ничуть не радовало. От едва пробудившегося чувства защищённости не осталось и следа.

– Значит, магичка, – произнёс он задумчиво, растягивая слова. – Недоразвитая магичка. Интересно.

Это я-то недоразвитая? Ух, я бы доказала ему, что всё у меня давно развилось, да так, как ему и не снилось. Но вместо этого я сосчитала до пяти и молча уставилась на Уруса, стараясь вложить в свой взгляд всё презрение и недовольство его оскорбительными выводами.

Глава 2

– Простите, генерал, – едва оставивший нас Йетэмек появился на пороге. – Я знаю, как помочь выяснить, кто эта дева. И найти её близких, которые помогут ей вспомнить о том, кто она.

– Говори, – кивнул Урус, хоть лицо его выражало сильное недовольство внезапным возвращением лекаря.

– Мы совершенно забыли о самом простом и быстром способе вычислить личность девушки. – Йетэмек подошёл ко мне, а я снова машинально отступила, пугаясь его дикого маниакального взгляда.

– Не томи, Йетэмек, говори уже, – поторопил лекаря Змей. Мне тоже было крайне любопытно, как этот врач планировал идентифицировать мою личность. Ещё и легко и быстро, как он сказал.

– Кровь, – улыбнувшись, ответил лекарь. И в его улыбке я увидела хищный оскал. – Я возьму её кровь и сверюсь с базой данных.

От слов лекаря меня охватил леденящий ужас. Перед мысленным взором тут же возникли картинки тёмного подземелья, где на стенах развешаны пыточные инструменты, кругом кровь и капает неопознанной природы вода. В углу пищат ждущие своего куска добычи голодные крысы, где-то позвякивают кандалы несчастных жертв. И холодный каменный жертвенник с желобками для стекания крови.

Кажется, ужас, который меня охватил, отразился в моих глазах. Потому что Урус вдруг улыбнулся и подошёл ко мне, снова взял за руку чуть выше локтя, на этот раз гораздо нежнее, чем в прошлый, и, склонив голову, прошептал мне на ухо:

– Боишься, что я наконец узнаю твой секрет, красавица?

Я упрямо сжала губы. Нет, я боялась совершенно не этого. Хотя после слов Уруса в душе шевельнулось сомнение. А вдруг бывшая владелица этого тела была личностью с… сомнительными убеждениями и моральными устоями? Вдруг она действительно собиралась убить генерала, но я помешала ей, заняв её тело?

Голова снова закружилась, то ли от переживаний, то ли от того, что мы с этим телом не сроднились до конца.

– Как быстро ты сможешь дать ответ по её личности? – отвернувшись от меня, Урус обратился к лекарю. Тот что-то прикинул в уме и ответил:

– Через полчаса. Если она есть в базе данных, через полчаса мы будем знать, кто эта дева.

Я вздрогнула. В моём понимании очень плохо сочетались это место и слова о базе данных. Сложно было связать воедино эту по виду древнюю культуру и современные слова. Какая тут могла быть база данных? Да ещё и основанная на крови, что даже в наш век высоких технологий весьма сомнительно для реализации.

Лишь одно могло объяснить столь совершенную поисковую систему в таком мире – магия.

Я мысленно ударила себя по иллюзорным рукам. Снова некстати включился внутренний писатель, вытеснив из головы обычную женщину Викторию, которой полагалось бояться, нервничать и вообще всячески паниковать.

А я тут теории строить вздумала вместо того, чтобы порядочно упасть в обморок или слечь с сердечным приступом.

– Тогда приступай, – дал своё разрешение Урус, но продолжал держать меня за руку, словно подозревал, что я могу сбежать в момент, когда лекарь подойдёт ко мне со своими инструментами.

Кстати, о них. Я всё ещё не видела при мужчине никаких чемоданчиков, сумочек или хотя бы пояса с кармашками. Чем он собирался протыкать мои пальцы с венами и куда сцедит мою кровь?

– Одну минуту, Великий Крылатый Змей, – с поклоном ответил лекарь, впервые при мне назвав Уруса его забавным прозвищем. – Сейчас я позову помощницу.

«Так вот оно что, – подумала я, несколько расслабившись. – По крайней мере, меня не будут кусать и пить мою кровь, словно вампир, сверяя с какой-то там мифической базой данных».

Урус отвёл меня к невысокому пуфику, насильно усадил на него и отошёл ко мне за спину. Спасибо, я и так уже поняла, что избежать процедуры не получится, но к чему все эти предосторожности? Разве он не понимал, что делал только хуже, не успокаивая меня, а заставляя нервничать ещё сильнее?

Хотя… какое ему дело до моих чувств? Наверняка генерал думал лишь о том, чтобы поскорее узнать, что за наглая девица посмела к нему заявиться, испортив очередное утро. Да ещё перед принцем скомпрометировала.

Прошло меньше минуты, как в покои Уруса с поклоном вошла девушка в узком, закрытом от шеи до пят, платье. Не в пример предыдущей служанке, эта была одета слишком скромно, словно послушница при монастыре.

Хотя взглянув на приближающегося ко мне Йетэмека, я поняла, почему девушка не хотела выглядеть сколь-нибудь сексуально в обществе этой мумии. Не дай бог приглянуться такому!

– Дай руку, – сказал лекарь мне, и я с неохотой подчинилась. Никогда не любила сдавать кровь, редко кто мог всё сделать быстро и безболезненно. В умении лысой мумии я сильно сомневалась.

Холодные пальцы коснулись моего запястья. Мужчина покрутил мою руку, словно выбирая, где лучше всего делать разрез-укол, и после, взяв с подноса служанки тонкий скальпель, полоснул мне по коже чуть выше ладони. Варварский, бездумный и совершенно самоубийственный метод!

– Я не хочу умирать! – воскликнула я, глядя, как лекарь поднёс прозрачный пузырёк к моей ране, стал наполнять его тёмной кровью.

– Не бойся, ты не умрёшь, – с коварной улыбкой ответил Йетэмек, закрывая пузырёк крышкой. Отставив его на поднос, где уже лежало окровавленное лезвие, мужчина повернулся ко мне. Продолжая удерживать мою руку так, чтобы видеть внутреннюю сторону запястья, он занёс над раной ладонь и что-то зашептал. Уже знакомое мерцающее желе потянулось от пальцев лекаря к моей коже, и буквально на моих глазах порез затянулся, не осталось даже следа!

– Вот и всё, а ты боялась, – сказал он, отпуская мою руку.

– Жду ответа через полчаса, Йетэмек. И напоминаю – никому. Ты понял?

– Конечно, генерал сан Ялин. Я всё понимаю.

Глубоко поклонившись, лекарь попятился к дверям и вскоре исчез вместе со своей помощницей.

А я так и сидела, пестуя внешне абсолютно здоровую руку и думая о том, что через каких-то тридцать минут я узнаю, кто я. Точнее, кто я теперь. И чем это мне грозит.

– Воды? – спросил Урус, снова удивив меня резкой переменой настроения.

– Да, б-благодарю, – запнулась я, пытаясь разгадать, что же творилось в голове этого мужчины. То он меня желал испепелить на месте колдовской лазурью своих глаз, то в его жестах и словах проскакивали нотки какой-то отеческой заботы. Будто он сам не мог определиться, как ко мне относиться и что со мной дальше делать.

Хотя, вероятно, так оно и было. Он просто боялся выказать мне излишнее благодушие, ведь я действительно могла оказаться подосланным убийцей. Тогда будет ой как неловко, когда после всего доброго отношения придётся отдать меня палачам.

Я передёрнула плечами. Нет, такой сценарий мне не по душе. Я же автор любовного фэнтези! Где мои милые драконы, спасающие даму от опасностей? Где восторженные взгляды, полные безграничной любви и обожания? Где, в конце концов, рояли? Так дела не делаются…

Я приняла бокал с чистой водой и сделала глоток. После всех переживаний, визитов «мумий» и кофе вода оказалась очень кстати. Я даже снова преисполнилась благодарностью к Змею.

Вот и зачем он так себя вёл, раскачивая мои нестабильные эмоциональные качели? Так и до истерики допровоцироваться недолго.

Кстати, истерика была бы вполне успешным способом отвлечь Уруса, если тот всё же решит передать меня своим палачам.

И снова мои мысли утекли в не самое приятное русло. Паниковать раньше времени всё же не стоило. Вдруг мы (я и моё тело) вообще окажемся принцессами?

«Ха! – подумала я с сарказмом. – Это даже для моих книг было бы слишком очевидным подыгрыванием героям».

Я боялась, что Урус продолжит свой бесполезный допрос, но тот, видимо, понял, что большей, чем уже дала, я информации ему не скажу, как бы он ни пытал меня.

Великий Крылатый отошёл к шторкам, закрывающим выход на террасу, и задумчиво уставился вдаль, сдвинув тонкий шёлк в сторону.

Хоть картину пиши! Ну невозможно быть настолько идеальным!

За моим шпионским созерцанием и его задумчивым разглядыванием пейзажей по ту сторону спальни мы и провели остаток времени до возвращения лекаря.

– Генерал сан Ялин, позвольте… – с порога заговорил Йетэмек, но Урус прервал его взмахом руки.

– Говори, что смог узнать.

– Мы выяснили личность этой девы! – оскалился в широкой улыбке лекарь.

– Не томи уже, говори, кто она?

– Девицу зовут Айин Махри-Гьюль Дерезинэ. Я выяснил, что в прошлом году она потеряла всех близких при пожаре. Осталась без средств к существованию, была отдана в храм Великой Богини-матери, под защиту служителей, до времени, когда ей будет определён муж…

На этом месте лекарь запнулся и внезапно замолчал. Ну да, если вспомнить, в каком виде он меня увидел и, самое главное – где, на ум приходили весьма пикантные мысли.

– Значит, Дерезинэ. – Урус как-то странно посмотрел на меня. – А не те ли это Дерезинэ, которых лет пять назад обвинили в измене, а после оправдали?

Ох ты ж, ёжик, как запомнить такое имя-то? И… кажется, я попала…

– Те самые, – кивнул лекарь. – И оправдал их сам повелитель. Лично. Довольно тёмная история, мало кто знает подробности…

И тут они оба уставились на меня так, будто я вот прямо сейчас должна была выложить им эти самые тайные подробности.

Эй, мужчины, а вы не забыли, что у нас тут вообще-то потеря памяти?

Первым до этой простой истины дошёл, как ни странно, Урус. Вздохнув так, словно я уже год минимум испытываю его терпение и нервы на прочность, он обратился к лекарю:

– Йетэмек, спасибо за информацию. Дальше я разберусь со всем сам.

– Как скажете, генерал, – поклонился лысый. – Только… позволено ли мне будет напомнить про узлы… Девушка может лишиться своей магии.

– Я разберусь, – несколько грубовато отрезал Урус и кивнул в сторону двери. – Спасибо, Йетэмек.

Ну тут только дурак не понял бы жирного намёка. Йетэмек явно дураком не был, поэтому, ещё раз откланявшись, привычно попятился к дверям.

У меня на языке вертелся вопрос, как же генерал планировал решить мою проблему, но я заставила себя молчать. Хватит, и без этого много лишнего ляпнуть успела.

С уходом лекаря в покоях Уруса снова стало напряжённо тихо. Я бы с радостью замаскировалась под один из пуфиков и переждала намечающуюся грозу в уголочке, но это было невозможно. Тем более взгляд генерала буквально прикипел ко мне – в какой-то момент я даже подумала, что тот и вовсе перестал моргать.

– М-м-м, – промычала я, чтобы уже хоть как-то спровоцировать Уруса на беседу. Неопределённость моего положения давила на плечи, подобно тяжёлой бетонной плите.

– Что-то хочешь сказать? – вскинул брови Урус. – Или, может, вспомнила то, зачем ты пробралась в мою спальню, Айин Махри-Гьюль Дерезинэ?

Вот и как он запомнил сразу все эти имена? Но спасибо, что озвучил.

– Можно просто Айин, – улыбнулась я, пытаясь вызвать у застывшего истуканом мужчины ответную реакцию. Но тот не поддался моим чарам, что ввергло меня в ещё большее уныние. Ну как, как можно не реагировать на столь очаровательное создание, которым я стала?

– Ханым Айин, я уже порядком устал за это утро от твоих игр.

– Я не играю! – воскликнула я, поднимаясь с пуфа. – Я действительно ничего не помню!

– Очень удобно, – хмыкнул Урус. – Вот только у меня нет ни времени, ни желания тратить весь день на выяснение правды. Куда проще доверить это Йетэмеку. Я заметил, что ты прониклась к нему уважением.

Вот гад! Явно же видел, как я боялась и насколько неприятен мне был этот лысый лекарь! Он точно специально это сказал, чтобы позлить меня.

– Сожалею, что не могу ответить на все ваши вопросы, генерал сан Ялин, – ответила я, молясь, чтобы моё произношение его имени оказалось верным. – Но я знаю, что не могла бы даже помыслить о том, чтобы причинить вам вред.

– И откуда эта уверенность, прелесть моя? – усмехнулся Урус. – Ты же утверждаешь, что ничего не помнишь.

– Да, я не помню ничего из своего прошлого, – кивнула я, – не помню, кто я и зачем здесь. Но чувствую, что неспособна на коварство. И вы…

– Опустим момент про коварство, – криво улыбнулся генерал. – Что там про меня?

– Вы мне нравитесь, – опустив взгляд в пол, тихо ответила я.

– Даже так? – Тёмные брови взметнулись вверх. – То есть ты хочешь сказать, что проникла в мою спальню, чтобы стать моей айалой?

– Айалой? – переспросила я, гадая, что же значило это слово. – Это кто?

– И этого не помнишь? – Теперь удивление Уруса было лишено уже привычного сарказма. – Любовница. Ты хочешь стать моей любовницей, ханым Айин?

Ох, бог мой. Вот и что отвечать? С одной стороны, лучше увести его подозрения от политических причин в сторону банальной романтики, но…

Вдруг он прямо сразу решит воспользоваться предложением? Не то чтобы я была против отношений с таким красивым мужчиной, но…

Вот это самое но и было причиной того, что я в свои тридцать шесть жила одна с котом Барсиком и целым гаремом вымышленных мужчин, один идеальнее другого. Я не могла с лёгкостью перейти в горизонтальную плоскость отношений с первым встречным, будь он даже живым воплощением всех женских сексуальных фантазий.

– Я… не знаю, – ответила я.

– Что же мне с тобой делать, ханым? – задумчиво спросил Урус, поглаживая свой подбородок.

«Любить, кормить и баловать!» – хотела бы ответить я, перефразировав одного рыжего киношного кота, но промолчала. Эту шутку юмора генерал сан Ялин мог не оценить.

– Видимо, придётся пока оставить во дворце. Пока мы не сможем выяснить, зачем ты это всё устроила.

– Во дворце? – Я огляделась, словно впервые замечая и колонны, и роскошные ткани. – Но… они же говорили, что вы – генерал, а не…

– Не принц? – заломив бровь, уточнил Урус. А я лишь стыдливо кивнула. Ну да, не принц. Хотя я бы без раздумий отдала ему королевский венец. – Принца Маккады ты имела удовольствие видеть утром, когда он пришёл пожелать мне доброго утра.

– Так значит, он всё же принц? – переспросила я, делая в уме галочку держаться от монаршей особы подальше. Он как-то сразу мне не понравился. Не генерал совсем, не генерал.

– Что, сразу заинтересовалась Хаином? Хотя для тебя он Хаин-Нежис инс Худай, кронпринц Маккады, Великолепный и Справедливый Змей Красной Пустыни.

– Не крылатый? – уточнила я, вспоминая обращение к самому Урусу, чем вызвала очередное недовольство генерала.

– Крылатый. Он так же принадлежит роду драконов, но… да что я тебе объясняю. Строишь из себя дурочку, а сама наверняка всё прекрасно помнишь.

– Не помню, – я развела руками. – А можно мне…

– Что? – рявкнул Урус, очевидно, потеряв всякое терпение.

– Посмотреть, – тихо ответила я, желая уменьшиться и спрятаться в воображаемую раковину от сурового взгляда лазурных глаз генерала.

– Боги! – воскликнул Урус. – На что ещё ты хочешь посмотреть?

Я внезапно вспыхнула, по крайней мере, почувствовала, как лицо буквально загорелось от прилива крови к щекам. Эта реакция была мне несвойственна, скорее всего, досталась вместе с молодым неискушённым телом. Невольно перед мысленным взором возникли картинки нашего совместного пробуждения в одной постели. И это тело… Такое совершенное, такое скульптурное, такое притягательное…

– В-вашего дракона, – промямлила я, уже жалея о своей несдержанности. Ну откуда ему было знать, что писатель-фэнтезист просто хотел использовать по максимуму своё попадание и успеть посмотреть диво дивное. Вдруг вся эта история окажется всего лишь красочным сном? Мне всякое, бывало, снилось, и я частенько брала какие-то элементы из своих ночных грёз в книги, несколько видоизменив их под удобоваримое фэнтези.

Сейчас же я хотела взять от «сна» всё. Надо было успеть посмотреть самое интересное до пробуждения!

Но я снова, кажется, допустила какую-то бестактность. Потому что, помимо удивления, на лице Уруса начали появляться признаки раздражения и даже гнева.

– Моего дракона?! – переспросил он угрожающе тихо. У меня аж мурашки заплясали по спине, вот только они были совсем не похожи на те, приятные, которые раньше вызывал его чудесный глубокий бархатистый голос или его тело. Нет.

Сейчас мне вдруг стало по-настоящему страшно. Нельзя вечно дёргать кота за хвост и надеяться, что тебя не поцарапают.

– Ну или не нужно, – пробормотала я. – Прошу прощения, если моя просьба вас задела и как-то оскорбила…

– Не нужно, – сквозь зубы подтвердил Урус. – И больше никогда никого не проси показать своего дракона. Только мужа, если среди драконов найдётся слабоумный, который возьмёт тебя в жёны.

– А вот это было обидно, – ответила я. – Я вам ничего плохого не сделала, за что вы меня так обижаете?

– Не сделала? – Тёмные брови генерала снова удивлённо приподнялись. – Или, может, не успела сделать?

Я не удержалась и повторила знаменитый скептический усталый взгляд гения, миллионера, плейбоя и филантропа. Скрестив руки на груди, закатила глаза и демонстративно вздохнула.

Ну действительно, сколько можно уже топтаться на месте и убеждать меня в том, что я – преступница, по счастливой случайности не успевшая совершить преступление?

– Я больше не могу тратить на тебя своё время, – вдруг сказал Урус, снова взглянув в сторону окна. – Но и отпустить тоже не могу. Пока не выясню все твои мотивы.

– И что же будете делать? – спросила я, даже не пытаясь угадать, куда заведёт генерала его причудливое мышление.

– Здесь тебя оставлять было бы верхом глупости и беспечности, – словно размышляя вслух, сказал Урус. Я могла с ним только согласиться – объективно оставлять в своей личной спальне человека, которого видишь впервые, – верх безрассудства.

– Пока побудешь в женской части дворца. Там за тобой присмотрят, а заодно и помогут разобраться с магией. Раз уж ты пока под моей защитой, я обязан проследить, чтобы указания лекаря выполнялись как следует. Но если выяснится, что ты пришла ко мне с дурными намерениями, ты пожалеешь о моей доброте. Я тебе гарантирую.

Я не знала, что отвечать на столь эмоциональную речь, поэтому просто кивнула. Из всего сказанного генералом я поняла одно – меня определят в какую-то женскую часть дворца. И почему-то сразу вспомнились гаремы падишахов.

И я взмолилась местным божествам, чтобы мои опасения не оправдались. Мне хватило книг по истории, чтобы понять: гарем – это последнее место, где бы я захотела жить.

Глава 3

Пока я размышляла о превратностях судьбы, в покои Уруса снова постучали. На этот раз на пороге появилась женщина в летах, в строгом закрытом платье, с платком на голове. Она мне напомнила суровых надсмотрщиц гаремов. Я даже поёжилась от неприятного предчувствия.

– Меркези Саа́ри, – обратился к ней Урус. – Поручаю эту ханым вам. Выделите ей комнату в гареме и проследите, чтобы она ни в чём не нуждалась.

– Как прикажете, господин генерал, – женщина глубоко поклонилась. – Могу ли я поинтересоваться, повелитель знает о вашей… ханым?

– Как раз сейчас отправляюсь к нему, – сообщил Урус. – А пока для меня главное – безопасность и контроль над ханым. Она не должна покидать стен гарема, это понятно? Приставьте к ней одну из служанок, чтобы всегда была рядом.

– Может, будет лучше, если контролировать сохранность ханым будет не только калфа, но и ага?

– Евнух? – задумчиво произнёс Урус и сам же себе ответил: – Да, пожалуй, так будет лучше.

– Будет исполнено, господин генерал.

Женщина, которую Урус назвал Меркези Саари, снова склонилась в глубоком поклоне, а потом так зыркнула на меня, что мне поплохело. Её чёрные, демонические глаза словно прожгли на моей душе отметину – клеймо, превращая в очередную рабыню местного гарема.

– Идём, ханым, – сказала она мне, протягивая худую руку в сторону выхода. – Я помогу тебе устроиться во дворце.

Уходить не хотелось. Я нутром чувствовала, что стоит нам выйти из покоев генерала, как от уважительного обращения ко мне не останется ни следа. Может, ещё и палками подгонять будет, кто знает?

Я бросила на Уруса взгляд, полный мольбы, но тот даже не посмотрел на меня. Махнул рукой, выпроваживая из спальни, – то ли меня, то ли Меркези, то ли нас обеих.

Гад.

А ведь обещал заботиться до выяснения обстоятельств! Такая себе забота – спихнуть на руке старой ведьме!

Мы вышли из покоев генерала, и я впервые смогла оценить устройство дворца изнутри.

Длинные коридоры, устланные узорчатыми коврами, с зажжёнными у потолка настенными канделябрами. Бесконечные, похожие на змеиный лабиринт, с постоянными ответвлениями то вправо, то влево, и множеством одинаковых дверей. Да я уже через минуту забыла дорогу в спальню Великого Змея!

И мне стало страшно. Вот так заведут в какой-нибудь глухой угол, оставят – и даже руки марать убийством не понадобится. Сама высохну, так и не найдя дорогу к воде, еде и свежему воздуху.

– Сюда, – скрипуче позвала Меркези, и я вздрогнула. Ну вот – то, чего я боялась. Исчезли из её речей и намёк на уважительное обращение, и вообще всякая благожелательность. Сухой приказной тон, которого захочешь – не ослушаешься.

Я вошла в открытую дверь и почувствовала запах сырости. Словно попала в старый чулан. Вокруг было темно, а воздух насквозь пропитался запахомом мокрых стен.

– Где мы? – робко спросила я, но услышала лишь щелчок замка за спиной.

Приплыли!

Это такую мне комнату определила эта старая грымза? Кажется, Урус имел в виду немного другое, когда просил устроить меня с удобствами!

Я попыталась привыкнуть к мраку помещения. После нескольких минут усиленного моргания я смогла различить установленный возле стены грубый диван, какой-то квадратный стол и большой кувшин на нём.

– Если там вода, я не рискну её пить, – проговорила я, двигаясь в сторону дивана на ощупь, касаясь влажной стены пальцами.

Мерзкое ощущение холодной, рыхлой поверхности пронизывало до костей, но отдёрнуть руку я не могла – боялась потерять опору, всё же в этом мраке двигаться было крайне сложно.

Наконец мои колени стукнулись о твёрдый край дивана. С молитвами о том, чтобы внутри обивки не прятались крысы, я осторожно села на диван и замерла, прислушиваясь.

Писка не услышала, – уже хорошо.

Плотнее закутавшись в одолженный Урусом халат, я аккуратно прислонилась спиной к жёсткой обивке и прикрыла глаза.

«Только не паниковать, только не паниковать! – словно мантру, повторяла я, прекрасно зная, что если позволю себе впасть в истерику, то сделаю себе только хуже. – Урус скоро вспомнит обо мне и захочет навестить. Значит, за мной скоро придут!»

Хотелось в это верить.

Время в моей «темнице» ползло медленно, как улитка. Я не знала, сколько прошло минут или часов, но когда проснулся живот, поняла – дело дрянь.

Ещё и в туалет захотелось, а делать это прямо там же, где сидела, я не собиралась. Я же не животное какое-то! Хотя на кувшин уже посматривала с новым интересом.

– Чтоб тебе пусто было, Урус, Великий, гад такой, Крылатый Змей! – пробормотала я, стараясь отвлечься от нарастающей паники. – Чтоб икалось так, что ни одно вино не помогло! Чтоб тебя…

Закончить свою мысль я не успела. Скрипнула дверь, и в помещение ворвался свежий воздух.

– Пошли, – сухо обронил незнакомый мужчина в тканевой шапочке. Он явился мне подобно ангелу, подсвечиваемый тёплым ореолом горящих свечей.

Я не думала ни мгновения. Любая участь лучше той, что ожидала меня в этом затхлом сыром чулане.

Я вскочила с дивана и готова была побежать, но тут меня подвели мои ноги. Как я не упала сразу – даже не знаю. А после сориентировался мужчина, подбежав ко мне и подхватив под локоть.

– Осторожнее!

Я не могла понять отношения ко мне этого мужчины. По командам – сухим и строгим – создавалось впечатление, что он вёл себя так же, как и та мерзкая мегера, которая заперла меня тут.

Мы снова очутились в уже знакомом коридоре. Я даже смогла вздохнуть и расправить плечи, почувствовав себя значительно лучше. А потом ко мне вернулось природное любопытство.

– А куда вы меня ведёте?

– Увидишь, – сухо ответил мужчина, поправив свой кафтан. Жест был скорее нервный, чем обусловлен реальной необходимостью привести себя в порядок.

– А как вас зовут? – не сдавалась я, пытаясь расположить к себе этого нелюдимого слугу. То, что это не знатный господин, было ясно сразу. Да и смогла бы мегера прислать за мной знатного дворянина? Нет, конечно. Скорее, какой-нибудь… евнух?

Я даже на миг забыла о своих бедах и снова заразилась тем самым писательским азартом. Я никогда не видела живых евнухов! Это почти так же интересно, как и увидеть живого дракона! Хотя о чём я. Дракон, несомненно, круче.

– Рихимли-ага, – ответил нехотя мужчина. – Сюда.

Пока я пыталась достучаться до этого Рихимли, мы дошли до широких светлых коридоров, стены которых были похожи на светлый мрамор.

По обе стороны коридора в шахматном порядке располагались арочные двери – красивые, украшенные филигранной вязью незнакомых символов.

– Здесь, – Рихимли указал на одну из таких дверей. Но я теперь была ученая, в ловушку бездумно не спешила. Застыв возле распахнутой двери, я с любопытством заглянула внутрь.

Светлая комната, длинный низкий диван во всю стену, огромное окно, занавешенное тонкой органзой, круглый столик с медным кувшином и огромным блюдом, заполненным фруктами. Уже значительно лучше, чем моё прошлое пристанище. Неужели повысили?

Однако при всей внешней привлекательности моей новой «камеры» я всё ещё топталась на пороге.

– Что-то не так? – спросил Рихимли, впервые выказав живую эмоцию.

– Я… я бы хотела посетить туалетную комнату, – ответила я, с вызовом глядя в тёмные глаза моего сопровождающего. И только сейчас я заметила, что кожа Рихимли была значительно темнее кожи Уруса. Не житель Африки, но весьма близок к обитателям жаркого материка.

– Все удобства есть в покоях ойнаси.

– Ойнаси? – переспросила я, но ответа не удостоилась. Видимо, очередное звание, которое здесь имели женщины. Может, даже рабыня?

– Позже придёт калфа и поможет со всем разобраться.

– Как скажете, – я пожала плечами. Главное уже узнала, – комнату для размышлений о бренном я найду в покоях, которые мне выделили. Об остальном волноваться буду по мере поступления новых проблем.

* * *

Да, счастье есть! Простое человеческое потребительское счастье удовлетворить базовые потребности!

К слову, туалетная комната оказалась весьма приличной на вид. Красивая керамика – всё в том же восточном стиле, маленькие квадратики расписанной узорами плитки, белоснежная, выполненная в форме цветочных чашечек сантехника. В небольших арочных нишах стояли совсем миниатюрные горшочки с суккулентами и цветущими кактусами.

А стоило мне выйти обратно в светлую гостиную, как мысленно я обозначила комнату с диваном во всю стену, как услышала осторожный стук в дверь.

За время, проведённое в этом странном месте, мне было так непривычно впервые услышать, что кто-то ждёт моего одобрения, чтобы войти, что я даже растерялась.

– Да? – спросила, а потом добавила, сообразив, что от меня ждали других слов: – Войдите.

В комнату вошла девушка лет тридцати с хвостиком. Приятная на внешность, но без особой изюминки, с бронзовой кожей и тёмными волосами, почти полностью скрытыми за закрученным сложным образом платком на голове.

– Доброго утра, ойнаси Айин Махри-Гьюль Дерезинэ. Я – твоя калфа, Ясык-Даз.

– Очень приятно, Ясык… Можно я буду звать тебя первым именем?

– Как будет удобно, – улыбнулась калфа. – Сегодня я познакомлю тебя с устройством айалара, покажу, где находятся бани, и мы подберём тебе гардероб. На первое время. К сожалению, меркези Саари не сообщила, сколько времени ты пробудешь во дворце.

– Это ведомо только Великому Крылатому Змею, – усмехнулась я с горечью.

– Так значит, это правда? – калфа заметно оживилась. – Ты действительно айала нашего генерала?

– Я? – переспросила я, не зная, как будет выгоднее: согласиться со слухами и поставить тем самым на себе печать любовницы Уруса или же отрицать всё и… рисковать ещё сильнее? Ведь имея статус любовницы, я могла получить какую-никакую защиту от своего «покровителя».

– Ну не я же, – фыркнула калфа, и я поняла, что та окончательно расслабилась в моём присутствии. Видимо, я не производила впечатления грозной фаворитки, которая, чуть что, велит пороть своих слуг. Ох, знать бы ещё, какие у меня здесь есть права? Об обязанностях, уверена, мне скоро и так сообщат.

– Думаю, будет лучше, если Урус сам объявит о моём статусе, – сказала я, не ответив, таким образом, ни да ни нет. Однако пищу для размышления оставила.

Калфа не стала допытываться до истины и лишь понимающе улыбнулась.

– Готова к знакомству с айаларом?

– Думаю, что да, – ответила я, стараясь быть дружелюбной. После множества просмотренных фильмов, сериалов и документалок о восточных гаремах и жизни женщин в них я точно уяснила одно – со слугами нужно дружить. Тем более с теми, кого приставили к тебе для слежки. В идеале расположить к себе так, чтобы в дальнейшем они были верны лишь тебе. Я вспомнила всемирно известную Роксолану и вздохнула. К сожалению, я не столь выдающаяся женщина, и вершить революцию в патриархальном обществе мне не по зубам. Но за себя я ещё повоюю!

– Тогда тебе следует переодеться, – указав на мой халат, заметила калфа. – В таком виде ты привлечёшь лишнее внимание обитателей айалара.

– Конечно, я готова сменить одежду, – тут же согласилась я, надеясь, что меня не заставят надевать глухую паранджу.

– Тогда я помогу тебе.

Хлопнув в ладоши, калфа Ясык призвала в мои покои ещё одно действующее лицо – девушку в коричнево-бежевом одеянии. Очевидно, служанка званием пониже, чем сама Ясык-Даз.

Поклонившись нам обеим, она протянула небольшой свёрток калфе и опустила взгляд в пол, превратившись в статую.

– Можешь идти, – скомандовала калфа девушке, и та моментально испарилась, так и не показав нам своей спины. Удивительная особенность местных слуг. Никогда не поворачиваться спиной к тем, кто выше по званию.

Как только мы остались одни, калфа разложила на диване принесённую одежду, и я выдохнула – наряд точно не был похож на глухой чёрный саван. Нежно-персиковые ткани, золотистые кружева и металлические подвески.

Кажется, я действительно попала в восточную сказку.

* * *

Мои опасения, что переодевания займут больше часа, не оправдались. На вид сложное одеяние из летящих тонких тканей оказалось весьма практичным и состояло из нескольких частей: плотный короткий топ, невесомая накидка и то ли юбка, то ли просто уж очень широкие шальвары. Я так и не смогла разобраться в этой многослойности.

– Теперь волосы, – безапелляционно заявила калфа, и я послушно села на низкий пуф, позволяя ей творить на моей голове всё, что она посчитает нужным. К счастью, рука у Ясык была лёгкая, и мои детские воспоминания о железных зубьях материнской расчески остались непотревоженными. А ведь для меня всегда было мучением отдавать свою шевелюру посторонним рукам. Моральная травма, можно сказать.

– Готово! – спустя полчаса воскликнула калфа. – У тебя шикарные волосы, ойнаси Айин.

Я кивнула, соглашаясь со словами Ясык. Да, волосы у прежней владелицы этого тела действительно были на зависть. Как, впрочем, и всё остальное.

«Кроме каких-то там узлов!» – назойливо напомнил внутренний скептик, не давая мне забыть о важном. И ведь действительно, тот лысый страшный доктор говорил, что мне надо развивать свои способности, или они исчезнут. А судя по тому, что творится вокруг, магия мне точно будет не лишней.

Магия.

Могла ли я когда-нибудь представить, что буду владеть магией, как героини моих книг? Интересно, насколько это похоже или не похоже на мои фантазии?

– Ойнаси Айин! – Судя по оклику калфы, она уже не первый раз пыталась достучаться до меня.

– Да-да, прости, – пробормотала я. – Задумалась.

– Вот здесь располагаются бани. – Ясык открыла дверь и впустила меня в светлое помещение, сплошь из камня и мозаики. Высокий куполообразный потолок, покрытый мозаикой, как и стены и почти все поверхности вокруг, «встроенная мебель» из камня с толстыми округлыми гранями. Я будто очутилась в турецком хамаме.

Сейчас бани не работали, и воздух был свеж и лишён густого пара, а поверхности каменных лежанок оставались прохладными.

Калфа провела меня через предбанник, указала на места для переодевания, а также где девушкам делают массаж и косметические процедуры. Мы прошлись и по «парилке», где Ясык показала мне «лежанки» любимых ойнаси правителя. В весьма мягкой и тактичной форме калфа посоветовала мне держаться от этих женщин подальше. Я с благодарностью запоминала всё, что мне рассказывала Ясык, в очередной раз понимая, что влипла. Глубоко и очень неудачно. Ну почему я не проснулась в мире, где женщин любят и уважают, где за сердце красавицы сражаются лучшие рыцари королевства и никто не смеет обижать трепетное девичье сердце? Почему варварский, пусть и волшебный мир, где прекрасный пол – всего лишь рабыни для услады мужчин?!

– Сегодня вечером оценишь бани по достоинству, – улыбнулась калфа, пребывающая в благостном расположении духа. В отличие от всё мрачнеющей меня. – Не забудь, что я тебе говорила про иерархию айалара.

– Помню, помню, – пробормотала я. – Сидеть тихо в уголочке, никому на глаза не показываться, ни с кем не ссориться и не перечить.

Интересно, мне удалось скрыть сарказм?

– Именно, – кивнула Ясык и смерила меня пристальным взглядом. – Это не шутки, ойнаси Айин. За проступки в айаларе наказывают жестоко и незамедлительно. Не спасёт даже положение айалы Великого Крылатого Змея.

Нет, значит, не удалось.

– Хорошо, – я горестно вздохнула. – Буду покладистой и послушной.

– Ойнаси, – калфа покачала головой. – Здесь не место для демонстрации своего характера. Я боюсь, что ты поймёшь это слишком поздно.

– Да поняла, поняла, – ответила я. – Сделаю всё, что в моих силах, чтобы не нарваться на неприятности.

И ведь искренне сказала, но недоверие из глаз калфы не исчезло. Поэтому я решила просто сменить тему.

– Куда дальше пойдём?

– Я покажу зал для отдыха, сад и церемониальный зал. Также навестим учебные классы. Там с девушками занимаются учителя: музицирование, рисование, пение, танцы…

– Ещё и учиться? – горестно воскликнула я. Нет, ладно мне было бы лет двадцать, но, бог мой, я давно забыла, что такое сидеть за партой и зубрить!

– Конечно, – со смешком ответила Ясык. – Ойнаси должна обладать многими талантами. Неужели тебя не учили этому?

Я закусила губу. Так, Вика, молчим. А то что-то так расслабилась, что чуть не призналась в своей попаданческой иномирности!

Глава 4

Прогулка по дивным райским садам не помогла вернуть ощущение утраченной сказки. Учиться. Больше всего я ненавидела в этой (уже той?) жизни учёбу. Конечно, это необходимое зло, но я справедливо считала, что уже перешла на новый уровень и более просиживать за ученической партой мне не грозит.

Как же я ошибалась!

Вздохнув, подумала, что это, наверное, какая-то карма. Слишком часто я отправляла своих героинь на переаттестацию в волшебные академии – теперь вот и сама попала. Получите-распишитесь!

С такими грустными мыслями я совершенно не заметила ни красоты диковинных цветов, ни изящной архитектуры, ни даже красивейших фонтанов и райских птичек, порхающих с дерева на дерево.

– Смотрю, ты утомилась, – с лёгким осуждением заметила калфа. Может, её задело отсутствие у меня восторгов по поводу местных красот. – Сейчас я проведу тебя в твои покои, а после обеда вернусь, чтобы подготовить к баням. Обед принесут в твои покои – рано тебе пока в общие залы.

Я спорить не стала. Хотелось посидеть в тишине да как следует обдумать, что делать дальше. А ещё меня тревожило долгое отсутствие Уруса. Конечно, у генерала полно своих забот, но как-то тревожно было без его сильных рук…

* * *

Ясык не солгала. Доведя меня до покоев, она тут же ушла, напомнив, что скоро придёт служанка с моим обедом. Зачем-то запретила открывать двери кому-либо, кроме неё самой, служанки и Рихимли-аги.

Это меня насторожило. Неужели она чего-то опасалась? Ещё сильнее меня взволновал жест, которым калфа перед уходом обвела дверной проём. Поймав мой обеспокоенный взгляд, она улыбнулась и пояснила:

– Для твоей защиты. Так будет надёжнее.

И ушла. А я так и осталась стоять посреди комнаты и думать, что всё это значило.

Время потекло медленнее самой ленивой черепахи. Я бесцельно мерила шагами комнату, то садилась на диван, то вставала и подходила к занавешенному шелками окну. Было просто невероятно скучно. Даже книг и тех не выдали. Хотя… могла ли я вообще понимать местный язык?

Хорошо, что хотя бы устный язык доступен. Может, бонус от попадания в это тело. Интересно, насколько образованна прежняя Айин? Судя по тому, что она жила при каком-то там храме, элементарным навыкам чтения её должны были обучить, те же молитвы читать.

Находившись от стены к стене, я снова села на низкий пуф и прикрыла глаза. Даже есть не хотелось, настолько я волновалась. Живот скрутило, как в былые времена перед контрольной или экзаменом.

Я вздохнула и откинулась на спинку дивана, но уже в следующий миг вскочила на ноги, как горная козочка.

– Ос-с-сторож-жнее… – прошелестело откуда-то из складок дивана.

– Бог мой! – прошептала я, прикладывая руку к груди. – Уже и галлюцинации!

– С-са-ма ты гал-лю-ци-на-ция-с-с-с, – ответили мне несколько обиженным тоном.

Я предпочла промолчать. Вместо этого напрягла своё зрение, чтобы понять, какая же часть дивана решила со мной вдруг заговорить.

– Ты… где? – осторожно спросила я, не найдя ни глаз, ни рта на подушках.

– Тут-с-с-с, – ответили мне, и я уловила яркий блик, тут же исчезнувший среди обивки. Словно солнечный луч попал на маленький алмаз.

Отбросив страх, я подошла ближе к дивану и наклонилась. Ничего.

Что ж. Раз меня пока не убили, не съели и не навредили, можно рискнуть.

Провела рукой вдоль линии спинки дивана.

– Ай! – Пальцы обожгло яркой болью, будто я коснулась раскалённого металла. – Ты чего?!

– С-с-сумасш-шедш-шая, – проворчали мне. – Никогда-ш-ш-с не ка-с-сайс-ся хаз-з-залйалан без разреш-шения-с-с-с!

– Хазал… тьфу… кого? – Я окончательно растерялась. Или сошла с ума.

И тут из складки между сидушкой и спинкой дивана показалась маленькая голова… золотой змеи.

– Ты… змея? – глупо уточнила я очевидное. К чешуйчатым у меня с детства был иррациональный страх. Юркие, мелкие, способные появиться буквально из ниоткуда и укусить – они всегда меня пугали.

И теперь я стояла возле дивана и смотрела на совершенно золотую змею. И разговаривала с ней. Бред! Помрачение рассудка! Или… снова магия?

– Не прос-сто змея, – ответила чешуйчатая с какой-то обидой. – Хаз-з-залйалан. С-с-свящ-щенная змея.

– Вы заблудились, священная змея хаз… да чтоб тебя, – пробормотала я, заплетаясь языком об эти мудрёные имена.

– Какое вопиющ-щ-щее неуваж-жение-с-с! – ответила змея. – Хаз-з-залйалан. Запоминай-с-с-с! Хаз-з-залйалан! Но это не имя-с-с…

Я не удержалась и закатила глаза. Запоминать это зубодробительное определение, которое ещё и не имя даже? Зачем?

– Альгизыл Мукаддес-с-с Ш-шо-с-с, – прошелестела змея. – Моё имя – Альгизыл Мукаддес-с-с Ш-шо-с-с.

– Мамочки, – прошептала я. – А можно как-то попроще? Альгиз?

Змейка отзеркалила мой недавний жест с закатыванием глаз. Быстро учится?

– Ес-с-сли ума с-с-совс-с-ем нет, мож-ж-жно-с-с-с, – проворчала змея, которую я уже окрестила для себя упрощённым именем Альгиз. – Что возьмёш-ш-ш-шь с глупого человека-с-с-с…

– Альгиз, – обратилась я к змейке. – А что ты забыла в моих комнатах?

– Великий Уршах-с-с-с! – воскликнула змея. – К кому-с-с ты меня прис-с-с-тавил?!

– Уршах? – переспросила я, но Альгиз не ответила на моё очередное восклицание. Кстати, девочка или мальчик? – Альгиз, а ты… какого пола?

– Великий Уршах-с-с-с! – снова то ли взмолилась, то ли разозлилась змея. – Я – Альгизыл Мукаддес-с-с Ш-шо-с-с! Это женс-с-ское имя!

– Я так и подумала. – Я подняла руки, словно сдавалась в плен. – Просто хотела уточнить, чтобы не допустить непоправимой ошибки, о великая Альгиз!

Конечно, это был некоторый сарказм, но змейка то ли не пожелала раскусить его, то ли поверила в моё внезапно проснувшееся раболепное уважение. Величественно кивнув своей золотой головкой, она зигзагообразно проползла к краю сиденья дивана, показав мне всю свою длину. А она совсем не так мала, как показалось мне с первого взгляда! Почти метр тонкого тела, покрытого идеальными золотыми чешуйками, блестевшими так ярко, словно их только что протёрли специальной ювелирной тряпочкой.

– Волею с-с-свящ-щенного Уршух-с-са я теперь твоя-с-с-с хаз-з-залйалан.

Вот совсем не стало понятнее. Но как признаться в своём полном невежестве касательно местной терминологии?

– Не могла бы ты, о великая, пояснить мне, неразумной, что это значит?

Пф! Аж самой тошно стало. Вроде змея тут она, а пресмыкаюсь перед ней я. Но грубить неведомому говорящему зверю было страшно. Вдруг она, когда злится, становится раз в десять больше? И вообще… здесь магия! Драконы! Лучше перебдеть, чем недобдеть и быть съеденной золотой змеёй.

– Защ-щитник-с-с, помощ-щ-щник-с-с, учитель-с-с, с-с-соратник-с-с, талис-с-сман-с-с…

– Поняла, – кивнула я. – Фамильяр, значит.

Змейка лишь склонила голову, посмотрев на меня с любопытством. Неужели они здесь не знали этого простого слова?

– Ты обидетьс-с-с меня реш-ш-шила-с-с?

– Нет-нет! – Я даже руками замахала. – Фамильяр – это очень уважаемый помощ… учитель для любой ведь… магички… магессы… человека, обладающего магией.

Аж голова закружилась. Но моё сбивчивое определение вроде змею успокоило.

– Пус-с-сть будет так-с-с-с, – кивнула Альгиз. – Фамильяр-с-с-с.

– А тебя… вас… направили ко мне потому, что у меня какие-то там узлы недоразвиты? – уточнила я на всякий случай. А вдруг это лысый врач подсуетился и подсунул мне своего шпиона под видом помощника?

– Великий Уршух-с-с-с! – воскликнула змея. – За что мне такое-с-с наказание-с-с-с?!

Больше змейка ничего не пояснила, потому как в двери моих покоев постучали.

– Ойнаси Айин, ваш ужин.

– Входи, – автоматически ответила я, даже не глядя в сторону дверей.

На пороге застыла служанка, одетая так же, как и помощница калфы в прошлый раз. Может, даже девушка была та же самая, – я пока не запомнила лиц всех, с кем волею насмешки судьбы здесь сталкивалась.

– Ойнаси Айин, ваш ужин, – повторила девушка и поставила широкий поднос на круглый столик. Я бросила любопытный взгляд на закрытые полукружьями узорчатых крышек блюда. Интересно, чем меня накормят?

За весь день у меня, по сути, не было нормальной пищи, кроме перекуса в покоях Уруса и небольшого полдника в обществе калфы, когда прогуливались по айалару. Сейчас же желудок отчётливо требовал нормальной, сытной пищи, способной продержать организм в должном энергичном состоянии до следующего утра.

Поставив поднос на стол, девушка разогнулась, но взгляд её так и остался припечатан к полу. Она ждала моих дальнейших указаний. Странно и непривычно, я всё никак не могла привыкнуть к тому, что здесь есть кто-то ещё более бесправный, чем я, – по сути пленница Уруса, пленница этого тела и этого мира.

– Можешь идти, – отпустила я девушку, желая остаться в тишине и покое. А ещё мне просто не хотелось при служанке показывать весь спектр своего любопытства и силу своего голода. Знаем мы этих незаметных помощниц – потом весь айалар будет судачить о том, какая новая ойнаси чудна́я.

Отстранённо заметила, что многие новые слова уже невольно запомнила и даже стала употреблять в мысленной речи. Что ж, процесс ассимиляции пока был довольно мягким и весьма продуктивным.

Когда я снова осталась одна в этих покоях ойнаси, сразу бросилась к оставленному служанкой подносу. Нетерпеливо поснимала крышки со всех блюд и замерла, принюхиваясь и рассматривая красочные горки пищи.

– Та-ак, – проговорила я, исследуя свой ужин пока лишь взглядом. Это похоже на плов с мясом, а тут у нас, видимо, маленькие пирожки с начинкой. Интересно с чем? Овощное нечто, явно тушеное и политое каким-то красноватым соусом. Нарезку разнообразных сыров я узнала сразу и мысленно расслабилась: хоть часть из приготовленного я точно смогу съесть, не опасаясь за свой желудок. Также на подносе нашлось место для небольшого блюда с фруктами – свежими и запечёнными в меду.

В кувшине чем-то сладко-фруктовым пах местный компот. Или, как я помнила из турецких сериалов, щербет. Самой пробовать эту восточную сладость раньше мне не доводилось, но теперь уж напробуюсь.

– Ес-с-сли закончила с-с-смотреть, начинай ес-с-сть, – проговорили со стороны дивана, и я вздрогнула, вспомнив, что была не одна.

– Да-да, – пробормотала, ёжась от неприятного чувства. – Без тебя никак бы не справилась.

– О Великий Уршух-с-с-с! – воскликнула в очередной раз потрясённая моими манерами змейка, но мне уже было не до неё. Голод вцепился в меня цепкой хваткой, даже в глазах потемнело и мелко затряслись руки. Кажется, это голодный скачок инсулина? Значит, срочно пора кушать!

И я позволила себе расслабиться и получить удовольствие от пищи. Очнулась лишь тогда, когда заметно опустошила поднос. Щербет оказался сладким, но в то же время освежающим. Я бы запила его обычной водой, но воды мне не принесли.

– Теперь можно и подремать, – зевнув, сказала я, с любовью глядя на диванчик, но мои сладкие мечты были разрушены одной сварливой золотой змеёй.

– Никаких с-с-снов! С-с-сейчас-с-с придут за тобой-с-с-с!

И точно, стоило Альгиз сообщить, что меня так просто не оставят, как в мои покои снова постучали. Я обречённо сказала «войдите» и приготовилась к очередным пыткам.

– Ойнаси Айин, я пришёл сообщить, что через четверть часа готов сопроводить тебя в бани. Будь так любезна, приготовься заранее. В бани опаздывать нельзя.

Бани. Я вздрогнула от дурного предчувствия. Моё первое знакомство с обитателями айалара. С другими ойнаси.

От страха аж желудок свело. Ничего хорошего от предстоящего похода в бани я не ждала.

Впрочем, я даже не догадывалась, какую подлость приготовили мне местные наложницы, а если бы знала, то точно осталась бы в своей комнате, сославшись на внезапную мигрень или какие-нибудь ещё боли.

* * *

В этот раз в помещении бань было туманно и тепло. Ещё в предбаннике я погрузилась в паровое облачко с лёгким ароматом каких-то трав.

– Здесь переоденешься, – указав мне на один из каменных «диванов», сказал ага. – А после калфа проведёт тебя на твоё место.

Я кивнула. Из глубины бань доносились женские голоса, пока спокойные и где-то даже весёлые. Мимо туда-сюда пробегали служанки с подносами, не обращая на меня никакого внимания.

Я подошла к открытым полкам, где другие ойнаси оставляли верхнюю одежду и переодевались в простынки, название которых я не знала.

– Я помогу, – из-за моей спины вынырнула калфа Ясык. – Подними руки.

Я позволила вертеть собою, как марионеткой, и через несколько минут была облачена в некое подобие римской тоги, только значительно легче и менее многослойной. В душе всколыхнулись воспоминания из детства, когда мы с подругами обряжались в простыни, представляя, что мы – богини Олимпа.

– Сюда, ойнаси Айин. – Калфа обошла меня вокруг, проверила, всё ли достойно выглядит, и лишь после этого указала мне рукой направление куда-то в глубь основного помещения бань. Там было так напарено, что я едва видела очертания стен и каменных лежанок, а девушки, находившиеся в банях, виделись мне смазанными безликими манекенами.

– Помни про иерархию, – пробормотала калфа, указывая рукой в сторону каменных лежанок. – Садись вон там. Сейчас тебе принесут щербет, воду и фрукты. А пока располагайся.

Располагаться. Это она хорошо сказала, но как тут расположишься, когда вокруг один камень да мозаика? Я села на горячую поверхность лежанки и чинно сложила руки на коленях. Бунтовать и строить свои порядки в этом месте что-то не хотелось.

Вдруг до меня донёсся чей-то громкий смех. Совсем рядом. А после ко мне обратилась одна из девушек в такой же «тоге», как и я.

– Новенькая? Чего жмёшься, словно уж на солнце? Хватило же смелости прийти сюда, так чего теперь зажимаешься? Мы не кусаемся.

И снова засмеялась, а я почувствовала себя школьницей, которую перевели в новую школу, где она тут же стала мишенью для местных «звёзд».

– Я не боюсь, – вскинув голову, ответила я, не понимая, к чему была ремарка про смелость. Вроде ничего особенного не сделала – села там, куда указала калфа. – Но предпочитаю не нарываться на неприятности.

– Умная, значит? – раздался другой голос, глубокий и полный внутреннего достоинства. Из белого парового тумана передо мной появилась фигура высокой молодой женщины. Красивая, с густыми тёмно-рыжими волосами, она обладала тёмным бронзовым загаром, высокими скулами и раскосым разрезом глаз. Посмотрев на меня с нескрываемым интересом, она изучила каждую деталь моего скромного гардероба, будто пыталась найти отличия. Вот только моя «тога» была такой же простой, как и у той девушки, что первой подошла ко мне.

Простыня же этой ойнаси, несомненно важной шишки в айаларе, была выполнена из более тонкого материала и украшена изящным кружевом. Фаворитка принца, не иначе!

– Благодарю, на ум не жалуюсь, – ответила я, стараясь держаться уважительно, но без подобострастия. Мы себя так-то тоже не на помойке нашли. Но червячок сомнения неприятно грыз изнутри. Чувство, что я где-то очень сильно ошиблась, никак не покидало меня.

– Ты – айала Великого Крылатого Змея, генерала Уруса Аджарх сан Ялина?

– Если вы всё обо мне знаете, то к чему эти условности? – ответила я вопросом на вопрос. – Однако мне было бы приятно узнать, с кем имею честь разговаривать?

Вокруг нас с рыжей царицей гарема послышались множественные шепотки. Невидимые за клубами пара зрители представления, в которое я была невольно втянута, проявляли не то нетерпение, не то восхищение моей безрассудной отвагой.

– Первая кадын его высочества принца Хаина-Нежиса инс Худай, Зинайат-Гуйчиль Байилык.

«Зинка, значит, – мысленно окрестила я фаворитку принца и улыбнулась своим мыслям. – Так и запомним».

– Айин… – я запнулась, сообразив, что опять забыла своё полное имя. Вот подстава! Надо хоть шпаргалку записать на будущее.

К счастью, меня выручила подошедшая как нельзя вовремя калфа Ясык, к которой я преисполнилась искренним чувством благодарности.

– Кадын Зинайат, простите ойнаси Айин-Махри-Гьюль Дерезинэ. Она ещё не освоилась в айаларе и нарушила порядок не со злым умыслом.

Нарушила порядок? Погодите, я же ничего такого не сделала! Оглядевшись, я присмотрелась к месту, где сидела. И с ужасом заметила, что рядом с камнем, куда я усадила свою многострадальную попу, стоял поднос с салфеткой цвета кофейного молока. Цвет фавориток.

Как я могла дать маху и усесться в месте, где парятся главные наложницы гарема?!

* * *

– Ойнаси Айин, ойнаси Айин! – подлетел ко мне Рихимли-ага, раскидывая по сторонам руки, как актёры бразильских сериалов. – Что же вы наделали, ойнаси?!

Я молчала. Вокруг нас кружили слуги, аги, калфы, а мы с замершей царицей гарема сверлили друг друга говорящими взглядами и не произносили ни слова.

– Пойдём, ойнаси Айин, – потянула меня в сторону Ясык. – Не будем досаждать первой кадын Зинайат.

Уж не знаю, чем этой звезде гарема досадило моё присутствие, пусть я и ошибочно села не там, где мне полагалось, но не на её же место! Так, сбоку, с краешку! Но артачиться и сопротивляться давлению калфы не стала. Я и сама хотела поскорее покинуть эти бани, всю прелесть которых так и не смогла прочувствовать. А жаль. У меня были большие планы – впервые в жизни попариться в восточном хамаме.

Когда мы отошли на метров десять, Ясык быстро-быстро заговорила:

– Ойнаси Айин, я же просила не забывать про иерархию! Куда же ты пошла? Я же ясно указала, где тебе располагаться!

– Куда указала, туда я и пошла.

Калфа лишь закатила глаза.

– Боюсь, что теперь тебе стоит быть ещё аккуратнее. Первая кадын не простит подобного неуважения.

Я лишь пожала плечами. Всю глубину своего промаха я смогла понять лишь позже, когда время бань закончилось и девушки начали расходиться.

– Сиди здесь, я вернусь за тобой и проведу до твоей комнаты, – строго наказал мне ага, когда калфа ушла по срочным делам. Как я поняла, моя Ясык прислуживала не только мне и периодически вынуждена была буквально разрываться между своими госпожами.

– Хорошо, – кивнула я, не планируя противиться указаниям аги. Рихимли ушёл, очевидно, тоже по важным и срочным делам, а я осталась одна на тёплом камне. Сказали сидеть и ждать – значит буду сидеть и ждать.

Но… человек предполагает, а Бог располагает. Всё снова пошло не по плану.

– Ойнаси Айин? – ко мне подошла одна из безликих служанок, бегающих по баням с подносами и полотенцами.

– Да? – Я с интересом посмотрела на девушку. Та выглядела слегка обеспокоенной.

– Великий генерал сан Ялин вызывает вас к себе.

– Прямо сейчас? – я удивлённо вскинула брови. То забывает на весь день почти, то вдруг соскучился? Или… может, узнал что-то новое обо мне прошлой и теперь планирует отдать палачам, как и грозился утром?

– Скорее, генерал не любит ждать! – поторопила меня девушка, прижимая к груди свёрток с одеждой. – Я помогу вам переодеться.

Я пожала плечами. Раз генерал ждёт, отказывать нельзя. Послушно позволила облачить себя в очередные шелка, заметив, что это была не та одежда, в которой я сюда пришла.

– Ты ничего не перепутала? – спросила я с подозрением, когда заметила, что на этот раз лиф был более откровенным, да и само одеяние было более легкомысленным.

– Нет, – мотнула головой служанка. – Распоряжение самого генерала.

– Ну раз Урус так пожелал, – я снова пожала плечами. Кто я такая, чтобы спорить с самим великим генералом Маккады. О, даже название страны запомнила! Уже плюсик.

Мы подошли к дверям, ведущим в коридор, и я на миг замерла на пороге.

– А как же ага? Он сказал ждать его, – сказала я с сомнением.

– Чьи приказы вам важнее, ойнаси Айин? Генерала сан Ялина или Рихимли-аги? – спросила девушка, начиная раздражаться.

– Поняла, – кивнула я. – Веди к генералу.

Мы поспешили по коридору, а я, как ни пыталась, не могла запомнить всех ходов и поворотов. Отчаявшись на пятой минуте нашего шествования по лабиринту дворца, уже просто следила за тем, чтобы край юбки служанки не терялся из виду.

Наш забег по каменным ходам оборвался так же резко, как и начался. Служанка остановилась как вкопанная возле одной двери. Красивой, резной и явно ведущей в покои кого-то важного.

– Входите, ойнаси, вас ждут, – пробормотала девушка, пряча взгляд в пол. В моей душе зазвенел звоночек, предупреждая об опасности. Всё больше происходящее напоминало западню, в которую я так легко попалась.

– А если не пойду? – вскинув подбородок, ответила я. – Приведи сюда немедленно калфу Ясык или Рихимли-агу. Без них ни шагу не ступлю больше!

Раньше надо было думать, Вика, раньше!

Девушка, очевидно загнанная в угол моими словами и промедлением, начала нервно озираться по сторонам. Тихо и спокойно. Мы были абсолютно одни в тёмном коридоре.

– Видят боги, я не хотела, – пробормотала служанка. – Вы сами… сами виноваты, ойнаси!

Я не успела ничего сообразить, как она накинулась на меня. Пытаясь протолкнуть меня ближе к дверям, она схватилась за край моей одежды, и я услышала треск ткани. Распаренную после бани кожу обдало прохладным ветерком.

– Руки прочь! – воскликнула я, пытаясь удержать распадающуюся на лоскуты ткань на груди. – Я буду кричать!

– Не поможет, – еле слышно ответила служанка и, собрав все силы, буквально втолкнула меня в двери, распахнувшиеся под тяжестью моего тела.

Движимая инерцией, я полетела внутрь покоев и упала на пол. В воцарившейся тишине раздался мужской голос, знакомый мне по утреннему происшествию в спальне генерала.

– Какой подарок! Неужели… та самая айала нашего любимого Уруса? Какая неожиданность!

– П-принц? – подняв взгляд от пола, запнулась я. Да. Сам Хаин-кто-то-там возлежал на светлых кремовых простынях. Абсолютно нагой, лишь край уголка покрывала прикрывал срам мужчины, развалившегося на подушках и смотревшего на меня с таким плотоядным желанием, что мне мгновенно стало не по себе.

– Встань, милая, – сказал он, то ли приказав, то ли попросив. Я машинально поднялась, стараясь не упустить из рук ткань, прикрывавшую моё тело. – Подойди. Не бойся, я не кусаюсь.

Но я не спешила бежать в объятия голого мужчины. Я нервно обдумывала, как можно сбежать из покоев принца, чтобы не навлечь на себя гнев венценосного.

– Айин? Что ты здесь делаешь? Ещё и в таком виде… – раздался за спиной голос, от которого у меня по всей спине побежали мурашки.

Урус?!

Глава 5

Я думала, моё сердце перестанет биться. Урус. Я сама хотела видеть своего загадочного генерала, но не при таких же условиях!

Я прекрасно понимала, на что была похожа сцена, которую застал генерал сан Ялин, когда так не вовремя появился на пороге спальни принца.

Я, почти голая, с ошмётком ткани вместо одежды. Принц, всем своим видом показывающий, что ожидает постельных приключений с новенькой.

И он. Мой единственный защитник. Если только он не пришёл к принцу просить для меня немедленной казни.

От переживаний голова пошла кругом. В горле пересохло, ладони вспотели. Я боялась смотреть Урусу в глаза, будто мне было чего стыдиться.

– Ситуация повторяется, дорогой Урус, – хмыкнул принц, даже не думая прикрываться от вошедшего мужчины. – Только теперь наши роли поменялись. Забавно, не так ли?

– Нет, ваше высочество, – резко отрезал Урус. – Совершенно не забавно. Я хотел бы узнать, что здесь делает моя… ханым Айин?

В другой момент я бы обязательно оценила эту приятную оговорочку «моя», но сейчас решалась моя судьба. Романтические мысли подождут.

– Думаю, девушка пришла порадовать своего повелителя, – нагло улыбаясь, ответил принц. А потом обратился ко мне: – Так ведь, прелесть моя? Ты решила сделать своему господину приятный сюрприз?

Я вспыхнула. Если до этого все мои мысли лихорадило, как при смертельно опасном жаре, то теперь ярость взяла верх над благоразумием. Вскинув подбородок, я плотнее прижала к груди предательски спадающие одежды и ответила, смело глядя коронованному мальчишке в лицо:

– Нет, ваше высочество! – Спасибо местным богам, что не пришлось называть его полного имени! – Я вовсе не планировала делать вам подобные сюрпризы.

«Меня подставили!» – хотела продолжить я, но это было бы слишком книжно и детективно. Поэтому просто повернулась, чтобы видеть застывший камнем профиль Уруса, и продолжила:

– Простите, если я не оправдала ваши ожидания, но должна сказать правду.

– Говори, – вместо принца сухо скомандовал Урус. Судя по сурово сжатым губам, генерал был сильно раздосадован и зол на меня. Я вздохнула. Ничего, правда всегда торжествует над подлостью и поклёпами.

– Как вы, вероятно, знаете, сегодня я впервые посетила бани айлара. К сожалению, не обошлось без некоторых столкновений. Не желая того, я задела вашу первую кад… ка…

– Кадын, – подсказал с лёгкой усмешкой принц. – Да, Зинайат бывает крута нравом.

– А после того, как все разошлись, за мной пришла служанка и сказала, что генерал сан Ялин желает меня срочно видеть.

Я следила за реакцией Уруса и заметила, как брови мужчины удивлённо вскинулись вверх. Да-да, дорогой генерал, именно так всё и было. Неужели он мог подумать, что я по своей воле пошла бы к этому холённому изнеженному принцу, когда имела возможность прикоснуться к более совершенному телу? Мужчины совершенно ничего не смыслят в женщинах!

– Признаюсь, я сглупила, – поникнув головой, сказала я. – Лишь дойдя до этих дверей, я поняла, что меня загнали в ловушку. Но было поздно. Та служанка, которая привела меня сюда и выдала эти одежды, толкнула меня прямо в двери, из-за чего я упала. А дальше вы всё видели сами.

Я замолчала. В покоях принца воцарилась гнетущая тишина. Моё сердце снова сбилось с ритма, испуганно отмеряя сбивчивыми ударами последние мгновения моей жизни.

Я прекрасно понимала, что в этом мире, где женщин считали рабынями, мои слова не значили ровным счётом ничего. А попытка объяснить всё могла закончиться ссылкой на плаху. Или как тут расправлялись с неугодными строптивыми рабынями?

– Где она? – уже без улыбки спросил принц. – Та служанка, которая тебя привела. Где она?

Я беспомощно оглянулась на распахнутые двери. Конечно, предательницы давно и след простыл.

Я посмотрела на генерала с немой мольбой о помощи, но тот смерил меня равнодушным взглядом и нахмурился.

Не поверил…

– Я… – Я снова заозиралась, словно подлая служанка появится перед нами от одного моего мотыляния головой. Но чуда не случилось. – Я… могу описать её.

Так себе попытка, но хоть что-то.

– Обязательно опишешь, – процедил сквозь зубы Урус, а потом, схватив меня за запястье, обратился к принцу, наблюдавшему за нами с интересом. – Ваше высочество, позвольте нам откланяться.

– Что же ты, дорогой друг, оставишь меня без сладкого? – с приторным сахаром в голосе спросил Хаин, не утруждаясь даже тем, чтобы сменить позу.

– Полагаю, ваше высочество, в айаларе найдётся достаточно девушек, желающих разделить с вами ложе.

– Ой, ты такой скучный. – Взмахнув рукой, принц вроде бы дал добро на то, чтоб генерал забирал меня. Но когда мы почти вышли, неожиданная сталь в голосе Хаина заставила меня вздрогнуть. – Твоя ханым мне пришлась по нраву. Может быть, я ещё передумаю.

И засмеялся. Мерзко так, противно. Многообещающе и совершенно по-киношному, как самый очевидный злодей.

Урус оставил ремарку принца без внимания. Мне показалось, что это было несколько… самоуверенно. Хотя, как я успела заметить, у генерала во дворце весьма «расширенные» права, если можно так сказать. Насколько я помнила из истории тех же турецких гаремов, посторонним мужчинам, если они не евнухи, вход в женскую часть дворца был запрещён. Кажется, исключение составляли лишь хранители покоев, которые могли не только видеть султанских наложниц, но и подбирать девушку на ночь для своего повелителя.

Неужели Урус был таким вот… хранителем? Мне казалось, что генерал стоял выше всех этих плотских вопросов.

Дверь за нами с негромким хлопком закрылась, и я снова вздрогнула, как от удара. С этими потрясениями скоро совсем дёрганой стану!

– Урус… – Я запнулась, встретив острый, как кинжал, взгляд Великого Змея. Чуть не ляпнула привычное «товарищ», но вовремя прикусила язык. – Генерал… я…

– Молчи, женщина, – тихо рявкнул Урус. Да, именно тихо и именно рявкнул. Не знаю, как ему удалось совместить эти по сути несовместимые понятия, но он справился с блеском. – Заговоришь тогда, когда я скажу.

Я послушно проглотила обиду. Не в том я была сейчас положении, чтобы спорить с кипящим от ярости генералом.

Мы шли довольно быстро. Я едва поспевала за широкими шагами Уруса, пытаясь не запутаться в обрывках своей одежды и не предстать перед сан Ялином в чём мать родила. Поэтому иных мыслей на время нашего пути в моей голове не появлялось, я сосредоточилась на малом: успеть и не обнажиться.

А вот когда генерал втолкнул меня в очередные покои, в которых я не сразу распознала «свои», я едва устояла на ногах от взвившихся в голове вопросов и ответов. Хотелось ругаться, плакать и требовать, защищаться и просить защиты, встать в позу и попроситься «на ручки». Я и сама понимала, что подобные эмоциональные качели – это плохо. Но что я могла поделать? Нервные потрясения, словно нанизанные на нить бусины, следовали одно за другим, а юное тело лишь добавляло перцу всплеском гормонов.