# Отпуск в Сакартвело

Оксана Пинуш

Накануне отпуска и отъезда в Грузию Юля обнаруживает, что Влад ей изменил. И у нее появляется план мести. После бурного винного тура по Алазанской долине Влад просыпается в тбилисском отеле без телефона, документов, денег и… Юльки. Чем же закончится их поездка, как разберется со всеми проблемами Влад, и как Юля проведет отпуск в гостеприимной стране гор, моря, лучшего вина и любви, которую сами грузины называют Сакартвело.

При создании обложки использованы фотографии из личного архива.

Все совпадения персонажей и событий случайны

## 1. Гамарджоба, Сакартвело


Субботним утром, в день своего рождения, Влад проснулся от яркого тбилисского солнца, светившего в лицо, перевернулся на правый бок и привычным жестом закинул руку, чтобы обнять Юльку, но рядом было пусто. Мужчина повернулся на спину, потер глаза и обвел гостиничный номер мутным взглядом. В голове, гудевшей от выпитого накануне, словно камушки в калейдоскопе, бултыхались образы, обрывки фраз. Постепенно они складывались в картинки, и Владу стало не по себе.

– Юль! Юля! Юлька! Ты где?! – прокричал он в тишину.

С трудом поднявшись с кровати, шатаясь, добрел до ванной комнаты. Никого. Телефона на прикроватной тумбочке не оказалось. Влад пошарил в карманах джинсов, валявшихся на полу, в сумке, но телефона не было, как и Юлькиных вещей в шкафу. Как и ее сумки. А еще исчез его загранпаспорт и все наличные.


***

– Гамарджоба! Что в переводе с грузинского означает «здравствуйте!». Приветствую вас, дорогие гости на нашей земле! Вы знаете, как мы, грузины, называем свою страну? – спросила гид Нани, как две капли воды похожая на Лолу из обожаемого Юлькой фильма «Чего хотят женщины». – Не Грузия и не Джорджия. Есть варианты?

Нани стояла в проходе микроавтобуса, выезжающего из города по брусчатым улочкам, отчего машину потряхивало. Гости, отправившиеся на экскурсию в Мцхету, древнюю столицу Грузии в двадцати километрах к северу от Тбилиси, молчали.

– Так вот. Страна на грузинском называется «Сакартвело» – место, где живут картвелеби – грузины, люди, которых объединяет «картули эна» – грузинский язык. В грузинском языке слова «грузинский» нет от слова вообще.

– То есть это самоназвание страны? – уточнил кто-то из впереди сидящих.

– Да. «Сакартвело» или «страна картвелов».

– Откуда тогда взялись «Грузия», «Джорджия»?

– А арабы говорят «Гюрджистан».

– В древности Грузия была известна как Колхида и Иверия или Иберия, – добавила женщина в очках.

– Наша страна в древности называлась Сакартвело. Древние греки называли ее западную часть Колхис – по названию существовавшего там Колхидского царства, а более поздние античные авторы – Иверией, – пояснила Нани. – Общемировое название «Джорджия» происходит от святого покровителя Грузии Георгия Победоносца. Далее название претерпело некоторые изменения в зависимости от языка, и получилось так: «Грузия» – на русском, «Джорджия» – на английском и «Гюрджистан» – на персидском, потому что на нем имя Георгий звучит как «Гюрджис».

– Вот еще придумали, Сакартвело, – шепнул Влад Юльке. – Они пусть как хотят себя называют. Для нас Грузия она и есть Грузия.

– Ну, вы рассказали нам одну из версий, самую простую, – снова вмешалась женщина в очках. – Сакартвело, от слова kart, что означает «двор». Примерно в V–VI веках до нашей эры было вторжение ираноязычных племен на территорию современной Грузии…

– Давайте на ней и остановимся, – Нани сложила перед собой ладони. – Предлагаю познакомиться. Расскажите, из какой страны вы приехали? Сегодня у нас русскоязычная экскурсия, но к нам присоединились англоговорящие гости, это было их желание.

Как оказалось, большая часть микроавтобуса – российско-израильские граждане, проживающие в Израиле, одна пара – российско-французская, но все русскоговорящие. Влад с Юлькой – из Самары, почти их землячка Жасмин – из Тольятти и живет на две страны – Россию и Египет, красивая экзотичная пара – из Абуджи, Нигерия, в настоящее время проживающая в Дохе.

– Очень приятно, у нас собралась интернациональная компания. Мы проведем вместе часа четыре – зависит от трафика. Хочу сказать, что мы очень любим наших гостей, ждем их. А все эти митинги… – вздохнула она, – просто мы хотим жить лучше… И у нас все для этого есть: потрясающие горы, море, природа, душевные люди. Нас всего три миллиона семьсот тысяч человек.

– Почти как в Самарской области, – шепнул Влад Юльке.

Землячка Жасмин, сидевшая за ними на последнем ряду тихонько переводила на английский африканской паре.

– Но мы сохранили наш язык, нашу письменность, культуру и религию. Через века. Мы очень сильный народ, и не позволим никому нами управлять. Когда-то, еще в IV веке, Святая Нино крестила нашу страну. Потом впервые правила женщина – Царь Тамар. Да, ее называли «царь». Во время ее правления страна процветала, и не было войн. Уверена, если бы во главе всех стран стояли женщины, на этой прекрасной планете вообще не было бы войн, потому что ни одна женщина по доброй воле не пошлет на войну своего сына. Разве не так? – обратилась она почему-то к Юле. Та даже немного растерялась, ведь у нее не было сына.

– Наверное, – согласилась она с Нани, гордым потомком Царя Тамара.

– Сейчас молодежь почти не знает русского языка. Вот у моего сына в школе его не преподают, зато английский – каждый день. Я считаю, русский язык прекрасен, это язык великих писателей и поэтов. Сегодня у нас экскурсия в Мцхету, а сейчас мы направляемся в монастырь Джвари, который стоит на холме над местом слияния двух рек – Куры и Арагвы, о котором писал Лермонтов в поэме «Мцыри». Помните? А?.. А! Ну, вспоминайте!

Русскоговорящая часть автобуса молчала.

– Немного лет тому назад,

Там, где, сливаяся, шумят,

Обнявшись, будто две сестры,

Струи Арагвы и Куры,

Был монастырь… – процитировала она. – Кстати, а что означает «Мцыри»?

Автобус снова молчал.

– «Мцыри» означает «отшельник». Не «монах», а именно «отшельник», то есть человек, который живет сам по себе, никому и ничему не подчиняется.

«Мерседес» остановился на стоянке у подножия холма с каменной церковью на вершине. Тут же, на площадке, как во всех туристических местах, располагался небольшой базарчик с сувенирами, свежевыжатыми соками и, конечно, вином.

– Пить хочешь? Пойду за «Боржоми». «Откройте «Боржоми» и наслаждайтесь», – Влад процитировал слоган из рекламы и направился в сторону палатки. Еще в самолете он заявил, что будет пить исключительно эту минералку, чтобы поберечь печень, все-таки летят в Грузию – родину вина, и Юлька согласилась.

Они познакомились пару лет назад по работе в суде, оба юристы, он – по уголовному праву, она – по коммерческому. Потом Влад пригласил ее к себе на день рождения, и с тех пор закрутилось.

«Не хочу отмечать юбилей дома, давай куда-нибудь свалим?» – предложил он недели три назад. Юлька путешествовать обожала и с радостью согласилась, подстроив рабочий график.

О каком-то совместном будущем они не говорили. Влад жил в большом, недавно построенном доме, а Юлька – в своей квартире. Встречались пару раз в неделю, проводили вместе выходные и праздники, отпуска, и всех все устраивало. Это были отношения, не особо обремененные бытом. Им просто было хорошо вместе.

К своим почти тридцати пяти годам Влад уже успел обзавестись приличной суммой на счете и мог позволить себе все эти «дольче вита» и «осим хаим», то есть наслаждаться жизнью, не сильно утруждаясь. Летом он с удовольствием огородничал и с не меньшим удовольствием устраивал для друзей вечеринки под раскидистой липой. Юлька подтрунивала над его тягой к «обломовщине», сама же была трудоголиком – начала работать по специальности со студенческих лет, и в свои «немного за тридцать» заработала на небольшую квартиру, собственный офис в приличном районе и машину. От мужчин финансово она не зависела никогда.

В этом году уже в третий раз они должны были вместе отмечать его день рождения. По крайней мере, так планировалось, пока Юлька, за день до отъезда в Грузию, не обнаружила, что Влад ей изменил. И вот тогда у нее появился план…

В Тбилиси они прилетели вчера днем и сразу отправились гулять по городу: нарядному и обшарпанному одновременно, с брусчатыми улочками, старинными домами с резными «венецианскими» балкончиками, оплетенными виноградными лозами, мутной Курой и стеклянным мостом Мира. Тбилиси их встретил Инжирным ущельем с шумным ручьем, запахом серных бань и винным мороженым, канатной дорогой и воздушным шаром в парке Рике, ресторанами с манящими ароматами, и уютными винными барами. Все оказалось настолько романтичным и красивым, что Юльке было невыносимо больно. И, глядя на холмы и оранжевые домики, рассыпанные по берегам сплетающихся рек, она прошептала: «Гамарджоба, Сакартвело! Здравствуй, Грузия!». Она была уверена, что вопреки всему произошедшему накануне поездки, отпуск она проведет классно.

## 2. Заноза. В самое сердце


Прямой перелет Самара – Тбилиси и выбор, где отмечать тридцатипятилетие Влада, пал на Грузию, где ни он, ни Юлька раньше не бывали, но отзывы друзей и знакомых были, в общем-то, положительные.

– Скорее бы в отпуск! – мечтательно вздыхала Юлька. – Я так устала. Эти суды, клиенты со всеми их проблемами…

– Осталось всего ничего, потерпи. Скоро кутнем, возьму бабла побольше. Кстати, что с картой?

– Не успевают сделать, придется ехать с наличными.

– С долларами? – поморщился Влад.

– Желательно. А какие еще варианты? – пожала она плечами.

За день до отъезда Юлька ночевала у Влада, и утром они валялись, обнявшись в постели, обсуждая предстоящую поездку.

– Вылет же с утра? – уточнил Влад.

– Да.

– Тогда приезжай с ночевкой, и от меня стартанем на такси в аэропорт. Ну ладно, я в душ. – Он чмокнул ее в губы.

– А я еще немного поваляюсь.

Напевая, Влад по лестнице направился в гостевую ванную, расположенную на первом этаже, а Юлька сладко потянулась. Это белье, на котором они лежали, она выбирала сама – уютное и шелковистое, сатин-люкс. Провела рукой по подушке – за палец зацепился волос, подумала: «Явно не мой». Блондинка разглядывала длинный черный волос, а потом брезгливо бросила его на пол, резко сев на кровати.

– Вл… – звуки застряли в горле, грудь пронзила резкая боль и стало нечем дышать.

Она попыталась вздохнуть, еще раз, еще, глубже, спокойнее.

«Что же делать?! – Юлька подтянула колени к груди и обхватила их руками. Устроить скандал, допрос с пристрастием? Так ведь не признается – адвокат, – Юлька сидела, слегка покачиваясь. – Просто послать без выяснения отношений? Типа я такая в себе уверенная… Может, и послать… А тут еще отпуск… День рождения…»

Раздумывая, девушка на автомате подняла массажное масло, стоявшее у кровати, и направилась в ванную комнату на втором этаже – рядом со спальней. Открыв ящик подвесной тумбы, она поставила бутылочку и закрыла его, но взгляд зацепил что-то необычное. Снова открыла. Необычным было то, что в ящике, где уже пару лет валялись два презерватива в яркой упаковке – красный и фиолетовый – было пусто. А еще в углу на бортике джакузи взгляд ухватил блестящий предмет – минималистичный золотой браслет в виде обруча. У Юльки похожий, но этот был не ее.

«Ну уж нет! Просто послать – слишком просто!» – возмутилась девушка и, секунду поколебавшись, бросила украшение в корзину с мусором, решительно спустившись вниз.

– Я делаю яичницу, – Влад стоял у плиты с полотенцем на бедрах, капельками влаги на мускулистой груди и широких плечах, как всегда, уверенный и расслабленный. Юлька заглянула ему в лицо, пристально посмотрела в глаза цвета Тиффани – зеленовато-голубые. «Что я пытаюсь увидеть?» – она отвернулась. Ей не хотелось хоть как-то показать, что стало известно об измене, не хотелось чувствовать себя бессильной перед ним.

– Отлично! Я сварю кофе, – чтобы занять руки, она достала пачку и насыпала пару ложек в турку.

У Влада, не особого любителя кофейного напитка, кофемашины в доме не было. Когда-то он пообещал купить ее для Юльки, но так и не приобрел, хотя та не сильно страдала – сваренный в турке хороший итальянский нравился ей не меньше. Кофеманка – что поделать, иногда за день выпивала по пять чашек. Для судебных процессов, общения с людьми и работе с документами нужна была энергия, поэтому приходилось подзаряжать батарейку, и кофе с утра – обязательно. Неотъемлемая часть совместно приготовленного завтрака, когда они с Владом обсуждали предстоящие на день дела. Сейчас же Юльке хотелось уехать из его дома как можно скорее, остаться одной и все обдумать.

– Ты какая-то молчаливая… – Влад поставил на стол тарелки с яичницей.

Юльке не нравился этот громоздкий деревянный стол его бабушки, привезенный из какой-то деревни. Он совсем не вписывался в стильную современную обстановку кухни, но это был его дом и его детские воспоминания, связанные с бабушкой, поэтому не ей было решать. Она только осторожнее за него садилась, так как уже пару раз в пальцы попадала заноза. Сейчас же огромная заноза вонзилась в сердце, и было ужасно больно.

– Да так, о делах думаю, – отмахнулась она как можно безразличнее.

– А какие у тебя сегодня дела? Судебные?

– Да, все те же, после отложения, я тебе рассказывала. Ну ладно, – заторопилась Юлька. – Мне пора, опаздываю.

– Но ты ничего не съела.

– Выпила кофе. Доешь сам. – Она поднялась и направилась в гардеробную – мечту любой девушки. Для такой у нее в квартире не было места.

– Я побежала, – Юля махнула рукой из прихожей. – Не провожай, открой ворота.

– Но ты… – Влад не успел договорить, а Юлька уже выскочила из дома и направилась к навесу, где стояла ее машина. – Странная какая… даже не поцеловала.

Кофе ему уже не хотелось, и он достал бабушкин заварочный чайник с ягодками на пузатом боку. Влад знал, что Юле чайник не нравится, как и стол. Помнится, она даже подарила ему новый в скандинавском стиле, под стать его дому. Но почему-то именно из бабушкиного заварника чай казался Владу необыкновенно душистым, и он пользовался им в Юлькино отсутствие. Когда залил кипятком крупные ароматные листья – в прихожей раздался шум.

– Это я! Добрый день! – На кухню вошла помощница по хозяйству Надя, крупная молчаливая женщина. Пару раз в неделю она приходила наводить порядок.

– Хотите чаю? Только заварил.

– Нет, спасибо.

Женщина направилась в комнату у лестницы, где хранила хозяйственный инвентарь для уборки. Влад не любил присутствовать при этом процессе, поэтому быстренько выпив кружку горячего чая, поехал по делам.

Что-то блеснуло, когда Надя вытряхивала мусор из корзины в ванной комнате на втором этаже.

– Надо же, чего это выбросила? – удивилась домработница. – Случайно, наверное. Золотой что ли? – Она покрутила в руках браслет, бережно протерла и убрала в Юлину косметичку, лежавшую в подвесной тумбе под раковиной.


***

Немного отъехав от дома Влада и свернув в переулок, Юля остановила машину. Хотелось плакать, но слез не было. Она словно окаменела. Так и просидела в кресле, пристегнувшись, пока рабочий звонок не вывел ее из состояния ступора.

Сосредоточиться на документах никак не удавалось. Она то смотрела невидящим взглядом перед собой, то возвращалась к бумагам и никак не могла вникнуть в суть договора.

– Юлия Викторовна, добрый день! – раздался звонок от клиента. – Когда нам ждать протокол разногласий? Договаривались на сегодня.

Российская компания планировала заключить договор с турецкой, но ввиду ситуации с санкционными банками, возникли сложности с порядком и формой оплаты. Потом вылезли разногласия по другим пунктам. Надо было включить мозги и все это «причесать», а помощница Женя, как назло, была в отпуске. Юля отложила документы, встала из-за стола и направилась к кофемашине. Крепкий ароматный напиток немного взбодрил. Она отставила чашку, вздохнула и решительно погрузилась в изучение спорных пунктов договора, сама не заметив, как время подошло к обеду. Протокол был готов и отправлен клиенту по электронной почте. Девушка взглянула на часы и набрала номер подруги.

– Анют, привет, как насчет обеда? Отлично, через десять минут буду.

С близкой подругой они всегда обедали в одном уютном ресторанчике на середине пути между их офисами. Современный интерьер в светлых тонах, вкусная кухня, а самое главное – шикарные десерты и кофе. К последнему пункту обе девушки были придирчивы.

Подруги чмокнулись в щеки.

– Ты как, готова к поездке? – поинтересовалась Аня. – Чемодан собрала?

– Да какой чемодан? Налегке, с сумкой. Ты знаешь, Влад меня этому научил. И ведь, правда, сколько лишнего барахла раньше брала с собой. Но вот поездка… Может отмениться.

– Что случилось? – вздернула подкрашенные брови подруга.

Юлька поведала об обнаруженных с утра «находках».

– Ты ему об этом сказала?

– Нет. Хотя, первой реакцией было устроить скандал. Но… чего бы я этим добилась?

– Ну как чего? Показать, что тебе все известно.

– И что с того? Этого мало. Завтра мы летим в Грузию, и у меня есть план…

– Интересно… План мести? – оживилась подруга.

– Да, но главное – себя не выдать.

– И не передумать. Тебе будет не просто. Влад ведь… ого-го какой!

– Согласна, – Юлька озадаченно потерла лоб. От всех сегодняшних переживаний у нее начала болеть голова. Девушка хорошо себя знала и понимала, что, несмотря на мягкость характера, в нужные моменты способна проявить твердость, все-таки «овен», хотя она всегда старалась понять человека и ситуацию, найти индивидуальный подход, поэтому в профессии ей хорошо удавалась медиация.

– Голова болит? – заметила подруга.

– Ага.

– А знаешь, что, – лучшей местью ему будет, если ты отлично проведешь отпуск. Ты этого достойна! Солнце, море, вино, горячие красивые грузины, – заливисто рассмеялась она. – Даже завидую тебе! Свободная женщина!

Анюта была давно и глубоко замужем, всего пару лет как вышла из второго декретного отпуска и Юля была крестной ее сына, но вот их мужские половины не нашли точек соприкосновения. Анин муж – по профессии айтишник и по темпераменту интроверт – предпочитал проводить время наедине с компьютером, а душа компаний Влад был любителем веселых и шумных тусовок.

– Ну ладно, дорогая, мне пора! – подруга глянула на часы и заторопилась. – Отпросилась сегодня пораньше, надо доделать работу и успеть в сад заскочить, какой-то разговор у МарьМихалны, – она закатила глаза, и Юлька понимающе кивнула, так как была в курсе жизненных ситуаций ее детей, также как и Аня знала почти все об ее отношениях с Владом.

Девушки расцеловались на прощание, Анюта мелькнула длинным рыжим хвостом и серой сумкой Coccinelle, а Юлька опустилась на кресло и сжала руками голову. Боль пронзила правый висок. Она поискала в сумке таблетку и приняла ее, затем посмотрела на часы и, чувствуя себя абсолютно разбитой, решила ехать домой. Всех дел до отъезда не переделать, а еще нужно собраться.

Зазвонил телефон. Влад. Юлька хотела было нажать отбой, но потом передумала и ответила.

– Что делает красота ненаглядная? – в трубке раздался спокойный и уверенный голос. Влад знал, что его девушка не любила всех этих «заек, рыбок» и другой зоопарк, поэтому иногда называл ее так, а еще «красота» и шутливо «бейба», но обычно просто по имени, как и она его.

– Обедали с Анютой.

– Как дела у рыженькой? Как семейство?

– Все хорошо.

– Юль, ты на работу? Папку с документами забыла, могу завезти.

– Не знаю, голова болит. Возможно, поеду домой. – Сейчас ей совсем не хотелось видеть Влада. – Надо еще собраться. А папка… Не срочно… И… знаешь, что? Я лучше дома переночую, а потом вызову таски до аэропорта и тебя захвачу по дороге.

– Как скажешь, – разочарованно протянул он.

– Лучше отдохну, ты же знаешь, мигрень – дело такое.

– Конечно, отдыхай. И все же… Может быть, приедешь? Сделаю тебе массаж и ромашковый чай.

– Не стоит.

– Хорошо… Странная ты какая-то сегодня. Отдыхай. До завтра.

Перебирая летние наряды, Юлька подумала, что это лето было первым, которое она не особенно ждала и ничего не планировала. Даже гардероб не обновила. Ей было грустно от того, что ассоциация с беспечными каникулами улетучилась навсегда, поэтому, когда Влад предложил поехать в Грузию, и к ней вернулось то самое ожидание беззаботного лета из детства, она обрадовалась и стала ждать эту поездку. Сейчас, собирая дорожную сумку, вспомнила слова подруги и пообещала себе, несмотря ни на что, провести этот отпуск на «отлично».

## 3. Хелоу, Тбилиси


В аэропорту Тбилиси они столкнулись с тем, что молодежь, в отличие от старого поколения, по-русски не говорит и не понимает.

– Где обменник? – Влад крутил головой. – Давай поменяем немного баксов.

Он достал пачку денег и половину сунул Юльке.

– Пусть у тебя будут, на всякий случай. Какой курс?

– Один доллар – примерно три лари.

– То есть рубль – один к тридцати плюс минус. Ясно.

У Юльки был хороший английский, местная сим-карта куплена и вставлена в ее старый телефон, доллары поменяны на грузинские лари и заказано такси до отеля. Помогавшая им девушка почему-то приняла Юльку, высокую стройную блондинку, за шведку.

– Что вы, мы из России.

– Ааа… – она тут же потеряла всякий интерес к клиентам и дежурно пожелала хорошего дня.

Что удивило – таксист, грузин лет тридцати, говорил на русском без акцента.

– Так у меня жена русская, – пояснил он, – сам какое-то время жил в России. Сейчас здесь много русских. Бывает, прогуливаемся вечером в Старом городе, и жена говорит, что чувствует себя как дома.

Дорога петляла посреди полей с выгоревшей травой и кустарниками, когда справа показались новенькие многоэтажки:

– Это китайский квартал. Его еще называют «Новый город Тбилисского моря», – водитель указал на дома в азиатском стиле. – В пятнадцатом году у нас проходил Европейский молодежный олимпийский фестиваль, и нужна была деревня для спортсменов.

– У вас? Надо же, не знали…

– Инвесторы из Поднебесной в итоге получили землю и большую часть домов. Немного досталось абхазским беженцам, но в основном все продали по рыночным ценам. Огромный торговый центр, что в поле, видите, – водитель указал налево. – Они же построили. Китайцы строят у нас дороги, тоннели. Поедете на Казбек, увидите.

Со стороны этот «чайна-таун» напоминал спальные окраины крупных городов и не особо впечатлил только что прилетевших Влада с Юлькой, как и обшарпанные советские панельки с такой же потрепанной инфраструктурой района Варкетили, мимо которых мчало такси. Потом, немного попетляв, машина начала спуск, и вот тогда от вида города, раскинувшегося у подножия горы, захватило дух.

– Ваш отель находится в Авлабари, армянском районе.

– А до Старого города далеко? – поинтересовался Влад.

– Авлабари – это тоже Старый Тбилиси. Авлабари, Абанотубани, Кала, Сололаки, Мтацминда, Вере, Ортачала, Чугурети, Дидубе, Надзаладеви – все эти районы входят в историческую часть города.

– Так, ну ладно. А до площади Свободы, где у вас митинги проходят, далеко? – допытывался Влад.

– Нет, пешком дойдете. Только обратно потом придется подниматься в гору. Но с такси проблем нет. Вы будете жить на левом берегу Куры, а площадь – на правом. Как по мне, на самой площади и проспекте Руставели особо делать нечего, зато на левом берегу есть симпатичная улочка, называется «Новый Тифлис», рекомендую.

Автомобиль круто поднялся вверх и свернул направо в такой узкий переулок, что водителю, чтобы выехать, пришлось сдавать задом. Открыв металлическую дверь, пара оказалась на террасе, заставленной деревянными скамейками и столами с красивыми коваными элементами в виде виноградных лоз.

– Ух ты, вот это вид! Шикарно! – воскликнул Влад, совершенно не ожидавший увидеть такую панораму города.

– Сюрприз! Но это не просто терраса, а крыша нашего отеля.

В их паре за организационные моменты, связанные с поездками, отвечала Юля. В этом вопросе Влад полностью полагался на свою девушку, тем более, что той нравилось этим заниматься и, самое главное, отлично получалось. Вот и сейчас программа грузинского турне, как и отели, в которых они планировали останавливаться, были ему неизвестны.

– Представляю, как шикарно здесь будет вечером, когда Тбилиси засветится огнями… С бокалом вина… – мечтательно протянула Юлька. «Только жаль, что ты все испортил!» – добавила про себя, еле сдерживаясь, чтобы не проговориться.

– Вот вечером и увидим! Я так понимаю, нам вниз?

Она утвердительно кивнула и первая спустилась по крутой винтовой лестнице в уютный внутренний двор, фотографии которого видела на сайте бронирования. На одной стороне дворика расположился отель, а на противоположной – летняя кухня-пристройка с огромными панорамными окнами. Про себя Юлька ее окрестила «стекляшкой». В дверях показалась хозяйка славянской внешности – круглолицая блондинка с голубыми глазами и милыми ямочками на щеках.

– Добрый день! Меня Юлия зовут, мы бронировали.

– Мария. Я вас жду. Как долетели?

– Все отлично, спасибо! Погода хорошая, что радует.

За женщиной во двор выскочила собака.

– О, это Майло?! – воскликнула Юлька, читавшая в отзывах об отеле, которые она обычно тщательно изучала, о добродушном псе. Девушка принялась его ласково трепать. – Какой милый!

Влад стоял с сумками на нижней террасе отеля, переминаясь с ноги на ногу, ему не терпелось принять душ и подключиться к Wi-Fi.

Мария показала номер, от которого Юлька осталась в полном восторге: новая стильная мебель, качественное белоснежное постельное белье и полотенца – то, на что она обращала внимание в первую очередь. Девушка предпочитала уютные семейные мини-отели, когда хозяева живут тут же, поэтому всегда есть возможность получить советы и рекомендации, что в чужой стране особенно ценно. Сегодня ее внутренняя путешественница была довольна, что не ошиблась с выбором, а Владу, как обычно, было все равно.

– Ну что, в душ, «чё-как» и идем гулять? – он вплотную приблизился к ней и посмотрел прямо в глаза пронзительным взглядом, от которого Юлька обычно млела и еле устояла сейчас. А Влад тем временем уже распустил ей волосы и уверенным движением начал ласкать грудь, скользнув рукой в трусики. По телу пробежала легкая дрожь. В ее мужчине всегда чувствовался тот самый животный магнетизм, который превращал его в хищного зверя на охоте. Такому сложно было противостоять, хотя и Юлька была той еще дикой кошечкой.

Сейчас почему-то вспомнилось, что подруга, как-то приехавшая в гости из Питера, и до этого не знакомая с Владом, заметила: «Между вами пахнет сексом!». Это было правдой, но с тех пор, как Юля узнала об измене, ей не давали покоя вопросы: «Зачем нужны другие женщины, если им хорошо в постели?», «Только ли в новизне дело?», «Способна ли сама на измену?», «Она его так сильно хочет или все же любит?», «Смогла бы простить?».

В свое время, когда у Юльки случилась первая и очень сильная, как она тогда думала, любовь, ей пришлось познакомиться и с изменой. После пережитого разочарования сложно было вновь начать доверять мужчинам, но с Владом было так хорошо и стабильно, что девушка и думать перестала о том, что все может повториться и рана опять заноет – заболит там, где давно зажило.

– Без «чё-как», у меня «эти» дни. – Она остановила его руку. – Давай в душ.

– У тебя же вроде недавно были, – удивился Влад.

– Ты ошибаешься.

– Ну, есть же разные способы… – хрипло шепнул он на ухо и слегка укусил за мочку.

– Я неважно себя чувствую после перелета, голова болит.

– Ну, тогда ладно, – он обиженно засопел и отстранился, стянув майку, направился в ванную комнату. – А какой пароль?

– Сейчас уточню, забыла спросить, – Юлька спустилась к «стекляшке» и заглянула в приоткрытую дверь, отметив идеальную чистоту помещения.

Мария возилась у плиты, закручивала банку с компотом. Парочка уже готовых стояла на столе. Мимо девушки пронесся с мячиком в пасти и выскочил во двор полный энергии Майло, пес явно хотел поиграть.

– Мария, какой пароль от Wi-Fi? И не подскажите где пообедать? Или, может быть, сами готовите для гостей?

– Нет, не успеваю, на мне все, – развела руками хозяйка.

– А парой рецептов грузинской кухни не поделитесь? – улыбнулась Юлька, любительница собирать местные рецепты.

– Да какие рецепты, – махнула она рукой. – Добавляю во все блюда хмели-сунели или уцхо-сунели… Моему Резо заходит.

Они вышли во двор, Юля отобрала у Майло мяч и бросила, он тут же принес его обратно.

– Целый день так может бегать, – махнула рукой Мария. – Порода такая, гиперактивная. Сейчас пойдем на улицу гулять.

– А какая порода?

– Парсон-рассел-терьер.

– Зато о вашем задорном Майло часто пишут в отзывах, – заметила Юлька. – И кличка у него как у джек-рассела в «Маске», люблю этот фильм.

– Ой, я тоже! Оттуда и кличка. Да и породы родственные, только у парсонов лапы длиннее, – порозовела Мария и любовно потрепала пса. – А насчет ресторанов… В Старом городе множество всяких. Мне «Пасанаури» нравится, хинкали с кинзой хороши. Хотя, сейчас их едят только туристы, – улыбнулась она. – Грузины летом не едят ни хинкали, ни лобио. Для них это зимние блюда. У станции метро Авлабари, до нее минут десять, через мостик вниз по улочке, есть ресторан «Хинкали Хаус», там тоже вкусно готовят. А вообще в Грузии везде вкусно.

– Спасибо, Мария, я пойду. Но у меня к вам будет еще одна просьба. Попозже… Хорошо?

– Да, конечно!

Поднявшись по винтовой лестнице на второй этаж, она на пару секунд замедлилась, прежде чем войти в номер. Пронзительное синее небо с зефирными облаками куполом накрывало гору Мтацминду и разбросанные по широкой низменности домики, над которыми парил величественный белоснежный собор Цвинда Самеба. Такая красота под боком! Казалось, протяни руку и дотянешься. Этот высочайший храм был виден даже с самолета. Мария рассказала, что его заложили в 1995 году, а службы начались с 2004 года, она как раз в Грузию переехала.

– Обязательно зайдите! – посоветовала хозяйка. – Внутри Самеба напоминает шикарный музей.

Юлька еще немного полюбовалась видом и вошла в номер.

– Какой же милый пес! Вот бы такого! Будет у меня дом – обязательно заведу, и кличку такую же дам – Майло! – заявила Юлька и покосилась на Влада.

Черт побери! Он был хорош: на фоне белого полотенца, обтягивающего упругие ягодицы, тело казалось еще более загорелым, глаза светились необыкновенным цветом Тиффани. А какие девушки устоят перед Тиффани? В отличие от Юлькиных голубых, его глаза часто меняли цвет. От вот такого необычного, до чисто голубого или зеленого, иногда серо-голубого. Из-за раннего облысения он брился наголо, но его это не портило, а только придавало харизмы.

Сейчас Юльке ужасно захотелось подойти и слизать капельки влаги с его мощного торса, как она обычно это делала, когда Влад выходил из душа, но сейчас девушка отвернулась и еле подавила вздох.

– А что за порода? – уточнил Влад.

– Парсен-рассел. Помнишь прыгучего пса в фильме «Маска», джек-рассел? Родственники.

– Еще чего, всю мебель подерет, – фыркнул он.

«Вот приеду домой, и возьму щенка!» – пообещала себе Юлька и отправилась в душ.

– Жара, конечно, из номера выходить не хочется, но я уже проголодался, пора пообедать. Как считаешь? – Влад стоял уже одетый, когда она вышла из ванной комнаты.

– Согласна, дай пять минут собраться.

Выйдя через крышу-террасу на улицу, повернув направо и перейдя мостик над железнодорожными путями, узкими извилистыми улочками со старинными домиками они спустились к метро Авлабари.

– Смотри, вон SPAR, а рядом – «Хинкали Хаус», Мария его советовала.

– Ну, так пойдем, я уже голодный, как зверь.

Заведение оказалось сетевым двухуровневым рестораном в европейском стиле, без какого-либо национального колорита. Обслуживали только молодые люди, одетые в униформу: белую рубашку, серые жилет и брюки. Мебель была такого же цвета, серая, но стильная и удобная. Официант говорил по-русски с акцентом и принес меню на русском.

Юлька огляделась. За соседним столом компания пожилых грузинок громко и весело что-то обсуждала. Их стол был заставлен всевозможными закусками и блюдами с десятками хинкали такого большого размера, что парой – тройкой она бы точно наелась.

К столику Юли и Влада достаточно быстро принесли заказанные ими хинкали Мохевури с зирой и красным перцем, а также Калакури. Из каждого мешочка вытекал сочный пряный бульон, а добавленные специи и зелень придавали необычный вкус. У хачапури по-аджарски тесто таяло во рту, сыр был умеренно соленым, а яйцо слегка поджаренным, в общем, все, как ей нравилось.

– Всем блюдам зачет! – провозгласила Юлька, и они чокнулись бокалами с местным лимонадом «Тархун».

– Слушай, может, вина возьмем? Отметим приезд? – предложил Влад. – Что мы «Тархуном» чокаемся? Мы в Грузии или как?

Они заказали бутылку «Саперави».

– Какие из них – Калакури, а какие – Мохевури?

– Кажется, первые, с кинзой, – Юлька втягивала губами чуть острый насыщенный бульон. – Ммм, как вкусно! – Фарш из говядины и свинины с кинзой оказался очень нежным и ароматным, тесто тугим и вкусным.

– С бутылкой вина поели меньше, чем на три тысячи наших. Теперь я готов к прогулке, – подытожил Влад и довольно крякнул. – Куда направимся?

– В Старый город, конечно.

Дорога, ведущая через небольшой парк с желтой каменной церковью, убегала вниз мощеной улочкой. С обеих сторон виднелись старинные домики, первые этажи которых занимали сувенирные лавки, офисы туристических компаний и винотеки, а вторые – украшали балкончики с ажурной резьбой, оплетенные виноградными лозами. Юльке они напоминали венецианские и, скорее всего, так и было.

– Не желаете на экскурсию? – их остановил молодой краснощекий юноша. – Дам хорошую скидку.

– А какие есть? И когда? – поинтересовалась девушка.

– Пойдемте в офис, покажу фотографии и все расскажу.

В небольшом помещении с полками, заставленными куклами в национальных костюмах, фарфоровыми плодами гранатов сочного цвета и всякими сувенирами, было довольно тесно. Они даже не стали садиться. Паренек развернул к ним экран компьютера.

– Советую вам самый популярный тур Ананури – Гудаури – Казбеги и винный тур в Кахетию – Алазанскую долину, Мцхета – романтичная древняя столица, Боржоми – национальный парк Боржоми–Карагаули…

– О, я в Боржоми хочу, – услышал Влад знакомое название.

– А когда винный тур в Кахетию? – поинтересовалась Юля.

– Завтра среда – Мцхета на полдня, послезавтра – Казбеги до вечера, Кахетия будет на следующий день, тоже полнодневная. Боржоми – в воскресенье.

– Давай завтра в Мцхету и потом по городу погуляем. Послезавтра можно на Казбек. В пятницу – винный тур, в субботу – твой день рождения, в воскресенье – приходить в себя в Боржоми. Отлично, нам подходит! – утвердительно кивнула она. Влад поддакнул.

– Очень рад! Хотите, угощу домашним лимонадом? Мама делала. Или вином? Дедушкино. Самое лучшее!

– Не сомневаемся, спасибо, но мы пойдем!

Из офиса туристической компании Влад с Юлькой вышли обладателями ваучеров на четыре экскурсии. Еще задолго до поездки они обсуждали вариант с арендой машины, но отказались. Хотелось расслабиться и выпить вина, поэтому решили обойтись экскурсиями и поездками на дешевом, по российским меркам, такси или даже общественном транспорте.


Спускаясь по брусчатой улочке к Парку Рике, они сразу увидели белый воздушный шар с красной буквой «М»:

– Это что за Макдоналдс?

– Аттракцион для туристов.

– О, я ни разу не поднимался. Пойдем?

– Давай попозже, когда огни зажгутся, будет красиво.

– Ладно, полетаем потом.

– А это – парк Рике, – девушка указала на сквер справа с аккуратными клумбами и футуристическими сооружениями. – Вон те огромные металлические трубы – музыкальный театр, но он так и не открылся. У фонтанов расположена нижняя станция канатки, по ней можно подняться к крепости Нарикала, парку и монументу Мать Грузия. Видишь? – она указала на светлую статую, видневшуюся на холме Сололаки.

– Понятно. Давай пройдемся, осмотримся. А это кто на коне? – Влад махнул в сторону памятника, возвышающегося на скале слева. – Внушительный.

– Это монумент царю Иберии Вахтангу, основателю города. Горсали или Горгасали, – припоминала Юлька. – А рядом – храм Метехи. Древний, построен при Вахтанге, V век. Здесь еще царица Тамара молилась. При Берии его чуть не снесли. В советское время находился театр, потом его вернули Грузинской церкви.

Они стояли посередине мощеной булыжником улицы, решая куда пойти.

– Перейдем мост и окажемся в Абанотубани – районе серных бань, которые еще Пушкин посещал, рядом – Инжирное ущелье с водопадом, над ним – Ботанический сад.

– Пойдем к всаднику, хочу рассмотреть.

Серо-оранжевый храм Метехи с круглыми башнями и остроконечной крышей казался продолжением скалы на правом берегу Куры. Они прошли мимо к смотровой площадке и конной статуе, от которой веяло величием.

– Мощные. И конь, и царь. Сфотографируй меня с ним.

Юлька достала смартфон и сделала снимки Влада на фоне памятника и панорамы города на левом берегу реки.

У Влада зазвонил телефон, он ответил.

– Привет! Как долетели? Что делаете? – раздался голос друга.

– Привет, Серега! Нормально долетели. Гуляем по городу. Ничего так, красиво. Романтично.

– Ну и отлично!

– Я вот тут подумал, – покосился он на свою девушку, увлеченную фотосъемкой, и тише добавил, – сделать Юльке предложение, типа помолвки. Два года уже вместе, пора дальше двигаться…

– Ну, ты даешь! Хотя… Почему бы и нет? Ты и так дольше нас всех не окольцованным ходишь. И потом, Юлька классная. Слушай, я тут вот по какому поводу… – замялся друг. – А где у тебя презики?

– В ванной, на втором этаже, в тумбе под раковиной, кажется, парочка завалялась.

– Извини, что не спросил, так получилось, но в прошлый раз я их использовал. У меня с собой всего один был, а тут горит… Сам понимаешь… Еще есть?

Владу были не по душе похождения женатого друга, которому он время от времени одалживал ключи от своего дома, но с Серегой они всю жизнь шли рука об руку: один детский сад, один двор, школа и вуз, а потом и адвокатская контора.

– Больше нет.

– Эх… А ты браслет, случайно, не видел? Наташка на бортике джакузи в прошлый раз забыла.

– Так я думал это Юлькин… Она же, вроде, его и забрала. По крайней мере, я его больше не видел. Постой, а чего вы в джакузи плескались? Мы же договаривались, на второй этаж – ни ногой.

– Слушай, ну искупнулись разок, твою кровать опробовали, захотелось разнообразия, – хохотнул друг. – Не злись.

– Серега, так не пойдет. – Влад уже как-то порывался забрать у него ключи. – Как вернусь, ключи – на базу.

– Ну, ты че, в самом деле! Лучше бы не звонил…

Пока Влад разговаривал по телефону, Юля подошла поближе к храму и искала нужный ракурс. Хотелось, чтобы небольшая, но довольно высокая церковь полностью попала в объектив.

– Кто звонил?

– Серега.

– Что хотел?

– Да так, по работе. Давай сделаем селфи? – Он взял ее телефон и, вытянув руку, сделал несколько кадров. – Ну, бейба, улыбнись, что ли! – Влад чмокнул ее в висок. – Пойдем, на Куру посмотрим.

По мутной реке, разделившей город на две части, сновали туристические кораблики.

– Может, на катере прокатимся? – предложил он. – На воде прохладнее.

Время близилось к сумеркам, но послеобеденный зной не отступал.

– Давай.

Они обошли храм и на спуске Влад потянул Юльку к винному бару с надписью «Органическое вино».

– Ты же любишь все органическое? Попробуем?

Они устроились на открытой террасе, утопающей в цветах. Красное вино медленно стекало слезами по стенкам бокала. Мимо, в сторону храма Метехи, одна за другой прошли туристические группы индийцев и потянуло восточными благовониями.

– Ну, давай, за наш отпуск! Чтобы запомнился! – Влад поднял бокал. – И за тебя, лучшего экскурсовода!

– За отпуск в Грузии! – поддержала Юля и, сделав глоток, принялась разглядывать бутылочные пробки под стеклом столика. – Необычный вкус у вина. Сладко–терпкий. Сухое?

– Да, парень сказал, у них только сухие. Юль, ты чего такая грустная? Взбодрись, отпуск только начинается!..

Она лишь слабо улыбнулась и кивнула.

Допив вино в винотеке с видом на храм Метехи и конную статую, они перешли мощеную улочку, и у парка Рике их перехватил черноглазый паренек:

– Не желаете по реке прокатиться? Сделаю хорошую скидку. Тридцать лари с человека вместо семидесяти. И вино бесплатно.

– Валяй! – кивнул Влад.

За худенькой фигуркой они направились в сторону воздушного моста Мира со стеклянными бортиками и крышей–волной.

– Кстати, мост привезли из Италии в разобранном виде, – сообщил новый знакомый. – В него встроено больше десяти тысяч ламп, которые включают за полтора часа до заката. Вы как раз прокатитесь. А потом – бум! Красота!

Пройдя немного по мосту, по ступенькам они спустились к небольшой пристани. Когда катер наполнился туристами, желающим налили вино и под современную грузинскую музыку они отчалили в сторону новых необычных достопримечательностей города – грандиозной Авлабарской резиденции, падающей Башни с часами и Дома Юстиции, похожего на белый цветок с круглыми лепестками.

Потом кораблик развернулся и проплыл под каменным мостом мимо скалы с возвышающимся на ней храмом Метехи, направился вдоль высокого скалистого берега с уютно налепленными наверху домиками с ажурными балкончиками, мимо круглой башни с зубцами, мимо водопадов и птичьих колоний, разместившихся на торчавших из воды кронах деревьев. Влад неспешно потягивал вино из пластикового стаканчика.

– Ну и как? – кивнула Юлька в сторону напитка. От вина она отказалась.

– Обычное, молодое домашнее.

Когда кораблик причалил, мост зажегся тысячами огней и выглядел словно корабль внеземной цивилизации. Юлька даже ахнула, когда они поднялись на него, чтобы перейти на левый берег Куры.

Старый район Сололаки со старинными домами и парадными с цветными витражами, с кукольным театром марионеток и ангелом, стучащим в колокол, памятником фонарщику и скульптурой танцующих грузин, закружил их. А площадь Свободы, шумная и оживленная, с узнаваемым памятником Георгию Победоносцу в центре, вынесла к широкому проспекту Руставели.

Как и сказал таксист, везший их из аэропорта в отель, сам проспект с раскидистыми платанами, не представлял такого интереса, как Старый город, поэтому они вернулись обратно.

Небольшая очередь у аттракциона с гелиевым шаром в парке Рике звучала разными языками: азиатским, греческим, грузинским, арабским, русским. В огороженную часть у входа в корзину впускали по десять человек. Натянутая по периметру сетка успокоила Юльку, боявшуюся высоты. Постепенно шар начал набирать высоту и вокруг разлилось море огней. На холме Сололаки сияла Мать Грузия с мечом, на другой стороне реки, в районе Авлабари, светилась роскошная резиденция бывшего Президента, а справа от нее парила Цвинда Самеба.

Юля опустила голову вниз, и огни поплыли, закружилась голова, колени подкосились. Она резко схватилась за поручень.

– Ты что, красота?! – Влад подхватил ее и прижал к себе. И Юльке стало так хорошо и спокойно. Теплый аромат ветивера, широкая грудь любимого мужчины, в которую хотелось уткнуться. Может, ну его, этот план?

Назад в отель они поднимались по крутой извилистой улице. Оба были утомлены долгой прогулкой и сытным ужином в хинкальной. Это было крохотное семейное заведение, попавшимся им где-то на середине пути, в котором седовласая женщина со строгим лицом на глазах у гостей лепила мешочки из теста и мяса, а ее сын встречал посетителей. Один только вид хинкали говорил о том, что блюдо сделано с душой и безумно вкусное!

В номере Влад уснул сразу же, как только коснулся подушки, а Юля глядела в темноту – в голове было пусто. Когда лежать надоело, девушка встала и отдернула плотные шторы – комнату залил мягкий свет огней ночного Тбилиси, а открытая дверь впустила прохладу вместе с убаюкивающей сверчковой серенадой.

Юля села в кресло и посмотрела на мирно сопящего Влада. Он спал, как обычно, положив голову на сложенные перед собой руки. В нем было столько всего, что ей нравилось, но было и то, что отталкивало и настораживало. Любила ли она его, и любил ли он? Может, стоит поговорить и сказать, что ей все известно? Посмотреть в глаза? Но хочет ли она услышать правду? Или, может быть, ложь? Сможет ли снова ему доверять, как раньше отдаваться душой и телом, несмотря на причиненную боль и разочарование? Юля вспоминала, как они были счастливы эти два года, и поняла, что не сможет жить с этой занозой в сердце. Она вновь подумала о своем плане. До принятия окончательного решения остался всего день. Готова ли она разорвать отношения и отомстить?

Тихонько, чтобы не разбудить, девушка скользнула под легкую простынь. Во сне Влад перевернулся на правый бок и приобнял ее, Юлька слегка коснулась его руки – частенько они лежали вот так, переплетя пальцы. Она смотрела на мерцающие вдали огоньки, и они расплывались от тихих слез…


4. Гора Казбек и Чемпион


Она приметила его у офиса туристической компании на площади Мейдани у Мейдан Базара на левом берегу Куры, где стояли микроавтобусы и собирались туристические группы. Их группа, ехавшая на Казбек, еще не собралась. Среднего роста, как Влад, и примерно такого же плотного телосложения. Темные волосы, смуглая кожа, аккуратная стрижка, серый свитшот с цветной надписью «CHAMPION», черные очки-авиаторы и швейцарский рюкзак Wenger с логотипом в виде креста на красном фоне. Судя по внешности, парень был из какой-то восточной страны, но одежда и манера поведения, а также уверенный английский, на котором он общался с менеджером, говорили о том, что живет в какой-то из европейских стран.

Постепенно их группа увеличивалась: прибыло многочисленное индийское семейство и пара из Румынии. Юлька отошла от толпы и направилась ближе к каменному мосту, чтобы сделать несколько утренних снимков золотистого храма Метехи и всадника на ретивом коне на другом берегу. Вчера вечером они с Владом там гуляли, но в лучах заходящего солнца церковь на холме казалась оранжево-серой.

Не выпуская телефон из рук, она фиксировала все, что привлекало внимание. Влад почти не снимал, а ограничивался пересланными от нее фотографиями. Так было в каждой поездке. В ответ на ее просьбу сфотографировать он делал пару стандартных снимков, но ни один из них, как правило, Юльке не нравился, поэтому постоянно она просила Влада, чтобы в следующий раз он постарался.

– Юль, но у меня не выходит. У нас ты за штатного фотографа, – отделывался он.

Влад замахал руками, и она двинулась в сторону их микроавтобуса. Гид Георгий, худой высокий парень в очках, приветствовал всех на русском и английском языках, а потом попросил гостей рассказать кто откуда. Тот мужчина, которого Юлька окрестила «Чемпион», оказался из Йемена. Также были туристы из Узбекистана, Казахстана, России, Румынии, Индии. Судя по количеству индийцев, встречаемых на улицах Тбилиси, Юлька с Владом сделали вывод, что благосостояние их населения растет, и в туризме пальма первенства перешла от китайцев к ним.

– Итак, дорогие гости, сегодня мы отправляемся на самую популярную экскурсию. Посетим красивейшее Жинвальское водохранилище и потом по живописной Военно-Грузинской дороге направимся прямиком на Казбег. Крепость Ананури, Арку Дружбы мы посмотрим на обратном пути. Почему? Потому что дорога не простая – она не опасная, но могут образовываться пробки – и занимает в среднем часа четыре. Так что сегодня мы весь день проведем вместе, в дружной и приятной компании.

Георгий рассказал то же самое на английском, а затем продолжил:

– Жинвальское водохранилище, наша первая остановка, это искусственный водоем, созданный не в столь далеком 1984 году. Оно вырабатывает электроэнергию и снабжает город водой. Расположено в сорока километрах от Тбилиси в Душетском районе, на реке Арагви. Вы удивитесь его красоте, я вам обещаю. Цвет воды постоянно меняется и даже одно набежавшее облако может кардинально изменить его цвет. Мне каждый раз интересно, какого цвета оно будет.

Гид перевел на английский и снова заговорил на русском:

– Интересный факт. Ранее, с XII века, на месте водохранилища был город Жинвали. Собственно, отсюда и название. К сожалению, многочисленные памятники, храмы и церкви оказались затопленными. Однако одну из церквей, оказавшуюся под водой, можно увидеть весной: в это время в водохранилище падает уровень воды, поэтому выступает крест и купол, а затем и вся церковь.

После непродолжительного пути автобус сделал остановку. На площадке вдоль дороги в ряд стоял транспорт, за ним шли торговые ряды с сувенирами, свежевыжатыми соками, вином, медом, чурчхелой и ягодой в стаканчиках… Среди всей этой красоты прохаживались туристы. Миновав их, группа оказались на смотровой площадке, и от открывшейся панорамы у всех перехватило дыхание.

– Посмотрите, сегодня безоблачный день и вода потрясающего бирюзового цвета, – как ребенок радовался гид Георгий.

Группа тут же рассредоточилась, все достали телефоны и принялись делать снимки. Юлька пыталась взять в объектив бескрайний водоем, разлитый среди зеленых холмов, и даже пожалела, что оставила дома профессиональную камеру, уж больно тяжелая она была.

– Влад, встань сюда! – скомандовала она, приблизила картинку и ахнула. Глаза у Влада были такого же яркого цвета, как вода, голубо-зеленого.

– Давайте я вас сфотографирую! – предложил индиец из их группы и они согласились. На удивление, снимки получились шикарные: Влад нежно обнимал Юлю, а в бирюзе за их спинами плыли облака.

Потом Юля сделала еще много кадров с разных точек смотровой площадки. Особенно ей понравился с грузинским бело-красным флагом на изумрудном фоне.

– Смотри, как здорово получилось! – похвалилась она Владу.

– Ты молодец! – он чмокнул ее. – Заканчивай уже, пойдем купим что-нибудь попить.

Влад ушел в сторону торговых рядов, а Юлька сделала классную фотографию счастливой африканской семьи. Они приехали с такой крохой, что оставалось только удивиться смелости родителей, отправившихся в не самую популярную страну для туризма из другого континента.

– Вот, гранатовый сок. Сладкий. – Влад протянул Юле бумажный стакан, угощая.

Свежевыжатый, сок, действительно, оказался очень сладким. Юлька пила его и радовалась, предвкушая – первая остановка удалась, а какие пейзажи ждут их впереди? Дальше дорога постепенно уходила в гору. Она петляла и девушку начало клонить в сон.

– Эх, такие виды проспала! – пожурил ее Влад. – Китайцы мощно строят: дороги, мосты, туннели.

Как раз перед одним из них образовалась ощутимая пробка. Водитель недовольно цокал языком, а гид Георгий успокаивал туристов:

– Я предупреждал, такое бывает. Здесь реверсивное движение, придется немного подождать, наберитесь терпения.

Миновав туннель, пассажиры были вознаграждены: слева открылся вид на каньон с синей рекой, от глубины которого захватывало дух и кружилась голова. Дальше картинка сменилась, и возникли почти пасторальные виды альпийских лугов, только коровы с колокольчиками не паслись.

То тут, то там дорога петляла мимо домов в стиле шале, потом показался целый городок с кафе, магазинами, ресторанами. Оказалось, это горнолыжный курорт Гудаури. Кое-где работы еще шли, а уродливые первоначальные постройки соседствовали со стильными новенькими.

– Зимой это место очень популярно, к нам приезжают даже из скандинавских стран. Трассы здесь разной сложности. Есть и для начинающих, есть и черные для опытных горнолыжников.

Юлька рассматривала домики, отмечала понравившиеся, и представляла, как здорово здесь встречать рассвет, серебром разливающийся по долине среди горных вершин, сидя в уютном кресле у панорамного окна, вот того, к примеру, отеля, попивая вкусный кофе. Она озвучила свои мысли Владу:

– Эх ты, романтичная натура! – он чмокнул ее в висок.

– Ничего не поделаешь. Не то, что некоторые.

– Ну, ты же знаешь, – поморщился он. – Не люблю я всю эту ваниль.

Ему вообще не было свойственно выражать свои чувства. Иногда случались прорывы нежности, тогда он говорил ласковые слова и целовал каждый сантиметр ее тела, и это очень трогало Юльку.

Когда автобус проезжал мимо Арки Дружбы, мозаичного монумента советской эпохи с видом на Долину дьявола, погода резко испортилась.

– Друзья, здесь остановку сделаем после Казбеги, нужно поторапливаться, может начаться дождь. Кстати, поясню. Наверняка вы уже слышали два этих названия: Казбек и Казбеги. Итак, Казбек – это гора, а Казбеги – это поселок у ее подножия, который переименовали в Степанцминду.

Когда автобус въехал в поселок Степанцминду, от которого до грузинско-российской границы в Верхнем Ларсе оставалось всего пятнадцать километров, по небу уже гуляли хмурые тучи.

– Итак, как я уже говорил, этот поселок больше знают под именем Казбеги. Так его называли в период с 1921 по 2007 годы. Свое очередное название он получил в честь Святого Степана, так с грузинского переводится Степанцминда, в благодарность монаху, построившему здесь скит. Однажды он предупредил местных жителей о надвигающейся горной лавине, – сообщил Георгий. – Сейчас мы направляемся к Троицкой церкви Гергети XIV века, она находится на высоте две тысячи сто метров. Оттуда открывается панорамный вид на поселок в окружении гор с одной стороны, и на Казбек – с другой. Надеюсь, туман не помешает нам увидеть эту красоту.

Поселение раскинулось в широкой долине реки Терек у подножия горы Казбек и, как утверждал Георгий, летом и не только, его «оккупируют» любители активного отдыха, поскольку окрестности идеально подходят для походов, альпинизма и велосипедных прогулок.

Степанцминда пестрела объявлениями о сдаче в аренду жилья, оборудования для альпинизма, хайкинга, трекинга, рафтинга и велосипедных прогулок, вывесками винотек, кафе, хинкальных, ресторанов на любой вкус и кошелек. Предлагались полеты на параплане с инструктором, мотокроссы, походы по Военно-Грузинской дороге. Желающие могли попробовать горячие шоти, свежую выпечку и домашний сыр. Все указывало на то, что местное население жило исключительно за счет туризма.

Микроавтобус остановился у подножия хребта, дальше группу пересадили на джипы, и начался крутой подъем к церкви Гергети, которая эффектно парила в воздухе на фоне горного хребта. На смотровой площадке у храма толпились многочисленные туристы. Расположенный внизу поселок казался микроскопическим. Тучи сгущались и местами часть грандиозных гор покрывала белая пелена тумана. Макушки этих богатырей, выстроившихся неприступной стеной, украшали снежные шапки. Кое-где по склонам сползали языки ледников, однако нижняя часть гор была густо покрыта зеленой травой и кустарником.

– Как легко дышится! – Юлька глубоко вдохнула.

– Да. Прохладно только. Ты не замерзла? – Влад стоял, поеживаясь. Он отказался брать с собой рубашку и теперь явно жалел об этом, потому что в одной футболке было свежо.