Алина Панфилова
Невеста признанного короля

Глава 1

С момента победы Иль Кана над Императором прошло три дня, и воины-сторонники теперь уже бывшего генерала Кэррей старались держать Имперский Двор в относительном спокойствии.

На их счастье, большая часть Двора, ставшая заложниками традиций и служившая Императору против желания, встретили перемену власти с радостью и надеждой на светлое будущее.

Очистив территорию от сторонников кровавого тирана, армия и стража беспрекословно выполняли приказы Мунхо и Ханналы, которую помнили со времён правления короля Джаара, а также готовились присягнуть на верность новому правителю.

Лишь Элена, раздираемая волной противоречивых чувств, не могла найти себе места там, где ещё месяц назад её чуть не казнили по приказу кровавого Императора.

Третье утро подряд она приходила к дверям королевской лечебницы, располагавшейся на обширной территории Имперского Двора, в надежде на то, что Иль Кан вырвался из цепких объятий смерти.

– Элен, в который раз говорю – нет. Нет и точка. Запрещено навещать будущего короля, пока он не выйдет из моей лечебницы!

Расана показала Элене пальцем на величественное здание дворца, а затем скрестила руки на груди, давая подруге понять, что упрашивать её бесполезно.

– Сана, милая, родная, ну сделай для меня исключение! Ладно, если не хочешь пускать, тогда всего лишь приоткрой дверь, хоть на мизинец, – умоляя, схватила Элена подругу за плечи, в надежде разжалобить её каменное сердце. – Я должна убедиться своими глазами, что он жив!

Королевский лекарь вздохнула и сделала шаг назад, встав перед дверьми лечебницы, словно страж. Элена, не отставая, сделала шаг вперёд, и буквально прижала подругу к дверям из массивного дерева.

– Постой, неужели ты думаешь, что я могу причинить ему хоть какой-то вред? Я люблю Иль Кана, и у меня в мыслях нет даже…

– Хватит, Элена! – не выдержала Расана. – Ты словно навязчивый ночной кошмар, который не желает уйти из моей памяти даже днём. Уверяю тебя: с Иль Каном всё в полном порядке. Да, ему серьёзно досталось во время боя за трон Кэррей, но он идёт на поправку и скоро сможет встать на ноги.

– А может, он сам не хочет видеть меня? – прошетала Элена, прижав ладонь ко рту. – Но я не сделала ничего плохого!

– Пойми, подруга, – вздохнула Сана, – сама я ничуть не против, но теперь мы в Имперском Дворе, и закон – есть закон. Я не имею права нарушить его. Посторонним нельзя посещать короля…

– Он ещё не король, – возразила Элена и тут же покраснела, – ну фактически… Коронации ещё не было.

– Не мучай себя, отвлекись. Даю слово, я дам тебе знать, когда он будет готов покинуть стены лечебницы, а сейчас тебе лучше уйти. Нашим друзьям пригодится твоя помощь.

– Хорошо, я уйду. Только скажи, он хоть раз спрашивал обо мне? Он вообще разговаривает?

– Его первыми словами был вопрос: «С ней всё в порядке?» – улыбнулась Расана. – И я уверена, он имел в виду уж точно не Каррину.

– Ладно, – вздохнула Элена. – Тогда я пойду.

Расана, проводив взглядом идущую вглубь сада подругу, покачала головой и быстро скрылась за дверью лечебницы.

Но не успела за ней закрыться дверь, как возлюбленная генерала вернулась обратно, обогнула здание и приложила ухо к закрытому ставнями окну.

– Три дня, значит, ждёт? – в полуулыбке спросил Расану Кан, стоя у дверей.

– Ты вынудил меня лгать моей же подруге, – шёпотом возмутилась Расана. – Узнай она, что ты ещё вчера встал на ноги, но запретил об этом кому-либо говорить, то вмиг бы вышибла эту тяжёлую дверь и оторвала тебе голову.

– Надеюсь, она меня поймёт и простит. У меня на то есть свои причины.

– Причины отсиживаться в лечебнице? – повысила голос лекарь. – Кэррей ждёт, король.

– Элена правильно сказала, я ещё не король, – мрачно ответил воин. – И я не представляю, что мне делать дальше.

– О чём ты?

– Я уже говорил это Элене, скажу и тебе. Всё, о чём я думал – это победа над Императором и освобождение Кэррей от захватчиков. Но я даже не представлял, что будет потом. Одно время планировал отдать трон Аса Каю, пока мы не стали врагами.

– Твои друзья всегда тебе помогут, для этого мы все здесь. Мунхо места себе не находит, испытывает сильное чувство вины из-за того, как встретил тебя в Даркайне. Мы все любим тебя и будем с тобой до конца.

Иль Кан засмеялся и порывисто обнял подругу:

– Спасибо, Расана. Я не могу представить, что бы без тебя делал. Без тебя и Элены

– Что бы ты делал? Глупости, разумеется, – со смехом ответила Сана, глядя в карие глаза лучшего друга. – Ладно, собирайся на выход, и чтобы к вечеру ноги твоей не было в моей лечебнице. И да, я предупрежу Элену о твоём чудесном исцелении, но не сейчас, а, скажем, ближе к вечеру. Дам тебе немного времени, чтобы подготовиться ко встрече с ней.

С этими словами, Расана покинула лечебницу и направилась прямиком во дворец, перебирая в уме оставшиеся на сегодня дела. Иль Кан усмехнулся, глядя на закрывшуюся за ней дверь:

– Сана права, слишком много дел ожидают меня в ближайшее время. К чему оттягивать неизбежное?

Однако, стоило только Иль Кану распахнуть дверь лечебницы и вдохнуть полной грудью свежий весенний воздух, как он увидел выходящую из-за угла мрачную Элену.

Иль Кан вопросительно посмотрел на неё, пытаясь понять, почему она, проводя дни и ночи под дверями лечебницы, сейчас смотрит на него так, словно он стал ей злейшим врагом.

– Рада приветствовать нового короля одной из первых. Надеюсь, Ваше Величество пребывает в добром здравии и полученные раны не помешают выполнению прямых обязанностей, – ледяным голосом произнесла Элена, всё ещё отказываясь поверить в то, что её возлюбленный не искал встречи с ней, а по непонятной причине скрывался в лечебнице.

– Я ещё не король, Элена, – нахмурился Иль Кан, пытаясь в её глазах прочитать причину столь резкой смены настроения.

– К чему это лицемерие? Ты всё равно скоро им станешь, – источая всем своим видом презрение, ответила Элена и, словно насмехаясь, поднесла ладонь ко рту. – Прошу прощения за свою дерзость, я не должна была обращаться к вам в столь неуважительной форме. С вашего разрешения, я вернусь к своим обязанностям. Я сделаю всё, чтобы коронация была такой же идеальной, как и наш новый король.

– Не смею задерживать, – холодно ответил Иль Кан, чувствуя себя полным дураком от непонимания происходящего.

Элена развернулась так резко, что прочертила сапогами на твёрдой земле ровный полукруг, и быстрой походкой скрылась из виду.

“Да что с ней такое? Какая змея её укусила? Неужели…”, – кажется, Иль Кан понял, что она слышала их разговор с Расаной. – “Даже если и так, ничто не даёт ей права разговаривать со мной в таком тоне! И неважно – король я или нет”.

Не обращая внимания на окружающих, с трепетом и благоговением взирающих на него, он направился в тронный зал, где застал Расану и Ханн, меняющих воду в вазах с цветами.

– Как проходит подготовка? – быстро поздоровавшись с Ханн, спросил у Расаны Иль Кан.

– Блестяще. Готово всё, что потребуется для завтрашнего вечера. Так что нам остаётся дождаться Даррана, он заедет к Банджину и Сетии. Все вместе они прибудут в Кэррей до полуночи. Мунхо встретит их недалеко от границы.

– Хорошо. Чем скорее мы покончим со всем этим, – обвёл он рукой окружающие его цветы и украшения, – тем скорее я стану спокоен.

– Ещё полчаса назад ты утверждал совершенно обратное, – поддела лидера Сана.

– Я был неправ. Без короля даже в стенах дворца слишком опасно.

– Перестань, – попыталась успокоить его Ханн, – за эти три дня с нами ничего не произошло. Твоё волнение объяснимо, но я успела собрать на территории Имперского Двора всех лояльных нам лиц. Армия под временным контролем Мунхо. Расслабься и получай удовольствие от приготовления.

– Вот по поводу приготовлений – к чему столько цветов? Я же воин, а не принцесса, – недоумённо произнёс Кан, глядя по сторонам.

– Это не для тебя, – ответила Сана. – По правде говоря, это наша с Ханн личная инициатива и все нас поддержали. Цветы в честь Элены. Мы решили ей об этом не говорить, пусть будет сюрпризом, она уверена, что таковы традиции Двора.

– А чего ты так удивлённо смотришь? – присоединилась к ней Ханн. – Ты же не забыл, кто помог тебе одолеть Императора? После коронации наши союзники преподнесут ей по букету цветов и выразят благодарность. Она заслужила.

– Делайте, как считаете нужным, – кивнул Иль Кан и был готов уйти, но его остановила Расана.

– Кстати, ты уже виделся с Эленой? Она должна быть где-то в саду, – не отрываясь от своего занятия спросила лекарь Иль Кана.

– Она обо всём догадалась, – помрачнел Кан. – Я увидел её у стен лечебницы и кажется, она подслушивала нас у окна.

– Сам виноват, – невозмутимо пожала плечами Сана.

– В том, что она разговаривала со мной так, словно пыталась смешать моё имя с грязью?

– А ты подумай своей головой, – присоединилась к подруге Ханн. – Она с ума тут сходила от волнения, а ты её избегал, прячась за стенами лечебницы.

– Прятался? – раздражённо усмехнулся Иль Кан. – Что ж, пусть будет так. Вам виднее.

Глава 2

– Все ещё никаких следов Каррины? – спросила Сарайя у Мунхо.

Воин ещё до рассвета покинул Имперский Двор, взяв с собой дюжину солдат из армии Кэррей, но опять вернулся без радостных новостей.

– Она словно в воздухе растворилась, – мрачно ответил русоволосый воин, тяжело переживающий неудачу. – Лишь несколько горожан видели её сразу после боя с Императором. Она очень торопилась покинуть стены города. На этом всё, ни малейшей зацепки.

– Тебе стоило взять меня с собой ещё в первый раз, – возмутилась охотница. – Сам же говорил, что я отличный следопыт. И завтра я пойду вместе с тобой, хочешь ты этого или нет.

– Не возьму, – твёрдо ответил Мунхо. – Твоё место во дворце. Совсем скоро приедет Дарран, дабы присутствовать на коронации Кана, а потом мы отправимся восстанавливать наш Даркайн…

– Не наш, а твой, – надулась охотница, недовольная столь категоричным отказом. – Это же ты у нас благородных кровей, как оказалось.

– …Если, конечно, Иль Кан сдержит своё обещание, – закончил свою мысль Мунхо, не обращая внимание на колкость подруги.

Воин считанные дни назад узнал о том, что являлся племянником последнего правителя каменного мегаполиса у Северных Гор и всё ещё не мог свыкнуться со своим новым положением.

– Лидер сдержит своё слово, даже не смей сомневаться в нём, – рассердилась Сарайя.

– Он больше не твой лидер, и ты у него не в подчинении, – проворчал северянин. – Я верю Кану и помню о своём обещании извиниться перед ним, но до коронации может случиться всё, что угодно. Считай, в Кэррей сейчас нет действующего правителя, и нам всё ещё грозит опасность. Сторонники Императора наверняка захотят урвать последний кусок сладкого пирога, воспользовавшись сложившейся ситуацией.

– Тогда тем более, тебе надо брать меня с собой. Ты же один из лучших воинов Даркайна, ты сможешь меня защитить. И я не сестрица Норайя, я тоже в состоянии прикрыть твою спину, – возразила Сарайя.

– Меня, известного как врага Императора и приближённого человека к Иль Кану, могут атаковать в любое время дня и ночи. На меня могут напасть кто угодно, да даже те солдаты, которых я беру с собой на подмогу. Пока не принесена клятва верности новому королю, я также уязвим. И я боюсь, что в этом случае я не смогу защитить тебя.

– Тогда не бери их с собой, возьми только меня!

– Сейчас не то время, когда я могу терять союзников.

– То есть, я всего лишь твой союзник? – обиделась Сарайя. – Точнее нет, я твой ресурс в борьбе за восстановление Даркайна? А что потом? Отправишь меня в родную деревню свататься к сыну кузнеца?

– Я планировал… – начал было Мунхо, но, краснея, замолчал, пытаясь правильно подобрать слова.

– Не тяни, – нахмурилась Сарайя, мысленно готовясь к худшему.

Пауза затянулась. Глядя на проходящий вдалеке отряд солдат, с которыми он занимался поиском Каррины, северянин собрался с духом и выпалил:

– Я планировал взять тебя в жёны когда Даркайн будет восстановлен. Но я дам тебе возможность выбрать самой. Ты можешь отправиться в Школу, куда мечтала попасть с детства. Закончив её, ты смогла бы продолжить дело своего отца, тем более, репутация Соара восстановлена. Либо ты останешься рядом со мной, пройдёшь тяжелый путь, возрождая древний мегаполис, и в конечном итоге займёшь место на троне в качестве моей супруги.

Сарайя застыла с открытым ртом. Снова Мунхо вёл себя так, словно сам всё решил за неё, создавая иллюзию, что у девушки есть возможность выбора.

– Мунхо, значит ли это, что ты…, – замялась смуглянка, не в силах продолжить начатую фразу.

– Я воин, Сарайя, а не поэт. Всю жизнь я обучался искусству убивать и защищать. Я помню наш разговор в саду Школы, но я слишком далёк от нежности и романтики. Так что да, я хочу, чтобы ты стала моей женщиной, разделив со мной все радости и печали. Днём – трон Даркайна, а ночью – мою постель.

Сарайя глубоко вдохнула и выдохнула. Мысленно сосчитала до десяти, а потом ещё раз – не помогло.

– Ты говоришь так, будто бы у меня есть выбор…– вкрадчивым тоном произнесла охотница. – Знаешь, почему я не кинусь в слезах счастья к тебе на шею, а скорее сдержусь, чтобы не оторвать твои воинские косы?

– Да что опять не так? – удивился воин, но на всякий случай сделал шаг назад.

– Из твоих уст идёт только “я”. “Я планирую”, “я хочу”. Но есть ещё и я! Сарайя, охотница, клещ, соплячка, как ты там ещё меня называл? Вот когда ты это поймёшь, тогда и поговорим.

Сухо кивнув ему головой, охотница умчалась во дворец, опасаясь, что может дать слабину и принять предложение воина в таком виде, в каком он его преподнёс. Мунхо тяжело вздохнул, не понимая, есть ли в этом мире безотказный способ добиться расположения Сарайи.

– Отчего застыл как статуя, друг? – услышал он за спиной знакомый голос.

Обернувшись, Мунхо увидел Иль Кана, который ещё не совсем твёрдо стоял на ногах, но даже сейчас выглядел весьма внушительно.

Черные волосы, убранные в привычный высокий хвост, так ярко блестели на солнце, словно он провёл несколько дней не в лечебнице, а в лучших здравницах Зелёных Холмов. Плащ цвета зимней ночи, богато украшенный золотой вышивкой, выдавал принадлежность владельца к королевской верхушке Кэррей, а его полы развевались под свежим дуновением ветра, словно крылья гигантской птицы. И лишь простые кожаные сапоги напоминали о том, что ещё неделю назад Иль Кан проводил всё время в дороге, а Имперский Двор казался далёкой целью.

– Рад тебя видеть, Ваше Величество, – поклонился ему Мунхо, в глубине души вздохнув с облегчением.

Раз его друг пришёл в себя, значит, коронация состоится в ближайшее время, и они смогут обсудить восстановление Даркайна уже на уровне глав двух городов.

– Прекрати, я ещё не король, – улыбнулся Иль Кан. – К тому же, совсем скоро, мы оба погрязнем в дворцовом этикете, так что давай хотя бы до коронации будем разговаривать как два простых воина.

– С радостью, – засмеялся Мунхо. – Ищешь кого-то? Если Элену, то она отправилась проверять украшения в саду, правда её мысли витают за его пределами. Скорее, в районе королевской лечебницы.

– Видел уже, – уклончиво ответи Иль Кан. – Как Сарайя?

– Всё ещё уверена, что ты её лидер.

– Я не об этом.

– Ну, – вздохнул Мунхо, всё ещё переживавший свой разговор со вспыльчивой охотницей, – она сказала, что я слишком прямолинейный, не считаюсь с её мнением, решаю всё за неё. Сплошная головная боль.

– Тогда, я знаю, что сможет тебя отвлечь, – хлопнул его по плечу Кан, – пойдём, тебе точно понравится.

Глава 3

– Не желаешь составить мне компанию и прогуляться до границы с Нейтральными Землями?

Мунхо, накинув походный плащ, заканчивал сборы в дорогу, когда увидел Элену, задумчиво бредущую через площадь Двора в сторону конюшен.

– Почему ты просишь меня, а не Сарайю? – равнодушно спросила она, сжав в руке яблоко для Полночи.

– Она всё ещё дуется на меня из-за этой прямолинейности. Да здесь вообще в последние несколько дней все обижаются друг на друга, – не выдержав, проворчал Мунхоррайн.

– Сарайя имеет на это полное право, – встала на защиту охотницы Элена. – Думал, снизойдёшь до неё, и она побежит в твои объятия, теряя башмаки?

– Дурной пример заразителен, – сплюнул на землю воин.

Она не выдержала и, схватив друга за рукав плаща, зашипела, словно змея:

– Дурной пример? А-а-а, то есть, для вас, будущих монарших особ, нормально клясться в любви, а потом скрываться за дверями лечебницы? Я три ночи нормально не спала, места себе не находила, а он… Кретин, вот он кто!

– Элен, не кипятись. Я пришёл просит тебя о помощи. Может, всё-таки поедем со мной встретить Даррана с Джином и Сетией?

Вздохнув, Элена кивнула, принимая приглашение северянина, и побежала на конюшню за Полночью.

– Что там по поводу помощи? – спросила она у друга

– Обещай, что это останется между нами. Я не хочу становиться объектом насмешек.

– Даю слово.

– Всю жизнь я обучался воинскому искусству. Я великолепно стреляю из лука, превосходно владею оружием, у меня отличное стратегическое мышление. Я – образцовый воин, надёжный боевой товарищ… И на этом всё.

– Что ты имеешь ввиду? – удивилась Элена.

– Я не умею жить обычной жизнью, – принялся объяснять Мунхо. – Даже в нашем отряде, под руководством Иль Кана, я занимался именно тем, чему научился в Воинской Школе – разведка, атака, защита. Не подумай превратно, у меня были женщины и немало. В конце концов, мы – мужчины в расцвете сил, но это не то, что я хотел бы иметь с Сарайей. Я знаю, что Иль Кан был таким же, как я, погруженным с головой в воинскую науку…

– Коне-е-чно, – не выдержав, хмыкнула Элена. – Генерал Ледяное Сердце притягивал к себе женщин, как магнитом.

– Тем не менее, он смог завоевать твоё сердце. Но как? Может, твой совет поможет мне разобраться в том, что происходит между мной и Сарайей? Никогда не поверю, что Иль Кан добился тебя лишь демонстрацией своих воинских умений.

Элена грустно улыбнулась, и, глядя, как солнце медленно проходит свой путь по направлению к горизонту, ответила, не отводя взгляд от дороги:

– Ты прав. Иль Кан не рассыпался в многочисленных комплиментах. Он дарил мне поступки и дела. Даже когда вёл себя, как скотина, он делал это лишь для того, чтобы защитить меня. А ещё, он смог открыться мне, хотя знал, что я быстро его не прощу.

– Значит, меньше слов и больше дела? – подмигнул ей воин.

– Да, только не переборщи. Это же Сарайя, ей важно не только видеть, но и слышать. Главное, Мунхо, разумный баланс. Как проход по канату, держа в руке длинный шест.

– Это лучшее сравнение с охотницей, – засмеялся даркайнец. – По данной дисциплине я был одним из лучших в своём наборе.

– Вспомнила, цветы! – щёлкнула пальцами в воздухе Элена. – Когда Иль Кану было тяжело, я позаботилась о нём, а он в ответ подарил мне букет ранних цветов. Это было так непохоже на сурового лидера отряда. Сарайя, кстати, оценила этот жест. Мы как раз проехали симпатичную полянку с цветами. Остановимся на обратном пути?

– Не уж, – помотал головой Мунхо. – Дарран меня засмеёт.

– Уверена, в будущем он сам обратится к тебе за советом.

– Как скажешь, – не стал спорить воин. – И подумай, по поводу Иль Кана. Стал бы человек, который так ценил и оберегал тебя, скрываться от тебя в лечебнице только потому что не хотел тебя видеть? Может, всё-таки выслушаешь его? Уверен, если ты с ним поговоришь, он не станет молчать.

– Наверное, ты прав, – вздохнула Элена. – По возвращению я извинюсь перед ним за своё дерзкое поведение.

Друзья погрузились в размышления, но впереди на дороге показались тёмные пятна, которые вскоре приобрели человеческие очертания и друзья разглядели в них них отряд вооружённых людей.

Элена обеспокоенно посмотрела на Мунхо, и его мрачный взгляд встревожил её ещё больше.

– Они кого-то ждут, и что-то мне подсказывает – дальше нас не пропустят. Что будем делать?

– Какие у тебя варианты? – посмотрел на неё северянин.

– Выхода нет, мы должны встретиться с ними лицом к лицу. Может, они нам не враги? Или нам удастся договориться. Или вступим в бой.

– В бой? Вдвоём? Да и если ты поранишь хотя бы мизинец, Иль Кан мне этого не простит.

– Мунхо, перестань, – нахмурилась Элена. – Если лидер посмеет тебя в чём-то упрекнуть, уж я-то молчать не стану.

– В том то и дело, – хмыкнул Мунхо. – Давай лучше срежем путь через наш лес? Он меньше чем в полумиле отсюда. Вряд ли кто-то посмеет отправиться вслед за нами, а выйдем уже за пределами их видимости.

– И это я слышу от воина из Даркайна, – удивилась Элена, – я думала, вы бросаетесь в атаку вне зависимости от численного превосходства противника.

– Элен, мы смелые, но не дураки, – засмеялся Мунхо, сворачивая с дороги в сторону леса. Элена последовала вслед за ним, держась ближе к северянину. Полночь и конь даркайнца с недовольством смотрели вглубь лесной чащи, не испытывая ни малейшего желания последовать за хозяевами.

– Думаю, нам стоит отправить лошадей обратно в Кэррей, – задумчиво произнёс воин. – Стражники их знают и впустят без всяких проблем. Своим ходом мы доберёмся до границы быстрее, с учётом сложившихся обстоятельств.

– Хорошо, – кивнула Элена и повернулась к черной кобыле. – Полночь, милая, возвращайся в Имперский Двор, и, умоляю, не попадись на глаза ни Кану, ни Сане. Обещаю, мы скоро вернёмся.

Полночь мотнула головой, будто кивнула, и бодро потрусила в сторону города, уводя за собой коня.

– Как думаешь, они поняли, кто мы? – обеспокоенно спросила Элена, пробираясь по вечернему лесу, куда с трудом пробивались первые краски заката.

– Думаю, вряд ли. Либо поджидали других, иначе они бы уже вовсю мчались к нам навстречу.

– Пройдём по окраине леса? Надеюсь, не будем заходить вглубь? – покосилась Элена на чёрную тьму, которая царила в непролазной чаще. – Впервые, я себя чувствую здесь неуютно. Здесь очень… Мрачно. И кажется, я слышу чей-то рык.

– Да, будем держаться самого края, – еле слышно произнёс Мунхо, вынимая из ножен свой меч. – Будь внимательна.

Элена кивнула, хотя понимала, что идущий впереди воин её жест не увидит. Продвигаясь по окраине леса, они уже почти поравнялись с отрядом, перегородившим дорогу, как в глубине чащи послышался более отчетливый рык, а затем из тьмы вышли два звериных силуэта.

– Волки, – прошептала Элена. – Что делать?

Воин на мгновение застыл, глядя в огоньки желтых глаз, в этот момент, количество силуэтов увеличилось ещё на один. Понимая, что численный перевес явно не на их стороне, он быстро взял Элену за руку и скомандовал: «Бежим!»

В ту же секунду навстречу им выпрыгнули ещё три больших зверя, намереваясь сбить незваных гостей с ног, но северянин, быстро орудуя мечом, смог отправить троих из них в преисподнюю, а четвёртого встретил ударом ноги в оскаленную морду. Элена подобрала с земли тяжёлую ветку, но даркайнец жестом велел ей бежать из леса.

Опустив тяжёлый меч на голову одного из зверей, он пропустил прыжок волка, и хищнику удалось сбить северянина с ног. Зубы животного лязгали в считанных сантиметрах от горла Мунхо, но ему удавалось сдерживать волка на расстоянии. Внезапно, он жалобно взвизгнул и навалился на даркайнца всем весом, больше не пытаясь атаковать. Сбросив с себя животное, северянин увидел окровавленный камень, лежавший неподалёку.

– Ты в порядке? – взволнованно спросила Элена, наставив ветку на последнего живого волка, который внезапно попятился назад и, запрокинув морду в небо, громко завыл.

– Вот теперь точно бежим! – крикнул воин. – Сейчас ему придут на подмогу.

Бросив ветку в хищника и попав ему в бок, Элена с Мунхо бросились бежать из леса. Не сбавляя скорость, она обернулась и увидела, около десятка силуэтов животных, которые стремительно сокращали расстояние между ними. Девушка ускорила шаг, но внезапно перед её лицом оказалась ещё одна ветка, которая с силой встретилась с её носом. Боль придала ей ещё больше ускорения, и Элена в два счета догнала друга.

К несчастью, воины, перегородившие дорогу, увидели двух людей, бегущих из леса прямо на них. Недолго думая, отряд сошёл с дороги в их сторону, замыкая ловушку. Мунхо и Элена, оказавшись без лошадей в западне между волчьей стаей в лесу и недобро настроенным отрядом, остановились и в отчаянии переглянулись.

– Нет выбора, Элен, придётся дать им отпор и принять бой, – мрачно сказал Мунхо, насчитывая около десятка врагов. – Сейчас уже главное – вернуться живыми в Кэррей. Оставайся позади меня, я сделаю всё, чтобы тебя защитить.

– Замрите! – крикнул им один из людей, перегородивших дорогу. – Ни шагу, а то пожалеете!

Глава 4

– Вам лучше уйти с нашего пути, – уверенно произнёс северянин. – Мы направляемся на границу по поручению нового короля. Не препятствуйте нам, мы не несём опасности. Разойдёмся с миром.

Вместо того, чтобы извиниться и послушаться воина, отряд засмеялся:

– И давно король, который толком то ещё и не король, посылает своих людей в обход основной дороги, да ещё и через этот дьявольский лес? А, он же там прятался несколько месяцев, боясь гнева Императора.

– Да как ты смеешь! – возмутилась Элена, но тут же притихла под грозным взглядом Мунхо.

– Неужели, хвалёный даркайнский воин испугался лишь нескольких солдат, раз решил обойти нас через лес? У бывшего генерала закончились храбрецы?

– Мы будем играть в «вопрос-ответ» или перейдём сразу к делу? – разозлилась Элена. Мунхо лишь вздохнул.

– Я узнал вас, язвительная дамочка, – фыркнул солдат в потрёпанной форме имперской стражи. – Вы были секундантом на поединке генерала Иль Кана с Императором. Думаете, победа любовника даровала вам неприкосновенность?

– Мы все теряем здесь время, – опередив Элену, произнёс даркайнец, и лишь гневный огонь в глазах выдавал ту ярость, что клокотала в его груди.

Воин понимал, что в случае сражения он или Элена могут быть ранены, и это испортило бы его отношения с будущим королём Кэррей:

– Объясните по-человечески, что вам от нас надо?

– Вы, – коротко ответил солдат из имперской стражи, беря на себя роль лидера. – Птичка на хвосте донесла нам, что вечером из Двора в сторону границы направится будущий повелитель Даркайна. А потом мы увидели, что властелин каменных развалин не стал брать с собой охрану, да ещё и секундант нарисовалась собственной персоной. О большей удаче мы и не мечтали.

Элена была готова разразиться гневной тирадой, как вдруг все услышали яростный крик: «За Даркайн!»

Друзья посмотрели на дорогу и увидели небольшой отряд, который мчался к ним, обнажив на ходу мечи.

Дарран выжидал, сокращая расстояние до длины прыжка, и, вскочив с ногами на седло, оттолкнулся от него, взметнулся вверх и приземлился за спинами имперских псов.

Четверо даркайнцев остановились неподалёку и натянули луки, целясь в солдат. Джин, выхватив меч, спрыгнул с лошади и занял позицию рядом с ними. Лишь Сетия смотрела на всё происходящее с таким невозмутимым лицом, словно ей было доподлинно известно, чем закончится сей конфликт.

Обидчики в панике переглянулись. Их лидер с криком бросился на Элену, пытаясь достать до девушки своим клинком, но Мунхо взмахом меча отправил его на тот свет.

Один из солдат, глядя на мёртвого соратника, закричал:

– Держаться до конца! Если нам суждено погибнуть, то встретим смерть достойно. Это лучше, чем изгнание и позор для наших семей!

Его слова насторожили Элену, и она крикнула остальным:

– Хватит! Опустите оружие!

Дарран удивлённо посмотрел на подругу, но не стал возражать. Повинуясь его небрежному жесту, северяне опустили луки.

Нападавшие растерянно оглядывались по сторонам, не зная, как реагировать на происходящее, и лишь Сетия улыбнулась, шепча:

– А ты молодец, девочка. Но справишься ли ты до конца?

Элена пристально разглядывала отчаянных солдат. Наконец, она спросила:

– Подождите, какое изгнание? Зачем вам умирать? Бегите, пока есть возможность, в Нейтральные Земли.

– Новый король не примет нас, – с горечью в голосе произнёс солдат. – Мы не хотим жить в изгнании, здесь наша родина и наши семьи.

– Выкладывай всё по порядку, – нахмурилась Элена.

Солдат вздохнул и, опустив глаза, начал рассказ:

– Ещё до захвата Кэррей мы были в подчинении у бывшего генерала Иль Кана. Верой и правдой служили королю Джаару.

– В глаза мне смотри, – приказала Элена, и мужчина, к её удивлению, послушался.

– После пришествия захватчика, у нас был выбор: бежать и подвергнуть семьи опасности или же принять Императора, став служить ему. Мы выбрали второе. Если бы мы сбежали, Император бы начисто вырезал всех наших родных и сравнял каждый дом с землёй. Те, у кого было чёрное сердце, за вознаграждение предали своих же близких друзей и товарищей, информируя тирана о предателях. За всё время службы Императору, мы не принимали участия в его чёрных делах, лишь охраняли его и следили за порядком в Кэррей, пресекая любые попытки мятежа. Мы не принимали участия в пытках, но и не пытались свергнуть его, оставив всё как есть. Теперь, королём станет наш бывший генерал, он видел нас, исполняющих приказы его врага. Он никогда не примет нас обратно в Имперский Двор, а значит – мы остаёмся без работы и средств к существованию. У нас не было выбора.

– То есть, либо солдат, либо никто? – не поверила услышанному Элена. – В Кэррей другой работы нет?

– Их не примут к себе, – покачал головой Мунхо. – Никто не предложит работу врагам короны. И даже, если они откроют небольшую лавку на базаре, её будут обходить стороной. Императора ненавидели мирные жители, поэтому, враг нового короля – враг народа.

– Хорошо, – кивнула Элена. – И поэтому, вы решили убить приближённых нового короля и таким образом отомстить ему за смерть тирана?

– Да нет же! – отчаянно воскликнул солдат.

– Мы должны были схватить его, – другой солдат указал на Мунхо, – и обменять на место в Имперском Дворе. А тут ещё и секундант короля. Мы не могли поверить в такую удачу.

Элена вопросительно посмотрела на Мунхо,но тот покачал головой, давая понять, что верить им точно не стоит.

– Мунхо, Дарран, могу я попросить вас… – робко произнесла она, но внезапно её прервал голос Сетии.

– Нет, Элена, действуй сама.

– Ваше преступление лишь в том, что вы стали заложниками традиций Имперского Двора? – помедлив, спросила она у солдата.

– Да. Мы давали клятву служить королю. Неважно, кто на троне, клятва – есть клятва.

– То же касается нового короля?

Солдат молча кивнул.

– Через два дня после коронации, все, кто желает служить королю Иль Кану, явитесь в Имперский двор и умоляйте его вернуть вас на службу. Дайте клятву верности и если ваши намерения чисты – я помогу вам убедить Иль Кана. Но если хоть одно слово из сказанного вами, окажется ложью, вас ждёт жестокая расплата. Ясно?

– Ясно, – кивнул солдат и оглянулся на остальных. Отряд, не сговариваясь, разжал пальцы, бросая оружие на землю.

– Теперь, уходите и никому не рассказывайте о том, что здесь случилось.

Под изумлёнными взглядами друзей, нападавшие подхватили тело мёртвого лидера и быстро растворились в вечерней темноте, оставив Элену в окружении союзников.

– Это что сейчас было? – спросил изумлённый Мунхо.

– Элена прошла испытане, – загадочно улыбнулась Сетия, а затем обняла девушку. – Рада, что с тобой всё в порядке, милая, только вытри кровь с лица. У тебя нос разбит.

Взяв платок у Сетии и фляжку с водой у Даррана, Элена дрожащим голосом спросила:

– Сетия, что значит «прошла испытание»? Хочешь сказать, всё это было подстроено, и мы убили невинного человека?

– Нет, не подстроено, моя дорогая Элена, – рассмеялась жена Джина. – Как дочь Оракула, я кое-что видела, поэтому и попросила наших дорогих гостей слегка задержаться. Эти солдаты тебе ещё пригодятся, вот увидишь. Они отплатят с лихвой за твою доброту. Из тебя выйдет мудрая и справедливая королева.

– Сетия, перестань, – залилась краской Элена.

– Слова Оракула начинают сбываться, – она подмигнула растерянной девушке и прошептала: “Потом поговорим”.

– А я вот не ясновидящий, но скажу, что нам лучше поторопиться, а то во дворце скоро с ума сойдут, – проворчал Мунхо, поздоровавшись со своим лучшим другом и остальными воинами.

Компания оседлала лошадей и направилась в сторону городских ворот Кэррей. Мунхо с Эленой выделили одну лошадь на двоих и, поравнявшись с полянкой, о которой говорила Элена, он спешился и нарвал небольшой букет цветов с лепестками в виде полумесяца.

– Надеюсь, это сработает, – пробормотал воин, избегая встречаться взглядом с Эленой.

– Всё будет в лучшем виде, – подбодрила его подруга.

Миновав ворота, отряд въехал в город и поспешил по широкой центральной улице в сторону Имперского Двора.

– Хотелось бы, чтобы наше отсутствие прошло незамеченным, – прошептал подруге Мунхо, – хоть Иль Кан мне больше не лидер, но злить его я точно не хочу.

– Это мы узнаем уже совсем скоро, – ответила ему Элена, въезжая в ворота Двора.

И, конечно же, первым, что она увидела, был Иль Кан собственной персоной.

– С вовращением! – громко произнёс бывший генерал.

Его голос, хоть и звучал уважительно, но оптимизма не прибавлял. За спиной будущего короля пряталась Сарайя, которая с виноватым видом отчаянно жестикулировала, пытаясь о чём-то предупредить своих друзей.

– Джин, Сетия, рад вас видеть. Мы приготовили вам лучшие покои во дворце, включая наших верных друзей из Даркайна, – рассыпался в приветствиях Кан, но Мунхо заметно напрягся, что не ускользнуло от обеспокоенной Элены.

Дарран спрыгнул с лошади и с протянул другу ладонь.

– Рад снова видеть тебя, – ответил на рукопожатие Иль Кан.

– Взаимно. Как же всё изменилось с нашей последней встречи, хотя это было лишь неделю назад.

– Согласен, – рассмеялся бывший генерал. – Ступай и отдохни с воинами, вы проделали долгий путь. Королевский дворец полностью к вашим услугам.

– Непременно, только сперва хочу поздороваться с остальными, я успел соскучиться по нашей Сарайе.

– Тогда подожди немного, и она вся твоя, – кивнул ему Кан и перевёл взгляд на Мунхо и Элену. Улыбка мигом исчезла с его лица, уступив место гримасе злости.

– Всё хорошо, Мунхо? Обошлось без происшествий? Кстати, а где тот отряд, который должен был тебя сопровождать? – обратился будущий король к другу, который прятал за спиной букет цветов для Сарайи.

Смугляка, сложив руки, молящим взглядом смотрела на друзей, не представляя, как им помочь.

– Всё в порядке, Ваше Величество, – поспешила вмешаться Элена.

Дарран, стоя неподалёку от друзей, вздохнул и покачал головой.

– И правда, что это я, – недобро усмехнулся Иль Кан, отчего внутри Элены всё сжалось от предчувствия, что сейчас им очень не поздоровится.

– Кан, я лично попросил Элену составить мне компанию, хотел поговорить с ней наедине, – виновато произнёс северянин.

– А в Имперском Дворе укромного места для ваших разговоров совсем не нашлось? – повысил голос будущий король.

– Я не снимаю с себя ответственности, но поверь, я рад, что мы прояснили кое-какие моменты с Эленой, – пояснил воин. – В отряде не было нужды.

– Тогда объясни, какого дьявола в Имперский Двор влетают ваши лошади и Сарайя старательно пытается скрыть от меня их прибытие! А сама вместо того, чтобы донести информацию до меня, пытается покинуть Двор вооружённая до зубов? – не выдержав, заорал Кан.

– Лидер, я же говорила, показалось тебе! Никуда я не собиралась, а вооружилась – ну опасно же бродить безоружной в тёмное время суток, – сбивчиво заговаривала ему зубы Сарайя.

– Заткнись! – прикрикнул на неё Кан.

– Следи за словами! – не выдержал Мунхо.

Сарайя удивлённо присвистнула и встала сбоку, на одинаковом расстоянии от них.

Иль Кан тяжело вздохнул, понимая, что перегнул палку, и сбавил тон:

– Мунхо, рассказывай, что случилось, и упаси вас всех Высшие Силы, если тебя хоть кто-то перебьёт! И хватит прятать руку за спиной, что у тебя там?

Воин, кинув мрачный взгляд на Элену, достал из-за спины букет цветов.

– Это тебе, – выдавил он, краснея, и протянул букет изумлённой Сарайе.

Охотница выхватила его из руки смущённого воина и крепко обняла его под удивлённые взгляды остальных.

– Мунхо! – вновь начал закипать Иль Кан, не понимая, что за цирк происходит вокруг него.

– Видишь, Иль Кан, у него были благие намерения, – воскликнула Сарайя, прижимая букет к груди, – может и тебе стоило бы для Элены ещё один букетик…

– Хватит идиота из меня делать! – закричал будущий король. – Элена, шаг вперёд, живо!

Элена, понимая, что так просто не отделается, вышла вперёд, избегая смотреть возлюбленному в глаза.

Иль Кан внимательно посмотрел на неё:

– Что с твоим лицом?

– Да вроде ничего. Может, испачкалась? – с наигранным спокойствием переспросила Элена, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в разбитом носу, которая так и не прошла до конца.

– Вроде ничего? Значит, всё в порядке? – удивлённо вскинул брови бывший генерал.

– Да, я в полном порядке.

Лидер протянул ладонь к её лицу, и Элена невольно сделала маленький шаг назад.

– Куда же ты? С тобой ведь всё в порядке, – Иль Кан стремительно приблизился к ней, положил ладонь ей на затылок и притянул её лицо к своему.

Элена замерла в недоумении и в этот момент Кан резко подул ей на нос. От внезапного движения воздуха боль вернулась с новой силой, и она, не выдержав, поморщилась.

– Говори, – с видом победителя, приказал Иль Кан.

– Я ударилась носом о ветку. Это вышло случайно, – опустив глаза вниз, пробормотала Элена.

– При каких обстоятельствах?

– Мы убегали.

– Громче, Элена. Где твоя дерзость, которую ты так охотно демонстрировала сегодня днём?

– Мы убегали, – более громко повторила Элена, стоя перед ним, как второгодник перед строгим преподавателем.

– От кого? – помрачнел Иль Кан.

– От волков.

– Хватит дурака из меня делать! Какие волки на главной дороге? – разозлился Кан.

– Мы столкнулись с ними в лесу, направляясь по обходному пути.

– Какого дьявола вы там забыли?

– Мы наткнулись на засаду впереди и решили её обойти, – принялась объяснять Элена, – рядом был лес. Мы решили пройти по окраине, но на нас напали голодные волки. Перед этим, мы решили отправить лошадей в Кэррей, чтобы быстрее передвигаться по лесу. Спасаясь от волков, мы выбежали прямиком в ту засаду, но, с помощью подоспевших друзей, нам удалось избежать сражения. Мы с нападавшими ошибочно расценили намерения друг друга и разошлись с миром.

Бледный от злости Иль Кан замер как статуя, не в силах поверить услышанному. Наконец, он заговорил:

– Мунхо, я уже давно принял тот факт, что Элена потеряла инстинкт самосохранения ещё в материнской утробе. Но ты, опытный воин, как мог допустить подобное? Кто дал тебе право рисковать вашими жизнями и оставить в стенах Двора вооружённый отряд? Я строго-настрого запретил выходить за ворота без охраны.

– Приношу свои извинения, – послушно произнёс Мунхо. – Ты прав и имешь полное право злиться на меня.

– Мунхо, то, что я ещё не король, не даёт вам права творить всё, что вздумается. А если бы с вами что-то случилось? Я бы себе этого не простил.

– Да, я поступил безрассудно, – примирительно начал Мунхо, но Сарайя возмущённо перебила его:

– Да хватит тебе извиняться! Наш ненаглядный генерал ни разу не совершал ошибок?

– Сарайя, – в голосе Иль Кана послышались ледяные нотки.

– У Мунхо были причины отправиться без твоей кэррейской свиты, любой из которой мог вонзить кинжал в его спину. Кстати, твой совет, Элен? – спросила она подругу, показав на букетик.

Элена, слегка улыбнувшись, кивнула.

– Ты же не за Мунхо переживал, а за то, что с твоей драгоценной Эленой могло что-то случиться, – продолжала Сарайя, наступая на бывшего и размахивая цветами перед его носом. – Так найди в себе смелость и признай, что это именно так!

Иль Кан невольно отступил под внезапным натиском охотницы, но тут вмешался Дарран, всё это время наблюдавший с круглыми глазами за безумным действом.

– Друг, всё закончилось хорошо. Все живы, почти невредимы. Гости прибыли, урок всеми усвоен. Тебе надо сосредоточиться на коронации, так что выкинь случившееся из головы и расслабься. Уверен, подобное больше не повторится, и, если ты мне доверяешь, я лично всё проконтролирую.

– Рассчитываю на тебя, Дарран, – помолчав, ответил Иль Кан. – Скоро пробьёт полночь, до завтрашнего вечера я буду занят приготовлениями, согласно обычаям Кэррей. Изначально, я хотел попросить Мунхо, но теперь понимаю, что ты – моя единственная надежда сохранить Имперский Двор до коронации в относительном спокойствии.

Сарайя демонстративно фыркнула, и, взяв за руку мрачного северянина, направилась во дворец. Элена осталась на месте и с замирающим сердцем спросила:

– Кан, могу я объяснить своё поведение сегодня днём наедине?

– Не стоит, – покачал головой Иль Кан. – На сегодня с меня хватит.

– Пойдём, Элен, – обратился к ней Дарран, – хотя нет, ты иди, а мне нужен Кан на пару слов.

Элена молча кивнула и пошла вслед за Мунхо и Сарайей. Дарран приблизился к лидеру и тихо сказал:

– Сегодня нам удалось избежать сражения именно благодаря Элене. Сетия сказала, что из неё получится прекрасная королева. Понимаешь, что это значит?

– После того, что она вытворила сегодня, я уже ни в чём не уверен. А теперь извини, меня ждёт Расана, чтобы запереть в пустых покоях почти на сутки. И теперь представь, с каким мыслями вы оставляете меня наедине?

– А запирать то обязательно? – не выдержав, усмехнулся Дарран.

– Таков обычай, – кивнул Кан, – но, я даже рад этому. Зная Сарайю, ей явно может приспичить срочно решить какой-то вопрос, который легко может быть решён без меня, а так я буду далёк от них всех.

– Иль Кан, пора! – послышался голос Расаны, и будущий король, кивнув другу, направился ко входу во дворец.

– Такое ощущение, словно мы и не расставались, всё по-старому, – улыбнулся Дарран и отправился на поиски друзей.

Глава 5

Утром Элену разбудил громкий и настойчивый стук в дверь. Будучи уверенной, что это Сарайя, известная своими ранними пробуждениями, она притворилась, что не слышит назойливого визитёра, но тот даже и не думал уходить.

Вздохнув и протерев заспанные глаза, Элена встала с постели, и, накинув расшитый халат, поспешила открыть дверь.

– Расана?

– И я! – высунулась из-за угла Сарайя.

– И почему я не удивлена, – пробормотала Элена, пропуская девушек в покои.

– На закате состоится церемония коронации Иль Кана. Тебе придётся хорошенько потрудиться, – объяснила Расана причину столь раннего визита. – В идеале, ты должна, как можно скорее выучить все правила Имперского Двора и следовать этикету без ошибок. Не переживай, ты справишься. Мы с Ханн через всё это проходили: если выучить основы, то остальное дастся тебе легко. Уже завтра тебя возьмётся обучать один из советников, которого выберет Иль Кан.

– Но обучение начнётся не раньше завтрашнего дня? – с надеждой просила Элена, желая ещё немного поспать.

– Основное – да. Сегодня тебе надо выучить клятву верности королю и правила поведения на церемонии коронации.

– А это обязательно? Я же доказала верность новому королю, став его секундантом на поединке с Императором, – обречённо простонала Элена, расчёсывая волосы. – Может, я просто постою в уголке и буду повторять все фразы да поклоны за остальными?

– Обязательно. Исключение – жители других земель, вроде Зелёных Холмов, Нейтральных и Даркайна. Не забывай, что Иль Кан был предан королю Джаару, а значит, будет, как и он, поддерживать традиции Кэррей. Это простолюдинам легко, а у нас… Забыл отвесить поклон, вставил не вовремя слово – и всё, на тебя уже смотрят как на низшего, а не на равного.

– Хватит её пугать, Сана, – отмахнулась Сарайя, удобно расположившись в кресле у окна, – что-то я не видела здесь никого, действующего строго в рамках традиций. Все живые и адекватные люди.

– Они ещё не знают, как следует себя вести, – покачала головой Сана. – Те, кто помнят нас с Ханн – взаимодействуют с нами исключительно в рамках этикета. Что же касается вас, даркайнцев – жители Двора ждут указаний нового короля. И уже потом будут поддерживать нужную линию поведения с вами.

– Как же всё сложно, – зевнула Сарайя. – Надеюсь, Мунхо не вдохновится традициями Кэррей и не устроит подобную пытку в даркайнском дворце. Когда его восстановит, конечно. Мне повезло, что я гостья в Кэррей и на меня ваши традиции не распространяются.

– Да, тебе достаточно всего лишь не спровоцировать конфликт до коронации, а уж после неё – ты, как почётная гостья короля, неприкасаемая, – разъяснила ей Сана.

– Ханнала, я так понимаю, не придёт, – вздохнула Элена.

– Нет, – покачала головой Расана. – Она по уши в работе. На её плечах безопасность всего Двора во время коронации.

По дороге в обеденный зал Сарайя не удержалась и шёпотом спросила у Элены:

– По поводу вчерашнего… О чём вы говорили с Мунхо за пределами Двора? Не просто же так, вы отправились на встречу с Дарраном без отряда.

– Не думаю, что Мунхо обрадуется, узнав, что я всё тебе рассказала , – хитро прищурилась Элена. – Понравились цветы?

– Очень!

– Вот и славно, кто знает, может он додумается и до другого.

– Эленушка, милая, я никому ничего не скажу. Пусть это останется строго между нами.

– Значит, мне заткнуть уши или уйти? – строго посмотрела на охотницу Расана.

– Брось, ты же своя, – покраснела Сарайя. – Просто Мунхо… Он слишком строг и суров. Мы с ним как небо и земля, слишком разные.

– Противоположности притягиваются, слышала? – сменив строгий тон на улыбку, сказала лекарша и подошла к длинному столу в центре зала.

Несколько служанок уже закончили расставлять чашки с напитками, фруктами, сладостями, и, молча поклонившись Расане, удалились, оставив трех девушек наедине.

Сана привычным движением вынула из кармана мешочек, в котором покоился прозрачный кристалл на длинной цепочке и опустила его во все чашки, стоявшие на столе. Цвет кристалла остался без изменений.

– Еда и напитки не опасны.

– Не понимаю, о чём ты вообще переживаешь, – задумчиво произнесла Элена, пригубив горячий отвар с плавающими в нём кусочками свежих ягод. – Мунхо верный, надёжный и храбрый. С ним ты будешь в безопасности. Гораздо хуже, если бы он был такой, как ты – вспыльчивый и эмоциональный. То, что придаёт неповторимый шарм тебе, совершенно не красило бы его, взрослого опытного воина, – добавила она, глядя на озадаченную подругу.

– Ох, ладно, скажу. Только не смейтесь, – решилась Сарайя. – Я боюсь, приняв его предложение, остаться с ним наедине. Точнее, я не знаю что мне делать и как следует себя вести. Он – опытный мужчина, и явно захочет большего, нежели совместная охота или невинные прогулки под луной. А я… Я даже не целовалась ни разу за всю свою жизнь. Вдруг, я покажусь ему скованной, неумелой, и Мунхо разочаруется во мне.

– Думаю, он не из тех, кого это остановит, скорее, наоборот, – не выдержав, хмыкнула Элена.

– Не смешно, – обиделась Сарайя. – Отчасти, я вам завидую. У тебя, Элена, есть Иль Кан, а у тебя, Сана, был Феррайн. Здесь, с вами, я чувствую себя довольно уверенно и спокойно, но скоро мы покинем Кэррей и направимся возрождать наш Даркайн. И там уже не будет рядом верных подруг. Будем только я, Мунхо и Дарран.

– Не забывай про своих сестёр и мать, – напомнила её Расана.

– Да сёстры, узнав о моих страхах, первыми меня засмеют!

– Считаешь, что Мунхо слепой? Думаешь, он не знает, какая ты на самом деле и не поймёт, что тут дело нечисто? Сомневаюсь, что он воспримет твою перемену в поведении как должное, внезапно увидев рядом с собой опытную соблазнительницу, которая не испытает ни смущения, ни удивления при виде его обнажённого…

– Перестань! – густо покраснела Сарайя и залпом выпила целую чашку горячего отвара.

– Не дури, подруга, – улыбнулась Расана. – Воины Даркайна – одни из самых честных и благородных людей во всех окрестных землях. Мунхо неоднократно оправдывал твоё доверие, доверься и ты ему.

– Честные, да только не все, – простонала охотница, которая умудрилась обжечь напитком язык. – Один Залар чего стоил.

– Залар получил по заслугам. И он со своими подельниками – лишь исключение, подчеркивающее правило.

– Про благородство и честность ты прям в точку, – не выдержала Элена, прожевав кусок яблока, – всем бы поучиться этому в Школе.

– Не забывай, что ты говоришь о моём близком друге, – нахмурилась Расана.

– Слушай, Сана, а зачем его вообще его надо было запирать в пустых покоях? Что это за приготовления такие? – решила перевести тему Элена.

– Чтобы ты не испортила ему настроение ещё сильнее, – не удержалась Сана. – Ладно, это древняя Кэррейская традиция. Официально звучит так: “Возможность дать будущему королю прочувствовать всю ответственность и важность коронации и последующего правления”… Или как-то так… В общем, чтобы настроился на долгие годы процветания Кэррей.

– А неофициальная, чтобы никто не грохнул будущего короля ещё до церемонии, пока все заняты приготовлениями и бдительность ослабла? – прищурилась Сарайя.

– Угадала, – засмеялась Расана. – Ладно, завтрак съеден, вопросы сердца и души частично решены, настало время учёбы. Элена, бери бумагу и карандаш, будешь записывать клятву.

Вздохнув, Элена приготовила письменные принадлежности и начала записывать текст под диктовку…

Тем временем Ханн, в сопровождении воинов из Даркайна, внимательно осматривала каждый потаённый уголок Имперского Двора.

– Всё чисто, – кивнула она Мунхо и Даррану, проверив гостевые дома, расположенные в обширном саду. – Не нравится мне это.

– Что именно? – спросил подругу северянин.

– Всё слишком спокойно… Так не бывает.

– А может, после кровавого тирана, смена власти на знакомого всем ранее, храброго и благородного генерала не вызывает желания сорвать церемонию? – попытался было успокоить обеспокоенную подругу Дарран.

– Всегда найдутся те, кто считает иначе, – возразила Ханнала. – Император был тем ещё ублюдком, но не забывай – зло притягивает зло. И его последователям, уже вкусившим запретный плод вседозволенности и хаоса, не нужен правитель, несущий справедливость. В этом случае они будут связаны по рукам.

– Она права, – задумался Мунхо. – Давайте ещё раз проверим всё хорошенько и усилим охрану на вечер. Иль Кан – не только наш друг, но и будущий союзник. Пускай сегодняшний день будет праздником для него, а мы хорошенько поработаем для безопасности Имперского Двора.

Ханн вполуха слушала друга. Её внимание привлёк один из стражников, совершающих регулярный обход. Вместо того, чтобы внимательно осматривать территорию, он не сводил с дочери бывшего телохранителя короля Джаара взгляд мрачных глаз. Но не успела Ханнала сделать в его сторону даже шаг, как навстречу девушке бросилась старая знакомая – служанка, по имени Лелана, которая была приставлена к ней ещё до переворота, а теперь вновь с радостью служившая своей госпоже.

– Ханнала, умоляю, простите, не хотела вам мешать! На выходе из дворца вы уронили платок. Я искала вас по всему Двору, чтобы его отдать!

– Платок? Лелана, что за бред, ты же знаешь, что я не ношу платки, – раздражённо ответила Ханн.

Стражник, привлекший её внимание, успел уже скрыться из виду, и девушка испытывала одновременно разочарование и злость.

– Нет, госпожа, я уверена, что он ваш, – умоляюще взглянула на неё Лелана.

Неожиданно Мунхо сам взял из рук служанки платок и быстро сунул его себе в карман.

– Это мой, – громко произнёс воин, рассчитывая чтобы его слышали все, кто находился в саду в тот момент. – Подарок для Сарайи.

– Платок? Для Сарайи? Мунхо, ты, случаем, на солнце не перегрелся? – удивлилась Ханн.

Внезапно Дарран взял её за руку и тихо скомандовал:

– Уходим..

Ханн в недоумении проследовала за даркайнцами, которые быстро поднялись по ступенькам невысокого крыльца и скрылись за дверью гостевого дома. Закрывшись в одной из комнат, Мунхо развернул платок, из которого выпал маленький клочок бумаги. Воин успех схватить его на лету, пробежал глазами содержимое и протянул двум друзьям.

– Так я и думал. Ханн, это предупреждение.

– “Опасность на церемонии. Следите за одноглазым. Не дайте охраняющим двери дворца проникнуть после клятвы в тронный зал”, – прочитала вслух Ханн и добавила, – откуда она узнала про это?

– Возможно подслушала заговорщиков.

– Если только это не ловушка, – покачал головой Дарран.

– Лелана всегда была мне верна, – возразила Ханн.

Договорившись обсудить план действий в компании остальных даркайнцев, трое друзей вышли из гостевого дома и, не торопясь направились в сторону дворца.

Имперский Двор был наполнен суетой: люди сновали туда-сюда, стремясь закончить все приготовления до темноты.

Сетия, по просьбе Иль Кана, взяла на себя обязанности по подготовке праздничного пиршества и обещала помочь с нарядами подругам. Словно опытный полководец, жена Джина командовала обширным штатом подчинённых и проводила всё время в перемещениях из кухни в сады, затем к портным и обратно на кухню.

– Расскажем друзьям о надвигающейся беде? И, главное, должен ли знать об этом Иль Кан? – шепотом спросила Ханнала друзей, сев отдохнуть на лавке в тени раскидистого дерева у одного из садовых фонтанов.

– Не стоит их волновать. Иль Кана мы не увидим до начала церемонии, Расана и Сарайя помогают Элене выучить клятву, у Сетии итак дел по горло. Если кому и стоит рассказать о послании, то это – Джин.

– Ханнала, – произнёс Мунхоррайн. – Ты справишься, а мы тебе поможем. Запомни, твой долг – доказать новому правителю, что ты способна блестяще выполнять обязанности главы королевской охраны.

– Вы правы, – помолчав, кивнула Ханнала. – Никто и ничто не помешает мне занять место отца.

Друзья невольно погрузились в молчание, задумчиво глядя на работающий фонтан. Каждый понимал, даже с учётом смерти Императора, опасность не миновала. И сегодняшний вечер – доказательство тому, что расслабляться было ещё очень рано.

Глава 6

Солнце заканчивало путешествие по небосводу и величественно приближалось к линии горизонта, окрашивая небо в яркие розовые и оранжевые цвета.

С каждой минутой Имперский Двор становился всё более шумным и оживлённым. К его стенам уже начали подтягиваться жители Кэррей и окрестных деревень, с нетерпением ожидая назначения нового короля.

Во Дворе было светло, словно днём. Гирлянды красных и жёлтых фонариков обрамляли возведённые шатры и свисали с деревьев, словно тысячи светлячков. Столы ломились от угощений, вазы с охапками цветов занимали собой всё свободное пространство, а музыканты и танцоры заканчивали последние репетиции и настраивали инструменты.

В самом же дворце заканчивались последние приготовления. Подруги облачились в бело-золотые одежды, согласно традициям Кэррей, и наводили марафет в комнате Элены, а наряженные, по случаю коронации, девочки-служанки, вплетали им в волосы белые и красные цветы.

– Вас тоже переполняют эмоции? – возбуждённо спросила Сарайя, комкая в пальцах подол платья. Оно соблазнительно облегало стройную фигуру охотницы, но от этого смуглянка чувствовала себя ещё более неловко. – С детства носила лишь штаны да рубашки, а в таких нарядах особо не побегаешь по лесам. Боюсь представить реакцию Мунхо… Уверена, они с Дарраном умрут со смеху при виде разодетой меня, да ещё и с охапкой цветов в волосах.

– Сарайя, перестань накручивать себя, – попыталась успокоить её Ханн.

– Да, – поддержала её Сана. – Бери пример с Элены: она спокойная, как удав, переваривающий зайца.

– Ничего я не спокойна, – пробормотала Элена, в тысячный раз повторяя про себя слова клятвы.

– Лучше бы ты повторяла клятву верности Кэррей. Она гораздо сложнее, – шутливо поддела её Ханн, не представляя, что последует за этим.

– Ка… Какую клятву Кэррей? – запинаясь, спросила Элена. Щёки девушки, красные от волнения, мигом стали белыми, словно снег.

– Как какую? – искренне удивилась Ханнала, – эту клятву приносят все, кто желает связать своё будущее с Кэррей. Мы с Расаной давали её ещё в детстве, а без неё ты даже не можешь произнести клятву верности королю.

– Ханн, ты шутишь? – у Элены аж потемнело в глазах.

– Как же я могла про неё забыть! Я ведь даже не помню правильную последовательность слов, – срывающимся голосом прошептала Расана.

– Чем же вы сегодня ведь день занимались? Пытались запомнить всего лишь несколько простых предложений? – возмутилась Ханн.

– И что теперь будет? Элена не сможет присутствовать на церемонии? – взволнованно спросила Сарайя.

– Я первая читаю клятву верности королю, – вздохнула Ханнала. – Попробую как-то ему передать, что ты не знаешь базовую клятву. Мы ведь не знаем, ты уроженка Кэррей или нет, поэтому клятва должна быть принесена. Думаю, Иль Кан найдёт выход из этой ситуации.

– Элена, прими мои искренние извинения, – расстроено произнесла Сана. – После коронации я поговорю с Иль Каном и возьму всю вину на себя.

Подруг прервал стук в дверь. Показавшаяся на пороге Сетия объявила, что пора идти в тронный зал. Девушки покинули комнату и направились вслед за ней.

– Ну что, готова увидеть, как избранник твоего сердца становится правителем Кэррей? – поддела подругу смуглянка.

– Перестань, – шикнула на неё Элена. – Это последнее, о чём я сейчас думаю.

Глазастая охотница легонько ткнула её локтем в бок, и, подмигнув, мигом очутилась между Сетией и Ханн.

– Надеюсь, Мунхо найдёт способ укротить твой буйный нрав, – покачала головой Сана.

– Тогда, я уже буду не ваша любимая и несравненная Сарайя, правительница возрожденного Даркайна.

– Значит, ты приняла решение касаемо будущего с Мунхо? – спросила её Элена, направляясь по коридору в тронный зал.

– Да, – коротко ответила охотница. – Не буду мучить сурового воина.

Девушки остановились перед массивными дверями высотой до потолка, ведущими в просторный зал, где должна пройти церемония коронации.

Улыбки на губах сменились волнением на лицах всех подруг: слишком многим они пожертвовали, потеряв близких и друзей, ради всеобщей цели. Стража, охраняющая вход в зал, молча поклонилась и расступилась, отворив двери.

Сетия, идущая во главе, сразу же прошла направо, встав неподалёку от трона, у края широкой ковровой дорожки ярко-алого цвета.

Противоположную сторону заняли Мунхо, Дарран и Банджин, а напротив девушек уже нетерпеливо переминались с ноги на ногу несколько мужчин почтенного возраста.

– Это бывшие советники Джаара, – шёпотом пояснила Расана. – Им удалось вовремя покинуть дворец и сбежать. Иль Кан посчитал, что они могут снова занять свое место в Имперском Дворе.

– Ясно, а где остальные даркайнцы? Им не разрешили присутствовать на церемонии? – удивлённо спросила Сарайя.

– Скоро увидишь, – ответила Сетия. – Правда, пришлось немного нарушить правила, но безопасность короля превыше всего.

Как только все приглашённые заняли свои места, Ханн склонилась к Элене и прошептала:

– Напоминаю ещё раз. Как только назовут твое имя и объявят о первой клятве – внимательно слушаешь меня и повторяешь все слова. Я уже разузнала: твоя очередь сразу после Расаны. Затем объявляют вторую клятву, подходишь к новому королю, останавливаешься на расстоянии трёх шагов от него и становишься на правое колено, после чего громко произносишь нужные слова. Глаз вверх не поднимать, это будет расценено как неуважение. Иль Кан скажет, когда тебе встать или даст понять жестом. Встала, кланяешься, разворачиваешься и идёшь на своё место. Внимательно следи за мужчиной в красной мантии, его имя Галан. Он из семьи, которая уже три поколения ведёт все торжественные церемонии в Кэррей. Делай всё, как он говорит.

– Началось, – прошептала Расана.

Все присутствующие обратили взоры ко входу в тронный зал, где показался высокий господин в тёмно-красных одеждах и стража сразу же закрыла за ним двери. Он неторопливо вышел на середину и встал в центре красной дорожки, спиной к трону, а затем поднял правую руку вверх:

– Прошу соблюдать порядок и проявить уважение к вековым традициям нашей родины – Кэррей!

После слов Галана, в зале повисла гробовая тишина.

– Сегодня мы станем свидетелями начала новой главы в истории нашего края. Эпохи приходят и уходят, рождаются и умирают великие герои, сменяются поколения, но одно остаётся неизменным – каждый правитель Кэррей, навсегда остаётся в истории и сердцах людей. Окажется ли он достойным светлой памяти или же станет символом кровавых, наполненных болью лет, покажет лишь время. И время нового короля пришло!

Галан указал рукой на вход, и стража, охранявшая зал изнутри, подчиняясь, снова открыла двери.

Элена, при виде открывшейся её взгляду картины, почувствовала, что сердце забилось так громко и тяжело, что, казалось, его слышат все присутствующие здесь.

Медленно, в сопровождении четырёх воинов Даркайна, в тронный зал вошёл будущий король Кэррей. Черная мантия, украшенная золотой вышивкой с изображениями птиц, раскинувших крылья, капюшон, полностью скрывающий лицо. Высокие кожаные сапоги с металлическими вставками в виде традиционных кэррейских узоров и перчатки из кожи довершали картину, придав вошедшему внушительный, но обезличенный вид.

Как ранее пояснила Элене Расана, это была ещё одна старая традиция, но историю её возникновения девушка вспомнить так и не смогла.

Фигура в чёрном подошла к Галану и, склонив голову, медленно опустилась на колени.

– Назови себя! – громко произнёс Галан.

– Я – Иль Кан. Бывший генерал армии короля Джаара, принёсший клятву верности Кэррей.

– Ещё!

Фигура встала на одно колено, не поднимая головы и произнесла:

– Я – Иль Кан, в кэррейском поединке победивший Императора – захватчика, скрывшего ото всех своё истинное имя.

– Назови свои намерения! – повысил голос Галан.

– Я намерен занять трон Кэррей, ставший моим по праву древних традиций, – следом за ним повысил голос Кан, медленно вставая на ноги и поднимая голову, – данное право не может быть оспорено никем, кроме Высших Сил. Я намерен вести Кэррей к миру и процветанию, быть мудрым и достойным правителем, который займёт почётное место в истории. Я намерен стать бессмертным в памяти тех, кто останется после меня, на долгие поколения. Клянусь!

– Открой лицо и назови себя ещё раз!

Иль Кан откинул капюшон назад и медленно произнёс:

– Я – Иль Кан, признанный король Кэррей.

Галан, низко поклонившись, сделал шаг в сторону. Иль Кан с высоко поднятой головой подошёл к трону и занял своё, теперь уже законное место.

Все присутствующие в едином порыве преклонили правое колено, приветствуя короля. Лишь только Ханн осталась стоять на ногах. Пользуясь тем, что её в данный момент видел только Иль Кан, она жестами объяснила в чём дело и получила в ответ одобрительный кивок. Стараясь ступать как можно тише, она прокралась в сторону выхода и ужом скользнула в открытые двери.

– Надеюсь, Расана и Элена меня поймут, но, жизни всех присутствующих, включая вас, гораздо важнее, – прошептала Ханн, кидая виноватый взгляд на подруг.

Иль Кан, убедившись, что подруга покинула тронный зал, встал с места и вышел вперёд.

– Пришло время клятвы верности новому королю, – произнёс Галан, – после чего, рождённые и принявшие законы Кэррей, будет верой и правдой служить Его Величеству. Нарушение клятвы карается смертной казнью. Те, кто не являются жителями Кэррей, должны оставаться на своих местах. Ханнала, дочь Хангавала, ты первая…где Ханнала?

Элена в панике огляделась по сторонам нигде не увидев подругу.

Иль Кан подозвал к себе Галана и что-то ему прошептал. Тот нахмурился и шёпотом ответил королю, затем громко объявил:

– Расана, дочь Пореана – твоя очередь.

Сана гордо прошла вперёд, опустилась на одно колено и громко зачитала слова клятвы верности. Иль Кан, сделав шаг в её сторону, протянул руку девушке, и лекарь, прошептав лучшему другу несколько коротких фраз, прошла на своё место.

– Элена! – услышала она голос Галана.

– Прощай, Имперский Двор, – прошептала она, готовясь к самому худшему, ведь Расана не помнила нужных слов.

– Согласно традициям, ты сперва должна дать клятву верности Кэррей.

– Галан, – внезапно произнес Иль Кан. – Элена стала решающим фактором в бою с Императором, обезвредив секунданта, который пытался вмешаться в ход поединка. Будет справедливо дать ей привилегию произнести клятву, стоя рядом со мной.

“Вот как ты решил мне отомстить за мою дерзость?”, – едва сдерживая слёзы, подумала Элена. – “Публично унизить при всех?”

– Желание Его Величества не идёт вразрез с традициями, – кивнул Галан. – Элена, выйди вперёд.

Она медленно подошла к королю.

– Преклонись, – велел ей Иль Кан, и она, смирившись с неизбежным, выполнила требование.

Элена уже была готова честно признаться, что не знает слов, как вдруг почувствовала движение рядом с собой и с изумлением поняла, что Кан также преклонился перед ней.

– Повторяй за мной, – услышала она тихий шёпот возлюбленного. – Клянусь в верности Кэррей…

Обрадовавшись, она громко повторила за Иль Каном слова первой клятвы, даже не представляя, как он догадался обо всём и смог выкрутиться из положения, спасая её.

Закончив, Иль Кан поднялся и отошёл от неё на три шага.

– Ваше Величество, это не соответствует нашим традициям! – возмутился Галан.

– Человек, спасший жизнь королю, достоин того, чтобы правитель в благодарность склонился перед ним. Именно так поступил Его Величество Джаар с правителем Конхарром, и вы все были свидетелями, вместе со мной.

– Да… Полагаю, вы правы, – подумав, кивнул ведущий церемонии. – Но мы не закончили. Элена, время произнести клятву верности королю.

«Думаю, к концу вечера, мне уже будет тошнить от слова «клятва», – выругалась про себя Элена, но подчинилась и, соблюдая все церемонии, произнесла выученные днём слова.

Через мучительных полчаса, казавшихся подругам вечностью, с клятвами было покончено. Иль Кан первым, в сопровождении воинов Даркайна, покинул тронный зал. Следом за ним выбежали Мунхо и Дарран. Ханн по-прежнему было нигде не видать.

– Может, кто-нибудь скажет, что здесь происходит? – недоуменно вертела головой по сторонам Сарайя.

– Не знаю, но, что-то явно не так, – пробормотала Расана.

– Нам пора, – подошёл к девушкам Джин, – дождёмся наших друзей внизу. Уверен, как только они вернутся, то всё нам объяснят.

Долго ждать им не пришлось. Как только небольшая компания вышла из дворца, внизу, у шатров, они увидели Иль Кана в компании всех даркайнцев и Ханн, которая, взволнованно махая руками, что-то объясняла новому королю, а затем, они все вместе куда-то ушли

– Судя по тому, что нас в свою компанию они не пригласили, мы не должны о чём-то узнать, – нахмурилась Сарайя. – Где, кстати, наши места?

– Вон там, – показала Сетия на стол, рассчитанный лишь на их небольшую компанию. Как и другие столы, он находился под навесом, но в некоем отдалении от шатра короля.

– Нам не дозволено сидеть за одним столом с Иль Каном? – удивилась охотница.

– В ближайшие несколько часов ему будет не до нас. Сотни людей желают поздравить короля и выразить своё почтение. Мы не сможем ни обмолвиться с ним парой слов, ни самим нормально поговорить. Присоединимся к Иль Кану, когда людской поток хоть ненадолго иссякнет.

Компания села за стол, уставленный всевозможными угощениями, но от волнения к еде они так и не притронулись.

– Иль Кан молодец, что смог найти способ подсказать тебе клятву, – произнесла Сана, доставая свой кристалл.

Элена промолчала, не спуская глаз с навеса, где всё ещё пустовало место нового короля. Стоявшие неподалёку люди уже начали было взволнованно перешёптываться, но, король с даркайнцами наконец вернулись, заняв свои места.

Ханн, оглядевшись по сторонам, высмотрела в толпе подруг, и, лавируя между прислугой и гостями, направилась к ним.

– Джин, – обратилась она к хозяину поместья в Нейтральных Землях. – Иль Кан просит тебя присоединиться к нему, говорит, вам есть что обсудить.

Супруг Сетии поспешил к навесу Иль Кана, а Ханн, с невозмутимым выражением лица села за стол:

– Сана, ты уже проверила еду и питьё?

За столом повисло молчание. Подруги в недоумении смотрели на девушку, а та спокойно взяла кувшин, налила себе полный бокал вина и выпила залпом.

Сарайя не выдержала:

– Так и будешь молчать? Почему ты ушла с церемонии? Куда вы пошли без нас? Почему мужчины сидят отдельно? Не молчи! ХАНН!

Вместо ответа, дочь телохранителя Джаара, налила себе ещё один бокал вина и тут же осушила его до дна.

– Так, Ханнала, – повысила голос Сарайя, – я сейчас пойду к Иль Кану и громко, чтобы все слышали, спрошу, что происходит, а если и он не ответит – прижму к стенке Даррана, а лучше – Мунхо!

Девушка, вместо ответа, налила себе третий бокал, но Расана, покачав головой, его тут же отобрала. Ханн усмехнулась и произнесла:

– Нас всех могли сжечь заживо в тронном зале.

Расана вместе с Эленой переглянулись и хором воскликнули:

– Что?

– Тише, – приложила палец к губам Ханн, – не привлекайте к нам излишнего внимания. Проблема устранена и опасность миновала. Иль Кан попросил хотя бы постараться не говорить ничего вам до завтра, чтобы не портить настроение.

– Постараться? – не веря своим ушам, переспросила Сарайя.

– Да, зная тебя, Кан сказал именно “постараться”.

– Что же случилось? – заволновалась Расана. – Кому-либо нужна моя помощь? Никто не пострадал?

– Никто… По крайней мере из тех, кто на нашей стороне. Ладно, сейчас я вам всё расскажу.

Глава 7

Ханн не давала покоя информация о том, что во время коронации будет подвержен опасности новый король Кэррей.

Решив прислушаться к совету опытных друзей, прошедших Воинскую Школу Даркайна, она подготовила себя к любому развитию событий.

Перед началом церемонии она заметила стражника, стоявшего в дверях тронного зала. Его левый глаз был скрыт под чёрной повязкой, сверху прикрытой волосами. Девушка тут же вспомнила послание Леланы, спрятанное в платке.

Боясь упустить подходящий момент, она дождалась, пока присутствующие склонятся перед Иль Каном и передала ему послание о готовящемся покушении на языке жестов, которым владели все телохранители и солдаты Армии Кэррей. Получив от него разрешение, Ханн пробралась на выход из зала и увидела, что одноглазый куда-то исчез, а вместо тех, кто стоял в дверях до церемонии, зал охраняли трое других людей.

Приложив свой любимый нож к шее одного из самозванцев, она кивнула следящему за ней Кану и вытолкнула его в коридор. Дочь телохранителя завела псевдо-стража в ближайший тёмный закуток. Горе-злодей, не в силах сопротивляться совсем не женскому поведению Ханн, выболтал ей весь план по ликвидации нового короля и его приближённых, а после был оглушён метким ударом рукоятки ножа в висок.

К сожалению, узнать, кто стоял за покушением, ей так и не удалось: эту тайну, по словам липового стражника, знал только одноглазый.

Выросшая в Имперском Дворе, Ханнала прекрасно знала расположение всех лестниц и коридоров, включая даже тех, о которых было известно лишь нескольким телохранителям, генералу и самому королю Джаару.

Девушка набросила на себя снятый с оглушённого стражника тёмно-серый плащ, пробралась в указанное им место и спешно принялась за дело.

План заговорщиков был ужасен: пока всё внимание было приковано к коронации, одноглазый с подельниками напали на стражу, стоявшую с внешней стороны зала, и свернули им шеи. После этого, часть мерзавцев уволокла тела прочь, а остальные заняли место убитых на входе.

После третьей клятвы, противники нового короля должны были перенести ко входу в зал небольшие глиняные горшки, заполненные до краёв легковоспламеняющейся смесью.

Те, кто сменили настоящих стражников, встали в проходе, не давая присутствующим в тронном зале разглядеть, что будет твориться в коридоре. Впрочем, никому до этого не было дела – все смотрели только на короля.

После того, как с клятвами было бы покончено, новый король первым бы направился на выход из зала. И вот тут-то псевдо-стража с подельниками должны были закидать горючей смесью правителя Кэррей, поджигая его и окружающих людей.

Ханн огляделась по сторонам: это была небольшая кладовая, где прислуга хранила подручные средства для уборки дворца. Она успела расколотить с десяток глиняных посудин, как вдруг услышала быстрые шаги, а через мгновение уже отбивалась от нескольких заговорщиков, пришедших за первой партией смеси.

К сожалению, каким бы опытным воином ни была Ханнала, она не смогла справиться со всеми, лишь ранила троих. Враги поняли, что их план раскрыт и в любую секунду к ней могло прийти подкрепление. Они с силой толкнули девушку в сторону остальных горшков, а сами бросились бежать.

Чертыхаясь, Ханн уничтожила остальные глиняные сосуды и ринулась со всех ног обратно, к тронному залу.

Выдохнув с облегчением она поняла, что коронации никто не помешал, и побежала на поиски Иль Кана и даркайнцев. Она нашла их уже во Дворе, идущими к навесу.

В двух словах рассказав о том, что произошло, она призналась, что врагам всё же, удалось сбежать. Иль Кан с даркайнцами попытались вычислить беглецов по кровавым следам. Двоих найти и обезвредить всё же смогли, когда те пытались перелезть через высокую стену Имперского Двора, остальных поймать не удалось.

Ханн закончила рассказ и перевела дух. Подруги ошеломлённо молчали. Никто не ожидал, что во время коронации и мирной прогулки от тронного зала до навеса, в жалкой сотне метров от них будут кипеть кровавые страсти.

– А ты хороша, – нарушила молчание Сарайя. – Подралась с несколькими мужчинами, не испортив ни платье, ни даже причёску. Я бы уже была растрёпанная и лохматая, как лесной дух. Сразу видно, что ты родилась в знатной семье.

– На мне был плащ стражника, – нервно засмеялась Ханнала, – это и спасло мой наряд.

– Надо бы наградить служанку, что предупредила тебя о планах врага, – улыбнулась Сетия.

– Не сейчас, – покачала головой Ханн. – Нескольким мерзавцам удалось сбежать. Если они узнают, что Лелана внезапно получила награду – она попадёт под подозрение. Неизвестно, что с ней сделает тот, кто всё это организовал.

– Я рада, что вы так заботитесь о слугах, – кивнул ей жена Джина. – Вот оно – истинное благородство, оценивать людей не по происхождению, а по поступкам.

– Не забывай, что ещё неделю назад, мы все были в худшем положении, чем все слуги Имперского Двора, – задумчиво произнесла Элена.

Она посмотрела в сторону навеса, под которым сидел Иль Кан, и, поймав его встречный взгляд, тут же покраснела.

Сетия подлила ей вина в бокал. Элена задумчиво наблюдала за звёздами, отражающимися на поверхности рубиновой жидкости, но внезапно почувствовала мощный прилив головной боли.

Вокруг образовался густой туман, а когда он рассеялся, Элена увидела перед собой Иль Кана, а затем и стрелу, насквозь пробившую его грудь.

Видение исчезло, и она снова вернулась в реальность.

– Милая, – услышала она шёпот Сетии. – Тебе лучше вернуться во дворец. Не беспокойся, сейчас там безопасно.

– Сетия, ты… – прошептала Элена, и ясновидящая, незаметно для остальных, сжала её ладонь.

– Прошу меня извинить, сильно разболелась голова.

Девушки удивлённо переглянулись, но задавать вопросов не стали. Элена спешно поднялась по широкой лестнице во дворец и устремилась на второй этаж, где располагались её покои.

За спиной раздались тихие шаги. Не успела она обернуться, как услышала мягкий голос Иль Кана:

– Что-то случилось?

Элена вздрогнула и, чуть помедлив, обернулась. Король стоял в нескольких шагах от балкона и не сводил карих глаз с любимой женщины. В свете взошедшей луны и ламп, догорающих в ночи, он выглядел более расслабленным, чем за последние дни, но, всё же, накопленная усталость давала о себе знать.

Элена стояла перед ним как истукан – не зная, как следует себя вести и что сказать. Кан расценил её молчание иначе:

– Твоя обида настолько велика, что теперь ты не желаешь говорить даже с королём?

– Это не так… Ваше Величество. Я перенервничала и устала. Прошу простить меня за невежливость.

– Почему ты не выучила первую клятву? – Иль Кан не сводил с неё пытливого взгляда.

– Опять эти клятвы, – не выдержав, вспылила Элена, но вспомнила, что стоит перед королём и осеклась. – Я виновата и готова понести заслуженное наказание.

Она склонила голову и была готова смиренно выслушать всё, что ей скажет Иль Кан, лишь бы Расана не попала под удар. Чувства чувствами, но лидер, в силу своего нового положения, уже не мог делать им послаблений, как это было в лесу или Нейтральных Землях.

– Элен, я ценю твою преданность друзьям, но не забывай: если будешь выгораживать каждого и брать вину на себя, в итоге это сыграет с тобой злую шутку. Сейчас это Сана, потом ты прикроешь воспользовавшегося твоим доверием врага?

– Расана не враг! – воскликнула Элена. – Скажи, зачем этот всё?

– Сам бы хотел знать, – тихо ответил Кан. – С того момента, как мы вдвоём прошли через ворота Имперского Двора, и вплоть до этого дня… Даже до этой минуты, я не могу ни понять тебя, ни предугадать, каким будет твой следующий шаг.

– Я…

– Прошу, не перебивай. Элен, как мужчина – я осознаю, что мог обидеть тебя, когда попросил Сану не говорить тебе о том, что я пришёл в сознание. Поверь, у меня была веская на то причина. Но, как король, я вижу, что ты можешь быть опасна – твой гнев и обиду могут использовать против меня. Я в замешательстве…

– Раз так… Я готова покинуть Имперский Двор прямо сейчас! – вспылила Элена, пронзив Иль Кана взглядом своих зелёных глаз. – Я дала клятву верности и сделаю всё, чтобы король из-за меня не пострадал.

Быстро поклонившись, Элена поспешила покинуть балкон, но Иль Кан тут же преградил ей путь.

– А может, отбросишь церемонии, перестанешь мне «выкать» и дашь нам возможность поговорить не как король и его подданный, а как… – замялся лидер, пытаясь подобрать нужные слова.

– Как кто? Как любовники? Как друзья? – не выдержала Элена. – Пойми, всё изменилось. Я вижу перед собой не мужчину, которому отдала всю себя, а кэррейского короля. Теперь я обязана следить за всеми словами, вылетающими из моего рта, следить за всеми поступками и контролировать каждый свой жест. Всё это, – показала она рукой на Двор и дворец, – не даёт мне увидеть того Иль Кана, которого знала я. Извини, но сейчас мне лучше уйти.

Она сделала шаг в сторону, чтобы обойти лидера, но тот неожиданно взял её за руку, и, улыбнувшись, сказал:

– Кажется, я знаю, что делать. Пойдём со мной.

Элена не стала сопротивляться, позволив Иль Кану увести её за собой. Спустя десяток минут и оставив множество пройденных коридоров позади, король поднялся по извилистой лестнице, а затем, открыв последнюю дверь, пропустил возлюбленную вперёд.

От увиденного у неё перехватило дыхание, а сердце забилось так быстро, что чуть не выпрыгнуло из груди.

Они стояли на маленьком балконе самой высокой башни дворца, и перед изумлённой девушкой, ярким, светящимся ковром, раскинулся праздничный Кэррей.

Имперский Двор выглядел большим сверкающим пятном, наполненным музыкой, шумом и праздничными песнопениями, несмотря на позднее время, а луна, ярко светившая в безоблачном ночном небе, была к ним ближе, чем когда-либо.

– Нравится? – спросил замершую в восхищении Элену Иль Кан.

– Это… Неописуемо, – прошептала она.

– Все титулы и традиции остались там, на земле, а здесь есть только мы с тобой. Элен, выскажи мне всё, выплесни накопившуюся обиду, освободи свое сердце от тяжкого груза. Поверь, я желаю тебе только добра.

– Я не знаю, – произнесла Элена, глядя вдаль, – точнее, я сама себя не понимаю. Я люблю тебя больше жизни, но когда я узнала, что ты попросил Расану не пускать меня к тебе, то подумала… Дьявол, да я столько всего подумала, что тебе и не снилось! Я боялась, что больше тебе не нужна, что ты разлюбил меня.

– Скажу честно, – Иль Кан коснулся её подбородка пальцами и посмотрел Элене в глаза. – Я испугался. Некоторое время после того, как я очнулся в лечебнице, я не мог пошевелить пальцем. Лежал, как самый последний калека, и хлопал глазами. Боялся, что останусь таким навсегда и велел Сане не говорить тебе о моём пробуждении. Я бы не смог вынести твоего жалостливого или сочувственного взгляда.

– Это и есть причина? – удивилась Элена.

Неужели всё настолько просто? А она надумала себе страшные вещи.

– Ты должна видеть во мне сильного мужчину, защитника, а не смотреть на меня со снисхождением, – коротко пояснил Иль Кан.

Элена задумалась. Она боялась, что может поддаться минутной слабости и простить возлюбленного, но, вскоре, из-за разницы в их нынешнем положении – снова его потерять.

– Теперь я уверена, что зря разозлилась на тебя, но что ждёт нас потом? – спросила Элена у лидера, боясь услышать ответ.

– Всё зависит от того, как быстро ты сможешь простить меня, – пожал плечами Иль Кан, и отвернулся, чтобы Элена не видела его подрагивающих в улыбке губ. – Я могу оставить тебя здесь одну. Подумай, взвесь хорошенько все «за» и «против», а когда будешь готова – сообщишь мне своё решение. Я выслушаю тебя и приму любой ответ.

Не успел её любимый сделать шаг по направлению к двери, как Элена, проклиная себя за малодушие и слабость, бросилась вслед за ним и обняла Иль Кана со спины, сцепив ладони на его талии в замок.

– Считай, что уже простила. Только не смей оставлять меня здесь одну, – проворчала она, уткнувшись носом в гладкую ткань его королевского плаща.

– Простила? Так быстро? – не сдерживая улыбки, произнёс король, осторожно поворачиваясь к ней лицом. – Или ты, всего-навсего, боишься не найти дорогу из башни в свои покои?

– Какой же ты дурак, – тихо прошептала Элена, и, притянув к себе за шею Иль Кана, запечатлела на его губах долгий поцелуй.

Не в силах выпустить друг друга из объятий, влюблённые смотрели на постепенно затухающие огни Кэррей и уже не могли расслышать стихающие голоса, доносящиеся снизу, из Имперского Двора.

– Так что же теперь с нами будет? – спросила Элена, глядя в ночное небо, которое начало уже понемногу светлеть.

– Я дам всем членам отряда высокие посты, чтобы держать вас как можно ближе к себе. Ханн заслужила занять место своего отца, Расана, как и прежде, будет главным королевским лекарем, а ты… Для начала, пока ты не выучишь основной свод этикета и правил поведения в Имперском Дворе, будешь личной помощницей короля. Так ты постоянно будешь рядом со мной и быстрее поймёшь, что к чему.

– А что насчёт главного советника и генерала?

– Главный советник Джаара погиб, уводя Императора подальше от покоев короля. Благодаря этому, нам практически удалось вывести его из Двора. Надо будет присмотреться к тем представителям высшей знати, кто был на коронации и выбрать замену из их числа. Что касается генерала… Я, правда, не знаю, кто сейчас мог бы им стать…

– Ты… Мы точно что-нибудь придумаем, а сейчас, думаю, нам надо показаться друзьям, а то они могли нас потерять. Как бы не перевернули дворец вверх дном.

– Нет нужды, – засмеялся лидер, – я предупредил даркайнцев о том, что хочу встретиться с тобой и поговорить наедине. Но нам действительно пора идти – близится рассвет, и, по-хорошему, надо ложиться спать. Завтра с утра будет большой совет со всеми представителями знати, живущими во Дворе.

– Отчасти жаль уходить отсюда, – грустно улыбнулась Элена. – Здесь очень красиво.

– Давай как-нибудь, встретим рассвет здесь, вдвоём. Зрелище невероятное. Будучи генералом, иногда я поднимался сюда, и предавался размышлениям до утра. Только небо, звёзды и я… Никаких традиций, интриг и прочих «прелестей» жизни во дворце.

– Я буду рада, вот только…

– Только что?

– Ханн рассказала о том, что случилось. Что вы не смогли поймать нескольких беглецов… Может, ты проверишь, нет ли никого лишнего в моих покоях?

Глава 8

Сарайя, без стеснения зевая во весь рот, уже было хотела со всеми распрощаться и идти спать, но Мунхо, подошедший к их столу, спутал охотнице все планы.

– Хочу поговорить. Вставай, – коротко произнёс он, протягивая Сарайе руку.

По просьбе дворцовых портных, форма даркайнцев специально для коронации была приведена в надлежащий вид: что-то подшили, какие-то детали заменили, а некоторые элементы талантливые мастера воспроизвели с нуля по описанию северян. Волосы будущего правителя Даркайна стягивала новая широкая лента тёмно-бордового цвета, расшитая узорами, по форме напоминающими лесных зверей. А на его шее глазастая охотница разглядела две толстые нити из серебра, поблёскивающие в свете масляных ламп.

«И чего так разоделся?», – фыркнула про себя смуглянка. – «Неужто расстарался для кэррейского короля?»

– Сарайя, не делай вид, будто не слышишь меня, – нетерпеливо повторил воин.

– Сарайя, милая, не согласишься ли ты пойти со мной прогуляться и поболтать под светом луны? – произнесла в ответ охотница.

– Что? – не понял северянин. – Давно ты стала разговаривать сама с собой?

Девушки, сидящие за столом, не выдержали и отвернулись, пряча улыбки и смешки. Суровый и опасный воин, признавшийся, наконец, Сарайе, что она нравилась ему уже долгое время, в её присутствии стал вести себя, словно юнец, делающий первые неловкие шаги на поприще любви.

– Проехали, – закатила глаза охотница, встала и показала ему пальцем на «мужской» навес. – Можешь возвращаться к своим друзьям. Никуда я с тобой не пойду.

– Как скажешь, – пожал плечами Мунхо, пригнулся и одним движением закинул девушку себе на плечо.

Пропуская мимо ушей верещание возмущённой охотницы, он с невозмутимым видом пожелал подругам отлично провести время, а сам, изредка морщась от ударов кулаками по его спине, быстро направился в сад.

– Ставлю десять золотых монет, что уже завтра эти двое будут не разлей вода, – засмеялась Ханнала, глядя друзьям вслед.

– К сожалению, в ближайшие дни все даркайнцы должны будут покинуть Кэррей, – вдохнула Расана. – Несмотря на то, что у нас ожидается и без того множество дел, я буду по ним сильно скучать.

– Сетия, как только во дворце станет немного безопаснее, могу я приехать в ваше поместье на несколько дней? – решившись, спросила ясновидящую Ханн.

– Я всегда буду рада тебя видеть в гостях, – ответила жена Джина, – но, как мне кажется, ты увидишься с ним гораздо скорей.

– Я так и не спросила, как он там…

– Кай делает вид, что его абсолютно не волнует, происходящее в Кэррей, но в душе ему очень тяжело. Я чувствую, что он был бы рад забыть все старые обиды и пойти на примирение с вами, но он боится, что зашёл слишком далеко и пути назад нет.

– Тогда, я просто обязана с ним поговорить, – решительно произнесла Ханн.

– Не забывай, какую он боль причинил Кану и Элене, – вмешалась Расана, – именно они должны решить, стоит ли его прощать.

– Сана права, – кивнула Сетия, – если всё и наладится, то точно не в ближайшие дни. Сейчас никто из них не готов.

За столом повисло молчание. Праздник подходил к концу – гости уже начали покидать территорию Двора, а жители – отправились готовиться ко сну.

– Что ж, – первой встала Расана, – пойдём тогда и мы. А то на утреннем совете будем выглядеть, как те призрачные обитательницы Леса Мёртвых, о которых нам говорила Ханн. Элене повезло, небось уже видит седьмой сон.

Сетия загадочно улыбнулась и кинула быстрый взгляд на самую высокую башню кэррейского дворца.

– Ты что творишь, воин? – Сарайя методично била кулаком несущего её на плече воина.

Била уже не больно, лишь из вредности, мол, не расслабляйся дорогой Мунхо, я всё ещё не твоя. Он лишь улыбался и молчал.

Наконец, найдя более-менее укромное место, он поставил Сарайю на ноги, и на всякий случай сделал несколько шагов назад.

– Что всё это значит, Мунхо? – возмутилась девушка и попыталась было пнуть воина ногой, но достать уже не смогла.

– Ты же сама говорила о том, что я должен совершать красивые поступки, – удивлённо произнёс северянин, пытаясь понять, где он снова прокололся и что сделал не так.

– Утащив меня силой, на глазах всего Имперского Двора, как пустынный дикарь? – вытаращила глаза охотника.

– Хорошо, давай верну тебя обратно, – вздохнул воин.

– Ну уж нет, говори, – сдалась охотница.

– Я долго думал и подбирал правильные слова, – начал Мунхо. – Ты права, я пытался сам всё решить за двоих, не спрашивая твоего мнения. Мы, воины Даркайна, привыкли действовать, а не размышлять. Я прошу тебя принять мои чувства и дать мне шанс доказать, что я буду лучшим спутником по жизни для тебя, и ты не пожалеешь о своём решении. Я даже ленту в волосы попросил расшить в твою честь. Помнишь же этот обычай?

– Да, конечно, – оживилась Сарайя. – Если воину из Даркайна запала в сердце девушка, он вносит в элементы своей одежды что-то, что нравится ей, давая таким образом знать о своих чувствах. Ну-ка, покажи!

Воин склонил голову, позволив ей рассмотреть ленту с вышитыми на ней изображениями лесных зверей, а когда поднял её, увидел, что охотница смотрит на него, поджав губы.

– И с чем же я у тебя ассоциируюсь, дорогой Мунхо? С зайцем, лисой или той толстой неопознанной зверюшкой, что между ними?

– Это ёж. Ты же охотница, лес – твоя стихия, что снова не так?

– Сам догадайся, – надулась Сарайя.

Северянин понял, что и этот раунд проиграл. Чувствуя, как раздражение разрастается в его груди, он решил уйти, дабы не спровоцировать девушку на конфликт. Скоро им предстоял путь в Даркайн, и он не хотел провести эти дни в компании злой и недовольной Сарайи. Сухо пожелав ей хорошего сна, воин направился в сторону дворца, но, не успел он сделать и пары шагов, как услышал:

– Мунхо, прости.

Даркайнец остановился, пытаясь понять: действительно ли с губ Сарайи сорвались извинения или ему послышалось?

– Прости, я не со зла… Я боюсь.

Мунхо удивлённо обернулся и посмотрел на охотницу, которая с тревогой и страхом смотрела ему вслед.

– Боишься чего?

– Тебя, – опустила голову Сарайя.

Осознав, что, если и дальше будет молчать, то своим поведением окончательно отвернёт Мунхо от себя, она сбивчиво выложила ему все страхи и опасения. Выговорившись, охотница, нашла в себе силы посмотреть на даркайнца и увидела широкую улыбку на его лице.

– Сколько мы знаем друг друга? Наверное, всю сознательную жизнь? – спросил воин девушку, осторожно коснувшись кончиками пальцев её щеки.

– Да, – еле слышно ответила охотница.

– Сарайя, хоть раз я давал повод сомневаться во мне?

– Нет.

– Думаешь, я способен отвернуться от тебя или причинить тебе вред?

Девушка молча помотала головой.

– Я прошу тебя об одном: доверься мне. Если тебе страшно – мы не будем спешить, – нежно поглаживая её по щеке своей крепкой мозолистой ладонью, произнёс Мунхо, а затем снял с шеи одну цепочку с ярко-синим кристаллом и аккуратно одел её на шею Сарайе. – Взял с собой из Воинской Школы. А купил ещё до падения Даркайна, когда Марийя отказала мне в трёх свиданиях с тобой. Одну дарю тебе, вторая всегда будет со мной. И прошу, перестань меня бояться. Я тебя очень люблю.

Вместо ответа, охотница привстала на цыпочки и крепко обняла воина, изо всех сил сдерживая слёзы, подступившие к её глазам. Уткнувшись носом в его шею и вдыхая запах разгоряченной кожи с терпкими нотками трав и древесной коры – смеси, которой портные Кэррей обрабатывали новую ткань, она, поддавшись эмоциям, скользнула к его щеке и запечатлела на ней робкий поцелуй.

Даркайнец в ответ нежно коснулся губами её лба. Чувствуя, как она подалась ему навстречу, он начал покрывать поцелуями её лицо.

Луна медленно бледнела, уступая место восходящему солнцу, давая начало не только новому дню, но и новой главы в истории Кэррей, а также новому этапу жизни для четырёх влюблённых людей.

Глава 9

Солнечный луч бесцеремонно проник в раскрытое окно, пробежал по одежде, брошенной на пол, по стенам, кровати и остановился на спящей девушке, перебирая светлые пряди её волос.

Элена, не просыпаясь, поморщилась и перевернулась на другой бок, уткнувшись лицом в подушку. Голоса людей, доносящиеся со стороны Имперского Двора, становились всё громче, и, она с сожалением открыла глаза.

Оторвав голову от подушки, Элена огляделась по сторонам, и в этот момент раздался громкий стук в дверь. Пробормотав шёпотом всё, что думает о подобных бесцеремонных визитёрах, она уже собралась было встать, но, её запястье обхватила другая рука и потянула обратно в постель.

– Не открывай. Кто бы это ни был, скоро ему надоест, и он уйдёт, – сонным голосом произнёс Иль Кан, прижимая любимую к себе.

Как и ожидалось, лидер верно понял намёк девушки, и, осмотрев покои Элены на наличие в них посторонних, остался со своей женщиной до утра.

– Это Сарайя, – обреченно произнесла Элена, морщась от непрекращающегося стука в дверь, – поверь на слово, она не уйдёт. А ещё, если обнаружит тебя здесь, со мной, то через полчаса об этом будет знать весь дворец.

– Скажи ей, что от выпитого накануне вина у тебя разболелась голова, попроси принести от Расаны отвар. Этого времени хватит, чтобы я мог собраться и спокойно уйти, – предложил Кан, быстро поцеловал Элену в кончик носа и, встав с кровати, принялся неторопливо собирать свою одежду с пола. – Высшую знать хватил бы удар, узнав, что королевский плащ был сорван с меня и провалялся всю ночь на полу.

Элена, с невинным видом пожала плечами, мол, я здесь точно не при чём, накинула на себя белоснежный халат и добралась до двери.

– Подруга, ты с ума сошла? – тут же накинулась на неё с порога Сарайя. – Первый совет короля будет через двадцать минут, а ты всё ещё спишь? Ты итак в ссоре с Иль Каном!

– Сарайя, милая, у меня очень болит голова, – Элена сделала мученическое выражение лица, не открывая широко дверь. – Раз ты уже на ногах, принеси от Расаны отвар. А я пока умоюсь и быстренько соберусь.

– Какой отвар? Расана уже направилась в тронный зал. Сходишь вместе с ней в лечебницу после совета, она поможет тебе прийти в себя!

– Тогда иди к остальным, я скоро к вам присоединюсь, – быстро ответила Элена, и смогла-таки захлопнуть дверь перед носом охотницы.

– Мне придётся хорошенько перед ней извиниться, – произнесла она, наскоро умываясь из чаши, стоявшей на прикроватном столике. – Но, признаюсь, надо сказать ей спасибо. Ты мог проспать свой первый большой совет.

– Скажешь ей спасибо вместо меня? – подмигнул лидер, собирая волосы в высокий хвост, а затем накинул плащ и вышел из покоев. Элена расправляла складки на светло-бежевом платье, как вдруг услышала удивлённый писк и насмешливый голос Иль Кана:

– Доброе утро, Сарайя. Успела забыть дорогу в тронный зал? Совет будет точно не здесь.

– Да я это… Элену жду… А ты… Вы… Что, правда?

Элена спешно вставила золотые шпильки в причёску, убирая волосы по бокам и выбежала вслед за Каном в коридор.

– Можете не торопиться, у вас есть ещё десять минут, – не оборачиваясь, крикнул им король.

– Ты же понимаешь, что об этом не должен узнать весь дворец? – нахмурилась Элена, глядя на вжавшуюся в стену Сарайю.

– Даже свои?

– Если понадобится, я расскажу всё сама, – отрезала Элена, направляясь вперёд по коридору.

В тронном зале собрались десятки людей. Вид у большинства был весьма помятый, а особо хитрые представители знати встали за спины более смелых и, оглядываясь по сторонам, то и дело прикладывались к небольшим фляжкам с водой.

Иль Кан не без удовольствия проследил за Эленой и Сарайей, в спешке пробирающихся поближе к трону, и поднял руку, призывая к тишине.

– В первую очередь, я хотел бы ещё раз поблагодарить всех за то, что вы присутствуете здесь, со мной. Все занимаемые должности ранее – так и останутся при вас, поэтому, первым делом, я бы хотел назначить замену тем, кто сейчас не может быть с нами. Галан.

Высокий мужчина средних лет вышел вперёд и поклонился королю.

– Галан, пока я не найду замену главному казначею, погибшему в день захвата Кэррей, прошу взять под контроль казну именно тебя. Жалование будешь получать за две должности.

– Благодарю за доверие, Ваше Величество. Буду готов принять дела сразу после окончания совета, – с довольной улыбкой поклонился Галан и вернулся на своё место.

– Ханнала, Расана, Элена, – следующими вызвал Иль Кан своих подруг по отряду, – Ханн, думаю, ты будешь рада занять место отца и стать начальником стражи Имперского Двора. Если понадобится помощник – выбери его сама.

– Это честь для меня! – радостно воскликнула девушка, – я знаю, что в Имперский Двор вернулись люди, которые были под началом моего отца. Уверена, они будут лучшими наставниками и помощниками мне.

– Расана, ты, как и прежде, будешь занимать должность главного королевского лекаря.

– Принято, Ваше Величество, – кивнула Расана.

– Элена, – едва сдерживая улыбку, произнёс Иль Кан. – Я не могу дать тебе высокий государственный пост, ибо ты не являешься представителем высшей знати, как многие присутствующие здесь. Но, ничто не мешает тебе стать личной помощницей короля.

Элена вопросительно уставилась на любимого, не понимая, как реагировать и чего ожидать. Присутствующие в зале смотрели на девушку с любопытством и недоумением, но никто и не думал возражать.

– Для всех, кто находится здесь, я поясню, – дополнил король. – Она – тот человек, которому я полностью доверяю. Это её чуть не казнил Император, перед этим пытая два дня, но она не выдала меня и своих друзей врагу, в обмен на служение ему или лёгкую смерть. Поэтому, я перед ней в неоплатном долгу. Поскольку ей предстоит выучить правила Имперского Двора и местный этикет, то она постоянно будет рядом со мной.

– Благодарю за столь великодушный жест, – залилась краской Элена.

– К сожалению, у нас больше нет главного советника и генерала Армии Кэррей, – задумчиво произнёс Иль Кан. – Если с советником я приму решение за несколько дней, то армией, до назначения нового генерала, буду командовать сам. На этом, вопрос с должностями закрыт.

Совет длился около двух часов и после его окончания тронный зал быстро опустел. Даркайнцы отправились сопровождать Галана и Мунхо, чтобы те обсудили размер материальной помощи для возрождения Даркайна. Сарайя решила не забивать голову скучными разговорами и дождаться их возвращения в компании своих подруг, которые тут же обступили Иль Кана.

– Рада, что вы успели решить ваши разногласия за столь короткий срок, – произнесла Сана, обращаясь Элене и Кану. – Насколько я знаю, в своих покоях ты не ночевал?

– Я молчала! – тут же вклинилась Сарайя.

– Я приходила, чтобы лично принести тебе похмельный отвар, – улыбнулась Расана, – но мне так никто и не открыл. Я сразу всё поняла.

– Догадливая, – усмехнулась Элена.

– И всё же, я должна предупредить вас, два голубка, чтобы вы были аккуратнее в проявлении своей страсти. В Элене высшая знать должна видеть будущую королеву, а не любовницу нового короля.

– Я буду осмотрителен и не допущу, чтобы Элена оказалась в неловкой ситуации, – вежливо ответил Иль Кан. – Мы будем вести себя осторожно и аккуратно, по крайней мере, до тех пор, пока она не станет моей официальной невестой.

– Ты делаешь мне предложение? – удивилась Элена.

– Прямо сейчас – нет, не та обстановка. Обещаю, я выжду для этой цели самый подходящий момент, – засмеялся король.

– Ладно. Время завтрака мы пропустили, давайте хотя бы вместе пообедаем. Я распоряжусь, чтобы нам накрыли в саду и проверю еду, – кивнула Расана, вышла из тронного зала, но тут же влетела обратно с ошарашенным лицом.

– Иль Кан, там такое! – взволнованно прошептала главный лекарь Имперского Двора.

– Что? – удивилась Ханн.

– Не что, а кто! Ты не поверишь… Это она!

Элена и Сарайя недоумённо переглянулись, не понимая, кто именно напугал их подругу. Иль Кан посмотрел на Расану с немым вопросом в глазах, но она лишь открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Доброго утра, Ваше Величество! – услышала компания чарующий женский голос.

К ним быстрым шагом приближалась молодая девушка, на вид лет двадцати, одетая в дорожное платье фисташкового цвета. Её тёмные волосы рассыпались крупными локонами по плечам. Элена невольно отметила идеальную кожу незнакомки, покрытую ровным золотистым загаром, большие карие глаза, идеальный прямой нос и пухлые губы, оттенка молодого вина.

Иль Кан смотрел на вошедшую, даже не пытаясь скрыть своего удивления. Сделав шаг ей навстречу, он недоверчиво спросил:

– Чоара? Ты жива?

Девушка радостно засмеялась, и, не стесняясь остальных, бросилась на шею короля, крепко его обняв.

– Кто это? – обеззвучно спросила Элена у Ханн.

– Принцесса Чоара, – прошептала ей на ухо подруга, – дочь Джаара.

Наконец, девушка соизволила оторваться от Иль Кана, и, глядя исключительно на него, принялась восторженно щебетать, будто бы он был здесь один, без подруг.

– Мне удалось бежать с родителями Аса Кая в Зелёные Холмы. Знал бы ты, как я оплакивала тебя днями и ночами, будучи уверенной, что генерал мёртв! А когда до Холмов дошли слухи, что мой прекрасный Иль Кан оказался единственным, кто смог убить этого проклятого тирана, я тут же собрала вещи и отправилась домой. Так надеялась успеть на коронацию, но опоздала. Зато, теперь я здесь, рядом с тобой.

Ханн, не выдержав, многозначительно кашлянула, отвлекая внимание принцессы на себя. Чоара с неохотой отвела взгляд от ошеломлённого Иль Кана и соизволила окинуть взглядом остальных. Глаза принцессы недобро сузились, но через мгновение, принцесса согнала маску недовольства со своего лица.

– Ханнала и Расана, какая встреча! Я была уверена, что все придворные дамы Имперского Двора были либо убиты, либо насильно отправлены в гарем!

– Нас спас Иль Кан, – глядя прямо в глаза Чоаре, ответила Ханн.

– А где заноза в мизинце по имени Лина?

– Какая разница?

– А Кай?

– Перестань! – чувствуя, как начинает закипать, произнесла Ханн.

Расана незаметно взяла подругу за запястье и слегка сжала, мол, не сейчас, не накаляй обстановку.

Чоара, в мгновение ока став хозяйкой положения, с удивлением и интересом посмотрела на Элену.

– А кто она?

– Меня зовут Элена. Я – личная помощница короля, – спокойно ответила Элена, понимая, что ещё слишком рано задавать вопросы и надо присмотреться, как отреагируют на появление нежданной гостьи остальные.

– А также, его невеста, а впоследствии – жена, – не выдержала Сарайя, которая сразу почуяла опасность при виде странной незнакомки.

– Вот как? – склонила на бок голову Чоара и ещё раз посмотрела на Элену. На сей раз уже оценивающе. – А как же Линарин? Насколько я помню, именно по ней ты тайно страдал, когда был генералом у моего отца. Ты даже не смотрел на других женщин, тебе была нужна только она.

– Чоара, прошу тебя не поднимать эту тему. Лина мертва, как и мои чувства к ней, – в мгновение ока напрягся Иль Кан, что не осталось незамеченным для Элены.

– Да, ты прав, что это я… – потупила взор Чоара, но тут же защебетала, как ни в чём ни бывало. – Ты уже позавтракал или сразу направился на совет? Позволишь присоединиться к тебе?

– Ступай, отдохни с дороги. За завтраком мне надо обсудить некоторые дела с делегацией из Даркайна. Но ты можешь пообедать с нами, – ответил Иль Кан.

Глядя вслед кэррейской принцессе – дочери прежнего короля, в душе каждого из оставшихся в тронном зале, бушевали совершенно разные чувства.

Расана и Ханнала помнили Чоару, как невероятно хитрую и избалованную наследницу престола, которая успела попить крови практически у всех жителей Имперского Двора.

Ханн не забыла, как неуважительно принцесса обращалась с её отцом – главным телохранителем короля Джаара, на глазах его же подчинённых. Она испытывала наслаждение, ставя в неловкое положение взрослого мужчину, и наслаждалась тем, как опытный воин старается и принцессе угодить, и сохранить лицо.

Не меньше доставалось от взбалмошной принцессы Расане, которую она загоняла просьбами о сиюминутном изготовлении новых снадобий.

Исключением был лишь Иль Кан. Бывший генерал Армии Кэррей оставался единственным, кто не испытывал неприязни к дочери Джаара. Скорее, ему было жаль принцессу.

Он видел в Чоаре несчастную и одинокую девушку, которая отчаянно пыталась добиться внимания своего отца, слишком занятого государственными делами. К тому же, Чоара не знала свою мать – та рано умерла, оставив молодого короля с крохотной малышкой на руках.

Принцесса быстро поняла, что он единственный, к кому она может прийти и выпустить пар, жалуясь и ругаясь на всех, кто ей не нравился в Кэррей. Иль Кан, вместо того, чтобы учить её жизни и читать нотации о том, что она принцесса и должна проявлять терпение, молча слушал её, а иногда, даже мог дать дельный совет.

Компания в полном молчании пришла в сад, где их уже ждали за накрытым столом воины Даркайна.

– Вы словно покойника увидели, – глядя на лица подруг, произнёс Мунхо.

– Не поверишь, так и есть, – всё ещё не оправившись от удивления, ответила Ханн, а затем рассказала даркайнцам про встречу с Чоарой.

– Вот как, – протянул Дарран. – Так быстро успела примчаться с Холмов? Там дня четыре пути, не меньше. Кто ей так быстро доложил о гибели Императора? Не находите это странным?

– Возможно, кто-то из высшей знати, – подумав, произнёс Кан. – Весть о том, что я победил тирана, за час облетела Кэррей. Думаю, кому-то было известно о том, что Чоара успела сбежать из дворца.

– Не нравится мне это, – проворчала Расана.

– Брось, Сана, – улыбнулся Иль Кан. – Я знаю, о том, что во дворце не все любили Чоару…

– …никто не любил, – мрачно уточнила Ханн.

– но, – как ни в чём ни бывало, продолжал Кан, – я уверен, что она на нашей стороне, в конце концов, Император убил её отца.

– Чоара никогда не была на чьей то стороне, – возразила Ханнала, – она всегда делала только то, что было выгодно в первую очередь ей.

– Ханн, – послышались стальные нотки в голосе Иль Кана. – Принцесса только приехала, а ты уже пытаешься настроить окружающих против неё. Не лучшая идея обсуждать дочь Джаара за её же спиной, поэтому, прошу вас с Расаной держать себя в руках и следить за словами, особенно при посторонних.

– Как прикажете, Ваше Величество, – надулась Ханн.

– Очень вовремя ты помирился с Эленой, – поддержала подругу Сана, а затем обратилась к ней. – Не допусти, чтобы она попыталась вертеть перед твоим мужчиной своим…

– Расана! – повысил голос Иль Кан.

Элена промолчала, но, украдкой глядя на лекаря, прошептала: "Поговорим позже".

– Кстати, Элена, хотел дать тебе первое поручение, – король сделал вид, что не заметил её жест в сторону Саны. – Прошу отправиться на главную площадь Кэррей и сделать объявление касаемо восстановления Даркайна. Запиши имена всех желающих и пригласи их завтра после обеда к воротам Имперского Двора. Объясни им, что мы ответим на все их вопросы, объявим размер жалования и обсудим прочие дела. В качестве сопровождающих, возьми с собой охрану из числа солдат, можешь, также взять Сарайю, если, конечно, Мунхо не против, и Ханн.

– Да, конечно – кивнула Элена, – но я пока не могу доверять полностью доверять кэррейским солдатам. Дарран, Мунхо, позволите мне взять в сопровождение даркайнских воинов?

– Без проблем, – кивнул северянин. – Но почему ты не хочешь отправить меня с ними? Всё-таки, дело касается нашей родины…

– Вы с Дарраном понадобитесь мне здесь, – ответил Иль Кан. – Необходимо в кратчайшие сроки решить с вами один вопрос.

– Хочешь отправить с ними Чоару? – не выдержала Ханн, но тут же осеклась под грозным взглядом короля, – ладно, молчу.

После завтрака Иль Кан записал на листе бумаги все данные для объявления и передал их Элене вместе с карандашом и стопкой пустых листов.

– Долго не задерживайтесь, – напутствовал король небольшой отряд, провожая их до ворот. – Как закончите – можете прогуляться по главной улице и заглянуть на кэррейский базар, он в ста шагах от площади, но, пока не советую долго гулять по Кэррей.

– Вернёмся до ужина, – улыбнулась ему Элена, и, увидев нескольких советников, идущих в их сторону, отвесила Кану низкий картинный поклон.

– Буду ждать, – еле сдерживая усмешку, ответил Иль Кан.

Глава 10

– Ахис, плотник, тридцать пять лет, верно? – фальшиво-бодрым голосом спросила Элена очередного добровольца, желающего заработать денег в Даркайне.

– Да, госпожа, – кивнул ей мужчина.

– Спасибо, Ахис, завтра ждём тебя после обеда у ворот Имперского Двора. Ты сможешь задать любой вопрос и получить на него ответ либо от племянника последнего правителя Даркайна, либо от кэррейского короля.

– Благодарю, госпожа. У меня сестра десять лет назад вышла замуж и уехала в Даркайн. А потом, вся их семья погибла, после того, как Император разрушил до основания каменный мегаполис. Для меня – дело принципа помочь возродить северный гигант.

– Я уважаю это решение, Ахис, – поблагодарила его Элена, и, попрощавшись с плотником, облегчённо выдохнула. – Что ж… Поток желающих исчез, итого по списку сто тридцать семь имён.

– Довольно неплохо, – с удовлетворением кивнула Сарайя. – Уверена, сарафанное радио ещё даст о себе знать, и завтра к воротам Имперского Двора, придёт ещё больше народа.

– И это только Кэррей, не забывай про Нейтральные Земли и Зелёные Холмы, – ответила Элена.

– Я предложу Мунхо свою помощь в охоте, – задумчиво произнесла Сарайя. – Я не большая и сильная, чтобы работать с камнями, но буду рада учить женщин-добровольцев ставить силки по лесам, стрелять мелкую дичь из лука, собирать местные ягоды и корешки, чтобы обеспечивать трудяг едой… Моя мама может руководить посевными работами и, если постараться, до первых заморозков, мы получим совместный общий урожай… Конечно, немного выйдет, так как основную посевную мы пропустили, но всё же, не оставим людей зимой без еды.

– Ты – молодец, Сарайя, – похвалила охотницу Ханн. – Смотришь в будущее ясным и позитивным взглядом. Такую трудолюбивую правительницу точно будут любить и уважать.

– И Мунхо с радостью поддержит твои идеи, – добавила Элена.

Подруги уже собрались было уходить с опустевшей площади и направиться на базар, как вдруг Элену окликнули по имени. Даркайнцы первыми узнали подошедших людей и тут же достали оружие.

– Какой тёплый приём, секундант нового короля, – ответил один из них, одетый в форму солдата Кэррей. – Не узнала?

– Элена, назад, – коротко приказала ей Ханн.

– Не надо, – произнесла Элена, присмотревшись к незваным гостям, – уберите оружие!

– С ума сошла? – Ханн повысила голос на подругу, но Элена смело вышла из-за её спины.

– А я была уверена, что встречу вас уже у ворот Имперского Двора.

– Мы как раз направлялись туда, но увидели столпотворение на площади, а затем вас. Не забыла про своё обещание?

– Элена, отойди от него! – рявкнула на неё Ханн. – Как начальник охраны Имперского Двора, я обязана защищать тебя.

– Они не враги, – не оборачиваясь ответила Элена, а затем снова обратилась к солдату. – Я всегда держу своё обещание. Завтра, вместе с добровольцами, подходите к воротам Имперского Двора. Сначала Его Величество и племянник правителя Конхарра будут решать вопросы с Даркайном, после чего, король вызовет вас.

– То есть, ты нас не обманываешь и готова сдержать своё слово, так? – ещё раз переспросил солдат.

– Да, – кивнула Элена. – Я также буду присутствовать завтра при вашем разговоре с Его Величеством, как гарант.

– Прекрасно, – кивнул солдат, а затем искренне улыбнулся и из серьёзного воина превратился в молодого, добродушного мужчину, на вид лет двадцати пяти. – Мы захватим с собой подарок для короля. Не пугайтесь, ничего страшного не принесём, но король будет доволен.

С этими словами, небольшой отряд поклонился на прощание, развернулся и ушёл, оставив делегацию из Имперского Двора недоуменно смотреть им вслед.

– И как это следует понимать? – накинулась на Элену Ханн. – Какие дела ты проворачиваешь с бывшими солдатами за спиной кэррейского короля?

– Ханн, прекрати! – воскликнула Сарайя и попыталась встать между ними, но была просто откинула разозлённой подругой.

Элена огляделась по сторонам и тихо произнесла:

– Не надо устраивать жителям Кэррей бесплатное представление. Король итак будет зол, узнав о том, что на площади поссорились два его доверенных лица. Имена добровольцев собрали, значит возвращаемся во дворец.

Время близилось к вечеру, но Иль Кан не переживал по поводу отсутствия своих друзей. Запись добровольцев – дело простое, но времязатратное, тем более, Сарайя выразила желание непременно посетить кэррейский базар.

Решив поужинать в одиночестве, чтобы сделать хоть малейшую передышку в нескончаемом водовороте королевских дел, Иль Кан одолжил у Расаны кристалл, обнаруживающий любую отраву, а затем уединился в своих покоях, чтобы приступить к еде.

Но тут в дверь постучали.

– Я так и знала, что найду тебя здесь, – влетела принцесса внутрь, чуть не сбив с ног короля, – не смогла присоединиться к тебе в обед, заснула с дороги и проспала весь день, но, зато ужин в нашем распоряжении.

Иль Кан помотал головой, пытаясь прийти в себя от громкого голоса Чоары, закрыл глаза и снова открыл, надеясь, что она ему померещилась от усталости.

Однако девушка даже не думала уходить. Принцесса в свою очередь постаралась: волосы, уложенные в сложную причёску, подкрашенные губы, глаза и новое, белоснежное платье, которое выгодно подчёркивало её фигуру и соблазнительно приподнимало грудь. Выглядела Чоара так, словно собиралась не на простой ужин, а была виновницей дворцового торжества.

– Чоара…

– Можно просто Чоа, – ослепительно улыбнулась ему принцесса. – Так ласково называл меня отец.

– Чоара, – повторил Иль Кан. – В покои неженатого короля может заходить лишь ограниченный круг людей: королевский лекарь, начальник охраны, главный советник и генерал.

– Двое из них женщины, а двоих вообще нет, – отмахнулась Чоара, по-хозяйски прошла к одному из шкафов и достала оттуда вторую чашку. – Уж извини, здесь жил мой отец, поэтому в этих покоях я ориентируюсь даже с закрытыми глазами. Кстати, а твоему личному помощнику вход сюда также воспрещён? Раньше такой должности не было при дворе. Или ввёл её специально для любовницы? Решил не определять её в королевский гарем? Или отправить, но потом?

– Элена станет моей женой, – возразил Кан, – слишком много вопросов, которые мне не нравятся. Что ты хотела, Чоара?

– Поговорить, – она мигом стала серьёзной и села за небольшой стол, на котором стояли несколько блюд и кувшин с горячим отваром. – Хочу сделать предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

– Говори, – сдался Иль Кан, быстро проверил кристаллом содержимое тарелок и кувшина и налил в две кружки отвар.

– Занятная вещица, – произнесла Чоара, не отрывая взгляд от кристалла, – собственный или взял у Расаны? Я была уверена, что после захвата Двора, королевскую лечебницу вынесли подчистую и от этих штук не осталось и следа.

– У Расаны, – еле скрывая раздражение, ответил Иль Кан.

Чем дольше Чоара пробудет в его покоях, тем более грязные слухи могут поползти по дворцу и дойти до Элены. Ей в королевские покои ещё нельзя, но принцесса уже пробыла там долгое время наедине с королём. А лишний раз объясняться с любимой он не хотел.

– Не тяни время, Чоара: либо говори по делу, либо уходи.

– Как прикажешь, Иль Кан, – улыбнулась принцесса и пригубила отвар, – я предлагаю тебе взять меня в жёны и сделать официальной королевой Кэррей.

Глава 11

Иль Кан от неожиданности аж поперхнулся:

– Что?

– Предлагаю тебе взять истинную принцессу в жёны и сделать меня королевой Кэррей, – повторила Чоара и протянула Иль Кану кусок мяса на вилке. – Ягнёнок просто прекрасен, попробуй.

– Я надеялся, что мне послышалось, – нервно усмехнулся король и отодвинул рукой предложенный принцессой кусок мяса. – Ты понимаешь, что говоришь полный бред?

– Почему это? – нахмурилась Чоара и съела мясо сама.

– Потому что я люблю другую женщину, и королевой станет именно она. Если это всё, что ты хотела мне сказать, то уходи.

– Так люби. Одно другому не мешает, – пожала плечами принцесса и налила себе новую порцию отвара.

– Я не хочу даже слушать этот бред! – повысил голос Иль Кан и указал гостье в сторону двери.

– Подожди! Позволь мне всё объяснить. И если после этого моё предложение тебя не заинтересует – я уйду. Честно.

– Даю тебе пять минут, – вздохнул Иль Кан.

– Как дочь короля Джаара, я являлась единственной законной претенденткой на престол. Здесь у нас не Даркайн, где власть передаётся исключительно по мужской линии, я имела полное право занять трон после отца. Но Кэррей сразил недуг в виде неконтролируемого тирана, который убил короля Джаара и вынудил меня бежать в Зелёные Холмы. Из принцессы я стала никем. Спасибо родителям Аса Кая, что приютили меня у себя, надеюсь, они также скоро вернутся в Кэррей.

– То, что они живы – уже хорошо.

– Я хочу ту власть, которая принадлежит мне по праву рождения. Для этого мне будет достаточно выйти за тебя замуж и стать королевой Кэррей. Пойми, Иль Кан, я прекрасно к тебе отношусь, но не питаю к твоей персоне никаких романтических чувств. Всё это – холодный расчёт. Ты можешь и дальше проводить дни и ночи в обществе той, кому принадлежит твоё сердце, я слова против не скажу. Повторяю – мне нужна только власть.

– Исключено, – выслушав монолог принцессы, ответил Иль Кан.

– Ты, как король, думаешь, в первую очередь, о себе или о Кэррей? – картинно вздохнула Чоара, неспешно поедая ягнёнка, к которому даже не притронулся Кан.

– К чему этот вопрос?

– Король и королева – официальные лица Кэррей. Как будут воспринимать нашу родину, когда узнают, что новая королева – простолюдинка, которая в своё время удачно прыгнула в твою постель?

– Не смей говорить в таком ключе об Элене! – начал терять терпение Иль Кан. – Если бы не она – ты даже и носа не высунула бы за территорию Зелёных Холмов. К тому же, она не простолюдинка!

– А кто? Она точно не представитель кэррейской знати, иначе, я бы узнала её лицо. Может, она из Даркайна? Пусть тогда твои дружки увезут её с собой.

– Элена не знает, кто она и откуда, – процедил Кан. – Кай и Ханн нашли её полумёртвую этой зимой в лесу. Она не помнит ничего из своего прошлого.

– Тем более! – воскликнула Чоара. – А ты не думал, что она уже может быть чья-то жена? Что у неё могут быть дети, которые днём и ночью плачут, не зная, куда пропала их мать? Что её родители сбились с ног и подорвали здоровье, пытаясь её разыскать? Чуешь, какой может возникнуть скандал?

– Это будет исключительно моей головной болью. Тебя это никак не должно волновать. Если ты закончила, Чоара, то уходи.

– Я дам тебе время обдумать этот вариант. К тому же, не забывай, что по традициям должен быть сперва смотр невест. И я имею полное право принять в нём участие.

– Смотра не будет, – решительно произнёс Кан, вставая с места. – Сейчас не то время и не та обстановка, где потенциальные невесты будут чувствовать себя в безопасности. Чоара, покинь королевские покои, я не хочу насильно выставить тебя за порог.

– Хорошо, Ваше Величество, но ещё раз прошу – подумай. В моих словах есть немалая доля смысла, – с этими словами, принцесса вышла в коридор и чуть не столкнулась с взволнованной Расаной.

– Хоть на минуту вы можете оставить меня одного? – разозлился Иль Кан.

– Ваше Величество, там беда, – быстро произнесла Расана, с удивлением провожая взглядом удаляющуюся с высоко поднятой головой Чоару. – А что она тут делала?

– Испытывала моё терпение! – рявкнул король. – Смотрю, ты тоже решила взять с неё пример?

– Успокойся! – прошипела в ответ Сана, стоя на пороге покоев. – Там вернулась наша делегация с площади. И, кажется, Элена прилюдно повздорила с Ханн.

Иль Кан громко выругался и выбежал из покоев, а Сана изо всех сил старалась поспеть вслед за ним.

– Я догадывалась, что ты решишь сперва с ними поговорить, поэтому велела идти в мою лечебницу, там точно не будет лишних ушей.

– Спасибо, Сана, – не оборачиваясь, произнёс Кан.

Ханнала сидела на длинной кушетке и волком смотрела в сторону Элены, занявшей кресло по другую сторону большого кабинета лечебницы.

На стенах были развешаны гравюры и плакаты, демонстрирующие человека в разрезе, а так же название и расположение всех органов, мышц и костей. Длинные шкафы были наполовину заняты различными склянками, пучками трав и подписанными шкатулками. У дальней стены был проход в большое помещение, разделённое занавесками на различные по размеру сектора, в которых находились от одной до четырёх кроватей.

Девушки услышали как громко и яростно хлопнула дверь, одновременно вскочили на ноги, а затем увидели вихрем ворвавшегося в кабинет короля в сопровождении уставшей Расаны.

– Для чего я вас отправил на площадь? – сходу выпалил Иль Кан. – Элена, что я просил тебя сделать?

– Собрать и записать имена добровольцев, – поёжившись от гневного тона любимого, ответила Элена. – Твоё поручение выполнено.

– Ханн?

– Защищать Элену, – мрачно произнесла дочь главного телохранителя Джаара.

– Что пошло не так? Почему вы устроили драку прямо на площади?

– Это не было дракой, – обиженно ответила Ханн, – в противном случае у неё не было бы ни единого шанса.

– Уверена? – с вызовом глядя на подругу, произнесла Элена.

– Рты закрыли, обе! – не выдержав, рявкнул Иль Кан.

– Ваше Величество! – громко произнесла Ханн, глядя ему в глаза.

– Ханн, ты особенная? Тебе мало приказа короля?

– Элена на наших глазах общалась с бывшими солдатами Императора!

– Вот оно как, – прищурился лидер. – Сана, тебе интересно послушать?

Расана молча кивнула.

– Хорошо, раз ты такая нетерпеливая, Ханнала, тебе и начинать.

– После приёма заявок, когда мы уже собирались отправиться на кэррейский базар, к нам подошёл отряд подозрительных лиц, одетых в поношенную солдатскую форму Кэррей. С Эленой говорил только один из них, и у него на руке было клеймо, которым Император помечал своих людей. Они общались так, будто их связывала какая-то тайна, неизвестная нам. А завтра, после собрания у ворот Двора, эти подозрительные типы устроят для тебя какой-то сюрприз. И Элена подтвердила, что будет присутствовать при вашей встрече, как гарант.

– С чего ты взяла, что они хотят убить меня? Разве они не должны были обсуждать это наедине, без посторонних глаз?

– Я не сразу подумала об этом, – опустив глаза, прошептала Ханн.

– Хватит. Элена, расскажи свою версию событий.

Элена, приложив все усилия, чтобы её голос не дрожал, рассказала об их первой встрече на дороге.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.