Лина Мэй
Танец первой любви

Глава 1

Летние каникулы в старшей школе – время, на которое школьники возлагают большие надежды. Одни планируют за эти несколько месяцев восполнить пробелы в знаниях, другие – как следует отдохнуть и набраться новых впечатлений, третьи – встретить, наконец, свою первую любовь.

У меня не было никаких планов. Это было первое лето, когда я была полностью предоставлена самой себе и никто не составлял за меня ежедневное расписание. Прежде родители контролировали все стороны моей жизни: чем я занималась, с кем общалась, во что одевалась и даже что ела. Да, да. Не стоит удивляться насчет последних двух пунктов. Мама всегда мечтала, чтобы я стала профессиональной балериной, поэтому назвала меня Майей в честь великой балерины Плисецкой и, едва мне исполнилось пять лет, отдала на балет. А чтобы я не только танцевала, как балерина, но и выглядела соответствующе, мама старательно следила за моим питанием и внешним видом. И подходила к этому с завидным рвением. Отец, конечно, не был так фанатично повернут на идее вырастить из меня балерину, но в целом маму поддерживал.

Блестящий план потерпел поражение, когда несколько месяцев назад я не вытерпела и категорически отказалась подчиняться решениям, которые родители так самоотверженно за меня принимали. Несмотря на то, что я любила балет, себя я любила больше. Бесконечные репетиции, травмы, диеты и ограничения… Я устала от всего этого, захотела пожить жизнью обычного подростка. Ко всему прочему отношения между родителями ухудшались день ото дня. Я твердо решила, что раз уж они со своей жизнью справиться не могут, то я не позволю им вмешиваться в мою.

Вот почему в полдень первого дня летних каникул я, вместо того чтобы истекать потом на традиционной утренней тренировке, лежала в своей мягкой кровати и лениво разглядывала выкрашенный белой краской потолок. В какой-то момент один из ярких солнечных лучей ловко скользнул сквозь не до конца задернутые ночные шторы, пробежал по стене и опустился на мое заспанное лицо. Сонливость как рукой сняло. Я поняла, что пора выбираться из моего уютного гнездышка. Тем более из кухни донесся запах свежей выпечки – мама работала над очередным шедевром. Она у меня в прошлом повар одного популярного в городе ресторана, а в настоящее время – перспективный фудблогер: придумывает и тестирует рецепты, делает аппетитные фотографии и выкладывает их в соцсети. Когда она занята новым проектом, практически напрочь выпадает из реальности, и тогда ей не до меня. Зато, если повезет, можно урвать кусочек чего-нибудь вкусного.

Я выбралась из-под одеяла и с удовольствием потянулась. Обычно после каждого пробуждения я прямо в пижаме делала небольшую зарядку, не забывая про растяжку. Балетное прошлое не отпускало меня: для комфортного самочувствия моему организму требовалась активность. А вот необходимость в строгих диетах осталась позади. Я намеревалась вкусно позавтракать.

Как раз кстати на кухне я обнаружила на столе большое блюдо с аккуратно разложенным свежим печеньем. Сахарные кристаллики на его поверхности так и манили попробовать выпечку на вкус. Мама возилась с противнями у плиты и не сразу меня заметила, поэтому я уже дожевывала одно из печений, когда услышала ее осуждающие слова:

– Майя, в холодильнике есть йогурт. И я овсянку с утра варила. Печенье всухомятку она ест! Там же сплошной сахар. Кто так день начинает!

Я привыкла к подобным внушениям. В былые времена, заметив меня с «запрещенкой», мама целую истерику могла устроить. Сейчас же просто говорила с укором. Да и права она, по сути, была. За десять лет моего становления как балерины я научилась с умом выбирать еду, чтобы не страдать от голода и лишнего веса. Вот только сейчас не было необходимости загонять себя в рамки, поэтому я раздраженно заметила:

– Мам, давай не будем об этом. Ты ведь не из-за заботы обо мне так говоришь, а просто надеешься, что я одумаюсь, вернусь в балет и все будет как прежде. Так вот, этого не будет.

Мама вздохнула и хотела что-то сказать, но, видимо, поняла, что сейчас не самое подходящее время. Поэтому подошла к холодильнику и, вынув йогурт, протянула его мне.

– Ты ведь знаешь, что мы с папой желаем тебе только самого лучшего. И дело вовсе не в печенье. Его я, кстати, еще не успела сфотографировать для кулинарного марафона.

Я посмотрела в ее глаза и поняла, что та свобода, которая у меня есть, все еще хрупка и в какой-то степени эфемерна. Кажется, я вижу ее. Но как только пытаюсь прикоснуться к ней и почувствовать, она ускользает.

Мама вложила йогурт мне в руки и, слегка наклонив голову, заметила с легкой снисходительной улыбкой:

– Солнышко, посмотри на себя: уже полдень, а ты еще в пижаме и с нерасчесанными волосами. Скорее доедай свой завтрак, переодевайся и, может, поможешь мне с фотосъемкой?

– Нет, я собираюсь к Алисе, – пробубнила я и ушла в свою комнату.

Аппетита как ни бывало. Я с трудом проглотила пару ложек злосчастного йогурта и выкинула остатки в мусорное ведро. А вот уйти из дома и увидеться с подругой, действительно, хотелось. Только она могла помочь мне отвлечься и была способна поднять настроение после маминых воспитательных бесед.

Я впопыхах расчесала свои длинные пшеничные волосы, надела топ, любимую серую толстовку и черные велосипедки, достала из шкафа белые кеды. Несмотря на то, что мой гардероб был забит одеждой, я часто ходила в одном и том же, потому что большая часть вещей была куплена мамой, а я в последнее время не разделяла ее пристрастия. Хотя так было не всегда. Правда не понимаю, как я могла приходить в восторг от кружева, рюш и бесконечной палитры конфетных оттенков. Был в моей жизни и такой период. Был, но прошел. Вот только родители продолжали покупать мне воздушное девчачье нечто и сокрушались, почему я это не ношу.

Я взяла со стола телефон и быстро настрочила Алисе СМС: «Через несколько минут буду у тебя». Когда на экране всплыло долгожданное «жду», схватила рюкзак и выбежала из дома.

Погода стояла великолепная: солнце приятно пригревало, теплый ветер ненавязчиво играл моими длинными волосами. Я глубоко вдохнула воздух, наполненный медовым ароматом липового цвета, и решила, что это лето обязательно должно стать самым незабываемым в моей жизни. А как же иначе? Мне пятнадцать, я освободилась от чрезмерной опеки родителей, у меня есть подруга, готовая всегда поддержать, а теперь еще и время, чтобы наполнить свою жизнь новыми впечатлениями и эмоциями.

Путь до Алисы занимал около десяти минут. Она жила в соседнем квартале. Подруге повезло меньше, чем мне. Несмотря на напряженные отношения с родителями, я выросла, окруженная их любовью и заботой. Успешная карьера отца в юридической фирме позволила нам переехать в трехкомнатную квартиру в новом доме и практически ни в чем себе не отказывать. Тогда как родители Алисы и ее старшая сестра погибли в аварии, когда подруге было всего три года, и с тех пор ее воспитывала бабушка. Хотя Вера Львовна хорошо заботилась о внучке, я знала, что им приходится нелегко.

Я не спеша дошла до нужного мне дома: старенькой, но ухоженной пятиэтажки, во дворе которой росли такие же древние дубы и липы, а у подъезда были заботливо посажены добросердечными жильцами незатейливые цветники. У одной такой клумбы я заметила бабушку Алисы – она выпалывала сорняки.

– Здравствуйте, Вера Львовна! Алиса дома? – поздоровалась я.

Женщина обернулась в мою сторону. Увидев меня, она тепло улыбнулась и хотела обнять, но вовремя спохватилась:

– Майя, как я рада тебя видеть! Не буду обнимать – руки в земле. Ты проходи домой, почаевничаете с Алисой. Я ватрушки с творогом с утра пекла. – Вера Львовна сочувствующе обвела меня взглядом. – Тебя бы чуть-чуть откормить, а то вон какая худая. И куда твои родители смотрят!

– Спасибо, Вера Львовна! Ватрушки я обязательно попробую.

Я неловко перевела разговор на другую тему.

– Это вы клумбу посадили? Красивая.

– Да, захотелось в саду повозиться, только возможности нет, так что вот двор украшаю. А ты почаще к нам заходи. Сейчас лето, каникулы. Алисочка у меня одна, и у тебя ни братьев, ни сестер. Зачем по домам сидеть? Вместе, глядишь, и погулять сходите.

– Обязательно. Ну, я пошла.

Я улыбнулась женщине, в очередной раз восхитившись ее деятельным характером и энергичностью, и направилась к подъезду. По памяти набрала код домофона и через несколько секунд услышала голос подруги: «Майя, ты?»

– Ты еще кого-то ждешь? – усмехнулась я. – Я, конечно. Впускай меня и разогревай ватрушки.

– Сейчас все будет, – пообещала подруга.

Дождавшись характерного звука, я открыла дверь и поднялась по чистой, но обшарпанной лестнице на третий этаж. Дверь в квартиру была уже открыта, и с порога чувствовался запах ароматной выпечки.

– Проходи! – раздался звонкий голос подруги.

Я скинула кеды и прошла на кухню. На столе, накрытом белой скатертью, красовался поднос с ватрушками. На плите дымился чайник. Алиса стояла ко мне спиной и доставала из буфета кружки. Из-за невысокого роста девушке пришлось встать на цыпочки. Она походила на куклу: миниатюрная фигура, густые, практически черные, слегка вьющиеся волосы, как обычно украшенные заколкой в виде банта, белое платье из шитья, почти наверняка перешитое из некогда модных бабушкиных нарядов, и длинные белые носки. Когда девушка повернулась, на ее лице расцвела улыбка, а на щеках нарисовались очаровательные ямочки.

Алиса поставила кружки на стол и подлетела ко мне, чтобы обнять. Мы смешно запрыгали, не отпуская объятий.

Едва освободив меня, подруга загадочно объявила: «Мне столько тебе нужно рассказать!»

– Мы же всего день не виделись. Когда успела столько новостей накопить? – спросила я, усаживаясь за стол.

– В последние несколько недель из-за экзаменов не до бесед по душам было, – пояснила Алиса, наливая чай. – Угощайся.

Девушка пододвинула блюдо с ватрушками ко мне.

– Не стесняйся. У нас на еду можно не только смотреть, ее и есть позволяется.

Подруга, как никто другой, была осведомлена о ситуации в моей семье. И за что я была особенно благодарна, так это за то, что она не осуждала ни меня, ни родителей, но понимала и сочувствовала.

Мне нравилось у Алисы. Несмотря на небольшую площадь, квартира Рассказовых была очень светлая и уютная. Деревянная мебель и цветы на подоконниках, трогательные фотографии в простых рамках и вязаные салфетки на столе, сервиз в цветочек и полотенца с ручной вышивкой – все это возвращало меня в детство, во времена, когда я гостила у бабушки Зины и была окружена ее теплом и заботой. К сожалению, той бабушки не стало несколько лет назад. От нее остались лишь приятные воспоминания. А вторая бабушка жила далеко от нас, и я бывала у нее в гостях очень редко. От этого каждая минута пребывания у Алисы становилась для меня еще ценнее.

– Так что ты хотела мне рассказать? – спросила я, вертя в руках ватрушку.

– Представляешь, я влюбилась! – ошарашила меня подруга.

– В кого? Фильм с каким-то новым красавчиком вышел? – предположила я, посчитав, что Алиса шутит.

– Нет. В обычного парня влюбилась. Точнее он необычный…, – произнесла подруга.

– Так, а теперь поподробнее.

Мне было удивительно слышать от Алисы признание про влюбленность. Конечно, в нашем возрасте многие влюбляются, некоторые и не по разу, но нас с подругой романтические настроения до сих пор обходили стороной. Лично я даже гордилась этим: вот такие мы крепкие орешки. У Алисы на этот счет, похоже, было другое мнение.

– В общем дело было так. – Глаза девушки загорелись воодушевлением. – На прошлой неделе после экзамена по истории я возвращалась домой и попала под ливень. Пришлось забежать в кофейню, которая оказалась неподалеку. Помнишь «Бодрое утро»? Мы мимо нее проходим, когда идем в школу дворами.

– Помню. Она недавно открылась. С улицы выглядит симпатично, внутри я не была.

– Так вот, я зашла в кофейню и решила заказать кофе, чтобы не выглядеть глупо, пока жду окончания дождя. Ты знаешь, что я обычно не трачусь на подобную ерунду, но тот карамельный капучино – на настоящий момент моя лучшая инвестиция! – с довольной улыбкой объявила девушка.

Я, как лучшая подруга Алисы, конечно, знала, что она обычно не ходит по кафешкам и не балует себя дорогими десертами, потому что элементарно не может себе этого позволить, ведь они с бабушкой живут на пенсию и пособие.

– Тот парень, что запал тебе в сердце, тоже там дождь пережидал? Или он тебе кофе делал и, кроме сиропа, добавил еще немного своего обаяния? – поинтересовалась я.

– Нет, он не посетитель. И кофе не он делал. – Отмахнулась Алиса. – Я как раз ждала свой напиток, когда услышала звуки гитары. Поворачиваюсь, а там – он.

Подруга снова расплылась в улыбке. Мне даже показалось, что у девушки на щеках появился румянец. Она сделала глоток чая и, как будто от смущения, спрятала лицо за чашкой.

– Знаешь, я сейчас вспоминаю, как все было, и мне кажется, что это было похоже на сцену из кинофильма. Сначала он не замечал меня, а увлеченно перебирал струны гитары, – продолжила девушка, устремив на меня отрешенный взгляд, словно сознанием перенеслась в тот момент, о котором рассказывала. – Я забрала свой кофе и присела за столик напротив, продолжая наблюдать. И вдруг мы встретились взглядом. Я улыбнулась, и он улыбнулся в ответ такой теплой улыбкой, что, клянусь, у меня что-то екнуло в сердце!

Алиса для пущей убедительности даже схватилась за левый бок, от чего я чуть не подавилась чаем.

– Ты, подруга, умеешь заинтриговать. Теперь мне не терпится посмотреть на этого музыканта.

– Ты скорее всего его знаешь, – снова удивила меня Алиса. – Его зовут Даня Васнецов. Он в нашей школе учится, только на год старше. Симпатичный такой, светловолосый. Играл на гитаре на каком-то школьном мероприятии.

Занятия десятых классов на тот момент проходили в другом крыле школы, поэтому мы нечасто пересекались. И в целом я не особо интересовалась старшеклассниками. Вспомнить светловолосого Даню оказалось нелегко.

– Это который всегда со странным типом ходит? – неуверенно предположила я.

– Не такой уж он и странный, просто одевается мрачновато. А так, он вроде очень даже симпатичный.

– Даже не знаю… Вид у него отталкивающий, – заключила я, осознав, что не могу четко вспомнить лицо вечного спутника Дани, а припоминаю лишь общий образ и исходящую от него ауру. И то, что его имя часто всплывало в связи со школьными потасовками. – В общем, не хочу тебя огорчать, но боюсь, место рядом с Даней уже занято, – усмехнулась я.

– Я надеялась, что ты меня поддержишь, – обиделась на мою шутку Алиса.

– Конечно поддержу! Друзья ведь для этого и нужны, – поспешила я заверить подругу.

– Вот и отлично, – обрадовала Алиса и добавила, – значит, завтра ты составишь мне компанию? Заодно вас познакомлю.

– А ты не боишься, что парень решит, будто ты его преследуешь, если будешь ходить туда каждый день? Вдруг это его оттолкнет?

Я не разделяла энтузиазма подруги и совсем не хотела становиться частью этой авантюры.

– Насчет этого не переживай. Даня сам меня пригласил. Просто мне как-то неловко сидеть там одной, пока он работает и играет.

Я чуть не пролила на себя остатки чая. «А мне неловко будет сидеть там с вами, когда он освободится», – подумала про себя.

– И когда вы успели так сблизиться, что Даня лично пригласил тебя на выступление?

Я не ожидала такой прыти от подруги. Они же виделись только раз!

– На самом деле после той, первой встречи, я заходила в кофейню еще пару раз… Даня запомнил меня. В последний раз он работал за прилавком. Мы перекинулись несколькими фразами, и я заметила, что надеюсь снова услышать, как он играет. Тогда он предложил мне обменяться номерами телефонов, чтобы он мог сообщить, когда будет выступать в следующий раз.

– Вот это поворот. Так у тебя и номер телефона его есть!

Подруга пожала плечами, тщетно пытаясь сдержать довольную улыбку.

– Ну так что? Пойдешь со мной? Как раз перед твоим приходом Даня написал, что завтра собирается играть в кофейне и будет рад увидеть меня.

– Вот, ― ухватилась я за отговорку. ― Будет рад увидеть тебя! А меня туда никто не звал. Не хочу быть третьей лишней.

– Что ты там себе напридумывала! Мы идем туда просто попить кофе и послушать хорошую музыку. И ты не будешь там лишней. Я уже написала ему, что приду с подругой.

Видя мою нерешительность, Алиса решила взять инициативу в свои руки:

– Ну что, завтра в шесть вечера я захожу за тобой?

Девушка сложила руки и умоляюще посмотрела мне в глаза.

Я сдалась.

– Хорошо, хорошо. Хочу увидеть своими глазами, что представляет собой парень, который очаровал мою единственную и неповторимую подругу.

– Вот и договорились! ― победоносно воскликнула подруга, подскочив на стуле. – Это стоит отметить бокалом ароматного бабушкиного чая! Ну и ватрушки доедим. Ты еще с первой не справилась, ― заметила она.

– Что-то нет аппетита, ― промямлила я, глядя на выпечку перед собой.

– Ешь, а то бабушка обидится. Ты же знаешь.

– Одну доем, ― вздохнула я. ― Но аппетита правда нет.

Алиса посмотрела на меня озабоченным взглядом. Она знала о моих проблемах с питанием, которые начались, когда я серьезно занялась балетом, и иногда проявлялись у меня до сих пор. Но обычно мы не углублялись в эту тему, и я делала вид, что все под контролем. Вот и в этот раз Алиса решила подыграть мне и, протянув руку за очередной ватрушкой, заметила:

– Хорошо, что у меня аппетит отменный ― ем за двоих. Если кто-то спросит, половину съела ты.

Подруга подмигнула мне и принялась за сдобу.

Я почувствовала благодарность за отсутствие лишних вопросов и готовность подруги прикрыть меня, когда это требовалось.

Мы продолжили наши посиделки, обмениваясь впечатлениями от прошедших недавно экзаменов и строя совместные планы на лето. Конечно, подруга не раз возвращалась в разговоре к своему прекрасному Дане, не позволяя мне хотя бы на какое-то время забыть о предстоящей встрече.

После опустошения нескольких кружек чая и возвращения с улицы Веры Львовны, я получила сообщение от мамы. Она интересовалась, как долго я планирую находиться у Алисы. Я все еще была немного обижена на нее из-за утренней стычки и не хотела отвечать, но опасалась, что она начнет звонить, поэтому настрочила ответное сообщение.

Затем мы перебрались в комнату Алисы и еще пару часов валялись на мягком ковре, слушая музыку и делясь своими последними музыкальными открытиями. Несмотря на балетное прошлое, я слушала не только классику. У меня не было какого-то определенного любимого музыкального жанра. Обычно свой плейлист я пополняла из списков популярной музыки и всегда была открыта для рекомендаций. Алиса отдавала предпочтение инди-поп и инди-рок жанрам. И неудивительно. Среди них встречалось много оригинальных мелодий, таких же уникальных, как сама подруга.

Очередную песню на моем телефоне прервал входящий звонок от мамы.

– Ты домой не собираешься? Скоро стемнеет. Я же переживаю!

Я уловила в голосе знакомые интонации. Беспочвенные переживания ― в ее стиле.

– Не надо переживать, уже выхожу. ― Я проверила время, часы показывали без четверти восемь ― достаточно раннее по летним меркам время.

Мы прощались с Алисой, когда она напомнила про планы на следующий день.

– Не забудь: в шесть я захожу за тобой, и мы идем в «Бодрое утро» слушать Даню. Я на тебя рассчитываю.

А забыть хотелось. Очень. Хотя у меня и был внушительный опыт выступлений на сцене, знакомиться и поддерживать беседу с новыми людьми мне всегда было нелегко. Наверное, потому что на сцене я танцевала, а не с монологами выступала. «Ну, ничего, пару часов в компании ровесников я как-нибудь выдержу», ― успокаивала я себя по пути домой.

Летом и в девять вечера еще не темно, поэтому я не торопилась возвращаться, а не спеша брела по хорошо знакомому маршруту, вдыхая вечерний с нотками прохлады воздух. Дома показалась матери на глаза, дабы успокоить ее тревожную натуру, и сразу легла спать. Только заснуть долго не получалось, в голове еще долго прокручивались наши с Алисой диалоги.

Глава 2

На следующий день я снова проснулась незадолго до обеда. Не успела как следует потянуться, как увидела на телефоне уведомление о новом сообщении. Алиса хотела узнать, в чем я собиралась идти в кафе. «Как обычно, в джинсах и худи», ― мой ответ был очевиден. Можно было и не спрашивать. Это же не мое свидание.

«Ну и скучная же ты. Тогда посоветуй, что мне надеть», ― ответила подруга.

«Ты во всем очаровательна», ― отправила я комплимент, дополнив его смайликом.

«Твой ответ мне ничуть не помог, но я все равно тебя люблю», ― не осталась в долгу Алиса.

Вдруг раздался стук в дверь, ко мне заглянула мама:

– Проснулась, соня. Завтракать иди, я кашу сварила.

Когда я наконец вырвалась из сладких оков постели и пришла на кухню, на столе меня ждала тарелка с полезной овсянкой, чай и фрукты. Мама, напевая какой-то мотив, наводила порядок в шкафчиках и, кажется, была в хорошем расположении духа. Я заметила, в кухонной раковине папину кофейную чашку – значит, он все-таки появляется дома. Чтобы его застать, надо либо раньше вставать, либо позже ложиться. Ненавижу трудоголиков!

Во время завтрака я сообщила маме о своих планах на вечер. Она не возражала, но попросила не задерживаться до темноты. Не очень-то и хотелось. В этот раз я, наоборот, была рада наличию такого оправдания, как строгие родители, чтобы недолго играть роль третьей лишней.

В следующие несколько часов я помогала маме прибираться на кухне, от скуки листала ее кулинарные журналы и даже снялась в фрагменте ее видеоблога. Когда я в очередной раз бросила взгляд на часы, стрелки говорили о том, что пора собираться на свидание подруги (как бы странно это ни звучало).

Я остановила свой выбор на джинсах и худи, для приличия замаскировала тональным кремом темные круги под глазами и подкрасила тушью глаза ― не каждый день выхожу в люди. Вообще я редко пользовалась косметикой. С кожей мне повезло. Должно быть, сказывалось отсутствие вредной пищи в моем рационе. Скрывать приходилось только усталый вид. Возможно, сказывалась нехватка витаминов: я много лет питалась скудно и маленькими порциями. Мама покупала для меня витамины, но я вечно забывала их принять.

Чтобы привести себя в порядок, мне хватило нескольких минут. Я бросила взгляд в зеркало. Оттуда на меня смотрела невысокая худенькая девушка с длинными пшеничными волосами и бледной кожей. Я всегда считала свои черты лица непримечательными. Но в балете это даже ценилось. Наш гример Елена Андреевна любила со мной работать и отмечала, что мое лицо, как чистый холст, предназначенный для создания шедевров. В семейных альбомах скопилось немало фотографий с выступлений, на которых благодаря поразительной силе макияжа я запечатлена в совершенно неузнаваемых образах. Даже я удивлялась, что такое волшебное преображение возможно.

Звонок в дверь оторвал меня от разглядывания себя в зеркале. Я проверила время ― Алиса пришла даже раньше, чем обещала. Настолько ей не терпелось увидеть своего Даню.

Подруга встретила меня с широкой улыбкой на лице. Судя по внешнему виду, она потратила на сборы несколько часов. Свои длинные и без того слегка вьющиеся волосы уложила в крупные локоны и украсила алым атласным бантом. Одета она была в шифоновую блузку в цветочек, темную юбку в складку и яркий вязаный кардиган. На ногах девушки красовались лаковые туфли на невысоком каблуке. На лице она нарисовала себе модные брови, игривые стрелки и нежный румянец, пухлые губы подчеркнула ягодным блеском.

– Ты сегодня такая нарядная! ― заметила я.

– Просто нечем заняться было, поэтому собиралась полдня, ― немного лукавя, ответила подруга. ― Зато ты, судя по всему, собралась за десять минут, ― заключила Алиса, окинув взглядом меня, стоящую перед ней в свободных голубых джинсах и белом худи.

– За пятнадцать, ― поправила я ее.

– А зря! Вдруг там, кроме Дани, другие симпатичные ребята будут. А ты не при параде.

– Пойдем скорее. Иначе опоздаем, и твоего суженого уведет какая-нибудь другая меломанка.

Я, как никто другой, знала слабые места моей лучшей подруги. Она сразу забыла про мой слишком простой внешний вид и поспешила к выходу.

Кофейня «Бодрое утро» уже с улицы выглядела очень уютной благодаря большим окнам с затейливыми цветами на подоконниках, обильной растительности, высаженной по обеим сторонам от входной двери, и резной деревянной табличке с надписью «Открыто». Ну и конечно живая музыка так и манила заглянуть на чашечку ароматного напитка ― еще на подходе были слышны звуки гитары.

Людей внутри оказалось немного. Переулок, где располагалась кофейня, выглядел уединенно, в непосредственной близости не было офисных зданий. Может быть, на потоке клиентов это сказывалось негативно, но на внутренней атмосфере ― исключительно положительно.

Когда мы вошли в кафе, оказалось, что внутренняя обстановка вполне соответствует внешней: деревянные столики, теплый мягкий свет, волшебный аромат кофе и свежей выпечки, трогающие струны души звуки живой музыки, кое-где приглушенные голоса сидящих за столиками парочек, кое-где едва уловимый стук пальцев по клавиатуре. Хотелось скорее стать частью этой атмосферы.

Не успела я как следует разглядеть местный интерьер и изучить меню, как Алиса толкнула меня локтем в бок со словами:

– Видишь его? Ну как тебе?

– Эмм… Симпатичный, ― то ли утвердительно, то ли вопросительно произнесла я, не вполне понимая, на кого именно смотреть.

– Пойдем поздороваемся, ― предложила подруга, подталкивая меня в нужном направлении.

Даня, худощавый, вероятно, среднего роста парень, сидел недалеко от витрины, на стуле, напоминающем барный, и увлеченно играл на гитаре. Несколько прядей светло-русых волос ниспадали на лицо, скрывая его глаза. Я сразу про себя отметила, как ловко его длинные тонкие пальцы перебирали струны музыкального инструмента.

Алиса произнесла «привет», и Даня повернул голову в нашу сторону. Заметив нас, он просиял улыбкой ― такой искренней и располагающей, что невозможно было удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. Волосы больше не закрывали его лицо, и я была вынуждена признать, что он, действительно, симпатичный. Из тех людей, кто излучают столько тепла и света, что могли бы спасти наш бренный мир, если бы однажды солнца вдруг не стало. Ну и гитара добавляла плюс сто баллов к его обаянию. Не удивительно, что Алиса не могла забыть о нем ни на минуту.

Даня, похоже, был рад видеть нас и одновременно немного смущен.

– Привет. Вы п-при-ришли!

– Конечно. Не каждый день подворачивается возможность послушать живую музыку, ― сказала Алиса и, заметив мою неловкость, поспешила представить:

– Это моя подруга, Майя. Я тебе о ней рассказывала.

– Да, конечно, помню. Вы п-присаживайтесь, ре-рекомендую п-попр-робовать наш фирменный кофе.

– Спасибо, ― ответила я, направляя очаровательно улыбающуюся подругу к свободному столику неподалеку. Мне не терпелось узнать у нее, Даня действительно заикается или мне показалось. Однако я не успела задать свой вопрос: к нам подошла официантка.

– Вы друзья Дани? ― спросила она.

– Мы учимся в одной школе, ― пояснила Алиса.

– А я ― его мама, Любовь Валерьевна, ― представилась женщина.

– Я ― Алиса.

– Майя.

– Очень рада познакомиться с друзьями сына, ― Женщина улыбнулась, и стало понятно, откуда у Дани такая обаятельная улыбка. ― Что будете заказывать? ― Любовь Валерьевна протянула нам меню.

Мы не стали долго выбирать. Я взяла имбирный чай, а подруга ― латте.

– Какая у него приятная мама, ― шепнула мне Алиса, когда женщина ушла за прилавок.

– Даня заикается? ― перебила я подругу, задав вопрос, который уже минуту как вертелся у меня на языке.

– Заикается?.. ― Казалось, Алиса задумалась. ― Вроде да. Немного. Мне кажется, это даже мило.

– Да, наверное.

Я задумалась, пожалуй, в заикании нет ничего страшного или отталкивающего. Просто я никогда прежде не была знакома с людьми с таким нарушением речи, поэтому удивилась. Тем более Алиса в своих разговорах про Даню этой особенности не упоминала.

Даня начал играть новую мелодию. Судя по всему, это был саундтрек из какого-то фильма. Вот только мы не могли вспомнить, из какого именно. Наши рассуждения прервала Любовь Валерьевна. Она принесла наши напитки и с улыбкой поставила перед нами, добавив: «За счет заведения. Угощаем».

Мы поблагодарили женщину и продолжили нашу беседу. Алиса рассказала, что всегда представляла идеальное свидание таким образом: уютное кафе, симпатичный парень играет для нее на гитаре, а она сидит рядом, смотря на него влюбленными глазами…

Я не стала поправлять девушку в том, что фактически Даня ― не ее парень и играет сейчас не конкретно для нее, ведь, как говорится, мечтать не вредно. Вдруг у них все сложится, и в итоге окажется, что сегодня было их первое свидание.

Мои размышления прервал звук колокольчика, который сопроводил открытие двери. С моего место зону входа было хорошо видно, поэтому я сразу заметила высокого стройного парня, одетого во все темное. Он скинул с головы капюшон, провел рукой по черным прядям волос и стал оглядывать помещение, словно в поиске кого-то.

Красивый… Я не хотела пялиться на него, но не могла отвести взгляд. Удивительно гармонично сложенная фигура, привлекательные черты лица, уникальная аура – такие люди не остаются незаметными, даже если одеты невзрачно и сдержанно себя ведут.

Брюнет посмотрел в нашу сторону, и я резко отвела взгляд. Мы не знакомы, поэтому он точно ищет не нас.

«Разве что он тоже на импровизированный концерт Дани пришел», – закралась абсурдная мысль. Я как бы невзначай постаралась снова проследить за парнем. Он действительно направился к Дане. Даня, похоже, был очень рад еще одному зрителю, даже на некоторое время перестал играть. Ребята перекинулись несколькими фразами, в содержание которых я не стала вслушиваться, так как у меня был свой собеседник, требовавший внимания.

– Ты чего такая растерянная? – заметила изменение моего поведения подруга.

– Кто это? – спросила я, кивнув в сторону ребят.

Алиса посмотрела в указанном направлении и собиралась что-то сказать, но незнакомец уже шел уверенными шагами к нашему столику, поэтому мы, словно по негласной договоренности, вспомнили про свои напитки и стали утолять жажду.

– Привет! Я друг Дэна – Кай. Не возражаете, если я присяду? – спросил парень, указывая на свободное место за нашим столиком.

– Конечно, присаживайся. Меня Алиса зовут, – с нескрываемым энтузиазмом представилась подруга. Ее излишняя доброжелательность к совершенно незнакомому человеку меня пугала.

Парень сел рядом со мной и на мгновение в воздухе повисла тишина и неловкость. Я поймала на себе укоряющий взгляд подруги. Он практически кричал: «Теперь твоя очередь представиться!».

– А это моя подруга – Майя, – указала на меня Алиса. Парень повернулся в мою сторону, и почти одновременно я почувствовала, как подруга под столом пнула мою ногу.

Я выдавила из себя улыбку, подтвердив: «Да, девушка напротив права. Меня зовут Майя».

Кай пронзил меня своим изучающим взглядом и усмехнулся. Я непроизвольно заметила, что красивое лицо даже дурацкие эмоции выражает красиво.

– Я тебя припоминаю, встречал в школе. Это ведь ты балет танцуешь?

– Танцевала… раньше.

– Я видел твои выступления на школьных концертах. Впечатляет. Почему бросила?

– Были причины.

Я не хотела обсуждать этот вопрос с ним, но и грубить тоже не хотелось, поэтому стала задумчиво помешивать свой напиток.

Алиса, спасибо ей за это, решила перевести разговор на другую тему:

– Так, значит, вы с Даней друзья. Как познакомились?

Кай на мгновение оглянулся в сторону играющего на гитаре друга и только потом ответил на вопрос:

– Мы учимся в одном классе. Когда я перевелся в эту школу, он стал моим соседом по парте, и мы быстро нашли общий язык.

– Откуда ты к нам перевелся? – спросила Алиса.

Парень задумчиво потер подбородок.

– Переехал из другого города пару лет назад.

После этой фразы Кай замолчал и даже отвернулся от нас, сделав вид, что увлеченно слушает выступление друга. Я подумала, что он, пожалуй, ненамного разговорчивее меня. Но меня это устраивало.

Следующие несколько минут мы все исполняли роль поклонников творчества талантливого Дани и наслаждались звуками, которые он извлекал из своего музыкального инструмента. Между тем, мое внимание непроизвольно отвлекалось на Кая, сидящего рядом со мной. Он не смотрел в мою сторону, а потому я могла хорошо его разглядеть. Честно говоря, я до последнего надеялась найти в его внешности хоть какой-нибудь изъян. Они есть у всех нормальных людей. А у кого их нет, тот обычно оказывается самовлюбленным придурком. Мой взгляд разочарованно скользил по фигуре сидящего рядом парня, отмечая безупречные, словно филигранно вылепленные гениальным скульптором, черты лица, густые длинные ресницы, красивые пухлые губы… Ни одного прыща или дурацкой родинки. Даже небрежно уложенные пряди волос, кажется, лежат в каком-то «слишком идеальном» беспорядке. Кстати, вблизи я рассмотрела, что волосы у парня, на самом деле не просто черные, а с легким шоколадным оттенком. Ладно внешность, но даже его руки, сложенные на столе, вызывали восхищение: сильные, но утонченные, с выступающими венами и длинными пальцами.

Неизвестно, как долго я еще продолжала бы рассматривать парня, если бы он вдруг резко не повернулся в мою сторону со словами: «Вы случайно не брали меню? Я хочу…». Кай заметил мой изучающий взгляд и оборвал предложение на полуслове. На его лице промелькнула легкая усмешка.

– Я хочу заказать напитки, – закончил свою мысль.

Я поспешно уткнулась в свой телефон, но способность воспринимать информацию временно меня покинула. Казалось, что меня с головой накрыло волной горячего стыда. Щеки нещадно горели, и я уверена, что это было заметно невооруженным взглядом.

– Вам что-нибудь взять? – проявляя ненужную вежливость, поинтересовался парень.

– Нет, спасибо, – ответила подруга.

Я проигнорировала вопрос, потому что не была готова смотреть ему в глаза.

– Точно ничего? Может, принести воды? Тебе, похоже, жарко, – заметил Кай, видимо, решив смутить меня еще больше.

«Ты издеваешься?», – промелькнуло в моей голове. Меня легко ввести в краску, но в обиду я себя не дам. Я решительно развернулась и вызывающе посмотрела парню прямо в глаза, а затем, натянув сладкую, но искусственную улыбку, ответила:

– Благодарю, от воды не откажусь. Со льдом, пожалуйста.

Он немного растерялся всего на мгновение, затем кивнул и направился к кассе.

Алиса проводила парня озадаченным взглядом. И как только он достаточно удалился, обратилась ко мне:

– Что это сейчас было?

– Ничего. Он предложил воды. Я согласилась. Пожалуй, отойду в дамскую комнату. Скоро вернусь, – предупредила я и выскользнула из-за стола.

Освежиться не помешало. По пути я проверила время – часы показывали полвосьмого. Я прикинула, что скоро можно будет улизнуть домой под предлогом строгих родителей, и это не могло не радовать.

Ко времени, когда я вернулась за наш столик, Даня уже перестал играть и присоединился к нашей компании. Ребята увлеченно о чем-то болтали. И конечно первое, что бросилось в глаза на столе передо мной, это высокий стакан с водой и, судя по всему, с двойной порцией льда.

Я взглянула на Кая. В присутствии друга он повеселел и стал более разговорчивым. Они обсуждали какие-то случаи из школьной жизни. Алиса засыпала ребят вопросами и восторженными реакциями. Я делала вид, что внимательно слушаю, хотя сама прикидывала, когда настанет подходящий момент, чтобы уйти.

На мою удачу неожиданно зазвонил мой телефон. На экране высветилось «мама». Ребята прервали беседу. Я знала: она хочет узнать, когда я вернусь домой. Ответила на звонок, подтвердив, что уже собираюсь – хоть когда-то чрезмерная забота родителей оказалась к месту. Окончив разговор, я поспешила сообщить ребятам, что мне пора уходить.

– Так рано? – с ноткой разочарования спросила Алиса. – Давай посидим еще немного.

Я знала, будь ее воля, она осталась бы здесь жить. Лишь бы быть рядом с Даней. Но я стояла на своем.

– Не могу. Ты же знаешь мою маму.

Алиса погрустнела, но приняла суровую реальность достойно.

– Тогда я тоже пойду.

– Мы вас п-проводим, – вызвался Даня. – Думаю, мы все живем неп-под-далеку.

Когда мы вышли на улицу, солнце светило уже не так ярко, как днем, но духота еще не спала. Я пожалела, что оделась слишком тепло, и удивилась, когда Кай накинул на голову капюшон своей толстовки. От тут же стал выглядеть отстраненным и недружелюбным.

Алиса с Даней, увлеченно обсуждая что-то, шли впереди совсем близко друг к другу. Мне было неловко оставаться наедине с Каем, поэтому я решила догнать впереди идущую парочку, ускорив шаг. Вдруг меня как будто приобняла чья-то рука и слегка потянула назад. От неожиданности я подскочила на месте, но, когда повернулась назад, поняла, что это был Кай. Я чуть было не сорвалась на него, но парень уже отпустил меня и даже выдержал между нами приличную дистанцию.

– Не торопись так. Дай им время сблизиться. – Кивнул он в сторону впереди идущей парочки. – Они так мило общаются. Не порть момент.

– А ты, значит, в этом деле мастер, – заключила я.

Кай пожал плечами и многозначительно улыбнулся.

– Если будет нужен совет, обращайся.

Я сдалась. Возможно, он прав. Зная, какие у Алисы ожидания относительно Дани, стоит дать им больше времени наедине друг с другом.

Остаток пути мы шли молча. Я, чтобы не было так неловко, считала про себя пройденные шаги. Чуть в стороне шел Кай. Капюшон на голове, придающий образу загадочности и брутальности, руки в карманах джинсов, расслабленная походка – его стиль и манера держаться привлекали посторонние взгляды. Боковым зрением я отмечала, как поглядывали на него случайные прохожие. Девушки по большей части, конечно. Он, казалось, этого внимания не замечал. «Воспринимает как должное», – подумала я.

Наконец мы подошли к моему дому. Алиса с Даней оказались там раньше. Они стояли под кустом отцветающей сирени. Алиса, по-видимому, искала цветок с пятью лепестками, чтобы загадать желание, а Даня ей в этом помогал.

– Вот и мой дом, – объявила я. – Спасибо, что проводили.

Кай, щурясь от лучей заходящего солнца, оглядел нашу многоэтажку.

– Симпатично у вас тут. Я, кстати, тоже по близости живу…

В этот момент я заметила, как в другом конце двора, за спиной Кая, паркуется машина моего отца.

– …Там, за поворотом. – Показал парень.

Я поняла, что во избежание лишних вопросов стоит разойтись как можно скорее.

– Ясно. Ну, пока. Мне нужно бежать.

Кай, заметив мое взволнованное лицо, как назло, обеспокоился моим состоянием.

– Все нормально? У тебя взгляд какой-то беспокойный.

Тем временем отец уже вышел из машины и направлялся к нам. И, судя по удивлению на его лице, он определенно обратил внимание на стоящего рядом со мной Кая.

– Тебе нужно уйти, – попросила я, подталкивая парня. – Уходи!

Он, в поисках причины моей растерянности, обернулся и, наконец, заметил мужчину, оценивающего его недовольным взглядом.

«Упрямый идиот!» – мелькнуло в моей голове. Я решила, раз не уходит Кай – уйду я.

Под недоуменные взгляды ребят, я устремилась к подъезду, успев напоследок кинуть Алисе с Даней короткое «пока». За спиной я услышала, как отец пытался меня окликнуть, но не стала останавливаться, а только прибавила скорости. На пятый этаж взлетела, не дожидаясь лифта. Впопыхах разыскала в сумке ключи и на пороге чуть не врезалась в маму.

– Ты чего такая запыхавшаяся? – спросила она.

– Пешком поднималась. Устала, – пояснила я, на ходу снимая кеды.

Я уже направлялась в свою комнату, когда в дверях появился отец, у него ко мне явно были претензии.

– Майя! Вернись, нужно поговорить.

Пришлось вернуться. Я раздраженно бросила сумку на стол и плюхнулась на стул.

– И я по тебе очень соскучилась, папуль, – недовольно пробурчала я.

– Что случилось? – Мама обеспокоенно переводила взгляд то на меня, то на отца.

Отец подошел к столу и встал напротив меня. На мгновение в комнате воцарилась неприятная тишина. Я уставилась в стол, невидящими глазами разглядывая древесный узор.

– Кто это был? – нарушил тишину отец. У него на лбу угрожающе собрались морщинки.

– Никто.

Мой голос звучал еле слышно.

– Не ври мне, – строго произнес мужчина, с трудом контролируя эмоции. И сразу обратился к матери. – Ты знала, что наша дочь встречается со взрослым парнем?

– Что?

Мама, казалось, была шокирована сочетанием слов «дочь» и «парень» в одном предложении. Женщина повернулась ко мне и, глядя в глаза, спросила:

– Майя, это правда? Ты с кем-то встречаешься?

У меня от возмущения перехватило дыхание.

– Нет. Ни с кем я не встречаюсь!

– Тогда что за молодой человек стоял с тобой у подъезда? – Не отступал отец.

Я вздохнула и закатила глаза.

– Просто знакомый. И он не взрослый парень. Мы учимся в одной школе. Сегодня случайно пересеклись в кафе неподалеку, когда были там с Алисой. Ребята предложили проводить. Вот и все.

– Ребята? Значит, был еще один?

Голос матери, кажется, стал еще на октаву выше.

– Второй – его друг, – неохотно ответила я. – Да что вы нервничаете? Мне вообще нельзя ни с кем общаться?

– Почему ни с кем? – возмутилась мама. – С Алисой тебе никто не запрещает общаться. А с мальчиками гулять тебе еще рано. Сама отказалась с Арсением танцевать, забросила балет. Если бы он тебе оказывал знаки внимания, мы бы не возражали. Потому что мы его родителей знаем, и он – хороший мальчик, скромный.

– Мама права, – поддержал ее отец. – Раз бросила танцы, отдыхай, сосредоточься на учебе. Тебе скоро в университет поступать. Нечего приключения искать!

Я снова закатила глаза.

– Какие приключения? Я даже не думала ни о чем таком! Хотя знаете? Хорошо. Если вам так спокойнее, обещаю: никаких мальчиков.

Я соскочила со стула, схватила свою сумку и, намеренно громко топая, ушла в свою комнату, напоследок хлопнув дверью.

Не включая свет, упала на кровать и уткнулась головой в подушку. С кухни чуть слышно доносились голоса родителей. Они продолжали обсуждать мое поведение, но меня их мнение не интересовало. Такая реакция вполне ожидаема. Запрещают мне все. При этом сами далеки от звания идеальных родителей. Папы вечно не бывает дома. Маму больше волнуют интересы подписчиков ее блога, чем мои. Идеальной наша семья является только на страницах соцсетей. Маминых соцсетей.

Я решила больше не показываться в этот день на глаза родителям и сразу лечь спать. После душа удобно устроилась на кровати, чтобы послушать музыку перед сном, и только тогда вспомнила, что телефон до сих пор в сумке. Отыскав его, обнаружила пару пропущенных вызовов от Алисы и несколько сообщений от нее же.

«Почему ты так быстро убежала? Мы даже не успели попрощаться».

«У тебя все хорошо? Напиши мне, когда сможешь».

Я поспешно настрочила ответ: «Все в порядке. Родители опять в своем репертуаре. Как ты добралась?»

Через пару минут пришел ответ подруги.

«Ребята проводили меня. Они замечательные, правда? И я была права: Кай тоже красавчик. Тебе стоит к нему присмотреться».

«Ты же знаешь, что я недолюбливаю красавчиков».

«Знаю… Тогда хотя бы будь с ним дружелюбной. Он все-таки друг Дани. Я хочу, чтобы нам всем было комфортно общаться».

Вообще я надеялась по возможности избежать совместного времяпровождения в будущем, поэтому так легко пообещала родителям не видеться с парнями. Похоже, это будет непросто.

Глава 3

На следующее утро я проснулась непривычно рано – на часах было начало восьмого, – но я не вставала. После перепалки с родителями накануне хотелось отсрочить момент встречи, хотя бы с отцом. Им я была особенно недовольна: появляется дома редко, зато, когда появляется, берется за воспитательный процесс крепкой хваткой. В моих же глазах он давно потерял на это право.

Я проворочалась в кровати еще некоторое время, листая ленту соцсетей, и, когда пришла на кухню завтракать, папа уже ушел на работу. Мамы, к счастью, на ее обычном месте, у плиты, тоже не оказалось, поэтому я спокойно заварила себе овсянку и чай и вернулась в комнату.

Через некоторое время ко мне осторожно заглянула мама. Она вела себя так, словно боялась спугнуть. Видимо, догадывалась, что я могу быть не в духе после вчерашнего.

– Вот ты где. Я услышала, как ты посудой на кухне гремишь, пришла, а тебя уже нет. Какие планы на сегодня?

– Не переживай, никаких планов нет: посмотрю дома фильм, может йогой позанимаюсь.

Мама, казалось, осталась довольна моим ответом.

– Насчет вчерашнего… Мы с папой не хотели тебя обидеть. Просто мы любим тебя и стараемся защитить от ошибок…

– Ясно, – перебила я ее и демонстративно надела наушники, не желая продолжать разговор.

Мама погладила меня по плечу и покинула комнату.

Я начала слушать любимый плейлист по второму кругу, когда получила сообщение от Алисы. Ей не сиделось на месте, и она взяла инициативу в свои руки, чтобы наполнить наше лето яркими событиями.

«Пойдем завтра кататься на скейте».

«Кататься на скейте? Мы же не умеем. И скейтборда у нас нет».

«Вот и научимся. Есть одно классное место, там скейтборд можно в аренду взять. Мне Даня о нем рассказал».

Теперь ясно, откуда ноги растут. Если бы Даня занимался плаваньем, подруга позвала бы меня в бассейн. А я не умею плавать, и вода вызывает у меня панику, так что мне еще повезло.

«Значит, Даня с Каем там тоже будут?» – спросила я на всякий случай, хотя ответ уже был мне известен.

«Будут. Кто-то же должен научить нас на скейтборде кататься».

Конечно, я помнила об обещании, которое дала родителям накануне, но просидеть все лето дома тоже не хотелось. Тем более я собиралась встретиться с подругой, а не с ребятами. То, что и они там будут, можно считать совпадением. Родителям об этом знать не обязательно.

«Хорошо, я в деле», – ответила я подруге.

На следующий день в назначенное время мы встретились с Алисой у меня во дворе.

– Я в предвкушении! – Подруга буквально прыгала от радости. – Меня всегда завораживали все эти фокусы, которые выделывают на скейтах. Уверена, тебе тоже понравится.

Я не стала возражать и смиренно следовала за девушкой.

Мы добрались до парка в душном вагоне метро. Парк «Молодежный» пользовался популярностью у наших сверстников. И не удивительно: тут тебе и велосипедные дорожки, и лавочки для отдыха, и уютное кафе, и ларьки с напитками и мороженым, и площадка для скейтбордистов – развлечения на любой вкус!

Мы прошли по главной аллее и вышли к небольшой площади с фонтаном, возле которого фотографировались взрослые и бегали маленькие дети. Алиса огляделась по сторонам, после чего кому-то помахала. Я присмотрелась и увидела Даню. С улыбкой до ушей, он ждал нас, чтобы вместе пойти к скейт-площадке. Парень был одет в широкие длинные шорты с яркой свободной футболкой, в руках держал доску, разрисованную причудливыми узорами.

– Круто, что вы п-пришли! Сейчас возьмем вам в ар-ренду скейты, и мы с Каем все покажем.

Вместе мы направились по дорожке сквозь стройные ряды цветущих деревьев и, наконец, оказались на месте. Я увидела несколько трамплинов разной высоты и крутизны и множество фигур для скольжения, разбросанных по площадке. Почти все поверхности с легкой руки креативной и необузданной молодежи были разрисованы граффити. Мы сразу направились в зону аренды досок. Мне было абсолютно безразлично, какая мне достанется, а вот Алиса хотела скейт с красивым рисунком. В итоге Даня, как самый опытный из нас, осмотрел несколько экземпляров и дал рекомендации. От средств защиты мы с Алисой отказались, так как не планировали совершать каких-либо выкрутасов и не видели в них смысла. По правде говоря, я вообще рассчитывала отсидеться на лавочке, пока ребята будут развлекаться.

С досками в руках мы двинулись к самой площадке. По ней из одного конца в другой сновали скейтбордисты. Из общей массы особенно выделялся один. Он уверенно взлетал по самому высокому трамплину, совершая в его высочайшей точке невероятные перевороты. Выглядело впечатляюще и опаснее, чем в моем представлении, поэтому я засомневалась, стоит ли мне связываться со скейтбордингом.

– Мне кажется, у меня не получится, – поделилась я своими переживаниями с друзьями.

– Не п-пе-реживай, обязательно п-по-лучится. Вам очень п-повезло с учителями, – с гордой улыбкой успокоил меня Даня. – Кай так вообще в этом деле мастер.

Даня обернулся и энергично замахал, очевидно, привлекая внимание кого-то из ребят с площадки. Тот самый парень, чье мастерство произвело на меня наибольшее впечатление, неожиданно направился в нашу сторону, эффектно съехав с штуки, похожей на металлическое ограждение, которая, как позднее я узнала, называется «рейл».

Когда парень оказался совсем рядом с нами, пазл наконец сложился в моей голове. Талантливым скейтбордистом был Кай. Такой же красивый, каким я его запомнила, но более дерзкий, возможно, будучи в своей стихии. А, может, все дело было в образе: широкие длинные шорты, мешковатая футболка с абстрактным рисунком, кепка, надетая козырьком назад, и модные кеды. Все преимущественно черного цвета.

Ловко соскочив со скейта, Кай поймал его на лету и сдержанно поздоровался с нами.

– П-поможешь Майе встать на доску? – спросил у друга Даня.

– Без проблем, – ответил Кай, оценивающе окинув меня взглядом.

Я поспешила вмешаться:

– Не стоит, я сама.

«Как-нибудь обойдусь без помощи мистера Совершенство», – решила я.

Как назло, именно в этот момент скейтборд выпал у меня из рук, предательски приземлившись прямо на правую ногу. Я вскрикнула и чуть было не пнула от обиды дурацкую доску.

– Точно не нужна помощь? – спросил Кай, не особо стараясь скрыть улыбку на лице.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, дабы сохранить невозмутимость.

– Точно, точно. Вы идите, ребята. Веселитесь. А я сама со своей доской разберусь.

Каю оказалось достаточно моего ответа. Через мгновение его уже не было рядом. Подруга же не оценила моей самостоятельности.

– Май, ты чего? Как ты сама научишься на скейте ездить? А вдруг упадешь?

Я подобрала свой скейтборд и с напускной уверенностью заверила Алису:

– Я справлюсь. Чего тут сложного? Встал на доску и поехал – легкотня!

– Ну смотри… Если передумаешь, только скажи. Или Кая тебе вернем, или Даня все объяснит.

– Иди уже. – С легкой улыбкой подтолкнула я подругу в сторону ее удаляющегося кавалера.

И она ушла.

Я опустила свой скейтборд на землю и огляделась вокруг, чтобы подглядеть, как этот незамысловатый предмет эксплуатируют окружающие. Со стороны казалось, что встать на скейт достаточно просто: ставишь одну ногу на доску и отталкиваешься второй. Элементарно! Но, когда я пыталась то же самое повторить самостоятельно, из-за страха у меня не получалось оторвать вторую ногу от земли, поэтому я разгонялась и в самый ответственный момент тормозила. И так снова и снова.

«Лучше все-таки просто посидеть на скамейке, как планировала» – решила я. Дошла до ближайшей лавочки и приземлилась на нее, бросив скейтборд рядом. Заняться было нечем, так как телефон вместе с остальными вещами лежал в камере хранения. Некоторое время я просто осматривалась, наблюдала за успехами Алисы, которая уже вполне уверенно ездила на скейте по прямой, за стараниями Дани впечатлить Алису, над захватывающими дух головокружительными взлетами Кая. Глядя на других, мне вдруг и самой захотелось научиться управляться со скейтбордом хоть немного. Я спрятала свою гордость поглубже и, подобрав скейт, направилась в наиболее оживленную зону скейт-парка в поисках человека, рядом с которым не хотела находиться, но в котором нуждалась.

Кая я нашла быстро, а вот он словно не замечал меня. Я помахала ему, так как боялась подходить близко к группе гоняющих на высоких скоростях ребят. Не хватало еще оказаться сбитой каким-нибудь лихачом. Однако мои попытки привлечь внимание Кая остались безрезультатными. Я помахала снова и даже подпрыгнула на месте. Ноль внимания! Во мне закипело возмущение. Я, конечно, миниатюрная девушка, но не невидимка же! Осторожно пробираясь между снующими скейтбордистами, я подобралась ближе и окликнула Кая максимально дружелюбным из возможных в этой ситуации «эй». На самом деле хотелось еще кинуть в него чем-нибудь, или поставить подножку, или стащить с доски, схватив за край развевающейся от ветра футболки, но все это было бы недостойно юной леди, которую из меня долгое время родители пытались сделать.

К счастью, противоправных действий не потребовалось. О, чудо! Кай меня наконец-то заметил. Он сначала притормозил и удостоил взглядом, потом развернулся и поехал прямо на меня. Причем поехал так быстро, что я испугалась: вдруг он не успеет вовремя остановиться и в меня врежется. По-хорошему, стоило отойти в сторону, но я только непроизвольно закрыла глаза. А когда открыла их, Кай уже стоял передо мной, держа свой скейтборд в руке. Он находился слишком близко ко мне. Из-за высокого роста парня, чтобы увидеть его лицо, мне пришлось немного отступить назад и задрать голову. Вблизи его красота еще больше приковывала к себе внимание. На миг я даже забыла, зачем его звала.

– Что хотела? – поинтересовался Кай, снял кепку, взъерошил волосы и вернул кепку на место.

На мгновение я даже подумала, не передо мной ли он так прихорашивается.

– Я передумала, – начала неуверенно. – Может, все-таки поможешь мне научиться ездить на скейте?

По глазам Кая я поняла, что мысленно он празднует победу.

– Ну, давай посмотрим, что тут можно сделать.

И мой индивидуальный урок начался. Не ожидала, что Кай так легко согласится.

– Чему ты успела до меня научиться?

– Хм… ничему. – Ответ был честным, но не в мою пользу.

– Тогда начнем с основ, – объявил мой учитель и отвел меня в наиболее спокойную часть площадки. – На самом деле, тебе должно быть легко встать на доску. Ты же балерина, с балансом у тебя не должно быть проблем.

Пока балетное прошлое мне не особенно помогало, но я надеялась, что Кай окажется прав.

Кай подошел к процессу обучения основательно. Сначала рассказал мне, как определить ведущую ногу, потом показал, как правильно стоять на скейтборде. Со стороны это выглядело элементарно. Вместе с тем Кай на доске смотрелся очень круто.

Наконец подошла моя очередь.

– Для начала просто потренируйся вставать на скейт, не двигаясь с места.

Я встала на доску, Кай находился рядом, чтобы подстраховать. Благодаря нескольким дополнительным сантиметрам, которые скейтборд добавил к моему росту, наши с Каем глаза оказались почти на одном уровне, отчего мне почему-то стало неловко. Чтобы парень не заметил мое смущение, я решила что-нибудь сказать.

– Я, наверное, должна гордиться тем, что мне выпала честь у тебя учиться.

Мои слова прозвучали, пожалуй, излишне иронично.

– Как хочешь.

Кай, как всегда, при общении со мной, был немногословен. Не уверена, объяснялось ли это его самовлюбленностью или неприязнью ко мне, но точно не скромностью. За него говорил его дерзкий, слегка насмешливый взгляд, вызывающий на безмолвный поединок без правил. Я проиграла тут же, без боя. Несколько раздраженная соскочила со скейта. У меня плохо получалось скрывать эмоции.

– А теперь, принцесса, я научу тебя вовремя останавливаться.

Мне показалось, Кай специально использовал такую двузначную формулировку, когда говорил о торможении и остановке, но я великодушно простила его, чтобы не лишиться учителя.

После объяснений и демонстрации со стороны Кая, повторить полный цикл – от начала движения до остановки – предстояло мне. Мне уже не терпелось самостоятельно проехать на скейтборде, чтобы поставить галочку напротив этого пункта в моем обновленном списке желаний.

Кай предложил подержать меня за руки, на случай если я буду неустойчиво стоять на движущемся скейтборде. Я без особого труда встала на доску и поехала, с непривычки, возможно, слишком крепко вцепившись в своего учителя. Некоторое время спустя я поняла, что, во-первых, у меня совсем некстати начали потеть руки, а во-вторых, на такой небольшой скорости я могу обойтись и без помощи. Однако, только я хотела отпустить Кая, как он сказал мне останавливаться, отчего я растерялась и начала сходить не с той ноги. В результате доска отскочила в одну сторону, а я с криком повисла на парне, точнее на его и без того широкой футболке, неприлично сильно ее растянув. Оставалось надеяться, что вещь была недорогая. Кай, в свою очередь, успел ловко поймать меня за талию. Только оказавшись ногами на земле, я отпустила парня, извиняясь за свою неловкость.

– Все в порядке. Ты такая… – он задумался, подбирая слова, – …легкая. Будешь еще пробовать или пропало желание?

– Попробую, только сама, без поддержки, – пробормотала я, избегая его взгляда.

Я решила, что раз логика передвижения на скейтборде мне понятна, то с последним закрепительным разом я справлюсь самостоятельно. А потом можно со спокойной душой и на лавочку вернуться.

Вот только вторая попытка оказалась не удачнее первой. Я держалась достаточно уверенно ровно до тех пор, пока сбоку неожиданно не выехал лихой скейтбордист. Он мчался мне наперерез. И, возможно, будь я опытнее, сверни я в сторону или вовремя затормози, все бы обошлось. Я же решила просто спрыгнуть со скейтборда, невзирая на скорость. Приземление получилось не очень грациозным: прямо на колени. Сначала я ничего не почувствовала и даже успела подняться до того, как Кай подоспел на помощь. Однако, одновременно с моментом, когда я посмотрела на свои худые ноги в велосипедках и увидела ободранную кожу и кровь на коленях, левое колено, на которое, видимо, пришелся основной удар, пронзила резкая боль. Первым желанием было опуститься на асфальт, но я устояла, стараясь при этом дышать глубже, чтобы боль не ощущалась так остро.

Кай оказался рядом почти сразу. Он крикнул что-то моему обидчику вдогонку, но, видимо, решил не тратить на него свое время. Это и хорошо. Не хватало еще конфликта на пустом месте.

– Осторожнее. Я помогу тебе.

Парень предложил понести меня на руках, но я поспешно отказалась. Не хотелось доставлять ему дополнительные неудобства. Тогда он подхватил меня под руку, позволив на него опереться, и повел к ближайшей скамейке. Пока мы ковыляли туда, где можно присесть, к нам подбежали Алиса с Даней. Видимо, происшествие случилось на их глазах. Алиса отправила ребят сдать арендованные скейты и забрать наши вещи из камеры хранения, так как в сумке находилось то, что можно было использовать для остановки крови. Сама подруга осталась со мной. Ахая и охая, она ощупала меня, чтобы проверить, что кроме кровавых ссадин на коленях, ничего не повреждено. Моих слов оказалось недостаточно. Когда она лично убедилась в умеренном масштабе ущерба, вернулись запыхавшиеся ребята с нашими рюкзаками. Похоже, они очень торопились.

Алиса порылась в своей сумке и нашла влажные салфетки и лейкопластырь, с помощью которых удалось обработать и заклеить мои ранки. Я начала привыкать к неприятным ощущениям, и боль уже не казалась такой уж невыносимой. Ребята, чувствуя себя виноватыми, продолжали суетиться вокруг меня.

– Это моя вина, – настаивал Даня. – Зря я не убедил вас надеть защиту.

– Нет, это я недосмотрел, – сокрушался Кай.

– Прости, что заставила пойти сюда, – извинялась Алиса.

– Ребят, перестаньте. Я же со скейтборда упала, а не с крыши. Ощущения неприятные, но терпимо. Через несколько дней не останется и следа.

У меня самой было чувство вины за то, что испортила всем настроение и дала повод для беспокойства. Я предложила ребятам подождать их на лавочке, чтобы они могли еще покататься, но все отказались и собрались проводить меня домой.

Совсем кстати, потому что погода вдруг испортилась. По пока еще голубому небу расплывались мрачные, словно грубые мазки темной акварели, тучи. Оставаться в скейт-парке не было смысла, поэтому мы не спеша отправились по домам.

Глава 4

Дома на меня обрушился град из упреков от матери, которая, увидев мои разбитые коленки, посчитала, что я так безответственно отношусь к своему здоровью намеренно, чтобы лишить себя шансов вернуться в балет. Она продолжала ворчать по этому поводу, пока обрабатывала ранки и мазала их лечебной мазью, когда заваривала мне травяной чай и даже потом, перед сном у моей постели.

Повезло еще, что отца не было дома. Я надеялась, что он про этот небольшой инцидент ничего не узнает. Вот только мама посчитала своим долгом все ему доложить. Как будто у них, кроме меня, нет других тем для разговоров. Хотя, кого я обманываю, по моим наблюдениям, родителей уже пару лет ничего, кроме меня, не связывало.

Отец не стал разбираться в деталях случившегося: где я получила травму, при каких обстоятельствах, насколько она серьезная. Он просто объявил, что ближайшую неделю я проведу дома, под их с матерью заботливым контролем. Я отнеслась к этим словам спокойно, даже обрадовалась немного. Ведь, чтобы следить за мной, отцу самому придется больше времени проводить дома, а значит, наша семья снова станет полноценной. Это ли не счастье!

Я временно приобщилась к увлечениям матери: помогала печь печенье, пироги и булочки, а затем мы вместе фотографировали все это великолепие для ее кулинарного блога. Не то чтобы я любила готовить. Выпечку я и после отказа от балетной карьеры практически не позволяла себе есть, но, по моим ощущениям, такое совместное времяпрепровождение на кухне, нас с мамой сближало. А плодами наших стараний можно было поделиться с отцом.

Мы накрывали стол к его приходу с работы. Он дегустировал наши творения и нахваливал, говорил, что кулинарные таланты каждой девушке пригодятся, а потому, чем шататься непонятно где на улице, стоит больше времени проводить с матерью. Я не во всем была согласна с отцом, но очень ценила любую похвалу от него. Когда мы вот так, все вместе, сидели за столом, я была счастлива. Мне хотелось сохранить эти ощущения уюта и единения, даже если для этого требуется стать более послушной и внимательной дочерью.

Но семейная идиллия продолжалась недолго. На третий день папа пришел домой очень поздно, и нам пришлось ужинать без него. На четвертый день он и вовсе не ночевал дома. Утром мама объяснила, что отца накануне отправили в срочную командировку, но по ее невыспавшемуся лицу и расстроенному виду я поняла: она лжет. Конечно, не из плохих побуждений, но от этого не легче.

Поведение отца вывело маму из равновесия. Она по заведенному порядку еще продолжала творить на кухне и изображать семейное счастье для своего интернет-сообщества, но я не могла не заметить, что она приводит себя в порядок только перед съемкой, много спит и работает на ноутбуке, не вставая с кровати.

Я фактически оказалась предоставлена сама себе. Мое домашнее заточение можно было считать оконченным. Никого не волновало: где я и чем занимаюсь. Я поспешила сообщить об этом Алисе.

В последние дни мы редко общались. Алиса написала мне на следующий день после нашей поездки в скейт-парк, чтобы спросить, не буду ли я против, если она поделится моим номером телефона с Каем. Он хотел узнать, как я себя чувствую и еще раз извиниться. Я была крайне удивлена, с чего вдруг Кай так беспокоится о моем самочувствии. Я, конечно, недостаточно хорошо его знала, но все же у меня о нем сложилось несколько другое впечатление: отнюдь не дружелюбного и милого парня. Поэтому я отказалась сообщать ему свой номер. Подруга посчитала меня странной, но не стала переубеждать.

Когда, несколько дней спустя, я позвонила Алисе, чтобы поделиться своими переживаниями по поводу происходящего в моей семье, она предложила во всем находить положительные стороны.

«За тобой больше не следят. Так зачем грустить и сидеть дома? Лови момент, гуляй, развлекайся! Пользуйся свободой», – таким был ее посыл.

Я решила, что она, пожалуй, права. Лучшее, что я могу для себя сделать в сложившейся ситуации, это отвлечься от семейных проблем и провести время с друзьями, точнее с подругой. Этим же вечером мы договорились встретиться, погулять, поесть мороженого. Бесцельные прогулки, сплетни, лишние калории… Мне этого действительно не хватало.

Едва завидев меня, Алиса объявила, что нам нужно пройти через кофейню. Даня обещал поделиться с ней какими-то книгами из школьной программы десятого класса. Подруга посчитала, что нет смысла тратиться на вещи, которые можно бесплатно позаимствовать. Я не нашла, что возразить, поэтому мы направились в кафе. Все равно не имело большого значения, в какую сторону гулять.

В кофейне в этот раз было особенно оживленно. А может, мне так показалось после недельного домашнего заточения. У прилавка собралась очередь из нескольких человек. За самим прилавком усердно шипела кофемашина, наполняя кружки ароматным напитком. Я мельком обвела взглядом зал и заметила, что почти все столики заняты. Вдруг подруга ткнула своим локтем меня в бок и кивнула в сторону:

– Вот там, справа – Кай. Иди, поболтай с ним, а я пока найду Даню.

Девушка буквально подтолкнула меня к одному из столиков, а сама скрылась за дверью, ведущей в служебные помещения.

Практически прямо передо мной, действительно, сидел Кай и уплетал сэндвич. Он был одет в темно-синюю ветровку оверсайз с капюшоном, накинутым на голову. Из-под капюшона выбивались слегка вьющиеся темные пряди волос. Они почти скрывали глаза парня. На безупречном лице блуждала некоторая отстраненность. Удивительным образом Кай выделялся на общем фоне посетителей. Его словно окружала какая-то особенная аура: отталкивающая и притягивающая одновременно.

Я не была настроена на диалог, поэтому рассчитывала сделать вид, будто Кая не заметила, и собиралась подождать подругу на улице. Но уйти не успела. Парень повернул голову, и наши взгляды встретились. Он махнул мне рукой, и я поняла, что хорошим тоном будет подойти и поздороваться.

Мы перекинулись приветствиями, Кай тут же беспокойно посмотрел на мои ноги.

– Как твои колени? Садись.

Он указал на место напротив.

– Я здесь Алису жду, – пояснила я, неуверенно присаживаясь на стул. – Она пришла позаимствовать у Дани кое-какие книги… А колени уже в порядке.

На самом деле ноги до сих пор были в синяках и ссадинах, но я успешно скрывала их под джинсами.

На мгновение между нами повисла неловкая тишина. Ее прервал Кай:

– Кстати, несколько дней назад я спрашивал у Алисы…

«Только бы не про мой отказ дать номер телефона», – промелькнуло в моей голове. Я надеялась, что не придется объяснять свое решение лично. Слова Кая застали меня врасплох, и от неожиданности я даже выронила свой телефон, который держала в руках. Он грохнулся на стол с громким стуком. Мы с Каем одновременно уставились на упавший предмет. Парень перевел взгляд с телефона на меня и, похоже, собирался продолжить свою мысль. Но я, неожиданно даже для себя, вдруг объявила, что мне срочно нужно позвонить и, схватив свой мобильный, выбежала на улицу.

Конечно, я все выдумала. Не было необходимости ни в каком звонке. Уже стоя перед кофейней на солнцепеке, я осознала, как глупо выглядела со стороны: трусливо сбежала, чтобы не отвечать на вопрос, который даже не дослушала до конца. Теперь Кай, наверняка, считает меня ненормальной. Хотя, может, это и к лучшему.

Я отправила Алисе сообщение о том, что жду ее снаружи, и отошла в тенек. Подруга появилась через несколько минут. Ее тряпичная сумка была набита книгами.

– Я думала, вы с Каем контакт налаживаете, а ты одна стоишь на улице. Нельзя вас оставить ни на минуту!

– Опять ты за свое. Нам не о чем с ним разговаривать. Лучше ты рассказывай, как у вас с Даней дела. Я смотрю, вы сблизились, пока мы не виделись. Вон, он тебе доверил самое дорогое. – Я показала на сумку с книгами. – Что там у тебя? Чехов? Достоевский?

Подругу не нужно было упрашивать. Она обрушила на меня невероятный объем деталей прогресса их отношений с Даней за последние несколько дней: кто, кому, как часто и о чем писал, как быстро отвечал и так далее. Я едва успевала вставлять возгласы удивления и восхищения и уточняющие вопросы. Нескончаемый поток информации прервался только в магазине, когда мы выбирали мороженое, а затем продолжился по пути к бульвару, где мы гуляли и отдыхали на лавочке, и по дороге домой.

Наблюдать подругу счастливой тоже было своего рода счастьем. Хотя было и одно «но». С каждой нашей новой встречей, разговоров о них становилось больше, а разговоров о нас – меньше. Не означало ли это, что мы с моей единственной подругой стали отдаляться и я ее теряю?

– Пообещай, что наша дружба все еще важнее отношений с мальчиками? – попросила я Алису на прощанье.

– Даже не сомневайся! – ответила подруга. И мне стало немного спокойнее.

У меня были опасения по поводу того, что я ушла гулять без разрешения родителей, но они не подтвердились. Когда я вернулась, отца все еще не было дома, кухня пустовала. Я была обеспокоена состоянием мамы, поэтому заглянула в спальню ее проведать. Из-за ночных штор, плотно закрывающих окна, в темноте было сложно что-либо разглядеть, кроме расплывчатого силуэта на кровати. Я даже не была уверена, спала она или просто лежала. Мне стало ее жалко. Она ведь достаточно молодая и привлекательная женщина, а выглядит такой разбитой и несчастной. А еще, всего через несколько дней у нее день рождения. «Нужно чем-нибудь ее порадовать», – твердо решила я.

Глава 5

На следующий день я поехала в торговый центр за подарком для мамы. Алиса не смогла составить мне компанию: ее попросила помочь с делами по дому бабушка. Ходить по магазинам мне пришлось одной. Уже на месте я поняла, что отправляться за подарком без подготовки – не самая удачная идея. Меня не особо ограничивали рамки бюджета, ведь отец щедро наделял меня карманными деньгами, но вот уже битый час я безуспешно бродила по этажам торгового центра, так и не присмотрев ничего достойного. Я впала в уныние, достала телефон и стала на ходу искать в Интернете варианты подарков, соответствующие предстоящему событию. Так я и шла по длинным коридорам, монотонно перелистывая страницы сайтов с сотнями сомнительных идей, и лишь время от времени отвлекалась на броские витрины отдельных магазинов.

Неожиданно я налетела на человека. Он, судя по всему, как и я, не видел, куда идет. Что вовсе не удивительно: двадцать первый век, вокруг полно людей, которые чаще смотрят в смартфон, чем себе под ноги. Я собиралась извиниться и обойти преграду, но услышала знакомый голос.

– Привет.

Я оторвала взгляд от телефона. Прямо передо мной стоял Кай. На нем были модные джинсы, черное свободное худи, на голове, как всегда, – капюшон. И в руках у него не было телефона. Более того, он держал руки в карманах брюк, поэтому у меня закрались сомнения, что мы столкнулись случайно.

– И ты здесь. В последнее время мы часто сталкиваемся, – заметил парень.

– Да, пожалуй, – согласилась я и, как будто почувствовав себя виноватой за наши случайные столкновения, пояснила: – Я здесь, чтобы купить подарок для мамы.

Было странно вести с Каем этот разговор, наверное, потому что мы изначально были вынужденными знакомыми без общих интересов или тем для обсуждения.

– Круто! Я тут тоже подарок ищу – только сестре, – сказал парень.

Я медленно скользила взглядом по вывескам, находящимся в поле моего зрения, и прикидывала, что, пожалуй, можно уже пойти дальше, ведь идей для поддержания беседы у меня не было. Собиралась сообщить Каю, что мне пора, как вдруг что-то за его спиной привлекло мое внимание. Мне показалось, я увидела отца. Сначала я не поверила своим глазам, так как он должен был быть на работе. Однако, присмотревшись, поняла, что из расположенного в нескольких метрах от нас бутика нижнего белья только что действительно вышел мой родитель. И он был не один. Под руку его держала симпатичная брюнетка.

Будучи сбитой с толку, я осторожно выглядывала из-за плеча стоявшего передо мной Кая, чтобы разобраться, как случилось, что вечно занятой отец не появляется дома, но находит время ходить по торговым центрам.

Кай что-то говорил, но его слова слились для меня в один сплошной шумовой поток. Заметив мою растерянность, парень оглянулся в поисках причины изменения моего поведения. Как раз в этот момент брюнетка, сопровождающая отца, сначала поцеловала его в щеку, а потом прошептала что-то на ухо, вызвав у мужчины легкую улыбку.

Я не могла скрыть своего шока. Во мне забурлила гремучая смесь из самых разных эмоций: злости, разочарования, возмущения и обиды. В одно мгновение мне хотелось подойти к отцу и потребовать объяснений, в другое – стереть увиденное из памяти и убежать как можно дальше от жестокой реальности. Такие разные порывы конфликтовали между собой, вызывая мучительный дискомфорт, который, остро ощущался даже физически.

– Что с тобой?

Голос Кая был слышен словно сквозь пелену. Парень снова смотрел на меня, но уже обеспокоенно.

Я же наблюдала, как сокращалось расстояние между нами и счастливой парой, которая завладела моим вниманием. Шаг, еще несколько. Вот они уже почти поравнялись с нами. Отец вдруг посмотрел в мою сторону, и мы на секунду встретились взглядами. Вспышка удивления в его глазах. Всего на миг я потерялась, затем резко отвернулась. Быстро просканировала пространство вокруг себя в поисках укрытия, но рядом ничего не нашла. Тогда я снова заметила Кая, будто он пропал на некоторое время, а теперь снова появился передо мной: высокий, красивый, невозмутимый.

– Обними меня. – Услышала я свой дрогнувший голос.

– Что? – переспросил Кай.

– Обними меня, – повторила я, заглядывая ему в глаза.

Эти слова дались мне с трудом. А он все еще стоял, держа руки в карманах, и непонимающе смотрел на меня сверху вниз, словно я говорила на несуществующем языке.

Тогда я глубоко вдохнула, чтобы набраться смелости, подошла ближе и сама обняла его: вцепилась руками в его свободную кофту, уткнулась лицом ему в грудь.

Почти сразу за спиной раздался голос отца:

– Майя? А ты что здесь делаешь?

«Дурацкая, дурацкая идея… Маскировка не удалась», – пронеслось у меня в голове.

Вдруг я почувствовала легкое прикосновение рук к своей талии: Кай все-таки меня обнял, хотя было поздно. Я осторожно взглянула туда, откуда доносился голос отца. Он стоял совсем близко и переводил испепеляющий взгляд то на меня, то на Кая. От возмущения его лицо покраснело, а грудь высоко вздымалась – все говорило о надвигающемся взрыве.

– Отпусти ее, – приказывающим тоном произнес отец. Его желваки дрожали, руки сжимались в кулаки, выдавая с трудом контролируемый гнев.

Во избежание серьезных последствий я сначала сама отпустила Кая, а потом убрала от себя его руки. При этом я старательно избегала его взгляда: слишком смущающим было все происходящее.

Отец схватил меня за локоть и дернул к себе.

– Ты должна быть дома, а не шататься по магазинам непонятно с кем!

В данной ситуации упрек от него прозвучал как агрессивная защита. Я резко выдернула свою руку и снова отошла назад. Неожиданно источник уверенности появился оттуда, откуда я его не ждала. Кай подошел ко мне и приобнял за спину. Легкое прикосновение более уверенного, чем я, человека подействовало на меня успокаивающе и придало решительности. Я с вызовом посмотрела отцу прямо в глаза и произнесла:

– Не тебе меня учить! Я тоже могла бы потребовать объяснений о том, кто эта женщина рядом с тобой, – кивнула я в сторону брюнетки, которая больше не держала отца под руку, а скромно стояла позади, словно чувствуя свою вину. – Только мне плевать. Ты для меня как отец больше не существуешь!

Последние слова дались мне с трудом. К горлу предательски подступали слезы.

Лицо отца исказила резкая смена эмоций.

– Майя, дочка, давай отойдем в более спокойное место и поговорим.

Он снова попытался взять меня за руку, но я ему этого не позволила.

– Не хочу с тобой разговаривать! Не хочу видеть тебя!

Я резко развернулась и быстрыми шагами направилась прочь от места столкновения. У меня не было конкретной цели или пункта назначения. Я просто шла, куда меня вели ноги, не глядя по сторонам и налетая на случайных прохожих. В какой-то момент я обнаружила себя в тупике коридора. Как символично. Ведь я чувствовала себя загнанной в угол.

Мне было тяжело дышать, по щекам текли слезы. Казалось, из меня вынули все силы и энергию. Неожиданно за спиной раздался голос:

– Майя, ты в порядке?

Я обернулась и только сейчас заметила Кая. Значит, все это время он шел за мной.

– Оставь меня.

Я медленно съехала по стене за моей спиной и села на пол, бросив свою сумку рядом. Мне было безразлично, что пол может быть грязным, что чуть поодаль толпами ходят люди и некоторые из них оглядываются на меня. Слезы застилали мне глаза, поэтому я видела все расплывчато, словно из салона автомобиля во время проливного дождя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.