Анастасия Милованова
Я плету твою судьбу

Пролог

Взгляд пустых мёртвых глаз невыносим.

– Что ты видишь? – вопрос Кэя вызвал у меня нервную икоту, на что следователь лишь надменно ухмыльнулся.

Высокий, с безупречно уложенными тёмными волосами и такой же идеальной бородкой, в спецкомбинезоне оперативного работника, он казался эталоном служителя правопорядка.

– Смерть я вижу, – поёжившись, пробубнила в ответ, натягивая шаль на плечи.

Девушка, к трупу которой меня притащил этот напыщенный гад, лежала посреди ритуального круга. Абсолютно голая, посиневшая, она раскинула руки в стороны и уставилась незрячими глазами в потолок.

– Это и я вижу, – тем временем проговорил мужчина, кивком отпустив своих сотрудников. – А причину сказать можешь?

Склонив голову набок, я окатила его взглядом, полным горделивого превосходства.

– Я уже не раз слышал, Таис, какого ты мнения о моих умственных способностях, – присев на край низенького комода и сложив руки на груди, парировал мою выходку следователь. – А теперь давай за работу. Или напомнить, что тебя ждёт в случае отказа помогать следствию?

– Да уж спасибо, всё было объяснено не раз и очень доходчиво, – потёрла новёхонькие браслеты-хаттанты, надетые прямо поверх коротких бархатных перчаток.

Браслеты были призваны следить, как часто используется моя сила и протекает жизнь тех, чью судьбу я вероломно изменила. Они и раньше у меня имелись, но купленные на чёрном рынке. В них следящая функция была переведена в некое подобие спящего режима, позволяя легко обводить стражей вокруг пальца. До тех пор, пока я не наткнулась на проклятого Кэйетана Войнота старшего следователя убойного отдела службы контроля магических преступлений.

СКМП.

Чтобы им пусто было! Самое страшное, что могло произойти со мной!

– Ты чего зависла? Украшения запястья жмут? – продолжил глумиться Кэй, видя мою нерешительность.

Не удостоив его ответом, а лишь сжав губы и кулаки, я всё же присела возле тела. Подумать только! Всего несколько дней назад проводила время в чудесном спа-отеле на лучшем курорте Лилерии, а сегодня вынуждена помогать вшивым стражам!

Поборов раздражение и желание сплести из линий судьбы Кэя какой-нибудь неприличный жест, я всё-таки приступила к делу. Главное – не смотреть жертве в глаза, просто сосредоточиться на полотне её жизни.

Закрыла глаза. Вдох-выдох – и вот уже погрузилась в себя. Все звуки ушли на второй план, даже свет вокруг меня потух. Я будто бы осталась одна в комнате. Я и мёртвая девушка, полотно судьбы которой испугало меня до седых волос. Вместо упорядоченно переплетённых нитей, которые вполне соотносились с заурядной жизнью такой замухрышки, передо мной раскрылась история агонии и боли. Буквально каждый жгутик был окрашен красным цветом невыносимых мук из-за событий, произошедших с ней в последние несколько дней. Но ещё более жутко мне стало, когда я перестала всматриваться в каждую нить отдельно. Всё вместе это выглядело как огромный букет, обрамлённый зелёным цветом спокойствия. Какая-то тварь сознательно мучила, а затем погружала в умиротворение эту бедняжку. Чтобы в итоге получилась вот такая картина!

Я в ужасе отшатнулась от трупа и перевела испуганный взгляд на Кэя. Тот, в свою очередь, смотрел на меня без грамма сарказма и ехидства. Видимо, впечатлился моей реакцией.

– Что там?

– Б-б-букет, – сглотнув, ответила я. – Её мучили, чтобы сплести картину цветов. Чёрт!

От накативших образов меня вывернуло прямо там. Никогда в жизни не видела ничего подобного. Я и помыслить не могла, что мой дар можно использовать настолько страшным способом. И это понимание оглушало поболее чувства стыда, который я испытывала за слабость собственного желудка.

– Ты ещё долго продержалась, – Кэй подошёл ко мне и, присев, протянул платок. – А знаешь, для кого это художество?

– Святая упаси! – я схватила платок и прижала его к губам. – Вообще не хочу ничего знать об этом деле!

– А придётся, – вздохнул Войнот, – ведь букет-то для тебя.

С этими словами он протянул мне записку, в которой крупными неровными буквами было нацарапано: «Всё для тебя, моя Таис».

Глава 1. Как же ты попала, Таис!

– Не мельтеши, – раздражённо проговорил Кэй, перелистывая страницу в досье.

Уютно устроившись в кресле за рабочим столом, ему, казалось, вообще не было дела до моего душевного состояния.

– А что ты мне сделаешь? – огрызнулась, но ходить туда-сюда и впрямь перестала, присела на потёртый диван напротив рабочего стола.

Нервно стиснула небольшую сумочку, болтающуюся на моём плече весь этот долгий вечер. А что я могу поделать, если кабинет криминалиста, расположенный при морге, никак не способствовал улучшению настроения? Да ещё и этот бесконечный перестук воды из протекающего крана в угловой раковине!

Кап-кап, кап-кап.

За час, что мы находились в стылом помещении морга, эта капель превратилась в пытку. Очередное «кап-кап» тут же отозвалось в голове ехидным голоском: «Кап-кап, как же тебя угораздило? Кап-кап, тебе теперь не сбежать! Кап-кап, а ведь и ты могла тут лежать. Кап-кап, лучше бы тебе что-нибудь придумать опять!»

– Что мы тут забыли? – усилием воли стерев этот гомон из головы, поинтересовалась я у невозмутимого следователя.

– Проверишь тела, потом пойдёшь в свой отель, – мужчина не удостоил меня взглядом, лишь дёрнул бровью – то ли в раздражении, то ли с насмешкой.

– Мы не так договаривались! – я вновь подскочила и широкими шагами приблизилась к столу.

– Я поменял условия сделки.

В этот раз Кэй всё же поднял на меня серо-голубые глаза. Уголок его рта дёрнулся в ироничной ухмылке.

– А что ты мне сделаешь?

С минуту мы сверлили друг друга взглядами. Мой, жгущий гневом, сталкивался с его щитом из ехидства и чувства собственного превосходства. И я, в конце концов, сдалась: действительно, что может противопоставить старшему следователю СКМП такая мышка, как я? Меня поймали на горячем, и теперь, чтобы не загреметь на несколько лет в исправительный сектор, мне придётся выполнять всё, что скажет этот сноб.

А то, что он сноб, я поняла сразу. Отпрыски Высоких родов всегда славились своим высокомерием и пренебрежительным отношением к тем, кому не посчастливилось родиться в семьях избранных.

Решив сменить тактику, я чуть приподняла подол роскошного шёлкового платья и присела на угол стола. Изогнувшись, кокетливо поправила вуаль на шляпке и заглянула в папку, которую с такой тщательностью изучал Кэй.

– Ну же, господин следователь, зачем вам презренный Ткач в вашем отделении? Блокираторы на мне заменены, тело бедняжки я осмотрела, можно мне домой?

– Не старайся, не работает, – откинувшись на спинку кресла и сложив длинные пальцы в замок, Кэй прищурился, глядя на меня. – Свои приёмы можешь применять на персонале отеля, в который ты обманом заселилась. В СКМП каждый знает о твоём проклятом даре, и одурачить моих коллег тебе не удастся. Более того… – он резко подался вперёд, и его глаза угрожающе блеснули, – только попробуй влезть в чью-то судьбу – лично в карцер запру.

– Даже если бы хотела, не получилось бы, – с насмешкой ответила я, тряхнув запястьями с дурацкими браслетами-хаттантами на них.

– Вот и не забывай.

Грохот, с которым открылась дверь в приёмную, для меня прозвучал гонгом к окончанию очередного раунда противостояния со следователем. И что-то мне подсказывало: этот поединок был не последним.

– Чего расселись?

В проёме показалась темноволосая голова женщины, старшего судмедэксперта. На её груди болтался серебристый бейджик, подсказавший имя вновь прибывшей. Присцилла Мелроуз. Эта смуглая, пухлая некромантка, видимо, входила в команду Кэя, поскольку её я видела и на месте убийства.

– У меня всё готово, можно проверять.

– Что проверять? – кровь отхлынула от лица, когда я поняла, что мы сюда всё-таки не испытывать моё терпение пришли.

И что слова Войнота о тотальной проверке трупов не были пустой попыткой меня напугать.

– Тела, естественно, милочка. Не подснежники же считать! – выдала судмедэксперт.

Не говоря ни слова, Кэй подхватил со стола оставшиеся папки с делами и прошёл мимо меня. Остановился лишь в коридоре и, одарив взглядом «Ты что, тупая?», дёрнул холёным подбородком вслед ушедшей сотруднице.

– Да иду я, не обязательно так смотреть! – злость, в который раз за этот день, одолела меня.

Причём непонятно, на кого больше: на несносного следователя или на себя. Потому что терялась рядом с мужчиной и никак не могла заставить его плясать под мою дудку.

А я к такому не привыкла. За семь лет относительной свободы от контроля браслетов для меня стала нормой повальная услужливость окружающих людей. И возвращаться к прежней жизни, когда приходилось в буквальном смысле считать каждый магкрит и лебезить перед любым работодателем, я была не намерена. Ну уж нет! Никакой высокородный выскочка не разрушит то, что я так бережно выстраивала.

– Знаешь, не люблю, когда меня препарируют взглядом. От этого между лопаток чешется, – как бы между прочим заметил идущий впереди следователь. – В твоих интересах перестать желать мне смерти. Я единственный, кто может обеспечить тебе свободу. Конечно, сразу после завершения дела.

– Да какого дела-то? – скрыв раздражение за надменной холодностью, поинтересовалась я.

– Вот этого, – Кэй распахнул дверь секционной, и передо мной открылся вид на два десятка столов.

На каждом из них лежало тело, укрытое куполом стазиса. Он, конечно, не позволял трупам разлагаться, но картинка от этого менее кошмарной не становилась.

К горлу подкатил комок желчи, и я, прикрыв рот ладонью в бархатной перчатке, отвернулась. Хотя это было бессмысленно. Такую картину очень сложно стереть из памяти.

– Смотрите, кто это у нас такой нежный? – хмыкнул Кэй и шагнул внутрь. – Хотя, вижу, ты уже покрепче стала. Прошлый раз тебя вырвало.

– Не напоминай, – сдавленно ответила я, всё так же прижимая ладонь ко рту. – Мне что, их всех проверять?

– Да, надо выявить тех, кто по нашему делу проходит, – с невозмутимым видом кивнул Кэй.

Подозреваю, ему откровенно нравилась моя растерянность.

– Присцилла, сколько у нас всего тел?

– Двадцать три, а если считать с вашей сегодняшней жертвой, то на одну больше, – судмедэксперт откликнулась из другого конца зала, что-то химича с крайним телом. – Мне снимать стазис?

– Нет, – резко ответил Кэй.

И я впервые за это время усмехнулась: не такой уж ты непробиваемый, господин следователь.

– Наш эксперт может работать и при стабилизирующих чарах. Я верно говорю, Таис?

– Ага, только ты одного не учёл, – я с ехидной улыбкой встряхнула браслетами-хаттантами. – Эти малышки не дадут провернуть мне такой объём работы. У вас же лимит стоит, господин начальник.

Войнот на секунду прищурился, будто бы решая что-то для себя, а потом резко подошёл, дёрнул за руки, отчего я едва не завалилась на него. Недовольно раздувая ноздри, он принялся нажимать руны на хаттантах в одной ему известной последовательности.

– Позволь тебя предупредить, – смотря прямо мне в глаза, проговорил Кэй, и взгляд его не обещал ничего хорошего. – У каждого сотрудника в отделе есть охранный амулет. Сунешься в их судьбу – одним карцером дело не ограничится. Поняла?

Последние слова он злобно процедил, сдёргивая с рук раскрытые браслеты.

– Да у тебя какие-то проблемы с головой, псих! – я еле сдержалась, чтобы не дать истеричного петуха в голосе. – Я самый обычный человек, а не маньяк какой-то.

Выдернула ладошки из его рук и с наслаждением растёрла запястья.

– Обычные люди не кроят чужие судьбы и не пользуют их в своё удовольствие, Ткач! – презрение, с которым сейчас на меня смотрел следователь, ясно давало понять: перемирия между нами не будет.

– Да вы у нас ткачененавистник! – сложила руки на груди и окатила его ледяным взглядом. – Фу, как некрасиво для представителя Высокого рода. Не вы ли должны нести в массы идеи родства, равенства и благоденствия для всех и каждого?

Казалось, сам воздух между нами накалился от невидимого противостояния. Да вот только силы обеих сторон были равны. Ни я, ни Кэй не собирались отступать и продолжали сжигать друг друга взглядами.

– Вы бы номер, что ли, сняли, а?

Расколовший повисшую тишину голос Присциллы показался мне громом среди ясного неба. Я оторопело моргнула и перевела взгляд на женщину, которая закончила свои дела и теперь шла к нам.

– Ну или я могу удалиться на пару минут. Хотя заниматься сексом в секционной – странный вид удовольствия. Но кто я такая, чтобы осуждать чужие пристрастия?

– Прис, опять твои шуточки? – странно, но вместо того, чтобы отчитать подчинённую, Кэй усмехнулся.

Лишнее доказательство того, что все они тут на голову ушибленные.

– Какие шуточки? Сухая констатация факта. Вы ж ещё чуть-чуть – и кинулись бы друг на друга, – смуглянка встала за первый стол и посмотрела на нас с самым невинным видом. – Если вы выяснили отношения, будьте добры, приступайте к исследованию. Я и так уже на два часа задержалась. А у меня, между прочим, сегодня дома праздник…

Госпожа Мелроуз продолжила рассказ о сорванном семейном ужине, но я её уже не слушала. Подошла к телу, стараясь не смотреть в лицо мёртвому мужчине. Мне не нужен зрительный контакт. Да и вообще, была бы моя воля, я просмотрела бы всех «клиентов» с закрытыми глазами.

Чувствую, после сегодняшней ночи у меня прибавится седых волос.

– Это не наш клиент, – мне хватило одного беглого прикосновения к угасающим нитям, чтобы понять: мужчина умер своей смертью. – Господин ушёл из жизни в срок. Ничего не менялось. Либо вмешательство было так давно, что я уже не увижу этих плетений.

– В каком смысле не увидишь? – насторожился Кэй, и они вместе с судмедэкспертом повернулись ко мне.

– После смерти полотно обычно сохраняется в течение двух недель, плюс-минус пара дней. Потом нити истончаются, пока совсем не исчезнут, – я бросила на служак безразличный взгляд.

Ещё никому в жизни мне не приходилось рассказывать о том, как работает мой дар. Именно что дар, хотя весь мир считает его проклятьем, а Ткачей – проклятыми.

И сейчас говорить о нюансах плетений и полотен было как-то непривычно. Крайне дискомфортно. Будто занимаюсь публичным обнажением.

– Присцилла, здесь есть тела старше двух недель? – деловито поинтересовался Кэй.

– Четыре, – кивнула смуглянка. – Они неопознанные, поэтому я их вам выкатила. Но раз их уже не считать, что ж, придётся вновь убирать на склад.

– На склад? – меня аж передёрнуло от такого отношения к некогда живым людям.

– Да это я так выражаюсь, милая, – блеснула улыбкой женщина. – Юмор у меня такой.

А я поняла, что не хочу больше тут находиться. И до конца расследования постараюсь держаться от морга и его работников подальше. Не по душе мне их… шутейки.

– Что ж, значит, остаётся восемнадцать тел, – огладив короткую бородку, задумчиво проговорил Войнот. – Продолжай, Таис.

«Вдох-выдох, Таис, это закончится, и ты вернёшься в свою уютную жизнь. С завтраком в постель, спа-процедурами и магазинами», – я твердила эту мантру, пока переходила от тела к телу.

Мне понадобилось осмотреть ещё три трупа, получивших свой статус ввиду разных причин, никак не связанных с изменением их судеб, прежде чем я добралась до первой аномалии.

– Кэй, тут странность, – в голосе сквозила неуверенность, но чем больше я всматривалась в нити судьбы, тем больше понимала: это то, что мы ищем. – Здесь точно есть вмешательство. Но цветов никто из её судьбы не плёл.

– А теперь переведи это на общедоступный, – приподняв одну бровь, попросил Войнот.

– Линии сегодняшней жертвы были так перекручены, вывернуты наизнанку, что там действительно был букет. Я не ради красного словца так сказала. Представь вышивку. Вот так и выглядело полотно судьбы убиенной. А здесь… – я задумалась, подбирая слова, – здесь такое ощущение, что есть стежки, будто кто-то примерялся.

– Или тренировался? – подсказал Кэй.

– Можно и так сказать, – в нерешительности кивнула.

Марево нитей, что витало перед глазами, блекло и растворялось в небытие: видимо, девушка давно покинула этот мир.

– Хорошо, первая жертва найдена. Дальше.

– Мне бы передохну́ть, – сдерживая нервную дрожь, попросила я.

– Пока ты отдыхаешь, кто-то ещё может пострадать, – отрезал Кэй. – Работай.

Хоть и хотелось приложить его каким-нибудь нецензурным эпитетом, всё же выдержки мне хватило. Потом отыграюсь. Месть – такое дело: вся суть в правильно подобранном моменте.

Переходя от тела к телу, я нашла ещё шестерых «счастливчиков», которым угораздило повстречать на своём пути психа-Ткача. И догадка Войнота с каждой новой обнаруженной жертвой подтверждалась: маньяк тренировался. От первого до последнего убийства его вмешательства становились всё виртуознее, изящнее. А оттого и ужаснее. Если первая девушка погибла относительно быстро и легко, то последний мужчина, который лежал сейчас передо мной, мучился очень долго. В его полотне тоже угадывался букет, в котором я узнала тюльпаны.

– Тут тюльпаны, – едва слышно пробормотала я.

Больше для себя, чем для следователя. Но он услышал.

– Тюльпаны? – дёрнул он бровью.

– Да, – я устало закатила глаза.

Меньше всего мне сейчас хотелось пускаться в какие-либо объяснения.

– У девушки, к которой ты меня сегодня приводил, букет был из астр. Здесь тюльпаны. У остальных, – я махнула рукой в сторону осмотренных тел, – тоже самые разные цветы. Первые три тела, как я говорила, с едва заметными стежками, там даже критические узлы не сдвинуты. А вот дальше… Девушка – подснежник, причём всего один цветок, – я начала загибать пальцы. – Вон у того трупа – ромашка, там их уже три, у мужчины слева – букет нарциссов. И вот тут у нас тюльпаны.

Только закончив импровизированный доклад, я обратила внимание на то, каким хмурым выглядел следователь. Хотя нет, не хмурым – он был по-настоящему зол. Как тогда, когда выволакивал меня из номера отеля. Следователь смотрел на меня глазами, в которых от гнева расширились зрачки, практически полностью скрыв ставшую стальной радужку.

Побоявшись, что Кэй снова выкинет какой-то номер, я сделала шаг назад. Наверное, это выдало мой испуг, потому что мужчина резко моргнул, легко тряхнул головой и, потерев переносицу, проговорил:

– Давай договоримся, Таис, – прямой взгляд в мою сторону. – Ты говоришь всё, что видишь на этих проклятых полотнах. Даже если там будут сношающиеся ёжики. Ясно?

– Да без проблем, начальник… Не думала, что вас интересует зоофилия.

– Язык прикуси! – рявкнул тот в ответ.

И я решила, что для своего же блага пора прекратить упражнения в остроумии. Хотя бы на время.

– Присцилла! – тем временем позвал Кэй. – Мы закончили, всех наших – в отдельный холодильник, стазис усилить. Пойдём, – это уже мне.

– Куда?

– Знакомиться с остальной командой.

И Войнот защёлкнул на моих запястьях браслеты-хаттанты, отрезая все шансы на побег.

Глава 2. Нравится, не нравится – привыкай, красавица

– Сиди тут, – бросил господин следователь и, захлопнув за собой дверь кабинета, оставил меня в общей комнате.

С десятком оперативников и наглого вида секретарей.

– Ты бы ещё сказал: «Никуда не уходи», – язвительно пробубнила я, присев на самый край дивана для посетителей.

Неизвестно, каких личностей держали до меня и чем они могли болеть. Мне до зуда некомфортно тут – настолько, что, будь у меня возможность, давно бы подалась в бега. В конце концов, удалось же мне сломать и заменить самые первые мои хаттанты, смогу повторить этот трюк ещё раз.

Словно бы в ответ на мои мысли, проклятые браслеты нагрелись, и даже сквозь бархат перчаток я ощутила их угрожающий посыл.

Тихо зашипев, попыталась оттянуть ненавистные украшения, но очень скоро поняла: гиблое дело. При любом намёке на снятие хаттанты реагировали лёгким, но ощутимым разрядом тока по телу.

Оставив попытки, я обвела взглядом общий зал отдела убийств СКМП. Светлое помещение было заставлено многочисленными типовыми столами. Вдоль стен высились конторки и закрытые магическими щитами шкафы. И если присутствующие в зале секретари меня нисколько не тревожили, то вот оперативники… Их внимание мне совсем не нравилось. Кто-то рассматривал меня украдкой и, я бы даже сказала, робко. А кто-то – нагло, не скрывая презрения и враждебного отношения.

Я чисто машинально потёрла хаттанты. Браслеты выдавали меня с головой!

До смерти захотелось кофе, а потому воззрилась на секретаршу Кэя в надежде выбить из неё чудодейственный напиток. Миловидная девушка – таких полно в библиотеках и государственных бюро – сосредоточенно рылась в кипе папок и на меня бросила лишь один недовольный взгляд.

– Что? – буркнула она, не прекращая перебирать бумажки.

– Будь добра, налей мне кофе, – я попыталась быть вежливой, постоянно держа в уме тот факт, что это не прислуга из отеля, которая бросалась выполнять любой мой каприз.

– Ага, сейчас, бегу и спотыкаюсь, – хмыкнула нахалка и даже глаз не подняла. – Сама нальёшь, не хрустальная.

Видит Светлейшая, я хотела быть доброй и учтивой, но вспыхнувшее в груди раздражение резко поменяло мои планы. Быстро оглядела служащую и, к своему изумлению и радости, обнаружила, что пресловутого амулета против Ткачей на ней нет! Предвкушая, как проучу выскочку, я потянулась к силе. Всего-то несколько штришков и плетений в событиях ближайшего будущего этой стервы – и кофе будет моим!

– Ой! – проклятые браслеты незамедлительно обожгли запястья.

– Даже не думай, – в этот раз секретарша ехидно ухмыльнулась.

И я поняла, почему хаттанты не просто предупредили меня о недозволительном поведении, а именно что наказали.

Секретарша, судя по фиолетовым отсветам магии в её глазах, оказалась чаровницей, способной управлять эмоциями людей. У этих товарищей врождённый иммунитет к моим способностям. Самое обидное, именно мои сородичи несправедливо выставлялись чуть ли не вселенским злом, а чаровники, тоже имеющие мощнейший потенциал, почему-то спокойно существовали в обществе. На них даже блокирующих браслетов не надевали.

Их оправдывало то, что эмоции они не создавали с нуля – лишь мягко воздействовали на уже существующие. А значит, ничего противоестественного совершить не могли. К тому же чаровника, применяющего силу, легко можно было распознать по светящимся фиолетовым светом глазам.

Но я скажу лишь одно: из любого правила есть исключения. Поэтому эти манипуляторы в моём списке нежелательных персон стояли на первом месте.

Так и не продавив упрямицу, я со вздохом поднялась с насиженного места. Бросила осторожный взгляд на кабинет Войнота: надеюсь, мой поход за кофе не будет приравнен к ослушанию или побегу.

К кофемашине я даже не сунулась: мало того, что ничего не понимаю в этом жутком агрегате, так там ещё и особые навыки нужны. Поэтому, вздёрнув подбородок и надев самую надменную из своих масок, двинулась между рядами рабочих столов к стоящему у самого выхода автомату с кофе.

И прямо кожей чувствовала, как меня изучают – ещё больше, нежели, когда я сидела у кабинета. Всё – от брендовых туфелек до дорогущей шляпки с вуалью – подверглось детальному осмотру и анализу. И я знаю, что сейчас в головах местных клуш заработали калькуляторы.

Да, цыпочки, на мне надета ваша годовая зарплата, и мне от этого нисколько не стыдно. В конце концов, я заслужила это всё, годами прозябая в детском доме, борясь за каждую конфету или игрушку.

Пускай все мои нынешние блага добыты не совсем правильным путём, но, видит Светлейшая, я это заслужила!

Однако чувство собственной исключительности разбилось о суровую необходимость заплатить за желаемый напиток. Я настолько привыкла к всеобщему подобострастию, что совсем забыла о необходимости иметь наличные! И теперь сумма в каких-то жалких пять магкритов оказалась непосильной.

– Д-давай у-угощу! – пока я мялась у табло с выбором кофе, ко мне подошёл невысокий парень.

Судя по надписи на его форменной планке – младший аналитический специалист. Крупноватый, я бы сказала, орлиный нос и небрежная щетина делали внешность стража запоминающейся. Не говоря уже о янтарно-карих глазах, что смотрели на меня с искренним добродушием.

– Если тебя не затруднит, – я наградила альтруиста самой сладкой улыбкой из своего арсенала.

Пока на мне эти чёртовы браслеты, придётся считаться с мнением окружающих и играть милую глупышку.

– Эй, Тио, что, на экзотику потянуло? – вопрос, сопровождаемый глумливыми смешками, донёсся до нас из самого угла помещения. – Осторожнее, глазом моргнуть не успеешь – она тебе нити так натянет, что будешь ползать у неё в ногах!

Сначала и не думала реагировать на эту гадость, но паренёк передо мной так побледнел, что я решила сменить тактику. Тем более кофе хотелось всё сильнее.

Развернувшись в сторону говорящих, глазами встретилась со скалящимся в довольной ухмылке оперативником и его не менее противным коллегой. Остряк, не стесняясь, раздевал меня взглядом. Что ж, мне это на руку.

– Какая интересная фантазия, – обольстительно улыбаясь и покачивая бёдрами, я проплыла к их столу. – А хочешь, прямо сейчас её исполню? Прямо для тебя и с тобой в главной роли? А?

Что ж, как и ожидалось, хорошее настроение вмиг покинуло юмористов. Оба нахмурились, а здоровяк поднялся и, опершись широкими ладонями о стол, наклонился в мою сторону:

– Только попробуй – засажу в карцер.

– Вставай в очередь, твой начальник уже грозился исполнить это желание, – проворковала всё с той же игривой улыбкой.

Надменно вскинув бровь, я оставила обоих недоумков с открытыми ртами, а сама вернулась обратно к пока единственному здесь человеку, который проявил ко мне хоть какое-то подобие участия.

– Не с-стоило, я б-бы сам с-справился, – в голосе моего благодетеля послышалось расстройство, но меня это мало тронуло.

Я развлеклась, а теперь хочу свой кофе.

– Обожаю ставить на место зарвавшихся идиотов. Капучино эта дьявольская машина сделает?

– Д-да, – с облегчением выдохнул Тио. – Сейчас всё с-сделаю. А можно узнать, з-зачем ты з-здесь? И ещё… М-меня зовут Ультио, но лучше п-просто Тио.

– Таис Виэль, можно просто Таис, – решив, что завести друга в отделении мне не помешало бы, я проявила радушие. – А что я тут забыла, это надо у твоего начальника спрашивать. Какое-то мутное дело с трупами.

– О, это дело об убийствах без убийств?

Тио развернулся так резко, что чуть не пролил на себя оба стаканчика с живительным напитком. На мгновение он даже перестал заикаться.

– Меня как раз сегодня назначили на это дело! Б-будем вместе работать. Ой! – он запнулся, с сомнением посмотрев на меня. – Т-ты ведь н-не подозреваемая?

– Скорее, мотивация, – криво усмехнулась в ответ и быстренько забрала свой кофе.

Не дай Светлейшая, передумает делиться.

– Спасибо за угощение, пойду-ка на место. Не хочется попасть под горячую руку твоего начальника.

Отсалютовав стаканчиком, я покинула добродушного Тио и направилась обратно. Тишина, которая установилась в момент моей перепалки с оперативником, уже давно заполнилась гомоном секретарских клушек. Однако едва я успела разместиться на обшарпанном диване, как дверь кабинета Войнота распахнулась, явив Кэя собственной персоной. Болтовня, больше похожая на надоедливый стрекот сорок, тут же оборвалась.

Прекратив гипнотизировать стаканчик с кофе, в недоумении перевела взгляд сначала на затихших клуш, а затем на того, кто вызвал столь оглушающую реакцию.

Войнот успел переодеться и сменить оперативный комбинезон на форму СКМП. И, зараза, я понимала, почему большинство местных сотрудниц сейчас чуть ли не слюной капали.

Следователь был преступно хорош! Крайне удачно на нём смотрелся форменный китель со множеством ремешков на груди и нашивками на плечах, которые делали их разворот ещё более внушительным. Особенно в сочетании с узкой талией. Будь я не столь искушённой, в обморок бы точно шлёпнулась.

Кэй, будто бы и не замечая произведённого им эффекта (а скорее всего, просто привыкший к такой реакции), подошёл ко мне и галантно подал руку:

– Прошу, госпожа Виэль, нам пора.

И пускай фраза звучала достаточно обыденно, в голосе Кэя было столько издёвки, что она могла отравить любую самооценку.

Но не мою. В моём лице Войнот встретил достойного противника.

– Благодарю, господин следователь.

Отставив стаканчик с кофе на подлокотник, я поправила ремешок сумочки на плече и благосклонно приняла его помощь. А потом вцепилась в его локоть, прижавшись к Кэю всем телом. Пускай местные несушки задохнутся от зависти.

Войнот же попытался скинуть мою руку, отодвинуться, но не тут-то было: я намеревалась довести представление до конца. А потому лишь сильнее стиснула его предплечье и прошипела:

– Не ты один любишь развлекаться за чужой счёт. Куда мы идём?

– Как и обещал, знакомиться с командой, – пожал плечами мужчина. – Штроф, Диамат, Сафферти, в брифинговую!

М-да, недолго я ликовала. Видеть среди следственной группы здоровяка, который пытался запрятать меня в карцер, мне хотелось в последнюю очередь. А вот «юморист», судя по выражению лица, наоборот, был не против взять реванш.

Что ж, одним врагом больше, одним меньше. Мне не привыкать!

Глава 3. Работа стражей – скука… и впрямь смертная

– …на данный момент известно о восьми жертвах.

Не знаю как, но даже мурашечный голос Войнота не смог скрасить нудное зачитывание отчёта.

Я чуть ли не носом клевала, слушая, где и когда были найдены тела. Причины смерти и вовсе мне ни о чём не говорили. Всё выглядело так, будто люди погибали из-за собственной неосторожности, или вовсе кончали жизнь самоубийством. И лишь оставленная записка навела Ультио на мысль о вмешательстве Ткача.

Сам аналитик сидел рядом за длинным столом брифинговой, то и дело поворачиваясь ко мне, чтобы разъяснить очередной термин. Не сказала бы, что это было интересно, но из вежливости я благодарно улыбалась в ответ.

На противоположной стороне стола разместились Руби Диамат и гадёныш Вэл Сафферти. Злобный взгляд последнего я то и дело ловила на себе. Ему даже не мешали мерцающие проекции карточек жертв, что висели в воздухе.

– Кэй, – в какой-то момент оперативник не выдержал и поднял руку, привлекая внимание начальника. – Это всё понятно, дело крайне загадочное. Но что здесь делает эта тварь?

Он бесцеремонно ткнул в меня пальцем, на что я ответила изумлённым поднятием бровей. Руби ударила соседа локтем под рёбра. Не знаю, за что конкретно – за нарушение субординации или за отвратительные слова, но большое ей спасибо.

– Госпожа Виэль… – Кэй замялся, а на его лице застыло нечитаемое выражение. – Госпожа Виэль – предполагаемая цель нашего убийцы. К тому же, будучи Ткачом, она предоставляет нам консультационные услуги. Естественно, в добровольном порядке.

Он метнул на меня предупреждающий взгляд. Чётко понял, что я готова начать препираться. С каких это пор мои услуги бесплатные? Ни разу такого не говорила! Я вообще за сегодняшний вечер ни слова благодарности не услышала, а выясняется, что меня ещё и на благотворительность подписали.

– Да дайте ему довести дело до конца, – пожал плечами Вэл. – Подумаешь, одним Ткачом меньше будет.

Он тут же ойкнул от того, что Руби пнула его под столом. Мне всё больше и больше нравилась эта магичка. Высокая, с развитой мускулатурой, она могла бы напугать, если бы не смешливое выражение глаз. От неё веяло добротой и уверенностью в себе. Даже несмотря на короткую, по-мальчишески, стрижку и выбритые виски, придающие девушке хулиганский вид, я не чувствовала от неё угрозы. Как и от Ультио. Что ж, возможно, половина команды будет на моей стороне.

– Не факт, что наш маньяк остановится на смерти госпожи Виэль. К тому же мы обязаны защищать жизни всех граждан республики. Ткач или не Ткач – не столь важно. Так ведь, Вэл? – последние слова Кэй произнёс с нажимом.

Вот не зря Войнот дослужился до своего звания – и гадость сказал, и защитил. Я же решила, что не пророню ни слова: больно надо вступать в дискуссию с теми, кто меня ни во что не ставит.

– Так, – впервые здоровяк смутился, отвёл взгляд и принялся рассматривать вертящиеся перед нами проекции дел. – Почему некромантов не подключить? Пускай поднимут усопших и спросят, кто их того…

– З-здесь как раз таки и кроется вся п-проблема, – Ультио, видимо, почувствовав себя в своей стихии, даже заикаться стал меньше. – Невозможно п-поднять тех, чью смерть устроили Т-ткачи. М-максимум, что мы можем узнать в этом случае – п-причину гибели.

– Допросить всех живущих в стране Ткачей? – выдвинула предположение Руби.

– Не факт, что наш Ткач – зарегистрированный, – покачал головой Войнот. – Не все родители отдавали детей в Дома Порицания.

Я вздрогнула и против воли стиснула сумочку в руках. Это не укрылось от взгляда Тио. Аналитик накрыл мои ладошки своими и легонько сжал. Вроде бы простое движение, а сколько поддержки в нём! Но почему-то благодарности я не почувствовала. Мы знакомы от силы два часа, с чего бы такая забота?

Я осторожно высвободила ладони, бросила взгляд на Кэя. Тот с подозрением смотрел на нас с Ультио. Заминку заметили и Руби с Вэлом. Не желая углубляться в тему моего приютского прошлого, решила всё-таки нарушить молчание.

– Я так понимаю, задаваться вопросом, почему из всех Ткачей с именем Таис вы вытащили меня, не стоит?

– Ты будешь удивлена, но таких нет. Ты действительно уникальна в своём имени, – иронично изогнув бровь, ответил Кэй.

А потом, выстроив все карточки жертв в ровную линию, принялся давать указания.

– Ультио, на тебе сбор сведений на всех этих граждан. Где учились, работали, с кем общались. Всё, что найдёшь в архивах и сети. Руби, Вэл, на вас вот эти трое, – страж выделил тех, у кого я не нашла цветов. – Вполне возможно, что это всего лишь случайные жертвы, раз букетов из их судеб не плели.

– Букеты? – в недоумении вскинулась Руби.

А я закатила глаза. Ещё раз объяснять одно и то же у меня не было ни желания, ни сил. Правда, делать этого мне и не пришлось. Присцилла, которая, по идее, уже давно должна была быть дома, влетела в брифинговую. При одном взгляде на пышущую гневом женщину становилось понятно: её вновь завалили работой.

– Кэй, это уже ни в один холодильник не лезет! Смотри, мне опять по вашу душу привезли. Молчит и не признаётся, кто её порешил!

Некромантка передала начальнику файл с делом и грузно плюхнулась на стул рядом с Руби.

– Может, тело слишком давнее? – сделал предположение Войнот и вывел проекцию карточки перед нами.

И вот тут мне по-настоящему стало плохо. С мерцающего голубым светом файла на меня смотрело лицо той гадины, что периодически приходила ко мне в кошмарах. Беатрис Мордо – старшая матрона Дома Порицания, в котором я провела всё детство. И та, из-за которой я вынуждена носить перчатки, не снимая.

***

Помещение морга, через двадцать минут

Госпожа Беатрис Мордо никогда не улыбалась. Во всяком случае, за шестнадцать лет, что я провела в Доме Порицания, на её застывшем лице не проглядывало ни одной положительной эмоции. Порой мне казалось, что единственные чувства, доступные этой гадине, – лишь презрение и гнев. Первое она испытывала к Ткачам на каком-то подсознательном уровне. А второе – в моменты, когда лупила нас по рукам своей неизменной указкой. Матрона искренне верила в то, что мы плетём судьбы именно руками, и за любой проступок била с особой жестокостью.

Мои кисти покрыты шрамами, как тончайшим кружевом. Между средним и безымянным пальцами левой руки – и вовсе огромный уродливый след. Беатрис никогда не контролировала силу замаха, но в тот раз била с ещё большим остервенением. Раздробила мне кости. И если руку собрали по осколкам, то вот гладкость кожи медсёстры из лекарской приюта восстановить не смогли.

Глядя в застывшее лицо твари, которую и сама хотела удушить всё своё детство, я незаметно потёрла именно этот шрам. Сейчас передо мной лежала старуха, чьё лицо даже после смерти имело злобное выражение. Будто бы все те эмоции, которыми пропиталась её жизнь, навечно отпечатались во внешности.

– Поделом тебе, – прошептала я.

И мне бы злорадствовать, ведь наконец-то отлились мучительнице слёзы всех деток-Ткачей, но вместо этого в душе царило какое-то выматывающее опустошение. За сегодня я видела столько смертей, что, кажется, очередная уже не производила на меня должного впечатления. Ещё чуть-чуть – и я докачусь до чёрного юмора Присциллы.

– Всё настолько плохо?

Я вздрогнула от того, как громко прозвучал голос Кэя в тишине морга. Заняв место напротив, он раскрыл файл с делом Беатрис.

– Твоя знакомая?

– Скорее, мой ночной кошмар, – криво усмехнулась. – Госпожа Мордо служила старшей матроной в том приюте, куда меня сдали родители. И её методы воспитания немного… отличались от традиционных стандартов обучения.

– Как ты завернула, – хмыкнул Войнот. – Била, значит?

В ответ лишь кивнула. Не видела смысла распространяться, жаловаться на судьбу. Выйдя из Дома Порицания, я дала самой себе слово, что больше никто и никогда не увидит во мне слабую девочку, которой можно сделать больно.

– Я могу инициировать расследование, – предложил Кэй, пролистывая файлы дела.

– Зачем тебе это? – надо признаться, ему удалось меня удивить.

– Я не люблю, когда превышают свои полномочия, – это раз. Когда ставят себя выше других – это два. И последнее… – он взглянул на меня исподлобья, – извергов, бьющих детей себе на потеху, должны наказать по всей строгости закона.

Я видела: Кэй свято убеждён в своих словах. Настоящий идеалист. Такой мог вырасти только в семье высокого рода.

– Твоё расследование ни к чему не приведёт, – горько усмехнулась. – Всех садистов не переловишь, а малыши будут молчать. По себе знаю.

– Как хочешь, – пожал плечами Войнот, но я заметила, как он сделал какую-то пометку в блокноте. – Что ты можешь сказать по судьбе нашей новой жертвы?

– Это обязательно? – одна мысль о том, что мне придётся лезть в полотно Беатрис, вызывала у меня приступ отвращения.

– Я понимаю, что тебе неприятно, – впервые с момента нашего знакомства на лице Кэя промелькнуло что-то похожее на сочувствие. – Но чем быстрее мы закончим тут, тем быстрее ты сможешь вернуться в отель и лечь спать.

– Хорошо, – обречённо выдохнула.

Войнот, подойдя ко мне, проделал какие-то странные манипуляции с браслетами-хаттантами. Не раскрыл их, как в прошлый раз, но я физически ощутила уменьшение контроля. Будто выключилось жутко фонящее радио.

– На один раз, потом верну контроль, – предупредил меня следователь.

Я настолько устала, что мне даже было лень закатить глаза. Ну сколько можно?! Демонстрируешь сговорчивость и содействие следствию, а ему поблажку сделать жалко.

Хотя на месте Кэя я бы тоже себе не доверяла.

Перед погружением в полотно Беатрис глубоко вдохнула. Как перед прыжком в бездну. Просто взглянуть одним глазком – и всё, и сразу наверх. К своей «прекрасной» жизни.

Лучше бы я этого не видела. Матрона умерла давно, больше двух недель назад. Все её нити истлели, рассыпались пеплом под моими «касаниями». Я не понимала как, но ощущала запах разложения. Словно в эти нити кто-то вплёл не только события, но и чувства. Неясная тревога, догадка проскользнула в голове, но я не успела за неё зацепиться. Потому что увидела послание от маньяка. Не цветы. Как в замедленной съёмке перед глазами пролетел последний кадр жизни Беатрис.

Госпожа Мордо напилась транквилизаторов, а потом методично била руками о стены в своём кабинете, разбивая их в кровь, ломая кости, пока не отключилась и не умерла.

– Кэй, это не последняя жертва, – произнесла, с трудом сглотнув вязкую слюну. – Это первая.

– С чего такая уверенность? Нитей нет?

– Да… то есть нет. Чёрт! – я потёрла переносицу, собираясь с мыслями. – Наш маньяк совершенно точно не простой Ткач. Он очень силён, настолько, что может оставлять последнее событие из жизни жертвы в полотне судьбы. Но дело не только в этом. Что-то не даёт мне покоя.

– Да понятно что. Не каждый Ткач сможет вышивку сплести, – пожал плечами Кэй. – Так?

– Да нет же! – разозлилась. – Вышивку, если постараться, можно сделать. Просто это никому не нужно. Ни один адекватный Ткач не станет изображать из себя швею. Мы меняем события филигранно, ювелирно стягивая нити. Если не хочешь спалиться, не станешь выпендриваться.

– То есть наш маньяк выпендрёжник и позёр. Что ж, это стандартная характеристика психов, возомнивших себя вершителям чужих судеб.

– Ой, – я махнула рукой, поняв, что пустая болтовня с Войнотом лишь уводит меня от мысли, что зудящей осой поселилась на подкорке.

Что-то не так с силой, которой обладает маньяк. Но что?!

– Ладно, на сегодня с тебя достаточно, – выдал Кэй, и я уже радостно вздохнула, чтобы тут же расстроенно сдуться. – Но завтра поедем на место убийства. Тело, накрытое стазисом, обнаружили чисто случайно, в старом продуктовом хранилище. Возможно, кто-то из работников приюта видел убийцу.

– Это можно сделать без меня?

– Нет, – тут же отрезал Кэй, и его взгляд наполнила привычная холодность. – Повторюсь: в твоих интересах как можно быстрее найти преступника. Обезопасить не только свою жизнь, но и репутацию.

– О чём ты?

– Начальство выдвинуло версию, что ты можешь быть либо в сговоре с маньяком, либо сама им являться, – прищурившись, проговорил Кэй.

Я знала, что он проверял меня. Ждал моей реакции, чтобы на её основании сделать выводы. И если поначалу мне захотелось негодующе заорать, то уже в следующую секунду я взяла себя в руки. Не дождётся.

– Полагать они могут всё что угодно, – я вздёрнула подбородок. – Пускай докажут.

Кэй довольно улыбнулся. А я для себя отметила, насколько идёт ему улыбка. Как преображается лицо – из деспотичного следователя Войнот превращается в бесшабашного мальчишку.

– Пойдём, я проведу тебя до выхода. Тебя всё равно без моего разрешения не выпустят.

В полном молчании мы поднялись в холл и проследовали к посту охраны. Мне не хотелось что-либо обсуждать. После просмотра судьбы Беатрис единственным желанием являлись горячая ванна и бокал вина. И пускай весь мир подождёт.

– Завтра жду тебя в восемь утра, – проинструктировал меня Кэй, когда мы покинули здание. – Подозреваю, денег у тебя нет от слова совсем, поэтому вот тебе минимальное содержание, – он протянул мне карточку банка «Рогэс». – Триста пятьдесят магкритов в неделю.

– Что?! Да мне даже на обед этих денег не хватит! – моему возмущению не было предела.

– Стандартное жалование консультанта СКМП, – обрубил мои стенания Войнот. – И, между прочим, обед в столовой обойдётся тебе всего в семь магкритов. Не говоря уже о собственноручной готовке.

И он скрылся за крутящимися створками входа, так и не выслушав очередной порции проклятий на свою голову.

Только спустя пару минут до меня дошло: он забыл активировать следящий режим хаттантов! Да, они по-прежнему на мне, но, если не зарываться, мою ворожбу никто не заметит!

С настроением, резко рванувшим в небеса, я поторопилась на стоянку такси. Всего-то пробежаться переулком и тёмной аллеей. Что может быть страшного, правда?

Неправда. Стоило мне лишь завернуть за угол здания, как меня огрели по голове. Падая на грязный асфальт, я почему-то подумала, что на мне совершенно не то платье, в котором стоит умирать. И, пожалуй, это была последняя мысль перед тем, как сознание отключилось.

Глава 4. Испытание на прочность

– Я всё исправлю, Таис, – сквозь гулкий звон в ушах до меня донёсся чужой шёпот.

Голова мерно покачивалась из стороны в сторону, а дискомфорт в области живота чётко обозначал, что меня куда-то несут, закинув на плечо, как мешок картошки.

– У нас всё получится, Таис, – продолжал приговаривать похититель.

Голос казался глухим, будто бы напавший на меня урод говорил сквозь маску.

С трудом приоткрыла глаза. Надо сориентироваться, где я, и попробовать позвать на помощь. Правда, последнее будет сложно сделать: рот мне предусмотрительно заклеили липкой лентой, а руки и ноги оказались связаны магическими путами.

«Прям как в детстве», – неприятное воспоминание о приютском прошлом и особых интересах одного из сторожей вызвало во мне нервную дрожь.

– Всё будет хорошо, Таис.

Меня успокаивающе погладили по спине. Хорошо, что не по попе.

Я подняла голову, надеясь увидеть хоть кого-нибудь, кто мог бы мне помочь. В дальнем конце переулка появились две рослые фигуры. Щёлкнула зажигалка, и вспыхнули два огонька сигарет.

– Как думаешь, эта Ткачиха и есть убийца? – послышался знакомый голос.

Вэл – козёл, Вэл – идиот. Этот и не шелохнётся, даже если мне удастся закричать.

– Мне кажется, ты зря так на неё взъелся.

О, а это уже Руби. Моя призрачная надежда на спасение!

– Не все Ткачи эгоистичные манипуляторы. Так же, как не все наши чисты на руку.

«Ох, милая, какая же ты хорошая!» – промелькнуло в голове.

Тем временем меня практически вынесли из переулка, и я завозилась активнее. В ответ похититель лишь крепче стиснул меня обеими руками, не прекращая бубнить свои маньячные фразы.

Поняв, что вот-вот упущу шанс быть спасённой, я принялась имитировать рвоту.

Урод среагировал моментально. Резко, но всё же осторожно снял меня с плеча, а затем и вовсе усадил на землю, прислонив к стене.

– Эй, у вас там всё хорошо? – донёсся обеспокоенный голос Руби, и я дёрнулась в сторону звука.

Но тяжёлая ладонь припечатала меня обратно. На меня уставились чёрные, как ночь, глаза похитителя.

– Да чего ты к людям пристаёшь? – Вэл затянулся. – Может, у них там в самом разгаре всё, а ты лезешь.

«Придурок», – мысленно зашипела я.

Мужчина передо мной приложил палец к губам и покачал головой. Предупреждал, гад, чтобы молчала. Второй рукой он сжал мои запястья, чтобы я не сорвала ленту со рта.

– Вы чего затихли? – послышались шаги: Руби направлялась в нашу сторону.

– Оставь в покое этих бездомных! – устало проговорил Вэл, но двинулся следом за коллегой.

В глазах маньяка мелькнула злость, он отпустил меня, развернувшись в сторону. В его руках блеснули арк-кинжалы. На их кончиках заплясали искры накопленной магии. Ещё чуть-чуть – и в моих спасителей полетят огненные шары. А если этого будет мало, то преступник швырнёт и сами клинки!

Дальше события произошли за долю секунды. Я в панике сорвала ленту с губ и истерично прокричала:

– Осторожно!

В это же мгновение похититель атаковал шедшую впереди Руби.

Вэл оказался проворнее: он прыгнул вперёд, оттолкнув девушку за мусорные баки. Летящий в них огненный шар оперативник встретил поспешно поднятым щитом. Но, видимо, не успел влить в него достаточно силы – заряд вспыхнул, столкнувшись с преградой, но его часть просочилась внутрь, опалив Вэла.

Боевик громко выругался и отпрыгнул к противоположному зданию. Не успела я переварить произошедшее, как похититель рывком поднял меня за локоть. Прикрываясь мной, он попятился на выход из переулка. В пожарную лестницу у нас над головой, рассыпав снопы искр, ударило кольцо из молний.

Это наконец-то привело меня в чувства. Извернувшись и пнув маньяка в пах, я вырвалась на свободу и бросилась к Руби. Оперативница шла ко мне такой грозной поступью, что на месте похитителя я бы дала дёру. Только сначала описалась бы.

– Или ты добровольно сдаёшься, или я проведу тебе сеанс шоковой терапии, – проговорила Руби, в глазах которой бесновались молнии.

Сотрудница подняла руку с зажатым в ней чакрамом. По металлическому кольцу пробегали разряды электричества, и это зрелище завораживало. Вэл вылез из своего укрытия и, схватившись за опалённый бок, подошёл к напарнице. Махнул мне головой, приказывая спрятаться за их спины. Я даже на мгновение преисполнилась к нему благодарности. Говнюк, а долг выполняет.

Но, взглянув на похитителя, я с удивлением обнаружила, что тот и не думает пугаться или бежать. Наоборот, маньяк изобразил шутовской поклон, а затем резко вскинул руки. Руби и Вэл в ту же секунду с криками схватились за уши. И если поначалу я не поняла, что происходит, то буквально в следующую секунду почувствовала, как внутри меня будто что-то скребётся. Словно сотни насекомых ползали под кожей, пробираясь в голову.

– Стой! – я в ужасе бросилась на обидчика.

Эта тварь открыто ломилась в полотна судеб оперативников! И если боевики были защищены амулетами, которые прямо сейчас плавились у них за ушами, то я ощутила сырую энергию противника на собственной шкуре. Хоть и по касательной.

Если то, что я ощутила, всего лишь «рябь» от всей его силы, то насколько же она страшна в эпицентре?!

Не ожидавший моего прыжка похититель инстинктивно отпрянул в сторону. Этого хватило, чтобы атака сбилась. Опертивники с грохотом повалились на заплёванный тротуар. Они ожесточённо тёрли виски и пытались сфокусироваться на враге.

– Иди сюда, – тем временем прошипел похититель и дёрнулся в мою сторону.

В его ладонь с зажатым в ней арк-кинжалом влетел кусок льда. И только магический клинок спас маньяка от травмы – глыба рассыпалась на мелкие осколки, обдав меня волной холода.

Следом за первым снарядом в похитителя один за другим летели то огненные шары, то электрические заряды. Весь спектр стихийной магии демонстрировал шедший в нашу сторону Кэй. Он не тратил времени на слова, все его движения казались скупыми и точными и от этого выглядели ещё более устрашающими. Только сейчас поняла, насколько опасен тот, на кого я вынуждена была работать. Опасен своей мощью. Да и чего уж таить, сейчас он выглядел дико притягательно!

В форменном пальто, со светящимися глазами и сжатыми губами, он казался каким-то героем. Тем, кто приходил выручать принцесс от всякого рода напастей.

Только вот я не принцесса. И тоже кое-что могу.

Призвав силу, осмотрелась вокруг. Ткачи не могут напрямую менять судьбы друг друга. Но мы можем пакостить.

Пока я пыталась найти обрывки нитей чужих жизней, которыми всегда наполнено пространство вокруг, сражение продолжалось. Похититель удивил хорошим уровнем боевой подготовки. А в сочетании с арк-кинжалами, дающими стихийный щит, – он и вовсе стал почти неуязвим. На каждый удар Кэя маньяк отвечал выпадом. Руби и Вэл по-прежнему были дезориентированы и, казалось, вообще плохо соображали, что происходит.

Я забилась к мусорному баку, надеясь, что так в меня точно не попадёт шальной осколок льда или что похуже. И вот тут-то нашла то, что искала. У животных тоже есть судьбы. Даже у таких маленьких, как крысы.

– Ты что делаешь?! – сквозь зубы спросил Кэй, плетя очередное заклятье. – Сиди на месте.

Но я и не думала его слушать. Сгребла охапку из тончайших струн, что принадлежали колонии местных грызунов, и подползла ближе к преступнику. Тот на меня даже внимания не обратил: похоже, он был уверен, что я на его стороне. Или не воспринимал меня всерьёз.

Этим-то я и воспользовалась – накинула удерживаемые нити на марево его судьбы. Со всех сторон к похитителю бросились серые тушки. С громким писком они пытались пробиться сквозь выставленный заслон, а я хватала слетающие нитки, вновь и вновь пытаясь подвязать их к полотну стоявшего передо мной преступника.

В приюте мы так часто делали. Единственная магия, которую хаттанты нехотя пропускали, – манипуляции с животными. И порой это была единственная возможность отбиться от одноклассниц, которые, подобно шакалам, сбивались в стаи и травили особо слабых учениц.

– Таис, что ты делаешь?! – практически взвыл похититель.

Я подняла голову и столкнулась со взглядом, полным разочарования.

– Сложи оружие и сдайся! – проревел Кэй.

Следователь шёл на преступника, широко расставив руки, в которых мерцала магическая сеть-ловушка.

– Ты всё поймёшь потом, – тихо проговорил похититель, глядя только на меня.

Но вместо объяснений подонок отвесил мне пощёчину. Да такой силы, что перед глазами мгновенно потемнело, а в ушах раздался звон. Я выпустила остатки нитей, и крысиное войско разбежалось по сторонам.

– Вэл, догнать! Руби, охраняй! – приказы Кэя раздавались совсем рядом.

Через некоторое время, поведя осоловевшим взглядом, я обнаружила следователя над собой. Вместо того чтобы броситься за похитителем, он почему-то решил помочь мне.

– Ты как?

Мне почудилось, или в низком бархате его голоса послышались тревожные нотки?

– Да всё в порядке, – ворочая языком, будто пьяная, проговорила и скривилась, когда боль от разбитой губы пробилась сквозь туман шока. – Ауч!

– Тогда подожди ещё немного, мне надо осмотреться, – Кэй осторожно поднял меня и прислонил к стене.

От пережитого события накатила нервная дрожь, и я зябко обхватила себя за плечи. Была надежда, что Кэй поделится своим пальто, но следователь больше не обращал на меня внимания. Прошёлся кругом по месту боя, присел там, где стоял несостоявшийся похититель.

– Что он делает? – с хрипом поинтересовалась у стоявшей рядом Руби.

Оперативница уже оправилась от удара Ткача и выглядела практически нормальной. Только бледнее, чем обычно.

– Сейчас попытается заглянуть в прошлое, чтобы узнать, кто наш преступник, – не глядя в мою сторону, проговорила сотрудница. – Родовую магию применит.

– Ах да, высокородные штучки…

Голова снова закружилась, и я поторопилась опереться о мусорный бак.

– Чёрт, платье теперь только в утиль.

– Тебя серьёзно беспокоит только это? – хмыкнула и криво усмехнулась Руби. – Нас тут чуть не убили.

– Бывало и хуже. А платье жалко.

Возможно, это последствия шока, но мне и впрямь было фиолетово. Будто психика заморозила все реакции, чтобы не дать мне впасть в истерику.

В переулок влетел запыхавшийся Вэл. На молчаливый вопрос Кэя тот лишь покачал головой.

– Шустрый, гадёныш! – резко выдохнув, проговорил оперативник. – Мелкий, юркий, ещё и обманку кинул, иллюзию!

– Для тебя все мелкими будут, – намекая на рост Вэла, прокомментировала Руби.

– Потом обсудим, отойдите, – Кэй резко встал со своего наблюдательного поста и подошёл к подчинённой. – Ты знаешь, что делать.

С этими словами следователь достал маленькие песочные часы. Изящные стеклянные капельки были наполнены мерцающим золотым песком. Это сияние осветило тёмный переулок, и открывшаяся картина грязной подворотни вызвала во мне новый виток отвращения. Кажется, даже запах гниющих отходов стал чётче. Иногда лучше, чтобы вся эта изнанка жизни скрывалась во тьме.

Сжав в руке артефакт, Кэй встал на место похитителя. Развернулся к нам, и я увидела, как вспыхнули голубым неоновым светом его глаза. Вокруг следователя поднялся еле видимый силовой купол.

– Что происходит? – мне и впрямь стало интересно.

Никогда не видела применения родовой магии. А ведь у каждого Высокого рода она особенная!

– Войнот обладает даром «Пыль времён», что позволяет ему смотреть в прошлое того места, где он находится. И вроде как в будущее. Сама понимаешь, все нюансы широкой публике не разглашают, – проговорила Руби.

Они с Вэлом внимательно следили за тем, как Кэй ходит внутри купола, осматривая что-то, видимое только ему. Постепенно что барьер, что глаза Кэя из голубого приобрели золотистый оттенок.

– А часы зачем?

– Это его личный секундомер и якорь. Тоже родовой артефакт. Если Кэй вовремя не вынырнет из этого состояния или погрузится слишком далеко во времени – останется в нём навсегда. Застынет, как муха в янтаре, – вновь пояснила Руби.

– То есть часы его возвращают?

– Да, но наш начальник не всегда к ним прислушивается. И тогда в дело вступаем мы с Вэлом. Лупим стихийной магией по барьеру, – усмехнувшись, проговорила оперативница и бросила на меня косой взгляд. – Подожди, скоро сама всё узнаешь.

К моменту, когда Кэйетан закончил исследовательские изыскания, я успела не только прийти в себя, но и основательно продрогнуть, не говоря уже о том, чтобы заскучать. Оперативники оказались плохими собеседниками и разговаривать отказались наотрез. У меня складывалось впечатление, что они просто боялись меня после демонстрации сил маньяка.

– Пойдёмте, – проговорил Кэй, выйдя из купола. Полусфера за ним тут же осыпалась золотой пылью. – Есть что обсудить.

– Ну нет, вы обсуждайте, а я поехала в отель, – закапризничала. – Я устала, продрогла и хочу есть.

– Поедешь, когда я тебя отпущу, – устало процедил Кэй, потирая переносицу.

Я только сейчас увидела, насколько его вымотал бой. Использование и родовой, и стихийной магии в один день с разницей в несколько минут – это подкашивает и академических магистров. Что уж говорить о следователях СКМП.

– Ладно. Но дайте хоть куртку, чтобы согреться!

Закатив глаза, Войнот стянул с себя потрёпанное в бою пальто. Накинул на меня и подтолкнул в спину.

Смесь из терпких запахов одеколона, подпалённой шерсти и разгорячённой кожи странным образом подействовала на меня. Мне понравилось! Именно так в моём представлении должны пахнуть настоящие мужчины, способные защитить и обеспечить свою женщину. С трудом сглотнув слюну, ставшую отчего-то вдруг вязкой, я поспешила вернуться в здание СКМП. Надо выбросить эти шальные мысли из головы. У меня тут маньяк в поклонниках, а я всякую дурь себе придумываю.

Возвращаться в отдел не стали. Вместо этого Руби предложила занять комнату для посетителей, которая в столь поздний час пустовала.

– Так что ты узнал? – приложив холодное полотенце к уху, спросил Вэл.

– Ничего, – огорошил всех Кэй. – Подонок хитёр. Он пришёл сюда под личиной: я видел, как мерцала его внешность. А перед самым появлением Таис и вовсе надел маску. Отсюда можно сделать вывод, что иллюзорной магией он не владеет. Как и стихийной. То есть не высокородный. И даже не малородный. Иначе бы арк-кинжалы ему не пригодились.

– Кстати, клинки – довольно редкая штука, и производят их лишь потомки рода Арибо, – вставила Руби. – Можно у них прошерстить покупателей.

– А где Ультио? – вдруг встрепенулся Вэл. – Нам бы сейчас аналитик пригодился.

– Домой он ушёл, ещё когда мы с Таис в морг спустились. У него матушка совсем плоха, – ответил Кэй и прошёл к одному из шкафов.

Достал коробку с чем-то гремящим и направился в мою сторону. Я нервно выпрямилась в кресле и инстинктивно закуталась в пальто ещё глубже, будто бы ища в нём защиту.

– Да я только губу тебе подлечу, повелительница крыс, – усмехнулся Кэй.

– Кстати, это было круто, – внезапно отвесил комплимент Вэл.

Правда, потом всё испортил.

– Надо будет мужикам рассказать, как Ткачи между собой дерутся.

Я скривила ему гримасу и тут же поморщилась от боли в треснувшей губе. Да ещё и синяк на скуле о себе напомнил.

– Не забудь рассказать, как тебя Ткач чуть на барбекю не пустил, – ударив друга в плечо, засмеялась Руби.

Они и дальше продолжили обсуждать бой, но я их не слушала. Лишь широко открытыми глазами следила за серьёзным лицом Кэя передо мной. Он сосредоточенно водил артефактом, похожим на складное зеркало – сначала у моей губы, потом переместился к скуле. Все его действия сопровождались прохладным покалыванием кожи, но, видит Светлейшая, мне было жарко. Никто и никогда не заботился обо мне по доброй воле. Уж тем более мужчины, которых я к себе особо не подпускала.

Близость Кэя выбивала из колеи, заставляла дышать через раз. А мысли в голове прыгали с воспоминаний о маньяке до размышлений, как выглядит следователь без форменной рубашки.

– Ты покраснела, у тебя аллергия на медартефакты?

– Н-нет, – заикнувшись, совсем как Ультио, ответила я. – Просто тут жарко.

– Тогда, может, тебе стоит раздеться? – проговорил Кэй и кивнул на пальто, края которого я судорожно сжимала.

Я ещё больше покраснела и в изумлении уставилась на следователя. В его глазах плясали лукавые смешинки. Он прекрасно понимал всю двойственность фразы, и мужчину забавляла моя реакция. Но не на ту напал!

– Пожалуй, – игриво ответила я. – Но, как и в морге, не думаю, что обстановка располагает.

Несколько секунд Кэй молчал, а потом приглушённо рассмеялся.

– Будет тебе обстановка, – бросил он мне и отошёл к центру комнаты, оставив меня в недоумении.

В смысле будет?

– Так, – тем временем проговорил следователь и, присев на стол, упёрся руками в столешницу, – очевидно, что Таис нельзя оставлять без присмотра.

– Я могу разместить её у себя! – тут же вызвалась Руби.

– Нет, я не могу подставлять твою семью под удар психопата, – покачал головой Кэй. – Вэл?

– Стойте, к нему я сама не поеду! – неожиданно для самой себя рявкнула я. – Уж лучше на диване у твоего кабинета посплю.

Оперативник от моего выпада скривился, но никак не прокомментировал. И слава Светлейшей, а то мы бы точно сцепились.

– У меня вариант попроще и куда комфортнее. Поживёшь у меня, – ехидно ухмыльнулся Войнот.

– Лола тебя убьёт, – хохотнула Руби и тут же прикрыла рот ладонями.

– Так, погодите! – я вскочила на ноги. – Объясните, почему я не могу остаться в отеле? Почему не могу пожить в отделении? И кто такая Лола?

– Первое: твой поклонник ясно дал понять, что его силу с трудом сдерживают даже служебные талисманы. В отеле слишком много людей, которыми он может манипулировать, – Кэй направился в мою сторону. – Второе: в отделении никто жить не будет, мне ещё сплетен не хватало. Третье: Лола – мой секретарь, ты с ней уже знакома. Бо́льшего тебе знать не требуется.

Следователь остановился напротив меня, чуть наклонился вперёд. Не то обнять решил, не то поцеловать. Я даже дыхание задержала. Но Войнот поднял своё пальто и, перекинув его через локоть, двинулся на выход из переговорной.

– Руби, Вэл, отправляйтесь завтра к главе рода Арибо, попробуйте узнать список покупателей их продукции. Мы с Таис скатаемся в Дом Порицания, которым заведовала госпожа Беатрис, – он открыл дверь и кивнул в сторону проёма. – Ультио пока составит профайлы на всех жертв.

– Принято, шеф, – вскочив, отсалютовали оперативники.

Они первыми проскочили в открытую дверь, а Руби даже успела на бегу бросить: «Удачи». Правда, выглядела она при этом как заговорщик, а не сочувствующий мне человек.

– Идём, – вновь кивнул Кэй.

– Это обязательно? Я могу съехать в другой отель, – устало повела плечами, но всё же двинулась к следователю.

Подхватила сумочку с вешалки, поправила перчатки и одёрнула платье. Привычки, доведённые до автоматизма, помогали не терять связи с реальностью.

– Это обязательно, – с нажимом ответил Кэй, пропуская меня вперёд. – В конце концов, может, тебе понравится.

– Ага, как же. Делить крышу с тем, кто меня ненавидит.

Мы вышли на крыльцо, и я с наслаждением втянула ночной воздух. Ещё не совсем остывший от дневной жары, он всё же прояснял голову свежестью.

– Ты ошибаешься, Таис.

Я оглянулась на отчего-то посуровевшего Кэя.

– Я не ненавижу конкретно тебя. Я ненавижу всех Ткачей.

В его глазах на мгновение промелькнуло что-то тёмное. Что-то, совсем не похожее на того Кэя, который недавно проявил заботу. Он будто только сейчас вспомнил, что я из этих самых плетунов судьбы.

Следователь прошёл мимо меня, направившись в сторону служебной парковки. Что ж, Кэй хотя бы честен на все сто процентов. Только вот мне почему-то от этого не легче.

Глава 5. Я в прошлое приоткрою дверь…

– Располагайся, – бросил мне Кэй, пропустив в просторный холл.

Я молча кивнула и, пока Войнот вешал многострадальное пальто в очистительный шкаф и колдовал с восстановительными чарами, отправилась изучать его апартаменты.

Это оказалось несложно: жилище следователя не поражало масштабами. Холл, кухня-гостиная и спальня с кабинетом. Негусто для наследника Высокого рода. Что выдавало богатое происхождение моего навязанного соседа – так это дизайнерский интерьер. Каждая деталь и мелочь в обстановке была продумана до миллиметра. Правда, и домашнего уюта здесь не чувствовалось. Я будто в экспозицию попала. Такие делают в больших магазинах, дабы показать покупателям, как будет выглядеть товар в домашних условиях.

Единственным преимуществом этой «малогабаритки» являлись огромные панорамные окна. Возле них я и остановилась, наблюдая за Кэем в отражении.

– И где я буду спать?

– Чем тебя кровать не устраивает? – хмыкнул следователь, с невозмутимым видом наливая себе сок из большого графина на кухонном острове.

А потом поднял на меня хитрый прищуренный взгляд. На мгновение я почувствовала себя неуютно, даже повела плечами в нерешительности. Слишком пристальным, слишком препарирующим был этот взгляд. Будто изучал мою мимику. Или провоцировал, чтобы увидеть реакцию.

И когда до меня дошло, что Кэй просто играет, я решила принять вызов. Только на моих условиях.

– Меня? – я изобразила довольную улыбку и, развернувшись, двинулась в сторону спальни. – Более чем устраивает. Раз ты такой щедрый хозяин, тогда до встречи утром.

Я попыталась прошмыгнуть мимо следователя, но тот поймал меня за локоть.

– Спальня у меня одна, а кровать большая. Места хватит всем.

– Возможно, и так, – вскинув голову, я твёрдо посмотрела мужчине в глаза. – Только не будет же уважаемый следователь делить постель с ненавистным Ткачом?

Показалось или нет, ведь после магического выброса зрачки всегда расширены, но сейчас в глазах Кэя царила самая настоящая ночь. А при упоминании моего дара они стали ещё темнее. До жути пугающими.

– Да, ты права. Я всё время забываю про твоё проклятие, – он отпустил мой локоть и двинулся в сторону кабинета. – У меня много работы, так что сегодня кровать в твоём полном распоряжении.

Больше он на меня не оглянулся. И мне ничего не оставалось, как заняться делом: смыть с себя уличную грязь и следы прикосновений маньяка. Хотя последние, казалось, впитались мне под кожу. Бр-р-р.

В ванной, такой же аскетичной, как и вся квартира, я провела совсем немного времени, большая часть которого ушла на обнюхивание и изучение флакончиков, что стояли в шкафах. Среди стандартного мужского набора обнаружились и определённо женские штучки. Гели, молочко, масла с цветочными и фруктовыми ароматами ну никак не вязались с суровым образом господина следователя. Или я чего-то о Войноте не знаю?!

Хмыкнув и оставив пристрастия Кэя ему самому, я наспех помылась и в печали уставилась на истерзанное платье. Дорогущий шёлк был безнадёжно испорчен, и надевать эту рвань я не собиралась, а потому без зазрения совести позаимствовала форменную рубашку Кэя. На неё сверху накинула хозяйский халат и в таком виде наконец-то покинула ванную.

Быстро шмыгнув в кровать, накрылась одеялом чуть ли не с головой. Но вскоре поняла, что спать отчего-то расхотелось. Будто вместе с усталостью смыло и желание выспаться. Я долгое время блуждала взглядом по полкам напротив кровати. Множество книг, какие-то неизвестные артефакты и фоторамки заполоняли всё свободное пространство.

Один из стоявших талмудов привлёк моё внимание. «История родов Республики Виарто» являлась обязательной для изучения в любой школе нашей страны. Но, судя по размеру хранившегося у Кэя талмуда, этот экземпляр был полной версией, а не урезанной брошюркой, что поставляли в наш приют.

Ухватив находку с полки, я замерла в изумлении. Рядом, чуть задвинутая вглубь, стояла фоторамка с улыбающейся девушкой в объятиях счастливого Войнота.

И хотя вид радостного Кэя сам по себе казался удивительным, но в шок меня повергло другое. Его подружка оказалась чуть ли не полной моей копией. Такие же чуть раскосые зеленоватые глаза, аккуратный носик и пухлые губы. Единственным различием стал цвет волос. Девушка с фото была блондинкой, в то время как я шатенка.

Зажав книгу подмышкой, я сняла рамку с полки. При ближайшем рассмотрении оказалось, что не так сильно мы похожи: веснушки не украшали мой нос, а у незнакомки отсутствовала родинка над губой. Да и в целом её лицо было несколько шире моего.

– Думаю, тебе стоит лечь спать, – голос Войнота в тишине спальни заставил меня вздрогнуть и отшатнуться от стеллажа.

Хорошо хоть фото не выронила.

– Нам завтра рано выезжать.

– Кто она? – я оглянулась на следователя.

Мужчина стоял в дверях, и вид у него был настолько отстранённо-холодный, что я даже засомневалась – тот ли это Кэй, который возился со мной уже сутки. Его лицо застыло и больше походило на вытесанную из мрамора маску сурового воина. Глаза же казались помутневшими осколками стекла. Будто мыслями Кэйетан унёсся далеко в прошлое, оставив в реальности лишь телесную оболочку. Болванку, надёжно скрывающую реальные чувства и эмоции.

– Неважно, она давно умерла.

Неловкость ситуации буквально повисла в воздухе. Я, сама того не желая, влезла туда, куда Кэй мало кого пускал. И как бы ни хотела думать о том, что на эмоции следователя мне плевать, всё же почувствовала укол стыда.

Сконфуженно потупившись, вернула фото на место и присела на край кровати:

– Мне очень жаль.

– Не говори того, чего не чувствуешь, – с морозящим холодом в голосе проговорил Кэй.

Прошёл к полкам и поправил рамку. Задвинул её ещё дальше за книги. Обернувшись, окинул меня взглядом. Мой внешний вид вызвал у него кривую улыбку, но я была рада и этой эмоции. Уж больно не нравился мне бездушный Кэй.

– Ты вообще не снимаешь перчаток? – он подбородком указал на мои руки. – Какая-то болезнь?

– Можешь считать и так, – я натянула рукава халата до самых кончиков пальцев и прижала к себе книгу. – Я почитаю и лягу спать. Можешь не беспокоиться насчёт завтра, мне не привыкать вставать чуть свет.

– Это последнее в списке причин для моего беспокойства, – хмыкнул Войнот. – Что ж, спокойной ночи.

Он сделал несколько шагов и уже в дверях оглянулся:

– И, Таис, больше не лезь в мои вещи. Тут есть достаточно опасные для тебя артефакты. Не хочется потом объяснять начальству, почему в моей квартире обнаружено тело Ткача.

– Я тебя услышала, – ответила ему в тон. – Спокойной ночи.

Даже когда он вышел из спальни, я продолжала сидеть с настолько прямой спиной, что мышцы поясницы взвыли от нагрузки. И только услышав хлопок двери кабинета, позволила себе выдохнуть и откинуться на простыни.

Светлейшая, что за день? Безумный, нелепый, нереальный! С утра я была прожигающей жизнь богачкой, а сейчас – нищенка, вынужденная бороться за себя любимую. Ещё и эта странная подружка Кэя. Теперь следователь своей загадочностью мог запросто соперничать с уродом, что дарит мне столь пугающие подарки.

Это точно не сон?

Ущипнув себя, скорее, для проформы, чем из желания убедиться в реальности происходящего, я устроилась на подушках и раскрыла книгу родов. История всегда навевала на меня скуку, поэтому в этом талмуде я искала в первую очередь снотворное. Однако уже на первой главе энциклопедии удалось меня поразить.

«Род Войнот. Родовой дар “Пыль времён”. Наследуется только первым отпрыском, вне зависимости от пола ребёнка. Герб – переплетённые лозой песочные часы. Регион владения – Гериако, область богата на минералы и леса…» – строчки пролетали перед глазами со скоростью маголёта на гоночной трассе.

Получается, Кэйетан – старший ребёнок в семье, единственный наследник их дара. И настолько важный для рода человек служит простым следователем в СКМП?! Что-то тут не чисто.

Я машинально бросила взгляд в сторону книжных полок. Хоть Кэй и убрал фото, но вот надо же – именно незнакомка продолжала выглядывать из-за корешка очередного сборника мудростей. И сейчас её улыбка не выглядела открытой и радостной. Наоборот! Казалось, что она смотрит на меня с насмешкой. «Ты попала!» – вот что читалось в этом взгляде.

–У-у-у-у, – протянула я в досаде.

Поднялась и отвернула рамку к стене. И без её ценных намёков понятно, что выпутываться из этого дела я буду долго. Возможно, с потерями. Главное, чтобы не с моими.

Уже в третий раз я бросилась на кровать, зарылась под подушку и даже не заметила, как уснула. И это было благословением Светлейшей: думать и дальше о странностях сегодняшнего дня казалось выше всяких сил.

Разбудил меня рассвет. Зашторить окна я не догадалась, а потому первые солнечные лучи лихими зайцами проникли в мой сон. Но, как и говорила Кэю, ранний подъём для меня не проблема. Режим в приюте, а потом и работа кухаркой вбили эту привычку, сделав частью образа жизни. Да и чего уж там, мне нравилось наблюдать, как просыпается город вокруг. В это мгновение между тьмой ночи и светом дня, когда сама реальность кажется зыбкой, хочется думать, что сегодня будет лучше, чем вчера!

Стоя возле окон и наблюдая за рождением нового дня, я вспомнила слова наставницы в кулинарном деле: «Завтрак задаёт весь день, Таис. Пренебрегать им нельзя ни в коем случае. Даже если за тобой гонится маньяк, посади его пить чай, угости вкусной выпечкой – глядишь, он и маньячить перестанет!»

– Знай она, в какой ситуации окажется её лучшая ученица, была бы в шоке от своей проницательности, – я провела ладонью по стеклу и криво усмехнулась.

Кое-как пригладив всклокоченные пряди, выглянула в гостиную. Ни намёка на присутствие Кэя, что несказанно меня порадовало. Терпеть не могу готовить под чьим-то присмотром.

Как бы ни было тихо в квартире, я решила проверить кабинет. Приоткрытая дверь давала достаточный обзор, чтобы обнаружить следователя, спящего в кресле. И выглядел он до того безмятежно, что не знающий Кэя человек никогда бы в жизни не поверил, что Войнот раскрывает зверские убийства.

Не в силах побороть любопытство, прошла внутрь и пробежала беглым взглядом по разложенным документам. Отчёты судмедэкспертов и стопки папок с бумагами – ничего такого, что могло бы помочь разгадать, кто же вознамерился засыпать меня «цветами».

В руке Кэя зависла ещё одна папка, но что там, разглядеть не удалось. Будто почувствовав моё приближение, следователь дёрнулся и выронил дело под стол.

Не иначе Светлейшая послала мне знак прислушаться к ночному предупреждению Войнота и не лезть, куда не просят!

Покинув кабинет так же тихо, как туда просочилась, приступила к приготовлению завтрака. Сначала хотела оставить вредного следователя без еды, но процесс готовки так захватил меня, что я не заметила, как напекла круассаны в количестве, явно превышающем наши с Войнотом возможности.

– Что это? – хриплым ото сна голосом поинтересовался Кэй, появившись за кухонным островком.

Я как раз заканчивала с последней тарелкой сладких круассанов и подала их вместе с кофе.

– Завтрак, что ещё? – я вздёрнула бровь, пародируя привычку следователя.

– Это я вижу, но откуда?

Войнот устроился по другую сторону кухонного острова, с подозрением разглядывая тарелки с выпечкой.

– Я приготовила. У тебя было тесто в морозилке, а рыбу и ягоды нашла на стазисной полке. Ты знаешь, что нельзя так долго хранить продукты под чарами?

– Я не знал, что они у меня вообще есть, – отмахнулся следователь, примеряясь к булочке с рыбкой. – Наверное, от бывшей остались.

– Которой из? – я не удержалась от ехидного комментария.

– Я не считал, – невозмутимо ответил Кэй. – Это точно съедобно? Ты же, наверное, даже не знаешь, с какой стороны к плите подходить.

– К твоему сведению, я два года проработала поваром в семье Рогэс, – поджала губы и ловким движением утащила именно тот круассан, который уже было присвоил себе Кэй.

– Это я знаю, твоё личное дело пришлось изучать до самого утра, – следователь, прищурившись, следил за тем, как я заполняю свою тарелку. – Просто думал, что это очередная ширма для твоих паучьих делишек. Не много ли для тебя одной? – не выдержал он, когда я взяла третью булочку.

– Я люблю сытно завтракать.

– Это я уже заметил, – Кэй отклонился назад и взглядом указал под столешницу, явно намекая на размер моей попы.

– К твоему сведению, у меня идеальная фигура! – вздёрнув подбородок, фыркнула я. – Мог бы поблагодарить. Приятного аппетита!

Я подхватила тарелку и чашку с кофе и гордо прошествовала к большому креслу, которое приметила ещё вчера. Его расположение – чуть в тени от соседнего здания – и открывающийся на город вид идеально подходили для наблюдательного пункта. В спину мне донеслось «спасибо» в сопровождении тихого смешка. Довольную улыбку скрывать не стала. Может же быть милым, когда захочет.

– Ты готова?

Я настолько выпала из реальности, следя за всё ускоряющимся трафиком маголётов, чьи изящные капли сновали на разной высоте, что даже не заметила, как ко мне подошёл Кэй.

– А сам не видишь?

Я развела руками и с ехидством вздёрнула бровь. Халат и форменная рубашка по-прежнему были на мне.

– А платье?

– Сам надевай эту рвань, – фыркнула я. – Не моя вина, что ты мне даже вещи не дал собрать.

Кэй в досаде выдохнул и быстрой походкой направился в спальню, бормоча по пути что-то вроде: «Послал Темнейший наказание».

Я злорадно хихикнула и одним махом допила остатки кофе. Интересно, что придумает Войнот? Не лично же ремонтировать платье будет?

Следователя я застала роющимся в недрах шкафа. В мою сторону полетели тренировочные штаны и белая футболка.

– Ты серьёзно? Это? – я насмешливо изогнула бровь, кончиками пальцев подняв одежду.

– Серьёзно как никогда, – сложив руки на груди, Кэй облокотился о створку шкафа. – Надевай.

– А выйти ты не хочешь?

– Мне и тут комфортно.

– Как знаешь, – хмыкнула и повернулась к следователю спиной.

Развязала пояс халата и намеренно медленно дала ему сползти на пол. Рубашка с трудом прикрывала мне бёдра, потому Кэю сейчас представился провокационный вид.

– Вы вуайерист, господин следователь? – бросила я через плечо, расстёгивая рубашку.

– Должен же я убедиться, что тебе всё впору, – голос Войнота наполнился хрипотцой, пускающей мне под кожу сотни мурашек.

– Да-да, – но мы оба понимали, что не в этом дело.

Выдержки Кэя хватило ненадолго. Стоило мне только наклониться, чтобы надеть штаны, как Войнот со словами «жду тебя в холле» вылетел из спальни. Обидно, бельё у меня было под стать уничтоженному платью – дорогое и изящное.

Что ж, теперь знаю, как вывести из себя всегда холодного и отстранённого Кэя.

– Ну, как тебе? – спросила я, появившись перед следователем спустя пару минут.

Для надёжности даже покрутилась вокруг себя, чтобы Войнот убедился в моём презентабельном виде.

Хотя последнее было спорным. Для какого-нибудь пикника такой наряд ещё годился, но никак не для поездки с целью расследовать убийство.

Выданные штаны слишком плотно сидели на бёдрах, излишне обтягивая попу. Но я даже не подумала её скрыть. Выданную футболку завязала узлом на животе, подчеркнув мою гордость – осиную талию.

– Похудеть не мешало бы, – буркнул Кэй и подхватил портфель с документами.

– А тебе – научиться такту, – парировала я. – Разве у высокородных это не даётся с молоком матери?

– Боюсь, мой ответ тебе не понравится.

Накинув форменный китель, Войнот подтолкнул меня к двери. Ну, конечно, аристократия у нас тактична только с себе подобными!

– Держи.

Уже на выходе из квартиры Кэй сунул мне пальто. За ночь в чудо-шкафу оно очистилось и подлаталось.

– В Хариссии сегодня прохладно.

– Мне ли не знать.

Настроение тут же камнем рухнуло вниз. Всё во мне истошно орало, не желая возвращаться в то место, где я испытывала только боль и унижение. Я клялась себе, что никогда не вернусь туда. Но, как говорится, хочешь насмешить Темнейшего – расскажи ему о своих зароках.

В полной тишине мы спустились с семнадцатого этажа, сели в маголёт и вылетели на улицы города.

Прерывать молчание первой мне не хотелось. К тому же Кэй выглядел настолько хмурым, что, отвлеки я его ненароком, могла нарваться на очередную остроту. Нет уж, мне с ним ещё сосуществовать придётся. Или искать пути для побега.

Например, уехать в ту же Лилерию. Отличный курортный регион, люди там не так предвзяты к Ткачам, да и в целом относятся к нам гораздо проще. Затеряться среди толпы туристов – и поминай как звали. А там можно будет и в соседнюю империю Пафарик перебраться. Следы путать я умею, раздобыть бы только новые хаттанты, которые не будут блокировать мои способности.

От построения плана побега меня отвлёк сигнал экранофона. Не успела я удивиться тому, как богато оснащают служебный транспорт СКМП, как над панелью управления развернулась проекция.

– Д-доброе утро, г-господин следователь, – образ Ультио вызвал у меня мягкую улыбку.

Всего одна кружка кофе и простое человеческое отношение расположили меня к этому пареньку. Из всей команды Кэя он пришёлся мне по душе больше всех. Даже добрюша Руби занимала лишь второе место.

– Тио, я же просил, – поморщился Войнот, – просто Кэй. Привыкай.

– Д-да, г-господин… т-то есть, К-кэй, – ещё больше заикаясь, ответил тот и перевёл смущённый взгляд на меня. – Д-доброе утро, Т-таис.

Я кивнула, приветствуя аналитика. Даже синее свечение проекции не смогло скрыть вспыхнувших щёк паренька. И своей открытостью Тио нравился мне всё больше.

– Тебе удалось составить профайлы на жертв? – тем временем спросил Войнот, встраиваясь в поток маголётов на окружающей столицу трассе.

– П-практически на в-всех, – Ультио зашуршал бумагами. – Но пока н-не уловил с-связи между ж-жертвами. Согласно х-хронологии Таис, первой была матрона. Затем – с-сотрудница компании «Ч-чистота и уют», р-работник доставки, нотариус…

Я заметила, что чем дольше говорил Тио, тем меньше заикался. То ли оттого, что не смотрел на нас с Кэем, то ли на него так действовало привычное погружение в аналитику.

– Ультио, – прервал его Кэй, – жертвы с цветами. Сосредоточься на них. Остальных пока примем как тренировочную базу маньяка и сопутствующий ущерб.

От слов Войнота меня даже передёрнуло, и я уставилась в окно. Мой цинизм и в подмётки не годился цинизму Кэя, и слушать то, с каким безразличием следователь обсуждает убитых, мне было неприятно.

Дома за окном сменялись парками и государственными зданиями, погружая в какое-то гипнотическое состояние. И я бы даже не заметила, что Кэй закончил разговор с Тио, если бы не одно царапнувшее память имя.

– Повтори, пожалуйста, имя жертвы с нарциссами? – дёрнувшись к проекции, спросила я.

– Э-э, – слегка опешил аналитик. – Робен Вистерк. Ч-чаровник, владелец отеля «Все грани уюта». Умер от г-голода. Сотрудники говорят, он просто н-ничего не ел. Лекарей не вызывали, поскольку господин Вистерк у-утверждал, что это л-лечебное голодание.

– Чаровник? На них же не действуют силы Ткачей! – удивился Кэй и перевёл взгляд на меня. – Твой бывший?

– Светлейшая упаси! – проговорила я, нахмурившись. – Этот гад выселил меня из недоразумения, которое он гордо величал «отелем»! Именно потому, что мне не удалось вплестись в его полотно судьбы.

– Хм, – протянул Кэй. – Тио, я понял, информации много. Мы просмотрим все дела по возвращении в отдел. Не будем больше тратить ресурс артефакта. Мне ещё с Руби и Вэл связываться.

– Д-до связи, К-кэй, – Тио отсалютовал, прижав правый кулак к груди, и отключился.

На минуту в салоне повисла тишина.

– Что ж, дело и впрямь запутанней некуда, – выдохнул Кэй, пробарабанив пальцами по рулю. – Очередной твой обидчик. Маньяк действительно дарит тебе подарки, Таис. Или это ты сама так всё выстраиваешь и прикидываешься жертвой?

С последними словами он бросил на меня изучающий взгляд. Опять реакцию отслеживал, провокатор!

– И нападение сама на себя организовала, чтобы отвести подозрения, так?

– Вот, ты уже и признаваться начала, – усмехнулся Кэй. – Может, и про остальных мне расскажешь? Чем тебя обидели садовница, танцовщица, нотариус и бедная маленькая учительница?

– Водителя ещё забыл. И если говорить серьёзно, я никогда в жизни с ними не сталкивалась. Да и своим обидчикам счёт не веду.

– А вот твой поклонник, похоже, всех учитывает, – Кэй провернул резкий манёвр и вывел маголёт на пригородную трассу. – Неужели ты не замечала слежки? Он же не один год за тобой наблюдает.

– Приступами паранойи не страдаю, – огрызнулась я. – Мне и в голову не приходило, что за мной могут следить. Кэй, я Ткач! Нас стараются вовсе не замечать, как пятно от окурка на дорогущем ковре. Глаз раздражает, а исправить уже не получится. Единственные, кто пристально следят за нами, – это твои коллеги.

– М-да… – протянул Войнот.

– Да что м-да-то?! – разозлилась я. – Мой дар – не мой выбор. Я такой родилась! А высокородные отчего-то решили, что это проклятье и мне подобных надо клеймить! Кто вам такое право давал?!

– Ну, как показывает практика, такое решение было принято не зря, – с непроницаемым лицом проговорил Войнот. – Твой собрат запросто убивает граждан, стараясь тебя впечатлить. Ты сама жила за чужой счёт, не думая, что таким образом можешь разрушить судьбу окружающих людей. Как ни крути, проклятие или, как тебе угодно, дар Ткача толкает его обладателя на преступную дорожку.

– Да что ты говоришь?! – язвительно огрызнулась я. – А кто нас вынуждает так жить? Ваши аристократические задницы и создают из нас чудовищ. Даже из тех, кто никогда бы не свернул на эту дорожку.

Я умолкла, глубоко и часто дыша. Пыталась успокоить гнев, что клокотал внутри. Войноту всё же удалось меня раздраконить, и теперь он знал, где моя больная мозоль.

– Я тебя ни к чему не принуждал, – пожав плечами, проронил он, а зеркало над приборной панелью отразило его лукавую ухмылку.

– Вот и не надо.

– Вот и не буду.

– Прекрасно!

– Отлично!

– Ар-р-р, – не выдержала я и полностью развернулась в кресле.

Лучше буду смотреть в окно, надеясь, что вид природы успокоит нервы. Иначе в сводке новостей точно появится весть о крушении маголёта с завязанным узлом водителем.

С тихим смешком Кэй включил музыку, под которую я умудрилась задремать.

– Твою мать! – злой крик Кэя вырвал меня из полусна и заставил в панике рвануть из машины.

– Что?! – с выпученными глазами я дёргала ручку, не совсем понимая, откуда ожидать опасности.

– Вперёд смотри! – Войнот ткнул в лобовое стекло.

Мы успели подлететь к лесу, окружающему Дом Порицания. И как раз со стороны приюта над верхушками деревьев поднимался густой чёрный дым.

Глава 6. При распутывании узлов постарайтесь сами не запутаться

Странно, но запаха гари почти не ощущалось. Я бродила по пепелищу и невидящим взглядом осматривала то, что осталось от моего дома – места, где я провела детство; места, с которым в нормальном мире обычно связаны самые тёплые воспоминания. Но в мире Ткачей приюты никогда не вызывали положительных чувств. Во всяком случае, у меня так точно.

Да что уж душой кривить! Я бы и сама с удовольствием спалила этот так называемый «дом» ещё семь лет назад, когда выпускалась отсюда. И сейчас вместо положенной печали испытывала тайное злорадство: поделом. Так же, как матроне.

Оглянулась на Кэя. Следователь беседовал с командиром огнеборческого отряда, который к нашему приезду уже успел потушить пожар. К моей радости, воспитанники не пострадали. Всех успели вывести. Лишь несколько матрон получили незначительные ожоги, пока организовывали эвакуацию.

Маленькие Ткачи стояли в стороне и отрешённо следили за взрослыми. На каждом были надеты хаттанты, и в каждом ребёнке я видела маленькую себя с таким же спокойным и безразличным взглядом. Светлейшая, за что они заслужили такое? За что совсем крошек отдают в эти ужасные заведения? Вопрос, который не имел логичного, с точки зрения человечности, ответа.

Перевела взгляд на обгоревшие остовы. Это место подарило мне бесценное знание: полагаться в этой жизни можно только на себя. Никого и никогда нельзя пускать в своё сердце. Если даже родители могут предать, то что говорить о сторонних людях?

Родителей я практически не помнила. Папу точно, от него осталось невнятное ощущение отчуждённости. Будто даже к совсем маленькой мне он питал лишь отвращение. О маме же в памяти сохранилось всего одно воспоминание: я сижу на её коленях и тянусь за кулоном на её груди. Странное дело, никак не могу вспомнить, что было изображено на украшении. Оно всё время менялось в моей памяти. А может, и формы у него нет – просто переплетающееся сияние разных цветов, заключённое в прозрачную сферу.

– Предаёшься ностальгии? – Кэй, как всегда, подошёл бесшумно, но я уже привыкла к этой его манере и даже не вздрогнула.

– Не то место, – ответила я, ощутив дикую усталость.

День едва за середину перевалил, а я уже была без сил. Не иначе этот проклятый дом, даже сгорев, продолжал тянуть из меня жизнь.

– Ах да, плохие воспоминания, – понимающе кивнул следователь. – Ты, должно быть, рада, что приюта больше нет. Прям как по заказу, правда?

– На что ты намекаешь? – я наконец-то развернулась к Кэю.

Войнот смотрел на меня с подозрительным прищуром. Разговор с огнеборцем не улучшил его настроения и, судя по всему, навёл на какие-то новые подозрения.

– Не делай вид, что не понимаешь, о чём я. Первая жертва – твоя обидчица, среди остальных находится ещё один твой «поклонник». Место, где мы можем найти улики по первой жертве, удивительным образом сгорает. Ах да, пожар начался в архиве.

– И? – я сложила руки на груди и скептически поджала губы. – Если ты пытаешься убедить меня в том, что наш маньяк – это я, то мне стоит пойти к твоему начальству и спросить о твоей профпригодности. На кой мне участвовать в расследовании убийств, которые, по твоим словам, я и совершаю. Ах да, ещё неудачника-похитителя на мой счёт запиши.

– Я не говорил, что это делаешь ты, – ехидно улыбнулся Кэй. – Но мне нравится, что ты сама выдвигаешь такие подозрения. Волнуешься, что твоё злобное альтер эго может действовать, пока ты спишь?

Я уставилась на следователя как на умалишённого. У меня даже мыслей таких не возникало, а этот умник, оказывается, уже сотни теорий понастроил.

– Дурак, – только и ответила ему.

Широким шагом обогнула посмеивающегося Войнота и направилась обратно к маголёту. У меня появилось желание подойти к маленьким Ткачам, просто попытаться ободрить их, но выходка Кэя отбила его напрочь.

– Стой, там все доски прогорели.

Слова следователя прозвучали почти вовремя. Громкий хруст под ногами и взметнувшийся столб пепла ознаменовал моё падение. Даже взвизгнуть не успела, как уже грохнулась на каменный пол подвала.

– Ауч! – выдала я в сопровождении забористого ругательства.

– Ругается – значит, жива, – донёсся сверху комментарий Кэя.

Затем послышался скрип половиц – следователь двинулся в мою сторону.

– Ты же вроде под высокородную косишь, а так выражаешься.

– Ни под кого я не кошу. Предпочитаю быть самой собой, – огрызнулась, поднимаясь и потирая пятую точку.

Вроде и невысоко тут, но копчик умудрилась отбить.

– Теперь понятно, почему у тебя совсем нет друзей, – хмыкнул Войнот.

– Я бы тебе ответила, почему у меня нет друзей, но ты ведь всё равно скажешь: «Так вам и надо».

Больше для себя, чем для следователя, но он услышал.

– А, ну да. Снова твои: «Вы незаслуженно обижаете Ткачей, вы виноваты в том, что мы такие», – произнёс Кэй где-то совсем близко.

Доски под его весом угрожающе заскрипели, и я поспешила предупредить:

– Осторожно, сейчас свалишься.

Не то чтобы я переживала за этого надменного сноба, но, если мне повезло упасть и не убиться – это не значит, что и с его высокородием всё будет в порядке.

Войнот остановился, и лишь лёгкое поскрипывание досок выдавало его положение.

– Так, попробуй поискать лестницу. Как-то же они спускались в этот подпол, – отдал указание Кэй.

Да я так и так собиралась заняться поиском выхода, поэтому сделала вид, что подчинилась приказу.

– Что там вообще такое? – спустя минуту тишины поинтересовался следователь.

Видимо, надоело куковать, как аисту на брёвнышке, и он решил меня расспросами достать.

– Горы сгоревшей мебели, какая-то рухлядь, – принялась перечислять, пока пробиралась сквозь завалы.

Штаны и футболка ещё при падении испачкались в саже так, что я сейчас походила на древнего трубочиста. Надеюсь, теперь Кэй сподобится забрать мой гардероб из гостиницы. Иначе я все его вещи изничтожу.

– Ещё что-нибудь?

– Шкафы, столы… О, лампа, – перечисляла я, продвигаясь к дальней стенке, где, как мне показалось, увидела несколько ступеней.

Пройдя пару метров, замерла как вкопанная.

– Труп.

– Что?

– Я говорю… тут труп! – с каждым сказанным словом голос переходил на новый уровень громкости, к концу фразы превратившись в визг.

Ответом мне стал треск сломанных балок и грохот, с которым Кэй упал практически рядом. Правда, сделал он это не в пример мне изящнее. Помогал себе воздушными потоками.

– Тебя на секунду можно оставить без появления новых жертв?

– Я случайно, – пошутила, но тут же прикусила язык, поскольку Войнот наградил меня суровым взглядом.

Похоже, версия, что я и есть на голову отбитый маньяк, которому просто интересно участвовать в поисках самого себя, для Кэя считалась приоритетной.

Неизвестный бедолага, обгоревший так, что идентифицировать его не представлялось возможным, сидел у той самой стены с лестницей.

– Бедняга, – протянула я и под недоумённо вскинутые брови Кэя продолжила: – Не успел выбраться.

– Знаешь, а он вроде и не пытался, – задумчиво произнёс следователь, присев перед трупом, осмотрел его со всех сторон и добавил: – Руки не связаны, ноги, на первый взгляд, целы. Он просто сидел тут и ждал смерти. Готова?

– К чему?!

Опять смотреть полотно? Да не хочу я!

– К выполнению своей работы, – раздражённо бросил Кэй.

– А не надо вызывать ребят? Вдруг я что-то поврежу? Присцилла же ругаться будет.

Я сделала шаг назад, а потом ещё и ещё. Меня так пугала перспектива вновь коснуться очередного маньячного творения, что я чуть ли не ногами упиралась, когда Войнот потянул меня обратно.

– Госпожу Мелроуз я беру на себя. Смотри давай, иначе и впрямь решу, что ты чего-то не договариваешь.

Я выдернула руку и вернулась к телу. Гневное рычание непроизвольно вырвалось из моей груди.

– Такой настрой мне нравится, – усмехнулся Кэй.

– Плевать мне на то, что тебе нравится, – огрызнулась я. – Не мешай.

Не тратя больше ни секунды на препирательства, я потянулась к полотну лежавшего передо мной бедолаги… чтобы практически сразу упасть на многострадальную попу и в ужасе отползти от него.

В этот раз убийца постарался на славу. Шикарный букет из ярко-красных маков смотрел на меня с полотна судьбы жертвы. Но даже не это напугало меня. Я знала мертвеца. Тот самый охранник, что связывал маленьких девочек-Ткачей. Он не насиловал нас, нет. Ему просто нравилось наше беспомощное состояние. И страх, от которого большинство из нас плакало и просило не причинять боли. Большинство. Но не я. А потому чаще всего его ночной игрушкой становилась именно я. До самого выпускного ему так и не удалось сломить меня. Ни разу не расплакалась, ни разу не попросила прекратить пытку.

И сейчас мой очередной кошмар был уничтожен. Лежал передо мной пеплом прошлого.

– Что, очередной знакомец?

Кэй присел передо мной, внимательно проследив за эмоциями на моём лице.

– Местный охранник, – выдавила я, с трудом сглотнув ком в горле.

– А он тебя чем обидел? – допытывался Кэй, даже за подбородок меня взял, чтобы в глаза смотреть.

– Ничем, – соврала я.

Скажу правду – и это точно похоронит мечты о свободе. Войноту не хватает именно этой последней капли в чашу подозрений о моей причастности.

В серо-голубых глазах следователя блеснуло разочарование. Но я так и не поняла в чём: что соврала или что не удалось привязать новое убийство именно к моей персоне?

– Цветы есть? – уточнил он, помогая мне подняться и отряхивая.

От этой заботы я подвисла и не сразу ответила. Тем более что судорожно пыталась сообразить, какой из ответов будет правильным. Всё-таки наличие букета в полотне – серьёзная улика.

– Значит, есть, – Кэй сам сделал вывод. – Какие?

– Маки.

Я не стала отпираться. Бросила взгляд на тело и замерла. Там были не просто маки.

– Мне надо ещё раз взглянуть.

– Вошла во вкус? – с издёвкой поинтересовался Войнот, пройдя дальше вдоль стены. – Посмотри, я пока попытаюсь расчистить нам проход.

В этот раз к почившему ублюдку я прикасалась со смесью отвращения и брезгливости. Всего одним глазком взглянуть, чтобы убедиться в собственном подозрении.

Маки по-прежнему были на месте. Горели ярко, будто отображая тот огонь, в котором сгинул их хозяин. И вокруг всего этого буйства разливался ореол удовольствия. Наконец до меня дошло, что же меня смутило ещё в предыдущей жертве. Я не просто видела, с какими чувствами умирали жертвы, – я ощущала эти эмоции! Впитывала их!

– Кэ-эй, – протянула я, – у нас большая проблема.

– Что ещё? – следователь в этот момент пробил очередную балку, что перекрывала выход из подвала.

– Наш маньяк действует не один, – я вскинула руку, прикрываясь от яркого света, и успела заметить, как вытянулось лицо Кэя. – Смерти последних жертв окрашены эмоциями. Да так, что даже сквозь нити ощущаешь эти чувства.

– И? – Войнот спустился ко мне, подал руку, а вниз бросил заклинание стазиса, законсервировав место преступления. – Что ты хочешь этим сказать?

– У маньяка есть сообщник, чаровник, – твёрдо проговорила я, уверенная в своём предположении.

– Хм.

Бо́льшего я от Кэя не добилась. Он продолжал молчать и когда мы выбрались наверх, и когда дошли до безопасной зоны. Даже не смотрел на меня толком, погружённый в мысли. Единственное, что я от него услышала, – так это просьбу подождать его в маголёте.

Я не стала спорить, тем более что и сама хотела уже от всего спрятаться, а уютный салон чудесной машинки предоставил мне эту возможность. В окно наблюдала за тем, как следователь сначала переговорил с командиром огнеборцев, что-то показывая ему в месте пролома. Затем Кэй дошёл до матроны, которая, судя по всему, заняла пост старшей. Приятная миловидная женщина, и, хотелось бы верить, что она и по характеру такая же. По крайней мере, даже внешность ненавистной госпожи Мордо кричала, какая она тварь. Всё-таки правду говорят, что внутренние качества человека отражаются и снаружи. Если поначалу это не так заметно, то чем больше гадкого творит человек, тем больше его чёрная душа проступает сквозь внешнюю оболочку.

– О чём задумалась? – Кэй сел в маголёт и завёл двигатель.

Его голос звучал подчёркнуто беззаботно. Но плотно сжатые губы и то и дело играющие желваки выдавали состояние Войнота с головой. Следователь был в бешенстве.

– Об отражении внутреннего мира человека на его внешности, – ответила я, озадаченно следя за собеседником.

Кэй вывел машину на трассу и взял такой разгон, что у меня сердце гулко ухнуло от страха.

– Что происходит?

– Наша сегодняшняя жертва, оказывается, тоже оказался тем ещё уродом, – проговорил Кэй, вцепившись в руль так, что костяшки пальцев побелели. – У него были странные пристрастия по отношению к маленьким воспитанницам.

– Знаю, – не удержавшись, прошептала я.

Войнот бросил на меня резкий взгляд и вновь вернулся к дороге.

– Тебя тоже?

– Да.

Признание вырвалось само собой. Будто в глубине души я хотела этого – довериться Войноту. Потупилась в окно, не желая встречаться со следователем глазами.

– Почему не сказала?

– Потому что это стыдно.

Мимо пролетал лес, смазываясь в зелёную завесу. И мне хотелось скрыться в этой глуши, лишь бы не продолжать этот разговор.

– Стыдно, что надо мной измывались, а я не нашла в себе смелости пожаловаться на этого урода. Привлечь внимание.

– Насколько я понял, при вашей бывшей матроне твои заявления всё равно бы ничего не решили, – Кэй смягчился, и в оконном отражении я увидела, как он посмотрел на меня с сочувствием. – Только поэтому мне не сказала?

– Нет, – выдохнула я. – Побоялась, что ты опять на мой счёт его запишешь. Согласись, месть – отличный мотив для убийцы.

Кэй замолчал, сбросил скорость, снизился, а потом и вовсе слетел на обочину.

– Таис, давай начистоту, – он развернулся, дождался моего осторожного кивка и продолжил: – Да, ты действительно находишься в списке подозреваемых. Но в самом его конце. И только потому, что этого пожелало моё начальство. Лично я не считаю тебя убийцей. Для нашего маньяка ты слишком… м-м-м… вспыльчивая и высокомерная.

– Ну, спасибо, – криво усмехнулась я. – А вдруг я прикидываюсь? Мы, Ткачи, можем быть очень коварными.

– Кто из нас без недостатков? – в улыбке Кэя появились мягкость и тепло. – Но наш убийца – явно человек холодной выдержки и долгосрочного планирования. Единственный раз, когда что-то пошло не по его сценарию, – это неудача с твоим похищением.

– Да, он был очень сильно удивлён, что я не пошла с ним, – нахмурилась, вспомнив и разочарование в голосе маньяка, и его оплеуху. – Думаю, теперь я не так сильно ему нравлюсь.

– Не факт, «цветы» он тебе продолжает дарить, – заметил Кэй, наклонился ко мне и доверительно добавил: – Больше не скрывай от меня ничего.

– Хорошо, – нервно сглотнула я, отчего-то раскрасневшись.

Мне не нравилась подобная реакция на близость с Войнотом. Уж лучше продолжать на него злиться и обижаться.

Кэй тем временем вновь вклинился в поток машин и направил маголёт обратно к городу. В салоне звучала лишь лёгкая ненавязчивая музыка, и постепенно я совсем успокоилась. Даже призраки прошлого угомонились в голове.

Вскоре на горизонте показались шпили Военной академии республики Виарто – самого престижного учебного заведения в нашей стране. Будучи маленькой, я лелеяла мечту поступить туда: вдруг за время моего взросления законы в республике изменились бы и Ткачам открыли пути не только к бытовым знаниям, но и к высшей магии? Но потом мне объяснили, что только высокородные могут иметь и особенный дар Богов, и способности к укрощению стихийной магии. Надежда поступить на алхимика загнулась, так и не успев расцвести в полной мере. Поэтому свои выдающиеся успехи в смешении веществ я демонстрировала в кулинарии.

– Она умерла из-за Ткача, – прервал молчание Войнот.

Я в недоумении посмотрела на Кэя. Он будто не со мной говорил, а продолжил свой мысленный диалог.

– Кто? – осторожно поинтересовалась я.

Появилось ощущение, что сейчас происходит какой-то очень важный момент. Кэй нервничал и барабанил пальцами по рулю. Даже губы то и дело покусывал.

– Девушка с фото. Витала – так её звали. Мы познакомились в Академии, – он мотнул головой в сторону проносящихся мимо корпусов. – Девушка из семьи Малого рода.

– Вы любили друг друга?

За этот вопрос я тут же выписала себе ментальный подзатыльник. Не это надо было спрашивать, раз Кэй так разоткровенничался. Но почему-то именно характер отношений Виталы и Войнота волновал меня до сбившегося сердцебиения.

– Да, – помолчав, коротко ответил Кэй и, словно решив что-то для себя, принялся рассказывать: – И это стало проблемой. Моя семья… Да ты и сама знаешь. Мне не позволили бы жениться на ней. Но Витале было плевать на официальный статус. Мы просто радовались тому, что есть друг у друга. Пока она не заболела. Распад энергоканалов.

Я рвано выдохнула. От этой болезни не вылечиться. Бич всех магов. И главное, от неё никак не уберечься. До сих пор никто не знает, почему одни заболевают, а другие нет.

– Но ты сказал, она погибла от Ткача?

– Отчаявшись, я пришёл к отцу за помощью. Он пообещал найти лекарство с условием, что с Виталой мы разойдёмся. Как ты знаешь, мой дар наследуется первенцу и только ему. И только от союза двух высокородных партнёров, – Кэй неприязненно скривился. – Отец не мог позволить, чтобы наш дар пропал на целое поколение. Я был согласен на что угодно. И в качестве лекаря отец привёл Ткача.

– Но мы не можем лечить, – я не удержалась от комментария: настолько абсурдной показалась эта часть истории.

– Тем не менее, твой собрат попытался что-то исправить в её судьбе. Он говорил, что болезнь – это узел, критическая точка…

– Их не изменить, – кивая, проговорила я, но Кэй будто бы и не заметил.

– Он пытался их сдвинуть, но в итоге что-то разорвал так, что Витала умерла в тот же день. Просто угасла у меня на руках.

В маголёте воцарилась гробовая тишина. Я не знала, что сказать. Да и никогда никого не утешала. Но Войнота мне хотелось пожалеть всей душой. Я потянулась к его руке, сжавшей руль, но Кэй, тряхнув головой, посмотрел на меня. В его глазах не было боли или тоски. Это всё уже выгорело в нём. Он глядел на меня серьёзно с твёрдой уверенностью в своих словах.

– Я рассказал это не для того, чтобы ты пожалела меня. Я ответил тебе откровением на откровение. Просто хочу, чтобы ты знала: моя ненависть к Ткачам не внушена обществом. Я сталкивался с твоими «коллегами». Но, признаю, после всего того, что узнал о твоём прошлом, мне хочется тебе помочь. Тебе и остальным малышам, что заперты в Домах Порицания. Неправильно всё это.

Вот как он умудряется каждый раз выбивать меня из колеи? Как у него выходит одновременно быть таким язвой и… проникающим в самую душу? Физически ощутила, как броня, в которую я одевала сердце, треснула. Как в эту дыру робко пробивается вера в то, что этот мир может быть добрым ко мне.

– И я снова повторю свою просьбу: не ври мне больше и ничего не утаивай.

Ошарашенная, я кивнула в ответ. Просто потому, что горло пересохло от волнения, позволяя издать лишь сухое карканье.

Звук входящего вызова развеял напряжение, повисшее в воздухе. Кэй откинулся в кресле и одним движением руки принял звонок. На проекции возникло восторженное лицо Лолы. Однако стоило секретарше увидеть меня, как её энтузиазм моментально испарился.

– Лола, я просил не беспокоить меня, если дело неважное, – без приветствия выговорил Войнот.

Я с интересом следила и за его лицом, и за мордашкой секретаря. Складывалось впечатление, что между этими двумя что-то есть или было, и сейчас Кэю не совсем приятно общение с девушкой.

– Да-да, конечно. Дело очень срочное. Вэл и Руби доложили, что один из торговцев семьи Арибо найден мёртвым в своей лавке. Госпожа Мелроуз подтвердила: это работа Ткача.

Торжество, с которым при этих словах на меня посмотрела Лола, удивило даже Кэя. Он бросил непонимающий взгляд на меня, а я лишь усмехнулась. Подумаешь, ещё и чаровница меня невзлюбила.

Глава 7. Следы… следы… кругом следы

Лавка торговца, вопреки аристократическому происхождению владельца, располагалась вовсе не в престижном районе. Здесь, скорее, обитали даже не малородные, а простородные. Ещё точнее – самый их сброд. Поэтому, когда в наступающих сумерках мы поднимались по ступенькам еле приметного здания, у меня мурашки бегали по спине: настолько неприятно было ощущать на себе липкие взгляды местных обывателей.

Оперативников Кэя мы встретили прямо в холле, тело жертвы сломанной куклой лежало у подножия добротной дубовой лестницы.

– Смотрю, денёк у вас вышел с огоньком, – хохотнул Вэл, с довольной гримасой разглядывая мой растрёпанный, покрытый сажей наряд.

В отличие от Войнота, который при заезде в отделение успел переодеться в оперативный комбинезон, я так и осталась в драных штанах и футболке.

– Завидуешь?

– Конечно, – подыграл мне тот, – всё веселье – и мимо меня. Давай следующий раз ко мне, а? Бьюсь об заклад, мои вещи тебе тоже пойдут!

В недоумении на Вэла уставились все: и некромантка, продолжавшая что-то изучать на теле жертвы, и Руби, и я. Один Кэй бросил на подчинённого предупреждающий взгляд.

– Господин следователь, – потянула начальника за рукав, – я бы его проверила на вмешательство Ткача. Вдруг после вчерашней потасовки наш маньяк Вэлу мозг вправил?

– Себя проверь, ущербная! – тут же огрызнулся оперативник.

Видимо, напоминание о том, как лихо нападавший скрутил здоровяка, проехалось острой бритвой по самолюбию Вэла. Прежняя вальяжная поза мужчины сменилась на боевую стойку.

– Вэл, ещё одно замечание – и я распоряжусь о твоём временном отстранении, – Кэй говорил спокойно, но в каждом его слове чувствовался нажим, от которого даже боевик втянул плечи в голову. – Таис, это и тебя касается: никаких угроз моим подчинённым.

Он и меня наградил этим взглядом Войнота-командира. Имей я хоть какое-то служебное прошлое, я наверняка бы на рефлексах вытянулась в струнку и честь отдала.

– Что у нас? – обратился Кэй к Руби, пока мы с Вэлом продолжали поджаривать друг друга гневными взглядами.

Магичка неопределённо хмыкнула, но комментировать ситуацию не стала, лишь подтолкнула коллегу ближе к трупу: докладывать – так вместе.

– Мефисто Арибо, тридцать семь лет. Высокородный, но в первые круги наследников не входит.

Сотрудница зачитывала записи, которые она почему-то делала от руки и в обычном бумажном блокноте. Это при том, что каждый боец СКМП укомплектован арк-планшетом.

– С роднёй не особо общался. Его помощник говорит, что господин Мефисто был гениальным артефактором, но семья не принимала его увлечений.

– Это каких же?

Мы с Кэем вскинулись практически одновременно. Как гончие, что учуяли призрачный след. Опять жертва со специфическим пристрастием. Но в этот раз со мной никак не связанная. И судя по взгляду, брошенному на меня Войнотом, его мысли двигались в том же направлении.

– Оружие, – Руби скривилась, будто ей была неприятна эта тема.

– Но насколько помню, род Арибо и занимается проектированием и изготовлением вооружения для армии и внутренних служб.

Кэй разочарованно поджал губы. А я поймала себя на том, что слежу за каждой эмоцией: как завораживающе они сменялись на его лице!

Да очнись ты, Таис! Стоишь в комнате с жертвой маньяка, а сама таешь от ухмылок высокородного сноба!

Увлёкшись выволочкой, я упустила нить разговора.

– …тёмные орудия, – говорил Вэл, наблюдая за действиями Присциллы. – В картотеке, что мы нашли в сейфе, есть большой перечень клиентов, которым наш господин Мефисто изготавливал уникальные клинки. В том числе и «Губители душ».

– Темнейший, за что ж мне это? – едва ли не простонал Войнот. – Мало нам маньяка, так ещё и Серое Братство на горизонте замаячило.

На этом моменте я поняла, что совсем ничего не поняла.

– Мне кто-нибудь объяснит хотя бы на пальцах, что за «Губители душ» и Серые Братства?! И как это связано со мной? – я даже ногой топнула: настолько взбесила ситуация.

Руби глянула на меня с сочувствием, Вэл наградил очередным высокомерным хмыком. Лишь некромантка не отвлекалась – сосредоточенно изучала тело при помощи странных артефактов.

– Клинки, о которых говорят мои коллеги, используются определённой группой профессионалов – наёмными убийцами, – Кэй говорил нехотя, как маленькой втолковывал прописные истины. – И тут к списку подозреваемых и мотивов прибавляется ещё несколько вариантов. А их уже и так слишком много. Прис, что по смерти? Лола передала, что ты установила воздействие Ткача.

– Это с чего бы? – круглые глаза некромантки увеличились ещё больше, отчего она стала похожа на резиновую игрушку, которой надавили на упитанное брюшко. – Я Лоле ничего не передавала, лишь то, что это действительно убийство. Хоть и замаскировано под несчастный случай.

Мы с Кэем переглянулись. Похоже, чаровница в открытую вышла на тропу войны. Войнот от этого факта лишь закатил глаза, видимо, сотрудница уже не первый раз пыталась поклёпами отвадить от него представительниц прекрасного пола. Мне же срочно захотелось покопаться в её полотне судьбы и отвадить секретаршу уже от меня.

– То есть это не Ткач? – осторожно уточнила у эксперта.

– Да нет, Лола прям прорицательница у нас, – Присцилла встряхнула кучерявой головой и поднялась с колен. – Господин Арибо на связь не выходит, что бы я ни предпринимала. Даже дар свой подключала – хоть бы хны.

– Дар? – одними губами спросила у Кэя.

– Присцилла у нас урождённая Пальфир, – ответил Войнот и этим всё объяснил.

Судмедэксперт оказался из высокородных, из семьи чистокровных некромантов. Их дар «Ходящие за грань» поднимал из могил и самых надёжно упокоенных мертвецов. Но вот загвоздка: против Ткача даже высокородная магия была бессильна.

– Кэй, ты же знаешь, терпеть не могу, когда семейку мою поминаешь, – поморщилась женщина. – Короче, заключение будет у тебя в кабинете через пару часов. Доберусь только до отделения. Причина смерти – падение с лестницы и разрыв спинного мозга в области шейных позвонков.

Она споро собрала инструменты, пожала руки Руби и Вэлу и поспешила ретироваться. Видимо, работу она свою любила, а вот выезжать на места преступлений – нет.

– Ну что, госпожа Виэль? – кроме как с ехидством Вэл со мной не разговаривал. – Настало твоё время. Покажешь свою паучью магию?

– Да что тебе неймётся-то? – даже спокойная Руби не выдержала. – Пойдём мы, пока он до отстранения не дотрынделся.

Войнот лишь благосклонно кивнул, и магичка, не слушая возражений, потащила коллегу на выход.

– Иди сюда, – поманил Кэй, и первое время я даже не поняла зачем.

Наедине с ним у меня вообще отключалось рациональное мышление и в голову лезла всякая чушь. Вот так и сейчас, он просто подозвал меня ближе к «рабочему месту», а воображение нарисовало нечто романтичное. Бред, одним словом.

Встряхнувшись, я подошла к следователю размашистым шагом. Однако моя заминка не осталась без внимания. Поэтому за браслеты на моих руках Кэй взялся, иронично заломив бровь.

– Даже огрызаться не будешь? – спросил он, набирая комбинацию на хаттантах.

– У меня уже появился объект для острот, – голос звучал подчёркнуто-лениво, хотя внутри я дрожала.

То ли от прикосновений Войнота, то ли от предстоящего просмотра очередного полотна.

– А с тобой мы вроде как сработались.

– Это радует, – хмыкнул Кэй, зажав последнюю каплю-кнопку и отпустив мои руки.

На мгновение мне показалось, что он невесомой лаской прошёлся по внутренней стороне ладони. Я в удивлении взглянула на Кэя, но тот, как ни в чём не бывало, подсел к телу, укутанному чарами стазиса.

– Хаттанты я тебе настроил на два использования. Надоело каждый раз увеличивать лимит, – буднично проговорил он.

– Я прошла проверку? – настороженно уточнила я.

– Ты заслужила моё доверие, – не глядя на меня, проговорил следователь. – Приступай.

Так странно. И такой контраст: его слова и то, что незримо установилось между нами. Войнот продолжал говорить со мной подчёркнуто-отстранённо, как и положено начальнику с подчинённым. Хотя на каком-то ином уровне я ощущала, что он ко мне оттаял. Ощущала, но не верила.

С трудом отведя от Кэя взгляд, я призвала силу. Браслеты на руках издали мелодичный звук, и внутренний обод прокрутился, плотно прилегая к коже. Всё, последний на сегодня призыв магии зафиксирован.

Нырнула в себя, в зрение Ткача. И… в который раз ужаснулась. Ждала чего угодно – одиночных цветов, букетов, даже записок. Но вместо этого увидела разорванное на мелкие ошмётки полотно судьбы. Не было тут филигранной вышивки, которая присутствовала у предыдущих жертв.

– Что там? – не дождавшись моего доклада, спросил Кэй.

– Жуть, – выдохнула я. – Тут смотреть не на что. Если бы у Ткачей были какие-то инфернальные собаки, я бы сказала, что тут именно псина постаралась. Всё полотно растерзано. Будто рвали в спешке, судорожно и не заботясь о красоте.

– Или о донесении послания, – пробормотал Войнот.

Мы на несколько минут замолчали. Кэю явно требовалось всё обдумать, в то время как у меня уже родилась своя версия. Правда, делиться ею я не спешила. Ещё решит, что пытаюсь его на какой-то нужный мне след направить.

– Значит, к списку версий добавляем ещё одного Ткача-психопата, – Кэй поднялся, прошёл к окну и в задумчивости уставился на Руби и Вэла, которые разговаривали с младшими оперативниками. – Похоже, вырисовывается целая шайка невменяемых убийц. Два Ткача, чаровник. Ещё и Серое Братство, будь оно неладно.

– Мне кажется, ты усложняешь то, что на самом деле лежит на поверхности, – я приблизилась к следователю и замерла за его спиной. – Мы спугнули нашего маньяка в переулке, он засветил своё уникальное оружие. Понял, что по нему его легко вычислят, и пришёл замести следы. Всё делал впопыхах, отсюда и небрежность в манипуляциях с полотном.

– Небрежность, – эхом повторил Кэй, а я прикусила язык. – Интересное у тебя отношения к чужой судьбе. Твоя версия самая логичная и первой приходит на ум. Но в работе с психопатами необходимо учитывать даже самые фееричные по своей бредовости версии.

Следователь покачался с носка на пятку, обречённо выдохнул и открыл дверь:

– Пойдём, Таис, у нас сегодня ещё много работы.

Я послушно выскользнула на улицу и словно гору с плеч сняла: настолько атмосфера в лавке была давящей. Настроение сделало робкую попытку вылезти в плюс. Ровно до тех пор, пока мой взгляд не скользнул по растерзанным штанам и футболке.

– Знаешь что? – дождалась, пока Кэй отдаст указания оперативникам, которые консервировали место преступления. – Мы едем в отель за моими вещами. Я отказываюсь работать в таком виде!

– У меня ещё много одежды, – с каменным лицом возразил Войнот, но уголок рта дрогнул в намёке на ехидную улыбку. – Учитывая наши рабочие будни, будет крайне недальновидно портить твои роскошные наряды. Они ведь у тебя роскошные?

– Именно! Мне под стать! – я задрала нос, по привычке закрываясь от собеседника маской высокомерия.

– Я подумаю, – уже не сдерживая улыбки, ответил Кэй и открыл передо мной дверь маголёта. – Тем более мне надоело, что ты портишь обивку салона.

– Я думала, это служебный, – не сдержала удивлённого возгласа.

– На нём ездят Вэл и Руби, – пожал плечами Войнот. – Я тоже люблю комфорт, как и ты, повелительница крыс.

– Долго ещё вспоминать будешь? – деланно обиделась, хотя в голосе Кэя и не прозвучало насмешки, скорее, наоборот, намёк на уважение.

Но закреплять подобное прозвище мне не хотелось.

– Ничего не могу поделать, это отпечаталось на моей подкорке и, возможно, в будущем станет причиной появления мусофобии, – продолжал паясничать Кэй.

– Будешь продолжать в том же духе – и я точно позову своих сереньких друзей, – обманчиво-ласково пропела и, желая сменить тему, поинтересовалась: – Какой план?

– Летим в отделение, ещё раз перетряхиваем все дела, потом – домой. Ко мне.

– Мог бы и не уточнять финальный пункт.

– Я на всякий случай. Вдруг ты хотела принять предложение Вэла.

– Уж лучше к Ультио, – меня передёрнуло от мысли делёжки жилья с несносным боевиком.

– Давай хотя бы малышу Тио сохраним нервную систему? – Кэй широко улыбнулся и подмигнул мне.

А я ничего с собой не смогла поделать и ответила такой же открытой улыбкой. Всё-таки не такой уж он и гад.

В СКМП уже практически никого не осталось. В уже знакомой мне общей комнате находились только оперативники Войнота. И Лола, чтоб ей пусто было! Мы смерили друг друга презрительными взглядами, но я ни слова не сказала ей по поводу вскрывшегося поклёпа.

Участвовать в мозговом штурме мне не то чтобы не дали, но все мои робкие попытки вставить свои пять копеек попросту игнорировались. Спрашивали лишь тогда, когда требовалось уточнить какие-то подробности по полотну.

Кэй настаивал на версии, что всё-таки наш маньяк каким-то образом связан со мной и что безцветочные жертвы – это всего лишь сопутствующие потери. Тем более что все мои знакомцы как раз были награждены «букетами».

– А что делать с теми, у кого есть «цветы», а связей с Таис нет? – скучающе спросила Руби.

Магичка топила за версию политического заговора, что работает не один Ткач, а целая банда. А после моего осторожного уточнения по поводу эмоциональной окраски нитей судьбы и вовсе уверилась в своей версии. Мол, тут какая-то секта угнетённых плетунов и чаровников.

– Знаете, я вот всё думаю насчёт нашей последней жертвы, – Вэл задумчиво то зажигал лёгкий огонёк на ладони, то тушил его. – Ведь наши эксперты не обнаружили никаких следов. Будто убийца подтёр за собой всё. Будто знал, как и где мы будем их искать.

– Хочешь сказать, что маньяк связан с СКМП? – Кэй, сидевший во главе стола, откинулся на спинку кресла и сложил руки в замок.

– Это ис-с-сключено! У в-всех с-стражей а-алиби! – с готовностью возразил до сих пор молчавший Тио.

Остальные, удивлённые такой реакцией, уставились на аналитика. Лишь Кэй с подозрением взглянул на паренька:

– Откуда данные?

– Я п-проверил, – Ультио резко покраснел и уткнулся в стол. – П-простите, это б-была моя п-первая мысль, и я р-решил пр-роверить её до в-вашего распор-ряжения. И теперь м-мне стыдно, что я зап-подозрил кол-л-лег.

Светлейшая, какой же он ещё не прожжённый работой в СКМП! Такой наивный и честный! А в сочетании с этим нервным заиканием так и вовсе кажущийся беззащитным.

– Да брось, брат, – со смехом проговорил Вэл и даже хлопнул Тио по плечу. – В нашем деле нужно проверять всех и каждого.

– К тому же твоя инициатива сэкономила нам массу времени.

Кэй с одобрением взглянул на подчинённого, качнулся вперёд и резко выдохнул.

– Что ж. Подытожим. Версий много, подозреваемых ноль. Не кривись, Вэл, Таис своим слабым желудком и реакцией на трупы практически обеспечила себе алиби…

Я бросила на следователя благодарный взгляд. Он этого не заметил, зато со стороны Лолы донеслось еле заметное рассерженное шипение. Скосив глаза на секретарский стол, заметила едва видимое фиолетовое свечение. Вот же тварь, эмоции она прощупывает!

– …Тио, пришли мне данные на все жертвы без «цветов». Вэл, Руби, вы завтра едете по адресам «цветочных», – пока я переглядывалась с секретаршей, Войнот закончил раздавать указания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.