# Инконтро

Alex Butcher

Случайное знакомство в интернете затягивает в стремительный водоворот загадочных событий и вынуждает прикоснуться к темной стороне мироздания.Изменится ли жизнь, когда сказки становятся правдой, городские легенды реальностью, а мертвенно бледный свет луны внушает лишь чувство ужаса?

## ВСТРЕЧА


Что вы знаете о рефлексии? Вот и я, до сегодняшнего дня, помимо того, что этот термин широко используется в психологии и переводится как «обращение назад», о ней ничего не знала. Выражаясь более понятливым языком это самоанализ, или ещё проще – обращение в глубь себя.

Для чего мне это нужно? Да потому что мой привычный и такой понятный мир, в котором я жила до недавнего времени, оказался всего лишь цветной обёрткой для далеко не радужного мироздания. Следовательно, не зная истинной реальности, я старалась соответствовать этому фантику и всю жизнь неосознанно шла против себя и свой сущности, подавляя её личностный потенциал, и всячески блокировала раскрытие своего истинного Я. А ещё мне нужно понять и принять настоящую себя, обрести гармонию внутри и снаружи, а также создать новую линию поведения, способствующую становлению и развитию в новооткрывшихся обстоятельствах.

А теперь самое главное – «Причина», по которой я вынуждена заниматься этим пресловутым самоанализом. Именно так «Причина», с большой буквы. Из-за неё я не могу обратится ни к друзьям, ни к знакомым, ни тем более к профессиональному мозгоправу. Вообще-то могу, но тогда придётся переезжать в комнату с мягкими стенами пастельных тонов и носить рубашку с очень длинными рукавами. Потому как академическая наука категорически отрицает всё то, с чем мне довелось столкнуться, а среднестатистический обыватель просто покрутит указательным пальцем у виска, настойчиво советуя завязывать с наркотой или же меньше пить и больше закусывать.

Из всех предлагаемых способов и методов по самоанализу, я выбрала самый простой, но как утверждают эксперты и самый эффективный – «письмо себе». Мне предстоит объективно изложить проблему: что и когда произошло, описать все свои негативные и позитивные эмоции, а также чувства, вызванные этой ситуацией. Забегая наперёд, отмечу, что я интенсивно стала заниматься кроссфитом, делаю разрешение на огнестрельное оружие и стараюсь не выходить на улицу в тёмное время суток. Наверное, нужно вернуться к первому звену хронологической цепочки событий и начинать писать письмо.

А началось всё с разговора о моей личной жизни в компании лучшей подруги, точнее с её очередного наезда из-за отшитого мною богатенького воздыхателя. И зазвучала её любимая пластинка, что мол давно могла бы уйти с работы, жить в загородном доме, кататься в автомобиле премиум класса, чередовать шоппинг в элитных бутиках Европы, с посещением Бали. Но нет, живёшь в однокомнатной квартирке, ездишь на старенькой малолитражке и отдыхаешь раз в год по какой-то бюджетной путёвке…, и так далее и тому подобное.

Ну и пока суд да дело, подруга решила доказать мне, что мужчин, соответствующих моим, как она считает, заоблачным критериям в природе не существует, к слову вообще. Опуская все мои доводы о глупости самой затеи и принципиальные возражения, она зарегистрировала меня на сайте знакомств.

Описывать в какую канализацию я погрузилась не стану, но то, что мужская часть посетителей сего сайта является приматами, управляемыми лишь одним инстинктом, это неоспоримый факт. На третий день моя психика взвыла о пощаде, умоляя удалить эту помойку. Разбираясь в опциях сайта по полному удалению анкеты, я случайно перешла с регионального на глобальный поиск. На экране высветилась фотография довольно интересного мужчины под флажком Италии с именем Андрей.

Прямоугольное лицо, аккуратно остриженная борода, длинные волосы, спадающие на плечи и пронзительный взгляд насыщенно голубых почти синих глаз. Под изображением, графа статуса была заполнена изречением Диогена о поиске с факелом, но самое удивительное – русским языком. И долго не думая, я решила написать свой комментарий о древнегреческом философе в бочке, на что получила довольно грамотный ответ. Именно не шаблонное и одновременно интеллектуальное мышление Андрея меня тогда зацепило. Так началась наша переписка.

Ну а дальше сообщение за сообщением, фотография за фотографией и переписка сменилась на ежедневные, многочасовые телефонные разговоры. И стала я замечать за собой некое чувство пустоты, или скорее ненаполненности, если не слышу его более одного дня. Привязанность, влюблённость, а может любовь? Нет. Ни первое, ни второе и тем более ни третье. Просто Андрей стал для меня глотком свежего воздуха в загрязнённой невежеством, лицемерием и скудоумием социальной среде. Но прошлое лето полностью перевернуло моё отношение к нему, и разделило всё на “до и после”. А всё из-за приглашения в гости на празднование новоселья.

Андрей приобрёл в центральной части Италии дом, а я не долго думая, приняла предложение после которого ничего уже не будет прежним.

В целях экономии своих бюджетных средств, я решила воспользоваться не регулярным авиарейсом, а чартерным, всё-таки разница в цене довольно ощутимая. Но за день до отлёта мне сообщили, что вылет переносится на четыре дня. Деньги они конечно же вернули, но вот куда девать мой настрой и заряженность на дорогу? Потому решила отправиться в Рим на частном автоперевозчике.

Это были незабываемые ощущения. Двадцать два часа, проведённых в практически недвижимом состоянии, дали мне прочувствовать всю прелесть судьбы галерного раба, за исключением стёртых от весла ладоней. Прохождение пограничных и таможенных служб вообще оставлю без комментариев, литературные слова не в состоянии передать все те эмоции, что были вызваны этим процессом, а переходить на жёсткий мат не хочется. Но как бы там ни было, а одометр нашего автобуса неумолимо наматывал километр за километром, тем самым приближая меня к точке рандеву.

Сама встреча должна состояться на одной из заправок вблизи городка Орте, а дальнейший путь к дому мы продолжим на его автомобиле. Когда до пункта назначения оставалось менее часа езды, в моей головушке зазвучали колокольчики тревоги и начала я осознавать, в какую авантюру ввязалась.

Наверное, в момент принятия решения отправиться в чужую страну на встречу с малоизвестным мужчиной, мой рассудок в обнимку с инстинктом самосохранения покинули меня. Мало того что ни разу его не видела, так в добавок свидание у нас назначено на какой-то придорожной заправке, а не как у всех нормальных людей, в городской кафешке, где в случае чего можно рассчитывать на помощь. В таких вот раздумьях я умудрилась проморгать момент, когда наш бусик начал замедляться и, в итоге, остановился.

От прорисовки различных бедственных вариантов развития ситуаций, меня оторвал голос водителя, мол вот ваша заправка и прошу покинуть салон. Достав из багажной полки свой незамысловатый багаж, состоящий из одной дорожной сумки, я направилась к выходу. Не успела я сделать и нескольких шагов, как за спиной раздался звук захлопнувшейся двери, и бусик урча мотором покатил дальше по своему маршруту, оставляя меня один на один с неизвестностью.

На почти негнущихся от длительного сидения ногах, я кое-как проковыляла до центрального входа кафешки и прислонилась спиной к стене. Мозг автоматически стал рассматривать все альтернативные варианты действий, на крайний случай, если он не приедет. От мыслей о столь не радужной перспективе, достала сигарету. Так-то я практически не курю, но в стрессовых ситуациях, коей, несомненно, является эта, начинаю дымить.

Ощупав свои карманы в поисках зажигалки и не найдя оной, вспомнила, что положила её в боковое отделение сумки.

Я присела на корточки и рьяно пытаюсь расстегнуть вечно заедающую молнию кармана, при этом продолжаю удерживать губами фильтр неприкуренной сигареты. И так увлекаюсь этим занятием, что не замечаю, как меня накрыла тень, а потом до моего слуха донёсся приятный мужской баритон с вопросительным предложением: «Вой ачиндэрэ?». Медленно, даже с какой-то опаской, словно застуканная с сигаретой школьница, поднимаю глаза и вижу перед собой мужчину, протягивающего мне зажигалку. Я сразу поняла, что это именно Андрей, но из моего положения я смогла рассмотреть его не сразу целиком, а постепенно, по мере поднятия глаз.

Черные кожаные кроссовки в стиле «экко» размером не менее сорок пятого. Голубые джинсы хоть и прямые классические, но из-за хорошо развитых бёдер сидят слегка обтягивающе. Белая футболка с клиновидным вырезом одета на выпуск, но при этом отлично подчёркивает плоский живот, развитые грудные и дельтовидные мышцы, а короткий рукав плотно обжимает мощные руки. Лицо обрамляет аккуратно подстриженная борода, правильная естественная форма губ, не сильно выделяющиеся скулы, прямой нос и тёмные очки «пилоты», волосы длинною до плеч собраны в хвост. Рост я уже знала из нашего общения, и составлял он метр девяносто.

Сразу вспомнились его заявления о нефотогеничности, и они полностью подтвердились, он оказался намного привлекательнее чем на фотографиях, а ещё он полностью соответствовал своему имени греческого происхождения, олицетворяющим мужественность. Конечно же я давно не верю в любовь с первого взгляда, но в нём чувствовалась на столько сильная, подавляющая энергия мужчины, что я на мгновение опешила. Уловив моё замешательство, он улыбнулся краем губ и уже на русском языке произнёс всего лишь три слова: "Привет, Лера, поехали". Без каких-либо усилий он подхватил рукою мою поклажу и пружинистой походкой направился к парковке. До сих пор не могу себе объяснить, что со мной тогда произошло, но не проронив единого слова я последовала за ним.

Проехав не более трёх километров по автостраде, мы свернули на локальную или, выражаясь по-нашему, просёлочную дорогу. Моему удивлению, смешанным с восхищением, не было предела от увиденного. Андрей даже сбавил скорость, чтобы я смогла насладиться этой красотой. Слева и справа почти непроглядной стеной раскинулся девственный лес. Вековые деревья на столько близко подходили к обочине дороги, что их верхние ветви сплелись между собой, образовав арку округлой формы.

Мы ехали по живописному тоннелю сотворённым самой природой. Лишь редкие автомобили, которые нам встречались, возвращали меня из сказочного мира в реальность.

Но сказка не закончилась. Через двадцать минут мы добрались до городка с фэнтезийным названием, аналогичным названию повести Клайва Стэйплза «Нарни».

Этот маленький средневековый городок над долиной реки Нера, в окружении величественной природы, заслуживает отдельного внимания. Из-за своего расположения, на крутом склоне горы с обрывистыми уступами, он привлекает своей оригинальной архитектурой и неповторимым жизненным укладом его основателей. Кажется, что дома вот-вот могут сорваться в пропасть, а иногда они буквально сливаются с окружающим их каменным пейзажем, и выглядит это просто невероятно. Не являющийся распиаренной туристической меккой, он смог сохранить свое обаяние и предстаёт перед своим гостем почти в первозданном виде.

Вся проезжая часть и частично тротуары вымощены искусно подогнанными друг к другу неотшлифованными гранитными плитами, чередующимися с плоскими булыжниками. Наверное, если приложить к ним ухо и прислушаться, то можно ещё услышишь перестук конских копыт, лёгкую поступь бархатных туфелек и чеканный шаг тяжёлых кавалерийских ботфортов. Хотя домики местных жителей не единожды перестраивались, но все они по-прежнему стоят на оригинальных фундаментах, тесно сгрудившись вокруг своего замка-защитника Рокка Альборнос. Я в первые в жизни увидела настоящий замок воочию, и он совсем не походил на те, что так популярны на обоях рабочего стола или картинках пазлов.

Помимо величия и мощи он внушал чувство страха, смешанное с отвращением. Его обветшалые бастионы с полуразрушенными мерлонами на парапетах, словно гнилые зубы впились в голубизну неба, с хищным намерением выдрать из него кусок. Черепица, покрывающая крыши внутренних построек, частично обросла проплешинами зелёно-чёрного мха и напоминала кожу прокаженного. Миниатюрные окна-бойницы, расположенные на высоте пяти метров от основания и плотно закрытые кованными решетками, недвусмысленно намекают, что если попал внутрь, то шансы выбраться самостоятельно у тебя нулевые.

Воображение сразу же нарисовало кишащие крысами мрачные казематы, тихие стоны узников в застенках и разрывающие тишину вопли боли, доносящиеся из пыточных камер. Внутренний двор фортификации, помимо многочисленных металлических дверей различных форм и размеров, с навешенными на них замками, ничем не запомнился. Хотя нет, дверь, расположенная под угловой башней, отличалась своим исполнением из дерева и стекла, а над ней висела вывеска с витиеватой надписью «Museo».

Намеревались мы посетить этот музей или нет, я не знаю, но, когда мы остановились в пяти метрах от входа, дверь отворилась. На пороге появился дедушка в приталенном костюме-тройке синего цвета и пристально нас рассматривал. Дедулей он оказался каким-то не правильным. Прямая спина, отведенные назад плечи и вскинутый подбородок явно не свидетельствовали в пользу старости, ну кроме что серебристого цвета волос. Андрей поздоровался, обменялся с ним парой фраз, и мы направились на выход из замка, а загадочный дедушка продолжал стоять, провожая нас изучающим взглядом.

Дойдя до воротной арки, я непроизвольно обернулась и мне показалось, что у него что-то не так с глазами, но вот увидеть, что именно, расстояние на которое мы отдалились, уже не позволяло. Показалось, наверное. Позже Андрей мне пояснил, что дедуля является смотрителем музея и приглашал нас на экскурсию. Но сославшись на усталость от проделанной дороги, он вежливо отказался, при этом клятвенно пообещал, что мы обязательно посетим его вотчину в другой раз.

От непродолжительной прогулки, основная цель которой заключалась сугубо в разминке моего одеревеневшего тела и оттёкших ног, у нас проснулось чувство голода. По маршруту следования, к оставленному на парковке автомобилю, расположился уютненький ресторанчик, в котором мы и решили перекусить.

Вместо традиционной пасты или проще выражаясь макарон, мы заказали два карпаччо и две свежевыпеченных чиабатты, с розовым вином из Сицилии. Это было поистине божественно. Тонко нарезанные ломтики телячьего мяса практически сами истаивали во рту, соус подчеркивал вкус придавая ему пикантности и оригинальности, а сырная стружка Пармезана приятно отдавала лёгкой горчинкой и солоноватостью.

Ещё горячая чиабатта, поданная на стол прямо из печи, источала яркий хлебный аромат соблазняя своей тёмной, хрустящей корочкой. Лёгкое вино с удивительно сочным вкусом приятно щекотало обаяние ароматом цветущего винограда и луговых трав. Помимо нас, в зале расположилась компания из четверых парней. Они, закончив со своей трапезой, что-то бурно обсуждали и при этом не забывали периодически прикладываться к фужерам с вином. За столиком у окна, ведя тихую беседу, сидела пожилая пара, наслаждаясь ароматным кофе. Судя из развязного и непринуждённого общения с официантом, было понятно, что все они являются местными жителями.

Я неоднократно ловила заинтересованные взгляды в нашу сторону от посетителей и, в том числе, камерьера. Конечно же их любопытство можно считать искренним, даже оправданным, потому что смотрелись мы в их обществе явно белыми воронами. Андрей, со своей бородой и немалыми габаритами, на фоне начисто выбритых мелких итальянцев выглядел настоящим викингом из побережий Скандинавии. Я же натуральная блондинка со светло-голубыми глазами и, практически не подающейся загару, белой кожей. Да и в добавок разговариваем мы на непонятном, а возможно даже неизвестном для них языке.

Когда мы попросили счёт для оплаты, чтобы покинуть заведение, то спутник немолодой, но вполне ещё привлекательной дамы, на довольно приличном английском поинтересовался откуда мы. Языком туманного Альбиона владею я хорошо и дала ответ. А дальше оказалось, что все посетители в той или иной мере могут поддерживать разговор, вопросы посыпались один за другим. В итоге, мы в этом ресторане застряли на полтора часа.

Итальянцы оказались приветливыми и гостеприимными, прямолинейными и темпераментными, но их болтливость и шумность это что-то с чем-то. В общем, впечатление о жителях Апеннинского полуострова у меня сложились положительным. Только вот была одна странность. Как только Андрей рассказал о своём приобретении дома неподалеку от города, то наших собеседников словно поразил разряд тока, общение прервалось буквально на полуслове, и в зале воцарилась настороженная тишина.

Доселе весёлые, приятные выражения лиц наших собеседников в одно мгновение сменились на тревожно-напряжённые, а в глазах сверкнул страх. Их замешательство продлилось не более нескольких секунд, но возымело взрывной эффект. Все одновременно вспомнили о неотложных делах и заспешили покинуть заведение, а официант вернулся к своим прямым обязанностям положив на стол папочку с чеком, которую всё это время удерживал в руках. Андрей вложил в неё свою карту, и гарсон умчался к барной стойке производить расчёт. Пока тот возился с кассовым аппаратом, мы продолжали находиться на своих местах, наблюдая как посетители покидают заведение. На все мои вопросы по поводу произошедшего Андрей лишь недоумённо пожимал плечами, впервые, за всё время нашего знакомства, он не мог дать внятного ответа. Но я прекрасно видела, как в его голове на полную мощность заработал аналитический центр, выводя причинно-следственную связь, значит ответ будет, но позже. А сейчас пора отправляться на смотрины столь хвалёного дома.

Выехав за черту города, о чём свидетельствовал придорожный знак с надписью "вы покидаете «Нарни», мы проехали ещё около двух километров и свернули на довольно качественную грунтовую дорогу, уходящую прямиком в лес. За пятнадцать минут езды нам не встретилось не единого автомобиля или человека. Мне удалось насчитать всего лишь шесть домиков разной степени заброшенности, к тому же расположенных на приличном отдалении друг от друга.

Скорее всего здесь когда-то находилось немаленькое поселение, но по какой-то неведомой нам причине люди его покинули и больше не вернулись. А все права собственности на землю и постройки перешли магистрату Нарни, потому договор купли-продажи был составлен между Андреем и городом, а не с частным лицом.

Вот так, слушая краткую историю приобретения и обсуждая теоретически причины запустения этой земли, мы добрались до цели моего путешествия в Италию.

Понятия не имею как Андрей может ориентироваться среди всех этих деревьев и кустарников, но в один момент мы свернули с дороги. Между двух раскидистых дубов в густой и слегка примятой траве пролегли две параллельные колеи от автомобильных колёс. Слушая шелестение травы, трущейся о кузов машины, мы проехали ещё метров сто и моему взору открылась следующая картина.

Свободный от деревьев, но полностью заросший высокой травой, участок в глубине монолитного леса смотрелся маленьким островком суши, затерявшимся в бескрайних морских просторах. Лишь только каменное строение, возведённое руками человека посреди девственной природы, напоминало о его существовании как такового. Нужно быть полным безумцем или настоящим смельчаком, чтобы изъявить желание жить именно здесь.

Довольно большой дом стоял на склоне неглубокого овражка, потому с лицевой стороны выглядел как одноэтажный, а вот с тыльной, из-за цокольного помещения, двухэтажный. Первый этаж сложен из тёмно-красного кирпича девятнадцатого века, на что указывал его нестандартный по современным ГОСТам размер. Полуподвал, являющийся фундаментом, исполнен из крупного, но хорошо подогнанного дикого камня. Двускатная крыша, выстеленная старинной керамической черепицей, отлично дополняла стиль прадедовского зодчества. А вот установленные на ней солнечные панели, сильно контрастировали с гештальтом древности. Покинутый и заброшенный людьми дом в одиночку сопротивлялся проливным дождям, подмывающим фундамент. Палящему солнцу, раскаляющим стены. Лесу, оплетающим его растительностью. И даже самому времени. Он ждал. Ждал своего нового хозяина, которому ещё сможет послужить надёжным пристанищем и в итоге, таки, дождался.

Переступив порог хлипкой двери первого этажа, я оказалась в просторной гостевой комнате. Выложенный гладкой темно-бордовой плиткой пол хорошо гармонировал с неоштукатуренными кирпичными стенами. Под потолком протянулись массивные балки морёного дерева придавая помещению антураж средневековья. А вот из мебели только старый, но на вид ещё крепкий стол в комплекте с двумя стульями. На этаже помимо холла еще три помещения. Первое из-за наличия в нём газовой плиты, раковины и разложенных на простецких полочках кухонной утвари, служило местом приготовлением пищи. Во втором лежали каркас с основанием для двуспальной кровати, значит можно предположить, что в перспективе это спальня. Третье помещение уже было приспособлено под мастерскую и центр управления солнечной электростанцией. Четвёртое являло собой вполне современный санузел с новой душевой кабиной, бойлером, умывальником, унитазом и, как ни странно, для мужчины биде.

В общем и целом, первый этаж пока что был нежилым, а на мой вопрос: «Где же ты спишь?», он загадочно улыбнулся и, подхватив меня под локоток, потянул к выходу. Обойдя дом, мы остановились перед впечатляющего вида дверью в цокольное помещение. Добротная, к тому же окованная железом, она походила на створку замковых ворот в миниатюре. Когда Андрей снял навесной замок и с усилием потянул её на себя, я увидела, что её толщина не менее десяти сантиметров, и поперёк лежит мощный засов, глубоко входящий в стену дома. Какого чёрта устанавливать такую дуру в подвал, где хранятся запасы овощей на зиму, да и ещё с основательным запирающим механизмом изнутри? «Добро пожаловать в мой бункер», – промолвил Андрей и почтительно склонил голову, сделав пригласительный жест рукой.

Все стены помещения обшиты новой деревянной вагонкой, от чего в воздухе витал лёгкий аромат свежей доски и хвои. В углу, слева от входа, стоял выложенный из камня камин с искусно выкованной решеткой, рядом разместился такой же кованый набор разномастных кочерг, щипцов и совков, а напротив настоящее кресло-качалка. В центе помещения имелся резной стол в комплекте с четырьмя стульями. В торце комнаты установлена двуспальная кровать с литыми декоративными элементами, застеленная покрывалом цвета бургунди. К стене прижался вместительный платяной шкаф и, немногим уступающим ему по вместительности, комод. Вся мебель исполнена из благородных пород дерева в оригинальном викторианском стиле, лишь современный холодильник с электронным табло на двери не соответствовал той эпохе.