Евгений Капба
Поступай с другими так

Глава 1, в которой выясняется чем разведчик отличается от шпиона

– Ну, начнём, благословясь! – выдохнул Лиам Мак-Магон и стал в классическую рукопашную стойку: вес тела на правой ноге, левая рука чуть опущена, правая – прикрывает голову.

Иштван коснулся пальцами рук пола и оскалился. Казалось, вот-вот из его горла вырвется звериное рычание. Некоторое время они кружили по тесному трюму «Эрнеста», а потом вдруг разразились градом ударов. Размашистые, перетекающие одна в другую атаки ликана натыкались на глухую жёсткую оборону клирика. Локоть, голень, ребро ладони становились на пути каждой подсечки, хука, бэкфиста. Чонгору явно не хватало какого-то элемента, чтобы его бесспорно эффектный стиль стал ещё и смертельно эффективным.

– Кастеты? Перчатки? – спросил Лиам после того, как поединок был окончен.

– Когти! – рыкнул Иштван, потом смутился, прочистил горло и сказал уже нормально: – Я ликан, не забывай.

– Да, да… Я просто как-то с вашим братом особенно не пересекался. Правда что ли в волков превращаетесь? – клирик снял потную футболку, обнажив будто вырубленный из дерева мускулистый торс.

– Дикость какая – в волков! Хвост ещё растить, что ли?.. А если серьёзно – я могу вот прямо сейчас отрастить пятисантиметровые когти и изменить форму челюстей. А ещё – всякие штуки с волосяным покровом, регенерацией и свойствами эпидермиса… М-да, только жрать после этих трансформаций хочется действительно зверски! Желательно – белковую пищу, богатую витаминами и минералами…

– Человеческое мясо? – Сью переодевался для спарринга с Иштваном.

– Ну, честно говоря, так себе закуска. Люди обычно жрут всякую гадость… То ли дело – настоящий бизон или изюбрь, который по лесам и прериям вес нагуливал… Мм-м-м, вот это заправка, скажу я вам!

– Что, прям сырцом?

– Можно и сырцом. Готов, носферату? – усмехнулся ликан.

Виньярд только отмахнулся. Сью провёл языком по неестественно длинным клыкам, моргнул глазами и поёжился – он до сих пор шарахался своего отражения в зеркале: что может быть более неожиданным, чем абсолютно чёрные, не имеющие белков глаза? Это была татуировка, которую косметологи Академии обещали вывести по возвращении, но выглядело жутко. Клыки, над которыми поработали дантисты, не резали губы и не мешали разговаривать. По правде говоря, от обычных человеческих клыков они отличались на три-четыре миллиметра, что сразу в глаза не бросалось. В бонус к клыкам шли новые белоснежные зубы – теперь Сью мог перекусывать провода, вытаскивать гвозди и вскрывать консервные банки, не пользуясь инструментами.

– Ты только это, давай – на полную. Включай этот свой «щелчок»! – сказал Иштван. – Привыкай, тебе с этим «щелчком» чуть ли не постоянно ходить придётся, иначе ты на носферату не потянешь. Сможешь?

– Смогу. Только бизонов жрать вместе будем.

– Пожрём! – кивнул ликан.

– Раз я – на полную, то и ты – на полную. Покажи свой маникюр, бабуля! Лиам, не в службу, а в дружбу, разогрей пайку, а?

– Обшивку не пробейте, нечистая сила! – клирик скрылся за дверью.

Виньярд проводил его взглядом и, обернувшись, вздрогнул: он впервые видел ликана в боевой форме.

– Р-р-ра!!! – жуткая образина, оттолкнувшись задними конечностями от стенки, пушечным ядром неслась прямо на него.

Щёлк! Гулкая, резкая оплеуха по нечеловеческой роже сбила ликана с траектории и уронила на пол. Чудовище, ещё недавно бывшее Иштваном, мотнуло головой и ринулось в новую атаку. Виньярд отшагнул в сторону и добавил ускорения пинком. Морда монстра соприкоснулась с дверью в кубрик, и раздался характерный звук, подобный удару по дну металлической бочки.

– Я не люблю бить людей и не умею драться, Иштван.

– Грыыык, Виньяр-р-рд! Мы с Лиамом тебя обучим, потенциал у тебя явно есть! – классически красивое лицо ликана постепенно встало на место, когти спрятались, и он поморщился. – Теперь пару дней заживать будет. Представляешь, лазерные ожоги за четыре часа проходят, а после когтей – двое суток пальцы кровоточат. Скотство! Я понимаю, что ты имеешь в виду под этим «не умею драться». Тебя никто этому специально не учил, да. Но я смотрел все бои с твоим участием, и знаешь, что скажу? Это идеально подходит под стиль экстравагантного изгнанника-носферату. Типа, ты такой надменный, что просто унижаешь своих соперников. Плюс рапира: один удар – один труп…

– Мне как-то не доводилось убивать людей…

Иштван Чонгор помрачнел, а потом сказал, дёрнув губой:

– Познакомишься с ла-вейскими ублюдками – оно получится само собой. Пошли, там пайка разогрелась – печь уже звякнула!

* * *

«Формирование негативного имиджа» – вот как это назвал Зборовски. Им нужно было выйти на тёмных и внушить мысль, что отличным способом выслужиться перед вышестоящими и получить долю награды за участие в поимке настоящего клирика будет доставка изгнанника-носферату и его верного пса-ликана на Кроули.

Единственная известная фактория ла-вейских сатанистов располагалась на станции Йол Кенари – настоящей помойке, построенной ещё до возникновения Конфедерации и с тех пор постоянно достраивающейся и обраставшей новыми отсеками и модулями. Она висела в пространстве, вращаясь по эллиптической орбите вокруг двойной звезды Бивис-и-Батхед, и служила ориентиром для гиперпространственных путешествий из центральных миров Протектората в сектор Чайниш. Здесь находили приют представители социального дна, которых жизнь забросила в космос, здесь покупалось и продавалось всё, что можно купить за кредиты в освоенном космосе.

А тёмные продавали то, что никто больше предложить не мог – легально оформленных рабов. То есть они считались законтрактованными работниками со специфической сексуальной ориентацией, которая прочно вошла в культуру Ла-Вея, но суть оставалась неизменной – «сабы» были рабами. На Ла-Вее использовали хорошо отработанные методики подавления воли человека, ломали психику, лишая самостоятельности в принятии решений. И не нужно было пресловутых чипов или генетических изменений – несколько лет соответствующих практик могли почти кого угодно превратить в послушную куклу. А кого не превращали – на тех обращали особое внимание, продвигая вверх по социальной лестнице. Бунтари и упрямцы у сатанистов в фаворе…

Ну а что касается наркотиков, оружия, имплантов, протезов, андроидов для любой надобности, медицинских и боевых препаратов и прочего условно-легального и совсем нелегального товара – здесь его можно найти на любой вкус. Говорили, что Йол Кенари крышевали воротилы с Ред Сокс и Формозы – интересы олигархов из секторов Атлантик и Чайниш переплелись здесь самым причудливым образом.

Они летели сюда десять дней, не выходя из гипера – и все десять дней Лиам Мак-Магон и Иштван Чонгор готовили Сью к предстоящей миссии, буквально и фигурально вбивая в него необходимые знания, умения и навыки. Получалось, честно говоря, средне.

И вот теперь три яррца готовились к стыковке с большущей космической клоакой, которую гордо именовали «Йол Кенари», что бы это ни значило.

– Клуб «Ночные огни» – вот наша цель. Но помните ребятки: на станции закона нет. Только покинете доки – будете сами по себе, – наставлял их Лиам. – Огнестрел с собой брать не рекомендую – за его применение вас разорвут на куски.

– Так нет же закона? – удивился Сью.

– Это не закон. Это – инстинкт самосохранения. Станция эта – дерьмо, слеплена из говна и палок и склеена соплями, так что любое нарушение герметичности смерти подобно! По крайней мере – для целого модуля. Лучше лазеры возьми.

Виньярд покачал головой. По всему выходило: иметь козырь в виде возможности разгерметизировать целый отсек – это того стоило. Риск быть разорванным? Ну и ладно – одна половина станции и так захочет его разорвать, если узнает что он носферату, а другая – в том случае, коли прознают про его связи с монархией Ярра. Так что одним поводом больше, одним – меньше…

– Слушай, Лиам, это что – мы теперь шпионы, получается? – почесал головой ликан.

– Нет, мистер Чонгор. Шпионы – они вражеские. А свои – это разведчики. Мы – разведчики, запомнили, парни?

– Это нормально! – кивнул Сью.

Гардероб парню подбирал Иштван. Теперь на нём красовались чёрные брюки из мягкой материи, не сковывающего движений и одновременно – строгого фасона, белоснежная рубашка и чёрный же френч со стоячим воротником. У пояса – рапира в простых ножнах. Под френчем – револьверы в кобурах. На ногах – высокие сапоги.

– Плащ накинь! – посоветовал ликан, обильно пшикая на шевелюру Виньярда лаком и зачёсывая волосы назад. – И про очки не забывай – мы вроде как инкогнито.

– Это неприемлемо. Нео, мать его. Матрица Перезагрузка, – не совсем понятно прокомментировал своё отражение в зеркале Сью. – Обязательно носить всё чёрное? Не люблю чёрный.

– Не был бы изгнанником – рубашка, пояс, ножны и перчатки были бы в цвет ковена. А так на вот – не забудь, – Иштван протянул ему чёрные изящные перчатки.

– Ты-то вырядился не чета моему!

Бывший пилот «Одиссея» явно был доволен – он чувствовал себя комфортно! Кожаная куртка из жёсткого материала, серебряная фурнитура, кожаные же штаны и тяжёлые ботинки. На руках – серебряные перстни, на шее – серебряная же цепь с медальоном в виде волчьей морды. Ликаны обожают серебро!

– Ну что, пошли? – спросил он у Виньярда.

Лиам явно переживал как всё сложится у парней. Он порывался дать ещё какие-то напутствия, но был прерван Сью:

– Мистер Мак-Магон! Вы пленник, верно? Вот и сидите в плену, кофе пейте. Не отсвечивайте. А ежели кто в корабль заявится – делайте бледный и связанный вид!

– Ладно, ладно… Я ведь не за вас переживаю, ироды! Я боюсь, чтоб вы станцию не разнесли!

Шлюз «Эрнеста» зашипел и выпустил друзей на поверхность. Навстречу им тут же устремился протокольный дроид.

Доки на Йол Кенари считались вотчиной роботов. Это оказалось самым логичным решением для станции, где каждый готов вцепиться в глотку своему ближнему, и ни один из местных боссов не желал видеть своих конкурентов контролирующими транспортные потоки. Потому и отдали эту сферу на откуп управляющему компьютеру и роботам.

– Доброго и приятного времени суток, господа! – поздоровался металлический болванчик. – Назовите цель своего визита на Йол Кенари, или не называйте – это никак не повлияет на ваше здесь пребывание. А вот если вы за двадцать кредитов скачаете у меня приложение с картой станции, на которой отмечены зоны влияния группировок и безопасные заведения – это значительно облегчит вашу жизнь.

– Отметь на карте клуб «Ночные огни» – и двадцать кредитов твои, – кивнул Иштван.

Виньярд стоял, как столб, и чувствовал себя идиотом в тёмных очках. Ну да, они выполняли функцию дополнения реальности, но всё-таки… В диалог с железякой он не вступал – невместно!

Дроид пиликнул, сообщая о завершении скачивания, отсалютовал металлической конечностью и отправился дальше – единовременно к станции пристыковалось восемь кораблей.

– Сью, где щелчок? Походка не та!

Походка действительно могла легко в нём выдать выходца с Ярра – комфортные для большинства людей 0,9 G заставляли яррцев перемещаться осторожно, боясь что-нибудь сломать или выбить. Виньярд усилием воли взял нервную систему под контроль, и лицо тут же застыло восковой маской, походка приобрела размеренность и скупость в движениях.

Двери разъехались им навстречу, сломанные сканеры шлюзовой камеры беспомощно пропищали что-то и через секунду пропустили в нутро Йол Кенари. В лицо ударили красноватый свет, какофония звуков из электронной музыки и матерщины на всех языках освоенного космоса и жирно-сытные запахи.

– Вам ведь нужен гид, а? Самый лучший гид на станции, ветеран всех кабаков и борделей! – им навстречу кинулся полногубый, голубоглазый, лысый как бабья коленка мужичок в жилетке с карманами.

Толпа подобных ему прохиндеев бросилась следом, предлагая всевозможные увеселения, удовольствия, развлечения и товары. Сью медленно повернул голову в его сторону. КЛАЦ! Хлёсткий звук пощёчины, гулкий удар лысой головы об пол и лужа крови из травмированного уха и разбитого при падении носа.

– Есть ещё желающие преградить путь моему господину? – уточнил ликан и совсем чуть-чуть изменил длину зубов, оскалившись.

Желающих не нашлось. Припортовую шваль как ветром сдуло. Правда, на горизонте замаячили ребята посерьёзнее, но эти боевики по крайней мере никак не отреагировали на случившееся с лысым и не торопились навязывать своё общество. Просто следовали поодаль.

– Круто ты начал! – уголком рта проговорил Иштван.

– Нормально, – безразлично отреагировал Виньярд.

Люди всех рас и народов, киборги, модификанты разных мастей, мутанты с явными уродствами, дроиды – главная галерея станции оказалась оживлённой магистралью! Стены её обклеены рекламой и разрисованы граффити, закутки заняты магазинчиками, дешёвыми кафешками и питейными заведениями. В одном из таких уголков, который, судя по торчащим обрывкам проводов и огрызкам труб, раньше явно служил каким-то технологическим помещением, мясник в окровавленном переднике рубил на постаменте из керамопласта огромным тесаком куски жирной туши. Глаза его выпучены, губы – крепко сжаты, лицо – сосредоточенно.

– Дай Бог, чтобы это была свинина, – не удержался от комментария Чонгор.

А Сью как-то отрешённо снова подумал о контрастах. Система двойной звезды, космическая станция – и мясник в окровавленном переднике…

Они свернули налево, под стилизованный красный фонарь, и оказались в царстве приторно-сладких запахов, томных голосов и вкрадчивой музыки.

– Мальчики, девочки, киборги, дроиды, модификанты… – навстречу им шагнул чернокожий сутенёр в расстёгнутом на голой груди пиджаке. – У нас есть услуги на любой вкус!

Он продолжил идти за ними и уговаривать, пока его не сменил коллега-альбинос:

– Может, вам нравится экзотика? Или вы любите просто смотреть? Или вам нужен номер, чтобы уединиться… – от кровавой расправы, которую сулил ему взгляд Иштвана, альбиноса спасли те самые серьёзные ребята, что следовали за ними от самых доков.

– Не лезь к людям, Марлоу! Они тут транзитом! – сказал один из них, смуглый коротко стриженый крепыш с набитыми костяшками пальцев.

– А тут нельзя транзитом! – заявил Марлоу. – Или плати, или обходи! И здесь не ваша территория, Папа Джо тут не хозяин!

– Я тебя предупредил, – поднял ладони вверх смуглый. – Джентльмены, мы умываем руки.

Почему-то эти суровые мужчины с мачете и парализаторами вызывали даже некую симпатию. А вот альбинос – не вызывал. Но обращать на него внимание Сью не собирался – им предстояло ещё немало пройти до «Ночных огней».

– Куда же вы? Я думаю – вам вполне подойдёт для траханья автоматический флюгегехаймен! – не унимался сутенёр. – От меня ещё никто не уходил неудовлетворённым.

Это была осознанная провокация. Кто-то решил проверить их на вшивость, и у Виньярда появился только один вопрос: местные встречают так всех туристов, или они где-то спалились? Он сделал незаметный знак Иштвану, и тот одним плавным движением оказался нос к носу с сутенёром:

– Назови своё имя, убогий. Мой господин хочет знать, кого убьёт в следующее мгновенье!

– Убива-а-а-ают!!! – тонким голосом заорал альбинос.

В ту же секунду из всех щелей полезли какие-то типы в одинаковых жёлтых банданах.

– Это место под защитой Лимонников! – уверенно заявил их главарь – киборг с аугментированным глазом.

– Мы идём мимо, – рыкнул Иштван. – Не стой у нас на пути.

– Вы напали на человека Лимонников, и должны заплатить мзду! – всё так же уверенно проговорил главарь.

И в следующую секунду косил своим собственным глазом на острие рапиры, торчащее из глаза искусственного. Резким движением Виньярд выдернул клинок:

– Мзду? Это нормально, – холодно сказал он. – Видимо, настало время давать мзды.

Глава 2, в которой Сью готов убивать

Лимонники уползли побитыми собаками.

Виньярд хлестал их рапирой, оставляя кровавые полосы на лицах, торсах и конечностях. Иштван выворачивал руки, ломал коленные суставы, с трудом удерживая в себе жажду крови. Убийство есть убийство – штука мерзкая и непоправимая.

Из витрин скрылись жрицы и жрецы плотской любви, сутенёры попрятались, весь отсек опустел. Никто больше не решался преграждать дорогу двум страшным незнакомцам.

– Как думаешь, они зачем напали на нас? – Сью вытер клинок об одежду ставшего снова одноглазым главаря налётчиков.

Тот не шевелился, боясь и пикнуть.

– Прощупывали. Те, кто их послал, своего добились – увидели, на что мы способны.

Они зашагали дальше, по направлению к «Ночным огням». Путь лежал мимо сплошных торговых рядов с оружием – от огнестрельного до Гаусс-пушек и ручных плазмомётов.

– О! – восхитился ликан. – Вон – пушка как раз по мне!

Сью криво усмехнулся: Иштван здраво оценивал свои способности. Стрелять он не умел от слова совсем, максимум – направить ствол в нужную сторону и нажать на курок. И двуствольный карамультук зверского калибра вполне может ему подойти, если снарядить его, например, картечью.

– Что, приобретём тяжёлую артиллерию?

– Почему нет?

Деловитый продавец за прилавком с удовольствием рассказал им про двуствольного монстра, которого он именовал интересным словечком «хауда». Нечто подобное Сью видел на видеороликах с его величеством Гаем Кормаком в главной роли – только одноствольное и калибром побольше. При этом ассортимент боеприпасов для хауды был столь же разнообразен: классические дробовые, шрапнельные, кумулятивные, зажигательные…

– Беру! – рыкнул Иштван. – Запакуйте, и вместе с боеприпасами отправляйте в доки, для экипажа катера «Эрнест».

Довольный продавец сложил оружие, приблуды и снаряды к нему в огромный пластиковый кейс и сунул его в автоматическую тележку-доставщик, которая вжикнула электромотором и скрылась в технических туннелях станции.

– Хотите добрый совет? – спросил продавец и удовлетворённо хмыкнул, увидев, как изменились цифры на его счету.

– Пожалуй, – кивнул ликан.

– За вами идут ребята Папы Джо Мёбиуса. Не конфликтуйте с ними, вообще – не обращайте внимания. Скорее всего, они будут неподалёку, пока вы не покинете станцию. Мёбиус – самый влиятельный человек на Йол Кенари, и как бы это сказать… Самый стабильный. Он тут пытается поддержать что-то вроде баланса сил. Не в его интересах, чтобы станция превратилась в космический мусор или утопла в крови… Не стоит ссориться с Мёбиусами, если не хотите серьёзных проблем.

– Самый влиятельный человек на станции в данный момент – это мой господин, – уверенно сказал Иштван. – А самая серьёзная проблема – это я. Но мы услышали тебя, торговец. Мы не враги этим людям.

– Моё дело предупредить, – развёл руками продавец.

Виньярд всё это время изображал статую. А в голове крутилась эта фамилия – «Мёбиус». Что-то такое он то ли слышал краем уха, то ли читал краем глаза…

– Здесь, судя по карте, можно воспользоваться монорельсом, – сказал он, просматривая всплывающие на стёклах очков окна дополненной реальности.

– У них общественный транспорт работает? – удивился Иштван.

– Ну да. Смонтировали монорельс прямо в открытом космосе, по обшивке проложили. Какие-то модульные шлюзы и всё такое… Ты же видел, станция эта – что-то типа пористого блинчика диаметром километров десять…

– Четырнадцать, – поправил занудный ликан.

– Тем более. Вопрос с транспортом нужно было как-то решать. Его и решили – угадай, кто?

– Мёбиус?

– Именно. За вход в вагончик – кредит. На любое расстояние. Хоть весь день катайся! Проедем?

Иштван задумался. Вообще-то носферату предпочитали породистых скакунов или дорогие спорткары – чёрного цвета, конечно же. Но ни того, ни другого не было. А длительное пешее путешествие по галереям и отсекам станции грозило десятками стычек с местными жителями.

– Едем.

Разведчики прошли к небольшому вестибюлю, в котором скопились ожидающие транспорт пассажиры. Пахло застарелым потом, машинным маслом, дешёвыми духами и косметикой. Тип с зелёными встопорщенными волосами мотал головой в такт слышимой ему одному музыке. Амплитуда колебаний была такой значительной, что возникали опасения за целостность его шеи. Кто-то увлечённо харкал в угол, две разбитные, татуированные с ног до головы барышни размахивали руками и экспрессивно обсуждали что-то на нуэво-латино. Мужики, похожие на работяг – в оранжевых касках и респираторах – хмуро переминались с ноги на ногу и перебрасывались односложными фразами.

Наконец, мелодичная трель возвестила о том, что транспорт прибыл. Толкаясь и галдя, народ ринулся внутрь. Дождавшись, пока войдёт последний, покинули вестибюль и Виньярд с Чонгором. Зеркальные стекла очков давали возможность оглядеться, и Сью ей воспользовался, беззастенчиво рассматривая людей и окружающую обстановку.

Всё это напоминало ему метро из старых фильмов про Нью-Йорк или Париж. Удивительное разнообразие персонажей, загаженный вагон, исписанные матерными словами стены, подпалины на обшивке сидений. Всё это вдруг померкло в сравнении с открывшейся бездонной чернотой космоса и видом на двойные звёзды. Прозрачные окна говорили о том, что, скорее всего, монорельсовая система в целом и вагончики в частности были демонтированы с какого-то обитаемого мира, и теперь, после незначительной модернизации, нашли новое место службы. Судя по толщине стекла, замкнутой системе очистки воздуха и мощной пласталевой обшивке корпуса – мирок тот был не из гостеприимных. Но тамошние виды, должно быть, завораживали!

– …ни одна скотина, слышишь? Ни одна скотина не выскажется против! – гнусавый голос мутанта-киборга врезался в самый мозг. – Если кто против – пусть предъявит!

Три карикатурно-пугающих персонажа расселись на целом ряду сидений. Гнусавый – носатый грузный тип с козлиной бородкой, кибернетическими протезами ног и горбатой спиной, скрытой под красной толстовкой, был здесь явным лидером. Его прихлебатели – чернокожий толстый зумбиец с длинными дрэдами и курносый блондинистый модификант с мощными руками и вертикальными зрачками, носили похожую одежду, только предпочли обвязать толстовки вокруг бёдер.

– Не могли бы вы вести себя чуть тише? – оторвалась от рабочего планшета коротко стриженая женщина в возрасте.

Судя по комбинезону, она была коммунальным работником, которых содержали на станции на деньги, полученные с отчислений за стыковку, ввоз и вывоз груза. Именно они обеспечивали бесперебойное функционирование систем водо– и воздухоснабжения, терморегуляции, освещения и прочих жизненно важных коммуникаций и механизмов.

– Э-э-э! – подкинулся мутант. – Сука старая, уткнись в свой экран и захлопни пасть!

Он навис над хрупкой тётенькой, которая прижала к груди планшет, как будто желая защитить его.

Между коммунальщицей и киборгом втиснулся невысокий полноватый парень:

– Полегче, полегче… Давайте просто успокоимся и будем ехать дальше?

Иштван втянул ноздрями воздух, чуя проблемы. Сью хладнокровно поправил перчатки – одну, потом вторую. Ситуация развивалась стремительно:

– Да ты успоко-ойся! – вдруг подскочил сбоку курносый и мощным хуком отправил небезразличного парня на пол. Мутант тут же приложил кибернетической ногой тому в подбородок, потом в лицо – ещё и ещё. Подключился и зумбиец: он раз-раз – нанёс несколько ударов поверженному противнику по рёбрам невесть откуда взявшейся телескопической дубинкой.

Раздались испуганные и возмущённые возгласы, пассажиры отхлынули в другой конец вагона… Все, кроме Виньярда и Чонгора. Сью понадобилось что-то около тридцати секунд на принятие решения. Сомнения были в духе «в чужой монастырь со своим уставом…», но быстро прошли, когда он осознал, что трое беспредельщиков сейчас просто убьют единственного смелого и адекватного человека в вагоне.

– На тебе – парень, – бросил он Иштвану и – щёлк – сорвался с места.

Треск сломанного колена модификанта слился с утробным хрустом рёбер чернокожего, который впечатался грудью в поручень. Киборг в красной толстовке неожиданно для себя оказался в руках страшного незнакомца в чёрном плаще, и уже летел головой вперёд, не успевая среагировать, чтобы как-то предотвратить или смягчить удар о вентиль аварийного люка в задней стенке вагона.

В последнюю секунду Сью отпустил его, и кровь из разбитой башки брызнула в стороны, не запачкав одежды Виньярда. Мнимый носферату оскалился, и попытавшийся встать модификант мигом рухнул на пол, а его подельник с дрэдами ещё и голову руками закрыл и заверещал что-то невнятное.

Вагонетка в этот момент затормозила, пристыковавшись к очередному шлюзу, двери зашипели, и внутрь ворвались давешние знакомцы – те самые боевики Папы Джо. Их появление было почти чудесным – как они могли обогнать скоростной монорельсовый транспорт?

– Совсем охренели? – наклонился их лидер к курносому. – Монорельс – вотчина Мёбиуса, забыли? Все драки – снаружи! Могли бы топтать его в вестибюле! Папа Джо заплатит Гонзалесу компенсацию за трёх таких кретинов, как вы. Это будет дешевле, чем ремонтировать после ваших выходок вагонетки!

– Вы-вы-вы-выкуп? – переспросил модификант, конечности которого уже фиксировали пластиковыми стяжками.

– Вы-вы-вы-вы, уроды, в биореактор отправляетесь, доигрались, – передразнил его боевик. – Того тоже пакуйте.

– А если он сдох? – произнёс кто-то неуверенно.

– А какая разница? – пожал плечами вожак.

Он затормозил на мгновенье и обвёл взглядом Иштвана, склонившегося над пострадавшим парнем, и глянул на Сью, который невозмутимо стягивал с кистей рук заляпанные кровью перчатки.

– Вы что, пожалели парня? – спросил человек Мёбиуса.

Виньярд слегка поднял край верхней губы, обнажая клык:

– Они помешали мне смотреть на звёзды, – сказал он.

– А-а-а-а! Тогда понятно. Звезды – это да… Они у нас ого-го!

Следом за боевиками в вестибюль высыпали все пассажиры, в том числе – женщина с планшетом. Она то и дело озиралась, но к своему избитому защитнику так и не подошла.

До ближайшей к «Ночным огням» станции они ехали в пустом вагоне – втроём. Сью смотрел на звёзды, Иштван пытался привести парня в более-менее приемлемое состояние с помощью портативного инъектора. Перед тем, как выставить в шлюз залитого стимуляторами и обезболом героя, он сунул парню в ладонь кое-что наличными и тихо произнёс в самое ухо:

– Сходи к медикам, болезный. Если будет совсем край – вали на хрен на Ярр, там такие как ты ой как нужны.

* * *

– Ты знаешь, что вполне мог убить его? Мутант ведь, скорее всего, подох до того, как его бросили в биореактор… – задумчиво проговорил Иштван.

– Это нормально, – только и сказал Виньярд.

«Щелчок» вообще гасил эмоции, не позволяя вырабатываться лишним гормонам и уменьшая амплитуду нервных колебаний. Да и разумом парень понимал – если не этот киборгизированный урод, то кто ещё достоин смерти?

– Ты здорово соскочил с этими звёздами, Сью. Держи себя в руках, когда прибудем во владения сатанистов. Там каждой твари по паре, всех не поубиваешь… И такого хорошего повода отбрехаться может не найтись. Заподозрят в человеколюбии – плакала наша миссия.

Отсек с клубами занимал огромную площадь – около одной десятой от всего Йол Кенари. Это было вполне объяснимо: здесь отдыхали те, кто не мог найти приют на поверхности планет, по разным причинам. Контрабандисты, пираты, наркоторговцы, изгнанники и отщепенцы, любители запретных удовольствий и вседозволенности слетались на станцию как мухи на… На что обычно слетаются мухи?

Ну и близость оживлённых маршрутов давала о себе знать: прямо там, в тёмных альковах и будуарах увеселительных заведений зачастую заключались сделки на многие сотни миллионов кредитов. Сектор Чайниш мог дать сто очков форы Атлантику и ещё больше – рашенам по уровню коррупции, всевластия триад и корпораций, обилию весьма странных сообществ и отсталых планет. И потому – посетителей у станции хватало, а кредиты и женьминьби текли в карманы местных боссов полноводной рекой.

Сияющие неоном вывески, громкая музыка из каждой подворотни, люди в ярких нарядах и с причудливыми причёсками – всё это указывало, что пункт назначения близко.

– Красавчик, пойдём с нами, потанцуем! – две премиленькие азиатки с розовыми заячьими ушками в аккуратных причёсках и пушистыми хвостиками на затянутых латексом попках с двух сторон приобняли Иштвана.

– Эх, люблю я зайчат! – плотоядно облизнулся ликан. – Но не сегодня, девчата, не сегодня! У моего господина другие планы… Но – вот вам на сладости, побалуйте себя, а мне подскажите как дойти до «Ночных огней»… И не дуйте губки – мы туда по делу, а не с сабами развлекаться.

Увидев суммы, которые капнули им на счёт, зайчишки мигом повеселели, их наманикюренные пальчики указали нужное направление. А потом они по очереди наградили наследника древнего жупанского рода долгими и далеко не целомудренными поцелуями – и скрылись в громыхающем басами нутре какого-то заведения.

– Деньгами соришь? – фыркнул Сью.

– Я ликан! Драки, женщины, жратва – это наша тема. Мы – зверье! Ладно… Я – нет. Но в целом – да. Мы разведчики или погулять вышли? Ты надменный жестокий сноб, я – похотливая кровожадная скотина. Не лишённая природного обаяния.

– Обоняния?

– И обоняния тоже, – согласился Иштван. – Вот же чёрт!

Мимо них проследовал роскошный паланкин – носилки, которые покоились на плечах восьми очень интересных носильщиков – четырёх красавиц, весьма фривольно одетых, и четырёх красавцев с рельефными мускулами, которые перекатывались под кожей на их голых торсах. Из одежды на этих мужчинах мечты были только шёлковые шаровары. Набедренные повязки, открытые босоножки на высоком каблуке, какие-то тряпочки и ниточки, которые язык не поворачивался назвать даже бюстгальтером, не оставляли никакого простора для фантазии глазеющих на носильщиц зевак.

Сью уже научился распознавать модификантов – над этими людьми явно поработали. Да и выражения их лиц были странными – как будто у человекоподобных роботов. Это и были пресловутые сабы с Ла-Вея. И Виньярду тут же захотелось убить того или тех, кто находился внутри паланкина. Использовать носильщиков-людей вместо механизмов на станции, где нет проблем с технологиями – это был такой заоблачный уровень гедонизма и пижонства вкупе с манией величия, что презрительная гримаса сама собой застыла на лице парня.

– Нам сюда, господин, – игнорируя экстравагантную процессию, сделал широкий жест Иштван.

Размеренно шагая, Виньярд хорошо разглядел невысокую молодую женщину в лиловом платье и шляпке с вуалью, которая появилась из паланкина, шагая по спинам невольниц-сабов, как по ступеням лестницы.

Два бледнокожих гиганта-охранника с длинными сальными волосами замерли у входа в клуб.

– Вы по пригласительным? – спросил один из них.

– Нет, мы за деньги, – ответил ликан. – С дороги!

– Там – терминал для оплаты, – указал один из гигантов большим пальцем себе за спину. – Оружие придётся сдать.

– Нет, – сказал Виньярд и положил ладонь на эфес рапиры.

– Такие правила. Вы не пройдёте внутрь с этой хреновиной на поясе, – охранники синхронно подобрались, демонстрируя готовность к схватке.

– Это ты хреновина, – влез Иштван. – А у моего господина – благородный клинок. Это деталь национального костюма, врубаешься?

Сзади послышался звук шагов и шелест платья.

– Давайте вы пропустите меня внутрь, а потом будете мериться членами, мальчики? – дама в лиловом держала в пальцах пригласительный.

И процокала каблуками к плотной портьере, которую слитными движениями раздвинули перед ней охранники. Два саба – мужчина и женщина, следовали за своей госпожой. Наконец, секьюрити вернулись на свои места.

– Послушайте… – Иштван старался быть корректным. – Мы прибыли издалека, с делом, которое точно заинтересует тёмных. По нашим сведениям, их можно найти именно здесь. Мы всё равно войдём внутрь, даже если…

– Я бы прислушался к его словам, ребята, – люди Мёбиуса снова были здесь, и их вожак вразвалочку подошёл ко входу в клуб. – Поверь мне, Нетопырь – сегодня кое-кто уже не последовал моему совету, и страдает от этого. Тяжко страдает!

– Причард, не суйся не в своё… – начал Нетопырь, но тут же был прерван своим коллегой.

– Заткнись, Нетопырь. Мы всё поняли, мистер Причард. Мы пропустим этих людей, только сообщим кому следует…

– Людей? – усмехнулся главный боевик, которого назвали Причардом. – Ну-ну…

И действительно – через каких-то пару минут портьера перед Сью и Иштваном отдёрнулась, и они оказались в клубе «Ночные огни».

Глава 3, в которой имеющий право превращается в дрожащую тварь

Факелы, барабанные ритмы, извивающиеся в отблесках пламени женские тела, начертанная на полу пентаграмма – всё это было как в плохом кино. Конечно же, у официанток имелись стилизованные рожки, на барной стойке полыхали жаровни и цветовая гамма интерьера была выдержана в кричаще-красных и глянцево-чёрных тонах.

– Господин, взгляните! – Иштван остановился у самого входа и весь напружинился, готовый к бою.

Сью и бровью не повёл, несмотря на то, что примерно четверть посетителей клуба носили либо красные толстовки, либо жёлтые банданы. То ли до них ещё не дошли новости, то ли они пришли сюда исключительно отдыхать – но внимание разведчикам уделила только хостес – классическая женщина-вамп, кричаще-сексуальная, в коротком обтягивающем чёрном платье, красных туфлях на высоком каблуке и с неизменным планшетом в руках.

– Господа желают столик, ложу, будуар? Дополнительные услуги?

Она мигом вычислила, что танцпол странных посетителей вряд ли будет интересовать.

– Нам нужно встретиться с Розье, мисс, – шагнул вперёд Иштван и откровенно осмотрел её – с длинных стройных ног до выразительных глаз.

На секунду показалось, что хостес смутилась под взглядом светловолосого красавца, но тут же взяла себя в руки.

– Вам назначено?

– Он точно не откажется нас принять, когда узнает, что мы привезли ему живой и невредимый подарочек с Атенрай. Так и передайте ему.

– Пройдёмте за свободный столик, – поманила она их за собой. – Вы сможете насладиться шоу и заказать что-нибудь из меню. Сегодня у нас отличные стейки из абелярского санглера.

– Пусть принесут два мяса с кровью и бутылочку Ле-нуво Божоле с Монпарнаса, – дождавшись кивка от Сью, проговорил Иштван.

Когда они разместились за столиком и хостес ушла, виляя бёдрами, он задумчиво пробормотал:

– Если драки не избежать – я предпочитаю рвать глотки на полный желудок. Калории могут понадобиться, да, Виньярд?

– Не люблю с кровью, – процедил Сью.

– А что делать! Образ нужно поддерживать. Вон, смотри, ублюдки в красном зашевелились. Интересно, они осмелятся напасть на нас прямо здесь? Ты просто в порошок стёр тех горилл из монорельса! Гонзалес и его люди – кто бы это ни был – такого простить не должны, как и лимонники. Иначе их сомнут – такие правила. У нас, на Ракоци, это именно так работало. Совершенно неважно, что твои родичи кругом неправы – ты должен вырвать глотки обидчикам, чтобы остаться на плаву. О, ну что я говорил? Жёлтые тоже посматривают… Главное, чтобы стейки принесли раньше, чем на нас накинутся все сразу.

– Меня тошнит уже от этого места… Это дно, Иштван. Настоящее дно. Как тут живут люди? Это неприемлемо… Взорвал бы всю станцию к чёртовой матери, да вот такие ребята, как тот парень в монорельсе, меня останавливают. Почему он не свалит отсюда?

– Потому что это ещё не настоящее дно. Здесь есть еда, вода, тепло, работа, понятные ориентиры. Кажется, настоящее дно будет на Кроули. Если я правильно понимаю, что там происходит… О, стейки!

Иштван косил глазом на скапливающихся у барной стойки «красных» и с рычанием пожирал мясо. Сью аккуратно разделывал свою порцию ножом и вилкой – образ, чтоб его. «Жёлтые» тёрлись у самой сцены, где бились в конвульсиях, которые по недоразумению считались танцем, полураздетые танцовщицы. Хостес – женщина видная во всех отношениях – медленно спустилась со второго этажа клуба по лестнице, но вместо того, чтобы двинуться к столику нежданных визитёров, подошла к людям Гонзалеса и просто кивнула, и то же самое проделала у сцены – для лимонников.

– Ну вот, сейчас нас будут убивать, – сказал ликан и быстро-быстро проглотил остаток стейка. – Карты на стол, Виньярд.

– Именно.

* * *

Розье привычно тряхнул головой, смахивая с лица пряди чёрных, как смоль, волос. Это было забавно: парочка экстравагантных визитёров, успевшая наделать шума на станции Йол Кенари, оказывается, имела своей целью беседу с ним лично. Любопытство они в тёмном пробудили, но слишком уж высокомерно держались. «Мешали смотреть на звёзды», надо же! Да если бы парни Гонзалеса перебили хоть весь вагон – это было бы проблемой исключительно Мёбиуса. Тварь дрожащая, посмевшая вякнуть в сторону имеющих право получила по заслугам! С другой стороны, люди Мёбиуса тоже имели право – и реализовали его. Теперь следовало проверить, из какого теста слеплены эти двое ряженых.

Пафос, пафос: чёрный плащ, очки, рапира… Для того чтобы так одеваться, нужно кое-что из себя представлять! Та и второй, светловолосый, вёл себя весьма вызывающе – Табити он взглядом разве что не трахнул! Кого они из себя корчат?

Розье видел, что к столику ряженых первыми добрались лимонники. Они никогда не нравились тёмным, но периодически оставляли кучу кредитов в «Ночных огнях», просаживая их на наркоту, сабов и эксклюзивные шоу – а потом нещадно копировали идеи в своём квартале с дешёвыми проститутками. Пф! Дилетанты. В клубе этих недосутенёров было человек пятнадцать, и они, готовясь к драке, вооружились подручными предметами: клинками, бутылками, стульями. Кто-то крутил в пальцах нож для колки льда, другой хотел использовать сценический реквизит танцовщиц из шоу – кожаную плеть.

Они в нерешительности остановились в паре шагов от будущих жертв. Светловолосый чужак задрал голову, проглатывая кусок мяса, и что-то спросил, а потом встал, плюнул на пол и согнул правую руку в локте, ударив левой по суставу, демонстрируя международный оскорбительный жест. Такой провокации лимонники не выдержали и рванули вперёд.

Первый тут же сложился пополам, получив в живот ножкой стула, которую ловкач в кожанке послал вперёд пинком ноги. Следом за стулом, низко стелясь над полом и оттолкнувшись ногами и руками одновременно, светловолосый влетел в самую кучу врагов.

К месту событий подоспели «красные», вооружённые телескопическими полимерными дубинками. До этого не пошевелившийся тип в плаще встал, снял очки, положил их на столик и обвёл взглядом атакующих. Те разом отпрянули. Что они увидели в его глазах? Розье даже привстал со своего места, чтобы рассмотреть дальнейшее в деталях. Ему пришлось снова трясти головой и пытаться проморгаться, чтобы понять – у него всё в порядке со зрением! Тот, в плаще – он двигался настолько быстро, что движения казались размытыми, смазанными! Лихие головорезы Гонзалеса падали на пол в неестественных позах, не подавая признаков жизни. И это притом, что рапира не покидала ножен на поясе!

В этот момент из толпы бестолково суетящихся лимонников раздался жуткий, леденящий душу вой, и вверх ударил фонтан крови. И до Розье дошло, кого он пытался взять «на слабо» в своём клубе.

– Остановите это! Остановите это немедленно! – закричал он своим аколитам.

Но как? Жуткий зверь гонял по всему клубу оставшихся в живых лимонников, посетители в беспорядке покидали «Ночные огни» с криками и воплями, хладнокровный убийца в плаще настигал своих жертв – одну за другой, и приканчивал короткими и молниеносными ударами. Он убил десять или двенадцать человек, не пролив ни капли крови. Крови! О, Тьма, а что если ему захочется крови?

– Выключить музыку, очистить зал! И на колени вы все, слышите, на колени! – проорал он.

Да, он имеющий право! Да, он свободен – но сейчас он свободно выбирал жить дальше, а не погибнуть от руки безжалостного юного носферату, который внезапно оказался близко-близко, у самого подножия лестницы, и глянул снизу вверх на Розье своими чёрными как ночь глазами и оскалился, обнажая белоснежные клыки. Тьма, как же так, как же он ошибся?!

– Господин, господин, я – Розье, я готов вас принять! – из горла тёмного вырвался не то хрип, не то стон.

Он чувствовал дыхание смерти как никогда отчётливо.

– Я не готов, – тон этого воплощения погибели не выражал абсолютно ничего.

Носферату как будто телепортировался через зал, и полы его плаща взметнулись двумя чёрными крыльями. Нескольким скупыми движениями он расправился с тремя лимонниками и положил руку на загривок совершенно озверевшего ликана, от утончённой красоты которого не осталось ровным счётом ничего – только кошмарная, поистине адская морда, запачканная кровью.

– Хр-р-р… – из горла монстра вырвалось тяжёлое дыхание, потом раздался мерзкий хруст, и кости лица начали постепенно вставать на место, а жуткие клыки – втягиваться.

Через минуту в окружении мёртвых тел стоял прежний светловолосый красавчик, затянутый в стильную кожаную куртку. Он огляделся и увидел единственный нетронутый столик во всём разгромленном клубе. Тот самый, на котором стоял едва тронутый стейк и непочатая бутылка Ле-нуво божоле.

– Можно? – спросил он.

Из-под ногтей ликана сочилась кровь. Дождавшись кивка от своего господина, он в два куска проглотил мясо, а потом налил в бокал вина и протянул его носферату. Тот сквозь стекло и красноту благородного напитка глянул на Розье:

– Если вас не интересует судьба некого клирика с Атенрай, который сейчас находится у меня в плену – то нам нечего более здесь делать.

Вот теперь тёмный понял, что он по уши в дерьме, и рухнул на колени:

– Господин, останьтесь, и мы обсудим детали!

И тут на авансцену ступила та самая женщина в лиловом. Она оказалась прямо за спиной у коленопреклонённого хозяина «Ночных огней» и вдруг накинула ему на горло струну гаротты. Розье хрипел и сучил ногами, пытаясь вырваться, но хватка таинственной леди была железной.

– Господа, я – новая хозяйка «Ночных огней», Элле Фиц-Балберит. С удовольствием предлагаю вам своё гостеприимство и готова к любому взаимовыгодному сотрудничеству.

А потом сквозь зубы процедила бывшим аколитам Розье:

– Вы – теперь мои люди. Уберите эту мёртвую тварь с глаз долой.

Портьера отдёрнулась, и в клуб вошли сабы-невольники с личными вещами своей хозяйки.

Сью, скрывая отвращение за вниманием к бокалу вина, поднялся на второй этаж и сел напротив леди Фиц-Балберит.

– Это божоле не с Монпарнаса. Гвадалахара, прошлогодний урожай, – сказал он.

– Вы ценитель? – немного более подобострастно, чем рекомендовало ей раздутое эго, проговорила Элле.

– Я прочитал на этикетке, – сухо сказал Виньярд. – Итак, к делу. У меня есть живой и относительно невредимый клирик Атенрай.

Глаза его собеседницы округлились:

– Что-о?

– Сколько сейчас за них предлагают? Я несколько затруднён в средствах, и такая сделка была бы весьма кстати.

– Предлагаю десять миллионов кредитов! – быстро сказала тёмная.

– Я, пожалуй, предложу Лиама Мак-Магона кому-нибудь другому. В конце концов, я и сам могу попытаться наладить контакт с вашими на Кроули…

– Кого-о?

– Вы не делаете мне чести, сомневаясь в моих словах. Во время моего короткого пребывания на Ярре, меня выследил и попытался убить Лиам Мак-Магон, однако я переиграл его. И теперь он – у меня в плену. Можно было прикончить его на месте, но, повторюсь – я несколько стеснён в средствах.

– Но – Кроули? Почему вам не…

– У меня разногласия кое с кем на Ла-Вее. Вы же знаете, как сложно порой бывает найти взаимопонимание с тёмными, верно? – Сью проводил взглядом длинноволосых охранников, которые как раз утаскивали прочь тело своего мёртвого хозяина с высунутым синим языком.

– Верно, верно, кому как не мне… Так что вы предлагаете?

– Я предлагаю вам лавры соучастника поимки Лиама Мак-Магона и миллион кредитов из будущей суммы награды. По известным причинам я не могу просто так взять и заявиться на орбиту Кроули. У меня катер, а не патрульный крейсер. Кто, кстати, там сейчас главный?

– Местными занимается Соннелон и его люди. Он будет очень рад возможности расправиться с клириком, и после всего произошедшего наверняка располагает значительными суммами… – Элле Фиц-Балберит закатила глаза, задумавшись. – Правда, на Кроули всё не совсем так, как вещают в гала-сети. Да, Соннелону удалось перехватить основные информационные потоки, и он пытается показать удобную ему картинку, но…

– Вы думаете, меня пугают бунты черни или локальные конфликты? Я говорю о деньгах! И о гарантии, что Мак-Магон не вырвется на свободу. Я должен лично посадить его в клетку и оставить на Кроули. И улететь со своими деньгами. Вы сможете передать мои условия Соннелону?

– Смогу!

– Вы сделаете это?

– Сделаю… – она так и не решилась спросить, как зовут этого страшного носферату, но намеревалась выяснить это в самое ближайшее время.

* * *

Элле оттолкнула ногой саба, который массировал ей стопы, и недоверчиво уставилась в экран планшета. Сью Виньярд? По всему выходило, что это был именно он. А ликана звали Иштван Чонгор! И оба прибыли прямиком с Ярра. Это было очень, очень подозрительно. Активность бешеного Гая Кормака и его заигрывания с Кулланом, этим сумасшедшим старцем с Атенрай, давно вызывали обеспокоенность у Тёмного совета Ла-Вея. С другой стороны – их отшибленное миграционное законодательство вполне допускало натурализацию хоть ликанов и носферату, хоть медведов с Кандапоги, хоть париев с Сарасвати. Но как удачно этот аристо притворялся студентом-разгильдяем! Он обвёл вокруг пальца всех! Всех – кроме Лиама Мак-Магона, известного охотника на носферату. На свою беду клирик нашёл его – и лишился сначала оружия, а потом и свободы. Видео с ошарашенным лицом старого гэла в момент потери пистолетов грело душу и доказывало: Виньярд действительно с Ракоци. Скорее всего – изгнанник. Долго гадать о причинах разрыва с планетой и кланом не приходилось: у юного носферату были явные проблемы с психикой.

С Иштваном Чонгором всё было ещё более запутанно. Сначала его и ещё нескольких ликанов выкрали какие-то то ли сектанты, то ли мафиози – для опытов, потом он чудным образом оказался на Ярре и даже затесался в силы Разведки Боем, но был изгнан за некое загадочное военное преступление…

– Сожрал кого-то, наверное, зверюга… – Фиц-Балберит почувствовала, как по спине пробежали сладкие мурашки.

Молодой ликан был хорош, и она бы с удовольствием… Но перед глазами мигом встала окровавленная чудовищная морда его боевой ипостаси, и новоиспечённая хозяйка «Ночных огней» вздрогнула – нет-нет-нет, таких желаний стоит бояться. Хотя-а-а-а…

А познакомилась эта парочка, стало быть, на шоу Туропа Кассовица «Слэм». И Виньярд в своей издевательской манере уделал Чонгора. И настучал по тестикулам эльфу – и это было прекрасно. Элле сама бы с удовольствием настучала по тестикулам какому-нибудь эльфу, а желательно – двум или трём. Говорят, на Кроули у Соннелона в плену есть одна эльфийка… Он вообще – большой выдумщик, этот Соннелон. И участие в пополнении его коллекции настоящим атенрайским клириком он оценит – и замолвит словечко в Тёмном совете при случае.

– Нетопырь! Готовьте мой паланкин, мы отправляемся в доки! – сказала она. А потом спросила: – А что, «Сью» – это разве не женское имя?

* * *

Иштван с тревогой постучал в дверь душевой. Виньярд не выходил оттуда уже минут двадцать.

– Ты в порядке, Сью?

– Да, да, дай мне пять минут!..

– У меня важные новости, Сью! – ему показалось, что он слышит ритмичные гулкие удары, и, не желая больше ждать, ликан взялся за ручку и открыл дверь.

Виньярд сидел на полу крохотной кабинки, обхватив колени руками, и методично стучал затылком о переборку: бам-м, бам-м, бам-м…

– Эй, да ты чего? – спросил Иштван, а потом про себя выматерился – понятно же, чего! – Давай сделаю инъекцию – пойдёшь спать? Не жри ты себя, это ведь шваль, а не люди! И притом я видел – ты специально не убил ни одного. Выбор на самом деле был предельно простой: или ты, или эти уроды. В конце концов – у тебя же есть миссия, подумай о своей Терре, ну и о Кроули тоже – там чёрт знает что происходит, и нормальным, хорошим людям нужна помощь.

– Слова, слова, слова… Я за пару часов прикончил целую группу подготовительного отделения, врубаешься? – чёрные, бездонные глаза парня нагнетали жути. – А знаешь, кто я есть на самом деле? Я есть тепличный ребёнок, который до пятнадцати лет не видел ничего, кроме родного академгородка и сотни человек учёных! Я никого никогда не убивал, мне и людей бить – почти неприемлемо! А тут трупы. Сколько – двадцать, тридцать? – Сью снова принялся стучать затылком о переборку: бам, бам…

– Там несравненная Элле на подходе. Хочет посмотреть, как мы томим в неволе и истязаем клирика, – ликан решил, что клин клином вышибают.

– Да-а-а? – тут же ожил Виньярд. – У-у-у-у, ведьма! Пойдём к Лиаму! Мы ей устроим такое шоу, что все эти крашеные курвы с рожками ей ангелочками покажутся.

– Ты одеться не хочешь? – усмехнулся Иштван, глядя на голый татуированный торс парня. – Или хочешь произвести на неё впечатление?

– Фак! Нет! Это неприемлемо! Хотя… Чёрт с ней, пускай смотрит. Может и вправду получит нужные эмоции!

Глава 4, в которой с Кроули кое-что становится понятным

Розье – кретин. Такой вывод для себя сделал Соннелон. Имея пару десятков аколитов, запас боевых эликсиров и ещё несколько десятков местных громил, имеющих право, всё-таки можно было уработать одного носферату. Но Розье сначала не разобрался в статусе гостя, а потом не решился пойти до конца. Даже кретин, пожалуй, понял бы, что пленник находится на кораблике этого изгнанника-аристо! Не выпустить их из клуба, потом – проникнуть на корабль, выкрасть клирика…

Элле тоже была идиоткой, но несколько меньшей, чем Розье. По крайней мере, в тот момент, когда он превратился в дрожащую тварь, эта сучка реализовала своё право – и теперь крепко сидит на Йол Кенари… Наконец, видео, прикреплённое к сообщению, загрузилось, и советник раздражённо цокнул языком – гала-сеть на межсистемном уровне оставалось довольно убогой, сведения приходили с запозданием на двое-трое суток, приходилось дожидаться планового обмена пакетами информации…

Увиденное на экране заставило тёмного расхохотаться от удовольствия – этот юный носферату был отшибленным на всю голову! Не стесняясь демонстрировать свой голый, перевитый тугими мышцами татуированный торс, он в рукопашную рубился со старым клириком в ограниченном пространстве грузового трюма. Этот аристо вообще ничего не боится, что ли? Процесс контролировал ликан, сидя тут же, на полу, и подкрепляясь сосисками. Элле, по всей видимости, снимала. В какой-то момент ловким броском аристо отправил Мак-Магона в полёт, который внезапно для леди Фиц-Балберит закончился тем, что клирик сбил её с ног, а камера упала на пол. Раздались грубые ругательства, достойные скорее не просто леди, а настоящей стерляди, и запись прекратилась.

Тёмный советник Соннелон на секунду задумался о слове «стерлядь» – какого чёрта оно пришло ему на ум? А потом снова чертыхнулся – до прибытия катера с пленником оставалось не больше суток, нужно всё хорошенько подготовить! Лиам Мак-Магон будет жить до-о-олго! Долго и несчастливо.

* * *

Визоры показывали размытое марево гиперпространства.

– Я бывал на Кроули, ещё до всего этого бардака. Очень специфичное место… – Лиам Мак-Магон разливал по кружкам крепчайший атенрайский чай. – Некоторые портят этот напиток, пытаются его подсластить – но как по мне, он и так неплох.

– Так что там с планетой, мистер Мак-Магон? Я слышал только про какие-то дома-города и жёсткий авторитарный режим… – ноздри Иштвана затрепетали, он с видимым удовольствием вдыхал аромат чая.

– Да, да… В диалекте Кроули «дом – город – остров» – это одно и то же слово. Представьте себе планету, поверхность которой – сплошное болото глубиной в десять-пятнадцать метров с редкими выходами твёрдых горных пород. Представили? А теперь представьте ещё, что на этих болотах произрастают такие растения, грибы, лишайники и существуют такие виды живых существ и микроорганизмов, за которые фармакологические компании готовы выкладывать сумасшедшие деньги!

– Как мумиё со Жмыха?

– Как мумиё со Жмыха. Только мумиё применяют в картриджах для медкапсул, и его в масштабах освоенного космоса крайне мало. А сырьё Кроули – ресурс возобновляемый, а при правильном подходе – ещё и неисчерпаемый. И используют его для изготовления самого широкого профиля препаратов: стимуляторов, иммуномодуляторов, витаминно-минеральных комплексов, пре–, про– и антибиотиков. А ещё некоторые виды грибов и растений с Кроули необходимы для…

Сью поднял вверх руку, как прилежный ученик. Лиам с улыбкой кивнул.

– Для боевых эликсиров сатанистов, – с довольным видом проговорил Виньярд. – Я сразу врубился, что у тёмных есть шкурный интерес. Когда начинают говорить о свободе – кто-то кого-то обязательно хочет нагреть, да?

– К сожалению – да. «Авторитаризм Кроули» – так ты сказал, Иштван? Вы ведь в курсе, что без респиратора в тамошней атмосфере делать нечего, да? Один из главнейших ресурсов этой планеты – живые организмы – попытается убить вас с первого вдоха. Да, биоблокада! Она позволит вам продержаться некоторое время и в принципе уничтожит местные микробы, если вовремя остановить их проникновение. Но у населения этой волшебной планетки нет доступа к наноботам! Та и не являются они панацеей… Так что местным пришлось научиться справляться по-другому. Острова, сформированные выходом скальной породы, использовались для строительства. Поскольку площади нужно было экономить, корпоранты с Дюплесси решили реализовать проект самодостаточных мегахаусов – тех самых домов-городов. От трёхсот до тысячи этажей, автономная система жизнеобеспечения, образовательные и медицинские комплексы, развлекательные центры, зелёные зоны и аквапарки…

– Как колонизатор-ковчег, да? – хмыкнул Сью.

– Только намного дешевле. Забор и стерилизация биомассы, воды и воздуха всё же происходит на месте. Там вообще довольно перспективные исходные условия – 1,1 G, около 24% кислорода в атмосфере – терраформируй на здоровье!

– Но доходы…

– Но доходы, верно, – кивнул Лиам. – Поэтому на Кроули и проживает около семидесяти миллионов человек, которые поддерживают в рабочем состоянии огромную агропромышленную инфраструктуру. Точнее, поддерживали.

Виньярд поставил пустую чашку на стол:

– Прояснилось. Для того чтобы выжить в мегахаусах при условии противостояния с враждебной флорой и фауной, сохранять нормальный уровень жизни – нужен жёсткий внутренний распорядок, контроль и нормирование. Этим занимались директоры, которые объединялись в планетарный Совет во главе, естественно, с Генеральным директором.

– Наследие корпорантов? – уточнил Иштван.

– Да, да, да. Всё по образу и подобию Дюплесси. Правда, модификантов на Кроули практически нет – они ведь жрут в три горла, потребляют больше кислорода и выделяют больше тепла. Там вполне обычные люди, респиратор рабочему выдать – гораздо проще, чем провести усовершенствование его организма! В общем, жили эти самые кроули стабильно, даже местами сытно. Имели бесплатное гарантированное медобслуживание – при доказанном соблюдении правил техники безопасности, реализовывали право на образование – базовое и специальное, отдыхали в аквапарках, клубах и развлекательных центрах… А потом вдруг как взбесились! Полыхнуло почти тридцать процентов мегахаусов, массовые беспорядки, особенно жуткие в замкнутом пространстве, на гребне кровавой волны вынесли прочь службу безопасности, директоров, стабильность и распорядок. И примерно на две декады по яррским меркам планета выпала из гала-сети, а когда вернулась – вещали уже типы, повадки которых один в один повторяли манеры ла-вейских тёмных, и риторика – тоже.

– Свобода, имеющие право, естественный порядок вещей, индивидуальная ответственность… – задумчиво проговорил Иштван. – Тёмные решили прибрать к рукам источник сырья для эликсиров. Это как пить дать!

– Копни любую революцию – отковыряешь чьи-то экономические интересы. И нет, я не говорю сейчас про национально-освободительные войны… – отмахнулся Лиам.

– А чем…

– У Зборовски своего спроси, он же самый умный, да?

Сью пожал плечами:

– И мы должны понять, как так получилось, что стабильная на протяжении сотен лет система вдруг рухнула, и при чём там сатанисты с Ла-Вея?

– Да, задача неизменная. Мы тишком стараемся проникнуть на планету, сканируем эфир, пытаемся найти кого-то из местных, чтобы пообщаться… А потом – сдаём меня Соннелону, в процессе выкачиваем как можно больше информации и тихо сваливаем на Ярр. А если не получается – сваливаем по-громкому! В крайнем случае – вызываем подкрепление и уходим ОЧЕНЬ громко. Приоритет – добыча информации, ребята. Дело тут очень скверное, счёт жертв идёт на миллионы – это чтоб вы ясно себе представляли. Просто подумайте: если тёмные решат провернуть подобное на любой другой планете? Атенрай, Ярр, любой мир Протектората или Новой Конфедерации, на котором обнаружатся нужные им ресурсы…

Сью понимал, что если бы всё было хотя бы вполовину менее драматично – его величество Гай Джедидайя Кормак не стал бы вмешиваться. Надавил бы на Ла-Вей, чтобы к Кроули пропустили несколько рейсов «Центавр-Старлайн», забрал бы желающих – и дело с концом. Но тут явно было что-то ещё, какие-то другие зацепки, которыми с ними не поделились. Наверняка на это имелись очень веские причины.

– Не страшно, Лиам? – только спросил он. – Тебе в лапы сатанистов идти, не нам… Хотя, конечно, оно по-всякому может обернуться.

– Не страшно. По внучатам скучаю только… – потёр кончик глаза старик.

И Виньярду почему-то стало очень грустно.

* * *

Соннелону почему-то показалось смешным предложить для посадки этому заносчивому носферату мегахаус 15'57/5'42, или «Аларм-Форест». Там вот-вот должно было начаться, а посадочная площадка находилась в семи километрах от дома-города-острова. Аколиты заберут пленника и честно расплатятся – кредитам, жэньминьби, слитками редкоземельных металлов или местным дорогим сырьём… А потом предоставят возможность гостям планеты самостоятельно решать проблему с заправкой топливом, обслуживанием корабля и ремонтом парочки внезапно пришедших в негодность систем. Это будет действительно смешно – понаблюдать за поведением изгнанного с Ракоци аристо и его пса. Пусть разбираются, прогуляются в мегахаус… Всё равно с Кроули не выбраться никому, пока он, Соннелон, не даст своё разрешение. Пангейские комплексы противокосмической обороны – это солидный аргумент в любом споре – хоть со святошами с Атенрай, хоть с патрульными крейсерами Протектората или Новой Конфедерации.

* * *

– Твою мать, – сказал Иштван. – Откуда у них пангейская ПКО? С каких пор пангейское оружие вообще поставляется на экспорт?

– Уже не зря слетали, парни, – Лиам удовлетворённо кивнул. – Давайте, пакуйте меня. Не дёргайтесь, ну не получилось реализовать первый пункт – переходим сразу ко второму.

– Пакет с данными со сканеров пошёл! На Ярре будут в курсе – отрапортовал Иштван. – Запрашиваю пеленг!

Сью с сомнением протянул Лиаму ручные и ножные кандалы. Модель была прокачанной, и по желанию владельца мини-пульта лупила пленника током, открывалась и закрывалась тоже дистанционно. Правда, эти конкретные кандалы имели пару нюансов: Лиам мог уменьшить силу тока до минимальной и изображать дикие страдания, а ещё – и вовсе открыть свои оковы, дотронувшись до нужной пломбы на зубе. Вообще – у него была куча возможностей с этими пломбами. Например, взорвать себе башку и уничтожить всё живое в радиусе десяти метров.

– Пеленг получен. Пошли экипироваться, Сью.

Глиссада в плотной атмосфере Кроули была очень пологой, так что времени у разведчиков было полно. Сью не уставал поражаться удивительному парадоксу: при помощи гиперпривода за несколько часов преодолевались невообразимые расстояния, и примерно столько же времени требовалось, чтобы с орбиты спуститься на грешную землю… Ну ничего – разгребутся тут, и его величество обещал поставить на «Эрнест» чудо-реактор «Звёздочку» и двигатели, созданные по образу и подобию движков старой Терры. И подарить всё это счастье ему!

Все эти понты аристо Ракоци его бесили всерьёз. Рапира, френч…

– Как надену портупею, всё тупею и тупею… – пробормотал он, застёгивая ремни с наплечными кобурами и ремень с патронами.

Респиратор со всем этим будет смотреться абсолютно по-уродски! Хорошо хоть не требуется носить скафандр – зловредные микроорганизмы не проникают сквозь человеческую кожу и опасны только для органов дыхания… Чего нельзя сказать о сотнях видов хищной флоры и фауны.

Сью в голову пришли чудовищные результаты экспериментов по созданию самодостаточного биоценоза на борту «Кашалота», и его передёрнуло. Но он тут же взял себя в руки – носферату не может так явно выражать эмоции!

* * *

– Точка приземления – посадочная площадка для конвертопланов мегахауса Аларм-Форест, – пояснил Иштван, слегка корректируя курс. – Они просчитали наши габариты. Ничего – сядем, это не проблема. Проблема заключается в том, что Аларм-Форест не отвечает на запросы, траекторию нам рассчитали и выслали из другой точки – какой-то Халф Три Халлоу.

– Это точно был Соннелон?

Ликан пожал плечами. Он уже был обряжен в свой кожаный доспех, а на бедре у него примостилась хауда в удобном креплении. Лиам в комбезе от аварийного скафандра и оковах уже принял удручённый вид и сидел потупившись.

– Решай! – переложил ответственность Иштван.

– Это может быть ловушка? – обернулся Сью к клирику.

– Тёмные – народ тёмный. У них фляга свистит тремя октавами! – ликан покрутил пальцем у виска. – Но в финансовых махинациях замечены не были. Купи-продай – это для них штука обязательная.

– Ну да, заплатить они за меня заплатят, – подтвердил Мак-Магон. – А вот гадость какую-нибудь, смешную на их взгляд, походя присовокупить к своей оплате – это у них вроде как сам Шеогорат велел… Или кто в их бесовском пантеоне за это отвечает? Но это ведь ничего не меняет, верно? Силы Разведки Боем наш доклад получили – так что вытащить нас постараются. А что такое эстоки в бою я видел… Ну, а если не хватит эстоков – здесь будут все остальные.

– Но это ведь значит войну? Остальные – это Атенрай, эльфы…

– И вся Новая Конфедерация. Война – это совсем необязательно. Формально ситуация на Кроули никакого отношения к Ла-Вею не имеет. А Новая Конфедерация – опять же формально, имеет право спросить у Пангеи в частности и Протектората в целом за комплексы ПКО – это уже является поводом для проведения расследования независимой комиссии… Под прикрытием значительного воинского контингента. Так что поздравляю ребята, мы с вами втроём теперь ещё и независимая комиссия – это как пить дать…

– О как! – ошарашенно проговорил Иштван.

Ликану жупанского рода, пилоту, воину и дамскому угоднику, а с недавних пор ещё и разведчику никогда и в страшном сне присниться не могло, что он станет самым непосредственным образом влиять на судьбы всего сектора. Хотя он и навидался всякого на «Одиссее», его местом было пилотское кресло и, когда повезёт, абордажный бот. А теперь…

Зеленоватая атмосфера Кроули окружила катер со всех сторон, принимая в свои объятия. Огни маневровых двигателей и раскалённая обшивка прожгли в облаках, полных живучей микрофлоры, настоящую просеку, приближаясь к поверхности.

Посадочная площадка и небольшое металлопластовое здание терминала располагались на свайной платформе посреди бескрайней зелёной жижи. Куда-то в туман уходила эстакада.

Пыхнули и погасли маневровые двигатели, «Эрнест» замер.

Сью натянул маску респиратора, очки дополненной реальности и, пробормотав «с Богом!», шагнул в шлюз.

* * *

Агог поудобнее перехватил бластер. Натуральный носферату с Ракоци – это вам не шутки! Вот кто по-настоящему имеет право!

Подобно большой чёрной птице, аристо, взмахнув полами плаща, спрыгнул на пласталь посадочной площадки. Он обвёл взглядом встречающую группу тёмных и сложил руки на груди, не желая начинать разговор первым. Высокий рост, леденящий душу взгляд, баснословно дорогая рапира в ножнах на поясе, даже это молчание – всё внушало священный трепет в сердца аколитов.

– Добро пожаловать на Кроули, – из-под противогаза слова прозвучали глуховато. – Я – старший аколит Агог, уполномочен обсудить с вами условия передачи пленника и способ оплаты.

– Старший аколит? – а вот на тембре голоса носферату наличие респиратора никак не сказалось. – Соннелон думает, я буду вести переговоры со старшим аколитом? Мне нужен тот, кто имеет право, а не…

Агог напрягся – если его назовут дрожащей тварью, придётся доказывать обратное. А это означало преждевременную встречу с Князьями Тьмы… Носферату есть носферату, недаром по всей галактике ими пугают детей! Но чудовище сменило гнев на милость:

– … а не обычный воин!

«Воин» – это было достойно. Он даже чуть не пропустил следующую, гораздо более важную часть заявления визитёра:

– … лично провожу его до камеры и передам пульт от оков. Не стоит недооценивать моего пленника – это свирепый боец и настоящий фанатик. Не хочется, чтобы однажды мне в затылок прилетела крупнокалиберная пуля или сгусток плазмы. Это неприемлемо. Очень неприятные ощущения! – носферату обвёл замерших в нерешительности аколитов взглядом, от которого тут же повышалась значимость состояния ботинок у каждого отдельно взятого тёмного. – Полдюжины бойцов? Вы смеётесь? Он прожуёт и выплюнет вас, а потом сбежит на Атенрай и приведёт сюда легион клириков. Хотите?

– Н-нет… – промычал Агог.

– Тогда свяжитесь с Соннелоном и скажите, что я имею намерения дожидаться достойного эскорта и сопровождения к месту заключения пленника. И ждать я буду в Аларм-Форесте. Я понятно изложил?

– Э-э-э-э…

– Это нормально, – он даже не посчитал нужным удостовериться в том, что его слова возымели эффект, настолько был уверен в своём праве повелевать. Постучав по обшивке космического кораблика, носферату крикнул: – Иштван! Готовь пленника к транспортировке! И заминируй двигатели – мы идём в мегахаус!

Глава 5, в которой всех всё бесит

Осознание пришло довольно поздно – прогулка пешком по пятикилометровой эстакаде с отключенной защитой была дурацкой идеей. А Аларм-Форест – вполне говорящим названием. Хищные шипастые стебли с присосками на вершинах вырывались из болотной жижи и хлестали по открытой всем ветрам дороге, норовя ухватить и присосаться, утащить в пучину и поглотить питательный объект, в котором так много желанных жиров, белков и углеводов.

Рапира так и мелькала, на лету разрубая настырные растения, ликан благодарил Бога, что вместе с хаудой удосужился повесить на ремень ещё и широкий тесак, который не раз и не два уже пускал в дело, а Мак-Магон мог только материться из-под респиратора и мечтать о группе огневой поддержки с инсинераторами.

Примерно через полчаса мимо них протарахтел броневик-амфибия, за бронестеклом кабины которого виднелась бледная рожа Агога.

– А куда это он поехал? – удивился Иштван. – Мегахаус же прямо, тут съезды – только на болота, как я понимаю.

Мак-Магон что-то проговорил сквозь респиратор, и Сью удивлённо дёрнул головой – ему послышалось что-то совсем уж неприличное.

– … два стебля! – уже громче проорал клирик, и Виньярд в пируэте хлестнул рапирой, обрубая присоску у жадного побега.

Ликан от бедра лупанул картечью по второму растению, и они снова зашагали к виднеющейся впереди громаде мегахауса.

* * *

Аларм-Форест не был самым большим домом-городом-островом на Кроули, но пятьсот этажей – это пятьсот этажей! Махина горы из металла и пластика нависала и давила своей массивностью, заставляла высоко поднимать голову, чтобы хоть попытаться охватить взглядом её объёмы… Габаритные огни мигали, серая глянцевая пласталь обшивки кое-где тронута коррозией и поросла мхами и лишайниками, верхние этажи терялись в зеленоватых облаках…

Заляпанные жижей и засиженные микрофлорой разведчики наконец добрались до огромных шлюзовых ворот мегахауса. Бегущая строка над ними гласила «LOCK». Ворота были заперты.

– Это нормально, – сказал Сью, и они пошли в обход.

Благо, такая возможность имелась. Металлические мостки с перилами подвели их к небольшой и надёжной на вид двери с окошечком.

– FOR TECHNICAL PERSONAL ONLY, – прочёл Иштван. – Ну-ну!

И забарабанил в дверь. Мак-Магон снова загудел из-под респиратора что-то похабное, на грани приличия.

– … изображение не передаст!

Виньярд посмотрел, на что пытался указать ограниченный в движениях клирик: видеокамера над дверью была разбита и висела на проводках. Дверь явно шлюзовая, так что за ней находилась герметичная камера, и стук никто не слышал.

Иштван понял тщетность своих попыток и принялся изучать пространство вокруг входа. Поработав тесаком и счистив зелень, он докопался до аварийного рубильника и дёрнул за него. Мерзкий сигнал зуммера и шипение двери дали знать, что попытка увенчалась успехом.

Дезинфицирующие системы шлюза активировать пришлось тоже вручную.

– Они тут вымерли что ли? – Иштван Чонгор дождался, пока датчик биологической угрозы заморгает безопасным зелёным, и принялся крутить вентиль внутренней двери.

Наконец, она отъехала в сторону, и разведчики оказались внутри. Типичный контрольно-пропускной пункт, проходная – типа тех, что бывают на крупных промышленных предприятиях. И дежурный в спецовке, поедающий макароны по-флотски из глубокой пластиковой миски. Увидев незваных гостей, он бросил вилку на стол и заорал так неистово, что мучные изделия пополам с фаршем настоящим фонтаном изверглись у него изо рта:

– Я могу пожрать спокойно в свой обеденный перерыв или нет?!! Сил моих на вас больше нет! Я не намерен это терпеть, слышите?!! – он ударил кулаком по столу, задев пару кнопок и вызвав этим мельтешение аварийных огней и тревожные звонки где-то вдалеке. – Вы кто такие?! Я вас не звал, идите на хрен!!!

Ликан принялся стряхивать со своей кожанки плохо пережёванную пищу. А дежурный не успокаивался. Этот грузный мужчина выбежал наружу из-за стойки и завопил прямо в лицо Иштвану:

– Ты человеческий язык понимаешь? О-бе-ден-ный перерыв! Сволочь такая, ещё оборудование мне портит!!! Извинился бы хотя бы, скотина!

Его лицо раскраснелось, глаза налились кровью, а на лбу выступили бисеринки пота. Такое состояние можно было охарактеризовать как крайнюю степень ярости, объектом которой почему-то стал именно Иштван. Этот кроули наконец перешёл от слов к делу – он ухватил ликана за отвороты куртки и попытался тряхнуть – и тут же осел, получив лбом в переносицу.

– Не пообедал – так хоть поспит… – философски сказал Мак-Магон. – Снимите-ка с меня эти цацки, ребята, я переоденусь в спецовочку. Начнём осматриваться на местности, а то в скафандре я явно буду привлекать ненужное внимание.

– А если нас спалят тёмные? – резонно заметил Сью.

– Ладно, ладно, верхние оковы надену. Прикроем чем-нибудь.

Оставив дежурного в одних трусах и футболке спать мордой в тарелке с макаронами, они, ориентируясь на надписи указателей, проследовали к серверной. Нужно скачать хотя бы план мегахауса, ну и попробовать выяснить что же происходит на планете.

– Нам бы Давыда Марковича сюда, он бы в два счёта разобрался… – оглядывая огромное пространство, занятое блоками памяти и кулерами, пробормотал Иштван, подключая планшет к местному терминалу. – Но план я сам достану, это точно.

* * *

– Винченцо, бездельник, ты пальцем о палец не ударил, гвоздя не забил! Биточки? Тебе не понравились биточки?! Я вокруг плитки три часа скакала, тварь! Жри что хочешь, подлец! – сковорода вылетела из двери жилого блока с такой скоростью, что даже Сью с его невероятной реакцией едва успел уклониться от такого специфического снаряда.

– Рэби, я тебя убью! – раздался возмущённый рёв и послышались звуки борьбы, а потом из-за дверей в коридор, сметая всё на своём пути, вырвалась парочка толстых людей, наносящих друг другу страшные удары по голове, корпусу, конечностям.

Сложно было разобрать кто из них мужчина, а кто женщина: примерно одинаковой длины волосы, бесформенные футболки и шорты, а также броуновское движение по коридору мешали сконцентрироваться. В порыве ярости неистовая парочка ударилась о перила и, продолжая наносить друг другу удары и грязно ругаясь, таки проломили ограждение и полетели с многометровой высоты вниз.

– А… – Иштван подбежал к самому краю и глянул вниз.

– Эй, уроды! Какого хрена вы кидаетесь? Мы сейчас поднимемся и надерём вам задницы, слышишь? Стой там и никуда не уходи, я тебе кадык вырву, ублюдок! – послышались злобные женские возгласы.

– Да что здесь на хрен творится? – ликан был в недоумении. – Это десятое убийство за двадцать минут – и всем по хрен…

– Не по хрен, – поправил Сью. – Им как раз теперь ни на что не по хрен. Они постоянно злятся.

Виньярд был в «щелчке», ему приходилось не так худо. Эмоции и чувства были взяты в ежовые рукавицы, и рассудочно парень представлял себе, какой откат ждёт его через несколько часов, но теперь – теперь ему было наплевать. В отличие от этих беснующихся уборщиц, которые уже тыкали в кнопки лифта, чтобы подняться на седьмой этаж и уничтожить тех, кто якобы заляпал двумя пухлыми трупами тщательно вымытый пол.

– Нужно валить отсюда, парни! Мне не хотелось бы уничтожать клининговую службу целого мегахауса… – поторопил их Мак-Магон, и разведчики быстрым шагом преодолели отделяющее их от аварийной лестницы расстояние.

Захлопнув за собой дверь, они услышали возмущённый голос одной из уборщиц:

– Барбара, старая клуша, это ты еле пёрлась со своими тремя швабрами! На кой хрен тебе три швабры, дай их сюда, я их поломаю к чёртовой матери!

– Я сейчас тебе жизнь поломаю, курица! Положь швабры, я сказала! – послышались звуки разгорающейся драки.

Ликан чуть приподнялся, чтобы глянуть в стеклянную секцию дверей, и с круглыми глазами опустился обратно на корточки:

– Они бьются прям смертным боем! Из-за швабры! – сказал он. – Это противоестественно, мужики, вот что я вам скажу. Кто-то промыл им мозги. Или что-то. И всё это – в замкнутом помещении…

– Эликсиры! – вдруг сказал Мак-Магон. – Я видел однажды один обряд тёмных… Целый транспортник мороженого мяса, которое только-только вышло из криокапсул. И каждому сразу, с ходу – флакон с эликсиром. Пей, мол.

– А пить после разморозки хочется зверски, – кивнул Сью.

– Вот и представьте себе: ангар, полный людей, внутри которых плещется концентрированная ярость. Им сказали стать в три очереди и пройти на регистрацию… Просто стать в три очереди! Через сорок минут в живых из трёх тысяч человек на ногах осталось менее полутора сотен. Тёмные забрали их для дальнейшего обучения на аколитов, а остальных сожгли напалмом. Что-то похожее происходит и здесь…

– Напоили эликсиром семьсот тысяч человек? – покачал головой Иштван. – Это должен быть централизованный процесс…

– Значит – нам в администрацию, – кивнул Сью.

– Я бы сразу заглянул в службу безопасности, – сказал Мак-Магон. – Смотрите, тут множество камер. Можно попытаться вычислить, с чего всё началось, кто был «нулевым пациентом».

– Тогда нам – на двести пятнадцатый этаж! – жизнерадостно заявил Ликан.

Старый клирик закряхтел, массируя колени, а Виньярд криво улыбнулся и поставил ногу на ступеньку:

– Я узнал, что у меня
Есть огромная семья!..

* * *

– Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – пожилой мужчина в униформе службы безопасности настойчиво лупил лбом в клавиатуру, по которой текла кровь.

Совершенно беспрепятственно проникнув в Управление безопасности Аларм-Форест, разведчики нейтрализовали группу местных стражей порядка, которые охаживали друг друга резиновыми дубинками и шокерами прямо напротив офиса своего непосредственного начальника. А здесь, в операторской, было сравнительно тихо. За исключением джентльмена, который, по всей видимости, ненавидел клавиатуру.

– Эй! Оу! – окликнул его Иштван.

– А? Что? – мужчина с разбитым лицом и прилипшей ко лбу буквой «Q» увидел неожиданных визитёров.

На Виньярда вдруг снизошла абсолютная уверенность в действиях. Он прочувствовал, что и как нужно сказать, как нужно себя вести с этим конкретным человеком – и потому подошёл к безопаснику близко-близко и взял его за плечо:

– Мы с Ярра. Прилетели, чтобы во всём разобраться.

– А! Ну, хоть кто-то… Слава Господу! – выдохнул мужчина и бросил: – Я сейчас, минуточку!

И принялся быстро-быстро отжиматься от пола – десять, двадцать, пятьдесят раз…

– Уфф… Я не знаю, как с этим справиться по-другому… Господи, как же я ненавижу… А-а-а-а, скорей, скорей, мать вашу, смотрите на этот долбаный экран! Смотрите, смотрите, вот эти уроды пристыковываются! – он долбанул по клавиатуре кулаком.

И тут же кинулся снова отжиматься:

– …восемь, хуууу, девять, ху-у-у!

Мак-Магон внимательно смотрел на один из экранов, расположенных вдоль стены.

В зелёной болотной жиже сначала промелькнула какая-то невнятная тень, которая постепенно приблизилась к огромному водозабору. Силуэт приблизился – это была белоснежная сфера, явно не местного производства. И двигалась она, не производя движения воды лопастями, турбинами или чем-то подобным, соответствующим уровню технологий Кроули и даже Ла-Вея. Это было нечто, пользующееся антигравами под водой – и сие заставляло глубоко задуматься. Нижняя полусфера аппарата раздвинулась, и окружающая его муть вдруг окрасилась в фиолетовый колор. Облачко цветной взвеси тут же втянулось в водозабор, а аппарат так же плавно исчез из сектора обзора камеры.

– Суки, суки, суки, ненавижу! И ничего не могу сделать! – безопасник от бессильной злобы принялся долбить кулаками в пластиковую дверь, оставляя на ней кровавые следы. – Сделайте что-нибудь, и не пейте воды, совсем не пейте! А я пойду на хрен сброшусь, что ли?! Но запомните: моё имя – Герберт Робсон! Пусть знают, что я старался, чёрт его дери, я очень старался!

Он выбежал прочь из операторской, разбрызгивая капли крови.

– Его имя – Герберт Робсон, – повторил Иштван.

– Снова Пангея, – мрачно проговорил Мак-Магон.

– Глядите – а вот и тёмные, – ткнул пальцем в центральный экран Сью. – И, кажется, Соннелон с ними.

* * *

Как отличить настоящего, подлинного имеющего право от обычных аколитов? Мрачная багрово-тёмная эстетика основной массы сатанистов для него теперь является условностью. Бледный вид, длинные волосы, браслеты и перстни, и амулеты – это всё шелуха. Он имеет право вести себя так, как хочет, говорить то, что считает нужным, и выглядеть абсолютно произвольно.

Вот и Тёмный советник Соннелон не носил балахонов и пентаграмм. На нём были удобные замшевые туфли, серые брюки в полосочку, рубашка цвета морской волны и жилет – тоже в полосочку. Ну и бабочка, конечно. Бабочки он любил, они были его страстью – ещё с тех пор как он работал конферансье на Порто Россо, до того как попал за долги в криокапсулу в качестве мороженого мяса и после этого поучаствовал в Обряде.

В руках он крутил настоящий цирковой хлыст – шамберьер. Преданные аколиты, вооружённые парализаторами и короткими мечами, рассыпавшись полукругом, следовали за ним.

На крыше каждого мегахауса оборудована аварийная посадочная площадка – просто о ней не следовало знать обычным кроули-обывателям. Более двух километров в высоту, Аларм-Форест пробивал слоистые облака, и с его вершины вполне можно увидеть солнце и вдохнуть без респиратора разряженного воздуха. Ну и принять посадку личной яхты Соннелона – тоже.

А посадочная площадка на болоте уже занята конвертопланами с боевиками – прошедшие через массовый Обряд кандидаты в аколиты из других мегахаусов уже готовились взять штурмом кипящий гневом и истекающий кровью Аларм-Форест. Но Соннелон всё ещё не до конца развлёкся. Он спускался на лифте, шёл по коридорам, двигался на пассажирском конвейере, мастерски орудуя шамберьером. Походя охаживая лопающихся от гнева людей, он удовлетворённо кивал: и здесь – как обычно. В живых останется около десяти процентов, из них семь-восемь тысяч докажут своё право, из остальных – трусов и слабаков – отберут самых молодых и сильных и отправят на перевоспитание в лагерь временного содержания на Бахия-де-Санди. Новые сабы нужны Ла-Вею. Вот-вот прибудут специалисты, и вместо вязкой массы местных через несколько месяцев общество на Кроули станет структурированным и логичным. А с добычей и переработкой сырья справятся и дроиды – на первых порах. Благо, дроидов союзники обещали поставить столько, сколько нужно.

Тёмному советнику стоило больших усилий не дёрнуться от неожиданности, когда откуда-то сверху стремительным сальто появилась высокая фигура, и чёрные, как космическая бездна, глаза глянули ему прямо в отсутствующую душу:

– Мистер Соннелон? Я выражаю вам крайнее недовольство. Мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы наша сделка не сорвалась окончательно. Надеюсь, ваше предложение будет более чем щедрым. Иначе я просто выстрелю Мак-Магону в голову и прогуляюсь по этому дурдому, заберу то, что посчитаю нужным и уберусь отсюда, – процедил аристо, оскалившись.

– Не сомневайтесь, не сомневайтесь… Как вы выразились – «более чем щедрым»? Я покажу вам, чем располагаю, и вы самостоятельно выберете себе достойную оплату.

– Это нормально, – бесстрастно проговорил носферату.

– Но где же дражайший Лиам? – Соннелон принялся скручивать хлыст.

– Я запер с ним целую дюжину местных взбесившихся беспредельщиков. Кажется, до всего этого они промышляли наркоторговлей… Это займёт клирика на некоторое время, примерно минуты на четыре, я думаю. Вы хотите спросить, почему так долго? У него скованы руки, знаете ли… Это слегка усложнит смерть этих ничтожеств.

– А…

– А у входа дежурит Иштван. Снаружи никто их не побеспокоит.

– Во-о-от как! – определённо, Виньярд был интересным экземпляром, и Соннелон намеревался извлечь максимум удовольствия от этой встречи.

Глава 6, в которой речь идет о превентивных ударах

Соннелон на удивление легко согласился, чтобы носферату и его цепной пёс сопроводили Лиама Мак-Магона в место заточения.

– Я покажу вам свою коллекцию! – сказал он. – Там есть уникальные экземпляры… Клирик будет отличным дополнением!

Сью заподозрил недоброе, но был готов к неприятностям. Даже более того – ждал их. Всё время, пока они летели за личной яхтой Тёмного советника к Халф Три Халлоу – резиденции Соннелона – Виньярду хотелось пальнуть ему в двигатель из курсовых турболазеров. Но нужны были доказательства – вдобавок к пеленгу пангейской ПКО и видеозаписи с подводным судном на антигравах требуется что-то более вещественное. И компактное. По крайней мере, чтобы можно было увезти на «Эрнесте».

Видео легко объявить монтажом – да и мало ли кто может создать аппарат, похожий на пангейский? О сигнале противокосмической обороны и говорить нечего – со свойственным им пренебрежением пангейцы просто отмахнутся. Мол, ваша убогая техника снова заискрила. А вот добыть сам аппарат и не пристрелить до этого Соннелона и как можно больше тёмных – это достойная задачка!

«Щелчок» помогал ему держать себя в руках, иначе Виньярд бы точно сорвался. Помимо доблестного безопасника из операторской, он успел увидеть на Аларм-Форест и другие примеры величия человеческого духа. Какую бы гадость ни подпустили в систему водоснабжения ла-вейские уроды, она не смогла заставить скрежещущую зубами от злости молодую мать причинить вред своим детям. Девушка дрожащими руками меняла двум близняшкам-карапузам подгузники, плача от злости. Ведь в такой неподходящий момент они сделали своё грязное дело!

И дедушка с ружьём для подводной охоты сумел сдержаться и не выстрелил в спину шумной молодёжи, что хором орали какие-то воинственные песни, намереваясь взять штурмом резиденцию директора. Это ведь были его соседи, этих ребят он знал с тех пор, как они пешком под стол ходили, и весь галдёж и бардак, который устроили эти юноши и девушки, не были поводом, чтобы закончить одну из молодых жизней, нанизав на гарпун!

– В тёмные времена хорошо видно светлых людей, – сказал Сью.

– Это Ллевелин Подорожник сказал? – спросил Лиам.

Виньярд пожал плечами. Вообще-то это сказал Ремарк, но старый клирик вряд ли знал Ремарка.

Иштван выводил «Эрнест» на глиссаду, финишной точкой которой была вершина гигантского семисотэтажного мегахауса.

– Мы всё разведаем – и устроим им Варфоломеевскую ночь, – пообещал Сью. – Вы знаете, что такое Варфоломеевская ночь?

– Я знаю только Вальпургиеву, – на секунду отвлёкся от штурвала ликан. – Это что-то похожее?

– 24 августа 1572 года, в канун дня святого Варфоломея, в Париже, на Старой Терре, католики устроили резню гугенотов… Они входили в каждый дом и убивали всех, кого считали еретиком – тридцать тысяч человек. Одного за другим. Настоящий геноцид по религиозному признаку. В роли гугенотов будут тёмные, а я зайду в каждый мегахаус, уж поверьте…

До вершины Халф Три Халлоу осталось совсем немного, и Иштван уже закладывал вираж следом за яхтой Тёмного советника, когда Мак-Магон спросил:

– Сью, ты в этом понимаешь больше меня… Вот эти твои католики и гугеноты – и те и другие следовали учению Иисуса, да?

– Ага.

– И говорили на одном языке?

– Ну да.

– Так какого же лешего… А-а-а-а, я знаю, что ты сейчас ответишь.

– Потому что это нормально, – не стал обманывать его ожиданий Сью.

– Вот и толку было тебя спрашивать?

* * *

Огромное синтетическое чёрное полотнище с белой пентаграммой свисало чуть ли не на сорок этажей с вершины Халф Три Халлоу. Пентаграмма уже подёрнулась зеленью, в полотне появились крохотные дырки. Сью стало даже интересно – кто мог оценить такое произведение пропагандистского искусства? На поверхности Кроули редко встретишь митингующие толпы или праздных зевак…

Интерьер мегахауса тоже был оформлен в излюбленном стиле ла-вейских сатанистов: глянцево-чёрное, кроваво-красное, какие-то мрачные граффити, цепи, человеческие черепа и прочая ужасно страшная и имеющая целью нагнетать дичь атрибутика. Апартаменты Соннелона от всего этого мракобесия отличались точно так же, как его жилетка и бабочка – от балахонов и амулетов аколитов. Это был роскошный пентхаус, со всеми возможными удобствами, снабжённый ультрасовременной пангейской техникой и украшенный в соответствии с сибаритскими вкусами хозяина доброй половины Кроули.

– Пройдёмте, пройдёмте, – поманил он разведчиков за собой. – А вы – оставайтесь, оставайтесь.

Аколиты остались за пределами апартаментов. Только задвинулась с мягким звуком входная панель, изолировав охрану, Лиам Мак-Магон рванул в сторону. Ему нужно было это сделать, иначе никто бы не поверил в реальность происходящего. Он был клириком, а значит – должен сражаться до конца! Сью сбил его длинной подсечкой, Лиам быстро-быстро пополз в сторону развешенного на стене антикварного оружия, но был придавлен к полу ногой мнимого носферату:

– Мы определились с тобой в кампусе, старик! – сказал Виньярд. – Я быстрее тебя. Мы проверяли это уже сколько?.. Пятьдесят девять раз. Зря ты не убил меня выстрелом в затылок из засады, когда у тебя был шанс… Теперь мистер Соннелон устроит настоящий аттракцион по твою душу. Да, мистер Соннелон?

– О, да! Давайте скорее определим для него подходящее место и разберёмся с наградой, – теперь Тёмный советник всё же был склонен считать эту странную парочку настоящими изгнанниками, а не шпионами и агентами враждебных делу Ла-Вея сил.

Но это не делало носферату и ликана менее опасными типами. У аристо явно не в порядке с головой, и терпеть его рядом с собой было идиотизмом таким же, как если бы кому-то вздумалось жонглировать боевыми гранатами, взрыватель которых поставлен на удар. Соннелон мечтал поскорее избавиться от них, например, спровадить куда угодно – подальше от Кроули, и заняться, наконец, своей коллекцией. Были у него и другие идеи насчёт этих двух. Он, в конце концов, имел право поразвлечься!

– Что угодно из этой комнаты и что угодно – из этого каталога, – тёмный протянул широкоформатный планшет. – В пределах разумного, конечно! Вы осмотритесь, но мы сюда вернёмся и решим вопрос. Клянусь Князьями Тьмы – я сделаю так, как обещал: награда будет на ваше усмотрение.

Он достал из кармана жилетки сделанный под старину изящный металлический ключ и подошёл к тяжёлой металлической двери. С пугающих барельефов смотрели горгульи, кривили свои когтистые пальцы и высовывали языки.

– Да-да, я здесь сделал всё под себя. Местные сабы – чрезвычайно искусные мастера, представляете? Никогда бы не подумал…

Наконец, с грохотом и лязгом двери отворились. Дохнуло дезинфекцией, кровью и человеческим страхом.

– Серебряные клетки, каково? – широко улыбнулся Соннелон. – Изящно, правда? Вот, взгляните: там у меня снайперская пара спецназа Протектората, здесь – настоящий шиноби с Сайонары… Был ещё медвед, рыжий такой – но он, мерзавец, разгрыз себе вены и истёк кровью. Рашены не сдаются, знаете? Вот – Сю Вонг, киллер из сектора Чайниш. На Хо за него дают пятьдесят миллионов жэньминьби, а я не беру – мне порой нравится кромсать его. Альтрайт, представляете? Настоящий герр гауптманн с Нойшванштайна! За всё время не сказал ни слова! Честь и кровь, и все дела. Зыркает своими голубыми зенками, думает, дырку прожжёт… Твой Фатерлянд плевал на тебя, зольдатен! Тебя прожевали и выплюнули, и я тоже – прожую и выплюну. Но я ещё не наигрался! А вот – жемчужина коллекции.

Сью порадовался, что держал «щелчок» всё это время. Прикованная длинными изящными цепочками за руки и ноги к прутьям решётки, на них смотрела эльфийка. На её нагом, прекрасном теле не было видно следов побоев или издевательств, фигура была идеальной, лицо – симметричным и пропорциональным…

– Светлая княжна с Рованиона. У меня с её папашей тут случился конфликт интересов, прямая конкуренция. Он послал свою дочурку решить вопрос, а в итоге теперь только я решаю что и когда ей делать!

– Блёдэ дхойнэ! – выплюнула эльфийка и потупилась.

Ликан шумно сглотнул, Виньярд незаметно покосился на него – с Иштваном происходило что-то странное. Его лицо покрылось красными пятнами, а сам он не знал куда девать глаза.

– А вот и место для вашего подарка… – с довольным видом проговорил Соннелон.

– Это нормально, – только и смог прокомментировать Сью.

* * *

Ноги и руки клирика оказались затянуты в крепкие кожаные ремни (помимо оков), на голову Соннелон сноровисто надел металлическую шапочку. Стул, на котором сидел Мак-Магон как будто достали прямиком со съёмочной площадки дурацких фильмов ужасов. Именно на таких предметах мебели давным-давно казнили матёрых преступников при помощи электричества.

– Тебе удобно, святоша? – Тёмный советник похлопал клирика по щеке. – Сейчас мы закончим с этими достойными господами, и я вернусь сюда… Будешь пускать слюни и гадить под себя на глазах прекрасной эльфийки. Да-да, госпожа Аркуэнэ, вы будете на всё это смотреть и страдать – и ничего не сможете с этим поделать! Вы, эльфы, любите решать вопросы чужими руками, и понятия не имеете, что творится на дне миров… Полюбуешься, вдохнёшь изысканных ароматов человеческих мук – посмотрим, как запоёшь после этого!

Кейнэ Аркуэнэ могла бы рассказать Соннелону кое-что о социальном дне – но собиралась это сделать в несколько других обстоятельствах. Её больше заинтересовал молодой светловолосый варвар в кожаной одежде, который как-то странно смотрел на неё. Это что-то могло значить, возможно – шанс, пусть и крохотный… Может быть, он её узнал? Он показался ей знакомым, но откуда – уловить мысль у эльфийки не получалось. Если он охотник за головами – это было просто прекрасно! Такой точно не упустит возможности подзаработать и донести весточку до владыки Белеготара…

Но странная парочка покинула личную юдоль скорби Соннелона, скрывшись за дверью с барельефами. А хозяин этого места ещё немного задержался, не отказав себе в удовольствии плюнуть в рожу шиноби. Тот здорово огорчил Соннелона, пытаясь умереть от кровопотери, откусив себе язык, и теперь щеголял с круглым кляпом во рту.

А Виньярд уже сидел в мягком кресле и листал планшет, выбирая награду.

– Сью, я не уйду отсюда, не освободив их всех, – сделав вид, что разглядывает из-за плеча господина каталог, сказал Иштван.

– Правильная идея, – хмыкнул Виньярд. – Ты сможешь управлять специализированным медицинским корветом?

– Я смогу управлять всем чем угодно! А как мы…

Соннелон закрыл дверь ключом, прошёл по пушистому ковру и сел напротив Сью, закинув ногу на ногу:

– Я гляжу, уже присматриваете себе оплату? И как?

– Кажется, насмотрел. Мой катерок как-то не удовлетворяет насущных нужд, хочется чего-то попросторнее…

Космический корабль – это было, конечно, дорого. Но даже заявленные Элле Фиц-Балберит десять миллионов ни одна из имеющихся в доступе моделей не покрывала. Поэтому Соннелон расслабился, ровно до тех пор, пока носферату не продолжил:

– Ещё мне нравится ваш письменный стол, вот этот ковёр и ваша бабочка. Очень стильно. Ну и накинете мне акций «Кроули-экспортерс», миллиона на три…

– Аппетиты у вас! – Тёмный советник потрогал бабочку у себя на шее.

Это было унизительно, что тут скажешь! С другой стороны – поделом. Он мог сразу принять их в своей резиденции, а не попытаться обмакнуть в говно на Аларм-Форест.

– Имею право, – чёрные глаза носферату сверлили Соннелона взглядом. – И как последняя деталь оплаты…

Вот тут хозяин апартаментов напрягся по-настоящему сильно, но тут же облегчённо выдохнул, потому что Сью сказал:

– Вы расскажете мне, что за чертовщина происходила в том мегахаусе… Но не травите оккультных баек, ладно?

– Да, да… Эй, Агог! Давай, запишем под протокол что я передаю в собственность господину Сью Виньярду за оказанную мне неназванную услугу, и ты займёшься доставкой, а мы пока побеседуем здесь… И пусть принесут вина и чего-нибудь, ну-у-у-у… – он повертел пальцем в воздухе.

* * *

– … каждый из этих людей считал, что вправе злиться! Они давно желали уничтожить всех ублюдков, которые так сильно мешают жить. Сосед громко слушает музыку за стеной, коллега по работе постоянно лебезит перед начальством, и ему дают премию, а тебе – нет… В конце концов, бешенство уборщицы, которая только-только помыла пол, а ей натоптали сапогами, тоже вполне логично! Натура человека – звериная, страшная… Я не имею в виду вас, мистер Чонгор… Люди издавна обвиняли в своих грехах сверхъестественные тёмные силы, которые якобы нашёптывают им в уши греховные мысли. Чушь! Давно стоит признать: человек – настоящий мерзавец по определению. И достаточно всего лишь одного крохотного камешка, который только тронь – и лавина ярости ринется наружу, сметая всё на своём пути. Но! – Соннелон явно наслаждался, толкая в массы философию Ла-Вея. – Совершенно очевидно, что право на ярость имеют только сильные, решительные люди, хищники по своей природе. Ярость слабака с птичьей грудью, пузиком и тонкими ножками смешна по определению – его соплёй перешибить можно. Да, физическую слабость можно преодолеть решительностью – найти оружие и быть готовым применить его, выплеснув свою ярость! Это и произошло в каждом из тридцати семи мегахаусов Кроули, которые сейчас под нашим контролем. Обряд для сотен тысяч человек одновременно – Князья Тьмы будут довольны. Сейчас происходит осознание многих, кто будет иметь право! А дрожащие твари или сдохнут от рук достойных, или станут сабами… Их рабская натура также нуждается в осознании. Части людей приятнее терпеть побои, чем наносить их. Они не хотят нести ответственность за свои жизни, им нужен кто-то, кто решит всё за них – что есть, когда спать, куда идти и чем заняться в следующую секунду. Мы дали возможность каждому кроули проявить себя, осознать сущность своего «Я» или сдохнуть.

Иметь прозрачные окна на этой сумасшедшей планете было кричащей экстравагантностью. И сейчас, увидев силуэт медицинского корвета, промелькнувший снаружи, Сью мысленно поблагодарил Бога за то, что Соннелон был именно настолько экстравагантным. Он мог сколько угодно втирать дичь – а ничем иным его слова не были. Единственной причиной, по которой Тёмный советник ещё не умер насильственной смертью, был тот факт, что Сью тоже кое-что осознал. Личина мнимого носферату ему нравилась. Эдакое чёрное альтер-эго, могущее быть полезным в сложных жизненных обстоятельствах. И потерять его просто из-за желания убить Соннелона здесь и сейчас было бы просто глупо. Поэтому оставалось только спровоцировать этого морального урода:

– По вашему выходит, что есть только два типа людей, да?

– Волки и овцы, господин Виньярд, волки и овцы… Так было всегда.

– Мне ли напоминать вам о сторожевых псах и пастухах? Картина мира всегда была более сложной, чем банальный дуализм. Мы посетили офис Службы Безопасности – кстати о сторожевых псах. И да, многие из них вцепились друг другу в глотки, но один пожилой оператор каким-то образом сумел сохранить рассудок, хотя и разбил себе лицо о клавиатуру и отжимался каждые пять минут.

Соннелон очевидно напрягся, и его пальцы вцепились в подлокотники.

– Этот человек не давал себе сойти с ума до тех пор, пока не увидел нас и не передал нам некую видеозапись. Ему нужен был хотя бы призрачный шанс, хотя бы эфемерная надежда на то, что его родной дом-город-остров будет отомщён. И те, кто устроил хаос, понесут заслуженное наказание… Знаете, у них там были камеры не только по периметру и внутри мегахауса. Зачем-то парочка была установлена у воздухо– и водозаборов… И знаете, что было на этих записях?

– Агог!!! – закричал Соннелон, и тут же в апартаменты ворвались аколиты с оружием в руках.

Тёмного советника смутило спокойствие носферату и его спутника, но он не смог удержаться от ещё одной пафосной речи:

– Знаешь, господин Виньярд, я в любом случае был готов это сделать. Я не собирался выпускать тебя с Кроули – дорогое удовольствие. Но окончательно я всё решил, когда снова посетил свою коллекцию… Неужели я откажусь от настоящего носферату – или того, кто искусно за него себя выдаёт? Ликан у меня был, но и для этого я найду местечко. Медицинский корвет и вправду прибыл на Халф Три Халлоу, но он привёз Тёмных Стражей – которые сейчас спускаются прямо сюда, к нам… Ты расскажешь мне всё, Виньярд… Но для начала ответь: Сью – это ведь женское имя?

Соннелон ожидал любой реакции – но только не той, которую продемонстрировал этот странный тип с женским именем. Он сложил руки на груди, глянул на своего спутника и кивнул:

– Это нормально.

Глава 7, в которой у Сью свистит фляга

Последней мыслью Тёмного советника Соннелона перед тем, как из его головы вылетел фонтан крови, мозгов и осколков черепа, было что-то вроде «Зачем он сунул руки под мышки?»

Носферату не пользовались дальнобойным оружием, как, впрочем, и ликаны – это был общеизвестный факт. Но для вторых иногда бывали допущения – особенно, если по каким-то причинам зверолюды не могли или не хотели являть миру боевую ипостась. А вот аристо Ракоци с пушкой – это была комедия, хохма, нечто немыслимое и нелепое.

Правда, огненный дождь, который обрушил с обеих рук на вбежавших в комнату аколитов Сью Виньярд, не показался им ни смешным, ни нелепым. Они валились на пол как подкошенные, каждый – поражённый выстрелом в самое сердце.

Тактическая схема, по которой Виньярд работает на дальней дистанции, а Иштван берёт на себя ближний бой, прикрывая парня во время перезарядки и приканчивая тех, кто каким-то чудом уцелеет, была продумана и обговорена ещё во время полёта, но ни разу не применялась на практике. И сейчас доказывала свою убийственную эффективность. Охрана отправившегося в ад на встречу с Князьями Тьмы Соннелона была перебита примерно за минуту.

– Что, всё закончились? – Виньярд опорожнил барабаны револьверов, и гильзы зазвенели по полу.

Он подошёл к обитой красной кожей входной двери, перешагивая через трупы убитых аколитов, и прислушался. За секунду до того, как с его губ слетел предостерегающий крик, дверь от направленного взрыва с грохотом распахнулась, и Сью получил в грудь заряд картечи из штурмового дробовика. Силой выстрела его унесло метра на три вглубь помещения, в глазах потемнело…

Иштван уже выл лютым зверем, кинувшись наперерез штурмовой группе в лёгкой чёрной броне. На самом деле Чонгор приготовился к смерти – одному, без Виньярда, ему не выстоять. Да и противник попался по-настоящему опасный: залитые по самые брови боевыми эликсирами Чёрные Стражи втроём могли вполне одолеть ликана – по крайней мере, сейчас они именно это и делали, пытаясь достать его виброножами, которые ловко порхали в их руках.

Ситуация изменилась кардинально через несколько мгновений, когда Иштван таки дотянулся до горла одного из тёмных, получив взамен три страшные раны.

Дверь в узилище уже мёртвого Тёмного советника отворилась, и оттуда посыпались вчерашние пленники, вполне профессионально рассредотачиваясь по апартаментам и вооружаясь трофеями. Чёрные Стражи открыли огонь, и кто-то из беглецов рухнул навзничь, а под ним начала расползаться лужа крови, но остальные успели укрыться за предметами интерьера.

В тот же самый момент из мёртвых восстал Сью Виньярд. Его плащ изготовлен из шкуры горгорианского дракона и с кинетической энергией у этого материала были свои собственные, весьма причудливые отношения. А потому мнимый носферату был вполне боеспособен. Выронив револьверы во время своего зрелищного полёта, теперь он выхватил рапиру и устремился на помощь истекающему кровью ликану.

Скорее всего, рёбра сломаны, и гематома на груди останется впечатляющая – но кипящий в крови коктейль из гормонов, экстренно вырабатываемых подконтрольными мозгу железами, и отключённые болевые ощущения делали его грозным противником. Рапира мелькала в руке Виньярда подобно молнии, поражая тёмных в сочленения доспехов, кроша тактические очки и выбивая коленные чашечки…

* * *

Лиам Мак-Магон, ухватив сразу два лазерных пистолета, взял под прицел входную дверь и вёл отсекающий огонь, предоставляя Виньярду возможность расправиться с полудюжиной Чёрных Стражей.

Освободиться от навязчивых объятий электрического стула стоило клирику вывихнутых суставов кистей рук, которые пришлось быстро вправлять, шипя от боли. Спецназовцы, шиноби, киллер, эльфийская княжна, офицер альтрайт – Соннелон собрал в своей коллекции взрывоопасный комплект. Каждый из пленников готов зубами рвать своих мучителей – и когда за дверьми с барельефом послышались долгожданные звуки боя, узники поднажали, выбили дверь и вырвались на свободу.

И теперь, вооружённые раритетным холодным оружием со стен и вполне современным образцами, снятыми с трупов врагов, они вступили в бой. Немного замешкалась лишь эльфийка: ей, для того чтобы привести себя в боевую готовность, нужно было ещё и одеться. Щегольские брюки в полосочку она стянула с остывающего трупа Соннелона, лёгкий бронежилет – из-под мантии одного из аколитов. Вооружилась княжна Аркуэнэ шамберьером Тёмного советника.

Альтрайт распотрошил разгрузку одного из убитых Виньярдом и Иштваном Чёрных Стражей и одну за другой достал несколько колбочек с кроваво-красной жижей внутри.

– Это будет не лишним, камераден! О последствиях подумаем позже, йа…

Сомнительное предложение приняли почти единогласно. От допинга отказались только Мак-Магон с эльфийкой – организмы генетиков несколько отличались от человеческих, и предсказать их реакцию на стимуляторы тёмных было сложно.

* * *

Получив подкрепление от максимально мотивированных и отлично подготовленных бойцов, сражающиеся на пределе своих возможностей Виньярд и Чонгор воспряли духом. Удары хлыста и треск разрядников на концах дубинок, блеск стали и редкие выстрелы заполнили апартаменты. Атака штурмовой группы Чёрной Стражи захлебнулась кровью.

Погиб киллер-китаец, один из спецназовцев – номер два в снайперской паре… Все были ранены, кроме эльфийки и ликана, но Иштван, видимо, уже принялся заращивать повреждения.

Сью поднял револьверы и, перезаряжаясь, оглядел потрёпанное воинство.

– У нас там целый медицинский корвет. Кто-нибудь знает, как управиться с медкапсулами? – спросил он.

– Я, – сказала Кейне Аркуэнэ. – Я разбираюсь в медицинском оборудовании.

– Не знаю как вас по имени, мисс, но помогите этим людям. Лиам, прикроешь?

Клирик, у которого поперёк лица росчерком пролёг кровящий шрам, совсем по-детски шмыгнул носом и кивнул. А потом подозрительно уставился на Виньярда, который замер в дверях, прислушиваясь.

– Ты куда это собрался, парень?! Только не говори мне…

– Я убью их всех, как и обещал. А потом вернусь в Аларм-Форест – и там тоже их всех убью.

– … что собираешься в одиночку воевать с целым городом. Поня-а-атно… – помрачнел клирик. – Иштван, сколько у него патронов?

– В портупее – пятьдесят шесть…

– Схожу на «Эрнест» – отрезал Виньярд. – Как раз помогу с ранеными.

– Да ты и сам… – клирик увидел холодный прищур чёрных глаз и молча принялся перезаряжать лазерные пистолеты.

Батареи требовали замены, если он собирался на самом деле кого-то прикрывать. Сью, Иштван и эльфийка помогали раненым мужчинам, альтрайт передвигался сам, собирая трофеи.

Автоматические дробовики револьверного типа, которые использовали для боя на коротких дистанциях Чёрные Стражи, доказали свою эффективность, и доблестный гауптман явно намеревался использовать их в дальнейшем.

– Герр… Э-э-э-э, камерад, возьмёте шрётфлинт? Дробовое ружье? Я подниму в капсулу этого маленького храбреца и вернусь к вам…

Клирик с благодарностью принял оружие и патронташ, и проводил взглядом альтрайта, который перехватил под мышку мелкого шиноби и потащил наверх – к посадочной площадке. Он всегда считал, что байки про шовинизм и ксенофобию жителей системы Эрики – в основном досужие домыслы. Стал бы шовинист и ксенофоб заботиться об азиате с Сайонары? Очень вряд ли… По крайней мере, Лиам, сам будучи шовинистом и ксенофобом, ни одному НАСТОЯЩЕМУ носферату руки бы не подал.

* * *

– Э-э-э-э, мистер, не знаю вашего имени, вы просто сверлите меня взглядом! Я заметила, как вы смотрели, когда посетили то ужасное место вместе с Соннелоном, но так и не смогла вспомнить… – Кейнэ Аркуэнэ настраивала через бортовой компьютер корвета основные параметры работы медкапсул и из-под густых длинных ресниц бросала на Иштвана быстрые взгляды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.