Юлия Евдокимова
Италия: жизнь в замке в XXI веке

«Юлия- тонкий знаток и ценитель итальянской кухни и прочих итальянских тем».

Джангуидо Бреддо, почетный консул Италии, член Академии истории итальянской кухни, автора книги «Настоящая итальянская паста».

***

«Аппетитные бестселлеры Юлии Евдокимовой: Италия, которую можно попробовать на вкус».

Газета «Аргументы и факты».

***

«На книжной полке- тайны и туманы».

Журнал «Италия».

… Красивы замки старых лет.

Зубцы их серых башен

Как будто льют чуть зримый свет,

И странен он и страшен,

Немым огнем былых побед

Их гордый лик украшен.

Мосты подъемные и рвы, —

Замкнутые владенья

Здесь ночью слышен крик совы,

Здесь бродят привиденья.

И странен вздох седой травы

В час лунного затменья…

(Константин Бальмонт)

В древних замках меня всегда интригует жизнь,

которую они видели пролетавшей мимо и которую

частично сохранили и сегодня.

Кто знает, какие сны еще прячутся в их башнях!

(Фабрицио Караманья, итальянский

журналист и блогер)

Замок- это история, которая хочет быть рассказанной.

(Неизвестный автор.)

Замок- это мечта. Не зря хрупкие мечты, которые вряд ли сбудутся, называют замками- воздушными или песочными.

Но замок – это надежда. В отличии от древних крепостей нам не суждено прожить тысячу лет, но и в нашей жизни любые невзгоды пройдут, потому что они не вечны. Вечны лишь человеческие ценности, и прежде всего- любовь. И пока стоят замки – будут и рыцари, и прекрасные дамы. Один из гроев этой книги сказал, что замок – это убежище от хаоса современной жизни.

Здесь история осязаема, а сказки, оказывается, реальность! Старинные стены хранят тайны, по коридорам бродят тени прошлого… в башнях живет волшебство, старательно прячась от современности.

Но замки из этой книги- совсем не музеи. Это дом! Здесь до сих пор живут семьи, открывшие нам свои двери. И нам очень повезло, ведь в эти замки не пускают туристов, и правда, что за удовольствие, когда по твоему дому водят эккскурсии!

Владельцы замков расскажут о своих предках и поделятся удивительными историями. Не только историческими фактами, но и рассказами о фамильных привидениях, о драконах, наводивших ужас на окрестные земли, о героях, которые сражались с ними.

Каждая глава откроет нам новый замок, новую историю, новую тайну.

Давайте вернемся в детство, почувствуем себя рыцарями и принцессами, побродим по узким коридорам, исследуем секретные комнаты и глубокие подземелья. Эти замки не выдуманы для очередного фильма в стиле фэнтези, они живые!

Мы узнаем, как строились замки, как жили в их стенах в Средневековье, и как живут сейчас, а заодно воспользуемся несколькими рецептами из семейных архивов и научимся украшать стол к рождественскому ужину.,

Знаете сколько в Италии замков? Более 45 000!

Италия разделяет первое место в мире с Францией, где их такое же количество. На втором месте Ирландия с 30 000, на третьем – Германия с 25 000 замков. В других странах их намного меньше, в Чехии – 932, в Испании – около 2500, в Великобритании. И статистика не случайно использует слова "около", "более"… Представляете, сколько еще «неучтенных» замков скрывается среди темных лесов!

Я хотела включить в эту книгу множество фотографий. К сожалению, они плохо вписываются в электронный формат, приходится довольствоваться лишь несколькими фото иллюстрациями по каждому замку. Без них нельзя- впечатление будет не полным.

***

Есть люди, которые говорят "мой дом – моя крепость" в самом буквальном смысле, ведь они родились, выросли и до сих пор живут в замке.

Внизу шумит городок, слышен звон бокалов в маленьких тратториях, перекликаются через улицу соседки, раскланиваются старички на вечернем променаде; кондитер печет восхитительные пирожные и плывёт над улицей запах лучшего в мире итальянского кофе. А наверху, там, куда сходятся улочки и переулки, застыла тёмная громада замка.

Его владельцы несут на плечах огромную ответственность за свой род, его славные страницы. И они не сомневаются, что магия существует, ведь только что по коридору проскользнула дама в белом, а рыцарь в доспехах скрылся в башне.

Хозяева замков такие же, как мы. Так же любят, оплакивают потери, переживают неудачи. Но однажды спускается туман, звучит старинная флейта и оживает древнее волшебство там, где забытые сны запутались в лабиринте башен.

"Пойдем со мной, любовь моя!" – назвал неизвестный композитор свою пьесу, случайно найденную среди бумаг в архиве. И эта книга, несмоненно, о любви, ведь без нее – какие рыцари и какие прекрасные дамы! И это любовь заставила однажды короля жениться на даме совсем не королевских кровей, а блестящего принца влюбиться в скромную девушку.

За стенами замков- современный мир. Как же он сочетается с древними корнями, с древними стенами, с портретами предков и гербом над камином?

Каково это – жить в замке в XXI веке?

Глава 1. Мы всегда жили в замке. И… любили Россию.

Читать – это обнаружить себя в замке

с тысячей комнат и ключами, открывающими

их все, одну за другой.

Стивен Кинг.

Среди серебряных оливковых рощ и зеленых виноградников ползет на гору маленькая итальянская деревня. Даже те, кто никогда не был в Италии, узнают этот пейзаж и легко представят типичную картину: старинные арки, в которых виднеются холмы и долины, старички, оживлено жестикулирующие на вечернем променаде на площади, колокольня над крышами, острый аромат розмарина по утрам после дождя, цветы, пробивающиеся сквозь древний камень.

Все точно так, как в кино или на открытках. Полная безмятежность и нега. Разве что привычные споры мясника Лучано с учителем Маурицио о том, как правильно ухаживать зимой за оливковыми деревьями регулярно взрывают тишину.

Конечно, городок вовсе не волшебный; как в любом другом месте старые стены прячут любовь и предательство, скандалы и романтику, горе и радость. Но случайно попавшие сюда туристы этого не заметят.

Регион Абруццо и Молизе находится гораздо ближе к Риму, чем Милан или Венеция, но сюда редко попадают туристы. Здесь нет великих музеев, автобус ходит от одной деревни до другой всего пару раз в день, старушки в черном плетут свои кружева, на местных праздниках колдуны предсказывают будущее, а на руке в кожаной перчатке гордо восседает сокол.

Это совсем другой мир!

Здесь та Италия, которая потеряна в туристических местах, аутентичная, живущая своей небогатой жизнью. В горах издавна прятались разбойники, да что говорить, даже в современных сериалах свирепые горцы нет-нет да и украдут какого-нибудь бизнесмена или политика, спрячут в своих скалах под снежными шапками в ожидании выкупа. В этих странных землях стерлись недостатки юга и смягчились северные черты.

Молизе полон соборов и монастырей, от Изернии до Венафро поднимаются купола над незнакомой Италией. И отелей-то привычных почти не найдешь, лишь маленькие пансиончики да диморы – старые палаццо с запыленными фресками и антикварной мебелью ждут случайных гостей. Трещат двора в камине, ярко вспыхивают свечи в хрустале старинных люстр.

Над многими деревнями уже второе тысячелетие возвышаются замки. Холодные и неприступные, совсем не гламурные. Здесь проще представить рыцаря на быстром коне, чем балы и приемы. Особенно в те прохладные утра, когда туман накрывает и деревню и колокольню, и лишь древние башни по-прежнему врастают в небо над туманом, охраняя свою долину и ее жителей.

ЗАМОК С ВИДОМ НА ГОРЫ.

Каждое лето и каждую зиму вся семья приезжала в замок. И мальчик, названный, словно античный герой, Гектором, каждое утро просыпался в своей комнате и прислушивался, ведь старинные дома всегда полны звуков. А если дому тысяча лет, представляете, какие тайны скрывают его стены!

Мальчик лежал в постели и предвкушал приключения. Он любил бегать по бесконечным коридорам и лестницам, рассматривать доспехи, представлять себя рыцарем, защищающим замок от невидимых врагов. В его воображении оживали древние легенды, он сражался с драконами и спасал принцесс, пусть эти роли играли маленькие сестренки.

Однажды на Рождество, когда городок за стенами замка засыпал снег, мальчик нашел в библиотеке дневники своих предков. Он узнал о королях и заговорах, о том, что его предки были не только владельцами, но и защитниками городка и замка. Прочитал о подземных ходах, где прапрабабушка прятала драгоценности в случае осады, а прапрадедушка подружился с русским принцем.

Тогда он впервые понял, что замок – не просто место для игр. Замок хранит прошлое семьи, связывает его, маленького мальчика, с предками. И даже игры с доспехами – часть истории его рода. Так родилась особая связь, замка и его будущего владельца.

Пройдет много лет, мальчик вырастет и станет известным человеком. А его сын, названный фамильным именем Алессандро, однажды так же найдет в библиотеке старые книги, ведь замок всегда знает, в какой момент открыть страницы своему будущем синьору

Эти истории согреют сердце и наполнят душу гордостью за свою семью и за свой дом – замок, в котором они живут уже тысячу лет.

Да, именно вторую тысячу лет возвышается над маленькой деревней замок герцогов д’Алессандро ди Песколанчано; первую крепость построили на этом месте около 573 года.

Примитивная крепость разрослась в эпоху Карла Великого к 1024 году. В XII веке владельцем замка стал рыцарь Рудджеро, а замок назывался Песко-Ланджано, от латинского «песклум ланцанум» – крепость норманнского ленника на скале.

Возле замка возникла деревня, а феодалы занялись ее развитием. Кровь семьи смешалась с известными именами Неаполитанского королевства – от Карафа до Эболи.

Здесь не только занимались сельским хозяйством, но и вывели породу коней, которые прекрасно преодолевали препятствия – cavalli-saltatori, лошади-прыгуны. 3й герцог Песколанчано (так изменилась со временем фамилия, давшая имя семье и деревне) написал популярный пятитомный учебник для всадников. Герцог рассказал о правилах езды верхом, владении оружием, о правильном уходе за конем и даже о лечении лошадиных болезней.

– В спорах шпаги не меньшую роль играет мастерство коня, – утверждал автор.

Семья д’Алессандро приобретала владения в Тоскане и Умбрии, им принадлежали дворцы в Неаполе и Южной Италии. Символ семьи- лев украсил гербы и щиты. А замок Песколанчано всегда оставался главным семейным гнездом.

***

Лев и орел наиболее часто встречаются в семейной геральдике итальянской и европейской знати.

Самая распространенная поза – лев «неудержимый», изображенный в профиль стоящим на задних когтистых лапах (две передние вытянуты почти вертикально) вперед и с высунутым изо рта языком; фигура обычно смотрит влево. Когда на гербе появляется пара львов, они смотрят в разные стороны.

Иногда лев изображается проходящим сквозь щиты, иногда на голове зверя корона. Лев, как царь-правитель всех животных, символизировал силу, величие, власть, а также благородство и мудрость правящего класса того времени.

СТРАСТЬ ГЕРЦОГА Д’АЛЕССАНДРО

Герцог Паскуале Мария Песколанчано, прозванный «ceramologo»

(человек, изучающий керамику, как науку или искусство), в юности увлекся пришедшим из Франции течением, которое одни называли просветительским, другие – эзотерическим мистицизмом. Различные тайные общества, коих много развелось в Неаполе в XVIII веке, распространяли его среди местной знати.

Не удивительно, что увлечение привело герцога к алхимии и вскоре он подружился с князем Раймондо ди Сангро ди Сансеверо. От алхимии до керамики оказалось рукой подать. Именно «проклятый», или «демонический» князь вдохновил своего собрата на изучение производства керамики и фарфора.

***

Почему же демонический?

История князя Сан-Северо до сих пор будоражит историков, а созданная им капелла является одним из самых интересных музеев Неаполя.

Это капелла Сан Северо.

Она построена в честь Оплакивающей Богородицы, Пьета, но из-за небольшого размера её называют Пьетелла или маленькая Пьета.

Построили её примерно в 1590 году после произошедших чудес.

Как-то мимо здания, стоявшего на этом месте, проводили закованного в кандалы человека, обвиненного в убийстве, которое тот не совершал. Узник увидел, что на части стены штукатурка осыпалась, и проявился образ Пресвятой Девы. Он поклялся, что если все разрешится по справедливости и его оправдают, то он преподнесет церкви серебряный медальон. Так и случилось, и оправданный узник исполнил свою клятву. После этого образ видели не раз, а вскоре молящийся перед местом появления образа первый князь Сан Северо, Джованни Франческо Паоло де Сангро исцелился от мучавшей его серьезной болезни.

Естественно, что благодарный герцог построил капеллу в благодарность Мадонне.

Нынешний вид капелла приобрела в XVIII веке, когда седьмой князь Раймондо ди Сангро пригласил ученых, скульпторов, художников для создания единого художественного комплекса. Он сам разработал, как сказали бы сейчас, его концепцию, определяя, где и какие должны стоять скульптуры, имея основательные познания в химии, создал специальный состав красок.

Так родилась та капелла, которую мы сегодня видим, ставшая музеем.

Но и это ещё не все, Капелла хранит секреты, незаметные непосвященным. Шепчутся, что это не просто капелла в честь Пресвятой Девы, но и масонский храм.

Во время работы над реконструкцией капеллы, князь Сан Северо вступил в «братство свободных каменщиков»– иначе говоря, стал масоном. Пройдя все иерархические ступени, он стал Великим Магистром всех лож Неаполя, вплоть до 1751 года, когда масонство, в связи с буллой Папы, отлучающей масонов от церкви, было упразднено неаполитанским королем.

Изучая расположение статуй и предметов декора в капелле, историки находят зашифрованные масонские символы.

Но для посетителей капеллы это в первую очередь музей, полный прекрасных произведений искусства, главным из которых является Cristo Velato – Христос под Плащаницей.

Первоначально работу должен был выполнить Антонио Коррадини, который лишь успел изготовить глиняную модель, хранящуюся сейчас в монастыре Сан Мартино. Создал скульптуру молодой и тогда неизвестный скульптор Джузеппе Сан Мартино, для которого Христос под Плащаницей стал главной работой всей жизни.

Христос под Плащаницей работа настолько тонкая, невозможно поверить, что эти легкие складки на ткани, сама ткань – тончайшая, обрисовывающая лицо, это камень.

И прочие скульптуры в капелле – «Целомудрие», «Воспитание», «Самообладание», «Божественная любовь» – прекрасны.

Каждая из них имеет аллегорический смысл, например, «Избавление от чар» означает просвещение и избавление свыше. «Приличие» посвящено женам князя, Изабелле Толфа и Лаудомии Милано, львиная шкура символизирует торжество царственного человеческого духа (лев) над низменными страстями и похотью.

Аллегории заложены в каждую из скульптур, а всего их двадцать восемь.

Князь был неординарным человеком. Первоначально скульптура Cristo Velato – Христа под Плащаницей – должна была находиться в крипте, предназначенной для усыпальницы членов семьи Сан Северо, и подсвечиваться особым составом, «вечным светом», изобретенным герцогом.

Этот замысел реализовать не удалось, но на месте крипты находится другое «чудо»– препарированные герцогом мумифицированные тела мужчины и женщины, чьи сосуды кровеносной системы в течение двух столетий остаются неповрежденными. Способа провести такую мумификацию во времена герцога не существовало! По легенде это тела двух умерших слуг, которых перед смертью напоили таинственной жидкостью, после чего сосуды окаменели. Секрет неизвестен и поныне.

Мы не знаем, какие ещё секреты хранит капелла, наверняка остались нерасшифрованными какие-то символы и аллегории.

Любопытной личностью был седьмой князь Сан Северо! Не зря называли его principe maledetto – проклятый, или дьявольский князь…

Но в любом случае он оставил нам потрясающий музей.

Эзотерические увлечения молодого герцога ди Песколанчано повлияли на выбор художественных элементов для фарфоровых изделий. Например, появились изображения пальмы на тарелках, супницах и подносах.

Что же такого в пальме, спросите вы?

Классическая кокосовая пальма, известная как «cocos nucifera», растет в тропических регионах Востока. Благодаря долголетию (такие пальмы достигают столетнего возраста) она символизировала бессмертие у древних языческих народов. Греки называли пальму «финикс» – по имени феникса, мифической птицы, возрождающейся из пепла. В Древнем Риме пальмовые листья стали символом воинской славы и одержанной победы. С приходом Христианства дерево стало символом вознесения, возрождения и освобождающего бессмертия и пальмовый лист появился на фресках и картинах в руках Богородицы и архангелов.

Пальмовая ветвь имела огромное значение для рыцарей, вернувшихся из Крестовых походов, свидетельствуя о победе над «неверными». И герцог выбрал пальму, как языческий символ и одновременно принадлежность рода к славной истории древнего рыцарства.

Историки полагают, что старинный учебник для всадников содержит аллегорические рисунки и даже закодированное послание потомкам.

Друзья молодости упокоились в двух шагах друг от друга на одной из самых очаровательных площадей Неаполя. Герцог ди Песколанчано похоронен в семейной усыпальнице неаполитанской церкви Сан-Доменико-Маджоре. Буквально напротив находятся часовня Сансеверо и гробница князя ди Сан Северо.

Но вернемся к керамике, тем более что она сыграет свою роль в отношениях герцогской семьи с Россией.

***

«Мне было около десяти лет, когда я нашел в семейной библиотеке среди множества пыльных папок бумаги юриста Гвидо Панчироли, автора краткой энциклопедии самых примечательных вещей, которые имелись у древних. Там я впервые узнал о фарфоре. В моем сознании запечатлелось описание того, как мел, молотая яичная скорлупа, кожура морской акации, казалось бы несовместимые между собой, превращаются в изысканные вазы»– писал в дневнике 6й герцог Песколанчано.

Он получил классическое образование, интересовался не только эзотерикой, но и философией, математикой, естественными науками, собрал большую библиотеку и превратил юношеское восхищение фарфором в промышленное производство.

В 1783 -1784 годах он основал в своих владениях керамический завод. Герцог прекрасно знал, что король Неаполя в подражание Людовику XIV обожал фарфор.

Для реализации проекта герцог потратил лишь собственные средства, весьма большие по меркам того времени- 600 дукатов. Он не просил о ссудах, хотя был близок к королевскому двору. По легенде, печи для производства фарфора находились в подвалах – темницах замка Песколанчано, как советовал друг, «проклятый» князь, сам державший в подвалах алхимические печи. Но архивные документы опровергают легенду: судя по ним печи располагались снаружи, с выходом во внутренний двор замка.

Результаты превзошли все ожидания. Фабрика герцога добилась успеха, ее фарфор заметили в столице королевства. Рассказывают, что король Фердинанд IV, увидев принесенные герцогом изделия, вызвал тогдашнего директора Королевской мануфактуры Доменико Венути и показал ему, как надо работать, восхваляя красоту фарфора Песколанчано.

Что же сделал обиженный синьор Венути? Поджог фабрику конкурента. В огне погибло оборудование. В восстановлении не было смысла; разрушенные печи разобрали и продали, а разочарованный герцог написал в своем дневнике: “Deus dedit, Deus abstulit; sit nomen Domini benedicium”. – Господь дает, Господь забирает. Благословенно имя Господне.

Сегодня образцы фарфора из Песколанчано находятся в лучших музеях Италии, а 25 июля 2014 года нынешний герцог д’Алессандро ди Песколанчано открыл в замке выставку фарфора, выставив сохранившиеся в семье образцы.

Но причем же здесь Россия?

НЕАПОЛИТАНСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ ЕКАТЕРИНЫ II.

428 дней, около 160 городов и почти 14 тысяч километров. Такое путешествие, настоящий гран-тур по Европе в 1781—1782 годах совершил наследник российского престола, будущий император Павел I.

В те времена такие путешествия были почти обязательны и завершали образование молодых дворян. Но в случае с наследником престола поездка преследовала и важные политические цели.

Поездка проходила анонимно. Наследник и его супруга, Мария Федоровна, путешествовали под именем графа и графини дю Нор (в переводе с французского Du Nord означает «северные»). Сопровождала графов Северных небольшая свита дворян, знакомых с заграничной жизнью.

В холодном итальянском декабре путешественники через Триест из Австрии добрались до Венеции. В их честь в Светлейшей устроили роскошный праздник, а над площадью Сан Марко пролетел искусственный голубь, рассыпая искры света на лету, изумляя присутствующих. Гостей развлекали регатой на Большом Канале, знакомили с лучшими венецианскими живописцами. Будущему императору Венеция понравилась, он особо отметил, что здесь мудро устроено правление, где «народ и правительство- практически одна семья».

Посетив Падую, Феррару и Болонью, путешественники прибыли в Рим, но остановились в Вечном городе всего на два дня, планируя осмотреть его на обратном пути. Их влек Неаполь, жемчужина европейского гран-тура. К красотам залива и древнейшим памятникам стремились аристократы и живописцы со всей Европы, многие полотна русских художников украшают живописные неаполитанские виды. И если сегодня мы взахлеб рассказываем о Тоскане или приморских скальных деревнях Лигурии, в те времена синонимом слова Италия был, конечно, Неаполь.

8 февраля путешественники добрались до цели своего путешествия, поднялись на Везувий, несколько раз осмотрели Помпеи и Геркуланум, впечатлившись археологическими раскопками.

В то время Российское государство и Неаполитанское королевство постепенно налаживали дипломатические контакты, сначала через испанских послов, затем через русское и неаполитанское дворянство, и вот, наконец, свершилось. Визит наследной четы был исключительно важен для обеих стран, не менее важным было не привлекать к нему внимания Австрии и Англии.

Для сохранения анонимности граф и графиня Северные отказались от предоставленного им королем дворца. Наследная чета «как простые путешественники» приняла приглашение видного неаполитанского аристократа Паскуале Марии д’Алессандро, герцога ди Песколанчано, поселиться в его дворце на виа Нардонес в изысканно украшенных фресками апартаментах.

Позднее герцог разместил во дворце мраморную табличку, на которой выбита фраза на латыни: «Павел Первый и консорт Мария Теодоровна гостили у герцога Песколанчано». Завершалась табличка словами: Augusto. Hospito. Dignitas – Возвышеннейший. Гостеприимство. Достоинство.

Анонимных путешественников принимали по самому высшему разряду. 10 февраля граф и графиня Северные наблюдали из своих покоев два парада в карнавальных масках: множество людей в великолепных костюмах маршировали под звуки музыки в сопровождении всяческих представлений. Оба шествия обошлись в 12 тысяч и 14 тысяч дукатов.

Один из маскарадов завершился в театре Сан Карло, где дали представление «Суд Париса». представление было необычным. Зевс, представлявший верховного судью, приказал отдать золотое яблоко «прекраснейшей королеве» Марии Каролине, которая, в свою очередь, подарила его графине Северной. Так в форме аллегорий подчеркнули политическую приверженность, взаимопонимание и дружбу между двумя дворами. Яблоко – символ раздора и разногласий и одна из причин Троянской войны, стало в тот вечер знаком дружбы и гармонии.

В последующие дни прошел маскарад, посвященный двенадцати подвигам Геракла и «Банкет Богов», которому предшествовала колесница с музыкантами, другая с девятью музами – аллегориями высшего идеала искусства. За музами следовали Аполлон в золотой вуали и крылатый конь Пегас.

Великие князья несколько раз обедали с королевской четой, Фердинандом IV и Марией Каролиной, и им настолько понравились свежие инжир и клубника, что фрукты доставлялись во дворец герцога ди Песколанчано ежедневно.

Еще одно событие, впечатлившее историков, случилось через пару дней, когда неаполитанский король пригласил Великих князей на спектакль-трагедию «Сид» Пьера Корнеля.

Как известно, Эль Сид Кампеадор – прозвище кастильского дворянина Родриго Диаса Бивара (1043–1099), легендарного рыцаря Реконкисты, героя освобождения Пиренейского полуострова от мусульман. Некоторые историки полагают, что таким образом был сделан намек на «русскую Реконкисту»– освобождение от мусульман крымского полуострова, хотя исторические даты визита в Неаполь наследника престола и Крымской войны не совпадают. Зато такая интерпретация выглядит красиво!

Полный карнавалов, экскурсий, балов и банкетов, визит обеспечил главное: укрепление отношений между дворами и ускорение вступления Неаполя в «Нейтральную Лигу» – созданный Екатериной II в 1780 году «Союз вооруженного нейтралитета» для защиты судоходства, которому угрожали претензии Англии. Также по просьбе российского министра-резидента в Неаполе Николая Разумовского пяти кораблям российской военной эскадры в Средиземном море было разрешено войти в порты неаполитанского королевства.

И вновь герцог д’Алессандро предоставил резиденцию, теперь для российского посла, связи семьи с Россией окончательно окрепли.

Пламенный любитель фарфора, основатель керамической фабрики в фамильном замке в Молизе, герцог подарил российской наследной чете предметы фарфора, изготовленные на его фабрике. Подарок не случаен: Екатерина II превратила производство в Санкт-Петербурге в Императорский фарфоровый завод, а Павел I унаследовал любовь матери к фарфору. У герцога и его августейшего гостя оказался общий интерес.

К сожалению, следы подарка затерялись, но Этторе д’Алессандро, нынешний герцог д’Алессандро ди Песколанчано, не теряет надежды узнать о его судьбе; возможно, однажды фарфор, связавший дворянскую семью из неаполитанского королевства и наследника Российского престола, найдется в музеях Петербурга. Он наверняка где-то стоит и ждет, чтобы его отыскали.

Давайте попробуем? Это стало бы интересным продолжением истории отношений двух городов, Санкт-Петербурга и Неаполя!

***

Не только фруктами кормили августейших гостей.

Проведя детство в Палермо, где Бурбоны находились в изгнании после прихода к власти Наполеона, король Фердинанд вернулся в Неаполь и взошел на престол. Ему исполнилось всего двадцать лет, но правитель сразу стал любим народом. Никакой роскоши- в одежде он предпочитал военную форму, а не королевские наряды.

Король превратил Неаполь в европейскую столицу, уступающую только Парижу и Лондону, во время его правления была открыта первая итальянская железная дорога Неаполь-Портичи. Он ревниво относился к независимости королевства и делал все для его экономического процветания. Правда, безжалостно относился к любым проявлениям демократии, жестоко наказывая смутьянов, враги даже прозвали его «королем бомбой».

Большую часть года Фердинанд проводил в великолепном дворце в Казерте, в окружении большой семьи (тринадцать детей от двух жен). Словно обычный отец, он часто бродил по величественным коридорам, устланным рядами нижнего белья и развешенных для просушки рубашек, с ребенком на руках. Гость из Швеции вспоминает, что он больше походил на богатого мясника, чем на короля.

Еда, которую предпочитал правитель, оказалась не самой подходящей для двора: макароны, пицца, капоната (овощное рагу) и лук. Последний он так любил, что сначала появлялся аромат лука, а лишь потом король.

Фердинанд любил ходить на рынок и в места, где готовили еду. Притворившись обычным неаполитанцем он посещал рождественские ярмарки на Виа Толедо, где пропадал среди прилавков в поисках любимых лакомств из сушеного инжира и прочих сахарных сладостей.

В июле 1842 года в сопровождении сорока рыцарей, королевы и придворных король посетил макаронные фабрики Граньяно. Почему именно в этом месте? Городок Граньяно еще в XVI веке был признан родиной макарон, даже городскую планировку специально изменили для доступа солнца и ветра, чтобы лучше просушивалось тесто!

В Граньяно король получил в дар огромное количество макарон и предоставил фабрикам право именоваться придворными поставщиками. «Маккеронари» Граньяно ответили взаимностью, уделив особое внимание производству «макаронов короля» – maccheroni del Re.

По рецепту макароны короля готовили весьма изыскано, действительно – не один же луком питаться правителю! Три слоя макарон приправляли тертым сыром, корицей, кусочками свежего сыра провола и большим количеством сливочного масла; затем опрыскивали розовой водой и оставляли горшочек в золе или в горячей духовке на полчаса.

Сегодня это блюдо украшает неаполитанскую кухню и вариантов его приготовления множество, от сложнейших до более простых.

***

Тимбалло ди маккерони – Timballo di maccheroni

вариантов тимбалло множество, некоторые еще сложнее, чем русская кулебяка, рагу готовится часами и за день до приготовления, добавляется горох и крутые яйца и т.д., поэтому я выбрала самый легкий вариант.

Похожее блюдо существует на севере – в Ферраре и называется феррарским пирогом.

Ингредиенты:

Для соуса бешамель:

500 мл молока

50 г сливочного масла

40 г муки

щепотка мускатного ореха

соль

Для блюда:

350 г макарон или ригатони или пенне

250 г слоеного теста

50 г тертого сыра

1 домашняя колбаска по тиуп купат

панировочные сухари

оливковое масло

соль по вкусу

Для фарша:

300 мл говяжьего фарша

1 яйцо

пара веточек петрушки

Сначала готовим соус бешамель:

Высыпаем муку на сковороду. Обжариваем в масле на медленном огне, помешивая деревянной лопаткой, пока она не приобретет выраженный кремовый оттенок, примерно 3-5 минут.

Тонкой струйкой вливаем на сковороду молоко, взбивая соус венчиком. В соусе не должно быть ни одного комочка. Солим, добавляем мускатный орех, размешиваем.

Продолжаем варить соус, помешивая еще примерно 10 минут, пока он не загустеет.

Отвариваем макароны аль денте, сливаем воду и даем им обсохнуть.

Замачиваем черствый хлеб, с которого удалили корку, в молоке. Смешиваем говяжий фарш, яйцо, нарезанную петрушку, щепотку тертого пармезана,

наконец, добавляем хлеб, выжатый из молока.

Формируем фрикадельки размером около 2 см и обжариваем их на оливковом масле; даем им высохнуть на впитывающей бумаге. Отставляем в сторону.

Затем смешиваем в миске макароны с фаршем из колбаски, фрикадельками, тертым сыром.

Берем форму для запекания, смазываем маслом и посыпаем панировочными сухарями. Выкладываем половину раскатанного слоеного теста. Далее на тесто выкладываем слоями макароны и соус бешамель.

Накрываем поверхность оставшимся слоеным тестом и выпекаем в разогретой до 180с духовке около 30 минут.

После приготовления переворачиваем вверх дном на сервировочную тарелку, подаем, нарезав ломтиками, как пирог.

***

Гастрономию короля Фердинанда называют «кухней двора и народа», у нее своя индивидуальность на фоне общего богатства кухни Неаполя. К этому периоду относится суп «минестра», ставший символом неаполитанской кухни, но пришедший на самом деле из Испании: он готовится на бульоне из различных видов мяса и колбасных изделий и приправляется овощами со склонов Везувия. Появились вермишель с солеными анчоусами (впоследствии из этого блюда родится знаменитая паста «путтанеска»), жареные угри, острые омары с тыквенным соусом, жареный праздничный десерт «струффоли», суп из цикория, свиные ребрышки, салат из капусты с брокколи и многое другое.

В XVIII-XIX веках повар в замке герцогов готовился к банкетам и воскресным ужинам с неменьшим рвением, чем королевские повара. И сегодня в архиве семьи герцогов д’Алессандро хранятся старые рецепты и меню. Некоторые блюда с небольшими изменениями готовят в Молизе и сегодня.

***

Cтруффоли – Struffoli от герцогского повара.

Ингредиенты:

Для теста

400 г муки

3 средних яйца

80 г холодного топленого сливочного масла

40 г сахара

2 ст л анисового ликера или рома

тертая цедра 1 апельсина

тертая цедра 1 лимона

1 ч л разрыхлителя без горки

1 щепотка соли

Примерно 600 мл масла для жарки

Декор:

300 г меда

2 ст л ванильного сахарного песка

3 ст л цветной посыпки (как для куличей)

1 ч л серебряных сахарных бусин

50 г цукатов на ваш выбор (вишня, цедра апельсина, и тд)

В старинном рецепте используется растопленное сало, но самые вкусные струффоли получаются в современном варианте с топленым маслом. Если вы против сливочного масла, заменяйте его на 80 мл растительного.

По оригинальному рецепту струффоли следует готовить с анисовым ликером, который своим очень интенсивным ароматом отличает этот десерт. Заменяется на любой фруктовый ликер типа лимончелло или апельсиновый ликер или просто ром.

Оригинальный неаполитанский рецепт не предполагает использования разрыхлителя, но в современном варианте получается вкуснее: струффоли мягкие, легкие, вкусные.

Первым делом растапливаем сливочное масло и даем ему остыть. В большой миске смешиваем муку, просеянные дрожжи, соль и тертую кожуру цитрусовых. Затем добавляем в муку сахар, масло и ликер. Перемешиваем деревянной ложкой.

Делаем выемку в центре и добавляем яйца. Перемешиваем. Через несколько секунд плотного перемешивания тесто уплотнится:

Заворачиваем в пищевую пленку и оставляем при комнатной температуре на 30 минут.

Далее раскатываем его на рабочей поверхности так, чтобы получилась длинная колбаска толщиной 1 см (не делайте его больше, иначе струффоли получатся чрезмерно большими, в процессе варки с учетом разрыхлителя они еще увеличатся).

Разрезаем колбаску ножом, делая множество мелких кусочков размером 1 см.

Формируем шарики, катая в ладонях. -

Далее у нас два варианта.

Вариант запеченных струффоли.

Выкладываем шарики на противень, застеленный бумагой для выпечки, на расстоянии 1 см друг от друга. Выпекаем в разогретой до 180С духовке примерно 12 минут.

Вариант жаренных струффоли.

Ставим на огонь кастрюлю диаметром 18 см с высокими краями и наливаем половину указанного количества масла для жарки. В середине приготовления масло заменяем второй половиной.

Обжариваем по несколько штук за раз (максимум 15), чтобы избежать излишней пены, которую нужно снимать шумовкой, как только она образуется! Погружаем шарики в кипящее масло, пару раз переворачиваем, через 30 секунд они готовы.

Обжаренные струффоли должны стать золотистыми, а не коричневыми или почерневшими, тогда не будет вредности фритюра, замена масла также обеспечит легкость этого десерта.

Вынимаем шумовкой.

Выкладываем на впитывающую бумагу, чтобы избавиться от масла.

В кастрюлю, в которую поместятся все приготовленные струффоли, наливаем мед и высыпаем ванильный сахар. Растапливаем на очень слабом огне, помешивая деревянной ложкой.

Снимаем с огня, высыпаем все подсохшие и избавленные от масла струффоли, большую часть посыпки и жемчужных шариков, оставив немного для украшения.

Хорошо перемешиваем чтобы равномерно покрыть и пропитать все шарики. высыпаем цукаты и снова перемешиваем.

Горячими перекладываем на сервировочную тарелку. Посыпаем оставшейся посыпкой.

ПРИЗРАК ДОНА ФАБИО

Магия не может быть доброй или злой.

Это инструмент, как, например, нож.

Нож не бывает плохим, все дело в человеке,

который его держит.

(Рик Риордан)

Перечисляя все титулы нынешнего, 13го герцога Песколанчано, устанешь и язык сломаешь: дон Этторе Микеле Джованни д”Алессандро, 13ый герцог ди Песколанчано, маркиз ди Чивитанова, барон ди Каровилли, Кастильоне, Чивитаветтере, Кастель ди Джудиче, Роккачинкемилья, Пьетрабонданте, патриций Неаполитанский.

Нынешний герцог- личность незаурядная. Мало того, что собой хорош, он с детства писал стихи и эссе, рисовал картины; в традициях предков герцог – прекрасный всадник и фехтовальщик как на шпагах, так и на мечах. Экономист по профессии и историк по призванию, несколько лет назад он получил престижную премию Ватикана в области исторических исследований. А южане активно выдвигают его во всяческие союзы и партии, заявляя, что герцог- политический тяжеловес, которого можно противопоставить северу в вечном противостоянии двух частей Италии.

Античное имя Гектор (Этторе) подошло ему идеально!

Но герцог на политику не соглашается, он руководит отделениями Константинианского ордена Святого Георгия в Тоскане и Молизе, и этого ему достаточно.

Сегодняшний глава герцогского дома живет во Флоренции, куда в свое время переехал его отец, дослужившийся до звания генерала карабинеров. В достойном продолжении рода Этторе д’Алессандро уверен: его сын Алессандро, будущий 14й герцог, прекрасно понимает обязанности главы герцогского дома.

Несколько раз в год вся семья, включая боковые ветви, собирается в фамильном замке, а герцог изредка открывает некоторые части замка для посещений и выставок.

Пересекаешь глубокий ров по подъемному мосту, проходишь во внутренний двор и осознаешь, насколько огромен замок, как мощны его стены и башни. Здесь есть рыцарский зал, подземелья, сохранилась старинная кухня,

В замке много доспехов, костюмов и предметов ушедшей эпохи, фамильных портретов. И хотя с веками, как и другие крепости, он превратился из рыцарской крепости в резиденцию аристократической семьи, замок сохранил дух старых времен.

В портретной галерее есть картина, так и притягивающая взгляд. Уж очень хорош дон Фабио, 1й герцог Песколанчано! Легко представляешь его героем пылких романов, дуэлянтом, поэтом… Словно воочию видишь, как развивается плащ всадника на быстром коне, только пыль летит из-под копыт, когда мчится конь на холм, к замку.

Дон Фабио похоронен в фамильной часовне. Он был не совсем обычным феодалом – собирал книги, увлекался эзотерикой, проводил алхимические опыты. И… остался в стенах замка. И правда, ну что они умеют, эти герцоги, вон уже 13й пошел, но разве доверишь замок, разве оставишь хозяйство без присмотра!

Гости замка нередко жаловались на странные ощущения, а то и выбегали с криками из спальни, проснувшись от прикосновения холодных рук посреди жаркой летней ночи. Видимо, не всякому гостю рад истинный хозяин замка!

Пару лет назад приятельница хозяев проснулась среди ночи, и увидела склонившуюся над ней фигуру; она клянется, что узнала дона Фабио с портрета.

Посмеявшись над нереальными историями, один из гостей как-то решил пошутить: уже собираясь уезжать из замка, он поклонился портрету и попрощался с доном Фабио. И тут же мобильный телефон просигналил о сообщении. Сообщение оказалось пустым, номер не проявился, зато до ноля разрядилась батарея телефона, только что полностью заряженная. В следующий раз синьор вежливо отказался от приглашения в замок, ну их, эти привидения!

На звуки шагов в пустых залах и появление призрачных фигур стали все чаще жаловаться представители местной исторической ассоциации «Intramontes».

– Надо с этим что-то делать! – обратились они к дону Этторе с просьбой пригласить из Рима команду специалистов по паранормальным явлениям.

Члены ассоциации, проводящие (по согласованию с владельцами) экскурсии и выставки в замке, рассказали, что одним июльским вечером, когда закончились мероприятия и стало темнеть, их начали преследовать звуки шагов в пустых дворах. Подкованные сапоги стучали по старинным камням, но во дворах никого не было!

Некий родственник также оставил весь свой скептицизм, когда пару ночей призрачная фигура бродила вокруг кровати в его комнате.

С 1960-х годов в замке происходило множество необъяснимых событий: звуки телефонных звонков, включение света в тех частях, куда не проведено электричество, появление белых фигур во внутреннем дворе, теней в коридорах…

И вот однажды в конце сентября из Рима прибыли специалисты с оборудованием и началась охота. Команда GIAP не просто собирает признаки проявлений паранормальных явлений, она тщательно их изучает и большинство явлений в конце концов развенчивается, как имеющее естественные объяснения.

Ранним вечером в различных комнатах замка были установлены высокочувствительные аудио магнитофоны, датчики движения, фото ловушки, инфракрасные камеры.

С самого начала не было недостатка в сюрпризах. Одна свеча несколько раз передвигалась, и вылетала из подсвечника, а датчик движения стал необычно влажным и холодным через пару минут после установки. Один и тот же датчик несколько раз прозвенел, сигнализируя о проходах в совершенно пустом помещении.

В 22.30 отключили электричество в замке. Два члена исторической ассоциации и наследник Алессандро повели исследователей по комнатам. Сначала ничего интересного не произошло, но потом стали слышаться звуки шагов, в тронном зале с помощью тепловизионной камеры увидели силуэт и зафиксировали перепады напряжения в аппаратуре.

Выводы, сделанные исследователями, оказались вполне конкретными.

В замке целых два призрака: мужчины, одетого в костюм Эпохи Возрождения и маленькой девочки. С мужчиной все понятно, это «герцог номер один», который не любит посторонних в фамильном замке, правда, для некоторых гостей делает исключение, но поди, разбери, чем руководствуется привидение! А вот девочку так и не идентифицировали.

Сын герцога показал мне однажды фильм, снятый при проведении исследований, очень впечатляет! А синьор Эудженио из исторической ассоциации рассказал:

– Это было захватывающее приключение! Одно дело слышать и видеть странные вещи, другое – оказаться свидетелем «охоты на привидение», задокументировать явления. А я всегда говорил, что этот замок полон очарования и тайны!

Что же говорит сам герцог? На мои вздохи о предке на портрете – ах, дон Фабио! – дон Этторе шутливо намекает на реинкарнацию, тем более, что паранормальные явления начались как раз после его рождения.

И действительно, в ком, как ни в тринадцатом герцоге должен был возродиться герцог первый!

***

В одном из итальянских замков привидение попало на фото!

Первые сведения о замке Барди относятся к 869 году. В 1257 году феод перешел к семье Ланди из Пьяченцы, которые владели замком более четырех веков, активно развивая принадлежащие им территории.

Крепость, изначально предназначенная для защиты, стала украшением долины Чено и долины Таро. К 1551 году феод отошел под власть императора Кaрла V и феодалы Барди получили право чеканить свою монету. В 1682 году земли вошли в состав герцогства Пармского.

На сегодняшний день Барди – один из примеров хорошо сохранившейся оборонительной крепости, без серьезных разрушений и реконструкций дошедшей до наших дней.

Для посещения открыт музей, в замке проводятся культурные мероприятия долины Чено. Внутренняя реставрация позволила открыть для публики проходы внутри замка, хлев, склады, сторожевые башни, жилые покои феодалов.

Музей в замке богатый: кроме предметов обихода сохранены многие предметы обстановки, воссозданы костюмы феодалов тех времен: это и музейные экспонаты, и одежда восковых фигур, представляющих жизнь замка в средневековье.

Барди это целый городок с часовой башней. В приходской церкви Санта Мария Грация сохранились интересные картины XVI века, в часовне находятся картины XVII века, рядом романская сельская церковь Сан Сиро 12 века и церковь Сан Джованни Батиста XVII века.

Многочисленные посетители не мешают знаменитому привидению замка Барди. Более того, в отличие от многих других призраков, привидение было снято инфракрасной камерой – сейчас увеличенная фотография висит на стене одного из залов! Фигура кавальере просматривается очень четко.

Появление привидения связано с драматической историей, случившейся в 1400 году. Страстная любовь связала шестнадцатилетнюю девушку Солесту и командира охраны замка, кавальере Мороэлло. Узнав о гибели рыцаря в сражении, Солеста поднялась на стену замка и бросилась вниз.

Сообщение оказалось ошибкой. Рыцарь вернулся и узнал о смерти своей возлюбленной. Безутешный, он последовал за Солестой, бросился вниз со стен замка.

С тех пор уже 600 лет бродит по замку призрак рыцаря. Иногда рядом с ним появляется силуэт печальной девушки и вдалеке звучит грустная музыка.

В 1999 году Департамент психологических исследований университета Болоньи провел обследование замка. Так появилась знаменитая фотография рыцаря-призрака. В 2002 году вышел научный труд, называется он “Призрак замка Барди между историей, легендой и парапсихологическим исследованием”.

Но это уже скучно… гораздо интереснее просто бродить по коридорам и проходам Барди, и может быть, однажды мы встретимся с призрачной фигурой кавальере Мороэлло?

Возможно, однажды и галерея герцогов д‘Алессандро пополнится фотографией фамильного привидения.

ЖИЗНЬ ДЕРЕВНИ ПЕСКОЛАНЧАНО.

Что может быть общего между городом на развитом итальянском севере и маленькой деревней в глубинке? Небеса устроили так что их связал общий святой.

Дело в том, что святой покровитель города Бергамо – Сан Алессандро – имеет отношение к семье герцогов д’Алессандро ди Песколанчано. Тот самый святой, чья фигура из чистого золота пылает в лучах солнца над крышами старого города Бергамо.

Часть мощей святого Алессандро сегодня покоится в герцогской часовне замка.

По традиции рыцарей тамплиеров, к которым принадлежали его предки, 1й герцог дон Фабио (ныне привидение), решил привезти останки воина-мученика в фамильный замок. При поддержке Неаполитанского двора (благодаря интересу некоторых аристократов, связанных с неаполитано-римской сектой неотамплиеров) он обратился к Святому Престолу с просьбой предоставить некоторые части мощей святого, захороненного в Бергамо. Часть останков была передана герцогу Фабию в 1656 году по апостольскому индульту (особой привилегии) Папы Иннокентия.

С тех пор ежегодно в августе в герцогской часовне проходило чествование святого, в XIX веке прерванное на долгие 156 лет, пока герцог Этторе не возродил старую традицию лет десять назад. В эти дни в пятницу и субботу приходской священник дон Пьетро Паоло Монако служит мессу в герцогской часовне, а деревянную статую святого торжественно проносят по городку из герцогской капеллы в приходскую церковь, торжественно освящают, как в те времена, когда первый герцог дон Фабио установил правила проведения процессии.

Прошлое и настоящее сплетаются на улочках Песколанчано, как сплетаются голоса его жителей по утрам и вечерам.

Садовник и учитель, пекарь и лавочник-зеленщик встречаются по пути на работу и как птичий щебет звучат их много раз повторенные «Чао! Чао-чао! Чао», порой сменяясь уважительным приветствием муниципального советника – «Buongiorno, consiglieri» и поклоном адвокату или врачу – «avvocato!» – «dottore!».

Жители собираются на улице, жестикулируя и обсуждая новый рекламный щит, загородивший вид, или обещанную на завтра забастовку железнодорожников. Они любят праздники, тем более, что поводов предостаточно.

Здесь организуют ярмарки продуктов и домашнего скота; самый грандиозный праздник проходит 3 ноября; в день святой Анны 26 июля проводится праздник пшеницы. Во время праздников можно попробовать вкусные местные сыры, мясо на гриле и самое традиционное праздничное блюдо- запеченную поленту.

Когда-то городок, выросший у подножия строгого замка, населяли фермеры, прекрасно чувствовавшие себя в тени герцогского дома. Здесь расположена интересная старинная церковь Сан Сальваторе с одним нефом а вокруг красивейшая природа: густые еловые леса, широкие ручьи. В этих краях спокойно живут звери, чувствуя себя в безопасности.

Эта часть региона называется Альта, Верхний Молизе, здесь вкусно едят, а хорошая еда в Италии невозможна без вина.

В Молизе производятся три вина с защищенным наименованием DOC: Biferno (красное, белое и розовое), производимое на холмах у моря, ведь одной часть Молизе выходит к Адриатике, Il Pentro (красное, белое и розовое), производимое в провинции Изерния.

Принцем местных вин называют вино Тинтилия, красное вино, изготовленное из местной лозы с небольшими гроздьями.

Регион славится сырами и бараниной, здесь собирают белые и черные трюфели, делают прекрасные колбасы.

Жизнь местная проста и небогата, она далека от шума больших городов и туристических толп. Это та настоящая Италия, которая почти потерялась в ритме современной жизни и стремлении Евросоюза все унифицировать.

К СОСЕДУ В ГОСТИ

Нежно-нежно выводит свою партию флейта. К ней присоединяется скрипка, трогательными переливами рассыпается арфа и мелодия наполняет зал. Даже местные привидения перестают скользить по древним коридорам – заслушались…

Это партитура неизвестного композитора, случайно найденная в замке, автор IV века назвал ее «Andiamo, mio Tesoro» – пойдем, любовь моя. Так хочется узнать, кому она посвящена… но увы, на сегодня это неразгаданная тайна.

– Можно играть эту мелодию только на флейте, но в ансамбле скрипок и арфы она приобретает особенное звучание, – говорят хозяева замка.

Священное Королевство, объединившее Сицилийское и Неаполитанское, просуществовало почти восемь столетий, и сегодня, спустя 160 лет после исчезновения, оно остается в памяти людей.

Милан Кундера однажды сказал: «Ликвидацию народов мы начинаем с лишения их памяти. Их книги, их культура, их история уничтожены. А кто-то другой пишет им другие книги, дает им другую культуру, придумывает для них другую историю. После этого люди потихоньку начинают забывать, кто они и чем были. А мир вокруг забывает это еще быстрее».

Исторические труды рассказывают об аристократических семьях, которые в одночасье стали «савойцами», присягнув на верность савойскому королевскому дому, но почти никогда не рассказывается история семей, не предавших клятву своему сюзерену, оставшихся верными своим корням.

Среди них старинные аристократические семьи де Йорио и Фризари, которые слились воедино, их история повторяет историю земель от норманнов до королевства Бурбонов. В роду были прославленные кардиналы, епископы, аббаты, рыцари, государственные администраторы, юристы, судьи, люди науки, художники, но важно одно- они всегда служили королевству Неаполя.

Сегодня развитый север упрекает бедный юг в нахлебничестве, но все чаще звучит ответ – но ведь это вы уничтожили неаполитанское королевство!

Джулио де Йорио Фризари, граф Чельи, барон Маккиа д’Изерния, патриций Сан Внченцо аль Вольтурно – историк, профессор, обладатель международных премий – сегодняшний представитель двух славных родов, владелец замка в городке Маккия д’Изерния.

***

Замок и сегодня живое сердце городка, чьи улицы разбегаются от его стен, спускаясь вниз с холма.

Эта территория всегда была хороша для виноградарства; вино это тот продукт, вокруг которого городок рос и развивался с течением времени. «Macchia Di Vino», ярмарка вин и ликеров проводится здесь с 1974 года, не первое столетие проходят осенние праздники виноделов. Городок гордится дегустационными маршрутами по улицам деревни: здешние блюда дадут фору многим столичным ресторанам, в первую очередь благодаря качеству продуктов.

Несколько лет назад была учреждена «премия Эрколе» и регион Молизе получил свой собственный винный конкурс.

Летом городок тонет в музыке блюза: с 1996 года здесь проходит международный музыкальный фестиваль блюза, организованный ассоциацией Ла Фениче, в нем принимают участие музыканты со всего мира.

Городок Маккия возвышается над тремя долинами с реками Кавальере, Вандра и Лорда. Здесь можно прямо из исторического центра пешком, на велосипеде, а может и на коне отправиться на природу. На ближайшем холме Санта-Мария пристроился старый монастырь, вокруг множество древних акрополей, а табличка, найденная в одной таверне, запечатлевшая расчеты с трактирщиком, сегодня находится в Лувре.

"Этот осел меня погубит!" – восклицает посетитель таверны на табличке, а жители не менее эмоционально восклицают, что табличка принадлежит им и никакого права на нее Лувр не имеет.

Исторический центр Маккии сохраняет средневековый дух, он окружен стенами, внутри которых вьется лабиринт переулков, полных звуков, ароматов повседневной жизни. Среди улочек прячутся маленькие площади.

Едут на работу его жители, бегут в школу дети. Голоса старух, собравшихся посплетничать на пластиковых стульях под каменными арками, звучат в такт, создавая мелодию, тающую в жаркой полуденной дымке.

Когда заканчиваются праздники и фестивали, приходит настоящая осень. Она наступает медленно и незаметно, вот только что лилось вино, сияли алыми боками помидоры, синели тусклыми боками баклажаны на еженедельном рынке, как вдруг порывы холодного ветра срывают с деревьев морщинистые листья и они кружат в последнем танце, шуршат по каменным плитам улиц.

Затем возвращается солнце и легкий бриз вновь приносит тепло, убаюкивая ощущением, что в этом году холодные дни опоздают, или вообще не наступят. Но все сытнее становятся блюда в маленьких тавернах и на кухнях бабушек, все толще пальто и шарфы, пустеют уличные столики маленьких баров, и шумно становится внутри.

Все раньше темнеет и приходит время призрачному рыцарю вывести на улицы свою призрачную свиту…

***

На широкой площади уже восемьсот лет высится баронский замок де Йорио Фризари. Построенный норманнами в XII веке, он свидетель и герой важных исторических событий.

Башня замка выстроена напротив башни старой церкви, посвященной Святому Николаю. Башни словно ведут неспешную беседу – два соседа, встретившиеся вечером на площади.

Замок видел много рыцарских подвигов во времена, когда здесь жила Клементина, дочь короля Сицилии Рудджеро д’Альтавилла (Роже д’Отвилль в принятом у нас французском написании).

Впоследствии он перешел в руки баронов Анжуйских и в 1480 году, как многие замки того времени, перестроен из рыцарской крепости в аристократическую резиденцию.

В XIII веке, сменив несколько владельцев, замок оказался в руках Николы д'Алена, чья сестра Челеста, баронесса Маккия, вышла замуж за представителя семьи Фризари, которая и владеет замком до сих пор, уже восемьсот столетий.

Фасад здания, украшенный впечатляющей лоджией эпохи Возрождения с круглыми арками, возвышается над площадью и всем городком, зорко поглядывая на долины.

Часть замка относится к арагонской эпохе, ее крыша поддерживается сводами с пятью небольшими арками. Остальная часть разделена на три уровня. Во внутреннем дворе выделяется великолепная лестница Эпохи Возрождения, окруженная колоннадой, она ведет на «благородные» жилые этажи.

На первом этаже расположены подвалы, конюшни и комнаты для прислуги.

Верхний этаж всегда использовался как резиденция владельцев, здесь жилые комнаты, частная часовня с реликвиями.

В замке богатое собрание картин Эпохи Возрождения, ценная библиотека, прекрасные гобелены, фарфоровые, мраморные и бронзовые бюсты, доспехи, вазы, инкрустированная мебель разных эпох. Восемьсот лет в руках одной семьи позволили сохранить настоящие сокровища.

Сегодняшние представители старинной семьи до сих пор живут в родовом доме, проводят литературные, исторические и геральдические мероприятия, устраивают балы в средневековых костюмах и музыкальные вечера с фортепиано и арфой, на которых мастерски играет хозяйка. Это ее арфа сопровождала нежный голос флейты и пронзительные звуки скрипок, играющих старинную мелодию.

Нисколько не сомневаюсь, что привидения заслушались, смолкли призрачные менестрели и перестали звенеть доспехи.

– Пойдем, любовь моя! – Кого же зовет таинственный композитор сквозь века?

Говорят, что призраки замка благородны, как и его хозяева. В первую очередь это граф Молизе де Молизис, который гордо вышагивает в старинных доспехах. Двор за ним еле поспевает – охрана, трубадуры, дамы в роскошных платьях…

Скользят по коридорам духи служанок, ставших жертвами несчастных случаев, они наверняка хихикают и прихорашиваются при виде известных ловеласов своего времени, юриста Родио и лейтенанта Базиля из королевской жандармерии Изернии. Последний стал одним из главных героев бурбонского восстания в Изернии в сентябре 1860 года, был схвачен и отправлен в тюрьму где загадочным образом погиб через два года.

А еще у замка есть вкусный секрет. «Королевский кондитер» Дарио Сальтарелли из местной кондитерской «Pollaceria» занял первое место на престижном конкурсе в Турине со своим классическим куличом – панеттоне.

– Мы не можем конкурировать с промышленными тортами по внешнему виду и декору, – говорит синьор Дарио, – наши панеттоне просты на вид, но вкус не сравнится ни с какими другими.

Он учит правильно «раскрывать» панеттоне: сначала снимаешь ленту по бокам, потом осторожно ножом отделяешь его от картонки книзу- и тут же устанавливаешь обратно. Теперь он останется устойчивым, но не прилипнет и можно легко разрезать на кусочки.

В кондитерской все готовят только вручную и только из свежайших местных продуктов. Синьор Дарио лукавит – и на вид его произведения восхитительны!

***

Очень простое морковное печенье из Молизе -biscotti alla carota

Ингредиенты

300 г муки

100 г сахара

250 г маргарина

1 яйцо

100 г моркови

Отвариваем морковь. Растираем ее в пюре и смешиваем с остальными ингредиентами. оставляем тесто в холодильнике на два часа.

По истечении времени раскатываем тесто, формочками для печенья вырезаем нужную на форму. Чаще всего печенье просто круглое, как привычное нам овсяное печенье.

Выпекаем в разогретой до 200С духовке 10 минут.

В классическое морковное печенье часто добавляют сухофрукты или только изюм.

Титулы итальянской аристократии.

12 июня 1946 года последний король Италии Умберто II Савойский отрекся от престола после референдума. Родилась итальянская Республика. Савойский дом не пользовался популярностью в стране, в итоге Королевство Италия прекратило свое существование.

За три года до этого, 7.07.1943 года вышел последний указ королевства номер 651, согласно которому закреплялись титулы итальянской аристократии в порядке их значимости. В соответствии с указом дворянские титулы больше не предоставлялись.

В порядке значимости итальянские титулы распределяются следующим образом:

• Принц (principe/principessa) – титул, происходящий от римского

«принцепс», то есть «первый среди всех.

Этот титул носят потомки королевских династий, а также феодалов Священной римской империи и ограниченное число крупных итальянских феодалов, в этом случае он обозначает скорее князя.

Титулу принца соответствует корона, увенчанная восемью листьями аканта или золотыми цветами, пять из которых видны, поддерживаемые остриями, они чередуются с восемью жемчужинами, четыре из которых видны.

Обращение к принцу- altezza, Ваше Высочество.

• Герцог (duca/duchessa) титул, произошедший от римского

обозначения губернатора земель или капитана армии, отличившегося особыми заслугами. Во времена лангобардов Итальянский полуостров был разделен на 30 герцогств, управляемых их правителями- герцогами.

Титулу герцога соответствует корона, увенчанная восемью золотыми цветочками, пять из которых видны и поддерживаются шипами.

Обращение такое же, как и к принцу- altezza, Ваше Высочество.

• Маркиз (marchese/marchesa) – этот титул происходит от немецкого

слова «марка», выданного «ордера» на правление. Лангобарды использовали его для обозначения правителей приграничных территорий. Впоследствии расположение значения не имело, маркизат просто был более крупным по территории и важным по значимости маленьким государством, чем графство.

Корона маркиза имеет четыре золотых цветка, поддерживаемых остриями, чередующимися с двенадцатью жемчужинами, расположенными три на три в четырех пирамидальных группах, две из которых видимы.

Обращение к маркизу- eccellenza – Ваше Превосходительство (как и к кардиналу Римской католической церкви).

• Граф (conte/ contessa) был владельцем вотчины, за которой

закреплялся титул.

В давние римские времена этот титул принадлежал феодалу, имевшему собственную армию, за которым закреплялся город. Уезжая по своим делам, граф оставлял «заместителя», откуда в некоторых государствах и появился титул вицеграфа- виконта, но в Италии он официально не употребляется.

Корона графа – шестнадцать жемчужин, две из которых видны.

Особое значение имеет титул графа-палатина, имевшего право вершить суд, его корона состоит из обычного круга, увенчанного девятью жемчужинами, тремя поднятыми и шестью опущенными.

Обращение к графу – vostra grazia, Ваша Милость.

• Барон (barone/baronessa) – феодал, за которым закреплены земли.

В Южной Италии есть особенность: баронами называли всех феодалов, каких бы титулов они не имели, поэтому часто можно услышать о баронском замке семьи, имеющей титул маркизов. Слово барон в южной Италии равноценно слову феодал. Интересно, что в XIII веке титул барона считался таким важным (это означало, что ты имеешь земли, а не просто носишь титул) что его предпочитали титулу принца.

Корона барона (если речь идет именно о титуле) – круг, поддерживаемый ниткой жемчуга с шестью витками в полосе, три из жемчужин видны.

Обращение к барону – vostra grazia/vostra signoria – эквивалентно обращению Ваша Милость.

• Дворянин – nobile (nobiluomo)/nobildonna – низшая ступень, но может

применяться и как определение дворянина к носителю любого титула.

• Патриций (patrizio) – начиная с VIII века титул патриция

использовался для обозначения дворянского сословия, которое управляло муниципалитетом или аристократической республикой (республиканская форма правления с признанием и участием дворянства)

Этот титул считался настолько важным, что, хотя не присваивался непосредственно королем, его с удовольствием принимали многие аристократы с высокими титулами.

• Синьор (signore) – владелец или правитель земель, не имевших

феодальных разграничений.

***

Во всех случаях к представителям аристократии обращаются с предикатом дон/донна перед именем.

Также в Италии принято обращаться к человеку «по профессии», поэтому нередко можно услышать обращение «дотторе» к человеку с любым высшим образованием, ingeniere (инженер), avvocato (адвокат), professore (учитель). Так, к аристократу могут обратиться просто по титулу: conte, marchese, но к принцу и герцогу как правило все-таки аltezza – Высочество.

– Контесса, сегодня у нас свежие абрикосы, – позовет покупательницу, венецианскую графиню, продавец с плавучей лавки-баржи.

– Маркезе, – с уважительным поклоном начнет журналист интервью с арисократом- профессором истории. Все потом, все заслуги и имена, сначала будет обращение по титулу.

***

Существует большое количество дворянских орденов, некоторые даже фальшивые (что легко определяется), изредка ордена торгуют своим членством, а кое кто и титулы раздает (денежки не помешают). Правда титулы не действительны, мы же помним, что с прошлого века их предоставление не имеет легитимности, но разве важна такая мелочь тому, кто мечтал о них всю жизнь!

Два самых важных ордена, имеющих международное значение, в которые принимают не каждого аристократа и членством эти ордена не торгуют – это Мальтийский орден, имеющий свои посольства в разных странах и приравненный к государству, и Константинианский орден Святого Георгия. Членство в этих орденах не только большая честь и открытые двери в любое общество или учреждение, но и ответственность, в том числе финансовая. Их члены отдают большие деньги на благотворительность и гуманитарные программы, а также, например, проходят обучение и дежурят на «Скорой» в качестве фельдшеров и санитаров, включая и молодых членов семьи.

Периодически проводятся закрытые балы членов ордена, куда порой приглашают и гостей.

***

Что произошло с титулами после превращения Итальянского королевства в республику, разъяснил Конституционный суд Италии в 1951 году.

Титулы официально используются теми, кто является их носителем, но государственные чиновники, имеющие титул, обязаны исключить его упоминание в официальных документах. Кроме того, титулы находятся вне правового поля – никто не имеет права претендовать на земли, бывшие ранее в собственности семьи. Кроме того, употребляются лишь те титулы. что предоставлены до 1922 года.

Таким образом сегодня в Италии аристократия существует на абсолютно законных правах и официально употребляет свои титулы вне государственной службы.

Много самозванцев хотело бы приписать себе звучное имя, особенно если ты по счастливой случайности оказался однофамильцем. Тех же Медичи пруд пруди, и вот очередной Лоренцо из Калабрии по фамилии Медичи придумывает родословную, заодно и маму-графиню и «гастролирует» по России, а то и Монако, знакомится с нужными людьми. В Италии у него такое не проходит, все аристократические семьи с подробным перечислением их предков и потомков указаны в Золотой книге итальянского дворянства – Libro d’Oro della nobilita italiana. Тем более, если речь идет о «великих» именах.

Тот самый Лоренцо, успевший выжать максимум из своего имени, занимавшийся бизнесом и даже участвовавший в шоу по поиске невесты, женился в итоге на американке и попытался открыть банк по управлению биткоинами. От публичного использования фальшивой родословной в Италии он отказался после скандалов в прессе и проигранного суда, объявившего его фальсификатором.

Еще один Лоренцо, писатель, живущий в Испании, также не имеет отношения к семье настоящих Медичи. Почему-то именно правители Флоренции привлекают огромное число самозванцев, видимо, фамилия эта нередка для Италии, тех же Борджиа гораздо меньше (хотя тоже есть однофамильцы которые активно примазываются.

Что произошло сегодня с потомками «великих» семей – Борджиа, Гонзага, Сфорца я рассказала в книгах «Осень Борджиа» и «Сфорца. Меч, любовь и алхимия», а также в книге «Ужин с Медичи», вышедшей в издательстве Эксмо.

Глава 2. Il castello mafioso – замок Медичи и… мафии.

Замок наверху, странно потемневший…

отдалялся всё больше и больше. И, словно

подавая знак и ненадолго прощаясь, оттуда

прозвучал колокол, радостно и окрылённо,

и от этого колокольного звона на миг вздрогнуло

сердце, словно в боязни – ведь и тоской

звенел колокол, – а вдруг исполнится то, к чему

так робко оно стремилось.

(Франц Кафка.)

ИСТОРИЯ ЗАМКА МЕДИЧИ

17 февраля 2021 года после двадцати пяти лет тюремного заключения в Пармской тюрьме скончался один из самых известных мафиозо Италии, Раффаэле Куттоло. О нем сняты фильмы, и даже написана песня.

Когда любимец публики певец Фабрицио де Андре впервые спел своего «Дон Раффаэ», то вскоре получил письмо из тюрьмы. Реальный «дон Раффаэ» восхитился, изумился, откуда певец узнал, как он живет на самом деле и даже прислал свои собственные стихи. В песне рассказывалось о надзирателе тюрьмы, уставшем от всякого сброда убийц и воров, и единственный, кто скрашивает его жизнь- уважаемый дон, который всегда даст совет, а кофе в его камере не хуже, чем в барах города.

Основатель и глава одной из самых влиятельных на тот момент организаций среди неаполитанской Каморры, находился под стражей с 1979 года, став самым старым заключенным по специальной статье 41бис (содержание в одиночной камере без связи с внешним миром). Последние годы лучший кофе в городе ему уже не подавали!

Большинство газет в день его смерти начало статьи словами: «Умер один из самых известных боссов мафии Раффаэле Куттоло, купивший в 1980 году за 270 миллионов лир замок Медичи в Оттавиано, который стал символом его власти и авторитета.

Сцена встречи с замком вошла в известный фильм Джузеппе Торнаторе «Каморриста» (1986 год). Обветшавший дворец на холме привлек внимание босса мафии, проезжавшего мимо в автомобиле.

Что же это за замок, мимо которого не мог пройти Il Professore -профессор, как прозвали Куттоло и что связывало с ним семью Медичи?

***

Замок Медичи в Оттавиано столетиями охранял покой плодородной равнины Нолан. Его построили лангобарды на месте римского поселения незадолго до 1000 года для защиты торговых путей по которым перевозили зерно.

Гостями замка в разное время становились Папа Григорий VII, Фома Аквинский, король Карл Анжуйский, князья Орсини, маркизы Гонзага, и конечно, Медичи, давшие замку имя. Свет и тени, слава и упадок, многое прошел замок, прежде чем оказаться в руках организованной преступности.

Первые владельцы – Токко, выходцы из Ломбардии, поселились в Южной Италии около 1000 года, им принадлежали аристократические титулы Неаполя, Венеции, Капуи, Калабрии. Захватив бывшее римское поселение, они превратили его в административный центр своих земель, не только защищавший от врагов, но и сосредоточивший управление обширными владениями.

Расположенный на высоте 282 метра над уровнем моря в самой высокой части города, замок принял под свою защиту Папу Климента VII, когда тот спешил в изгнание в Салерно в 1085 году. В небольшой часовне замка Папа служил мессы.

Синьор Сарно, Марильяно и Оттавиано Фома Аквинский в 1247 году женился на Маргарите, дочери короля Фридриха II Швабского и приказал реконструировать замок в подарок своей жене. Разросшаяся семья требовала домов, соответствующих ее престижу, тем более что в гости часто наведывался король.

Примерно пятьдесят лет спустя, в 1304 году, деревня и крепость были разрушены и разграблены французами по приказу Карла Анжуйского.

Вернувшись на некоторое время к потомкам лонгобардов, по приказу королевы Джованны замок был передан Джованни Антонио Орсини дель Бальцо, принцу Таранто, самому могущественному феодалу XV века и оставался в собственности Орсини еще сто лет, пока не перешел к семье маркизов Гонзага.

Но замком никто не занимался и к 1567 году он оказался практически заброшенным. Тогда его и купил Бернадетто Медичи за сумму в 5000 дукатов. Этот род Медичи – принцев ди Оттаяно одна из двух сохранившихся до наших дней ветвей великой флорентийской семьи.

***

На открытии важных церемоний по флорентийским мостовым в окружении празднично разодетых гвардейцев спокойно идет в мантии невысокий и уже не молодой человек. А флорентийцы останавливают его на улице, обсуждают свои насущные вопросы, делятся воспоминаниями.

Это не кадр из исторического сериала, это сегодняшняя реальность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.