# Восстание будильников

Алишер Арсланович Таксанов

Это книга о войне добра и зла, только через призму современной политики против распространения противопехотных мин. Сказка описывает приключения мальчишки-будильника Дигитала и его двух подруг – принцессы Тюльпан и служанки Астры, которые спасли свою страну от захватчиков-мин короля Пропехота-Второго, а также разоблачили предателей – вельможу Конгратулата, капрала Голдена Д. Паджеса, шпионов Рыбоглота и Брынзоеда.

© Алишер Арсланович Таксанов, 2024

ISBN 978-5-0064-4242-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


> Алишер ТАКСАНОВ

## ВОССТАНИЕ БУДИЛЬНИКОВ. (Повесть-сказка)

> Посвящается лауреатам Нобелевской премии мира 1997 года – Международной кампании по запрещению противопехотных мин и ее основателю Джоди Вильямс за их мирные иницитативы и действия по защите населения планеты от последствий военных конфликтов. Да благословит их Всевышний в этом гуманном и святом деле.

### Действующие лица

Королева Тепола – будильник, правительница Королевства Будильников;

Король Пропехот-Второй – мина, правитель Королевства Противопехотных Мин, вояка и агрессор, противник мирного развития и дружбы; [1] [2]

Принцесса Тюльпан – будильник, дочь королевы Теполы, веселая, бесшабашная и отчаянная; [3]

Подмастерья Дигитал – будильник, мальчишка, сын Гемалая и ученик Вербатима, любитель пошалить, однако честный и добрый;

Мастер Вербатим – будильник, ремонтник и ювелир часов, уважаемый в королевстве ремесленник, добрый и справедливый, все делает не спеша и не любит суеты;

Сержант Гемалай – будильник, отец Дигитала, в прошлом трубочист, герой войны с минами, самоотверженный солдат;

Фарбик – будильник, мама Дигитала, очень добрая и тихая женщина;

Шпион Рыбоглот – мина, тупой и жадный, любит пожрать бесплатно и получить много денег, голос с хрипотцой;

Шпион Брынзоед – мина, хитрый и коварный, любит карьеру и деньги, шипт, когда говорит, всегда в плохом настроении;

Пират Каррамба – компас, опытный моряк, в прошлом капитан брига «Зеленая Креветка», путешественник, борец за справедливость; [4]

Боцман Барракуда – шагомер, опытный моряк, путешественник, любитель питейных заведений; [5]

Моряк Виргус – барометр, моряк, осторожный и внимательный, не любящий соваться в чужие дела, однако готовый всегда придти на выручку; [6]

Вельможа Конгратулат – будильник, чиновник канцелярии Ее Высочества королевы Теполы, обладает мерзским и вредным характером, взяточник и предатель;

Служанка Астра – будильник, девочка, которая работает при дворце, честная и смелая;

Повар Гранула – миксер, глава кухни дворца Теполы, профессор гастрономических наук, добрый и порядочный, беспокойный по характеру; [7]

Повар Хрюнька – будильник, добрый и хороший, борец за справедливость;

Адмирал Запал – морская мина, командующий морским флотом Королевства противопехотных мин, жестокий и коварный вояка, участвовал во многих морских и сухопутных сражениях; [8]

Хозяин таверны Борбулус – будильник с бородой, нервный, робкий, паникер, хотя честный и справедливый;

Фельдмаршал Алди – будильник, отчаянный и смелый главнокомандующий вооруженными силами Королевства будильников, честный, справедливый и умный;

Командир Дагл – мина, офицер армии короля Пропехота-Второго, самоуверенный тип, жестокий и решительный, участник многих тайных и нетайных операций, имеет три ордена;

Капитан Гуркен – бочка, командир караульной службы дворца, добрый и честный, простой в душе, верный и справедливый;

Лейтенант Маркус – будильник, командир гвардейского полка при дворце королевы Теполы, смелый и отчаянный, честный и благородный, ненавидит лесть, ложь и коварство;

Капрал Голден Д» Паджес – будильник, хитрый и коварный полицейский, взяточник, перебежчик и предатель;

Адъютант Лимонка – ручная граната, верный и преданный королю Пропехоту-Второму солдат, очень жестокий и злой; [9]

Ноготкис – будильник, чванливый и высокомерный учитель принцессы Тюльпан, трус, льстец и подхалим;

Парикмус – будильник, коллега Ноготкиса, такой же хитрый и двуличный тип;

Священник Помпа – будильник, настоятель горной церкви святого Планшетки, добрый и отзывчивый;

Торгаш Гашишик – кальян, хитрый лавочник с Востока, любит пожульничать и деньги для него – высшая ценность; [10]

Сержант Баходурус – мина, хитрый и злой командир взвода пехоты Пропехота-Второго, отличился особой жестокостью во время войн по отношению к мирному населению;

Приведение Рэкси – бывший телефон, добрая и хорошая;

Капитан Флинт – секстант, моряк, один из головорезов Акульего моря, бесстрашный, жестокий, но справедливый; [11]

Матрос Мусаес – дрель, коварный пират, бунтовщик, любитель заговоров; [12]

Тетушка Тостер – тостер, добрая и милая старушка, готовая прийти на помощь любому; [13]

Трубочист Крантик – метроном, добрый и отзывчивый, друг Гемалая; [14]

Фермер Контрабас – будильник, крестьянин, мелкий собственник, однако честный, добрый и отзывчивый;

Стражник Керогаз – термометр, охранник камер в Башне преступников, хмурый, ворчун, но в целом хороший, преданный стране; [15]

Тетушка Фатима – будильник, парикмахер, старая и добрая женщина;

Ведьма Фляйшвулф – мясорубка, страшная и загадочная женщина, прорицательница, ровестница титанов, никто не знает места ее проживания и почему она делает то, что делает; [16]

Князь Телевизор-Седьмой – телескоп, глава земли Телескопов, очень честная и справедливая личность; [17]

Президент Шамс – патефон, добрый, мудрый и справедливый, уважаем народом, поэтому и был избран главой нового государства; [18]

Титаны Сапёр и Термояд – божественные создания, которых воочию никто из современников не видел, один жил на острове на Земле, другой – на Луне.

### Предисловие от автора

В 2003 году меня пригласили принять участие в исследовательской программе Landmine Monitor, которую проводила во всех странах мира Международная кампания по запрещению противопехотных мин (ICBL). Именно тогда я узнал о глобальных последствиях применения «адских машин» для гражданского населения и был шокирован сведениями о пострадавших. От мин и неразорвавшихся снарядов гибли и становились инвалидами не только взрослые, но дети. Мины также наносили непоправимый ущерб флоре и фауне планеты. Огромные земли изымались от хозяйственного оборота, потому что были нашпигованы взрывными устройствами.

Я не стану приводить цифры, которые свидетельствуют об ужасающих последствиях применения мин, – это может сделать любой, кто имеет доступ к Интернету. Я видел фото детей и взрослых без рук и ног – им конечности заменили протезы – ужасное зрелище. Их вина заключалась в том, что они имели неосторожность наступить на мину, предназначенной одной армией другой. Таким образом, в конфликт были вовлечены совершенно посторонние и невиновные люди, и они больше всего страдали от этого. Мировое сообщество осознало, что дальше так нельзя, и поэтому в 1996 году в Оттаве несколько десятков государств подписали Конвенцию по запрещению использования, производства, хранения и продажи противопехотных мин, и каждый год к ней присоединяются все больше стран. И не зря Джоди Вильямс и созданной ею ICBL были вручены в 1997 году Нобелевские премии мира, как признание их гуманистической деятельности и ответственности за судьбы человеческих жизней.

И тогда я решил, что должен тоже приложить свои усилия в этом. Конечно, я не сапер, не политик, а всего лишь ученый-экономист и журналист, однако как гражданин хотел довести до сведения правительства Республики Узбекистан информацию о последствиях минирования границ с соседями и предложения о необходимости присоединения к этому международному документу. К сожалению, меня не слушали, более того, стали преследовать. Мои отчеты для ICBL вызвали ненависть у узбекских военных и спецслужб, называвших меня врагом отечества. Все попытки заняться просвещением и информированием населения в этой области блокировались государственными структурами.

И тогда я понял, что напрямую победить такие действия правительства невозможно, ибо милитаристское мышление глубоко укоренилось у чиновников, и пошел другим путем. Возникла идея, что информирование нужно начать с воспитания. Именно подрастающее поколение в будущем может принять всенародное решение по запрету мин и принудить правительство подписать Оттавскую Конвенцию. Ведь гуманитарное разминирование территорий требует не один десяток лет и сумм, исчисляемых в сотни миллионов долларов, и так уж получается, что наши дети и внуки будут осуществлять траты финансовых, технических и людских ресурсов на эти операции, то есть основные заботы лягут на них. [19]

Но для этого следует им показать, что жизнь и мины – несовместимые понятия. И я решил начать с какой-нибудь увлекательной и занимательной истории. Обращался я, конечно, к детям – будущим президентам, премьер-министрам, королям, ученым, учителям, врачам, юристам, дипломатам, фермерам и рабочим. А что любят читать дети? Конечно, сказки. И поставил перед собой цель – через сказочных персонажей продемонстрировать ужасы мин и желание мирных сил остановить их распространение по всей планете.

Поэтому герои моей сказки – дети. Пускай они не люди, а всего лишь будильники, но ведь это не столь важно. Они не боятся тех, кто хочет войны и несет страдание и разрушение. Смекалка, отвага, доброта, честность и дружба – вот что объединяет силы справедливости, и делает каждого сильным. Им противостоят такие низменные черты, как подлость, трусость, предательство, лицемерие, жестокость, но те личности, кто их носит в своей душе, не имеют будущего. Мои герои – мальчишка-подмастерья Дигитал, принцесса Тюльпан и служанка Астра. Кроме них, в сказке много других персон, без которых не было бы самой истории. Но я не стану расскрывать содержание, ибо тогда не интересно читать…

Желаю своим маленьким друзьям приятного чтения.

И пускай мир обережет вас от мин.

С уважением,

Автор.

### Глава первая. Вы узнаете, что такое Королевство Будильников и кто такой мальчишка Дигитал, который наказал вельможу Конгратулата

В одной сказочной стране, которую, кстати, вы не найдете ни на одной карте мира, жили будильники. Да-да, обычные будильники, которые будят детей и взрослых по утрам своей трелью. Правда, они были сами по себе разные – металлические и пластмассовые, большие и маленькие, со светящимися стрелками и звонкими колокольчиками, новенькие и старые, модернистские и антикварные, в ярких красках и в солидном серебре или золоте, или с деревянными корпусами, из хрусталя или обычного стекла. Внутри каждого из них тикал механизм из пружин, шестеренок, винтиков и шпунтиков, которые вращали стрелки, а также двух колокольчиков, которые издавали звон, как только молоточки начинал бить по ним. В общем, это были обычные будильники, которые каждый человек видит на тумбочке у своей кровати.

Но в сказочной стране людей нет. Там только будильники, живущие самостоятельно. И поэтому страна называется Королевство Будильников. С одной стороны она омывалась морем, именуемым Акульим, – потому что там водилось много хищных рыб, с другой ее ограждали Металлические горы, с третьей – просторы с лесами и долинами, где было десяток городов и сотен деревень. Соседями королевства являлись Царство Земляники, Султанат Музыкальных штукатулок, Эмират Компрессоров, Земля Телескопов (иногда ее называли Телескопия), Княжество Бутылок и Горшков, Чемоданная Страна, а также Королевство Противопехотных Мин и другие, расположенные уже дальше. И со всеми будильники вели торговлю, развивали туризм, помогали в случае беды. Увы, и вступали в войны, но это лишь тогда, когда кто-то сам нападал. [20]

Ведь Королевство Будильников считалось мирным государством, и тут проживало трудолюбивое население. Потому что здесь все занимались делом: будильники-рудокопы добывали руду и выплавляли металл, из которых будильники-мастера собирали механизмы для новых будильников или замены сломанных. Будильники-строители возводили дома, где жили подданные Королевства, будильники-художники красили стены или рисовали картины, приводившие в восторг любителей искусства. Будильники-врачи лечили сломанные шестеренки, а будильники-повара готовили еду для всех проголодавших. Кроме них здесь также жили иные существа, например, компасы, барометры, альтметры, телескопы, телефоны, патефоны, миксера, и жили они как люди и дел всем хватало. И бездельников здесь мало кто любил, хотя, если признаться, таких тут хватало с избытком. [21]

Правила всеми будильник-королева Тепола, которая сама не любила сидеть без дела. Она была очень занятой женщиной, поскольку управляла государством, и все же иногда находила время, чтобы подняться на главные башни дворца, чтобы бить в колокола, сообщая, что наступил новый час. Звон был слышан по всему городу, а также в ближайших деревнях и поселках рудокопов, морском порту. Даже до гор доходили звуки башенных часов, и тамошние жители начинали все делать по расписанию. Также отметим, что по этим сигналам все граждане проверяли точность своих механизмов и переводили стрелки, если они запаздывали или, наоборот, спешили. Ведь в королевстве все делалось вовремя и строго по минутам. Работа и отдых были расписаны в графики, и никто не любил лишний час бездельничать или бесполезно трудиться. [22]

Как и во всяком государстве, что существовали в мире, здесь были положительные и отрицательные стороны: ложь также часто встречалась, как и доброта, а подлость шла вровень с великодушием и милосердием, коварство соревновалось с подвигами. И все же в целом здесь жизнь протекала интересной и радостной. Отметим, что она кипела по всей стране, но особенно ярко ощущалась в городе Ур – столице, на рынке, где шла бойкая торговля. Здесь будильники-купцы предлагали товары из разных стран. Будильники-крестьяне торговали продуктами, а будильники-кузнецы – железными изделиями. Больше всего крутилось будильников-модниц возле лавок с ювелирными изделиями, где продавались украшения для стрелок, кнопок, циферблата и прочих частей. Тут же стояли запряженные в кареты и повозки лошадки и верблюды, а их кучера и слуги ожидали возвращения важных господ. А те, походив по лавкам и магазинам, заходили в рестораны и пабы и там наслаждались едой, которую готовили мастера кулинарных наук. От рынка как лучи звезды отходили улочки, где трудились и жили бедные, но гордые мастеровые – гончара, механики, портные, плотники, кузнецы, обувщики, уборщики. Здесь также было всегда шумно, ибо тишина наводила скуку и скорбь. [23]

Подожди те, а это что – слышите крик, что раздается с переулка Хронометров?

– Стой, хулиган! Стой, говорю, а то стрелки обломаю!.. Держите его, этого несносного мальчугана!.. Ох, я еще поймаю тебя… Ох, негодник, ох, шалопай!.. Ох, мне не угнаться за ним… старый стал…

Ясно, это кричит старый будильник по имени Вербатим, известный часовой мастер. Он делает запчасти для механизмов и заменяет, если у кого-то что-то сломалось или заржавело. Вообще-то он добряк и пользуется уважением. Но его подмастерье – будильник-мальчишка Дигитал вечно безобразничает в мастерской. То он масло прольет и все посетители, входя внутрь помещения, скользят по полу как коньками по льду, теряют равновесие и с криками падают. И куда, как вы думаете? Конечно, на клей, который как бы случайно тоже проливает Дигитал. Нужно сказать, что у старичка Вербатима клей хороший, он склеивает быстро и намертво. Посетителей потом приходится отдирать от пола вместе с камнями и кирпичами. Или, например, Дигитал повесил под мостом электромагнит, и едва проплывает по реке лодка с отдыхающими, как Дигитал крутит ручку. От этого вырабатывается электричество, и магнит мгновенно притягивает к себе будильников, которые взлетают наверх, дико крича от страха, потому что ничего не понимают. Они висят под мостом, призывая на помощь. Тем временем мальчишка подбегает к берегу и за монету обещает помочь…

Вот такой безобразник этот Дигитал. И понимаете, что старичку Вербатиму с ним сложно справиться. Но часовой мастер любит его. Потому что ему нравится этот шустряк, могущий найти выход из любого положения. Да и руки у Дигитала золотые – все могут сделать, все починить, видимо внутри его корпуса заложен хороший механизм. Поэтому мастер выдал ему сертификат подмастерья, позволяющий ему работать самостоятельно, однако Дигитал не хотел уходить и продолжал трудиться в качестве ученика. И семье своей мальчишка помогает, принося заработанные честным трудом деньги. Ведь его маме трудно воспитывать четырех детишек-будильников, которые все мала-мала меньше и непоседы. Она работает в прачечной и стирает одежду для знатных будильников или патефонов. Средств едва хватает на еду и оплату коммунальных услуг. Тяжело им без папы, который давным-давно погиб на войне с Королевством Мин. С тех пор вся тяжесть легла на старшего из сыновей – Дигитала. [24]

Нужно сказать, что Дигитал любит своих братишек и всегда им помогает. Он приносит им не только конфеты и печенья, но и теплые сапожки, новое масло для смазки пружин и механизмов, шляпы и игрушки, которые, кстати, сам и мастерит в цеху у Вербатима. Его же любят и соседи, потому что Дигитал никогда не отказывает им в помощи, всегда приходит на выручку. С ним дружат все мальчишки города, признавая за ним неоспоримое лидерство. Более того, однажды какая-то старая женщина-мясорубка с феолетовыми волосами и в странном одеянии остановила его и, посмотрев прямо в глаза, сказала: «Ты будешь героем! Я это знаю!». Произнеся эту короткую фразу, она зашла за угол. Удивленный тогда мальчишка побежал вслед, чтобы спросить, мол, о чем это она, и увидел, что на том месте никого нет. «Померещилось, надо же», – решил он, не зная, что это была его судьба, та, что ведет по жизни каждого. Впрочем, эта женщина еще появится в его жизни, а также сыграет свою роль в судьбах других героев сказки.

Вот и сейчас несносный мальчишка придумал, как наказать вельможу-будильника Конгратулата, который зашел в мастерскую, чтобы примерить новую стрелку, сделанную из золота и усыпанную бриллиантами. Кто это за чинуша? – спросите вы. Ну, знаете, даже в королевстве попадаются вредные особы, чванливые, высокомерные и брезгливые. Они чтят себя самыми-самыми лучшими среди будильников, а на остальных смотрят с высока, мол, вошь пузатая между ногами путается, плебс и чернь общества. Таких персон простой народ не очень-то и любит, если тихо не ненавидит и презирает. Зато подобные личности, к сожалению, пробираются в государственные чиновники и добиваются карьеры. Конечно, не за счет ума, а за счет денег, знакомства и родственников, которые тоже сидят во власти и проталкивают своих будильников. Понятно, что важные персоны носят только хрустальные стекла, покрывают свои корпуса золотом и украшают все части бриллиантами, изумрудами и агатами, чтобы их, привилегированных и знатных, можно было сразу отличить от простых граждан королевства. Даже колокольчики у них с особой резьбой, инкрустированы слоновой костью. Их иногда обычный люд называет железными пижонами или высокородными хвастунами.

Тогда, то есть в прошлый раз (а это было три дня назад) Конгратулат в мундире королевского чиновника и красной накидке, шляпе с широкими полями и пером, в черных лакированных сапогах, а также шпагой на боку (которой пользоваться не умел, но носил для шика), важно зашел в мастерскую, которая располагалась в подвале одного дома по улице Хронометров возле рынка, осмотрелся и, недовольно прокрутив стрелки по циферблату, проскрипел: [25]

– Фу, как сыро и грязно! Здесь только тараканам жить! – хотя в мастерской было уютно и чисто – Вербатим любил порядок и аккуратность, и этому учил своих подмастерье. Старик не стал перечить ему, зная, что с такими будильниками лучше не спорить – себе накладнее, головную боль заработаешь, а только поинтересовался:

– Чего хотите, господин Конгратулат?

Вельможа сразу не ответил, он подошел к мастеру, тросточкой подтянул к себе стул, сел, достал трубку и табак. Забивая курево, Конгратулат заявил:

– Скоро приезжает делегация из Королевства Противопехотных Мин. Мне нужно к этому времени хорошие стрелки. Чтобы они на циферблате моем выделялись и демонстрировали мою важность и богатство.

– Ага, вы, наверное, хотите стрелки из чугуна? – спросил мастер. – Они тяжелые и внушительные…

Конгратулат аж подпрыгнул от ярости и недовольства:

– Из ч-чу-гу-на?.. Ты что, милейший, издеваешься? Из какого там ч-чу-гуна? Я что тебе – крестьянин? Или нищий? Знай, что я из рода – Полису Фон Аристрикерсов – великих будильников, которые тысячу лет назад основали наше королевство. Они вели торговлю по Великому Бумажному Пути – от Царства Табакерок до Эмирата Шампуня, от Тетрадной Республики до Империи Кувшинов! Я сам служу при Канцелярии Ее высочества королевы Теполы, можно сказать, каждый день ее вижу и кланяюсь ей, целую ее циферблат. И ты смеешь мне предлагать какой-то чугун – неблагородный металл, который достойны носить нищие и бродяги? Как только язык твой поганный посмел такое произнести!..

– Извините, Ваше благородие, – склонился Вербатим. – Старый я стал, да и знатные будильники ко мне редко заходят…

– Оно-то и видно, – пробурчал Конгратулат. Он еще раз с презрением осмотрел мастерскую. Мы опишем это помещение, чтобы у читателя сложилось представление, где работал Вербатим и его ученики-подмастерья. Комната, в которой находились сам мастер и Конгратулат, делилась как бы на две части: в первой шел прием-выдача заказов и прием платы, а во второй, огороженной полкой, располагался сам цех. Именно тут у стен стояли десятки станков и инструментов, разных механизмов и приспособлений, при помощи которых мастер и его ученики совершали технические чудеса. Но эти вещи вызывали отвращение у знати, привыкшей иметь дела с более пристойными изделиями, например, шпагами, пистолетами, арбалетами, а также флейтами и скрипками – утонченными музыкальными инструментами. Поэтому реакция Конгратулата была вполне объяснима, хотя и не приятна.

От мастерской отделялась узким коридором комната, считавшаяся складом, – там хранились разного рода запасные детали и масла; нужно признаться, что средств на электрическое освещение у старого мастера не было, и поэтому на складе всегда царила темнота, и туда Вербатим ходил с чадной маслянной лампадой. Третья комната – слева – плохо покрашенная, полусырая служила обителью самого мастера, и здесь было только одно окно. Если честно сказать, то мастер тут родился и практически пробыл большую часть своей жизни. Четвертая комнатушка – справа – для учеников, здесь они могли отдыхать и обедать или ужинать, если есть чем. Впрочем, старик был не жадный и всегда из заработка выделял монету для того, чтобы Дигитал и его друзья-соученики могли покушать. Особенно это было важно, когда дети оставались, чтобы самостоятельно позаниматься с учебниками, ведь они не ходили в школу.

Вербатим тем временем продолжал умилостливлять вельможу:

– Поэтому отвык от светских манер, позабыл, как держаться с великими будильниками… Простите меня, ничтожного и старого…

Эти слова польстили Конгратулату. Раскуривая трубку, он надменно перебил старика:

– Ладно-ладно, Вербатим, прощаю тебе твою глупость. Учитывая то, что ты – судя по отзывам – великий мастер, то пришел к тебе заказать новые стрелки. Мне нужны из золота и бриллиантов…

– Но у меня нет благородных металлов, – с волнением произнес Вербатим. – Только чугун, железо и алюминий… Вам, Ваша милость (никто из простолюдин не знал, как следует правильно обращаться к высоким особам, и поэтому часто путались), может, обратиться к другим мастерам?

У Конгратулата от брезгливости даже стрелки скривились, а звонок прозвенел что-то тревожное:

– Фи и еще раз фи! Вербатим, эти металлы предлагайте вот… вот… – вельможа стал осматриваться и вдруг заметил сидящего в углу Дигитала, который хотя и был занят работой, однако прислушивался к разговору. – Вот такой черни, как этот мальчишка!..

– Я не чернь! – гордо ответил Дигитал, которому не нравилось надменное поведение королевского вельможи, особенно то, что он курит в мастерской, ибо это запрещалось правилами пожарной безопасности.

Конгратулат покачал стрелками:

– Какая пошла молодежь! Старших не слушается и тем более не уважает. Фи, Вербатим, нужно тебе прививать своим подмастерьям правила хороших манер и поведения…

– Сначала сам себя воспитай! – снова не сдержался Дигитал, стараясь не замечать, как Вербатим знаками приказывает ему замолчать. – Ходит тут толстяк в золотом корпусе, строит из себя важную персону! А внутри ничего кроме ржавых пружин нет! Пижон в мундире!

Это сильно разозлило Конгратулата. Он вскочил и стал топать ногами и визжать:

– Что за безобразие! Вот я сейчас позову полицейского и он живо тебе уши поотрывает, стрелки согнет и механизмы зальет водой! А тебя, Вербатим, оштрафует на несколько монет! Золотых, причем! Успокой своего хулигана! Иначе будет худо. Ишь, совсем распустилась молодежь, чего себе позоляет! Безобразие! Нарушение протокола и этикета!

Вербатим показал кулак ученику, а сам молящим голосом сказал:

– Благородный Конгратулат, простите этого сорванца за злой язык. Ну, что поделать, растет он без отца, и надрать уши ему некому…

– А где его отец? – брезгливо поинтересовался Конгратулат, втягивая едкий дым из трубки – табак был заморский и чрезвычайно горьким. – Наверное, был морским пиратом? Или лесным разбойником? Иначе откуда такому хулигану появиться на свет?..

– Нет, его отец был честным и уважаемым будильником. Он погиб на войне. Наверное, вы слышали о нем – это трубочист Гемалай, который дослужился до сержанта…

– Это тот самый Гемалай, который всего лишь с десятком солдат-будильников удерживал противника – целый полк мин? И заставил врагов отступить и бросить оружие? – от изумления вельможа даже привстал. – И мы победили тогда сражение именно из-за подвига Гемалая? И после этого Король мин Пропехот-Второй подписал договор об прекращении войны, испугавшись нашего наступления?..

– Да-да, – торопливо подтвердил Вербатим. – Именно этот Гемалай… Но вы же знаете, что он погиб в том бою…

– Да-а-а, – протянул Конгратулат, садясь обратно на стул. – Слышал я о подвигах сержанта Гемалая. Его королева Тепола наградила посмертно орденом «Храбрый будильник». Гемалаю даже бюст поставили на аллее героев во дворце, и имя внесено в список великих будильников страны… – тут вельможа замолчал, потому что ему стало завидно, что его в списках нет. Но ради этого он не хотел совершать подвиги, рисковать жизнью, жить в тяжелых условиях. Думал, что проще купить звание героя и орден, после чего он тоже окажется в реестре тех знатных и именитых будильников, о которых пишут в учебниках истории, и портреты которых развешаны во дворце. Тщеславие Конгратулата не знала границ.

– И очень жаль, что у такого отца такой невоспитанный сын! – высокомерно заявил он. – Я сам каждый день, идя по аллее Героев во дворце, вижу бюст Гемалаю и отдают честь ему… А тут кто-то позорит это славное имя… Ладно, оставим в стороне этого дрянного мальчишку, а поговорим о деле…

Конгратулат долго объяснял мастеру, какие стрелки он хочет. И заявил, когда они должны быть готовы:

– Через три дня я зайду за заказом!

– Но трех дней маловато для такого сложного дела, – запротестовал Вербатим. – Это тонкая штучная работа. Здесь нельзя торопиться!

– Не спи и не ешь, но сделай за три дня! – начал опять визжать Конгратулат. – Что за это чернь, все время на них нужно кричать! Сегодня тебе мои слуги принесут золото и бриллианты! Только попробуй украсть хоть один грамм металла или кусочек драгоценного камня – вмиг окажешься в тюрьме!

Вельможа затопал ногами, забрызгал слюной, что невольно возникло впечатление, что будильник сошел с ума. Его стрелки дико вращались по циферблату, а колокольчики издавали не звон, а какой-то скребущий визг, словно кто-то куском стекла проводил по сковородке. Даже мыши, которые жили под полом, с писком выскочили из помещения и поклялись больше никогда не возвращаться сюда. Посетители, ставшие невольными свидетелями шумного поведения Конгратулата, также ретировались. А прохожие, до которых доносились крики из мастерской, старались не задерживаться по пути и проходили этот «опасный» участок быстрее, чем обычно.

И представляете, каково было бедному Вербатиму? Он вынужден был слушать необоснованные обвинения и оскорбления молча, хотя его так и подмывало грубо оборвать зазнавшегося вельможу и выставить за дверь. Зато Дигитал ничего не пропускал мимо ушей. Чем больше он слушал гадостей Конгратулата, тем сильнее возникало желание наказать нахала. Впрочем, несносный мальчишка никогда не отказывал себе в возможности поиздеваться над недостойными будильниками. На крайний случай он по вечерам занимался фехтованием, ему еще год назад давал уроки отец Гемалай, и сын запомнил все его наставления и правила. Конечно, на практике использовать навыки не пришлось, однако Дигитал знал, что все еще впереди, и представится случай, когда только клинок остудит подлеца и мерзавца.

– Итак, – отдышавшись от бурных эмоций, наконец-то произнес Конгратулат. – Ты за три дня должен сделать мой заказ, даже если все твои пружины вылезут из корпуса! Ты знаешь, старик, что я не терплю бездельников и неумеек! Поэтому строго караю их. Но я и великодушен – выполнившего задание я всегда поощряю и награждаю…

Конгратулат не произнес ничего насчет награды, но его великодушие было всем известно. Он никогда лишнего не платил, а его чаевые – это одна-две позеленевшие от сырости медные монетки, которые изредка получали мастера за сверхурочный труд. Но и спорить с такой жадиной никто никогда не хотел – себе дороже и хуже. Говорят, что одного мастера – ремесленника Топорика вельможа засудил на сто золотых монет за то, что тот на пять минут опоздал с заказом, и теперь бедный мастер практически все свои доходы отдает в качестве компенсации за нанесенный моральный ущерб «несчастному» Конгратулату.

Целых три дня трудился Вербатим. Он не спал и мало ел. От усталости у него уже скрипели механизмы, а стрелки уныло висели и не хотели ходить. Следует признаться, что подмастерье Дигитал всячески помогал ему. Потому что не мог оставить учителя одного с таким сложным заданием. А потом он и охранял золото и драгоценности от грабителей, которые могли ворваться в мастерскую.

Старый мастер был благодарен мальчишке. Поэтому он старался передать ему все секреты, все свое умение и способности. И Дигитал схватывал все на лету. Его руки были уже не хуже «золотых». Неудивительно, что они вдвоем успели к сроку.

Только Дигитал не хотел оставить вельможу безнаказанным, и он приготовил ему сюрприз. Безусловно, он не посвятил в него своего учителя. Ведь не было желания ставить его в неудобное положение, да и старик мог воспротивиться этому – настолько пугливым и робким он считался среди мастеров.

Было девять часов утра – день начинался прекрасно. Хотя вдали виднелись тучи, однако будильники надеялись, что погода не измениться к худшему. Солнце всем поднимало настроение.

Едва Конгратулат появился в мастерской в сопровождении двух полицейских и трех слуг, как Вербатим преподнес ему в кожаном чехле золотые стрелки, усыпанные бриллиантами в замысловатых узорах и рисунках. Наверное, никогда мастер не старался так, как над этим заказом. По приказу вельможи слуги расчехлили изделий, и взрыв солнечных бликов, отражавшихся от камней и благородного металла, осветил помещение. Стало светло, словно само солнце проникло сюда. Все зажмурились, и не заметили, как Дигитал быстро подкрался к Конгратулату и прикрепил к его спине две ракеты, затем тихо поджег бикфордов шнур.

– Э-э-э, – выдавил из себя довольный вельможа. – Ты славно потрудился, Вербатим. И я тебя награждаю… награждаю… награждаю… – тут он стал ковыряться в кошельке, отыскивая самую мелкую монету. – Вот! Награждаю тебя медным пятаком! – и Конгратулат торжественно вручил мастеру окислившуюся монету.

– Извините, Ваше благородие, но мой труд стоит не менее десяти золотых монет! – робко произнес мастер.

– Что-о-о? – возмутился тот. – Как ты смеешь, старик, указывать мне, как оценивать твой труд! Ты разве не понимаешь, какое внимание тебе я уделил, обратившись в эту паршивую мастерскую! Да ты целовать мои ноги должен от радости! И это будет тебе достойной наградой! Да я – вельможа канцелярии самого Ее высочества королевы Теполы…

– Канцелярская крыса ты, а не вельможа! – крикнул из-за токарного станка Дигитал. – Наглец и нахал! Вербатим трудился три дня, стараясь выполнить к сроку твой дурацкий заказ, а ты его так отблагодарил!.. Видимо, мало тебя хлестали ремнем родители!..

– Это кто там посмел со мной так разговаривать! – заорал Конгратулат, услышав такие речи. Никогда ему никто так не дерзил. – У кого хватило наглости оскорбить придворного чиновника! А ну-ка, покажись, разбойник!

– Это я! – Дигитал вышел из-за станка. – И что теперь?

– Ах ты, сопливый мальчишка! – забрюзжал вельможа, увидев, что это всего лишь подмастерье. – Я тебя научу вежливости. Даже слава отца не пасет тебя от наказания! Тебя посадят в Башню преступников, там зальют твои механизмы морской водой, чтобы ты весь покрылся ржавчиной. А потом разберут на части и разбросают по всей стране. Схватить его! – приказал он своим слугам.

Два будильника, одетые в лакейские мундиры, бросились на Дигитала. Но разве им поймать юркого мальчишку? Тот прыгнул им под ноги, от чего слуги, сшибленные как кегли шаром, покатились по полу. Но это было начало.

– Ой-ой-ой! – завизжал один. Его нога попала в крысиный капкан, который специально установил Дигитал, и теперь слуга исполнял замысловатый танец, стараясь освободиться. Но как только он пытался это сделать, то на него откуда-то сверху свалилась бочка с горячей смолой. И будильник оказался черным-причерным, да к тому же приклеенным к полу.

– Я тебе помогу! – закричал второй слуга, забыв, что ему следует ловить хулигана. И тут он угодил во вторую ловушку. Дело в том, что Дигитал разлил воду и бросил на пол оголенные провода, по которому проходило электричество (мальчишка даже аккуумулятор для этого нашел и притащил сюда). Посыпались во все стороны искры. Будильник стал подпрыгивать, потому что его сотрясало от напряжения. Его стрелки даже оплавились, а изнутри корпуса показался дым.

Увидев, что слуги ничего не могут поделать с мальчишкой, Конгратулат приказал двум полицейским, стоявшим у входа и с хохотом наблюдавшим за тем, что происходило внутри мастерской, поймать Дигитала. Однако те ответили, что должны только охранять вельможу и его золотые стрелки, а не заниматься всякой там мелюзгой.

– Будем мы еще ловить всяких там пацанов, которые, кстати, устраивают для нас настоящий цирк, – сказал один из полицейских, даже не вынув из ножен саблю. [26]

Это привело в бешенство вельможу. Он опять затопал и стал кричать, что всех отправит в тюрьму, в том числе и нерадивых стражей закона. Вербатим смотрел на происходящее со страхом, он чуял, что для него проделки мальчишки на этот раз могут плачевно закончится. А тем временем бикфордов шнур догорел и привел в действие ракеты, установленные на корпусе Конгратулата.

– Бах! Бах! – вспыхнул порох, и под действием газов, вырывавшихся из ракет, королевский чиновник стал бешено метаться по мастерской, а потом вылетел через окно на улицу и устремился в высь.

– Помогите! Спасите! Караул! – в ужасе кричал Конгратулат, ничего не понимая. Хорошо что, он шляпой зацепился за острый шпиль городской ратуши, а то действительно улетел бы куда-нибудь далеко, может быть даже на Луну. Так он крутился вокруг башни, пока порох выгорел до конца. Под действием сил земного притяжения вельможа скатился по крыше, упал в бассейн, откуда бил мощный фонтан. Там будильник кувыркался под струей воды и кричал, что пересажает всех мастеров и их учеников в стране. В ответ народ, собравшийся на рынке, хохотал и выкрикивал различные шутки в адрес незадачливого королевского чиновника. Нужно заметить, что Конгратулата никто не любил и не уважал. А если появилась возможность над ним посмеяться, то почему следует отказывать себе в этом удовольствии? Вот будильники и веселились.

Несомненно, это еще больше бесило Конгратулата. Он обещал отправить в тюрьму и всех жителей славного города. Но его никто не слушал. Со всех сторон сыпались шуточки и анекдоты.

Зато нельзя этого сказать о Вербатиме, который серьезно испугался. Он хотел схватить Дигитала и наказать за такие шутки над королевским чиновником. Ведь было ясно, что винить будут его, мастера, а не ученика. Ибо он несет полную ответственность за то, что твориться в мастерской, и за тех, кто здесь работает и учится. И вместо полицейских и слуг Конгратулата сам кинулся ловить мальчишку, и именно его крики были слышны по улице Хронометров. Даже продавцы на рынке вытягивали шеи, чтобы посмотреть, что там творится, а покупатели смеялись: «Ха-ха, вот это спортивные соревнования: старик бегает за юнцом!»

Только Дигитал хорошо знал характер учителя и был готов к этому. Ему удалось увернуться от цепких пальцев Вербатима, проскочив к двери. Очутившись на улице, он побежал в сторону рынка. Будильники-работяги, зная проделки Дигитала, весело приветствовали его:

– Молодец, мальчишка! Здорово ты прищучил Конгратулата!..

– Этому Дигиталу только в цирке работать – его механизмы смазаны хорошим маслом! Как он ловко подшутил над вельможей!..

– Надолго этот королевский чиновник запомнит шутки подмастерья!..

Но были и такие, которые неодобрительно говорили:

– О-о, теперь Вербатиму придется туго. Конгратулат не из тех, кто забывает нелепые проделки над собой!

– Да, старику может попасть из-за мальчишки!.. Тюрьма плачет по таким несносным и непослушным…

Вербатим бежал, хромая на одну ногу. Но догнать своего ученика так и не смог. Увидев, как Дигитал скрылся в переулочках, он остановился, чтобы перевести дух. Ему хотелось ругаться, однако такое позволить себе не мог. Потому что ругаются только те, которые в душе злые и недобрые. А старик был далеко не таким, в душе он сам посмеивался над тем, что сотворил этот несносный мальчишка. Только его робость и страх заставляли его всегда молчать и переносить оскорбления и унижения.

Мастер вернулся на площадь, чтобы помочь полицейским отключить фонтан и вытащить из воды вельможу. Конгратулат плевался, фыркал как лошадь и обещал денег тем, кто приведет наглеца к нему. Многие смеялись в ответ. Но, к сожалению, были и такие, кто не прочь был заработать денег на этом. Среди них были стражники торговой площади, которые здесь занимались не столько полицейской деятельностью, сколько вымогательством, прекрываясь законами и прочими инструкциями, которые издавал под грифом «Секретно» Конгратулат. [27]

### Глава вторая. Как в таверне побили стражей, а Дигитал подслушал разговор шпионов и узнал о готовящемся перевороте в Королевстве будильников

Дигитал бежал на всех парах. Нет, он не боялся учителя. Просто не хотел видеть укоризненных глаз и жалоб, что мальчишка приносит ему сплошные неприятности. С другой стороны ему на пятки наступали стражники, которые считали его воришкой, укравшего у вельможи что-то. Нужно сказать, что Дигитал сумел проскользнуть под ногами одних преследователей, перепрыгнуть через других, увернуться от цепких пальцев третьих. Его ловкости могли позавидовать акробаты из цирка-шапито, иногда наведывающиеся сюда. И эта ловкость не редко спасала Дигитала.

Но и полицейские попались привередливые. Они продолжали преследование, мечтая за поимку получить награду. Ведь они услышали крики Конгратулата, который обещал наказать малолетнего обидчика. Впереди всех бежал капрал Голден Д» Паджес, пухлый и ржавый будильник, известный забияка и дарчун. Но еще больше он был известен своей тупостью, хамством и вымогательством. Кстати, капрал часто играл в карты и проигрывал деньги. Поэтому лишние монеты ему были очень нужны. Для возвращения долга и, естественно, новой игры.

Дигитал, обернувшись, увидел семь стражников-будильников и понял, что на этот раз ему может повезти меньше. Ведь впереди замаячила высокая стена, через которую перелезть практически невозможно. Это был тупик.

– Ага, от нас не уйдешь! – восторженно закричали полицейские, бряцая саблями и ружьями. – Лучше остановись и сдайся! Мы тебя не будем сильно бить – только стрелки погнем и колокольчики поотшибаем! А потом в участок отведем и составим протокол!..

И Дигитал остановился. Но не для того, чтобы сдаться толстякам в мундирах. Его взгляд упал на таверну, где сидели матросы, рыбаки, художники и другие жители города и пили свежее пиво. Это заведение работало без отдыха, паузы и выходных дней, то есть все двадцать четыре часа в сутки. И здесь всегда было полно народу. Бородатый будильник – хозяин питейного заведения Борбулус – бегал между столиками и разносил бокалы с пенящейся желтой жидкостью. Народу было много, и раствориться среди него показалось делом не сложным.

Все были так увлечены алкогольным напитком, закуской из рыбы и разговорами о предстоящем визите короля Пропехота-Второго, что не заметили, как в помещение вкатил Дигитал и спрятался под столом с красной скатертью с черной бахромой по краям. Здесь он затаился как мышка.

В этот момент сюда с шумом и грохотом ввалились стражники.

– Где этот воришка? – заорали они. – Куда вы его спрятали? Быстро говорите, негодные! Иначе мы вам покажем, где раки зимуют!

Посетители с удивлением посмотрели на незваных гостей. Нужно сказать, что стражей правопорядка здесь не очень-то жаловали. Потому что те нередко вымогали у простых будильников деньги, угрожая отправить в кутузку за… ну, например, отсутствие паспорта или гулянье ночью по городу без… собаки… Да-да, эти полицейские придумывали разные причины, чтобы заграбастать взятку. Естественно, кому это понравится?

– Извините, господа, о ком идет речь? – взволновался Борбулус. Он ощущал, что визит стражей может обернуться неприятностью. Нужно заметить, что его всегда пугала встреча с полицейскими и стражами, поскольку ничего хорошего от них он не ожидал. Обычно они заходили, якобы, с очередной проверкой хозяйственной деятельности, но ничего не проверяли, а требовали предоставить им взятку, иначе могли отправить в Башню преступников.

– Мы говорим о мальчишке, который вбежал сюда только что! – вскричал капрал, махая алебардой. Этим самым ему хотелось показать себя грозным и сильным.

– И-изви-ните, н-но сюда д-дети н-не ходят, это же заведение для взрослых, – заикаясь, произнес хозяин таверны. – Наверное, вы ошиблись… – от страха у него дрожали часовые стрелки.

Эти слова привели в ярость полицейских.

– Это мы ошибаемся? – возопил Голден Д» Паджес, решив, что над ним надсмехаются. А значит, не уважают. – Да как ты, пивное брюхо, посмел такое заявить! Нас обманывать вздумал?! Сейчас мы тебе устроим тут пир!.. – капрал наступал на хозяина таверны. И тут, махая кулаком, стражник случайно стукнул моряка Каррамбу, и этим совершил роковую ошибку. Вы знаете, кто такой Каррамба? О-о, сейчас расскажу. Это морской компас, который когда-то служил на пиратском бриге. Он прошел огонь, воду и медные трубы, то есть испытал многое в жизни. Его в порту все уважали за отвагу, храбрость, честность и доброту. Естественно, пират такого оскорбления потерпеть не мог.

– Сто чертей тебе в ребро! Как ты, крыса сухопутная, посмела меня задеть? – заорал он в негодовании. Каррамба тут был уже как пять дней – отдыхал после долгого мореплавания, но никто за это время не оскорбил его, и такое по отношению к себе не терпел. Обычно с такими забияками он расправлялся быстро и легко. Но сейчас ему не хотелось пускать в дело нож или саблю. Схватив стражника за ворот, притянул поближе и огрел пивной кружкой, да так сильно, что у того из глаз посыпались искры. Собеседник Каррамбы – старый боцман-шагомер Барракуда тоже принял участие в этой потехе: двинул ногой капрала, который по инерции упал на него.

– К-куда, лягавый! – прохрипел он, скручивая Голдену Д» Паджесу стрелки в морской узел и надевая ему на голову кастрюлю с соусом. – Вот так-то, фрайер!

– Бей полицейских гадов! – крикнул кто-то из тьмы.

Тут в стражников полетели рыба, сыр, помидоры, вилки и ножики. Посетители швыряли в золотистые мундиры все, что попадалось им под руку, даже тяжелые глиняные кувшины. Бедный Борбулус от страха дар речи потерял. Он понимал, что заварушку ему не остановить. И мысленно уже подсчитывал убытки.

Полицейские отбивались вяло. Потому что драться в полутемноте, в узком входе не так уж и удобно, да и отпора они давно не получали, отвыкли от подобных атак. К тому же и командир их лежал на полу, не подавая признаков жизни.

– Вон отсюда! Или я отправлю вас на корм акулам! – закричал Каррамба, засучивая рукава. Кстати, его металлические руки были исколоты наколками: рыба, якорь, пиратский флаг, пушка, что свидетельствовали о высоком статусе в среде морских разбойников. Моряка поддержали все посетители, заулюлюкав и завыв по-волчьи. Кулаки компаса заработали как отбойные молотки, проделывая вмятины на корпусе будильников в мундирах.

Ругаясь, стражники вылетели из таверны с такой скоростью, как обычно это делает пробка под давлением газов из бутылки шампанского. Один из них по пути успел схватить за воротник капрала, и выволочь на улицу. Там они стали приходить в себя и приводить в порядок мундиры. Голден Д» Паджес очнулся и пошевелил стрелками – они были целы. Плюнув, полицейские поплелись обратно на площадь, в надежде заработать монеты на чем-либо другом. Капрал выл и обещал чуть позднее разобраться с Каррамбой и его собутыльниками: «Вы еще узнаете, что такое полицейские торговой площади! Вам всем светит Башня преступников! Мы вам это гарантируем!»

В таверне все смеялись. Не каждый день можно было проучить стражников. Дигитал также хихикал под столом – его позабавила потасовка. Он бы и сам принял участие, да только не хотел показываться никому здесь.

– Не расстраивайся! – крикнул Каррамба бедному хозяину таверны, который, очнувшись от шока, стал бормотать, что его обанкротили и теперь он вынужден продать свое заведение, чтобы совсем не стать нищим. Впрочем, нытье Борбулиса было привычным для посетителей, ибо старый будильник ворчал по любому поводу. Но сейчас все сжалились над ним и решили возместить ущерб.

– Чтобы меня акулы сожрали с потрохами – мы славно повеселились, да и сухопутным крысам дали урагана! Но, Борбулус, не плачь, я оплачиваю за все, что тут натворили мы! – сказал компас. Как морской пират он держал слово. Он достал из кармана золотые монеты и бросил на стойку. Вид денег вернул хозяина таверны в хорошее расположение духа, и он даже запел что-то под нос.

– Откуда у тебя старинные золотые монеты? – поинтересовался кто-то. – Наверное, хорошая добыча попалась в море?

– Нет, это я нашел на острове Спёра, – просто ответил пират, и все рассмеялись, считая это шуткой. Никто тогда не знал, что Каррамба говорил правду.

Веселье продолжалось. Посетители пили пиво и обсуждали уже стычку со стражниками. Каррамба громко хохотал, вспоминая, как врезал кружкой капралу. Дигитал хотел было под шумок выскользнуть из-под стола, но тут услышал шаги, и замер. Он увидел сначала одни ноги, а затем другие, которые чуть не уперлись в его корпус. Владельцев ног мальчишка не видел, но понял, что за стол село два будильника. Подмастерье решил не выдавать своего присутствия, чтобы не иметь неприятности. Он опять затаился, чуть дыша.

– Хозяин! Давай сюда две кружки пива! И побыстрее! – крикнул один из новых посетителей каким-то хриплым и ржавым голосом. Нужно сказать, что в его интонации проскальзывал акцент, видимо, это был иностранец. Дигиталу стало интересно, и он навострил уши.

– И закуску тащи! – прошипел другой. Казалось, что у него не хватает зубов. И он говорил с акцентом.

– Сейчас, сейчас, – заволновался Борбулус. Он быстро выполнил заказ, принеся две запотевшие кружки с пивом и поднос с копченой рыбой, морской капустой, луком, лепешкой и помидором. Ему хотелось угодить этим посетителям, которые, судя по одежде, прибыли издалека.

Дигитал не видел, как едят иностранцы, но слышал чавканье и хрюканье, словно за столом сидели парнокопытные животные. Ему даже стало смешно. Ибо его всегда взрослые укоряли, если он ел смачно и облизывал ложку и тарелку. А тут сами будильники, причем прибывшие из-за рубежа, ведут себя не очень-то культурно за столом.

– Ну, что будем делать? – прохрипел один. Он никак не мог проглотить рыбу. И это, судя по звукам, доходившим до мальчишки, едока это бесило. Дигитал мысленно прозвал его Рыбоглотом. У него был голос с хрипотцой, неприятный такой.

– Кушать, – произнес второй, обсасывая брынзу. Он тоже получил прозвище Брынзоеда. – Как ты и хотел, ненасытный желудок! Тебе бы только пожрать! И завел сюда, где шпионов, наверное, полным полно.

– А мы кто?

– Да заткнись ты, идиот! Может кто-нибудь услышать и полиции настучать про нас!

– Ясно. Только что будем делать – ты мне так и не сказал, – продолжал терзать напарника Рыбоглот.

– Повторю: кушать, – гневно ответил тот.

– Да нет, после еды? – прохрипел дальше Рыбоглот. Наверное, все-таки с зубами у него были проблемы. Да и рыба застряла в горле. Пришлось ему стучать себя по корпусу, чтобы еда прошла внутрь. Звуки были странные, во всяком случае, не такие, как у будильников. Словно внутри там не было механизмов, а какая-то пустота. Смутное подозрение стало подкрадываться в душу Дигитала. Он-то знал каждый звук частей будильников, ибо сам не раз чинил механизмы.

Брынзоед сделал глоток и произнес:

– Нужно выяснить, как можно пройти незаметно во дворец Теполы…

Эта фраза насторожила Дигитала. «Зачем иностранцам тайно пробираться во дворец нашей королевы? – удивился он. – Ведь Тепола всегда рада гостям. А может, они хотят сделать что-то ей плохое? И поэтому хотят проникнуть к ней незаметно?.. Ну-ка, ну-ка, послушаю я дальше разговор».

– А как мы это сделаем? – продолжал спрашивать товарища хрипящий. – Ведь подступы ко дворцу охраняют стражи.

– Идиот, мы пойдем в канцелярию королевы под видом послов и встретимся там с одним предателем, которого ты, идиот, знаешь, и который обещал нам помочь в организации заговора, – сказал Брынзоед. – Конечно, он делает это не бесплатно, и поэтому хозяин дал нам столько много денег, а мы из-за тебя, дурак, тратим их на еду…

– Так ведь кушать хочется. И мы вправе есть, несмотря на сложную работу…

Видимо, с этим был согласен и Брынзоед, который проглотил брынзу и взялся за кружку пива, и сделал пару глотков.

– Этот тип, когда мы подкупим его, даст нам карту-схему дворца. Не зря ведьма Фляйшвулф говорила, что этот предатель поможет нам захватить власть, а она никогда не ошибается, и наш хозяин всегда к ней прислушивается. Мы будем знать все – выходы и входы, сколько стражи стоит там, сколько охраняет королеву! Тогда нам легче будет совершить нападение! И нас наш хозяин хорошо наградит!

– Ух, ты! Это хорошая мысль! – восхитился его товарищ. – Ой, кого мы заставим принести карту? Будильники такой скупой народ…

– Я сейчас кого-то убью! – вскипел Брынзоед.

– Кого? – не понял Рыбоглот.

– Тебя, идиот, много вопросов задаешь!

– Но просто интересно…

– Интересно? Как дам тебе за твой интерес по носу! В прошлый раз у нас была схема одной машины, а ты, болван, взяв ее подержать из-за интереса, утерял! Где схема? Куда дел? Молчишь? А профессор-мастер, которого мы выкрали и привезли к хозяину, ничего не сказал палачу, что это за машина и каковы функции ее действия. И хозяин нам не выдал обещанной награды! Все из-за тебя!

– Так на меня на кладбища напали приведения! Они хотели меня в потусторонний мир уволочь! А одно приведение вырвало у меня из рук пакет и захохотало, причем так страшно…

– Не ври, – фыркнул Брынзоед. – Ты в тот вечер напился вина, и мозги твои набекрень съехали, мерешилось черт знает что!..

Рыбоглот замолчал и переключился на еду. Тем временем Дигитал сидел и внутри него все клокотало. «Боже мой, да эти иностранцы хотят захватить нашу королеву, – думал он. – Но кто они? Откуда? Явно – не будильники. И тем более не из Ура, из другого города, может, из-за границы. Но кто они?» И мальчишка отчаялся на крайний шаг. Он взял и со всех сил стукнул Рыбоглота, который в это время жевал рыбу. Раздался странный звук, словно внутри иностранца было что-то не металлическое.

– Ой! – подавился Рыбоглот и стал кашлять: косточки рыбы застряли у него в глотке. Его товарищ стал стучать его по спине.

– Осторожнее! – выдавил из себя Рыбоглот. – У меня там взрыватель! Сейчас шандарахнет – и вся таверна разлетится к чертовой бабушке! С детонаторами шутки плохи! [28] [29]

И тут Дигитал понял, кто это – мины. Ведь взрывателей не бывает у других жителей Земли. Это не будильники, не компасы, не тонометры, а даже не барометры или утюги и телефоны, а именно мины – злейшие враги всех мирных устройств и машин. Вот почему у них звук иной – это внутри порох или какие-то другие воспламеняющиеся вещества. Именно с ними была война у будильников. И именно его отец – сержант Гемалай погиб в неравном бою с врагом. И теперь мины сидят в его стране, в этой таверне и жрут рыбу. Чтобы затем совершить что-то преступное против королевы Теполы.

«Нужно об этом сообщить королеве, ведь шпионы задумали что-то коварное против государства», – мелькнула мысль у Дигитала. Но как выйти незаметно? Ведь мины догадаются, что подмастерье подслушал их преступный разговор. Однако все произошло быстрее, чем он мог подумать. Дело в том, что в это время Брынзоед, сев на место, протянул поудобнее ноги и… уперся о мальчишку.

– Это что еще такое? – удивился шпион. Он склонился, откинул скатерть и заметил спрятавшегося под столом Дигитала.

– Ага, ты подслушивал наш разговор! – прошипел от злости иностранец. – Ну, держись, тебе придется сейчас не сладко!

– Как, этот пацан за нами шпионил?! – вскрикнул Рыбоглот, тоже увидев мальчишку. – Его следует изолировать, чтобы он никому ничего не рассказал. Хватай его!

Но Дигитал не собирался сдаваться. Если он сумел убежать от полицейских, то уж от иностранных шпионов тем более не сложно. Мальчишка схватил за ногу Рыбоглота и потянул на себя. Тот потерял равновесие и шмякнулся на пол. Звук был такой, словно упала консервная банка.

– Ой-ой! – вскрикнула мина. Тем временем Дигитал выскочил из-под стола, увернулся от рук Брынзоеда, накинул на него стоявшую у стены корзину с мукой и кинулся бежать. Сидевшие в таверне будильники и компасы с удивлением посмотрели на мальчишку. Они даже пить пиво перестали. Что-то много за один день всяких событий.

– Держите его, держите! – завопил Брынзоед, скидывая с себя корзину. Однако он мало напоминал важную персону, будучи весь в муке. – Этот мальчишка – вор! Он украл у нас деньги! – пытаясь почистить свой костюм, он случайно ударил по бочке с маслом, и та с шумом лопнула. Во все стороны потекло оливковое масло.

– Да-да, – подхватил Рыбоглот, пытаясь встать. – Он похитил бриллианты и золото! – однако мина поскользнулась на масле и опять упала.

Дигитал развернулся и закричал:

– Неправда! Я – не вор! А вот эти типы – шпионы! Они – мины!

Тут Каррамба, который стоял рядом, схватил мальчишку за руку:

– Три якоря мне в печенку! Что за шкет тут шныряет? Подожди-ка, а не тебя ли разыскивали стражники? Может, ты действительно малолетний преступник, а?

– Да нет, – стараясь вырваться, вскричал Дигитал. – Я подслушал разговор вот этих типов, – тут он показал на мины. – Это шпионы короля Пропехота-Второго. Они хотят пробраться во дворец Теполы! Они что-то замышляют против нашего королевства.

– Нет, это неправда! – вскричал Брынзоед. – Мы – послы земли Телескопа, и прибыли сюда с почетной дипломатической миссией. Вот наши документы! – он достал и развернул какие-то бумаги с печатями. – А вот этот мальчишка украл у нас деньги.

– Ничего я не крал! – разозлился Дигитал. – Я – ученик мастера Вербатима! Я никогда не брал ничего без разрешения!

– Нет, он украл у нас деньги! – настаивали мины. – Его нужно сдать в полицию.

В таверне все зашумели. Между посетителями пошла перепалка. Одни считали, что Дигитал действительно вор, раз за ним бежали стражники, а другие нет, потому что у него не нашли никаких денег. Каррамба молчал, призадумавшись. Ему не хотелось связываться с полицией, потому что пираты не любят ее. Но с другой стороны, и воровство он не приветствовал (даже в среде пиратов воровство не приветствовалось и строго наказывалось). И в тоже время ему не верилось, что этот мальчишка может украсть что-либо. Уж своему чутью компас доверял. Тем более все знали мастера Вербатима, а тот плохих учеников не держит и плохому не обучает. Тут что-то не так…

Хозяин таверны взывал всех к спокойствию, ибо не хотел нового беспорядка в своем заведении. Тут он заметил, что весь пол залит дорогим маслом и стал причитать.

– Дайте его нам, мы его сдадим стражам! – кричал Рыбоглот, пробираясь к пирату. Вслед за ним, пихая сидящих за столом будильники, пробирался Брынзоед. Дигитал сжался, предчувствуя, что он на этот раз попался. И тут Каррамба принял решение:

– Ладно, малыш, я тебе поверю! – прошептал он на ухо Дигиталу. – Я тебя сейчас отпущу. А ты уж сам беги и старайся больше не попадаться ни в лапы стражников, ни этих вот господ. Понял? – и пират ослабил свой захват, чтобы можно было легко вырваться.

– Спасибо! – сказал Дигитал. И в тот момент, когда Рыбоглот уже занес руку, чтобы сцапать мальчишку, тот взял со стола солонку и высыпал соль прямо в глаза мине. Нужно сказать, что соль оказалась едкой, она сразу стала щипать, что Рыбоглот завопил и стал отчаянно тереть веки, вертясь при этом как юла.

Дигитал пнул его и кинулся к выходу. Брынзоед, который был уже рядом, пытался его достать. Однако мальчишка кинул ему под ноги швабру, которую прислонил к стене хозяин таверны, чтобы потом протереть пол, и это позволило выиграть несколько секунд. Мина наступила на швабру, и тот час получила удар палки по корпусу.

– Бу-у-ум! – послышался глухой звук. Брынзоед упал на спину, нелепо дергая руками и ногами. Все в таверне хохотали, а больше всех Каррамба. Борбулус кричал, что полностью обанкротился из-за таких посетителей.

Тем временем Дигитал выскочил на улицу. Ему нужно было бежать. Но куда? Дорога из тупичка вела к рынку. А там – стражи, которые так и хотят схватить пацана. А позади – шпионы. Мальчишка завертелся на месте, не зная, куда податься. И тут он услышал:

– Эй, там, внизу! Чего потерял? Скажи мне – я найду, отсбда все видно…

Мальчишка удивленно поднял голову.

Прямо над ним висел огромный воздушный шар красного цвета с корзиной. На баллоне была нарисована птица Феникс, парящая в облаках. А из корзины ему весело махала симпатичная девочка-будильник в спортивном костюме. С рыжими волосами, веснушками и симпатичными стрелками. Ее косички развевались на ветру. Было удивительно, как мама разрешила девочке летать одной на воздушном шаре.

– Привет! – крикнула она. – Тебе помочь?

– Да-да, помоги! – замахал руками Дигитал. Он уже слышал, как по лестнице поднимались, ругаясь во всю, мины.

Девочка фыркнула, и через секунду из корзины упала веревка.

– Понимайся! Сумеешь?

Дигитал не стал тратить время на ненужные препинания с девчонкой. Конечно, он умел подниматься по веревке, и не раз это проделывал, когда лазил на ратушу, чтобы сверху любоваться красотой города. И сейчас он плюнул себе на ладони, протер друг о друга и схватился за веревку. Подтянулся и… тут он почувствовал, как кто-то его держит за ногу.

– Ага, попался! – торжествовал Рыбоглот. – Ну, теперь ты поймешь, что напрасно с нами связался.

Тут подоспел Брынзоед. Оба они стали тянуть мальчишку вниз. И как Дигитал не дергался, он не мог отцепиться от них.

Увидев разыгравшуюся внизу драму, девочка схватила мешки с песком, которые служили балластом, и кинула вниз. Целилась она хорошо, потому что мешки упали прямо на мины. Бах! Бах! – и придавленные балластом, шпионы лежали на мостовой и отчаянно ругались, но не могли подняться.

Шар, став легче, стал подниматься. Девочка решила помочь новому другу и потянула к себе веревку. При ее помощи Дигитал влез в корзину. Там он отдышался и посмотрел вниз. Преследовавшие его мины барахтались внизу, проклиная мальчишку и незнакомца в шаре. Это выглядело так комично, что будильник рассмеялся, а потом огляделся.

Они были высоко. Под ними расстилался город, окруженный с одной стороны горами, а с другой – зеленой и цветущей долиной, а с третьей – глубоким Акульем морем. Плававшие у бухты корабли казались игрушечными, а будильники, ходившие по улицам, выглядели таблетками от кашля. Дома были сложены словно из кубиков или сделаны из песка – такое сам мальчишка часто строил на пляже, когда с друзьями ходил в залив купаться. Жители смотрели вверх и махали пролетающим воздухоплавателям. Ведь шары, аэропланы и дирижабли – это такая редкость здесь, и наблюдать за ними – это тоже удовольствие. Что касается ученика Вербатима, то для него было в этом полете что-то удивительное, захватывающее и почему-то захотелось стать аэронавтом, посещать разные страны, писать записки о путешествиях… Да, нарисованная на баллоне птица Феникс была символом свободы и мечты, и владелец этого транспорта имел все возможности для дальних странствий. Тут Дигитал вздохнул, подумав, что не всем мечтам суждено сбыться, и решил лучше рассмотреть внимательнее свою спутницу.

### Глава третья. Как Дигитал познакомился с девочкой по имени Тюльпан и сумел пробраться в королевский дворец

Но первым начала разговор таинственная спасительница, которая сама с интересом рассматривала мальчишку.

– Эге, да за тобой охотились! – весело произнесла девчонка, облокотившись о край корзины. – Наверное, ты там такое натворил, раз двое придурков пытались вслед за тобой залезть на шар! Вообще-то со стороны смотреть было увлекательно, как в кино. Жаль, что у меня в мешках не чугунные гири, а песок, уж точно им бы корпус помяла!

Дигитал молчал. Он не знал, стоит ли доверять девочкам. Нужно заметить, что дружил только с мальчиками, а с девочками вообще не общался. Эти будильники вечно визжали, если видели крысу или плакали, если дернуть их за косу. А больше всего Дигиталу не нравилось то, что девочки не умели хранить тайну. Они едва что-нибудь услышат, так сразу бегут ее рассказать всем встречным. Естественно, он подумал, что и эта особа не станет хранить сведения о том, что в королевстве много иностранных шпионов и здесь зреет государственный переворот. С ней лучше помалкивать. А то ляпнет стражникам, и те его арестуют…

– Тебя как зовут? – поинтересовалась девочка, продолжая разглядывать гостя. М-да, она оказалась чрезмерно любопытной.

– А тебя? – вопросом на вопрос ответил Дигитал. Ему не хотелось первым представляться.

– Я – Тюльпан! – сказала хозяйка воздушного шара, протягивая руку.

– А я – Дигитал, – нехотя пробурчал мальчишка, пожимая ладонь девочки. Скажи кому, что подружился с девчонкой – засмеют…

– И чем ты занимаешься? – продолжала любопытствовать Тюльпан. – Бегаешь по улицам от всяких там будильников или учишься в школе?

Эти слова задели Дигитала. Ну, что-что, а он зря время никогда не терял. Он учился мастерству у Вербатима, стоя за фрезерным и токарным станками, а вечерами читал мудреные книги по механике, математике, физике, химии. Нужно сказать, что мальчишка был способным, сразу все ухватывал, разбирался в формулах, схемах и теоремах, но особенно его интересовали теории космических полетов и ракетная инженерия – а то как бы он запустил в небо Конгратулата без соответствующих знаний?! Конечно, в обычную школу он не ходил, так как на это не оставалось времени, однако воскресные курсы в церкви посещал. А тут какая-то девчонка, пускай даже умеющая летать на воздушном шаре, его подкалывает.

– А ты чем? – опять вопросом на вопрос ответил он. – Летаешь по небу? Одна? И тебя отпускают?

– Если повезет! – весело сказала Тюльпан. – Вообще-то я летаю с учителями, но они такие приставучие и мерзопакостные. Есть такие Ноготкис и Парикмус – самые вредные из вреднючих, ужас прям! Вечно ворчат: это нельзя, то не делай, туда не ходи, не трогай эти штучки. Порой так надоедают, что хочется от них избавиться. Вот я, не выдержав нравоучений и нытья, их сегодня вытолкала из корзины и решила отправиться в самостоятельный полет. Правда, они так вопили, когда падали в воду! Смешно!

– Ух ты! – слова Тюльпан привели в восторг подмастерья, который мысленно представил эту картину: худенькая девочка толкает за борт толстых учителей в очках и в парике. Он не ожидал, что и среди визжащих и ехидных особ в юбках бывают боевые будильники. Ему понравилось, что Тюльпан может постоять за себя.

– И как ты часто летаешь? – спросил Дигитал, чувствуя, что ему становится интереснее в обществе этой девчонки.

– Ну, когда хорошая погода и если мама разрешает, – махнула рукой Тюльпан. – А мама разрешает тогда, когда я хорошо себя веду и получаю пятерки. За это меня она угощает пирожным и разрешает летать над городом.

Дигитал вздохнул. Его мама редко печет что-то сладкое. Потому что ей одной трудно зарабатывать деньги. И Дигитал сам давно не ел пирожное. Он иногда покупает конфеты и сразу несет своим братишкам или соседским детям. Поэтому сейчас мальчишка облизнулся, мысленно представив себе пирожное. Он не заметил, как слюна потекла изо рта. И это приметила Тюльпан.

– А хочешь пирожное? – спросила она.

Дигитал смутился. Ему, с одной стороны, хотелось сладкое, а с другой – просить у девчонки? Нет уж, стыдно.

Он отвернулся и стал смотреть вниз. На море была зыбь. Шар пролетал недалеко от порта, до отказа забитый кораблями. Дигитал даже удивился этому, ведь раньше такого не было. Может, это военные корабли? Тогда это означает, что начинаются боевые действия и опять война? Конечно, никто этого не желал… Или это торговые? Это лучше. Тогда на рынке будут удачные торги. С высоты трудно различить суда по назначению, хотя подмастерья считался неплохим специалистом по морскому транспорту. [30]

– Ты чего внизу увидел? – спросила Тюльпан, и сама свесилась вниз из корзины.

– Да вот… кораблями интересуюсь… Иногда мне хочется стать моряком и поплыть далеко-далеко, например, к острову Сапёра! И разгадать его таинства!

Девочка усмехнулась:

– А ты – фантазер! Остров Сапёра – это же сказка! И те корабли в бухте, так это торгаши из Земли Телескопов приплыли. Я вчера слышала от фельдмаршала Алди, что была просьба от капитана торгового флота Запала пропустить их к нашему городу, они везут много подарков для королевы…

– Капитан Запал?.. Хм, я слышал, что есть такой адмирал Запал из Королевства Мин…

– Не знаю, но Алди сказал именно так: капитан Запал…

Мальчишка недоверчиво посмотрел на нее, мол, чего врешь, как ты могла встретиться с самим фельдмаршалом – знаменитым начальником армии будильников? Он не разгуливает по Уру, и его не увидишь в переулках города… Если, конечно, с неба не подглядеть за казармами, где обычно бывают все офицеры и солдаты.

– Ты не веришь?

– Э-э-э… нет…

– Ах, жаль… Так ты пироженное хочешь?

Мальчишка пожал плечами.

– Да не бойся! – весело произнесла спутница. – Сейчас прилетим во дворец…

– Во дворец! – воскликнул Дигитал.

– Именно туда… А ты чего испугался? – удивилась Тюльпан.

– Да ничего я не испугался, – хмыкнул мальчишка. – Просто мне непонятно: почему во дворец? Хочешь меня королевской страже сдать?

Тюльпан скривила лицо-циферблат:

– Не говори глупостей! Я никогда никого не предавала. И тебя не собираюсь никому отдавать! А ты чего это вдруг взъерошился? Что-то натворил? Ведь за тобой бежали те двое из таверны…

– Да, жлобы какие-то…

Девочка с удивлением посмотрела на него: такого слова она не знала. И поэтому осторожно переспросила:

– Жло… кто-кто?

– Жлобы… Ну, так мы называем типов без мозгов и с ужасными манерами…

– И что ни хотели от тебя, эти ж-ло-бы?

– Просто я узнал то, чего они не хотят знать!.. И я хотел… – и Дигитала осенило. Удача. Ведь он сможет рассказать королеве Теполе о шпионах. И он проберется во дворец, минуя стражу и прочие барьеры. Лишь бы Тюльпан не передумала лететь туда.

– Я согласен! – вскричал он. – Давай за пирожным! Во дворец! Мне туда срочно надо!

– А с чего это вдруг? – подозрительно спросила Тюльпан. – Только что отнекивался…

Мальчишка поперхнулся.

– Ну… ты же сама меня хотела угостить пирожным. А я – сладкоежка! Так что давай во Дворец!..

– Давай! – обрадовалась хозяйка шара. – Помоги мне с управлением!

– А что я должен делать? – спросил мальчишка. Он впервые находился на таком воздушном транспорте, хотя прочитал о них много книг. В своих мечтах Дигитал хотел построить какой-нибудь аппарат, с помощью которого он подымется в небо и совершит кругосветное путешествие. Хотя, впрочем, он мечтал построить и парусник, и подводную лодку, и даже автомобиль.

Девочка показала, что ему следует держать специальные рули, а она тем временем с помощью рукоятки снизит давление в шаре, закроет вентиль газового нагревателя, чтобы прекратить подогрев воздуха, и они начнут опускаться по траектории прямо во дворец.

Но не все получилось, как хотелось. В этот момент погода стала портиться, набежали тучи. Сильный ветер подхватил шар и понес в сторону от Ура. Через пять минут город остался далеко позади, а под корзиной растилалось море. Воду прорезывали плавники акул – хищников морских глубин. Бррр, вот уж их стоило бояться.

– Ой, куда нас отнесло?! – испугалась девочка, выхватывая у Дигитала рули и пытаясь справиться с управлением. Однако это оказалось непростым делом. – Если не изменим курс, то можем очутиться за тысячи миль отсюда – над необитаемыми островами!

Нужно заметить, что Тюльпан знала, что говорила. Ведь она получала только отличные оценки по географии и сумела сориентироваться, определить направление их движения. Только Дигатал понял все иначе. От сказанного у него дух захватило:

– Ух, ты! Это класс! Пойдем в пираты!

Но Тюльпан была не согласна. Она укоризнено посмотрела на мальчишку:

– Ты о чем это? В какие пираты? Они же несчастья приносят! Грабят всех и убивают!

Вообще-то это было так, и сам Дигитал знал немало историй о морских разбойниках. Мама ему рассказывала, что даже их дед был на королевском флоте и воевал с пиратами. Но ведь не все такие, например, Каррамба – великий моряк, пускай и пират, он же добряк и честный!

– Ну, не все плохие, есть и хорошие, – произнес будильник, однако не стал вдаваться в подробности. Впрочем, Тюльпан и не намеревалась его слушать, она начала опять поднимать температуру шар при помощи газового нагревателя, чтобы подняться выше туч и вернуться на прежнее место. Мальчишка дергал рули, чтобы шар не мотало по сторонам, и они не вывались, в свою очередь, из корзины.

Прошло немало времени, пока они легли на нужный курс. Слава богу, ветер изменился, разогнал тучи и заодно доставил шар к городу.

– Да, это был ветерок что надо! – восхищенно сказал мальчишка.

Девочка его просила:

– А ты знаешь песенку про ветерок? Нет? Хочешь спою?

– Гм… Спой… – согласился Дигитал.

Тюльпан стала петь, одновременно следя, как шар движется в сторону дворца:

«Из-за синих, синих гор,

Как из детской песни.

Прилетел в наш светлый двор,

Ветерок весенний.

Он весь дворик обежал,

Поиграл с листочками.

Мурке нос пощекотал,

Пробежал меж кочками.

А потом залез в трубу,

Что стоит на крыше.

Загудел бу-бу, бу-бу,

Распугал всех мышей.

Искупался он в пруду,

Потолкал корабли.

Что-то крикнул на ходу,

И исчез куда-то.

Не куда-то, а ко мне,

Постучал в окошко.

И запрыгал по стене:

«Поиграем, крошка?» [31]

– Ну, как? Понравилась песня?

– Э-э, да, хорошая песенка, – согласился Дигитал. – А мы правильно летим?

– Конечно! Теперь нам туда! – и Тюльпан показала на приближающийся дворец. Ох, какой он был красивый и величавый. Высокие стены из белого кирпича, множество сторожевых башень, высокий шпиль с огромным изумрудом, который ярко светился на солнце, а также с большими часами, где била в колоколы сама королева Тепола. Здесь было бесчисленное множество помещений, и они служили покоями королевы и ее семьи, залами для встреч и принятия государственных решений, архивами, оружейными складами, мастерскими, конюшнями, комнатами для слуг, для занятия спортом, танцами и наукой, и над каждым домом висели различные флаги. Внутри дворца также располагались парки и беседки, а также небольшой пруд, вокруг которого по аллее были расставлены статуи – герои Королевства. Среди них был и бюст отцу Дигитала.

Сам мальчишка никогда не видел его, а только слышал от мамы, которую пригласили год назад на церемонию открытия. Тогда Тепола передала ей награду – сотню золотых монет и королевский указ о присвоении Гемалаю звания «Храбрый будильник» с вручением ордена. И с тех пор будильник мечтал попасть туда и посмотреть на своего отца. Ведь он был совсем маленьким, когда отец ушел на фронт.

– Как тут красиво! – вздохнул Дигитал, любуясь прекрасными цветами и деревьями, что росли на лужайке Дворца. Здесь было очень уютно и солнечно. Казалось, что все беды проходили мимо этого места. Но ведь в жизни так не бывает.

– Ты так думаешь? – хмыкнула Тюльпан. Ей нравился этот мальчишка, не смотря на то, что его одежда была в заплатках. Зато было видно, что он аккуратен и чист, на его старой рубашке не было ни пятнышка грязи и воротничек был выглажен. Да, что-что, а будильник следовал примеру отца, правила поведения в повседнейвной жизни которого передала ему мама. Если думаете, что трубочисты – а ведь это была главная профессия Гемалая – ходят грязными, то ошибаетесь. Они черными бывают от сажи и копоти, когда чистят трубы, но всегда после работы приводят себя в порядок.

– Тебе тут хорошо, наверное, – продолжал Дигитал, думая, как весело тут жить – спортивные площадки, зал для фехтования, верховная езда…

– Мне? Нет, скучно! Я бы попутешествовала, – улыбнулась девчонка.

Тут они заметили марширующих на плацу гвардейцев. Они оттачивали свои движения до идеального, их жесты были резкими и четкими, как сами команды, что отрывисто подавал будильник в мундире лейтенанта: «Кру-гом! Ша-а-гом ма-а-рш! На ре-ме-нь! На-ле-во!»

– Что они делают? – спросил Дигитал. Как и любой мальчишка, он любил солдатскую жизнь и атрибутику, с друзьями часто играл в «войнушку», где фехтовался, прыгал через речку, лазил по деревьям, даже из рогатки стрелял по расположению «противника». Правда, от таких игр часто страдали окна соседских домов, а в устроенные им ловушки – ямы на дорогах, скрытых травой, – попадали старушки-будильники. Да, маме Дигитала приходилось не просто выслушивать жалобы граждан. Один раз даже бургомистр герр Веккер пришел и долго беседовал с ней о необходимости лучше воспитывать сына.

– Они к торжественной церемонии готовятся – ерунда! – с неохотой ответила Тюльпан и неодобрительно махнула рукой. – То же мне – протокол и этикет… Нужно это для гостя…

– А кто должен приехать?

– Ну… это, как там его?.. Негодяй который… Ах, да, вспомнила – король Пропехот-Второй!

– Что-что? – поразился мальчишка. – Король Пропехот? А почему?

– Точно не знаю, но вроде бы закрепить мир между нашими странами. Но мама ему не верит… и я тоже… Он развязал войну против нас, а сейчас вдруг стал миролюбивым… Мины разве могут измениться к хорошему? Не кажется тебе это странным?

– Кажется, – признался Дигитал. Ему захотелось рассказать девчонке свои опасения, в частности, историю про шпионов. И не успел, так как шар уже медленно опускался в летний сад дворца.

– Ваше высочество, вы куда пропали?! – кричали придворные, подбегая к корзине. – Мы так беспокоились, так беспокоились. Даже хотели дирижабли по тревоге поднять, чтобы вас никто не хотел похитить…

– Ваше высочество? – удивился Дигитал, посмотрев на Тюльпан. – Так ты…

– Да, я принцесса – и что? – скривила губы девчонка. – Тебе какая разница? – видимо, Тюльпан не любила формальности и когда к ней относились, как члену королевской семьи, а не просто как к обычному человеку, без всяких эпитажей и высокопарных фраз. Ведь все переставали быть самим собой: любезничали, подхалимничали, льстили и… ябедничали друг на друга, лишь бы принцесса уделила больше внимания и подарила что-нибудь.

Будильник был в шоке. Оказывается, он три часа летал по небу с самой принцессой. Это же невероятно! Скажи кому-нибудь из друзей – никто не поверит, все решат, что он врет. Но поразило его другое – принцесса оказалась совсем не зазнобой или вредной, как обычно представлял себе любой мальчишка о королевских особах, а вполне нормальной девчонкой. Более того, решительной и смелой. Согласитесь, ведь не каждый решится на одиночный полет на воздушном шаре, тем более забросать незнакомцев мешками с песком, спасая неизвестно какого будильника.

Тем временем слуги схватили канаты и притянули к земле шар. Один из гвардейцев вытащил якорь из корзины и прикрепил его к железной скобе, чтобы ветер не унес этот воздушный транспорт опять в небо.

– Ваше высочество, где вы были? – продолжали наседать придворные, видимо, из числа воспитателей, лакеев и вельмож. – Если бы ваша матушка узнала про ваши выходки, то не поздоровилось бы нам! А вам тем более. Вас могли лишить пирожных и мороженного! А также танцев и прогулок на шаре! Вы выкинули своих сопровождающих в воду, и некоторые из них простудились от холодной воды! Вы, наверное, сами заболели на холодном воздухе! Вас нужно срочно показать врачу!

– Да все было в порядке, отстаньте! – рявкнула на них Тюльпан, она ужас как не любила прилипчивых придворных. – Выходим! – сказала девочка Дигиталу, который не знал, как себя и повести в данной ситуации.

Тут лакеи и вельможи заметили мальчишку и пришли в ужас.

– Ваше высочество, какой позор! Вы летаете в небе с этим… простолюдином? С этим оборванцем? – возмущались они. – Это нарушение дворцового этикета и протокола! Кошмар! Это не слыханно и невиданно! Вам нельзя общаться с простыми будильниками и тем более летать с ними в одной корзине! Вам следует общаться только с детьми из богатых и знатных семей!

– Да замолчите вы! – крикнула на них принцесса. – Мне надоело вас слушать!

Придворные замолчали, но всем видом показывали, что не одобряют действий Тюльпана. Впрочем, ничто иного от них и не следовало ожидать – рожденные в среде чванства и высокомерия, они, пускай и не будучи высокородными особами, однако считали себя выше, чем простые граждане, то есть привилегированной кастой.

Тюльпан выпрыгнула из корзины, не глядя на подданные руки лакеев, желающих прислужить принцессе. Вслед за ней вылез и Дигитал – уж ему руки никто не подал, на него только фыркнули. Вообще-то подмастерья было неприятно находиться под сердитыми и злыми взглядами лакеев и вельмож. Теперь он понимал, почему девчонке было тут неуютно и неинтересно. Конечно, кому понравится быть под такой гнусной опекой?

Взяв Дигитала за руку – о ужас! – воскликнули лакеи, – Тюльпан зашагала по лужайке в сторону дворца. Она направлялась в свою комнату, чтобы показать ее мальчишке. Но тут впереди нее встали учителя Ноготкис и Парикмус, очень вредные будильники. Говорили, что у этих учителей были старые механизмы, которые работали со скрипом и скрежетом, шестеренки плохо сцеплялись, а пружины были ржавыми, не смазывались маслом, ибо Ноготкис и Парикмус считались скупердяями – они не тратили свое жалование на масло и ремонт. Просто копили деньги, сами не зная для чего. Может, хотели стать богатыми и поэтому уважаемыми будильниками. Но разве деньгами уважение завоюешь? Так вот, эти двое обучали придворным премудростям как саму принцессу, так и детей других вельмож и господ, которые служили в канцелярии или других частях дворца. Понятно, что их уроки отличались от тех, что преподавали будильникам в обычной школе. Чаще всего дети получали уроки чванства, высокомерия и брезгливости по отношению к нижестоящим в социальном статусе лицам, а также умению разбираться в ювелирных изделиях, одежде, акссесуарах и прочем, чем хвастались высокородные друг перед другом.

– Туда мальчишке нельзя! – твердо сказали Ноготкис и Парикмус. – Это противоречит правилам хорошего тона и дворцового этикета! Простолюдины не ходят во дворцы, им можно быть только в комнатах для прислуги! Здесь можно ходить только детям господ – нашим ученикам!

Но Тюльпан не собиралась их слушать.

– Посторонитесь! – закричала она на вставших на ее пути. – Я – принцесса, и сама знаю, какие правила нам нужны! Этот мальчишка – мой друг!

Лакеи чуть в обморок не упали.

– В-в-ва-а-аш д-др-р-ру-уг? – заикаясь, переспросили они. – Но это невозможно! Нельзя принцессам дружить с оборванцами!

Разве девчонка собиралась слушать этих скряг и вредных будильников – она их игнорировала, как игнорируют столб или камень у дороги.

– Мне – можно! – отрезала она. – Идем, – сказала Тюльпан, обращаясь к Дигиталу. Тот нерешительно двинулся за ней, чувствуя на себе кросые и презрительные взгляды придворных. Конечно, он для них был выскочкой и чернью, а прислуживать таким придворные не желали – считали ниже своего достоинства.

– Мы сообщим главному вельможе дворца Конгратулату! – воскликнули Ноготкис и Парикмус, и тут Дигитал вздрогнул. Имя этого будильника он же хорошо знал, и понимал, как взъяриться он, узнав, что мальчишка, что посмеялся над ним, находится во дворце, причем в гостях у принцессы. В этот момент ему захотелось смыться с этого места, и он уже было открыл рот, как вспомнил: королева в опасности! Шпионы намерены что-то сделать с ней и королевством! А разве можно бросать страну в минуты опасности? Конечно, мальчишка остался.

«Может, рассказать все Тюльпан? – подумал подмастерья, однако решил, что в окружении таких придворных не следует распускать язык. Никто из них не примет за правду его слова, более того, отговорят принцессу слушать его историю. – Лучше в комнате я ей расскажу, когда не будет этих вредных прилипал!»

– Можете жаловаться, кому угодно, в том числе и этому пижону по имени Конгратулат! – насмешливо ответила принцесса, чем привела в восторг Дигитала. «Она тоже не любит этого чиновника», – усмехнулся он.

Только лакеи и учителя были поражены такой фразой.

– В-ва-ше в-вы-со-чест-во, – пролептали они. – Разве можно так отзываться о высокородных будильниках? Это не по этикету! Это не культурно! Он очень рассердится, если узнает о ваших словах.

– И что он мне сделает? Накажет?

Конечно, принцессу Конгратулат не смел трогать и пальцем. Да ведь этот типчик – страшный ябеда, он нашепчет бог знает что маме, и та запретит ей, к примеру, летать на шаре. А ведь Тюльпан летала от того, что ей все надоело здесь, и хотелось побыть там, где нет никакого этикета и придворной лести. Ей хотелось надышаться свободой и не чувствовать себя контролируемой.

– Значит, так, раступитесь, и мы пойдем, – приказала принцесса. – А кто пытается меня остановить, то того я вызову на дуэль! А как я управляюсь шпагой вы все прекрасно знаете!

Дигитал восхитился: ух, ты, принцесса тоже умеет постоять за себя! Вот это класс!

И тут Ноготкис и Парикмус, переглянувшись, заявили:

– Может, Ваше высочество, сначала мы доставим мальчишку в гардеробную, там его приведут в порядок, дадут надлежащий костюм, и после его проводим в вашу комнату. Сами понимаете, что нельзя ходить по дворцу в таким виде, – и они брезгливо показали на одежду Дигитала, который нисколько не стыдился своего вида. – Это нарушение этикета и протокола! Стража не пропустит!

Принцесса недовольно загнула стрелки, подумала, и согласилась:

– Хорошо. Но чтобы все было быстро сделано.

– Через двадцать минут он будет у вас! – хмыкнули лакеи и воспитатели.

– Тогда я тебя жду, – повернувшись к мальчишке, сказала Тюльпан. – Не задерживайся!

Дигитал улыбнулся:

– Не задержусь. А ты мне оставь кусочек пирога.

– Я тебе целое тортище оставлю! – засмеялась принцесса и убежала.

Будильник посмотрел ей вслед с добрыми чувствами.

В это время его тронули Ноготкис и Парикмус:

– Ну что же… пойдем в учительские корпуса, там есть гардеробная, мы найдем тебе достойную одежду, – они недовольно шмыгали носами от того, что вынуждены общаться с невежественным мальчишкой (о, если бы они имели представления о реальных знаниях будильника, то проглотили бы свои языки от изумления!). Дигитал ничего не ответил, он послушно побрел за ними. Нужно заметить, что лакеи и придворные не спускали с него глаз, полагая, наверное, что будильник – вор и готов стащить из дворца все, что плохо лежит. Такова уж была их уродливая и мрачная психология.

Потом Дигитал в сопровождение надоедливых учителей и лакеев направился в сторону учебного корпуса. Там Ноготкис и Парикмус приказали ему остаться у входа, а сами вошли внутрь, чтобы найти что-то поприличнее из костюмов. В здание они не хотели запускать, думая, что он может испачкать грязной обувью паркетные полы или ненароком опрокинуть учебный инвентарь, или – еще хуже! – занести сюда вшей и глисты.

Подмастерья стоял и терпеливо ждал. А тем времнем другие придворные, презрительно выпятив губы, стали обучать его веживости и грации.

– Не знаем, как можно за двадцать минут обучить эту деревенщину и невежу высокой культуре, – возмущались они. – Какое унижение – стоять рядом с ним. Но еще унизительнее, что принцесса Тюльпан пригласила его к себе, а мы ходим в ее комнату лишь по расписанию и по приглашению.

Им было обидно, что королевская дочь признала Дигитала выше них, имеющих педагогическое образование и манеры светского поведения. Отмечая недостатки мальчишки, они одновременно судачили о предстоящем визите короля мин, о котором некоторые придворные говорили с уважением, типа, он жестокий, но справедливый, не допускает простолюдинов туда, где место только знатным особам. Им даже в голову не приходило, что Пропехот-Второй – вечный враг будильников, беспощадный убийца и тиран. Зато всем хотелось поглазеть на церемонию и, если позволят, отведать чего-нибудь со стола.

В свою очередь, Дигитал ничего не отвечал, зная, что никто его и не слушает. Он думал, как бы поиздеваться над самыми привиредливыми: одним учителем в сюртюке – квадратными часами, и одним лакеем-подсвечником, что постоянно толкал его в бок, мол, не отвлекайся. А отвлечься было на что: рядом изливался большими струями фонтан в небольшой бассейн, где плавали красные рыбки и… сине-зеленые лягушки, не очень-то вписывающиеся в пейзаж дворца. Их, кстати, извести не удавалось, как не пытались местные садоводы и ихтиологи, а потом Тепола запретила это делать, ибо, по ее убеждению, лягушки – тоже часть живой природы. Но кваканье по вечерам и некультурные прыжки зеленых созданий вызывали омерзение у высокородных чиновников и чванливой прислуги и учителей, и поэтому они сюда редко ходили.

А ученику Вербатима так хотелось запустить этих земноводных в штаны кому-нибудь. Он так глубокого ушел в свою идею, что не прислушивался к наставлениям учителей и не заметил приближение одной девочки-будильника по имени Астра. А она была новым героем нашей сказки…

### Глава четвертая. Как шпионы встретились с вельможей Конгратулатом, и тот отдал им карту дворца и города

Оставим на некоторое время Дигитала и Тюльпан, и нудных учителей с лакеями, а вернемся в таверну, откуда сбежал от преследования на шаре мельчишка. Если помните, за ним гнались два шпиона, которых будильник окрестил Брынзоедом и Рыбоглотом. Их настоящие имена мы так никогда и не узнаем, потому что шпионы всегда их скрывают, даже от родных сестер и братьев, не говоря уж о посторонних. Но для ясности оставим им клички, удачно придуманные Дигиталом.

Кстати, он был прав. Эти двое являлись орудиями смерти – противопехотными минами. Эти «адские машины» были опасными тем, что взрывались, едва к ним стоило прикоснуться. Сами мины были неумелыми фехтовальщиками или стрелками, но вели бой всегда коварно и подло: они подпускали к себе поближе врага, причем ждали, чтобы их стало много, а потом взрывались, уничтожая всех. Так, в бою погибло немало смелых и отчаянных будильников, которые попадали в такие ловушки. Говорят, что именно так погиб сержант Гемалай.

И эти двое прибыли из Королевства Мин, с которым много лет назад вело войну Королевство Будильников. Погибло и ранено много мирных граждан, а также военных, была истрачена огромная сумма и ресурсы на покупку вооружения и обмундирования, и хотя тогда никто не победил, однако отстоять свободу будильникам удалось. Через месяц после завершения войны был подписан мирный договор, согласно которому королевства обещали не выступать друг против друга. Но нельзя сказать, что король Пропехот-Второй остался довольным событиями и тем более результатами войны, которую, кстати, и затеял первым. Он мечтал все-таки захватить власть в Королевстве Будильников, но на этот раз хитростью. И поэтому подослал двух шпионов.

Брынзоед и Рыбоглот считались профессионалами в этом деле. Они принесли немало важной и секретной информации для своего хозяина, провернули сотни коварных операций в чужих странах, плоды которых пожинали мины. Например, они стравили Государство Ложек с Царством Вилок, вспыхнула между ними война, подогреваемая шпионами, а когда все обессилели, то на их территорию вступили войска мин, подчинившие себе две страны. Так же хитро и коварно они поступили с другими государствами. Вот и сейчас шпионы находились в Уре с важной миссией. Правда, чуть все не сорвалось в таверне, когда Дигитал подслушал их разговор.

Едва они выползли из под тяжелых мешков, что швырнула в них Тюльпан сверху, так, кряхтя, привстали и проклятиями проводили улетающий шар. Больше всего изрыгал скверные слова Рыбоглот, что даже стоявший рядом Каррамба закрыл уши, уж ему-то, пирату, казалось бы не привыкать! «Ничего, мы еще покажем этому дрянному мальчику и его спасительнице, кем бы она не была! – прорычал Брынзоед. – Я запомню этот красный шар с птичкой на баллоне! Берегись, проказница!» И они вернулись в таверну, чтобы доесть то, что осталось на их столах. Все смотрели на них насмешливо, однако никто не проронил ни слова: кому хотелось ругаться с послами Телескопии? Шпионы, недвольно сопя носами, сели за свой стол и стали жадно глотать остатки пищи, одновременно разговаривая, но так, чтобы никто не слышал. А они это умели делать уже профессионально.

– Этот мальчишка может донести на нас местной страже! Чтоб мне пусто было! – кипятился от злости Рыбоглот, нервно стуча себя по корпусу ложкой. Конечно, внутри он был не пустой – полон пороха. Бум! Бум! – отзывалось тело, и тут Брынзоед испуганно схватил его за руку.

– Остановись, болван, а то подорвемся раньше времени! Пропехот-Второй наши останки даже не соберет, оставит гнить от коррозии здесь, если мы не выполним задание, – сердито произнес он. Вообще-то шпионы были равны в звании, но Брынзоед все же считался главнее, и поэтому напарнику пришлось взять себя в руки. Он подчинился, хотя тихо продолжал бубнить что-то под нос.

– Этот мальчишка сам разыскивается полицией, так что ему никто не поверит, – усмехнулся Брынзоед. – К тому же он сейчас в воздухе, пока приземлиться, мы сделаем свое дело! Однако ты прав в том, что следует быть начеку, закрутим запалы. Давай, сейчас расплатимся с хозяином таверны Борбулусом и пойдем на рандеву. Не забывай, что в час дня нас ждет важный будильник. Опаздывать никак нельзя, иначе второго шанса у нас не станет. [32]

– Да, да, – торопливо согласился второй шпион, бросая на стол монеты. – Эй, хозяин, возьми деньги за еду, – крикнул он, вставая из стола.

Борбулус подскочил, взял монетки, пересчитал и, кланяясь, произнес:

– Приходите к нам еще, уважаемые господа. Рад был видеть таких знатных и почитаемых будильников у себя в заведении. Послам из Земли Телескопа здесь всегда рады.

Шпионы усмехнулись, козырнули в ответ и вышли из помещения. Они торопились, и поэтому вскорее скрылись за переулком. Каррамба, который сидел недалеко от них, встал, вышел тоже из таверны и остановился у входа. Он смотрел им вслед, задумчиво качая магнитной стрелкой. Слова Дигитала не выходили из его памяти. Пират чувствовал, что здесь что-то не так. Конечно, он не был уверен, что эти странные двое – не дипломаты, поскольку дипломатов он никогда и не встречал, да только смущало его одежда на них, а также то обстоятельство, что такие высокородные персоны ходят в заведения, где собираются темные личности и уголовники – такое не может быть в реальности. Ведь вельможи не посещают эту часть города – это н иже их достоинства и статуса. Сюда и стража заходит редко, ведь стычки с полицией здесь бывают часто: а им не хотелось пачкать мундиры и получать тумаки от черни и плебса. Если, конечно, эти типы не те, за кого себя выдают… Следует сказать, что шпионы пришли сюда по привычке, здесь никто бы не понял, что они не владеют этикетом и протоколом, не разоблачил лишь по тому, что мины не умеют правильно держать вилку и ножик. Но есть особенность этой части города: тут никто никогда не выдает прохожих, пускай они и разбойники или дезертиры, или какие-то другие темные личности. Сдать кого-то полиции считалось последним делом.

В это время стало темно – надвигались тучи. Может быть, скоро пойдет ливень. Но Каррамба не заходил внутрь таверны, не смотря на то, что его там ждала недопитая кружка пива. Пират поднялся на крышу. Вообще-то она была вся укрыта стройматериалами – Борбулус намеревался провести достройку здания, однако это не мешало обзору. С высоты компас посмотрел на порт, что был недалеко и ниже от этого места. Ветер раздувал его борта камзола, треугольная шляпа чуть не слетела, но Каррамба успел подхватить ее и водрузил на место. Он внимательно смотрел вперед, как и месяц назад, когда стоял на корме брига и искал среди тумана Остров Зеленой Бабочки… (но эта другая история, и к нашей не имеет никакого отношения – просто мы приводим данный факт для интереса). [33]

Его внимание привлекло то, что морские причалы были забиты судами иностранного происхождения. Парусники и пароходы шли один за другим, и все под одним флагом – Земли Телескопов. Казалось, что все водное пространство усыпано ими.

– Гром и молния! Что-то сегодня много кораблей пришвартовалось в порт, – заметил Каррамба, доставая трубку, забивая табаком и куря. Он, как компас, чувствовал изменение ситуации. – Никогда такого не было, чтобы в один день приплыло сорок кораблей с такой многочисленной командой. Максимум – десять шхун, фрегатов и корветов бывало, а тут…

Стоявший внизу барометр Виргус заинтересовался, и тоже взобрался на крышу таверны.

– Да, что-то здесь не ладно, – произнес и он, прищурившись – не от яркого солнца, которое, кстати, зашло за тучи, а от плохого зрения.

– Так ведь прибыла дипломатическая миссия, мы же сами только что проводили двух послов Земли Телескопа… – вступился в разговор хозяин таверны Борбулус, который не хотел лезть наверх, а слушал разговор у входа. Он ждал, что эти двое закажут еще чего-нибудь. Ведь сегодняшняя драка нанесла немало ему убытков. Сейчас он держал в руках тарелку и вытирал ее полотенцем. Его борода раскачивалась на ветру, искрилась слегка (от электрилизации воздуха), свидетельствуя об ухудшении погоды.

– Что-то подозрительные эти послы, чтоб мне ввергнуться в водоворот! – усмехнулся пират, выпуская клубы дыма. Со стороны казалось, что он выкуривает тучи, которые уже наползли на полнеба.

– А в чем подозрительны? – удивился Борбулус. – Обычные будильники…

– На Земле Телескопов живут в основном подзорные трубы, а эти другой формы, или я пусть окажусь в Царстве коррозии, если ошибаюсь, – задумчиво произнес Каррамба. Нужно сказать, что сам пират много раз заходил в порты этой страны, хорошо знал местных жителей и мог с уверенностью заявить, те совсем иные – окуляры, бинокли, микроскопы. Круглых и плоских жителей там почти нет, если не судить о тех немногих будильниках, которые тоже жили на Земле Телескопов. [34]

– Ну, значит, князь Телевизор-Седьмой прислал именно будильников из своей страны, чтобы сделать приятное нашей королеве, – предположил хозяин таверны.

– И прислал столько кораблей? Отдать швартовы и поднять якоря – такого быть не может! – Каррамба не мог не использовать в своей речи морские словечки и ругательства. Ведь все моряки любили свой особый язык.

– Ну, эти корабли прибыли с подарками для королевы Теполы… Так принято во всем мире – присылать подарки в знак дружбы, – Бурбулус не понимал, к чему клонит компас. – А разве плохо?

– Сорок кораблей? – тоже не поверил Виргус. – Что-то многовато для дипломатической миссии. Трех-четырех достаточно… Я согласен с Каррамбой, тут творится что-то нехорошее.

Они достали бинокли и стали рассматривать экипажи судов. Все они были закутаны в какие-то темные мантии, что не соответствовало статусу моряков из Земли Телескопа, нервно вертелись у трюмов. Их капитаны и боцманы орали на них, указывая на что-то внизу, что было внутри корабля. Но что именно – разглядеть оказалось с такого расстояния делом невозможным.

– Пойду-ка, посмотрю на этих матросов, не нравятся они мне, – вдруг произнес Каррамба. – Почешу ножечком их печенки, авось выясню все…

– И я с тобой, – поддержал его Виргус. – Я, конечно, чесать не умею, но помочь поиграться с гостями в прятки смогу. Ретирады от меня не жди! [35]

– Господа, а разве кушать больше не будете? – расстерянно спросил Борбулис.

– Позже, – ответил пират. А барометр расплатился с хозяином за еду и побежал догонять Каррамбу.

Пока они двое идут в сторону порта, мы вернемся к двоим другим, пускай не положительным, но все-таки героям сказки, – шпионам. Брынзоед и Рыбоглот торопились на встречу с будильником, который согласился помочь им в их важной миссии. Встреча должна была состоятся во …дворце королевы Теполы. Да, да, именно там. Потому что тот будильник считался важной особой, работал в канцелярии и имел доступы к государственным секретам страны. Кто им был? Ну, об этом вы узнаете чуть позже.

Шпионы подошли к воротам дворца. Стоявшие у входа стражники обнажили сабли, запрещая двигаться, пока не явится дежурный. Вскорее он появился. Это была бочка Гуркен, капитан королевской стражи.

– Вы кто и что вам надо? – спросил он, выходя из караульного помещения. Он в этот момент спал и с неохотой встал из-за письменного стола. Особенно ему не нравилось то, что набежавшие тучи грозились пролиться дождем, и тогда мундир капитана мог промокнуть и потерять шик и блеск. – Ходят тут всякие… – он с подозрением посмотрел на прибывших.

– Извольте говорить с уважением! – крикнул Брынзоед.

– Чего, чего? – расстерялся Гуркен.

– Мы – послы Земли Телескопов! У нас назначена встреча с вельможей вашего дворца – господином Конгратулатом!

Капитан озадаченно чесал под шляпой – именно там располагались его деревянные мозги.

– А документы есть?

– А как же, офицер! – с негодованием в голосе произнес Брынзоед. Он ткнул в бок Рыбоглота, и тот поспешно достал из поясного кармана трубки бумаг, скрепленных печатями. – Вот, смотри, невежда! Здесь подписи нашего правителя – Телевизора-Седьмого!

Гуркен внимательно посмотрел на бумаги и крякнул: они были действительными. Что-что, а уж в бюрократии он разбирался хорошо. А как же им не быть таковым, если неделю назад эти шпионы лично напали на карету настоящих послов из Земли Телескопов, которые направлялись в Королевство Будильников, их связали, заковали в цепи и повесили на дереве, а сами с их документами направились в город Ур.

– Прошу, прошу, господа послы, – с уважением произнес капитан, отдавая приказ открыть ворота. Стража поспешила выполнить. – Сегодня у нас знаменательный день – визит короля Пропехота-Второго, будут важные церемонии. И вы как на удачу. Уверен, нынешний день запомниться нам надолго!

Эти слова вызвали смешок у шпионов.

– Вы что-то сказали? – не понял Гуркен.

Брынзоед поспешил сказать:

– Все правильно говорите, капитан. Сегодняшний день будет особенным. И вы запомните его надолго, если не на всю жизнь.

– Да, вы правы, – заважничал начальник королевской стражи. – Сейчас у нас во дворце идут приготовления. Мои гвардейцы во главе с лейтенантом Маркусом отрабатывают церемонию встречи. Если хотите, то можете посмотреть на тренировки.

– Нет, спастибо, мы торопимся, – несколько нервно ответил шпион.

– Я вам дам сопровождение, – начал было предлагать Гуркен, но Брынзоед прервал:

– Нет, спасибо, не надо! Мы знаем приемную вельможи Конгратулата.

– Как знаете, господа, – сделал им реверанс капитан, и снова водрузил шляпу с перьями на себя.

Шпионы последовали по мраморной дорожке в сторону помещений, где работали чиновники и вельможи. Именно там готовились королевские указы, подписывались документы, подсчитывались доходы и расходы государства, отдавались приказы войскам и флоту.

– Почему мы не взяли стражу? – недоумленно спросил Рыбоглот. – Это же почетно – нас, шпионов, сопровождает экскорт! Это же такая честь!

– Тс-с-с, дурак! – шикнул на него Брынзоед, опасливо оглядевшись. – Не забывай, что мы на территории противника, нам лишние уши и глаза ни к чему! Ясно?

– А разве стража – уши?

– Они могут подслушать нашу беседу с Конгратулатом, идиот! – рявкнул шпион, обозленный тем, что его напарник иногда бывает таким тугодумом. Впрочем, а что ждать от мин?

– Поэтому мы лучше сами найдем вельможу, чтобы не вести за собой «хвост». Держи язык за колесиком и пружиной!

Рыбоглот знал, что означает на шпионском языке «хвост» – это когда кто-то следит за кем-то. И понимал смысл фразы «держать язык за колесиком и пружиной» – значит, много не болтай, иначе плохо будет. И поэтому заткнулся.

– Да, ты прав, – наконец выдавил он. Он опасливо посмотрел на тучи, которые обещали вот-вот извергнуть из себя потоки воды. Как и любая железная вещица, мины побаивались проржаветь и к тому же испортить детонатор, который приводил взрывной механизм в действие. Ведь, кому страшна мина, которая не взрывается? Ее можно пинать и катать как автомобильное колесо по улицам без опаски. И тогда, как считали сами мины, исчезнет уважение и почитание их как могущественных личностей мира, и никто не станет больше подчиняться, платить дань, бесплатно работать…

Они шли мимо площади и видели, как рабочие собирали декорации для церемонии встречи, развешивали флажки, устанавливали шесты с фейерверками. Полк гвардейцев-будильников маршировали на плацу, отрабатывая четкость движений, им командовал лейтенант Маркус. «Хм, у нас армия грознее», – насмешливо сказал Рыбоглот. Брынзоед поддержал его:

– Верно говоришь…

Тем временем дорожка привела их к многоэтажному зданию, сложенного из красного мрамора. Это была канцелярия Ее Величества. У входа стоял лакей – блестящий от ежедневной чистки колокол.

– Мы – послы из Земли Телескопов! – сказал ему на ходу, не останавливаясь, Брынзоед. – У нас встреча с господином Конгратулатом!

– Прошу, прошу, – заискивающе произнес лакей, открывая дверь. Колоколы лебезили не только перед местными чиновниками, но и иностранцами – вдруг и им отколется что-то, например, чаевые. Но мины были жадными до денег, и поэтому даже медной монетки ему не подали, чем вызвали недоумение у лакея. Обычно дипломаты не скупились.

Вестибюль ослеплял своим великолепием: красные ковровые дорожки, статуи, деревья, маленький фонтан, мягкие кресла и картины на стенах. Но шпионов не увлекало искусство и архитектура – не на то были повернуты их мозги. Они поднялись по парадной лестнице на третий этаж. Здесь располагался кабинет Конгратулата. Конечно, и его помещение было инскрустировано искуссной резьбой по дереву, золотым свечением отдавались янтарные камни на столбах. Бархатные занавески и люстра из хрусталя создавали особое великолепие комнате.

Сидевший за столом будильник, усыпанные драгоценностями, привстал, едва гости вошли в кабинет.

– Опаздываете, опаздываете, – недовольно произнес Конгратулат, смотря на часы с кукушкой, что висела на стене. – На целых три минуты!

Несмотря на то, что час назад он летал над городом с ракетами за спиной, вид его был удовлетворительным. Конечно, ему пришлось срочно переодеться, благо проблем с одеждой никогда не было. И сейчас он сидел в не менее раскошном платье, отделанным золотыми и серебрянными нитками, увешанный драгоценностями, на ногах вместо сапог – туфли тонкой работы на высоком каблуке и с бантиком на подъеме (такой модели пока во дворце ни у кого не было, ведь Конгратулат первым носил модные изделия, вызывая зависть и восхищение у других чиновников). Другое дело, что в сердце затаилась ненависть к Дигиталу – Конгратулат поклялся при случае страшно наказать мальчишку за свое унижение при всем народе. Ведь над ним смеялись не только простолюдины, но и стражники.

– Мы же не будильники, чтобы следить за временем, – парировал Брынзоед. – У нас нет часовых механизмов, все приводится в действие одним ударом. Бах! – и все взлетело на воздух. Не желаете ли полетать, господин Конгратулат?

Конгратулат гневно сверкнул глазами (уже летал на ракетах!), но тут же остыл. Он-то знал, кто на самом деле стоит перед ним. С минами шутить нельзя, мины вообще не понимают шуток, они сразу приводят в действие взрывной механизм. А быть раскореженным будильником вельможа не желал. И поэтому начал миролюбиво:

– Я рад, что король Пропехот-Второй отозвался на мое письмо…

– Да, он читал его долго и пришел к выводу, что вам можно доверять, – поклонившись, произнес Брынзоед. – Мы всегда верим предателям…

– Я – не предатель! – гневно воскликнул Конгратулат. В этот момент было уязвлено его самолюбие, хотя он отдавал себе отчет, что вступая в сговор с врагами, то становился предателем. Но минам на такие тонкости было начихать, они же сами – шпионы, всегда предают и выслеживают, доносят и кляузничают, и ничего плохого в этом не видели.

– Ох, извините, я хотел сказать – тайный союзник, – поспешно вывернулся из щекотливой ситуации Брынзоед. – Наверное, так будет точнее.

– Да, да, союзник, тайный, – согласился вельможа. Такая формулировка его устраивала. Он сел обратно в кресло, и предложил сесть рядом минам.

– Один раз вы оказали нам услугу! – начал Брынзоед. – Благодаря вам мы сумели похитить профессора Дубендорфа!

– И это была большая услуга! – с недовольной миной на лице произнес вельможа. – Я снял угрозу, который создавал вам этот мастер с ученой степенью со своим изобретением. А вы расплатились со мной медяками…

– Медяками? Так там был мешочек бриллиантов и сапфиров! А также килограммы золотых слитков! Редко так деляться с предателями… простите, тайными союзниками!..

– То, что мог натворить этот мастер, представляло вам угрозу, дороже вашей платы, – прошипел Конгратулат. – Мы могли выиграть войну и тогда бы наши войска стояли в вашей столице.

– Да-да, – поспешил согласиться шпион. Он не хотел спорить, понимая бессмысленность подобного. Да и прибыл с другой целью.

– Думаю, что на этот раз мы все уладим, – миролюбиво произнес Брынзоед.

– И я тоже так думаю, ха-ха… Да, для начала пообедаем… что вы будете есть? – спросил Конгратулат гостей.

– Пиво и копченную рыбу… – выпалил Рыбоглот, который до этого молчал. Но напоминание о еде опять распалило его страсти. Нужно признаться что этот шпион уж очень любил поесть, за что не раз получал нагоняй от напарника. Ведь еда порой мешала выполнить задание.

– Что-что? – не понял вельможа. Сами понимаете, что подобные блюда считались недостойными для высокородных механизмов.

– Ой, простите моего друга, он не умеет шутить и сказал глупость, – скрытно пнув по ноге Рыбоглота, мол, заткнись, идиот, произнес Брынзоед. – Мы будем то, что и вы, уважаемый тайный союзник.

Конгратулат довольно откинулся на спинку кресла. А потом позвенел в колокольчик.

Через полминуты вбежала девочка-будильник Астра, которая работала тут помощницей прислуги. Вообще-то Астра обычно занималась стиркой и глажкой в послеобеденный день, а сегодня заменяла маму, которая заболела, в службе сервиса. Сама девочка каждый день с утра ходила в школу.

– Чего изволите, Ваше благородие? – спросила она. Вельможа не был у нее в почете, поскольку всегда высокомерно относился к прислуге. Об его хамстве и наглости ходили целые истории по дворцу. Он часто ругал и даже бил маму Астры, кричал из-за ничего, просто так, лишь бы на ком-то свою злость сорвать. Понятно, что его недолюбливал весь обслуживающий персонал. Жаль, что жаловаться было невозможно – Конгратулат так запугал, что каждый таил в себе проклятия и жалобы.

– Это – мои гости, – представил ей почему-то шпионов Конгратулат, хотя раньше он такого не делал для прислуги. Видимо, подсознательно хотел снять подозрение у кого-либо. – Послы из Земли Телескопов. Они голодны и хотят есть. И я тоже не откажусь пообедать с ними…

Нужно сказать, что девочка была очень умной, не просто отличницей в классе. Она выделялась своим глубоким вниманием и умением анализировать. Конечно, ей не понравились гости вельможы. Она почувствовала, что под маской послов скрываются какие-то подозрительные типы. Смутило ее то, что у мин были солдатские сапоги, а не остроносые туфли, и накидки с капюшоном, а не роскошные одежды. Внешний вид явно не соответствовал заявленной дипломатической миссии.

– Та-ак, значит… принеси-ка нам бутылку черного вина, фрукты, красную икру, масло, белый хлеб и картофель с мясом, – заказал Конгратулат. – Скажи повару, пускай не пересолит.

– А мне пускай поперчит, да побольше! – крикнул, не удержавшись, Рыбоглот. Брынза вынужден был опять пнуть его по ноге.

– Да-да, – нервно подтвердил Конгратулат, а затем сказал: – Если все поняла, то ступай, не мешкай!

Астра слегка поклонилась и вышла.

– А мы продолжим, – произнес Конгратулат. – Вам, наверное, известно содержание моего письма… Нет? Тогда скажу: я писал королю Пропехоту-Второму, что помогу захватить власть в королевстве…

– Да, и он вознаградит вас, – тут Брынзоед показал на мешок, полный золота и драгоценных камней. – Думаю, это немалая цена за преда… э-э-э… коммерческую сделку!

– Это награда – за планы дворца и города, а не моей услуги помочь ему править этим государством, – остановил его вельможа, имевший несколько большие планы, чем расчитывали мины.

Это несколько озадачило шпиона.

– То есть?

– Я помогу вам, если Пропехот-Второй назначит меня генерал губернатором Королевства… то есть уже провинции будильников при Королевстве Мин, – пояснил Конгратулат. – Думаю, сам король мин вряд ли захочет жить здесь, но ему нужен тот, кто будет обеспечивать порядок в оккупированной территории, платить дань и бороться с теми, кто захочет восстановить прежний порядок.

И тут вельможа хитро взглянул на шпионов. Брынзоед был в некотором смятении: таких полномочий ему король Пропехот не давал. Но ведь всегда можно изменить правила игры… например, наврать этому вельможе, что согласны, и не исполнить. А с другой стороны, может Пропехот и сам захочет видеть этого предателя в качестве своего ставленника. Ведь кто-то действительно обязан осаждать и усмирять будильников, не всегда же войска мин сюда гнать.

– Я думаю, это исполнимо, – ответил Брынзоед, чем снял напряжение, которое повисло в помещении.

– Уф, – вздохнул Конгратулат, ждавший реакции шпиона как свежего воздуха. Он обрадовался положительному ответу, хотя и не задумался, насколько правдивыми могут быть слова Брынзоеда.

– Как вы знаете, сегодня должен с визитом прибыть король Пропехот-Второй, – продолжал шпион. – Согласно протоколу, в три часа состоится его встреча с королевой Теполой. Будет подписан Договор о мире и дружбе. У нас будет возможность встретиться с ним…

– Можете с ним обговорить мои условия?

– Конечно. Думаю, в этот момент и должно все произойти, – пискнул Рыбоглот, который хотел поесть и у которого язык так и чесался что-нибудь сказать. Ну, не сидеть же ему истуканом во время этой секретной беседы.

– Что именно? – вздернул стрелки наверх Конгратулат. – Вы что-то запланировали?

Брынзоед зло посмотрел на товарища, и тот заткнулся, хотя ответ так и вертелся на кончике языка. Минам нельзя было сообщать все сведения вельможе.

– Нет, мой друг имел в виду, что во время подписания договора, мы должны сообщить ваши предложения Пропехоту-Второму, – выкрутился из положения шпион. – Да, меня интересует вот что…

– Да, я слушаю…

– Сейчас по плацу шагает королевский церемониальный полк. У них ружья и шпаги. Это нас беспокоит. А вдруг кто-то из солдат нападет на нашего короля?

– Ох, нашли о чем беспокоится, – засмеялся Конгратулат, хлопнув себя по коленке. – В ружьях – холостые патроны, а сабли и шпаги все деревянные – это сделано специально, чтобы никого случайно не поцарапать…

Рыбоглот и Брынза переглянулись.

– Это хорошо, – сказали шпионы. – Так где схема дворца и города?

– Вначале деньги, господа, – усмехнулся вельможа. – Меня интересуют монетки золотые, а вас – бумажки с важной информацией. Хочу заметить, что я лично разметил на картах расположения охраны, времени сменяемости караула и даже те места, где расположены арсеналы. Бесценные бумаги, знаете ли…

– Мы это поняли, господин Конгратулат, – ехидно произнес Брынзоед. – Вот ваша плата, что выделил Пропехот-Второй за ваши услуги, – и он бросил на стол мешок с деньгами.

Конгратулат не поленился и все пересчитал. Сумма совпадала с тем, что он запрашивал.

– А вот ваши бумаги, – вельможа протянул шпионам схемы. Те тоже внимательно все изучили и согласились, что отмеченное на них представляет огромную ценность для их операции. Рассматривая карту города, Брынзоед ткнул пальцем на кружки с перекрещенными мечами, которые обозначались в некоторых кварталах:

– А это что? Что подразумевает этот знак?

– Какой? – Конгратулат кинул взгляд на карту и усмехнулся:

– А-а-а, этот… Это означает, что здесь расположен арсенал…

– Арсенал? Внутри города? Почему? – тревожно спросил шпион. Эта информация встревожила. Ведь если у населения есть оружие, то в планах следует внести серьезные корректировки.

– А это хитрая задумка фельдмаршала Алди, – пояснил вельможа. – Под видом гражданских объектов, типа склада с продуктами или утилизированными вещами, сюда поместили для хранения боеприпасы – это на случай войны. Если армии придется вести бой в городе, то не нужно подвозить оружие – все есть уже там, и солдаты смогут атаковать неприятеля и выдержать осаду.

– Но здесь их много! – воскликнул Рыбоглот.

– Не так уж и много, – усмехнулся вельможа. – Но можете не беспокоиться, из жителей города немного найдутся те, кто знает о существовании арсеналов. Во дворце их точное месторасположение известно Алди, лейтенанту Маркус, капитану Гуркен, еще нескольким офицерам и сержантам армии будильников… И мне, естественно. Фельдмаршал считал, что чем меньше доступа к этой информации, тем меньше ее утечки.

– Ха, значит, горожане не смогут воспользоваться этими арсеналами? Оружие им не попадет?

– Я же сказал: нет! Никто из простолюдин не в курсе об данных складах! – Конгратулат поморщился: ему не нравилось, что приходится буквально разжевывать каждое сведение.

Шпионы хмыкнули и переглянулись. Потом они и подошли к окну и посмотрели на город внизу и расположившийся еще ниже порт. Там стояли у причалов корабли. Причем все суда были под флагами Телескопии. Брынза подмигнул Рыбоглоту: видишь, там уже все готово. Тот кивнул: да, процесс пошел, и никто и ничто не остановит войну.

– Ну, как? Все нормально? – поинтересовался вельможа, пряча деньги в сейф, что располагался в стене. Именно там хранились его ценности: золотые и серебрянные имонеты, платина, жемчуга и бриллианты. Нужно заметить, что за время работы в канцелярии Конгратулат за счет взяток получил немало таких вещей. Он подошел к окну и тоже посмотрел на город, мол, а что там интересного они обнаружили?

– Нормально, – сухо ответил Брынзоед, пряча документы в одежду. Ему не хотелось, чтобы Конгратулат знал больше, чем сейчас это требуется, – он еще не имел полного доверия. А вдруг он сунул туфту? Ведь это можно определить только во время наступательной операции – соответствует ли карта действительности, или вельможа сам начертил чертеж города или схему дворца, исходя из собственного воображения.

И тут Рыбоглот воскликнул:

– Так жрать нам сегодня дадут или нет? Что за денег: то мешком по башке, то голодом морят…

– Ой, пардон, сейчас, – Конгратулат стал звонить в колокольчик. Ему тоже хотелось отметить эту сделку, можно сказать, бизнес предателя со шпионами. Хотя, конечно, мысленно она была названа как укрепление союзничества. Только кого с кем? Это уже вопрос другой и касается понятия совести и чести. Однако такие термины были непонятны для вельможи, имевшего совсем иные ценности.

### Глава пятая. Здесь вы узнаете, как Каррамба проник на флагманский корабль и узнал о коварных планах мин

Пока шпионы беседовали с предателем Конгратулатом, Каррамба и Виргус шли в сторону порта. Они были крайне заинтересованы столь масштабным присутствием кораблей из Земли Телескопов – такого в их практике не бывало. По дороге они встречали знакомых будильников, кланялись им, спрашивали о здоровье и желали удачи, – таковы были правила поведения в стране. И поэтому пришли чуть позднее, чем желали. Задержались они еще и потому, что вдруг шедший впереди пират остановился и знаками стал показывать товарищу, чтобы тот прижался к стене.

Виргус не стал себя долго уговаривать, и спрятался, а потом прошептал:

– Что случилось?

– Капрал Голден Д» Паджес, – коротко ответил компас.

Барометр понял, что пока не следует спешить. Он осторожно выглянул и увидел, как противный капрал вместе с тремя полицейскими вымогали взятку у сельского жителя – исхудавшего и почерневшего на солнце будильника, что привез тыквы на продажу. Его телега, полная овощей, стояла у ворот в рынок, а именно там дежурили всегда стражники в ожидании взяток и подношений.

– Где документы на продажу? – спрашивал Голден Д» Паджес, крича прямо в циферблат сельчанина. – Отвечай быстро! Честно и прямо! За уклонение от ответа я посажу тебя в кутузку, где быстро тебя разберут на запчасти!

– В-вот, г-гос-под-дин к-капра-ал! – заикаясь, говорил будильник, дрожащими руками доставая бумаги. – Эт-то р-раз-ре-е-шение б-бурго-м-мистра на т-торго-влю п-продук-тами п-пи-тания. М-моя ф-фер-ма в-всег-да п-поставля-ет в г-город т-тык-вы и к-капу-сту.

Капрал брал их, не смотрел, и сразу продолжал:

– А где справка санитарной службы, что тыквы не прогнили?

– Но у меня свежие тыквы, только что с поля, – пытался пояснить сельчанин. – Сами посмотрите.

– Посмотрите, – приказал капрал Голден Д» Паджес полицейским. Те, гогоча от удовольствия, влезли на телегу и стали набирать в свои мешки тыквы. Брали самые лучшие и спелые. Сельчанин с испугом смотрел, как шел грабеж, но ничего не смел сказать – вот до чего были запуганы они, жители деревень и горных поселков, произволом полиции.

– Проверили, тыквы не очень качественные! – крикнул один из них, прыгая вниз. Однако туго набитый мешок за плечами свидетельствовал об обратном – разве плохие продукты станут брать?

– Ой, как не хорошо, как нехорошо, – стал покачивать стрелками капрал. – Вы, фермеры, хотите народ наш обмануть, гнилью скормить… За это я обязан тебя наказать.

– Ой, простите, не надо, – взмолился будильник. – Я готов заплатить штраф!

– Это другое дело, – улыбался капрал Голден Д» Паджес, ведь под штрафом понималось ни что иное как элементарная взятка. – Пройдем ко мне на участок, там оформим все по правилам – и они все уходили в серое одноэтажное здание, что располагалось у входа на рынок. Конечно, протокол, что подписывал сельчанин, стражники тотчас сжигали, а деньги делили между собой и, естественно, капралу полагалось пятьдесят процентов от суммы штрафа.

Пока они там этим занимались, ворота никем не охранялась. Дорога была свободной.

Каррамба и Виргус быстро прошли через калитку в воротах, и смешались с толпой. Уж тут их найти было сложно.

– Чем больше стражи, тем меньше законности, чтоб им всем попасть на крючок Нептуна, – хмуро сказал компас. Вообще-то он стал пиратом лишь потому, что когда-то такие полицейские творили беззаконие, ограбили деревню, где жил будучи мальчишкой Каррамба, и в ответ он обещал им отомстить. И сдержал свое слово, да только об этом мы рассказывать не станем, ведь это совсем другая сказка.

Рынок, как уже было сказано, был огромен и обойти его не хватило бы и дня. Но наши герои и не намеревались разгуливать здесь, они шли к другим воротам, что вели в порт. И там тоже стояли стражники, которые жаждали денег. Правда, обычно они требовали это с тех, кто входил на рынок с товарами, а на выходивших особого внимания не уделяли. Вот поэтому Каррамба и Виргус без проблем прошли контрольно-пропускной пост, и вышли на верфи, где стояли корабли. Там же у причала стоял домик морской полиции, сотрудники которой обязаны были инспектировать прибывшие суда, – таковы уж таможенные правила.

Уже за воротами компас и брометр ощутили иную обстановку, им ударил свежий воздух, насыщенный влагой, – привычный для Каррамбы, и он вздохнул полной грудью. Пахло рыбой, маслом, деревом, водорослями, то есть всем тем, чем насыщен любой берег. А будучи моряком, Каррамба ужасно любил эти ароматы, от которых сухопутных обычно мутило. Вода плекалась у камней, прибивая к берегу миллионы голубых медуз.

– Ох, море, приключения, опасности, подвиги, короче – полная романтика! – воскликнул пират, его страшно тянуло в плавание, хотя только недавно вернулся с последнего кругосветного. Виргус только улыбнулся: он хорошо знал своего товарища.

Морской порт был также огромен, он мог вместить около пятидесяти судов. Здесь располагались краны для разгрузки и пакгаузы. Но сегодня он был забит так плотно, что было трудно понять, как корабли не сталкивались друг о друга. Видимо, ими управляли умелые капитаны. Кроме местных шхун, экипажи которых выходили на рыбный промысел, стояли суда из Земли Телескопов. Вот именно к ним и направлялись Каррамба и Виргус. Среди них выделялась трехмачтовая «Наша сила», скорее всего, самый главный среди судов или, как сказал пират, флагманский корвет. [36] [37]

Но особого движения, в частности, разгрузки, вокруг этих кораблей не было. Флагман торгового флота Телескопов, как он себя представил, капитан Запал в темной накидке, но с соответствующими нашивками, подал проверяющим из морской полиции, что они прибыли с миссией доброй воли и привезли подарки для королевы Теполы. Бумаги были правильно оформлены. А поскольку суда прибыли под дипломатическим флагом, то проверять содержимое не имел право никто – таковы были правила Международные конвенции, которых придерживались и будильники. Хотя имя Запал несколько смущало, ведь такое было и у главнокомандующего военным флотом Королевства Противопехотных Мин. «Наверное, просто совпадение», – решили полицейские. По их сведениям, имя Запал также носили некоторые капитаны кораблей и других государств – не станешь же их всех подозревать в военных преступлениях.

– Насколько вы тут дней? – спросил проверяющий из полиции, кладя документы в портфель.

– На два дня, – коротко ответил Запал. Внешне он был круглым, как шар. Полицейские не стали задавать нетактичные вопросы, хотя их гложило любопытство, мол, кто он – капитан – не будильник и не телескоп же? Сам же Запал не вдавался в подробности своего поисхождения.

– Будете разгружаться или намерены просто тут находится? – поинтересовался вновь проверяющий, разглядывая суда. Он видел, что они настолько загружены, что вартерлинию практически не видно. – Наши рабочие могут помочь вам в этом – плата не высокая за такую услугу. Да и пакгаузы имеют свободные площади.

– Будем, конечно, и ваши рабочие нам пригодятся. Просто мы ждем разрешения от наших послов, что сейчас находятся в канцелярии Ее величества королевы Теполы. Как только один из них явится сюда и отдаст приказ, то мы сразу начнем. Ведь подарки – дело не простое, сами понимаете…

– Пронимаем… А успеете разгрузиться? Ведь сорок кораблей… Если честно, то такого обилия мы никогда не видели. Наш порт и не расчитан на такой объем судов…

– Успеем, для нас это не проблема… – Запал, видно, не любил произносить лишних слов, и его фразы были недлинными и до зевоты скучными. – И в море спокойно уйдем, если не будет штиля. [38]

Проверяющий посмотрел в сторону дворца и вспомнил:

– Странно, а ведь сегодня и визит короля Пропехота-Второго. Вы приехали не совсем ко времени. Боюсь, что наша королева не уделит послам и вам, господин Запал, должного внимания. Если, конечно, вы не останетесь тут на неделю…

Тут второй проверяющий – будильник с погонами сержанта – спросил первого:

– Слушай, разве король Пропехот-Второй прибудет морским путем?

– А что?

– Как он тогда сумеет пройти через забитый порт? Ему же негде будет причалить. Придется нам разогнать всех…

– Но как разогнать дипломатический флот? Это же не по закону? – недоумевал первый проверяющий. – Ты понимаешь, что говоришь?

– Тогда наш, местный флот…

– Но они заплатили за стоянку, мы тоже не вправе их прогонять… М-да, вот задачка!..

Ситуация оказалась сложной, проверяющие глубоко задумались, но им вдруг пришел на выручку капитан Запал, которому никак не хотелось уходить из порта:

– Не беспокойтесь, господа полицейские, король Пропехот-Второй прибудет сухопутным маршрутом – в карете!

– А вы откуда знаете? – подозрительно спросил сержант. Такими сведениями он не располагал.

Запал усмехнулся:

– Об этом знаем и мы, телескопы, так как видели, как король с сопровождающими двигался вдоль берега.

– А-а-а, – протянули проверяющие. Проблема была снята.

– У меня просьба к вам, полицейским… – вдруг обратился Запал к проверяющим.

– Да?

– Можно ли сделать так, чтобы возле наших кораблей никто из посторонних не сновал?.. Знаете, у нас подарки, вдруг кто-нибудь возьмет, да стащит? – Запал смотрел в упор на проверяющих.

– Хорошо, мы закроем ворота и никого не впустим. А те, кто здесь есть, покинут причалы… Попросим рабочих вернуться вечером, чтобы помогли с разгрузкой ваших трюмов…

– Это хорошо… спасибо!

Тут Запал, взглянув на портящуюся погоду, сказал:

– Извините, господа, мне нужно на свой корабль, отдать несколько распоряжений. Сами понимаете, торговый флот – он почти как военный, только беспорядка больше…

– Да-да, конечно, – проверяющие козырнули и вернулись на свои места. Там же они приказали закрыть ворота и выйти всем, кто уже находился у причалов, в основном это касалось обслуживающий персонал. Сами понимаете, что Каррамба и Виргус проигнорировали данное распоряжение, прогуливаясь по порту, у них была своя цель. Точнее, им двигали любопытство и подозрение – чувства, которые иногда приводят к определенным открытиям. Только «Эврика» кричать они не хотели, если смутные подозрения оправдаются.

А тем временем Запал побежал к кораблям своего флота. Там же отдал команду быстро собрать капитанов судов в рубке корвета «Наша сила».

– Что скажешь, Виргус? – спросил Каррамба товарища, который с интересом рассматривал прибывшие корабли. Они считались торговыми, у них даже имена были мирные, типа, «Сундук», «Золотая монета», «Удача», «Сокровища Афродиты», но чутье Каррамбы подсказывало, что это не так. Узкий корпус, множество закрытых бойниц по борту, за которыми скрыты чугунные пушки – мортиры, толстые ванты, быстро убирающиеся паруса и складные мачты, чугунный брашпиль – это свидетельствовало в большей степени о том, что транспорт на самом деле военный. Просто замаскирован под грузовой. Среди них были корветы, фрегаты, даже один дредноут. На палубе стояли моряки, закутанные в темные накидки, – странная форма. Словно они хотели скрыть свое истинное предназначение. Некоторые возились у трюмов и что-то делали под наблюдением капитанов-шаров и боцманов-шаров, которые не скупились на слова проклятий и оскорблений. Конечно, в морской жизни это не считается зазорным, но телескопы никогда не позволяли себе браниться, у них была высокая культура. [39] [40] [41] [42] [43]

Каррамба долго разглядывал флагманский корабль «Наша сила». Он был уверен, что видел его раньше, и причем под другим названием. Пирату показалось, что имя было написано на борту совсем недавно – потому что краска еще не выцвела. Более того, несколько заплат на борту вызывали смутные ассоциации. Ему казалось, что год назад именно он сделал пробоины здесь, выстрелив в упор из пяти пушек…

В этот момент Виргус сказал то, что думал, подтверждая подозрения компаса:

– По-моему, это маскировка.

– Я тоже так считаю, чтоб меня разорвали барракуды! – произнес пират. – Но кто они? [44]

– Я не верю, что они из Земли Телескопов, – с уверенностью произнес барометр. – Совсем иная одежда, чем принято в той стране… И граждане – не телескопы… Смотри, ни одного телескопа – такого же быть не может!..

– Нам нужно это выяснить, – сухо сказал Каррамба. В его памяти опять всплыли фигуры тех двух послов, которые быстро покинули таверну. У этих матросов, и у тех послов одна и та же одежда. «Ну, они же из Земли Телескопов, что тут странного – все носят одинаковые костюмы?» – пытался успокоить себя пират. Но не получалось, тревога не покидала его. Все смущало: и корабли, и их экипажи, а также форма прибывших и одежда… Полно всяких нестыковок…

И тут он предложил:

– Давай, Виргус, посидим и понаблюдаем.

– Но мы находимся на виду экипажей этих кораблей? – резонно заметил барометр. – Как же вести наблюдение? Нас могут попросить с порта… Ты же видел, как морские полицеские выдворили всех отсюда…

– Так это тоже подозрительно – зачем?.. А мы спрячемся за ящиками, – и Каррамба указал на сложенные вдоль доков деревянные ящики, в которых обычно перевозили ткани. Сказано- сделано, и уже через минуту компас и барометр нашли укромное местечко, откуда можно было наблюдать за кораблями, но при этом самим оставаться незамеченными.

Именно отсюда они увидели, как вернулся к флагманскому кораблю Запал, и приказал явиться к нему всем капитанам. Пирату показалось подозрительным фигура капитана, и он был готов поклясться, что знает эту личность, и даже накидка не скрывала его характерные движения. Возможно, они год назад встречались на пути к острову Сапёра и, кроме того, имели короткую стычку.

– Нам нужно туда, – сказал Каррамба товарищу, показывая на «Нашу силу».

– Но как? – недоумевал Виргус. Идти просто так к главному кораблю было безумием – там же не дураки находятся.

Пока пират не знал и сам, как. Но был уверен, что случай представится. И был прав. Через пять минут в поле их зрения попал один из матросов, который шел с поручением от одного корабля к другому.

Сам не осознавая до конца, что он делает, Каррамба его окликнул.

– Ты что делаешь? – испуганно схватил его за рукав барометр. – Нас сейчас схватят и выдворят отсюда, если при этом еще не арестуют! Ты же слышал приказ морской полиции: посторонним покинуть причалы.

– Все в порядке, – ответил ему пират и стал знаками показывать матросу, чтобы тот подошел.

Но тот стоял и подозрительно смотрел на Каррамбу.

– Вам чего? – грубо поинтересовался он.

– Дело есть…

– Какое еще дело? У меня нет времени на разговоры с вами… – и матрос хотел было двинуться дальше, как до него донесся шепот:

– Есть контрабанда – золото, алмазы, жемчуга… по дешевке… – Каррамба использовал этот безотказный прием. И он сработал.

– Золото? Алмазы? Жемчуга? – даже сквозь накидку было видно, как загорелись глаза у матроса. Он, огляделя и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, бросился к ящикам. И тут же попал в ловушку. Каррамба подставил ему подножку, и тот упал. Причем его падение сопровождалось глухим звуком. Виргус сорвал с него накидку и… едва сам не упал от изумления. Перед ним лежала противопехотная мина.

– А-а-а… это же наш враг – мина! – проговорил барометр.

Каррамба не стал ожидать последствий, он шепотом крикнул:

– Быстрее вяжи его! А я постараюсь выхватить взрыватель!

Матрос, поняв, что разоблачен, пытался крикнуть:

– Западня! Тревога! – и намеревался подняться. Но тут Виргус треснул его по корпусу, чтобы успокоить.

– Ты что делаешь? Он же взорвется, чтоб мне пусто было на дне морском! – остановил его пират.

Виргус совсем забыл, что мины могут взорваться от таких ударов. Каррамба заткнул рот мине тряпкой, и стал искать взрыватель, чтобы предотвратить угрозу. Барометр начал тросом вязать руки и ноги поверженному матросу, несмотря на его отчаянное сопротивление. Вскоре все было завершено. Мина лежала без движения и звука, связанная к ящикам. Пират встал и сказал:

– У мины нет взрывателя. Странно… Они никогда не вынимают его… Первый раз вижу мину без запала…

– Может, они специально сняли его? – предположил барометр. – Например, чтобы раньше времени или случайно не взорваться? Ведь на воде такая качка бывает, мины могут натолкнуться друг на друга или удариться о борт корабля, и тогда – бабах! – произойдет взрыв.

Пират задумался. Это версия все объясняла.

– Наверное, ты прав! Они специально сняли взрыватели, чтобы никто не мог догадаться об истинности их происхождения. Но для чего они прибыли сюда? Миллион медуз мне в глаз! Надо это узнать.

– И как?

Каррамба посмотрел на матроса.

– Я – компас, и такой же формы, как и мина. Думаю, никто не заподозрит меня.

– Но тебя же по стрелкам узнают! – пытался его образумить Виргус.

– А я накину их одежду, изменю голос, и тогда вряд ли они заподозрят подмену, – пояснил пират.

У пиратов все просто – тут не попишешь! Каррамба натянул на себя плащ, и она оказалась несколько большой по размеру. Мины могли заподозрить, что он выдает себя не за того, кем прикидывается. Пират осмотрелся, в надежде найти что-нибудь подходящее. И увидел спасательный круг, который был прикреплен к доске.

– Ой, сойдет, ну-ка, друг, принеси мне его, – и Каррамба указал на круг. Виргус исполнил его просьбу. Вдвоем они натянули резиновую штуку на корпус компаса, от чего стал в два раза больше, и после этого Каррамба еще раз примерил накидку. Теперь было внешнее соответствие с размерами мины.

Правда, была одна проблема: походка оказалась неуклюжей, ведь круг стиснял движения, и компас терял всю свою проворливость и ловкость. Но другого выхода они не видели, и поэтому пират решился на разведывательную миссию.

– Ну, ладно, я пошел, – сказал он.

Виргус его остановил:

– А что мне делать с миной? – и он указал на лежащего у его ног поверженного матроса.

– Сейчас он не опасен – его боеспособность равна нулю, – махнул рукой Каррамба. – Пускай лежит, а ты его охраняй. И заодно следи за окружающими – мало ли что может произойти…

Барометр согласился, а его спутник, забавно передвигаясь, вышел из укрытия, прошелся по причалу в сторону флагманского корабля. Там, наверное, заждались посыльного, и поэтому вахтенный офицер сердито крикнул с «Нашей силы»:

– Ты чего так долго, пустоголовый? Мы заждались тебя! Быстро взбирайся!

Легко сказать – взобраться на корабль будучи одетым в спасательный круг! Да и тяжелая накидка мешала, ведь Каррамбе приходилось скрывать свою магнитную стрелку (а у мин, как известно, нет таких устройств, за исключением взрывателя), полностью укутавшись в нее. Штормтрап вертелся как юла. [45]

– Ты чего так карабкаешься? Разучился что ли? – подозрительно спросил вахтенный. Стоявшие у борта матросы-мины стали надсмехаться:

– Хо-хо-хо, смотрите, как он взбирается по лестнице, словно груша!..

– Да он похож на червяка, ха-ха-ха!..

– Гы-гы-гы, а может он превратился в будильника или компас, гы-гы-гы! – подшутил кто-то, и Каррамба сжался: о-о, неужели догадались? Разоблачили его?

Но смех продолжался:

– Да он от морской болезни потерял чувство равновесия, хе-хе-хе!..

Тут вахтенный офицер гаркнул:

– Молчать! Всем стоять у борта и наблюдать! Чтобы ни одна мышь не проскочила, ни одна рыба не проплыла и ни одна птица не пролетела! Кто пропустит – личного того сброшу за борт с ядром на ноге!

Тем временем Каррамба взобрался на палубу.

– Совсем растолстел, – зло прошипел ему вахтенный, наблюдая, как пират пытается удержать равновесие. – Вам, поварам, доверяют еду готовить, а вы, видимо, сами себе готовите… Не можешь даже свое тело удержать. Или пьян?

– Ага, – на всякий случай сказал Каррамба. – Три глотка карибского рому, сэр…

Вахтенный презрительно оглядел его и фыркнул:

– Фррр, значит так, ступай в камбуз, поможешь нашему коку приготовить еду для офицеров! Мы должны быть сытыми перед боем! Ясно? [46]

– Так точно, господин… – тут Каррамба пытался разглядеть воинское звание у мины, но накидка скрывала нашивки вахтенного. И сказал то, что пришло на ум: – …господин майор!

Вахтенный расслабился:

– Я не майор, а всего лишь лейтенант! Но спасибо за ошибку. Приятно слышать лестные отзывы о своей персоне… Ладно, ступай… И не подскользнись, идиот, – рявкнул он, заметив, что Каррамбе трудно удержаться на палубе.

Пират спустился в камбуз, там уже работало шесть персон во главе с коком Черпаком – злой и ворчливой миной. В помещении было душно, потому что было приказано задраить все иллюминаторы – для секретности. Над плитой кипели чаны с бульоном, внутри стеклянных емкостей тушились утки и гуси со специями, а на сковородках жарились картошка, морковь и перец. Стоял такой плотный туман от испарений, что было трудно разглядеть всех, не говоря о том, что и дышать становилось с каждой минутой сложнее. Все кашляли и чихали. Из открытого анкерка шел запах спиртного. Черпак всегда всем делал замечание, если даже все старались не допустить ошибок. Таков уж был его характер – на всех кричать, всем быть недовольным. Вот и сейчас он показывал помощнику на стол, где тот махал ножом как саблей: [47] [48]

– Это что? Что ты сделал я тебя спрашиваю!

– Это? Это рубленная капуста, – расстерянно отвечал помощник – старая проржавевшая мина.

– Рубленная капуста? Это мозги твои рубленные, а не капуста! – орал кок. – Кто так рубит? Ты бревна делаешь из капусты, а не тонкие отрезки? Кто это жрать станет? Кому в рот это влезет?

– В прошлый раз вы говорили, что я слишком тонко режу, – пытался оправдаться помощник.

– Это было в прошлый раз, а сейчас – это сейчас! Режь, как полагается!

– Так точно! – отдал честь помощник и продолжил дальше, только на этот раз он не так махал ножом, а больше пилил им. Все равно стружки получались неравномерными.

В это время взгляд Черпака упал на вошедшего Каррамбу.

– Тебе чего? – грубо спросил он.

– Э-э-э… меня послали к вам, – ответил пират. – Я – помощник кока… ученик…

Черпак недовольно хрюкнул:

– Ученик? Ох, Термояд, этого мне еще не доставало – с учениками возиться!… Послали его… я бы послал таких как ты подальше… Чего стоишь, выпучив глаза? Марш к столу и начни чистить лук! Надеюсь ты это делать умеешь.

Конечно, компас это делать умел, и поэтому без проблем почистил и аккуратно разрезал луковые головки. Увидев это, Черпак только хмыкнул: что-что, а так никто раньше у него не работал, большинство мин не имели талантов к кулинарии. Хотя, если честно, сам кок был мастером приготовления грубой пищи, которую могли поглощать только солдафоны с луженными желудками.

– Гм, хорошо вышло, – выставил он высшую оценку. – Останешься на службе у меня, я тебе раскрою многие секреты гастрономии.

Вообще-то Каррамба сам мог раскрыть коку много секретов из кухни различных стран и народов, ибо за свою жизнь наготовил немало, но сейчас у него не было такой цели. Только, сами понимаете, сказать об этом не мог. Ему пришлось благодарить за такое внимание, потому что промолчать тоже было нельзя:

– Большое спасибо, господин кок, я оправдаю ваше доверие! Я слышал о вас как о самом талантливом поваре в Королевстве мин. И еще говорили, что повар королевы Теполы некий Гранула вам и в подметки не годится!

Такая лесть понравилась Черпаку и он сказал:

– Да, ты прав! Этот Гранула – полный невежда в кулинарии! Вот после войны я найду его и пущю под пресс, чтобы этот будильник не затмевал мою славу своими дурацкими гастрономическими изделиями! В этом мире есть только один гений кулинарных искусств – это я!

– О-о-о, какая великолепная мысль! – Каррамба воздел руки вверх, этим жестом показывая глубину философских идей кока, чем еще больше польстил ему. И тот, самодовольно хлопая себя по тому месту, где обычно у мин бывает живот, сказал:

– Хорошо, очень хорошо говоришь… Ах, да! Сейчас в рубке адмирала Запала собираются капитаны, так что ты пойдешь туда и будешь обслуживать – подавать еду, убирать посуду. Что будет не хватать – спустишься вниз и сообщишь, мы отправим наверх новую порцию жратвы. Справишься?

Каррамба – не будем скрывать этого – считался всегда ловким и проворным, и мог только одним жестом услужить многим персонам, однако обещать это в нынешнем положении, когда спасательный круг ограничивал движения, он не рискнул. Однако его язык сказал за него:

– Конечно, справлюсь, Ваше благородие!

– Вот-вот, мое благородие… хе-хе… Бери это блюдо, – Черпак показал на поднос с баклажановой икрой и капустными листами, – и ступай в капитанскую рубку. Не урони – снесу твой предохранитель к чертовой бабушке! И останешься ты пустышкой, позором мин!

– Так точно! – ответил пират, хотя чуть не ответил пиратскими словечками, типа, сто тысяч чугунных ядер тебе в глаз или еще круче!

Стараясь не упасть, а это, если честно, было не просто, компас с подносом в руке поднялся на палубу, а оттуда – в капитанскую рубку. От блюда шел такой аромат, что стоявшие на дежурстве матросы и вахтенный офицер невольно потянули носом: ах, как вкусно! – донеслось до него возгласы некоторых голодных персон. И тут раздался грозный окрик: «Это не для вас, болваны!»

Войдя в рубку, Каррмаба понял, почему капитаны и боцманы круглой формы – они были морскими минами, то есть шарами, утыканные шипами-взрывателями. Сейчас в рубке были все капитаны с сорока судов, а также сам адмирал Запал, который оказался тяжелой подводной миной. Свободного пространства практически не было, и яблоку упасть некуда, как говорят в таких случаях. Протискиваться к большому столу с подносом оказалось делом еще сложным, чем взбираться по лестничной веревке на корабль. Каррамбе казалось, что его вот-вот разоблачат. К счастью, на него никто не обратил внимание. Потому что слушали адмирала.

– Друзья! Мои верные мины! – говорил Запал. – Мы здесь сегодня находимся с одной целью – выиграть войну!

– Выиграть войну! – хором повторили офицеры.

– В прошлый раз война не принесла нам победы, и это стало страшным унижением для нас – мин. Мы – орудия смерти, мы – уничтожители всего живого! Мы – гроза миру и спокойствию! И нам должен подчинится весь этот свет!

– Да, да! Какие прекрасные слова! Сколько в них ценного!

– Наш великий король Пропехот-Второй – да прибудят его взрыватели в хорошем состоянии! – вынужден был подписать договор о прекращении войны! Это была пощечина нам со стороны королевы Теполы – да пускай она подорвется на нас! Но мы-то знаем, что война никогда не прекращалась! А сегодня мы нанесем смертельный удар нашим врагам!

– Ура нашему королю Пропехоту-Второму! – закричали капитаны.

– Мы приплыли сюда под флагами Земли Телескопов. И местные жители ничего не заподозрили – они клюнули на наш обман! Это была первая фаза нашего плана, разработанного стратегами Пропехота-Второго и им лично! Я специально удалил работников, что обслуживают доки, отсюда, и саму морскую полицию, чтобы не было лишних глаз, – и дорога открыта! В трюмах кораблей полным—полно оружия, а также наших воинов – противопехотных мин! Я приказываю всем вооружиться и быть готовым к бою! Это вторая фаза плана!

– А взрыватели? – вдруг спросил кто-то.

– Да, конечно, запалы – я об этом помню! Перед походом я приказал всем снять с себя запалы, чтобы не произошел случайный подрыв. Сами должны понимать, что будет, если среди нас взорвется хотя бы одна мина?

– Мы сдетонируем и тоже взорвемся! – ответил один из капитанов. – От ударной волны корабли могут подрываться один за другим – это же элементарно!

– Вот именно! – продолжал Запал. – Тогда никто не доплывет до Королевства Будильников! И тогда сгорят с кораблями надежды Пропехота-Второго и нашего народа стать властителями Земли!

– Мы этого не допустим! – кричали капитаны, потрясая кулаками.

Тем временем Каррамба протиснулся к столу, накрытому праздничным обедом, и поставил поднос. Затем тихонько оттиснулся назад и остался на месте, чтобы слушать дальше. Его магнитная стрелка бешенно вращалась от гнева, и он вынужден был придерживать ее, чтобы не выдать себя. И ему опять повезло – офицеры были заняты речью адмирала.

– Я скажу, когда всем вставить взрыватели на место. Сейчас мы ждем доноса от нашего шпиона! Он должен принести нам важные сведения.

Каррамба навострил уши: это было интересно.

– Наши лазутчики проникли в канцелярию королевы Теполы, и там они должны были получить схему дворца и карту города со всеми точками, где расположены стража и арсеналы. Наша задача – захватить эти места, перебить полицейских и солдат. Наши пушки должны стрелять по всем важным зданиям, что есть в городе, подавить любое сопротивление, покарать любое выступление.

– Да-да, конечно! Мы готовы крушить и резать, взрывать и убивать!

– Но нужно помнить, что сегодня – визит нашего короля в Королевство Будильников. Наш Пропехот-Второй придумал план, как усыпить бдительность и осторожность врага. Он объявил, что подпишет договор о мире и дружбе с королевой Теполой. Та ему вроде бы поверила и согласилась. Он сейчас едет в карете в сопровождении сухопутного экскорта в сторону дворца. В три часа он будет у королевы, там начнутся переговоры!

Один из капитанов поинтересовался:

– А мы?

– А в половину четвертого мы начнем атаку!

– В атаку, в атаку! – заорали мины. Они это слово любили больше всего.

– Часть наших солдат начнет наступление на город, часть захватит дворец. Поэтому в половине четвертого мы будем на месте, согласно схеме, что доставит нам шпион! Наши корабли будут поддерживать атакующих артиллерийским огнем. Подавлять жестоко любое сопротивление! Использовать себя по назначению – взрывать противника – во имя славы противопехотных мин!

– Мы готовы жертвовать собой во имя славы мин и нашего короля! – кричали офицеры в угаре фанатизма. А как же иначе? Ведь они мины и предназначались только для уничтожения врагов, а врагами был весь мир.

«Боже, какой бред», – думал Каррамба, слушай эти вопли, вопли психопатов. Ему было неприятно находится среди тупой солдатни. Конечно, будучи разбойником, он бывал в обществе уголовников, но и там попадались честные и справедливые, которые защищали оскорбленных и униженных, да и патриотов было немало. Многие пираты воевали на стороне королевы Теполы, к примеру, сам Каррамба, ведь они защищали родину. А эти, что кричали об убийстве, были просто негодяи.

«Может, мне пора сматываться отсюда», – подумал компас, рассматривая различные варианты выхода из корабля. Это нужно было сделать так, чтобы никто не заподозрил и не разоблачил в нем, как не смешно это говорить, шпиона.

– Я приглашаю всех к столу! – широким жестом Запал указал на ломившийся от явств стол. – Пейте, кушайте, пока не настал наш славный час – час войны!

– За войну – это наш первый тост! – вскричали капитаны, поднимая бокалы с вином.

В этот момент вбежал вахтенный.

– Ваша честь, прибыл шпион из дворца! Он принес вам важные сведения.

– Привести его сюда! – приказал адмирал.

– Есть! – вахтенный исчез.

Каррамба напрягся. Ему стало интересно: кто же этот за шпион. Ждать ему долго не пришлось. Двери открылись, и в помещение вошел некто в темной накидке. Кто именно это был – не разобрать, потому что он был боком к компасу.

– Я вас приветствую, адмирал! – раздался знакомый пирату хриплый голос. – Я доставил вам схемы.

«Я его точно знаю, – подумал Каррамба. – Причем слышал его недавно, может, сегодня…»

В этот момент незнакомец откинул капюшон, и по помятым в некоторых местах корпуса пират узнал Рыбоглота – одного из послов, что сегодня обедал в таверне. «Все правильно, это были шпионы, а не дипломаты. Дигитал говорил правду», – подумал Каррамба, вспоминив о шустром мальчугане-будильнике и огорчившись тем, что не раскрыл гнусную личность Рыбоглота тогда, и стал протискиваться к выходу. Здесь ему уже было нечего делать – все карты врага были расскрытыми.

И тут пришло невезенье. А что именно – об этом чуть позднее…

### Глава шестая. О том, как служанка Астра узнала о предательстве вельможи и пыталась предупредить об опасности всех во дворце

А теперь вернемся к служанке Астре. Получив заказ на блюда, она поспешила на кухню, где работала бригада поваров-кастрюль во главе с шефом-миксером Гранулой, которого все называли Мастер-на-все-руки. Все были заняты приготовлением праздничных блюд к приезду короля Пропехота-Второго. Гранула бегал между плит и отдавал команды помощникам. В отличие от кока Черпака, любящего грубую пищу, королевский повар был искуссным кулинаром, у него выходили изящные торты, ароматные салаты, вкусные супы и аппетитные вторые блюда. Вот сейчас команда кулинаров готовила огромный торт из взбитых сливок и шоколада, украшенного вишнями, персиками, бананами и ананасами. Одновременно выпекались кексы, печенья, булки и рогалики. Команда других мешала майонезом и соусами салаты, одновременно приправляя их восточными специями. Третья делала холодную закуску – резала колбасы, сыры, брынзу, помидоры, капустные листы, клала все это на большие тарелки, добавляя туда маринованные грибы и оливки.

Ох, это было остров сокровищ в понимании гурманов, а таких среди вельмож, высокородных будильников, а также и придворных было немало. Но, увы, простолюдинам редко доставалось что-то с королевского стола, однако не потому, что Тепола была жадной, а лишь из-за того, что все сжирали гости, которые приглашались сюда по каким-то мероприятиям и праздникам. Но нужно сказать, Тепола в Новый год и в дни школьных каникул устраивала застолье для детей из малоимущих и бедных семей, и сюда не допускались зажиточные будильники. Конечно, это вызывало недоумение и некоторое презрение у вельмож, но в открытую они не протестовали, считая это просто саморекламой королевы и ее чудочеством.

Здесь, на кухне, так же выполнялись заказы отдельных вельмож, что работали в канцелярии дворца. Платить за еду должны были они из собственного кармана, однако мало кто из них вносил деньги в кассу – настолько жадными они являлись, практически их обслуживали бесплатно. Бухгалтера, которые проводили финансово-материальные расчеты, умело обманывали королеву, и все траты на содержание высокородных чиновников ложились на государственную казну. У Теполы не хватало времени провести ревизию, поскольку иных дел было по горло, хотя она подозревала, что здесь проворачиваются махинации и теневые сделки. И раздумывала, что для этого она когда-нибудь найдет время и наведет порядок.

Вот и сейчас Астра прибежала на кухню и протянула Грануле список.

– Что это? – брезгливо спросил он, подозревая, что кто-то из вельмож намеревается попировать за чужой счет.

– Заказ от господина Конгратулата.

– Опять? Снова от него такие дорогостоящие заказы? Я устал удовлетворять запросы этого ненасытного чиновника! – в гневе Гранула был всегда честным. Подчеркнем, что в принципе он был хорошим миксером – с чистой душой, и всегда презирал грязные проделки вельмож и его экономистов.

– Придется, – пожала плечами девчонка. – С этим мерзавцем не поспоришь!

Шеф-повар вздохнул:

– Да, придется. Чтобы провалился этот Конгратулат в пресс-преисподнюю и там раздавили его в металлическую лепешку!

Ругаясь, он все же подчинился. Понятно, ему было не резон противоставляться чиновнику, имеющему большие властные полномочия. И принялся отдавать приказы помощникам быстро выполнить заказ Конгратулата, чтобы не иметь никаких проблем от этой гнусной личности.

Тем временем Астра нетерпеливо переминалась с ноги на ноги. Подозрения, которые охватили ее с момента посещения кабинета вельможи, не покидали ее, и она хотела поделиться с Гранулой.

– Чего тебе? – повернувшись к ней, спросил шеф-повар. – Можешь идти к себе. Как будет все готово, я позову.

– Э-э-э, у меня к вам разговор… – несмело произнесла девочка. Она понимала, что сейчас ее могут не понять.

– Длинный?

– Ну, не знаю…

– А я знаю, что у меня дел по самые моторы – визит Пропехота-Второго и заказы господ-бездельников, времени на пустые беседы у меня нет, – сердито произнес Гранула, самостоятельно принимаясь готовить некоторые блюда – работа кипела на кухне, а рук не хватало.

– Я просто хочу сказать, что мне не понравилось у Конгратулата…

– Ха, тоже скажешь! А кому понравится иметь дело с ним? Мне – ни за что!

Астра хмыкнула, нерешительно пошаркала ножкой.

– Ну, говори, вижу, что трудно удержать тебе свои секреты в своем корпусе, – улыбнулся Гранула, отвлекаясь на минуту. Он любил эту девочку и всегда поддерживал ее в трудное время. Например, всегда через маму передавал вкусные пирожные или пирожки для Астры и ее сестренок. А несколько раз даже мороженное, и тогда дети были в полном восторге.

– Мне кажется, что Конгратулат задумал что-то нехорошее.

– А что именно?

– Не знаю. У него сейчас в кабинете двое подозрительных типов…

– А в чем они подозрительны? – вздернулась в изумлении бровь у миксера. Он считал, когда кого-то подозреваешь в чем-то, то необходимы доказательства, а не просто слова. Ведь слова к делу не пришьешь.

Девочке было трудно это пояснить. Ведь подозрения всегда эмоциональны, на уровне подсознания, их трудно пересказать словами…

– Во многом… Гранула, я не знаю, как доказать, но мне кажется Конгратулат хочет сделать чего-то нехорошее Теполе.

Гранула на минутку остановился, вздохнул и сказал:

– Милая, нельзя обвинять будильника без доказательств – это нечестно и неправильно. Если ты в чем-то кого-то подозреваешь, то нужны факты. А у тебя их нет?

– Нет.

– Вот и я об этом. Найди их, а потом говори. А теперь ступай и не мешай.

Астра вышла из кухни и села на стульчик в коридоре. Она понимала, Гранула прав. Но ведь и она права… Хотя чем? Чувствами? «Мне нужно раздобыть доказательства», – топнула девочка ножкой по стене. Она решила действовать. А потом идти и советоваться с кем-нибудь.

Тут прозвенел колокольчик – заказ для Конгратулата был готов. Девочка вскочила и забежала на кухню.

– Уф, держи, – сказал Гранула, вытирая пот со лба. – Иди и не дергайся. Может, твои подозрения – это всего лишь факт усталости. Ведь ты сейчас загружена – школа, домашнее задание, еще тут работа вместо мамы… Я понимаю… И все же… будь осторожна!

– Может быть, – Астра не хотела спорить. Она взяла тележку, полную подносов и тарелок с едой. Здесь было всего на сумму, превышающей доход семьи Астры за год. – Я пошла, – сказала девочка и стала толкать тележку вперед.

Лифт быстро доставил ее на третий этаж, прямо к кабинету противного вельможи. Астра сердито дернула за шнурок у двери. Зазвенел колокольчик у Конгратулата.

– Входи! – раздался его крик. По интонации было видно, что вельможа чем-то недоволен. Откуда было знать Астре, что Конгратулата не совсем устраивала сумма за предательство.

Девочка открыла дверь и вошла с фразой:

– Ваш заказ готов, Ваше сиятельство!

– Ага! – обрадовался Рыбоглот, вскакивая. Но пинок Брынзоеда вернул на место. Астра заметила эти движения.

– Давай скорее, гости мои заждались! – нетерпеливо сказал Конгратулат, подзывая к себе резкими жестами, как обычно это он делал в отношении любой прислуги.

– Ага, заждались! – снова Рыбоглот не утерпел, чтобы не проявить свою радость от вида еды. Брынзоед только глухо что-то прорычал.

Астра подкатила тележку поближе и стала расставлять приборы на стол, а потом и подносы с едой и вино в изящной бутылке. При этом она внимательно следила за двоими подозрительными личностями. У них была какая-то тяжелая аура, а девочка, обладая некоторыми экстрасенсорными способностями, улавливала суть каждой личности. А то, что они не скинули накидки в теплом помещении, вызывало все-таки определенную настороженность.

– Смотрите, какой я щедрый! – сказал вельможа, доставая из кармана медную монетку. – Я всегда добр к своей прислуге! И она довольна мной. Не правда ли? – он угрожающе спросил у Астры.

– Да, Ваша милость, – поклонилась девочка. Это было впервые в ее жизни, чтобы вельможа так расшедрился. Обычно от него можно было услышать упреки и ругань, а порой и зуботычины. Видимо, он рисовался перед послами как уважаемый и великодушный будильник, что для него деньги ничего не значат. Правда, шпионы прекрасно знали, с кем сидят и обедают.

– Вот-вот, – обрадованно произнес Конгратулат. – Ну, ладно, ступай к себе. Ты сегодня вообще свободна.

Астра повернулась и пошла к двери. Взявшись за ручку, она повернулась и обнаружила, что все внимание вельможа с гостями сконцентрировали на еде. И юркнула под занавеси, которые полностью скрыли ее от взора присутствующих. И оттуда она могла теперь наблюдать за происходящим в помещении, не выдавая своего нахождения ни звуком, ни лишними движениями.

– Ешьте, ешьте, господа! – кричал Конгратулат, сам же первый накидываясь на поросенка. Он схватил за одну ногу.

– Да, мы едим, – ответил Рыбоглот, хватаясь за другую. Тяня в разные стороны, они с вельможей разорвали поросенка на куски. И сразу накинулись поглощать мясо.

– И мне тоже оставьте, – недовольно прооизнес Брынзоед.

– М-м, гм-мм, н-н-н, – в ответ что-то произносили они.

Астра тихо фыркнула от отвращения. Эти типы ели хуже самих свиней, а еще считались высокородными!

– Вы не представляете, как дорого стоит эта еда, но для вас, мои гости, я не пожалею золотых монет! – хвастался Конгратулат, не говоря, что не платит в действительности.

– А сколько вы заплатили? – спросил Рыбоглот, хотя его это мало интересовало. Просто он всю беседу промолчал, и теперь хотел что-нибудь заявить.

– Это моя ма-аленькая тайна, – хитро произнес Конгратулат. А тайна его заключалась в том, что ни однга монета не попадала в кассу кухни.

– Да, может, с сегодняшнего дня наша жизнь тоже измениться! – Брынзоед взялся за любимую брынзу. – И у нас будет вкусная еда!

– Да, после визита Пропехота-Второго! Ведь сегодня – день войны! – хихикнул Рыбоглот. У приятеля от злости вздулись глаза.

– Сегодня? – удивился Конгратулат. Он понимал, что мины намерены завоевать королевство, однако не ожидал, что так быстро.

– Ага! – жуя ногу, кивнул шпион.

– Хм, а я этого и не знал! – нахмурился вельможа. Ему не понравилось, что шпионы не договаривают. «Может, они замыслили против меня что-то недоброе?» – мелькнула у него мысль, и он осторожно покосился на гостей.

– Мы собирались вам об этом сказать за обедом, – пояснил Брынзоед, понимая, что скрывать это уже нет смысла. – И хотели попросить у вас совета: что первым делом захватить во дворце?

– Кухню! – восторженно крикнул Рыбоглот, и получил пинок от товарища.

Конгратулат вхдохнул, мол, что за чушь? Он решил, что мины на самом деле такие тупые создания, что не могут организовать правильно нападение на королевство, раз задают такие вопросы. «Тогда понятно, почему они забыли мне сообщить о предстоящем сегодня нападении – мозгов нет», – подумал вельможа.

И стал пояснять на схеме, где самые важные места и что нужно делать с охраной. Они говорили громко, что Астра все слышала. «О, боже мой, они плетут заговор против нашей королевы!» – ужаснулась она. Ей захотелось выбежать из кабинета, но она понимала, что этим самым выдаст себя. А Конгратулат, не желая быть разоблаченным, убъет ее. Да и эти двое – мины-шпионы помогут ему. И поэтому осталась на месте, в гневе только сжимая кулачки.

От съеденного Рыбоглоту стало жарко и он скинул накидку. Любой, кто вошел бы в этот момент в помещение, понял, что послами на самом деле являются мины. И тогда заподозрил неладное: почему в канцелярии вельможа ведет беседы с ними, одетыми в странные одеяния? Ведь официально мины и их король Пропехот-Второй не прибыл на встречу – тут что-то не так! Брынзоед пнул по ноге Рыбоглота.

– Ты чего? – не выдержал тот.

– Идиот, накинь капюшон!

– Зачем? Мне жарко!

– Если кто-нибудь тебя увидит в таком виде, то поймет, что мы плетем заговор против Теполы. В Башню преступников захотел?

Конгратулату эта мысль тоже не понравилась.

– Да-да, пожалуйста, накиньте плащ, – попросил он, опасливо косясь на дверь. Вдруг кто-то зайдет случайно, и тогда подымется тревога.

Рыбоглот с неохотой одел плащ. Но вельможа обратил внимание, что корпус у мины был слегка помят.

– Что это с вами, милейший? – спросил он. – Где вы так намяли бока?

Шпион вопросительно посмотрел на Брынзоеда. Тот с неохотой ответил:

– Да, тут один негодяй на нас скинул… камни и бомбы! Мы мужественно сражались…

– И кто победил?

– Мы, естественно! – с хрипоцой воскликнул Рыбоглот.

– За это стоит выпить бокал крепкого вина! За вашу победу! – провозгласил Конгратулат, подняв бокал.

– За нашу победу! – согласились с тостом мины и выпили все. Конгратулат налил еще вина в бокалы.

– За короля Пропехота-Второго! – произнес он второй тост. От него шпионы, само собой разумеется, отказаться, не могли.

– За нашего господина! – похватили те. – Пускай он здравствует века! И за нашего бога Термояда!

А третий тост был несколько преждевременным, но вполне ожидаемым.

– За Конгратулата Полиса Фон Аристрикерса – генерал-губернатора провинции будильников при Королевстве Противопехотных Мин! – вельможа поднял бокал за самого себя и в упор взглянул на шпионов, мол, вы меня поддерживаете или как? Те, не моргнув глазом, повторили:

– За генерал-губернатора Конгратулата, гип-гип ура!

Вельможа остался довольным и присел. Но тут Брынзоед, посмотрев на стрелки, а уже было два часа, сказал:

– Моему коллеге пора идти на пристань – там его ждут с картой города!

– А может я доем поросенка? – Рыбоглоту не хотелось уходить. – А потом пойду… Не оставлять же недоеденным блюдо – это непорядок… и не культурно!

И тут Брынзоед разозлился и со всей силой ударил по товарищу.

– Бах!

Конгратулат со страху чуть под стол не залез. Ему показалось, что произошел взрыв. Конечно, он мог произойти, если бы накидка не смягчила удар.

– Ты что делаешь! – воскликнул Рыбоглот, упав на ковер. – Я же мог сдетонировать!

– Да-да, – испуганно подтвердил вельможа, смотря на шпионов: что они вздумали делать? Неужели разбираться между собой? Тогда уж точно взрыва не избежать. Нужно было как-то смягчить обстановку.

– Вы можете взять еду с собой, – предложил он, осознавая, почему Рыбоглоту неохота покидать кабинет. – Все, что желаете. Все тут – ваше!

– А-а, можно? Тогда я согласен, – и шпион стал запихивать в карманы холодную закуску и пирожное, заливать салаты. Даже недопитую бутылку вина взял.

Брынзоед смотрел на него со злостью, но перечить не стал.

– Держи, – ткнул он Рыбоглоту пакет с картой города. – Доставишь это адмиралу Запалу. Понял?

– Понял, понял, – ответил он, рассматривая свободные места в своей накидке – он практически распух от количество им взятого со стола. В числе продуктов туда незаметно попали позолоченные ложечка и вилка – это он стянул себе на память. Рыбоглот не чуждался мелкого воровства, и именно за это качество его взяли в шпионы. Ведь шпионы должны были ловко стянуть любые секреты врага.

– Торопись, – рявкнул Бранзоед. – А то еще раз стукну тебя!

Товарищ подскочил, и резво выкатил из кабинета. Естественно, он не заметил скрывавшуюся за занавесью Астру.

Как он добрался до порта – нет смысла долго и подробно рассказывать, потому что все для шпиона произошло без сучка и задоринки. Он спокойно пересек плац, где шли последние приготовления к визиту короля Пропехота-Второга, проскочил мимо караульного помещения, не обратив внимания на отданную честь капитаном Гуркеном, и вышел в город. Там он на одной из узких улочек остановил фаэтон и приказал кучеру гнать со всей мочи к морским причалам. Там именно его ожидали сорок боевых замаскированных кораблей во главе с адмиралом Запалом. «Довезешь за сорок минут – дам серебрянный!» – крикнул он кучеру, и тот согласился, дернув за вожжи. Повозка с шумом устремилась вперед, пугая встречных прохожих. Некоторые не успевали отскочить и падали, отброшенные ударом колес. Кучер и шпион не обращали внимания на их стоны, ведь многим из них потребовалась помощь врача.

Вскоре Рыбоглот был на месте. Во время пути он допил бутылку и выкинул ее на улицу. Емкость попала в старушку и повредила ей колено. «Ой!» – вскрикнула бедолага, приседая на тратуар. Рядом с ней валялись осколки стекла, и о них кололись и резались прохожие. Но шпион не заметил этого, его вообще не интересовали окружающие. Он сумел пройти к к судам, показав офицерам морской полиции документы посла. Где его ждали было ему известно – на флагманского корабле «Наша сила».

Вот так он попал на борт, и предстал перед офицерами. А что было потом, мы расскажем чуть позднее…

А тем временем Брынзоед обратился к вельможе.

– Можете ли вы мне показать здание дворца? Я должен увидеть все входы-выходы, лестницы и этажи, подвалы и коридоры, и сравнить со схемой, что вы дали мне.

– Легче простого, – ответил Конгратулат, хотя ему не понравилось недоверие шпиона. Ведь он самолично чертил все на бумаге, вносил даже мелкие сведения туда. Но отказывать не стал. В этот момент кукушка закуковала – до визита короля Пропехота-Второго оставалось полчаса.

– Нам нужно торопиться, – занервничал Брынзоед. Ему хотелось скорее просмотреть все переходы и коридоры, ведь если что-то будет упущено, то Пропехот-Второй лично сдерет с шпионов шкуру.

– Идемте, идемте! – Конгратулат встал из-за стола и широким жестом пригласил шпиона следовать за ним. Они вышли из кабинета.

Из занавеси послышалось шуршание – это с облегчение вздохнула Астра. Но лишь на секунду, ибо потом она опять напряглась. Ей следовало рассказать кому-нибудь о замыслах мин и предательстве Конгратулата. А для этого следовало выйти отсюда. Она вначале осторожно открыла дверь и выглянула – в вестибюле никого не было, дорога оказалась свободной. Девочка шмыгнула вниз – на первый этаж, и там замерла.

«Куда мне идти?» – размышляла она. К Грануле? Но он занят и вряд ли станет слушать ее. К королеве Теполе? До нее ей не дойти – стражники не пропустят. К другим вельможам? А вдруг и они предатели? Кому можно доверять из этой братии?

«А, может, к Тюльпан? – мелькнула мысль. – Ведь она моя ровестница, все поймет и поверит. Но как ее найти? Сегодня она улетела на воздушном шаре… А может уже вернулась?»

– Надо спросить ее учителей и воспитателей, – решила Астра и побежала туда, где располагались учебные корпуса и где можно было найти наставников принцессы, в частности. Ноготкиса и Парикмуса.

Нужно сказать, она угадала – все учителя были там, у стен здания, во дворе, занятые какой-то личностью. Им оказался мальчишка, что стоял в старой, но чистой одежде, и слушал их наставления.

– Не шмыгай носом! Не ковыряйся в носу! Не чеши ухо! – ядовито говорили воспитатели, и было видно, как будильнику не нравились эти нравоучения. – Не смотри по сторонам, а только на королевских особ и вельможей! Кланяйся всем высокородным при встрече! Не шаркай ногой! Не плюйся! Не говори плохих словечек!

Конечно, от таких уроков любой бы взвыл волком на луну. Однако мальчишка терпеливо слушал, хотя особо и не внимал сказанному. Видимо, у него была иная цель.

– Интересно, кто это? – удивилась Астра. Ей было непонятно, как этого подростка из бедной семьи пропустили сюда. Такое бывает редко – лишь по праздникам и в дни угощений для малоимущих. Но сегодня был иной день – визита короля Пропехота-Второго, и посторонним вообще нельзя быть здесь.

Надеюсь, вы поняли, о ком идет речь. Да-да, это наш Дигитал, и о нем мы не забыли, ведь он – герой нашей сказки. Просто вынуждены были сделать некоторое отступление.

После приземления в сад, лакеи и воспитатели настояли на том, чтобы Дигитала они вначале подготовили к встрече с принцессой, и лишь потом допустили его в королевские покои. Тюльпан согласилась, а мальчишка не стал возрожать. Ему пришлось выслушать немало обидных слов со стороны этих чванливых персон из лакеев и учителей, мол, какой он бедный и необразованный (а ведь это было неправдой!), что ему нужно только улицы подметать или на ферме за коровами ухаживать, нечего ходить по дворцам и так далее.

Но и в долгу он не остался. На ходя взяв прищепку, он защелкнул ее на брючинах одного учителя в длинном сюртюке (а им были инкрустированные позолотой квадратные деревянные часы), а лакею-подсвечнику нацепил на карман крючек, который был связан с небольшой тележкой – на ней находились клетки с котами. Оказывается, одна придворная служанка должна была выгуливать королевских котов на природе, но ее срочно позвали и она оставила все это тут. Так вот, эти двое зашагали, и тот час произошел небольшой переполох. Тот, у кого оказались защемленными брюки, спотыкнулся и слетел в бассейн, и едва он, изумленный, всплыл, на его шляпу прыгнули лягушки, которые обитали тут, и начали квакать от возмущения.

– Фу, какая гадость! – закричал он. – Вытащите меня! Тону!

Вообще-то утонуть там было сложно, вода едва доходила ему до колен. Все суетились вокруг него, бегали и кричали, но в бассейн лезть не решались – боялись промочить ножки и простудиться (этого еще не хватало в такой торжественный день!). На шум прибежал капитан Гуркен, и ему пришлось доставать незадачливого учителя, залезнув в бассейн. Хорошо что он носил ботфорды, и поэтому не промочил одежду.

Но на этом история не закончилась. Лакей двинулся к пострадавшему и потянул за собой тележку. Та скатилась с горки и ударила по корпусу подсвечника.

– Бам! – лакей упал на траву. Решетки клеток самопроизвольно открылись, выпуская на волю котов, которые сами испугались удара, их шерсть встала дыбом, словно была наэлектролизована.

– Мяу-у-у! – послышался их истеричный вопль, и они прыгнули на спину лакея. Тот только дергался, когда очередное животное опускалось на него с тележки. А поскольку у тех были острые когти, то разодрали костюм на узкие полоски.

– Ловите их, ловите! – заорал Гуркен. – Животным нельзя бегать по дворцу, через двадцать минут прибудут гости – сам король Пропехот-Второй!

Часть учителей бросилась ловить, а часть расстерянно смотрела за происходящим. Лишь только Дигитал тихо смеялся. Его вгляд пересекся со взглядом Астры, и та тоже улыбнулась. Мальчишка понравился ей. Конечно, она сразу догадалась, кто является виновником этой суматохи.

– Что за безобразие! Почему такой бедлам стоит здесь? – тут появились из здания Ноготкис и Парикмус. Они несли одежду пажа. Оставшиеся учителя рассказали, что было небольшое происшествие, и с его последствиями сейчас разбираются. Они показали, как по саду бегают будильники и подсвечники, ловя обезумевших котов. Это было не очень просто…

Но Ноготкиса и Парикмуса это не волновало. Подав костюм Дигиталу, они приказали:

– Переодевайся! И быстро!

– Прямо здесь? – спросил мальчшка, смущаясь. Ведь он находился на открытом пространстве, к тому же рядом стояла девочка, которая с любопытством разглядывала его. Согласитесь, что не очень удобное место для смены белья.

– О, небеса! – воздели руки наверх Ноготкис и Парикмус. – Ладно, иди к кустам и там переодевайся! И поживее!

Пока мальчишка возился в одеждой, Астра подошла к учителям.

– Чего тебе? – недовольно спросили они. – Не видишь – мы заняты этой невеждой!

– У меня к вам есть просьба!

– Просьба? – поразился Ноготкис. – Еще чего! Хватит с нас сегодня просьб ради простолюдин! Час от часа не легче!

– Но речь идет о принцессе Тюльпан и королеве Теполе – им угрожает опасность!

– Ну, конечно, сюда прилетит огнедыщащий дракон или злая ведьма на метле, которые хотят украсть нашу правительницу и ее дочь! – съязвил Парикмус. – А может, ты предсказала землетрясение или ураган? Ой-ой, спасайся кто может! Караул! Полундра!.. Знаешь что, не болтай-ка глупостей, не отвлекай!

– Я хочу сказать, что во дворце заговор против власти королевы! – сказала девочка. Но кто ее слушал? – все были заняты неприятными мыслями о Дигитале и приятными – о предстоящих церемониях визита Пропехота-Второго. Все почему-то надеялись, что если сумеют представить себя в лучшем виде перед королем мин и Теполой, то они отметят их особыми знаками внимания, например, орденами, деньгами или, на худой конец, допустят к праздничным столам. А там столько вкуснятины – о-о-о! – ароматы из кухни разлетались по всему дворцу уже с утра и дразнили желудки всех присутствующих здесь – от гвардейцев до прислуги, от учителей до вельмож. Даже кошки в клетках мяукали от желания отведать искусство королевских поваров.

– Да-да, конечно, заговор, – бессмысленно повторил Парикмус. – Это великолепная идея! Нужно развить ее! – учитель раздумывал о том, как бы выглядеть лучше, чем другие, перед Пропехотом-Вторым. Нужно сказать, что подобные мысли витали в мозгах и у других будильников.

– Вы о чем это? – с недоумением спросила Астра.

Тот нетерпеливо посмотрел на нее. В его взгляде читалось: ну что ты к нам пристала, не видишь – мы за-ня-ты де-лом!

– Слушай, сама иди к Тюльпан и расскажи ей эту сказку, и не морочь нам больше голову.

– А вы поможете мне пройти к покоям принцессы?

– Поможем, поможем! – махнули руками Ноготкус и Парикмус, лишь бы девчонка не приставала к ним. А потом закричали:

– Эй, ты, неотесанный болван, выходи! Мы должны посмотреть на тебя! – это они обращались к мальчишке в кустах.

Дигитал к этому времени уже переоделся и вышел к ним. На нем были красные бархатные штанишки и накидка, бордовый берет с бунбончиками и лакированные остроносые туфли. Все ему подошло, даже обувь не жала. В новом одеянии будильник выглядел еще симпатичнее, однако учителя и лакеи критически осматривали его.

– Сколько корову не одевай, она останется коровой, – с презрением сказал Ноготкис, а Парикмус его поддержал:

– Верно говорите, коллега! Благородным рождаются сразу, и никакое воспитание не сделает из простолюдина знатную особу. Вот вам пример, – и он указал на Дигитала. Тот насупился, но промолчал. Он поклялся подшутить и над этими вредными учителями – дай только шанс!

Тут ударили часы на башне – это звонила сама Тепола.

– Четверть третьего! – воскликнули учителя. – О боже, через сорок пять минут все начнется! Нам нужно спешить к принцессе и с ее окон наблюдать за церемонией.

Они были правы, так как в этот момент гвардейцы по приказу Маркуса оцепливали площадь, чтобы никого больше не допускать. На эту территорию можно было попасть только со стороны покоев королевы и канцелярии.

– Поспешим! – воскликнул Ноготкус.

– Да-да, вперед! —подхватил Парикмус.

Они схватили Дигитала за шкирку и побежали, пока дорога была еще свободна. Астра последовала за ними. Туда же устремились и лакеи. Им наперекор шли солдаты в праздничных мундирах.

– Быстрее, быстрее, – торопили учителя. Они проскочили, прежде чем гвардейцы замкнули периметр. Теперь и кошкам запрещалось пересекать линию. А если бы пролетели птицы, то в них было приказано стрелять – мало ли что они могли натворить, например, нагадить на мундир короля Пропехота-Второго – вот уж неприятности потом не обернешься.

Астра остановилась возле одного из гвардейцев. Это был будильник в сине-белом парадном мундире ярко-красными погонами и алебантами, на нем также была треугольная шляпа с перьями, а ноги обуты в ботфорды. Сабля была повешена через плечо.

– Можно с вами поговорить? – спросила его девочка.

– М-м-м, – солидно промычал гвардеец, косясь на нее. – Чего тебе?

– Я узнала, что королеве Теполе угрожает опасность! Вельможа Конгратулат сговорился со шпионами из Королевства Мин и готовит переворот! Он продал схемы дворца и карту города! Во время визита короля Пропехота-Второго вы будете атакованы армией мин! – затараторила Астра.

У гвардейца глаза вылезли из орбит. Он с неодобрением сказал:

– Милая, ты, видимо, перегрелась на солнышке! Иди лучше домой! У нас итак дел много!

Астра топнула в негодовании:

– Ну, почему мне не верят? Я ведь правду говорю! Я сама все видела!

Гвардеец погладил ее по стрелкам и сказал:

– Вот и хорошо, напиши в тетрадку все, что видела и прочитай братишкам, они, может быть, любят остросюжетные сказки! А теперь ступай, я должен выполнять приказ.

– А где ваш командир? Может, он меня выслушает?

Будильник вздохнул и сказал:

– У лейтенанта Маркуса своих проблем хватает, девочка, не отвлекай его, пожалуйста…

– А фельдмаршал Алди?

Гвардеец вздохнул опять:

– У фельдмаршала нет времени на встречи с прислугой… Так ты здесь остаешься или будешь догонять своих?

– Кого? – не поняла Астра.

– Ну, учителей…

– Ах, да, буду догонять! – и она помчалась за группой учителей, лакеев и наставников, которые с Дигиталом вместе уже подходили к королевским покоям.

– Стой! Куда? – остановили их стражники, которые охраняли двери.

– Мы к принцессе Тюльпан. Она поручила нам доставить этого мальчишку к ее взорам! – пояснил Ноготкус. Один стражник внимательно оглядел Дигитала, чтобы удостовериться, что это действительно мальчик, а не кто иной, потом посмотрел на придворных – всех он прекрасно знал, и кивнул:

– Проходите!.. Стой, а ты куда? – остановил он Астру. – Маленьким сюда вход воспрещен!

– А я с ними! – девочка указала на прошедших внутрь учителей и лакеев.

– Она с вами? – крикнул им вслед стражник.

Те с шумом шли и, видимо, не разобрали, о чем говорит стражник, и крикнули в ответ:

– Да-да. Все в порядке! Мы тут.

– Ну, ладно, проходи, – и стражник пропустил Астру.

Та шустро влетела в здание и замерла от восхищения.

Она раньше никогда не была здесь, хотя часто разглядывала королевские покои с этажей других зданий дворца, куда имела допуск. О, как здесь было красиво – красивее, чем в канцелярии и, самое главное, тут ощущался уют и комфорт. «Как здорово жить тут», – подумало она, мечтая, что и у нее когда-нибудь будет подобный дом. Может, не так их размеров, однако подобной планировки, и самое главное, в нем будет приятно жить.

Группа учителей пошла в по левую сторону коридора, где располагалась комната принцессы. Дигитала она держала в середине. Астра догнала их, ей нетерпелось встретиться с Тюльпан и сообщить ей о тревожной вести.

И тут на повороте они носом к носу столкнулись с вельможей, который вел по дворцу Брынзоеда и показывал ему все коридоры и посты охраны.

### Глава седьмая. Мы расскажем, как Конгратулат приказал арестовать Дигитала и посадить его в тюрьму, а Астре удалось сбежать

В первую секунду опешили подмастерье и Астра, которые никак не ожидали встретить тех, кто представлял угрозу, а учителя изящно поклонились и стали отстреливать тирады:

– Добрый день, Ваше светлость! О, вы прекрасно сегодня выглядите, господин Конгратулат! На вас изумительный костюм! Он так идет к вашему циферблату! А эти золотые украшения на стрелках подчеркивают вашу фигуру! Платиновое кольцо с бриллиантом на пальце указывают на ваш высокий интеллект!

Это была открытая лесть, хотя Дигитал считал обычным подхалимством, а такое он терпеть не мог. Зато это было приятно слышать вельможе. Хотя он не знал точно, что подразумевается под термином «интеллект», но был уверен, что его произносят только в адрес высокородных будильников.

– О, спасибо, друзья мои, – важно отвечал он. – Да, я сегодня в шике! Мне поручено сопровождать королеву Теполу во время ее переговоров с королем Пропехотом-Вторым, и я уверен, что очарую их своим великолепием!

– Конечно, Ваша светлость! – вскричал тоненьким голосом Ноготкус, хлопая в ладоши от восторга. – Я уверен, что вам повысят жалование и дадут более высокую должность!

– Может, вы станете генералиссимусом! – предположил Парикмус, тоже желая подмазаться к Конгратулату, а вдруг и от него ему что-нибудь отколеться.

Тот обрадовался такому предложению:

– О, да! Я тоже так думаю! И тогда я не забуду про вас, мои друзья! И щедро награжу за вашу заботу о моей персоне!

Учителя и лакеи поклонились еще раз, и при этом каждый старался выделиться более глубоким и почтительным движением к земле. А Ноготкусу удалось даже чмокнуть туфлю вельможи, чем вызвал зависть Парикмуса, который не мог дотянуться до другой ноги Конгратулата, ибо ему мешал Дигитал – он стоял впереди.

– А кто это, позвольте спросить? – поинтересовался Ноготкус у вельможи, имея ввиду Брынзоеда.

Тут Конгратулат встрепенулся. Он как-то и подзабыл о том, кого водил по дворцу.

– Э-э-э, это посол Земли Телескопов господин… э-э-э… – Конгратулат вообще-то и не знал имени шпиона, поскольку тот даже не представлялся.

– Меня зовут сэр Гайка-Болт де Распредвал! – представился Брынзоед. Он тоже как-то упустил это из виду, что было не простительно шпиону его квалификации, и сейчас такая оплошность могла дорого стоить ему. Пришлось выкручиваться.

Дигитала так и тянуло съязвить, что у шпионов-мин должны быть дурацкие имена, типа, Взорви-всех-к-черту или Закопай-себя-под-землю, а еще лучше – Проржавей-насквозь! Только ему нельзя было выдавать себя, и он, скрепя зубами, молчал. Ему в данный момент хотелось грысть что-нибудь твердое, но не выдавить ни звука.

Астра тоже решила держать язык за зубами.

– О-о-о, нам приятно видеть такого важного гостя в этом дворце, – лебезили перед Брынзой учителя, и это было противно слушать даже ему.

– Да, я сопровождаю сэра Гайка… э-э-э… и так далее по нашему дворцу, чтобы он смог по достоинству оценить архитектуру и убранство этих помещений! – продолжал врать Конгратулат.

На самом деле они ходили и сверяли данные со схемой. Брынзоед продумывал, куда в первую очередь должны ворваться солдаты-мины, когда им будет дан сигнал. Главное было выяснить, насколько сильна охрана и чем она может защищаться. Пропехот-Второй намеревался быстро разделаться со всеми, кто окажет сопротивление, но при этом желал, чтобы таких было меньше. Ибо мины ему нужны были для дальнейшей войны с другими государствами, коих было в свободном и независимом состоянии множество на планете.

– Да, мне здесь очень нравится, – стараясь придать своему голосу солидный тон, произнес Брынзоед.

И тут Конгратулат обратил внимание на Дигитала.

– Хо, у нас новый паж? – и он погладил его, как бы показыавая свое дружеское расположение.

Мальчишка сжался. Ему были неприятны прикосновения этого дурака.

– Не совсем так, Ваше сиятельство, – ответил Ноготкус. – Это вообще-то безродный мальчишка…

– Безродный? – удивился Конгратулат и отдернул руку. Он брезговал дотрагиваться до простых будильников, особенно нищих и бродяг. – Что он делает здесь?

– Его пригласила принцесса Тюльпан, – пояснил Парикмус.

– Интересно, а как же принцесса могла познакомится с этим… э—э-э, простолюдином? Она же не гуляет по городу, а таких вот мальчишек не пускают сюда… ну, разве только в дни для бедных…

И учителя решили рассказать, как все было. И тем подвели Дигитала к краю пропасти, сами того не ведая.

– Сегодня он прилетел из города на воздушном шаре…

– На воздушном шаре? – встрепенулся Брынзоед. Подозрение закралось в него.

– О да, господин посол. Он прилетел с нашей принцессой, которая, судя по всему, подобрала его где-то во время одиночного путешествия. И Тюльпан пригласила его в свои покои.

– Но почему он одет как паж? – недоумевал вельможа. Ему было непонятно, как безродный будильник осмелился носить одежду королевской прислуги.

– Мы дали ему одежду из нашей гардеробной, сами знаете, что у нас есть запас костюмов на все случаи жизни…

Тут Брынзоед сорвал с мальчишки берет.

– Это он! – выдохнул шпион. Он узнал Дигитала, хотя тот пытался отвернуться от его пристального взора.

– Кто? – не понял Конгратулат.

– Тот, кто кидал в нас мешками в таверне! Этот негодный мальчишка! – вскричал Брынзоед. – Он украл… э-э-э… наши государственные тайны!.. Он совершил страшное преступление и должен быть наказан!

Тут Конгратулат о чем-то тоже вспомнил, и резко сорвал с подмастерья накидку.

– Да это же он! – вскричал теперь вельможа. – Это он – ученик Вербатима! Тот, что оскорбил меня и покусился на мою честь! Попался негодяй! Я сейчас тебе припомню твои козни у фонтана рынка!

Тут будильник понял, что терять ему нечего, и он закричал:

– Это ты негодяй! Ты снюхался с нашими врагами! Ты предаешь нашу страну! Я знаю, что этот тип прибыл сюда с преступными намерениями!

– О чем он говорит? – расстерялись Ноготкус и Парикмус, прислушиваясь к неожиданному скандалу.

– Это не посол – это шпион из Королевства Мин! – закричал Дигитал и сам стянул со шпиона накидку.

Перед всеми предстала фигура, хорошо знакомая каждому будильнику, – круглая мина со взрывателем посередине. Учителя вздрогнули от страха и попятились назад. Ноготкус поднял руки, сдаваясь, а Парикмус бухнулся на колени, чтобы поклониться мине и поцеловать ему ноги – лишь бы тот не уничтожил его своим взрывом.

Но Конгратулат не расстерялся:

– Это вранье! Это посол из Земли Телескопов! Просто он похож на мину! Сами судите, как я мог привести сюда шпиона? Кстати, мины теперь наши друзья! Ведь через двадцть минут начнутся торжества по случаю приезда короля Пропехота-Второго!

И тут вступила в спор Астра, которая стояла позади придворных и была свидетелем событий.

– Это ты врешь, предатель! Ты раскрываешь врагу секреты нашего государства! Ты намерен продать королеву Теполу проклятому Пропехоту-Второму! И сейчас вы обо готовите план вторжения мин! И вся церемония – это лишь отвод глаз для настоящей атаки! Я подслушала ваш разговор в кабинете!

– Неправда! – заорал Брынзоед, набрасывая на себя накидку и плотнее закутываясь. Он понимал, что его вид бросает в дрожь прислугу и поэтому стремился снять дискомфорт – Я просто похож на мину, но на самом деле я новый вид телескопа! И поэтому меня прислали сюда! А эта девочка врет!

– Врет, врет! – поддержал его Конгратулат, холодея от страха. Что ему могут не поверить.

– Это вы врете! – Дигитал старался перекричать вельможу и шпиона, и ему в этом помогала Астра.

На шум прибежала стража.

– Что случилось? – спросили они. – Почему такой крик? Вы забылись, где находитесь? Это – покои королевы, здесь запрещено шуметь и орать!

– Это – предатели! Они готовят заговор против Теполы! – показывая на вельможу и шпиона сказал подмастерье. – Этот Брынзоед хотел меня убить, но меня спасла принцесса Тюльпан!

– Брехня! Провокация! Ложь! – шпион был сам мастером лжи. – Это гнусный поклеп на дипломатическую персону, и вы ответите за нарушение этикета и протокола!

Так уж получилось, что во дворце все чтили это и считали тоже их нарушение тягочайшим преступлением, из-за которого можно отправлять на плаху.

– Я готова подтвердить слова Дигитала! – Астра вышла вперед. – Они хотят завоевать нашу страну. Конгратулат хочет повернуть время вспять! [49]

Но одолеть вельможу, закаленному в дворцовых интригах, оказалось делом не простым. Конгратулат понял, как надо действовать.

– Значит так! – рявкнул он. – Я – вельможа канцелярии Ее Величества, и все вы это знаете! Вы обязаны подчиняться мне и никогда не сомневаться во мне и моих действиях! Это ясно?

Прислуга бухнулась на колени перед ним. Естественно, никто не собирался противоставлять себя чиновнику высокого полета. Ноготкус и Парикмус подползли к нему и стали жадно целовать его туфли, причем так старательно, что один из них случайно всосал бантик и проглотил.

– Ик-ик-ик, – заикал Парикмус, отползая назад. Его желудок готов был начать революцию в теле, недовольный тем, что сейчас нужно переварить несъедобную вещь.

– Да, мы подчиняемся вам! – ответили стражники, прижав к циферблатам руки в знак уважения и преданности. – Мы вас прекрасно знаем! Вы – господин Конгратулат! – они и в мыслях не могли представить, чтобы такая высокая особа могла предать страну.

– И поэтому я приказываю вам арестовать этих двух молодых наглецов – этого дрянного мальчугана и эту отвратительную девочку! И посадить в Башню преступников! Я их обвиняю в оскорблении государственных мужей и представителя иностранной державы!..

– Да, правильно! – поддакнул Брынзоед. Ему тоже хотелось продемонстрировать свою важность и значимость. – Это неслыханно – оскорбить меня, посла Земли Телескопов!

– В организации смуты, а также… э-э-э… в измене государству!

– Это ты – изменник! – крикнул ученик Вербатима. – Не верьте ему! Сообщите фельдмаршалу Алди, что Пропехот-Второй намерен убить королеву во время визита!

Тут терпение у Конгратулата лопнуло и он закричал стражникам:

– Чего стоите как истуканы? Хватайте его, ловите!

Стражники кинулись к мальчугану и девочке, расталкивая по пути учителей. Впрочем, те сами от страха отпрыгивали, теряли равновесие и кубарем катились по лестиничной площадке вниз. Бах! Бах! Бах! – это их тела ударялись об стены и парадную дверь.

Брынзоед пытался схватить Дигитала, но видимо, он забыл о проворливости мальчишки, что было ему продемонстрировано в таверне. Тот натянул ему с головы до ног накидку и свернул ее вокруг ступни. Шпион замычал, покачнулся, замахал руками, словно пытался взлететь, но сила притяжения оказалась сильнее его мускулатуры. В итоге Брынзоед шмякнулся на пол. Астра, которая тоже была не прочь принять участие в этой заварушке (а она была отчаянным будильником, могла дать фору и Дигиталу!), пнула его, и тот тоже покатился вниз, издавая гулкие звуки от удара об лестничные ступеньки. В этот момент глаза Астры и Дигитала вновь встретились, и девчонка уловила в них признательность за поддержку и помощь.

– Не бойся, я – с тобой! – крикнула она ему. Нужно сказать, что Астра приходилось иногда драться на улице с хулиганами, которые обижали ее сестренок, и поэтому она научилась давать сдачи. Естественно, эти умения пригодились ей и здесь.

– Ах ты, паршивка! – взревел Конгратулат, стараясь поймать Астру за косички. Но та ловко уворачивалась, а вельможа хватал только воздух. Со стороны это было комично, словно видишь выступление клоунов-акробатов. Но еще веселее было участвовать в этой потасовке. Дигитал прыгнул под ноги вельможе, и тот завалился на спину, нелепо дергая руками. Не мешкая, мальчишка столкнул на него кадушку с кактусом, что стояла в коридоре. Острые шипы укололи Конгратулата, он завопил от боли:

– Ой-ой-ой! Помогите! – однако не мог подняться – кактус оказался тяжелым.

Стражники включились в игру. Их было семеро, однако они были толстыми и в связи с этим неуклюжими. Понятно, что этим воспользовались ребята. Дигитал схватил одного за рукав, отвел руку стражника вниз и пристегнул ее к ширинке другого, который хотел в этот момент достать из запазухи наручники. Те задергались в странном танце. Астра выхватила у них сабли и ткнула в спины еще двум, что пытались окружить мальчшку.

– Ой-ой-ой! – теперь уже завыли они, прыгая как зайцы. Уколы оказались тоже ощутимыми.

Пока первые двое пытались открепить рукав от ширинки, Дигитал поднял упавшие на пол наручники и быстро надел одно кольцо на руку вельможе, а другую – на ногу одного из танцующих стражника. То что было дальше нужно назвать кучей малой – сплошной клубок кувыркаюшихся тел, крики проклятий, визги, а также удары. Подмастерье хохотал от удовольствия – так отделать таких высоких персон, как вельможа и стражники, ему не приходилось раньше. Нужно отдать должное и выдумке девчонке. Ей надоела тыкать саблями в еще в троих, которые, кстати, достали свое оружие и начали атаковать по всем правилам фехтовального искусства, – естественно в таком бою перевес был явно не на стороне Астры. Однако ведь, как говориться, смекалка в голове, а не в руках, – девочка сорвала с себя дешевые стеклянные бусы, разорвала нитку и биссеринки бросила под ноги охранникам.

Те, по инерции наступая, есественно, подскользнулись и… тут девочка расхохоталась от обозреваемой сцены: стражники размахивали руками, причем так энергично, что отбросили далеко от себя сабли, чтобы устоять на месте. Они издавали короткие звуки, типа: «О! У! Э!..», может, этим самым пытались призвать на помошь потусторонние силы. Помощь к ним с небес не пришла, а самим им было сложно что-либо поставить в противовес законам физики, особенно учитывая массу своего тела. Потанцевав секунд десять на биссере, они все же шмякнулись на пол. Их падение отозвалось гулким эхом по всему зданию. Дорога была свободной.

– Бежим! – крикнула Астра Дигиталу, хватая его за руку. Она потащила его к выходу.

Но мальчишка остановил:

– Подожди! Нам нужно к Теполе! К Тюльпан! Заговор-то существует и опасность не устранена!

Он был прав. Но добраться до комнаты принцессы было не просто – впереди валялись стражники. Как через них пробиться? Ведь некоторые из них уже встали, причем разъяренные и готовые разорвать сорванцов.

– Я попробую открыть тебе дорогу, а ты беги к принцессе, расскажи ей все!

Астра кивнула.

И подмастерье ринулся в атаку. Один стражник стоял, раздвинув ноги. И именно между ногами проскочил мальчишка. Ошарашенный стражник нагнулся, чтобы ухватить ускользающего Дигитала, но тут же получил от него кулаком по носу. «У-у-у!» – взвыл он, присев. А Астра перепрыгнула через него, словно через забор.

На пути стояли еще двое – один с разорванным рукавом, а второй – с саблей.

– Вот мы вас сейчас… – угрожающе сказал один из них.

Дигитал посмотрел наверх и увидел тяжелую хрустальную люстру, и надо было быть такому, что стражники стояли прямо под ней. Идея вспыхнула как молния: мальчишка схватил валяющуюся на полу саблю и запустил ее в потолок. Острый клинок перерезал канат, который удерживал люстру.

Стражники проследили путь оружия, зафиксировав глазами, что она сделала, но осмыслить последствия и среагировать не успели. Люстра обрушилась на них, придавив к мраморному полу. Трудно оценить, какой урон был нанесен имуществу дворца, но он не шел в никакое сравнение с угрозой дворцового переворота и нападения мин.

– Бежим! – закричал Дигитал. Астра обежала место крушения, и они вдвоем, взявшись за руки, помчались вперед.

Увы, подмастерье сделал всего лишь шаг, как Ноготкис, который был во время потасовки в стороне, вдруг проявил прыть – он прыгнул на пролетавшего мимо Дигитала. Геройство решил проявить и Парикмус, который также навалился на мальчишку. Конечно, по весу они были тяжелее, и поэтому придавил будильник к полу.

– От меня не уйдешь, негодный мальчишка! – прошипел ему в ухо Ноготкис. – Ты, оказывается, преступник!

– Мы заслужили награду! – кричал от радости Парикмус, цепкими пальцами удерживая ноги подмастерье. Перед его глазами качалась медаль на яркой ленточке.

– Беги! Беги! – заорал Дигитал расстерявшейся девчонке. Он понял, что сейчас освободиться от учителей ему не удасться. Попытки вывернуться, приложив все усилия, к результату не привели.

В свою очередь, Астра поняла, что сейчас ему ничем помочь не сможет. Стражники, которые скатились вниз, уже поднимались, размахивая оружием. Брынзоед тоже орал, что оторвет хулиганам руки и ноги.

– Мы еще увидимся! – крикнула Астра Дигиталу и побежала. Она успела выскочить из опасной зоны, так как в коридор влетали из других мест остальные охранники, привлеченные шумом, и они тесным кольцом встали вокруг вельможи и мальчишки.

– Попался! – торжествовал вельможа, которого отцепили от наручников и подняли с пола, откинув в сторону кадушку с кактусом. – Отольются кошке мышкины слезки! А ну-ка, ребятки, арестовать его и в тюрьму – Башню преступников! А вас, дорогие Ноготкис и Парикмус, я представлю к награде!..

– Спасибо! – торжествовали учителя.

– А где это мерзавка? – вдруг всполошился вельможа. – Ведь здесь была и вторая преступница – Астра! Она готовила покушение на королеву вместе с учеником Вербатима! Быстро на ее поиски!

Стражники, а также другие учителя и лакеи кинулись на ее поиски.

– Лови ее! Держи! – послышались крики, и они эхом отзывались в коридорах и проходах, сбивая с толку других охранников.

Но Астра – какое счастье! – была уже в королевских покоях. Она открывала все двери, которые встречались на пути, ведь точное место проживания принцессы она не знала. И ей повезло – уже четвертая комната была именно искомой. Захлопнув за собой дверь и прислонившись к ней спиной, девочка посмотрела на Тюльпан, которая в этот момент сидела на диване и, в свою очередь, недоуменно уставилась на вошедшую. В руках принцесса держала великолепное платье.

– Привет, – выпалила Астра. И помахала рукой. Ей показалось, что следует продемонстрировать дружелюбие, и тогда Тюльпан не испугается и захочет разговаривать.

– Салютик! – ответила принцесса, которая, наоборот, обрадовалась пришедшей. Ведь они были ровестниками, а самой Тюльпан всегда было скучно. К ней противные учителя, воспитатели и лакеи не допускали будильников из простого народа, а дружить с чванливыми особами-однолетками ей не хотелось. Почему? Потому что те больше льстили, чем проявляли навстоящие чувства. А может, лесть – это и было их настоящими эмоциями? Тогда беден был их нравственный и моральный мир. Теперь было понятно, отчего принцессе хотелось учиться в другом месте, а не во дворце?

– Заходи, – пригласила она Астру. – Ты принесла, наверное, тортик? Я думаю, что и ты должна его отведать… Гранула такой мастер на сладкое…

Тут девочка поняла, что принцесса ее поймет и поверит.

### Глава восьмая. О том, как Тюльпан рассказала маме о Дигитале, и сама потом слушала историю Астры о предательстве Конгратулата

А сейчас мы расскажем, что было с принцессой до описанных нами событий выше. Тюльпан, прийдя из летнего сада, где она оставила воздушный шар и Дигитала с учителями и лакеями, вбежала в свою комнату и хотела было прыгнуть на диван, чтобы немного расслабиться, прежде чем занесут разную вкуснятину, как вдруг замерла. В помещении был еще один будильник, которого скрывала полутьма. Принцесса оглянулась и узнала стоящую у дивана – это была ее мама – величественная королева Тепола.

– Ой, мама, вы здесь? – засмеялась девчонка, включив свет в комнате. – А вы разве не на работе?

Дело в том, что в последнее время Тепола редко заглядывала сюда. Зато здесь всегда толпились няньки, воспитатели, учителя и лакеи, которых Тюльпан не терпела за их жадность, сварливость, лесть, и постоянные нотации и укоры, что она сделала не так, не то, нарушила этикет и протокол. «Нельзя так нагибатья… Нельзя махать так рукой… Не следует ухмыляться при виде гостей…» – говорили они, особенно Ноготкис и Парикмус.

Королева укоризненно покачала стрелками.

– Ах, дочка, опять безобразничаешь, – сказала она. – Я все время беспокоюсь за тебя.

Принцесса засмущалась:

– Ну, мама. Вы же всегда заняты государственными делами и на меня мало времени остается… Так что приходится самой себя веселить…

– Увы, это так, – согласилась Тепола. – И это меня угнетает. Время не спокойное. Страны воюют между собой, а нам, будильникам, необходим мир. Поэтому я постоянно встречаюсь с разными личностями – послами, министрами, царями и князьями, султанами и эмирами. Нужно улаживать сотни проблем. И времени не остается на родное дитя. Меня это угнетает. Вот сегодня я должна была принять двух послов из Земли Телескопов, а времени даже на дипломатию не осталось – настолько плотный у меня график. Хорошо что вельможа из канцелярии Конгратулат заменил меня и встретился с ними. Наверное, он и сейчас сидит там и ведет переговоры. Еще корабли из Телескопии прибыли, мне завтра утром нужно встречаться с ихним флагманом торгового флота… Князь Телевизор-Седьмой, скорее всего, прислал что-то особое, раз столько судов находится в порту Ура… Все у меня расписано по минутам…

Тюльпан стало жаль маму. Она прильнула к ней и нежно сказала:

– Ладно, мама, не беспокойся. Я же уже взрослая, все понимаю.

– А если понимаешь, то поясни, что ты сегодня вытворила? Сбежала на воздушном шаре, выбросив учителей и воспитателей из корзины!

– Они такие надоедливые и ворчливые, – топнула ножкой принцесса. – Постоянно мне запрещают что-то делать. Это нельзя, то не трожь, сюда не смотри, туда не ходи, здесь не прыгай, а там не танцуй. Устала я от них!

Королева рассмеялась. Она понимала дочь. Ведь в дестве была такой же непоседливой и любила пошалить, и родители – уж не скроем – всегда прощали ее проделки. Гладя Тюльпан, Тепола вспоминала те солнечные дни, когда весь мир казался добрым и светлым. Как много воды утекло с тех пор… Все изменилось, как началась война с минами, она длилась долго и всего лишь год назад удалось ее остановить. Но какой ценой! Королева с содроганием вспоминает это. Да, у королевства были мрачные эпохи, но ведь это было так давно, что только в учебниках истории прописывалось. Но порой казалось, что время повернулось вспять, и опять идут эти жуткие дни.

– Учителя приставлены для того, чтобы ты, милая, училась порядку, ведь после меня тебе придется править королевством, – улыбаясь, пояснила мама. – Я ведь тоже не вечна.

– Нет, мама, ты – вечна, и я тебя люблю, – снова прижалась к Теполе принцесса.

– Я тебя тоже люблю, моя милая, – вздохнула королева. – Но это не значит, что тебе следует нарушать порядки и правила. Ты улетела одна, а вдруг с тобой что-нибудь могло случиться? Ведь набежали тучки, поднялся ветер! Тебя вдруг отнесло бы за тысячу километров, и что я тогда делала?

– Пустила бы под пресс моих воспитателей и учителей, особенно этих противных Ноготкиса и Парикмуса, они меня так достают своим ворчанием и визгом! – предложила Тюльпан. – Я бы похоронила с почестью их шестеренки и пружины. Даже надгробный памятник поставила – честное слово!

Но шутка не была принята.

– Ну, доченька! Не говори глупости, – нахмурилась Тепола. – Конечно, Ноготкис и Парикмус дотошные учителя, но они профессионалы в своем деле, им доверено обучать детей высокородных будильников – это позволительно не всем! У них – соответствующие педагогические дипломы и рекомендации. Такое добиваются только самоотверженным трудом!

В этот момент принцесса подумала: «И покупают тоже дипломы и рекоменждации, неужели мама этого не знает?» А сама произнесла:

– Вот пускай их и обучают, а я хочу в обычную школу и дружить с обычными детьми, – разозленная принцесса села на диван и уткнулась в зеркало.

– Я бы пустила тебя туда, но времена не те…

– Всегда «те», мама, всегда «те». Мне не хочется видеть зануд и подлиз, а хочу дружить с простыми будильниками… Которые бы не лебезили при моем появлении и не говорили срывающимися голосами: «Оууу, Ваше высочество, как вы сегодня очаровательны в этом платье… А почему бриллианты не надели – они так вам к лицу!» Противно слушать это! Так что, мама, я хочу в обычную школу, каких в Уре много!

Королева вздохнула и покачала головой.

– Боюсь, что это не в этикете и протоколе дворца…

– Глупости, мама!

– Дети простолюдин не захотят дружить с тобой…

– Почему?

– Не знаю… мне так кажется. У них другой мир, другие привычки… – и тут Тепола продекламировала стихи, которые помнила с детства (ей самом читала их бабушка):

«Эта дочка – Почемучка,

Задает всегда вопрос:

Где ночует злая тучка?

Кто нам дождь косой принес?

Задает вопросов много:

Что такое вой «тревога»?

Сколько весит голосок.

И когда растет колосок.

День и ночь вопросы скажет:

Кто? Зачем? И почему?

Может что-то дочка ищет,

Только что – я не пойму.

Говорит: зачем на свете

Есть и взрослые и дети?

Есть враги, и есть друзья,

Друг иль враг, скажите, я?..»

– Ты у меня очень любопытная, дочь моя, и на твои вопросы трудно находить ответы… Дети не все одинаковы, это естественно, но они часто едины в одном – в жестокости. Я боюсь, как бы тебя за пределами дворца не обидели…

Тут Тюльпан хитро посмотрела на маму.

– А вот и нет, а вот и нет. Они такие, как и мы, просто не чванливые и не высокомерные. Я уже подружилась с одним из таких. Хороший мальчик. Веселый.

Королева с удивлением посмотрела на раскрасневшуюся дочь.

– Гм, и где же произошло такое знакомство? Кто он?

– Я пролетала над городом и увидела, как Дигитал…

– Дигитал? Вот как его зовут?

– Ну… да… Так вот, этот мальчик убегал от двух жлобов…

– Жлобов? – не поняла королева. Она наморшила лоб, полагая, что это иностранный язык. Откуда ей было знать жаргон улиц?

– Да, это такие темные личности, которые обижают детей…

– Ясно… Так ты побывала там, где бродят темные личности? Вот это новость, дочка!

– Ну, мама!

– Хорошо, молчу… И этот Дигитал рассказал про этих жлобов?

– Нет, просто сказал, что за ним они гнались, потому что он узнал то, чего знать не должен был… Я его спасла, мы с ним немного полетали над морем и вернулись во дворец…

– Так этот мальчишка здесь?

– Точно, мама… И я хочу угостить его пирожным… Просто его задержали эти вредные Ноготкис и Парикмус, заявили, что должны переодеть его в другую одежду, которая подходит для посещения дворца… Мол, таковы протокольные дела, таков этикет…

Королева задумалась, а потом сказала:

– Ладно, ты угостишь его, я приветствую это доброе дело… Но я пришла попросить тебя об одном деле…

– Помочь тебе бить в колокол, как ты делаешь каждый день?

– В свое время это станет и твоим делом – королева обязана показывать своим подданным, что помнит о них… Но я имела ввиду другое…

– Что за дело, мама? – принцесса напряглась.

– Сегодня прибывает король Пропехот-Второй… Ты же об этом знаешь, не так ли?

Тюльпан скривила физиономию – она не любила мин и их короля. Хотя в стране мало можно было найти сторонников этих «адских машин».

– Фи, мама, он же бандит и убийца! Сколько будильников погибло, а ты хочешь встречать его? Я бы пинком указала ему обратную дорогу!

Детям было трудно объяснять специфику внешней политики и особенности дипломатии со странами, которые представляли потенциальную угрозу, ведь для них есть только белое и черное – хорошее и плохое, а серых или иных цветов не существует. Тепола еще раз вздохнула, присела рядом с дочерью на диван и попробовала все-таки дать рассклад ситуации:

– Доченька, таков жестокий мир! Мы не можем воевать…

– Почему? У нас же великий фельдмаршал Алди! Он победит любого, в том числе и этого дурака Пропехота!

– Именно Алди и настоял на том, чтобы мы подписали мирный договор, потому что ресурсов на войну у нас мало. Представь, что одна мина способна уничтожить своим взрывом десять-пятнадцать будильников! У нас были большие потери, сражения не всегда завершались в нашу пользу, и я не имела права допустить того, чтобы мир будильников исчез, а наша страна была стерта с лица земли!

Тюльпан понимала, что мама права, и поэтому загрустила.

– Да… все верно. И что должна делать я?

– Соблюдать протокол…

– Что? Опять протокол и этикет?

– Увы, милая… Когда прибудет Пропехот-Второй, то я, ты, вельможа Конгратулат и фельдмаршал Алди должны стоять на площади и встречать высокого гостя – таковы правила церемоний. Если тебя не будет, то мины могут понять это как знак неуважения и оскорбиться! А осложнять ситуацию нам никак нельзя.

– Ясно.

– Поэтому я пришла попросить тебя спуститься вниз в три часа и встать рядом со мной. Да, и одень красивое платье.

Тюльпан не хотелось наряжаться ради врага будильников, но не хотела расстраивать маму. Ведь она итак вся в заботах и делах, устает сильно…

– Хорошо, мама.

– На площади перед нашими покоями пройдет военный парад, после чего ты можешь быть свободной.

– А ты?

– А я с фельдмаршалом и вельможей Конгратулатом последую в зал приемов, чтобы провести переговоры и подписать договор о мире и дружбе. После этого будет званный ужин и концерт, на который ты, если хочешь, можешь прийти. Ночью Пропехот-Второй уедет к себе на родину…

– Хм, хорошо.

– И ты сможешь угостить своего нового друга пирожным и мороженным… – королева осталась довольной, что дочка не перечила ей и со всем согласилась. «Она у меня все-такие умная, понимает», – с теплотой подумала Тепола.

– А можно мне с Дигиталом явиться на концерт? – вдруг спросила Тюльпан, которой хотелось сделать что-то хорошее этому мальчишке.

Королева ответила, вставая с дивана:

– Безусловно, можно. Приводи его, думаю, ему будет очень интересно.

Тюльпан захлопала в ладошки: уррааа! Схватив маму за руки, стала с ней кружиться в танце. Тепола смеялась, и даже на минутку забыла о том, что она – королева, вот-вот прибудет король мин, нужно готовиться к встрече. Ей так было хорошо с дочерью.

И тут до них донесся какой-то шум внизу, и Тепола очнулась.

– Что это? – спросила принцесса.

Королева пожала плечами:

– Не знаю… Что-то громыхает там, словно скатываются по лестнице консервные банки… или будильники… Наверное, прислуга что-то уронила…

Тюльпан прислушалась:

– Ой, мама, так кричат!

– Наверное, разбираются между собой… Ладно, дочка, ты переодевайся, а я побежала к себе. Сейчас ко мне придет фельдмаршал и вельможа, нам нужно обсудить последние детали церемонии.

Королева вышла из помещения. Почему-то ей в этот момент вспомнился вчерашний сон: какая-то женщина с феолетовыми волосами и в одежде ведьмы возникла перед ней и стала говорить: «Несчастья ожидают тебя! Враг идет к тебе под маской мира! Не верь! Но если даже поверишь, знай, что недолго продержиться его власть, и ты вернешь стране мир и покой, и обретешь новых друзей!» – и она исчезла в голубом тумане. Тепола проснулась и долго размышляла, что это за сон, однако времени на разговоры с Ноготкисом, который считался также королевским астрологом, и Парикмусом, имевшего статус искателя философского камня, на тему сноведений не было. Она решила, что это не столь важно, и тут была не права… Ведь сны часто бывают вещими и предсказывают нам то, что скрыто пока покрывалом будущего.

А Тюльпан подошла к столу, на котором стоял торт, отрезала два кусочка – для себя и мальчишки, и стала петь:

«Я сижу на лесенке,

Распеваю песенки,

Хоть я азбуки не знаю,

Очень складно сочиняю.

Песенки все гладкие,

Очень-очень сладкие.

Ах, какое наслаждение

Петь про вкусное варенье,

Про конфеты и печенье

И про джем и мармелад,

И про торт, и шоколад!

Я еще бы вам пропела,

Только все уже я съела

Если б сладкое осталось,

Моя песня не кончалась».

Тюльпан только кусочек откусила. М-м-м, тортик оказался вкусным. Но одной его кушать не хотелось. Принцесса тогда открыла дверцу шкафа и стала подбирать из сотен платьев то, что могло подойти для официальных мероприятий. Вообще-то она любила спортивные костюмы, ведь в таких одеяниях легче бегать, играть, резвиться, и даже запачкать не страшно. Увы, такое не наденешь для церемонии – не по этикету и протоколу. И выбрала розовое платье и серебрянными ниточками.

Достав его с вешалки, она положила на диван.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла девочка, ровестница принцессы. На ней была форма прислуги. Однако по виду – одежде и всклоченным волосам можно было понять, она только что пережила какое-то приключение. Тюльпан стало интересно, в чем дело?

Девочка поздоровалась и помахала рукой. Принцесса ответила, и почему-то решив, что та доставила торт, который был обещан Дигиталу, сказала:

– Хочешь тортик?

Астра, а то была она, выпалила:

– Ваше высочество, сейчас не до тортов!

– А-а, ты не любишь сладкое? – прищурилась принцесса. – Тебя тоже запугали врачи сахарным диабетом?

Астра смутилась:

– Вообще-то люблю. Но сейчас вам угрожают! И королеве тоже!

– Кто? – встревожилась Тюльпан, поняв, что просто так в ее покои прислуга не ворвется.

– Конгратулат и его сообщник-шпион!

– Конгратулат?.. Шпион?.. Сообщник?.. Ты о чем это? – не поверила принцесса. – Какая муха укусила тебя?

Астра быстро выложила то, что сама видела-слышала в кабинете вельможи, а также то, что сейчас произошло внизу.

– А-а-а, так этот шум вы устроили? Подрались со стражей?..

– Мы…

Тюльпан почувствовала, что этой девочке можно доверять. А поскольку интуиции ее никогда не подводила, то решила, что вероятность государственного переворота и нападения мин существует. Уж больно подозрительным казалось ей все смешанное в один котел: послы, корабли, Пропехот-Второй… Какая-то игра начинается здесь, а никто ее не видит…

– Да, весело вы там поиграли со стражей, аж нам было слышно, – хмыкнула она, и тут же напряглась: – Подожди-ка, подожди-ка! Ты сказала, Дигитала арестовали?

– Да! По приказу Конгратулата! Дигитал хотел вам рассказать, что мины задумали. Он узнал в послах из Земли Телескопов тех шпионов, от которых спасли вы!

– А-а-а, значит, Дигитал думал не о пирожном, – тут Тюльпан стала ясна причина, почему Дигитал хотел попасть сюда – сообщить королеве об опасности. Принцессе понравился благородный поступок мальчишки.

– Ладно, давай побежим вниз и расскажем все моей маме!

Тут из коридора послышался топот множества ног и бряцанье оружия. Кто-то что-то кричал. Визжащий голос был похож на вельможий.

– Но меня разыскивают! Они посадят меня в тюрьму! – в отчаянии сказала Астра, не зная, куда спрятаться.

Она недоценила Тюльпан. Та мигом смекнула, что нужно делать, и кинула розовое платье ей:

– Надевай! В моем наряде тебя никто не узнает!

Астра не стала спорить, схватила платье и забежала за ширму.

В это время раздался настойчивый стук. Обычно мало кто мог себе позволить такое, но тот, кто это делал, считал необходимым нарушить покой принцессы.

– Входите! – сказала Тюльпан, понимая, что не открывать нельзя – вызовешь подозрения.

Дверь чуть с петель не слетела от мощного удара. В проеме показалась стража во главе с Конгратулатом. Они быстро оглядели комнату и не видели того, за кем охотились.

– Что вам нужно, вельможа? – надменно спросила Тюльпан. Вообще-то она тоже недолюбливала этого типчика, причем больше, чем учителей Ноготкиса и Парикмуса. Уж больно скользким и хитрым казался он ей. Признаемся, сам Конгратулат тоже тайно ненавидел принцессу и мечтал когда-нибудь отправить ее подальше от дворца, если у него будет достаточно для этого власти.

Но в этот момент Конгратулат поперхнулся, и, стараясь придать лоск своему голосу и унять раздражение, заявил:

– Мы ищем предательницу, Ваше высочество.

– Предательницу? В моих покоях? Вы с ума сошли, вельможа!

Стража оробела от голоса принцессы: ей не приходилось раньше слышать железные нотки в ее словах. Некоторые сделали шаги назад, боясь наказания.

– Простите меня, принцесса. Но дело неотложное! Во дворец проникли шпионы! Они хотят сорвать встречу вашей матушки с королем Пропехотом-Вторым! Допустить мы это не должны! —стреляя фразами, сказал вельможа, продолжая дальше рыскать глазами по комнате. За ширмой он увидел движение, и замолчал.

– И поэтому ищем их везде! – закончил мысль вельможи один из стражников. – Простите нас за беспокойство…

– Извините, Ваше высочество, а кто за ширмой? – спросил вельможа, не отрывая взгляда от угла комнаты. – Я не слишком любопытен? Прошу простить за такой вопрос…

Тюльпан, не раздумывая, ответила:

– Это моя подруга…

– Вот как? – не поверил Конгратулат. Он-то знал, что у принцессы нет подруг.

– Именно так. Ее зовут Эсмиральда! Она – дочь князя Гипфелли из города Веккера. Приехала проведать меня…

– А можно на нее взглянуть?

Тюльпан с тревогой посмотрела на ширму. Она боялась, что острый глаз вельможи сразу определит социальный статус Астры, несмотря на одежду, и тогда не только ее, но и саму принцессу могут арестовать.

– Можно! – это уже сказала сама Астра. Она вышла из-за ширмы и предстала перед всеми в наряде принцессы. Нужно сказать, что двигалась она очень мягко и эластично, как и полагается будильникам из знати, а в платье она чувствовала себя также уверено, как и в костюме прислуги, поэтому все выглядело естественно. Стражники с восхищением смотрели на нее.

– Что вам угодно, Ваша милость? – спросила девочка, изменив голос. – Что вынудило вас, господа, потревожить нашу беседу? Более того, ворваться в покои принцессы? Это неслыханная дерзость!

Астра так искусстно играла роль знатной особы, что Конгратулат поверил ей, не говоря уж о самой Тюльпан, которая рот открыла от изумления. Вельможе было невдомек, что Астра часто наблюдала с окон учебного корпуса, которых мыла, как обучают светским манерам и этикету Ноготкис и Парикмус детей, и сама дома повторяла такие движения, мечтая в будущем играть в королевском театре. Но судьба рапорядилась стать ей актрисой раньше, и сегодняшнее представление перед стражей и вельможей – это ее первый выход на сцену. Причем на реальную сцену, где вопросы жизни и смерти являются не абстрактными понятиями.

– П-простите, госпожа Гипфелли, обстоятельства вынудили нас ворваться сюда, – выдавил Конгратулат, в его мозгу мысли путались, уж больно много сегодня событий он пережил. – Мы просим прощения, и удаляемся!

– Да, извольте сделать это поскорее! – приказала Астра, и принцесса бросила на нее восхищенный взгляд: молодец! Что-что, а от простой прислуги она такого не ожидала.

Стражники бросились в коридор. Уходя, Конгратулат вдруг остановился и сказал:

– Поскольку во дворце враги, то я оставлю вам охрану!

– Но мы должны идти к королеве! – запротестовала Тюльпан. – Скоро начнется визит Пропехота-Второго! Нам нельзя нарушать протокол и этикет! Осталось пять минут до трех часов!

– Стражники будут сопровождать вас! И прошу не спорить! Такова необходимость! Таковы правила безопасности!

Конгратулат вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Тюльпан подбежала и взглянула в замочную скважину. Она увидела вельможу, который разговаривал с кем-то закутанным в накидку.

– А это кто? – спросила она. – Посмотри-ка, Астра, может ты знаешь этого типа?

Астра тоже подглядела и кивнула:

– Это шпион! Вы его видели, когда спасали Дигитала.

До нее донеслись отрывки фраз из приглушенного разговора:

– Она где-то тут… успеть схватить… Пропехот-Второй не любит… может помешать… девчонка хитрая… ее нужно убить… а мальчишку – в Башню прнеступников… позже казнить… да, конечно… Но мне нужно идти к королеве… она ничего не заподозрит… ты можешь подойти позже как посол Телескопии…

– Они хотят Дигитала казнить! – воскликнула Астра, которая уловила смысл сказанного.

– Мы этого не допустим! – сжала кулаки принцесса. Ей противела любая несправедливость.

– А меня – убить, – тихо прошептала Астра, осознавая, что для Конгратулата она сейчас личный враг. О, как бы маме и сестренкам не стало плохо, ведь вельможа способен отыграться на них!

– Но мы это еще посмотрим! – сердито произнесла Тюльпан.

Тут шум за дверями стих – стражники устремились искать Астру в других комнатах.

Астра повернулась к принцессе:

– Так что мы будем делать?

– Я быстро надену другое платье, и мы побежим к площади. Там уже мама и фельдмаршал Алди.

Тюльпан сама удивилась, как за считанные секунды она успела сменить одежду. Этому ей могли позавидовать гвардейцы, которые уже по уставу обязаны были менять мундиры в течение минуты. Впрочем, такие спортивные достижения продиктовывались иными соображениями. Схватив новую подружку за руку, принцесса сказала:

– А теперь – идем!

Они вышли из комнаты и стразу увидели двух стражников, которые охраняли двери. Те салютовали им обнаженными клинками.

– Простите, Ваше высочество, таков приказ Его светлости вельможи Конгратулата, – извинился один из них. – Мы обязаны сопровождать вас везде…

Тюльпан фыркнула, и вместе с Астрой побежали вниз. Стражники последовали за ними, внимательно осматриваясь по сторонам: а вдруг там спрятались враги, наделавшие недавно тут немало шума. Им было невдомек, что врагами были совершенно другие личности, а самый главный вот-вот явится во дворец с официальным визитом.

Вскоре девочки были на площади. Там стоял полк гвардейцев. Развивались знамена, сверкали сабли на руках будильников, играл туш. Красные ковровые дорожки от начала площади вели к трону, где восседала королева. С правой стороны от нее гордо стоял фельдмаршал Алди – вояка от мозга и костей, с одним глазом (второй он потерял в бою у Металлических гор, и теперь он был покрыт черной повязкой, что делало похожим на пирата), а одна нога была на костыле (ногу потерял от взрыва мины-камикадзе у долины Сметаны, где происходило самое батальное сражение). Его циферблат был треснут, маленькая стрелка согнута, а большая проржавела. Внутри фельдмаршала скрипели и щелкали механизмы, шестеренки так противно стучали друг о друга стершими зубьями, что иногда вызывали дрожь по телу. Кстати, в некоторых местах корпус будильника был прострелен пулями и оцарапан осколками снарядов. Врачи-будильники призывали его пройти ремонт у них, однако фельдмаршал отказывался – потому что своим видом внушал страх врагам. Между тем, несмотря на внешний вид, Алди оставался добрым, справедливым, честным и смелым будильником. Свою должность и звание он заслужил, защищая родину от мин и других захватчиков, и никогда не предавал, не унижал, не подставлял других, тем более не шел по головам друзей. Более того, он сам первым поднимался в атаку, ведя за собой солдат и офицеров.

Не скроем, что визит его врага Пропехота-Второго был неприятен ему, однако именно он настоял на том, чтобы встреча состоялась и соответствующие документы были подписаны. Фельдмаршал понимал, что пока у будильников нет реальных возможностей противостоять минам, и данный договор может послужить какой-то гарантией, пускай и хрупкой, но безопасности страны.

Слева от королевы стоял Конгратулат. Хотя он привел себя в порядок, однако его глаза беспокойно бегали, видимо, вельможа осознавал, что неприятности следует ожидать. И молил, чтобы они не произошли до того, как явится Пропехот-Второй. А там все может изменится, ведь шпион сказал, что именно сегодня произойдет решающая схватка. И может сегодняшний день судит ему удачу – стать генерал-губернатором провинции будильников.

– Ах, вот ты где! – воскликнула Тепола, заметив дочь, вышедщую из покоев вместе с Астрой. – А это кто? Ты говорила о мальчике…

Конгратулат нервно зашевелился:

– Извините, а о каком мальчике идет речь?

– Моя дочь познакомилась с каким-то мальчиком, который прилетел с ней на воздушном шаре, – пояснила королева. – Об этом она мне сегодня рассказала после обеда.

– Он его арестовал! – гневно крикнула принцесса, показывая на вельможу. Тот вздрогнул. В удивлении зашевелились и другие чиновники, стоявшие позади трона. Алди с некоторым смятением посмотрел на принцессу. Его рука непроизвольна сжала саблю, что висела на боку.

– Как арестовал? – удивилась королева и посмотрела на Конгратулата.

Тут вельможа решил перехватить инициативу.

– Извините, Ваше высочество, я не хотел в такой торжественный день портить вам настроение уголовной хроникой, – сказал он, поклонившись. – Этот мальчишка по имени Дигитал разыскивался полицией за воровство, грабежи и хулиганство.

– Это неправда! – крикнула Астра и Тюльпан. – Он честный мальчишка! И вовсе не преступник!

Но вельможа, не покраснев, продолжал:

– Вам, наверное, не известно, Ваше Высочество, что ваша дочь помогла ему сбежать от преследования полиции. А между тем, Дигитал покушался на жизнь послов Земли Телескопов – мне об этом они заявили лично!

– Это были шпионы! Из Королевства Противопехотных Мин! – прервала его Тюльпан, топнув ногой от злости и негодования. Она-то знала, что Конгратулат – предатель и сейчас делает все, чтобы запутать ситуацию.

– Зачем Пропехоту-Второму засылать к нам шпионов, если сам прибывает подписать мирный договор? – насмешливо ответил Конгратулат. Что-что, а уж вешать лапшу он умел мастерски, и сейчас ее производил по полной программе. – Итак, Дигитал, обманув вашу дочь, проник во дворец, чтобы совершить преступление – убить вас и все свалить на Пропехота-Второго, таким образом, спровоцировать новую войну. Но был уличен мной в измене, схвачен и мной отправлен в тюрьму! Я думаю, что его нужно сегодня же казнить! В розыске также его сообщница – очень опасная рецидивистка Астра!

– Он хотел предупредить об опасности и о том, что среди нас есть предатель! – выпалила Астра. – Да и я слышала разговор ваш со шпионом. Вы хотите его отправить под пресс, потому что он может разоблачить вас! – она кричала своим голосом, и выдала себя.

Конгратулат взглянул на нее и только сейчас осознал, что это девочка и есть Астра. «Как же она меня провела?» – поразился он. Однако арестовать ее уже не мог.

Тут вмешался фельдмаршал, который до этого слушал прения сторон. Как стратег он понимал, что в «горячей» войне, то есть с пушками и атаками, выигрывает тот, кто умен и силен, однако есть и «тихие» войны – скрытые удары из-за спины, заговоры, подстрекательства, конечно, и шпионаж тоже, где главными факторами являются хитрость, подлость и предательство… В таких войнах царят другие законы…

– Если в королевстве зреет заговор, то нужно начать расследование! – заявил он. – Я сейчас вызову начальника полиции…

– Это уже позднее! – прервала всех Тепола, показывая на башенные часы – было ровно три часа. – Потому что начался визит… Всем теперь молчать и не спорить! Все остальное выясним потом.

– Но мама, потом будет поздно! – в отчаянии крикнула принцесса.

– Я сказала: потом! – отрубила Тепола.

Астра и Тюльпан поняли, что время они упустили. Конгратулат торжествовал.

Послышался топот копыт. Но казалось, что мчатся не кони, а какие-то чудовища, потому что мелко затряслись стекла в окнах дворца. На площади все замерли в ожидании.

### Глава девятая. Про визит Пропехота-Второго, и как служанка и Тюльпан пытались предупредить королеву об опасности

В этот момент ударили колокола на башне с часами – обычно их била сама Тепола, но сейчас этим был занят колокольных дел мастер Билд. Одновременно открылись главные ворота, и на площадь въехала огромная карета в упряжке из десяти лошадей. Вообще-то их трудно было назвать лошадьми – какие-то монстры в бронированных панцарях, злые глаза животных яростно смотрели на всех, словно готовы были разнести все в пух и прав. С трех сторон экипаж сопровождали мины и бомбы в парадном мундире, но без оружия – таковы были обязательные правила. Более того, на них не было детонаторов – это тоже должно было быть доказательством миролюбия короля Пропехота-Второго.

Карета остановилась у края красной дорожки. К гостям подскочил лейтенант Маркус, который отдал честь. Адьютант Пропехота-Второго – рефленная ручная граната по имени Лимонка – открыл дверь, и из кабины вышел сам король, держа в руке трость с ручкой из слоновой кости.

Это была большая противопехотная мина в генеральском мундире, увешанная алмазными подвесками и золотым тросом, все пальцы – в перстенях, на груди – сотни медалей и орденов, сделанных из драгоценных камней и металлов. Шляпа с павлиньими перями была украшена большим изумрудом. Даже его саблю мастера инкрустировали серебром и золотом. Жмык, жмык! – такой звук издавали его черные лакированные сапоги со шпорами и пряжкой. Вид был весьма элегантный. Несмотря на внешний вид, Пропехот-Второй был солдафоном и любил воевать. Но только в отличие от Алди он считался очень жестоким и коварным, самовлюбленным и хитрым. Король мог послать – и это делал! – на смерть тысячи и тысячи солдат, не думая о них как о личностях, лишь бы они выполнили порой бессмысленный приказ. Естественно, ему было наплевать и на жизни тех, кого завоевывал. Поэтому после себя армия оставляла подоженные дома и тысячи трупов.

Пропехот-Второй не любил мирную жизнь – она была противоестественна его состоянию. Конечно, мины существовали, чтобы уничтожать, а как они могли это сделать, если нет войны? Ему удалось покорить немало государств, некоторые, не желая войны, сами сдавались и становились вассалами. Только будильники сопротивлялись, и война с ними была долгой и трудной, чего никак не ожидал сам король. Поняв, что силой не победить, он согласился на мирный договор. Однако изыскивал пути, которые позволили бы ему все-таки захватить Королевство Будильников и покорить население. К счастью, среди будильников оказался предатель, который через посредника прислал письмо, в котором он за вознаграждение обещался помочь. Пропехот-Второй знал, что так и будет. Откуда? У него была прорицательница – ведьма Фляйшвулф, которая сообщила, что нужно будет принять предложение предателя, и тогда минам сулит успех над будильниками. Понятно, почему король быстро принял предложение Конгратулата и выслал шпионов, а сам стал продумывать план нападения.

Согласно его задумкам, наступление следовало начать с моря. Ибо с суши ему могла противостоять армия Алди. Кроме того, вся граница королевства была в траншеях и окопах, загарадительных устройствах, которые усложняли продвижение вперед любого воинского контингента – что-что, а фельдмаршал разработал отличную схему обороны. Но море как-то упустил из виду, и это стало его «ахиллесовой пятой». Чтобы флот будильников ничего не заподозрил и пропустил врага, было приказано корабли мин замаскировать под торговые, и плыть под флагами Телескопии, и под статусом дипломатической миссии – будильники уважают межународные конвенции и поэтому проверять не станут. Пропехот-Второй приказал: все мины передвигаются без детонаторов – это чтобы не произошел самопроизвольный взрыв, что может насторожить будильников и начать проверку всей эскадры. А это уже удар по плану нападения.

Кстати, предатель обещал карту города со всеми пунктами охраны и арсеналами – именно их подавят при помощи корабельной артиллерии. Потом он даст схему дворца, и солдаты Пропехота-Второго, напав на охрану, перебьют всех и захватят здание и прилегающие территории с постройками. А что будет с королевой? Ну, относительно Теполы у Пропехота-Второго были свои планы.

Вот и сейчас он с плохоскрываемой брезгливостью осматривался. Дело в том, что он не любил такую архитектуру, как называли мины, «гражданскую», которая была в Королевстве Будильников. У самого Пропехота замок напоминал крепость с фортификационными сооруженниями и устройствами, а орудий было больше, чем кирпичей в стенах. Все в королевстве ходили только в военой одежде, даже те, кто не считался минами, – телефоны, утюги, лампочки, гаечные ключи, – таковы были местные законы. Тот, кто пытался одеться по-другому, немедленно подвергался аресту и его отправляли в тюрьму Ржавых механизмов – самого страшного места на планете. А поскольку оттуда никто не возвращался, то только от названия тюрьмы подданных Пропехота-Второго бросало в дрожь.

– Фу, – сказал Пропехот-Второй, делая шаг вперед и махая тростью. Он излучал ауру высокомерия и чванливости, и это ощутить было невозможно, даже гвардейцев, стоявших в почетном карауле, передернуло от возмущения.

Лейтенант Маркус никак не отреагировал на односложный звук короля, он предложил Его Величеству пройти по ковровой дорожке к королеве Теполе. Когда тот двинулся, то он последовал рядом. С другой стороны шел Лимонка, подозрительно смотря на всех, видимо, считая каждого потенциальным смертником-убийцей. Охрана, которая сопровождала Пропехота-Второго во время поездки, осталась на месте. Никто на площади не обратил внимания, как к ним подскользнул Брынзоед, который передал командиру Даглу схему дворца. А потом достал из мешочка… запалы. Да, все было хитро продумано. Мины явились сюда невзрывоопасными (и будильники поверили в их добрую миссию – вот уж святая наивность!), однако их шпион под видом дипломата принес взрыватели и уже на территории дворца они быстро вставили их в себя. Теперь мины были в боевом положении и ожидали сигнала к атаке.

Дагл быстро подозвал к себе сержантов и указал на схеме, где они должны быть во время нападения и куда им следует двигаться. Часть мин планировалось использовать здесь, чтобы поразить полк гвардейцев, которые хотя и были в парадной одежде, однако продолжали нести функции защиты. «Не беспокойтесь насчет вооружения будильников, – шептал сержантам и Даглу шпион. – У них в ружьях только холостые патроны, а сабли – деревянные». «Гы-гы-гы», – тихо заржали от удовольствия мины. Для них считалось позором носить бутафорское оружие.

Будильники стояли у ковровой дорожки, отдав честь. Они не шевелились, казалось, даже не дышали, чем удивили короля, которому нравилась жесткая дисциплина и четкость исполнения команд. В данном случае, строй гвардейцев говорил о том, что их движения были выработаны до автоматизма.

Тем временем Пропехот-Второй подошел к королеве, вставшей с трона при виде гостя. Вельможа сделал реверанс в знак признания величия мины, причем такой изяшный, что его гибкости могли позавидовать гимнасты, а фельдмаршал только шаркнул костылем по бетону – он не любил светские манеры, и считал, что такого жеста вполне достаточно (к тому же приветствовать врага он не желал). Тюльпан и Астра, которые стояли рядом с Алди, вообще никак не отреагировали – ведь они знали, для чего прибыли сюда мины. Нужно сказать, что королю было не до тонкостей этикета и протокола, он был обуреваем желанием скорее начать бойню. Но вначале все должно было выглядеть миролюбиво и чинно…

– Я приветствую Ваше величество у себя во дворце! – сказала Тепола. – Надеюсь, что сегодняшняя встреча ознаменуется добрыми свершениями и станет новой вехой в наших отношениях.

Пропехот-Второй усмехнулся:

– И я уверен, что сегодняшний день будет удачным… для кого-то… – тростью король отстукивал какую-то мелодию, но явно военного марша.

– Как вы добирались? – спроила Тепола. – Надеюсь, все было хорошо…

– Терпимо, хотя дороги не очень-то приспособлены для королевской езды, – пожаловался Пропехот-Второй. – Если бы на мне был запал, то я от такой тряски давно бы сдетонировал и разнес карету к чертовой бабушке. Слава Термояду, я теперь мирный и не желаю приносить горе и несчастье вашей стране. [50]

Услышав это, Алди склонился к девочкам и тихо прошептал: «Ха, так это из-за него, паразита, все дороги в такой состоянии – он же бомбами утюжил местность. А теперь хочет выглядеть как бы ни причем, вот мерзавец!»

– И все же, мы чуть не попали под дождь уже к подступам Ура, – продолжал король. – Набежали тучи… Но гроза миновала стороной.

Тюльпан же нахмурилась: она вспомнила, как Дигиталам боролась с ветром, чтобы вернуть шар на прежний курс. Если бы она увидела с высоты карету этого прохиндея, то обязательно скинула на нее что-нибудь. Ну, не бомбу, но уж мешки с песком точно. И тогда бы этому Пропехоту-Второму не повезло уж точно от такого путешествия по стране и он бы узнал другую сторону гостеприимства будильников.

– Я хочу представить вам свою дочь, – и королева показала на Тюльпан, которая стояла, не шелохнувшись. Ей нужно было сделать жест приветствия, но она не делала это. Зависла напряженная минута. К счастью, Пропехот-Второй не интересовался принцессой и не ждал от нее знаков уважения. Он только пробормотал:

– Гм, оч-чень хорошо, оч-чень хорошо… У вас две дочери…

Видимо, он посчитал Астру тоже членом королевской семьи.

– О, нет, Ваше величество, она простая служанка! – поспешно заявил Конгратулат, этим самым желая подставить Астру и унизить королеву. И это ему удалось.

Пропехот-Второй обалдел:

– Служанка? Меня встречает служанка? Какая неслыханная дерзость! – было видно, как рассвирипел король. Уж такое он не желал терпеть.

Тепола расстерялась, она никак не ожидала такого коварства от своего вельможи. Алди что-то промычал. Маркус победнел. Лишь Конгратулат торжествовал. Пока Тюльпан обдумывала, как выйти из этого положения, Астра не расстерялась и, сделав шаг, твердо сказала:

– Это поклеп, Ваше величество. Я – племянница королевы Теполы, княгиня Эсмиральда, дочь князя Гипфелли из города Веккера! Слова вельможи оскорбительны для меня и тем более для Ее высочества! Думаю, что он ответит за свою дерзость. Во всяком случае мой отец не потерпит такого оскорбления. Я бы и сама вызвала наглеца на дуэль, если бы была совершеннолетней!

– Да, я подтверждаю родословную Эсмиральды, – сказала Тюльпан, продолжая ей подыгрывать в этой роли. Ей понравилось, как эта девочка выкрутилась из острой ситуации и вытащила остальных.

– Но… ведь… э-э… но… – вельможа поперхнулся и посмотрел на Теполу – что скажет та? Однако королева уже пришла в себя, с негодованием посмотрела на Конгратулата, мол, такого коварства не ожидала, и, решив, что следует подыграть детям, – а иного выхода не было, твердым голосом произнесла:

– Я прошу прощения у нашего гостя, что не успела представить свою племянницу Эсмиральду… Некоторые мои чиновники любят неумно пошутить, но за это понесут ответственность!..

– Да, я ее тоже знаю! – поддакнул фельдмаршал. – Она часто бывает тут! Мои племянники всегда играют с ней…

Конгратулату осталось только прикусить язык. Он понял, что если сегодня ничего не произойдет между королевскими особами, то его карьера точно закончиться, причем если не Башне преступников, то в каком-нибудь захудалом поселке у полярного круга – Тепола не простит ему такого подлого удара.

– Ну что же, это все объясняет, – согласился Пропехот-Второй, наморщившись.

– Я хотела бы пригласить Ваше величество в зал переговоров, – сказала Тепола. – Думаю, что там мы сможем поговорить о перспективах нашего сотрудничества и укрепления доверия между нашими странами…

– Охотно, охотно, – ответил Пропехот-Второй и, взяв королеву под руку (что, кстати, не было оговорено протоколом), пошел с ней в здание. Тепола не стала сопротивляться, чтобы не испортить настроение гостю, хотя прикосновение «адской машины» не казалось ей приятным. Фельдмаршал зашагал за ней, хромая и стуча костылем. Вельможа, думая о карьере и будущем, с недовольным видом двигался за ними. Сбоку от короля шла ручная граната, которая на всех смотрела с подозрением и презрением (ну, еще бы! – она – орудие смерти, а тут рядом вертятся простые будильники).

Астра и Тюльпан хотели было двинуться следом, но стражники, стоявшие у входа, их остановили:

– Простите, Ваше высочество, но там место только для взрослых! Протоколом не предусмотрено ваше присутствие там…

– Но мы должны быть рядом! – воскликнула Тюльпан. – Мы знаем, что там может сейчас произойти!

Стражник улыбнулся:

– Я вас понимаю, принцесса, вы беспокоетесь о маме. Но не забывайте, что мы рядом и всегда готовы защитить нашу королеву!

Тюльпан с сомнением посмотрела на них. Конечно, эти будильники готовы были пожертвовать собой ради страны и Теполы, но могли ли они остановить нападение?

Тут подошел лейтенант Маркус.

– Я буду охранять вход тоже, – сказал он. – Мои гвардейцы готовы дать отпор. Впрочем, вам не следует волноваться – мины, что стоят здесь, без взрывателей! Они ничего не смогут сделать против нас, если что-то надумают плохое!

Но девочки не были столь уверены.

– Мне кажется, вы недооцениваете опасность! – прошептала Тюльпан. – Я знаю, что Пропехот-Второй замыслил гнусный план, и ему в этом помогает Конгратулат!

– Конгратулат? – удивился лейтенант. – Не может быть! Он – доверенное лицо королевы! Как он может вступить в сговор с врагами? Это же преступление!

– Он – предатель! – сказала Астра. – Я слышала, как он передавал секретные схемы шпионам!

– Шпионам?

– Да, он один из них, – и девочка показала на Брынзоеда, который крутился вокруг мин и вел беседы с командиром Даглом. Они смотрели на здание дворца и что-то в нем искали.

Маркус покачал головой:

– Так это ведь посол земли Телескопов! Я знаю, что сегодня он встречался с вельможей…

– Он шпион из Королевства Мин, а не из Телескопии! – Астра не понимала, почему взрослые не верят ей и не хотят прислушаться. – Конгратулату было обещано стать генерал-губернатором провинции будильников, если он предаст Теполу!

Лейтенант не знал, что и подумать. Ведь сейчас в зале переговоров решалась судьба страны, и любая провокация могла стать детонатором для новой агрессии. Нельзя это было допустить, и Маркус это понимал. Конечно, возможно ситуация выглядит подозрительной, но, может, это просто стечение обстоятельств? Вдруг Астра не так все поняла?.. Но с другой стороны, а если она права? Что тогда делать?

– Кроме тебя это кто-нибудь еще видел? – тихо спросил Маркус, склонившись к Астре.

– Нет, только я. Мне пришлось спрятаться за занавеси, чтобы подслушать разговор…

– Одна ты – это маловато… Нужны еще свидетели…

– Есть такой, – сказал тут Тюльпан. – Это Дигитал, мальчишка, с которым я прилетела на шаре. Он бежал от погони, что устроил ему тот тип, – и она указала на Брынзоеда. Тот, несмотря на расстояние, почувствовал ее взгляд и посмотрел, в свою очередь, на принцессу. Естественно, он узнал эти рыжие косички, этот носик, стрелки! Ведь эта девчонка сбросила на них десяток мешков с песком, набила им вмятины на корпусе. И понял шпион, что план можнет рухнуть, если Тюльпан их опередит. Об этом Брынзоед сказал Даглу, но командир успокоил его: все под контролем, маховик событий запущен, ничто не остановит их, особенно, когда все мины заряжены детонаторами и готовы к атаке. Такая благоприятная возможность в следующий раз вряд ли представится, и Пропехот-Второй не упустит ее.

– А где этот мальчик?

– Его Конгратулат посадил в тюрьму! – ответила Астра. – Он и меня хотел, но я сумела сбежать!

– Как вы, Ваше высочество, назвали этого будильника? – вдруг вспохватился Маркус.

– Дигитал…

– Он – ученик мастера Вербатима?

– Наверное… точно не знаю, – расстерянно сказала принцесса. – А вы его разве знаете?

– Я его видел, когда он был еще малышом, – печально произнес лейтенант. – Помню, как его держал в руках и качал мой друг – сержант Гемалай…

– Сержант Гемалай? Трубочист-герой? – поразились девочки.

– Да, если этот тот Дигитал, о котором вы говорите, то он – сын Гемалая! Мы вместе с Гемалаем два года воевали в долине Сметанки! Славный был будильник! – вздохнул лейтенант. – Смелым и отчаянным, первым шел в атаку, нас поднимал на бой!

У Тюльпана вздернулась бровь: она и не могла подозревать, что летала с сыном героя, чей бюст был установлен здесь, на площади дворца и чье имя было занесено в списки великих будильников. А ведь для принцессы он был символом мужества и патриотизма. Ей сам фельдмаршал Алди рассказывал много об этой личности.

– Это была и для меня честь, – тихо сказала Тюльпан.

– Простите, Ваше высочество? – не понял Маркус.

– И для меня было честью быть знакомым с сыном героя, – пояснила Тюльпан.

– Да-да, и для меня тоже, – поддакнула Астра.

– Я уверен, что Дигитал – славный малый, и вряд ли он мог совершить преступление. Думаю, Конгратулат ошибся или… он действтельно устранил опасного свидетеля…

– Кого-кого? – переспросили девочки.

– Ну, значит, персону, что знает о коварных планах предателя… Думаю, что нам нужно быть наготове. Пока мины не выдали своих планов, но я приведу в готовность полк… Правда, как? Ведь сабли деревянные, а в ружьях – холостые патроны? – Маркус стал размышлять.

– Думайте скорее! – дернула его за рукав Тюльпан. – Время идет!

Тут ударили часы – было половина четвертого.

– Мне кажется, что уже поздно, – вдруг сказала Астра.

И в подтверждение они услышали выстрелы, которые донеслись со стороны моря – это била артиллерия кораблей, что стояли в порту. Война началась. И как всякая грязная война она была начата без предварительного объявления и с подлого удара.

### Глава десятая. Как арестовали Каррамбу и началась кровавая атака солдат-мин на столицу будильников

А мы вернемся к пирату. Помните, он тайно проник на флагманский корабль, прикинувшись помощником кока? Ему улыбалась удача… но до определенного момента. Да, он видел, как шпион передал адмиралу пакет со схемами. Ему стала известна тайна кораблей и миссии псевдотелескопов. Казалось бы – с такими сведениями Каррамба сумеет доказать о нависшей опасности над городом и успеет помочь в организации обороны. И тут фортуна повернулась к нему спиной. Или, как говорят пираты, взмахнула крылышками у носа и улетела в небесную высь.

Пока Каррамба пробирался к выходу, офицеры набросились на еду и стали с ужасающей скоростью поглощать все со столов. Пирату оставалось только дивиться прожорливости мин. Впрочем, это не было новостью для него, слухи о том, какие мины жадные, хитрые, коварные и… вечно голодные ходили по всему свету, становились анекдотами и историями об очевидном, но невероятном в мире.

И в процессе поглощения пищи использовались столовые приборы. Ну, не для того, чтобы аккуратно брать продукты с тарелок и не пачкать руки, а чтобы уцепить большой кусок с расстояния. Рыбоглот тоже захотел принять участие в этой трапезе, он достал позолоченную вилку, что стащил со стола Конгратулата и стал ею махать, прицеливаясь в крабов. Однако в этот момент его кто-то толкнул, и шпион промахнулся, вонзив свой прибор в пирата.

Ну, не беспокойтесь, Каррамба не пострадал. Произошло другое: острие вилки прошила спасательный круг. И знаете, что было потом?

Бах! – послышался оглушительный взрыв. То, что было кругом, лопнуло. Воздушной волной сбило накидку с Каррамбы, а также откинуло в сторону несколько капитанов. Все мины попадали на пол, боясь сдетонировать. Это потом они вспомнили, что на них нет взрывателя, и успокоились. И тут раздался гневный голос Запала:

– Это какой идиот вставил детонатор? Я же приказал держать его при себе, но не вставлять! Вечно эти сухопутные мины теряют рассудок!

И тут он понял, что это был не взрыв мины. Потому что никто не пострадал, да и корпус корабля в сохранности. А если бы бабахнуло на самом деле, то вряд ли Запал уже отдавал команды.

И тут раздалось:

– Это не кок? Точнее, не наш матрос!

Капитаны обступили Каррамбу. Тот понял, что ему не прорваться через такой плотный строй. Но он был готов отдать дорого свою жизнь.

– Это – компас! Но у нас не служат компасы! Тем более нет тех, кто не относится к минам! А это явно гражданский…

Тут Рыбоглот, приглядевшись, узнал его:

– А-а-а, этот тип, что был в таверне! Он следил за нами! Значит, его подослала Тепола!

Запал зарычал:

– Так ты привел шпиона на корабль, идиот?

Рыбоглот стал оправдываться:

– Я не приводил его! Он сам пришел! Наверное, чтобы выведать наши секреты!

– Какой же ты шпион, если дал шпионить за собой? Какой ты профессионал? Любой мальчишка лучше тебя сделает дело! – продолжал кричать в гневе адмирал. Ему хотелось стукнуть по мине, но вспохватился: а вдруг этот шпион с запалом – тогда точно рванет.

Рыбоглот промолчал. Он кипел от негодования, и понимал, что ничего сделать не может: обстоятельства были против него. Уж лучше ему держать язык за зубами – целее шкура будет.

Тут Запал подошел к Каррамбе и стал тоже внимательно разглядывать его. Ведь впервые на борту его корабля ловили лазутчика.

– По-моему, я тебя где-то видел, – сказал он, нахмурившись. – Да-да, определенно видел. Ты – не из полиции. Но кто ты?

Тут один из офицеров засучил рукав компасу, и все увидели его наколки. Стало ясно, что он – вольный моряк, то бишь пират. Конечно, пиратами считались и те, кто грабил и разбойничал на морских просторах от имени государства. Например, Пропехот-Второй раздавал такие патенты на корсарство многим морским минам и среди них были знаменитые грабители, такие как Бомбардир Кровавый Шлем или Джек Синие Усы. В отличие от них у Каррамбы была слава положительного характера.

– Так ты – пират? Ах, ты же Каррамба! – вскричал адмирал. – Помню, помню… Да, много крови ты нам попортил… Значит, ты всегда работал на Теполу? Где карта с острова Сапёра? Ты тогда вместе с чертовым Флинтом – а я до него еще доберусь! – уволок ее из подноса моего помощника – морской мины Дона Бумбы! Он поклялся с тобой рассчитаться, и я буду рад доставить тебя к нему!

– И я помню, адмирал, разрази меня гром и молния! – с ненавистью прошипел компас. – Я помню все, что вы натворили… Три тысячи чертей! Этого не забыть! И ваш подонок Дон Бумба тоже получит свое! – теперь пират был уверен, что он находился на корабле, который имел название «Черная торпеда». Наспех написанное имя на борту «Наша сила» – это было всего лишь попытка скрыть истину, сбить с толку морскую полицию Королевства Будильников. Еще бы! Ведь если бы корабль Запала вошел в порт с настоящим названием, то поднялся переполох, и все планы мин рухнули.

– А что это было? – заинтригованный, спросил шпион. Ему стало любопытно, как могли встретиться великий адмирал Королевства Мин и этот морской волк? – Можно послушать эту увлекательную историю?

Капитанам тоже было любопытно. Однако адмиралу было не до историй – на носу война! Нужно рассредотачивать силы для нанесения удара, готовить к бою снаряды и пушки. В такой момент разве можно расслабляться и углубляться во воспоминания?

– Вахтенного офицера ко мне! – рявкнул Запал. – Живо! Одна нога тут, а другая…

Тот явился менее чем через минуту, немного бледный от грозных окриков.

– Как ты пропустил шпиона на «Черную торпеду»? – завопил адмирал, потрясая кулаками. Это ему страшно не нравилось: перед началом нападения он обнаруживает в рубке врага. А вдруг их здесь тысяча? Тогда все их планы – под миноискатель. [51]

Вахтенный не понял.

– Ка-ак? – изумился он. – Разве это не наш агент? – и он указал на Рыбоглота. Ведь ему было известно, что эта мина работает на Канцелярию шпионажа и диверсий.

– Дурак, я говорю про этого! – и Запал указал на Каррамбу.

Офицер расстерянно развел руками. Только сейчас он понял, что перед ним не кок, а пират. Только никак не мог догадаться, как же его обманули? – ведь компас нетрудно отличить от противопехотной мины. Лишь взглянув на валявшийся на полу проколотый спасательный круг, до вахтенного дошло, как было все сделано.

– П-прости-те, ад-дмирал, – запинаясь, произнес он. – Меня раскрутили на запал! [52]

– Я тебя сейчас раскручу! – кипятился тот. – Разжалую до рядового матроса! Быстро всем проверить доки, если есть шпионы королевы – схватить и доставить ко мне! Я должен допросить каждого! Если тут есть еще шпионы, значит, Теполе все известно, и она могла придумать контрплан! И тогда мы сами окажемся в ловушке!

– Есть! – вахтенный вылетел так быстро, словно за ним гнались миноискатели. Уж ему никак не хотелоь терять нашивки лейтенанта, которые он недавно получил.

Прошло еще несколько секунд, и отряд мин выпрыгнул из флагманского корабля. Вахтенные кричали друг другу, чтобы каждое судно выделило команду для поисков в порту шпионов. Сами понимаете, что Виргуса быстро обнаружили, несмотря на то, что тот прятался за ящиками.

– Руки вверх! – приказали мины, направив на барометр ружья. Они его точно расстреляли, если бы не приказ адмирала доставить живым и невредимым.

Виргусу пришлось подчиниться. Нельзя сказать, что он был спокоен, но и не поддался панике. Просто сжался для группировки своих физических сил с целью прорыва к свободе или атаки на врага.

Тут все обнаружили лежащую под ним мину, который шел выполнять поварские обязанности, но был обманут и связан Каррамбой.

– Он схватил нашего! – в гневе кричали мины. – Сейчас мы разделаемся с тобой, негодяй! Ты у нас узнаешь, где спрятан арсенал! [53]

Тут вахтенный офицер их остановил:

– Адмирал приказал доставить его в целости и сохранности – для допросов! Так что не бросайтесь порохом! [54]

Связанного товарища мины быстро освободили. Тот посылал проклятия:

– Чтобы ты лопнул! Связать и сбросить этот барометр под воду – пускай там проржавеет! – ему было обидно, что он попал в плен – среди мин это считалось позором. Мина обязана была подорвать себя, но не сдаваться, ибо уничтожить врага любой ценой – и есть смысл сушествования «адской машины». Увы, просто детонатора не было – ведь адмирал приказал заблаговременно всем разоружиться, чтобы не привлечь неприятности. А без этого механизма мина – просто консервная банка.

– Не трогать его! – приказал вахтенный офицер, однако приказал обыскать барометр. Солдаты вывернули карманы и нашли только несколько серебрянных монет (они тотчас исчезли в руке вахтенного), трубку, огниво и мешочек с табаком. Да, еще был бинокль.

– Все? – недоверчиво спросил вахтенный. – Больше ничего не обнаружили?

– Никак нет!

– Ведите к адмиралу! – вахтенных махнул рукой в сторону рубки Запала.

Виргуса сопроводили к командующему флотом. Увидев Каррамбу, на которого успели надеть наручники, барометр понял, что дела плохи. Хотя пират держался уверенно и стойко.

– Ха, еще шпион? – вскричал адмирал, позеленев от злости. – Я же чувствовал, что здесь что-то не так! Вы работаете в одной команде? Говори! Признавайся! Быстро!

– Да-да, я видел его тоже, он стоял рядом с пиратом, – вставил слово Рыбоглот, узнав в нем одного из посетителей заведения Борбулуса. – Они в таверне были вместе! Наверное, поджидали нас там, может, уже тогда знали о нашей миссии! Может, нас кто-то сдал?

Виргус и Каррамба молчали.

– Говорите, кто вас подослал? – гневно кричал адмирал. – Или я вас прикажу разобрать на винтики, а механизмы пустить под пресс!

Но Каррамбу невозможно напугать – он прошел и не через такое.

– Ничего не скажу! – произнес он твердым голосом. – Чтоб меня разорвали кашалоты! Можете прицепить к якорю – и на дно! – не скажу!

Виргус был не таким твердым, однако так же произнес (пускай и через силу):

– И йа-а-а-а т-то-же н-не ск-а-жу-у.

– Может, пытать их надо? – предложил один из офицеров, который стоял рядом и следил за арестованными. Он любил всякие пытки и даже хотел на досуге книгу об этом написать.

– Наш палач еще не прибыл, – недовольно произнес Запал, зная, что секреты должен выведывать мастер, а не любители. Тут его взгляд упал на часы, и он вздрогнул:

– Термояд мой, уже время! Четверть минут четвертого! Ими потом займемся! Быстро капитанам вернуться на корабли и приготовить артиллерию! Начать боевую группировку! Всем солдатам занять позиции, что указаны на схемам города! Чтобы ни одно отмеченное место не осталось без контроля – иначе корпус каждой мине вскрою самолично консервным ключом! Да, снять дурацкие флаги Телескопии, поднять наш флаг государства мин! Можем уже не скрываться, кто мы такие! [55]

Тем временем на Виргуса надели наручники, и вместе с Каррамбой спустили в грузовой отсек. Внутри они увидели множество мин, которые сидели в тесноте и ожидали приказа начать атаку. Все они соскучились по войне, говорили друг другу, кто и как раньше ходил в бой, и ворчали, почему так тянут время как резину их капитаны. Увидев компас и барометр, они замолкли, рассматривая в упор.

– А это еще кто? – удивились они.

– Это арестованные! – ответил вахтенный офицер. – Быстро их в клетку! А ты, – и тут он указал на одну мину, что была ближе к нему. – И ты! – на другую. – Вы оба стережети их!

Но те начали возражать:

– Нет, только не нас! Мы хотим на войну! Нам не интересно охранять этих гражданских!

Остальные мины подсмеивались над этими невезучими. Конечно, эти останутся тут, пропустят всю заварушку в Уре.

– Молчать! – рявкнул офицер. – Это – шпионы! Они проведали про наши тайны! Поэтому вы будете их охранять! А если сбегут, то я собственно ручно ваши выкручу запалы и утоплю вас в этой бухте! Если эти типы начнут брыкаться, то вы можете использовать их в качестве балласта на корабле…

– Есть! – отдали честь мины, недовольные ситуацией. Хотя идея с балластом им понравилась: действительно, сунуть барометр и компас на самое днище корабля, и пускай они там находятся до разрушения судна…

Каррамбу и Виргуса затолкали в клетку. Теперь мины обсуждали их. Но не долго, так как пришел приказ:

– Свистать всех на вверх! Первая рота – выходить с оружием! Запалы вставить!..

Часть мин стала спешно покидать корабль и строиться в боевой порядок прямо у причалов. Отработанными движениями они вкручивали в себя заряды.

– Вторая рота – на выход!.. Запалы – к бою! Третья!.. Четвертая!.. Пятая!..

Сидевшие в здании морской полиции проверяющие услышали шум и топот у доков. Они выглянули из окна и… обалдели. Из кораблей выбегали, словно тараканы тысячи и тысячи матросов в темных накидках, которые распределялись в большие группы.

– Я не понял, это разве подарки? Кто они? – расстерянно спросил сержант. – В таможенной декларации торговый капитан Запал написал: «Изделия искусства, предметы роскоши, мебель, запасные части для будильников…» А про такое количество пассажиров – ни слова!.. Смотри – флаг подняли… Странный флаг, на нем изображена вспышка…

Второй присмотрелся и обнаружил, что все выбегающие держали в руках ружья и сабли.

– Ох, да это же армия! – вскрчал он, хватаясь за голову. – Нас обманули! Провели вокруг стрелок! На самом деле это… [56]

– Мины! – догадался сержант. – Значит, это тот Запал – из Королевства Мин! И флаг их! Быстро труби тревогу! Нужно поставить в известность начальника городской стражи! Сообщить во дворец! Фельдмаршал Алди, надеюсь, примет контрмеры. Нас хотят атаковать!

Увы, они не успели. Стрелки уже показывали половину четвертого.

– Пушки, пли! – приказал Запал. Его команда пошла по цепочке по всем судам.

Поэтому, может, не одновременно, однако довольно сильно грохнули орудия, которые выдвинулись из бортов кораблей. Канониры быстро заряжали пушки и вели прицельный огонь. Нужно отдать должное слаженности их работы. Едва происходил выстрел, как подносчики уже держали новый снаряд, зарящающие открывали патронник, и прицеливающие наводили орудия на цель. Главному канониру оставалось только отдавать приказы: «Пли!.. Пли!.. Пли!..» Особенно старалась «Черная торпеда», вахтенный которой отклеил с борта надпись «Наша сила», чтобы все могли увидеть настоящее название корабля и ужаснуться его присутствию здесь. Считалось, что это может ослабить сопротивление и вызвать панику.

– Ба-ах! Ба-ах! Ба-ах! Ба-ах! – эхом отдавались звуки по порту. Только от воздушной волны повылетали окна из ближайших домов. Но стрельба велась по городским точкам, которые располагались выше, порта – по центру Ура. В одну минуту в руины были превращены сторожевые башни с пушками, здания полиции, казарма, ратуша, конюшни и арсеналы, а также библиотеки, музеи, кинотеатры, рестораны, школы и церкви. Снаряды падали также и на рынок, разметая в клочья не только овощи и фрукты, товары и изделия, но и продавцов и покупателей, прохожих и нищих, то есть всех тех, кто имел несчастье в данную секунду находится там. Во все стороны летели разорванные на части будильники, патефоны, горшки, чемоданы, которые секунду назад были обычными гражданами королевства. Лошади, напуганные выстрелами, сбрасывали седоков, били копытами в кучеров, опрокидывая кареты и повозки, и мчались по улицам и улочкам.

– Ох, атака началась! – закричал сержант из морской полиции, хватаясь за оружие. Было понятно, что уже поздно что-либо предпринимать. Но принять бой требовал их долг.

– Выбегаем! – крикнул второй, доставая саблю. Канониры, что были на ближайшем к зданию морской полиции судне, произвели выстрел прямой наводкой в выбегавших проверяющих. Взрыв был настолько сильным, что от полицейских ничего не осталось, не говоря уже и о самом здании. Только воронка и куски кирпичей свидетельствовали о том, что здесь когда-то располагался пост морской полиции.

Тем временем город пылал. Снаряды ложились то там, то сям. Жители в панике разбегались. Они ничего не понимали. Ведь минуту назад здесь была нормальная жизнь: кто-то покупал, кто-то чинил, кто-то ехал, кого-то лечили, кому-то читали сказку, а кого-то женили. Светило солнце и даже тучи прошли, не пролив ни капли дождя. И все было разрушено выстрелами из сорока кораблей за какие-то минуты.

Улицы были усыпаны телами мертвых и раненных. Это казалось кошмарным сном. Но только все происходило в реальности.

– Спасите! Помогите! – кричали одни, у которых все механизмы были раскурочены наружу.

– На помощь! – взывали другие, истекая машинным маслом.

Но им мало кто в этот момент мог помочь. Потому что сам спасались от атаки или давали отпор нападавшим. Тем временем роты мин выбегали из порта и рассредотачивались по улицам. Встречающихся жителей они избивали дубинками или кололи саблями, стреляли из ружей в тех, кто пытался сопротивляться. Например, мастера и ученики из кузнечного переулка, схватившись за молоты и клещи, дали отпор. Сто мускулистых будильников, прокопченные золой, цепляли клещами нападавших, крушили их своими инструментами, превращая корпуса в смятые консервные банки. Ничто не могло устоять под мощью молотов – уж силу кузнецов знал каждый в городе и теперь на себе испытывали солдаты Пропехота-Второго.

– Бей их, ребята! – кричал будильник по имени Поршень – самый уважаемый в городе кузнец. – Не сдадимся врагу! Долой мин! Да здравствует королева Тепола!

– Смерть минам! Слава Теполе! – его ученики и коллеги по цеху были готовы погибнуть, но не отдать родной город. Конечно, такого коварного нападения никто из них не ожидал. И поэтому отражали атаки несколько беспорядочно. Хотя в первый момент нападение мин захлебнулось – уж больно неожиданным оказалось превосходство орудий труда над оружием. Уже сорок их штук лежало на мостовой с покореженными корпусами.

– Вот вам! Вот вам, гады! – орал Поршень, не уставая бить молотом. Он, конечно, не был военным, не ходил раньше в бой, но ведь лучше него никто не мог работать с таким инструментом. Просто кузнец представлял, что обрабатывает металл, и поэтому его удары были сильными и ритмичными. Перед ним уже высилась гора деформированных мин.

Среди нападавших уже началась паника – они не ожидали, что кузнецы окажутся более воинственными, чем они сами. Но тут один из сержантов крикнул:

– Окружить квартал! Закрутить запалы! Готовься на подрыв!

Эта команда была услышана, и мины пустили в ход свои страшные механизмы – детонаторы. Они взрывали себя, уничтожая десяток кузнецов. По всей улице прогремело двадцать взрывов, после чего сопротивление было подавлено. Даже у Поршня выбило из тела полмеханизма, и он, как подкошенный, упал на мостовую, истекая машинным маслом.

То же самое произошло и на улице текстильшиков и гончарщиков. Те пытались дать достойный отпор. Мины не церемонились и сразу себя подрывали, отправляя в Царство пружин души будильников. Нужно отдать должное стойкости сопротивлявшихся – они боролись до конца, что даже их враги были поражены. Так, к примеру, крестьяне, которые привезли на рынок продукты и были застигнуты там агрессией, даже граблями и лопатами отбивались от наседавших мин, чем немало их потрепали. Но, как вы понимаете, взрывы разрешили и эту проблему. [57]

Нужно сказать, что защищались с отчаянием и отвагой многие жители, причем тем, чем располагали, в ход шло все: от бутылок до сковородок, от мялярных кистей до лестниц. Строители с крыш домов, где они работали, бросали на мины краски, и те скользили вниз по мостовым, не имея возможности удержаться. Королевские астрономы, что находились в это время в обсерватории и готовили энциклопедию звезд, также направляли на канониров солнечные лучи, которые отражались в зеркалах телескопа, – этим самым они затрудняли врагам нормальное прицеливание по городу. Выстрелы часто были неэффективными, а порой канониры били по своим. Так уж получилось, что несколько снарядов угодили в три корабля, стоявших на якорях рядом, а еще несколько разнесли на центральной площади пятьдесят солдат-мин, которые начали грабеж торговых лавок (там где война, там и обычное разбойничество! – чему тут удивляться). Алхимики, искавшие философский камень в стенах Академии наук, поливали врагов кислотой, которая проедала их до дыр. Мины, крича от боли, падали и едко дымили расплавленными частями.

Даже старушки боролись. Они протянули по улицам малоприметные веревки с сетями. Мины бежали, спотыкались и падали. Катясь по тратуару, они запутывались в сетях и беспомощно барахтались, пока какой-нибудь солдат не рубил сети саблей и не освобождал соратников. К этому моменту оборонявшие успевали как-то сгруппироваться. Пекари и повара отбивались поварешками, вилками и ножами – другого оружия у них не было, а официанты закидывали наступавших тарелками и кувшинами. Конечно, это не остановило мины, но показало им решительность и отчаянности жителей Ура. Мины, в свою очередь, приводили в действие взрыватели, и взрыв разносил на части и агрессора, и оборонявшихся. Соотношение погибших между сторонами складывалось не в пользу жителей города. Корабли продолжали стрелять, мины брали все новые и новые объекты, не щадя никого. Особенно они зверствовали там, где были школы и университет, – потому что страшно ненавидели образование и науку. Ведь сами мины в большей части были безграмотными и глупыми, и считали, что им не покоряются те народы, которые поддерживают учебу и искусство. Не удивительно, что после их атаки, учебные заведения, библиотеки пылали.

Тем временем Запалу докладывали подбегавшие мины-доносчики.

– Захвачены арсеналы в западной части Ура! – говорили они, и все это спешно заносилось на карту, что принес Рыбоглот, – нужно было знать, как проходит операция и какова текущая ситуация. – В северной подавлены артиллерийские точки будильников!.. Казарма уничтожена!.. Водонапорная башня подорвана!.. Банки и золотые лавки взяты минами!.. Редакция газеты и типография сожжены!..

– Дворец? Дворец взят? – спрашивал их адмирал. Он беспокоился, как там справляется их правитель – король Пропехот-Второй. Удалось ли ему захватить в плен королеву и арестовать ее окружение, особенно этого бесстрашного вояку Алди, которого он, если уж быть откровеннвым, побаивался.

– Пока нет сведений, – отвечали мины.

Адмирал уже намеревался отдать какую-то команду, как корабль тряхнуло. Запал сумел удержаться на месте, а вот доносчики покатились по палубе. Опытным чутьем командующему удалось понять, что что-то взорвалось на судне. Нет, это не было прямым попаданием какого-то снаряда, ибо никто суда не обстреливал. Скорее всего, по глупости самопроизвольно взорвалась мина, возможно, кто-то из солдат.

Тут в рубку вбежал матрос.

– Ваше благородие, трюм пробит, вода поступает на борт!

– Что произошло? – рявкнул адмирал. Только в такой момент ему не хватало неприятных сведений.

– Мы пока не знаем!

– Так узнайте, идиоты! Просмотрите, как там моя бронированная карета!..

Матросы стали осматривать корабль, прыгая в затопляющися водой трюм.

– От чего произошел взрыв? – рассуждал адмирал. – Кто-нибудь видел что-то?

И тут один из караульных сказал:

– Э-э-э, господин адмирал, лишь мы видели, как со стороны дворца поднимался воздушный шар…

– Воздушный шар? Может, это бомбордировочная авиация? Может, это он выпустил на нас бомбу? Приказываю: атаковать шар! Послать во дворец еще три роты! – приказал Запал, и по его команде часть нападавших устремилось в сторону дворца, которое располагалось на самой высокой точке города.

А там уже все было закончено… Конечно, не в пользу будильников. По тому, как спустился с флагштока штандарт королевы, стало ясно, что ныне правят страной совсем другие персоны.

Однако, что произошло с кораблем выяснилось спустя несколько минут. Адмиралу доложили, что с клетки сбежали пленники, которые, скорее всего, и произвели подрыв. Это была неслыханная дерзость – проникнуть на флагманское судно, выведать секреты и уйти так, что все в порту узнали об их проделках! Более того, адмирал так и не узнал, куда подевал Каррамба схему с острова Сапёра, как и саму карту острова, а это была для него важной задачей. Ведь там хранилось то, что всю жизнь искал Пропехот-Второй. Но там также было и то, чего опасались все мины. Но об этом мы расскажем чуть позднее.

### Глава одиннадцатая. Про переговоры короля Пропехота-Второго с королевой Теполой, и что из этого вышло

Но мы перекрутим стрелку часов назад – вернемся во времени к тому моменту, когда начался визит Пропехота-Второго, чтобы узнать, что же произошло в замке и как проходили переговоры. Понятно, что к этому моменту будильники готовились, все документы были тщательно проверены, отредактированы и подготовлены к подписи. Обе стороны должны были также скрепить договоры королевскими печатями. Если, безусловно, придут к согласию. В себе будильники были уверены, а вот в минах… тут скользили всякие сомнения.

Королевы Тепола, король Пропехот-Второй, фельдмаршал Алди, адютант мины и вельможа Конгратулат вошли в зал переговоров. Там стояли два технических секретаря, которым было поручено подносить бумаги и следить, чтобы они не были запачканы чернилами или еще чем-либо.

– Прошу вас, – королева Тепола пригласила всех к столу.

Пропехот-Второй не сел, а стал размеренно расхаживать по помещению и оглядывать его. Конечно, зал был сделан лучшими мастерами архитектуры и расписан лучшими мастерами кисти. Он блистал своим великолепием, но оно не затронуло сердце мины, который привык к военной сухости и безвкусице. Остальными пришлось тоже стоять и наблюдать, как король передвигается от окна к окну, от стены до стола.

– М-да, – наконец произнес Пропехот-Второй.

– Простите? – не поняла Тепола.

Алди пожал плечами: выходки короля мин его не удивляли, хотя и до нарушения протокола и этикета дело еще не дошло. Конгратулат поглаживал стрелки как усы, он-то знал, что сейчас может произойти. Без эмоций стояли ручная граната и технические секретари.

Пропехот-Второй повернулся к присутствующим.

– У меня есть разговор, прежде чем мы подпишем документы, – сказал он.

– Мы планировали переговоры, прежде чем скрепить наши мысли бумагой, – заметила Тепола. – Поэтому к разговору готовы.

– Но вряд ли вы готовы к моим новым предложениям, – усмехнулся король. – А их стоит выслушать.

Тепола насторожилась: что еще задумал этот коварный тип? Фельдмаршал тоже навострил уши. Не ему ли военному не знать, насколько хитры эти мины.

– У меня есть предложение к вам лично, Ваше высочество: выходите за меня замуж!

Теполе показалось, что земля покачнулась.

– П-простите… что вы сказали? – расстерялась она. Нужно добавить, что в изумлении были и остальные, особенно Конгратулат, который ожидал совсем иного. Если королева станет супругой Пропехота, то зачем им нужен он, вельможа? Тогда его надежды стать генерал-губернатором расстают как дым. Этого исхода никак не предугадывал.

– Я, король Пропехот-Второй, прошу вашей рук и вашего сердца, – продолжала мина. – Мы объединим наши королевства, наш брак скрепит наши силы и возможности…

– О какой силе и о каких возможностях вы говорите, Ваше величество? – спрашивала королева, чувствуя, как дрожат ее ноги. Вот-вот, и она могла рухнуть на пол от слабости.

Тут король подошел к окну, распахнул его и показал на простирающися мир.

– Вот, вся Земля под нашими ногами – приди и возьми его! Но не все хотят отдавать, мелкие народишки цепляются за него, сопротивляются, проклинают нас, негодуют, а это еще сильнее возбуждает мины, делает нас агрессивнее и злее.

– Но нам не нужен весь мир, нам не нужна земля других народов, – продолжала сопротивляться Тепола. – Мы хотим жить в мире и дружбе со всеми!

– Мир! Дружба! Партнерство! Порядочность! Честность! Какие глупые слова! – кричал Пропехот-Второй. – Они оскорбительны для слуха мины. Мы созданы для войны, для покорения других. И пока мир не будет под нашими ногами, мы не успокоемся! И пусть Термояд станет богом всей планеты!

– А когда весь мир будет у вас, то вы остановитесь? – вдруг спросил Алди.

Король злыми глазами уставился на фельдмаршала:

– Не вам ли знать, что война – это жизнь! Вы сами вояка от пяток до мозгов!.. Вы даже глаз потерял в бою… и ногу тоже…

– Я лишь защищаю мое государство, и у меня никогда не было других целей, – твердым голосом ответил Алди. – Я бы с удовольствием выбрал другую профессию и им занимался, если бы не угрозы со стороны других стран…

– Другую профессию? Ха-ха-ха! – рассмеялся король. – Позвольте узнать, какую?

– Музыканта… Я неплохо играю на виолончели…

– Музыканта? – поразился корлоль. – Вы – бесстрашный фельдмаршал, с кем я считал за честь сразиться, хотели стать пильщиком струн? Вам этот инструмент приятен, чем пистолет? Вы предпочли виолончель ружьям, шапагам и мортирам? Не поверю…

– А что плохого в профессии музыканта? – недоумевала Тепола. – Я сама обучалась этому искусству и часто играю на рояле.

Ручная граната, которая стояла у стола, покачнулась и фыркнула – это была первая ее эмоция за всю жизнь. Естественно, такую реакцию не заметить было невозможно.

– Вы рассмешили даже моего адъютанта, – с кислым лицом произнес Пропехот-Второй. – Музыка! Книги! Крестяне! Строители! Врачи! Ужасные профессии и вещи!

– А что вам нравится?

– Танки! Пушки! Снаряды! Бомбы!

– Мины, – услужливо подсказал Конгратулат.

Фельдмаршал гневно сверкнул на него одним глазом.

– Да-да, мины! Все, что несет смерть и разруху! – кричал Пропехот-Второй. – Вот вы, Алди, спросили, что будет, когда Земля окажется под нашей властью? Так я вам отвечу: есть еще другие планеты! Есть иные миры в этой галактике! Мы двинемся туда! И там будут мины и снаряды! Там мы развеем свой флаг! Нам только найти остров Сапёра, а там есть то, от чего все мирозздание сотряснется!

– Эка вы как замахнулись, – покачал головой Алди. Вельможа присвистнул от удивления: вот это масштаб! Это ему понятно! Если уж быть правителем, то лучше всей Вселенной!

– Но тогда зачем вы прибыли к нам? – прямиком спросила Тепола. – Если вы хотите завоевать весь мир, то значит, и нас?

– А с вами мы можем ладить, – улыбнулся король. – Зачем нам вас завоевывать, если мы можем быть вместе? Поэтому я предлагаю вам выйти за меня замуж! У нас родятся дети!

– Дети? Что-что?..

– Конечно! Это будут мины с часовым механизмом – самые хитрые и коварные машины! Они будут наносить удары тогда, когда никто этого ожидать не будет! Они могут быть десятки, сотни лет скрыты под землей, под домами, и взрываться неожиданно для жителей! Это будет страшный удар! Коварный удар! Весь мир покорится нам! А потом вы отдадите мне деньги, которые скопила ваша страна – а я знаю, что вы все храните в банке, что в Металлических горах, – и на них мы купим боеприпасы, чтобы война шла бесперебойно! Какая прекрасная идея, не находите ли, Ваше высочество?

– Какая мерзость! – брезгливо воскликнула Тепола. – Как вы посмели предложить мне такое? Я не собираюсь рожать адские машины! И тем более передавать вам казну страны. Золотовалютный запас принадлежит всему народу, и ни одна монета не достанется вам, тем более на такие гнусные цели. Уверяю вас, я коды к банковскому замку не скажу, а вот пробить гору вы не сможете, даже если взорвете всех солдат-мин.

Фельдмаршал тоже был поражен таким предложением, его стрелки бешенно вращались.

Пропехот-Второй, похоже, ожидал такой ответ.

Он выглянул в окно. На площади замерли в ожидании парада гвардейцы-будильники и возле кареты – солдаты-мины, которые ждали сигнала к атаке. Впрочем, у кареты стояла всего лишь пара мин, остальные под видом прогулки двинулись туда, куда их послали сержанты и командир Дагл. Брынзоед держал в руке белый платок, что было сигналом к готовности.

Тут король посмотрел на башенные часы напротив дворца. Стрелки подходили к половине четвертого.

– Говорят, Ваше высочество, что вы иногда бьете в эти часы? – спросил Пропехот-Второй, не поворачиваясь к присутствующим. Это была высокая степень неуважения.

– Да, – коротко ответила Тепола, еще не придя в себя от стресса, что она пережила после гнусного предложения Пропехота-Второго.

– Жаль, что вы не приняли моего предложения… Потому что теперь некому будет бить в колокола…

– То есть? Что вы задумали? – спросила Тепола, чувствуя нарастающее напряжение.

Большая стрелка качнулась и встала на цифру «шесть». Колокола начали отзванивать время. В это время одна из мин, что была в составе экскорта, подошла к башне с часами и привела в действие взрыватель на себе.

Ба-бах! – послышался оглушительный взрыв. Это была не простая мина, не фугасная и не противотанковая, а направленного действия. Та, которая способна разрушать здания. И именно она оставила руины вместо великолепной башни со старинными часами. На глазах изумленных гвардейцев, королевы, фельдмаршала, а также прислуги и наставников, что глазели на церемонию с окон других зданий, башня стала оседать, подняв клубы пыли и дыма. И никто не услышал предсмертные крики мастера Билда, что стучал по колоколам вместе Теполы в этот день. Осколки разнеслись по всей площади, раня гвардейцев. Тепола прыгнула на пол, зажимая уши. Конгратулат тоже струсил и спрятался под стол. Секретари без чувств повалились на кресла. Лишь король, фельдмаршал и адъютант остались на месте – им было не привыкать к такому.

Тем временем на площади начался бой.

– В атаку! – закричал Дагл, и сержанты повели вперед своих солдат.

Маркус сразу сообразил, что происходит, и он крикнул своим гвардейцам:

– На защиту королевы! – и, выхватив саблю из ножен, бросился наперерез врагу. За ним устремились, махая бутафорским оружием, гвардейцы. Конечно, они ничего поделать не могли, потому что сабли ломались от первого удара по корпусам мин, а холостые выстрелы могли напугать только крыс.

Мины же старались очутить в гуще гвардейцев, чтобы привести в действие детонаторы. Взорвавшись, они уничтожали себя и будильников. Дагл умело руководил операцией. По его приказам сержанты часть солдат направили на захват основных точек дворца, которые были отмечены на схеме Конгратулата, а часть оставили для подавления сопротивления гвардейцев.

– Ах, какое коварство! – закричала Тепола, вскакивая с пола. Ее первая реакция была простительна – все женщины боятся взрывов. Но сейчас она взяла себя в руки.

Фельдмаршал выхватил саблю и хотел было заколоть короля, но тут на его пути возникла ручная граната. Она держала себя за чеку.

– Не торопитесь, фельдмаршал, – улыбаясь, произнес Пропехот-Второй. – Мой адьютант может сорвать чеку, и тогда взрыв разметает всех, в том числе и королеву. Я знаю, что вы, Алди, не боитесь смерти, но можте ли вы допустить гибель королевы?

Фельдмаршал в ярости сжимал оружие, понимая, что применить его не может. Пропехот-Второй продумал все, даже этот вариант событий. Действительно, хитрость и коварство этой мины не знали границ.

Ба-ах! Ба-ах! Ба-ах! – послышались чуть приглушенные взрывы. Нет, это были не мины. Это стреляла корабельная артиллерия, разрушая снарядами город. Адмирал Запал знал свое дело, его армия наносила сокрушительный удар по королевству. В свою очередь, гарнизон будильников без управления не мог организовать эффективную оборону. Более того, первым атаке подверглись арсеналы, а без оружия сопротивление минам оказалось делом бессмысленным. Уже через полчаса вооруженные силы Ура были уничтожены, остатки рассеяны и не могли изменить ситуацию. Чаша весов качнулась в сторону мин.

Тем времнем Конгратулат выскочил из-под стола и, подойдя к Теполе, сказала:

– Ваше высочество, я вас спасу! – и вдруг, выхватив из камзола нож, занес над ней. – Теперь вы – моя пленница! – торжествовал он, крутя ей руки.

– Измена! – закричал Алди, видя, что происходит в зале. – Стража, ко мне! – он все не решался атаковать короля, потому что опасался за жизнь королевы. Но саблю не опускал, ее острие целилось в адьютанта, не спускающей руки с чеки.

– Но-но, фельдмаршал, не нужно громких слов! – продолжал Пропехот-Второй. – А то мой слуга…

– Ваш слуга? – с ненавистью смотря на вельможу, а затем на короля, переспросила Тепола.

– Да, слуга! Конгратулат сам предложил мне сотрудничество и помог провернуть эту операцию, – усмехнулся Пропехот-Второй. – Изменники так полезны минным делам! Я, конечно, отблагодарю его за такую работу и за верность моим идеям…

– Негодяй! Предатель! – с негодованием произнесла Тепола, пытаясь вырваться из цепких рук вельможи. – Ты ответишь по закону!

– Судить меня мины не станут, ведь я их слуга! – ответил Конгратулат и тут разъяренно вскрикнул: – А ну, утихомерься, женщина! Я могу заколоть тебя ножом! И тогда твоей дочери останется оплакивать твою могилку!

К этому моменту бой на площади продолжался. В здании раздавались выстрелы и крики. Сотни искореженных будильников валялись на земле, горели некоторые помещения. У стен остатки гвардейцев продолжали отчаянно сопротивляться голыми руками, но мины кололи их копьями, что тайно провезли под днищем кареты. И вскоре над площадью были водружены копья с десятком нанизанными насквозь будильниками.

Прислуга, наставники и учителя попрятались в комнатах, сопротивления никто из не оказала. Ноготкис и Парикмус кричали вошедшим минам:

– Мы сдаемся! Мы сдаемся! Мы – за вас! Только не убивайте нас!

Один из сержантов подошел к ним и, ткнув сапогом, произнес:

– Целуй мои ноги!

Учителя стали целовать так, что стерли пыль с голенища.

– Да, вы будете хорошими рабами, – самодовольно сказала мина. – А теперь встать, и идти за мной!

Пропехот-Второй выглянул в окно. Внизу стоял Дагл и слушал отчеты сержантов. Потом он поднял голову и крикнул королю:

– Ваше величество, дворец взят! Сопротивление подавлено! Что делать с пленными гвардейцами?

– Мы же в плен не берем военных, – усмехнулся король. – Зачем нам кормить кого-то?

– Вас понял, Ваше величество! – отчеканил Дагл, и приказал солдатам добивать будильников.

– Какой ты негодяй! – крикнул Алди. – Ты захватил дворец! Но зачем убивать гвардейцев? Сохрани им жизнь! Прояви гуманность!

– Зачем? – усмехнулся король. – Чтобы они потом встали против нас? Мины привыкли уничтожать – это наш смысл жизни. А быть гуманным – это ваш удел, низкородных будильников и прочих персон этой планеты, и нам это, к счастью, не понять. Так что не командуй мне, как мне поступать и что делать, – сейчас я диктую условия!.. Брось саблю и пистолет! Или королева будет убита, клянусь Термоядом!

Фельдмаршал посмотрел на королеву, которая трепыхалась в захвате Конгратулата, потом на адъютанта, и рука его опустилась.

– Бросай саблю! – угрожающе продолжал Пропехот-Второй. – Конгратулат, убей Теполу!..

– Не надо, я сдаюсь! – и Алди бросил под ноги королю свое оружие.

– Вот так-то лучше! – король был доволен, что все задуманное прошло гладко и четко. Он поднял саблю. – Это дорогой трофей, – заметил он, осматривая ее. – Иметь что-то из личного оружия самого фельдмаршала будильников – это достойно даже нас, мин!

В это время в зал вбежал Дагл с пятью солдатами.

– Арестовать королеву и Алди! – приказал король. – Теполу – в отдельную комнату, и охрану там поставить! Алди – в тюрьму, которая именуется Башня преступников! А этих… – он посмотрел на технических секретарей, которые лежали на стульях без чувств. – А этих… Термояд с ним, пускай валяются! Будут нам потом служить!

– А я? – тут подал голос Конгратулат, отдавая королеву в распоряжение Дагла, который надел ей наручники. Двое солдат сделали тоже самое с фельдмаршалом. И предложили пройти с ними до тюрьмы.

– А о тебе сейчас и поговорим! – король понимал, что вельможа ожидает вознаграждения. – Позовите ко мне шпиона! – сказал он Даглу.

– Предатель! – проходя мимо вельможи, произнес фельдмаршал.

Конгратулат сделал вид, что не слышит.

– Изменник! – крикнула, выходя из помещения, Тепола. – Моя дочь была права насчет тебя! Ты самый подлый и низкий будильник, который родился в этой стране!

– А я родился в другом месте! – крикнул ей вслед уязвленный вельможа. – И поэтому ничем не обязан вашему королевству… Надеюсь, оно станет и моим, – уже тише проговорил он.

– Кстати, а где дочь и племянница Теполы? – вспохватился Пропехот-Второй, вспомнив о родственниках королевы. – Быстро найти их и доставить ко мне! Мне они нужны, чтобы оказывать давление на королеву и добиваться своего!

Тут Конгратулат поклонился и сказал:

– Прошу прощения, Ваше величество! Но вторая девочка – не племянница, это всего лишь служанка! Тепола преднамеренно вводила вас в заблуждение!

Король, естественно, был возмущен:

– В чем еще обманула меня королева? Может, это был не фельдмаршал, а картонная фигура? И документы хотели скрепить не печатью, а огрызком яблока?

– О, нет, мой король, – снова поклонился вельможа. – Алди – настоящий. Бумаги тоже подлинные. Просто дочь Теполы и эта псевдоплемянница хотели сорвать ваши планы. Но благодаря мне, это им сделать не удалось!

Пропехот-Второй скарбезно улыбнулся.

– Подойди ко мне, слуга мой! – сказал он.

Конгратулат упал на колени и пополз к нему, не разгиная спину. Добравшись до сапог короля, он стал их смачно целовать. Чмок! Чмок! Чмок! – слышались звуки. Пропехоту-Второму понравилась такая преданность.

– Встань, слуга мой, – сказал он, но Конгратулат ответил снизу:

– О, нет, мой повелитель, нет для меня большего наслаждения, чем целовать ваши сапоги! И поэтому я не встану, пока не стеру губами молекулы пыли с ваших царственных ног.

– Я тебе буду позволять это делать в будущем, – смилостливился король. – Но все равно встань, садись за этот стол, – и они оба уселись за переговорный стол, на котором лежали неподписанные договора. Пропехот-Второй быстро взглянул на них, усмехнулся и смахнул на пол. Он не нуждался в подобной писанине. Проблемы ведь разрешались не дипломатами, а солдатами.

Тут вошел Брынзоед. Он столкнул со стула технического секретаря и уселся рядом.

– Мой шпион, ты выполнил работу на отлично, и поэтоу я пожалую тебе орден «Взрыватель второй степени»! – объявил король, и Брынзоед, радостный, стал благодарить его.

– Твоему коллеге я даю такой же орден, только третьей степени, – продолжал Пропехот-Второй, и шпион был согласн с этим решением: что-что, а Рыбоглот не заслуживал ордена, выше чем он. А если бы король даже передал Рыбоглоту награду и повыше, то все равно Брынзоед присвоил ее себе, а пониже отдал бы коллеге по ремеслу. Вот такие подлыми были мины. Впрочем, у этих шпионов были особые заслуги перед королем – они когда-то похитили и тайно доставили в Королевство Мин одного мастера-профессора по имени Дубендорф, который изобрел очень плохую машину. С этой машиной можно было победить мины, и Пропехот-Второй осознавал, какую опасность представляет этот будильник и его изобретение. Поэтому он тогда щедро наградил Брынзоеда и Рыбоглота, приблизив к себе, чего не удостаивался ни один шпион в королевстве. В последствии Дубендорфа заключили в одну из секретных тюрем и, возможно, он до сих пор находится там. Впрочем, об этом будильнике мы еще расскажем, просто сейчас время не подошло.

Но не станем отвлекаться. В данный момент король обратил внимание на Конгратулата, который ерзал на месте. Чувствовалось, как снизу его жгут иголки, вельможе не терпелось узнать свое будущее.

– А тебе, Конгратулат, я пожалую орден «Взрыватель первой степени», мешок золотых монет, а также царственную грамоту благодарности за содействие нам, – провозгласил Пропехот-Второй и захлопал в ладоши. Его поддержал шпион.

Но у Конгратулата полезли глаза на лоб.

– И эт-то в-все? – заикаясь, спросил он.

– Я вижу, что ты недоволен наградою, – нахмурился король и, крякнув, сказал: – Хорошо. И еще мешок денег, но только серебрянных монет, – и он опять захлопал. Брынзоед крикнул:

– Гип-гип ура!

Тут вельможа посмотрел в упор на Брынзоеда, сверля его как дрелью. Тот смутился и замолчал. Пропехот-Второй перехватил его взгляд.

– Ты ему что-то обещал? – быстро спросил он у шпиона.

Брынзоед ответил:

– Нет…

– Как нет? – вскричал Конгратулат. – А должность генерал-губернатора?

– Генерал-губернатора? – удивился король. – Шпионы раздают такие должности? Или я что-то упустил?

– У вельможи от взрывов мозги расплавились, – предположил шпион. – Вот и несет он всякую чушь!

– Чушь? – вельможа решил добиваться своего до конца. – Я отдал карты и схемы после того, как ты, негодяй, обещал мне содействовать в получении должности генерал-губернатора…

– Так, так, – процедил король, стуча пальцами по столу. – Что еще обещал? Может поставите в известность меня, о чем вы тут совещались?

– Да врет он, Ваше величество, – пытался выкрутиться шпион. – Ненасытный, жадный, лживый… Вот ему мешка денег маловато, а ведь ничего особенного он для нас и не сделал. Скромным обедом угостил, да и то пожадничал некоторыми блюдами. Скряга! Да и много ль стоят слова этого будильника? Предал Теполу, предаст и нас! Можно я его подорву?

Но у короля крутились другие идеи.

– А что? Это неплохо!

– Что неплохо? – разом вскричали Конгратулат и Брынзоед. Один думая, что его наградят, а другой – что можно отправить вельможу в Царство пружин.

– Неплохо сделать тебя, слуга мой, генерал-губернатором этой земли…

– Может, назовем ее провинцией будильников при Королевстве Противопехотных Мин? – предложил шпион, сразу чувствуя, куда ветер дует. Все они были такими шпионы, сразу подстраивались под начальство, лишь бы выгадать что-то себе или сохранить шкуру.

– М-да, можно и так назвать… Провинция будильников при Королевстве Мин… Гм, звучит неплохо, унижающе для будильников… А это мне приятно…

– И я стану главой этой провинции? – воодушевленно спросил Конгратулат. – Вы сделаете меня наместником мин здесь, Ваше величество? Могу ли я надеятся на такую милость?

– Да, сделаю, – ответил король и встал. – Мне нужен тот, кто умеет служить мне, кто знает, как заставить других служить мне. Тебе я поручаю управлять территорией, которая раньше именовалась Королевством будильников, ты обязан ежемесячно отправлять нам дань: десять повозок золота, двадцать – серебра, три ящика бриллиантов! А также тысячи повозок продуктов, запасных частей для мин – моих солдатов! Но я надеюсь, что ты сумеешь узнать коды доступа к банковскому сейфу Теполы – нам нужны ее деньги! Что касатся моей награды, то ты в ней не нуждаешься. То есть, орден я тебе оставлю, а мешки с золотом и серебром не дам. Теперь ты высылать нам будешь богатства страны.

– Я перевыполню то, что вы мне наказали! – Конгратулат опять бухнулся на колени и стал чмокать в сапоги короля. Но не долго пришлось ему это делать, потому что в этот момент вошел Дагл. У него были не совсем приятные новости.

– Прошу прошения, Ваше величество, но принцесса и ее подруга бежали!

– Что-о-о? Сбежали? Как бежали?! – разъярился король и топнул ногой. – Как посмели ее упустить? Повесить, казнить, четвертовать!

– Принцессу казнить-четвертовать?

– Идиоты, тех, кто ее упустил! Ведь пока она на свободе – она символ независимости страны, под ее именем может консолидироваться сопротивление! А мне не нужно, чтобы принцесса возглавила подполье или еще что-то против меня! Более того, может, она знает банковский секрет Теполы – мне нужны деньги этой страны! Поймать ее! Кто это сделает – получит мешок золота и орден!.. Как она сбежала? – топал ногами король. – Кто пояснит мне?

– Ваше величество, она воспользовалась воздушным шаром, – пояснил командир. – Вместе с ней там капитан Гуркен, а помог им сбежать лейтенант Маркус! Если бы не они, то мы успели схватить их!

– Всем в погоню! – заорал Пропехот-Второй. – Быстро! Поймать этих девчонок! Поднять авиацию!

– Извините, Ваше величество, но у нас нет авиации, – сказал Дагл. – А есть только морской флот!

– Так пускай стреляют из пушек по шару и собьют! – приказал король, уже краснея от злости. – А того, то им помог… этого самого… как там?.. Ах, да, капитана Гуркена и этого Маркуса – ко мне! Живым доставить! Отправьте на поиски лучший отряд – этого… как там?… под командованием сержанта Баходуруса, моего лучшего отъявленного негодяя-солдата!

Дагл выскочил из помещения и отдал приказ своим подчиненным. Конечно, те заторопились, ибо им обещали неплохую награду. А ловить принцессу – это вам не с гвардейцами воевать! Канониры из числа мин подскочили к пушкам у стен, зарядили их и стали стрелять по удаляющейся в небе цели. Вскоре к ним присоединилась артиллерия судов. Представляете, во что превратилось небо – это была голубая скатерть, продырявленная вспышками снарядов.

К этому моменту к дворцу прибыли три роты, которые отправил адмирал Запал на помощь – сам адмирал прибыл позже на своей бронированной карете. Они рассредоточились по территории, чтобы быть готовым к возможной атаке со стороны королевских войск. Некоторые продолжали поиск оставшихся в живых гвардейцев, чтобы пленить их, а если те продолжали сопротивляться, то убить. Небольшой бой произошел на кухне, где пытались скрыться раненные будильники, а также повара во главе с Гранулой. Туда спустились мины, крича и угрожая раскрутить всех на фарш, и обалдели, увидев горы вкусных блюд. О, здесь стояли такие ароматы! Не станем вам описывать, что там было, потому что легче сказать, чего там не было, – практически вся кулинария мира, была размещена на подносах. Что-что, а ведь Гранула считался профессором гастрономических наук, и он старался, чтобы угодить гостям. Ох, если бы он знал, с какими целями едет Пропехот-Второй, то, веряю вас, дорогие читатели, повара встретили бы его иначе.

– Оу-у-у! – вскричали между тем мины, позабыв о том, зачем сюда пришли. Запахи манили их и отбили память. Ведь у мин все мысли крутились не в мозгу, а в желудке, а вид содержимого тарелок возбудил аппетит.

Они засунули сабли в ножны, схватили ложки и вилки и накинулись на еду. Ели торопливо, жадно, причем толали друг друга, думая, что может не достаться кому-то. Никто не вспомнил, что где-то есть гвардейцы, нужно выполнять приказы, всех увлек процесс поедания гостевого ужина.

– Отойди, ты мне мешаешь! – кричала одна мина другой.

– Это ты проваливай, не трожь мой салат! – отвечала другая.

– Чего-чего? Это что вы суете свои вилки в мое мясо? Вон от меня! – кричала третья.

А четвертая добавляла:

– Попробуйте только отнять мой хлеб с икрой – вмиг размажу по стенке!

И тут пошла перебранка:

– Да ешь сам свою паршивую икру! Больно она мне нужна!

– А ты жри свой дурацкий салат! И не подходи ко мне!

– Подавись ты невкусным супом! Чего толкаешься, дурак?

– Да ты плюй на этот окорок! Чтоб он у тебя в горле застрял!

– Эй, идиоты, не топчте мой салат!

– Да кому нужен этот салат рвотного цвета?

Солдат ругались между собой больше из-за скверного характера, чем на самом деле оценивали качество блюд. Но этого не понял Гранула, который вместе с другими поварами, а также частью гвардейцев, спрятался в камере хранения продуктов. Мастер-на-все-блюда страшно обиделся, когда им приготовленные с такой любовью и старанием пища была оскорблена. Фактически, был унижен труд королевских кулинаров, а этого они не терпели. Миксер и кастрюли схватили орудия своего труда, открыли дверцы камеры и выскочили наружу.

– Ах, вам не понравилось, гады, то чего тогда жрете? – разъяренно кричали повара, нанося удары по минам поварешками, ножами и вилками, а также сковородками.

Солдаты опешили. Атаки от гражданских они никак не ожидали, и поэтому в первую минуту только разбегались в страхе. Такая реакция еще сильнее подтолкнула поваров на решительные действия. Они уже набрасывались на мины, что тем пришлось отступать наверх, побросав недоеденную пищу. Вслед ним летели торты, которые размазывали мины по стенам, салаты, что забивались в глаза и уши и мешали солдатам ориентироваться. Одна незадачливая мина подскользнулась на вермишелях с соусом и шмякнулась на других. По принципу «домино» один за другим повалились на пол. Тут Гранула и его помощник облили бедолаг кипящим супом – вот вой поднялся! Ошпаренные мины плясали нечто-то среднее между бугги-вугги и ча-ча-ча. Со стороны это можно было назвать веселым мероприятием. Но на самом деле все было не так – шел смертельный бой.

Даглу сообщили, что на кухне мины проигрывают сражение, и он послал на подмогу туда сто солдат. Те прибежали, держа оружие наизготовку, и чуть не прыснули, когда увидели, что против них воюют повара. Они даже не стали помогать своим соратникам, измазанным и ошпаренным.

– Ха-ха-ха! – смеялись солдаты над ними, хватаясь за бока. – Вот вас бьют здорово эти кулинары! Ха-ха-ха! Комедия!

– Да эти из пятого взвода – там одни трусы! – хватались за животы другие. – Смотрите, как бегает капрал Растяжка от миксера! Наверное, сейчас главный повар Теполы из него сделает суп!

– Нет – отбивную! Хе-хе-хе!

– А может, кашу, ха-ха-ха! Смотрите, ребята, как та кастрюля бьет рядового Жмыха! Вот умора!

– Да, цирк сплошной! Эти в пятом взводе только жрать умеют – не воевать!

– Гы-гы-гы, этот повар умеет обрабатывать мясо – вон он как лупит рядового Коврика! Может, и мне добавить? Этот Коврик задолжал мне десять монет с игры в кости! И тянет с долгом!

– Хо-хо-хо… ах-ха-ха… вот это кино!..

Но смех остановил сам Дагл, который не понял, почему солдат не атакуют кухню, и явился сюда. Заметив, как одни мины потешаются над другими, он страшно разозлился и, пиная подчиненных, заорал:

– Всех повешу! Быстро в атаку! В капусту изрубить этих поваров! Живо-о-о-!

Мины мгновенно посерьезнели, перестали смеяться и схватились за оружие. Превосходящими силами они стали теснить поваров обратно на кухню. Вся лестница была в трупах. Гранула приказал держать оборону. Но что они могли сделать против опытных вояк? Правда, тут из камеры выползли раненные гвардейцы во главе с Маркусом, и они пытались помочь кулинарам сдерживать атаки. Истекая машинным маслом, они умело фехтовались и закололи немало солдат Пропехота-Второго. Выстрелами из пистолетов, ранили еще десяток мин.

– Ого, тут и гвардейцы! – послышался крик одной из мин, которую тот час заколол шпагой Маркус.

– Добъем будильники! – заорали солдаты, и стали пробиваться на кухню. В ответ на них обрушился град помидоров, огурцов, лимонов, яблок, моркови – всего того, что хранилось в продуктовой камере.

# Примечания

1

Мина – это боеприпас, предназначенный для установки под землей, на земле или вблизи поверхности земли или другой поверхности и для взрыва от присутствия, близости или непосредственного воздействия человека или движущегося средства. В разговорной речи часто употребляется термин «адская машина», и он будет использоваться в данной сказке.

2

Противопехотная мина означает механическое устройство, которое предназначено для взрыва от присутствия, близости или непосредственного воздействия человека, животного и при этом выводит из строя, калечит или убивает одного или нескольких живых существ.

3

Будильник – механические или электронные часы со встроенной системой сигнала, который предупреждает о наступлении соответствующего времени.

4

Компас – физический прибор для распознавания стран света, состоящий из намагниченной стрелки, всегда показывающей на север.

5

Шагомер – портативное устройство, который считает шаги, расстояние, скорость и время выполнения упражнений и потраченные калории с учетом личных данных человека.

6

– прибор для измерения давления атмосферного воздуха. Барометр

7

Миксер – это прибор для кулинарии, с помощью которого можно что-то взбить или смешать, а также приготовить тесто различной консистенции.

8

Морская мина – боеприпас, устанавливаемый в воде и предназначенный для поражения подводных лодок, надводных кораблей и судов противника. Она представляет собой герметически укупоренный заряд взрывчатого вещества, снабженный запальным устройством и приборами, входящими в комплект взрывателя, обеспечивающими установку и взрыв его под водой.

9

Граната (итал. granata, от лат. granatus – зернистый) – один из видов боевых припасов, предназначенный для поражения живой силы и боевой техники противника осколками и ударной волной, образующимися при взрыве. Она выстреливаются из артиллерийских орудий, гранатомётов или доставляются к цели метанием вручную. Обычно граната состоит из металлического корпуса, заряда взрывчатого вещества и взрывателя.

10

Кальян – это средство, инструмент для курения табака.

11

Секстант (от лат. Sextans – шестой, так как его лимб составляет шестую часть круга) – прибор для измерения угловой высоты небесного светила относительно видимого или искусственного (определяемого по пузырьковому уровню, гироскопу или маятнику) горизонта. Изобретен И. Ньютоном, применяется в морской (где называется секстан) и авиационной навигации.

12

Дрель (от нем. Drillbohrer) – ручная машина для сверления отверстий в металлах, древесине и др. материалах. Может иметь электрический или пневматический привод.

13

Тостер (англ. toaster) – устройство для приготовления тостов – поджаренных или подсушенных ломтиков хлеба.

14

Метроном (от греч. métron – мера и nómos – закон) – прибор для отсчёта тактовых долей времени на слух, применяемый в целях установления точного исполнения темпа музыкальных произведений.

15

Термометр – прибор для измерения посредством контакта с исследуемой средой. температуры

16

Мясорубка – электро-механическая машина, а также ручная машинка для размалывания мяса на фарш.

17

Телескоп (от греч. tēle – вдаль и skopeō – смотрю) – оптический прибор для наблюдения небесных светил.

18

Патефон (от названия фр. грамофонной фирмы Пате́ и греч. phōnē – звук) – вид граммофона в форме ящика или шкафика, со скрытым рупором.

19

Согласно расчетам специалистов, установка одной мины обходится в 1 доллар США, а разминирование – в 30 долларов.

20

Кстати, именно там находился замурованный в скалы банковский сейф, в котором хранились золото и деньги королевства. Никто и никогда не мог выкрасть оттуда ни одной монетки – это было невозможно. Но доступ к нему имело ограниченное число лиц, в частности королева Тепола и ее дочь.

21

В сказке часто будут встречаться выражения, которые свойственны людям, например, почесал затылок или ударил себя в лоб, нагнул голову, гремит костями, идет кровь и т.п., но это сделано для того, чтобы расскрыть читателю действия, которые эмоциально характеризует жизнь будильников и других жителей планеты.

22

Порт – место стоянки судов.

23

Die Uhr (немец.) – часы.

24

У людей это соответствует выражению: у него варят мозги.

25

Шпага (от итал. spada) – вид холодного колюще-рубящего или колющего оружия. Состояла из длинного (до 1 м и более) узкого прямого одно- и двухлезвийного или гранёного клинка и рукояти (эфеса) с дужкой и гардой различной формы. Существовало много разновидностей шпаг, одной из которых была рапира (короче обычной шпаги с чашеобразной гардой и гранёным клинком).

26

Сабля (венг. szablya, от szabni – резать) – вид рубящего холодного оружия. Состоит из стального клинка и рукояти (эфеса), вкладывается в ножны.

27

Никто не знал, что это за документы, например, «О порядке начисления сбора за гнутое колесо в телеге» или «О взимании пошлины за длинные шляпы и страусиные перья на костюме», которые выходили за подписью вельможи, однако именно на них ссылались полицейские, вымогая деньги у простых граждан.

28

Взрыватели – трубки, механизмы, предназначенные для возбуждения детонации (взрыва) зарядов боеприпасов (снаряда, мины, бомбы и др.) при встрече с целью, в районе цели или в требуемой точке траектории полёта.

29

Детонатор – это заряд бризантного взрывчатого вещества, предназначенный для надёжного возбуждения полного взрыва основного заряда снаряда, мины, авиабомбы, а также подрывного заряда.

30

Зыбь – волнение на море.

31

Здесь и далее использованы стихи Арслана Таксанова.

32

«Закрутим запалы» – фраза мин, которая равнозначна по смыслу фразе «навострим уши», «будем внимательными и осторожными».

33

Бриг (Brigg) – двухмачтовое парусное судно в 200—400 тонн, с полным такелажем; в старину военные бриги вооружались 10—20 пушками.

34

Царство коррозии – так называют будильники и другие железные жители мифическое место, которое в нашем понимании считается адом.

35

Ретирада – морской термин, означающий отступление, бегство.

36

Пакгауз – склад.

37

Корвет – трехмачтовое военное парусное судно. В данный момент корабль был замаскирован под торговый.

38

Штиль – полное безветрие.

39

Мортира (голл. mortier, от лат. mortarium – ступа) – артиллерийское орудие с коротким стволом, предназначавшееся главным образом для разрушения особо прочных оборонительных сооружений. Стрельба из нее велась при углах возвышения ствола 50—75°.

40

Ванты – растяжки, удерживающие мачту от крена или падения.

41

Брашпиль – вал, на который наматывают якорную цепь.

42

Фрегат (нидерл. fregat) – в парусном военном флоте – трехмачтовый военный корабль (второй по величине после линейного корабля; имел до 60 пушек) главным образом для крейсерства и разведки.

43

Дредноут – крупный линейный корабль.

44

Баракуда – хишная рыба.

45

Веревочная лестница.

46

Морской термин, означающий кухню на судне.

47

Кок – это морской повар.

48

Анкерок – боченок с ромом, вином или другим алкогольным напитком.

49

Данная фраза означает, что кто-то хочет вернуть прежние времена или изменить кому-то.

50

Термояд – бог противопехотных мин и бомб. В Королевстве мин ему строили храмы и в его честь приносили жертвы, ему молились и с его именем шли в бой.

51

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «коту под хвост».

52

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «провести вокруг пальца».

53

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «мы тебе покажем, где раки зимуют», что следует понимать как угрозу.

54

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «не распускайте руки», то есть не своевольничайте.

55

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «шкуру спущу».

56

Данная фраза у мин тождественна обороту речи «обвели вокруг пальца», то есть обманули.

57

Так будильники называют потусторонний мир.