Женя Ли
Хаос внутри

Я сочиняю истории,

чтобы хоть как-то понять

и принять хаос,

что творится вокруг.

Глава 1. Дитя огня

Джейк не помнил, из-за чего началась эта драка в баре. Кажется, из-за девчонки. Женщины – вечный и лучший повод для драк. Особенно когда пьян. Не надо было столько пить. В груди жар, как от раскалённой печи. Руки горели. Горели… О, черт! Джейк отдёрнул руку от барной стойки, на которую опирался: на ее гладкой деревянной поверхности остался выжженный отпечаток его ладони.

Это было последним его воспоминанием о вчерашнем вечере.

Очнулся он на следующее утро и определенно дома. Голова гудела, в горле пересохло. Джейку казалось, что он рассыплется, как сгоревшее полено, если только шевельнется. И всё же он сел, рассеянно глядя на разбросанную по комнате одежду. Пить хотелось зверски. Джейк отправился на кухню и налил стакан воды. От похмелья он, обычно, не страдал. Да и не по пьяни забыл вчерашнее – виски разожгло его внутренний огонь. Слишком много он выпил. И огонь проснулся. Оставалось надеяться, что вчера он никого не убил. От этой мысли нутро его неприятно сжалось. Да нет, не должен был. Никогда ещё до этого не доходило. Но прежде Джейку хватало ума не пить так много, и алкоголь почти не действовал на него. Но вчера так хотелось напиться.

Джейк налил себе ещё и кофе, и включил телек – просто для фона.

«… и такие события происходят всё чаще. Что вы думаете по этому поводу?» – ведущий утреннего шоу, изображая встревоженную заинтересованность, обращался к типу в пиджаке и с протокольной физиономией.

«Нет абсолютно никаких поводов для волнения. Подобные случаи происходили и раньше, в течение всей истории человечества. Мы знаем о них из разных источников: архивов, рассказов очевидцев, книг. Так что, всё в порядке. Но если вы, или ваши знакомые и близкие, стали свидетелем необычных событий, явлений – пожалуйста, сообщайте нам. Мы с этим разберемся».

«Итак, дорогие телезрители, вы слышали – ФАРН разберется. Так что, если ваш босс двигает предметы силой взгляда или зять поджёг тещу на расстоянии – обращайтесь в Федеральное агентство расследований и надзора».

Джейк собирался уже переключить канал – поискать фильм или музыку, но тут его мозг переварил последнюю фразу: «предметы силой взгляда… поджёг тещу на расстоянии… сообщайте нам». Это что же… они начинают охоту на ведьм? Призывают стучать всех… на таких, как он?

Отчего-то ему стало холодно. Джейк отхлебнул ещё кофе – и оно попало «не в то горло». Он закашлял, выплюнув кофе на ковер. Черт, что же он теперь – вне закона? Надо бы как-то узнать. Пойти газету купить, что ли? Ковыряться в компьютере и искать в Сети он не любил. Хотя у него был старый дряхлый ноутбук. Или сходить к Билли в бар – он-то уж точно знает, должен знать. Заодно скажет, что Джейк там вчера натворил. А то, может, пора уже сваливать отсюда.

В дверь постучали. И кого там черти… «А вдруг кто-то, следуя призыву ФАРН, уже донес им на меня? Да ладно, Джейк, это паранойя. Ты ещё сам ничего толком не знаешь».

Но если так – бежать уже поздно.

Стук раздался снова – и более настойчиво.

Подобрав с пола джинсы и футболку, Джейк оделся. Тихо подошел и заглянул в глазок: за дверью стоял высокий темноволосый очкарик в ветровке и брюках.

– Мистер Саттон? Я от Билла О’Брайена.

По крайней мере, не коп. Но расслабляться рано. Джейк приоткрыл дверь:

– Кто вы и что вам нужно? – прозвучало более резко, чем надо бы.

Голубые глаза незнакомца невозмутимо смотрели на него сквозь очки:

– Меня зовут Сайрус Гвин. Я хотел бы поговорить с вами.

– Мы уже говорим.

– Будет удобнее, если вы позволите мне войти.

– Удобнее кому? – Джейк усмехнулся, но продолжал внимательно наблюдать за мужчиной: строит из себя клерка, но, похоже, не так-то прост – а, значит, не безопасен.

Назвавший себя Гвином едва заметно вздохнул и медленно сунул руку за пазуху. Джейк напрягся: пистолет? Нет, тогда бы мужчина двигался быстро, а не как в замедленной съемке. Подтверждая его мысли, Гвин достал удостоверение, раскрыл его и поднес к лицу Джейка. Тот взглянул. ФАРН. «Чёрт!» И рефлекторно дернул дверь на себя. Но закрыть её Джейку не удалось – помешала нога мужчины. Джейк пнул её со всей силы, но Гвин уже отжимал дверь обеими руками, а потом и всем телом, вваливаясь в квартиру, несмотря на все попытки Джейка выпихнуть его обратно.

– Да я просто поговорить пришёл! – заорал Гвин, зажатый дверью, видя, что Джейк собирается вломить ему как следует: – Не валяй дурака! Ты же не хочешь, чтобы тебя привлекли за нападение на агента при исполнении?

– А у меня есть выбор? – Джейк призадумался, не отпуская дверь и держа кулак наготове.

– Есть. Дай мне войти. Я – пришёл – просто – поговорить, – последнюю фразу Гвин произнес с чёткими паузами, стараясь, чтобы даже тупой смог понять, буравя Джейка взглядом.

«А, чёрт. Он уже всё равно, считай, вошел», – Джейк вздохнул, опустил кулак и перестал удерживать дверь. Это было не совсем верное решение, потому что, потеряв опору и продолжая двигаться по инерции, агент Гвин едва не рухнул на него, успев-таки уцепиться за дверь. Приняв, наконец, устойчивое положение и выпрямившись, Гвин поправил куртку и чуть съехавшие очки:

– Теперь мы можем поговорить спокойно?

Джейк сделал приглашающий жест по направлению комнаты.

Гвин вошел и бегло огляделся:

– Ты живешь один?

– Хочешь сказать, что ломился ко мне в квартиру, не наведя справки? – с кривой усмешкой поинтересовался Джейк.

Агент проигнорировал его тон:

– А сейчас один?

– Нет, с тобой, – Джейкоб понимал, что, возможно, не стоит злить этого парня, но просто не мог удержаться – его так и тянуло вывести из себя этого хладнокровного очкарика.

Но пока тот не поддавался и терпеливо уточнил:

– Есть ещё кто-то в квартире?

Джейк развел руками:

– Поищи – может, найдешь.

Гвин внимательно посмотрел на него:

– Пожалуй, поверю вам на слово, мистер Саттон. Не рискну отворачиваться – вдруг ты удерёшь. А мне снова тебя искать.

– С чего мне удирать от тебя? – фыркнул Джейк, – Как будто я тебя боюсь.

– Почему тогда не хотел пускать? – впервые Джейк заметил на губах Гвина бледное подобие улыбки. Но самому ему было не до веселья:

– Любой здравомыслящий человек старается держаться подальше от ФАРН.

Подобие улыбки исчезло с лица Гвина. Он кивнул:

– Поэтому я и не хотел сразу представляться.

– Значит, не арестовывать пришел? – всё ещё хмурясь, спросил Джейк.

– А есть за что? – голубые глаза сканировали его лицо. Но Джейк умел изображать невинность.

– Я первый спросил.

Помолчав мгновение, Гвин ответил:

– Нет. Во всяком случае, пока нет.

– Тогда зачем?

Агент едва заметно вздохнул:

– Может, присядем?

Джейк уселся на свой видавший виды диван.

Гвин, чуть подумав, взял стул, поставил его напротив Джейка и сел.

– Ты спас людей из огня. Пожарные не могли к ним подобраться. А ты вошел в горящий дом, прошел по задымленным коридорам, где видимость и возможность дышать близки к нулю. Пойманные в огненную ловушку люди потом сказали, что пламя словно отодвинулось, ушло с их пути. Ты вывел их из здания и тут же скрылся в ближайшем переулке. Им никто не поверил – подумали, что они надышались дымом, страх, стресс и всё такое. Но я им верю.

Гвин сидел на стуле, чуть подавшись вперед, сцепив пальцы рук и опираясь локтями на колени. Его голубые глаза цепко смотрели на Джейка сквозь очки в тонкой стальной оправе.

– И что? На моем месте так поступил бы любой, – Джейк старался говорить непринужденно, не показывая, что агент Сайрус Гвин затронул тему, которой он меньше всего хотел бы касаться.

– Но не любой может ходить невредимым сквозь огонь. И не любой оставляет выжженные отпечатки ладоней на барной стойке, – Гвин показал ему фото на своем смартфоне. – Не только на стойке – у некоторых пострадавших во вчерашней драке на лице скорее легкие ожоги, чем синяки.

Джейк изобразил улыбку и протянул Гвину свои руки:

– Разве похоже, что мои кулаки на такое способны? Фингал поставить – да. Но ожоги… – он покачал головой.

– Очевидцы говорят, что способны, – Гвин по-прежнему невозмутимо смотрел на него. – И к столешнице, хочешь сказать, не ты приложился?

Джейк недоуменно пожал плечами, и хотел было убрать руки, но Гвин схватил его за запястье. Потом его ладонь скользнула вниз по руке Джейка, разжала его кулак, обхватив за пальцы. Оба они – и Джейк, и Гвин – смотрели на свои сцепленные руки, каждая из которых начинала светиться изнутри: рука Джейка – желто-оранжевым, рука Гвина – голубым.

– Что это за хрень?! – Джейк отдернул руку, и теперь ему это удалось.

– Ты – Дитя Огня, ведь так?

Джейк заморгал, потом нахмурился:

– Что это значит?

– Хочешь сказать, ты не знаешь? Не знаешь, кто ты?

– Я знаю, кто я – Джейкоб Саттон, частный детектив.

– А из пожарных почему ушел? – казалось, Гвин проявлял искренний интерес.

– Понял, что не моё, – отрезал Джейк.

– После несчастного случая, в котором чуть не погиб член твоей бригады.

– Да, так и было, – Джейк поднялся с дивана и зло смотрел на Гвина. – А теперь проваливай, если не собираешься меня арестовывать.

Гвин, вздохнув, продолжал сидеть, глядя на Джейка снизу-вверх.

– Тебе уже не интересно, зачем я пришел? И ты даже не спросишь, почему моя рука «откликнулась» синим светом на прикосновение к твоей ладони?

Джейк фыркнул и усмехнулся:

– Не знаю, может, ты гомик.

Гвин вскочил, и теперь его глаза оказались на одном уровне с глазами Джейка. Нет, даже чуть выше.

– Я знаю, что ты хочешь казаться придурком, хотя, на самом деле, ты отнюдь не глуп. Я не знаю, зачем тебе нужно было выводить меня из себя – но тебе это удалось. Сядь!

Джейк смотрел в глаза Гвина, казавшиеся теперь холодной бездной, и чувствовал, что цепенеет. Ему вдруг подумалось: «А, и правда, какого чёрта?» Ему показалось, что взгляд Гвина смягчился. Джейк выдохнул и снова сел.

– Хорошо. Я слушаю тебя, спокойно и внимательно.

Гвин кивнул. И уселся на стул.

– Допустим, ты не врёшь. И не знаешь, не понимаешь, что ты и кто ты. Но ты можешь управлять огнем, так?

Джейк хмуро смотрел на него, обдумывая ответ.

– До определенной степени. Никто не может управлять огнем – он не предсказуем, коварен. Это стихия.

В глазах Гвина мелькнул синий всполох.

– И ты чувствуешь его в себе, – звучало, скорее, как утверждение.

Склонив голову на бок, Джейк пристально рассматривал своего собеседника, уже не беспокоясь, как тот отнесется к подобному осмотру: высокий, широкоплечий, но не крепыш – Джейк выглядел крепче – черные, гладко зачёсанные назад волосы; голубые глаза и абсолютно белая кожа, из-за которой Гвин выглядел обманчиво хрупким. На нем были самые обычные ботинки, брюки, рубашка и ветровка – не новые и не идеально отглаженные – но смотрелись они несколько «чужеродно», как будто обычно он ходил в чем-то другом. Что логично, если вспомнить агентов ФАРН: их стандартная «униформа» – деловой костюм и галстук. И никаких зацепок, позволяющих понять, что он есть на самом деле.

Гвин терпеливо ждал, пока Джейк закончит. И дождавшись, продолжил:

– Ты неуязвим для огня, так? И можешь воспламенять предметы и свое тело.

Джейк невольно напрягся. Агент Гвин смотрел на него с выражением «Я всё про тебя знаю. Или почти всё».

– Кто ты такой? Кроме того, что ты следователь Федерального агентства расследований и надзора? – Джейк откинулся назад и скрестил руки на груди.

– Дитя Стужи, сын Ледяной Девы, – казалось, Гвин сам понимал, как странно всё это звучит. – Я – воплощение стихии Льда. Хотя, конечно, Лёд – не совсем Стихия.

Джейк покачал головой:

– Кажется, я вчера перебрал.

– Не кажется, а точно. Но странно, что ты говоришь это в таком контексте – ты, со своими явно сверхъестественными способностями.

– Да в гробу я видал эти способности! – Джейк хлопнул себя ладонями по коленям. – Не знаю я их, и знать не хочу.

– Это не меняет того, что они у тебя есть.

– И что с того?!

– Так и будешь жить дальше, как на пороховой бочке – не зная, когда рванет? Ты ведь… – Гвин на мгновение замолчал, а потом поймал новую мысль: – Ты ведь испугался, что я потому за тобой и пришел.

– Ничего я не испугался!

– Ну, подумал.

– Подумал, да, – согласился Джейк, «припертый к стенке». И неохотно добавил:

– Я слышал, что ФАРН начало «охоту на ведьм». Призывают сообщать обо всех «странных случаях». А это как раз про меня.

– Именно. И в следующий раз могу прийти не я, а кто-то другой. Что тогда ты сделаешь? – Гвин, сощурившись, смотрел на него. – Применишь свои способности, скроешься и «уйдешь в подполье»?

Джейк фыркнул:

– Ты предлагаешь другой вариант? Погоди… ты сам – ходячая аномалия. Как?.. Твои… работодатели знают об этом?

– Очень ограниченный круг. Но я предпочитаю, чтобы мои способности служили закону и справедливости.

– Как пафосно, – усмехнулся Джейк, хотя пафоса в голосе Гвина не было.

– Может и так. Но это то, во что я верю, – и по лицу его было похоже, что так и есть.

– А я не верю. Ни в закон, ни в справедливость, ни, уж тем более, в ФАРН.

– Тогда поверь в меня, – голубые глаза Гвина смотрели всё так же спокойно и внимательно, но почему-то Джейку казалось, что это просьба. И всё же, он ответил:

– Мы едва знакомы, чтобы верить.

– Логично. Но, тем не менее, я в тебя верю. Достаточно, чтобы предложить тебе стать моим напарником.

– Продаться ФАРН? Ни за что.

– Что ж. Если ты так это воспринимаешь… – Гвин встал, явно собираясь уходить. Потом снова взглянул на Джейка, залез во внутренний карман ветровки, достал бумажник и из него – визитку. Протянул ее Джейку:

– Если передумаешь… Нет, если просто захочешь поговорить – звони.

Джейк поднялся с дивана, взял карточку и кивнул. Странно и непонятно, но он чувствовал себя виноватым. Совсем немного. Но тем не менее.

Гвин уже выходил за дверь, когда Джейк, всё-таки, спросил:

– И мне не предъявят обвинения?

– За что? – полуобернувшись, Гвин спокойно смотрел на него сквозь стекла очков.

– За драку, – замявшись, Джейкоб уточнил: – За причинение физического и морального ущерба в виде побоев и ожогов.

– Во всяком случае, не я. Моя специализация – тяжкие телесные и убийства. Ничего такого ты не натворил. Пока.

Помолчав немного, он добавил:

– Но ожоги первой степени у тех парней, с которыми ты сцепился – хороший повод задуматься.

– О’кей, – Джейк кивнул. – Я задумаюсь.

Гвин ещё раз взглянул на него и начал спускаться вниз по лестнице. Джейк вернулся в квартиру и закрыл дверь.

«Чёрт. Пора съезжать отсюда». Но другой внутренний голос, похожий на голос Гвина, спросил: «Убежишь? Уйдешь в подполье?» Джейк не знал, что ему ответить. «Так и будешь оглядываться всю жизнь? Боясь, что однажды перейдешь черту?»

– Ничего я не боюсь. Чему быть, того не миновать, – буркнул Джейк самому себе. Случайно взглянув в зеркало, решил, что надо-таки привести себя в порядок. Побриться, во всяком случае.

Побросав одежду на полу в ванной, Джейк залез под душ. Максимально горячий, как всегда. Медленно и глубоко вдохнул. Так же медленно выдохнул. Мысли, осаждавшие его, на эти мгновения исчезли, оставив наслаждаться теплом и покоем, и запахом мыла. Но когда, через несколько минут, он выключил воду и, вытершись махровым полотенцем, начал бриться, глядя в зеркало над раковиной, собственные глаза «предали» его: мужчина с той стороны стекла смотрел настороженно, словно не зная, чего ожидать от будущего и самого себя, спрашивая: «Кто ты? Кто ты такой?» И ответ «Джейк Саттон, частный детектив» его явно не устраивал. Агент назвал его «Дитя Огня».

Дитя Огня. Как это возможно? Как будто Огонь – существо из плоти и крови, способное соединиться с человеком, зачать, родить ребенка. Всё, что Джейк знал о своем происхождении – в приют он попал после пожара, ещё младенцем – как-то раз услышал часть разговора воспитательницы и директрисы. Но он был обычным мальчишкой. Разве что ссадины и ушибы, да и переломы, заживали на нём, как на собаке. Но на эту его особенность никто не жаловался – меньше проблем воспитателям.

«Чёрт, а ведь агент, возможно, знает ещё что-то обо мне, – нахмурившись, Джейк застыл с бритвой в руке. – И о моей семье. Я мог бы у него спросить. Но тогда бы он точно знал, что зацепил меня».

Джейк закончил бриться и пару раз провел расческой по волосам. «А ведь я и сам могу кое-то узнать. В приюте должны остаться записи о моем поступлении». Он кивнул самому себе в зеркале: «Вот этим я и займусь». Не то, чтобы раньше ему не приходило в голову навести справки о своем рождении. Но никто до этого не заявлял ему, что Джейк – дитя Огня. Он считал, что его семья погибла. Или отказалась от него – что для Джейка было равнозначно первому. Потому он не искал. Не ворошил пепел. Возможно, зря.

Глава 2. Без вины виноватый

Есть почему-то не хотелось, так что, одевшись и допив кофе, Джейк вышел в позднее хмурое утро, грозящее перейти в такой же хмурый день. «Ладно, хоть дождя нет». Вообще-то Джейк любил воду – но только тогда, когда сам решал, мокнуть ему или нет.

Как бы между прочим, он огляделся по сторонам, но никого и ничего подозрительного не заметил. Ему не верилось, что агент ФАРН так просто свалил и лишь потому, что Джейк послал его. Но, поскольку ничего противоправного он делать не собирался, в данный момент, ему было достаточно, что никто не ограничивает свободу действий. И потому со спокойной душой направился в сторону подземки, растворившись в людском потоке как сахар в стакане чая.

Приют, в котором вырос Джейк, находился в старой части города. Это было трехэтажное здание красного кирпича, старое, но крепкое, окруженное кирпичной же стеной, невысокой – чуть выше человеческого роста – которую старшеклассники довольно легко преодолевали, буде у них на то желание – за сигаретами сгонять или ещё что. Но отлучки эти редко оставались незамеченными, и провинившихся отправляли в изолятор на две недели, добавляя им желанный ореол мученичества. Хотя на самом деле изолятор был всего лишь отдельной комнатой с решетками на окнах, где ты безвылазно торчал все эти четырнадцать дней.

Джейк не испытывал ностальгии, или какого другого теплого чувства, к месту своего «заключения», в котором пробыл до восемнадцати лет. Но и особо болезненных воспоминаний тоже не осталось – эти годы просто были, со всем тем хорошим и плохим, что случается в жизни.

Он подошел к воротам и нажал кнопку звонка. Через несколько мгновений из динамика раздался хмурый мужской голос: «Слушаю вас».

– Джейк Саттон, частный детектив. Мне нужно поговорить с директором или заведующей.

Последовала новая пауза. А потом ответ: «Ждите. Я сейчас узнаю».

«Куда ж я денусь? Подождем…» – Джейк представил, как охранник неторопливо встает и отправляется на поиски начальства. Явно есть время, чтобы выкурить сигаретку.

Джейк курил нечасто – пару-тройку сигарет в день. Мог и вовсе обойтись. Но иногда его руки сами тянулись к пачке и зажигалке – он мог бы зажечь и без неё, но не хотелось привлекать случайное внимание такими «фокусами». А ещё… да, ему необходим был Огонь… но играть с ним Джейк считал опасным. Такие игры могут стоить жизни. И нет, не Джейку – к сожалению, или к счастью.

Он затянулся и выдохнул, сквозь дым заметив фигурку женщины, идущей к нему от крыльца. Затушил сигарету и выкинул окурок в урну.

Женщина остановилась у ворот, вглядываясь в Джейка:

– Здравствуйте! Меня зовут Мэриен Коул. Я заведующая.

Уставшие глаза, волосы, собранные в пучок; на посетителя смотрит как на ещё одну неприятность.

– Здравствуйте, Мэриен. Я – Джейк. Я вырос в этом приюте. И очень хотел бы взглянуть на запись о моем поступлении. Вдруг смогу разыскать кого-то из семьи. Вы ведь поможете мне, Мэриен? – Джейк сделал лицо виноватое, растерянное и полное надежды. Взгляд женщины немного потеплел. Она вздохнула:

– Да, это ваше законное право. Мистер…

– Саттон. Но зовите меня Джейк, хорошо?

– Хорошо. Только документы свои покажите.

Джейкоб поднес к её лицу свое удостоверение личности.

Внимательно изучив документ, заведующая кивнула и открыла калитку, впуская посетителя.

В деловом молчании они поднялись на третий этаж – Мэриен Коул явно не горела желанием развлекать гостя разговорами. Как ни странно, Джейка тоже не тянуло на болтовню: не понятно, с чего, он испытывал что-то вроде клаустрофобии – ему хотелось скорее покинуть здание. Странно – ведь в детстве оно не вызывало у него подобных чувств. Нет, что-то было не так именно «здесь и сейчас».

«Да ладно, Джейк, не дрейфь. Ты просто боишься узнать то, что не захочешь знать. Но именно за этим ты сюда пришел. Так что, вперёд».

Их шаги гулко звучали в пустых коридорах – воспитанники были на занятиях. Лишь на третьем этаже, где размещались спальни и учительская, им встретился парень, по виду старшеклассник: он стоял посреди коридора, спиной к ним. Заслышав приближающиеся шаги, он вздрогнул и обернулся. И тут же поспешил уйти.

– В каком году это было? – голос заведующей вернул Джейка из размышлений к реальности.

– Эм-м. Около тридцати лет назад. Может, чуть меньше.

Кивнув, миссис Коул подошла к одной из дверей в конце коридора – с табличкой «Архив» – достала из кармана ключи и пару мгновений звенела ими, определяя нужный. Найдя, наконец, провернула его в замке и взялась уже за ручку двери, собираясь ее распахнуть.

Не успев подумать, зачем, Джейк схватил женщину за плечи и отпихнул её в сторону, повалив вместе с собой на пол. Навстречу им из открытой двери рвануло пламя, растеклось по потолку над их головами. Ногой Джейк захлопнул дверь.

– Вызывайте пожарных. Выводите всех из здания.

Мгновение заведующая ошарашено смотрела на него. Потом вскочила, добежала до ближайшей кнопки тревоги и нажала её. Завыла сирена. Начали открываться двери, из которых высовывали головы ученики и воспитатели.

– Выходим все на улицу, быстро! Как отрабатывали. Тревога не учебная, – заведующая принялась руководить процессом.

Подумав, не стоит ли войти в горящий архив – вдруг его папка сохранилась? – Джейк отбросил эту мысль: там явно горело вовсю, бумага вспыхивает почти мгновенно. А его вторжение может усилить пожар.

«Но ведь это не я? Не я поджог архив? Я же не могу делать этого на расстоянии! Наверное… Да и зачем бы мне – мне нужна эта информация! Чёрт… но если узнают, что я был здесь – а они узнают – если заявится тот агент… он быстро сложит два плюс два… и решит, что это – моих рук дело. Даже если не он – другие могут прийти к таким же выводам. Ведь будет расследование. Заведующая скажет, что я был здесь в момент пожара. Но ведь я был с ней – это алиби? Или нет? … В любом случае, надо сваливать».

Джейк направился к лестнице, по дороге заглядывая во все двери и проверяя, не остался ли кто внутри. В комнатах и спальнях было пусто – дети и воспитатели уже были во дворе. Но на крайний случай, Джейк пробежался и по двум нижним этажам. Выскочив на улицу, он нашел в толпе заведующую, беспокойно озиравшуюся по сторонам.

– Ищите кого-то?

– Одного парня нет, старшеклассника, – миссис Коул отчаянно сжала руки, – Майкла Джонса.

Джейк нахмурился:

– Я заглянул во все двери, прежде чем выйти – в здании никого нет. Хм… не должно быть…

Послышался звук разбитого стекла. Из окна архива повалил дым, показались языки пламени. Джейк как зачарованный смотрел на них.

– Я могу проверить здание ещё раз, – сказал он, не отводя глаз от огня.

– Но…

– Миссис Коул… Кажется, я видел, как Майк перелезал через стену. Незадолго до пожара.

Джейк обернулся: рядом с ними стоял парень лет пятнадцати, виновато покусывая губу.

– Это точно, Сэм? Ты уверен? – заведующая пытливо вглядывалась в лицо мальчишки.

– Ну… да, – тот взглянул исподлобья. – Я не стал бы «стучать», если бы не пожар.

Джейк уловил приближающийся звук сирены и, решив, что здесь он больше не нужен, счёл за благо тихо ретироваться и скрылся в ближайшем переулке.

«Вот чёрт. И что мне теперь делать? Сваливать отсюда куда подальше? Залечь на дно?» – Джейкоб шёл, глядя под ноги, тяжело ступая, словно хотел оттолкнуть земную твердь. «Нет. Я не хочу бежать. Не хочу чувствовать себя загнанным зверем». И тут же спросил себя самого: «А пойманным зверем быть хочешь?»

Джейк остановился и огляделся вокруг: пустынный переулок, тихо и спокойно; редкие прохожие заняты собой. «Чёрт. И даже поговорить не с кем. Вообще-то… есть с кем – этот чёртов Гвин оставил мне свою визитку. Но ведь он – агент. Сдаст меня первым делом, разве нет? Именно, что агент – знает систему изнутри. Если он поверит, что я тут не причём – может, посоветует, как быть? Только поверит ли? Я ему тогда в доверии отказал. С какой стати Гвину верить мне теперь?

– Ладно, щас узнаем, – Джейк достал из карманов визитку, мобильный телефон и набрал номер.

– Это я… Джейк. Джейк Саттон. Ты сказал звонить, если я захочу поболтать. Так вот, я очень хочу.

«Где ты?» – голос Гвина был буднично-спокойным.

Джейкоб огляделся. Заметив чуть дальше, на пересечении двух улиц, забегаловку «Лакки бургер», назвал агенту её адрес.

«Сейчас буду», – Гвин положил трубку.

Джейк едва уселся с острым бургером в зубах, картошкой и колой – решив заодно позавтракать – как увидел агента Гвина, входящим в двери ресторана.

«Шустрый какой», – а потом Джейка осенило: «Это не он шустрый, это я растяпа».

– Я тебя проглядел, да? – с легкой усмешкой сказал он подошедшему Гвину.

Тот промолчал в знак согласия.

– И где же ты был?

По губам Гвина проскользнула легкая улыбка:

– В подъезде напротив.

– Но я тебя и потом не заметил. А ты вроде… не то, чтобы незаметный.

Гвин чуть вздохнул:

– Умею им быть, если очень нужно, – он пододвинул себе стул и сел напротив Джейка, всем своим видом показывая, что готов слушать.

– Ладно. Чёрт. Если ты шёл за мной, то знаешь о пожаре.

Агент едва заметно кивнул.

– И – зная то, что знаешь ты – всё ещё не собираешься меня арестовывать? – Джейк старался выглядеть и говорить непринужденно, но не был уверен, что ему это удается.

– Зная то, что знаю я – думаю, ты не поджигал архив.

– Да? – Джейк был, скорее, обрадован, чем удивлен.

Гвин кивнул:

– Ты пошел туда в надежде узнать что-то о своей семье?

Очередь Джейка была кивать.

– Успел?

– Нет. Когда мы открыли дверь архива, там уже вовсю горело.

– Конечно, ты мог захотеть, сознательно или нет, уничтожить информацию о себе, – Гвин говорил так, словно размышлял вслух, не сводя с Джейка глаз.

– Я не настолько зомби, чтобы не почувствовать этого – даже если бы бессознательно поджёг: я чувствую Огонь в себе, он всегда со мной. И я знаю, чем он занят, – Джейк не без запальчивости смотрел на Гвина. А потом нахмурился – и таки отвел глаза: – Наверное.

– Но что архив горит, ты не знал?

– Узнал за мгновение до того, как Мэриен Коул, заведующая, распахнула дверь, – Джейк замолчал, задумавшись. – Нет, я что-то чувствовал, когда вошел в здание. Но пламя возникло лишь незадолго до того, как мы поднялись на третий этаж. Просто бумага и дерево, особенно покрытые пылью, быстро загораются.

Джейк сощурился, вдруг вспомнив:

– Парень! Там был парень, старшеклассник. Он стоял – как я теперь понимаю, глядя на дверь архива. Ну, он смотрел в ту сторону. Когда мы подошли, он вздрогнул и, едва взглянув на нас, поспешил уйти.

– Думаешь, он пирокинетик?

Джейк вскинулся и посмотрел на Гвина. Всё время разговора тот был спокоен как танк. Он что, даже не рассматривает Джейка как подозреваемого? Или это просто игра?

– О’кей. Ты не собираешься меня арестовывать. Пока, по крайней мере. Но это не значит, что за мной не придут другие.

– Не значит.

– Так что мне делать? – Джейк сверлил Гвина глазами, пытаясь понять, что происходит у того в голове.

– Мое предложение всё ещё в силе. Став агентом ФАРН, ты всегда сможешь сказать, что оказался в приюте, расследуя дело. Ты окажешься по другую сторону баррикад.

– Лиса на одной стороне с охотниками? – Джейк ухмыльнулся.

– А ты лиса?

Став серьезным, Джейк задумался на мгновение. Потом пожал плечами:

– Не знаю.

– Ты ведь детектив, – Гвин поднял голову, очки блеснули сталью.

– Ты – охотник.

Джейк хмыкнул:

– Да уж, охотник: на неверных супругов и пропавших собачек.

– А теперь сможешь ловить дичь крупнее и опаснее.

– Тебе это зачем? – Джейкоб пристально смотрел на агента.

– Мне нужен напарник, – Гвин помолчал немного и добавил:

– Ты дитя Стихии. Такой же, как я.

– При взгляде на нас так не скажешь, – улыбнулся Джейк.

Гвин хмыкнул, уголки его губ обозначили улыбку:

– Поверь мне, я знаю, о чём говорю.

Несколько мгновений Джейк молча смотрел на него.

– Ладно. Поверю.

Глаза его сощурились:

– Это странно, но мне хочется тебе верить, – Джейк покачал головой. – Не знаю, почему.

Он протянул Сайрусу руку.

– Интуиция, – ответил тот, крепко пожимая ладонь Джейка. – Давай так: мы расследуем это дело с пожаром в приюте – оно ведь тебя напрямую касается – а после ты примешь окончательное решение.

– Я всё ещё не понимаю. Я – возможный подозреваемый, а ты приглашаешь меня вести это дело с тобой.

– Мне это не помешает. Плюс, если ты виновен – лучше держать тебя в поле зрения.

– Значит, ты, всё же, допускаешь, что я виновен? – челюсти Джейка напряженно сжались.

– Это допускаешь ты сам.

– Хорошо, если я окажусь причастен – что тогда?

Гвин задумался, и на мгновение Джейку показалось, что вопрос и ответ на него не доставляет агенту удовольствия.

– Я постараюсь, чтобы ты понес ответственность в меру своей вины. Именно этого ты ждешь от меня, не так ли?

Джейк медленно кивнул.

– Во всяком случае, ты честен. Ладно. Если я виновен – ты ведь все равно не оставишь меня в покое. И ты прав – врага лучше держать поближе.

– Я не враг, – над переносицей Гвина залегла вертикальная складка.

– Что ж, давай попробуем доказать это друг другу.

Едва заметно вздохнув, агент кивнул.

– Ты знал, что я – не подарок, – Джейк усмехнулся.

– Пока это не проблема.

– А если станет проблемой?

– Тогда и решу, – Гвин поднялся из-за стола. – Пойдемте, мистер Саттон. Нас ждут великие дела.

– Джейк, пожалуйста, – ответил Джейкоб, вставая.

– Меня тоже можно звать Сайрус.

– Нет уж. Это слишком длинно и сложно. Гвин – в самый раз.

Джейку показалось, что Гвин мысленно дал ему подзатыльник. Он усмехнулся: «Этот тип не такой холодный, каким кажется. Или хочет казаться».

Глава 3. Поджигатель

– Так что ты думаешь о том парне? – спросил Сайрус, когда они с Джейком вышли из «Лакки Бургер».

– Не знаю. Учитывая дальнейшие события – пожар и его побег – его поведение кажется странным. Да и совпадение странное – что он делал там, в том же конце коридора, что и архив?

– Нужно найти его.

– Возвращаемся в приют?

Сайрус кивнул.

Шагая рядом с Гвином – вернее, на полшага позади него – Джейк думал о том, что непредсказуемость жизни – отнюдь не метафора: менее часа назад он собирался «делать ноги» и бежать от ФАРН, куда глаза глядят. От ФАРН, от любого, кто будет преследовать его. А теперь, гляди-ка, он топает за агентом как привязанный – и не просто топает, а будет вместе с ним вести дело. «Ну да ладно, тут есть логика: если этот парень начнет всерьез копать под меня – оставаясь рядом с ним, я узнаю об этом первым. Но есть ещё что-то. Что-то, что я пока не могу понять. Я чувствую, что рядом с ним… безопасно. Во всяком случае, безопаснее, чем вдали от него. И, во всяком случае, мне. Я не могу этого понять. Но, Джейк, много ли вообще ты понимаешь в своей жизни? Ответ: да почти ни фига».

Около здания приюта всё ещё сновали пожарные, но пламени видно не было, и вместо черного дыма из окна архива шел белый пар. Дети, учителя и воспитатели по-прежнему стояли в самом дальнем углу двора. И Мэриен Коул, заведующая, конечно, была среди них – Джейк указал Гвину на неё. Тот кивнул.

Миссис Коул в некотором замешательстве перевела взгляд с удостоверения Гвина, которое тот не замедлил ей предъявить, на стоящего рядом Джейка:

– Так вы… из ФАРН?

На мгновение Джейк замялся, потом ответил:

– Вроде того.

– Да, он со мной, – твёрдо и невозмутимо сказал Гвин. – Миссис Коул, один ваш воспитанник всё ещё отсутствует?

Заведующая тревожно смотрела на агента, не зная, как лучше ответить:

– Да. Но он и раньше сбегал. Не часто, и всегда возвращался. Майкл – хороший мальчик.

– Уверен, что так и есть, – Гвин чуть склонился к ней с высоты своего роста. – Нам нужно его найти. Он может попасть в беду. Если ещё не попал.

– Я не знаю, где он. Правда. Если б знала – уже б отправилась за ним.

– Миссис Коул, – Джейк коснулся рукой её плеча, вкладывая в свои интонации всё возможное тепло и мягкость, – а с кем он дружит? Из ребят?

– С Дэни и Тимом – они живут в одной комнате, – заведующая огляделась вокруг: – Это вон те ребята, – и указала на двух мальчишек. Один из них стоял, засунув руки в карманы куртки, спиной подпирая стену, окружавшую приют; второй болтался рядом, рассеянно ковыряя ботинком корягу, торчащую из земли.

Джейк, так же засунув руки в карманы, вразвалочку направился к ним.

– Привет, пацаны. Как жизнь?

Мальчишки посмотрели на него: один хмуро, другой встревожено.

Тот, что подпирал стену и смотрел хмуро, спросил:

– А ты кто?

– Меня зовут Джейк. Когда-то я тоже жил здесь.

– Что с того?

– Да ничего. Мне б поговорить с вашим другом, Майком.

– Я б тоже с ним поговорил. Но он шляется не пойми где.

– Вот блин! – Джейк хлопнул себя ладонью по бедру. – Мне нужно найти его раньше, чем это сделает тот парень, – и он указал на всё ещё стоявшего рядом с заведующей Гвина.

– А он кто?

– ФАРН.

Мальчишки переглянулись.

– Майк влип?

– Если я его не найду – влипнет точно. А так, шанс есть.

– Мы не знаем, где он, правда, – заговорил, наконец, и второй парень, жалобно глядя на Джейка.

– Но где он может быть? Есть у него друзья, знакомые в городе?

– Ну… иногда он тусил с файерщиками. В Центральном парке, кажется. Или где там они собираются.

– Ага. Ясно, – Джейк на мгновение задумался, потом вытащил из кармана визитку:

– На случай, если он объявится, отдайте ему – пусть найдет меня или позвонит.

Парни изучили карточку.

– Частный детектив? Круто.

«Да уж куда как», – Джейкоб ухмыльнулся:

– Ну, давайте, парни. Берегите себя, – развернулся и пошел к воротам.

Гвин, помедлив и закончив говорить с миссис Коул, направился за ним. Нагнал Джейка, когда их уже не было видно с территории приюта:

– И? Что скажешь?

– Идем искать файерщиков.

Гвин чуть нахмурился.

– Ребят, делающих трюки с огнем. Крутят пои и прочий стафф, жонглируют.

Сайрус понимающе кивнул. Потом произнёс:

– Это уже не совпадение.

– Пожалуй, – теперь очередь Джейка была хмуриться. – Но я бы, всё равно, не спешил с выводами. Чую, здесь не всё так просто.

Гвин вздохнул:

– Просто никогда не бывает, – и зашагал вперед. Обернулся на Джейка:

– Нам нужна машина. Вернемся к твоему дому – моя там недалеко припаркована.

Пока они ехали в метро к дому Джейка, Гвин что-то выискивал в своем смартфоне. Лишь выйдя из подземки на улицу, он поднял голову и спросил:

– Файерщики – ты что-то знаешь о них?

Джейк ухмыльнулся:

– Когда-то у меня была идея стать одним из них. Сам понимаешь – мне даже меры предосторожности не нужны: выучить трюки и всё. Я бы мог показывать такие чудеса, какие опытный факир выдает после долгих лет подготовки. Но я решил, что не стоит слишком привлекать к себе внимание. Да и это могло оказаться небезопасным для окружающих. Я ведь не знаю, насколько могу контролировать пламя, смогу ли его затушить. И… – тут Джейк посмотрел Гвину в глаза, – будет ли у меня такое желание. Ведь я, как ты меня назвал, Дитя Огня – я хочу, чтобы он горел.

Сайрус едва заметно кивнул в знак понимания.

– Возможно, я смогу тебе с этим помочь.

– Холод ведь не тушит огонь.

– Зато охлаждает чувства.

Помолчав, Гвин добавил:

– И, растаяв, лёд становится водой. Вода тушит.

Джейк чуть улыбнулся:

– Ты собираешься таять?

– Посмотрим.

– Как снеговик? – ухмылка Джейка стала шире. – Или от страсти?

Судя по виду Сайруса, второго варианта он не допускал. На мгновение Джейк подумал, что Гвин ему если не врежет, то словом припечатает так, что мало не покажется.

Но Сайрус прикрыл лицо рукой, и Джейк с удивлением понял, что Гвин смеется.

– Мне, конечно, лестно твое предложение. Но я женщин предпочитаю.

Очередь Джейка была возмущаться. Он открыл, было, рот – и закрыл, поняв, что ему всего лишь вернули его же монету.

– Ла-адно, один-один. Зато теперь я знаю, что у тебя, всё же, есть чувство юмора. Иначе мы бы вряд ли сработались.

– Оно есть. Но имеет пределы.

Джейк примирительно развел руками:

– Что ж, постараюсь в них удержаться.

Они подошли к самому невзрачному авто из припаркованных у обочины. Невзрачному – потому что как бы ты не хотел запомнить его, оно не запоминалось. Средне-серый хэтчбек. Подробнее Джейк не определил – он не был знатоком в этом деле, не имел машины и не умел водить, держась подальше от бензина и прочих горючих веществ.

– Это личная или служебная? – спросил он, усаживаясь на переднее сиденье рядом с Гвином.

– Личная, – ответил тот, заводя мотор.

– Я думал, у агентов ФАРН должны быть более крутые тачки.

– Эта подходит – не бросается в глаза. Достаточно маневренная, вместительный багажник. А сверхскорость при передвижении по городу и не нужна. У тебя есть права? – Гвин взглянул на Джейка. Тот покачал головой.

– Ясно. Могу понять, почему. Но лучше бы тебе их получить – это бывает полезно.

Джейк насупился:

– Я опасаюсь подходить к заправкам.

– А если электромобиль?

Джейк заморгал и посмотрел на Гвина. Такая мысль не приходила ему в голову.

– Хм-м.

– Ладно, это просто пища к размышлению. Едем в Южный парк.

– Почему туда?

– Интернет сказал, что сегодня файерщики встречаются там. Возможно, наш парнишка среди них.

– Как мы его узнаем? Не уверен, что хорошо его запомнил – видел лишь несколько мгновений, да и не особо хорошо смотрел.

– Ему пятнадцать лет, рост – метр шестьдесят-шестьдесят пять, среднего сложения, светло-русые волосы, серые глаза. По описанию миссис Коул.

– Насколько я запомнил, он так и выглядит. Тогда вперед!

В это послеобеденное время, хотя и будний день, в парке было довольно многолюдно: мамочки с колясками и с детьми постарше, клерки из ближайших офисов, пенсионеры – зеленый оазис праздности в гудящем как улей городе. И словно два буревестника, Гвин с Джейком вторглись в эту безмятежность. Во всяком случае, Джейк чувствовал себя именно так.

– Эм-м… Знаешь, что… – и когда Гвин обернулся к нему, Джейк продолжил: – Нам нужно выглядеть более непринужденно. Может, это моя паранойя, но мне кажется, мы слишком бросаемся в глаза.

– Вовсе нет. Я вполне тяну на «менеджера среднего звена», каких тут полно «перекуривает». А ты… на праздно шатающегося оболтуса.

Джейк скривился:

– Ну, спасибо.

– Пожалуйста, – Гвин чуть улыбнулся. – Ты же сам хотел слиться с толпой.

– И всё же, для пущей убедительности нужно закурить, или купить хот-дог, – взгляд Джейка упал на тележку со сладостями. – Или сахарную вату. Гвин, ты любишь сахарную вату? Купить тебе?

Брови Сайруса чуть приподнялись. Но выражение лица Джейка было абсолютно непрошибаемым. Гвин усмехнулся:

– Лучше уж тогда мороженое. Я же Снеговик, а не Сахарная фея.

– О’кей. Без проблем, – Джейкоб направился к палаткам с едой. Через пару минут он вернулся, с мороженым в одной руке и с хот-догом – в другой.

Они шли прогулочным шагом через парк, исподволь разглядывая окружающих. На площади у фонтана несколько молодых людей, и правда, крутили пои. Но без огня. «Ясное дело – огонь эффектнее смотрится в темноте», – подумал Джейк не без сожаления. Но Майкла Джонса среди поистеров не было. О чём Джейк уже хотел сказать Гвину. Но тут вспыхнуло пламя.

Девушка раскручивала на цепях два огненных шара. С гудением они кружились вокруг неё как два послушных маленьких метеора. Джейк заворожено смотрел, когда почувствовал легкий толчок в бок и обернулся.

– Это не наш парнишка сидит там, в тени деревьев, на оградке? – Гвин указал направление легким кивком.

Джейк взглянул.

– Похож на того, что я видел в коридоре перед пожаром.

– Возможно, и он тебя запомнил. Потому подстрахуй меня, но без лишней необходимости не приближайся.

– Понял.

Гвин направился совершенно в другую сторону, и вскоре Джейк потерял его из виду. Краем глаза он наблюдал за фигуркой мальчика. Тот сидел, сгорбившись, и хмуро смотрел на девушку, крутившую огненные пои. Откуда-то из тени позади него медленно вышел Гвин, перешагнул через оградку и уселся в полуметре от мальчишки, доедая свое мороженое и тоже глядя на огненное шоу. Майк едва посмотрел на него и снова отвернулся. Но взгляд его становился всё более отрешенным. Гвин доел и просто тихо сидел рядом. Потом положил руку на плечо мальчика, что-то сказал. Они оба поднялись и молча пошли к выходу из парка. Джейк направился следом и нагнал их уже около машины Гвина. Парень был неестественно тих. «Он словно… замёрз», – догадался Джейк. Но в ту же минуту Майк поднял глаза на него, узнал, и оцепенение с него слетело – он вырвался из рук едва державшего его Гвина и дал дёру.

– Чёрт. Похоже, ты нейтрализуешь мое действие, – ругнулся Гвин, бросившись вдогонку. Джейк – за ними.

Парень бегал резво. Но и Гвин явно не саботировал тренировки – в отличие от Джейка. Так что, довольно скоро Гвин повёл вяло сопротивляющегося Майка обратно к машине.

– Чего привязались? Я не сделал ничего.

– Тогда убегал зачем? – спросил Джейк.

– Что ж, не убегать, когда два мужика собираются усадить тебя в машину?

– Я же сказал тебе, что я из ФАРН, – нахмурился Гвин.

– Удостоверение покажи.

Крепко держа мальчика одной рукой, второй Сайрус залез во внутренний карман куртки и достал удостоверение.

– Ну, это ещё одна причина убегать, – фыркнул Майк.

– Если не виновен – то причин нет, – ровным голосом ответил Гвин. Потом взглянул на Джейка:

– Садись с ним на заднее сиденье. Удержишь его или наручники надеть?

– Не надо, – Джейк усадил мальчика в машину и сам сел рядом.

– И куда мы? – жалобно спросил Майк.

– В офис ФАРН. Если б не бегал, можно было б на месте поговорить, – Сайрус посмотрел на него в зеркало заднего вида.

– Может, здесь поговорим? – Майк поймал его взгляд, всем видом изображая просьбу.

Сайрус мгновение помолчал.

– Давай попробуем. Почему ты сбежал из приюта? – как ни странно, его голос зазвучал довольно мягко.

– Я не сбегал. Просто… прогуляться решил. Проветриться немного.

– Значит, ты собирался вернуться?

– Ну-у… да, – Майк был сама невинность.

– Тогда поехали. Обратно. Тебя там ищут, переживают.

– Куда? Там же… горело.

– Так ты знаешь о пожаре? – голос Сайруса стал жестче.

– Я потому и убежал – испугался. Ну и всё равно ж нельзя было там оставаться.

– Ничего. Уже потушили – не так сильно горело. Спальные и классные комнаты не пострадали.

Майк помялся, а потом все же спросил:

– Из-за чего возник пожар?

– Следствие покажет.

– Но ты – среди подозреваемых, – Джейк решил если не спровоцировать парня, то хоть подтолкнуть.

– Я не виноват! Это не я! – Майк в отчаянии смотрел то на одного, то на другого.

– Но ты сбежал. Как будто виновен.

– Я этого не делал.

Джейку стало немного жаль парня. Но что поделаешь.

– Ничего, эксперты возьмут пробы с твоих рук, одежды и быстро определят, виновен ты или нет. Если не виновен, тебе нечего боятся.

Парень побледнел, и взгляд его стал застывшим:

– Нет. Это не я. Это… это всё голос. Он заставил меня!

Джейк с Гвином невольно переглянулись.

– Голос?

– Да, он сказал: «Подожги. Подожги архив. Сделай это. Так надо».

Гвин нахмурился:

– И как ты это сделал?

– Подошел к двери. Она была закрыта, конечно. Голос сказал: «Представь огонь, представь, что там горит. Бумага горит». Я представил. Он сказал: «Хорошо». Я испугался и убежал. Сначала к себе в комнату, потом на улицу. Посмотрел на окна архива. И увидел, что там пожар. И я сбежал!

Был голос или нет, Джейк знал, что это возможно – пирокинез. Знал и Гвин. Доказать было бы проблемой: всё, что у них есть – слова мальчишки. Но ФАРН теперь занимается подобными случаями: им поверят и парня возьмут в оборот. Вот этого Джейку очень не хотелось. Вполне понятно, почему.

Сайрус взглянул на Джейка и, едва вздохнув, произнес:

– Ладно. Майкл Джонс, вы задержаны. Вы имеете право хранить молчание и воспользоваться услугами адвоката.

– Какое молчание?! Я и так вам уже все рассказал! – мальчишка в отчаянии смотрел то на Джейка, то на Гвина.

– Поехали – пока в офис ФАРН. Там решим, что с тобой делать.

Доехали они быстро и молча: при парне Джейк не мог ничего обсуждать с Гвином. Но и Майк молчал. То ли решил, что и так много наболтал, то ли просто был напуган. Джейк бы на его месте испугался. Но что делать – Джейкоб не знал: ни на его месте, ни на своем. Что из слов мальчика – правда?

Джейк взглянул на Сайруса: он был спокоен, как всегда. Почти всегда. Гвин делает так, как считает правильным. Как предписывает закон. Возможно, так и надо. Возможно. Должны быть такие люди, как он. Чтобы уравновешивать таких, как Джейк. Иначе наступит хаос.

Глава 4. Меньшее из зол

Окруженный небольшим парком, комплекс ФАРН располагался ближе к окраине города и выглядел мирно. Но, как известно, осужденных здесь и не держали – разве что в изоляторе предварительного заключения. Здания из стекла и бетона, разной этажности, выглядели как какой-нибудь офисный городок. Впечатление усиливали снующие между ними или стоящие рядом люди в штатском, похожие на клерков. Если бы Джейк не заметил у некоторых под пиджаками кобуру с пистолетом. Он никогда не был здесь прежде. И ещё совсем недавно почёл за благо не оказаться здесь никогда. Гвин показал удостоверение на въезде, потом при входе в здание департамента расследований – везде их пропустили без проблем.

Они уселись за столом в допросной. Вернее, Джейк усадил пацана и сам сел напротив. Гвин остался стоять.

– Послушай, Майк, – сказал Джейк как можно доброжелательнее, – Успокойся. Не дергайся раньше времени. И расскажи ещё раз, обстоятельно, что и как. Для начала… расскажи о себе. Ты сирота, так?

Парень кивнул, исподлобья глядя на Джейка.

– С каких лет в приюте? Свою семью помнишь?

Майк нахмурился:

– Лет с трех. Не помню ничего, что было до этого.

– Как ты стал фаерщиком? Не думаю, что воспитатели позволяли вам играть с огнем.

– А вам это зачем?

– Хочу узнать тебя получше, – искренне ответил Джейк.

– Зачем?

– Чтобы решить, что с тобой делать, – объяснил Гвин.

Майк посмотрел на него, но ничего обнадеживающего для себя не увидел. Вздохнув, упёрся взглядом в стол.

– В прошлом году к нам приезжали артисты, театр огня. И это было так… суперски! Что они творили! Они так управлялись с огнем, делали с ним что угодно. Змейки, спирали, огненные колеса…

Парень даже в лице изменился, пока рассказывал всё это: глаза его горели, он жестикулировал и улыбался, глядя на Джейка:

– И я подумал – это так круто! Я хочу, как они. Поговорил с парнями из труппы после выступления, и они показали мне простые упражнения. Конечно, я не мог заниматься с огнём. Да это и не нужно поначалу. Тренировался с носками, набитыми крупой, и с теннисными мячами на веревках.

Воспользовавшись паузой в его речи, Гвин спросил:

– Когда ты понял, что умеешь поджигать вещи на расстоянии?

Майк заморгал, приоткрыв рот. Покачал головой.

– Вот честно… я не знал об этом. До сегодняшнего дня мне и в голову не приходило. Я… правда, я не знаю, как так вышло.

Он едва заметно вздрогнул, зрачки его расширились:

– Этот голос… напугал меня. Он был такой… жаркий, шипящий… жгучий. Он не просил, а приказывал. Я не мог не подчиниться. Мне казалось, что тогда произойдет что-то страшное. Если я не выполню его приказ.

Джейк верил ему. Неизвестно, что за хрень творилась в голове парня, но он сам в неё верил. Джейк посмотрел на Гвина и кивнул на дверь: мол, выйдем, поговорим.

Они зашли в соседнюю комнату.

– Он говорит правду, – начал Джейк, едва дверь за ними закрылась.

Гвин вздохнул:

– Пожалуй, что так.

– Но тогда он не виновен! Не знаю, что за голоса им руководили, но ему внушили сделать так.

– Если бы тебе приказали – ты бы поджёг? – две голубые льдинки внимательно смотрели на Джейка.

Он развел руками:

– Да откуда мне знать?!

– Нет, Джейк. Ты бы не сделал этого, – и голос, спокойный как лёд.

– С чего такая уверенность?! – Джейк уже почти кричал. Но не понимал, на кого он злился: на Гвина или на себя. Сайрус молча смотрел на него. Джейкоб выдохнул, стараясь успокоиться. Покачал головой:

– Нельзя его «закрывать», он же мальчишка.

– Он поджигатель, Джейк, – голос Сайруса стал мягче, и Джейку показалось, что он говорит не совсем то, что ему хотелось бы сказать.

– Но что это за голос? Может, у парня просто крыша едет.

– Тем более ему нужна помощь.

– Специалистов ФАРН? Которые сделают из него подопытную крысу?!

Сайрус вздохнул:

– Ты преувеличиваешь. Не настолько всё плохо.

– Голову даёшь на отсечение?

Гвин нахмурился и некоторое время молчал.

– Я прослежу за его судьбой, насколько это будет возможно.

– Именно. Никто и спрашивать тебя не будет. Они сделают с ним всё, что захотят. И ты даже не узнаешь.

– А что ты предлагаешь? – от спокойствия Гвина не осталось и следа, – Отпустить его?! А если этот голос снова прикажет ему? Если в следующий раз будут жертвы?!

Джейк закусил губу:

– Ну… пока он никого не сжёг.

– Ты готов к тому, что в следующий раз кто-то может погибнуть? Джейк, да ты сам больше всего на свете боишься кого-нибудь сжечь. Как ты можешь отвечать за другого?

Гвин был прав – как бы Джейку не хотелось, чтобы это было не так.

– Ещё рано переживать за него. Сначала выяснят, на что он способен, можно ли его даром управлять или нейтрализовать его. Джейк, пойми: так или иначе, но его жизнь уже не станет прежней. И лучше будет для него и для всех, если его способности возьмут под контроль.

– Как и мои? – Джейкоб пристально смотрел на Гвина.

Тот кивнул.

– Как и твои?

Сайрус не отводил взгляд:

– Да. Потому мы оба здесь, не так ли?

– Я такой же, как он. Почему ты не запрёшь меня? – Джейк был тих и спокоен. Но ему нужно было знать.

Гвин вздохнул и устало покачал головой:

– Ты не такой же, Джейк. Ты гораздо сильнее. Во всех смыслах. И… твоя природа другая.

– Откуда ты знаешь?

– Ты видел себя когда-нибудь, когда ты смотришь на огонь? Свое отражение? Конечно же, нет, – Гвин на мгновенье задумался.

– Подожди меня здесь. Я сейчас.

Он вышел и через пару минут вернулся, неся что-то в руках. Как оказалось, зеркало и зажигалку. Взяв в одну руку зеркало, он поднял его перед Джейком – так, чтобы тот видел в нём свое лицо. Потом чиркнул зажигалкой.

– Смотри на пламя. Но так, чтобы видеть свои глаза.

Джейк сделал так, как он хотел. Это было нетрудно – подрагивающий язычок пламени притягивал его. Манил, звал. Хотелось прикоснуться к нему. Слиться с ним.

В этот момент взгляд Джейка скользнул по отражению в зеркале. Его глаза, обычно светло-карие… теперь были желто-оранжевыми, как у рептилии. Зрачок сузился до крохотной точки. Пламя шептало: «Ты мой. Мой». Оно выросло, взметнулось вверх. И вдруг исчезло.

Это Сайрус погасил зажигалку и опустил руку: ладонь его была покрыта инеем, зажигалка в ней превратилась в оплавленный и замороженный кусок пластмассы.

– Зачем… – голос не слушался Джейка, он едва шептал, – зачем тебе такое чудовище, как я?

– Потому что я… ничуть не меньшее чудовище. Как мне кажется. Я боюсь им стать – так же, как и ты. Рядом с тобой я оттаиваю. Чувствую себя человеком.

Сайрус смотрел на него, а потом отвел глаза и тихо добавил:

– Я боюсь замёрзнуть. Вернее, ещё хуже – не боюсь, а желаю этого.

Вот оно что. Почему-то Джейку захотелось его обнять. Но он, конечно, не стал делать этого.

Гвин вздохнул и прислонился к стене. Взглянул на Джейка и уже своим обычным голосом сказал:

– Ты боишься что-нибудь спалить. Вот потому я буду рядом. И не дам тебе сделать этого.

Нет, для обнимашек ещё как-то рановато. Но, всё же, Джейк подошёл и протянул ему руку.

Гвин изобразил кривую улыбочку и наградил его крепким рукопожатием.

Джейк прислонился спиной к стене рядом с ним:

– Так что делать с парнем?

– Если скажешь отпустить его – я его отпущу, – Гвин пристально смотрел на него.

– Да ладно.

– Да.

Джейк понял, что тот не шутит. Гвин хотел, чтобы Джейк взял на себя ответственность: за свои слова, прежде всего. А не просто языком чесал, играя в благородство. На словах ведь всё легко. Когда не ты решаешь. А на деле?

Джейк задумался и невольно закрыл глаза. Да, он не хотел, чтобы Майка «сажали на цепь» и изучали, как подопытного зверя. Он никому такого не желал. «Но… что если Майк сожжёт кого-то? Невинных людей. Они заплатят жизнями за мою жалость. А парень станет убийцей. Каково ему самому будет тогда? Какое – меньшее из двух зол? Майк будет страдать так и так. Но в первом случае – страдать будет он один».

– Чёрт, – Джейк открыл глаза и посмотрел на Сайруса, – И как, часто тебе приходится принимать подобные решения?

– Регулярно.

– Я б тоже захотел замёрзнуть, – а ещё ему очень хотелось оказаться в каком-то другом месте.

– И? – Гвин неумолимо ждал его решения.

– Ты был прав: мы не можем отпустить его.

Гвин всё ещё ждал.

– Я… не могу.

Сайрус кивнул. А потом сказал:

– Если тебе от этого легче… я бы всё равно не отпустил его.

– Правда? – Джейк не верил своим ушам.

– Нет. Да.

Глядя на его возмущение, Сайрус добавил:

– Всё, отвали, Джейк. Сеанс психотерапии закончен. Возвращаемся к работе, – и вышел из комнаты.

Джейку хотелось его стукнуть. Или обнять. Не понятно, что больше.

Когда они вернулись в допросную, Майк, понуро сидевший, взглянул на них. Ждал, что они скажут. Решить Джейку было непросто, а уж сделать…

Сайрус взял это на себя:

– Майкл. Тебе придется остаться у нас. Под присмотром специалистов ФАРН.

– То есть… – его голос дрогнул, – вы отправляете меня в тюрьму?

Джейку показалось, или Гвин вздохнул?

– Нет. Не совсем. Твои способности исследуют и решат, насколько ты опасен для общества.

– То есть, вы запрете меня и будете ковыряться в моей голове?! – Майк вскочил, озираясь то на Гвина, то на Джейка: – А если решат, что я опасен – я всю жизнь проведу в ваших застенках?!

Джейку нечего было возразить. И… он уже не был так уверен в решении, которое принял несколько минут назад.

– Нет! Я не хочу!!!

Атмосфера ощутимо накалилась. В прямом смысле. Даже Джейк своим жаростойким телом чувствовал, что воздух стал горячим. Вопрос времени, когда в комнате что-то вспыхнет. Недолгого времени.

Джейк ощутил движение воздуха позади себя и обернулся: в комнату вошла женщина, высокая, с длинными русыми волосами. Моментально оценив обстановку, она выплеснула на Майка не пойми откуда взявшуюся у неё флягу с жидкостью, похожей на воду. И вода эта вела себя очень странно: вместо того, чтобы стечь с лица и плеч парня, она обволокла его целиком, как скафандр – за исключением лица, чтобы мальчик мог дышать.

Выдохнул и Джейк. И уставился на женщину. Она взглянула на него:

– Это немного его остудит – ничего больше. Ты хотел меня видеть? – она повернулась к Сайрусу.

Тот кивнул. Вода, облекавшая Майкла, так же внезапно и быстро стекла с него и куда-то исчезла. Дверь снова распахнулась, и вошли несколько человек в защитных костюмах.

– Могли бы предупредить, что у вас тут пирокинетик, – бросил один из них Гвину. Они забрали Майка. Несмотря на его фокусы, на душе у Джейка было очень мерзко.

– Присмотришь за парнем, Флоренс? Нам же доступ в лаборатории, считай, закрыт.

Впервые Джейк слышал просящие интонации в голосе Гвина, и взгляд Сайруса подтверждал просьбу.

Та, которую он назвал Флоренс, понимающе кивнула:

– Сделаю всё, что смогу. Ты за этим звал меня?

– Не только. Разреши представить Джейка Саттона, частного детектива. Джейк, это доктор Флоренс Вейл, наш медэксперт.

«Ничего так медэксперт, – подумал Джейк, – красивый». Глаза сине-зеленые, длинные волнистые волосы собраны в хвост. Фигуру он не успел в деталях рассмотреть. А хотелось бы – было, что рассматривать. Но Джейк вовремя остановился – нутром почуял, что такой осмотр будет ему дорого стоить в дальнейшем.

– Эм. Хм. Очень приятно. Рад знакомству, – Джейк протянул руку, и доктор Вейл пожала её – умеренно крепко.

– Огонь. Ваша стихия, – сказала она. И это не было вопросом.

– Стихия Флоренс – вода. Как ты, наверное, уже понял, – пояснил Сайрус.

Джейк подумал, что это странное совпадение: они работают вместе, а теперь Гвин и его притащил: Лёд, Пламя и Вода. Будет кто-то ещё?

Не проявив особого интереса к Джейку, Флоренс обернулась к Сайрусу:

– Если я больше не нужна, я пойду – много дел.

Гвин кивнул:

– Да, конечно. Спасибо, что зашла. И за помощь.

– Всегда пожалуйста, – доктор Вейл улыбнулась и вышла.

Джейк проводил её взглядом, а потом атаковал Гвина:

– И что всё это значит?! Я у тебя не первый?

Сайрус не дрогнул:

– Как видишь. Хотелось бы, чтобы вы с Флоренс познакомились поближе. Но, в другой раз.

– Да и мне хотелось бы, – тихо и чуть нахмурившись, сказал Джейк. – Она, правда, присмотрит за Майком?

– Насколько возможно. Её иногда привлекают для обследований… особых людей.

– Таких, как мы?

– Таких, как Майкл Джонс.

– Можно я навещу его? – Джейк сам не знал, зачем ему это – но чувствовал, что нужно.

– Посещения задержанных и заключенных разрешены – если те вменяемо себя ведут. Если обратишься с запросом в изолятор – тебе, скорее всего, выпишут пропуск. Ну и если ты станешь агентом ФАРН – с этим вовсе не должно быть проблем.

– Если стану.

Сайрус кивнул.

– Идем. Устрою тебе маленькую экскурсию до своего офиса. Там и поговорим.

Глава 5. Снеговик

Они долго шли по коридорам, поднимались по ступенькам, потом спускались и снова поднялись – пока Джейк не перестал ориентироваться во всех этих коридорах и лестницах, и на каком этаже находится. Иногда они встречали всё таких же, костюмами похожих на клерков, мужчин и женщин – видимо, тоже агентов ФАРН. Пройдя мимо одной такой группки, Джейк расслышал насмешливый полушепот: «Интересно, кого это Снеговик притащил?» Вот как, «Снеговик»? Пожалуй, в самую точку. Но почему-то говоривший вызвал у Джейка неприязнь. Интересно, Гвин знает, что его так зовут? Джейк взглянул на строго причесанный черноволосый затылок, воротничок белой рубашки, безупречный серый пиджак, который Гвин надел вместо куртки прежде, чем войти в здание ФАРН.

Сайрус обернулся, почувствовав взгляд. Не понятно, чего было в его глазах больше – грусти или усмешки – когда он произнёс, словно в ответ на мысли Джейка:

– «Снеговик» лучше, чем «Ледяной король» или «Айсберг». Хотя последнее, на мой взгляд, самое точное.

– Я бы на твоем месте чихал на то, как меня называют. Особенно за глаза. Хм, мне тоже как-то дали прозвище, – Джейк усмехнулся, – Но я не то, чтобы возражал. Не знаю уж, от фамилии оно или от чего.

– И как же тебя называли?

Усмешка Джейка стала шире:

– Сатана.

Гвин хмыкнул.

Джейк положил ладонь ему на плечо:

– Теперь ты знаешь, с кем имеешь дело.

– Я понял это в тот момент, когда увидел тебя.

– Сайрус?

Джейк обернулся: перед ними в коридоре стояла женщина, высокая, с тёмными прямыми волосами ниже плеч, одетая в стандартный для агентов костюм: серый пиджак и юбка чуть выше колен. Красивая, и чем-то похожа на доктора Вейл. Но, в отличие от последней, с этой женщиной Джейку не хотелось знакомиться ближе – может, стервой она и не была, но обитала где-то на грани. Хотя на Гвина она смотрела мягко и растерянно.

– Давно не виделись.

И в голосе – сдерживаемое волнение, которое она попыталась скрыть улыбкой.

Джейк взглянул на Гвина: тот, казалось, совсем заледенел – лицо белое и неподвижное. Непонятно даже, дышит ли.

– Понимаю, ты не рад меня видеть, – незнакомка вздохнула, улыбка её стала горькой. Она повернулась к Джейку:

– А вы – его новый напарник?

– Можно и так сказать, – ответил тот, протягивая ей руку. – Джейк Саттон.

О том, что он частный детектив, а не агент, Джейк решил не упоминать. В этот момент ему хотелось быть на стороне Гвина.

– Агент Хелен Макнил, отдел расследования убийств, – она пожала его руку и вновь взглянула на Гвина:

– Ты теперь ведёшь паранормальные дела?

Сайрус кивнул. Казалось, он немного оттаял – лицо перестало быть похожим на мрамор.

– Ясно. Что ж, была рада повидаться. Удачи тебе! – агент Макнил прошла мимо них, когда Гвин, всё же, произнёс ей вслед:

– И тебе тоже.

Хелен остановилась и оглянулась. Гвин смотрел на неё. Она кивнула, чуть улыбнувшись. После чего, стуча каблуками, удалилась по своим делам.

– Не знаю, что между вами произошло… но как-то ты… хм, не очень вежлив с ней, – Джейк понимал, что лезет не в свое дело, но не удержался.

На его удивление, Гвин не стал возражать:

– Так будет лучше.

– Для кого?

– Для неё, – и, помолчав, добавил: – И для меня тоже.

– Почему?

– Это долгая история, – Сайрус нахмурился и какое-то время размышлял. – Как-нибудь… в другой раз расскажу.

Джейк не стал настаивать: понял, что эта тема непростая и болезненная.

Офис Гвина оказался небольшой комнатой с тремя рабочими местами: столы, кресла-вертушки, стеллажи с папками и прочее канцелярское барахло. Но большей частью всё это пустовало. И только на одном столе наблюдались признаки жизни в виде ноутбука, блокнота, нескольких папок-дел и чашки.

– Как-то тут… уныло, – Джейка не особо прельщала перспектива проводить время в подобной «конуре».

Гвин пожал плечами:

– Обычный офис. Но свое рабочее место можешь обставить по своему вкусу, – он сел и, взглянув на Джейка, добавил:

– Только без постеров полуголых женщин.

– Пф-ф. Зачем мне женщины на картинках? Предпочитаю во плоти, – Джейк присел на соседний стол, вытянув ноги. – Но у тебя, как я смотрю, даже фотографий котиков нет. Или любимых родственников. У тебя есть семья?

Сайрус поднял голову и некоторое время молча смотрел на Джейка.

– Что, я спросил что-то не то?

Гвин вздохнул.

– Просто задумался. Есть отец. И мачеха. Но не уверен, что они считают меня своей семьей. Особенно она. Теперь мы редко видимся, – уголок его губ едва дрогнул. – Мой жизненный выбор разочаровал отца. И я… не самый удобный сын для него. Но другого сына у него нет.

– Да ла-адно. Тебе хотя бы есть, кого разочаровывать. Я вот даже не знаю, откуда я такой взялся.

– Может быть, это к счастью. Ты никому ничего не должен.

– Угу. Как перекати-поле, – Джейк разглядывал носки своих ботинок.

– Ты совсем не помнишь свою семью? Детство?

Джейк посмотрел на Сайруса: тот внимательно ждал ответа.

– Только приют. Я там с младенчества.

– А что записано в документах? В регистрационной книге?

– Я её видел, что ли? Воспитанникам её не показывают. Знаю только, что меня принесли в приют после пожара. И, вроде как, из моей семьи никто не уцелел, – Джейк отвел взгляд: это была его больная тема. Семья, прошлое. Тот пожар. Не он ли его виновник? И если так – не сжёг ли он кого-то? От этой мысли ему становилось не по себе. Мягко выражаясь.

– Это совсем не обязательно.

Джейк поднял голову и взглянул на Гвина.

– Что ты кого-то сжёг. Да, ты мог быть причиной пожара. Но и это не факт. Поджечь мог кто-то из твоих родителей. Ведь один из них – сам Огонь, а второй – тот, кто его любит.

Об этом Джейк не подумал. Почему-то. Вернее, понятно, почему: он считал, что ему откуда-то привалил дар, а не достался в наследство. И уж точно ему не приходило в голову… что его отец, или мать – само пламя. Чёрт, это звучит как бред. Но Гвин в это верит. А на психа он не похож. Хотя… покажите психа, который похож.

– С чего ты взял… всё это? – Джейк развел руками. – «Дитя Стихии». Огонь, лёд… Это ж физика – горение, замерзание…

– Расскажи это пламени в себе, – Гвин усмехнулся. – Не всё можно понять головой, разумом. Во всяком случае, я не такой гений.

– Объясни, как ты это понимаешь.

– Что ж, попробую. Стихии – это основа мироздания. Может быть, не Первооснова, но краеугольные камни. Люди всегда пытались понять и познать мир. Но им легче понять и познать то, что похоже на них самих. Они придают свои черты и формы явлениям природы, наделяют их осознанностью, чувствами, эмоциями. Так возникают антропоморфные сущности. Воплощения стихий, в том числе. Иногда эти сущности обретают плоть, в самом прямом смысле. И все возможности, с ней связанные.

– Звучит… как цитата из мифологии. Ты сам додумался?

Сайрус хмыкнул.

– Помогли немного. Как-то раз мы с отцом были в горах, на лыжном курорте; и поругались из-за того, что я собирался бросить учебу в колледже, куда он меня отправил. Я, хлопнув дверью, ушел из нашего домика, попал в пургу. Тогда моя мать, Ледяная дева, пришла ко мне. И показала, как могла, кто я и что я.

– И как она выглядела?

– Высокая черноволосая женщина, с белой кожей и темно-синими глазами. Как человек – и при этом явно не человек. Трудно объяснить. Как что-то, что пытается быть человеком.

Джейк задумчиво смотрел на Гвина: он явно верит в то, что говорит. Но…

– Тебе не приходило в голову…

– Что мне это всё привиделось в холодном бреду? – Гвин улыбнулся. – Да, приходило. Возможно, я бы так и решил – что это просто галлюцинации. Если бы не реакция отца на мой рассказ. Он не только не был удивлен, поражён или ещё что-то в этом роде – но подтвердил рассказ Ледяной девы об их знакомстве и моём рождении. Мой отец – прагматик до мозга костей. На такие фантазии он в принципе не способен. Да и с чего бы ему поддерживать мой бред? Он со мной и в меньшем редко соглашается. Тогда я стал искать в книгах, изучал мифологию, легенды разных народов. И нашел в них упоминание о детях Стихий. Не в первый раз, и не в последний, воплощенные Стихии сближаются с людьми, вступают с ними в связь – и рождаются дети. Полукровки. Такие, как мы.

– Значит, ты думаешь, кто-то из моих родителей – стихия Огня?

Сайрус кивнул.

Джейк нахмурился.

– Но тогда почему мой огненный родитель не говорил со мной? Как это сделала твоя мать.

Гвин задумался.

– Я не знаю. Возможно, у него есть на это причина, – и, помолчав, продолжил: – Я вот ещё что думаю… этот пожар в приюте… случайно ли начался именно тогда, когда ты туда отправился?

Видя выражение лица Джейка, Гвин закатил глаза.

– Нет. Я уже сказал, что не считаю тебя виновным. Я хочу лишь узнать, совпадение ли это? То, что у Майкла возникло это желание именно сейчас. И этот голос… если он действительно имел место быть.

– Голос. Уж не думаешь ли ты?.. Что это голос… что это Огонь говорил с ним?

Сайрус пожал плечами.

– Тогда почему с ним? Почему не со мной? Зачем втягивать в это парнишку?!

– У меня нет ответов на эти вопросы.

– Они, скорее, риторические, – нахмурившись, буркнул Джейкоб.

– А-а. Что ж. Давай ещё покопаемся в этом деле. Может, что узнаем. Надо ещё раз расспросить мальчика.

– Если он будет с нами говорить.

– Постараемся, чтобы заговорил, – Гвин снял очки и, закрыв глаза, потер переносицу. – Ладно. Думаю, у тебя и так хватает пищи для размышлений. Иди домой, Джейк. А завтра утром приходи. Я выпишу на тебя пропуск.

Джейк молча кивнул. Ему, и правда, было, о чём подумать. Но, что странно – не хотелось это делать в одиночестве. Не хотелось уходить. И вот об этом тоже стоило поразмыслить. Потому он отлепил себя от стола, на котором сидел, и направился к двери. И уже в дверях, обернувшись, спросил:

– Тогда до завтра?

Гвин кивнул.

– Буду ждать тебя здесь в девять утра.

Джейк скривился:

– Прям как на работу.

– Так и есть, – Сайрус надел очки и со строгим видом посмотрел на Джейка. – Не опаздывай.

Ухмыльнувшись, Джейк «взял под козырек»:

– Слушаюсь, босс, – и закрыл за собой дверь.

Немного заплутав в коридорах ФАРН, он таки нашёл выход. И понадеялся, что и завтра найдет офис Гвина без проблем.

Казалось, солнце решило напомнить людям, что оно есть, и проглянуло сквозь облака – вечер обещал быть тихим и тёплым. Но Джеку почему-то стало холодно. Прожив этот день бок о бок с Гвином, он быстро привык ощущать кого-то рядом – того, кто принимал его всерьёз. Таким, какой он есть. Что озадачивало Джейка и беспокоило. Они едва знакомы, но за это время он из «подозреваемого и преследуемого» – каким он себя считал – стал почти напарником. И что было особым поводом для беспокойства – то, что он сам воспринимал, готов был принять это как должное. А ведь это ненормально: охотник и добыча не бывают друзьями. Гвин сказал: «я не враг» и что Джейк сам «охотник». Может быть, в этом причина? Гвин считал Джейка союзником – таким же, как он сам, похожим на себя. Хотя на первый взгляд они были прямо-таки антиподами. Эту загадку Джейку хотелось разгадать. Равно как и загадку Майкла Джонса; и своего собственного происхождения. А ещё… ещё он был бы не прочь пообщаться с Флоренс Вейл. Хотя он старался о ней не думать. Но, вот чёрт – уже думает.

Джейку захотелось выгнать все эти мысли из своей головы хоть ненадолго. Ему нужен был тайм-аут – чтобы пыль в мозгах осела, и он снова мог видеть ясно. Потому он решил зайти в паб – выпить пару кружечек. Делать это дома Джейк не любил: пить в одиночестве – верный путь к алкоголизму. Да и запасы спиртного он не держал, по причине их горючести. Вот потому он зашёл в паб, сел за стойку и заказал себе пиво и гренки. Выпил, не спеша, и заказал ещё. Так и провёл остаток вечера, медленно потягивая напитки и почти медитативно созерцая окружающий мир. Что, вообще-то, было для него не свойственно – «медитировать» под воздействием алкоголя. Обычно в таком состоянии поводы подраться находили его сами. И огонь внутри него, получив изрядное количество топлива, требовал выхода. Но не сейчас. Словно незримое присутствие Гвина охлаждало его голову – стоило лишь его белолицему и льдисто-голубоглазому образу всплыть в памяти. Странно, но это «вторжение» не раздражало Джейка. Гвин, и правда, вторгся в его жизнь, перевернул её с ног на голову – но при этом сделал её несколько более осознанной. И, похоже, это как раз то, что ему, Джейку, нужно. По крайней мере, здесь и сейчас.

Рассчитавшись, Джейк вышел из паба. «Хм. И не напился, и не подрался – меняюсь прямо на глазах, – он усмехнулся. – Впрочем, завтра на работу. Что ж, поживем – увидим».

Вернувшись домой, он завалился на диван и почти сразу заснул.

Глава 6. «Детка, ты забыл принять таблетки?»

Мир вокруг – весь в голубом и зелёном. Весеннее солнце – ласковое и нежное, не жжёт – лишь согревает. Окутанный его сиянием, Олле счастливо щурится – он рад, что всё-таки вышел наружу, вопреки всем страхам. Улица пустынна: утро позднее, люди на работе. Это радует Олле – меньше глазеют на него, на его белые волосы и кожу. А глаза, прозрачно-красные, он прячет. Олле старается быть незаметным: натягивает капюшон толстовки и склоняет голову, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Меньше внимания к нему – меньше проблем.

Вспышка мрака в глазах. Олле замирает. Мир распадается на фракталы: каждый предмет – множество микроподобий самого себя. Кажется, цвета исчезли – но нет, их слишком много, глаз не может их воспринять, но мозг как-то воспринимает. Олле зажмуривается, пытаясь отгородиться от этого изобилия и мельтешения. Но внутри его головы ещё хуже: он чувствует страх и боль, слышит безмолвный крик.

«Нет! Я не хочу! Замолчите!» – Олле зажимает уши руками, как будто это может заглушить крик, звенящий в голове.

Мироздание замыкается на нём, втягивается в него словно в бездну.

«Нет, не надо! Не надо так! Я не хочу!» – Олле опускается на асфальт, сжавшись в комок.

На его плечо ложится чья-то рука, и Олле заставляет себя открыть глаза и взглянуть: над ним склонился мужчина, незнакомец в очках с тонкой оправой. Но, что странно – его облик не вибрирует, как всё вокруг: он чёток и ясен. Особенно его глаза – ярко-голубые, пронзительные, смотрят внимательно и обеспокоенно:

– Что с тобой? Могу я чем-то помочь?

У Олле нет сил, чтобы ответить. Тогда незнакомец помогает ему подняться, сажает в свою машину и куда-то везёт. Олле всё равно, куда. Ему важно лишь то, что кошмар его отпускает. Мир вокруг обретает покой и ясность.

– Тебе лучше? – мужчина смотрит на него в зеркало заднего вида.

Олле кивает.

– Как тебя зовут? – голос звучит почти бесстрастно, но взгляд голубых глаз мягок и заботлив.

Олле думает, стоит ли отвечать. Стоит ли говорить правду. И молчит.

– Меня зовут Сайрус. Сайрус Гвин.

Олле нравится имя.

– Отвезти тебя домой?

Он качает головой: ни к чему сообщать, где он живёт.

– Тогда давай в больницу? Мне кажется, тебе нужен врач.

Ну уж нет. Олле машет руками, готовый выскочить из машины на ходу: лабораторной мышью он не будет.

Гвин хмурится:

– Но у тебя явно был приступ. Тебе нужна помощь.

Олле держится за дверцу машины, всем видом показывая, что хочет выйти.

– Подожди. Я сейчас припаркуюсь. Не убегай. Я не причиню тебе зла. И не буду ни к чему принуждать.

Машина въезжает на стоянку рядом с городским сквером, останавливается. Олле тут же выскакивает из неё. Но не убегает. Ему уже не страшно. Скорее, интересно.

Мужчина вылезает из машины и подходит к нему:

– Прогуляемся немного? Я бы хотел поговорить с тобой, если ты не возражаешь.

Олле не возражает. Они идут в сквер. Гвин смотрит на ларек с мороженым. Едва заметно улыбается. Олле нравится его улыбка: словно зимнее солнце глянуло из облаков.

– Хочешь мороженого? – теперь Сайрус улыбается по-настоящему. Хмыкает:

– Представляю, что сказал бы мой напарник по поводу того, что я угощаю молодых людей в парке. Ну так как?

Олле улыбается в ответ и кивает.

Гвин спрашивает, какое ему мороженое. Олле пожимает плечами. Тогда Гвин выбирает сам и протягивает ему рожок с четырьмя разноцветными шариками, а другой такой же берет себе.

Они садятся на скамейку. Гвин вытягивает свои длинные ноги и наконец-то перестает возвышаться над Олле – сидя, разница в росте не так уж велика. Какое-то время они молча едят мороженое. Гвин хмыкает:

– Отличное утро, чтобы опоздать на работу.

– А кем ты работаешь? – спрашивает Олле, прежде чем вспоминает, что решил молчать.

Глядя на его сконфуженное лицо, Сайрус смеётся:

– Я знал, что ты умеешь говорить. Просто ждал, когда ты сделаешь это сам.

Как ни странно, Олле теперь легче – он позволяет себе перевести дух и расслабиться:

– Ну-у… да-а. Молчать бывает безопаснее.

– Бывает, – Гвин согласно кивает. – Но не всегда.

А потом добавляет серьезно:

– Я думаю… я могу помочь тебе. Я бы очень того хотел. Правда.

Олле хочется ему верить. Но он не знает, что может и хочет рассказать о себе. Потому лишь вздыхает и опускает голову.

– Тебе не нужно выкладывать всё здесь и сейчас. Я… – Сайрус достает из бумажника визитку. – Просто возьми мою карточку. И позвони, когда захочешь или нужна помощь. Хорошо?

Олле кивает. Он чувствует, что этот черноволосый голубоглазый человек с тихим спокойным голосом и почти такой же белой кожей, как и у него самого, не причинит ему вреда. Наоборот – рядом с ним спокойно. Удивительно спокойно.

Глава 7. Под надзором

Когда Джейк снова открыл глаза, было уже светло. Часы показывали… восемь!!! А в девять Гвин будет ждать его в офисе ФАРН!

Джейк вскочил, достал из шкафа чистую одежду, попутно скидывая с себя вчерашнюю, и поскакал в ванную – мыться-бриться. Через десять минут, уже умытый и одетый, проверил, всё ли выключено в квартире – и выскочил за дверь. На углу купил кофе и булочку, перекусил на ходу, по дороге к метро. И без пяти девять добрался до комплекса ФАРН.

Пропустили его без проблем – Гвин не подвел и заказал пропуск. И даже офис Гвина Джейк нашел без труда, почти. Постучал. Никто не ответил. «Сам опаздывает, что ли? На него не похоже».

Телефон в кармане Джейка завибрировал: пришло сообщение. Как оказалось – от Гвина: «Задерживаюсь. Зайди к Флоренс – она ждет. 2 этаж, направо от центрального входа. Спроси охрану, если что: блок судмедэкспертизы, доктор Флоренс Вейл».

«Ох-ты. Надеюсь, я нормально выгляжу? – Джейк заозирался в поисках хоть какой отражающей поверхности и расчесал волосы пятерней. – Ладно, хотя бы в чистой одежде. Вообще, Джейк, что ты паришься: она – явно не твой уровень».

Не успел он отойти от двери офиса Гвина, как его остановил мужчина в стандартном для ФАРН костюме:

– Джейкоб Саттон? – голос звучал предельно безэмоционально.

– Э-э, да.

– Пожалуйста, пройдемте со мной.

– Только после того, как узнаю, с кем именно и куда?

Мужчина достал удостоверение из внутреннего кармана пиджака:

– Агент Смитсон. Вас хочет видеть заместитель директора Фрост.

«Вот так-так. Что бы это значило? – Джейк шагал следом за агентом. – Гвин не предупреждал меня. Возможно, он и не знает. Смску бы кинуть ему, спросить».

Джейк покосился на Смитсона – тот молча вёл его по коридорам, глядя перед собой. Джейк достал телефон и набрал сообщение: «Меня вызвали к какому-то Фросту. Иду». Через несколько мгновений пришел ответ: «Зам директора Элизабет Фрост. Будь осторожен. Болтай поменьше». И следом ещё одно сообщение: «Хочет узнать, кто ты и что ты. Умная, опытная. Взвешивай каждое слово».

Смитсон открыл перед ним дверь кабинета, но сам не вошёл.

– Мистер Саттон. Спасибо, что пришли.

За столом в противоположном конце небольшой комнаты сидела женщина лет за пятьдесят: прямые светло-русые волосы коротко, но стильно подстрижены; стандартный для агентов строгий классический костюм. Женщина поднялась, вышла из-за стола и сделала шаг навстречу Джейку.

– Меня зовут Элизабет Фрост. Я заместитель директора. А вы, как я понимаю, наш новый стажёр?

Говорила она спокойным негромким голосом, не лишенным нотки доброжелательности, глядя Джейку в глаза.

– М-м, да. Можно и так сказать, – Джейк старался вести себя соответственно: спокойно-уверенно-дружелюбно.

– Звучит не очень уверенно. У вас есть какие-то сомнения?

«Угу. Не превращусь ли я из стажёра в обвиняемого? Так, Джейк, такие мысли не должны отражаться на твоем лице. Возьми себя в руки».

– Да так, знаете, обычные сомнения новичка, – Джейк чуть улыбнулся.

– Но что-то же привело вас в ФАРН? Да, присаживайтесь, пожалуйста – она указала рукой на стул, стоящий перед ее столом, а сама вернулась в свое кресло.

– Агент Гвин предложил мне стать его напарником, – Джейк подумал, что уж это он может сказать. Как и любую другую информацию, наверняка известную ей самой. Он сел на стул и повернулся к ней, изображая вежливый интерес.

– Что же его привлекло в вас? – зам директора смотрела на него, чуть склонив голову на бок. – Мне казалось, что Гвин – одиночка. Бывший снайпер. Такой «одинокий рейнджер».

– Даже одиночкам бывают нужны напарники.

– Для этого он должен вам доверять. Вы давно знакомы?

– Без году неделя. Но, наверное, его удовлетворили мои профессиональные навыки.

– Почему вы приняли его предложение?

Джейк задумался. По какой причине люди вообще идут служить в ФАРН?

– Захотелось ловить более серьезных преступников, чем неверных мужей и похитителей собачек.

– Агент Гвин занимается… очень необычными делами. Да и сам он… необычный.

«Что она знает о тебе, Гвин? Что? Знает ли, кто ты? И кто я? Лучше не говорить лишнего, в любом случае».

Джейк пожал плечами.

– Мне он показался нормальным парнем. Внушающим доверие. Я не настолько хорошо его знаю, чтобы судить глубже.

– Значит, такого рода дела и люди вас не смущают?

– Нет. Скорее, интригуют.

– Что ж. Если Сайрус выбрал вас в качестве напарника – не вижу причин препятствовать этому. Работайте.

Джейк встал: «Мэм», – развернулся и направился к двери.

– Вот как? Снеговик не боится растаять? – сказано было на грани слышимости – себе или ему? Притвориться, что ничего не услышал, означало, что он боится затрагивать эту тему.

Джейк обернулся, как ни в чём не бывало:

– Вы что-то сказали?

Элизабет Фрост чуть улыбнулась:

– Нет, ничего. Вы свободны, Джейк.

И, едва он снова сделал шаг к двери, добавила:

– В рамках закона.

На этот раз он не стал оборачиваться – молча вышел и закрыл за собой дверь.

Агент Смитсон стоял в коридоре – наверное, ждал там всё это время. Едва взглянув на Джейка, он прошел мимо него в кабинет замдиректора.

«Хозяйка и её комнатная собачка?» – Джейк усмехнулся про себя. Хотя вообще ему было не до смеха. Не сунул ли он голову в пасть крокодила? Кто такая эта Фрост? Каково её влияние в ФАРН и на работу Гвина? Конечно, странно было бы ожидать, что над ними не будет начальников. Но – начальник начальнику рознь. «Ладно. Поживем – увидим. В случае чего можно просто дать дёру. Надеюсь, ещё не поздно».

Поплутав по коридорам, Джейк нашел-таки лабораторию судмедэкспертизы и кабинет Флоренс Вейл. Чуть помедлив, вздохнул – и постучал.

– Входите.

– Доброе утро, – Джейк вошёл, аккуратно закрыв за собой дверь.

Доктор Вейл стояла, склонившись к микроскопу, и лишь через несколько мгновений подняла задумчивый взгляд на Джейка. Моргнула, переключив внимание на человека перед ней.

– Доброе утро, мистер Саттон. Проходите, пожалуйста.

Флоренс была немного ниже его ростом и потому смотрела на Джейка, чуть вскинув голову. Хотя, возможно, она смотрела так на всех и всегда.

– Гвин сказал зайти к вам. И… просто Джейк, если не возражаете.

Она улыбнулась:

– Не возражаю. Меня тоже можете называть по имени.

«Отчего ж не называть? Мне нравится ваше имя. И запах ваших духов – тоже. И-и… не только…» – Джейк молча кивнул, чувствуя, как кровь приливает к лицу, и стараясь это остановить.

Помощь нежданно пришла извне:

– Я видела Майкла Джонса. Гвин просил узнать про него.

Подействовало почти как холодный душ.

– И как он?

– Уныло. Как может чувствовать себя подросток, когда его вырвали из привычной среды и поместили в полу больничные полу тюремные условия?

Флоренс присела на краешек стола и взглянула на Джейка с видом заботливой матери:

– Поговорите с ним.

Джейкоб нахмурился:

– Не думаю, что он захочет видеть меня. Одного из тех, кто отправил его туда.

– Это только первая реакция. А потом он будет рад любому, кому не безразлична его судьба и он сам.

– С чего вы взяли, что мне не всё равно? – Джейк и сам пытался ответить на этот вопрос.

– Я видела ваше лицо, когда его забирали.

Лишь взглянув на неё, Джейк отвернулся: кажется, Флоренс считает его лучше, чем он есть.

– Но я… не умею успокаивать. И подбадривать. Может, у Гвина получится?

Флоренс покачала головой:

– Сайрус – хороший человек, но он… не мастер общения.

– А я – мастер? – Джейк таки посмотрел на неё.

– Вы более живой… и непосредственный.

– Ага, кого угодно могу вывести из себя, – буркнул Джейк.

Она улыбнулась:

– Всё так. Но иногда именно это и нужно. Это то, что нужно Гвину. И то, что нужно сейчас Майку – вывести его из «кокона», которым он отгородился от мира. Вы должны поговорить с ним, Джейк – не Гвин. Вы сможете.

Конечно, Джейк хотел помочь парню. Он чувствовал себя виноватым в том, что случилось с Майклом. Хоть тресни, но Джейк не воспринимал его как опасного поджигателя. Он же пацан, совсем ещё мальчишка. Хотя в приюте взрослеют быстро.

– Как… мне попасть к нему?

Флоренс задумалась.

– У вас же гостевой пропуск?

Джейк кивнул.

– Идемте, – доктор Вейл решительно направилась к дверям.

И снова коридоры, коридоры. Казалось, здание ФАРН сплошь состояло из коридоров. «Специально они, что ли, так строили – чтобы ты терялся и чувствовал себя маленьким и ничтожным?» – думал Джейк, шагая за Флоренс. Впрочем, она явно не чувствовала себя потерянной – уверенно шла и вела Джейка за собой, периодически оглядываясь на него. Ему надоело быть ведомым: он нагнал Флоренс и шел теперь рядом с ней.

– Вы привыкнете, Джейк. На самом деле, здесь все логично устроено.

– Вы читаете мои мысли? – Джейк изобразил шутливое опасение, хотя встревожился всерьез.

Доктор Вейл улыбнулась:

– Я бы так не сказала. Но мне кажется, между детьми стихий существует… своего рода понимание. Хотя… может быть, не всегда, и не со всеми. Или это обычная человеческая эмпатия.

Джейк облегченно выдохнул.

– Но разве это плохо: найти человека, который понимает и чувствует тебя? – Флоренс остановилась, и Джейку пришлось остановиться следом. Сине-зеленые глаза смотрели на него, в них плескалось море – печальное и одинокое. Взмах ресниц – и взгляд Флоренс вновь стал спокойным и внимательным – почти как у Гвина.

– Нет, неплохо, – Джейк отвернулся, уже скучая поэтому морю. – Но бывает ли?

– Вы не романтик, – мягко сказала Флоренс.

– Угу. Я прожженный циник.

– Циничный повелитель огня. Это пугает, – но её в голосе звучал не страх, а улыбка. И, пока Джейк задумался, что бы ответить, она добавила:

– Мы пришли.

Доктор Вейл приложила ладонь к датчику возле дверей, лучи просканировали ее лицо. После чего она обратилась к Джейку:

– Дайте, пожалуйста, ваш пропуск.

Получив карточку, она вставила ее в прорезь терминала. Несколько секунд ожидания – и двери открылись.

Джейк хмыкнул:

– Вот так просто?

– Совсем не просто, – парировала Флоренс, возвращая ему пропуск. – Мой уровень допуска позволяет приводить с собой посетителя, но не любого. Как оказалось, вас – могу. Идемте.

Внутри изолятора их пропуска ещё раз проверили на посту охраны, и Флоренс объяснила двум здоровякам, к кому они идут и по какому делу. Охранник цепко оглядел Джейка, после чего вызвал конвойного.

И снова коридоры. У нужной двери конвоир остановился.

– Я подожду вас здесь, – тихо сказала Флоренс. Подумав мгновенье, Джейк согласился.

Глава 8. Родственные души

– К тебе посетитель, – охранник пропустил Джейка внутрь камеры и закрыл за ним дверь.

Майк лежал на кровати, согнув ноги в коленях и глядя в потолок. Едва взглянув на вошедшего и увидев, что это Джейк, он вернулся к прежнему занятию, старательно изображая равнодушие и безразличие. Но губы его чуть сжались, а взгляд стал напряженным и злым.

Джейк оглядел камеру: метров семь квадратных, голые бетонные стены, окон нет. Свет дает лампа на потолке, в углублении и за решеткой. Железная кровать с матрасом, одеялом и подушкой, привинченная к полу. В углу – раковина и рядом, за металлической ширмой высотой в половину человеческого роста, – унитаз.

Джейк вздохнул: весёленький интерьер, ничего не скажешь. Но сказать что-то надо.

– Как ты?

Майк на мгновение взглянул на него, фыркнул и снова отвернулся.

– Я понимаю. Но… какого чёрта ты устроил пожар?! А теперь недоволен, что тебя за это посадили.

– А что, я должен быть доволен?! – он зло смотрел на Джейка.

– Не должен! Но какого чёрта ты поджег архив?!

Парень молчал и хмурился. А потом лицо его дрогнуло, он спрятал его в подушку и с приглушенным всхлипом сказал:

– Отвали.

Джейк закусил губу. «Да блин… не умею я. Какого хрена она сказала, что это я должен поговорить с ним? Что мне ему сказать?!»

Он подошел и присел на край кровати.

– Что они тебе сказали? Предъявили обвинение? Суд будет?

Какое-то время Майк молчал. Потом, не оборачиваясь, заговорил:

– Приходил какой-то тип. Заявил, что я – социально опасный элемент и меня нужно держать под надзором. И что, если я хочу, чтобы мое пребывание здесь было комфортным, я должен вести себя хорошо и сотрудничать с ними.

Теперь была очередь Джейка хмуриться:

– В чём же заключается это сотрудничество?

Парень пожал плечами.

– Ясно. Но знаешь, что? Ты лучше не нарывайся. И сотрудничай, как можешь. А я… я тоже сделаю, что смогу.

Майк обернулся и теперь смотрел на Джейка покрасневшими глазами.

– Ну… я ничего не обещаю. Пока. Я не знаю, что в моих силах. Врать не буду.

Парнишка вздохнул, казалось, с некоторым облегчением. И уселся на кровати.

– Расскажи мне о себе, – попросил Джейк. – Мне нужно знать как можно больше.

Майк пожал плечами:

– Да я уже всё рассказал, вроде. Чего ещё рассказать-то? – он смотрел на Джейка в ожидании вопросов.

– Ты совсем не помнишь свою семью?

Он уставился перед собой, насупился. И некоторое время молчал.

– Я почти не помню их лиц, родителей. Не узнал бы, если б увидел сейчас. Отец был хмурым и серьезным. И вечно занятым. А мама… она была странной, как я теперь понимаю. То ласковой, то вспыльчивой. А то сидела, замерев, глядя в никуда. А потом… был пожар.

– Пожар?!

– Да. И мама вела себя странно – она скакала, как сумасшедшая, и даже не собиралась тушить огонь. А отец… кажется, он просто сбежал.

Странное совпадение? Единственное, что Джейк помнил о своей жизни до приюта – он попал в него после пожара.

Майк, заметив его реакцию, смотрел с некоторым удивлением. И Джейк решил объяснить:

– Меня тоже отдали в приют после пожара. Я был ещё младенцем и не помню ничего. Но попал я в тот же приют, что и ты.

Майк глядел на него молча, приоткрыв рот и почти не моргая.

«Стоит ли говорить ему, что я управляюсь с огнем ещё более лихо, чем он? Нет. Пожалуй, не стоит. Он проговорится, и меня тоже возьмут в оборот. Это не в моих интересах. И не в интересах Гвина. Да, пожалуй, и не в интересах Майка – вряд ли я тогда смогу чем-то помочь».

Казалось, парень заподозрил, что Джейк о чем-то умалчивает – потому что его рот захлопнулся, и глаза чуть сощурились. Но он промолчал.

– Ты не помнишь, где ты жил тогда? Имен своих родителей?

– Мою маму звали Джоанн. А отца… кажется, Пэдди. Фамилию не помню – в приюте мне дали новую.

– С тех пор, как ты здесь… случалось что-нибудь необычное? Твои огненные способности как-то давали о себе знать?

Майк покачал головой.

– А голос… тот, что ты слышал перед поджогом архива… он появлялся вновь?

– Нет.

– Честно?

– Да.

Похоже, парень не врёт.

– Ну и хорошо. А теперь мне нужно всё обдумать. И постараюсь ещё что-то узнать насчет твоего прошлого, настоящего и будущего.

Джейк поднялся с кровати. Майк не сводил с него глаз.

– Не хандри и веди себя хорошо. Я буду навещать тебя. Но если станешь бузить, помочь тебе будет много труднее.

Вздохнув, Майкл кивнул. Джейк хлопнул его по плечу и вышел из камеры.

Пока они шли обратно по коридорам изолятора, Флоренс ни о чем не спрашивала. Но стоило им оказаться в офисной части здания, теперь казавшейся намного более приветливой, доктор Вейл заговорила:

– Удачно?

Джейк пожал плечами:

– Узнал всё, что мог. Парень сам не понимает толком, что произошло. Нужно искать ответы в другом месте.

Флоренс молча смотрела на него. И Джейк взорвался:

– А что ещё я мог сказать?! Что всё будет хорошо?! Для этого мне нужно разобраться в этом деле. Да и какие гарантии, что результат будет в его пользу? Что ему нечего боятся?! Откуда я знаю, что будет с ним дальше?! Я даже не знаю, что будет дальше со мной!

Доктор Вейл не стала спорить. Лишь тихо сказала:

– Да, я понимаю. Простите.

От неожиданности Джейк заморгал и так же тихо ответил:

– Вам не за что извиняться. И…спасибо за помощь.

Доктор Вейл кивнула.

– Если я вам больше не нужна… я вернусь в свою лабораторию.

Джейк закивал и ещё раз сказал: «Спасибо».

Когда он вернулся в офис Гвина, тот уже был на месте – сидел на краешке стола и тут же поднялся навстречу Джейку.

– Как прошло?

Лицо бесстрастное, но в глазах – беспокойство.

– Что именно: разговор с гранд-дамой, визит к Флоренс или посещение Майкла Джонса?

– О, ты и у Майкла был? Всё это, в хронологическом порядке.

– Сначала ты расскажи мне, что за персона – Элизабет Фрост? Что она знает о тебе? И… обо мне?

Сайрус вздохнул и снова уселся на край стола.

– Ничего она не знает. Ничего конкретного. Вернее, на это я надеюсь. Но о чем-то догадывается. У меня напрямую она ничего не спрашивала. Но, конечно, собрала всю возможную информацию. Обо мне и о тебе.

Гвин снял очки и посмотрел на Джейка:

– Я не знаю, что ей известно. Знаю лишь то, что до сих пор она лояльно относилась ко мне. Про тебя я ничего ей не говорил. У меня есть разрешение искать себе напарника; и, если ты решишь работать со мной – начальство должно будет утвердить твою кандидатуру. Так что она сказала?

– Что, если ты выбрал меня, она не видит причин для отказа.

Гвин кивнул.

– Что ещё?

– Спрашивала, почему я решил работать в ФАРН и не смущает ли меня работа с тобой – мол, ты сам и дела твои несколько необычны. И что ты – одиночка. Я сказал, что меня всё устраивает. Но напоследок, когда я уже уходил, она произнесла очень тихо, – Джейк задумался, стараясь вспомнить дословно, – «Надо же? Снеговик не боится растаять?» А когда я переспросил, она сказала: «Нет-нет, ничего».

Гвин сжал губы, и меж бровей его залегла складка. Но через несколько мгновений лицо его вновь стало бесстрастным.

– Как я и предполагал: она что-то знает, но ничего – наверняка. И первый пробный разговор с тобой ей немногое дал, как мне кажется.

– Я выкручивался, как мог. И старался быть естественным. Лишнего, вроде, ничего не сказал. Но где вот тебя черти носили, пока она меня допрашивала?

Гвин нахмурился.

– Я встретил парня. Очень странного.

Джейк хмыкнул:

– Страннее, чем мы с тобой?

– Именно. В самую точку. Как мы – только страннее, – Гвин, задумавшись, смотрел в никуда. – Я не знаю, кто он и что он. Это уже само по себе странно: таких, как мы, я вижу сразу.

– Так. Расскажи по порядку и подробнее, – Джейк пододвинул себе кресло и уселся напротив Гвина.

– Я ехал на работу, когда почувствовал что-то странное. Рябь в воздухе. Словно мироздание содрогнулось. И по спине мурашки. Я огляделся и заметил парня, сидящего на тротуаре, сжавшись в комок – лицо скрыто капюшоном куртки, руки обхватили колени. Я подумал, что ему плохо, и, может быть, нужна помощь. Подошёл, коснулся его плеча. Он посмотрел на меня – красные глаза с белыми ресницами, и такие же белые волосы. На вид – лет девятнадцать. Он явно был не в себе – испуган или в шоке. Я спросил, могу ли я помочь и как. Он промолчал. Я сказал, что отвезу его в больницу, помог встать и усадил в свою машину. Он послушно сел. Сидел тихо и молча. И, казалось, постепенно приходил в себя. Но от предложения отвести его домой или в больницу, отказался и стал дергать дверь, пытаясь выйти. Я сказал ему, чтобы он успокоился – я сейчас остановлю машину и открою двери. Что я и сделал – припарковался у ближайшего сквера. Он выскочил из машины, но не стал убегать, оглянулся на меня. Я сказал, что не нужно бояться – я не собираюсь принуждать его к чему бы то ни было; просто хочу помочь, поговорить. Мы вошли в скверик, я купил нам мороженое… Мне показалось, что это хорошая идея – чтобы он расслабился и перестал воспринимать меня как угрозу, – добавил Гвин, видя выражение лица Джейка. – Он был похож на потерянного ребенка: невысокий, тоненький, и выражение лица такое же растерянное.

Мы сели на скамейку. Я сказал: «Отличное утро, чтобы опоздать на работу». И тогда он спросил, кем я работаю. Это было первое, что он произнес – и тут же смутился от того, что заговорил. Тогда я повторил, что хочу ему помочь. И думаю, что могу. И что ему нет необходимости рассказывать мне всё здесь и сейчас – он может позвонить мне, когда захочет, или когда будет нужна помощь. Я дал ему свою визитку и сделал вид, что ухожу. Но отошёл лишь настолько, чтобы скрыться из виду. Решил понаблюдать за ним, по возможности – узнать, где он живет. Потому что, при всей его кажущейся хрупкости и беззащитности… есть в нём что-то такое… что я не могу понять. Что-то неопределенное, ускользающее – и это меня беспокоит. Это, знаешь… как что-то, что ты видишь боковым зрением, но когда поворачиваешься – то не видишь ничего.

Очень осторожно я наблюдал за ним: он сидел в скверике и ел мороженое; потом пошел в ту сторону, откуда мы приехали – и скрылся в подъезде восьмиэтажного жилого дома. Туда я за ним не пошёл – побоялся, что мы столкнемся в подъезде. Я выждал некоторое время и поехал в офис. – Сайрус взглянул на Джейка. – Что скажешь?

Тот почесал в затылке:

– Чтобы сказать, мне нужно самому его видеть. Но по твоему описанию – да, парнишка занятный. Хотя, может быть, просто обычный чудик.

Гвин пожал плечами:

– Может быть, я ошибаюсь. Но лучше бы это проверить.

– О’кей. Давай займёмся. Но я узнал кое-что и о Майкле Джонсе. Честно, это была идея Флоренс – чтобы я поговорил с ним по душам. Ну… я поговорил. Как мог.

Джейк взглянул на Сайруса исподлобья – тот молча и внимательно слушал.

– Так вот. Майк попал в приют после пожара. А его мать – которую, кстати, зовут Джоанн – похоже, не в себе, и её могли лишить родительских прав, а то и ещё что похуже. Мы можем посмотреть информацию по пожарам двенадцатилетней давности? Поискать похожую семью?

Гвин кивнул, сел за ноутбук и принялся «стучать» по клавиатуре.

Джейк подошёл и заглянул в экран через его плечо. Несколько мгновений спустя пальцы Гвина щелкнули «мышью» в последний раз и замерли. На экране было две фотографии: мальчика лет трех-четырех, светловолосого и сероглазого, и женщины лет за тридцать – светло-медовые волосы и темно-медовые глаза. Не столько красивая, сколько притягательная своей живостью. Но её лицо… Оно не отпускало Джейка, хотя он сам не мог понять, почему. Подписи под фото гласили: Майкл и Джоанн Доэрти.

– Как ты и сказал: после пожара мальчика отправили в приют, а мать… – Гвин замолчал и посмотрел на Джейка странным взглядом. – По данным следствия, это она устроила пожар, в котором чуть не погибли её муж и ребёнок. Источник возгорания находился в их квартире. Джоанн была явно не в себе – то замыкалась, то бормотала что-то вроде «он пришел, он вернулся». Муж её, Патрик Доэрти, заявил, что его жена сумасшедшая и «чуть не спалила» его, и исчез сразу после следствия. Джоанн поместили в психиатрическую клинику, где она и находится до сих пор.

– Мы можем навестить её? – Джейк удивился тому, как звучал его голос: бесцветно и потерянно.

Гвин снова кивнул. Джейка уже не удивляло и не раздражало то, что Гвин понимает его лучше, чем он сам.

Какое-то время они ехали молча: Гвин за рулем, Джейк – на соседнем сидении. И Джейка это молчание устраивало. Но не устраивало Гвина:

– Послушай… не спеши с выводами.

– С какими? – спросил Джейк резче, чем хотелось бы.

Гвин взглянул на него:

– С любыми. Пока у нас нет никаких фактов.

– Не бери в голову. Какими бы эти факты не оказались – я хочу знать, – Джейк сжал челюсти и сделал вид, что наблюдает за дорогой.

Сайрус вздохнул, и до конца поездки больше не произнес ни слова.

Клиника, расположенная в ближайшем пригороде, оказалась четырехэтажным зданием желтоватого цвета, огражденная высоким бетонным забором. На вид – ничего пугающего. Но Джейку входить туда не хотелось. Он боялся, сам не зная, чего. Оказаться там в качестве пациента, возможно. Но он хотел увидеть Джоанн Доэрти. И потому, следом за Гвином, переступил порог.

Пропустили их без лишних вопросов – Джейк начинал ценить удостоверение ФАРН. Медсестра, несколько волнуясь, сопровождала их к нужной палате. Коридоры, опять коридоры – за последние два дня Джейк прошел по ним больше, чем за всю прошлую жизнь.

– В её комнате нет окон – чтобы нельзя было использовать солнечный свет для поджога линзой. Она пыталась. Стеклянных и прозрачных пластиковых предметов с тех пор не даём. И ничего горючего, стараемся. Но гореть-то может почти всё, – сестра прервала свою нервную скороговорку, а потом добавила:

– За всё это время вы первые, кто навещает её.

Гвин очень вежливо спросил:

– Мы можем поговорить с ней наедине? – и, видя, нерешительность медсестры, добавил:

– Если что, сразу позовем вас.

Сестра, вздохнув, кивнула; отперла дверь палаты, впуская посетителей. А потом закрыла ее, оставшись снаружи.

Женщина сидела в углу, на кровати, охватив руками колени и глядя в пол. Теперь ей, должно быть, за пятьдесят. Светлые, с рыжим отливом, волосы уже не походили цветом и блеском на мёд. Скорее, на солому. Джоанн была худой и бледной.

Сайрус шагнул вперед:

– Миссис Доэрти, мы хотели бы поговорить с вами.

Она подняла голову и взглянула на него, а после – на Джейкоба. Вздрогнула. Отпрянула в угол. Потом вскочила и быстро подошла к Джейку – близко, но не вплотную: оставаясь на расстоянии вытянутой руки.

– Не он, – она отшатнулась. И тут же снова приблизилась, вытянув шею, словно присматриваясь. – И он. Он и не он – одновременно.

Голос её был хриплым, как у человека, который давно не говорил.

Она снова уселась в свой угол, подтянув колени к груди.

– Он – кто? – решился спросить Гвин.

Джоанн посмотрела на него, но не ответила. Какое-то время она молчала. А потом произнесла – в ответ на вопрос или нет, не понятно:

– Чудовище.

– Кто? – тихо спросил Гвин, склонившись, чтобы быть ближе к ней.

– Мой сын, – сказала Джоанн еле слышно.

– Майкл вовсе не чудовище, – мягко возразил Сайрус.

– Не он. Другой.

«Другой». Это слово камнем ухнуло в нутро Джейка, как в глубокий колодец. И гулко падало, ударяясь о стенки. Из-за этого он не заметил, как Джоанн снова оказалась рядом с ним и схватила за руку:

– Покажи мне его. Я знаю, ты можешь, – она говорила как одержимая. – Я знаю, он в тебе. Всегда с тобой.

Застыв, Джейкоб смотрел на неё. В её безумные глаза чайно-медового цвета.

– Покажи мне Огонь!

Как завороженный, он протянул вперёд руку, повернув ладонью вверх.

– Нет! – Сайрус оттащил Джоанн, одновременно ударив Джейка по руке.

Женщина пыталась освободиться из цепких объятий Гвина, но без особого рвения.

– Успокойтесь, миссис Доэрти.

– Не называй меня этим именем. Зови Джоанн, – она вздохнула и, снова усевшись на кровать, посмотрела на Джейка, произнесла его имя.

Он не мог больше здесь оставаться. Не мог.

– Подожду тебя… там, – едва взглянув на Гвина, Джейк вышел из комнаты. Но идти дальше был не в силах – привалился спиной к стене рядом с дверью. Которая закрылась за ним неплотно, оставив щель.

И он услышал тихий голос:

– Позаботься о моем сыне, дитя Стужи. Защити от него самого.

Спустя мгновенье Гвин ответил:

– О них обоих. Я постараюсь.

«Черт! Не хочу я этого ни знать, ни слышать!»

Быстрым шагом Джейк направился к выходу из клиники: по коридорам и лестницам. Оказавшись на улице, пошёл к машине Гвина, припаркованной у ворот. Но поравнявшись с ней, остановился лишь на мгновение. А потом бросился бежать, куда глаза глядят. Сначала по дороге, потом свернул в рощицу. За ней оказалась река, на берегу которой он остановился.

«Чудовище. Сын чокнутой пироманки и… – Джейк даже подумать это не мог – настолько похоже на бред. – А Майки… Майки – мой брат? … Я отправил в тюрьму собственного брата?! Вот уж, и правда, чудовище».

Ему казалось, ещё немного – и он сойдет с ума. Вот уж не зря приехал в психушку.

«Огонь. Который во мне. Который всегда во мне. Что ты есть? И что есть я?»

И другой голос внутри него, не похожий на его собственный, ответил: «Ты – это я. Ты – Пламя».

Краем глаза Джейк заметил, что руки его горят. Должно быть, не только они. Он перестал чувствовать тело: ему казалось, что он – пламя, пляшущее по сухим ветвям и стволу дерева.

Какая-то сила бросила его вперед – потеряв опору, он падал. Река встретила его, заключив в водяные объятья, скрыв с головой. На мгновение он ощутил себя в прохладной зеленоватой невесомости – ласковой, успокаивающей.

Мгновение спустя Джейк вынырнул, отфыркиваясь. Встал на ноги. Оказалось, неглубоко: вода не доходила до груди.

На берегу стоял Гвин и смотрел на него.

– Я в порядке. Кажется.

Сайрус кивнул.

– Это ты меня столкнул?

Гвин снова закивал.

– Угу, – Джейк сделал несколько шагов к берегу и понял, что не только рубашка сгорела – всё, что было на нём.

Гвин решил эту проблему, подогнав машину к реке. И Джейк уселся на заднее сидение. Сайрус снял свой пиджак и протянул ему. Джейк посмотрел на него с недоумением:

– А толку, если портков нет?

– Из окон машины видна только верхняя твоя часть, – хмыкнул Гвин. – Остальное прикроем потом.

Как именно он собрался прикрывать, Джейк понял, когда Гвин остановился у магазина одежды, зашел в него и минут через десять вернулся с пакетом.

– Черт, надеюсь, ты мне купил не такое, как сам носишь?

Сайрус усмехнулся:

– Увидишь.

В пакете оказались ветровка, джинсы, футболка, белье и кроссовки.

– Такое проще подобрать: не страшно немного ошибиться с размером, – добавил Гвин, садясь за руль.

Джейк быстро напялил всё это на себя. Оказалось вполне впору.

– Гвин, как ты живешь со всем этим?

Сайрус вопросительно посмотрел на него в зеркало заднего вида.

– С тем, что ты – монстр?

Он таки обернулся к Джейку и сделал «страшные глаза»:

– А я – монстр?

– А что, нет?

– Ну, спасибо. Возвращай шмотки обратно и иди дальше голышом, – Гвин старательно делал вид, что сердиться.

– Точно монстр!

Сайрус не выдержал и рассмеялся. И Джейк вместе с ним. А потом сказал, уже серьезно:

– Моя мать – сумасшедшая. И я отправил брата в тюрьму.

– Допустим, не совсем в тюрьму; и не совсем ты.

Джейк выдохнул:

– Это уже детали.

– Что бы ты там не думал, умышленный поджог – это преступление. Даже если твой брат – сам жертва. Нет, погоди, выслушай меня. Мы постараемся помочь ему. Но надо подумать – как. Чтобы не вышло хуже.

Поразмыслив, Джейк решил, что, возможно, Гвин прав.

– И всё же, ты не ответил на мой вопрос. Как ты живешь, зная, кто ты? Что ты не человек?

Меж бровей Гвина залегла вертикальная складка.

– Я – человек. Сказал это отцу, повторю и тебе. Мы люди, Джейк. У нас человеческие тела и души.

Джейк бы поспорил с этим. Но не стал. Вместо этого спросил, понимая, что затрагивает больную тему:

– Твой отец не считает тебя человеком?

Ему нужно было поговорить об этом. И, казалось, Гвину тоже.

Какое-то время Сайрус молчал, лишь глядя перед собой и хмурясь.

– Может ли быть человеком сын Ледяной девы? Мой отец для себя решил, что нет. Хотя я не давал ему повода, – Гвин чуть пожал плечами. – Как мне кажется. Я был обычным ребенком. Разве что очень тихим.

– Тогда с чего твой отец тобой не доволен?

Гвин в задумчивости положил руки на руль. Разжал пальцы. Снова сжал.

– Не то, чтобы не доволен. Всё это… очень сложно.

– Так расскажи с начала. Сколько и как сможешь.

Гвин посмотрел на Джейка, казалось, взвешивая – стоит ли.

– В другой раз.

– Не доверяешь мне?

– Дело не в доверии. Просто это… очень личное. И болезненное. Не так просто говорить об этом.

Джейк решил не обижаться. Да и правда, знакомы они без году неделя.

– О'кей. Но если захочешь – я готов выслушать.

Сайрус чуть кивнул. И нажал на газ – машина медленно тронулась с места.

– Ты расскажешь Майклу? – спросил Гвин, останавливаясь на светофоре.

Джейк вздохнул:

– Наверное, он заслуживает того, чтобы знать.

– Ему это нужно. Как и тебе.

«Отлично, про свои отношения с родней он говорить не хочет, а про мои – пожалуйста».

– Знаешь, что… для меня это тоже болезненная тема. Ты это знаешь. Не хочешь, чтобы я лез в твою душу? Не лезь в мою, – Джейк зло смотрел на него в зеркало заднего вида.

Гвин перехватил его взгляд:

– Прости, – едва заметно вздохнул и, помолчав, добавил: – Я же отмороженный, ты знаешь.

Джейк уже не мог на него сердиться.

– Да ладно. Не парься. Мы стоим друг друга.

Гвин улыбнулся ему в зеркало.

Дальше они ехали молча. Джейк думал: «Как я расскажу обо всём Майку? Стоит ли? Не думаю, что для него будет меньшим потрясением, чем для меня: узнать, что мы – единоутробные братья, и что наша мать в психушке. Ему и так трудно сейчас. Хотя… возможно, ему будет поддержкой то, что он не один в этом мире. Но мне это, пожалуй, только добавило новых проблем. Что ж, Джейк, ты хотел знать, кто ты и откуда – теперь ты знаешь. Пусть и без деталей. Правда, легче от этого не стало». Радовало лишь одно: что теперь рядом с ним Гвин – тот, кто знает и понимает, что Джейк такое. Такой же, как он сам.

– Знаешь, я… хочу работать с тобой. Даже если в этом чёртовом ФАРН, – Джейк смотрел на Гвина, опасаясь, что теперь тот передумает.

– Я рад, – искренняя улыбка Сайруса подтверждала его слова.

– Тогда как насчет обеда? Давно уже пора, – желудок Джейка однозначно заявлял об этом.

– Я знаю одно недорогое кафе тут неподалеку. Там спокойнее и уютней, чем в столовой ФАРН.

– Согласен на любую забегаловку с горячей едой.

Глава 9. Тайная привязанность

Уже минут через десять Джейк с наслаждением поглощал суп с пирогом вприкуску. Гвин взял себе курицу с картофельным пюре и салат.

– Я думал, ты только мороженым питаешься, – сказал Джейк, проглотив очередной кусок пирога.

– Нет, я им силы восстанавливаю, – ответил Гвин абсолютно серьезно.

– О, понятно. Мне для этого годится любая еда. Но, желательно, горячая. Или горячий душ. Как ни странно, я люблю воду.

– Совсем не странно, – Сайрус снял очки и протер их салфеткой. – Она заливает огонь, делая тебя вновь человеком.

Джейк задумался.

– Да, пожалуй. Кстати… почему ты не носишь линзы? Разве в них не удобнее?

– Ношу. И довольно часто.

– Тогда зачем очки?

Гвин улыбнулся половинкой рта:

– Догадайся. Ты же детектив.

– Пф-ф. Да, могу предположить. Ты ими отгораживаешься ото всех.

Улыбка Гвина стала симметричной:

– Не зря я взял тебя в напарники.

– Об этом не трудно догадаться, – сказал Джейк мягко. – Без очков ты выглядишь намного более беззащитным и уязвимым.

– Это обманчивое впечатление, – ответил Гвин серьезно и, как показалось Джейку, печально. – С очками или без – это просто маска.

– Тогда какой ты настоящий?

Сайрус пожал плечами.

– Ла-адно, – Джейк ухмыльнулся. – Узнаю тебя получше, тогда расскажу тебе, какой ты – раз ты сам не знаешь.

Гвин хмыкнул:

– О’кей.

– Хотя… я вот столько узнал о себе за эти полтора дня – а толку? Как не знал, что делать с собой и своей жизнью, так и до сих пор не знаю, – Джейкоб вздохнул. – Хуже того: я не знаю, что могу сделать для матери и брата. Быть «праздно шатающимся оболтусом» и отвечать только за себя – гораздо проще.

Меж бровей Сайруса залегла глубокая складка.

– Я бы предпочел, чтобы у меня было, за кого отвечать.

– У тебя есть отец и мачеха, – осторожно сказал Джейк.

– Отец, который считает, что от меня – одни проблемы. И мачеха, которая меня ненавидит, потому что боится, и потому что знает, что я – бастард её любимого мужа.

Гвин смотрел в никуда, и лицо его было ещё бледнее, чем обычно.

– Правда, узнала она об этом лишь года два назад. Позже, чем я сам. До этого считалось, что я – приемный сын: отец инсценировал мое усыновление из приюта. Я узнал правду от Ледяной девы, когда учился в колледже. А мачеха услышала наш с отцом спор, когда я уже работал в ФАРН. Хотя я не сказал бы, что именно это ухудшило наши и без того непростые отношения. Ты спрашивал, считает ли мой отец меня монстром? – Гвин взглянул на Джейка. – Не знаю, как он… но она – точно считает. Моя приемная мать. Отец поступил с ней подло, обманув её. Но возненавидела она меня, не его.

Сайрус замолчал. Молчал и Джейк, глядя на него. Потом произнес:

– Да. Не сказал бы, что я тебе завидую. Но зато теперь понимаю, почему ты со мной нянчишься, – Джейк ухмыльнулся. – И разрешаю тебе за меня отвечать, – его ухмылка превратилась в довольную широкую улыбку.

Мгновение Гвин смотрел на него с видом «ну что возьмешь с придурка», а потом хмыкнул.

– Да ладно, я же хороший мальчик. Только иногда немного буйный. Но я постараюсь вести себя хорошо.

– Ладно, пошли, «мальчик». Обед закончен.

Едва Джейк вышел из кафе следом за Гвином, как наткнулся на его спину. Сайрус застыл. Джейк проследил направление его взгляда: в скверике перед кафе собралась небольшая толпа; между двумя высокими деревьями был натянут канат, по которому шла девушка. На неё и смотрели голубые глаза Гвина, с выражением, которого Джейк ещё не видел в них.

– Эта девушка?..

– Она дочь Ветра.

Теперь Джейк смотрел на неё во все глаза. Маленькая, тоненькая, с короткими темными волосами – но не как у мальчика, а подлиннее – она была одета в короткую футболку, или как правильно называется эта штука, и обтягивающие брючки. На ногах – мягкие тапки, на руках – перчатки с обрезанными пальцами. Она спокойно и уверенно шла по канату. Но вдруг подняла глаза и взглянула на Джейка. Потом на Гвина. Тут она пошатнулась – по толпе пронесся испуганный вздох. Девушка балансировала. Конечно, падать было невысоко – но достаточно для серьезной травмы. Словно чьи-то невидимые руки придали ей устойчивости – она выровнялась на канате и спокойно дошла до его конца. Спустилась вниз, под аплодисменты зрителей.

Джейк облегченно выдохнул и повернулся к Гвину:

– Как ты определяешь, что перед тобой – дитя Стихии?

Сайрус пожал плечами.

– Интуиция.

– Мне б такую, – Джейк нашел взглядом дочь Ветра. – Подойдем к ней?

– Да. Представлю тебя.

– Так вы знакомы?!

Гвин кивнул.

– Чтоб мне знать… ты ещё кого-то от меня скрываешь? Кроме неё и Флоренс?

– Больше никого.

Джейк испытующе смотрел на него.

– Правда. Это… просто некоторая мера предосторожности. Вдруг ты бы оказался не тем… не таким, каким я тебя считаю.

– Ладно. Принято.

Между тем девушка обошла зрителей с мешочком для денег и теперь стояла рядом с ними.

– О, Гвин! Давно не виделись, – она взглянула на Джейка, чуть склонив голову на бок, как птичка. – А кто твой новый знакомый?

– Джейкоб Саттон, – из-за разницы в росте глядя сверху вниз, Джейк протянул ей руку.

– Кейтлин Ловетт, – с той же псевдо-официальностью ответила ему она. Тут глаза её расширились, она еле слышно, но восхищенно, ахнула:

– Дитя Огня, – и уставилась на Джейка ещё с большим вниманием.

– Эй, ну почему вы все сразу понимаете, а я – нет?! – Джейк с досадой смотрел то на Гвина, то на Кейтлин.

– Может быть… просто потому, что мы раньше поняли и приняли свою сущность, – Гвин положил ладонь ему на плечо и мягко улыбнулся. – Потому нам легче заметить подобное в другом человеке.

– О’кей, успокоил, – буркнул Джейк.

– Гвин умеет успокаивать. Зато ты, как по тебе видно, наверняка умеешь зажигать, – с воодушевлением сказала Кейт.

Джейк покосился на Гвина:

– Да вроде того.

– Не то слово, – сказал Сайрус, пряча улыбку.

– Хм. Пока мы разговариваем, Гвин дважды улыбнулся. Это что-то невероятное, – Кейт, сощурившись, смотрела на Гвина. А Джейк для себя сделал открытие, что Сайрус может не только улыбаться, но и смущенно краснеть – не то, чтобы сильно, но при его белой коже это трудно скрыть. Джейк попытался его выручить:

– Это я дурно на него влияю – расхолаживаю.

– Что ж дурного? Ему полезно. И он сразу такой милый – когда улыбается.

Судя по лицу Гвина, Джейк оказал ему медвежью услугу – и постарался исправить это:

– Мисс Ловетт…

Она обернулась к нему:

– Можно просто Кейт, или Кейти.

– Кейти, может, посидим как-нибудь в кафе или баре – поболтаем, узнаем друг друга получше, а? Я был бы рад.

– О’кей. Я не против, пожалуй. У Гвина есть мой номер – звони.

– Позвоню.

– Ладно, парни, тогда до встречи. Пока! – Кейт подобрала сумку со своим реквизитом и скрылась в ближайшем переулке. Сайрус проводил ее взглядом.

– Ага, – многозначительно сказал Джейк.

– Что «ага»? – вскинулся Гвин. Но его запал тут же прошел: – Что, так очевидно?

Джейк пожал плечами:

– Мне да. Про неё пока не могу сказать. Но могу выяснить это, для тебя.

– Не надо. Забудь.

– Почему?

– Потому что, – но, видя, что Джейка не устроил такой ответ, Сайрус добавил: – Как-нибудь в другой раз.

– О’кей. Всё больше тем для другого раза.

Сайрус промолчал. А потом в его кармане зазвонил телефон.

Гвин ответил:

– Да. Хорошо, сейчас будем.

Он взглянул на Джейка:

– Звонила доктор Вейл – у неё труп по нашу душу.

– Угу, поехали. Только… сначала нужно заехать ко мне домой за паспортом – мне ведь нужен новый пропуск. И деньги возьму. Заодно отдам тебе за эту одежду.

– Можешь не отдавать. Считай это подарком, в честь знакомства.

Джейк хмыкнул:

– Ты прям меценат.

Гвин отвернулся, направился к своей машине.

– Подарки делать приятно. Разве нет?

«Видимо, тебе не часто приходилось это делать, – подумал Джейк, идя следом за ним. – Как, в прочем, и мне». Вздохнул:

– О’кей. Если так.

– Да, я тебя не спросил… – Сайрус обернулся. – Прежде с тобой случалось подобное… самовозгорание?

Джейк покачал головой.

– Я так и думал. Тогда повезло, что ты не взял с собой паспорт.

– Это не везение, – Джейк улыбнулся. – Я ещё когда пытался пожарным работать, перестал ходить с паспортом, так, на всякий случай. Вместо него у меня было удостоверение пожарного. Теперь – частного детектива. Вот оно-то сгорело – что жаль.

– Теперь у тебя будет удостоверение ФАРН.

– М-да.

– Всё ещё сомневаешься в своем решении? – Гвин стоял рядом с машиной и смотрел на него.

– Так или иначе, я его принял, – ответил Джейк, не отводя взгляд. – И повторю ещё раз: я хочу работать с тобой. Да, я понимаю, что, наверное, мог бы делать это, оставаясь частным детективом. Но это не то. Я хочу быть напарником.

Сайрус улыбнулся:

– Я хочу, чтобы ты им был.

– Тогда вперед. Нас ждет доктор Вейл в компании трупа, – Джейк открыл дверцу и уселся в машину.

Гвин медлил, глядя куда-то на другую сторону сквера, в котором ещё недавно выступала Кейт. Потом сел за руль.

– Увидел что-то?

– Да так. Показалось, должно быть. Едем.

Глава 10. Гори в аду

Тело девушки, до плеч прикрытое простыней, лежало на столе морга. Рядом стояла доктор Вейл, рассматривая правую руку погибшей. Заслышав шаги, она обернулась.

– Что-то долго вас не было.

– Простите, моя вина, – поморщившись, сказал Джейк прежде, чем Гвин успел раскрыть рот.

Флоренс, едва взглянув на него, продолжила:

– Энджи Сайкс, двадцать восемь лет. Причина смерти – остановка сердечной деятельности вследствие поражения электрическим разрядом во время разговора по мобильному телефону: в руке она держала оплавленную трубку; следы пластика на щеке, «фигуры молнии» на коже лица и шеи, и далее вниз по телу.

– Но грозового фронта поблизости не было, – Гвин подошел ближе, вглядываясь в лицо погибшей.

Доктор Вейл кивнула:

– Потому дело передали нам. Агент Торн ушел, не дождавшись вас. Оставил для тебя вот это, – Флоренс взяла со стола папку, протянула её Гвину.

Тот взял документы и некоторое время изучал.

– Не замужем, проживала одна в съемной квартире. Вчера в десять часов вечера при пересечении площади Авиаторов, по словам свидетелей, в неё ударила молния. Девушка скончалась до прибытия скорой. Других пострадавших не было. На месте происшествия не обнаружено повреждений линий электросети, равно как и иных высоковольтных источников. Камеры уличного наблюдения показали, что погибшая была одна в момент смерти.

– И да, на снимках с камеры виден нисходящий электрический разряд, – Гвин протянул фотографии Джейку.

– Похоже на молнию, – Джейк рассматривал мутноватые снимки. – С кем она разговаривала в момент смерти, установили?

Сайрус кивнул:

– Сэм Пэддлер, сорок семь лет, женат. Они работали вместе. И, похоже, часто общались – во всяком случае, по телефону.

– Его уже допросили?

– Более того, – на лице Гвина появилось странное выражение: что-то среднее между недоумением и недоверием. – Он сейчас в следственном изоляторе: провел там ночь. Потому что вчера вечером заявился в полицию в нервном возбуждении, крича, что его жена – ведьма, и настойчиво требовал защитить его от неё. Полицейским ничего не оставалось, как закрыть его в камеру – до выяснения обстоятельств.

– Что ж, – Джейк изобразил кривую улыбочку. – Поехали выясним?

– Вот он, ваш псих, – полицейский сержант проводил Гвина и Джейка в допросную, где их уже ждал, сидя на стуле и озираясь по сторонам, Сэм Пэддлер.

Он был похож на бизнесмена средней руки, который только что узнал, что его тайные махинации стали явными, и теперь надо как-то выкручиваться – но при этом сохранять лицо. Это у него плохо получалось: глаза покраснели, волосы всклокочены, узел галстука ослаб и съехал в сторону.

Гвин представился и, взяв стул, сел напротив. Джейк остался стоять позади него.

Пэддлер, нервно моргая, смотрел то на одного, то на другого. Сайрус молчал, не собираясь помогать ему.

– Моя жена – ведьма, – наконец выдохнул Пэддлер.

– С чего такие выводы? – Гвин говорил спокойно. Но Джейк уже научился различать разные виды «спокойствия» напарника, и сейчас оно говорило о том, что собеседник Гвину не нравится.

– Она… пожелала Энджи смерти! – истерично всхлипнул Пэддлер, – И та умерла! В тот же миг!

– Что именно произошло?

– Я… я сказал Маргарет, что хочу развестись. Что у меня есть другая женщина. Я встречался с Энджи тем вечером, обещал ей поговорить с женой. И она как раз позвонила мне на мобильный. Маргарет поняла, с кем я разговариваю. И заорала… «Что б ты сдохла, чертова сучка! Гори в аду!!!»

Сэм Пэддлер замолчал, глядя в никуда расширившимися от ужаса глазами.

– Я думал, помехи на линии. Или что Энджи повесила трубку. А позже мне позвонили из полиции: сказали, что нашли её мёртвой, – Пэддлер посмотрел на Гвина безумным взглядом. – Она умерла в тот самый момент, когда разговаривала со мной! Маргарет прокляла её. Я… я не пойду домой! Она и меня убьет, чертова ведьма!

– Как долго вы встречались с мисс Сайкс, мистер Пэддлер?

Тот заморгал, едва понимая, о чём речь.

– Я имею ввиду, как долго вы были любовниками?

– Год. Где-то около года.

– И всё это время ваша жена не подозревала об этом?

– Нет. Думаю, что нет. Не знаю.

– То есть, ваш разговор о разводе был для неё неожиданностью и сильным ударом.

– Он стал ударом для Энджи! Чёрт, да к чему все эти вопросы?! Вы обязаны защитить меня! Просто заберите её… куда вы забираете всех этих странных уродов…

Гвин встал:

– Не уезжайте из города, мистер Пэддлер. До окончания следствия, – и вышел за дверь.

Джейк – следом за ним:

– Едем навестить миссис Пэддлер?

Сайрус кивнул.

И, всё же, один вопрос не давал Джейку покоя, хотя он понимал, что ходит по кругу. Но ему нужно было разобраться с этим, нужно было понять. Потому, уже привычно сев в машину рядом с напарником, Джейк спросил:

– Гвин. Это нормально, что мы охотимся на таких же, как мы?

Сайрус повернулся к нему:

– Джейк, ты кого-нибудь убил? Твой огонь стал причиной гибели другого человека?

– Нет.

– Значит, мы не такие же, как они.

– Ты понял, о чем я, – Джейка начала немного раздражать способность Гвина уклоняться от нежелательного ответа.

– Понял. Тем, кто ты есть, тебя делают твои поступки. Я ответил на твой вопрос?

– Ответил. И да, я понимаю. Просто я…

– Считаешь себя хуже, чем ты есть, – Сайрус смотрел на него, не моргая.

«Наверное, такой взгляд и называется «словно хочет дырку проделать», – подумал Джейк, но сказал упрямо:

– Или лучше, чем я есть.

Гвин вздохнул.

– Считай, что ты несешь возмездие за преступление. Даже если оно не предумышленное – оно остается преступлением. Ведь так?

– Пожалуй, – с этим Джейк не мог поспорить.

Сайрус больше ничего не сказал – завел машину, и они, уже молча, поехали по улицам города к дому Пэддлеров: Маргарет была домохозяйкой.

Тихий респектабельный пригород. Одно-, двухэтажные коттеджи со стрижеными лужайками и площадками для барбекю.

– А ты не в таком доме живешь, Гвин? – Джейк решил немного разредить атмосферу.

Сайрус покачал головой:

– В двадцатидвухэтажной башне, на последнем этаже. Как-нибудь заходи в гости.

– Обязательно.

Гвин остановил машину перед нужным домом – уже не новым, но ухоженным. Подойдя к двери, Сайрус нажал на кнопку звонка.

Через несколько мгновений из-за двери послышался голос:

– Кто там?

– Агент Гвин, ФАРН, – Сайрус поднес удостоверение к дверному «глазку». – Я хотел бы поговорить о вашем муже, миссис Пэддлер.

Дверь открылась. На пороге стояла невысокая женщина лет сорока пяти, с темными волосами, сколотыми на затылке, и уставшим взглядом.

– С ним что-то случилось? – обеспокоенно спросила она.

– Мы можем войти?

Оглядев Гвина, а затем и Джейка, Маргарет Пэддлер кивнула и пропустила их внутрь.

– Так что с Сэмом? – закрыв дверь, женщина обернулась к агентам.

– С ним всё в порядке. Но он опасается за свою жизнь.

Миссис Пэддлер непонимающе смотрела на Гвина.

– На самом деле, мы по поводу Энджи Сайкс, – сказал Джейк и заметил, как тут же изменился взгляд женщины: усталость в нём сменила напряженная злость.

– А с ней что?

– Вы её знаете? – продолжил Джейк с молчаливого согласия Гвина.

Маргарет покачала головой:

– Только вчера узнала об её существовании.

– Она умерла, – Джейк старался отслеживать малейшую реакцию миссис Пэддлер.

– Какой сюрприз, – женщина казалась удивленной. Но ничуть не расстроенной: она едва сдержала нервную улыбку.

– Бедная девочка, – Джейк покачал головой. – Она не заслужила такой смерти.

Маргарет выдохнула:

– Должно быть, высшее правосудие её покарало – за то, что увела чужого мужа.

– Если карать за такие проступки – населения не останется. Да и… так ли она виновата? В изменах виноваты трое, вы не согласны, миссис Пэддлер?

Она посмотрела на Джейка, раскрыв рот от возмущения. Но сказать он ей не дал:

– Может быть, вы не могли или не хотели дать мужу то, что ему нужно?

Джейк почувствовал, как волосы встают дыбом и покалывает кожу. В ушах зазвенело. В следующее мгновение его словно молотом ударило по ногам и отбросило к стене, тело свело судорогой.

Когда он вспомнил, как дышать, и проморгался, то увидел, что Гвин выбирается из-под рухнувшей на него вешалки с одеждой, а Маргарет Пэддлер сидит, привалившись спиной к входной двери. Сайрус, пошатываясь, подошел к нему:

– Ты как?

– Жи-живой, вроде.

Гвин едва заметно кивнул и направился к миссис Пэддлер. Она ошалело взглянула на него, плохо понимая, что происходит. Сайрус достал мобильный и набрал номер.

– Мне нужна группа поддержки с молниезащитой. Трое пострадавших: два агента и один подозреваемый.

Он назвал адрес и повесил трубку. Потом присел рядом с Маргарет, положил ладонь ей на плечо, а второй накрыл её руку, сжатую в кулак. Через несколько мгновений женщина обмякла, но взгляд её стал более осмысленным и спокойным. Она посмотрела на Гвина:

– Да, я пожелала ей смерти. Она разрушила мою жизнь. Я всё отдала мужу – была ему поддержкой и опорой. Я любила его. Жила его жизнью. А что дала ему она? Свое молодое тело… Но я ведь тоже когда-то… Я и сейчас… Я ведь красивая, правда?

Сайрус кивнул.

Минут через десять ввалилась группа поддержки: медики осмотрели всех троих, и агенты в спецкостюмах забрали Маргарет Пэддлер. Следом за ними вышли из дома и Джейк с Гвином. Голова Джейка всё ещё гудела, словно колокол, на котором отзвонили обедню. И этот звон словно отозвался в кармане Гвина, оказавшись сигналом мобильного телефона.

– Да. Да, это мы вызывали, Флоренс, – Сайрус взглянул на Джейка. Услышав имя доктора Вейл, тот прислушался.

– Нет, всё в порядке, – и снова Джейк встретил взгляд Гвина. Тот улыбнулся: – И с ним тоже. Не беспокойся.

Гвин сунул мобильник в карман:

– Флоренс беспокоится за тебя.

– А что ты ухмыляешься? – Джейк попробовал скрыть смущение.

– Я? Ни в коем разе. И вообще… какого чёрта ты подставился?! – вот теперь Гвин выглядел реально рассерженным. Джейк раскрыл было рот, но Сайрус не дал ему собраться с мыслями:

– Зачем ты спровоцировал её? – сказал он уже спокойнее, но его глаза продолжали «артобстрел».

– Затем, что теперь у нас есть обвиняемый, а не подозреваемый! Как бы ты проверил слова мужа и доказал её виновность?

Гвин пожал плечами. Надо отдать ему должное: если Сайрус чего-то не знал, то признавал это – во всяком случае, перед Джейком.

– Но можно было не так… напролом. Мы все чуть не поджарились, – добавил он хмуро.

Джейк закусил губу: да, на тот момент он об этом не подумал. Признаться честно, он не думал вообще – действовал по наитию.

– Извини, – Джейк виновато взглянул на Гвина, только сейчас отметив: что его очки в стальной оправе выглядывают из кармана пиджака и, похоже, погнуты; и волосы уже не идеально гладко зачесаны назад, на лбу испарина.

– Доказательством могли стать три новых трупа, – Сайрус покачал головой, и, похоже, зря – потому что тут же, непроизвольным жестом, прижал пальцы к виску.

– Прости, – повторил Джейк. –Ты… сам-то как?

Гвин вздохнул:

– Ты должен мне ведро мороженого. И прямо сейчас.

– Без проблем. Готов купить тебе целое кафе-мороженое, с официантками в придачу.

На этот раз Сайрус благоразумно воздержался от лишних телодвижений:

– Тогда идем. А то ещё отчет составить надо.

Когда они вернулись в офис, оба себя чувствовали более-менее сносно.

– Надо бы зайти к Флоренс, на медосмотр – чтобы убедится, что мы в порядке, – Гвин хотел, было, привычным жестом поправить очки на носу, но понял, что их там нет.

– Она ж судмедэксперт, не врач.

– И врач тоже. Когда мы с ней познакомились, она уже закончила медицинский и работала в клинике.

– И что заставило её сменить работу?

– Знакомство со мной.

– Ты, смотрю, отличный вербовщик – Флоренс, я… – Джейк говорил с улыбкой, но сарказм фразы от этого ненамного стал меньше. Что задело Гвина.

– Не такой уж отличный. Кейтлин мне отказала. И я… никого не принуждал и не уговаривал.

– Да ладно, остынь. Конечно, не принуждал. Но сумел ведь заинтересовать, так? – Джейк примирительно улыбнулся. – А почему же Кейт не захотела?

– Об этом лучше сам у неё спроси, – ответил Гвин, всё ещё хмурясь.

– Хорошо, спрошу у неё. Но я и с тобой не против поболтать – о том, о сём. Не здесь, конечно. А так, спокойно сесть, за кружечкой пива… в приятной обстановке.

Гвин как-то странно посмотрел на него. А потом объяснил:

– Знаешь… ты первый предлагаешь мне это.

– Что, по-дружески пропустить стаканчик?

Сайрус кивнул.

– Ничего. Вот и наверстаешь упущенное, – Джейк хлопнул его по плечу и ухмыльнулся:

– Со мной – очень быстро.

Гвин снова улыбнулся половинкой рта.

– Ладно, Джейк. Иди домой – отдыхай. Я закончу отчет и тоже пойду.

– Угу. Вот поэтому тебя никто и не приглашал. Балбес ты, Гвин, – Джейк развернулся и направился к двери.

– Ты не так понял. Я был бы… Я буду рад. Но…

Джейк обернулся:

– Не сейчас? – он покачал головой. – Знаешь… а «потом» не всегда наступает, в силу разных причин.

Взгляд Гвина говорил больше, чем его слова. И Джейк смягчился:

– Но, ладно. Я прослежу, чтобы именно это «потом» наступило.

«Чёрт, и как он может менять выражение своего лица, не меняя его? В глазах, что ли, дело?»

Глава 11. Ветреная девчонка

Тут Джейку пришла в голову новая мысль:

– Да, Кейт сказала, что у тебя есть её номер телефона. Дашь его мне?

Полистав контакты в смартфоне, Гвин протянул его Джейку:

– Записывай.

– Кстати, а как вы с ней познакомились?

– Столкнулись на улице. Потом… я помог ей с одним делом.

– И на свидание ты её, конечно, не приглашал?

– Нет. Джейк, ты всё не так понял. У меня есть на то причины…

– После ты мне о них расскажешь.

Джейк уже набрал номер Кейт.

– Кейти! Привет! Это Джейк Саттон, дитя Огня.

– Рад, что ты меня помнишь. Ты сейчас очень занята? Как насчет того, чтобы посидеть где-нибудь, поболтать?

– Гвин? – Джейк взглянул на Сайруса. – Ты ведь идешь с нами?

Тот едва рот успел раскрыть.

– Да, он будет.

Гвин закатил глаза:

– Вот увидишь, сейчас она откажется.

– О’кей. Где встречаемся?

– Нет, не знаю. Но найду. Тогда до встречи!

Джейк посмотрел на Гвина:

– Знаешь бар «На последнем этаже»?

Сайрус кивнул.

– Через час она будет ждать нас там.

– Она любит места повыше – где больше воздуха и простора.

– А ты любишь её.

– Что с того, Джейк?

– И она об этом не знает.

– И не узнает. Очень на то надеюсь.

– Боишься, что она тебе откажет?

– Не в этом дело… Хотя я ей не нравлюсь.

Какое-то время Джейк молча глядел на него.

– Можешь сделать кое-что? Выполнить одну мою просьбу? У тебя ведь линзы с собой?

– Я в них. Очки были с простым стеклом, без диоптрий.

– Даже так. Отлично. Часть просьбы отпадает. А вторая: когда мы пойдем в бар, сними галстук. А ещё лучше – пиджак. Перестань выглядеть как чертов законник, хоть ненадолго.

Гвин хотел возразить.

– О’кей, не ради Кейт – ради себя.

Сайрус вздохнул, пожал плечами.

– Хорошо.

Пиджак он, конечно, не снял. Но отсутствие очков и галстука было достаточным изменением во внешности Гвина, чтобы Кейти задержала на нем взгляд и даже спросила:

– Всё в порядке?

Сайрус кивнул.

– Не переживай, Кейт. Просто мы немного поспорили, и он проиграл, – Джейк улыбнулся. – Что тебе заказать? Я угощаю, в честь знакомства.

– Мне, пожалуйста, мартини с соком.

– Принято. Гвин?

– А можно… что-то безалкогольное?

– Нельзя.

– Тогда… джин тоник.

Джейк сделал заказ, добавив в него виски для себя и закуски.

Они сидели за маленьким квадратным столиком у большого панорамного окна: Гвин напротив Кейт, и Джейк – между ними. Просто потому, что Сайрус успел занять место раньше него.

– И как давно вы знакомы? – Кейти с любопытством переводила взгляд с Джейка на Гвина и обратно.

– О, хотел у вас тоже самое спросить, – улыбнулся Джейк. – Мы с ним знакомы два дня. Но уже довольно близко успели сойтись, как мне кажется.

Джейк взглянул на Сайруса: тот промолчал. Но, скорее, то было молчаливое согласие.

– Удивительно. Наверное, это, и правда, из-за твоей природы, Джейк. Из Гвина ведь и слова не вытянешь – если на то нет необходимости.

– Он просто стесняется, – Джейк почувствовал, как его ногу под столом пнули со стороны Гвина, и чуть сморщился.

– Но ты права. Я же просто само обаяние. Даже Гвин не устоял. Но лучше расскажи о себе. Мне он про тебя ничего не рассказывал. Наверное, просто не успел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.