Вероника Фокс
Драконья канцелярия. Мой враг номер один

Глава 1. Руби

– Руби?

Признаться, я представляла свой первый рабочий день в Драконьей Канцелярии совсем иначе. И уж точно не думала, что буду прятаться в шкафу своего злейшего врага. А куда ещё мне было деться?

Сквозь маленькую щёлочку в дверце я наблюдала за Леоном, который теперь возглавлял «Отдел магических исследований и разработок». Тот самый отдел, куда меня пригласили на стажировку!

Этот отдел сформировали совсем недавно. В него наняли молодых специалистов, чтобы они – то есть мы – внедряли современные методы и технологии для процветания королевства. А уж идей у меня было хоть отбавляй, поэтому я с радостью вцепилась в это предложение. Но, конечно, если бы я только знала, кто стоит в его главе, то ни за что бы не согласилась бы в этом участвовать!

Осмотревшись в кабинете, дракон приблизился к шкафу. Мне пришлось затаить дыхание, хотя он и так прекрасно видел, что я здесь. Но из вредности я все равно продолжала надеяться, что он решит, будто ему просто показалось. До нашего столкновения нос к носу оставались считанные мгновения, но пока этого не произошло, я всё ещё могла надеяться и верить… магическим шаром тебе по лбу!

Леон потянул дверцу шкафа на себя, и, не придумав ничего лучше, я крепко зажмурилась.

– Руби? За каким скрижалем ты залезла в мой шкаф?!

Действительно, на кой фиг я залезла в его шкаф?

Если уж даже мне не удавалось придумать что-то внятное в ответ, я боялась думать о предположениях Леона!

Я открыла один глаз и посмотрела на дракона. Леон смотрел на меня с таким удивлением, что я даже растерялась. Кажется, с последней нашей встречи он весьма похорошел.

– Руби? – вновь спросил он, произнеся моё имя с вопросительной интонацией. От этого вопроса у меня по спине пробежал холодок.

– Да?

Его просторный кабинет рассекали солнечные лучи. Казалось, я даже видела мерцающую пыль, которая спокойно парила около белоснежных штор. Но хмурый взгляд дракона быстро перенял на себя мое внимание.

– Не могла бы ты объяснить, что ты делаешь в моём шкафу? – спросил Леон.

– В твоём шкафу? – переспросила я, чувствуя, что начинаю нервничать.

Леон кивнул, словно подбадривая меня продолжать. Я поняла, что нужно быстро придумать какое-то объяснение. Ведь я же умница, а значит, смогу быстро сориентироваться и найти подходящее оправдание.

– Я просто проверяла, насколько прочный шкаф, – ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

Леон удивлённо поднял брови.

– Насколько прочный шкаф?

– Да, – пропищала я, выбираясь наружу. – Знаешь, на тот случай, если придётся экстренно создать в нём портал и телепортироваться куда-то… в целях безопасности. Да, точно! Я всегда проверяю шкафы на пригодность для этого. – Я несла откровенную ерунду, а Дракон все это время смотрел на меня так, будто бы я свалилась прямиком с Кленовых скал. Но, сохраняя самообладание, я похлопала дверцей шкафа и радостно добавила: – И, как выяснилось, шкаф очень прочный!

На лице дракона было написано, что я – сумасшедшая. Это было так очевидно, что мне даже пришлось трижды моргнуть, чтобы осознать это.

– И давно ли Руби Хонг проверяет шкафы руководителей на досуге?

Кажется, это знак, что мне пора уходить. Сохраняя невозмутимое выражение лица, словно я не понимаю, о чём он говорит, я поправила чёрную юбку-карандаш и, распрямив плечи, направилась к выходу. Правда, моя гордая походка обернулась неуклюжим рывком. Бумаги, которые я обронила перед тем, как запрыгнуть в шкаф Леона, стали моей ловушкой. Каблук моей туфли попал на какой-то проклятый листок, и я попятилась назад, но поняв, что удержать равновесие не получится, плюхнулась прямо в объятия дракона.

Кажется, он не ожидал такого поворота событий. Впрочем, я тоже.

И вот, оказавшись в его теплых крепких руках, я ощутила нечто странное. Мы пялились друг на друга, как влюбленные со слащавых магических фотокарточек. Знаете, вроде тех, где парочки не могут отвести взглядов и улыбаются, словно облопались радужной пыльцы единорогов?

Вот прямо так тошнотворно сейчас мы смотрели друг на друга.

У Леона были глаза цвета спелой травы. Острый нос, волевой подбородок. Угольные волосы и тонкие губы. Леон заглядывал в мои глаза так настойчиво, что я чуть ли не начала задыхаться в его руках от волнения, что волной хлестало меня по щекам. От него вкусно пахло, да и смотрел он на меня так, будто бы вот-вот поцелует. Уж не знаю, для чего, но по всей видимости, от переживания, я кокетливо облизала свои губы, поддав масла в огонь и без того дурацкого положения.

– А это тоже проверка?

– Да, – сказала я, проглотив волнение, которым чуть ли не икалось уже. – Проверка на то, как быстро смогут среагировать руководители на непредвиденные обстоятельства.

Дракон усмехнулся, и у меня всё перевернулось внутри с ног на голову. Странно это все как то. Даже слишком…

– И что ты скажешь, Руби?

Моя поясница начала ныть. Я попыталась высвободиться из крепких объятий Леона, но ничего не вышло. Не знаю, что в этом находят романтичного другие девушки, но как по мне, долго пребывать в такой позе – сущий ад! А тут ещё и Леон флиртует со мной.

Пламенный вихрь тебе в хвост! Меня сейчас стошнит..

– Вам нужно немного поработать над координацией, – сказала я, натянув милую улыбку. Вот только от ноющей боли я долго удерживать ее на лице не смогу… – И не наклоняйтесь так низко, когда будете держать кого-нибудь на руках.

– Это ваше профессиональное заключение?

– Нет, – я делаю глубокий вдох и пытаюсь встать. Но дракон продолжает крепко держать меня на руках. – Это дружеский совет.

Леон улыбнулся мне так обольстительно, что любая, кто не знала бы его с детства, могла бы подумать, что он проявляет острый романтический интерес.

И в этот момент в дверь кто-то резко постучал.

В дурацкие ситуации я попадают не то, чтобы частенько. Да что там. Иногда мне кажется, что я ходячая катастрофа.

Леон резко поднимает меня на ноги, отчего у меня начинает кружиться голова. А ко всему прочему в кабинет заходит непрошенный гость.

– О, – с любопытством произносит он, глядя на нас. – Я не помешал?

– Нет, – отвечаем мы в унисон.

Понятия не имею, кто этот дракон. Средних лет, светловолосый, с небольшой аккуратной щетининой, глубокими серыми глазами и пушистыми бровями. В нем серый костюм и уродливый, чешуйки облезлые, галстук красного цвета.

Мужчина держит в руках темную папку с зеленой магической печатью, которая мерцает. Кажется, он из отдела Архив древних свитков. Ведь, только у них имеются такие печати.

В небольшом отражении стекла серванта, за которым сейчас стоит ровным счетом ничего, замечаю, что моя прическа растрепалась, а от активных движений Леона белая блузка расстегнулась на одну пуговицу.

И эту прекрасную картину наблюдает незваный гость, который особенно внимательно рассматривает последний пункт.

Ну а что мне остаётся? Я, конечно, стараюсь выглядеть невозмутимой, как настоящая дракониха, спокойно застегиваю пуговицу на блузке и поправляю причёску, но сдается мне, что выглядит это.. не так, как я себе представляю.

– Герберт, – обращается Леон к дракону. – Вы что-то хотели?

– А, да, – восклицает он. – Хотел-хотел.

Сложив губы бантиком, я делаю вид, что занимаюсь важным делом – собираю отчёты в папку с пола. На самом деле, мне нужно было просто отнести папку с перечнем новых сотрудников руководителю, то есть, Леону, положить её на стол и спокойно уйти из кабинета. Это ведь несложно, не так ли?

Но почему-то, когда мне поручают простые задания, они всегда превращаются в неожиданные и непростые ситуации?

Вот же крылышко…

Пока Леон внимательно слушает рассказ Герберта, я уже сложила в папку все бумажки и на мысочках иду к столу Леона. Положив папку на стол, я таким же шагом прохожу к двери, и, как только моя рука касается дверной ручки, я слышу в спину:

– Руби, не уходи. Мы еще не закончили.

Не знаю, что он там не закончил, но я уж точно хочу уже уйти подальше от его кабинета.

– Я чуть позже еще зайду, – отвечаю Леону, однако по его выражению лица видно, что он не очень то со мной и согласен. Ко всему в придачу, Герберт перебивает его своей темой про какие-то наработки, которые нужно обязательно включить в какую-то учебную программу.

И я, думая, что так просто отделаюсь от Леона, дергаю ручку двери. Чуть ли не сталкиваясь лбами с Агатой Дарси, которая удивленно восклицает:

– Ой, Руби! Как хорошо, что ты здесь!

Я чуть ли не завываю в голос от сложившейся ситуации, явно, не в мою пользу.

Агата Дарси – начальница отдела инспекции контроля по использованию магии. Ранее, под её крыло входил и наш отдел, но с учётом расширения и раздутия бюджета… Теперь – мы разные отделы, однако какое-то то время, Агата будет помогать Леону в управлении нами.

– Я как раз хотела тебя познакомить с Леоном, – восклицает она, приобняв меня за плечи, уводя от двери.

Вообще, Агата приятная женщина. Рядом с ней всегда кажется, что она твоя дальняя тётка. Добросердечная, нужно сказать. С ней очень уютно находится рядом. Она же и принимала у меня экзамен в Академии и предложила стажировку. Так что, в какой-то степени, это она приняла меня сюда.

– Агата, – восклицает Леон, обнажив ровный ряд зубов. – Я тебя как раз ждал!

Герберт неохотно разворачивается, кивая женщине в знак приветствия. А я по прежнему нахожусь в оковах этой дурацкой ситуации.

– У вас какое-то совещание?

– О нет, Агата, – в торопясь восклицает Герберт, оставляя папку на столе у Леона. – Я зайду попозже. Ведь так?

Леон одобрительно кивает, а после, переводит взгляд на меня.

Да-да, моя сахарный хвостик. Я так и не смогла улизнуть незаметно.

Глава 2. Леон

Нужно сказать, что мало всего я хотел увидеть Руби Хонг в своем кабинете. Ещё меньше всего – в своём шкафу.

В голове никак не укладывается, зачем она проверяла эту деревяшку на прочность?

– Леон, – начинает Агата, а я всё никак не могу отодрать взгляд от Руби. Сколько прошло с нашей последней встречи? Лет десять? Что она вообще тут делает? – Я хотела тебе представить Руби Хонг, но я вижу, что вы уже познакомились?!

– Да, уже успели познакомиться.

Руби вжимается в себя, будто бы сейчас её будут ругать. Нет, будь моя воля, я бы отругал её как следует. Негоже таким девицам шастать по чужим мужским шкафам!

– Вот и славно. Руби имеет огромную страсть к исследованию, точно такую же, как и ты! Вы непременно поладите!

– О как же, – бубнит Руби себе под нос.

– Я думал, что Руби работает в другом отделе.

Агата хитро улыбается.

– Да что ты, Леон! Эта змейка была в числе первых претендентов, кто незамедлительно сказали «да» на предложение о стажировке.

Драконья идиллия… одна новость лучше другой.

– Правда? – подыгрываю я Руби, а то мне кажется, она сейчас упадёт в обморок. Вся бледная, как пыльца розовых единорогов.

– О да! – радостно заявляет Агата. – Руби, это Леон Вейс – твой руководитель. Но я думаю, что ты прекрасно справишься с ролью его ассистентки!

– Ассистентки? – в унисон спрашиваем мы оба.

– Моей?

– Его?! – добавляет после Руби.

– Да, а что тут такого?! – восклицает Агата.

Мне кажется, что галстук на моей шее вот-вот меня задушит. Делаю два легких движения рукой, чтобы слегка ослабить узел. Руби, которая стоит напротив меня неуклюже переминается с ноги на ногу. И, как мне кажется, становится еще бледнее, чем была секунду назад.

Что ж.

За десять лет этот гадкий дракошка превратилась в достаточно симпатичную девушку. Густые пшеничные волосы были забраны назад, по бокам кокетливые тонкие косы. Круглое невинное личико, большие голубые глаза, пухлые губки. Из полной девушки Руби превратилась в достаточно строгую, с прямой осанкой. Даже вон каблуки стала носить.

Отвешиваю себе воображаемую пощёчину, чтобы меньше пялиться на Руби.

– Да как-то неожиданно, – произношу я машинально. Руби складывает руки на груди, будто бы пытается отгородиться от всего мира.

– Ой, Леон, ну брось! Ничего неожиданного тут нет. Ты же ведь знал, что самые лучшие студенты кафедры «Инспекция по контролю и изучению магии» будут под твоим крылом!

Конечно, говорить о том, что знать то я знал, ведь это была договоренность, бессмысленно.

– Надеюсь, я не подведу ваши ожидания, Леон, – говорит Руби, смотря на меня так сердито, что можно икнуть от испуга.

– Я тоже на это надеюсь, – отвечаю ей тем же взглядом.

Агата воодушевленно смотрит на все это непотребство и задорно хлопает в ладошки.

– Ну вот и ладно! Очень рада, что вы нашли общий язык!

– Агата, – перебиваю ее, чтобы подольше задержать Руби в кабинете. Сдается мне, эта маленькая змеюка чувствует себя неуютно. Да и истинную проблему ее пребывания в моем шкафу я так и не услышал. – А уже есть список тех новых работников, которые будут у меня под крылом?

– Ну конечно! Руби, ты принесла список?

– Он лежит на столе, – вздернув носик, ответила дракониха.

– Я же говорила, какая она молодец? – радостно подмечает Агата, теребя девушку за плечи. Надеюсь, Руби устойчива к таким встряскам. Потому что по ее лицу не видно, чтобы она испытывала хоть маленькое удовольствие. – Что ж. У меня есть еще дела, и надеюсь, что новый отдел будет процветать не хуже, чем старые!

Агата разворачивается и направляется к двери. Руби поступает так же, но я ее останавливаю:

– Руби,задержишь, пожалуйста.

Видно, что дракониха не хочет задерживаться. Но ей придется.

Агата подмигивает Руби и говорит той, что все будет хорошо, а после выходит в дверь и плотно закрывает ее за собой.

– И… Зачем вы меня оставили? – спрашивает Руби, развернувшись ко мне лицом.

– Вот за этим, – говорю я, указывая на папку. Руби пытается выглядеть невозмутимо, но у неё это выходит довольно комично.

– Что не так с папкой?

Я делаю вид, что не слышу её вопроса. Ну, а как ещё можно её позлить? Не мы же первые в чужие шкафы лазим! Беру папку и медленно открываю её. Делаю вид, что изучаю список, хотя на самом деле перед глазами у меня только одно имя – Руби Хонг. Оно так и маячит, как красный флаг! Дракониха начинает волноваться. В кабинете воцаряется такая тишина, что я слышу, как отчаянно бьётся сердце Руби. Откровенно говоря, моё сердце бьётся так же часто.

– Нет, с папкой всё хорошо, – отвечаю я ей, продолжая притворяться, что меня интересуют бумаги. Переворачивая лист за листом, я быстро просматриваю анкеты сотрудников.

– Ну раз с папкой все впорядке, тогда я могу идти?

Я качаю головой. Когда я дохожу до резюме Руби, то останавливаюсь.

Воспоминания о прошлом, когда мы были друзьями, проносятся перед моими глазами, словно вспышка. Точнее, она всегда считала меня своим другом, пока нас не разлучила одна очень неприятная ситуация, от которой до сих пор проходит холодок по коже.

Я провожу указательным пальцем по фотографии Руби, на которой она улыбается. Её улыбка такая искренняя и светлая, что я не могу не улыбнуться в ответ. Но потом она становится серьёзной, и что-то внутри меня сжимается. В комнате становится жарко, и я понимаю, что нужно срочно сменить тему, иначе…

– Здесь не хватает одного резюме, – с трудом отвожу взгляд от папки, а точнее, от фотографии Руби. – Мне сказали, что придёт тринадцать новых сотрудников, но в папке только двенадцать.

Руби, кажется, встревожилась. В её небесно-голубых глазах мелькнул опасный огонёк.

– Как тринадцать? – спросила она, приподняв бровь, и подошла ко мне, стуча каблучками.

Я бесцеремонно разглядывал её, настолько увлеченно, что чуть не забыл о правилах хорошего тона.

– Вот так вот, – говорю я.

Руби забирает у меня папку и начинает внимательно просматривать бумаги. Она выглядит настолько сосредоточенной, что я невольно наклоняюсь к ней, не сводя с неё глаз.. Бледные ресницы подкрашены тушью, на лице едва ли заметна мерцающая пудра.

– Нет, тут какая-то ошибка.

Руби вздымает свои глаза. Мы вновь смотрим друг на друга.

– Ошибка? – переспрашиваю я, хлопнув дважды ресницами.

– Ошибка, – подтверждает дракониха, трижды хлопнув ресницами.

– Уверена?

Руби слегка хмурит брови. Неужели она думала, что работа в Драконьей канцелярии будет похожа на студенческую газетную организацию, где все только шутят и смеются? Здесь всё гораздо серьёзнее!

– Уверена, – добавляет она.

– Тогда как так получилось?

Руби кокетливо прищуривается. О да, моя змеюка. Ты всё поняла. Я немного издеваюсь над тобой.

– Мне было велено передать вам папку.

– Ты мне «выкаешь» или «тыкаешь»? – спрашиваю я. От моего вопроса Руби удивленно округляет глаза. – Определись уже.

Девушка рассержена. Её губы сжаты в тонкую линию, а взгляд полон злости.

Однако дракониха ничего не отвечает, только протягивает мне папку. Не осознавая своих действий, я машинально накрываю ее руку своей ладонью, как будто поймал насекомое. Я крепко держу ее, чтобы Руби не могла вырваться.

– Сколько лет прошло с нашей последней встречи? – спросил я.

Руби перестала дышать. Её обычный бесстрастный и полный злобы взгляд стал едва заметно печальным.

– А разве это теперь важно? – спросила она дрожащим голосом.

Мне кажется, что это очень важно, Руби. И для тебя, и для меня. Однако я не осмелился сказать это вслух.

– Не знаю, – ответил я так безразлично, что у самого побежали по спине мурашки. – Хотел узнать у тебя, как так вышло, что ты вновь оказалась со мной?

Руби поступает разумно: она просто вырывает свою руку и, бросив на меня последний взгляд, полный злости и обиды, отдаляется прочь, к выходу.

– Ты мне не ответила на еще один вопрос! – громко говорю ей в спину.

Руби застывает, положив руку на дверную ручку. Я понимаю, что не смогу растянуть время, поэтому сразу же говорю:

– За какой скрижалью ты влезла в мой шкаф?

Дракониха ничего не ответила и громко хлопнула дверью.

Глава 3. Руби

Просто поверить не могу, что Леон, теперь, мой начальник!

Единственное, что мне придавало сил в этой ситуации, так это то, что кабинет Леона находился поодаль от всех нас. И не дай, всемогущий, Рюдзин, если меня заставят проводить больше времени в его кабинете.

Я этого уж точно не выдержу!

Я вежливо приветствую всех, кто встречается мне на пути, стуча каблуками по паркету. В Канцелярии работает много драконов, но есть место и для других существ. Например, здесь можно встретить эльфов, дриад, различных экзотических существ и других рептилий. А еще, в Канцелярии служат маги, не во всех отделах, конечно.. А вот обычных людей, не обладающих магическими способностями, к сожалению, к нам не берут.

Возможно, это и к лучшему…Кто знает.

Пройдя по небольшому коридору, я сворачиваю налево, в большую арку. Здесь находится наш офис. Ровно двенадцать молодых специалистов работают за столами, расположенными попарно. Мы сами выбрали себе места.

В нашем отряде было пять девочек и семь парней. Все мы были – драконами.

– О, Руби! – воскликнула Аманда, оторвавшись от магического журнала. – Ты вернулась!

С Амандой мы дружили с первого курса. Сейчас, будучи практически выпускниками академии, казалось, что времени прошло не так много… Но мы продолжали быть лучшими подругами.

Я ничего не ответила, лишь поджала губы и нырнула на свое место. Стол стоял около окна, в которой открывался прекрасный вид на наш город.

Аманда имела темные, как самый горький уголь, волосы. Такие же темные глаза. Кокетливую родинку над губой с левой стороны. Одевалась она по последней моде, не упуская возможность изучить все модные журналы и осмотреть все витрины волшебных магазинов одежды. И в Драконьей Канцелярии нам сказали, что тут свободный дресс код, но злоупотреблять последним писком моды, не стоит.

Я с облегчением села за стол. Каждый стол был отделён от другого перегородкой, чтобы не мешать коллегам. На каждом столе стояла очаровательная магическая лампа, слева от меня. Справа я разместила горшочек с цветком «Драконий глаз». Белоснежные лепестки были прекрасны, а аромат – настолько приятным, что им можно наслаждаться бесконечно. Растение было живым: два больших усика напоминали две головы дракона, которые мирно спали на лепестках. Их нужно кормить пыльцой сахарных жуков, но в остальном они неприхотливы.

Этот цветок мне подарила мама, когда я поступила в академию. Долгое время он стоял у меня на подоконнике, но я решила, что здесь ему будет лучше. Правда, я до сих пор не придумала ему имя. Я просто называю его «цветочек», и всё.

Я ласково погладила один усик, затем другой. «Цветочек» недовольно вздохнул и тихо запищал.

– Всё хорошо? – спросила подруга, и я подняла голову. Аманда внимательно смотрела на меня, слегка прищурив глаза.

– Да, – ответила я. – Всё в порядке.

– По тебе не скажешь! – хмыкнула она и, обойдя стол, подошла ко мне. – Рассказывай, что случилось, пока ты была у руководителя?

Конечно, я могла бы рассказать ей о том, что Леон – мой давний знакомый. Хотя, если честно, мы с ним были лучшими друзьями. Но тогда пришлось бы объяснять ей всё с самого детства. А сейчас мне меньше всего хотелось вновь обращаться к прошлому.

– Я просто перенервничала.

Аманда, кажется, поверила мне. Она сразу же переменилась в лице. В офисе было шумно. Все новые сотрудники обсуждали что-то, воодушевленно жестикулируя, кто-то даже смеялся.

– Что, – склоняется ко мне Аманда ближе, – руководитель хорош?

Я пожимаю плечами. Конечно, Леон изменился к лучшему. Он возмужал, стал более сильным. Но и раньше девушки не обделяли его вниманием. Леон купался в женском внимании каждый день, пока не произошло то, что нас рассорило.

– Не знаю, не видела его.

– Что ж… Говорят, он первый красавчик из самых молодых холостяков новых подразделений!

Я щурюсь.

– Откуда ты всё про всех знаешь?

– Ты забыла? – воскликнула подруга, ткнув кулаком себя в грудь. – Я же ведь «Аманда-всезнайка»!

Я рассмеялась. Аманда всегда была в курсе последних новостей, событий и слухов. Не знаю, как ей это удавалось, но ни одно важное событие не оставалось без её внимания. Кажется, даже если кто-то забывал полить цветок, Аманда уже знала об этом.

– Точно, – улыбнулась я ей, а подруга крепко взяла меня за плечо.

– Эй, расслабься. Это, конечно, не драконий лагерь, но…

– Коллеги, доброе утро.

Вот же… драконий хвост. Леон легок на помине.

Дракон входит в кабинет. Все мы внимательно смотрим на него.

– Думаю, пришло время познакомиться, – воодушевленно заявляет Леон, оглядывая всех нас с головы до пят.

– Это что, он? – шёпотом спрашивает Аманда, сложив руки на груди.

Я тактично игнорирую её вопрос. Черепашьему чутью и ясно, что это наш руководитель.

Леон подходит к самому первому столу, за которым сидит девушка. Он отодвигает её папки и усаживается на краешек.

– Думаю, всем ясно, почему именно вас выбрали на эту должность?

По кабинету пронеслось легкое перешептывание. Я стараюсь быть незаметной. Если бы у нас был большой цветок или дерево, то я бы тактично спряталась за ним, изобразив часть растения. Настолько мне не хотелось, чтобы Леон смотрел на меня.

– Теперь – вы юные специалисты, которым уготовано развивать наше общество! – воскликнул Леон, сложив руки в замок перед собой. – И на ваших плечах лежит очень ответственная миссия!

– Это какая? – спросил Тодд, сидящий позади меня.

Естественно, вместо того, чтобы смотреть на источник раздражения, ток сть, источник задавания вопроса, Леон смотрел на меня.

– Я бы тоже волновалась, – с иронией в голосе произнесла Аманда, улыбнувшись в конце.

Этот день никогда не закончится…

– Напомните, как ваше имя? – спросил Леон у парня, но я видела, что смотрел он по-прежнему на меня.

– Тодд.

– Тодд, – начал Леон. – Сюда отбирают очень усердных и целеустремленных драконов. По крайней мере в мой отел.

Девочки ехидно хихикнули впереди нас. А вот Леон очень нехотя перевел на них взгляд, правда, выглядел он уже более мягким и добрым.

Вот же актёр, а…

– В моём отделе будут работать только те специалисты, которые превосходно знают и понимают основные магии и её принципов.

Леон недоверчиво обвёл нас пронзающим до костей взглядом.

– А те, кто полагает, что это какая-то забава шутки ради, и практику вам поставят лишь за красивые глаза, могут уже собирать вещи и подыскивать себе другой отдел.

И на ком в последнее мгновение заострил взгляд он? Ну, конечно же на мне. В кабинете двенадцать человек, а Леон отыгрывает роль злого босса только на мне.

Вот же… драконья хворь!

– Просите…

Аманда поднимает руку. Ну только её вопросов не хватало…

– Да?

– А как вас зовут?

Вопрос пришёлся дракону по вкусу. Уголки его губ вздернулись вверх. Он выпятил грудь назад, вздернул острый нос.

– Меня зовут Леон. Леон Вейс.

Аманда ехидно улыбалась. Конечно, не было ни единого ученика, кто бы не знал династию семьи Вейс. Краем уха, но слышал о них. Правда о Леоне было мало что известно. Многие даже не видели его в детстве, что не скажешь обо мне. Не всем удосужилось играть в магические игрушки с сыном канцлера.

Его отец, почитаемый Густав Вейс был пятым по счету хранителем королевской печати и главой Драконьей канцелярии. Да и кто бы сомневался, что его младший сын – Леон будет руководить одним из отделов канцелярии? Разве что заколдованные лягушки в болоте.

– Я ваш наставник, руководитель и…

Леон задерживает на мне свой взгляд. Смотрит так, будто бы ищет ответы на свои вопросы. Я чисто из вредности отвечаю ему тем же: загадочным и высокомерным взглядом.

– И коллега, – заканчивает дракон. – Чуть позже я познакомлюсь с каждым поближе. Договорились?

Все мы, то есть, всё кроме меня, отвечают: – да. А я просто открываю рот. Интересно, а в каждом отделе канцелярии всегда такие приветственные речи? Да и зачем ему знакомиться с нами поближе? Он что, выбирает себе кого-то в друзья?

– Ну и славненько, – восклицает Леон хлопнув в ладоши. Я смотрю на всё это с таким недовольством, что сводит челюсть. Дракон поднимается со стола, уже направляется на выход, как застывает в дверном проёме. Он слегка оборачивается, добавляя:

– Чуть не забыл! Руби Хонг моя ассистентка по распоряжению Агаты Дарси.

Леон оглядывает кабинет, и нужно признать так умело, что я ему верю, будто бы он не знает меня. Точнее, не запомнил.

– А, вот вы, – остановившись вновь своим взглядом на мне , он лукаво улыбается. – Я чуть позже зайду за вами.

А после, удаляется прочь, оставив меня на растерзание новоиспеченных коллег. Спасибо, Леон Вейс. Я это добрый жест запишу в свой черный блокнотик драконов, которым наколдую несварение желудка.

Кажется, всё глаза устремлены на меня. Аманда оборачивается первой и сощурив глаза, спрашивает:

– Ассистентка?

Безразлично пожимаю плечами. Ну а что мне ещё ей сказать? Я же не буду рассказывать ей о том, какое прекрасное утро выдалось в кабинете Леона? Ну… по крайней мере пока что. Она всё равно это узнаёт, но позже. А до этого момента у меня есть время, чтобы понять, чего от меня хочет Леон.

– Руби, да тебе везёт больше, чем остальным!

– Агата Дарси не дала мне выбора… – плюхнувшись на стул, тяжело вздыхаю. Ну это правда. Меня поставили перед фактом, даже не дали сказать ничего.

– Поздравляю! – кто-то издали одабривает меня хвалебной интонацией.

– Да, Руби! Ты молодец!

– Спасибо, – отвечаю я, не оьорачиваясь.

Аманда склоняется ко мне ближе с вопросом, от которого у меня мурашки по коже:

– А почему господин Вейс на тебя так смотрел?

– К… как так? – восклицаю я, чувствуя, что волнение вновь накатывает волной.

– Ну… Как-то странно.

– Я не заметила этого.

– Серьёзно? – воскликнула Аманда, но тут же перешла на шёпот. – Руби. Что с вами произошло в его кабинете? А ну, колись!

Аманда гипнотизирует меня своим взглядом так настырно, что я даже икаю от страха.

Глава 4. Леон

В обед я отправился в местную столовую. По правде говоря, многие руководители ходят исключительно в магическое кафе, которое расположено рядом со зданием канцелярии. Но лично мне не понравилась еда, которую там подают. Слишком пересолена, слишком сухая. А вот в местной столовой, еда ничего так.

Взяв поднос, я направился вдоль больших витрин, следуя за общей очередью. Хорошо, что на обед можно было уйти в любой отрезок времени с часу до четырёх вечера, смотря, как ты управляешься с работой.

Набрав то, что я тоже сегодня хочу съесть, подошёл к кассе и протянул магическую пластиковую карточку. Буфетчица лениво провела ей по вычислительной машине, та весело рыгнула чеком и отдав мне всю эту прелесть обратно, женщина мило улыбнулось.

– Спасибо, – ради приличия отозвался я.

Свободных столиков было уйма. Садись куда твоя огненная душенька решит. Выбрав самый первый стол, который попался мне в поле зрения , я сел и засучил рукава. Под нос так и благоухал от невероятно пьянящего аромата вкусной еды.

Снял пиджак, засучил рукава по локоть и принялся есть.

О, святые усики… как же вкусно!

Чечевичный суп, мягкая, словно тающая во рту картошечка пюре с сочной мясной котлетой, хрустящий салатик из зелёных листьев мандрагоры, лилового перца и красно-фиолетоаых томатов. Стакан добротного клюквенно-можжевелового компота и… сладкая творожная улитка на десерт.

Святые усики, как же вкусно…

Когда мой подрос опустошился наполовину, я поднял глаза и чуть ли не подавился пюрешкой. Впереди, через три стола была Руби с какой-то девчонкой, что сегодня задавала вопрос, как меня зовут… Они синхронно сели. Её подружка спиной ко мне, а Руби лицом. Будто бы специально это сделала…

Выпрямив спину, я продолжил медленно есть и наблюдать за Руби. Девушка была чем-то расстроена. Её уголки губ опустились вниз, а в глазах не было зловещего огня, которым она пыталась меня обжечь утром. Интересно, что произошло?

Руби заметила меня тогда, когда на моем подносе осталась одна ложка салата и улиточка. Руби поднесла ко рту ложку с супом, и я тоже поднес ложку с салатом к своему рту.

Замерли. Смотрим друг на друга, как школьники. Руби едва ли проглатывает суп, стараясь побыстрее отвести свой взгляд. Я же, продолжаю гипнотизировать ее, медленно разжевывая салат.

Интересно, почему именно в мой отдел её взяла Агата? Почему не в соседний, именно на том курсе, где учится Руби? Насколько я помню, Руби учится на кафедре «Система образования магических созданий и других мифических существ», по крайней мере так было написано в ее резюме. Так почему Руби была зачислена ко мне, в «Отдел магических исследований и разработок»?

Неужели, было столько желающих, что Агате пришлось выбирать: кого куда расформировать? Вопрос, конечно, интересный. Но с ответом можно и повременить. Руби продолжала прятать глаза в любую поверхность, только бы не смотреть и на меня. Будто бы я казался ей чем-то запретным или постыдным. И меня это чертовски забавляло.

Когда я управился со своим обедом, то продолжал гипнотизировать Руби, отпивая из стакана компот. Девушка всё так же не хотела смотреть на меня, однако всё равно, украдкой кидала взгляды в мою сторону. Ох уж эти девушки…

Нужно было как-то обозначить, что я её вижу, и вижу что она делает. Поэтому, мне ничего лучшего не пришло в голову, как подойти к ней. Что я е скажу? Не знаю. Придумыю на ходу. Не зря же я возглавляю отдел разборок? Смекалка у меня в крови!

Поэтому закинув на плечо пиджак и удерживая его одним пальцем, я взял во вторую руку поднос и вальяжно пошёл к Руби. Подойдя ближе, её подруга взглянула меня, а вот Руби пыталась делать вид, что в упор меня не видит.

– Руби. После обеда зайди ко мне, – произнёс это таким басовитым тоном, чтобы казалось более строже. – У меня есть к тебе поручение.

Девушка прозевала кусочек хлеба и тихо сказала:

– Ладно.

Я ещё на секунды пять, а быть может и все десять, задержали на ней взгляд, а после, пожелай девушкам приятного аппетита, удалился прочь.

Ох, и не нравится же Руби, когда я стою над ней. Но ничего тут не поделаешь. Я её руководитель и ей придется выполнять свои поручения, хочет она этого или нет.

Дойдя до места, куда ставят пустые подносы и подставив свою на небольшой выступ, огромная магическая Головач похожая на голову дождевого червяка, высунула из своего кольцевидного тела маленькие ручонки и начала вылизывать с тарелок остаток еды. После этого, она ставила поднос с тарелками в магическую машину, в которой они промывали.

Но не успев выйти за всеми столовой, как меня окликнул Михаи́л.

– Леон, какая встреча!

Я чуть ли не заскрипел зубами от злости. А он то что тут делает?

Светловолосый дракон протягивает мне руку. В его серых глазах блестит огонек азарта.

– Приветствую, – говорит он с крепко пожимая мне руку.

– Приветствую, – отвечаю ему тем же рукопожатием.

– Сколько лет, сколько зим, – отвечает он широко улыбаясь. И правду, сколько лет прошло после нашей последней встречи?

– Как твои дела?

– Да потихонечку, – отвечает он, сунув руки в карманы брюк.

– Что ты тут делаешь?

– Приехал по особо важному делу, – говорит тот, но сдаётся мне, Михаил что-то не договаривает. Его озорной блеск в глазах меня настораживает. – Решил перекусить, прежде, чем продолжить!

Большая голова, в которую отправляются тарелки некультурно рыгнула на всю столовую.

– Не ожидал тебя здесь увидеть.

– Я и сам не думал, что мне придётся сюда ездить.

Хмыкаю в ответ. Я и Михаил никогда хорошо не ладили. Начиная со студенческих лет, когда Михаила отправили учится сюда, чтобы не позорить породистую семью чёрных драконов клана Алламар, заканчивая сегодняшним днём.

Михаил – бастард семьи Бестужевых. Белая ворона, на черной чешуе. Тот, кого стыдится собственный отец. Его родители погибли при битве, а воспитание занялся дядя Филипп, который является высокопоставленным канцлером Королевства Леастид, что южнее нас. В его семье есть старшая сводная сестра Варвара Бестужева и старший сводный брат Дитрих. Но ни Варя, ни Дитрих не общаются с Михаилом. Стараются скрывать своих связей.

– Так… – задаю тон разговору, направляясь на выход. Михаил следует моему примеру. – Что тебя сюда вызвало?

– Некие записи архивов и магических свитков, – отчужденно произносит дракон. – Так, нужно по работе…

– И где ты теперь работаешь?

– Ректором в Академии Леастид.

Я чуть ли не давлюсь собственной слюной. Дело пахнет дрянью..

– Академии Леастид? – пытаюсь спросить так, чтобы этот вопрос прозвучал чисто из приличия, а не из любопытства и страха.

– Да, – кивает головой тот. – Веду предмет «Введение в потусторонний мир и защиту от сверхъестественного».

– И давно ли ты там работаешь?

Михаил смотрит на драконих, которые идут нам навстречу.

– Недавно, – отвечает тот. – Буквально только вступил на должность.

– И как? Тебе нравится?

– Немного скучновато, но…

Михаил прямо пожирает взглядом других драконих, которые кокетливо улыбаются ему, перешептываясь. Дракон даже оборачивается, чтобы проводить девчёнок взглядом.

– Но в целом, ничего так работка.

– Понятно.

– Ну а ты? – спрашивает он. – Почему здесь?

– Я теперь возглавляю новый отдел в канцелярии.

– Да что ты? – восклицает Михаил, но нужно признать, что его интонация отдаёт флером насмешки. – И какой же?

– Отдел магических исследований и разработок, – тараторю я. – Вот, дали новых студентов.

– Да ты, я погляжу, теперь важная шишка? – крепкая ладонь ложится мне на плечо. – Руководитель отдела!

– Да, – с гордостью отвечаю ему. – Руководитель. Сам не верю.

– А я помню тебя неудачником, который не мог забить и с десяти метром мячь в кольцо.

Слабо выдавливаю из себя что-то, что должно походить на улыбку.

– Мир меняется, – говорю ему, и Михаил соглашается со мной.

– Да уж. Мир меняется…

Между нами нависает очень неловкая пауза, по крайней мере, я её так ярко ощущаю, что не знаю, куда себя деть.

– Так значит, – разрываю я наше молчание, пока мы шагам по длинному коридору в главный большой холл, – теперь ты работаешь с ведьмами?

– Да, – отвечает он. – Ты же знаешь, что я и сам, наполовину, Ведьмак. Поэтому руководство, в лице моего дяди, конечно… – Михаилу всегда было важно подчеркнуть то, что он не из бедной семьи, хоть и является бастардом, – решило, что я должен отработать пару годков в Академии для набора опыта.

– Я думал, что тебя туда утвердили, – произношу с непониманием.

– Нет. Ты же знаешь по какой причине, я не могу оставаться долго в королевстве. К тому же скоро вернётся Дитрих…

Я ни разу не видел Дитриха в живую. Только на магкарточках или с афиш магических газет. Дитрих всегда купался во внимание. А когда он возглавил экспедицию в поисках утраченных свитков, то и вовсе стал местной звездой.

– Вы общаетесь?

– Нет, – покачав головой, Михаил явно был расстроен разговором, который зашел именно на эту тропинку. – Мы не общаемся. Только Варя изредка со мной видеться.

Варвара Бестужева… Одна из самых многоуважаемых драконих, которые не только прекрасно преподают в Академии, но и безупречно строят свой бизнес. И её я тоже, ни разу не видел в живую.

– И… как она?

– Сносно-сносно, – ответил Михаил с горечью. – Очень даже.

Михаил всегда с теплом отзывался о Варваре. Детство они провели всё вместе, даже учились тоже, пока Канцлер Филипп Бестужев после какого-то инцидента не отправил Михаил сюда, в соседнее королевство доучиваться.

– Вот открыла свою таверну «Драконья Лоза».

– О, – воскликнул я, – поздравляю!

– Ну, поздравления нужно ей говорить, а не мне.

Все это мне кажется слишком подозрительным.

– Говоришь, что со скуки помрешь в отделе «Архив магический свитков»?

Бестужев засмеялся.

– Не то слово! – воскликнул он.

– А что ты там ищешь?

– Я конспектирую материал по записям истории возникновения потустороннего мира. Свои записи, я, к сожалению, потерял. Вот и приходится готовиться к новому учебному году именно так.

Выйдя в большой холл, где под огромным куполом детали красивые птицы, а посередине был золотой большой фонтан, я остановился. отсюда было несколько лестниц ведущие в три разных крыла. И, если Михаилу нужна была правая лестница, то мне левая.

– Ну… – говорю ему, пожимая руку. – Ты заходи если что.

Михаил противно улыбнулся.

– Обязательно!

В этот момент по всему холлу пронеслась оглушительная сирена. И она извещала, что кто-то что-то украл из запретной секции.

Глава 5. Руби

– О боже, на нас нападают Хикуты!

Аманда вцепилась в мою руку так сильно, что звук сирены, разносящийся по всему периметру, казался детской забавой.

– Я не думаю, что Хикуты сюда сунутся.

Сотрудники начали носиться по коридорам, отчего нам с подругой пришлось чуть ли не слиться со стеной, не дай бог нас бы задели.

– А вдруг это они?

Я взглянула на Аманду. В ее глазах закрался страх за свою жизнь.

– Я уверена, что это не Хикуты. Защиту Драконьей канцелярии никто не сможет пробить.

– Но что, если…

– В запретную секцию проникли! – кричал дракон, расталкивая толпу. – В запретную секцию проникли!

Мы с подругой переглянулись.

– Это точно Хикуты! – пропищала та, и нам пришлось вновь слиться со стеной, чтобы несколько драконов нас не сбили с ног.

– Хикуты не проникают в запретные секции. Они питаются только силами ведьм, а не драконов.

– А вдруг на них лежит проклятие? – Аманда дернула меня на себя. – Мы все умрем!

Я демонстративно закатила глаза. Уж не думала, что Аманда настолько труслива. Но делать было нечего: ситуацию нужно было брать в свои руки.

– Пойдем, нужно где-нибудь спрятаться.

– Да, точно! – воскликнула она и побежала вперед меня.

Драконьи крылышки… Мне еще не хватало, чтобы Аманда пострадала от толпы или своей беспечности. Следуя за подругой, мы вошли в более просторный коридор, в котором было меньше сотрудников.

– И что будем делать?

Я нахмурилась.

– Нам не проводили инструктаж, как всегда себя, если случится такая ситуация.

– Значит… – Аманда тряслась, как кленовый лист на ветру. – Мы все умрем!

– Руби!

Мужской голос, который меня звал, конечно же, принадлежал Леону. Ну кто бы мог подумать, что даже в драконий апокалипсис Леон найдет меня. Складывалось впечатление, что если я провалюсь сквозь землю, то этот драконий фиг бы нашел меня где угодно. Я чуть ли не стону от безысходности. – Руби!

– Да?

Леон уже подошел вплотную. Он с недоверчивостью взглянул на Аманду, у которой уже слезы были на глазах.

– Руби, в запретной секции произошло… – Леон подбирал слова. И правильно делал. Не хватало, чтобы этот чудик еще сильнее напугал Аманду, которая и без того вот-вот упадет в обморок от своей же истерики. – Произошло недоразумение.

– Это вы о сирене?

Леон нервно сглотнул.

– Да, и о ней тоже. Вы мне нужны, как мой персональный секретарь.

Хотелы бы я парировать в ответ, кто был бы его персональным секретарем, да вот хватка Аманда за мою руку – было единственным, что уберегло от крылатого греха подальше.

– Аманда напугана. Я не могу ее оставить одну.

– Аманда взрослая девочка. Нужно добрать до своего кабинета и не выходить оттуда, пока защитные решетки не спадут с окно.

– Защитные решетки? – спросили мы с унисон с подругой.

– Да, – твердо ответил Леон, выпячивая грудь вперед. Он даже в такой ситуации умудряется быть чертовски привлекательным. – Вы что, не читали инструктаж?

Аманда начала трястись еще сильней. Мне ничего не оставалось, как закатить глаза и обратиться в подруге:

– Ты все слышала?

Подруга продолжала трястись. Я крепко взяла ее руки в свои и посмотрела в глаза.

– Аманда, ты все слышала, что сказал Леон?

– Д…да!

– Хорошо. Доберись до кабинета и не выходи оттуда, пока…

– Пока защитные решетки нее спадут с окон!

– Хх….хорошо!

– Точно доберешься до кабинета? – уточнила я у Аманды, хотя знала заранее, что она сможет дойти до кабинета.

– Да… Я.. я постараюсь.

– Умничка.

– Мы придем, как только сможем, – заверил Леон, и… наверно это пока-что единственный его правильный поступок, который был нужен в данной ситуации.

Аманда не хотела выпускать свои руки из моих, но настырный взгляд Леона заставил ее это сделать. Девушка быстро выбежала в большой коридор и смешалась с толпой. Пока я смотрела ей вслед, крепкая рукаа Леона потянула меня на себя.

– Ты что…

– Пойдем. У нас мало времени.

Я не понимала, что он от меня хочет. Более того, чем я вообще смогу ему помочь в данной ситуации.

– Что случилось? Почему у нас мало времени?

– Просто иди за мной. Сейчас все руководители предстанут перед советом драконьей канцелярии.

– Что?

Леон продолжал тащить меня куда-то вдаль. А я, как ни странно, подчинялась ему.

– Подожди.

– Нет времени, Руби!

Но меня не останавливали его слова. Я вообще считала их отговорками!

– Да подожди ты! – воскликнула я, остановившись по середине коридора, выдернув свою руку из его. – Объясни, что происходит?

Леон стоял так близко, что я чувствовала запах его одеколона – древесный, с горьковатой ноткой, как будто он специально выбрал аромат, чтобы сводить меня с ума. Его пальцы сжали мой локоть, когда я потребовала ответов, но я резко дёрнулась, освобождаясь.

– Сигнализация сработала, потому что с архивом что-то не так, – начал он, и в его голосе прозвучало раздражение, которое я знала слишком хорошо. – Если бы ты не пряталась в шкафу как испуганная ящерица…

– Я не пряталась! – фыркнула я, хотя щёки тут же предали меня жаром. – Я… проверяла его на прочность! И вообще, причем тут шкаф?

Он приподнял бровь, и я мысленно прокляла себя.

Проверяла прочность. В шкафу. В его кабинете. Гениально, Руби.

– Прочность, говоришь? – уголки его губ дрогнули. – Тогда, может, заодно проверишь…

– Вейс! Хонг! – резкий голос начальника отдела разработок, госпожи Лоренц, разрезал воздух. Она шла по коридору, её каблуки стучали, как метроном, отсчитывающий время до катастрофы. – Архив заблокирован. Отдел безопасности не отвечает. Вы – ближайшие, кто может что-то сделать. Идите и выясните, что там случилось.

Леон кивнул с холодной профессиональностью, но я заметила, как напряглись его плечи.

– Мы? – прошептала я, когда Лоренц скрылась за поворотом. – Ты же ненавидишь работать в паре!

– А ты ненавидишь меня, – парировал он, уже шагая к магическому лифту. – Идеальный баланс.

Ненавижу. Конечно.

Именно поэтому я два года училась по ночам, чтобы попасть сюда. Чтобы ты это увидел.

Лифт гудел, как раздражённый шершень, а зеркальная дверь отражала наше с Леоном молчание в тридцать три раза.

Я считала трещинки на панели с кнопками – их было четырнадцать, как и лет назад, когда мы с ним были на пике нашей дружбы. Леон тогда назвал меня «упрямой саламандрой», а я облила его плащ кислотным зельем (которое у меня получилось впервые, но оставило шрам в воспоминаниях на всю жизнь). Мне было десять, Леону пятнадцать. Теперь его плечо в полуметре от моего пахло сандалом и чем-то электрическим, будто он впитал запах молний.

Скажи что-нибудь о погоде. Или о его туфлях. Или о том, что он идиот…

Но язык прилип к нёбу, а пальцы нервно перебирали прядь белоснежных волос, что выбились из косички.

Леон скрестил руки, и его рукав задрался, обнажив шрам от того самого ожога.

Мой взгляд, словно амортизатор, мягко упал на пол.

– Ты… – начал он одновременно со мной.

– Ты первый! – выпалила я, как на дуэли.

Он усмехнулся, и лифт внезапно дёрнулся, выключив свет.

В темноте его дыхание стало громче.

Ближе.

– Помнишь, как мы… – его голос скользнул по шее.

– Нет. – солгала я слишком быстро.

Помню.

Конечно, я, черт возьми, помню, как мы всё лето проводили вместе. Помню, как я решила залезть на верх дерева, чтобы Леон не подумал, что я боюсь высоты. Как его рука обняла мою, еще тогда пухлую талию, чтобы я не упала. А потом мы неделю не разговаривали, потому слишком сильно переволновалась и ляпнула лишнего, но он все равно пришел ко мне с подарочной коробкой конфет, чтобы помириться, хотя неправой была я.

Стены лифта замигали магической голограммой – проклятая функция «релаксации». Нас окружили плывущие коты-единороги под звуки арфы. Леон фыркнул:

– Твоих рук дело?

– Конечно, – я скривилась. – Правда, я хотела пингвинов в танках.

Он рассмеялся – тихо, будто стесняясь. И вдруг стало жарко, будто лифт решил превратиться в сауну.

Я потянула воротник блузки, а он отвернулся, будто внезапно заинтересовался котом с радужным рогом.

– Руби… – он повернулся, и наши пальцы случайно соприкоснулись у кнопки «экстренный вызов».

Кнопка не работает.

Я знаю.

Проверяла еще тогда, когда свет погас.

– Да? – голос сорвался на писк.

– У тебя… – он жестом показал на свою щёку. – Пыль. От архива.

– О. – Я потёрла лицо, но он, вздохнув, стёр пятно большим пальцем.

Кожа под его прикосновением вспыхнула, и я покраснела, кажется, до кончиков ушей от смущения.

– Спасибо.

Больше мы с ним не разговаривали, ровно до того момента, как лифт не принес нас на нужный этаж.

В коридоре было тихо. Мы шли осторожно, правда, всю тишину прерывал один единственный звук – стук моих каблуков.

Двери архива скрипнули, будто жалуясь на наше вторжение. Внутри царил хаос: стеллажи повалены, древние фолианты разбросаны по полу, а магические кристаллы мерцали в темноте, словно насмехаясь. Воздух пахнул гарью и… чем-то металлическим.

Кровью?

– Ну, вечеринка удалась, – пробормотала я, подбирая обгоревший фолиант с названием «Как не спалить архив за 10 шагов».

Леон, не обращая внимания на мой сарказм, прошёл к центру зала. Его взгляд упал на пустой пьедестал, где обычно красовался артефакт в форме часов с треснувшим циферблатом.

– «Сердце Хроноса» исчезло, – пробормотал Леон, разглядывая пустой пьедестал в центре зала. Его голос стал резким. – Артефакт, способный перематывать время. Если его активировать без подготовки…

– Управление временем? – я присвистнула. – Надеюсь, вор хотя бы вернётся в прошлое и исправит этот бардак.

Леон проигнорировал шутку, опустившись на корточки у основания пьедестала. Я подошла ближе и заметила на полу странные следы – серебристые чешуйки, переливающиеся как ртуть.

– Дракон-оборотень, – сказал он, поднимая одну из них. – Редкий подвид. Кажется, это бывший агент из бюро расследований. Тот, кого изгнали за попытку украсть артефакты.

– Значит, наш воришка ещё и ностальгирует? – я присела рядом, нарочито толкнув его плечом. – Может, он хотел вернуть старую должность?

Его рука нечаянно коснулась моей, и я резко отдернула пальцы, будто обожглась.

Леон отстранился, но не так резко, как обычно. Его пальцы сжали чешую чуть сильнее.

– Он опасен. Способен имитировать чужую магию.

– О, как мило, – я ухмыльнулась. – Значит, он может притвориться даже тобой?

– Это не шутки, Руби, – он повернулся ко мне, и я вдруг заметила, как его глаза отсвечивают холодным сиянием. Будто в них застыли осколки зимнего неба.

Мы замолчали. Воздух между нами вдруг стал гуще, как будто кто-то вылил в него мёд. Я потянулась к другой чешуйке, намеренно коснувшись его руки.

– Значит, докладываем высшему совету? – спросила я, стараясь звучать беззаботно.

– Да, – он встал, отряхивая пыль с брюк. – Но сначала нужно…

– Составить отчёт в трёх экземплярах, проверить каждую пылинку и десять раз перечитать устав? – перебила я, поднимаясь следом.

– Нет, – неожиданно ответил он и наклонился ближе, чтобы рассмотреть след, будто бы делает это в последний раз, и его дыхание коснулось моей шеи. Я затаила воздух, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. – Нужно найти, куда он направился.

Я замерла. Это был первый раз, когда Леон Вейс предложил что-то, не связанное с правилами.

– А что насчёт совета? – спросила я, поднимая бровь.

– Они будут тянуть время. А мы – нет.

Я уставилась на него, пытаясь понять, не подменили ли его. Но он уже разворачивал карту, его пальцы скользили по линиям маршрутов с привычной точностью.

Не сейчас, Руби. Соберись.

– Ты… серьёзно? – я не смогла сдержать улыбку.

– Я всегда серьёзен, – он бросил на меня взгляд, в котором мелькнуло что-то вроде искры. – Но сегодня я готов сделать исключение.

Мы стояли так близко, что я чувствовала как его дыхание слегка участилось, и я вдруг поняла, что это не из-за артефакта.

Внезапно стены архива дрогнули. Воздух сгустился, и где-то вдалеке раздался рёв – низкий, вибрирующий, словно сама реальность трещала по швам.

– Что это может быть? – прохрипела я, хватая Леона за рукав.

– Понятия не имею… – ответил он, потянув меня к выходу, но дверь захлопнулась. На стенах начали появляться трещины, из которых сочился фиолетовый свет.

– Руби, берегись! – воскликнул Леон, прижимая меня к груди, когда с потолка рухнул шкаф.

И вот он, идеальный момент: я, прижатая к врагу номер один, в самом центре временной аномалии, с мыслью, что если выживу, то убью его лично.

Но когда его руки обвились вокруг моей талии, а голос прошептал «Берегись», я поняла, что всё гораздо хуже.

Потому что в этой сумасшедшей тишине, под рёв разрушающейся реальности, моё сердце билось в унисон с его.

И это было страшнее любого культа.

Глава 6. Леон

Святые Когти Рюдзина!

Кажется, сама реальность решила развалиться нам на головы. И не где-нибудь, а в самом сердце Архива Древних Свитков, где каждая пылинка старше меня в десять раз и в сто раз дороже.

Рев сирены слился с треском ломающихся балок и шипением магических контуров, выходящих из строя. Воздух гудел, как разъяренный рой шершней, пропитанный запахом гари, старого пергамента и… металла? Кровь. Чутье дракона не обманывало.

Руби замерла рядом, её глаза – огромные синие озера страха – метнулись ко мне. В них читался немой вопрос: «Что теперь?»

И в тот же миг, с оглушительным грохотом, прямо над нами рухнул массивный стеллаж, набитый фолиантами в драконьей шкуре. Тяжеленные тома, способные раздавить насмерть, понеслись вниз, как каменный дождь.

Инстинкт сработал раньше мысли. Я рванулся вперёд, не думая о правилах приличия или нашей десятилетней вражде. Моя рука обхватила её талию – неожиданно тонкую и упругую под слоем деловой блузки – и резко притянула к себе, закрутив спиной к падающему хаосу. Одновременно я вскинул свободную руку, выкрикивая слова для магического заклинания щита.

Магия рванулась изнутри, холодная и требовательная, вытягивая силы. Воздух перед нами сгустился, заблестел, как ртуть, сформировав вогнутый купол. Первые книги ударили в него с глухим стуком, отскакивая, словно горох от брони.

– Держись! – крикнул я ей в ухо, перекрывая грохот. Она вжалась в меня всем телом, дрожа. Я чувствовал её учащённое сердцебиение сквозь слои одежды, синхронное моему собственному бешеному ритму. Её дыхание, тёплое и прерывистое, обжигало шею. И в этот момент, в клубке дыма, пыли и падающих обломков, меня накрыло волной прошлого.

Двенадцать лет назад…

Солнечная поляна за Академией. Руби, пухленькая девчонка с пшеничными косичками, вся в слезах. Её голубые глаза, такие же огромные, как сейчас, полные предательства и боли, смотрят на меня. Я только что высмеял её секрет перед всей нашей ватагой.

Глупо. Жестоко. Детская жестокость, от которой теперь сжимается желудок. «Надоедливая ящерка», – думал я тогда. А сейчас, прижимая к себе эту «ящерку», ставшую стройной, упрямой и чертовски опасной драконихой, чувствую лишь леденящий стыд.

Она доверилась. Я предал. И теперь её жизнь снова в моих руках.

– Леон! Сзади! – ее крик, резкий и полный чистой ярости, вырвал меня из плена воспоминаний.

Я рванулся в сторону, увлекая ее за собой, как раз в тот момент, когда еще один шкаф, объятый синим магическим пламенем, рухнул на место, где мы только что стояли.

Магический щит дрогнул под градом искр и обломков.

– Спасибо, – выдохнул я, не выпуская ее. Ее тело напряглось, но она не оттолкнулась. Практичность победила ненависть.

Пока что.

– Не за что, господин Вейс, – парировала она, и в ее голосе снова зазвенел знакомый стальной оттенок. – Просто не хочу объяснять Агате, как мой начальник угробил нас обоих в первый же день. Это испортит мою статистику.

Сарказм. Ее привычная защита. Но сейчас он прозвучал… обнадёживающе. Значит, она не растерялась.

– Тогда предлагаю не угробляться, – огрызнулся я, окидывая взглядом бушующий хаос.

Пыль резала глаза, видимость была почти нулевой. Но инстинкт, усиленный драконьей кровью, тянул меня к дальнему углу зала, туда, где еще минуту назад стоял пьедестал с «Сердцем Хроноса». Там висело странное мерцание, не похожее на пожар или обрушение. Воздух искривился, как над раскаленным камнем.

– Туда! – я указал направление, все еще прижимая Руби к себе. Пришлось буквально плыть через море обгорелых бумаг и дымящихся обломков. Она не отставала, ловко переступая через препятствия. Я заметил, как она резко дернула меня за рукав, указывая на опасную трещину в полу, которую я не разглядел в дыму.

Находчиво. Очень находчиво для «ассистентки», которая только что проверяла шкафы на прочность.

Мы добрались. На месте пьедестала зияла чёрная дыра в пространстве, окаймлённая пульсирующим сине-зелёным светом. Портал. Неустойчивый, дикий, но работающий. След вора – серебристая чешуйка – мерцала на самом краю, словно насмешливый маяк. Он ушёл. Туда.

– Он там, – прошептала Руби, её глаза сузились, анализируя портал. – И артефакт с ним.

В моей голове грохотали правила, инструкции, целая гора драконьих протоколов:

«Жди Совет! Докладывай! Не лезь!»

Совет… Который будет заседать три часа, обсуждая формулировки, пока вор уйдёт настолько далеко, что и след простынет. Пока этот артефакт, способный перевернуть время, окажется в руках того, кто заплатил Каю или кто им манипулирует.

Пока Руби…

Пока Руби будет смотреть на меня с тем же презрением, что и десять лет назад, видя бездействие.

Нет. Только не в этот раз.

Решение созрело мгновенно, жаркое и безрассудное, как дыхание пламени. Моё сердце забилось чаще, кровь забурлила в венах, отзываясь на древнюю драконью ярость.

– Мы идём за ним. Сейчас, – прорычал я, не отрывая взгляда от портала.

Руби резко повернула ко мне голову, её брови взлетели к волосам, а в синих глазах вспыхнул недобрый огонь.

– Что? Ты с ума сошёл? Это же… – начала она, но я не дал ей закончить.

– …против всех правил? Да, – перебил я, не отводя взгляда от её недоверчивых глаз. – Но если мы подождём Совета, он исчезнет. Навсегда. И «Сердце Хроноса» с ним. Готова ли ты рискнуть?

Она замерла, словно статуя. Я видел, как в её голове проносятся мысли – одна острее другой. Опасность. Неподчинение. Я – её злейший враг. Но я также заметил тот самый огонёк – огонёк исследователя, жаждущего истины, и дракона, не привыкшего отступать. Тот самый огонёк, который когда-то привёл её в мой шкаф, будь он неладен.

– А если это ловушка? – спросила она, но в её голосе уже не было категоричного отказа. Только вызов.

– Тогда нам вдвойне повезло, что мы вместе, – парировал я с кривой усмешкой. – Два дракона против ловушки – неплохие шансы. Но на всякий случай…

Я стянул с запястья тонкий браслет из сплетённых серебристых нитей. Семейная реликвия, подарок матери на совершеннолетие. «Связующая Нить». Артефакт невероятной ценности и… сомнительной практичности в мирное время. Сейчас – самое время.

– Дай руку, – приказал я, не терпя возражений. Её ладонь была холодной, но я чувствовал, как под моими пальцами пульсирует драконья сила. Браслет мягко обхватил её запястье, соединяя нас невидимой нитью.

Она нахмурилась, но протянула запястье – изящное, с тонкой цепочкой. Я быстро обернул вокруг него один конец нити, чувствуя лёгкое сопротивление её магии. Её кожа была прохладной, словно лёд, но под ней пульсировала драконья сила. Затем я обернул другой конец вокруг своего запястья. Нити слились, образовав едва заметное тёплое сияние. Связь установилась – тонкая, но прочная магическая нить между нами, ощутимая как лёгкое покалывание под кожей.

– Что это? – спросила она, разглядывая сияние, и в её голосе впервые не было сарказма.

– Страховка, – коротко ответил я, стараясь не выдать волнение. – Чтобы не потерять тебя в этом… куда бы мы ни прыгали. Держит на расстоянии не больше пяти шагов. И даёт смутное ощущение направления друг на друга. Не рви, это дорогое удовольствие.

Она кивнула. Никаких язвительных комментариев. Осознала серьёзность момента или просто оценила стоимость артефакта. С Руби никогда не знаешь… Но сейчас это не имело значения.

Портал пульсировал, его края стали нестабильными. Время истекало. Я чувствовал, как воздух вокруг нас сгущается от напряжения.

– Готовь защитные чары, – скомандовал я, чувствуя, как моя собственная магия клокочет в ожидании. – Вход может быть… турбулентным.

Я вгляделся в её лицо – в эту невыносимую, упрямую, неожиданно храбрую Руби Хонг. Её спутанные пшеничные волосы падали на лицо, на щеке темнела сажа, а в глазах горел тот самый решительный огонь, который когда-то заворожил меня.

Сейчас она была не ассистентка, а моя самая верная союзница. Пусть и временная. Пусть и вынужденная. Но всё же…

– За мной! – крикнул я, крепче сжимая её руку (не из сантиментов, а для синхронизации прыжка! Хотя… кого я обманываю?). Её ладонь была холодной, но под моими пальцами пульсировала драконья сила.

Шаг в пульсирующую бездну портала. Мир взорвался калейдоскопом красок, вывернулся наизнанку, разлетелся на тысячи осколков. Время потеряло смысл. Пространство растворилось в хаосе. Единственной точкой опоры в этом безумии стало тепло её руки в моей и слабое, но упрямое сияние Связующей Нити на наших запястьях.

«Вот бы Совет драконов видел, как их драгоценные протоколы летят в тартарары вслед за нами», – промелькнула последняя саркастичная мысль, прежде чем тьма поглотила нас целиком.

Глава 7. Руби

Шагнуть в пульсирующую бездну портала, держась за руку Леона Вейса? Лучшая идея дня.

Нет, года.

Нет, всей моей драконьей жизни!!!

Святые Крылья, я определенно сошла с ума, согласившись на это. Его пальцы сжали мои – крепко, властно, будто я была его собственностью, а не коллегой по несчастью, которую он тащил на погибель. А потом мир взорвался.

Это не было похоже на обычную телепортацию – плавное смещение, легкое головокружение.

Нет.

Это было похоже на то, как тебя протаскивают сквозь гигантскую мясорубку, наполненную битым стеклом и кричащими красками. Давление сжало грудь, вырвав стон. Глаза залило ослепительным калейдоскопом несуществующих цветов – ядовито-зеленый, больной лиловый, слепящий белый. Звуки превратились в пронзительный вой, рвущий барабанные перепонки. И запах… О, драконий хвост, запах!

Кислотный, как прокисшее зелье, с примесью озона и чего-то гнилого, глубоко подземного. Я почувствовала, как моя магия – обычно послушный, теплый ручей внутри – вдруг забурлила, закипела и рванулась в разные стороны, как испуганный зверь в клетке.

«Не сейчас! Только не сейчас!» – умоляла я саму себя, вцепившись в руку Леона, как в якорь. На запястье горела дурацкая серебристая нить – его «страховка». Ее слабое, но навязчивое тепло было единственной точкой опоры в этом безумии. Я ненавидела эту необходимость – держаться за него, чувствовать его силу, его контроль, когда моя собственная власть над магией таяла как дым. Ненавидела его спокойное (как мне казалось!) дыхание где-то рядом, его уверенность, с которой он вел нас сквозь этот ад.

Я – Руби Хонг, всегда полагавшаяся только на себя – вынуждена была висеть на нем, как беспомощный дракончик на материнской спине. От одной этой мысли скрежетало на зубах.

Выбросило нас с такой силой, что я едва удержалась на ногах. Леон, конечно, приземлился как кошка – грациозно и беззвучно. Я же спотыкнулась о что-то мягкое и скользкое, едва не грохнувшись лицом в… в то, что должно было быть землей. Но это была не земля. Мы стояли посреди ландшафта, нарисованного безумным богом.

Нейтральная Зона.

Теперь я понимала, почему ее боялись. Воздух вибрировал, словно натянутая струна, готовый лопнуть. Небо было не небом, а лоскутным одеялом из рваных, светящихся разным светом туч. Под ногами – нечто среднее между мхом и живой, пульсирующей слизью лилового цвета. Камни парили в воздухе, медленно вращаясь, игнорируя гравитацию. А вдалеке… Вдалеке извивалась река, но вода в ней была густой, как ртуть, и переливалась всеми цветами радуги, которые тут же гаснут, сменяясь грязно-серым.

Магия здесь была не инструментом – она была диким, необузданным зверем. Я чувствовала ее щекочущие прикосновения на коже, слышала ее шепот – то обещающий, то угрожающий – прямо в голове. Мое внутреннее море магии снова вздыбилось, отозвавшись на этот хаос. По спине пробежали мурашки, а кончики пальцев зачесались от странной энергии.

– Жива? – Голос Леона прозвучал приглушенно, как будто сквозь вату. Он уже оглядывался, его взгляд сканировал местность с холодной профессиональностью.

– Пока что, – процедила я, отряхиваясь от липкой лиловой пыльцы, покрывавшей мою некогда белую блузку. – Но ощущения, будто меня пропустили через магический миксер, не добавляют оптимизма. Где мы?

– Где-то на краю Нейтральной Зоны, – ответил он, указывая на странные, криво растущие кристаллы вдалеке. – Видишь те шипы? Это пограничные маркеры. Но центр… центр будет хуже. Магия там… непредсказуема. Как твоя сейчас.

Я вздрогнула.

Он заметил? Конечно, заметил. Проницательный гад.

– С моей магией все в порядке, – солгала я, стараясь сжать внутреннюю бурю в кулак. Она ответила болезненным толчком где-то под ребрами. – Просто… акклиматизация. Лучше ищи след нашего вора, господин Руководитель. Пока мы тут любуемся пейзажами апокалипсиса, он удирает.

Леон фыркнул, но его взгляд упал на землю рядом с моей ногой. Там, на мерзкой лиловой «траве», лежала серебристая чешуйка. Она не просто блестела. Она пульсировала слабым, неровным светом, как угольек. И когда мой взгляд скользнул по ней, что-то щелкнуло внутри.

Не боль. Не страх. Странное… знание.

Эхо.

Как отдаленный гул колокола после удара. Я почувствовала… искривление времени. Микроскопическое, точечное. Там, где чешуйка коснулась земли, время текло чуть медленнее, закручиваясь в невидимый водоворот. Это было так же естественно, как дыхание, и так же пугающе.

Что это? Откуда я это чувствую? Сердце бешено заколотилось. Это было связано с артефактом. С "Сердцем Хроноса". Но как? Почему?

Страшная догадка начала шевелиться на задворках сознания, но я отшвырнула ее прочь.

Не сейчас. Не перед ним.

– Вот он, след, – сказал Леон, подбирая чешуйку пинцетом из кармана пиджака (кто, интересно, таскает пинцет в Нейтральную Зону?). Он не почувствовал ничего. Его драконья чувствительность была к другим вещам. – Свежий. Пошли.

Он двинулся вперед, и серебристая нить на моем запястье натянулась, мягко, но неумолимо потянув за собой. Я ненавидела это ощущение – быть на привязи. Ненавидела необходимость идти за ним, доверять ему маршрут в этом безумии. Каждый его уверенный шаг по этой ненадежной почве был уколом по моей гордости.

Я шла, спотыкаясь о невидимые кочки из сгустков магии, чувствуя, как моя собственная сила бунтует, пытаясь вырваться наружу при каждом неверном шаге. Защитное заклинание Леона, которое он время от времени выкидывал, отражая сгустки дикой энергии или кислотные брызги с «деревьев», похожих на скрюченные кости, казался мне не защитой, а еще одним напоминанием о моей нынешней беспомощности.

– Держись ближе, Руби, – его голос донесся сквозь гул Зоны. – Здесь законы физики – больше рекомендации.

– О, спасибо, Капитан Очевидность, – огрызнулась я, едва уворачиваясь от внезапно упавшего с неба камня размером с мою голову. Он разбился о магическую защиту Леона с глухим стуком. – А я-то думала, мы тут на пикник пришли!

Мы шли вдоль берега ртутной реки. Ее переливы гипнотизировали и одновременно вызывали тошноту. И тут я увидела еще одну чешуйку. И еще.

Они вели в сторону темного, зияющего разлома в скале неподалеку. И снова – эхо, только теперь сильнее.

Я не просто чувствовала искажение времени – я почти видела его. След похитителя был отмечен слабыми, дрожащими волнами замедления, как рябь на воде от брошенного камня, только невидимая для обычного глаза. Мое дыхание перехватило.

Это было… страшно и… захватывающе. Как будто я внезапно обрела новое чувство.

– Он ушел туда, – я указала на разлом, прежде чем Леон успел что-то сказать. Моя уверенность удивила меня саму.

Леон остановился, удивленно глянув на меня, потом на разлом.

– Откуда знаешь? Чешуек там не видно.

– Чувствую, – коротко бросила я, не вдаваясь в подробности. Не хотела видеть его подозрительный или, что хуже, заинтересованный взгляд. – Или у тебя есть лучшая идея?

Он промолчал, изучая мое лицо. Его взгляд, такой же пронзительный, как в детстве, заставил меня внутренне сжаться. И тут, как по заказу моей искалеченной психики, воспоминание врезалось в сознание с силой падающего шкафа.

Солнечный день. Академический двор. Мне двенадцать, я, запыхавшаяся и сияющая от доверия, только что открыла Леону свой самый страшный, самый постыдный секрет – о своей крови, о своем страхе. А он… Он стоит в кругу старших драконов, тех, на кого я заглядывалась. И улыбается. Не той теплой улыбкой друга, а холодной, насмешливой гримасой.

– Представляете? – его голос, громкий и ясный, режет воздух. – Маленькая Руби думает, что она особенная! Из-за капли чужой крови! Смешно, правда?

Смех. Громкий, унизительный смех. Он бьет меня по лицу, по сердцу. Я застываю, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а лицо пылает огнем стыда. Его глаза – тогда зеленые, как молодая трава – смотрят на меня без тени сожаления. Только презрение. И торжество.

В Нейтральной Зоне мне вдруг стало невыносимо холодно, несмотря на странную, влажную жару. Я резко отвернулась от Леона, делая вид, что рассматриваю мерзкую реку, чтобы скрыть дрожь в руках и жгучую влагу, подступившую к глазам. Прошло десять лет. Десять!

Почему эта боль до сих пор разрывает меня изнутри, словно всё случилось вчера? Почему его присутствие, его этот проклятый контроль всегда вскрывает старую, гноящуюся рану, которую я так старательно пыталась залечить?

– Руби? – его голос прозвучал так близко, что я почувствовала, как волоски на шее встали дыбом. Он шагнул ко мне, и серебристая нить между нашими запястьями натянулась, а потом ослабла, словно вторя моим противоречивым чувствам. – Ты в порядке? Ты побледнела.

– Отлично! – выдавила я, заставляя голос звучать резко и саркастично, как щит между нами. – Просто восхищаюсь местной флорой и фауной. Особенно этим… – я ткнула пальцем в слизня размером с мою ногу, медленно проползавшего мимо. Он был покрыт глазами – все они смотрели на меня, словно оценивая, достойна ли я стать их ужином. – Очаровательно, не правда ли?

Леон вздохнул – этот его тяжёлый, пропитанный пониманием вздох. Как он всегда умел читать меня, словно открытую книгу! И это его проклятое проницание до сих пор бесило до зубного скрежета.

– Ладно. Раз ты чувствуешь, что он там, – он нарочно подчеркнул это слово, заставляя меня внутренне поморщиться, будто ножом по сердцу провёл, – значит, идём в разлом. Но будь осторожна. И… – он запнулся, словно подбирая слова, которые не резали бы так больно. – Держи свою магию под контролем. Здесь она может… среагировать непредсказуемо. Особенно если ты нестабильна.

Последняя фраза, словно удар хлыста, вскрыла нарыв моих тщательно скрытых эмоций. Моя внутренняя буря, подогреваемая воспоминаниями и его проклятым вниманием, рванула наружу неконтролируемым потоком. Не в виде заклинания – в виде дикого, необузданного всплеска энергии.

Фиолетовая искра с треском вырвалась из моих пальцев, ударила в ближайший парящий камень – и случилось нечто невообразимое. Камень не просто взорвался – он… расслоился во времени. Один его осколок пронёсся с бешеной скоростью, другой завис в воздухе почти неподвижно, третий начал медленно разлагаться, превращаясь в пыль прямо на глазах.

– Чёрт! – выругался Леон, резко оттаскивая меня назад укрывая магическим барьером, который возник мгновенно. Осколки со звоном ударили в него.

Я застыла, глядя на последствия своего “чиха”. Ужас сковал меня ледяными тисками. Это была я. Моя сила. Та самая, что была связана с моим секретом, с моей проклятой кровью.

И здесь, в этом проклятом месте, она вырвалась на свободу, как дикий зверь.

И Леон это видел. Видел и понимал.

– Руби… – начал он, его голос был тихим, но в нём звучало не осуждение, а… тревога? Предчувствие? Он смотрел не на меня, а на странный, зависший осколок камня, и в его глазах я увидела то, чего боялась больше всего – понимание.

Я отступила, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Магия всё ещё пульсировала в кончиках пальцев, готовая к новому всплеску. Я могла бы создать щит, могла бы убежать, могла бы… могла бы всё отрицать. Но он уже знал. Знал то, что я так старательно скрывала все эти годы.

– Не смотри на меня так, – прошептала я, пытаясь собрать остатки самоконтроля. – Это… это просто выброс. Ничего особенного. Перенервничала…

Леон хотел что-то сказать, но я уже не слушала. Весь мой страх, весь стыд, вся ярость – на него, на себя, на эту проклятую ситуацию – слились в один оглушительный белый шум в голове. Я попыталась отстраниться, вырвать руку, но он держал крепко. Держал так, как никто и никогда не держал – с какой-то незнакомой, почти… защитной силой.

И в этот момент, когда его пальцы впились в моё запястье, я почувствовала не только панику от своей вышедшей из-под контроля магии. Я почувствовала что-то ещё.

Что-то опасное и совершенно неуместное.

Тепло. Не от проклятой нити, а от его руки. И странное, предательское чувство… безопасности. Посреди хаоса, который я сама отчасти создала.

“Драконья чума!” – подумала я с отчаянием, глядя, как медленно тает в воздухе один из осколков.

Теперь он знает. Знает, что со мной что-то не так. И мы застряли здесь вдвоём. В этом проклятом месте, где время играет с нами в свои игры, где магия сходит с ума, где мы связаны не только артефактом, но и прошлым, которое я так старательно пыталась забыть.

“Идеально”, – повторила я про себя с горькой иронией. “Просто идеально”.

Глава 8. Леон

«Святые Чешуйки Предков…» – мысль, больше похожая на стон, пронеслась в голове, когда я увидел, во что превратился камень после «чиха» Руби.

Он не просто разлетелся. Он распался во времени.

Один осколок – мутный, полупрозрачный – висел в воздухе, как застывшая капля смолы. Другой, острый как бритва, прожужжал мимо моего уха со скоростью пули. Третий… третий просто рассыпался в пыль у меня на глазах, прожив за секунду то, что должно было занять века.

Холодный пот выступил на спине под мокрым от здешней липкой влаги пиджаком.

Руби стояла, бледная как мел, глядя на свое «творение» с немым ужасом. Ее глаза – огромные, синие, всегда такие выразительные – были полны чистой паники. И не только из-за вышедшей из-под контроля магии. Из-за того, что я это видел. Что я знал.

Ее секрет, который она так яростно охраняла с детства, только что вырвался наружу в самом опасном месте во вселенной. И связан он был с артефактом, который мы преследовали.

– Руби… – начал я, голос сорвался на хрип. Мне нужно было ее успокоить, сосредоточить. Паника здесь – верная смерть. – Дыши. Глубоко. Это Зона… она влияет на всех. Соберись.

Она резко дернула головой, словно отгоняя назойливую муху, но ее взгляд оставался диким, несфокусированным. Я сжал ее руку крепче – не для контроля, а чтобы вернуть в реальность. Через Связующую Нить на запястьях я почувствовал бешеный вихрь ее эмоций: страх, стыд, ярость.

В основном – на меня.

– Не… не трогай меня! – она попыталась вырваться, но сил не хватило. Ее магия бушевала внутри, я чувствовал ее отголоски как статический разряд на коже. – Это все из-за этого проклятого места! И из-за…

– Из-за меня? – закончил я за нее, отпуская руку. Пусть ненавидит. Лишь бы не впала в истерику посреди хаоса. – Можешь меня ненавидеть потом, Руби Хонг. Сейчас собери свою драконью волю в коготь и смотри под ноги. И держи свою магию на коротком поводке. Следующий камень может оказаться моей головой. Или твоей.

Моя резкость, кажется, подействовала лучше, чем уговоры. Она стиснула зубы, взгляд сфокусировался, стал жестче. Стальным.

Так она смотрела на меня последние десять лет. Лучше ненависть, чем паника.

– За мной, – бросил я, разворачиваясь к зловещему разлому в скале. Теперь я верил ее чутью. Её кровь каким-то магическим образом связана с артефактом. Мысль заставила сжаться сердце сильнее.

Зачем я втянул в эту Руби?

Разлом оказался входом в систему пещер. Воздух внутри был густой, спертый, пахнущий серой и озоном. Стены светились тусклым, неровным фиолетовым светом – биолюминесценция каких-то мерзких грибов или сама магия Зоны, просачивающаяся сквозь камень. Идти пришлось гуськом. Я шел первым, вытянув перед собой магический щит как факел, освещающий путь. Руби следовала вплотную, ее дыхание горячим пятном ложилось мне на спину.

Руби молчала.

И это была благословенная тишина. Лишь скрежет наших подошв по камню, капли воды где-то вдалеке и… навязчивое, едва уловимое органическое тиканье, будто сама пещера была огромным сердцем.

Мы шли, петляя между сталагмитами, похожими на окаменевшие слезы гиганта, еще минут десять. И тут я увидел его.

Целый клочок ткани – темной, прочной, стандартной для полевых агентов Бюро Расследований.

Клочок застрял на остром выступе, а рядом – капли засохшей жидкости, темной, почти черной в этом свете.

Кровь? Но не драконья. И не человеческая. Слишком темная.

– Кай, – имя вырвалось у меня само собой, низким, чужим голосом.

Руби насторожилась, шагнув ближе.

– Ты знаешь его? Не твой ли это родственник? – язвительность вернулась в ее голос, но теперь в нем слышалось и любопытство.

Я подобрал клочок ткани. На изнанке – едва заметная, выцветшая вышивка: номер отряда.

Его отряда.

– Нет. БЫвший коллега, – я повернулся к ней. В полумраке ее лицо было бледным пятном, глаза – двумя синими углями. – Кай Вейланд. Лучший аналитик Бюро Расследований за последние пятьдесят лет. Гений стратегии и дедукции. И… – я запнулся, подбирая слова. Правда была горькой. – И человек, которого сломала Канцелярия.

Руби промолчала, ожидая продолжения. Ее взгляд замер на моем лице, изучая.

– Три года назад, – начал я, глядя мимо нее, в темноту пещеры, где таились невидимые угрозы. – Его команда расследовала контрабанду артефактов через Нейтральную Зону. Операция была рискованной, но Кай настаивал – у него были данные, что груз особо опасен. Совет… Совет решил иначе. Счел риск неоправданным, информацию – недостаточной. Отозвал группу. А через два дня… – я сглотнул ком в горле. – Через два дня контрабандисты активировали один из артефактов в густонаселенном квартале Внешнего Города. Из-за магического взрыва погибли сотни невинных людей. В том числе… – я замолчал.

– В том числе кто-то из его отряда? – тихо спросила Руби.

Яд из ее голоса куда-то испарился.

Я кивнул, не в силах произнести имя.

– Нет, его родная сестра. Единственный близкий человек. Она работала там, в маленькой пекарне. Ничего не подозревала. – Я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями. – Кай обвинил Совет. Обвинил Канцелярию в бюрократическом убийстве. Сошел с ума от горя и ярости. Стал искать… способы все исправить. Опасные способы. Крал артефакты, пытался найти те, что связаны со временем. Его поймали, судили, изгнали. Лишили магии… или думали, что лишили. – Я сжал клочок ткани в кулаке. – Видимо, он нашел способ вернуть силу. Или нашел покровителей. И теперь он здесь. С «Сердцем Хроноса». И я полагаю, что он хочет исправить ошибку и вернуть сестру.

Тишина повисла между нами, густая, как пещерный воздух. Руби смотрела не на меня, а куда-то в темноту, ее лицо было нечитаемым. Потом она вздохнула.

– И он думает, что перемотка времени сработает? Что не станет еще хуже? Это же безумие!

– Это горе, – поправил я грубо. – Невыносимое горе. Оно лишает рассудка. Заставляет хвататься за любую соломинку. Даже за такую… временную.

«Временную».

Каламбур вышел непреднамеренно. Руби даже не пошевелилась. Она все еще переваривала услышанное. Возможно, примеряла на себя. Что бы сделала она на месте Кая? Я не хотел знать ответ.

Мы двинулись дальше. Пещера расширялась, открываясь в огромный зал. Посередине – озеро темной, абсолютно неподвижной воды. От него веяло холодом. И тишиной. Слишком неестественной тишиной. Воздух над водой мерцал, как над раскаленным асфальтом.

И тут Связующая Нить на моем запястье зажглась волной тревоги, острой как укол иглы.

– Стой! – я резко отбросил Руби назад, за выступ скалы, сам прижимаясь к камню. – Не двигайся!

Она ахнула от неожиданности, но не спорила. Слишком неопытный агент, чтобы игнорировать инстинкты.

И вовремя.

Над озером, там, где мерцал воздух, вдруг что-то сверкнуло темной магией. И образовалась… воронка. Маленькая, размером с тарелку, но невероятно плотная. Она бесшумно вращалась, втягивая в себя свет, пыль, даже звук. Пространство вокруг нее искривлялось, как в кривом зеркале.

Временная аномалия.

Миниатюрная червоточина. Случайный разрыв ткани времени в этом проклятом месте.

– Что это? – прошептала Руби, выглядывая у меня из-за плеча. Ее голос дрожал.

– Пробоина во времени, – прошептал я в ответ, следя за воронкой. Она пульсировала, то расширяясь, то сжимаясь. – Небольшая. Но если попадешь в радиус… тебя просто разорвет на молекулы или выбросит в другое время.

Молчи и не шевелись. Она нестабильна. Должна скоро схлопнуться.

Мы замерли, прижавшись к холодному камню. Я чувствовал дрожь Руби сквозь одежду. Воронка внезапно дернулась, сместилась… и начала медленно, неумолимо двигаться в нашу сторону. Прямо к выступу, за которым мы прятались

«Драконий пламень!» – мысль метнулась, ища выход. «Бежать? Но куда?».

За нами – узкий проход, впереди – озеро и эта пожирающая все воронка. Она приближалась, искривляя свет, за ней тянулся хвост искаженного пространства.

– Назад! – прошипел я Руби, толкая ее к узкому проходу. – Быстро!

Она рванула, как ошпаренная. Я последовал, пятясь, не сводя глаз с аномалии. Она была уже в метре от выступа. Камни рядом с ней начали крошиться, исчезать не в пыль, а в ничто.

И тут Руби споткнулась. Ее каблук соскользнул с мокрого камня у самого входа в узкий лаз. Она вскрикнула, падая назад, прямо на край зоны искажения. Временная воронка жадно потянулась к ней, ее гравитационное поле уже начало вырывать пряди ее светлых волос, тянуть тело.

Инстинкт сработал быстрее мысли.

Я не раздумывал о правилах, о нити, о прошлом. Я просто рванулся. Рывком оттолкнулся от стены, сбивая Руби с ног и накрывая ее своим телом, откатываясь от смертоносной воронки. Мы кубарем покатились по мокрому камню, сбивая дыхание. Я почувствовал, как холодная, всепоглощающая пустота аномалии опалила мне спину сквозь пиджак. Как будто лезвие из антиматерии провело в сантиметре от кожи.

Нам было необходимо защитное заклинание.

Магия рванулась из меня, формируя купол прямо за нашей спиной, в последнее мгновение. Временная воронка чиркнула по магическому барьеру. Раздался звук, от которого заныли зубы – как рвущееся полотно реальности.

Щит треснул, осыпаясь искрами, но выдержал удар. Аномалия, будто обессилев, схлопнулась с тихим хлопком. Осталась лишь рябь на камне и адская боль в моей левой лопатке, где холодная пустота все же коснулась меня.

– А-а-аргх! – я не сдержал стон, скатываясь с Руби на холодный камень. Спина горела адским холодом, пронизывающим до костей, как будто впилось ледяное копье.

– Леон! – Руби вскочила на колени рядом, ее глаза были полны ужаса, но уже не за себя. За меня. Она смотрела на мою спину, и ее лицое исказилось от увиденного. – Ты… ты ранен!

– Пустяк, – скрипя зубами, попытался я подняться, но боль пригвоздила к месту. – Просто… ожог. От временной энергии. Не смертельно. – Вру, конечно.

Боль была чудовищной, а холод расползался по телу, как яд.

Руби не стала спорить. Ее пальцы, дрожа, расстегнули мой пиджак, потом рубашку. Ее прикосновение, обычно вызывающее во мне раздражение или… что-то еще более смутное, сейчас было осторожным, почти нежным. Она ахнула, увидев рану.

– Пустяк, говоришь? – ее голос дрожал от смеси страха и ярости. – Это же… это черная метка! Как от прикосновения Тени!

На лопатке, чуть ниже плеча, был четкий, темный, почти черный отпечаток. Формой он напоминал ожог, но не горел, а леденил. Края светились зловещим фиолетовым.

Энергия временного разрыва.

Яд для плоти и магии.

– Нужно… нужно тепло, – пробормотала Руби, лихорадочно оглядываясь. – Или… или что-то, чтобы нейтрализовать эту хворь! Но…здесь же ничего нет!

Ее паника была искренней. Глубже, чем просто страх перед ответственностью. Она боялась за меня. Этот осознание ударило сильнее, чем холод в ране.

Руби Хонг, мой злейший враг, дрожала от страха, что я могу умереть.

Потому что я бросился на нее, чтобы спасти.

Ирония судьбы была густа, как здешний воздух.

– Там… – я с трудом указал рукой вглубь зала, мимо зловещего озера. – Видишь? У стены есть углубление, будто бы пещера в пещере. Нам бы туда.

Она кивнула, словно ее решимость вернулась.

Сильная девчонка. Чертовски сильная.

– Держись, Вейс, – сквозь зубы процедила она, подсовывая мое плечо себе на шею. – Если сдохнешь, я тебя прибью. Писать длинные отчеты Агате я не собираюсь!

Ее попытка шутки сквозь дрожь в голосе тронула меня больше, чем любое признание. Я оперся на нее, пытаясь идти.

Каждый шаг отзывался жгучей ледяной болью. Руби, хрупкая на вид, выдержала мой вес, ведя нас к темному углублению у дальней стены. Оно оказалось небольшим гротом, сухим и относительно защищенным. Она осторожно уложила меня на бок, здоровой лопаткой вниз.

– Что делать? – спросила она, опустившись на колени рядом со мной. Ее руки беспомощно повисли в воздухе. – Я не знаю, как это лечить! Магия не работает, а моя… – Она замолчала, сжав кулаки.

– В сумке, – прохрипел я, показывая на маленькую походную сумку у пояса. – Нагреватель и экстренный запас. И… серебряный порошок. Это антидот для магических ожогов. Посыпь вокруг раны, но не на нее!

Она закивала, ловко расстегнула сумку. Ее пальцы дрожали, но действовали быстро и точно.

Сначала она достала плоский диск-нагреватель, активировала его легким щелчком и сунула мне за пазуху, к груди. Приятное тепло разлилось по телу, немного отгоняя внутренний холод. Потом она насыпала тонкий серебристый порошок по краю черной метки. Порошок зашипел, засветился голубоватым светом, впитывая фиолетовое свечение. Боль немного отпустила, превратившись из леденящего ножа в тупую, терпимую ломоту.

Руби вздохнула с облегчением, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Её движения были такими знакомыми, такими… человечными.

– Держишься? – спросила она, и в её голосе впервые за долгое время не было ни сарказма, ни презрения. Только искреннее беспокойство.

– Пока не развалился, – попытался я шутливо хмыкнуть, но получилось больше как стон. Боль пульсировала в спине, напоминая о том, что я всё-таки не бессмертный. – Спасибо, Хонг.

Она отвернулась, делая вид, что убирает порошок обратно в сумку. Но я видел, как дрогнула её нижняя губа. Как она быстро сглотнула. Как её глаза блестели в тусклом свете пещеры не только от отсветов грибов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.