Кейт Кинг
Повелители охоты

Kate King

Lords of the Hunt

Lords of the Hunt © 2023 by Kate King

© Атарова А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Посвящается моему мужу Джону.

Я чертовски одержима тобой

От автора

Большое спасибо всем, кто купил эту книгу, зная меня по историям о Рейган и Блисс. Вас ждет несколько иное приключение. Всем новым читателям – добро пожаловать!

Эта книга и вся серия в целом задуманы как нечто среднее между эпическим фэнтези и темной романтикой.

Если вы уже читали мои истории, то эта книга, вероятно, будет немного отличаться от того, к чему вы привыкли. Этот мир настолько большой, что одной книги будет мало, чтобы раскрыть все его детали.

Поэтому берите эту книгу – не пожалеете. Да, у героев никаких моральных принципов, а рассказчикам не всегда можно доверять. Фейри могут вести себя весьма злобно, а в этой книге вы даже встретите элементы буллинга.

Обещаю, что счастливый конец будет, а все тайны раскроются… но не сразу.

Поверьте: я все объясню в свое время, а пока просто наслаждайтесь чтением.

Целую,

Кейт

Произношение

• Aine – Эйна

• Aisling – Эшлин

• Ambrose – Эмброуз

• Auberon – Оберон

• Baelfry или Bael – Баэлфри или Баэл

• Beira – Бэйра

• Belvedere – Бельведер

• Caliban – Калибан

• Celia – Силия

• Ciara – Кьяра

• Dullahan – Дуллахан

• Elfwyn – Эльфвин

• Elowyn – Эловин

• Gwydion – Гвидион

• Iola – Иола

• Lysander – Лисандер

• Mairead – Мэйрид

• Mordant – Мордант

• Penvalle – Пэнвилль

• Raewyn – Рэйвин

• Rhiannon – Риэннин

• Roisin – Ройзин

• Scion – Сайон

• Slúagh – Слюа[1]

• Thalia – Талия

Генеалогическое древо королевской семьи Вечных

Их игры могут изменить тебя.

Их любовь – уничтожить.

Пролог. Лонни

Самые честные люди в мире на самом деле лжецы.

Я научилась врать тогда же, когда научилась говорить, и с тех пор каждое второе мое слово было ложью – и я этому рада. Люди обычно лгут из лучших побуждений: чтобы защитить близких, чтобы смягчить плохие новости – или просто делают это неосознанно.

Фейри никогда не лгут, но любой человек все равно будет куда честнее.

Фейри никогда не скрывают усталости и не щадят чувств друзей уклончивыми комплиментами. Они скручивают слова в тугие узлы, упиваясь чужой растерянностью и болью, пока с чувством морального превосходства выплескивают жестокую неприкрытую правду.

Хорошо лгать – необходимый навык выживания при дворе Иноземья. Это лучшее оружие человечества против фейри. По крайней мере, так учила меня мать.

У нее было три главных правила:

1. Никогда не заключать сделок с фейри.

2. Никогда не заходить в Чужелесье в день охоты.

3. Никогда не давать Высшим фейри повода обратить на тебя внимание.

Ложь тоже была одним из неписаных правил. Лги всегда и везде и никогда не называй фейри настоящее имя. Лги всегда и везде и никогда не задавай вопросов о прежнем мире.

Эти правила стали частью меня. С ранних лет они были для меня чем-то естественным, как дыхание. Однако, повзрослев, я поняла, что правила матери никогда не приносили никакой пользы ни ей, ни мне, а потому стала все реже и реже их придерживаться.

Но лгать я не перестала. Лгать, чтобы сохранить тайны. Лгать, чтобы защитить любимых.

Часть I

Как мухам дети в шутку,

Нам боги любят крылья обрывать[2].

У. Шекспир. «Король Лир»

Глава 1. Лонни

Я бежала по узкому извилистому переулку в трущобах города, склонив голову в попытке защититься от теплого летнего ветра. В других провинциях слово «трущобы» могут посчитать оскорблением, но не здесь. Здесь это означает, что вы сами выбрали, что делать со своей жизнью, и цените независимость, которую имеют свободные люди, живущие на окраине Вечнограда.

Смотря на соломенные крыши и облупившуюся краску по обе стороны переулка, я чувствовала, как зависть и жалость бурлили в животе. Над головой между домами я различила нитку потрепанных флажков. Я нахмурилась, глядя на выцветшие треугольники, развевающиеся на ветру, – жуткое напоминание о предстоящей охоте.

Еще в прошлом месяце эти дома были наполнены жизнью. Теперь же половина переулка стояла заброшенной и разрушенной, разграбленной мятежниками во время последнего набега. А красочные украшения все еще покрывали разбитые окна и остывшие дымоходы, словно в домах до сих пор кто-то жил.

Не более чем красивая ложь – и хорошо знакомая мне история.

Через несколько шагов под очередной ниткой флажков я заметила выцветшую и потрескавшуюся вывеску аптекарской лавки и с облегчением выдохнула. Я уже опаздывала на встречу с Калибаном, но пообещала себе, что все равно сделаю остановку в городе.

Но прежде чем я успела сделать еще шаг вперед, дверь лавки распахнулась. Я в испуге отпрянула.

На меня уставилась низенькая женщина средних лет. Ее пушистые седые волосы были подвязаны зеленым шарфом. Я знала ее в лицо, но не по имени. Торговка Кьяры.

Я застонала про себя. Эта женщина ненавидела меня всеми фибрами…

– Доброе утро, Рози! – Торговка помахала рукой и широко улыбнулась, сверкнув несколькими сломанными зубами. – Вышла пораньше в день охоты?

Я в замешательстве застыла, прежде чем сделать что-то среднее между реверансом и кивком.

– Здравствуйте. – Я с застенчивым видом заправила распущенные каштановые волосы за уши. – Да, я…

– А! – Она рассмеялась. – Полагаю, ты будешь прислуживать при дворе?

– Да, – подтвердила я, не считая нужным развеять ни одно из ее многочисленных заблуждений. Мне же лучше, что она приняла меня за сестру.

Жители Вечнограда обожали Рози, а вот ко мне относились с явной опаской и всеми силами избегали. Не могу винить их в этом. С мамой обращались точно так же незадолго до смерти, и ее гибель только подтвердила их страхи.

Женщина выжидающе посмотрела на меня, и я вздрогнула, сообразив, что Рози, скорее всего, спросила бы что-то вежливое в ответ.

– Эм… а вы идете?

Не слишком вежливо, но и не самое худшее, что я могла выдать.

– Конечно. – Торговка наклонилась и стряхнула невидимую пылинку с крыльца, а затем снова повернулась ко мне. – Здесь ведь все равно больше нечем заняться, не так ли?

– Конечно, – повторила я и рассеянно кивнула.

Ее теплая улыбка резко контрастировала с обычным обращением, которое я получала в городе. Впрочем, эта улыбка предназначалась не мне. Она была для Рози.

Я сделала решительный шаг вперед.

– А Кьяра здесь?

Женщина покачала головой.

– Еще нет. Она тебе что-то оставила?

– Нет. Не думаю.

Кьяра, местная хитрая лиса, вероятно, понятия не имела, что я приду к ней. Хотя гарантировать я это не могла. Она обладала недюжинной прозорливостью, к примеру, всегда могла различить нас с сестрой, несмотря на наше сходство.

– Что-то случилось? – спросила женщина.

– Нет, – солгала я. – У меня просто был к ней вопрос.

Правда заключалась в том, что непрекращающийся кашель сестры с каждым днем становился все хуже. Я надеялась, что Кьяра сможет ей чем-то помочь, но теперь мне придется прийти сюда еще раз. После.

Я поспешно направилась прочь, и торговка помахала мне на прощание.

– Я скажу ей, что ты заходила. Может быть, увидимся с тобой сегодня вечером.

Я прикусила язык, чтобы не развернуться. Чтобы не схватить ее за плечи и не затрясти, крича в лицо: «Не ходи на охоту! Не играй в их игры. Ты ликуешь, пока они убивают нас!»

Мою ненависть к охоте разделяли не все. Большинство просто боялись фейри. Тихо негодовали. Но ненависть к Диким охотам чаще всего ассоциировалась с северными мятежниками, а их в столице боялись почти так же сильно, как и королевскую семью Вечных.

Несмотря на то что король Высших фейри разглагольствовал о равноправии и традициях, факты говорили об обратном. Фейри были охотниками, а мы – их добычей, и любой, кто думал иначе, просто лгал себе.

Глава 2. Лонни

Две улицы спустя резкий аромат сосны и мха из Чужелесья приглушил городские запахи дыма и жженого сахара. Добравшись до последнего ряда домов, я перешла на бег и устремилась вдоль стены, огибающей лес.

Я замедлилась, осторожно пробираясь вдоль затененной части стены и изучая линию деревьев впереди. Вдали на фоне туманного сиреневого неба вырисовывался дворец Вечных, возвышающийся даже над качающимися макушками сосен.

Вдруг чьи-то пальцы схватили меня за плечо и втащили в проем между камнями.

– Ты сильно задержалась, – сказал Калибан в мои волосы, и я ощутила его знакомый запах обугленной кожи. – Думал, буду торчать тут, как дурак, до самого Самайна.

Я хмыкнула, копируя его слегка раздраженный тон.

– Ну прости, что заставила ждать. От дворца досюда, знаешь ли, далеко.

А еще я зашла в аптекарскую лавку, но об этом ему необязательно знать. У меня было правило: один самоотверженный поступок перечеркивает один эгоистичный. А встреча с Калибаном и уклонение от обязанностей, несомненно, относились к последнему.

Высокий и загорелый, с темными глазами и мощными руками, Калибан был, пожалуй, слишком красив и хорошо об этом знал. Особенно сейчас, в штатском, а не в форме дворцового стражника. Вот почему он никогда не боялся меня. Или, точнее, невезения, которое преследовало меня повсюду, куда бы я ни пошла.

Он смущенно улыбнулся.

– Извини. Не волнуйся, Лон, так будет не всегда. Мы что-нибудь придумаем.

Я не верила в это, как и он, но прозвучало мило.

Калибан был на несколько лет старше меня, и четыре поколения его семьи жили в Иноземье, а я работала служанкой на кухне, и у меня была только сестра. Однажды он женится – и очень скоро, – но определенно не на мне. Ни одна мать не позволит сыну взять в жены нищую сироту, которую половина города считает опасной и странной.

Калибан схватил мою маленькую мозолистую руку своей большой и грубой и потянул к деревьям по ту сторону стены. Наклонив голову, он провел губами по моей шее, давая почувствовать улыбку обнаженной кожей, и от этого ощущения в животе запорхали бабочки.

Из-за деревьев выглянули глаза: одни были большими и устрашающими, другие – маленькими и нервными. Калибан никогда не обращал внимания на Низших фейри, и его бы только расстроило, укажи я на них. И все же я расширила глаза, глядя на них, пока они не отвернулись. Как же они любят подглядывать.

Калибан отступил немного, и я встретилась с его большими карими глазами. Он провел длинными пальцами по моей ноге под юбкой и накрыл ладонью мое естество. Затем его пальцы скользнули внутрь, вызывая у меня слабый стон. Я изогнулась, зарываясь пальцами в его мягкие волосы.

– Замешкайся ты чуть дольше, и я бы присоединился к охоте, – пошутил он.

Я застыла.

– Что?

Калибан пожал плечами, скользя языком от моей шеи до уха.

– Они еще не начали, но все как раз пройдет в этом лесу, знаешь ли.

Конечно, я знала. Все знали, к чему дворец готовился неделями.

– Ты же не серьезно.

Сезон охоты начинался первого мая – сегодня – и длился до двадцать первого июня – дня летнего солнцестояния. Всего проходило пять охот, по одной на провинцию. Первая всегда была в столице. Последняя – в крае Последствия, где я родилась.

На кухне уже несколько недель шли одни и те же разговоры: самонадеянные кретины хвастались тем, что планируют присоединиться к охоте и заполучить шанс стать королем или королевой. Я никогда не думала, что Калибан окажется одним из этих глупцов.

Калибан отстранился, заглядывая мне в глаза, а потом его взгляд метнулся к моему правому уху.

– Может, и серьезно. Знаешь, я мог бы стать королем.

– Но это опасно.

Это еще мягко сказано, но Калибану не понравилось бы, о чем я на самом деле думала, если, конечно, ему не все равно.

Он почти извиняюще ухмыльнулся и снова склонился надо мной, кусая мою нижнюю губу своими.

– Я люблю опасность.

Ты любишь затевать драки с Эзрой и Таддеусом Уиндомами, а не сражаться с Вечными.

– Не думаю, что они позволят человеку стать королем.

Калибан прищурился.

– Правила этого не запрещают.

Я сделала глубокий вдох и изобразила на лице что-то приятное. Спокойствие.

– Ладно, – пробормотала я, преследуя его губы. – Тогда ты станешь отличным королем.

– Правда?

– Абсолютно, – солгала я, отчаянно желая оставить позади как тему охоты, так и то, как долго я сюда добиралась.

Калибан шагнул ко мне, и я вжалась спиной в дерево, а сердце бешено забилось в груди. Он поднял мою юбку.

– Я скучал по тебе.

Он ждал, что я отвечу тем же. Вместо этого я расстегнула верхнюю часть лифа.

– Прошло не так уж и много времени.

– Слишком много. – Он впился поцелуем в обнаженную верхнюю часть моей груди. – У меня такое чувство, что прошла вечность.

Я не ответила, только придвинулась ближе, когда он наклонился, чтобы расстегнуть ремень. Он поднял меня, и я обвилась ногами вокруг его талии.

– Черт, – выдохнул он, одним движением входя в меня.

– М-м-м. – Я прижалась к нему, задавая собственный темп и, как всегда, перехватывая инициативу. Я наклонила голову, чтобы поцеловать его шею, и впилась ногтями в его предплечья с такой силой, что оставила следы.

Вдруг хрустнула ветка, и где-то справа от нас послышался топот копыт.

– Да ты издеваешься! – крикнул громкий и властный мужской голос. – Пусть тебе плевать на свое время, но не трать попусту мое!

От паники мои руки покрылись мурашками, и я замерла, похолодев и одеревенев в объятиях Калибана. Голоса Высших фейри нельзя спутать ни с чем. Мелодичные и соблазнительные для большинства людей. Странные и пугающие для меня.

– Тогда возвращайся, – ответил второй мужчина, и я услышала в его голосе смешок. – Никто тебя тут насильно не держит, Сай, и меньше всего я.

– Не знай я тебя, то назвал бы чертовым лжецом.

Я толкнула Калибана, заставляя остановиться. Мой пульс загрохотал в ушах, когда первый фейри засмеялся. Они приближались. Уже совсем близко.

Каждое крошечное существо в кустах разбежалось, прячась по своим норам и дуплам. Мне очень хотелось последовать за ними. Нам нужно уходить. Бежать. Прятаться.

– Поставь меня.

Калибан прошептал мне на ухо:

– Что случилось?

– Тс-с.

Он послушался, и мои ноги слишком сильно ударились о землю, подняв облако пыли у основания дерева. Лес вокруг нас смолк, будто те, кого я слышала, застыли на месте. Дрожа, я выглянула из-за ветвей и прижала руку ко рту, подавляя крик.

Где-то в глубине души я чуть не расхохоталась. Этого следовало ожидать.

Люди, вошедшие в лес в дни охоты, никогда не выходят из него живыми.

Глава 3. Лонни

Я ненавижу всех Высших фейри, но больше всего – клан Вечных. Королевская семья столетиями убивала невинных: людей, фейри и всевозможных других существ – все ради сохранения власти.

Прошли годы с тех пор, как я встретилась лицом к лицу с одним из Вечных, но их герб я бы узнала где угодно. Этот символ я видела бесчисленное количество раз. На монетах. На воротах замка. На доспехах солдат, которые забрали мать, – на тех самых доспехах, вид которых на Калибане приводил меня в ужас. И сейчас – на седлах двух фейри-мужчин, едущих к нам.

– Баэл! – рявкнул один из фейри. – Что, черт возьми, ты делаешь?

Мое сердце ухнуло вниз. Опрометчиво было бы надеяться, что существовал какой-то другой фейри по имени Баэл, носивший герб Вечных.

Принц Баэл – младший отпрыск дома Вечных. Любимец тех, кто поклонялся королевской семье, словно богам.

Издалека Баэл казался прекрасным. Почти ангелом. Его идеальная квадратная челюсть, чувственные губы и упругие рыжевато-золотистые кудри делали его похожим на трагического героя с картины. Однако когда он подошел ближе, этот ангельский фасад треснул. Было что-то нервирующее и хищное в его желтых кошачьих глазах. Что-то безжалостное в его острой, как бритва, улыбке, от которой у меня по спине пробежали мурашки.

Баэл спрыгнул с огромного черного коня и двинулся вперед в два раза быстрее любого человека. Ветер играл с его кудрями. Баэл скользнул взглядом над нашими головами, будто искал что-то в небе или, возможно, в городе, проглядывающем сквозь деревья.

– Потерпи, – весело бросил он. – Хочу кое-что проверить.

Он так пристально смотрел в нашу сторону, что мне потребовалось мгновение, чтобы сообразить: он ответил на вопрос спутника, а не говорил со мной.

– Снова ты за свое. – Другой мужчина вздохнул, спешиваясь. – Не понимаю, почему ты тратишь наше время в погоне за… чем? Тенями?

Мой взгляд метнулся к нему, и я побледнела.

Я почти не пересекалась с Сайоном, Принцем Воронов. Палачом королевы. Мы встречались лишь раз – и тот остался шрамом на моей памяти.

Иногда я задавалась вопросом, произвела ли на него впечатление наша короткая встреча семь лет назад или мучилась лишь я одна. Маловероятно, что он меня запомнил, и я очень надеялась на это.

Я не видела Сайона с момента нашей последней встречи, поскольку большую часть времени он проводил вдали от столицы, верша «правосудие» от имени семьи. Он был выше принца Баэла, но ненамного. На нем был черный парчовый камзол, застегнутый на все пуговицы, а на плече сидел огромный ворон, слишком большой, чтобы быть обычной птицей. Темные волосы падали Сайону на лицо, образуя завесу, но, когда он повернулся к нам, его глаза заставили меня отпрыгнуть.

Они были серебряными. Не голубыми, не серыми. А серебряными.

Плотно сжав челюсти, Сайон подошел к кузену. Мое сердце колотилось в груди, угрожая вырваться на свободу, а кожа покрылась мурашками. Я слышала слухи о том, что он мог сровнять деревню с землей взмахом руки, и сейчас, глядя на него, могла в это поверить.

Я медленно потянулась к руке Калибана, желая заверить его, что все будет хорошо. Но это была бы ложь, которая в конечном счете никому бы не помогла. Если фейри услышат шепот – нас убьют еще быстрее.

Сайон пронзительным взглядом посмотрел прямо на меня сквозь листву. Он склонил голову набок, и в его глазах будто мелькнуло узнавание. На мгновение мне показалось, что он сейчас бросится на нас, и я застыла без движения. Но затем он отвернулся, словно меня вообще там не было.

– К черту это все! – выплюнул он, и его тон оказался грубее и резче, чем я ожидала. – Я думал, ты увидел что-то интересное. А это всего лишь стражник, трахающий шлюху-слюа. Я видел их сотни в этих лесах.

Баэл хохотнул, и я слегка расслабилась. Может, они просто уйдут?

Калибан вдруг грубо выдернул свою руку из моей.

– На что ты смотришь?

Его громкий голос был похож на щелчок кнута, и я лихорадочно перевела взгляд на приближающихся принцев.

Я с трудом сглотнула, ощущая что-то между ужасом и растерянностью, а потом до меня наконец дошло: он не может их видеть.

– Тише… – выдохнула я одними губами. Но было слишком поздно. Баэл подошел так близко, что наверняка мог слышать биение моего сердца.

– Почему? – Калибан фыркнул. Он взял меня за руку и притянул к себе, заставляя посмотреть на него. – Какого черта происходит, Лон?

Я тряхнула головой, пытаясь прояснить мысли, и яростно заморгала. Но когда я снова открыла глаза, фейри все еще стояли передо мной. Да во имя Истока.

Моя кожа, еще мгновение назад разгоряченная под прикосновениями Калибана, стала липкой от холодного пота.

– Я…

Калибан ухмыльнулся, но несколько натужно – как будто пытался сгладить ужасно неприятную ситуацию. Он переводил взгляд с меня на поляну и обратно.

Я буквально чувствовала, как еще одна крупица нормальности ускользает сквозь пальцы. Он думает, что я сумасшедшая.

Баэл рассмеялся, сверкнул зубами и наклонился к кузену, не отрывая взгляда от меня.

– Кажется, ты теряешь хватку. Эта красотка-слюа может нас видеть.

Очевидно, Сайон пришел к такому же выводу. Он резко шагнул вперед, поднимая руку, – видимо, чтобы сотворить заклинание.

Я ахнула и зажмурилась, ожидая, что сейчас отлечу в дерево позади. Но боль все не приходила. Бесконечно долгое мгновение спустя я осторожно открыла глаза.

– Неужели ты остановился? – задумчиво спросил Баэл. Он говорил с кузеном, но не отрывал от меня взгляда. – Невероятно.

Калибан раздраженно отстранился от меня и пошел к стене. Я едва это заметила. Сайон теперь смотрел на меня с явным ужасом.

Затем он развернулся на каблуках, чуть не сбив с плеча ворона, который недовольно захлопал крыльями.

– Уходим.

Баэл еще долю секунды разглядывал меня, и я застыла, охваченная смесью ужаса и паники. В его глазах вспыхнуло кое-что хорошо знакомое – интерес, – и страх сжал мою грудь. Мне давно известно, что бывает, когда привлекаешь внимание фейри. Я провела годы, прячась у всех на виду, пытаясь слиться с толпой, но они все равно обнаружили меня.

– Баэл! – сурово рявкнул Сайон.

– Иду-иду, – отозвался тот и склонил голову набок, не отворачиваясь от меня. – Я уже увидел то, что хотел.

Глава 4. Лонни

Я изо всех сил мчалась обратно через трущобы, с каждым шагом дышать становилось все труднее. Впервые за долгое время я даже забыла о том, как адски натирает слишком маленькая обувь.

Позже мне придется объясниться с Калибаном и остальными стражниками, которым он наверняка все расскажет, но не сейчас. Сейчас я чувствовала лишь радость – и удивление, – что осталась жива.

Из тумана показались ворота замка. Обитые железом башни были похожи на острые зубы, которые вот-вот сомкнутся вокруг меня и проглотят целиком.

Я прошла через открытые ворота и зашагала по длинной мощеной дороге. Стражи не было, никто не остановил меня, бегущую к блестящему дворцу из черного дерева на вершине холма. Отсутствие охранников всегда тревожило меня. Тонкий намек на могущество. Заходи кто хочет, мы ничего не боимся.

Не желая привлечь к себе слишком много внимания, я побежала прямо по траве, держась в тени высокой стены, которая отделяла замок от Чужелесья и скрывала город из виду.

Меня снова никто не остановил. Потому что вокруг никого не было.

Безмолвие и безлюдность заставили волосы встать дыбом. Почти никогда здесь не бывало так пусто, а тишина будто служила жутким предзнаменованием – но чему, я не знала.

Обширные лужайки были пусты, одинокая тропинка вилась на холм к замку. Сам дворец был ярко освещен, и каждое окно сияло огнем, словно маяк на фоне лилового неба. Дверь для слуг находилась с задней стороны замка, прямо за огромными садами.

Белые лепестки усыпали землю рядом с рощей сладко пахнущих груш, и цветы опадали вниз, как прекрасное конфетти. Радужные клумбы рядами шли вдоль живых изгородей, а розы размером с мою голову скрывали домики капризных Низших фейри, таких же колючих, как шипы.

– Лонни!

Я вздрогнула от звука своего имени, эхом отразившегося от стен замка. Я запуталась в ногах и резко застыла посреди тропинки, подняв пыль. Обернувшись, я увидела спешащую ко мне сестру.

В то же мгновение живот скрутило чувство вины. Я совершенно забыла про аптекарскую лавку на обратном пути. Она не просила об этом, но это был мой долг. Рози никогда не просила о помощи, но она заслуживала ее больше всех.

– Вот ты где! – Рози бросилась ко мне. Ее глаза смотрели под ноги, а руки обнимали тело, будто она замерзла, несмотря на теплую погоду. – Я везде тебя ищу.

Рози остановилась передо мной. Рукава ее платья цвета васильков обтрепались по краям, но больше ничто не намекало на то, что она как минимум четыре раза перешивала его – да и купила уже не новым.

Я вздохнула, пытаясь придать себе спокойный вид.

– Ну, вот она я. Кто-то меня искал?

– Да. – Она слабо улыбнулась, и кожа вокруг ее рта натянулась. – Я.

Я закатила глаза.

– Ты же поняла, что я имела в виду.

Несмотря на то что мы были близняшками, я никогда не обладала той утонченной элегантностью, которую излучала сестра. Рози аккуратно закалывала каштановые кудри, а выражение ее больших карих глаз источало спокойствие, о котором я могла только мечтать. У нее было меньше веснушек, чем у меня, потому что она реже бывала на солнце.

Она была прирожденной служанкой – словно специально созданной для того, чтобы подавать вино и часами стоять в неудобном шелковом платье. Мне же больше подходила работа на нижних этажах, потому что я никогда не умела контролировать лицо перед знатью.

– Где ты была? – спросила она, а затем, не дав мне ответить, продолжила: – Забудь, лучше не говори. Наверное, мне лучше не знать.

Она полезла в карман льняного фартука и вытащила завернутый в платок скон[3].

– Это тебе. Розмарин и кориандр.

Расплющенная булочка пахла лучше, чем все, что я ела в жизни. Чувство вины будто утроилось.

– Где ты его достала?

– Украла с одного из подносов, которые Бэйра приготовила для пира сегодня вечером. Принцесса Рэйвин потребовала тысячу булочек в форме сердец.

Я посмотрела на скон. Он совсем не походил на сердце.

– Не поняла?

– Эти на кухне выбросили, когда поступил новый приказ. Все отправляется в мусор. Но даже в этом случае нам нельзя их трогать.

Я взяла у нее булочку и откусила кусочек. Тесто таяло на языке, а вот желудок свело от беспокойства.

– Ладно, значит, тебе точно что-то от меня надо.

Она рассмеялась.

– Хорошо-хорошо. Я расскажу тебе внутри. Тут холодно, тебе не кажется?

Мы направились к двери на кухню, и я бросила на нее косой взгляд, прежде чем ответить:

– Нет.

Она пожала плечами.

– Ну…

Она замолкла, когда мы проходили мимо одного из Высших фейри, который шел нам навстречу к лесу. Мы одновременно опустили головы, глядя в землю.

– Милорд, – пробормотали мы одинаково ровным невыразительным тоном.

«Не иди слишком быстро. Не выгляди испуганной», – напомнила я себе.

Лорд кинул на нас беглый взгляд, и на мгновение мое сердце застряло в горле. Он замедлился, будто собирался остановиться, и его взгляд прилип ко мне. Рози рядом со мной напряглась, привыкшая к подобному. Каждый раз одно и то же.

Пожалуйста, пожалуйста, уходи. Не сегодня.

Наконец он без слов отвернулся, и я снова смогла дышать.

Этот фейри был просто мелким лордом, приехавшим на празднование дня охоты. Скорее всего, он был из Срединья, судя по богато расшитой одежде. Не самая опасная провинция королевства. И все же мы смогли прожить так долго только потому, что считали всех фейри одинаковой угрозой.

Правило номер три: никогда не позволяй Высшим фейри обратить на тебя внимание.

«Не давай им повода бросить на тебя второй взгляд, – говорила мама. – Смотри вниз и держи рот на замке».

Три правила матери прекрасно работали в отношении Рози. У меня не было особых трудностей с первыми двумя, но вот третье всегда доставляло неприятности.

Что бы я ни делала, фейри всегда замечали меня. Когда-то они так же заметили мать и убили ее за это.

Глава 5. Лонни

Когда мы с Рози вошли на кухню, там раздавала приказы повариха Бэйра.

Бэйра была одной из немногих нечеловеческих слуг, работавших на нижних этажах. Нимфе было почти четыреста лет, но на вид ей невозможно было дать больше сорока пяти. У нее были седеющие каштановые волосы и светло-карие глаза. Она взяла на себя роль матери для всех детей, появлявшихся во дворце, и оплакивала потерю каждого, когда нас неизбежно забирали у нее либо члены королевской семьи, либо время.

Прямо сейчас Бэйра стояла на пустом ящике, размахивая деревянной ложкой, как знаменем. Кухня гудела вокруг нее в маниакальной активности.

Четыре младшие кухарки сгрудились вокруг плиты, оживленно болтая, а на противоположной стороне помещения бесконечно хлопали двери в коридор для прислуги. Подносы с вином и едой стояли брошенными возле плиты, а несколько кастрюль с завтрашней кашей вот-вот должны были выкипеть.

Когда мы с Рози вошли, разговоры сразу же стихли. Я вздохнула, когда все посмотрели на меня – в их взглядах читались осуждение и страх. Только Бэйра не отвлеклась и пыталась спасти кашу на плите.

– Кто там? – крикнула повариха.

– Это я, – ответила Рози за нас обеих. – Моя помощь нужна на поляне, так что я просто заскочила на секундочку.

– Хм-м, – протянула Бэйра безразлично. – Будь осторожна вечером.

– Я всегда осторожна, – ответила Рози.

– Я не тебе. – Повариха обернулась и посмотрела на меня. – Не пытайся спрятаться в полдень в тени луннопыльного дерева, детка.

Я остановилась как вкопанная, уже занеся руку над пирожным с ближайшего подноса, чтобы сунуть его в карман. Я быстро отдернула руку.

– Я и не прячусь.

Бэйре нравилось использовать поговорки, и это была ее любимая. Она означала: не привлекай к себе внимания. Как будто мне бы этого не хотелось.

Стоящая рядом служанка с ужасом посмотрела на меня и отступила на два шага, будто я прокаженная.

– Ты тоже пойдешь сегодня?

Я закатила глаза.

– Я тоже рада тебя видеть, Энид.

Энид заправила мышиного цвета пряди за уши и прищурилась.

– Я серьезно.

Энид прожила в замке дольше нас с Рози и, хотя мы не были подругами, большой враждебности все же не выказывала.

– Я не пойду, – отрезала я. – Но если бы пошла, то пристала бы к тебе, как репей.

Она вскрикнула, будто я ударила ее вилкой.

– Вы ее слышали? Это явная угроза!

Рози устало покачала головой.

– Ну хватит. Пошли отсюда.

Я опустила глаза, прячась от чужого осуждения, и направилась вслед за сестрой. Все считали, что я приношу неудачу, куда бы ни пошла. Что я опасна. Проклята.

И мне казалось, что они правы.

– Я не собираюсь искать неприятностей, – сказала я с вызовом еще до того, как сестра успела открыть рот.

Страшно представить, как бы она отреагировала, узнав о произошедшем сегодня в лесу. Лучше ей не говорить. Она, разумеется, все равно позже выяснит, но все же.

– Знаю, – мягко ответила Рози, толчком открывая дверь в нашу крошечную комнатку.

Единственным плюсом клейма изгоя было то, что нам не приходилось жить с кем-то еще. Наша каморка была маленькой и круглой, с очагом и двумя кроватями, сдвинутыми вместе на случай, если дров будет не хватать. Это случалось часто, поэтому наши кровати стояли так весь год.

Под круглым окошком находился маленький шаткий столик и кувшин с миской на нем. Единственными личными вещами были стопка дневников Рози – по одному на каждый год с тех пор, как она научилась писать, – и моя последняя книга. Исторические хроники, украденные из дворцовой библиотеки, – о войнах, королях прошлого и мстительных богах.

Я плюхнулась на кровать и вздохнула.

– Они бы, наверное, предпочли, чтобы я умерла в Последствиях, – ядовито сказала я, зная, что звучу по-детски.

– Никто не расстроен, что ты выжила, Лонни, – мягко пожурила меня Рози с усталой улыбкой. – Удивлен – может быть. Хотя вряд ли я могу их за это винить.

– Не понимаю, почему бы нам просто не уйти, – пробормотала я в потолок, зная, что этот разговор никуда не приведет.

Как и ожидалось, Рози резко выдохнула через нос.

– Не хочу обсуждать это сегодня.

– Но почему? – Мне казалось, будто необходимость в уходе внезапно возросла. – У нас нет причин оставаться здесь, и наверняка у нас есть родня где-то еще. Или, по крайней мере, мы найдем место получше этого.

Возможно, это из-за встречи с принцами, а может, накопились страдания от пребывания в месте, где я ничего не делала, кроме того, что боялась и внушала страх остальным, но мое желание сбежать достигло пика. Мать однажды улизнула из замка, так что это определенно возможно.

– Пожалуйста, – умоляюще произнесла Рози, – давай обсудим это завтра? Не сейчас?

Я села на кровати, уставившись на нее. Мы родились в один день, но Рози была настоящей старшей сестрой. Мы не знали отца, но я всегда думала, что она пошла в него, раз уж мать была такой же импульсивной, как я.

– Что ты хотела сказать мне до этого? – спросила я.

Встреча с Энид и Бэйрой на время заставила меня забыть о просьбе сестры и взятке в виде булочки, но сейчас, посмотрев на нее, я заметила, что она стискивает ткань юбки и нервно расхаживает по комнате. Она уж точно не забыла о просьбе.

Рози поморщилась, как будто не хотела отвечать.

– Я хотела попросить тебя кое-что сделать для меня.

– Что угодно, – сказала я не раздумывая и только потом задалась вопросом, стоило ли мне сначала спросить, чего она хочет. Но на самом деле это было не важно. Рози редко о чем-то просила.

– Прошу, подмени меня сегодня вечером.

– Где? – спросила я, ничего не понимая.

Она многозначительно посмотрела на меня.

– На пиру в честь Диких охот.

Я рассмеялась, уверенная, что она просто пошутила. Но когда она не улыбнулась, я посерьезнела. Я так высоко подняла брови, что они, казалось, вовсе исчезли со лба.

– Ты же не серьезно.

Она поморщилась.

– Лучше бы это была шутка.

– Я не пойду. Ты же знаешь, что я не могу.

Она потянулась к моим рукам.

– Пожалуйста. Ты же прекрасно подменила меня с тем поручением королевы.

Я отстранилась, тут же почувствовав вину за это.

– Тогда было по-другому, и ты это прекрасно знаешь.

– Знаю. – Она присела на краешек кровати рядом. – Но мне нужно кое-что сделать.

– Что?

Она быстро сглотнула и попыталась сдержать кашель.

– Это не важно.

Я рассмеялась.

– Ты же знаешь, что совершенно не умеешь лгать?

Она отвела глаза, только подтвердив мои опасения, что она врет и делает это очень плохо.

– Я не могу тебе рассказать, – несчастно произнесла она. – Лучше тебе не знать. Это просто… – Она всплеснула руками. – Ты сама мне ничего не рассказываешь о том, чем занимаешься.

Я покачала головой, слегка улыбнувшись.

– Да, но от меня этого следовало ожидать. А ты выше этого.

Она выдавила глухой смешок, который перешел в приступ кашля, а затем покосилась на стопку дневников на маленьком столике. Я проследила за ее взглядом, уже не в первый раз задаваясь вопросом, что же она пишет в них. Несмотря на искушение, я никогда не заглядывала в ее дневники.

– Пожалуйста, – сказала она еще раз. – Это в последний раз.

Я нахмурилась, теперь чувствуя беспокойство.

– Это как-то связано с луннопыльными деревьями?

Деревья получили свое название из-за больших восковых белых листьев размером с тарелку. Они цвели только ночью, а утром цветы засыхали, оставляя на земле мелкую пыль. Чай, заваренный из листьев, был единственным, что помогало Рози от непрекращающегося кашля, и она часто тайком выходила по ночам, чтобы собрать их.

Сестра уклончиво кивнула, и я вновь пожалела, что забыла зайти в аптекарскую лавку. Было бы лучше, не встреть я принцев. Или вообще стоило подождать и не идти на встречу с Калибаном.

Я покачала головой.

– Даже будь я согласна, я не могу притвориться тобой. Не так открыто.

Рози знала, чем может закончиться мое прислуживание знатным Высшим фейри, пусть и понятия не имела об инциденте в лесу. Я чуть не содрогалась от мысли, что мне придется находиться рядом с теми же королевскими особами.

Рози махнула рукой на наши совершенно одинаковые лица. Ее глаза расширились. В них плескалось отчаяние.

– Ты можешь притвориться мной. Просто ни с кем не разговаривай. И держи спину прямее.

– Все не так просто. А с этим что делать? – Я отдернула волосы, показывая недостающий кончик уха.

Она вздрогнула.

– Прикроешь волосами.

Я вскочила, принимаясь расхаживать по нашей крошечной комнате.

– Даже если забыть про очевидную опасность, я все равно не подхожу для этого. Я не могу держать лицо рядом с ними. – Я сузила глаза и нахмурилась. – Я ненавижу их, Рози.

Она села прямее.

– А я нет? Я прошу тебя об этом в последний раз. Просто доверься мне. Я не позволю им навредить тебе, обещаю.

В груди защемило. Это была волшебная фраза. «Доверься мне». Довериться сестре, ведь во всем мире у меня больше нет никого, кому я могла бы доверять. Несмотря на то, что она не рассказала мне, зачем ей это. Несмотря на то, что она открыто лгала мне в лицо и даже не пыталась это скрыть. Я и впрямь доверяла ей, и это должно что-то значить.

Я побежденно приблизилась.

– Повернись.

– Зачем?

У меня не было ни одного платья, похожего на то, что обычно носила Рози, да и в любом случае все бы наверняка узнали это платье. Ведь она постоянно носила его и хорошо о нем заботилась. Глаза Рози расширились, и она с надеждой улыбнулась, как будто не смела поверить, что я согласилась.

Я ослабила шнуровку и помогла ей снять платье через голову, так что Рози осталась в одной сорочке. Она повернулась ко мне, обхватив себя руками и трясясь от холода.

Я убрала ее дневник с кровати и стянула одеяло, протягивая ей.

– Держи.

Затем я взяла платье и приложила к себе.

– Ну, что думаешь? – спросила я нервно.

Она улыбнулась.

– Цвет тебе очень подходит.

Я закатила глаза, натягивая платье через голову. Я не могла не удивляться тому, что ткань не царапала и не раздражала кожу. Кружево нежно прилегало к телу, а крошечные жемчужные пуговицы на рукавах были в десять раз красивее всего, что я когда-либо носила.

– Не забудь про волосы. – Рози хихикнула.

Я посмотрела на искривленное отражение в оконном стекле и поморщилась. Она права. Платье, может, и село идеально, но вот волосы наверняка меня бы выдали. Рози всегда завязывала их в идеальный пучок, а у меня были взъерошенные кудри.

– Это будет сложно, – заметила я.

– Иди сюда, я сделаю тебе прическу.

Я села перед Рози, и она принялась заплетать мои длинные волосы в какую-то сложную косу, которую я бы никогда не смогла себе сделать. Она плотно прилегала к шее, а по бокам закрывала кончики ушей.

– Неидеально, – сказала она слабо, – но я бы поверила.

– Отлично. – Я вздохнула. Страх уже свернулся у меня в животе.

– Помни: постарайся не привлекать внимания.

Я вспомнила сегодняшнее утро. Принцев в лесу, которых Калибан попросту не видел. Появилось ощущение, что сегодня у меня больше всего шансов привлечь к себе внимание.

– Знаю, – пробормотала я нервно. – Поверь мне – это последнее, чего я хочу.

На это она ничего не ответила, лишь сказала:

– Спасибо.

– Надеюсь, что твои дела того стоят.

Она потянулась к моим рукам и сжала их. Я нахмурилась, изучая ее. Кажется, она выглядит бледнее? Тоньше? Или у меня просто паранойя? Это игра света или отсутствие ее яркого платья?

– Стоят, – серьезно ответила она. – Я обещаю.

Глава 6. Лонни

Мелодия тысячи скрипок обвивалась вокруг меня, как сильные чувственные объятия. Музыка доносилась вместе с ветром, и высокие ноты скользили по коже, надавливая на чувствительные точки, будто пальцы, сжимающие горло.

Я наклонилась в одну сторону, затем в другую. Покачнулась. Позволила крещендо вести и ласкать меня. Сдалась желанию танцевать под гипнотический ритм. Барабаны слились с биением сердца, и тьма ночи позвала меня: «Приди же к нам. Давай играть!»

Острая боль пронзила под ребром, и я пролила вино на шелковый передник служанки. Я поморщилась. Рози задушила бы меня за подобное во сне подушкой.

– Не танцуй, – прошипела мне на ухо Энид.

Я покосилась на служанку и кашлянула, проведя рукой по горлу. Никаких призрачных пальцев. Ничего.

Чертова музыка фейри.

– Прости, – выдохнула я себе под нос, пытаясь – хотя явно плохо – изобразить раскаяние. – Ты же… эм… знаешь, что я терпеть не могу подобное.

Она странно на меня посмотрела.

– Что с тобой сегодня?

Я покачала головой, и меня чуть не замутило.

– Прости.

Даже без странной гипнотизирующей музыки мне было бы трудно сдержать отвращение. Фейри прекрасно знали, что творят, и им это нравилось. Они надеялись, что музыка заманит слуг в их постели или заставит сброситься со скалы. А лучше и то и другое.

Я стиснула зубы и провела рукой по волосам, убеждаясь, что пряди все еще закрывают ухо. Каждый из них – абсолютное и отвратительное зло.

Энид рядом неподвижно смотрела перед собой. Она ничего не заметила, когда я вышла из комнаты в платье Рози и встретилась с ней в холле. Я привыкла, что меня принимают за сестру, но все равно было странно идти рука об руку с той самой девушкой, которая еще час назад шипела оскорбления в мой адрес. В конце концов я и впрямь пристала к ней, как репей.

Мы вышли с кухни прямо на поляну на окраине Чужелесья, откуда доносились музыка, пьяный смех и громкие голоса.

Теперь мы стояли здесь вместе с остальными слугами, которых по счастливой случайности до сих пор еще не вызвали прислуживать знати. Весь королевский двор перед нами танцевал, пил и праздновал начало Диких охот.

Разноцветные шелковые шатры в полоску вырисовывались на фоне темнеющего неба, освещенные тысячей блуждающих огоньков. Наверху развевались флаги, а лепестки цветов кружились в воздухе, будто радужный снег. Музыкальная труппа из Высших фейри играла странную музыку, пока остальные танцевали. Женские шелковые платья переливались голубыми и зелеными оттенками, словно воды Лунного озера. Их неземные голоса перекрывали музыку, создавая еще больший гипнотический эффект. Их кожа и волосы будто блестели – то ли из-за обострившихся чувств, то ли из-за дикой магии в воздухе. Они пели новую балладу о короле Пэнвилле и его пяти победах. Я фыркнула от смеха. До двенадцати ему еще далеко[4]. Во всяком случае, пока. Но у менестрелей наверняка была заранее написана история.

– Рози! – прошипела Энид, и я осознала, что снова покачиваюсь в такт музыке. – Что с тобой сегодня? Ты сама на себя не похожа.

Я чуть не рассмеялась. Она права – я сегодня точно не похожа – по крайней мере, на Рози, – и очевидно, роль мне совсем не давалась.

– Прости, – сказала я, кажется, уже в сотый раз.

– Не извиняйся. Просто прекрати. Я не хочу привлекать к себе никакого внимания, особенно сегодня.

Я посмотрела на нее и молча кивнула. Я и без пояснений поняла, что она имела в виду.

Сегодня было первое испытание нового короля Вечных, лорда Пэнвилля. В Иноземье трон переходил не по наследству. Вместо этого один клан носил корону, пока другой ее не забирал. Каждый раз, когда трон переходил из рук в руки, как когда королева Силия вернулась в Исток на зиму, начинался сезон охоты. Во время каждой из пяти охот любому разрешалось бросить вызов правящему дому за право носить корону.

В этом году охотиться будут на короля Пэнвилля. Охота будет продолжаться всю ночь и закончится либо его смертью, либо восходом солнца, либо когда он пересечет границу охотничьих угодий.

В детстве мы с Рози часто воображали, будто участвуем в Диких охотах. Я всегда была королевой, а она – охотницей. В качестве границы мы использовали ручей в Чужелесье. Наша охота заканчивалась, когда я перепрыгивала через него или когда Рози «убивала» меня. Что ей, разумеется, никогда не удавалось, поэтому ей и не довелось сыграть роль королевы.

Настоящие охоты не были такими скучными. Граница была гораздо дальше, препятствия – коварнее, чем корни и камни, а убийство короля – вовсе не притворное.

С последних Диких охот прошло несколько столетий, и по этой причине ко двору прибыло множество благородных фейри, стремящихся принять участие в играх. Обычно, насколько я знала, в них участвовали только люди и изредка – фейри послабее. Никто не думал, что сможет убить короля – никто и не мог победить Вечных, – но золото, которое семьи выигрывали, ставя на то, как долго протянут их дети, могло кормить их еще целый год.

Хуже всего то, что ни одна смерть на охотах не считалась убийством – лишь частью игры. Некоторые годами выжидали, чтобы отомстить обидчикам на охоте, ведь никто бы тогда не наказал их за убийство врага или соперника.

Другие пришли посмотреть. В городе мало развлечений, как мне сказали сегодня утром. Мало что могло нарушить монотонную, полную тяжелого труда, голода и страданий жизнь человека в нашем мире. Они пришли поглазеть, как фейри убивают друг друга, и их не волновало, что они тоже рискуют погибнуть.

Каковы бы ни были причины, по которым собрались зрители, но оживленный праздник, восхищенные и в то же время испуганные взгляды, которые все бросали на королевские шатры, говорили о многом. Никто не сомневался, что Вечные будут править следующие пятьсот лет. Особенно сам правящий дом.

– Рози!

Я вздрогнула от громкого голоса Энид.

– Что?

– Ты снова покачиваешься.

Я застонала.

– Как ты сдерживаешься? – спросила я, отчаянно пытаясь не прислушиваться к мелодии.

– Считай в уме, – ответила она, бросив на меня подозрительный взгляд. – Или перечисляй что-нибудь.

– Например?

– Что угодно. Цвета. Имена древних богов. Порядок наследования в королевской семье. Если ты займешь разум чем-нибудь, они не смогут проникнуть в него.

Я снова выпрямила спину и попыталась сосредоточиться. Красный, синий, фиолетовый, коричневый. Ноги снова начали пританцовывать, и я чуть не испустила стон разочарования.

– Подумай о чем-то посложнее, – сказала Энид, даже не спрашивая, о чем я размышляла.

– Я пытаюсь.

– Порядок наследования. Это должно занять тебя на какое-то время.

Я покраснела. Она права, но в ее тоне мелькнула издевка.

Менестрели ускорили темп, и у меня зарябило перед глазами. Капельки пота скатились по шее. Даже под сенью деревьев было невыносимо жарко, несмотря на почти наступившую ночь. Как будто фейри пытались поджарить нас, низших существ. Я резко выдохнула и снова попыталась сосредоточиться: порядок престолонаследования вполне подойдет.

В доме Вечных было девять живых членов. До осени этого года их было десять.

Королева Силия Великая правила двором Высших фейри Иноземья на протяжении сотен лет, пока на прошлый Самайн не вошла в Исток, чтобы вернуться к земле. У Силии и ее супруга было трое детей.

Ее старший сын, принц Бельведер, умер несколько лет назад. Его единственный отпрыск – принц Сайон – взял на себя роль палача королевской семьи после смерти отца.

Единственная дочь королевы Силии, принцесса Рэйвин Мудрая, вышла замуж за одного из младших лордов Облачного края. У Рэйвин и лорда Оберона было трое детей: принц Гвидион, принц Баэл и леди Эйна, к которой никогда на моей памяти не обращались по титулу.

Младший сын королевы Силии, новый король Пэнвилль, имел множество титулов. Каждый из них произносили шепотом в Вечнограде, будто говорили о чуме.

Пэнвилль Безжалостный.

Пэнвилль Могущественный.

Пэнвилль, Кровавый король, Повелитель Охоты.

Против воли мой взгляд метнулся к алому шатру короля в центре поляны. Я и без того представляла, что увижу, но у меня все равно перехватило дыхание от смеси любопытства и отвращения.

Шатер был оформлен как спальня. Все – от мебели и освещения до людей – было окрашено в оттенки золотого и красного. Танцующие женщины, кружащиеся шелка, пузырьки в воздухе от только что открытого шипучего вина.

В центре шатра стояла роскошная золотая кровать, на которой извивались тела. Их было так много, и они прижимались друг к другу столь плотно, что почти невозможно было определить, где заканчивается один человек и начинается другой.

В центре кровати полулежал красивый темноволосый фейри, на котором не было ничего, кроме обсидиановой короны. Он наблюдал за хаосом вокруг, как маэстро, дирижирующий оркестром.

Я увидела, как одна из женщин посреди вакханалии на кровати привлекла внимание короля. Она подползла к нему с приторной улыбкой на забрызганном кровью лице.

Он вытянул руку, и я подумала, что он посадит ее на колени. Но вместо этого он провел пальцами по подбородку женщины, пристально уставившись на нее.

Он дернул запястьем так быстро, что я едва различила движение. Я ахнула, и, хотя треска не услышала, мне показалось, будто я сама ощутила его, когда женщина рухнула ему на колени замертво.

Я тяжело сглотнула, отводя взгляд. Что ж, по крайней мере разум прояснился – из-за ужаса, охватившего меня, и крика, застрявшего в горле.

Я не верила в Дикие охоты. Не поддерживала их. Не собиралась оправдывать бессмысленные смерти по каким бы то ни было причинам. Но я хотела надеяться, что кто-то сможет убить короля Пэнвилля. Хотела бы. Однако единственным, кто был достаточно силен, чтобы одолеть его, был принц Сайон.

А он был еще хуже.

Глава 7. Лонни

– Пойду прогуляюсь, – пробормотала я.

– Нельзя, – тут же отрезала Энид. – Ты что, окончательно свихнулась?

Она пристально посмотрела на меня, и на мгновение показалось, будто она догадалась. Возможно, она поняла, что я не Рози, но, если и так, она ничего не сказала.

– Я предложу вино. – Я приподняла кувшин в руках. – Думаю, я просто мало поела сегодня, и пары кружат мне голову.

Энид вздохнула с облегчением, как будто это объяснение имело смысл. Она махнула рукой.

– Ладно. Иди.

Я сделала шаг к темной опушке леса и застыла как вкопанная, когда передо мной возникла фигура.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Слуга», «солдат» (др. ирландский).

Вернуться

2

Перевод Бориса Пастернака.

Вернуться

3

Общее название для британских булочек, которые обычно подают к чаю.

Вернуться

4

Отсылка к «Идиллиям короля» А. Теннисона – циклу из двенадцати поэм о подвигах короля Артура и его рыцарей. Написан в XIX веке.

Вернуться