Алекс Морган
Властители магии. Назад в прошлое. Книга 1

Эта книга, конечно, тоже о магии.

События в ней происходят 22 года спустя после начала первой истории.

Героям предстоит объединиться против могущественной ведьмы.

Они встретятся не только с будущим, но даже с оборотнями и настоящим драконом.

Читайте с удовольствием и не зыбывайте об отзывах

I часть

14 февраля

По всем утренним новостям передали сообщение о смерти Кармен – молодой и талантливой певицы и актрисы театра Екатерины Зенициной.

«Причину смерти пытаются установить специалисты… У нее остался десятилетний сын… Родственники не могут поверить в случившееся…

На месте работают специалисты, однако каких-либо следов насильственной смерти пока не обнаружено…" – вещал женский голос с экрана телевизора.

Никита

Рассвет был ещё далёк, но мы решили о случившемся немедленно сообщить матери моей жены. Она знала, что Властители магии будут сражаться, но никто ей не говорил, о возможном исходе битвы. В прошлый раз всё обошлось, и о худшем никто не думал.

Мои руки дрожали, я всё ещё не верил в то, что произошло. С трудом набрал номер телефона Ольги Порфирьевны. Долго трубку никто не поднимал, а затем в трубке прозвучал сонный женский голос:

– Слушаю…

– Ольга Порфирьевна… – голос осип. Слова с трудом давались мне. Я едва успокоил Ланселота, а самому хотелось кричать от бессилия и боли.

– Да… Кто это?

– Это… Никита… Я…

– Никита? Который час?

– Не знаю… Часа четыре ночи… Я… я потерял счет времени…

– Что-то случилось?

– Да… – я подавил всхлип. Мужчины не плачут, но слезы боли душили меня. Предательский комок застрял в горле.

– Говори! Ну же, не тяни! Что вы уже умудрились натворить?

– Ольга Порфирьевна… Катюша…

– Что с ней? Кит, говори сейчас же! Где моя дочь?!

– Она… – я судорожно глотнул воздух и тяжело произнёс почти шепотом: – Она погибла…

Гробовая тишина повисла в трубке, а затем она громко закричала, срывающимся голосом:

– Что?.. Что ты сказал?!..

– Катя погибла…

– Моя девочка… Моя девочка… Я не верю тебе!.. Я еду!..

Я не успел сказать больше ничего. Она бросила трубку и по ту сторону понеслись заунывные гудки.

Каролина

Кажется, что именно твоя жизнь никогда не оборвётся внезапно, в самом расцвете лет, но это такое обманчивое чувство. Люди всегда думают, что всё, что творится вокруг них, никогда не коснётся их самих. О, как же мы все заблуждаемся!

Восемнадцать лет я жила с полной уверенностью в том, что я умру старой-старой бабушкой, потому что мне нравилось жить, и я боялась только одного: не успеть сделать всё, что задумала за всю жизнь. Но потом всё перевернулось буквально в одночасье и все мои представления о жизни поменялись в один миг. Потеряв свою любовь, частицу своего сердца я просто перестала жить, мой огонь погас. Я существовала только ради Ланселота. Я не боялась смерти. Я ждала, когда она придет за мной и надеялась, что успею воспитать сына достойным своего отца. Об этом не знал никто, но мучилось с каждым днем всё больше и больше моё сердце. Я знала, что пока я не выполню своего предназначения, ничто не позволит мне умереть, и я мужественно сражалась со всеми невзгодами, стараясь вырастить из сына настоящего мужчину.

Жизнь моя оборвалась в одночасье, но в тот же миг и возродилась с новыми силами. Учёные утверждают, что это не возможно, но только не для сильнейшей из ведьм.

Казалось, вернув мужа, обретя умиротворение в душе и подарив любимому ещё двух сыновей и красавицу-дочку, я решила, что ничто не сможет больше разрушить моего счастья. Но как же я ошиблась!..

II часть

Назад в прошлое

Третьи сутки уже в одном положении. Спина затекла, и, к тому же, я безумно замёрзла и хотела пить. Хорошо хоть по нужде отпускали… От каменного пола веяло таким пронизывающим холодом, что я искренне боялась в будущем остаться без ног, потому что уже сейчас я едва их чувствовала.

Ну да, все женщины как женщины, сидят дома с детьми, ждут мужа, а мне же надо обязательно куда-нибудь вляпаться!.. Тридцать восемь лет, а в голове ветер! Ну да, просто магнитом тянет ко мне приключения, но что я-то могу сделать? В прошлый раз обещала мужу, что это – в последний раз было. И что теперь? Я нахожусь Бог знает где, в какой-то сырой холодной темнице, сделанной из камня в котором моя магия не действует совершенно, а это значит, что я совершенно беззащитна. Оружие у меня, конечно, отобрали. Что остаётся делать? Ждать Джека (в скором появлении которого я уверена больше чем в чём бы то ни было другом) и… пожалуй, издеваться над надзирателями.

– Воды!.. – закричала я уже в который раз.

В ответ, как и прежде, молчание, и только тихий шорох за дверью.

– Изверги, да дайте же глоток воды! Вам же хуже будет, если мне удастся освободиться!.. Воды!!! Ну что вам, сложно, что ли?..

– Хватит шуметь! – внезапно донёсся с той стороны громкий мужской голос. – Нам велено к тебе без надобности не входить.

– Да я же только воды прошу! По нужде же вы мне разрешали сходить! Дайте попить!

– Это другое. Меньше будешь пить – меньше в туалет надо будет.

– Умру тут, вам же хуже будет!

– А живы будете или нет, это уже не моя проблема!.. – и я услышала грубый раскатистый смех.

– Нет, вот если я вдруг умру – это будет ваша проблема. Мой муж вас в порошок сотрёт в самом прямом смысле!.. Я бы на вашем месте меня отпустила!

Но в ответ не донеслось ни слова больше и ни звука не раздалось по ту сторону двери. Видимо моим стражникам действительно всё равно будет ли их объект жив или умрёт от холода и голода.

"Кто интересно на этот раз додумался меня похитить? Пираты уже были дважды, но и те и другие бежали, поджав хвост, узнав имя моего мужа. Торговцы были, но и у них ничего не вышло. Охотники за головой Джека? Возможно, опять они, но тогда к чему такой пофигизм в отношении меня и никаких вопросов о Джеке? Поистине странно. С другой стороны есть и ещё одна странность. Они заперли меня в камеру, где совершенно не действует моя магия. Значит ли это, что они знают, кто я и знают моё слабое место в магии? Тогда… Тогда им нужен не Джек, а я и… Мои дети!!!..", – эта мысль настолько испугала меня, что сердце от страха за моих малышей ушло в пятки, и я принялась отчаянно искать выход из сложившейся вокруг меня ситуации, но как назло в голову лез какой-то бред.

– Джек!.. – в отчаянии простонала я и неожиданно услышала звук отодвигавшегося засова.

Подняв глаза, я увидела в дверном проёме чью-то тень, а пока мои глаза привыкали к свету, она двинулась ко мне. Едва услышав звук шагов, я подала голос мужу, безошибочно узнав его:

– Я здесь, Джек!

Он склонился надо мной, освобождая мои конечности от верёвок, и когда я буквально упала ему на руки, недовольно проворчал:

– Любимая, тебя с каждым разом прячут всё лучше и лучше, и всё тщательнее охраняют, но…

– Прости меня, Джек, я не знаю, почему меня вечно… похищают.

– Может, ты отчасти сама этого хочешь, а, моя милая ведьмочка? – он обозначил на моих губах поцелуй и подхватил на руки. – Впрочем, знаешь, я не об этом сейчас. Мы не обнаружили здесь ни единой души и, кроме того, это самая обычная пещера в лесу.

Я не стала расспрашивать, как он нашёл меня: он бы нашёл меня даже у самого дьявола, если бы понадобилось, меня волновало сейчас совсем другое, что совершенно не давало покоя теперь. Теперь, похоже, мои мысли нашли подтверждение.

– Никого не было здесь кроме меня? Но я не так давно с кем-то разговаривала и уверена, что эти люди охраняли меня.

– Дорогая моя, мои следопыты не обнаружили здесь ни единого свежего человеческого следа.

– Значит… Джек, мы должны срочно вернуться домой. Сейчас. Мне кажется, случилось что-то ужасное.

– И почему же ты раньше не сделала этого?

– В этой пещере мои способности не действуют. О, Джек, что-то случилось, я чувствую это…

Я едва дождалась, когда мы окажемся в каюте корабля, и мы немедленно переместилась на остров.

Джек опустил меня на ноги, и я бегом побежала проверять детей в их спальнях, а мой муж последовал за мной. Распахнув дверь в спальню Кантора, я обнаружила лишь застеленную кровать в идеально-прибранной комнате, в комнатах Этьена и малютки-Лили меня ожидал тот же сюрприз. Я растерянно оглянулась на мужа, застывшего на пороге.

– Может, они с Джозефиной играют?

– Боюсь, что нет… Джозефина!!! – позвала я так громко, как только голоса хватило, ответа не последовало. – Где все, чёрт подери?!.. Как вымерли! Почему так тихо?! – я бросилась вон из комнаты, но тут же была мягко остановлена Джеком. – Пусти меня, где наши дети?!!

– Каролина, успокойся…

– Что значит успокойся?! Дети исчезли!!! – завопила я и попыталась вырваться из его рук, однако он только крепче прижал меня к себе. Да, сейчас будет истерика.

– Мы сейчас всё выясним. Возьми себя в руки, слышишь?

– Джек…

Со стороны лестницы донеслись быстрые шаги, и в коридоре показалась растрёпанная горничная. Не сказав ни слова, она упала перед нами на колени и разрыдалась.

– Мари, в чём дело? – немедля потребовал объяснений Джек.

Я ринулась к ней и с силой её тряхнула, опережая мужа:

– Где дети?

– О, мадам!.. – всхлипнула девушка и с самым несчастным взглядом посмотрела на меня.

– Отвечайте, Мари, что произошло? – почти одновременно спросила я с мужем.

– Она похитила их…

– Кто?

– Женщина… Она ворвалась с ураганом… и все замерли… я видела, но… ничего не могла сделать… Они даже не могли сопротивляться…

– Кто она, Мари?

– Я не знаю… Она – сам дьявол…

– Объясни же, наконец, нормально, что произошло?! – вскипел Джек, но теперь я уже остановила его, кажется, начиная понимать, в чём дело:

– Подожди, родной. Мари, ты говоришь "все замерли" – что это значит?

– Она что-то прокричала, взмахнула руками и никто не смог пошевелиться больше… Все упали без чувств, когда она исчезла с… – она всхлипнула и с трудом произнесла: – …с нашими малютками…

– Им она ничего не сделала?

– Нет, мадам, она заставила их спать…

– Мари, подымайся с колен, иди немедленно приведи себя в порядок и собери слуг в гостиной, – скомандовала я и когда девушка удалилась, обернулась к Джеку.

– Ты поняла, о чём она?

– Боюсь, что да. И боюсь, что одна я не смогу спасти детей. Я не чувствую их и не могу связаться с Кантором телепатически, но знаю, что они живы.

– Я сейчас же отправлю людей на их поиски.

– Нет, Джек, они не найдут их. Я уверена, что их похитила ведьма. Причём весьма могущественная. Она отлично знает кто я, и это она подстроила всё так, как будто меня похитили очередные охотники за головами. И… одной мне не справиться.

– Я надеюсь, что вдвоём с Лансом вам хватит сил, любовь моя…

Мне очень не хотелось делать этого, но видимо другого выхода у меня просто нет. Тем более что сердце подсказывало: что-то неладное происходит и в мире моего старшего сына.

– Ланс не отвечает мне, как будто кто-то создаёт помехи для нашей связи. Я должна… вернуться туда и попросить помощи сестёр. У нас нет другого выхода, Джек.

– Я всецело доверяю тебе, родная, и отправлюсь с тобой, если моя помощь хоть как-то тебе может понадобиться.

– Я очень скоро вернусь с ними сюда. Ты нужен мне здесь, Джек, чтобы не случилось. Отдай распоряжения слугам, и вернемся на корабль. Я перемещусь оттуда.

– Я очень люблю тебя, Каролина. Я отправлю своих людей во все уголки земли – мы найдем их.

Распоряжения были отданы и мы стремительно вышли из дома и направились вниз по лестнице. Миг и снова нас окружали стены каюты. О том, что я – ведьма, кроме Ричарда никому неизвестно, пусть так и остается дальше.

– Удачи, родная!.. – Джек, крепко обняв меня, поцеловал.

– И тебе тоже удачи, родной!.. – произнесла я и растаяла в воздухе.

Я перенеслась на чердак дома Властителей магии. Гримуар на месте, значит, книга не цель ведьмы. Одернув безрукавку, я ринулась к выходу и осторожно двинулась вниз по ступенькам. В доме было тихо, и я решила пройтись по комнатам, но после того, как никого не обнаружила, направилась вниз. Из кухни раздавались негромкие голоса. Помедлив немного в холле, я направилась туда и беззвучно замерла на пороге. Было не привычно. Я для них мертва, но как же я скучаю!

На кухне я обнаружила моего сына в компании с Тэш и Крисом. Я до безумия была рада видеть их всех, тем более что сестру и её мужа так близко рядом я много лет не видела. Ланса я вижу ежедневно и, само собой, все эти годы я и Джек, как его непосредственные родители, принимали самое активное участие в его воспитании. Крис с Тэш сидели спиной ко мне и не сразу заметили. Однако вопрос идёт о жизни моих детей, так что времени на расшаркивания нет.

Ланселот поднял глаза на меня, собрался отвлечь внимание своих родственников, но невероятно удивился, когда понял, что я собираюсь дать им знать о себе нарочно. Его невольный вопрос не заставил себя ждать:

– Мама, что случилось?

Моя сестрица и её возлюбленный немедленно обернулись на меня. Тэш, охнула и прижалась к мужу. Я тут же пресекла её рвущийся с губ вопрос:

– Без паники, я не призрак.

–Но… тогда… как? – запинаясь, спросила Тэш.

Крис молча ощупывал меня взглядом, как будто пытаясь понять, на самом ли деле я не привидение. Я, не раздумывая, ущипнула их обоих за руки:

– Это чтобы сомнений в том, что я живая больше не было.

– Ты прямо так лихо сразу! – Ланс обнял меня, отстранился и вопросительно улыбнулся. – Мамулечка, скажи мне, что случилось и что ты здесь делаешь?

– Нам нужна помощь, поэтому я здесь. Кантор, Этьен и Лили похищены.

– Что?.. Кто посмел?!

– Я полагаю, что это очень сильная ведьма, и она знает кто я.

– Если хоть волосок упадёт с головы моей кудряшки и братьев, я её с лица земли сотру!!! – закричал он и в глазах его заплясали язычки пламени.

Я ласково погладила его по руке и спокойно заговорила:

– Успокойся, милый, нам не нужен пожар… Ланс, возьми себя в руки, слышишь?.. – тихонько потерла его плечи, встряхнула, и он, очухавшись, замотал головой.

– Всё, я в порядке, но если…

– Я сама её уничтожу, если хоть волосок упадёт с головы детей. Я здесь, потому что знаю, что их могут найти только Властители, объединив свои силы. Как бы ни были сильны мы с тобой, этого мало. И, я уверена, что она добивалась именно того, чтобы я сделала этот шаг и пришла за помощью к Властителям… Очевидно, ей нужны все мы. Скажи мне…ты чувствуешь кого-нибудь из них?

Ланс на миг задумался, затем нахмурился и тряхнул головой:

– Нет, вообще ничего…

– Они в порядке, – поспешила его заверить я. – Я знаю. Она бы убила их сразу, если бы захотела.

Внезапный голос Криса вернул меня к действительности, и я вспомнила о присутствии здесь его и его жены:

– Ланс, значит, ты всё это время знал?

Мой сын посмотрел на меня, молча спрашивая совета в ответе дяде на его вопрос. Я улыбнулась и ответила сама:

– Ты считаешь, раз уж я осталась жива, я бы смогла жить без сына? Мои дети – это моя жизнь, Крис, и ты, как отец, должен понимать меня.

– Но почему ты нам не дала знать о себе и… что это вообще за вид?

– Ты вернулась к нему? – очнулась Тэш, придя, наконец, в себя от шока.

– Да, сестренка.

– К кому? – не поняв о чём мы, спросил Крис.

– К мужу. К первому мужу, – пояснила я.

– Маааам, тебя снова искали? Ну что ты как маленькая!

Я закатила глаза и скрестила руки на груди.

– Да. Ну… так уж получается. К тому же в этот раз, судя по всему, постаралась ведьма.

– Что значит… искали? – вопрос Тэш повис в воздухе, прерванный требовательным треньканьем, доносящимся из холла.

Я вздрогнула от неожиданности, и лишь потом вспомнила, что это обычный телефон. Тэш побежала в холл, и мы все направились за ней. Привычной когда-то для меня трубки не было. Её заменяло электронное табло с кнопками. Своеобразный мини-компьютер. Моя сестрица коснулась одной из кнопок, и на экране появилось изображение Кошки. Она была невероятно встревожена и даже не заметила меня сразу.

– Тэш, они все пропали!..

– Кто?

– Они похитили наших детей!

– Что?.. Как похитили? Кто?

– Я не знаю. Мои девочки заехали после учёбы за Максимом и Леночкой в школу и их всех похитили!..

– О, Боже! Я говорила, что нет никакого толку в этой охране!

– Тэш, я думаю это кто-то тёмный. – Кошка покачала головой и вдруг глаза её округлились, уставившись на меня. – Бог мой! Я вижу привидение!..

– М-да, человеку под сорок, а всё не далеко от детей ушла по развитию, – вздохнула я и сложила руки на груди. – Светик, без паники. Я не призрак. Объяснять некогда, сейчас за тобой переместится Ланс.

– Но…

– Без лишних вопросов!..

– А почему его не тронули? – невольно, но вполне логично вырвался у неё вопрос. – Слава Богу, конечно, но я не понимаю.

– Очевидно, потому что он очень сильный маг, – предположила я и попросила Тэш отсоединиться от разговора.

Причина того, почему ведьма не тронула Ланса – мне тоже не совсем ясна. Быть может, она просто испугалась его силы? Или не смогла усыпить?..

Я замерла в холле и обвела всех взглядом. Мой сын всё ещё находился здесь.

– Мама, мне отправляться за тётей?

– Подожди чуток… Где Алек с Сандрой?

– На работе оба. Сандра и Алек фитнес-инструкторы.

– Созвонитесь с ними, они нужны здесь… – я обернулась к сыну. – Думаю, в том времени нет смысла никого искать. Очевидно, что ведьма одна и та же, а значит, я останусь здесь пока мы не отыщем детей. Где Кит?

– Он в командировку два дня назад уехал.

– Хорошо.

– Мам, ты почему хмуришься? – заботливо поинтересовался Ланс.

– Джек не останется там, без меня. Да и я не хочу жить меж двух миров…

– Мне кажется, ответ очевиден. – Ланс улыбнулся, и я почувствовала, что он читает мои мысли.

– Я запретила тебе так делать.

– Не ворчи и иди за ним. Я отправляюсь за тётей?

– Да.

Он поцеловал меня в щеку и исчез.

Крис вперился в меня хмурым взглядом, скрестив руки на груди:

– Тебя не было десять лет.

– Я знаю.

– Но ты ничуть не потеряла себя, и, быть может, даже вернулась во многом к прежней Кармен.

– Что ты хочешь сказать этим?

Внезапно он крепко обнял меня и вымолвил:

– Я не осуждаю тебя за то, что ты не показывалась нам. Не передать словами, что я испытал, когда увидел тебя. Так горячо в груди и так легко от одной только мысли, что ты жива. Мы очень тяжело переживали потерю тебя, – он отстранился, разглядывая меня.

– Я знаю это… – я внезапно для самой себя опустила от него взгляд, но он нежным жестом руки аккуратно приподнял моё лицо за подбородок:

– Ты не виновата и я знаю теперь, что все эти десять лет, и по сей день, ты просто очень счастлива. Скажи мне, что это так, только честно.

– Да, я действительно очень счастлива.

– И это самое главное, Катюша.

Моё собственное имя резануло мне слух, настолько я отвыкла от него.

– Давай обо всем поговорим позже. Надо обсудить со всеми… что делать дальше…

– Если это действительно ведьма, значит, ей нужны вы все, и детей она не тронет. Я правильно понял, что Ланс – старший из твоих детей?

– Да, – и я улыбнулась. – У меня ещё два сына и дочь.

– Четверо! Какая ты молодец, Кармен! – воскликнула Тэш, выйдя из ступора.

– Мои дети – моё сокровище, продолжение моей любви к мужу. Ой, ребят, я, надеюсь, вы не возражаете, если я пока поживу с вами? А то с Шансом мы обсудили, а с вами…

– Возражаем? Это же твой дом, о чём ты?! – Тэш возмущенно воскликнула и крепко обняла меня. Похоже, сегодня намечается день жарких объятий.

– Только… я буду не одна…

– С ним?

– Да. Я не знаю, на какое время нам придётся расстаться с ним, и поэтому я вообще этого не хочу. Да и Джек… вряд ли останется там.

– У нас только прислуги нет, – в полголоса смущенно вымолвила Тэш, явно боясь меня задеть этим.

– Детка, куда тебя понесло? Какая прислуга?

– Не осуждай её. Она знает, кем является мой муж и кто я такая. Она видела меня в роскоши, с прислугой и… Да, в моем доме довольно большой штат слуг.

– Кто же ты теперь?

– Я всё та же. Но много лет назад я стала графиней. Мой супруг французский граф, Крис. Но это не значит, что я не в состоянии жить без помощников. Как и Джек.

– Боже, как же всё это невероятно!

– А теперь… прошу меня извинить, я скоро к вам вернусь. Созвонитесь с Алеком и Сандрой!..– напомнила я напоследок и переместилась на остров.

Джека я нашла на корме. Он задумчиво разглядывал линию горизонта, вцепившись в борт побелевшими от напряжения пальцами. Спиной почувствовав моё присутствие, он обернулся. Порывисто обнял меня и встревожено спросил:

– Новости плохие?

– Да, не важные. Более того, у моих сестёр также похитили их детей, и, я думаю, это сделала одна и та же ведьма.

– Что мы теперь намерены делать?

– Для начала скажи мне, что не будешь спорить со мной.

– Если ты не будешь опять выдвигать абсурдные идеи. В чём дело, малышка?

– Я не знаю, как долго буду отсутствовать, поэтому я прошу тебя отправиться туда со мной.

– В… будущее?

– Да, любимый. Я просто не справлюсь без твоей поддержки, – взмолилась я и уткнулась лбом в его плечо.

– Я сам разорву эту ведьму, если она что-то сделает тебе или моим детям. И плевать, что я – не маг. Думаешь, я бы отпустил тебя туда одну надолго? Нет, однажды я уже потерял тебя на долгие годы, больше этому не бывать. Как быть с корсарами?

– Я передам Ричарду письмо. А здесь… как долго нам плыть до острова?

– Несколько часов.

– Ну что ж… ждать я не намерена, так что пусть наше исчезновение объясняет Ричард.

– Ты хулиганка, – и Джек зычно свистнул, привлекая Корнуса на другом корабле.

– Я знаю, – я повернула голову, наблюдая за летящим к нам попугаем. – Ричард будет в шоке.

21 октября

Мы переместились в дом Властителей буквально одновременно с Кошкой и Лансом. Мой сын почтительно поприветствовал отца, и они обнялись. Остальные замерли возле нас, переводя недоуменные взгляды с Джека на его точную копию, только значительно моложе и чуть ниже ростом.

– Рад приветствовать Вас, мадам… – Джек поприветствовал моих сестёр и приветливо кивнул Крису. – …месье…

Речь его прозвучала на французском языке, но «бонжур», пожалуй, в переводе не нуждалось. Тэш придвинулась ко мне и ошеломленно произнесла:

– Только не говори мне, что мои глаза обманывают меня.

– Не скажу, потому что это не так. Это действительно отец Ланселота. Я прошу вас только ни слова об этом Никите – он этого не переживёт. Он не может иметь детей, он потерял меня, и Ланс единственное, что у него осталось.

– Будет так, как ты считаешь нужным, – ответил за всех Крис. – Я рад приветствовать твоего мужа и нового члена нашей семьи. Теперь, по крайней мере, я знаю, откуда у Ланса такие манеры. Никто из нас не мог дать ему их, но он ведёт себя как настоящий светский мужчина.

Я перевела его слова мужу, и они уже менее скованно обменялись дружеским рукопожатием, а затем я попросила всех:

– Постарайтесь общаться, пожалуйста, на английском языке. Джек, всё-таки, вас не понимает. Я придумаю заклинание, чтобы стереть языковые рамки, но не так быстро, как хотелось бы.

– Хорошо, Катюша…

– И… вы можете выделить нам какую-нибудь комнатку и вещи переодеться?..

– Конечно! Ты как не родная прямо!.. – сестрицы буквально в охапку захватили нас обоих и потащили на второй этаж. – В твоей комнате никто не живёт, так что спокойно располагайтесь здесь. А вещи… Твой гардероб я сейчас откопаю – тебе он точно будет в пору, а твоему… мужу мы сейчас что-нибудь подберём из вещей Криса. Думаю, должно подойти, – мы зашли в комнату и Тэш с Кошкой поспешили оставить нас вдвоём. – Ну, располагайтесь, я скоро!

Я обняла Джека, заглядывая в его глаза:

– Извини их, если что-то не так. Им странно видеть меня, нас и… знать, что ты настоящий отец Ланселота.

– Всё в порядке, родная. Не накручивай себя. Мне не привычно, но я и всего ещё не видел, – он усмехнулся, поглаживая меня по спине.

– Ты привыкнешь, – я притянула его голову к себе и поцеловала, словно ища утешения в этом поцелуе самой себе.

– Ради тебя, малышка, я здесь проживу всю жизнь.

– Спасибо…

В комнату как ураган ворвались сестры, а следом с огромной коробкой в руках вошел Крис. Он поставил её возле кровати и посмотрел на Джека:

– Пойдёмте, подберём вам что-нибудь из моих вещей. Девочки справятся без нас.

Мы переглянулись с Джеком и он, подмигнув мне, проследовал за Крисом. Они примерно одного роста и комплекции, так что точно что-то найдут. Тэш с энтузиазмом принялась распаковывать мои вещи, Кошка присела на кровать. Они обе молчали, но всё время кидали на меня любопытные взгляды.

– Вы чего как не родные? Спрашивайте!

– Ты мысли читаешь? – Тэш подняла на меня глаза.

– Да конечно нет. У вас на лицах всё написано. К тому же… мы не виделись долгие десять лет!

– Катюша… А ты появлялась в доме хоть раз за эти годы? – Кошка задала вопрос, который мучил всех много лет.

– И даже не раз. Откуда, ты думаешь, появляются новые заклинания в книге и, в конце концов, как Алек мог видеть меня иначе? – я сбросила с себя жилет, рубашку и с удовольствием влезла в футболку.

Тэш вдруг улыбнулась:

– А я его тогда обозвала и думала у него крыша едет… Столько времени прошло, даже не верится что… что ты жива, Кармен.

– Кармен умерла много лет назад, – отозвалась я и сбросила свои брюки. Посмотрела на сестер и поняла, что они давно знают это.

– Это не важно. Важно, что ты жива. – Кошка смотрела на меня и улыбалась. По ее щекам катились слезы. – Не важно как такое возможно, главное, что возможно.

– Да, тебя очень не хватало! – и я вдруг оказалась в кольце двух пар рук. Ой, нет-нет-нет, нельзя так! Сейчас я тоже расплачусь.

– Девочки! Ну не ревите, иначе и я заплачу! – я всхлипнула, зарываясь носом между сестер. – Я ведь тоже очень-очень скучала! Простите меня…

– Не смей больше нас бросать. Мы всё преодолеем вместе! – Тэш отпрянула и вперилась в меня хмурым взглядом.

– Конечно, преодолеем.

– Света, ты представляешь, у неё четверо детей вместе с Лансом! Четверо! А мы с тобой так больше и не решились! – она вздохнула и снова опустилась на кровать. – Я боюсь, хотя очень хочу!..

– Не расстраивайся, сестричка, у тебя есть Крис, который тебя всегда поддержит. Ты не должна бояться. С тобой не повторится то, что случилось с твоей матерью. А то, что у меня четверо детей… это лишь благодаря Джеку. Будь я здесь, всё могло сложиться иначе, – я натянула на себя спортивные штаны. – Кит прекрасный отец и мы могли бы, но… Когда твое сердце с другим мужчиной – всё по-другому, даже если тебя окружает любовь. Дорогая, родная моя! Вы с Крисом прекрасные родители и ваша любовь не угасла. Тебе просто надо перестать бояться.

– Я всегда поражалась лёгкости принятия тобой решений и вообще простоты отношения к жизни.

– Не все решения в моей жизни легкие, но чем больше думаешь – тем сложнее решиться…

Легкий стук в дверь заставил нас обернуться. В комнату вошли Джек и Крис. Последний пропустил вперёд себя Джека, и, войдя сам, довольно улыбнулся:

– Ну как вам новый имидж?

Мой любимый пират явно чувствовал себя неловко, и я невольно улыбнулась. Единственный раз, когда я видела его таким, был день, когда родился наш второй ребёнок, Кантор. Он даже боялся брать его на руки, таким он был крохотным в сравнении с его ладонями, но он был безумно счастлив. Точно так же как Джек помог мне пересилить свой страх и прогнать панику, возникшую перед родами, так же и я помогла ему преодолеть страх перед новорождённым, страх случайно навредить ему.

И всё-таки, во что не переодевай моего мужа, в нём ярко будут выражены и черты аристократа и неизменные черты грозы всех морей и океанов. Чёрные зауженные джинсы с низкой посадкой и светлая футболка идеально сидели на его фигуре. Удивительно-чёрные, не тронутые сединой, густые волосы были связаны на затылке резинкой. Я сначала не могла понять, что не так, а потом поняла: толстым золотым серьгам в ушах в нашем времени явно не место. Хотя, черт возьми, у меня даже бабочки заметались в животе как бешеные. Как девчонка, честное слово!

– Любимый, серьги придется на время снять.

– Зачем это? – он нахмурил брови, от чего его глаза, как будто ещё больше потемнели.

– В этом времени это… несколько не приемлемо.

– Ты же знаешь, что меня интересует только твое мнение.

– Я знаю, родной. Мы будем вместе, а я не хочу, чтобы меня не дай Бог кто-нибудь увидел. Ни к чему привлекать лишнее внимание. Я мертва в этом времени, ты ведь знаешь.

Он вздохнул, но всё же снял своё сокровище, а затем, как будто успокаивая себя, сказал:

– Корабля у меня здесь точно не будет, да и при Луи мне тоже приходилось их снимать, иначе меня давно поймали бы и повесили. Я отвык от этого, но ты права – лишнее внимание нам ни к чему.

Я вздрогнула от его слов и предложила спуститься всем вниз. Крис тихо спросил меня, улучив момент:

– Прости меня, Катюша, но… твой муж – преступник?

– Нет, а почему ты спрашиваешь?

– Людей просто так не ищут, чтобы повесить.

– Ах, это! Джек пират, – просто ответила я.

– По правде сказать, я представлял себе пиратов несколько иначе. Уж точно не благородных… Это в твоих романах они похитители сердец.

Я хихикнула и заговорщически зашептала:

– Открою тебе тайну. Мой муж действительно пират, который похитил мое сердце, – я увидела, как вздрогнула спина моего мужа. Подслушивает, чертяка.

– Я рад, моя дорогая, – он приобнял меня за плечи и чмокнул в макушку.

Мы собрались в гостиной, и я сразу перешла к делу. Между нами пролегло много лет и накопилось множество вопросов, но сейчас не время. Сейчас надо понять с кем мы столкнулись и как вернуть детей. Было лишь одно маленькое «но», которое меня мало-мальски успокаивало, и я поделилась этим с родными.

– Моя маленькая Лили способна создавать вокруг себя защитное поле и оберегать им своих близких в случае опасности. Так что, я думаю, немного времени у нас есть.

– Ну, хотя бы это успокаивает, – вздохнула Кошка. – Но всё-таки меня очень волнует, как мы будем их искать? Ни ты, ни Ланс не чувствуете их, я правильно поняла?

– Да, ты поняла правильно. Однако, не зря же мы ведьмами являемся, причём с большим стажем. Я уверена, что почувствовала бы, случись что-то не ладное с детьми.

– Тогда с чего начнём?

Я бросила взгляд на часы, висящие над окном, и улыбнулась:

– Для того чтобы что-то хорошо сделать надо хорошо поесть. Так что все в столовую – обедать.

– Ты как всегда в своём репертуаре. Только бы поесть! – почти хором засмеялись мои сестрицы.

Джек смерил их взглядом чёрных глаз и вступился на мою защиту, обнимая меня за плечи:

– Между прочим, моя жена права. Только на сытый желудок голова ясно соображает.

– Девчоночки, не спорим. Пойдёмте на кухню. – Крис потянул жену за руку и последовал за ней.

Едва мы успели разместиться за столом, из холла донеслось попискивание домофона и через мгновение раздались два возбуждённых голоса, следом за стуком закрывшейся двери: звонкий женский и басистый мужской. Я замерла в нерешительности, так как ни Алека, ни Сандру в известность о том, что здесь я никто не известил. Их просто попросили приехать домой. Тэш поднялась и поспешила в холл.

– Сандра, по-моему, ты зря так дёргаешься раньше времени… Ты ведь…

– Я порву в клочья самого дьявола, если хоть волосок упадёт с головы моего мальчика!.. – воскликнула она, даже не пытаясь слушать, что ей говорят.

– Пропал не только ваш сын, сестричка, – вступила в их диалог и Тэш. – Но я тебя уверяю, что сейчас точно не время для паники.

– Не время?! Ты что – бредишь? – она сбросила с ног ботинки и пнула их под скамейку. – Да держу пари, Кошка с Русланом уже просто рвут и мечут вне себя от ужаса!

– А я тебе ещё раз говорю успокоиться. Мы справимся со всем и найдем детей. Пойдёмте, там обед готов…

– Какой, к чёрту, обед?! Да что с тобой, вообще такое?.. – ошарашено забормотала она и, застонав, обессилено опустилась на колени. Алек без труда стянул с нее куртку. – Я не переживу если с ним что-то случится… – и совершенно неожиданно она произнесла в пол голоса, глядя в пол: – Катюша никогда бы не допустила этого и она бы не стала сидеть, сложа руки, как вы все!.. – осознав, что произнесла, вскочила на ноги и обняла Тэш. – Прости, прости меня, я не соображаю что говорю!.. Прости, что снова напоминаю тебе о ней… Я знаю, она была тебе ближе всех нас. Прости меня, Танюшечка!..

– Я её очень люблю и сейчас, – заверила Сандру моя сестрица и не смогла сдержать улыбки.

– Я знаю это, но… её не вернёшь. Смерть забирает в Царство Мёртвых лишь один раз в жизни…

Я не утерпела и, отметив, что меня никто не удерживает, вышла в холл:

– Тогда я ещё и очень удачлива, раз уж мне повезло оттуда вернуться.

Сандру словно током ударило. Она, отскочив назад, буквально врезалась в не менее ошеломлённого Алека, не отводя глаз.

– Без паники! Я жива и здорова, а вовсе не призрак.

Они оба, не мигая, смотрели на меня, не в силах издать ни звука. Первым отмер Алек: он, внимательно посмотрел на Тэш и с неожиданной радостью произнёс:

– Значит, я всё-таки был прав, что она жива и Ланс точно должен был знать это!

– И знал. Но, ребят, давайте все расспросы потом. В беде наши дети.

– Ланс тоже пропал?

– Я на кухне, дядя!.. – немедля отреагировал мой сын, услышав взволнованный голос мужчины.

– Тогда… я ничего не понял…

– Ланс – старший из моих детей, а у меня их четверо вместе с ним.

Алек открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Сандра перебила его незаданный вопрос и бросилась меня обнимать, заливаясь слезами.

– Ты жива, ты жива, Катюшенька! О, Господи, как плохо без тебя!.. А теперь… теперь же всё будет по-другому, правда? И дети… ты ведь найдёшь их, правда?..

– Ну конечно, сестрёнка… – я погладила её по голове, пытаясь успокоить, однако она продолжала судорожно всхлипывать, вцепляясь в меня как в последнюю надежду.

– Ты же не уйдёшь от нас больше, правда?

– Давай, не будем сейчас об этом. Возьми себя в руки, ты же амазонка! Помнишь: "амазонки никогда не плачут"!

– Я стала слабой, Катюша… Амазонка давно осталась где-то там, в прошлом.

Я подняла её лицо своими ладонями, заставив посмотреть на себя.

– Ты самая сильная, Сандра. Ты мужественная, смелая, красивая и всю жизнь к твоим ногам падает то, что тебе нужно. Я здесь, потому что одна не справлюсь и не смогу помочь нашим детям. Я не справлюсь без тебя, Сандра, и мне нужна настоящая ты – та, которая столько раз помогала мне взять себя в руки и не дать волю слезам. Пожалуйста, соберись!

– Я, правда, такая? – она внезапно обернулась к Алеку. Он отец её ребёнка, но не является ее мужем и, кажется, только сын связывает их. Но взгляд сестры был полон нежности, когда она всматривалась в его глаза, ища поддержки. Сдается мне, тут не всё так просто.

Он улыбнулся сияющей улыбкой и произнёс:

– Ты у нас самая лучшая, Сандра, и мы тебя очень любим за то какая ты. А ты – сильная, как и все Властители магии.

– Давай, успокой её, приведи в чувства, и ступайте на кухню, мне надо вас кое с кем познакомить.

Не задавая лишних вопросов, он подхватил слабо сопротивляющуюся Сандру на руки и унёс наверх.

Отобедав, мы приняли решение о поездке на окраину города, ближе к дикому лесу-заповеднику – стихии одной из наших сестёр. В таких местах обычно самое большое скопление энергии и не мешает гул города. Первоначально я хотела попробовать начать поиски при помощи зеркала, но неизвестная нам ведьма отрезала этот путь, тщательно заметая следы и, как будто не желая, чтобы мы нашли детей. Но тогда что ей нужно?

Я попросила поехать на машине, без перемещений, тем более что ехать было не далеко. Любопытство в который раз взяло верх надо мной и мне захотелось посмотреть, как изменился город за время моего отсутствия. Да и Джеку, пожалуй, было бы интересно опробовать этот вид транспорта.

Мой муж с чисто мужским любопытством оглядывал автомобиль, и никто не мешал ему это делать. Он обошёл машину Криса со всех сторон, заглянул под капот, под днище, встал напротив неё и обычным своим движением провёл пальцами по подбородку. Да, он любил механизмы. Ему нравились новшества, что я заимствовала из этого мира. А тут… такой аппарат!

– А на чём она работает?

– На сильногазированной минеральной воде, – отозвался Крис и пояснил: – Это вода из чистого источника с пузырьками воздуха внутри. Экологически-чистый продукт, между прочим.

Джек кивнул в знак понимания, а я же задала встречный вопрос:

– Значит, теперь наконец-таки все машины удалось привести к этому?

– Да. Так и дешевле, между прочим. "Ест" она меньше теперь, а пузырьки воздуха, постоянно бурлящие в баке, дают возможность машине без проблем держаться над дорогой.

– Над дорогой? Она что – летает?

– Ну да. Наши политики сошлись на том, что это выгодно. Не надо, во-первых, тратить столько средств на ремонт дорог и их возведение, а, во-вторых, теперь совершенно безразлично на какой резине в какое время года ты ездишь – хуже никому от этого не будет.

– Прогресс на лицо, а, казалось бы, не так много лет прошло… – я задумчиво кивнула и обвела всех вопросительным взглядом. – Ну что, поехали?

Получив одобрительные кивки в ответ, мы неспешно разместились в двух машинах и тронулись со двора.

Внешне город мало чем изменился. Только что машин стало намного больше, они проносились над нашей крышей, сбоку, под нами – как только это было возможно и, если честно, было жутковато. Я крепко сжимала ладонь Джека и пристально смотрела по сторонам. Среди невысоких зданий возвышались очень высокие, уходящие под облака, повсюду висели огромные рекламные щиты, и внезапно один из них привлёк моё внимание больше других. Моя челюсть медленно поползла вниз. На плакате была изображена рыжая женщина с короткими, неестественно завитыми волосами, явно искусственными формами худенького (если не сказать тощего) тела, улыбающаяся во весь рот, как будто показывая тем самым: смотрите, я только что была у стоматолога! Но самым главным было не это. Меня убила надпись: "Кармен" и ниже стояло имя продюсера: "Женя Хиппер". Меня аж затрясло от злости. В смысле? Меня променял на это?!

– Да как он посмел! – заорала я не своим голосом так, что Крис едва не потерял управление.

Он чертыхнулся и обернулся ко мне, нахмурившись:

– Катя, ты можешь вести себя спокойно?

– Нет. Ну, вы это видели?!

– О чём ты?

– Реклама! Что это ещё за мой двойник с невероятной внешностью?

– Ты об этом?.. – и Тэш кивнула на тот самый плакат. – Если мне не изменяет память: это уже третья или четвёртая такая красавица.

– То есть?

–Он объявил всем, что на самом деле Кармен жива и снова будет выступать на сцене, даря людям всё новые и новые песни. Как будто бы ты сильно болела и поэтому твоя внешность так изменилась… Такой там бред невероятный вокруг твоего имени ходит, мы уже смирились.

– Моё имя позорит? Не позволю! Почему вы ничего не сделали?

– Мама твоя не позволила. Она грозилась Хипперу, что подаст на него в суд и что газеты смешают его имя с грязью, но он немедля выпустил какую-то невероятную статью о тебе и заявил ей, что у него ещё не одна такая найдётся, чтобы как можно больше навести скандала вокруг имени Кармен. Мы сами звонили ему, просили оставить тебя в покое… Никакие угрозы не действуют. Руслан и Юра пытались его запугивать, но тщетно. Это не выносимо было знать, что ты мертва, но видеть твоё имя в газетах, журналах, по телевидению… Он сказал мне лишь, что без тебя он потерял свой смысл в жизни и единственное, что он может – это возродить тебя, хоть и ложью.

– Но это же гнусно!

– Да, но я устала с ним разговаривать. Мы все устали от этого и смирились. Они поют твоим голосом – компьютер сейчас может всё, они пытаются быть тобой, но они все далеки от тебя.

– Ну, тогда я сама с ним проведу профилактические беседы!

– Каролина, ты обещала мне не влипать больше ни во что. – Джек, всё это время молчавший, нахмурил брови, поняв, что меня, как всегда тянет на приключения.

– О, не буду больше, любимый! Я только немножечко припугну одного человека.

– Ты не умеешь немножечко.

– Даю честное слово.

– Катя, ты не можешь с ним разговаривать! Ты мертва в этом мире!

– И что? Призраки тоже имеют право постоять за своих хозяев! – я надулась, скрестив руки на груди.

– Что ты опять придумала? – почти в один голос спросили Тэш с Крисом.

– Ну… пока не знаю, как это воплотить в жизнь, но я уже кое-что придумала интересненькое.

– А ты ничего не забыла? – Джек вперился в меня предупреждающим взглядом.

– Мои дети превыше всех остальных проблем, но и этому человеку я просто так не оставлю то, что он делает.

– Кантор точно своим упрямством пошёл в тебя, малышка. – Джек притянул меня к себе и обнял. – Делай то, что считаешь нужным, только не перегибай палку.

Я с благодарностью поцеловала его в щёку и уставилась в окно, покусывая нижнюю губу. Город был совершенно не таким, каким он запомнился мне. Всё было каким-то другим, чужим и мне было не уютно. Нет, на острове, да и в самом Париже я чувствую себя намного комфортнее, хотя я прожила большую часть жизни здесь. Мне вдруг вспомнилась Лили, которую я не видела уже четвёртые сутки. Она сидела на коленях у отца, широко распахнув удивительно красивые глаза цвета спелого ореха, обрамлённые пышными ресничками, и распевала песенку про пиратов. Её голос звенел как пение соловья в лесу, Джек поглаживал её шелковистые кудряшки и не мог налюбоваться ею…

Я вздохнула и вслух вымолвила:

– Я просто не переживу, если с ними что-то случится.

– Мы найдём их, – чуть ли не в один голос произнесли мужчины. Джек крепче обнял меня, уткнувшись носом в мою макушку.

– Я совсем не чувствую их и мне так страшно.

– Мама, я тебя совсем не узнаю! Посмотри на меня, неужели же ты не веришь в нас, в меня? Твои дети никогда не сдаются и защитят остальных!

– О, Ланс! – я улыбнулась ему в ответ. – Ты мой герой, малыш.

– Ну, какой же я тебе малыш! Ну, ты ведь знаешь, что я не люблю, когда…

– Ланселот!..

Стоило только Джеку рыкнуть на него и он, замолчав, извинился, потупив взор.

– Для меня ты всегда будешь моим маленьким мальчиком, дорогой. Я не хотела обидеть тебя, и я знаю, что ты всегда постоишь за свою семью.

Глаза у юноши сверкнули, и он расплылся в улыбке.

– Как же ты изменилась, Катюша… – то ли со вздохом восхищения, то ли с сожалением произнесла Тэш.

– Почему?

– Ты действительно рождена для того мира, – только лишь произнесла она.

– Знаешь, я…

Внезапно прямо перед носом нашей машины промчался другой автомобиль, устремившись куда-то вертикально вниз, и в тот же момент виски словно сдавило тисками. В голове (или наяву?) раздался чей-то голос. Кто-то звал меня, но я не понимала, кому принадлежит голос. Я повернула голову, вглядываясь в городские пейзажи за окном, и глаза сразу выхватили картинку того, чему здесь было не место. В нескольких километрах от нас возвышалось здание, полностью окутанное льдом. И лёд двигался, скользил снизу вверх по зданию, словно живой. Снова в голове раздался голос, и я узнала в нем Кантора. Мне стало дурно.

– Я иду к тебе!.. – прошептала я и переместилась на голос, наобум, ожидая, что, как и всегда, попаду в нужную точку.

Я оказалась в центре огромного ледяного зала. Теперь я отчётливо видела, что лёд движется: за окном не прекращалось движение, как будто по стеклу стекала вода, тут же покрывающаяся корочкой льда, а затем на неё набегала другая волна, и с ней повторялось то же самое. Холод быстро проник под одежду, и я поежилась, оглядывая пустой зал.

– Мама!..

Встрепенувшись, я взяла себя в руки и быстро пошла на зов. Путь из зала мне преградила взметнувшаяся к потолку ледяная стена, и я невольно отскочила назад. Выставила руку вперед, призывая свой огонь. В стене образовался проем, но лед снова взял верх, отрезая мне путь. И так происходило снова и снова, но и я не сдавалась. Не смотря на холод вокруг, по спине бежал пот. Внутренний огонь согрел меня, стало жарко. Я готова была биться с незримым соперником до конца. Попытки переместиться за ледяную стену не увенчались успехом. Что-то или кто-то не пускало меня. Ловушка?

По залу пронесся леденящий душу женский смех. Он эхом отражался от стен и отдавался в моей голове отбойными молотками. Я обернулась, но всё ещё стояла в пустом зале.

– Кто ты? Покажись!

Смех тот час стих и позади меня раздался звонкий голос:

– В самом деле?

Я стремительно развернулась, готовая отразить атаку. Ледяная стена, преграждавшая мне путь, исчезла. Без всякого страха я шагнула в следующий зал. У дальней стены на высоком троне изо льда восседала женщина. Рядом в полный рост в серебристо-голубой оправе стояло огромное зеркало. Удивительно-красивая внешность женщины не вязалась с холодным колким взглядом серебристо-голубых глаз. Жемчужно-белая кожа блестела, словно тысячи бриллиантов на солнце, длинные белоснежные волосы рассыпались по плечам словно шаль. Стройное тело окутывало «живое» голубое платье, сверкающее от движущегося инея и снежинок. Ведьма скользнула по мне изучающим взглядом и на мертвенно-бледных губах застыла улыбка. Не радостная. Зловещая. По моей спине пробежал холодок.

Запугивает. Хммм… не на ту напала!

Я как бы невзначай оглядела зал и неторопливой походкой направилась к ней. Огонь не справится со льдом? Да не бывать этому!

– А я должна вас бояться?

– Вы на самом деле не знаете, кто я? – холодный властный голос окутал меня, запирая в тиски. Белоснежные брови удивленно приподнялись.

– А мне, честно говоря, всё равно кто вы, – я снова призвала свой внутренний огонь, прогоняя ее холодную магию от себя. – Я не боюсь тебя, ведьма! Клянусь, ты поплатишься за то, что посмела похитить детей. Я сотру тебя с лица Земли.

Снова она расхохоталась, а потом произнесла:

– Так значит, ты и есть одна из Властителей магии… Хммм, моя ловушка сработала как я и рассчитывала. Ты владеешь огнем… Каролина, я так полагаю. Я представляла тебя несколько другой. Однако красота твоя и впрямь не преувеличена. Послушай, я…

– Нет, это ты меня послушай! Немедленно верни детей!.. Всех!

– Ты мне приказываешь?! – она сверкнула глазами и поднялась с трона. – Мне?!

– Ты, должно быть, не понимаешь, с кем связалась, ведьма! Мы…

– Я знаю о том, с кем вы расправились, – она фыркнула, не сводя с меня сверкающих гневом глаз. А я пыталась сообразить, что мне делать дальше, ведь если я убью её… где искать детей? – Я также знаю, что ты была бы давно мертва, если бы тебя не спасла Сиринадина. Она просто не осознавала что делает. Спасти ту, которая убила моего сына! – пророкотала она, сжимая руками серебряный посох, появившийся из воздуха. Волшебная палочка что ли такая?

– Сына? – я нахмурилась в ответ, не понимая о чем речь.

– Мой мальчик был правой рукой Повелителя, а вы нещадно убили его, как какого-то демона. И теперь, когда у меня достаточно сил, я могу поквитаться с вами.

– Оставь в покое детей! Разбирайся со мной!

– Я думала об этом. Но, нет, это слишком просто. Они теперь вечно будут служить мне. Я уверена, скоро у маленькой девчонки ослабнут силы, и тогда я завладею их душами. Они навсегда забудут вас всех. О, проклятый род!..

– Я убью тебя, ведьма! – рявкнула я и швырнула в неё огненный шар.

Он пролетел сквозь женщину и, ударившись о стену, исчез. Она – не демон. И она не простая ведьма. Мой огонь не справляется с ее льдом и не страшен ей. Я не справлюсь с ней одна. Но Властители магии справятся.

Мысленно послала сигнал о помощи. Ланс услышит и приведет сюда остальных. Вот тогда она запоет по-другому!

– Убейте меня и вы никогда не найдёте своих детей!

– Говори, мерзавка, они здесь?! Я слышала голос сына! Говори, где они?!

– Их здесь нет. А голос… – она взмахнула посохом, и я вновь услышала "Мама!". – Это всего лишь иллюзия. А вот ты, Каролина, за всё мне ответишь прямо сейчас. Сначала я уничтожу тебя, а потом и весь твой род – одного за другим…

Она подняла над головой посох, зажатый в правой руке, одновременно вырисовывая невидимый узор в воздухе. Из груди ее вырвался крик боли, и посох с грохотом вылетел из руки. Её руку охватило пламя. Она трясла ей и кричала, пытаясь сбросить огонь.

Я охнула, когда меня буквально втянули мужские руки за широкую спину. Ланселот! Он как рыцарь явился ко мне на помощь в трудную минуту и заслонил собой. Как всегда делал его отец. Оба отца.

– Ты не посмеешь тронуть никого из нас! – грозно прокричал он и по залу разнесся треск льда.

Под его ногами лед начал таять стремительно быстро. Через мгновения его будет уже не остановить даже мне. Ланс направил в её сторону руки и прямо из его ладоней вырвались языки пламени, устремляясь к ведьме как верные псы.

– Я отомщу за всё! – с нескрываемой злобой прорычала женщина и растаяла в воздухе.

Ланс, объятый пламенем, взял себя в руки, едва услышав мой сдавленный стон. Я опустилась на колени и расплакалась. Как маленькая. От бессилия. От безысходности. От страха. Он никогда не видел моих слёз, и удивленно округлил глаза. Опустившись рядом со мной, с нежностью обнял меня.

– Мамочка, не плачь, она исчезла…

– Ланс, они у неё… Я не знаю, как найти её… Кто она такая…

– Мы поищем её в гримуаре…

–Она не демон, мальчик мой, – я отрицательно мотнула головой, всхлипнув. Лед вокруг угрожающе потрескивал.

– Мы найдём их, я обещаю тебе. Не сдавайся. Ты же никогда не сдавалась, – твёрдо повторил он, заставив меня по-другому посмотреть на него. Сейчас он как никогда был похож на Джека.

Я хлюпнула носом, а он вдруг улыбнулся:

– Вставай, мам, папа расстроится, если увидит тебя в таком состоянии.

– Расстроится. Нет, устроит мне взбучку!.. – я резко поднялась с колен, вытирая слёзы. – Ты прав. Мы со всем справимся. Перемещаемся обратно, сынок.

Очутившись на своём прежнем месте в салоне автомобиля, нас немедля подвергли расспросам, а меня непосредственно ещё и отругали:

– Я тебе запрещаю ещё хоть раз так поступать! – произнёс Джек, сверкнув тёмными как ночной океан глазами. – Если бы не способности твоего сына, ты могла бы погибнуть!.. Что за безрассудство!

– Но… ничего же не случилось… – тихо произнесла я, чувствуя себя маленькой девочкой. – И мне не грозила опасность, просто немного страшно было, правда ведь, Ланс?

Я с надеждой посмотрела на сына, но он, всегда и во всём меня поддерживающий, вдруг встал на сторону отца:

– Папа прав, мама. Это было слишком безрассудно с твоей стороны. Она могла уничтожить тебя, если бы я не нашёл тебя, а я с трудом туда пробился. Не обижайся на нас, пожалуйста, мы просто не хотим потерять тебя. Ты всегда без раздумий бросаешься в омут с головой, а с этой ведьмой нужен план.

– Но я… я слышала голоса…

– Голоса?

– Детей. Они звали меня, и я не думала о том, что может случиться… Но это была лишь иллюзия… – я обвела всех взглядом и по щекам снова покатились слезы. – Я не могла ничего сделать… Она очень сильная… Она хочет отобрать их всех у нас, пленить их разум и мы больше никогда не увидим их. Боюсь, малышка Лили не сможет долго держать всех в безопасности. Она слишком маленькая… Моя маленькая девочка… – я уткнулась носом в плечо Джека и не могла остановить новый поток слез.

– Не плачь, мы обязательно найдём их…

Подняв на него глаза, я произнесла:

– Она мать, которая по нашей вине потеряла сына, Джек, и она будет сражаться с нами до последнего вздоха.

– Что ты такое говоришь, Катюша? Что значит по нашей вине? – ничего не понимая, произнесла Тэш.

– Он был правой рукой Повелителя, и он – не демон. Или не совсем демон.

– А кто тогда?

– Я не знаю. И где искать о нём и его матери информацию тоже не знаю. Может, спросить у Натали и бабушки Марго? Быть может им что-то известно…. А сейчас лучше всего отправиться домой. Больше мы всё равно ничего сами не выясним. Никакая сила природы не даст нам подсказку…

– Что ж… значит, едем домой, – потускневшим голосом вымолвил Крис и резко развернул машину, моргнув машине Алека.

Вечернее время после ужина я решила посвятить более отвлечённой теме, чтобы хоть как-то отвлечь себя от жутких мыслей. У меня был маленький должок с моим бывшим продюсером, и я намеревалась хорошенько его припугнуть.

Джек внимательно следил за моими приготовлениями, полулёжа на кровати, и я видела через зеркало как он улыбается:

– Не смотри на меня так, у меня руки начинают дрожать…

– Ты уверена, что тебе ничего не будет грозить?

– Да всё будет в порядке! Я всего лишь хочу припугнуть этого человека. Подумаешь, чуть-чуть побуду привидением…

– Помнится, ты ругала за подобную шутку детей… – заметил он с ехидством в голосе.

– Кто – я?!

– Ты, дорогая. Или ты не помнишь как Кантор и Этьен довели Джозефину до икоты, играя с ней в привидения… как ты сейчас.

– Ах, это… – пробормотала я и обернулась к нему, держа белую пудру в руках. – Они не должны были так поступать. Джозефина их няня, и она их очень любит. Так что, у нас разные ситуации.

– Ты безнадёжна, Каролина. Повзрослеть тебе не грозит.

– Извини, дорогой, такая уж тебе досталась жена.

– И я тебя очень люблю.

– Я тебя тоже.

– И именно поэтому ты не должна туда ходить. Может случиться что угодно. И, в конце концов, если он не испугается – он может выстрелить в тебя и…

– У него нет оружия, насколько мне известно…

– Насколько мне известно, ты любитель влипать в неприятные истории, – подытожил Джек, и мне пришлось признать, что он прав, но у меня тут же возникла свежая идея:

– Хорошо, я не пойду туда одна, – я увидела настороженность в лице мужа. – Я попрошу пойти со мной Ланселота. Уж он-то меня в состоянии защитить будет, или ты так не считаешь?

– Я удивлён твоему решению, но согласен. Это правильно.

Я взвизгнула и подскочила к нему, целуя. Джек чихнул, и я расхохоталась, чуть отстранившись:

– Прости! – половина пудры оказалась на его лице и кровати.

– Ты не исправима, Каролина!.. – он сел, отряхивая с себя пудру.

Раздался стук в дверь, а затем мы услышали голос сына с той стороны:

– Мам, пап, к вам можно?

– Входи, сын!.. – тут же отозвался Джек.

Ланс зашёл в помещение, прикрыл за собой дверь и рассмеялся, глядя на нас:

– Вы чем тут занимаетесь?

– Мы решаем глобальные вопросы, малыш… – самым серьёзным тоном начала я.

– Мамуль, ну я же просил тебя…

– Ланселот! – голос отца заставил юношу замолчать, но взгляд его был прикован ко мне.

– Простите…

– Извини, сын, я всё время забываю, – я виновато улыбнулась и заметила, как радостно сверкнули его глаза. – Как видишь, я превращаю себя в привидение…

– Ты всё-таки решила напугать Хиппера! – с восторгом произнёс Ланс, и тут же снова засмеялся: – Только так у тебя ничего не получится.

– Почему это? Детям же удалось напугать Джозефину.

– Мам, ты забываешься, что вы живёте на несколько веков раньше нашего времени. Хиппер просто не поведётся на твой маскарад. В лучшем случае, он тебя узнает, а вот в худшем… – он поймал мой предостерегающий взгляд (я прекрасно знала – одно лишнее слово и Джек меня никуда не отпустит), и кашлянул: – В общем, шансов стать при помощи пудры хорошим привидением у тебя маловато, если не сказать – вообще нет.

– Ну вот, обломал мне такую идею!..

– Ну почему же обломал? Мамуля, ты, кажется, забыла, что ты ведьма.

– И что?

– Да вот что… – он пробормотал что-то себе под нос, взмахнул рукой, и я услышала позади себя ошеломленный вздох мужа.

– Что?.. – я взглянула на своё тело и чуть не задохнулась от восторга.

Сквозь меня было видно кровать, на которой я сидела.

– Ланселот, ты превзошёл самого себя!

– Ты всё равно не пойдёшь одна, – я услышала позади себя суровый голос Джека.

– Я пойду с ней пап, можно?

– Нужно.

– Ну, всё, тогда мы готовы, – и с этими словами мы оба исчезли.

Ланселот замер в тёмном углу комнаты, сгустив темноту вокруг нас (всегда поражалась его потрясающим способностям и умению с лёгкостью овладевать нужными заклинаниями), я же, дрожа от переполнявшего меня восторга, тоже не сразу предстала перед продюсером. Меня привлекла удивительная вещь, которая, собственно, и заставила остановиться.

В комнате, погружённой в лёгкий полумрак, на кресле восседал Евгений Хиппер – мой бывший музыкальный продюсер. Его веки были полуопущены, руки покоились на подлокотниках кожаного кресла, и он был весь в ожидании чего-то. Я никогда при своей жизни в этом мире не слышала, чтобы он крутил с кем-то роман, не видела его рядом с дамочкой – он был "женат" на своей работе, не оставляя больше ни для чего времени.

Из соседнего помещения донеслось слабое шуршание и в голове вдруг зажглось: "Он, наконец, женился?..". Тут же раздались звуки одной из моих любимых песен и картинки из прошлого сами собой одна за другой всплывали в памяти. Я едва не расхохоталась, вспомнив, как однажды нам с Ангелиной удалось затащить Хиппера на дискотеку в один из клубов города, в котором у меня был концерт. С огромным трудом мы вытащили его на танцплощадку и под эту самую музыку я, смеясь и, естественно, в шутку, стала танцевать соблазняющий танец для него. Его лицо стало красным, как у юнца, он потупил взор, а потом попусту сбежал от нас, когда Ангелина нарочно толкнула его в мои объятия. Да, вот это время было! Да и какая я всё-таки была нахалка!..

Стройная ножка в чулке показалась из-за стены и в комнату вплыла в полупрозрачном пеньюаре девушка лет двадцати пяти. Её короткие искусственно-завитые волосы неестественно отдавали рыжеватым цветом, глаза маленькие, глубоко посаженные, практически не накрашенные, губы надуты бантиком… В общем, симпатичная девушка, но… такое чувство, что что-то в ней не докончено, как будто чего-то не хватает. Она стала эротично выгибаться около Жени, а он, не мигая, смотрел на неё тусклым взглядом. Я видела, как она нервничает, чувствовала это и была несколько ошеломлена увиденным. "Это точно не его жена", – подумалось мне. Изогнувшись дугой, девушка коснулась тонкими пальчиками его лица, оступилась и вдруг рухнула у его ног. Этого вполне хватило, чтобы Хиппер пришёл в ярость.

Он вскочил со своего места и глаза его запылали от гнева. Девушка вжалась в пол, как будто пытаясь раствориться в нём.

– Ты неуклюжая дура!..

– Я случайно… – пролепетало сжавшееся в комок существо на полу.

– Она была совершенством! О, как вы все далеки от неё!..

– Женечка, я…

– Вон!!!

– Женечка…

– Вон отсюда!!! Уйди с глаз моих!!!

Девушка вскочила на ноги и, заливаясь слезами, пулей выскочила из комнаты. Ещё мгновение и хлопнула входная дверь. Я почувствовала, как Ланс напрягся, и мысленно сказала ему:

– Отправляйся домой.

– Отец убьёт нас обоих… – так же отозвался он.

– Тогда жди меня где-нибудь в другом месте. Я должна побыть здесь одна. Я позову тебя, если что…

– Хорошо, мам… – и он растаял в темноте.

Хиппер тяжело опустился в кресло и затрясся мелкой дрожью, обхватив голову руками.

– За что мне всё это! Господи, забери меня к ней, я не могу жить без неё… – я увидела слёзы, блеснувшие на его щеках. – Столько лет прошло, но я так люблю её… Её голос, её улыбка, запах… О-о-о!.. Боже Всемилостивый, помоги мне… Мне ведь достаточно было, просто быть рядом с ней…

Я стояла как вкопанная, не зная, что теперь делать. Это он обо мне?!

– Кармен… Моя рыжая бестия… – прошептал он низким потухшим голосом. – Твои черты лица, твоё тело – всё сводило меня с ума… Катюшенька, милая моя, что же мне теперь делать… Я не могу забыть… Не могу забыть тебя!..

Не веря собственным ушам, я слушала его и чувствовала, как колотится в груди сердце. Так значит, он столько лет любил меня? По-настоящему любил и ни разу даже не намекнул на это?..

Я охнула как громом пораженная. Этого просто не замечала я одна! Я повергла его в пучину несчастья своим появлением в его жизни. Только дурочка могла не заметить, как человек расцветает при её появлении. Он самозабвенно ругал меня, кричал, а на самом деле за всем этим скрывалось другое чувство. А я… считала его просто другом.

Мне стало неожиданно так жаль его, и я отчасти поняла теперь, почему он оживил Кармен в облике других. Он пытается просто найти утешение и не знает, как по-другому жить. Когда-то, потеряв мужа, мне вот так же хотелось выть от тоски…

– Как же сильно мне не хватает твоего звонкого смеха, взгляда прекрасных глаз… Господи, дай мне какой-нибудь знак, подскажи, что мне делать?..

Сообразив, что не показаться ему я тоже не могу, раз уж решилась, я решила покинуть своё убежище. Вздохнув, я сделала шаг вперёд, медленно выплывая на свет.

– Ты должен жить дальше, Женя…

Он вскочил на ноги и встрепенулся, его взгляд скользнул в темноту, которая всё ещё окутывала меня:

– Кто здесь?

– Это всего лишь я. – я шагнула на свет, показываясь тем самым ему на глаза.

– К-к-катюша?..

– Да, я.

– Но… – его глаза в ужасе заскользили по моему прозрачному телу.

– Да, я призрак. Дух всего лишь, но это всё же я. Женя, ты должен меня отпустить…

Упав на колени, он, совершенно не стесняясь слёз, плакал, его плечи дрожали, взгляд был прикован ко мне. Впервые в жизни я видела сегодня, как этот человек льёт слёзы. Мне казалось, он настолько сильный, что ничто не может поколебать его душу. А теперь музыкальный продюсер знаменитой Кармен, которому шёл шестой десяток лет, рыдал у моих ног.

– Я столько лет лелеял надежу, что когда-нибудь ты уйдёшь от них всех и подаришь мне частичку своего сердца… – пробормотал он каким-то чужим, не своим голосом. – Твоя улыбка всю жизнь сводила меня с ума, и я не знал человека прекрасней и душевнее тебя. Ты как солнце затмевала собой всё вокруг… Прости меня, я так много позволял себе кричать на тебя…

– Ты должен забыть меня, Женя. Ты очень хороший, самый лучший и ты должен доказать всем, что с исчезновением Кармен ты остался самым лучшим…

– Я не могу…

– Зачем ты мучаешь себя этими куклами, выставляя их за меня? Оставь всё как есть. Люди не живут вечно.

– Но ты была такая молодая, живая… – он поёжился, как будто от холода и посмотрел мне в глаза. – Даже твой призрак не потерял того живого блеска в глазах.

– Женечка, пообещай мне, что ты создашь себе новый музыкальный проект и оставишь в покое имя "Кармен".

– Как бы мне хотелось быть рядом с тобой…

– Пообещай мне, что ты забудешь меня.

– Это выше моих сил, но… я обещаю больше не тревожить твоё имя и не тревожить твою душу, ведь именно поэтому ты пришла?

– Да. Ты был всегда для меня другом. Прощай и…

– Подари мне хоть один поцелуй на прощанье!.. – взмолился он, внезапно вскочив на ноги.

– Нет, я не должна касаться живого человека, – я сделала шаг назад. – Это может навредить тебе. Прощай, Евгений Хиппер!.. – выдохнула я и тут же исчезла, боясь, что он сейчас сам заключит меня в свои объятия (не смотря на полупрозрачность, я всё же была человеком из плоти и крови).

Меня перенесло в подъезд. Ланселот сидел на ступеньках в ожидании меня. Потолок с камерами окутывала темнота. Он тут же поднялся на ноги и вопросительно взглянул на меня.

– Всё, думаю, с двойниками Кармен покончено. Он обещал не беспокоить больше мою душу.

– Теперь однозначно?

– Да, сынок. Ну что, домой, наконец?

– Мам, скажи мне честно, что с ним происходит?

– С кем?

– Ты прекрасно поняла меня. С Хиппером.

– Он, как выяснилось, очень любил меня, а те размалеванные девицы, что скачут по сцене под псевдонимом Кармен, всего лишь утешение для него.

– Но… ведь столько лет прошло.

– Если любишь по-настоящему годы не помеха. Когда нас разлучили с Джеком, я долгие десять лет носила все свои чувства в себе, и я нашла утешение на острове, заново построив там свой мир. Я сходила с ума от тоски по нему, и ты был единственной моей отрадой, малыш. И Никита всегда поддерживал меня, не зная, что творится у меня в душе.

Ланс улыбнулся, услышав опять "малыш" в свой адрес.

– Тебя, мамочка, по-моему, все любят. Ты такая красивая!

– Ты и впрямь вылитый папочка. Знаешь когда что и кому сказать. Что касается Жени, я его отлично понимаю, и ты теперь знаешь почему.

– Но это же не повод так позорить твоё имя! – возмутился Ланселот.

– Мне его жалко.

– Когда любят гадостей о любимом человеке не говорят и не делают то, что делал всё это время он! – выпалил юноша, и я почувствовала, что он распаляется.

– Ты ещё не знаешь, что значит любить кого-то.

– Знаю!

– Да? И кто же эта счастливая обладательница сердца моего старшего сына?

Ланс потупил взор, и я поняла, что он пока не собирался нам ни о чём говорить. Он замялся и тихо произнёс:

– Она хорошая, мамочка…

– Я и не сомневаюсь. Как же её зовут?

– Наташа.

– И когда же нам предстоит познакомиться с ней?

– Папа Никита уже с ней знаком. Она ему понравилась.

– Мы тоже хотим познакомиться с ней.

– Мама! Ну как же ты это себе представляешь?.. Познакомься, Наташа, это моя мама – в прошлом называемая Кармен, и папа – пират семнадцатого века.

Я хихикнула.

– Это мы ещё обдумаем. А…

– Не спрашивай меня больше ни о чём, – он взмахнул руками, и я перестала быть привидением. – Давай домой, – взяв меня за руку, мы тут же исчезли.

Мы очутились прямо перед дверью спальни, где сейчас дожидался меня Джек. Мобильный телефон Ланселота заиграл, он заволновался и, быстро поцеловав меня перед сном, убежал к себе. Я поняла, кто звонит и улыбнулась.

Проводив его задумчивым взглядом, открыла дверь, ведущую в нашу спальню, и вошла. С кресла возле ванной комнаты тут же вскочили Тэш с Кошкой. Они кинули обеспокоенный взгляд с Джека на меня и быстро поспешили к двери. Я упёрла руку в косяк. В жилах кипела кровь, явление чего было вызвано захлестнувшей меня ревностью, хоть и безосновательной.

– И что это вы тут делаете без меня?

Джек, облокотившись на подоконник, с легкой полуулыбкой на губах наблюдал за нами, а мои сестрички тут же замерли как нашкодившие котята.

– Мы… разговаривали, Катюшечка… Тебя не было столько лет…

– И? Тогда чего притихли?

– Потому что… – Кошка посмотрела на Тэш, ища в её лице поддержки.

– Тебя только сам чёрт может не бояться! – выпалила Татьяна Кейн, нырнув под мою руку.

– Вот это – сущая правда. Спокойной ночи, мои дорогие.

Я закрыла за сестрами дверь и перевела взгляд на Джека. Он, скрестив руки на груди, ждал. Ему безумно нравилось, когда я ревновала. Хотя повода он никогда не давал. Медленно подойдя к нему, стараясь удержать на лице строгую мину, спросила:

– Ну и что вы можете сказать в своё оправдание, месье граф?

– Не виновен.

– Я требую доказательств.

– О, я предоставлю вам их в полном объёме.

– Мммм, это интересно… Я слушаю.

– Я постараюсь в краткой форме, графиня. Вы позволите? – он прильнул губами к моим губам и, заключив в свои объятия, подхватил на руки.

– Что-то я пока слабо верю в вашу невиновность… – промурлыкала я, чувствуя, как знакомый жар разливается по телу приятной волной.

– Каролина!.. Ты сводишь меня с ума!.. – прорычал Джек срывающимся голосом и, сделав ещё один шаг, уложил меня на кровать, накрывая своим телом.

Смеясь, я обвила его шею руками и утонула в черных омутах его глаз. "Невиновен…" – прошептала я, не в силах больше ничего говорить.

Мне почти сорок лет, я жена графа де Туолин уже десять лет, у нас четверо прекрасных детей и я люблю его больше жизни, и с каждым новым днём эта любовь всё сильнее. Он был неотъемлемой частичкой меня, и я нуждалась в нём как в воздухе.

Лёжа в его объятиях, я перебирала пальцами его шелковистые волосы, задумчиво глядя в одну точку.

– Тебе нравится здесь, Джек?

– Я привыкну к любому миру рядом с тобой, родная, ты же знаешь это…

– Да, но всё-таки?

–Здесь хорошо. Не хватает лишь детей… и я скучаю по морю…

– Я знаю, родной. Но пока мы в тупике…

– Мы найдём их, любимая, – он крепко сжал меня и поцеловал в висок, повторив в который раз эту фразу.

– Как же я вас всех люблю!..

– Ты хорошая мать, Каролина…

– О, Джек! – я встрепенулась и перевернулась на живот, заглядывая мужу в глаза. – Ты знаешь, что я выяснила у нашего старшего сына?

– Что?

– У него появилась девушка!

– Пора планировать свадьбу?

– Не торопи события. В этом времени жениться никто не торопится. Раньше я не замечала, чтобы он влюблялся… А тут… у него глаза сияют!

– Тогда к чему ждать? Любит – пусть берет в жены. Ее родители против?

– Ох, Джек! Все происходит в современном мире не так. Люди встречаются, живут вместе, если считают себя подходящими друг другу – женятся…

– Глупый мир. Развратный. – Джек фыркнул, перебирая пальцами мои волосы. – До свадьбы пусть только попробует заикнуться вместе жить! Опозорит девушку! А она? О чем думает она? – глаза недовольно сверкнули. Не ожидала такой реакции.

– Не заводись. Другой мир – другие нравы.

– Нравы во все времена одинаковы. Распутицу в жены брать не позволю!

– Это не нам решать – это раз. И мы ее совсем не знаем. Я сказала тебе об этом, потому что наш сын влюбился! Это же здорово! А ты всё извратил! – я толкнула его в грудь и хотела отвернуться, но он не позволил.

– Прости, – мягко коснулся пальцами моего подбородка, заставляя снова смотреть на него. Устало вздохнул. – И как же зовут его избранницу?

– Наташа. Больше мне пока выудить из него ничего не удалось. Что-что, а тайны он хранить умеет. Ну, само собой, я настояла на том, чтобы познакомиться с ней.

– Как же ты это себе представляешь, интересно?

– Пока не знаю, но обязательно придумаю, – я мечтательно улыбнулась.

– Похоже, ты рада снова быть здесь? Это всё же твой родной мир.

– Я рада, что моя семья снова со мной. И знает о тебе, о нас. Я люблю тебя, но и по ним я очень скучала. Это тяжело быть рядом, но… так далеко от них.

– Знаю, родная. Теперь тебе не придется скрываться. Мы найдем детей, и твой мир будет целым.

И без того беспокойный сон нарушил истошный крик и я резко села. Джек напрягся, вслушиваясь в тишину. Если слышали двое, то это явно не сон.

Мы переглянулись.

Снова раздался крик, и мы одновременно соскочили с кровати. На ходу накинув на себя халат, я бросилась за мужем. Кричал Ланселот. В отсутствие Никиты он часто ночевал здесь. Джек дёрнул за ручку двери, но та не поддалась. У меня всё сжалось внутри от ужаса.

– Ланселот!.. – мощный кулак пирата сотряс дверь, ведущую в комнату сына.

В ответ последовал протяжный стон, а я, обезумев от ужаса, не смогла переместиться. Страх сковал меня невидимыми цепями. Ведьма! Это она!..

– Отойди в сторонку… – попросил Джек и тут же, двумя мощными ударами вышиб дверь.

В коридор выглянули заспанные домочадцы, разбуженные криками и шумом. Крис, первым оценив ситуацию, бросился к нам. Однако никому кроме меня не возможно было подойти к кровати Ланселота. Его тело было охвачено огнём, он кричал и явно спал. Волшебное пламя, на удивление, не трогало ничего, кроме его тела.

Я же всё ещё стояла в коридоре, с ужасом глядя на то, что происходит. В каком-то оцепенении. Не могла даже звука произнести.

– Каролина! – словно через вату услышала голос мужа, но глаз от постели сына не могла отвести. – Малышка, приди в себя. Родная, ты нужна ему! Ну же! – Джек встряхнул меня, судя по всему, ни единожды и я судорожно вздохнула, переведя на него взгляд. – Каролина, соберись!

– Я в порядке, – получилось хрипло. Прочистила горло. – Спасибо.

Кинувшись к сыну, я затрясла его за плечи, чтобы разбудить. Юноша приоткрыл глаза и безвольно обвис в моих руках. Пламя исчезло, но он весь пылал как огонь. У него был сильный жар.

– Что произошло? – донёсся до меня голос Тэш на пороге спальни.

– Несите воду и жаропонижающее! – выпалила я, опуская сына на кровать.

Он весь дрожал, взгляд замер в одной точке из-под полуоткрытых век. Я не понимала причины внезапной лихорадки, тем более что несколько часов назад он был бодр и весел. Можно было бы подумать об инициации, но он прошел через нее. Проделки ведьмы?

Тэш примчалась через секунду со стаканом воды в одной руке, усовершенствованным градусником – в другой и аптечкой под мышкой. Да, измерить температуру было бы не плохо. Не знаю, помогут ли таблетки, но что-то же должно подействовать. Если температура зашкаливает… я не знаю что делать…

– Его нужно подержать на языке, он определит температуру и диагноз… – пробормотала она.

– Ну, диагноз я и сама, похоже, знаю…

Я попыталась приоткрыть сыну рот, однако он с силой стиснул зубы, тихо застонав.

– Милый, пожалуйста, помоги мне… – ласково попросила я, поглаживая его по волосам.

Юноша не поддался моим уговорам, да и как будто вообще не слышал.

Я обернулась к мужчинам:

– Помогите мне…

Однако стоило Джеку коснуться сына, тело его снова охватило пламя, и мужчины отпрянули назад. Я поняла, что затея с градусником – плохая идея. Он не даст себе измерить температуру. Да и был ли смысл? Жар был определённо высокий. И магический. Боюсь, тут и таблетки не помогут.

Я приподняла его одной рукой и поднесла к его губам стакан воды. От неё он не отказался и с жадностью опустошил сосуд. Что ж, это хоть что-то. Тяжело опустив голову на подушку, он слабо застонал.

Да, был бы здесь Никита… возможно, он снял бы жар. Он всегда мог погасить мой огонь, не причиняя себе вреда. Он будет крайним случаем. Мы справимся.

Я обернулась к сёстрам:

–Несите чистые простыни и таз с водой, будем применять старый испытанный метод.

Алек помог поднять тело Ланселота в воздух. И я быстро принялась за работу. Энергично растёрла его тело холодной водой, обернула в мокрую простынь. Огонь стих, но тело всё ещё горело. Я укрыла сына тонкой простыней и положила компресс на лоб.

– Мы будем рядом, сынок, – произнесла я и вышла вместе со всеми за дверь. Будем ждать.

– Ну, как он? Что это вообще такое?

– Не знаю. Возможно проделки ведьмы. Вода не сильно помогает. Лекарства, боюсь, тоже не сработают. Я проведу эту ночь рядом с ним.

– Ты и без того переутомилась за весь день. Тебе нужно поспать, – произнёс Джек за моей спиной. – Я побуду с ним.

– Но…

– Всем спать сейчас же и без возражений, – отрезал мой муж, обведя сверкающим взглядом всех присутствующих лиц женского пола. – Женщина не должна себя переутомлять до изнеможения. Для того и есть мужчины, чтобы перекладывать все трудности на себя. Нас тут трое, так что вы, дорогие дамы, отправляетесь спать.

– Крис, я думаю, мать должна находиться рядом с ребёнком в трудную минуту… – прошептала своему мужу Тэш по-русски.

Я увидела, как недобро сверкнули глаза Джека в её сторону, и мысленно обрадовалась, что кроме меня этого никто не видел.

Решив перехватить удар на себя, я решила быстро встрять в разговор, однако едва я раскрыла рот, меня перебил сам Джек. Я ожидала от него вспыльчивости, грозного голоса, однако вместо этого услышала сдержанность и спокойствие:

– Мадам, я бы попросил вас в будущем постараться в моём присутствии не шептаться, тем более что на другом языке. Как правило, шепчутся в присутствии других глупые сплетники, а вас я никак не могу отнести к таковым особам. Нам не удалось ещё узнать друг друга получше, но со слов моей любимой женщины о вас у меня складывается очень хорошее впечатление. Прошу прощения, – он обратился теперь к Крису, сделав ему лёгкий кивок головой, – если я вдруг чем-то обидел вашу супругу. Согласитесь, женщинам свойственно совершать глупости, и от этого меньше мы их не любим.

– Я совершенно согласен с вами, – улыбнулся в ответ Крис, приобняв за плечи жену. – Она просто заступилась за Кармен, что делает всю жизнь.

– Вы думаете, я чем-то обидел жену? – Джек бросил на меня вопросительный взгляд, и я отрицательно замотала головой, взяв его за руку.

Тэш, видимо, с трудом набралась смелости, крепко сжала руку своего мужа и произнесла уже по-английски:

– Я думаю, что мать должна находиться рядом с ребёнком в эту минуту…

– И всё же, любимая, Джек прав, – они переглянулись с моим мужем, как будто обменявшись какими-то мыслями. – Быстро отправляйтесь все спать, или, по крайней мере, отдыхать. В любом случае при малейших изменениях самочувствия Ланса не дай Бог в худшую сторону, мы вас разбудим.

Тут попытались вставить своё слово Сандра с Кошкой, но мужчины уже увлекли нас за собой, не желая слушать дальше. Молча подчинившись, мы переглянулись исподтишка и последовали за ними.

Джек уложил меня в кровать, укутал одеялом, как дитя, и, поцеловав, улыбнулся:

– Не волнуйся, Каролина, с ним всё будет в порядке. Он сильный и болезнь не сможет долго сидеть в нём. Даже магическая.

– Ты же знаешь, я не могу не волноваться.

– Знаю, но тебе нужно отдохнуть.

– Заснуть я всё равно не смогу, пока не буду уверена, что он вне опасности. Ты же знаешь, родной, я никогда не могу спокойно спать, если ты или кто-то из детей болен.

– Ну, в таком случае, как только наболтаетесь, постарайтесь, всё же немного поспать.

– Ты о чём? – я удивленно захлопала ресницами, словно вообще не понимаю о чем речь.

– Каролина, ты всё ещё пытаешься что-то утаить от меня? Малышка, от твоего мужа не скроется ничто и никто.

– Ну… а вдруг ты не заметил?.. – я смущённо спрятала нос под одеяло.

– Ты не исправима! – улыбнулся он и, рассмеявшись, вышел из комнаты.

Не успела я откинуть одеяло, дверь тихонько открылась, и в комнату быстро просочились мои сестрицы. У Кошки в кармане халата заиграл мобильный телефон. Мы так и подскочили от неожиданности. Время, конечно, подходящее для телефонного звонка. Может, случилось что-нибудь? Однако Светка, улыбнувшись, подошла к окну и поднесла трубку к уху:

–Алло… Нет, не сплю, мой хороший, а ты скоро приедешь?.. Конечно… Нет-нет… Я… э-э-э… Русланчик, я всё тебе расскажу, когда приедешь!.. У нас Ланс заболел серьёзно… Не знаю, у него жар… Боюсь, наш врач сбежит, когда его увидит. Ты же знаешь, как Ланс может иногда пылать… Обязательно, целую тебя… – она повесила трубку и опустилась на кровать.

– Он всегда тебе звонит так поздно?

– Как освобождается, так и звонит, – просто ответила она и пояснила мне: – Телефон ведь реагирует на то спит человек, или нет. Если бы я спала уже, звук автоматически бы выключился.

– Да, технологии шагают семимильными шагами.

– Да ещё как! Ты ещё и половины не видела из того до чего дошел прогресс, – улыбнулась Тэш, взбираясь с ногами на кровать.

– Ты знаешь, как это ни удивительно, мне совершенно всё это не нужно…

– Ну почему же? А сотовый, например? – Тэш удивлённо вскинула брови, отлично зная, что ещё десять лет назад без этого маленького аппарата я была как без рук. – Если твой муж – пират, значит, он в принципе не может всё время быть рядом с тобой.

– Да, это так.

– Как же вы живёте без связи?..

– Просто я знаю, что он всегда думает обо мне. Да и я всегда могу переместиться к нему. И перемещаюсь. И потом, дети занимают всё свободное время у меня, и дни пролетают совсем незаметно.

– Подумать только, четверо детей! – в восторге воскликнула Сандра.

– Господи, они, небось, всё время воюют… – прошептала Кошка.

– Нет. Они совсем не ссорятся.

– Как это?

– Ну… вот так. Ланселот их очень любит, балует, а они души в нём не чают. Кантор и Этьен друг без друга вообще жизни не представляют. Стоит только развести по разным комнатам – сразу крики начинаются. А малышку любят все… Она похожа на маленького ангелочка.

– И тебя хватает на них всех?

– Мне помогает Джозефина, их няня. Порой с ними не просто, но это же дети.

– Хулиганят? – Сандра улыбнулась.

– Еще как! Ланс рос спокойным, рассудительным, а эта банда вечно что-нибудь придумывает. Эти баламуты однажды умудрились уговорить их дядю провести их на корабль, когда он отправлялся в плавание. Представьте только себе: Джек рано утром уплыл, а я не обнаружила Кантора и Этьена. Никто в доме не видел их и не слышал. Если бы не Ланс, у меня случился бы инфаркт. Я их чувствовала, но не могла понять, где они, поэтому и переместиться не могла за ними. Кантор умеет блокировать мои мысли, чтобы я не понимала где он с братом…

– А что сделал Ланс?

– Пока меня одолевала паника – он переместился к отцу. Там и нашел. Джек их всегда защищает, но тогда им крепко попало.

– У Джека есть брат? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Тэш.

– Нет, с чего ты взяла?

– Ну, ты сказала: дядя детей…

– Хммм… да, дядя! Этот дядя – большой ребенок. Даже такую проделку поддержал и пытался их защищать! Совсем разума лишился!.. Он им не родной по крови дядя. Это лучший друг Джека. Они росли вместе…

– Вместе и пиратством занялись, – подытожила Тэш.

Улыбка непроизвольно коснулась моих губ. Они не знали и не видели того, что знаю я. Они не знают корсар моего мужа. Мужчины давно стали мне семьей, и я любила их всем сердцем. Каждого.

– Да, Тэш, я – жена пирата и я не стыжусь этого. Если и есть на свете благородные люди, то Джек и его команда – самые благородные из них. Король лишь в последние годы узнал, что его друг: человек, которым он восхищался и которому дозволял буквально всё – самый неуловимый пират во всём мире, при имени которого мореплаватели с ужасом замирают. Мы не один год проводили в Версале, среди людей, большей части из которых в своей жизни доводилось встречать Чёрного Призрака на море и они рассказывали о своих бесстрашных подвигах на каждом углу…

– То есть? – Сандра вперилась в меня взглядом полным любопытства. Да, писатель явно сейчас взял верх над ней.

– Я хочу сказать, что мало кто имеет понятие в светском обществе, что такое правда. Все они рассказывали, будто им удавалось сдёрнуть маску с лица Чёрного Призрака и увидеть его лицо…

– А это не так?

– Я тебя умоляю! Никому никогда не удавалось сдёрнуть маску с лица моего мужа. Он столь великолепно владеет любым оружием, что никто просто не осмелится приблизиться к нему. Тем более, в окружении его преданной команды Джек в полнейшей безопасности. Все эти светские гиены рассказывали даже о том, каким ужасным мукам подвергал их капитан "Чёрного Призрака"…

– Подожди секундочку… – Кошка затрясла в не понимании головой, нахмурила брови. – Ты всё время говоришь "Чёрный призрак" – ты имеешь в виду мужа или что?

– Моего мужа в народе прозвали Чёрным Призраком. Его корабль носит то же имя.

– А почему так?

– Потому что он всегда появляется внезапно, так что от него не возможно уже улизнуть, и так же стремительно он исчезает. Как "Летучий Голландец"…

– Разве такое возможно на море?

– На море, в океане – где угодно. Я видела однажды, как это было и до сих пор не понимаю, как мы оказались так близко с чужим кораблём, что он даже не заметил нас сразу. Его боятся богачи и прославляют бедняки. Вокруг его имени ходит много слухов.

– Вот это сюжет… – глаза Сандры уставились в потолок, но голос Тэш быстро вернул её на землю:

– Ты о чём это?

– Катюшечка, разреши мне написать о тебе роман! – выпалила она на одном дыхании, подскакивая и хватая меня за руки.

– Обо мне?

– Ну, пожалуйста!.. Твоя жизнь такая… такая потрясающая!

– Только не переусердствуй.

– Здорово!.. Я изменю имена персонажей… Мы найдем детей и я…

Она вдруг замерла, не договорив. За дверью послышались быстрые шаги. У меня всё ёкнуло внутри. Я вскочила на ноги, прекрасно зная, что в комнату сейчас войдёт Джек.

Дверь с грохотом распахнулась и я увидела наполненные неподдельным страхом глаза мужа. Впервые я видела его таким и при мысли, что мне предстоит услышать что-то плохое, сердце ушло в пятки.

–Лансу становится всё хуже, пойдёмте скорее! – порывисто произнёс он.

Мы ворвались в спальню сына сопровождаемые моими сестрицами. Я опустилась на его кровать и коснулась ладонью его лба. Он продолжал гореть, жар не спадал.

– Ну, как он? – взволнованный голос Тэш за моей спиной заставил меня вздрогнуть.

– Ему не становится лучше… – растерянно пробормотала я, хотя решение уже назрело в моей голове.

– Надо вести его в больницу! – воскликнула Кошка, прижимая руки к груди.

– Ты представляешь, что будет с врачами, которые будут пытаться ему помочь? Он родного отца-то к себе не подпускает. И я сомневаюсь, что там вообще смогут помочь… – Сандра качнула головой, высказывая всё это сестре.

– Боюсь, теперь у нас есть только один выход.

Мои сестрицы в страхе прижались друг к другу, округлив глаза. Они всегда боялись моих неожиданно пришедших в голову решений, но сейчас это, похоже, подействовало на них с куда большим эффектом. Мужчины же, напротив, чуть ли не хором спросили:

– Какой?

Глаза Джека внимательно вглядывались в моё лицо, как будто, тем самым, пытаясь отгадать: какая безумная идея пришла в голову его ненормальной жёнушке.

– Я думаю, вам не стоит видеть меня в таком виде, и я точно знаю, кто может вылечить моего сына. Если это не сделает она, значит, не сможет больше никто. Даже, боюсь, не справится Никита…

– О чём ты говоришь? В каком виде? – мой муж испытующе воззрился на меня.

– В моём теле живёт существо, о котором ты когда-то рассказывал мне. Ты видел его однажды на одном из островов, а я, являясь ведьмой, когда-то стала наполовину этим существом и в любой момент способна снова превратиться в него.

– О ком ты говоришь?

– Я говорю о горгулье.

Пока Джек приходил в себя после услышанного, Тэш удивлённо воскликнула:

– Ты не потеряла эту способность?

– Нет…

– Но почему ты обязательно должна превращаться в неё? Можно ведь и без этого найти горгулий… – перебила меня Кошка.

– Только горгулья может найти горгулью. Я пойду, и постараюсь вернуться как можно скорее. А вы… если не сможете его кутать в мокрую простынь – просто окатывайте водой. Иначе… огонь может его. Я не смогу нести его, а переместиться к горгульям не возможно.

– Я хочу увидеть тебя такой, – вдруг произнёс Джек. – Не надо стыдиться своей сущности. Когда десять лет назад ты вернулась ко мне и рассказала, что ты ведьма – я принял это легко, потому что мне важна ты сама. А теперь я узнаю, что знаю не все твои тайны… Ты полна сюрпризов, дорогая. Я люблю тебя и вижу всегда только тебя.

Я с благодарностью взглянула на него, улыбнулась и направилась к двери:

– Пойдёмте в коридор, я могу повредить крылья, зацепившись за что-нибудь.

Едва выйдя за порог комнаты, я встала лицом к двери и в считанное мгновение превратилась из человека в совершенно невероятное, огромное и грациозное существо. Большие, увенчанные шипами крылья раскрылись во всю свою длину, а затем я аккуратно сомкнула их за своей спиной. Было несколько не вероятно вновь стать горгульей, и всю меня переполняло необыкновенное тепло и трепет.

Джек смотрел на меня так, что мурашки табуном пронеслись по коже. Да, за много лет супружеской жизни он свыкся с тем, что его жена – ведьма; свыкся даже с тем, что я часто перемещалась прямо у него на глазах, растворяясь в воздухе, но это, кажется, превзошло все его ожидания. И, тем не менее… взгляд его был полон любви и нежности.

– Я не сильно шокировала тебя?

Мой низкий хрипловатый голос заставил вздрогнуть его, но тут же на каменном лице появилась улыбка, а глаза как-то по-хитрому заблестели.

– Надо сказать, за все эти годы ты мало чему меня удивляешь, но сейчас тебе это удалось…

– Катюшечка, ты что-нибудь чувствуешь? – протянула Кошка, касаясь моей ладони.

– Да, я знаю, куда лететь. Надо спешить, пока Лансу не стало ещё хуже. Путь не близкий. Но я успею.

С грациозностью, присущей всем горгульям, я направилась вниз по ступенькам. Муж шёл позади меня, а за ним следовали остальные. На улице крылья буквально заныли в предвкушении. Мне хотелось почувствовать ветер и тянуло взмыть высоко-высоко вверх. Я задрожала от наслаждения, вдыхая прохладный воздух.

Неожиданно Алек выступил вперёд:

– Я полечу с тобой.

– Это исключено, ты – не горгулья.

– Но я тоже умею летать и… не меньше тебя беспокоюсь за Ланса. К сожалению, нести на далекое расстояние я его не смогу, но…

– Алек, ты не всесилен, как и я. Не будем спорить. Я лечу одна. Так надо. Ты нужен здесь. Та ведьма… – я глубоко вздохнула, силясь держать себя в руках. – Она может прийти за Ланселотом. Он очень сильный волшебник в свои двадцать лет, но сейчас он слишком слаб и поэтому уязвим. Возможно, она не смогла забрать его сразу, потому что знала, что ей с ним будет не справиться. Постарайтесь не оставлять его одного. Уверена, у нее нет цели убить его.

– Как скажешь, – он покорно вздохнул, но я отчётливо читала недовольство на его лице и полное противоречие мне. – Хотя…

– Возражений больше не принимается. Я лечу одна. Ждите меня, я постараюсь вернуться как можно скорее.

– Будь осторожна. – Джек обнял меня за плечи и поцеловал в губы. – Ненавижу, когда ты решаешь проблемы. Я мужчина в семье, а не наоборот.

– Знаю. Но тебе досталась я. Всё будет хорошо.

Не став ничего никому больше говорить, я расправила крылья и стремительно взмыла вверх, чувствуя, как свистит ветер в ушах.

Подо мной проплывали спящие дома и сонные улицы с редкими заблудившимися пешеходами, неторопливо бредущими на автопилоте вдоль шоссе, по которому стремительно проносились автомобили. Я нарочно летела низко – воздух был слишком холодный вверху, так что крылья просто сводило судорогой. Леса казались чёрной воронкой подо мной, и дух захватывало от увиденного. Машин было хоть и не много, но они были, поэтому я старалась держаться подальше от дорог (спасибо, что не заняли всё небо своими машинами и существуют ПДД). Не хотелось бы быть размазанной у кого-нибудь на капоте.

Но вот на горизонте показался очередной город, посреди которого зиял огненно-красный гриб, окутанный чёрным густым дымом, расползающимся как дьявол по ночному небу, накрывая его огромными чёрными крыльями.

Прибавив скорость, я устремилась прямо к пылающему объекту. Сердце стучало в груди как сумасшедшее. Там, в этом аду, кто-то звал на помощь. Мне надо было торопиться к горгульям, но и бросить, кого бы то ни было, в беде было не в моих силах. Пламя уничтожает всё на своём пути, и порой не всегда пожарные успевают спасти людей: очень часто огонь отрубает все пути для спасения несчастных, загнанных в угол.

По спине пробежал холодок, когда я поняла, что это крики детей. Их было много и они звоном отдавались в голове. Я не имела права оставить их в беде. Как я буду смотреть своим детям в глаза, зная, что не попыталась спасти детей?

Как и полагается, на улице столпилось множество зевак, во всю глазеющих на ужасающее зрелище. Двор был заставлен пожарными машинами, но огонь, казалось, только сильнее разгорался и не собирался отступать. Машины скорой помощи переливались разноцветными огнями, врачи склонялись над закутанными в плед людьми. Я мельком успела понять, что почти все они – дети, и лишь одна женщина была вместе с ними. Она рыдала навзрыд и в ужасе заламывала руки, не переставая смотреть на бушующее пламя.

Пламя скользнуло по телу, и я ворвалась в пылающее здание. Огонь бил меня по лицу, но не причинял вреда, однако едкий дым тут же начал проникать в лёгкие. Не в моих силах потушить огонь, но в моих силах помочь оставшимся в здании, и действовать нужно очень быстро.

–Помогите!.. – глухой, полный отчаяния детский голос, прозвенел в голове как колокольчик.

Встрепенувшись, я громко позвала:

– Не переставай кричать, я тебя спасу!

– Помогите! Я здесь! – закашлявшийся от дыма и полный надежды на спасение голос вновь отозвался на призыв.

Я бросилась сквозь огонь, перепрыгивая через горящую мебель и полуразрушенные стены. Взгляд выхватил среди бушующего пламени девочку лет семи, отчаянно прижимавшуюся к стене у окна. Рядом с ней на полу лежал без сознания мальчик примерно того же возраста и девочка-подросток. Забыв о том, как выгляжу, я метнулась к детям, но, услышав как заверещал от ужаса ребёнок при виде меня, тут же заверила, пытаясь погасить её яростное сопротивление:

– Я спасу вас и не смотри, что я такая. Я не враг! Пожарные не смогут добраться до вас. Я помогу, слышишь? Доверься мне, прошу! – я заглянула в её полные слёз и отчаяния глаза и она вдруг протянула ко мне руки, словно сама не надеясь больше на другую помощь.

Как хорошо, что горгулья обладает фантастической силой! Подхватив ещё двоих детей, я поплотнее прижала их к себе, чтобы не поранить, и кубарем вылетела в окно, прикрывая детей крыльями от осколков. Крылья мгновенно распахнулись, и я услышала над ухом испуганный вздох девочки. Не думая о том, что меня никто вообще не должен видеть, не обращая внимания на шарахнувшихся от меня людей и крики ужаса, я опустила детей на землю, и спросила у девочки, которую спасла:

– Сколько ещё людей может быть в здании?

– Я не знаю… мы спали… – залепетал насмерть перепуганный ребёнок.

– А кто может это знать?

Она указала мне на рыдающую женщину, укатанную в плед:

– Марина… Степановна…

Я бросила гневный взгляд на не двигавшихся врачей. Они с ошалевшими лицами смотрели на меня. Да уж, мифическое создание не каждый день увидишь.

– Что встали?!.. Забыли, как помощь оказывать!..

Кинувшись к Марине Степановне, не обращая внимания на её перепуганный взгляд и не прекращающиеся рыдания, я тряхнула её за плечи, пытаясь достучаться до неё:

– Сколько там ещё людей?

Она мотала головой из стороны в сторону, как будто ничего не понимая, и всё время рыдала, показывая на объятое огнём здание. Я влепила ей пощёчину, несколько приуменьшив свою силу, отлично понимая, что один мой сильный удар может оторвать ей голову в прямом смысле этого слова, и лишь тогда она ошеломлённо посмотрела на меня. Без страха, надо сказать.

– Спрашиваю ещё раз: сколько в здании осталось людей?!

Она бросила быстрый взгляд на тех детей, которых я спасла и, запинаясь, тихо произнесла:

– Пятнадцать человек… на первом этаже… в комнате слева…

Что-то с грохотом рухнуло внутри здания, и я отпустила женщину, метнувшись обратно. Вихрем влетела в одно из окон первого этажа. Снова в лёгкие проник дым, но здание вот-вот грозило рухнуть и, следовательно, времени совсем не было. Я-то выживу, а вот дети без моей помощи – нет.

Быстро обследовав комнату, в которую попала и, никого не обнаружив, я метнулась в соседнее помещение и нашла там несколько человек неподвижно лежащих на полу. Огонь стремительно подбирался к ним. Схватив двоих детей в охапку, я рванулась к окну, и едва успела увернуться от рухнувшего прямо передо мной куска потолка. За спиной раздался треск, и комната оказалась полностью заблокирована. Я в ужасе метнулась к оставшимся детям, не зная, что теперь делать. Путь к отступлению отрезан. Мне не выбраться отсюда с детьми.

Я пыталась хоть что-нибудь придумать, но, как назло, в голову не приходило ничего дельного. Попробовать разбить потолок или стены и выбраться, таким образом, наружу? Рискованно. Здание может либо сразу же рухнуть, либо… не сразу, но, безусловно, завалит оставшихся детей. Тем более, я нашла не всех. А может быть…

Мои мысли нарушил жуткий удар, треск и я, раскрыв крылья, заслонила собой детей, предполагая, что это конец.

Мне послышался звук голосов… Или нет?

– Поднимайся, сейчас здесь всё рухнет!..

Подняв глаза, я увидела перед собой Кароля – одного из горгулий. С ним было ещё трое. Потом буду удивляться.

Быстро сориентировавшись, я выпрямилась:

– Мы не можем оставить детей!

– Здесь все? – нетерпеливо воскликнул он, быстро бросив взгляд на детей.

– Их должно быть, по меньшей мере, пятнадцать!..

– На этом этаже?

– Да!

Мельком сосчитав детей, а их оказалось семь человек, он приказал двоим из горгулий быстро обследовать этаж.

– Рэг! Уходим отсюда!.. Бери детей!..

Тут только я узнала в другом горгулье брата Кароля. Он бросил на меня мимолётный взгляд и, схватив в охапку троих детей, вылетел через проломленную ими крышу наружу. За ним последовали и мы, прижимая к себе оставшихся детей. Затем братья вернулись, и через мгновение четверо горгулий приземлились с оставшимися детьми рядом со мной. Не прошло и нескольких минут, как раздался грохот и здание рухнуло, растаяв в огненном грибе. Теперь уже пожарным не составит особого труда загасить угасающее пламя, жестоко расправившееся с домом этих детей. Судя по всему, это был детский дом или что-то вроде того.

Несмотря на страх в глазах людей, раздались неуверенные хлопки. Один из пожарных аплодировал нас. Мгновение и нам хлопали, выкрикивая что-то в знак одобрения. Конечно, не смотря на страх перед нами, люди понимали, что если бы не мы, детей бы не спасло ничто.

Горгульи никогда не показывались на глаза простым смертным, но теперь, находясь рядом со мной, они даже не собирались улетать, как будто ожидая от меня указаний.

Рэг передал мне в руки совсем крохотную девочку, лет двух, наверное. Она, совершенно не боясь, протянула ко мне маленькие ручки. С перепачканного сажей лица на меня смотрели ярко-синие глазки, полные слёз.

– Мама?.. – тоненький голосок зазвенел как колокольчик у меня в голове, и я бережно прижала к себе бедное дитя.

– Не бойся, маленькая, теперь тебе ничего не грозит…

Чувствуя, как колотится у неё в груди маленькое сердечко, меня охватила невероятная злость на всех этих людей.

Они просто стояли и смотрели на нас. Правильно, зачем заниматься своими обязанностями, тут же такое зрелище! Говорящие чудища!

– Что глазеете?! Займитесь делом уже!

Словно выйдя из транса, люди бросились приводить в чувства детей, которых мы только что вынесли из огня. До этого мир как будто стоял на паузе. Один из врачей "Скорой помощи", очевидно, самый смелый, подошёл к нам. Он протянул руки за девочкой:

– Вы позволите?

– Да, конечно… – я хотела было отдать её ему, но ребёнок неожиданно вцепился в меня, как в родную маму и начал хныкать. Я чуть отстранила её и заставила посмотреть на себя. – Детка, дядя должен тебя осмотреть, чтобы тебе было хорошо.

Девочка упрямо замотала головой, даже не взглянув мне в глаза, не желая отпускать меня.

– Как тебя зовут?

Ответа не последовало, и я бросила растерянный взгляд на Кароля, всего перемазанного сажей, надеясь на его поддержку. Он молча пожал плечами, однако тут же кто-то потянул меня за свободную руку, заставив обернуться. Закутанная в плед, перепачканная сажей, рядом со мной стояла та самая девочка, которую я вынесла из горящего здания первой.

– Её зовут Настя.

– Настя?.. – переспросила я и тут же обернулась к ребёнку, прижимавшемуся ко мне. – Настенька, солнышко, иди к дяде на ручки…

– Нет, ты уйдёшь… – слёзы потоком хлынули из её глаз, и у меня сердце сжалось от боли.

– Я… Послушай меня, Настенька, ты же видишь… Ты должна идти с ними…

– Нет!.. – тут же запротестовал ребёнок.

Снова я почувствовала на своей ладони маленькие пальчики девочки, стоявшей подле меня.

– Что случилось?.. – поинтересовалась я, пытаясь сделать звук собственного голоса как можно мягче, хотя получалось с трудом.

– Она почти не видит вас. Только смутные очертания вашей фигуры…

– Ах, вот оно что…

– Настенька, – медленно начала я. Мне ужасно не хотелось обманывать ребёнка, но я больше ничего не могла придумать, – детка, тебя посмотрит доктор, а потом я снова возьму тебя на ручки, хорошо?

– Да?..

Для двух лет, пожалуй, очень смышлёный и разговорчивый ребёнок. Мои собственные дети начали развиваться очень рано, в виду того, что мы очень бдительно следили за ними, стараясь ничего не упустить и дать как можно больше на первых шагах их жизни. Дети ведь намного лучше воспринимают любую информацию в раннем возрасте.

Насколько мне известно, в детских домах, как правило, детям не достаётся должного внимания, ввиду нехватки персонала. Так было раньше, во всяком случае.

– Да, дорогая, иди на ручки к дяде-доктору.

Внезапно девочка обхватила моё лицо маленькими ладошками и расцеловала в обе щёки, а затем, уже не сопротивляясь, позволила себя передать врачу.

– А вы, правда, заберёте её? – детский голос заставил меня вздрогнуть, и я снова обернулась к девочке.

– Я не знаю. Но не сейчас.

– А когда?

– Я…

Моё замешательство прервал Кароль:

– Прости, девочка, нам пора.

Однако прежде, чем я успела обернуться к нему, нас прервал громкий женский голос. Я вздрогнула, узнав его безошибочно.

Мы синхронно обернулись. Конечно, не узнать собственную маму было не возможно, однако она меня в этом облике точно не узнала. К тому же… я столько лет мертва в этом мире.

Итак, она всё ещё журналистка, не смотря ни на что, и всё ещё безупречно выглядит.

– Простите, пожалуйста, вы не ответите на несколько вопросов для телевидения?

Я ошарашено смотрела на неё, перестав на миг воспринимать действительность. Рэг и Кароль заслонили меня своими мощными телами, полурасправив крылья. Остальные двое горгулий-мужчин встали позади меня. Мама же, не обращая на их грозный вид никакого внимания, как ни в чем не бывало, продолжала. В этом она вся. Никогда и ничего не боится.

– Кто вы и откуда вы?..

Справа от неё показался и человек с камерой. Я почувствовала напряжение горгулий и тихонько коснулась плеча Кароля, чтобы он не вздумал наброситься на них. Это вряд ли, конечно, но… мало ли. Из груди его раздался глухой рык, и он грозно произнёс:

– Мы не собираемся отвечать на ваши вопросы…

– Но вы же спасли детей! Почему?

– Потому что это дети – чистые и невинные существа. Вы же, люди, не умеете ценить жизнь, не умеете ценить любовь, вечно находитесь с закрытыми глазами в своём мире, не замечая ничего вокруг себя… вы слишком мелочные, чтобы мы – высшие существа – жили бок о бок рядом с вами…

– Да, дети – самое лучшее, что есть на свете, – согласилась маменька, пристально разглядывая всех нас. Я выглядывала из-за плеча Короля, всё же боясь, что она узнает меня. Сердце колотилось как бешеное. – Однако же, и люди не все такие, какими вы их себе представляете. Мы…

– Вы, люди, не приемлете ничего, что отличается от нормы. Любой, кто не такой как все становится изгоем в вашем обществе. Вы не умеете ценить даже себе подобных. Ещё несколько веков назад я видел, как сжигаете вы себе подобных на костре, называя их колдунами и ведьмами только за то, что они способны творить чудо. И вы называете себя ещё высшими существами?.. – он презрительно усмехнулся. – Да вы самые жалкие из всех существ на земле. Одни ваши войны из-за глупой делёжки земли и денег чего стоят! Целой планеты мало, чтобы вам, людям, спокойно заселить по клочку земли, не мешая друг другу. Даже природу, благодаря которой вы живёте и существуете, вы уничтожаете с каждым днём всё больше и больше. Животные, леса, водоёмы – всё на грани вымирания! Вам всё мало и мало!.. Горгульи никогда больше не вступят в открытый союз с людьми.

Впервые в жизни я видела, как мама молчит, не зная, что ответить. И я поняла: он ведь прав! Пусть и горькая, но это чистая правда.

Кароль разошёлся не на шутку. Из груди его раздавалось чуть слышное рычание, руки сжаты в кулаки, а поза выражала готовность броситься в атаку. Я чувствовала под ладонью как напряжены его мышцы. Реально испугалась, что если не остановлю его сейчас быть беде. Не знаю, бросится ли он на людей, но лучше прекращать всё немедленно.

– Летим отсюда!.. – пробормотала я, чуть сжав его плечо.

– Ты права, – он встрепенулся, сделав шаг вперёд, и тряхнул крыльями, медленно расправляя их, – мы слишком задержались.

Ещё секунда и все они взмыли вверх. Помедлив пару секунд, глядя на ошеломлённую маму, застывшую с микрофоном в руках, я расправила крылья и последовала за ними. Я не видела ее так давно! И вот теперь… мы увиделись при таких обстоятельствах. Для нее я мертва…

Сморгнула непрошенные слезы, и глубоко вздохнула. Нельзя раскисать.

Мы скрыли себя от глаз людей, растаяв в воздухе.

Догнав Кароля, я поравнялась с ним и, помедлив немного, неуверенно произнесла:

– Прости, что даю о себе знать при таких обстоятельствах, но… мне очень нужна ваша помощь. Я искала вас.

– Я догадался, – не глядя на меня, ответил он.

– Ты зол на меня?

– Нет, просто устал немного. – Кароль бросил на меня взгляд и улыбнулся, сверкнув белоснежными клыками. – Мы давно в пути.

Меня распирало искреннее любопытство, и в голове вертелась масса вопросов. Подумать только, они непостижимым образом пришли мне на помощь в тот самый момент, когда я нуждалась в этом и в смятении искала выход, боясь оставить беспомощных детей хоть на минуту. Они свалились в буквальном смысле как снег на голову. И потом, почему им не был страшен огонь? Или я чего-то не знаю о горгульях? Я всё-таки ведьма и внутри меня бушует самое настоящее пламя, и только поэтому мне совершенно не страшны его обжигающие языки. Но они…

– Кароль…

– Да?..

– Можно тебя спросить?

– Спрашивай, тебе можно всё.

Я несколько смутилась при его словах. Кроме моего мужа и, пожалуй, его друга никто не позволял себе сказать мне такое уже многие годы. Конечно, я в этом и не нуждаюсь – внимания мужа мне хватает с лихвой и никто ровным счётом мне не нужен больше в целом мире. Однако же, сейчас мне понравилось то, с какой невероятной нежностью произнёс эти слова Кароль. Нет, ни как к любимой. Скорее, как к сестре.

– Как вы узнали, что мне нужна помощь?

– Мы почувствовали тебя.

– И вы знали, что это именно я?

– Видишь ли, ещё сегодня утром Берлионтин почувствовал присутствие ещё одной горгульи где-то в мире людей и отправил нас на её поиски. Мы были не так далеко, когда я услышал немой призыв о помощи и сразу понял, что это ты. Конечно, мы знали, что ты погибла, сражаясь с Повелителем десять лет назад, и поэтому не мог поверить, что чувствую действительно тебя. Когда же мы приблизились к горящему дому, сомнения рассеялись. Дом грозил вот-вот рухнуть, и мы решили пробить крышу. И так оказались рядом с тобой.

– Но как же… как же огонь?

– А что огонь? Горгульям он не страшен. Ты же спокойно находилась в пламени и жива здорова. Как будто в воде побывала.

– Но я ведь ведьма!

– А ты думаешь, кто-нибудь другой кроме тебя смог бы стать королевой горгулий? Да ни за что!

– Ты о чём?

– У тебя в крови это, раз уж твоя стихия – огонь. Именно из-за того, какова твоя суть, горгулит укусил именно тебя, а ни кого-то ещё…

– Но причём здесь королева горгулий? Почему раньше мне об этом никто не говорил из вас?

– А я думал ты знаешь! – его удивлению, казалось, не было предела. – Королева горгулий – это легенда, наша прародительница. И в твоих жилах течет ее древняя кровь, – он усмехнулся и продолжил, аргументируя свои слова: – Берлионтин и Эльдина наши король и королева, но ты выше их. По крови. Ты высшее существо и даже люди подвластны чарам твоей крови. Неужели с тобой не происходило ничего не обычного, когда ты впервые превратилась в горгулью? Или, например, ты не задавала себе ни разу вопрос: почему мы все стараемся не смотреть тебе в глаза, по крайней мере, длительное время? В облике горгулий твоя кровь наиболее сильна.

– В мои глаза?.. Не знаю даже…

– Вспомни…

Я стала усердно копаться в памяти и вдруг в голове стали всплывать картинки из моей прошлой жизни. Как на экране телевизора.

Вот тот самый день, когда меня укусил на лекции в институте горгулит. Ещё днём меня тогда угораздило приобрести бильярдный стол, который доставили как раз тогда, когда я была на учёбе. Естественно, едва я успела войти домой, меня стала ругать за эту необдуманную покупку Тэш, а затем, высказав мне всё, она оставила меня наедине с нашим общим другом Димкой. Он всегда разговаривает с людьми, глядя им в глаза, и ничего особенного при взгляде в мои карие очи с ним никогда не происходило, но тут он словно с цепи сорвался. Я успела только попросить его помочь мне с бильярдным столом…

– Неужели я брошу хрупкую и прекрасную девушку на произвол судьбы?.. – мягко улыбнулся Дима, заключив меня в свои объятия, буквально припечатывая к своему телу.

Это были далеко не дружеские объятия – так меня только Никита обнимал. Мой одноклассник вообще никогда себя так не вёл со мной. Слегка обалдев, я осторожно попыталась отстранить его, но куда там!

– Масик, ты забываешься… у тебя девушка есть, а у меня Кит… Пошутил и хватит. Ты меня пугаешь…

– Столько лет, Кармен… – Дима отнюдь не собирался отпускать меня от себя. Руки находились совсем не там, где прилично. – …я безумно хотел испробовать на вкус твои губы… И не я один, по правде говоря… – горячо прошептал он, и я почувствовала, как всё быстрее стучит его сердце. Мое же билось в панике, словно дикий зверь в клетке.

Мне стало не по себе. Его словно подменили. Никогда он даже и попытки не предпринимал… никак не показывал, что я ему нравлюсь как девушка! А тут… Он, конечно, очень хороший, один из самых красивых парней в нашей школе, но… он же мой друг! Это всё равно, что любить своего старшего брата не как родственника, а как парня!..

Я упёрлась обеими руками в его плечи и попыталась его хоть как-то образумить:

– Ты сошёл с ума! Очнись, Дима, это же я – Кармен!..

– Вот именно. Ты так восхитительна…

Силы явно превышали в его пользу, Тэш куда-то провалилась, так что придётся как-то выкручиваться самой.

– Никита тебя убьёт!.. – пробормотала я, пытаясь высвободиться из крепких объятий своего друга.

– Его сейчас здесь нет. Ради тебя можно…

Он не успел договорить. Испугавшись, что он сейчас, чего доброго, полезет меня целовать, а Тэш, если она вообще соизволит появиться, его вряд ли сумеет остановить, я ударила его ладонью. Звук пощёчины зазвенел в воздухе и всё вокруг замерло. Само собой, Дима ослабил руки. Я тут же высвободилась и отскочила в сторону. Он несколько секунд неподвижно смотрел на меня, удивлённо расширив глаза, как будто только что побывал в другом измерении, а потом взъерошил себе волосы правой рукой.

– Прости… не знаю, что на меня нашло… Как наваждение какое-то!..

– Рада, что одумался. – я, прищурившись, оглядела его, пытаясь понять, что у него в данный момент на уме. – Ты, конечно, парень хороший, но…

– Давай не будем об этом. Я не хотел ничего плохого… Просто, твои глаза… я едва взглянул в них, и меня словно магнитом стало притягивать к тебе…

Потом был ещё один необычный случай. Когда похитили Кошку с Русланом, я отправилась на их поиски, находясь уже тогда в облике горгулий, и обнаружила хижину посреди поля – пристанище похитителей моей сестры и её мужа.

Я довольно резко распахнула входную дверь, спрыгнув с крыши домика. Естественно, даже ничего не произнося, можно было напугать обоих бандитов своим видом до смерти. Эффект от моего появления получился ошеломительный.

– Здравствуйте, ребятки!

– …! Ты кто, чтоб тебя?! – попятился один из них.

Второй, не задаваясь лишними вопросами, достал из-за пояса пистолет и, не раздумывая, выстрелил.

Естественно, об оружии тогда я не подумала. Это чудо, что в облике горгульи огнестрельное оружие мне не страшно. Пуля отскочила от меня обратно в стрелявшего. Он охнул и плашмя свалился на пол.

На меня незамедлительно обрушился дождь из пуль, вылетавших из пистолета второго бандита, но одни пролетели мимо, другие – отскочили. Бандита же задела всего лишь одна из пуль.

– Где вы держите тех, о ком только что говорили? – я устремила на него испепеляющий взгляд.

Бандит посмотрел мне в глаза и вдруг застыл, словно околдованный.

– Ты прекрасна, моя королева… – прошептал он и… пустил пулю себе в висок.

Я взглянула на Кароля и невольно воскликнула:

– Так вот почему со мной происходили все эти странности!

– Зато теперь тебе всё ясно, – он вновь сверкнул клыками, улыбнувшись.

– Кароль, а почему не все так реагируют? Я вообще привыкла со всеми разговаривать, глядя в глаза. Ни мой муж, ни сестры, ни корсары – ни на кого мой взгляд так не действовал.

– Я не знаю, как это работает, – честно признался он. – Знаю, что на нас больше вероятности, что сработает. Тут… наверное, дело ещё в ситуации. Кстати, если ты научишься этим управлять…

– А этим можно управлять?

– Можно. Берлионтина можно спросить, думаю, он знает.

Долгое время мы летели молча в темноте, и я слышала только, как свистит ветер от каждого взмаха нашими крыльями.

Вспомнив о том, что произошло между ним и моей мамой на земле, я снова решила задать ему вопрос.

– А почему ты с такой ненавистью относишься к людям?

– Ты хочешь сказать, я сказал не правду?

– Почему же… я думаю, ты прав, но всё же… ты общался ведь и с моими сёстрами и…

– Прости меня, но ты почти единственный человек, которому доверяют горгульи. Как бы хорошо ты не думала о своих родственниках, я видел, какими глазами они смотрели на нас. Да, они не сделают нам ничего плохого, но только потому, что ты их сестра. Они боятся нас и, конечно, не будут доверять. Я просто не люблю людей за их варварство и жестокость. Готов поклясться тебе, что моего сына, окажись он среди них, они с удовольствием запихнули бы в клетку и выставили на всеобщее обозрение как диковинку!..

В его голосе послышались нотки гнева, и я поняла, что он едва сдерживается.

– Не говори так…

– Но это именно так!

Что ж, он действительно прав. Мы, люди – варвары и мы просто не умеем ценить ничего и никого вокруг себя.

Его слова о сыне снова всплыли у меня в голове, и я встрепенулась. Помнится, последний раз, когда я общалась с горгульями, мне не довелось увидеть среди них ни одного ребёнка-горгульи. Но сейчас он сказал о своём сыне… или это он так, к слову?

– Кароль, ты – отец?

Его лицо мгновенно просветлело. Безусловно, так может сиять только счастливый человек… или живое существо.

– Да. Причём дважды.

– Сыновья?

– Да, и если судить в масштабе вашего времени им сейчас по три и четыре года.

– Это прекрасно! Поздравляю!..

Я искренне была рада за него! Дети это прекрасно!

Сердце предательски защемило от нахлынувшей тоски. Мои маленькие детки в беде, а я ничем не могу им помочь. И Ланс…

– Кароль! А нам ещё долго лететь?

– Примерно сутки.

– Так долго?! – я ахнула в ужасе.

– Мы находимся далеко отсюда. Впрочем, если лететь без передышки, можем добраться до конца грядущего дня.

– А если мы приземлимся, я превращусь в человека и перенесу нас?

– Исключено. На нас не действует твоя магия. К тому же, нас охраняет сильный талисман, и ты не сможешь переместиться туда или оттуда.

– Тогда летим без остановок. Мы не можем медлить. Мой сын болен и, боюсь, никто не сможет помочь ему кроме Сюзони. Даже Никита…

– Ланселот?! – казалось, ему в тот же миг стало дурно, словно я говорила о его сыне.

– Да, он…

– Болезнь магическая?

– Да. Не думаю, что целью была его смерть, но…

– Я очень надеюсь, мы не опоздаем. Он бесценный волшебник и очень помог нам.

– Подожди-ка, ты хочешь сказать… он общается с вами?

– Да, и помогает нам. Благодаря ему у горгулий появился шанс на жизнь. Он снял с нас проклятие, из-за которого у нас не рождались дети.

– Но ты ведь сказал, что вы не доверяете никому из людей, кроме меня и…

– Твой сын просил никому не говорить, что он общается с нами, если мы внезапно пересечёмся с кем-то из его мира. Да мы и сами не хотели что-то раскрывать. Он достоин своей матери – вот что я могу тебе сказать. Он сильный волшебник, невероятно щедрый душой, и справедливый умом.

– Я знаю, во многом он похож на своего отца.

– Да, граф очень интересная личность и, я бы сказал, у них действительно очень много общего.

– Мы растили Ланселота вместе последние десять лет… – тут до меня дошёл смысл сказанных им слов и я удивлённо воскликнула. От неожиданности чуть не забыла, что нахожусь в воздухе. – Ты знаешь настоящего отца Ланса?

– Да, он сам сказал нам, после небольших расспросов. Как ты знаешь, горгульи живут веками, и именно поэтому мы знаем о твоем муже. Так случилось, что однажды он сам невольно спас одну из нас. Быть может, он и не понял, кто это был, но сам факт: он спасал неизвестное ему существо, запертое в клетку, от рук чужеземцев. И не ради выгоды для себя, а просто так, из жалости.

– Но он говорил мне, что просто видел одну из горгулий на острове…

– Может, это и впрямь так. – Кароль пожал плечами и втянул полной грудью холодный воздух. – Мы не единожды видели его и его корабль, бороздящий морские и океанские просторы…

– Джек мне не поверит… – выдохнула я в полном ошеломлении.

– Он с тобой?

– Конечно, я оставила его с сёстрами.

– Но вас что-то привело из своего мира снова в этот мир?..

– Да, Кароль. И отнюдь не радостные события. Очень могущественная ведьма похитила наших детей… всех детей Властителей Магии. Единственный, к кому ей не удалось подобраться – Ланселот… И вот сейчас он болен…

– Могущественная ведьма?.. – в разговор неожиданно вступил Рэг, летящий по другую сторону от меня. – Почему ты так думаешь?

– Я видела её. Она красивая, кожа сияющая словно снег и вокруг неё всё ледяное… Она была в центре города, в одной из высоток. И лед объял всё здание…

Кароль с Рэгом переглянулись, и я поняла, что они поняли, о ком я говорю. Братья на миг замялись, как будто собираясь с мыслями. Я тоже молчала, ожидая от них ответа. Они знают о ком речь! Точно знают!

Мы молчали, и только свист ветра от взмаха крыльев нарушал тишину. Погода заметно изменилась: становилось всё холоднее.

Рэг, в конце концов, собравшись с мыслями, произнёс:

– Мы, кажется, знаем эту ведьму.

– Кто она?

– Ледяная королева…

– Ледяная королева? – переспросила я, думая, что ослышалась.

– Да, именно она. – Рэг на миг задумался, подбирая слова, чтобы объяснить кто она такая. – Никто не знает где она живёт, да и о её существовании не многие знают. Среди вас, людей, её называют Снежной королевой. Но для вас она всего лишь сказка, выдумка, миф…

– Неужели же она похитила детей только из мести нам?

– Мести?

– Её сын был правой рукой Повелителя. Мы уничтожили его.

– Ну, не знаю. Возможно, здесь имеет место месть, однако мне никогда не приходилось слышать, чтобы она вот так, ради своей собственной выгоды, являлась в город и творила то, что людям не предназначено видеть. Она всегда скрывала свое существование от всех. Она действительно очень зла на вас. Я бы сказал, обезумела от гнева.

– Тем не менее, я найду и уничтожу её, – твёрдым голосом произнесла я. – Чего бы мне это не стоило, я убью её.

– Нельзя… – тяжело вздохнул Кароль.

– Почему это?

– Она повелевает зимой, холодом. Если её уничтожить, зима может навсегда исчезнуть, растают вековые ледники под лучами палящего солнца, а потом очень быстро исчезнет вся планета. Мир погрузится в хаос.

– Ну и что, моя сестра не допустит этого. Она сама повелевает силами природы.

– Она делает это только потому, что живы лесные нимфы, лешие, водяные, кикиморы – все магические существа, которым подвластны свои собственные стихии. Она помогает им сохранить природный мир, и они не препятствуют её магическим силам. Погода тоже подчиняется своим существам, позволяющим ей вызывать дождь, разгонять тучи… Однако, могущественные ветра, зимняя стужа – всё это подчиняется одной только Ледяной королеве. Твоя сестра может подчинять их себе, но не будет ведьмы, не будет и снега. Это ее стихия. Ее суть. Представь себе, что случится, если она исчезнет с лица земли… Засуха, землетрясения, наводнение – все природные катаклизмы нам гарантированы.

– Но что же нам делать? Наши дети…

– Если они до сих пор живы, значит, они ей нужны. Мы поможем тебе и твоим сёстрам.

– Но как?

– А вот как, это уже другой вопрос. Мы найдём способ. Всегда есть выход из любой, даже самой сложной, ситуации. Пока нам нужно привести в чувства твоего старшего сына – Ланселота.

Я судорожно вздохнула, глотая подступивший к горлу ком. В душу закралось отчаяние. Дело обстоит куда хуже, чем я предполагала. И подход к нему нужен очень деликатный. Кароль прав: если она до сих пор ничего не сделала детям, значит, они нужны ей, а это значит, что у нас ещё есть время. Мы найдём их и найдём выход, пусть только Ланс поправится.

Едва солнце коснулось горизонта, мы опустились на твёрдую поверхность земли где-то в горах. Из пещеры, скрытой от глаз зарослями кустов, выбежали горгульи. Впереди всех бежала Сюзони. Она расцеловала всех прибывших и крепко обняла меня:

– Ты жива! Ты жива! Берлионтин, Эльдина, она всё-таки жива!

Из темноты на свет вышли король горгулий со своей королевой. Они подошли к нам, я склонилась в знак приветствия и уважения.

– Рада приветствовать вас.

– Взаимно. Не угодно ли тебе отужинать с нами? – разговаривал со мной Берлионтин. Его супруга сверлила меня взглядом, поджав губы.

– Прости, Берлионтин, но у меня нет на это времени. Может, в другой раз. Мне нужна ваша помощь.

– Мы всегда к твоим услугам, ты же знаешь. Что случилось?

– Мой сын тяжело болен…

– Ланселот?! – он нахмурился, отчего лицо его стало по-настоящему хищным.

– Да. Я думаю, никто, кроме Сюзони не сможет излечить его. Это магическая болезнь…

– Хорошо. Кароль, Рэг, вы отправитесь вместе с ними.

Братья согласно кивнули, даже не пытаясь возразить в ответ.

–Летим, нам надо спешить, – я взмахнула крыльями и почувствовала, что они неожиданно отяжелели и не дают мне подняться в воздух. Что за ерунда?

– Да, – Кароль подхватил меня под руку, не дав упасть, – надо спешить, но перед этим тебе надо поесть и передохнуть. Ты не долетишь. И переместиться не сможешь ни откуда. Ты не привыкла к таким долгим перелётам. Мы можем нести тебя, но это задержит нас в пути.

– Но, Кароль, мой сын болен! Дорога каждая секунда!..

– Знаю, именно поэтому ты с Рэгом останешься здесь. Как только отдохнёшь немного, тогда полетите. Боюсь, одна ты просто заблудишься, да и не безопасно это.

– Но…

– И никаких возражений не принимается, – мягко произнёс Берлионтин, обнимая меня за плечи. – Они сделают всё, что в их силах, а вот ты никому не поможешь, если погибнешь где-нибудь по дороге.

Вздохнув, я поняла, что меня никуда не отпустят и, как это ни прискорбно, что он прав. Я действительно жутко устала от полёта.

Сюзони, перекинув через голову свою сумку, взлетела вместе с Каролем в воздух. Меня, взяв под руки, проводили в пещеру. Освещённая факелами, она казалась очень уютной. В углу на шкуре какого-то животного играли дети горгулий. Четверо детей лет пяти о чём-то оживлённо шептались у одной из стен, но, когда я вошла, притихли и устремили ко мне свои взгляды.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Рэг, твоя жена приготовила сегодня твоё любимое рагу, – первый раз за всё это время я услышала голос Эльдины. Она всё ещё очень холодно относилась ко мне из-за своего брата.¹

Ее глаза сверкнули недобрым огоньком, но она держала свои эмоции при себе. Из соседнего зала пещеры появилась женщина-горгулья с большим подносом в руках. Воздух наполнился дивным ароматом, и я услышала, как заурчал мой собственный живот.

Нам подали две тарелки и деревянные ложки. Та горгулья, что принесла поднос с едой, щедро наполнила наши тарелки. Она улыбнулась Рэгу и, закончив, поцеловала его в щёку. Тут только я заметила её большой выпирающий живот.

– Похоже, тебя можно поздравить?

– Причём, по словам Сюзони, дважды. Это небывалый случай в нашей истории. Ещё никогда горгульи не производили на свет больше одного ребёнка сразу. До проклятия, да и после его снятия.

– О, это прекрасно! Я очень рада за тебя!..

– Спасибо.

Когда я насытилась, кто-то тихонько тронул меня за плечо. Один из детишек, мальчишка, смотрел на меня огромными тёмно-зелёными глазами, и никак не решался со мной заговорить.

– Ты хочешь что-то спросить? – догадалась я.

От неожиданности он попятился от меня, как будто испугавшись моего голоса.

– Я… я…

Один из горгулий-мужчин, которого я видела впервые – очевидно, он присоединился к ним из другого сообщества – улыбнувшись, взглянул на подростка:

– Смелее, Амадеус.

Набрав в грудь побольше воздуха, он выпалил, наконец, на одном дыхании:

– А, правда, что вы убили Повелителя?

– Правда.

– Но… но вы же умерли!

– Амадеус! – грозный голос отца эхом пролетел по пещере.

– Ничего страшного. Да, я умерла, но мне помогли возродиться в другом мире.

– И кто же, интересно? – в довольно резком голосе Эльдины слышались угрожающие нотки. Она точно не знала правды.

– Твоя мать.

– Что?..

– Да, меня спасла Сиринадина.

– А мой брат знает?

– Нет, Эльдина, не знает. Ему не зачем знать. Он итак настрадался из-за меня.

– Ну да, ты сама не знала, чего от него хочешь! То бросаешь, то возвращаешься, да ещё и ребёнка ему приписываешь! Как тебе не стыдно!..

– У меня не было выбора. И, потом, Кит очень счастлив с ним. Ты же знаешь, он не может иметь детей…

– Это потому что Ланс такой!

– Эльдина, хватит! – рявкнул Берлионтин.

По щекам королевы потекли слёзы, и она прижалась к мужу. Она любила брата как никто другой, и я понимала ее чувства.

– Я не хотела причинять ему снова боль. Находясь в другом мире, я вышла замуж и полюбила человека, которого люблю по сей день. Но судьба распорядилась так, что разлучила нас без шанса, когда бы то ни было, увидеться вновь. Ребёнок жил во мне, когда я вернулась в настоящее и если бы Кит узнал, что он от другого, он бы просто не пережил этого… Вспомни, Эльдина, что было с ним, когда я… ушла от него к другому.

– Это ты во всём виновата.

– Да, я. Но он действительно счастлив, может быть, впервые за многое время. И я знаю, что это так. Он живёт Ланселотом и весь мир для него вращается вокруг моего сына. Пойми же ты, не могла я иначе поступить.

– Ты предала его.

– Я не хочу с тобой спорить и ругаться. Кит не знает, что я жива и не должен узнать…

– Он так и не женился… – тихо пробормотала Эльдина.

– Я знаю это.

– Он очень сильно любил и до сих пор любит тебя. Ты не видела, что было с ним в тот день, когда ты погибла… Я думала, он готов последовать за тобой на тот свет. И только…

– Только Ланселот удержал его на этом свете, – произнёс Берлионтин.

– Понимаешь ли ты, что в любом случае я бы была убита Повелителем? Так написано в пророчестве и так случилось. Разница лишь в том, что не полюби я Джека, всё сложилось бы иначе. Не было бы Ланселота, и она не оставила бы меня в живых. Твоя мать относится ко мне ничуть ни лучше, чем ты, Эльдина, но она спасла меня и подарила новую жизнь. Я не могу теперь существовать в этом мире. Я мертва здесь.

– Но ты вернулась…

– Только потому, что моих детей похитили и без Властителей Магии мне не под силу найти их. Я не собиралась никому давать знать, что жива. Знал об этом только Ланселот.

– И как долго он знает об этом? – поинтересовалась Эльдина.

– Я дала ему знать о себе уже через несколько дней после моей смерти.

По лицу королевы горгулий я поняла, что она борется сама с собой. Наконец, поборов чувства в себе, она подошла ко мне, и, вздохнув, протянула руку, очевидно, в знак примирения:

– Ладно, что сделано, то сделано. Только обещай, что ты никак не выдашь себя моему брату.

– Я этого и не собиралась делать.

– Обещай!..

– Хорошо, обещаю… – я бросила взгляд на улицу и обомлела: чёрный мрак ночи окутал уже всё вокруг. – Надо скорее лететь! Боже, как мы заболтались!.. Рэг, скорее!

Он немедля вскочил на ноги, и бросился следом за мной из пещеры. Остальные горгульи последовали за нами.

Спохватившись, я остановилась и обернулась:

– Берлионтин, Эльдина, спасибо вам за всё!

– Это тебе спасибо! Удачи вам! – воскликнул король горгулий и мы тут же, расправив огромные крылья, стремительно взмыли вверх.

Рэг летел подле меня, время от времени резко сворачивая куда-то в сторону, меняя высоту. Сама бы я точно заблудилась. Он легко ориентировался по местности, как будто ехал на машине по дороге и перед ним постоянно появлялись знаки различного содержания.

У меня была мысль попросить его приземлиться и переместиться домой, но я не хотела бросать его одного. За горгульями охотятся демоны время от времени, и я не прошу себя, если с ним что-то случится. Сюзони будет там раньше нас. Она позаботится о Ланселоте.

Мы всю дорогу молчали. Рэг был сосредоточен на том, чтобы не заблудиться, а в моей голове неотступно билась только одна мысль: «Только бы они успели вовремя». Сюзони с Каролем улетели несколько часов назад. Но меня отчего-то не оставляла мысль, что что-то непременно должно случиться, или, что ещё хуже – уже случилось.

Сюзони

Нам оставалось лететь всего чуть-чуть. Мое сердце было не спокойно за Ланса, но душа буквально подпрыгивала, когда я вспоминала, кого мне предстоит увидеть. Это именно меня когда-то спас Джек. Конечно, он не знает об этом, но мне хотелось, чтобы он узнал! Для меня он был человеком с большой буквы. Он не прошел мимо, а просто спас. Как равного себе.

Всю мою сознательную жизнь я рассказывала всем своим сородичам, что среди людей попадаются очень хорошие, добрые и храбрые личности, такие как капитан «Чёрного Призрака».

– Не переживай ты так, наша задача сейчас помочь его сыну.

– Ох, Кароль, бедный мальчик!.. Я только о нём и думаю! – воскликнула я со вздохом.

– Да знаю я, о ком ты не перестаёшь думать. Не забывай, что он женат, и кто ты такая.

– Ты меня за кого держишь?! – я возмутилась. Ведь у меня и в мыслях не было ничего неприличного. Джек для меня мой герой, человек, спасший меня и не больше того. В моем возрасте глупости в голове уже не водятся. – Я бы в жизни не позволила себе даже заговорить с ним!

– Тогда успокойся.

Я хмыкнула, не став ему ничего отвечать.

Мы мягко опустились во дворе дома Властителей Магии, и Кароль позвонил в дверь. Это было до крайности не привычно для нас, но всё-таки сейчас мы среди людей, а не у себя дома. Послышались шаги и нетерпеливый возглас Тэш:

– Кто там?

– Это Кароль и Сюзони.

Дверь распахнулась, и сестра Катерины высунула голову на улицу.

– Где вы?

– Ох, прости, мы совсем забыли!.. – спохватился Кароль и мы стали видимыми.

Тэш отскочила от неожиданности назад и, споткнувшись о коврик на полу, едва не упала. Сильные руки горгульи подхватили её и твёрдо поставили на ноги.

– Спасибо… – пробормотала она, явно смутившись. Да, мы не виделись очень давно.

– Где Ланселот? – я перешагнула порог и бросила взгляд вверх по лестнице.

– Он на верху, пойдёмте скорее.

Мы поспешили за ней.

Джек сидел чуть поодаль от постели сына, Крис и Алек, прислонившись к стене, о чём-то тихо беседовали, а Кошка с Сандрой, облокотившись на подоконник, не сводили глаз с невероятного зрелища. Ланс в огне метался на постели, кричал и по-прежнему никого не подпускал к себе. Когда распахнулась дверь и на пороге появились мы, все устремили к нам свои взгляды.

Джек окинул меня и Кароля оценивающим взглядом и, поднявшись с кресла, протянул руку тому, кого по праву посчитал мужчиной-горгульей, а затем лёгким кивком приветствовал меня. Мне кажется, на короткий миг я даже дышать перестала, но быстро одернула себя и поспешила к Ланселоту.

– Кароль, подержи его.

Горгулья тут же крепко прижал юношу к кровати. Я внимательно обследовала его и нырнула в свою сумку. Достала глиняную мисочку, колотушку и необходимые мне травы. Всё не так плохо, как я думала. Справлюсь. Обернулась к Тэш:

– Мне нужна вода, желательно тёплая.

Пулей выскочив из комнаты, женщина уже через минуту вернулась обратно, неся в руках кувшин с водой.

– Спасибо.

Пока Кароль прикладывал холодный компресс Ланселоту, я старательно измельчила, а затем принялась смешивать в тёплой воде ингредиенты. Склонилась и понюхала смесь, затем попробовала и пробормотала себе под нос:

– То, что нужно, – добавила уже Каролю. – Приподними его и держи покрепче, это очень сложно выпить.

Я принялась медленно вливать в рот Ланселота приготовленный отвар. Он пил, но в перерывах между глотками истошно кричал и метался по постели. Только то, что Кароль обладал недюжинной силой, позволяло удерживать его. Когда последняя капля была выпита юношей, он перестал пылать как факел и, вздохнув, мирно заснул. Мгновенно. Отвар работает. Значит, всё как я предполагала. Это магическая болезнь.

Кароль отпустил Ланса, я обернулась к присутствующим в комнате:

– Идите отдыхать. Все. Мы останемся здесь до полного его выздоровления. В ближайшее время он будет спать.

– А где моя жена? – Джек, нахмурившись, смерил нас взглядом. Ух, какие же у него глаза!

– Ваша жена скоро прибудет, – охотно пояснил Кароль, ничуть не приняв его взгляд за враждебность. – Мы заставили её передохнуть перед обратной дорогой, она очень устала от долгого полёта.

– Спасибо вам. Я останусь с сыном.

– Нет, ему нужен покой и тишина, а вам всем нужно отдохнуть. Вы измотаны. Не волнуйтесь, он поправится.

– Хорошо, будь по-вашему. Надеюсь, вы действительно знаете что делаете, – промолвил Джек.

– Ваша жена доверяет нам, – улыбнулась я.

Не произнеся больше ни слова, все покинули комнату, отправившись по своим комнатам.

Каролина

Мы приземлились во дворе, я тут же превратилась в саму себя и, не теряя времени, переместилась в комнату Ланселота. Рэг, проникнув через незапертую дверь в дом, поспешил наверх. Горгульи, находившиеся там, приготовились атаковать пришельца, но быстро узнав меня, расслабились.

– Как он?

– Он спит. Я дала ему лечебный отвар…

– И снотворное?

– Нет. Напиток должен был только сбить температуру и успокоить. Возможно, он просто переутомился.

– Может, что-то не так? – забеспокоилась я, переводя взгляд с сына на Сюзони.

– Нет, всё в порядке. Сон вполне нормальный, спокойный. Он должен поправиться.

– Я не знаю, чтобы я делала без тебя… – горячо зашептала я, обняв её.

– Самое худшее позади, не переживай. А сейчас, – она отстранила меня, стараясь не заглядывать в глаза, – отправляйся спать. Мы можем много времени находиться в бодрствующем состоянии, а ты – нет.

– Но если…

– Если что-нибудь случится, я разбужу тебя. Иди, отдохни.

– Хорошо, спасибо, – я глубоко и с невероятным облегчением вздохнула и поплелась в комнату.

Я действительно очень устала и просто валилась с ног. Мне хотелось упасть сейчас на кровать рядом с Джеком, пригреться и уснуть крепким сном.

Но, похоже, моему желанию не суждено сбыться.

В коридоре меня окутал жуткий холод, как будто пришла зима и забралась прямо к нам в дом. Ухватившись за дверную ручку своей комнаты, я стремительно отдёрнула руку – она была ледяная. Выдохнув в очередной раз воздух, я увидела, как облачко пара вырывается вместе с дыханием изо рта. Переместиться за дверь не смогла. Странное предчувствие захватило меня и я, не медля ни секунды, снова схватилась за обжигающе-ледяную ручку. Распахнула дверь.

Комнату медленно окутывала ледяная корка, у окна стояла та самая женщина, которую Рэг назвал Ледяной королевой. Увидев меня, она расхохоталась. Джек молниеносно проснулся и бросился ко мне. Заслонив меня своим телом, воззрился на нежданную гостью и комнату сотряс его гневный голос:

– Кто ты такая?

– Я? Твоя погибель… впрочем, ты можешь пойти со мной…

– Убирайся прочь отсюда!

– Ты всего лишь человек, так что незачем мне угрожать, – холодно отчеканила она. – Что ж, ты выбрал свою судьбу, – бросив на меня ледяной взгляд, она снова засмеялась: – Я уничтожу всех дорогих тебе людей, одного за другим. Твои дети будут вечно служить мне, а твой любимый мужчина погибнет у тебя на глазах… Смотри же, Каролина!..

Она подняла свою серебристую палочку над головой и направила на Джека. Понимая, что сейчас произойдёт, я в считанную секунду переместилась и заслонила собой мужа. Я не могла потерять его опять. Прежде, чем он успел что-то понять, я почувствовала обжигающий ледяной удар в грудь, увидела её ошеломлённое лицо и упала навзничь.

Джек

– Каролина!!! – я бросился к Ледяной королеве, с ужасом понимая, что нечеловеческий крик – принадлежит мне.

В ту же секунду распахнулась дверь, и она исчезла – на пороге появились все Властители магии.

Сердце застыло от ужаса. Дрожь в руках не возможно было скрыть. Я поднял на руки жену и бережно опустил на кровать. Нет-нет, ты не можешь умереть! Не вздумай меня оставить! Я склонился над ней, приложил пальцы к шее и облегченно выдохнул. Лёгкие колебания свидетельствовали о том, что жизнь не покинула ее тело. Я расцеловал ее лицо, прижался к губам.

– О, боже! Она жива? – толкая друг друга, родственники бросились к кровати.

– Жива, но она без сознания, – вымолвил я, с трудом приходя в себя. – Ну что за женщина! Мужчина должен рисковать собой, а не наоборот!

– Она любит вас больше собственной жизни, – ответил Крис, не сводя глаз с кровати. – Вы бы погибли от этих чар. Чудо, что она жива…

– Я позову Сюзони!.. – воскликнула Сандра и выбежала из спальни.

Горгулья осмотрела Каролину и, вздохнув, произнесла:

– Она жива. Это магическое беспамятство. Одному Богу известно, сколько это может продлиться.

– То есть? Ты не можешь её вылечить?

– Она здорова, но она без сознания. Здесь я бессильна. Это магия. Только что-то невероятное может разбудить её и…

– Мама!..

Мы обернулись на возглас. В дверях, слегка пошатываясь, стоял Ланселот, вцепившись руками в дверной косяк. Вид у него был довольно помятый и измученный. Позади него появился Кароль:

– Он очнулся и сразу переместился сюда.

– Она убила её!

– Всё в порядке, Ланс… – Сюзони двинулась ему на встречу, но он неожиданно выпрямился во весь свой довольно высокий рост и в глазах замерцали яростные огоньки пламени.

– Я сотру эту ведьму с лица земли! Прости, отец, – выпалил он и исчез.

– Ланселот! – мой крик, сорвавшийся с губ, разлился в пустоту. Сын уже был не здесь.

– Куда он отправился? – Кошка буравила взглядом точку, где только что был Ланс.

– Он действительно перевернёт весь мир, чтобы найти её. Почему-то я не сомневаюсь, что он сможет напасть на ее след… – Алек задумчиво смотрел в одну точку, скрестив на груди руки.

– В таком состоянии он вообще никуда не должен был отправляться, – фыркнула Сюзони, выражая этим всё своё недовольство.

– С ним же… ничего не случится?..

– Надеюсь, что нет. Но в таком состоянии скорее не он перевернёт землю, а она к нему поднимется. Мое снадобье быстро подействовало, но он очень слаб…

– Мы должны что-то сделать! – я с Тэш воскликнул в унисон и мы переглянулись.

– Да, но что?.. – Сандра обвела нас взглядом, закусив нижнюю губу.

– Спросим совета у всех, кто может нам помочь, – лицо Тэш озарилось неожиданным решением. – Кошка, призови всех возможных магических существ и расспроси их. Сандра, Крис вы отправляйтесь изучать гримуар и поищите магические книги на чердаке – что-то должно быть. Алек, отправляйся в город, разыщи всех известных нам ведьм и волшебников, и расспроси их. Мы с Джеком вызовем бабушку Марго и Натали. Может, они что-то знают. Хватит бездействовать и надеяться на Катюшу. Мы и так потеряли много времени. А ведь мы не новички в своем деле.

Каролина

С невероятным облегчением я сделала глубокий вдох. Ощущения были, словно я только что тонула в ледяной воде, а теперь, вынырнув на поверхность, никак не могла надышаться. От невероятно тяжелого морозного воздуха буквально свело от холода легкие, а нос тут же замерз. Ветер обдувал ледяное мокрое тело и конечности уже начали коченеть. Я надеялась, что всё лишь игра моего воображения.

Распахнула глаза и закричала от ужаса. Голос эхом пронёсся по бескрайней снежной пустыне и замер, оборвавшись. Нет, я была не мокрая. Это здесь было до невозможного холодно – градусов сорок ниже нуля, не меньше, а я в полуголом виде! Тоненькая маечка и некое подобие юбки – одежда, в которую я была одета, находясь в облике горгулий – вот всё, что было на мне надето.

Оглядываясь по сторонам в поисках хоть какого-то укрытия от холода, я обнимала себя руками, переминалась с ноги на ногу, стоя босиком на ледяной корке снега. Когда-то давно вот так с Сандрой мы оказались в раскаленной пустыне. Теперь я была одна посреди снежной пустыни. Быть заживо зажаренной солнцем или замороженной – разницы нет. И тот и другой вариант ведут к неминуемой смерти. И я снова была без магии! Переместиться не удавалось, огонь не отзывался. Это конец.

Клацая зубами от холода, я пыталась воспроизвести в голове события, в результате которых я тут очутилась. То, что это не сон – однозначно, значит, меня сюда просто кто-то перенёс. Последнее, что я помнила – обжигающе ледяной удар в грудь, когда я заслонила собой мужа, а потом всё провалилось в пустоту. «Значит, она не убила Джека. Вероятнее всего я жива, но вот только на долго ли? И знает ли об этом эта ведьма? Знают ли сестры? Если меня не спасёт чудо, я заживо замерзну…», – подумала я, и на негнущихся ногах, ощущая невероятную боль при каждом движении, побрела, куда глаза глядят. Бесспорно, чтобы не окоченеть раньше времени надо двигаться пока есть хоть какие-то силы.

Ветер больно щипал кожу, руки окончательно окоченели, так что я просто уже была не в состоянии разнять их, ступни ног совсем не чувствовались, внутри всё заледенело, и даже глаза замёрзли так, что больно было смотреть.

– Гав! Гав!..

С трудом обернувшись, я увидела быстро приближавшиеся ко мне сани, которые везли лохматые серые собаки, похожие на волков.

Силы закончились, и я рухнула на снег как подкошенная.

Сознание медленно ускользало, когда я услышала голоса. Меня подхватили на руки и положили на что-то мягкое, быстро закидывая при этом сверху грудой меховых шкур. С трудом разлепила глаза и увидела над собой узкие человеческие глаза – всё остальное лицо было плотно укатано чем-то вроде шарфа. Человек что-то пробормотал на неизвестном мне языке и закрыл мою голову ещё одной меховой шкурой. Закрыла глаза, чувствуя как начинает медленно оттаивать лицо и провалилась в сон.

Джек

Крис с Сандрой расположились на чердаке. Тэш переписала заклинание, и мы вместе спустилась в гостиную.

Прозвучала последняя строчка заклинания и незамедлительно в замерцавшем воздухе появились бабушка Марго и Натали. Такого я ещё не видел в своей жизни, хотя и привык к волшебству.

Эпичное зрелище.

Женщины поздоровались с Тэш, я же, не дожидаясь, когда на меня обратят внимание, вежливо поклонился и поздоровался по-английски. Они обе присели в реверансе, совершенно не подав виду, что удивлены мне. Мы ведь ещё не были знакомы, но провести параллель между мной и Ланселотом не сложно. Он вырос моей копией.

– Мам, бабушка Марго – это граф… э-э-э… – Тэш замялась, не зная как правильно представить меня, и я сделал это сам.

– Граф Кроун д’Сьюфен де Жессан де Туолин.

– О, месье граф! – с удивительной радостью в голосе воскликнула по-французски бабушка Марго.

– Для вас просто Джек.

– Джек? Разве вы не француз?

– Француз, мадам. Джек всего лишь одно из моих имён.

– А у вас их много? – теперь уже и Натали встряла в наш разговор.

– Да. Родители когда-то нарекли меня Жаном, но вскоре мне пришлось отказаться от этого имени, во всяком случае… вне светского общества.

– Таня, ты ничего не хочешь нам объяснить? – Натали внимательно посмотрела на свою дочь. – Как этот почтенный граф оказался здесь? Что-то подсказывает мне, что он не принадлежит этому времени. Да и схожесть с Ланселотом… наводит меня на интересную мысль. И ты… явно вызвала нас не просто познакомиться.

– Ну, вы тут просто так оживлённо беседовали…

– Не томи, я тебя внимательно слушаю.

– Это муж Ка… ролины… – она произнесла имя сестры, запнувшись на первом слоге. Да, я помню – здесь она Катя, и все привыкли к этому имени.

– Что?

– Каролина де Туолин – моя жена.

– Объясните мне, как такое возможно?

– Можно я расскажу им всё по порядку? – спросила Тэш, не уверенно взглянув мне в глаза.

– Говори.

– Пожалуй, начну сначала. С событий двадцатилетней давности… Это было давно, но я помню всё как сейчас. Когда мы искали Сандру, нас забросило во Францию времён короля Людовика XIV. Долгое время я, Сандра и Света жили в неведении, что Каролина жива – мы потерялись при перемещении… Мы думали она погибла… Естественно, шансов вернуться домой без Каролины не было никаких, и со временем мы просто смирились. Варденмель – главарь одной из нищенских банд Парижа был… – она запнулась, как будто ей не хватило воздуха.

– Продолжай… – поторопила её бабушка Марго. На лице женщины отражалось живое любопытство.

– Я была его… – она опустила глаза, покосилась на меня и тихо продолжила, – любовницей… – можно было обо всем умолчать, но столько лет она всё это хранила в себе. Я уверен, что никто здесь не в курсе их приключений во времени. Во всяком случае, без подробностей. Я знал обо всем со слов Каролины, и было интересно выслушать другую версию. На мой взгляд, Тэш давно нужно было всё рассказать близким, чтобы не нести груз тайны на плечах, хотя, иногда тайны всё же должны оставаться тайнами. Лично меня факт того, что моя жена была замужем за другим, выводил из себя. Я не показывал этого Каролине, но ревность никуда не деть. Она принадлежала другому мужчине когда-то и это бесило меня, хотя я понимал, что так получилось не по ее прихоти, а по воле судьбы. Был ли у Тэш тогда выбор? Едва ли.

– Я всегда путешествовала во времени на короткий срок и никогда меня не покидала магия. Я боюсь представить, как вам пришлось тяжело. Другое время, страна, менталитет… и никакой поддержки. Ты влюбилась в него? – заключила Марго, но Тэш покачала головой и опустилась на предложенный мною стул.

– Я была его любовницей больше года. У меня не было выбора, – продолжила Тэш, благодарно кивнув мне и снова переведя взгляд на женщин. – Я и Сандра – мы обе. Он был хорош собой, силён и имел власть на «дне» Парижа. Я выбрала себе этот путь, потому что иного не видела. Можно сказать выбора у меня не было, мне нужно было выжить там, и это был не самый худший вариант. Света была с нами в банде не так долго – большую часть времени она находилась в наложницах какого-то восточного посла. Варденмель любил и меня и Сандру. Это было не так и плохо. Меня любили, защищали, и мне не нужно было больше бороться за свою жизнь. Любая наша прихоть выполнялась, даже самая безумная идея – он делал для нас всё. Мы боролись с остальными девицами, чтобы только мы были рядом с ним. Потерять место рядом с ним означало бы снова борьбу за жизнь, за существование. Мы были его фаворитками, любовницами и он, видя нашу борьбу за его сердце, любил только нас двоих…

Возвращаясь к Каролине… Так вот, один из людей Варденмеля, ещё в самом начале нашего пребывания на «дне» Парижа, рассказывал всем, что он повстречал на улице светскую девушку неземной красоты. Он описывал её как богиню с огненными волосами, большими красивыми глазами спелого ореха, прекрасной фигурой, обладающую грацией кошки и… никто ему не верил. Джакомо – так его звали – клялся, что он подарил ей своё кольцо, но над ним только посмеялись, а мы, конечно, не узнали в описываемой им девушке нашу сестру. Прошло много времени и, к тому же, мы считали ее если и не погибшей, то бесследно пропавшей.

И вот, через много месяцев, когда часть нашей банды, находилась у рынка, мы с Сандрой увидели Каролину. В лучах солнечного света, в необыкновенно-красивом платье, гордо вскинув голову, она шла под руку с Джеком. Когда мы с сестрой окликнули её, она, увидев нас, быстро исчезла. Столь стремительно, что мы не успели догнать её.

Но теперь мы знали, что она жива и находится в Париже. Люди Варденмеля по нашему приказу быстро вычислили, что она живёт в доме графа де Туолин. Хотя, домом это сложно назвать. Дворец здесь более уместное слово. Нашему гонцу она дала согласие на встречу и пригласила нас в свой дом. Мы пришли, но… между нами больше не было тех сестринских чувств, что были раньше. Она была холодна к нам…

– Вы пришли разрушить ее жизнь. Она знала это и не желала этого, – подхватил я, сверху вниз глядя на Тэш. Я не обвинял её ни в чем, лишь констатировал факт.

– Дело было не только в этом. Мы все очень изменились с того момента как попали в прошлое. Да и… я слишком была груба с ней в тот день. Я очень хотела домой. Она же наотрез отказалась перемещать нас обратно, и у неё было много причин на это. Каролина любила Джека и уже носила под сердцем его ребёнка, а заставить её вернуться сюда означало сделать её несчастной…

– Что вы и сделали, – я невольно нахмурился, вспоминая, что сам пережил в разлуке с женой.

– Но мы не думали тогда, на что обрекаем её! И… и у неё был выбор!..

– Не было у нее выбора. Ты знаешь это не хуже меня, – довольно резко возразил я. – Она не могла предать вас, не смотря на наши чувства.

Бабушка Марго ахнула:

– Она не могла…

– Могла. Мы заставили её сделать этот шаг, но ей каким-то образом удалось не потерять ребёнка при перемещении, – снова вздох удивления пронёсся между женщинами. – Каролина изменилась до неузнаваемости. Той девчонки, что я знала, больше не было. Ее глаза больше не горели огнем и улыбка померкла. Она всегда мечтала о пышной свадьбе, но вместо этого, втихую расписалась с Никитой – уверена, только ради ребенка. Она сделала всё для того, чтобы мы были уверены в том, что отец Ланселота Никита. Она активно занималась воспитанием сына, и мы только диву давались: как ребёнок в его возрасте может обладать таким умом, памятью и манерами. Уже в пять лет его манерам мог бы позавидовать любой человек из светского общества.

Ну а десять лет назад… Каролина погибла, уничтожив Повелителя. Во всяком случае, все мы так думали. К счастью, мать Никиты спасла её и отправила в мир Джека. У Каролины всегда были довольно напряжённые отношения с Сиринадиной, которой не хотелось видеть своего сына рядом с ведьмой. Я подробностей не знаю…

– Но как же вы оказались здесь, граф? – в нетерпении воскликнула Натали.

– Я ещё не договорила. – Тэш продолжила раньше, чем я успел ответить. – Итак, Каролина оказалась снова с Джеком. Десять долгих лет она не давала о себе знать. И вот, вчера утром всех нас постигло несчастье. Наших детей и детей Каролины, кроме Ланселота…

– У неё ещё есть дети?

– Да, трое. Два мальчика и девочка, я права? – она взглянула на меня и, получив удовлетворительный ответ, продолжила: – Их похитила Ледяная королева. Сын Алека и Сандры, обе дочери Светы и моя дочь – тоже в её руках. Каролина, конечно, этого не знала, но решила, что найти детей сможет только с помощью Властителей Магии. Она переместилась сюда вместе с мужем к нам за помощью и… вот поэтому он здесь.

– А где же сама Каролина?

– Она… без сознания.

– Что стряслось? Демон?

– Ледяная королева пыталась её убить. Ланселот тоже исчез, очевидно, решив найти сам эту ведьму.

– Чем мы можем помочь?

– Мы хотели узнать у вас: как можно разбудить Каролину?

– Никак. Если это ведьминское заклятие, а это оно и есть – вы её не разбудите. Такой сон может длиться годами. Но она может очнуться сама. Её может подвигнуть на это какое-нибудь сильное потрясение, или она найдет выход оттуда. Это сон, в котором ведьма находится как бы в двух местах одновременно. Своего рода в параллельных измерениях, но при этом до ее сознания можно достучаться.

– То есть? Она всё слышит?

– Должна. – Натали задумалась на миг и улыбнулась. – И вы действительно можете помочь ей. В гримуаре есть заклинание, с помощью которого можно проникнуть в её сознание. Выход из своего сознания она может искать годами, но в этом можно ей помочь.

– Я проникну к ней в сознание. Заколдуй меня, – решил я, поймав удивленный взгляд Тэш. А чего она ожидала? Что я позволю это сделать кому-то другому? Нет уж. Я должен убедиться, что она в порядке.

– Хорошо, как только я найду заклинание… – растерянно пробормотала Тэш. Поняла, что возражать не стоит.

– Мы пойдём тогда, может что-нибудь ещё узнать удастся. В том числе и о Ледяной королеве, – произнесла Натали и обе женщины растворились в воздухе.

– Иди пока к жене, я схожу за гримуаром и приду.

Я направился к выходу, по дороге перекинувшись фразами с Крисом, замершим на пороге гостиной. Стремительно взбежал вверх по ступеням, желая как можно быстрее отправиться на помощь жене.

Крис

Я вошел в гостиную и увидел, как побледнела Тэш. Да, я слышал каждое слово. Когда она рассказывала о своих «приключениях», она явно не предполагала, что её могут услышать. Что я могу услышать.

Я не собирался подслушивать. Но замер у порога, едва услышал ее рассказ о «приключениях» в Париже.

Внутри всё оборвалось. Болело так, словно кто-то вышиб из меня душу. Да, это было давно, но она… ничего не рассказала мне. И то, как она говорила о том, что была любовницей другого мужчины… С легкостью. А может… она и ко мне вернулась просто потому, что деваться было некуда? И наши чувства… давно не взаимны?

– Что-нибудь удалось найти? – предательскую дрожь в голосе ей не удалось унять.

– Да.

– И… что-то новое?

– Натали тебе всё рассказала. Сандра ищет ещё информацию, а я пришел к тебе с заклинанием, – я не мог сдержать рокочущий гнев внутри и в голос против воли вплелись рычащие нотки. Я никогда не ревновал её, но сейчас… призрак прошлого душил меня. Для меня не существовало других женщин с тех пор, как я встретил её, а она… не была только моей.

– Крис, я…

– Не надо, Таня, – нарочно назвал ее по имени, выделив его голосом. Хватит нежностей. Возможно, никаких «нас» нет слишком давно. – Объясни мне только одно: почему ты солгала мне? Ведь ты знала, что я люблю тебя больше жизни! Я никогда ни в чем не упрекал тебя! Но ты мне ничего не рассказала!

– Я не… – у нее на глаза навернулись слезы. Губы задрожали. Уууух! Да не нормально так любить женщину! Захотелось не выяснения отношений и правды, а впиться жестким поцелуем в любимые губы и забыться в ее объятиях. Напомнить ей и себе, что она только моя! Моя! Но кипящий гнев внутри вырвал наружу слова против воли:

– Ты была любовницей этого главаря банды, что постаралась скрыть от меня, и, к тому же, твоё присутствие в прошлом было куда дольше четырех с половиной месяцев. Я сходил с ума здесь. А у тебя оказалось всё просто…

– Крис…

– Кто же ещё делил со мной мою жену? – по любимым щекам лились слезы, а я не мог себя заставить замолчать. – Султан или, может, сам король?

– Принц… – с трудом выдавила из себя она. Удар под дых!

– О, чудесно! Ему ты, наверное, куда с большим желанием отдавалась, чем мне, – зарычал я, помнив сколько времени я лелеял ее чувства, и каждый раз плавился от того, как мило она краснеет, едва я только касаюсь её. И эта девочка просто спала с другими мужчинами! Я не был для нее единственным! Просто одним из!

– Пойми, у меня не было выбора! Я…

– Ты стеснялась меня, но не постеснялась стать любовницей других мужчин.

– Но, Крис…

– Не сейчас, – я протянул ей лист с заклинанием и сделал шаг назад. Сжал руки за спиной, боясь, что не сдержусь и просто раздавлю ее в своих объятиях. Но я хочу, чтобы она всё мне рассказала. Как есть. Хочу, чтобы она доверила мне то, что так долго скрывала. А дальше… ну что дальше? Думает, я ее отпущу? Черта-с-два! Но… прямо сейчас я не готов слушать. Иначе разговора не состоится. Она будет плакать, а я просто сорвусь, стирая ее слёзы поцелуями. – Я не готов сейчас с тобой разговаривать. Ни об этом. И не о нас, – я отвернулся и поспешил вверх по лестнице.

– Крис!!!

Но её голос растворился в тишине гостиной, эхом ударив меня в спину.

Тэш

Он ушёл, даже не выслушав меня. Да, Кошка была права: «…если правда когда-нибудь всплывёт, наши мужчины этого не оценят…». Они здесь изнывали от ожидания, а мы… выживали в другом мире, отдавая свое тело чужим мужчинам. Но никто не отважился тогда сказать, сколько времени все мы пробыли вне настоящего времени. Мы боялись реакции своих любимых мужчин, не хотели разрушить свою жизнь. И вот теперь прошлое всё может разрушить в одночасье.

Слёзы потоком хлынули из глаз, и я не могла уже остановить их. Они скатывались по щекам и крупными каплями капали на лист с заклинанием.

Он уйдёт от меня… оставит меня… Он даже не хочет выслушать меня… Ему не объяснить, что никто из нас не надеялся вернуться сюда, и только поэтому я… предала его. Да, именно так он и считает. Катюша была права, не надо было строить из себя недотрогу – всё было бы по-другому…

Я стерла слёзы рукавом пижамы и, судорожно вздохнув, пробежала глазами по строчкам.

Крис

Джек стоял у окна в комнате и что-то бездумно изучал на улице.

– Как ты?

Он обернулся на мой голос:

– Твоя жена должна найти заклинание, которое поможет мне проникнуть в сознание Каролины.

– Я нашел его и отдал ей. Уверен, что готов пойти на это?

– Судя по тому, что я понял, она там в другом мире и сможет проснуться, только тогда, когда найдёт выход оттуда. Я не могу оставить ее там одну.

– Ты можешь застрять там вместе с ней.

– Мы выберемся. Ты ведь не оставил бы свою жену там?

– Да, ради нее я готов на всё, – и я не врал. Я люблю ее больше жизни. Даже сейчас, после того, что узнал. Больно, да, но жизнь без нее вообще не имеет смысл. Я взъерошил свои волосы и улыбнулся, глядя на Катюшу, желая сменить тему. – Ни минуты покоя, да? Она никогда не могла усидеть на месте. Всегда всех защищала и влипала в истории. Вот и сейчас… влипла.

– За годы, что мы вместе всевозможные неприятности следуют за ней по пятам. Её ни единожды похищали. За моей головой охотятся, знают прекрасно, что она моя жена и, тем не менее, она опрометчиво суёт свой маленький носик туда, где его просто могут откусить. Не помогают ни замки, не охрана. Ведьму не заточить, – его губ коснулась улыбка. Такая теплая, что в ней я без труда прочел, насколько сильны его чувства. Не поддельны.

– Да. Запереть её – всё равно, что обречь на гибель.

– Её хоть на тысячу замков запирай и делай тысячу предупреждений, она всё равно сбежит и с головой нырнёт в неприятности. Хотя, дважды она спасала мне жизнь своим стремлением к приключениям. Ей ни единожды приходилось управлять моим кораблём, потому что перемещаться ко мне она не могла – слишком рискованно для нашего времени. Она и без того жена пирата, а если станет ещё известно, что она – ведьма… Однако, должен сказать: она – отличный капитан корабля, как будто рождена для этого, – он говорил о моей «сестренке» с такой гордостью, что у меня на душе стало невероятно тепло. Да, Никита любил и любит её, но она выбрала Джека и не прогадала с истинностью его чувств к ней.

– Всю жизнь она мечтала стать пираткой. Романтизация пиратов в ее любимых книгах с юных лет заставляла ее мечтать о невозможном, – я усмехнулся и добавил: – Судьба к ней благосклонна.

– Я благодарен судьбе за то, что она подарила мне её…

Дверь открылась и в комнату вошла Тэш.

Мое сердце пропустило удар.

Я надеюсь, что я причина ее слез (никогда не хотел, чтобы это случилось!), ведь если это так… значит, не всё потеряно. Есть большой шанс, что прошлое осталось в прошлом, а любовь ее не поддельна.

Прижимая к груди лист с заклинанием, она, стараясь не поднимать головы, опустилась на кровать и тихо произнесла, стараясь сделать всё, чтобы не дрожал голос:

– Ложитесь, пожалуйста, рядом с ней. Я погружу вас в сон, но вы сможете слышать нас и отвечать нам…

– Что-то случилось? – Джек напрягся, чувствуя её резкую перемену настроения.

– Нет, всё в порядке. Соринка в глаз попала… – она бросила быстрый взгляд на меня и тут же снова опустила голову.

– А… Хорошо, – он посмотрел на меня и понимающе кивнул. Понял, что за буря пронеслась над её головой, вероятно, потому что видел меня на пороге гостиной почти с самого начала их разговора с призраками Натали и бабушки Марго.

Джек лёг подле жены, ожидая дальнейших указаний.

– Если вам понадобится помощь или вы найдёте Катю… Каролину, я хотела сказать, сразу дайте нам знать, хорошо?

– Да, конечно.

– Пока вы будете находиться в её сознании, мы постараемся понять, как вам найти выход. Ну, готовы?

– Готов, – он закрыл глаза и взял за руку Катюшу. – Всё будет хорошо…

Тэш выразительно прочитала заклинание и перевела взгляд на графа. Джек погрузился в сон.

Теперь мы остались наедине. У нас есть время до того, как Джек перейдёт из своего сознания в сознание жены. Это процесс не ежесекундный и займет некоторое время. Что ж. Я готов поговорить. Но не здесь.

– Крис…

– Пойдём, – я не мог смотреть на неё. Кивнул ей на дверь и вышел в коридор.

Войдя в нашу спальню, остановился у окна и предложил ей присесть. Она хотела подойти ко мне, но, поймав мой хмурый взгляд, покорно опустилась на кровать напротив меня. Я всё ещё сердился на неё.

– Крис, я…

– Подожди минутку, можно я скажу? Ты уже много сказала, – получив в ответ нерешительный кивок, я продолжил: – Ты… принадлежала другим… Только от одной мысли об этом, мне хочется рвать и метать… Но ты не была мне тогда женой, и я не в праве был тебя заставлять становиться ею. Я всегда считал, что ты любишь меня, и теперь не знаю, какими мотивами ты руководствовалась, когда сказала «Да» в ЗАГСе. Может, у тебя опять «не было выбора». Мне трудно понять: как могла ты солгать мне и скрыть, что судьба распорядилась так, что вынудила тебя стать любовницей других мужчин. Хотя, не знаю, как вообще такое возможно. Может, я чего-то не понимаю… Мне не дают покоя твои слова: тебе нравился этот главарь Парижской банды, ты боролась за место рядом с ним…

– Но я люблю тебя!

– Молчи! – я не смог стереть с лица маску боли. Эти три слова прямо ножом прошлись по сердцу. – Я знаю, что вы хотели защитить Катюшу от лишних разговоров, но… тем не менее, она и без того себя защитила. Никто из нас до вчерашнего дня понятия не имел, что отец Ланселота не Никита и, собственно, это вообще не наше дело. Я чувствовал, что ты очень изменилась и понимал, что так измениться за такой короткий срок не возможно. Ты вернулась другой. Вы все. Факты были против вас, но… Ты не желала ничего рассказывать, и я решил, что, возможно, на то свои причины и никак не мог предположить, что причина твоего молчания – измена. А теперь… я не знаю, что делать… У меня горит всё внутри. Ты – моя и я никогда не допускал даже мысли, что кто-то другой коснётся тебя, будет владеть тобой.

Она смотрела на меня и по щекам беззвучно катились слёзы. Так она никогда не смотрела на меня. В глазах отражался поистине животный страх. Она боится меня? Или того, что я случайно узнал? Или чего-то ещё?

– Можно я расскажу тебе, как всё было?

– Почему не рассказала раньше?

– Я боялась.

– Боялась?

– Да. Я всегда жила в страхе, что могу потерять тебя. Когда ты попал в аварию и мне сказали, что ты погиб… Я готова была последовать за тобой… И мне всегда казалось, что я… не заслуживаю тебя… – это признание едва не заставило меня подойти к ней и хорошенько встряхнуть. Что за глупости посещают эту хорошенькую головку? Не заслуживает меня! Что за бред?! – Мне давно хотелось рассказать о том, что было… но я не могла… – она шмыгнула носом и опустила взгляд.

– Рассказывай, – я не сдержал вздоха. Если ей будет легче – пусть выговорится. Может, и мне станет легче. Я хочу знать правду. – Как есть, без прикрас. Больше никаких тайн.

– Когда мы попали в прошлое, мы не сразу очутились все в одном времени. Нас раскидало по разным эпохам: Катюша попала к амазонкам – в мир, где люди ещё были сущими дикарями и верили в языческих богов; Кошка очутилась в семнадцатом веке, попала в руки к работорговцам и была продана в наложницы восточному послу, а я очутилась посреди пустыни в пятнадцатом веке. Вокруг ни души на многие километры – только раскаленное солнце и бесконечный песок. Это страшно. Я шла по песку до тех пор, пока не оказалась у ворот огромного белоснежного дворца. А затем я очнулась уже на кровати в роскошных покоях. Я была в беспамятстве несколько недель. Жара, солнце и песок разъели царапину на моем плече, и лекарь делал всё, чтобы сохранить мне руку и жизнь… Ты знаешь, у меня и шрам остался на плече… – она машинально показала мне плечо, приспустив шелковую рубашку. Проследил взглядом и едва снова поборол желание сжать ее в своих объятиях. Замолчала, не сводя с меня глаз. А я не сдержал улыбки, хотя и поспешно спрятал ее.

– Я отлично знаю каждый шрам на твоём теле, – снова нахмурился, не желая, чтобы она видела мою мягкость. Не сейчас. Скрестил руки на груди, больше для того, чтобы не распускать их. Ладони горели от желания коснуться шелковистой кожи.

– Я не пытаюсь давить на жалость, но тогда я едва не умерла… Меня нашли у ворот люди Карима – принца Османской Империи и отнесли в его дворец. Меня лечили лучшие лекари султана Селима, и я осталась жива только благодаря их стараниям. У Карима не было гарема или жены, его возраст ещё не позволял ему этого. Он влюбился в меня. А я… осознала, что бежать оттуда невозможно, да и куда? Как? Вокруг на многие километры тянется пустыня. Все входы и выходы во дворце охраняются круглосуточно. Никто не помог бы мне из страха за свою жизнь. Побег или пособничество в этом карались смертью… Я отчаялась оттуда выбраться. Надежды, что сестры найдут меня не было совсем. За пределы дворца я не выезжала, и никто никогда не узнал бы, где я. Карим сделал меня своей первой женой, изменил имя. Полгода я жила там и заправляла хозяйством, но потом принцу исполнился двадцать один год и отец пообещал подарить ему наложниц из своего гарема. Карим уехал и вскоре вернулся с девушками. Тогда я ещё не знала, что две из них мои сёстры. Я видела рыжую красивую девушку, совсем не похожую на Катюшу лишь со спины. У меня и в мыслях не возникло, что это может быть она! Так уж вышло, что мне не удавалось увидеть её лица. Карим был пленён ею, а я… боялась потерять своё высокое положение, – она всхлипнула, закусила губу, на миг замолчав. Ей давался нелегко рассказ, но почему-то я был уверен, что она говорит чистую правду. – Я не любила его, но сделала этот выбор, чтобы выжить. Отказать принцу Османской империи не мог никто. Ни я, ни Катя не показывали друг другу лиц достаточно долго, пока однажды я не застала ее с Сандрой в саду, с открытым лицом. Мы не знали, что Кошка находится в другом времени, конечно, но, едва коснулись друг друга, стало ясно, что это наша не последняя точка во времени.

Во время перемещения во времени Катюша потерялась, и мы оказались в ночном Париже вдвоём с Сандрой. Одежды женщин гарема совсем уж не предназначены для прогулок в таком месте, а я… вообще была только в нижней сорочке. Бредя по тёмной улице, мы случайно наткнулись на Варденмеля – короля воров Парижского «дна», главаря одной из Парижских банд. Мы бросились бежать, но нас окружили, схватили и доставили к нему в башню. Мы бились за себя, но силы были не равны… Нас отвели в его покои, и уже там он расспросил нас о том, кто мы такие и откуда взялись. Мы назвались вымышленными именами и сообщили, что бежали от работорговцев. Был ли у нас выбор? Нет, не думаю. Найти в огромной стране сестёр, не зная имен которыми они могли назваться и лишь по описанию внешности… без чьей-либо помощи не возможно и мы решили остановиться в этой банде, надеясь на их помощь. Бродягам больше доступно для поиска, ведь их никто не замечает… Это был очередной капкан.

А Варденмель… – она пожала плечами и вздохнула, – он мужчина. Он сразу дал понять, что спать мы с ним не обязаны, но тогда должны как-то «зарабатывать» и приносить доходы в банду. Мне было тяжело смириться с новым положением, но и идти было некуда. Без денег, приличной одежды… можно было попасть только в другую банду или бордель. В приличный дом обслугой бы не взяли, точно так же как и в любой приличный трактир. Мы не знали город, обычаи, людей… да мы даже не знали по началу какой год! Со временем, конечно, мы смогли бы уйти… но нас не отпустил бы Варденмель.

Сандре главарь приглянулся сразу, и она без угрызений совести отдалась в его власть, став его любовницей. Я решила, что лучше буду как остальные, училась воровать, но получалось не важно. Меня дважды ловили и отправляли в тюрьму. Там таким остригали волосы, стегали плетью, а затем – несколько дней в камере и снова отпускали на свободу. Варденмель не давал своим людям чахнуть в тюрьмах и платил за освобождение. Я пыталась наняться к кому-нибудь на работу, но везде меня гнали как… оборванку… а, может, и Варденмель позаботился, чтобы меня никуда не взяли. Этого я никогда не узнаю.

По просьбе Сандры Варденмель отправил своих людей на поиски Катюши, но они не нашли ни одной девушки, похожей на наше описание. Ее следов не было ни среди нищих, ни среди богачей. К светским людям тяжело подобраться, но им это удалось. Ни Катю, ни Свету они не нашли. По-видимому, Катюши тогда ещё не было в Париже. А Кошка… была наложницей посла, а туда подобраться не просто…

– Тебе ведь тоже понравился этот Варденмель, и поэтому ты легла в его постель… – я не смог скрыть рычащих ноток в голосе и внимательно следил за ее реакцией.

– Нет! – воскликнула Тэш, бешено замотав головой. Обхватила себя руками, стиснув пальцы так, что они впились в кожу, а костяшки побелели. – Да, он был не плох собой, но причём тут это? Ты – мой любимый мужчина и в моем сердце не было никогда других. А он… он с тех пор как увидел меня смотрел на меня не так, как на других. Я не дура, я знала, что ему нужно. Он предлагал мне всё – разделить с ним власть, деньги, пытался дарить драгоценности, но я их все отвергла, понимая к чему это приведёт. А потом он просто устал ждать. Точнее не так. Он вовсе не хотел ждать. Сказал мне, что если я не покорюсь ему, он выгонит меня, отдаст своим людям на «потеху» и никто больше не будет так мягок со мной, как он. Я отказалась, а он дал мне сутки на размышление. Целую ночь я не сомкнула глаз, пытаясь придумать, что можно предпринять, но ведь кроме Сандры у меня никого не было, и деваться тоже было некуда – в голову ничего не приходило. Утром он спросил меня, что я решила, и я снова отказала. «Хорошо, – сказал он, – у тебя есть ещё одна ночь, но не на раздумья. У тебя больше нет выбора. Я приду за тобой сегодня, и ты не посмеешь отказать мне… Твоя сестра оказалась куда более покладистой, но мне нравятся строптивые женщины. Я хочу тебя и ты будешь моей…».

И он пришёл поздней ночью. Я ждала этого, и знала, что отвергну его вновь. Я надеялась, что его слова останутся лишь угрозой, и он не посмеет меня отдать своим людям. Снова я отказала ему, ударила, когда он посмел силой поцеловать, но он, взбешённый моей непокорностью, схватил меня за волосы и выволок из комнаты. «Эй, бродяги! Эта крошка ваша, я хочу, чтобы вы все развлеклись с ней как следует этой ночью…», – он ушёл к себе, захлопнув дверь прямо у меня перед носом. Они надвигались на меня, алчно протягивая руки, что-то безумно бормоча под нос, и мне стало дурно. Прости, Крис, я предпочла его объятия, нежели быть изнасилованной всеми этими грязными оборванцами. Я закричала и заколотила кулаками в дверь, за которой он скрылся. Когда на меня накинулся первый из бродяг, разрывая одежду, я так завопила, что сорвала голос. Я никогда не испытывала такого страха. Я вжималась в дверь и отбивалась от них как могла. Дверь распахнулась внезапно, и он рывком поднял меня на ноги. «Пошли прочь, с вас и этого хватит!.. – рявкнул он, и захлопнул дверь, втащив меня внутрь своей комнаты. Я лежала на полу, в истерзанной одежде и плакала. – Ты покоришься?». И я кивнула. Больше всего на свете я боялась опять вернуться за дверь, и очутиться в их лапах… Мне было страшно как никогда… – Тэш закрыла лицо руками и, не в силах больше рассказывать, заплакала навзрыд. – Прости меня, Крис… Прости меня… если… сможешь… Я знаю, что причинила тебе боль, но я… не хотела… Не бросай… меня…

– А кто сказал, что я тебя брошу? – мои брови изумленно взлетели вверх. Ну что за манера себя недооценивать?

– А… разве… н-нет? – размазывая слезы по лицу, Тэш подняла на меня глаза. Всё, терпению моему пришел конец. Я не хотел, чтобы она плакала из-за меня. Любимые глаза должны светиться от счастья, а не излучать горечь и страх. Медленно направился к ней.

– Нет. По крайней мере, за все годы супружеской жизни ты ни разу не была замечена в измене… Хотя… меня сводит с ума одна лишь мысль, что твоим телом владели другие мужчины!

– Я не изменяла тебе! – закричала она и хотела вскочить на ноги, но я не дал. Опустился на корточки перед ней, глядя в глаза. Взял дрожащие холодные ладони в свои.

– Я люблю тебя больше жизни. Ты же знаешь это. Ты самое дорогое, что у меня есть. Что за глупости ты вбила в свою голову, что недостойна меня? Романов перечитала? – я нахмурился, легко поднял её и усадил себе на колени, опустившись на кровать. Мои губы впились в её, соленые от слез, и я готов был завалить ее прямо сейчас на постель и выбить всю дурь из ее головы. – Ты – моя! Ни за что на свете я не отдам тебя никому. Мне больно было узнать об этом всем… но ещё больнее знать, что ты сделала это, потому что отдать свое тело в чужую власть, было единственным шансом выжить.

– Я так тебя люблю, Крис!..

– Знаю, родная, – я гладил ее по волосам, как наркоман, вдыхая любимый запах. – Видит Бог, сейчас у меня только одно желание – любить тебя мучительно долго, сгорая от наслаждения твоим телом. Но сейчас у нас нет на это времени, детка. Пойдём, мы должны ждать сообщения от Джека.

Джек

Я открыл глаза и в удивлении застыл. Бескрайние снежные просторы окутывали всё вокруг. Ветер немедля пробрался под одежду, впиваясь в кожу ледяными иголками. Заметив вдалеке слабое мерцание света, вероятно от пламени костра, и тонкую струйку дыма, тянущуюся вверх в небо, я быстро зашагал в ту сторону, надеясь наткнуться на людей. Поиски с чего-то надо начинать.

– Джек! – женский голос эхом пронёсся надо мной, и я невольно вздрогнул, на секунду забыв где нахожусь.

– Я не нашёл её, – ответил немедленно, чувствуя, тем не менее, полный абсурд своих действий – по сути, я разговариваю сам с собой. – Тут очень холодно, повсюду снег…

– Снег? – Тэш не поверила собственным ушам, но потом поразмыслила и спросила: – А ты одет в ту же одежду, что и был?

– Конечно.

– Тогда… Сейчас я попробую передать теплую одежду.

Тэш

Я достала из тумбочки блокнот с ручкой и постаралась успокоиться, чтобы мысли не прыгали. Пробежала глазами по строчкам заклинания, которым отправила Джека в сознание Катюши.

– Что ты делаешь?

– Подожди… сейчас. – закусила на миг ручку, а потом набросала на листке несколько строк.

Перечитала. Подправила. Так. Попробуем с рук.

Джек

– Спасибо, рукам уже тепло, только это мало поможет! – я потёр друг об дружку руки, закутанные в тёплые варежки. Пальцы успели закоченеть.

– Прекрасно!.. Сейчас!

Через несколько минут я был полностью одет в не привычную для меня, но довольно удобную, а главное тёплую одежду.

– Спасибо!

– Сообщи нам сразу, как найдёшь жену.

– Я помню, зачем я здесь. Между прочим, потрудитесь, пожалуйста, одеть мою жену. Если она в этом жутком холоде находится в полуголом виде ей вряд ли тепло.

– Ой, и, правда!..

Решив пока прервать беседу с сестрой жены, я продолжил путь к возможному источнику огня, где должны были быть люди. Довольно быстро преодолев разделяющее нас расстояние, я остановился у костра, ярко пылавшего возле маленькой хижины, судя по всему, главным образом расположенной под землей, потому что на поверхности была только низкая крыша.

Прежде чем я успел подойти к входу в неё, оттуда появился человек, закутанный в такое количество одежды, что был похож на небольшого медведя. Из-под его меховой шапки виднелись лишь два тёмных узких глаза. Он задал вопрос на неизвестном мне языке и уставился на меня, явно ожидая ответа.

– Простите, я не понимаю вас, – признался я по-английски, сопровождая свою речь жестами.

Тот сразу же задал вопрос на английском языке, коверкая окончания, но всё же доступно для понимания:

– Твоя англичанин?

– Да, а… – не дав мне продолжить, в мой адрес полетел новый вопрос:

– Твоя искать женщина?

– Да! Я ищу жену, её похитили у меня. Вы видели её?

– Она всё время бредить и говорить имя мужчины-англичанина. Как твоя звать?

– Джек…

– Да, она называть твоя имя. Идти за мной, холодно.

Я едва сдержал эмоции радости и готов был оттолкнуть человека и броситься в хижину. Она здесь! Я нашел её! Так быстро!

Мы вошли в хижину, стены которой были сделаны изо льда и обтянуты шкурами. Внутри было удивительно тепло. Человек, следовавший впереди меня, продолжал говорить, как будто ему очень давно не доводилось разговаривать с людьми, и он просто-напросто боялся забыть, как это делается:

– Женщина сильно замёрзнуть. Мало одежда, а улица очень холодно. Если бы собаки моя брат не найти, она умереть. Она болеть и крепко спать.

Повернув за угол одной из стен, человек остановился и принялся стягивать с себя одежду.

– Надо снять одежда. Тепло.

Я покорно последовал его примеру, хотя больше всего мне хотелось броситься, не мешкая к жене. Женщина в бреду, называвшая мое имя просто не может быть кем-то другим.

– Пойдём сюда.

Свернув в одну из комнат, я был не мало удивлён. Она довольно большая, одна её часть отгорожена занавеской из шкур, с другой стороны находилась своеобразная дверь, ведущая, очевидно, ещё в одно помещение. В комнате находилось ещё трое мужчин и три женщины. Человек, сопровождавший меня, негромко позвал кого-то:

– Отрея!..

Из-за занавески, сжимая в руках глиняную миску, появилась женщина и направилась к нам. Они о чём-то переговаривались с моим провожатым. Мне же приходилось терпеливо ждать.

Вот, наконец, женщина кивнула мне головой, маня за собой, и поспешила обратно за занавеску.

Там, на кровати из шкур я нашел жену. Без сознания. Ее бил озноб, и кожа покрылась испариной. Женщина склонила перед кроватью колени и положила ей на голову компресс.

Я опустился рядом, чувствуя в сердце облегчение от того, что всё-таки нашёл жену, да ещё так быстро. Она жива! Жива! Это главное, а с болезнью она справится.

– Как она?

– Она поправится, – произнесла женщина по-английски и одарила меня очаровательной улыбкой. – Ей нужно время. Она сильно замерзнуть. Ей повезло, что мой муж найти её.

– Спасибо вам…

Тэш

Громко хлопнула входная дверь, и мы с Крисом переглянулись. Прежде, чем мы успели выйти в коридор, на пороге появился Руслан – муж Кошки. Вид у него был разъярённый и, если быть точной – невменяемый: глаза лихорадочно блестели, лицо покраснело от гнева, волосы торчали в разные стороны, на виске пульсировала жилка, а плотно сжатые кулаки не предвещали ничего хорошего.

Он сразу же ворвался в эту комнату, словно почуяв где мы. А ведь он не знает о том, что Катюша вернулась и жива… Или Света сказать успела? Хотела, вроде, сказать об этом лично, а не по телефону. Впрочем, у Руслана всегда был нюх где кого искать. Своих девчонок он безошибочно находил в любой точке Питера.

Не глядя на лежавших на кровати, он тут же накинулся на нас. Я совершенно не понимала причину его состояния. Муж заслонил меня от разъярённого мужчины. Я его столько лет знаю, но от такого взгляда… прямо мурашки по коже!

– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?!

– Наших детей похитила ведьма… – начал Крис, но его тут же прервал ещё более разгневанный голос:

– Тогда почему я узнаю об этом последний?! Что за хрень здесь творится? Почему моя беременная жена чёрт знает где носится, а я, находясь вообще в другой стране, случайно узнаю о похищении моих детей от Алека? Даже не от жены!

– Кошка – беременна? – ошеломлённо выдохнула я из-за спины Криса.

– Да, она ждёт ребёнка! Ещё только лишь первый месяц, но… Чёрт бы побрал вашу ведьмовскую семейку! – в отчаянии воскликнул он. – Ну почему вы не можете жить как все нормальные люди? Убили этого Повелителя, ну так живите теперь спокойно… Ну куда вы ещё ввязались? – его лицо медленно переставало пылать, глаза стали блестеть как будто от слёз. Он опустил голову, потирая рукой лицо. Ой! Таким я его ещё не видела. Но и ворчать на меня не позволю.

– Мы никуда не ввязывались! – я, наконец, вышла к нему навстречу. – Мы сами ничего не понимаем… Катюша говорит, что эта ведьма мстит нам. Мы пока не знаем, как её найти и победить, но точно знаем, что наши дети нужны ей и она их не тронет. Дочь Катюши может создавать вокруг себя защитное поле и, таким образом, ведьма не может подступиться ни к кому из наших деток. Пока что…

Руслан поднял голову и вопросительно посмотрел на неё:

– Дочь Катюши? Ты о… – его взгляд упал на кровать и он не сдержал невольный возглас: – Вот, чёрт! Это… это…

– Это Катюша, Руслан. Как видишь, она жива и… вернулась к нам за помощью.

– То есть… А кого же мы похоронили?

– Не знаю, но факт в том, что без неё мы ничего не сможем сделать. Ланс исчез, отправившись, очевидно, в погоню за этой ведьмой. Она пыталась убить мужа Катюши, но у неё этого не получилось. Ведьма попала в неё заклятием, и теперь она блуждает где-то во сне…

– А это кто? – он кивнул на графа де Туолин.

– Это Джек, её муж. Первый муж. Долгая история, но поверь, что это правда. Я отправила его в сознание Катюши, чтобы он помог ей отыскать оттуда выход и прийти в себя…

– Всё чудесатей и чудесатей… А что должны делать мы?

– Ждать. Другого выбора у нас нет. А пока… я предлагаю пройти в кухню. Ты, должно быть, только с самолёта?

– Да.

– Ну, вот и прекрасно. Прости, но выглядишь ты дико. Тебе нужно отдохнуть и поесть.

– Я не хочу… Где моя жена?

– Как ты соизволил выразиться: «…чёрт знает где носится». Если быть точной – занимается нашей общей проблемой.

Бабах!

– Да, похоже, скоро нам придётся менять входную дверь, – произнесла я, нервно улыбнувшись, и вышла в коридор.

Мужчины последовали за мной, тихонько прикрыв за собой дверь.

Внизу в холле на банкетке у входа сидела Кошка. Она стягивала с ног сапожки и разговаривала сама с собой:

– Ну чем тут можно помочь?.. Ланс исчез, Катюша без сознания… Я сказала же – нет! Вы просто не понимаете… А если что-то случится?.. Да со мной-то что случится?!..

– В твоём положении вообще положен полный покой. Врач же сказал тебе – без фанатизма! – не выдержал Руслан, и его лицо осветила улыбка, отчего-то сделавшая его лицо ещё более устрашающим.

Кошка с радостным визгом вскочила на ноги, послышался хруст и она, не устояв на ногах, рухнула на пол. Каблук был безвозвратно сломан. Руслан, ахнув, метнулся к ней и стремительно подхватил на руки:

– О, господи! Ты же себя так убьёшь!..

– Ну, ничего же не случилось…

– Прости, дорогая, но тебе уже не двадцать лет и тебе надо беречь себя…

– Я что, по-твоему, старуха уже?! – она возмущённо уперлась руками в его грудь. Нахмурилась.

– Да нет же, ты молода и красива, но, согласись, в твои годы…

Почувствовав, что Руслан сейчас доведёт Светку до бешенства, что очень не редко случается, когда кто-нибудь задевает её возраст, я немедля встряла в их разговор:

– Кошка, он имеет в виду, что в твоём положении тебе надо быть как можно более осторожной. Согласись, всё-таки, двадцать лет назад мы были намного здоровее, чем сейчас. А ты беременна!

– Но…

– Всё, хватит спорить. Нам всем надо поесть и отдохнуть, а заодно ты расскажешь нам, что узнала.

– Русланчик, а ты… давно прилетел?

– Сразу как узнал о случившемся. Надо было бы тебе рассказать мне. Ты так не считаешь?

– Прости, я боялась, что ты рассердишься.

– Ещё больше я рассердился, что моя жена ничего не сообщила мне. Больше так не делай.

– Хорошо… Ой! Прости, я забыла!

Руслан бережно опустил её на банкетку и стянул сапожок с ноги.

– О чём ты забыла?

– Я… разговаривала с эльфом. Вылезай, Нэльс. И не жужжи мне больше в ухо!..

Тут же из её волос вынырнул крохотный человечек с прозрачными крылышками за спиной и приземлился на плечо Кошке. Его маленькую головку обрамляли короткие светлые волосы, чуть удлинённый нос причудливо вздрагивал, как будто принюхивался, заострённые ушки были словно чересчур большие для него, а огромные синие глаза, не мигая, смотрели на людей, окруживших его. Он похож на тех эльфов, что всю жизнь окружали Ланса, но, пожалуй, раза в два меньше их. У них, как и у людей, тоже есть свои отряды, расы и поэтому некоторые из них значительно отличаются от других, а иных даже и эльфами назвать сложно.

– Я не жук, чтобы жужжать! – обиженно пискнул он, бросив сердитый взгляд на Кошку.

– Прости меня, Нэльс, я не хотела тебя обидеть.

– Если бы Вы так много не делали для нас, я бы обиделся. Я хоть и маленький, но гордый и похрабрее любого великана!

– Мы говорили уже об этом. Ты хоть и храбрый, но…

– Но ведь так не честно! Они… все они трусы! – пропищал он, гневно сверкая крохотными глазками.

– Ты должен понимать, что почти все они боятся полного истребления вида. Твой отец совершенно правильно сказал, что она способна на всё и поэтому мало кто осмелится идти воевать с ней. И потом, её нельзя убивать…

– Да знаю я! И, тем не менее, нас много и мы можем… мы можем похитить у неё юных Властителей Магии.

– Для этого её ещё нужно найти. Я отправила на разведку двух моих существ и перелётных птиц. Ты ведь знаешь, что не отказались помочь многие животные, на нашу сторону так же встали гоблины, лесные нимфы, леприконы и лешие. Да, мало, но…

– Эльфы тоже должны сражаться!

Кошка мгновение молча смотрела на Нэльса, потом вздохнула и покачала головой:

– Хорошо, дело ваше, но я прошу тебя постараться не лезть на рожон. Она очень могущественная и с ней очень опасно связываться…

– Вы забываете, что эльфы тоже обладают магической силой. До встречи, Матушка!.. – и он, перекувырнувшись в воздухе через себя с глухим звуком «Чпок!», исчез.

– Я предлагаю всем отправиться на кухню, а потом мы будем поочередно дежурить у постели Катюши, – я взглянула на часы и, мельком обведя всех взглядом, добавила: – Скоро Алек с Сандрой должны появиться. Надеюсь, им будет что рассказать. Я так понимаю тебе больше нечего добавить, Светик?

– Ну да. Большинство отказалось нам помогать из страха перед Ледяной королевой, и, естественно, никто не знает, как вывести Катюшу из сна. А… где Джек?

– Мы погрузили его в сон и отправили к ней в сознание. Надеюсь, он найдёт её и поможет найти выход из её сна.

– Дурдом!.. Осталось теперь ещё и Джека оставить там навечно. Нужно было отправиться кому-нибудь из нас, – нахмурилась Кошка, явно не довольная тем, что спасать сестру отправили человека, не обладающего магическими способностями.

– Нет, самый оптимальный вариант – её муж. Любой из нас может пригодиться здесь. Он справится.

Кошка закусила нижнюю губу и вдруг тихо промолвила:

– А что если она… умрёт?

– Кто – Катюша? – я вопросительно вскинула брови. Получив в ответ утвердительный кивок сестры, я грустно улыбнулась: – Один раз мы это уже пережили… и больше я не позволю умереть ей. Десять долгих лет я верила, что однажды она вернётся… Она самый великодушный человек, которого я когда-либо знала. Клянусь, за то, что сделала ей я, я бы на её месте меня не простила никогда. Я отняла у неё человека, которого она любила больше собственной жизни…

– Ты так и не перестала винить себя за это… – пробормотала Кошка, не сводя с меня зелёных как изумруды глаз, и порывисто обняла, поднявшись на ноги. – Ты не виновата, мы все просили её вернуться, помочь нам…

– Все, но не так требовательно как я. Именно я заставила её сделать это. И смерть её была не случайной. Я уверена, она сумела бы спасти себя, но просто не хотела этого. Она не боялась о смерти…

– Бр-р! Девочки, давайте о чём-нибудь другом поговорим? – Крис вздрогнул и невольно поёжился.

– Я не могу позволить ей умереть снова, Кошка, – я говорила сбивчиво, как будто вспоминая заготовленную речь. Кулаки невольно сжались, и ногти буквально впились в кожу. По щеке покатилась слеза. – Сейчас, увидев её матерью четверых детей, она что-то затронула в моей душе. Она счастлива. А я поняла, что её молодость – это безграничное счастье того, что она – мать и находится рядом с любимым мужчиной. Мне кажется, она как будто рождена для этого и даже годы не властны над ней… Она… – внезапная боль буквально пронзила тело. Я охнула и пошатнулась. Почувствовала, как Крис подхватил меня на руки.

– Должно быть, ты перенервничала… – прошептал Крис и, опустив меня на банкетку, в ужасе воскликнул, разглядывая собственные руки: – Боже, что это?

– Кровь… – Кошка закрыла ладонью рот, подавив крик, рвавшийся из груди.

– Господи, она истекает кровью! Что происходит?

– Я не…

Внезапно Кошка, не договорив, опустилась на колени и застонала от боли. На спине, под тонкой кофточкой проступали длинные пятна крови. Руслан склонился над женой, побледнев не меньше Криса, который уже громко звал Сюзони.

Горгульи мгновенно спустились со второго этажа и бросились к нам.

– Что с ними?

– Они вдруг упали и… вот…

– Сделайте что-нибудь! Помогите им!

Ловкие руки Сюзони стянули с меня верхнюю одежду и она, быстро осмотрев, ошеломленно забормотала:

–Я ничего не понимаю… Это… кровоточат старые раны.

– Но моя жена никогда… – Руслан принялся что-то бормотать, но внезапно Кошка остановила его:

– Эти раны… были получены нами… в прошлом… Во время нашего… последнего перемещения…

Стянув намокшую от крови кофточку с жены, Руслан с непритворным гневом воскликнул:

– Тебя что – били?

– Да… это следы от хлыста… я была наложницей в гареме посла… Я не хотела… принадлежать ему… но такие как он не терпят… сопротивления со стороны… женщин…

– Что застыли?! Быстро тащите сюда тёплую воду и бинты! – закричала Сюзони, заставив обоих мужчин вскочить на ноги.

– Почему это могло случиться? – тихо спросил Кароль.

– Я думаю, это всё проделки Ледяной королевы. Она очень могущественна… Им будет тяжело справиться с ней…

Крис пытался исцелить нас, но тщетно. Раны не поддавались магии.

Когда нас обеих перевязали бинтами, входная дверь снова с грохотом распахнулась. На пороге появился Алек с бессознательной Сандрой на руках. Он был весь перепачкан кровью. Сандра… казалось, на ней не было живого места. Пожалуй, она была в ещё более худшем состоянии, чем мы. В прошлом она была ранена людьми из шайки Большого Гло, враждующей с шайкой Варденмеля, после чего долгое время поправлялась. Ей были нанесены страшные раны в голову, были изрезаны руки и ноги. Теперь же кровоточили не только шрамы, но и порезы, оставшиеся бесследными.

Кароль бережно взял её у Алека из рук и опустил прямо на пол. Сюзони принялась «колдовать» над ней, не теряя времени, раздавая указания Каролю.

Алек схватился за голову и рухнул рядом на колени. По его щекам текли слезы. Как безумный он не сводил глаз с Сандры и вдруг тихо произнёс:

– Спасите её, пожалуйста… Я… я очень люблю её.

Это признание дорого стоило ему, ведь за всю жизнь рядом с ней ни разу он не говорил, что испытывает к ней подобные чувства. Она не была ему женой, но они были вместе и воспитывали своего ребёнка. Они не показывали истинных чувств сыну, но я знала, что эти двое рядом просто потому, что им так удобно, а не потому, что любят. И вот сейчас такое признание…

Сандра вдруг закашлялась, застонала и широко распахнула глаза, судорожно хватая ртом воздух. Он взял её окровавленную руку в свою, прижал к своим губам, и она тут же легонько сжала пальцы.

– Не вздумай умирать, любимая… Я тебя люблю, ты нужна мне…

– Любимый… – пробормотала она и застонала от боли.

– Ты будешь моей женой? – мы все от неожиданности замерли, в полнейшем изумлении глядя на них обоих. Нашел время!

– Муж мой… – только лишь сказала она и, закрыв глаза, снова потеряла сознание.

– Сандра!

– Она без сознания, не кричи, – одёрнула его Сюзони, и мягко отстранила. – Я сделаю всё, чтобы все они поправились. Кароль, отправляйся к Катерине. Возможно, она в подобном положении.

Я с ужасом смотрела на то, как горгулья довольно быстро перевязывает раны сестры. Это какой-то бесконечный дурной сон!

Катюше повезло куда больше нас. Единственной полученной ею раной в прошлом был порез на плече, который она заработала, будучи амазонкой и сражаясь с ирокезами. В гареме её никто не бил, потому что она не оказывала сопротивления, а потом она попала на борт «Чёрного Призрака» – корабль, принадлежащий Джеку. А с ним ей ничто и никто не грозил.

Кароль самостоятельно наложил бинты на рану и только потом спустился вниз. Мы посмотрели на него, ожидая новостей.

– С ней всё нормально. Небольшая рана на плече и всё. Я уже наложил повязку…

– Молодец. Я, пожалуй, поторопилась, отправив Рэга обратно к горгульям с известием, что всё хорошо. Отправляйся следом за братом, приведи его и ещё троих горгулий сюда. Девочкам нужна сиделка, а одна я не справлюсь…

– Мы сами в состоянии присмотреть за жёнами! – чуть ли не в один голос возмущённо воскликнули наши мужчины. Я улыбнулась этому, поморщившись от боли.

– Нет. Вы все отправляетесь спать. Вашим жёнам нужен полный покой, поэтому располагайтесь в гостевых спальнях, гостиной, да где угодно – места предостаточно. Я буду в комнате у Катюши и сообщу вам, если будут какие-нибудь новости. А сейчас нужно отнести ваших женщин в спальни. Возражения не принимаются.

– Теперь я понимаю свою жену, – тихо пробормотал Руслан, осторожно неся на руках Кошку, делавшую вид, что спит. Я видела, как она секунду назад моргнула! Притворщица!

– Ты о чём? – Крис вскинул брови, стараясь как можно аккуратнее ступать со ступеньки на ступеньку.

– Ей всегда не нравилось, когда за неё решают, что ей делать посторонние люди, которым приходится подчиняться. Ты ведь знаешь, что она редко куда ездит без охраны…

– Может, она боится охрану?

– Нет, она их не боится. Она боится, что может слишком сильно разозлиться и не сумеет контролировать свою силу. Знаешь ли, ругаться с ведьмой чревато, хотя она никогда не применяла ко мне свою силу. А мои дочери, ты же знаешь, полностью на мамочкиной стороне в плане всякой проказы с волшебством. Лизка, правда, частенько за меня вступается. Жаль, что я сам не могу ответить им…

– Кошка не хотела бы, чтобы у тебя была магическая сила, – промолвил Алек позади них.

– Почему это?

– Она слишком дорожит тобой, чтобы подвергать тебя ещё и опасностям со стороны всякой магической нечисти, – ответила за Алека я. Ну, немножко сдам сестру, но во благо же! Пусть муж знает. – Она и без того очень переживает, когда не может дозвониться до тебя, и каждый раз думает, что тебя могли убить…

– Светка никогда не забудет тот день, когда меня пытались уничтожить, а её – продать в рабство. Она вздрагивает при каждом шорохе, и я давно уже привык, что наш дом охраняет множество магических существ… Моих детей сопровождают всюду эльфы… Алек, ты сказал, что они погибли при нападении ведьмы на детей? – он бросил через плечо усталый взгляд на мужчину.

– Да. Они бы ни за что не оставили их без присмотра…

– Мы ведь найдём их?

– Найдём любой ценой, – сквозь зубы проговорил Крис. – Эта ведьма пожалеет, что связалась с нами.

22 октября

Крис

Примерно в десять утра дом разбудил телефонный звонок. Я подскочил, забыв где нахожусь, споткнулся об ноги Руслана и едва не упал, пока спешил к телефону:

– Здравствуйте!..

Краем глаза увидел Сюзони, появившуюся на лестнице. О, точно! Мы же в гостиной вчера вырубились. Вид у меня был не самый презентабельный, но, надеюсь, девушка, которую я видел на мониторе телефона, не сильно испугалась. Во всяком случае, вида не подала.

Попытался пригладить бедлам на голове – стало только хуже. Волосы после сна взъерошены так, словно спал на сеновале. Заспанное помятое лицо, а одежда, в которой я уснул мятая на столько, что, кажется, отгладить будет не реально.

– Ой, простите, я, должно быть, разбудила вас… Ланселот говорил, что вы рано встаёте. Вы, должно быть, его дядя?..

– Да, Кристиан Дмитриевич, – представился слегка охрипшим со сна голосом и прокашлялся. – А вы?

– Я Наташа… девушка Ланселота. Он, конечно, просил не звонить меня по этому телефону – только при чрезвычайных обстоятельствах, но… У него дома никого нет, мобильный не отвечает и я подумала… может быть, он у вас? Он должен был заехать за мной в половине девятого…

– Он… – я немного растерялся и не знал что ответить. – Он заболел.

– Заболел? Чем? У него температура?

– Да… очень высокая…

– Тогда я должна к нему приехать!.. Если он болен, я должна быть рядом с ним!

– Нет-нет, ни в коем случае! Вы тоже можете заболеть!

– Мне ничего не страшно! Я…

– Давайте сделаем так: как только ему станет полегче, я попрошу его перезвонить вам. Мы вызывали к нему доктора, и она… назначила ему лечебный сон. Так что он сейчас просто спит…

– Я и вправду очень волнуюсь за него…

– Наташенька, неужели вы сомневаетесь в том, что я волнуюсь за своего племянника?

– Нет, конечно, нет… Просто, я… он единственный близкий мне человек, – девушка покраснела. Слова дались ей явно с трудом.

– Как только он проснётся, я передам ему, что вы звонили.

– Хорошо, спасибо… До свидания…

– До свидания, – и я отсоединился.

– Вполне естественное чувство – волноваться за своего любимого, – резонно заметила Сюзони, заставив меня обернуться.

На её голос из гостиной вышли Алек и Руслан. Оба в таком же виде, как я, только что Алек был ещё вдобавок перепачкан засохшей кровью. Я глянул на свои руки. И когда я вчера их помыть успел? Не помню.

Сюзони нахмурилась и упёрла руки в боки.

– Вы что, вот так и спали?

– Ну да. Вот там, на диване… – Руслан указал через своё плечо на гостиную.

– Ваши жёны ещё спят, а вы немедленно отправляйтесь в душ и переоденьтесь! Позорище!

– Но…

– У меня такое чувство, что без женщин мужчины действительно ничего не могут, – вздохнула она и улыбнулась, обнажая белоснежные клыки. – Мальчики, если я говорю, что пора мыться, значит, так оно и есть. Поверьте мне, лучше от того, что от вас, простите, невероятно воняет, никому не будет. Сомневаюсь, что вашим любимым женщинам пойдёт на пользу присутствие столь неопрятных мужчин рядом с ними… – увидев, видимо, колебание на наших лицах, она прихлопнула в ладоши. – Ну же, мальчики! Быстро приводите себя в порядок! Господи, меня дети лучше слушаются!.. – она сокрушенно вздохнула и направилась наверх.

Ясно понимая, что она права и возражения тут будут только помехой, мы побрели вверх по лестнице, направляясь в ванные комнаты.

– У Меня такое чувство, что я заново родился. Только мамочка так разговаривала со мной, Царствие ей Небесное, – пробормотал в полголоса Руслан.

– А твоя жена с тобой не сюсюкает? – я ехидно усмехнулся.

– Нет… – он вдруг улыбнулся и махнул рукой. – Да ладно, чего уж там. Я у неё самый большой ребёнок. Каждый раз она подчеркивает, что я старший из ее детей.

– Пока наши жёны на больничном, Сюзони решила взять бразды правления в свои руки. Ей доверяет Катюша, поэтому должны доверять и мы. Плохого она нам не посоветует и не сделает, – я пожал плечами и улыбнулся горгулье, встретившей нас наверху.

– Давайте быстро приводите себя в порядок, я буду ждать вас на кухне. Чтобы день прошёл успешно нужно, прежде всего, хорошо поесть. Я думаю, это касается любого разумного существа, а не только горгулий и людей. Чтобы вам хотелось съесть на завтрак, мальчики?

– Кофе… – я, кажется, единственный, кто решился выдавить из себя хоть слово.

– Кофе – это не завтрак. Я прекрасно знаю, что это такое. Ладно, раз уж не хотите предложить мне, что вам хочется видеть в своей тарелке – тогда я сама сделаю выбор, – она развернулась и пружинистой походкой поспешила в комнату Катюши, не обращая больше на нас внимания.

Алек взъерошил рукой свои светлые волосы и провёл ладонью по лицу, как будто снимая с него невидимую маску:

– Я не вынесу жизни здесь в таком ритме…

– Терпи, друг. Или мы примем всё как есть, или будет ещё хуже.

– Скорее бы уж выздоровели наши девочки…

– Мне кажется, что это зависит только от желания Ледяной Королевы… – я вдруг замер и повернулся к Алеку. – Они же Властители Магии, значит, они должны ей помешать вредить их здоровью!

– Ты забыл, что очень многие заклинания действуют только когда они вместе? – Алек ненароком зевнул и потянулся. – А мы ничем не поможем…

– Не правда. Ты – Властитель Магии. Я не могу вылечить их, потому что я намного слабее этой ведьмы, но ты ведь один из тех, кто победил Повелителя! Неужели ты в себя не веришь?

– Что ж, попробовать, конечно, можно. Я…

– Мальчики, хватит болтать! Время идёт! – голос Сюзони прервал наш разговор, и мы поспешили к своим комнатам, решив не оставаться больше у неё на виду.

– Я поищу что-нибудь в гримуаре после завтрака… – шепнул Алек и скрылся за дверью своей спальни.

Джек

– Твоя жена отень красивая… – сообщила мне Отрея – женщина, ухаживающая за Каролиной.

– Спасибо. Она поправится ведь?

– Да. Она отень сильно замёрзнуть – ничего удивительного, что она так сильно болеть.

– А как она попасть в такой холод на улица в такой лёгкий одежда? – в разговор встрял ещё один житель этого дома.

Я внимательно посмотрел на нового собеседника. Мужчина лет пятидесяти, довольно крупной комплекции, из-под густых поседевших бровей смотрел на меня выцветшими сероватыми глазами и чуть заметно улыбался.

– Её похитили из нашего дома, и я отправился искать её. Следы, оставленные похитителями, привели меня сюда. Очевидно, ей удалось сбежать от них.

– Глупый женщина. Могла умереть от холода.

Я ничего не ответил, решив не накалять обстановку. В конце концов, эти люди спасли мою жену, приняли меня самого, накормили и обогрели.

– Вообще никогда я не слышать, чтобы преступники скрываться здесь. Странно и то, что они не искать её до сих пор, – глаза у мужчины прищурились, внимательно глядя на меня.

– Я знаю обо всём не больше вас, – только лишь ответил я.

Я всё же решил попытать счастье и задать вопрос северному жителю, сменяя тему:

– Скажите, а вам не доводилось слышать о Ледяной Королеве? Понимаю, мой вопрос странен для вас, но…

– Ну почему же, нормальный вопрос. Как не слышать о том, кого видел своими глазами?

– Что?

– Да, я видеть её однажды. Она нестись по белоснежной пустыне в облаке снежного вихря на огромный белый волк. Края белого платья развиваться за её спиной, вопреки воющему, срывающему всё на своём пути, ветру, кожа бела как снег, а большим серебряным посохом она крутила в воздухе, создавая всё новые и новые снежные вихри. Лицо её было искажено от боли и гнева. Да… Никогда в жизни я не видеть, чтобы погода бушевать с такая ярость. Я наблюдать за ней в небольшое отверстие, оставшееся от входа в этот дом. В легендах она описываться именно такой…

– Значит, она живёт где-то здесь?

– Возможно. А зачем она вам?

– Она виновна в том, что моя жена оказалась здесь, и она похитила моих детей, – я решил рассказать всё как есть. Эти люди могут помочь. Тем более… это же сознание, то есть не совсем реальный мир. Нет?

– Ну, вот с этого и надо было начинать. Моя твоя помогать.

Вечером я вышел на связь с домочадцами. Дежурил в это время Кароль, который мгновенно позвал Криса, единственного находящегося сейчас дома. Алек с Русланом уехали в город по работе.

– Я нашёл Каролину. Мы где-то на Севере, – сообщил я, говоря почти скороговоркой, потому что мне, чтобы незаметно поговорить, пришлось выйти на улицу, где быстрыми шагами к нам приближалась снежная буря.

– Как она?

– Она без сознания, в лихорадке.

– На неё напали? Что случилось?

– Она попала сюда в том же, в чём была одета и если бы её не нашли жители Севера и не привезли в свой дом, я потерял бы свою жену навсегда. Каролина сильно замёрзла… И потом, у неё внезапно стал кровоточить старый шрам на плече… Женщина, которая ухаживает за ней, постоянно меняет повязку. Конечно, кровь не так сильно течет, но всё же странно это. Однако, женщина очень хороший лекарь и сообщила мне, что всё обойдётся.

– Возле Вас всё время кто-нибудь дежурит, постарайся держать постоянно с нами связь…

– Это сложно. Меня не должны заметить в общении с вами. Я не знаю, как могут воспринять это здешние люди… Они, к тому же, обещали помочь в поисках Ледяной Королевы. Не хочу упускать этот шанс. Если буря успокоится, завтра я отправляюсь на поиски этой ведьмы вместе с ними. А как у вас там дела?

– Паршиво. Такая же история с кровоточивостью ран произошла и с нашими жёнами. Причём все раны были получены ими, по их же словам, во время последнего путешествия во времени…

– Как они?

– Хуже всех пришлось Сандре. Когда Алек принёс её домой, она вся истекала кровью и далеко не сразу пришла в сознание… Честно признаться, на миг я подумал, что она не выживет. Слава Богу, всё обошлось…

– Скорее всего, и в этом тоже виновата Ледяная Королева.

– Мы тоже так считаем…

– Всё, меня зовут, будет что-нибудь новое – сообщу.

Крис

Мое внимание привлек странный шум в коридоре, и я поспешил туда.

Едва распахнул дверь, на меня дохнуло ледяным воздухом. На полу у своей комнаты лежала без сознания Кошка. Я рванул к ней, но невероятная сила отбросила меня к одной из стен. Вскочил на ноги и в два прыжка преодолел расстояние до демона. Схватил его за горло со спины. Это всё, что я мог сделать. В моем арсенале только грубая мужская сила.

Кароль выскочил в коридор и прежде, чем враг успел применить силу, заслонился своими огромными крыльями, служащими горгульям своеобразным щитом от магических чар.

Я сжал руки на горле противника ещё сильнее, но внезапно тот переместился и оказался напротив меня. Кароль за его спиной уже приготовился броситься на него, но враг метнул в него заклятие из-за спины и он рухнул на пол, как будто обледенев в считанные секунды. Он даже не успел среагировать.

– Ну вот мы и остались наедине… – ледяные глаза сверкнули, а покрытые инеем руки вытянулись в сторону Криса.

– Неужели вы не понимаете, с кем связываетесь? – прорычал я, понимая отчаянность своего положения, да собственно и своих слов. Увернулся от первого заклинания, судорожно соображая, что могу предпринять. Ведьма уже прилично обыгрывала нас, знала кто мы и не боялась нашей силы. Против неё мы существенно проигрывали.

– О, ещё как понимаем. Ледяная Королева всегда знает что делать. Одна сестра сейчас находится в небытие – на грани жизни и смерти, другие, подвергнутые могущественным чарам Королевы, лежат в своих постельках, истекая кровью… – его ледяной смех пролетел по коридору, и в следующую секунду мое тело сковало льдом. Буквально. Ну, всё, вот и конец. – Вы все погибнете, у вас нет никаких шансов…

– Ты сам отправишься в небытие за них!.. – пророкотал голос Тэш с порога нашей спальни, и она пустила заклинание во врага. Он зарычал от боли и исчез. Не взорвался, нет. Но хотя бы больше не навредит в ближайшее время. – Никто не смеет покушаться на мою семью… – пробормотала она, хватая ртом воздух, и без чувств рухнула на пол.

Почувствовав, что снова могу двигаться, подскочил к жене и, подняв на руки, отнёс обратно на кровать. Раны кровоточили с прежней силой, хотя казалось начали уже заживать под действием снадобий Сюзони. Вернувшись к Кошке, подхватил её на руки и уложил на кровать. Она застонала и открыла глаза:

– Где я?

– Всё в порядке, ты дома…

– Дома? – она перевела на меня взгляд и широко распахнула глаза. Смотрела так, словно впервые видит: – Ты кто?

– Кошка, ты меня не узнаёшь? – новые чары? Или так сильно головой ударилась?

– Я… Кошка?.. Боже, я ничего не помню! Кто я?

– Ты Светлана Шазель. Отдыхай, скоро вернется твой муж и всё тебе объяснит… Я…

– Мой муж? Я замужем? А вы кто?

– Я муж твоей сестры. Не беспокойся ни о чём, я скоро вернусь…

– Я ничего не помню… ничего… – пробормотала она в полнейшей панике и откинулась на подушки.

Вернулся в комнату к жене и тихонько потормошил её. Тэш слабо вздохнула, но когда открыла глаза, то мы почти одновременно охнули. Её глаза были белыми, как снег, как будто невидимая сила извлекла из них и зрачок, и цветной хрусталик.

Да что же это такое?! Этот кошмар когда-нибудь закончится?

– О, Господи, почему так темно!.. Включите свет!..

– Родная… – я нежно сжал её ладони, сдерживая комок, подступивший к горлу. Да что за хрень опять творится?!

– Почему мы находимся в темноте, Крис?.. Уже ночь?

– Нет, родная… Твои глаза…

– Что с моими глазами?.. Крис, не молчи, что случилось?.. Я что – ослепла?.. – последний вопрос сорвался с уже дрожащих губ, и она точно не хотела услышать «да» в ответ.

– Это только очередная чёрная магия и всё будет в порядке… Мы рассеем чары…

– Господи, а вдруг я навсегда останусь слепой?.. Крис, я…

– Я сделаю всё, чтобы вернуть тебе зрение. Я отдам всё, чтобы ты смогла снова видеть…

– О, родной мой!.. – порывисто обняла меня, утыкаясь носом в плечо. – Я так боялась, что он убьёт тебя! – и она заплакала, прижимаясь ко мне.

– Если бы не ты, он бы это сделал. Не переживай, родная. Всё будет в порядке…

– А остальные, как они?

– Сейчас зайду к Сандре, а Кошка…

– Что с ней?

– С ней всё в порядке, но она… кажется, потеряла память…

– Что?.. Потеряла память?.. О, Боже, что это за заклятие такое!?..

– Джек нашёл Катюшу и, надеюсь, скоро они вернутся, – я решил всё же умолчать, что Катя больна и лежит без сознания.

– Это было бы хорошо. А теперь иди скорее к Сандре!.. Может, ей нужна помощь.

– Хорошо, я скоро вернусь и приведу в чувства горгулий…

– А что?..

– Они были застигнуты врасплох. – я поцеловал её в щёку и вышел в коридор.

Дверь в комнату Сандры оказалась заперта изнутри, и мне пришлось буквально выбить её. Она лежала на полу, Рэг – горгулья, охранявший её – лежал подле неё и я понял, что он до последнего закрывал своим телом женщину.

Бережно поднял её на руки и опустил на кровать. Раны снова кровоточили с прежней силой. Я потормошил её, и через мгновение она пришла в себя.

– Крис?..

– Да, как ты себя чувствуешь? – я знал, что с ней наверняка тоже приключился какой-нибудь недуг. Но всё же надеялся, что она не пострадала.

– Я?.. Хорошо… Раны даже почти не болят…

– Не болят? Сандрочка, они же снова кровоточат!..

– Да?.. – она бросила на себя взгляд и вдруг в ужасе перевела взгляд на меня. – Крис, я не чувствую правой стороны… ни руку, ни ногу… Они вообще на месте?

– Конечно, на месте. – я взял ее ладонь в свою руку. – Можешь сжать пальцы?

– Получилось? Я не чувствую…

– Нет, не получилось… Ты не переживай, это всё вопрос времени…

– Почему?.. Демон, да? – спасибо, что хоть не отчаивается! И не паникует. Надо сказать, чтобы не происходило, Сандра почти всегда держит себя в руках.

– Предполагаю что да. Кошка с Тэш в не лучшем состоянии.

– Они тоже частично парализованы?

– Нет, с ними другое. Кошка потеряла память, а моя жена ослепла.

– Что?.. А если…

– Не если. Я надеюсь, скоро к нам вернётся Катюша. Она, уверен, сможет что-то сделать… Во всяком случае, с вами тогда будет вся сила Властителей магии и можно будет попробовать избавиться от чар. Может быть, конечно, вы справитесь и с Алеком.

– Ну, знаешь, в моем случае всё не так плохо. Левая сторона работает, так что хоть чем-то отбиваться смогу в случае чего…

– Хорошо, что ты не теряешься…

– Да это не самое плохое, что может быть. У меня другая проблема ещё есть.

– Какая?

– То есть две. Во-первых, мне через десять дней надо закончить роман и сдать его редактору, иначе она сама сюда приедет и будет выяснять, почему я лентяйничаю. Конечно, можно потянуть со сроком, но долго этого всё равно не сделаешь…

– Это разрешимо.

– Я – правша. Левой рукой печатать буду, так все мысли растеряю!

– Этот вопрос решаем. У тебя есть мы. А вторая проблема?

– Вторая… деликатного характера…

– То есть?

– Ну… мне надо в туалет, а сама я теперь этого не сделаю…

– Ах, это… Я сейчас приведу в чувства Сюзони и попрошу её помочь тебе. Она всё-таки женщина… А от Кошки с Тэш, сама понимаешь – мало толку сейчас.

– Хорошо, я потерплю.

Я как можно ободряюще улыбнулся и ушёл.

Приведя в чувства всех горгулий (хорошо, что они не пострадали!), я спустился на кухню и, выпив стакан холодной воды, тяжело опустился на стул. Мысли одолевали далеко не самые прекрасные. Девочек-то я приободрил, а вот кто приободрит меня? Это просто черт знает что!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

см. Властители Магии, книга 1

Вернуться