Д. К. Худ
Смертельное свидание

Посвящается моим читателям —

с благодарностью и признательностью

© D.K. Hood, Follow Me Home, 2018 First published in Great Britain in 2018 by Storyfire Ltd trading as Bookouture.

© Абдуллин Н., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Эвербук», Издательство «Дом историй», 2024

Пролог

Несколько лет назад

«Прошу, хватит! – мысленно взывала к мучителям девочка. – Вы же убьете ее!»

Она свернулась в грязной клетке под кроватью и зажимала ладонями уши, хоть это и не помогало: она все равно слышала крики Джоди и грубые голоса мужчин. Девочка дрожала от холода и страха под тонким одеялом. Ноздри ей обжигала вонь пота, а необработанные половицы больно натирали колени и бедра.

Скоро придет и ее очередь.

Кровать скрипнула, посыпалась густая, удушливая пыль. Из раза в раз ритуал повторялся: мужчины приезжали к Бобби-Джо, велели делать то, потом это; щелкал затвор, и сверкала вспышка фотоаппарата. Сперва Бобби-Джо выводил девочек из клетки в подвале и сажал в другую, под кроватью, потом их имели по очереди; первой всегда шла Джоди.

Послышались ругательства, и в наступившей тишине на пол свалилось бездыханное тело. Серые глаза Джоди были пусты, а посиневшие губы застыли в уродливой гримасе, похожей на улыбку одного из клоунов-похитителей. От памятного золотого кулона на шее остался глубокий след. Еще недавно Джоди была жива, и вот ее не стало. Девочка в ужасе посмотрела на труп и прикусила кулак, лишь бы не закричать. За крики в этом месте наказывали.

– Господи, Бобби-Джо, ты ж ее убил!

– Заткни хлебало, Илай. Проклятье, теперь придется искать новую блондинку.

– Хватай ее, Илай.

– Не стану я лапать мертвых девок.

– Эймос, давай, ты – за ноги. Перенесем ее вон туда. – Показалось потное лицо Бобби-Джо.

Следом под кровать заглянул Илай:

– А ты будь паинькой. Молчи и делай что скажу.

– Она будет послушной, если только не хочет, чтобы я с ножичком навестил ее мамочку. – Посмеиваясь, Бобби-Джо опустился на колени. – Теперь ты наше главное развлечение.

– А как быть с другой? – спросил Крис, с тревогой посмотрев на труп. – Не оставлять же здесь. Все провоняет.

– Завернем в пленку и зароем у Крэйгс-Рок, как остальных. Потом Стю найдет замену.

– У скалы бродят звери. – Илай, пыхтя, раскатал на полу рулон пленки. – Для этой надо подыскать новое место. Может, в доме старика Корки? Нужно только немного спуститься по склону. И в доме труп спрятать проще: под полом полно места, влезет еще шесть тушек.

– Отличный план. – Своей длинной рукой Бобби-Джо сграбастал еще живую девочку за талию и выволок из клетки.

Она не сопротивлялась и не рвалась на свободу. Обессиленная, повалилась лицом вниз на койку. От страха перехватило дыхание, и, чтобы не закричать, пленница уткнулась в подушку, закрыла глаза.

«Я выживу», – сказала она себе и, полная решимости протянуть еще день, сильно прикусила нижнюю губу. Стала мысленно перечислять: «Мне тринадцать лет, мою маму зовут Дейзи, а папу – Люк. Я живу в городке Блэк-Рок-Фоллз, что в штате Монтана. Я здесь уже сто сорок дней».

– Забудь, времени нет. – Эймос положил руку на плечо Бобби-Джо. – Надо еще схоронить мертвую. Этой, второй, займемся завтра, с новыми силами.

– Да, дохлая уже завернута и готова к посадке, – хихикнул Илай. – Тем более я все, устал, а тут еще надо будет помахать лопатой. Потом неплохо бы отдохнуть.

– Кстати, да… Схожу за лопатами, а вы выносите тушку. – Бобби-Джо рывком поднял живую девочку с кровати и посадил назад в клетку. – Пошли, парни, поработаем. Прихватите фонари, и кто-нибудь винтовку не забудьте. А то вдруг на медведя наткнемся.

Шаги стихли, в доме наконец воцарилась тишина, и девочка пораженно уставилась на лежащие рядом цепь и замок. Осторожно толкнула дверцу, и та распахнулась с привычным скрипом. Чувствуя, будто сердце вот-вот выпрыгнет из груди, девочка выползла наружу и огляделась.

В подвале было пусто.

Испуганно хватая ртом воздух, она посмотрела на лестницу, на залитые светом ступеньки. На приоткрытую дверь. Внимательно прислушалась, но в доме не скрипнуло ни половицы.

Тишина стояла полная.

«Вдруг я успею сбежать?» – подумала пленница. Надела валявшуюся рядом черную футболку, на ноги натянула свернутые вдвое, для защиты, носки. Потом, дрожа, неуверенно поднялась по лестнице. Вышла в кладовую. Выглянув наружу, сделала глубокий вдох и прошла в кухню. На столе валялись бутылки с пивом и водой, шоколадные батончики. Она еще раз тревожно огляделась по сторонам, однако пути к черному ходу никто не преграждал. «Можно выйти через заднюю дверь», – подумала она.

Чувствуя, как от страха в животе завязывается тугой узел, тихонько приблизилась к выходу. Ручка провернулась до того легко, что девочка даже отпрянула. Коленки подгибались, но она все же приоткрыла дверь. Наружу пролилась дорожка света. Так ведь можно себя выдать! Девочка спешно отыскала на кухне выключатель и погасила свет, а в ожидании, пока глаза привыкнут к темноте, снова прислушалась. Никого. Тогда она прихватила со стола пару батончиков и бутылку воды.

Сердце бешено колотилось о ребра, но она все же выскользнула наружу, плавно притворила за собой дверь. Встав на крыльце, разглядела в чаще проблески фонариков. Слева раздавался шум реки, и ветер нес знакомый запах горных потоков. «Водопады Блэк-Рок, – догадалась девочка. – Я знаю это место».

И она побежала прочь от леса, в сторону грохочущих водопадов, прямо по колючим веточкам и камням. Прошлым летом она с родителями ходила сюда в поход и помнила эту местность: надо только добраться до узкой тропинки, и та выведет вдоль обрыва до самого предгорья. Побег могли заметить в любую секунду, она вздрагивала от каждого шороха, но продолжала идти. Ориентируясь на шум, вскоре выскочила из бора на обрамленную камнями тропинку. Луна давала немного света, а камни были скользкими от водяных брызг.

Забыв об осторожности, девочка побежала. «Я должна спастись», – говорила она себе. Сильно хотелось пить, воздуха не хватало. Она оступилась, грохнулась и заскользила вниз по крутому склону. Выронив бутылку воды, ухватилась за колючий куст. Слава богу, а не то свалилась бы в водопад. Девочка дышала тяжело, сжимая в одной руке батончики, и испытала облегчение, когда к ней подкатилась потерянная было бутылка. Казалось, побег продолжается целую вечность. Лежа на спине и переводя дух, девочка смотрела на звездное небо… Но тут на фоне грохота водопада она уловила еще какой-то звук. Прислушалась – и вся покрылась мурашками. Волосы встали дыбом, когда она поняла, что к ней через подлесок, громко переговариваясь, приближаются похитители. Она вскочила на ноги, и на спину ей посыпались мелкие камушки. Обернулась – и сердце замерло. В скалу позади нее ударили лучи фонариков. «Идут», – подумала девочка.

В ужасе юркнула в куст и прижалась к стволу. В ноги ей летели холодные брызги.

Пыхтя и топая, появились два похитителя. Мужчины прошли совсем близко, и девочка, боясь дышать, пригнула голову. В тот же миг по верхушке куста чиркнул луч света.

– Если она бежала в эту сторону, то, наверное, свалилась с края. – Бобби-Джо попинал каменистую осыпь. – Склон крутой и опасный.

– Да, и я видел свежую кучку медвежьего дерьма. Вряд ли девка убежала так далеко, но если что, зверь к утру ее слопает, как пить дать. – Крис снова посветил на гору. – Давай еще раз поищем у твоей хижины. Илая и Эймоса отправь по домам. Вдруг она будет искать помощь и заглянет в их хижины.

– Соображаешь.

Дождавшись, когда шаги стихнут, а свет фонарей скроется во тьме, она выползла из укрытия и стала спускаться по склону. На рассвете ей попалась хижина. Опасаясь, что это может быть жилище кого-нибудь из мужчин, девочка украдкой стянула кое-какие из сушившихся на веревке женских вещей. Потом забралась в курятник и подкрепилась яйцами. Переоделась в кустах и двинулась назад, к водопадам. Из страха, что чудовища ее выследят, старалась держаться подальше от тропинки. Днем пряталась и отдыхала.

Спустя несколько дней, больная и истощенная, девочка вышла к шоссе. Там остановила школьный автобус и рассказала пожилому водителю, что потерялась. На обратном пути в Блэк-Рок-Фоллз она грызла ногти: Бобби-Джо знает, где ее дом, и, если во всем сознаться, он явится и убьет маму. Девочка решила соврать, будто сбежала из дому, и, глядя в окно на горы, впервые улыбнулась. «Вот я и на свободе!» – подумала она.

Глава первая

Наши дни

Вторник, неделя первая

Эймос Прайс заглянул в бумажный пакет и еще раз проверил сделанные в понедельник днем покупки. Четырнадцатилетняя девочка, с которой он познакомился в Сети, очень просила прихватить бутылку бурбона и кое-что еще для сегодняшнего свидания. Вторник, казалось, никогда не наступит, но вот наконец заветный день пришел, и Эймос прямо-таки лопался от возбуждения. Он осклабился своим мыслям. Какая удача: предки девчонки на работе, а сама она прогуляла школу и осталась дома специально ради встречи с ним. А ведь он подбирался к ней почти месяц, часами просиживая в чате онлайн-игры. Малолетка думала, что ему восемнадцать, и уже сгорала от нетерпения. Вчера вечером сама позвонила ему по номеру одноразового телефона. Ну и милый же у нее голосок, сама невинность!

Машину Эймос оставил на некотором удалении от стоявшего особняком дома. На улице было пусто, и, прихватив пакет, он направился к крыльцу. Передняя дверь, как и обещала малолетка, была открыта. Войдя, Эймос позвал:

– Это я, Пит.

– Я тут. – На втором этаже, у лестницы, промелькнула спина девочки. Ее волосы были заплетены в две косички и перехвачены розовыми ленточками. – Сейчас спущусь.

Эймосу уже не терпелось взять ее, и он направился к лестнице.

– Я сам поднимусь к тебе.

– Нет, я еще не нарядилась. Это сюрприз. Иди на кухню, я там тебе выпить налила: кола со льдом. Бурбон ты, надеюсь, принес?

Эймос кивнул и улыбнулся:

– Да, я принес все, о чем ты просила.

– Круть! Пей пока, я скоро.

Эймос неохотно проследовал в просторную кухню. Нервничая и одновременно изнывая от возбуждения, поставил пакет на стойку. Достал из него бутылку бурбона и, плеснув немного в колу, махом выпил половину стакана.

Наконец девчонка спустилась, в темных очках и с мобильником в руке. Она задержалась в дверях, но лица Эймос не разглядел: так ярко било солнце в окно у нее за спиной.

– Подойди, а то я тебя плохо вижу.

– Сперва я тебя сфоткаю. Тебе же не восемнадцать. Почему ты соврал? – Она сделала снимок на камеру телефона, однако по-прежнему нерешительно стояла в дверях.

– Скажи я, сколько мне, и ты бы не согласилась на встречу. А мне так хотелось увидеться… Ты особенная, и мы так хорошо поладили. – Эймосу хотелось выпить еще, но он только улыбнулся. – Взгляни на меня, я не кусаюсь. У меня до тебя была куча подружек, твоих ровесниц.

– Может быть…

У Эймоса дрожали руки и сдавило в груди. Часто девчонки шли на попятную, но он знал много способов, как подчинить их себе. Можно, например, подсыпать в колу таблеток.

– Иди выпей. Познакомимся поближе.

– Сперва сам допей. – Она сделала шаг навстречу, осененная солнечным ореолом. – Вкусно?

Сердце колотилось, и Эймос оперся о стойку, однако ноги его не держали, и пришлось сесть на стул.

– Как тебя зовут?

– Да никак. – Девчонка подошла еще ближе.

В ярком свете наконец стало видно ее лицо.

Росту в ней было не больше пяти футов и двух дюймов, да и сложением она правда напоминала малолетку, однако вблизи Эймос заметил, что ей никак не меньше двадцати.

– Мы знакомы? – спросил он, роясь в помутившейся памяти.

– Я – Мрачный Жнец, и пришел твой час. Я отравила колу. Смерть будет медленной и мучительной.

Сердце сковало страхом. Распухший язык не слушался, а горло сдавило.

– Что, дышать тяжело? Все ломит от боли? Славно. Я бы растянула процесс на месяц, да жаль еще время на тебя тратить. – Прихватив стакан со стойки, она направилась к двери. – Пока. До встречи в аду.

По дрожащим конечностям разлилась сильная боль, и Эймос, соскользнув со стула, грохнулся на пол. По вощеным половицам в его сторону спешил муравей в компании сородичей. Эймос хотел отмахнуться от них, но пелена тьмы сомкнулась над ним. «Вот дьявол…»

Глава вторая

Среда

Ближе к вечеру шериф Дженна Алтон остановила машину, чтобы насладиться яркими осенними красками – от зеленого до бурого и золотого, – в которых утопал пейзаж. Ветер разносил сладкий аромат полевых цветов. Она любила это время года и собиралась выбраться на пару деньков в давно положенный ей отпуск, но ее планам снова не суждено было сбыться. «Я как будто проклята», – думала Дженна, со вздохом глядя в синее небо. Стоит только жизни в Блэк-Рок-Фоллз наладиться, как все планы снова летят коту под хвост. С другой стороны, о нормальной жизни следовало забыть уже давно. Смертельная угроза заставила ее сменить прежнюю личность агента по борьбе с наркотиками Аврил Паркер на новую и стать шерифом в городке под названием Блэк-Рок-Фоллз. Правда, там знания и опыт агента УБН мало помогли в расследовании череды жестоких убийств. Поначалу и вовсе приходилось работать с двумя новичками и престарелым помощником Дюком Уолтерсом. Да, после гибели Пита Дэниелса Роули набрался опыта и стал ценным активом, однако настоящий праздник на их улице наступил, когда в департаменте появились два бывших морпеха.

Знакомство с новым замом, Дэйвом Кейном, не задалось, но со временем Дженна выяснила, что он агент Следственного комитета особого назначения с потрясающими навыками профайлера и снайпера, которого после ранения отправили в подполье. Еще одно приятное дополнение пришло в обличии Шейна Вулфа, вдовца с тремя дочерями, а по совместительству судмедэксперта и компьютерного гения. В Блэк-Рок-Фоллз Вулф прижился и стал важным членом команды. Вместе два новых помощника обеспечивали Дженне надежный тыл и заметно облегчали жизнь.

Дженна вошла в дом в стиле ранчо, стоящий в тени кленов и сосен. Прикрыла нос и заглянула на кухню через окошко в двери. Там на полированных половицах лежал раздувшийся труп мужчины среднего возраста. На синюшном лице выделялись сильно выпученные глаза.

– Давно лежит, – заметила Дженна.

– Да, судя по запаху, – прищурился ее заместитель Кейн. – Риелтор говорит, что дом выставлен на продажу, но покойный – не владелец.

– Почему так жарко? – Дженна обернулась к помощнику Вулфу, штатному судмедэксперту, и спросила: – Как, по-вашему, что с ним случилось? Следов борьбы я не вижу. Если бы дом не продавался, я бы решила, что покойный разбирал продукты и свалился замертво. Поручаю его вам, Вулф, а мы пока осмотрим остальные комнаты.

– На термостате выставлена температура в тридцать градусов. – Вулф постучал затянутым в перчатку пальцем по настенной панели управления. – Отключить его, мэм?

– Да, и окно тоже откройте. – Она обернулась к Кейну: – А мы прочешем дом.

Прихватив сумку с инвентарем, Дженна следом за Кейном обошла идеально, со знанием дела обставленный первый этаж. Заглянула в подвал и, не найдя там ничего сто́ящего, поднялась на второй этаж. В спальнях царил полный порядок, но в главной ванной, оставляя струйки воды на стенках ванны, капал кран.

– Везде идеальная чистота, а кран течет… Необычно. Поищу отпечатки на туалетном столике. – Дженна достала из сумки набор с порошком, а Кейну бросила контейнер для образцов. – Сними сифон под раковиной и возьми на анализ содержимое.

Она подождала, пока Кейн выполнит поручение.

– С виду все чисто, – доложил он потом и, нахмурившись, показал контейнер. – Вряд ли кто-то пользовался ванной после уборки.

Дженна нанесла порошок на туалетный столик и кран.

– Тут только пара смазанных «пальчиков». Возможно, их оставили приходящие уборщицы, но кто-то плохо закрыл кран. Словно им пользовались впопыхах.

– Может, уборщицы и недосмотрели?

– Может… – Дженна первой спустилась вниз и сообщила о находках Вулфу. – Мне надо знать, как этот человек проник в дом и что он тут забыл. Поищите в карманах ключи. – Кейну она сказала: – Идем со мной. Кто обнаружил тело?

– Элисон Сондерс. Риелтор из агентства мистера Дэвиса. А еще она вроде бы подружка Роули.

Следом за помощником Дженна вышла наружу.

– А я-то думала, чего она ему в жилетку плачет.

– Она нашла труп в доме, который вечером собиралась продать. Надо думать, это ее потрясло. – Кейн беззаботно пожал плечами. – Возможно, она прольет немного света на то, как этот человек проник в дом.

– А может, он был потенциальным покупателем? – С этими словами Дженна направилась в сторону Роули и молодой брюнетки, одетой в костюм с иголочки и блузку. – Мисс Сондерс? Я шериф Алтон. Готовы ответить на несколько вопросов?

– Да, но называйте меня, пожалуйста, Элисон. – Промокнув покрасневшие глаза, она подняла на Роули страдальческий взгляд.

– В котором часу вы нашли тело?

– Минут двадцать назад. Я сразу же позвонила Джейку.

«Не в службу спасения?» – отметила про себя Дженна и достала ручку с блокнотом.

– Погибшего знаете?

– Нет, и в понедельник, когда мистер Дэвис осматривал дом, его тут не было. Ума не приложу, как мертвец оказался внутри… Когда я приехала, дверь была заперта. – Элисон моргнула, ее длинные ресницы блестели от слез. – Я приехала убедиться, что к приходу клиентов почистили ковры.

– Сколько человек держат ключи от этого дома?

– Дайте подумать… – Элисон постучала по нижней губе наманикюренным пальцем. – Раньше дом сдавали в аренду. В офисе есть мастер-ключ и по два набора дубликатов для каждого дома. Еще набор у владельца. У меня с собой один. Один я давала плотнику, Адаму Стиклеру, и второй – уборщицам. Они из местной фирмы «Чисто-чисто». Мы постоянно к ним обращаемся. Надежные люди.

Дженна сделала у себя заметки.

– Уборщицы вернули ключи?

– У них есть собственный мастер-ключ, но в понедельник они здесь закончили еще до прихода мистера Дэвиса. Думаю, приходили после плотника в пятницу. Он что-то такое говорил, дескать, надо поработать в саду. – Элисон пристально посмотрела на Дженну карими глазами. – Как умер этот человек? Сердце прихватило?

– Я не знаю, и пока судмедэксперт не проведет вскрытие, мы не можем говорить о причине смерти. – Дженна убрала блокнот и ручку в карман. – Сегодня вечером вам придется отменить встречу с клиентами. Мы будем работать здесь почти весь день и еще завтра. А когда закончим, нужно будет снова прислать уборщиц, чтобы избавиться от трупного запаха.

– Господи боже, теперь этот дом не купят! Мы обязаны рассказывать покупателям обо всех смертях.

– Кто владелец? – Кейн взглянул на дом, затем – на Элисон.

– Дом номер три по Мэйпл-лейн – один из семи домов, которыми, судя по нашим записям, владеет мистер Рокфорд. Недавно я с ним встречалась и знаю: мертвец в доме – это не он. Мистер Рокфорд перебрался в Техас после того, как его сын попал в тюрьму. Теперь мистер Дэвис – его постоянный агент по продажам. – Вид у Элисон был такой, будто на плечах у нее лежит неимоверно тяжелый груз. – Я же поэтому и вернулась работать в Блэк-Рок-Фоллз. С тех пор как летом здесь убили нескольких подростков, на продажу выставили много домов.

Дженна тяжело вздохнула. Дело Рокфордов она помнила прекрасно.

– После последнего осмотра дома вы присылали сюда кого-нибудь что-нибудь ремонтировать?

– Насколько мне известно, все давно уже починили. – В дрожащих руках Элисон сжимала папку. Пальчики у нее были очень ухоженные и покрыты красным лаком. – Надо будет поинтересоваться у мистера Дэвиса, вдруг он кого-то присылал.

– Как выясните – свяжитесь со мной. – Сочувственно улыбнувшись, Кейн протянул ей визитку. – Мой номер мобильного на обороте. Звоните в любое время.

Дженна одарила его пристальным взглядом, затем снова обратилась к Элисон:

– Хорошо, пока это все. Вам пора возвращаться к работе.

– Вряд ли я смогу сесть за руль, – с несчастным видом призналась Элисон. – Меня всю колотит.

– Вы испытали сильное потрясение, – напомнила Дженна и посмотрела на Роули. – Отдай мне свои ключи и отвези Элисон в город. Я пригоню твою машину к офису. А вы пока выясните, не присылал ли мистер Дэвис кого-нибудь на работу в этот дом.

– Да, мэм, – ответил Роули и, передавая Дженне ключи от машины, коротко улыбнулся. – Спасибо, – добавил он и повел Элисон к ее машине.

– Шериф, можно вас на пару слов? – произнес вышедший из дома Вулф. В руках он нес крупный пакет для вещдоков. – Имя погибшего – Эймос Прайс. Ему было сорок девять лет. По данным водительских прав, у него хижина на Сансет-Ридж. Судя по содержимому пакета, мистер Прайс явился сюда на свидание. Правда, в карманах у него я нашел транквилизаторы.

Заслушав список предметов, найденных при покойном, Дженна сказала:

– Понятно. А время смерти? Причина?

– По температуре тела время определить будет сложно. Я бы сказал, что смерть наступила двое суток назад, но в доме работал термостат, поэтому могу и ошибаться, причем сильно. Температуру тела искусственно повысили. Прайс мог умереть и пару часов назад, хотя степень разложения указывает на вторую половину дня вторника. В общем, время неопределенное. Труп раздуло, и для выяснения причины надо делать вскрытие. Может, это был сердечный приступ, однако прямо сейчас наверняка не скажу. – Вулф стянул с лица маску и поскреб светлую щетину. – Нельзя исключать убийство, я поищу отпечатки по всему дому и проведу полный обыск. Мне также потребуются отпечатки риелторов, поскольку у них обоих был доступ в дом.

– Хорошо, – сказала Дженна, глядя вслед отъезжающей машине. – Позвоню Роули, велю дактилоскопировать Стиклера, Сондерс и Дэвиса.

– Интересно, не на том ли побитом пикапе, что стоит у дороги, приехала жертва? – вслух подумал Кейн и, расправив плечи, двинулся к упомянутой машине. Достал телефон, пробил с него по базе номера и снова посмотрел на Дженну: – Точно, это пикап Прайса.

– Ключей при трупе не было? – спросила Дженна у Вулфа.

– Были, – ответил тот, достал их из пакета для вещдоков и протянул Дженне. – Я пытался открыть ими переднюю дверь, но они явно не от дома. У вас есть перчатки?

Дженна достала из кармана две пары и одну отдала Кейну.

– Надо бы проверить машину, – сказала она и направилась к пикапу.

– Есть, мэм, – ответил Кейн и, поравнявшись с Дженной, посмотрел на нее. – Мне нужно тебя кое о чем спросить.

– Валяй.

– Знаешь, мы тут с Роули обсудили, как тяжело бывает добраться в труднодоступные и отдаленные уголки пригорода, и он предложил использовать лошадей. У тебя на ранчо простаивает целая конюшня. Да и трава в загоне высотой в фут.

Дженна кивнула:

– Звучит неплохо, но стойла слегка запущены.

– Восстановить их недолго: хватит кое-где петли на дверях сменить. Верхом ездишь?

Дженна бросила на него взгляд искоса:

– Принцип знаю. Занималась верховой ездой в детстве.

Ей нравилось, что Кейн живет в коттедже по соседству и она проводила с ним много свободного времени. Надежный и смекалистый, он всегда готов был прикрыть и часто после выезда на место преступления помогал отвлечься – разговаривал с ней о чем-нибудь нейтральном. Так, благодаря его поддержке, Дженне проще было оставаться человеком.

– Вот только это дополнительные расходы, а лошадей, думаю, можно брать напрокат.

– Их может не оказаться в нужный момент, – пожал плечами Кейн. – Все расходы беру на себя. В нашем округе обширные, густые леса и высокие горы. Машина там пройдет не везде, так что скакун в определенных случаях может потребоваться очень срочно. В прошлый раз, когда мы расследовали убийство, в поисках улик пришлось на своих двоих продираться по лесным тропам несколько миль. Лошадь сильно облегчила бы задачу. Тот же Эймос Прайс жил в горах. Если у него не осталось близких, нам нужно будет самим осмотреть его хижину. Есть ранчо, которые расположены очень далеко от города, они редкие и стоят порознь. – Кейн поджал губы и добавил: – К дому Прайса, возможно, придется добираться тропами целые мили.

Подумав, Дженна пожала плечами:

– Он водил пикап, к тому же был полноват. Вряд ли ходил пешком далеко. Но если все же хочешь прикупить пару лошадей, я не возражаю.

– В воскресенье наведаюсь к Глории, а еще починю наши конюшни, – едва заметно улыбнулся Кейн.

– К Глории? – удивленно переспросила Дженна.

– Да, Роули убеждал меня, что если надо купить лошадь, то в городе нет никого лучше Глории Смитерс. Я поузнавал, и у нее как раз есть несколько скакунов на продажу. – Кейн открыл дверцу пикапа, и наружу вывалилась гора мусора. Затем он надел маску и протиснулся в салон. – Боже, ну и свинья! Этот мусор порос плесенью толщиной в дюйм.

Дженна прикрыла нос:

– Как можно было так жить?

– Так, что тут у нас? Подержи, я еще не все осмотрел, – глянув на Дженну поверх маски, он вручил ей винтовку, а потом снова нырнул в салон. Спустя несколько секунд выпрямился, заглядывая в бумажный пакет. – Диазепам. Гм-м, должно быть, тот же препарат Вулф нашел у Прайса на кармане. На кой вообще на свидании транквилизатор?

Дженна в недоумении уставилась на него:

– Э-э… Может, он хотел опоить девушку? Вполне возможно, раз он забрался в чужой дом.

– Вот как? – нахмурился Кейн. – Если бы ты узнала, что тебя хотели опоить, как бы ты поступила: вызвала полицию или просто сбежала?

– Я бы вообще не дала опоить себя какому-то незнакомцу, – ответила Дженна, со вздохом опустив ладонь на рукоять пистолета. – А вдруг девушка просто не пришла, и Прайс помер в ожидании от скуки? – пожала она потом плечами. – На стойке бутылка бурбона. Может, Прайс и не свидание планировал? Ну совершил человек самоубийство. Диазепам плюс алкоголь – самое оно.

– Первый раз вижу, чтобы кто-то брал с собой на суицид презервативы, смазку и коробку шоколадок, – насмешливо проговорил Кейн. – А ты? Слышала о таком?

Дженна в ответ прыснула смехом:

– Все бывает в первый раз. – Затем она смущенно опустила взгляд. – Боже, как непрофессионально… Бедняга мертв, возможно, убит, а мы прикалываемся.

– Нет, просто констатируем факты. – Кейн глянул на Дженну через плечо. – А ты знала, что вообще смеяться на местах убийств – это вполне нормально?

– Нет, – ответила она, глядя ему в глаза, – не знала. Но уверена, сейчас ты скажешь, отчего так происходит.

– Дело не в том, что смерть человека кажется кому-то забавной. Просто срабатывает эмоциональная защита, которая помогает справиться с накрывающей человека тревогой. – Сказав это, Кейн снова скрылся в салоне. – С нашей работой, думаю, лучше время от времени смеяться, чем мучиться от ПТСР, – добавил он, вылезая с очередной находкой.

– Что у тебя там?

– В бардачке лежала флешка. Надеюсь, мы узнаем еще что-нибудь о жизни Прайса. Помимо его пристрастия к бурбону и еде навынос. – Забросав мусор обратно в салон, Кейн запер машину. – Он пробыл тут пару дней, а жил в горах, причем один. У него могла остаться скотина, за которой некому присмотреть.

– Да, в горах много кто животных разводит. Вернемся в офис, и я спрошу у Уолтерса, вдруг он знает Прайса или его близких. Если родственники есть, они могут присмотреть за скотиной. Я гляну, кто у Прайса соседи, и попрошу их съездить к нему на ферму.

– Принял. – Кейн снял маску и улыбнулся. – Если поиски не принесут результата, то я и сам не прочь насладиться поездкой по горам, живописными видами, тишиной и покоем, о которых можно только мечтать. По GPS найдем, где жила жертва.

Дженна уже смирилась с прерванным отпуском, однако не могла не признать, что съездить с утра в горы и подышать свежим воздухом – просто шикарная мысль.

– Конечно. А теперь, может, хватит витать в облаках и вернемся к работе?

Глава третья

Четверг

На следующий день рано утром Кейн уже сидел в офисе шерифа и, откинувшись на спинку кресла, просматривал содержимое найденной в машине Эймоса Прайса флешки. Увиденное заставило его с омерзением отвернуться. Примерно год назад Дженна нашла похожие снимки в памяти телефона, изъятого у сына экс-мэра. Папаша уничтожил ноутбук отпрыска и тем самым лишил следствие важных улик. Кто знает, вдруг в городе и правда действует сеть распространения детского порно, и мэр пытался не дать на нее выйти. В дело вступило ФБР, но даже их внушительные ресурсы не помогли. Кейн решил, что Джош Рокфорд действовал один, и проблема разрешилась сама собой, едва он отправился за решетку. Видимо, напрасно.

Находка открыла ящик Пандоры: сперва Джош Рокфорд, теперь Прайс… Видимо, в городе все же орудует банда педофилов, однако с момента прибытия в Блэк-Рок-Фоллз Кейну пока не попадалось улик, на это указывающих. Встав из-за стола, он направился в кабинет Дженны.

– Прошу прощения, мэм, но у меня есть новая информация по делу Эймоса Прайса. Вам следует ознакомиться.

– Входи и присаживайся, – улыбнулась Дженна, откинув со лба локон гладких черных волос. – Ну что ты нарыл?

Кейн поморщился.

– Детское порно. Снимки сделаны на сотовый Прайса, так что покойный был причастен. На всех фото, похоже, один и тот же ребенок.

– Гм-м… Прайс пересылал их кому-нибудь?

– Нет, – сказал Кейн, опускаясь в кресло напротив. – Он был предусмотрителен, как и Джош Рокфорд. Никому со своего телефона ничего не посылал. Думаю, все нужное мы найдем на каком-нибудь ноутбуке. А если новость о смерти Прайса просочится наружу, то, боюсь, у нас возникнут те же проблемы, что и в случае с Рокфордом: кто-нибудь из его приятелей возьмет и уничтожит данные.

Дженна постучала кончиком ручки по столу.

– У нас тут то и дело проявляются педофилы, но прежде чем бросаться на поиски возможных подозреваемых в чатах, позвоню-ка я в ФБР. Выясню, не проводят ли они в нашем округе расследований.

– Да уж, они не обрадуются, если мы сорвем их операцию под прикрытием.

– И еще я сама хочу привлечь их к делу. У них ресурсы, они знают, где и кого искать в сети, – сказав это, она вздохнула.

В дверь постучали, и вошел помощник Вулф.

– А, Вулф, вы как нельзя вовремя, – искренне улыбнулась Дженна. Она не могла нарадоваться такому ценному члену команды. – Что показало вскрытие?

– Боюсь, не очень много. – Вулф снял шляпу и почесал густую светлую шевелюру. – Причина смерти не установлена и требует химико-токсикологической экспертизы. Беда в том, что такой анализ займет недели две-три. Возможно, что-то даст содержимое желудка. Перед смертью жертва выпила некий коктейль – кола, бурбон, и почему-то еще сильно пахло сигаретами. Хотя в легких было чисто. Прайс не курил.

Кейн нахмурился:

– В машине я у него сигарет не видел.

– Как не было в доме и пустых банок из-под колы, – добавила, прикусив нижнюю губу, Дженна. – Если он пил перед смертью, то куда делись стакан и банка?

– Вот именно. Все указывает на то, что причиной смерти стал яд, а судя по тому, как скрючены конечности, Прайс умирал в муках. Тело буквально сжалось в болезненных спазмах. Есть много ядов мгновенного действия: те же мышьяк, стрихнин, ну и, конечно, змеиный яд. Но все они трудноступны и к тому же оставляют следы: укусы, кровь из глаз или в легких. А тут почти ничего. Уловив запах табака, я попросил в лаборатории сделать анализ на никотин-сульфат. Это чрезвычайно ядовитый пестицид, и он же мог вызвать обнаруженные у жертвы симптомы. Он бесцветен, а бурбон перебил бы его вкус.

Кейн потер шею:

– То есть это могло быть и убийство?

– Не исключаю.

– Если так, то есть и мотив, – нахмурила темные брови Дженна. – У Прайса на телефоне нашлись фото детей, и похоже, сделал он эти снимки сам. Я не нашла никого, кто жил бы поблизости от дома Прайса. И никто из тех, кому я звонила, не готов отправиться в такую глухомань. Думаю, у нас сейчас три основных задачи. Нужно съездить в дом Прайса и поискать у него ноутбук, вдруг получится выйти еще на кого-нибудь. Если найдем улики – передадим в ФБР. Сосредоточимся на убийстве и попытаемся установить личность ребенка на снимках. Вполне может быть, что смерть Прайса – это родительский самосуд.

– Точно, – прищурил бледные глаза Вулф. – Если бы кто-то полез к моим дочерям, я бы тоже захотел навестить гада.

– Мы действуем строго в рамках закона, помощник Вулф, – посерьезнев, напомнила Дженна. – Неважно, о ком идет речь, ясно?

– Так точно, мэм. – Вулф добавил: – Кстати, лично я считаю яд оружием женщин. Я проверил бурбон с места преступления, однако следов отравы в нем не обнаружил. Стаканы в кухонном шкафу никто не трогал. Я, конечно, заберу их и отправлю на экспертизу, но вряд ли мы выявим следы токсинов. В сифоне под краном тоже ничего не нашлось. Убийца все тщательно спланировал.

– Предположения есть? – спросила Дженна у Кейна. – Например, как Прайс проник в дом без ключа?

– Я над этим работаю, мэм. Прежде всего мне бы хотелось знать, что им двигало? Зачем он приехал? – Кейн посмотрел в глаза Дженне и высказал версию: – На встречу с девочкой?

– Вариант, – согласилась Дженна. – Предлагаю плясать от него. Что вы знаете о совращении несовершеннолетних?

– Обычно педофилы выбирают одиноких и самых уязвимых детей. Следят за ними, наблюдают. Часами переписываются с ними в чатах. – Кейн вздохнул. – В ФБР есть оперативники, которые сидят в Интернете под видом детей и выманивают маньяков. Педофилы охотятся в чатах онлайн-игр и социальных сетях. Они маскируются под подростков, используя ложные юзернеймы и фото привлекательных парней на аватарах. Как только такой тип сам признается, что хочет заняться сексом с несовершеннолетним ребенком, агент готовит ему ловушку.

– Из чего следует вывод, что ФБР в нашем округе не работает, иначе Прайс не погиб бы. Думаю, схемой с западней мог воспользоваться и мститель. Следует это учесть, – хмуро проговорила Дженна. – Содержимое пакетов Прайса говорит о том, что он ожидал интимной встречи и в случае необходимости опоил бы жертву.

– Интересно, как часто он такое проделывал? – Кейн откинулся на спинку кресла, и та протестующе скрипнула. – Как я уже сказал, на соблазнение подростка ушло бы время, и потребовался бы ключ от дома. Это возвращает нас к вопросам о том, как Прайс узнал, когда хозяев не будет и как он проник внутрь.

– Выясни это, – прищурившись, сказала Алтон. – Ясно, что у него был ключ. Узнай откуда.

Кейн откашлялся:

– Есть, мэм. Займусь этим сразу, как съездим в дом Прайса.

– Мы знаем несколько человек, у которых мог быть ключ. Элисон говорила, что в доме работали ремонтники. Любой из них мог изготовить дубликат. – Дженна обвела помощников напряженным взглядом. – Вулф, пока мы не уехали, найдите с Роули все дела о насилии над детьми в нашем округе. Загляните в архив. Пока мэром был Рокфорд, мы ни единой жалобы не получали, так что вам придется обратиться к национальной базе данных. Нет ли среди пропавших детей девочки с фотографий. Копните вглубь на несколько лет.

Кейн огладил подбородок:

– Это же сотни тысяч пропавших детей. Задача просто невыполнимая. Начать предлагаю с соседних городков и уже потом расширить круг поисков.

– Да, мы ведь не знаем наверняка, правда ли у Прайса было свидание с девочкой или с кем-то вообще, – немного растерянно добавил Вулф.

– Хорошо, дальнейшие рассуждения отложим до тех пор, пока не заглянем в компьютер Прайса, – подвела итог Алтон и взялась за телефон. – Помощник Уолтерс, вы нашли близких Прайса? – Выслушав ответ, она покачала головой. – Дайте мне координаты его дома. Спасибо. – Сделав в блокноте пометки, она завершила разговор и подвинула их Кейну. – Живых родственников у Прайса не осталось. Грунтовая дорога к его дому в это время года должна быть проходима. Так сказал Уолтерс. Проверь, можно ли проехать по ней на твоей машине. Очевидно, еще одна дорога ведет в горы по северному склону – к съемным хижинам, в которых останавливаются местные, когда выбираются порыбачить у водопадов Блэк-Рок. Правда, ее завалило камнями. Водопады питают озеро Блэк-Рок, это крупная территория по ту сторону горы. Однако GPS обвал не показывает, – добавила она, поднимаясь. – Уверена, машина у тебя мощная, по склону холма вверх проедет.

– О да, моя крошка одолеет подъем на раз плюнуть, – не сдержал улыбки Кейн. – Я проверю, в каком состоянии дорога, а потом соберу снаряжение. Вулф или вы со мной едете?

– О, я с тобой, – вызвалась Дженна, и ее глаза заблестели. – Вулф, на вас поиски жертвы с фотографий в делах о педофилии, здесь и в соседних городках. Сообщите в ФБР, что у нас, возможно, орудует целая банда. Федералы должны знать, где у маньяков потенциально может быть логово, и справятся с этой частью расследования. И попросите их держать нас в курсе, – посмотрела она на помощника. – Но сперва отправьте Роули в дом за стаканами. Я обучила его, как правильно собирать вещдоки на месте убийства.

– Есть, мэм, – коротко кивнул Вулф и, прихватив шляпу, направился к двери.

– Даю вам обоим десять минут, потом выдвигаемся, – сказала вслед помощникам Дженна.

* * *

Выйдя следом за Вулфом из кабинета шерифа, Кейн увидел Роули. Тот о чем-то увлеченно беседовал с Элисон Сондерс, той самой молодой женщиной, которая обнаружила труп.

Кейн подошел к столу Роули и, покашляв, спросил:

– Есть проблемы?

– Нет, не совсем, – покраснев, ответил Роули. – Элисон хотела узнать, когда можно будет прислать в дом уборщиц.

– Я не хотела, чтобы Джейк из-за меня попал в неприятности, – пояснила Элисон. – Мне лишь надо было выяснить, когда можно будет приходить в дом и правда ли того человека убили.

Кейн настороженно присмотрелся к Роули. Обычно юный помощник вел себя профессионально и не болтал.

– И что вам ответил помощник Роули?

– Сказал, что шериф сообщит мистеру Дэвису, когда расследование завершится.

Кейн вздохнул с облегчением:

– Ну вот и ответ на ваш вопрос. В данный момент мы не представляем, как этот человек умер, а расследование может занять до нескольких недель. Если мистер Дэвис заставляет вас тянуть информацию из помощника Роули, передайте ему: пусть обращается к шерифу Алтон.

– Да, разумеется.

– Если у вас все, мисс Сондерс, то помощника Роули ждут дела.

– Еще увидимся. – Элисон широко улыбнулась Роули и направилась к двери.

Кейн проводил ее взглядом и обратился к коллеге:

– Уверен, ты и сам помнишь, что выдавать служебную информацию нельзя. Даже подружке. У нас, возможно, убийство, и утечки ни к чему.

– Да, сэр, я бы ей ничего не сказал. – Роули шумно сглотнул. – Что помощник Вулф выяснил на вскрытии? – спросил он затем.

– Пока ничего ценного, – ответил Кейн и шепотом добавил: – Мы считаем, что погибший – участник сети распространения детского порно. Вулф координирует поиски ребенка с фотографий и привлечет к делу ФБР. Отыщи все заявления о насилии над малолетними и прочеши трудовой стаж Прайса. Посмотри, не работал ли он последние пару лет с детьми. Не пропадали ли дети по соседству. Поищи в базах данных других округов заявления о пропаже или о чем-либо подозрительном.

– Хорошо. Займусь этим сразу, как соберу для Вулфа улики в доме на Мэйпл-стрит.

– Ладно, а мы с шерифом Алтон пока сгоняем в горы, обыщем дом Прайса.

– О, тогда уж и винтовку прихватите, – ухмыльнулся Роули. – А то народ там сперва стреляет и только потом спрашивает.

– Какая прелесть.

Глава четвертая

Адреналин схлынул. Удовлетворенная совершенным убийством, она оглядела свой небольшой уютный дом, где все стояло на местах и сверкало чистотой. Чистоту она любила, и даже малейшая пылинка или беспорядок вызывали у нее раздражение. Вот и сейчас нужно было немного прибраться.

Она открыла шкаф в гостевой спальне. С внутренней стороны одной дверцы висели фотографии чудовищ, а на другой – газетные вырезки со снимками пропавших девочек. Каждый раз, глядя на все эти изображения, она исполнялась решимости избавить мир от педофилов. Она всматривалась в детские лица и мысленно повторяла: «Я добьюсь справедливости, обещаю».

Потом она злобно посмотрела на снимки мужчин, почувствовала, как поднимается желчь. О да, она выяснила имена этих тварей, узнала, где они живут. Теперь она остановит их, не даст больше похищать девочек. Эймоса Прайса она выследила, когда случайно подслушала разговор о неподобающем поведении клоуна на детском празднике. Сколько родителей закрывают глаза на то, как бесстыдно лапают их детей, сколько взрослых не слушают детские жалобы, боясь признаться, что нечто подобное приключилось с их ребенком? Но она его остановила, этого монстра с нарисованной улыбкой.

Сняв с деревянной дверцы снимок Эймоса Прайса, она порвала его на кусочки. Прошла в ванную и там смыла их в унитаз. Видя агонию этого человека, его конвульсии, упиваясь его ужасом, она снова ощутила в себе пробудившуюся тьму. Ей понравилось смотреть на его мучения, и хотелось, чтобы это сладостное зрелище длилось подольше. А желание заманить в свои сети очередного насильника перешло в одержимость.

Во всепоглощающую жажду выследить и убить.

Кто следующий? Скользнув взглядом по фотографиям, она царапнула ногтями по одной из них.

– Готов сдохнуть? – обратилась она к чудовищу на фото.

Глава пятая

Мощная машина мчала вверх по извилистым горным дорогам, проезжая милю за милей. Дженна вздохнула, любуясь бесконечными и невероятно живописными видами: сосновые леса на склонах величественных гор, извилистые бурные реки и ступенчатые водопады в ореолах множества радуг… Волшебство да и только.

– Какое великолепие. И как я раньше не додумалась выбраться сюда? Поверить не могу, что еще не видела всего этого.

– Виды и правда удивительные, но в одиночку сюда лучше не забираться. – На крутом повороте Кейн крепче стиснул руль. – В такой глухомани можно ненароком забрести на чью-нибудь территорию, а местные, как сказал Роули, сперва стреляют и только потом спрашивают, – с усмешкой пояснил он. – А ведь есть еще черные медведи и рыси. Думаю, тебя они примут за ужин.

– Зато тебя – нет, – усмехнулась в ответ Дженна. – Больно в тебе много хрящей.

– Спасибо, – сказал Кейн, и в его глазах блеснул озорной огонек. – Приму это за комплимент.

Дженна взглянула на экран навигатора.

– Хижина Прайса должна быть в конце дороги направо, примерно в сотне ярдов впереди.

Машина покачивалась на ухабах, ныряя то в свет, то в тень от растущих близко к обочине деревьев.

– Вон там, справа, видишь? Табличка «Частная собственность».

– Вижу, – ответил Кейн и, ловко обогнув поворот, съехал на проселок. – Теперь ясно, отчего у него пикап такой побитый. Зимой эта дорога – просто ад для машин. – Затем он кивнул: – А вон и дом.

Дженна устремила взгляд на хижину, которая оказалась неожиданно большой. Тут же при ней стояли дровяной сарай и амбар. Навстречу незваным гостям вразвалочку вышла старая охотничья собака. Вид у нее был просто жалкий: животное отощало так, что торчали ребра.

– Насчет скотины ты был прав. Боюсь представить, что там в амбаре.

– Ну так заглянем туда первым делом. – Кейн вышел из машины и удивленно выгнул брови: – Что-то не пахнет скотиной-то. – С этими словами он неспешно направился к амбару.

Дженна тем временем погладила собаку по голове.

– Не бойся, мы принесем тебе поесть.

– Поилка у него пустая, – пылая гневом, заметил Кейн. – Охотничий пес не отощал бы всего за пару дней. Здесь, в горах, он бы нашел себе пропитание. – Он наполнил поилку из крана, подключенного к баку с дождевой водой. – Иди сюда, малыш, вот, пей. – Затем он открыл дверь амбара. – Пусто.

– Ладно, тогда проверим в доме. – Натянув пару резиновых перчаток, Дженна достала из кармана связку ключей. Поднялась на веранду, открыла дверь… и попятилась. – Боже мой, ну и вонь.

– Не трупная. Всего лишь запах немытого тела, – усмехнулся Кейн. – Похоже, Эймос Прайс не был фанатом личной гигиены. – И он вошел в дом. – Подожди здесь, я открою окна.

– Посмотрю в спальнях. – Дженна вошла в хозяйскую спальню, и ее внимание тут же привлек набор париков на туалетном столике.

Затем она распахнула дверцы шкафа и, раскрыв рот, уставилась на перекладину, увешанную яркими костюмами клоуна. Вздрогнула от омерзения. Обернулась, когда вошел Кейн, и, кривясь, сказала:

– Он работал клоуном. Ненавижу их.

– Ну теперь-то он мертвый клоун. – Кейн взглянул на Дженну. – Кажется, есть такая фобия, да? Боязнь клоунов.

– Да уж, и Джон Уэйн Гейси [1] никак не улучшил их репутацию. – Ее передернуло. – Он был серийным убийцей, предпочитал маленьких мальчиков, если ты не забыл.

– Такого при всем желании не забудешь. – Кейн крепко взял ее за руку, и тепло его ладони немного уняло тревогу. – Все хорошо?

– Да, нормально, – ответила Дженна и перешла в гостиную, где, кроме камина и пары стареньких диванов, почти ничего не было. Через открытую дверь она прошла в кухню; там в раковине громоздилась гора немытых тарелок. – Гляну, вдруг найдется еда для собаки.

Не успела она сделать и трех шагов, как уловила невнятный звук.

– Слышал?

– Что?

Дженна застыла на месте. Прислушалась, наклонив голову сперва в одну сторону, потом в другую. Возникло жуткое ощущение, будто к ней взывает из могилы неупокоенный дух.

– Мне показалось, что я слышу чей-то голос. Такой нехороший звук… как будто кто-то воет. Послушай.

– Может, ветер? Или кот? Была у меня сиамская кошка, так она издавала звуки, похожие на плач младенца.

Дженна снова прислушалась, и звук повторился, отчего по рукам побежали мурашки.

– Как будто ребенок…

Стоявший позади нее Кейн вылетел назад в коридор и прошелся по спальням. Затем медленно огляделся и, увидев запертую на засов дверь, произнес:

– О нет, снова подвал. Темные погреба мне уже поперек горла. – Он снял с двери внушительный деревянный брус, заметив: – Такой и медведя бы сдержал. – Затем обернулся к Дженне: – Надеюсь, Прайс не держал у себя ручную пантеру. – И озабоченно добавил: – Голодную ручную пантеру.

Снова услышав вой, Дженна разом вспомнила все ужастики, которые когда-либо смотрела. С чем-то живым она бы еще справилась, а вот потусторонние силы – что с ними делать? Стараясь рассуждать рационально, Дженна сказала:

– Это точно не призрак, он бы сам прошел через стену.

– Я, конечно, не о привидениях думал, но некоторые верят, будто бывают духи, привязанные к конкретным местам, – пожал плечами Кейн. – Там, скорей всего, крупная кошка.

– Я бы предпочла призрака. – Прижимаясь спиной к стене, Дженна приблизилась к двери. – Приоткрой самую малость и будь готов захлопнуть, если это все же чертова пантера. Я слышала, что у них странный зов.

– Да, он похож на крик или плач. Я подопру дверь ногой.

Дженна придвинулась ближе и позвала:

– Это шериф Дженна Алтон, там внизу кто-нибудь есть?

Из темноты донесся слабый, отдающий эхом голосок. Звучал он до того призрачно, что у Дженны по спине пробежал мороз.

– Да, здесь я.

У Дженны волосы встали дыбом.

– Ты одна?

– А вы правда шериф?

Дженна кивнула Кейну, и тот приоткрыл дверь еще на пару дюймов.

– Да, со мной помощник Кейн.

Снизу повеяло вонью сточной канавы, и Дженну чуть не вырвало. Во тьму она не полезет, вот уж дудки. Дженна посмотрела на Кейна и спросила:

– Выключатель не видишь?

– Да, вот он, у двери, – шепотом ответил тот. – Осторожнее, Дженна. Это может быть его спятившая мать, и мало ли на что она способна.

Однако Дженна достала из кобуры «Глок-22» и твердо велела:

– Открывай.

Зажав одной рукой нос, она ступила на небольшую лестничную площадку. Осмотрела подвал: внизу большая двуспальная кровать и клетка, а в клетке сидела девочка лет десяти – двенадцати, одетая в грязные тряпки. «Господи!» – ужаснулась про себя Дженна.

Глава шестая

Убрав оружие в кобуру, Дженна сбежала вниз по ступенькам и кинулась к клетке.

– Все хорошо, тебе ничто не угрожает. Как тебя зовут?

– Зои. Зои Ченнинг.

Дженна приблизилась к девочке.

– Все будет хорошо. – Обернулась к Кейну: – Это она была на снимках.

– Я тоже заметил.

Подергав сваренную из крепких прутьев дверцу, Дженна снова обратилась к нему:

– Поищи, чем можно вскрыть замок, и заодно принеси воды.

Кейн убежал наверх и принялся шумно рыскать по дому, а Дженна тем временем улыбнулась девочке:

– Я вызволю тебя отсюда. Где ты живешь?

– В Хелене.

– Очень милый город, – сказала Дженна, опускаясь на корточки. – Давно ты здесь?

– Очень. Прошло много выходных. Сколько точно, я не помню. – Зои отпрянула от дверцы и, подтянув к груди колени, обхватила их грязными руками.

«Почему она измеряет время в выходных?» – подумала Дженна и оглядела подвал. Заметив на полке стопку одеял, стянула одно и просунула его через прутья внутрь клетки.

– На вот, завернись. Помощник Кейн сейчас взломает дверцу и вытащит тебя наружу.

– Можно мне помыться? – с мольбой в запавших глазах посмотрела на Дженну девочка. – Эймос не давал мыться. Они таскали меня в душ только перед отъездом.

– Они? – насторожилась Дженна.

– Да, каждые выходные Эймос приводил троих друзей, – сказала Зои, содрогнувшись маленьким тельцем. – Перед уходом он обещал привезти мне подругу. Назвал ее свежей тушкой.

Дженну словно хватили по голове стальным ломом. Ей стало ясно, почему девочка измеряет время в выходных.

– Эймос, – сказала Дженна, стараясь не выдать переполняющего ее отвращения, – больше тебя не потревожит. Он мертв.

Когда на лестнице раздались шаги Кейна, Зои вся сжалась, и ее взгляд наполнился ужасом. Тогда Дженна взяла ее за руку и стала успокаивать:

– Не бойся, Кейн – мой помощник. Он вместе со мной пришел освободить тебя. Мы поймаем тех, кто поступил так с тобой.

Взяв у Кейна бутылку воды, она протянула ее девочке.

– Мой папа – адвокат. Он говорит, что злодеев сажают в тюрьму. – Не сводя с Кейна взгляда карих глаз, Зои открыла бутылку и жадно принялась пить.

– О, не волнуйся, эти люди отправятся в тюрьму. А пока отодвинься от дверцы, и я тебя отсюда вытащу. – С решительным видом Кейн поддел петли дверцы монтировкой.

Металл заскрежетал и заскрипел, но каких-то несколько секунд – и вот уже дверца с грохотом летит на пол.

– Идем со мной, – протянула девочке руку Дженна.

Зои с ужасом отпрянула, и тогда Дженна жестом попросила Кейна не приближаться.

– Мне кажется, ее пугают мужчины. Предоставь все мне. Отвезем бедняжку в больницу, а ты пока позвони туда и попроси, чтобы организовали команду из женщин, – нахмурилась она. – Собаку тоже заберем. Отдадим в приют для животных.

– Есть, мэм. – Кейн тоже нахмурился. – В одной из спален был ноутбук. Я упакую его в мешок и, пока вы собираетесь, проведу быстрый обыск в доме.

– Конечно, бери все, что надо, но главная наша забота – Зои. – Дождавшись, когда Кейн выйдет из погреба, она помогла девочке встать на ноги. – Сейчас поедем в больницу. Там врачи тебя осмотрят, и ты сможешь помыться.

– Хочу есть. Я не обедала.

Придерживая Зои под руку, Дженна повела ее вверх по лестнице.

– У меня в машине есть энергетические батончики и апельсиновый сок. Здесь я бы ничего трогать не стала.

– Мне нравятся батончики, – вроде как повеселела Зои. – Хорошо, что вы меня нашли.

– И я рада. – Дженна вывела ее в кухню. – Присядь на минутку, попей водички. Скоро мы тебя отсюда увезем.

– А песика покормите? – У Зои дрожали губы. – Эймос морил его голодом. Думал, это весело. Хорошо, что он умер.

«Сейчас и я рада», – подумала Дженна.

– Смотрю, он был дурной человек. Не переживай, собаку мы покормим. – В коридоре показался Кейн с ноутбуком, парой внешних жестких дисков и россыпью DVD в большом пакете для улик. – Корма для собак не нашел?

– Еще нет.

Дженна нахмурилась:

– Должно же тут быть хоть что-то, чем можно покормить бедолагу. Глянь в морозильнике.

– Есть, мэм, – угрюмо ответил Кейн и обратился к Зои: – Обещаю, мы найдем тех, кто это с тобой сделал. – Затем он открыл морозильную камеру, вынул из нее пару стейков и сунул их размораживаться в микроволновку.

Зои тем временем прижалась к Дженне и разглядывала Кейна, словно бы оценивала, какую угрозу тот может представлять.

– Не лучше ли их всех пристрелить? – спросила она.

Глава седьмая

Только с большим усилием Кейн подавил бурлящий в нем гнев. Перед девочкой он должен был оставаться образцом спокойствия и профессионализма. Проявишь хоть капельку агрессии – и она испугается тебя еще больше. Кейн до боли стиснул зубы; у него кровь в жилах кипела от вида синяков на ее лице. Эймос Прайс, может, и отправился в мир иной, но землю топтало еще трое моральных уродов. Взять бы и растерзать их голыми руками. Кем надо быть, чтобы сотворить такое с ребенком?

Кейн подождал, пока пес доест мясо, а потом усадил его на заднее сиденье во внедорожнике. Дженна в это время ухаживала за Зои: девочка сидела в салоне, завернутая в одеяло, и уплетала энергетические батончики. Она вздрогнула, когда Кейн садился за руль. Оно и понятно: после всего, что ей довелось пережить, просто так не оправиться, последствия будут давать знать о себе еще многие годы. Кейн ознакомился с делами многих убийц-психопатов и знал, что пережитое в детстве насилие может стать потом триггером, и лучше проработать травму с психологом. Кейн взглянул на Зои. Она не закрылась и неплохо шла на контакт, а это необычно для ребенка, пережившего такой длительный травмирующий опыт. Кейн видел детей, полностью запиравшихся на годы и не желавших ни о чем рассказывать. Держа боль в себе, они в конце концов не выдерживали и срывались, шли вразнос.

– Пока мы не уехали, – велела Дженна, – позвони Вулфу. Пусть вместе с Роули приедет сюда и все обыщет. Надо выяснить, кто в этом замешан, и сказать, что мы нашли девочку с фотографии.

– Хорошо.

Кейн связался с Вулфом, ввел его в курс дела, рассказал о находках и передал распоряжение приехать к дому с командой экспертов-криминалистов. Зои упоминала нескольких мучителей, и нужно было найти на них улики. Если они оставили следы ДНК, Вулф их отыщет. Он будет работать в связке с врачами из больницы и, если их анализы дадут какие-то результаты, перепроверит все у себя в лаборатории.

– Я свяжусь с родителями. – Бросив на него встревоженный взгляд, Дженна обернулась к девочке: – Зои, ты помнишь ваш номер телефона?

– Знаю номер папы. – Зои задумчиво потерла нос грязным пальцем и потом назвала номер. – Вроде такой… Голова плохо соображает.

– Ничего страшного. Я буду звонить, пока не дозвонюсь. – Дженна со значением взглянула на Кейна и набрала номер отца Зои. – Поехали отсюда.

Кейн повел машину вниз по склону горы, по ухабам и кочкам, и испытал облегчение, когда впереди наконец показалось шоссе. Включив проблесковые маячки, погнал в сторону больницы Блэк-Рок-Фоллз.

Мистеру Ченнингу Дженна сообщила мало, только то, что его дочь жива и ее везут в больницу. Когда же она завершила разговор, Кейн сказал:

– На дорогу из Хелены у него уйдет какое-то время.

– Он полетит на вертолете. Прямо сейчас едет домой за супругой. – Побледневшая, Дженна откинулась на спинку сиденья. – Как приедем, я предупрежу персонал больницы, чтобы приготовили площадку. – Она нахмурила лоб. – Зои пропала полгода назад.

«Господи!» – подумал Кейн и, откашлявшись, спросил:

– Раз уж она с тобой разговаривает, может, спросишь о тех, других людях? А то в больнице ей сразу дадут успокоительное.

– Да, хорошо, – согласилась Дженна. Поджав губы, она достала блокнот с ручкой и обернулась к Зои: – Зои, как зовут песика?

– Болван, но вряд ли это его настоящая кличка, – пожала плечами Зои, прикусив нижнюю губу.

– А, понятно. Он уже был там, когда тебя привезли в дом?

– Нет, Эймос говорил, что взял его из приюта недели три назад. – Зои со вздохом отпила сока. – Он не болван. И мне он нравится. Когда Эймос запирал нас в подвале, то он сидел рядом и слушал меня. Мне кажется, песик все понимал, потому что Эймоса не любил и рычал на него. – Она почесала кончик носа. – Вы ведь не вернете его в приют, да? Мне кажется, ему там плохо.

У Кейна от жалости сдавило в груди.

– Нет, – сказал он, глянул на Дженну. – Я за ним присмотрю. Узнаем, как его зовут на самом деле. В приюте должны быть записи.

– Сперва лошади, теперь собаки? – Дженна бросила на помощника обеспокоенный взгляд. – Что дальше? Домашний скот?

Кейн пожал плечами:

– Даже не знаю… Надо, наверное, спросить у домовладелицы, но, думаю, узнав про собаку, она растает.

Вдоль шоссе тянулся лес Стэнтон. Высокие и пегие зеленые сосны стояли точно стражи на пути к водопадам. Кейн с грустью взглянул назад на омытый солнцем величественный горный склон. Жаль, что подобное великолепие таило такие мерзости.

– Уже недолго осталось, – предупредил Кейн.

Дженна взглянула на него, уловив намек, потом спросила у девочки:

– Зои, ты помнишь имена остальных, кто приходил к тебе?

– Нет, – сказала та и сунула в рот еще батончик.

– Ладно, – стараясь не напирать, продолжала Дженна. – Скольких мужчин ты видела? Каждый раз одинаковое число?

– Да. Трое и Эймос, как я уже сказала.

Не в силах больше молчать, Кейн тяжело вздохнул и поинтересовался:

– Не помнишь, как они выглядели?

Зои агрессивно прищурилась.

– Я не хочу говорить с вами.

– Ладно, больше он ни слова не скажет. – Дженна взглянула на Кейна так холодно, что и озеро Блэк-Рок-Фоллз покрылось бы льдом, а затем с улыбкой спросила у девочки: – Какого цвета у них были волосы?

– Я не знаю, как они выглядели. Они носили маски. – Зои почесала грязную, покрытую дорожками слез щеку. – Один приходил вчера утром, рано-рано. Все спрашивал, куда делся Эймос. Он не выпустил меня, но оставил еды.

«Интересно», – подумал Кейн, взглянув на Дженну и обратившись к ней одной:

– Наверное, он живет неподалеку. Скажем, в радиусе пяти миль, учитывая, как там, в горах, разбросаны хижины.

– Да, обыскать горы будет непросто, – признала Дженна и снова с улыбкой спросила у Зои: – Еще что-нибудь помнишь? Шрамы? Татуировки?

– У одного на руке был паук с красной спинкой. Этот был злой. – У Зои задрожала нижняя губа. – У другого шрам на животе, внизу справа. Я больше не хочу говорить о них.

Дженна тепло улыбнулась:

– Я так тобой горжусь, ты нам столько всего рассказала. Теперь отдыхай, скоро будем в больнице, твои родители уже едут туда.

– Они разозлятся за то, что я убежала?

– Нет. – Дженна передала ей еще бутылку воды. – Я говорила с твоим папой, и он был очень рад узнать, что ты цела.

– Это хорошо. Если снова позвонит, передайте ему, что зря я убежала, когда он смыл в унитаз мою мертвую рыбку. Похоже, хоронить ее в саду – правда дурная затея.

Дженна печально, со слезами на глазах посмотрела на Кейна. Потом откашлялась и чуть дрогнувшим голосом пообещала девочке:

– Передам.

Глава восьмая

День у Илая Дорси выдался хуже некуда. Шли третьи сутки, как пропал его друг. Илай наведался к нему домой и, не найдя на месте пикапа, позволил себе войти – открыл дверь ключом, спрятанным тут же под клумбой. Девочка сказала, что Эймоса нет со вторника. Обеспокоенный, Илай накормил ее и уехал. В городе с таксофона позвонил на сотовый Эймосу и, не дождавшись ответа, отправился домой. Как быть дальше, он не знал.

Ближе к вечеру Илай решил проехать мимо дома, в котором друг намеревался встретиться с новой девочкой. Пикап и правда стоял там, чуть в стороне, но вход в дом, к ужасу Илая, перекрывала желтая полицейская лента.

Тогда он сразу же поехал назад, к дому друга, чтобы забрать девчонку из подвала. Он выбрал альтернативный путь, оставив машину в полумиле от хижины Эймоса, у обочины старой лесовозной дороги, и остаток пути проделал пешком. Предосторожности оказались не лишними: в доме к тому времени кишели помощники шерифа. Эймос был не самого большого ума и, похоже, прокололся.

Вооружившись биноклем и укрывшись за валуном, Илай стал наблюдать за происходящим. Машины помощников шерифа стояли у дома уже несколько часов, однако ни Эймоса, ни девчонки видно не было. У Илая от страха свело живот. Если родители новой тушки пришли домой раньше времени и застукали Эймоса, копы арестовали бы его. Тогда понятно, зачем обыск в доме – это обычная процедура.

Илай почесал подбородок и задумчиво перекатился с носка на пятку. Помощники шерифа выносили из дома вещи в пакетах. Тут и дурак догадался бы, что они ищут следы ДНК и отпечатки пальцев. Ну и ладно, ничего они не найдут. Илай с друзьями были осторожны и в дом к Эймосу не входили, не надев предварительно перчаток. Постельное белье после каждого визита отстирывали, а пленку, которой накрывали кровать, мыли с отбеливателем. После одной неудачи, не на шутку перепугавшись, они ничего не оставляли на волю случая. Эймос, конечно, жил как свинья, однако каждые выходные после развлечений в подвале не оставалось ни пятнышка. Бумажные пылеприемники от пылесоса и те отправлялись в огонь.

Девчонка, сидевшая в подвале, тоже никого не опознала бы. После того как одна из пленниц Бобби-Джо смылась, напуганные друзья стали еще осмотрительнее, надевали перчатки и маски клоунов. Копы ничего не узнают. Спасенная девка сейчас как маленький, напуганный зверек. Она побоится говорить, уверенная, что, если даст показания, то ее родителей убьют.

* * *

Становилось поздно, и Илай отправился домой. По тропинке вышел к дороге, что вела к его уединенной хижине под скальным карнизом среди деревьев. Сел во внедорожник и был дома к ужину. На кухне, звеня посудой, накрывала на стол милая. В свои восемнадцать она уже стала для него старовата, однако с обязанностями по дому справлялась отлично: готовила, убирала и не жужжала. Она даже говорила, что ей нравится за ним ухаживать, но Илай для верности надел ей на ногу крепкий браслет и держал на цепи – вдруг решит убежать.

Илай пристально посмотрел в худое лицо девушки и с унынием вспомнил, как целую неделю ждал, что придет к Эймосу, а там его будет ждать новая девочка. Теперь, похоже, так просто свежую тушку не отыщешь. Илай подавил желание позвонить Бобби-Джо или Крису: они условились общаться только вживую или созваниваться по таксофону. Любого из них когда угодно могла сцапать полиция, как сегодня – Эймоса, например, поэтому друзья старались не оставлять копам зацепок, ведущих к остальным.

Поужинав, Илай отправился к себе в берлогу. Благодаря новой вышке на горе у него появился доступ к быстрому Интернету. Уверенный, что где-нибудь в чате какой-нибудь онлайн-игры или молодежной соцсети удастся подыскать подходящую замену, он вошел на один из сайтов. Пролистав личные сообщения, наткнулся на любопытный пост: девочка жаловалась, что ее парень не пришел на свидание. Четырнадцать лет… Самое то. Илай написал ей и, к собственному восторгу, получил ответ.

Пообщавшись с девочкой, он внезапно осознал, что она – та самая, которую до этого неделями обхаживал Эймос. Илай уже знал, чего она ждет, и врал напропалую. Среди прочих его навыков, отточенных за многие годы, было умение убеждать. Он пообещал девочке небо в алмазах, сказал, что с ним она будет в безопасности, ведь он такой классный парень. Потом дал ей номер предоплаченного мобильника и в предвкушении стал ждать звонка.

Наконец зазвучал рингтон, и Илай, сделав глубокий вдох, ответил:

– Але.

– Это Липучка. И раз уж ты будешь моим первым парнем, скажи, как тебя зовут по правде. Хватит просто имени.

Пораженный ее мягким девичьим голоском, он совершенно не подумал о последствиях и выпалил:

– Илай.

– О, какое классное имя! – хихикнула она. – До скорого.

Глава девятая

Пятница

Чувствуя себя подавленно, Дженна в надежде хоть как-то приподнять настроение посмотрела в окно кабинета. По праздникам город всегда оживал, и местные с упоением предавались гуляниям. Полным ходом шел Осенний фестиваль, и сегодня, в пятницу, в общественном центре было запланировано яркое представление: по главной улице пройдет парад, по пути которого выстроятся лотки с произведениями искусства, ремесел, домашней выпечкой и прочим.

Отчаянно желая оказаться где-нибудь в другом месте, только не здесь, где у нее под самым носом орудовала группа не то заезжих, не то местных и хорошо скрывавшихся совратителей малолетних, Дженна со стоном провела ладонями по лицу.

Жизнь в качестве шерифа оказалась непростой. Согласившись перебраться в это захолустье, Дженна ожидала, что дело придется иметь с банальными соседскими перебранками и штрафами за неправильную парковку. Казалось бы, операции под прикрытием и программа по защите свидетелей остались в прошлом, можно начинать радоваться и перестать бояться, но не тут-то было. Сонный городишко Блэк-Рок-Фоллз таил секретов не меньше, чем Египетский лабиринт [2]. Дженну не отпускало чувство, будто местные живописные улочки так и притягивают к себе отбросы общества, убийц и прочих преступников.

Недавние жуткие злодеяния заставили ее по достоинству оценить навыки старших помощников, хотя поначалу и пришлось пободаться. Оба были первоклассными специалистами, и Дженна нашла их способностям верное применение. С тех пор все трое работали сообща как настоящая команда. Скоро ожидалось новое пополнение, и хотя Дженна с нетерпением ждала, когда нагрузка на нее саму уменьшится, к новичкам еще предстояло привыкнуть.

Услышав голоса за дверью, она вспомнила, что вот-вот начнется планерка, и постаралась взбодриться. Не дай бог Кейн увидит нерешительность на ее лице. За прошедший год они близко сдружились, и он, эксперт-профайлер, читал ее как открытую книгу. В дверь постучали, и Дженна, выпрямившись, ответила:

– Да, входите.

Помощники вошли и расселись по местам. Все, кроме Уолтерса. Его Дженна отправила на весь день в больницу, дежурить у сестринского поста. И хотя Зои определили в особое отделение, зарезервированное департаментом шерифа специально для раненых жертв и заключенных, Дженна решила усилить меры предосторожности. Остальные члены банды педофилов уже могли обнаружить исчезновение девочки, и Дженна опасалась, что они попытаются заткнуть ей рот.

Дженна обвела сотрудников взглядом и положила руки на стол.

– Я связалась с шерифом Хелены по поводу дела Зои, и он сказал, что, когда о ее исчезновении только заявили, он звонил в отдел ФБР по розыску похищенных детей. Те прислали опергруппу, но ничего не нашли. Девочка словно испарилась. Шериф передаст мне материалы дела и свяжется с федералами, так что скоро они обратятся ко мне и запросят все, собранное нами. А раз уж Зои едет домой в Хелену после выписки из больницы, то лучше агентам пообщаться с ней там. Незачем травмировать ее сильнее разговорами здесь и сейчас.

– Вряд ли у них будет полезная информация по убийству Прайса, – пожал плечами Кейн.

Дженна согласно кивнула.

– Помощник Вулф, вам есть о чем доложить?

– И да, и нет, – оживился Вулф. – Я уже упоминал сильный запах табака из желудка Прайса. Интуиция меня не подвела: я провел тест на присутствие никотин-сульфата, и результат был положительный.

Дженна заинтересованно подалась вперед и сделала кое-какие пометки у себя в блокноте.

– Можете объяснить, почему это важно?

– Никотин-сульфат – это прозрачная жидкость, ее широко применяют, в том числе и в сельском хозяйстве, как пестицид. Он высокотоксичный, причиняет сильные мучения. Такое по доброй воле не примут. Исходя из всего этого, делаю вывод, что Прайса убили. – Вулф вздохнул. – А уж как Прайс выпил яд – загадка. В бутылке бурбона следов никотин-сульфата нет. Ни стакана, ни пустой баночки из-под колы, которые указали бы на то, что он отравился в доме, мы не нашли. Однако, прими он яд заранее, до места смерти просто не доехал бы.

– Наша Мэгги – не просто отличный секретарь, она отменная ищейка. Попрошу ее узнать, продается ли где-нибудь в городе никотин-сульфат. Если этот пестицид покупают редко, продавец должен был запомнить, кому из местных его продал. – Дженна прочистила горло. – Время смерти установить удалось?

– Не окончательно. Жара в доме ускорила темпы разложения, поэтому опираться на температуру тела не стоило. Очевидно, что убийца включил термостат, чтобы помешать нам определить время смерти, но наступила она в промежутке между визитом в дом мистера Дэвиса и мисс Сондерс.

– Как насчет отпечатков пальцев? Кто еще побывал в доме?

– Мы нашли «пальчики» Эймоса Прайса на входной двери, нижней части перил внутренней лестницы и кухонной стойке. На двери и косяке кухонной двери – отпечатки мисс Сондерс. Прочие принадлежат уборщицам и ремонтникам. Уборщицы, которые наведывались в дом за два дня до обнаружения трупа, ездят на фургоне с GPS-трекером. Это бригада из двух человек: мать и дочь, Розмари и Лиззи Харпер. За те два дня они точно побывали вблизи места убийства.

– Ремонтник – это плотник, – сказал Кейн, вглядываясь в лицо Дженны. – Зовут Адам Стиклер. Сюда перебрался два месяца назад, до того жил в Блэкуотере, а восемь лет назад его сестра Джейн пропала по пути домой из школы. Она исчезла без следа, поэтому у него есть возможный мотив для убийства. Шериф Блэкуотера провел тщательное расследование, опять же подключилось ФБР, однако после отработки нескольких ложных зацепок от людей, видевших Джейн в тот роковой день, ее след простыл окончательно. В общем, у Стиклера и мотив есть, и на месте он тоже побывал.

– Какой еще мотив, Кейн? По-вашему, это мотив? Как это связано с нашим делом?

– Сейчас объясню, – ответил Кейн, доставая из папки документ и передавая его Дженне. – Это жалоба от его матери на Прайса за то, что тот лапал детишек на празднике в честь дня рождения. Жалобе ходу не дали, однако Джейн Стиклер была на празднике, а на следующей неделе пропала. Прайс стал главным подозреваемым у ФБР. – Кейн выложил на стол ксерокопию газетной полосы. – Об этом написано и в выпуске «Блэкуотер ньюс».

Дженна тяжело вздохнула:

– Если Джейн была на том празднике, то опросили бы всех его участников. Прайс вообще на нем присутствовал?

– Да, и его опросили, однако ничего на него не нашли. Шериф обыскал его дом, но и там ничего не было. Зато теперь у нас на руках принципиально важные улики, которых не хватило следствию тогда: в деле замешано несколько человек. Прайс мог держать Джейн не у себя дома.

– Хорошо, придется поговорить со Стиклером. На момент исчезновения сестры ему было лет четырнадцать, и он мог дождаться, пока станет взрослее, чтобы нанести удар. – Дженна просмотрела свои заметки. – Я навела справки о Лиззи Харпер, одной из уборщиц. У нее тоже есть ключ от дома и мотив. Почти шесть лет назад она на три года села в колонию для несовершеннолетних за то, что пырнула ножом отца-насильника. Она даже сына от него родила, ему сейчас семь лет. Пока шло расследование, в газетах мелькали версии о целой банде педофилов. Суд засекретил материалы дела, и нам остается опираться на протоколы предварительного следствия и сообщения в местных газетах. Если отец Лиззи был членом шайки, она вполне может мстить обидчикам. И Харпер, и Стиклер знали, что в доме никого не будет. – Она оторвалась от заметок. – Вопрос: как они тогда заманили в дом Прайса?

– Если он активно искал жертву, скажем, в Интернете, то мог стать их добычей в собственной же игре, – сказал Кейн. – ФБР давно уже вылавливает педофилов в чатах. Сериалы пестрят подобными сюжетами, а для того, чтобы притвориться ребенком и заманить в ловушку растлителя малолетних, гением быть не надо.

– Да, логично, – согласилась Дженна. – Однако строить из себя тинейджера непросто, у них свой сленг, – со вздохом заметила она. – И ведь маньяки не всех жертв находят в Сети? Я читала о делах, в которых были замешаны члены семьи и друзья.

– Нельзя забывать о том, как хитры педофилы. – Кейн стиснул подлокотник кресла. – Часто они заняты в сфере развлечения для детей. Прайс, например, работал клоуном. Педофилы сначала втираются в доверие к родителям, потом начинают обрабатывать детей. Самый распространенный типаж – это мужчина, заводящий дружбу с вдовой или матерью-одиночкой. Он делает вид, будто заботится о матери, а сам у нее за спиной насилует ребенка. Он становится папочкой, которого в семье никогда не было, отсюда и доверие детей. Большинство жертв молчит, боясь снова остаться без отца, или под угрозой расправы с матерью. Беда же в том, что педофилы орудуют как поодиночке, так и в группах, поэтому их сложно поймать.

– Это мне известно, Кейн. – Дженна постучала по столу кончиком ручки. – И тут мы подходим к вопросу: почему на Прайса совершили покушение сейчас? После стольких лет. Что вдруг заставило Лиззи Харпер возжелать крови Прайса?

– Харпер – уборщица, наверняка прибирается в домах и после детских праздников, – с суровым видом заметил Вулф. – Возможно, она стала свидетелем неподобающего поведения Прайса, вспомнила, как надругались над ней, и сорвалась, захотела убить его. Отца ведь она порешила. Впрочем, ее случай – это, скорее, исключение. Обычно люди не хотят ввязываться или считают, что надумали себе лишнего, или же просто стыдятся сообщать о подобном поведении.

Дженна сглотнула подступившую к горлу желчь.

– Не верю, что кто-то может поступать так безответственно. – Она еще раз заглянула в заметки. – Прайс был единственным клоуном у нас в городе? – спросила она потом и обвела взглядом собравшихся.

– Нет, я проверил, – ответил Роули, глядя на нее прищуренными карими глазами. – На праздниках, то есть по меньшей мере раз в месяц, обычно присутствует еще два клоуна, которые надувают замок-батут. Дети так и вьются возле него.

Да сколько же этих клоунов, черт бы их побрал!

– Кому принадлежит батут?

– Муниципальному совету.

– Свяжись с ними и выясни имена клоунов.

Дженна запустила руки в волосы. Дело ей очень не нравилось: как тут сохранишь хладнокровие и профессионализм, когда речь о насилии над детьми? Кейн с Вулфом и те еле сдерживаются. Кейн по ее приказу без вопросов снимет любую цель, но учинять расправу над педофилами Дженне не хотелось.

– Вы вроде говорили, будто бы Зои упомянула группу мужчин? – припомнил Роули, занеся карандаш над блокнотом. – Есть какие-нибудь зацепки по ним?

Дженна в ответ улыбнулась:

– Хороший вопрос. – И обратилась к Вулфу: – В хижине нашлись какие-нибудь улики на банду педофилов?

– Нет. Судя по тому, что мне удалось установить достоверно, там жили только Прайс и девочка. – Вулф порылся у себя в записях и, не поднимая головы, добавил: – Отпечатки в хижине принадлежат либо ей, либо ему. Если кто и заходил в дом, кроме них, он был очень аккуратен и носил перчатки. Никак в толк не возьму, откуда в подвале такая безупречная чистота. В клетке была сущая помойка, девочку держали в грязи, зато остальную часть комнаты как будто недавно выдраили. Кровать застелена свежей простыней, а матрас обернут пленкой, от которой несет отбеливателем. Если вспомнить, что остальная часть дома – натуральный свинарник, то с какой стати отмывать подвал, не трогая клетку?

– На этот вопрос ответить мог бы лишь один человек, – произнес Кейн, откидываясь на спинку кресла и вытягивая длинные ноги. – Придется вам еще раз поговорить с Зои, мэм.

– Поговорю, как только получу разрешение от ее родителей и допуск врача. Только вряд ли она кого-либо сможет опознать, раз насильники носили маски. – Дженна постучала кончиком ручки по нижней губе. – Возможно, подвал очистил и не он, в смысле не Прайс. Если к нему по выходным приезжали приятели, как нам уже сказала Зои, то, наверное, они и позаботились о том, чтобы не оставить следов.

– Точно, – оживился Кейн. – Они бы не стали рисковать, оставляя следы своей ДНК.

– И все же, – делая новые пометки в блокноте, продолжала Дженна, – Эймос после ухода приятелей не давал Зои мыться. Если он так боялся оставить следы ДНК, не лучше ли было заставить ее искупаться?

– Будем ждать результатов генетической экспертизы взятых у Зои образцов, – мрачно проговорил Вулф. – Со слов врача я узнал, что Прайс насиловал Зои в течение длительного периода времени. Она пропала полгода назад, так что все сходится. – Он вздохнул. – Единственный способ выяснить, что произошло, – это спросить у нее самой. Вдруг она заговорит.

– Напрасно полагать, будто Прайс развлекался бы с ней только по выходным, когда приезжали дружки, – начиная горячиться, сказала Дженна. – Серьезно, предмет вожделения тут, под носом – бери не хочу. Мыться он пускал Зои только перед приходом подельников. И если это они драили подвал, как вы предполагаете, они бы и ее заодно мыли. Анализ образцов укажет только на Эймоса Прайса, и, готова спорить, следы преступления найдутся у него на кровати.

– В постели Прайса я и правда нашел следы семенной жидкости. Однако результатов генетической экспертизы придется подождать. – Вулф посмотрел на Дженну. – Как только они прибудут, я дам знать.

Дженна встала из-за стола и посмотрела на него сверху вниз. Затем перевела взгляд на Кейна:

– Когда выследим этих нелюдей, жду от вас двоих профессионального поведения. Доставьте их сюда на допрос, чтобы мы могли выяснить, как широко раскинулась их сеть. Не дай бог, они вдруг сломают себе шеи при сопротивлении аресту. Вам все ясно?

– Безусловно, – поджал губы Кейн. – Как будем действовать дальше?

– Выходите на улицы. Кто-то должен будет опознать человека с татуировкой черной вдовы на руке. Присмотритесь к руководителям летних лагерей, вожатым скаутов, проповедникам – ко всем, кто работает с детьми.

– Убийство Эймоса Прайса тоже расследуем? – озабоченно взглянул на нее Роули. – Или сосредоточимся только на сети педофилов?

– Занимаемся обоими делами. – Дженна задумчиво прикусила нижнюю губу. – Хочу знать все про Лиззи Харпер и ее мать, только действуйте мягко. Кейн, созвонись для начала с матерью и выясни все, что получится. Как сказал Вулф, яд – это оружие женщин. Надо выяснить, причастны ли к убийству Лиззи с матерью.

– А потом вызвать их на допрос? – продолжил Кейн, увлеченно делая в блокноте заметки.

– Да, и как можно скорее. – Дженна вернулась в кресло. – Я собираюсь выяснить побольше о деле Лиззи Харпер, но для этого потребуется ордер, а у нас на Лиззи пока ничего нет. Мне нужна любая информация, любые подробности, какие получится выяснить. Хочу знать, не насиловал ли ее кто-то еще, помимо отца.

Затем она обратилась к Роули:

– Добудь список ремонтников, которых риелторы привлекали для работы в том доме, а затем наведайся к мистеру Стиклеру. Попроси его явиться на допрос и проследи за реакцией. Если тебе покажется, что он что-то скрывает, вызывай для поддержки Кейна.

– А Уолтерсу вы дадите какое-нибудь задание – скоротать время, пока он в больнице? У него с собой ноутбук, – вопросительно посмотрел на нее Кейн. – Не играть же ему в солитер целый день.

Немного подумав, Дженна кивнула:

– Да, позвони ему, хорошо? Пусть проверяет базу данных штата Монтана, ищет похожие дела за последние десять лет.

– Есть, мэм.

Когда помощники покинули кабинет, постучалась Мэгги. Она озабоченно посмотрела на шерифа большими карими глазами.

– Вам принести чего-нибудь, шериф? А то вид у вас какой-то изможденный.

Дженна выдавила улыбку:

– Спасибо, все хорошо. Просто заработалась. Порадуешь чем-нибудь?

– Новые помощники уже устроились. Зайдут во второй половине дня.

«А я уж думала, что хуже сегодня уже не будет», – Дженна упала в кресло и помассировала виски.

– Спасибо, – сказала она вслух.

Глава десятая

Выйдя из кабинета, Кейн поморщился и взглянул на Вулфа.

– Если тип с татуировкой паука местный, он должен приезжать в город за припасами или хотя бы есть в кафе «У тетушки Бетти». Думаю, начать надо с магазинов.

– Да, и если разделимся, получится обойти их быстрее. – Вулф поскреб светлую щетину. – Но если решишь наведаться в «Тройной Зед» и поспрашивать там, то мне, наверное, стоит к тебе присоединиться.

В «Тройной Зед», придорожную закусочную для байкеров, что располагалась в нескольких милях за городом, если ехать в сторону гор, определенно не стоило соваться без прикрытия. Кейн осклабился:

– Да, наверное, оттуда и стоит начать. Ничто так не красит день, как толпа взрослых мужиков, бегущих в укрытие при виде значка.

– Предлагаешь запугивать людей? – Загорелое лицо Вулфа озарилось улыбкой. – Иногда полезно прикинуться плохим дядькой, а в «Тройном Зеде» еще не знают, какие мы настоящие.

Хмыкнув, Кейн направился к двери.

– Поедем на моей машине. Высажу тебя здесь на обратном пути. Если возьмешь на себя северную часть города, я прочешу южную. К обеду обойдем все магазины и встретимся в полдень в кафе. – С этими словами он потянулся за мобильником. – Сейчас позвоню Уолтерсу, озадачу его, а там и в путь двинем.

– Хороший план, – сказал Вулф и посмотрел на экран своего телефона. – По пути постараюсь нарыть что-нибудь на Лиззи Харпер и ее мать.

– Если найдешь номер телефона, то остановимся, и я поговорю с ней.

Ведя внедорожник по городским улицам и объезжая другие машины, Кейн пытался понять, зачем жители Блэк-Рок-Фоллз справляют каждый праздник, какой только отмечен в календаре. Видимо, гости из соседних городов помогали набить бюджет. Кейн погладил себя по животу, довольный, что злоупотребление домашней выпечкой и конфетами, которые он в конских количествах покупал в палатках кондитеров, никак не сказалось на кубиках пресса. Интенсивные утренние тренировки в паре с Дженной помогали ему держать себя в форме, а ей – оттачивать бойцовские навыки. Зимой Дженна угодила в плен к двум братьям-психопатам и с тех пор сильно изменилась, однако, приложив массу усилий, сумела вырваться из-под гнета болезненных воспоминаний. Кейн обучал ее приемам смешанных единоборств; заодно это помогло им укрепить дружбу. Вообще, отношения у Кейна и Алтон сложились теплые, с комфортными посиделками в конце дня, без разговоров о работе.

По пути Кейн озирался по сторонам. Местный парк поражал буйством красок и обилием палаток в карамельную полоску. Был тут и замок-батут, и при виде двух клоунов, катавших детишек на пони, у Кейна волосы встали дыбом. Он въехал на парковку и, посмотрев на Вулфа, сказал:

– Клоуны. Интересно, у них есть профсоюз или нечто в таком духе?

– В Блэк-Рок-Фоллз для того, чтобы катать детей на пони, нужны разрешение и страховка, – сказал, оторвавшись от телефона, Вулф. – Надо проверить действующие и отозванные лицензии. Вдруг найдем близких друзей Прайса.

«Надо бы подтянуть знания местных городских правил», – сказал себе Кейн.

– Да, отличная мысль. Продолжай искать, а я проверю этих.

Выйдя из машины, он направился к веренице детишек, которые, сжимая в руках билеты, ожидали своей очереди прокатиться на пони. Когда клоун вернулся к отправной точке маршрута, Кейн хлопнул его по плечу.

– Можно вас на пару слов?

– Меня дети ждут, – раздраженно ответил мужчина.

Злой блеск его глаз янтарного цвета никак не вязался с намалеванной на лице огромной улыбкой.

Кейн отвел его в сторонку, чтобы дети не слышали разговора:

– Это не займет много времени, – сказал он, доставая блокнот и ручку. – Как вас зовут?

– А что такое? Я ничего дурного не сделал, – прищурился клоун. Говорил он с французским акцентом.

– Я и не утверждаю, будто вы что-то нарушили, однако в этом городе для того, чтобы катать детей на пони, требуются разрешение и страховка. Разрешение вы должны быть готовы предъявить по первому требованию. – Кейн приосанился. – Теперь отвечайте на вопрос. Вы же не хотите, чтобы я на глазах у детей надел на вас наручники и отволок в офис шерифа?

– Есть у меня разрешение. – Стянув с руки белую перчатку, клоун расстегнул молнию на костюме и полез во внутренний карман. – Меня зовут Клод Буваль, моего напарника – Пьер. Мы с ним кузены. В разрешение вписаны оба имени.

Кейн записал имена и адрес братьев.

– Где вы были на этой неделе?

– Сейчас Осенний фестиваль, мы работаем здесь, в парке, с девяти утра до шести вечера. Остановились в мотеле «Блэк-Рок-Фоллз» и нет, сразу скажу, что мотеля мы в свободное время не покидали. Еду заказывали в номер.

Выходит, думал Кейн, к делу Прайса эти клоуны не причастны. Однако они все равно могут оказаться членами банды педофилов.

– Будьте добры, вторую перчатку тоже снимите.

– Это зачем? – удивленно выпучил глаза Клод.

– Я расследую одно происшествие, в котором замешан клоун с татуировкой паука на руке. – Кейн прищурился, разглядывая Клода. – Не знаете никого в городе, кто подпадал бы под это описание?

– Нет, – ответил тот, снимая вторую перчатку. – Видите? Татуировок нет.

Кейн поднял взгляд и увидел, как в их сторону идет второй клоун.

– Пьер Буваль?

– Что-то не так?

– Покажи ему руки, – недовольно вздохнув, попросил кузена Клод. – Он ищет клоуна с татушкой.

– Легко, – ответил Пьер, снимая перчатки.

Татуировок у него на руках не оказалось.

Разочарованный, Кейн решил зайти под другим углом.

– Не знаете клоуна по имени Эймос Прайс? Или имена клоунов-завсегдатаев праздников? Или тех, кто живет неподалеку?

– Мы с другими аниматорами не работаем, – пожал плечами Клод. – Конкуренты как-никак. Многие из них сегодня клоуны, завтра – эльфы. Для нас-то это работа, а не повод нарядиться кем-нибудь. Другое дело – клоуны с родео.

– Клоуны с родео мне неинтересны. Мне нужны те, которые работают с детьми.

– А… по ходу дела, кто-то из наших коллег повел себя непрофессионально? – Уголки ярко-красных губ Пьера опустились, что придало ему немного комичный вид. – О совратителях несовершеннолетних мы знаем не понаслышке. Эти типы здорово портят нам репутацию, но они не всегда клоуны. Например, один фокусник выманил с праздника по случаю дня рождения нашу сестру Анжелик. Три дня она просидела в доме этого урода, но однажды, когда он спал, ей удалось бежать. Ему потом дали семь лет тюрьмы.

Кейн тут же насторожился.

– Когда это случилось? – живо поинтересовался он.

– Восемь лет назад в Блэкуотере. Сестре было всего двенадцать. – Взгляд Пьера сделался печальным. – С тех пор она сильно изменилась, прошла терапию, но без ножа спать не ложится.

– Вот почему мне надо отыскать этого человека, – пристально посмотрел на клоунов Кейн. – Как звали фокусника?

– Стюарт Джеймс Макгрегор.

– Благодарю. – Кейн записал имя. – Были еще причастные к делу?

– Мы не знаем. Анжелик никогда не рассказывала о пережитом. Когда она сбежала, ей помогла женщина, которая в тот момент выгуливала собаку недалеко от дома Макгрегора. Отвела нашу сестру в полицию, а потом указала на дом.

– Вы живете в Блэкуотере? – спросил Кейн, потому что не узнал указанный в разрешении адрес. – Сейчас там обитаете?

– Нет, у нас дом в низинной части округа. В десяти милях к востоку отсюда. Переехали три месяца назад. Купили небольшое ранчо у отставного мэра Рокфорда. А вот Анжелик так и живет с родителями в Блэкуотере, – со вздохом договорил Пьер. – Пока вы не спросили, отвечу сам: мы не уезжаем из города, потому что машину сдали на ремонт в мастерскую Миллера. Можете проверить.

– Ладно, спасибо. – Кейн достал визитки и протянул их клоунам. – Позвоните, если вдруг заметите человека с татуировкой черной вдовы на руке. Звоните, если вдруг до вас дойдут слухи о том, что кто-то, кто работает с детьми, ведет себя неподобающим образом. Ваших имен в разговоре с ним я упоминать не стану. Мне нужно только поймать этого типа.

Клоуны взяли карточки и кивнули, а Кейн вернулся к машине. Сев за руль, он посмотрел на Вулфа и включил зажигание.

– У нас еще одна женщина, жертва педофила. Зовут Анжелик Буваль. Инцидент имел место восемь лет назад в Блэкуотере. Обвинения предъявили мужчине по имени Стюарт Джеймс Макгрегор. Его судили. Проверь, что сможешь найти.

– Ее мы тоже занесем в список подозреваемых?

Кейн задом выехал на запруженную машинами и людьми дорогу, развернулся и направился к границе города.

– Я считаю, учитывать надо каждого, у кого есть мотив. После похищения психика у Анжелик Буваль расшаталась. Заметив, как кто-то пытается растлить ребенка, эта женщина могла сорваться и отомстить.

– А вот это интересно, – вскинув светлые брови, сказал Вулф. – Я выяснил, где работал до ареста Макгрегор, и загуглил эту компанию: некий «Веселый праздник». И, похоже, в ней работал еще и Прайс. Компания присылает на праздники клоунов, фокусников, санта-клаусов и прочих аниматоров, без которых не обходятся детские мероприятия и массовые гуляния. Работает по меньшей мере с тремя городами-соседями, включая наш и Блэкуотер. У них на сайте я нашел список сотрудников и сличил имена из него с реестром тех, у кого есть приводы за растление малолетних. Все чисты, кроме Макгрегора. – Он показал Кейну экран мобильного. – Смотри-ка, Стю Макгрегора все еще можно вызвать на какой-нибудь праздник под открытым небом, но у него ограниченная лицензия: никаких мероприятий с участием детей. Он неопасный насильник. Сомневаюсь, что страдает от избытка работы.

– Это любопытно.

– Да, и еще у меня есть номер телефона Розмари Харпер, – сказал, посмотрев на Кейна Вулф. – Хочешь поговорить с ней сейчас?

– Да. – Кейн остановился у обочины и забрал у Вулфа телефон.

После пары гудков ответила женщина.

– Это Розмари Харпер? Замечательно. Говорит помощник шерифа Кейн из департамента шерифа Блэк-Рок-Фоллз. Мне нужно задать вам несколько вопросов наистрожайшей конфиденциальности.

Поговорив немного с Розмари, он завершил вызов и вернул трубку Вулфу.

– Просто бред какой-то, так сразу и не объяснишь. Давай я сперва все доложу шерифу, а потом введу в курс дела и тебя. – Он выехал на шоссе и, поддав газу, помчался дальше.

– Не вопрос, – с улыбкой ответил Вулф. – Конфиденциальность так конфиденциальность.

Отъехав от города миль на пять, Кейн увидел впереди бар «Тройной Зед». На парковке он снова взял у Вулфа телефон и пристально посмотрел на экран.

– Интересно, сколько сотрудников «Веселого праздника» имеют приводы?

– Как вернемся в офис, всех проверю.

– Прайс орудовал не в одиночку. Очень вероятно, что он промышлял уже давно и мог поучаствовать в похищении Анжелик Буваль. Хотя она и упоминала лишь одного похитителя, Стю Макгрегора, нельзя забывать и о Прайсе: они с Макгрегором работали в одной фирме, оба были педофилами. – Кейн открыл дверцу машины. – Прайс обычно работал на праздниках здесь и в Блэкуотере. Мисс Буваль могла встретить его в костюме клоуна, что воскресило бы ее старые воспоминания. Однако его убийство не было спонтанным. Такие покушения планируют долго и основательно.

– Она могла узнать Прайса еще несколько лет назад и успела бы спланировать убийство, – хмыкнул Вулф. – После того, что с ней сотворили, оправиться нелегко.

Кейн первым вошел в бар и сразу же направился к стойке. Краем глаза он заметил, как кое-кто из посетителей спешит выскользнуть через черный ход, и слабо улыбнулся. Его интересовала рыба покрупнее.

– Вам чего? – стараясь не смотреть Кейну в глаза и протирая стойку грязной тряпкой, спросил бармен.

– Информации, – ответил, глядя на него сверху вниз, Кейн. – У вас есть клиент с татуировкой черной вдовы на руке?

– Был бы – не сказал бы, – презрительно фыркнул мужчина. – Мы на друзей не стучим.

– Ладно, тогда я сам осмотрюсь. – Кейн развернулся и оглядел помещение. Подошел к Вулфу. – Разделимся. Впрочем, сомневаюсь, что мы что-то здесь найдем.

Опросив восемь клиентов в зале, оба потом вышли и направились к машине, у которой, опершись о дверцу, их ждала девица в обрезанных джинсах, рубашке, которая почти ничего не скрывала, и красных туфлях на шпильках.

– Хотите поговорить, мэм? – спросил Кейн, коснувшись полей шляпы.

– Вы спрашивали о человеке с татуировкой черной вдовы?

– Да. Знаете, как его зовут?

– Даром ничего не бывает, – подмигнула девица, выпятив грудь. – Полтинник.

Кейн громко и резко рассмеялся:

– Двадцатка. – Достав купюру из бумажника, он помахал ею в воздухе. – Либо так, либо никак.

– Ну ладно-ладно. Несколько лет назад, может, даже все шесть, сюда из Блэкуотера заезжала банда байкеров «Черные вдовы». У них у всех на руках были такие татухи, – она указала красным ногтем на подушечку между большим и указательным пальцами, – вот тут. Правда, я их уже несколько лет как не видела. – Выдернув из пальцев Кейна двадцатку, девица плавной походкой двинулась прочь.

Кейн посмотрел ей вслед, потирая челюсть.

– Похоже, все улики ведут в Блэкуотер.

Глава одиннадцатая

Она гуляла по парку, ничем не выделяясь из толпы. Просто лакомилась сахарной ватой и радовалась празднику. Вдыхая запахи хот-догов и конского навоза, задержалась у очереди желающих покататься на пони. Заметила помощника шерифа Кейна: поговорив с клоунами, тот вручил им визитки, улыбнулся и поспешил прочь. Она содрогнулась от ненависти. Кейн запросто может оказаться одним из чудовищ, представителя власти никто и никогда не заподозрит, а Кейн к тому же не женат и ни с кем не встречается. Идеальный кандидат. Может, проследить за ним, посмотреть, чем он сегодня занимается в городе? «Я вижу вас, помощник шерифа Кейн, и наблюдаю за вами», – мысленно пригрозила она.

Не желая упускать его из виду, она как бы невзначай, боком приблизилась к клоуну, который в этот момент усаживал на пони очередного ребенка. Погладила животное по гриве и, изобразив интерес, спросила:

– Вы еще долго здесь будете? Я бы хотела покатать сестренку. Она просто обожает клоунов.

– До конца праздника, – ответил с французским акцентом клоун.

– О, спасибо, – тепло улыбнулась она. – Мы всегда приглашали клоунов сестре на день рождения. Вы выезжаете на детские праздники?

– Иногда. Предпочитаем фестивали. – Он указал на очередь детей, ожидающих покатушек. – Мне пора.

– Ой, да, конечно, – улыбнулась она, а внутри вся сжалась.

Продолжая наблюдать за Кейном, снова нырнула в толпу. Присела на лавку в дальней точке круга, по которому водили пони, рядом с вымотанной мамашей и ее тремя капризными детьми. Отсюда ничто не мешало следить за Кейном, а когда он направился к машине, она встала, уже готовая последовать за ним дальше, узнать, чем же он занимается и кто еще у него в списке подозреваемых. Однако по пути к своей машине взглянула на часы, и кожа у нее на руках покрылась мурашками от возбуждения. Скоро предстояло свидание с очередным чудовищем. Выманить его оказалось нетрудно: хватило сыграть в его же игру, потешить его эго, и вот эта сволочь уже согласна на встречу.

К утру не станет еще одного монстра.

Глава двенадцатая

Дженна взглянула на двоих новых помощников. Один из них, Коул Уэббер, двадцативосьмилетний кареглазый шатен, представился с мягким новоанглийским акцентом. В Блэк-Рок-Фоллз он перевелся из Бостона. Еще один опытный помощник шерифа в команде здорово пригодится, отметила про себя Дженна.

Она встала и присмотрелась к нему, оценила уверенный вид. Протянула руку:

– Добро пожаловать в Блэк-Рок-Фоллз. Не стойте, присаживайтесь.

– Я рад, что приехал, мэм.

Затем Дженна взглянула на Полу Брэдфорд, зеленоглазую блондинку ростом пять футов и семь дюймов. Она была еще новичком и свою карьеру в правоохранительных органах начала полгода назад в Хелене.

– Оставить семью и перебраться сюда – это большой шаг, – сказала Дженна, пожимая женщине руку.

– Я из большой семьи, так что одинокая жизнь в небольшом городке для меня просто дар божий, – ответила Пола и с улыбкой присела. – Спасибо, что помогли устроиться. Квартира очень милая.

– Да, кстати, спасибо, – вставил Уэббер и, как-то странно взглянув на Дженну, добавил: – Хотя от соседа я узнал, что мой дом раньше принадлежал помощнику шерифа, погибшему при исполнении.

Дженна смущенно признала:

– Да, Пит Дэниелс был ценным членом команды, однако погиб он не в доме, а собственность в пользу департамента пожертвовали его близкие.

– Его убийцы в тюрьме?

– Мертвы. – Дженна вспомнила, как ударом пятки раздробила гортань одному из них, как к ее горлу приставили нож, как грянул выстрел и в лицо брызнула кровь. Стиснула в кулаки задрожавшие руки.

– Дженна? – встревоженный голос Кейна вырвал ее из петли ужасающих воспоминаний.

Дженна моргнула. Увидела Кейна в дверном проеме кабинета, а еще – смущение на лицах новых помощников. «Господи, – подумала она, – и надолго меня в этот раз вырубило?» Загнав воспоминания обратно, туда, откуда они вылезли, выдавила улыбку.

– Помощник Кейн, познакомьтесь, это Коул Уэббер и Пола Брэдфорд. Они приступают к обязанностям завтра. В эти выходные всем предстоят сверхурочные. Попро́сите Вулфа ввести новеньких в курс дела? Как освободитесь, жду вашего отчета по расследованию.

– Есть, мэм. У меня был разговор с Розмари Харпер, – сказал Кейн, обеспокоенно посмотрев на Дженну и поставив на стол бумажный стаканчик с кофе и пакет с выпечкой из кафе «У тетушки Бетти». – Это я вам обед прихватил.

Дженна бросила взгляд на часы: шел уже третий час.

– Спасибо, я заработалась. – Потом она сказала новичкам: – Увидимся утром.

Когда те вышли и прикрыли за собой дверь, она спрятала лицо в ладони. Воспоминания о похищении и близкой гибели отравляли жизнь уже не так сильно, хотя никуда не делись и таились в дальнем уголке подсознания, выбираясь наружу, стоило дать слабину. И сейчас Дженна выставила себя дурой перед новыми помощниками. Хорошо, что есть Кейн – он всегда прикроет.

Дженна откинулась на спинку кресла, отпила кофе. Потом заглянула в пакет и улыбнулась: сэндвич с индейкой – ее любимый перекус. Впрочем, едва Дженна успела приступить к нему, как Кейн вернулся. Она встретила помощника с улыбкой.

– Спасибо. Я потеряла счет времени.

– Все хорошо, Дженна?

– Нормально, – отмахнулась она, – просто вспомнили смерть Пита, и меня снова накрыло. Надеюсь только, что не надолго.

– Вряд ли, – уголком рта улыбнулся Кейн. – Уэббер подумал, что разбередил старые раны, и теперь жалеет об этом. Да, мы все горюем о смерти Пита, но тебе с этими воспоминаниями и кошмарами надо к кому-нибудь обратиться. Посттравматическое расстройство – это серьезно, его надо лечить.

– Кто бы говорил! Не помнишь, как на днях заснул у телевизора, а потом проснулся и схватил меня за горло?

– Это другое. Просто кошмар, а не ПТСР, – усмехнулся Кейн. – Я же не от талибов отбивался, а защищал тебя от зомби. Надо завязывать с сериалами про ходячих мертвецов? Когда в следующий раз придешь, выбирать кино буду я, ладно?

– Не вопрос, – ответила Дженна и, слизнув с пальцев майонез, посмотрела на него. – На минутку забудь про досуг и расскажи, что вы еще сегодня нарыли.

Кейн подробно пересказал ей историю о сестре двух клоунов, о том, что Макгрегор и Прайс когда-то вместе работали в «Веселом празднике», и о визите в «Тройной Зед».

– Мы заглянули в половину местных заведений и расспросили официанток в кафе «У тетушки Бетти». Сюзи Хартвиг вспомнила одного типа с татуировкой. Оказывается, прошлым летом на празднике в честь родео она танцевала с каким-то блондином, у которого была наколка. Больше, правда, ничего о нем так и не вспомнила, но вроде как видела его в городе. Говорит, вел себя грубо, дурно пах. И глаза у него необычные… Я попытался вытянуть из нее побольше деталей внешности, однако выяснил только про возраст – где-то в районе пятидесяти – и про пивной живот.

– Это уже кое-что, – вздохнула Дженна. – А вот я так и не получила доступ к засекреченным протоколам суда по делу Лиззи Харпер, поэтому у меня голяк.

– Я еще не все рассказал, – нахмурился Кейн. – Я звонил Розмари Харпер, рассказал о нашем деле: мол, оно похоже на случай ее дочери, и попросил помощи. Поначалу мать отпиралась, но стоило упомянуть, что педофилов было несколько, как она заговорила. Оказывается, отец ребенка Лиззи – не муж Розмари. Год назад у ее внука проявилось генетическое заболевание, и врачи проводили тест ДНК. Тогда-то правда и вскрылась. Лиззи о своих испытаниях говорить отказывается, выдавая лишь разрозненные детали, и теперь мать убеждена, что ее насиловало сразу несколько мужчин.

– Ужас! – сказала Дженна, надкусывая сэндвич. – Еще что-нибудь?

– После убийства отца Лиззи ходит к терапевту и сидит на таблетках. А живут Харперы в квартале от места убийства, так что Лиззи могла быть там в момент смерти Прайса.

– Это все совпадения, – вздохнула Дженна, – а мне нужны доказательства.

– Доказательств нет, есть версия. В городе много кто пользуется услугами Харперов, их приглашают для уборки на детские праздники. Логично предположить, что они видят и аниматоров. Контактные данные Прайса были в сети. Лиззи легко могла прикинуться ребенком, которого Прайс видел на празднике, и пригласить его на встречу в тот дом.

Дженна кивнула:

– Это вероятно. У нее был мастер-ключ от дома. Но как тогда она заманила Прайса? Она знала о чатах?

– Да, если она смотрит телевизор, то, думаю, знала, какая в них таится угроза для детей. – Кейн нахмурил брови. – Не секрет, что педофилы прикидываются в Интернете подростками. В одном только «Фейсбуке» [3] детских сообществ пруд пруди, и ФБР их все мониторить не в силах. Лиззи достаточно было использовать никнейм с намеком, и педофилы сами бы на нее вышли.

Потягивая кофе, Дженна посмотрела на Кейна поверх кромки стаканчика.

– Распространенная беда. Я проверила, как часто совершаются подобные преступления, и выяснила: в нашем штате буквально тысячи открытых дел. Просто эпидемия какая-то.

В дверном проеме возникла тень, и Дженна, подняв взгляд, увидела Роули.

– Да?

– Мистер Стиклер в комнате для допросов, – доложил Роули. – Он явился добровольно, но, кажется, не понимает, о чем вы хотели с ним поговорить. – Подойдя к столу Дженны, помощник положил перед ней лист бумаги. – Вот список ремонтников, которых агентство по продаже недвижимости привлекает к работе над объектами. Тех, кто побывал на месте преступления, я выделил цветом. – Он посмотрел ей в глаза и добавил: – Я выяснил еще кое-что интересное. Агентство мистера Дэвиса занималось всеми домами Рокфорда, сдавало их в аренду. От всех есть мастер-ключи. У клининговой фирмы и Стиклера имеется по экземпляру.

– Хорошо, спасибо. – Дженна взглянула на Кейна и встала. – Я пока зафиксирую эту информацию на маркерной доске, а позже приобщу к делу. Разговор с мистером Стиклером не ждет.

Записав сведения, полученные от Роули, на доске, она поспешила в комнату для допросов.

* * *

Стиклер нервничал и сидел, положив на стол сцепленные руки. Едва Дженна вошла в комнату для допросов, как ощутила сильный запах пота. Стиклер был стройный и мускулистый парень лет двадцати. Сев напротив, Дженна улыбнулась.

– Спасибо, что пришли. Это помощник шерифа Кейн, – указала она на Кейна. – Не возражаете, если наш разговор будет записан?

– В чем, собственно, дело? – угрюмо поинтересовался Стиклер. – Я ничего плохого не совершил. – Дрожащей рукой он смахнул пот с верхней губы. – Ладно, запись ведите, но не забывайте, что вы не зачитали мне права.

«А тебе есть что скрывать», – отметила про себя Дженна и включила записывающее устройство.

– Это просто разговор по душам, мистер Стиклер, а вот если бы я вас арестовала, тогда права и зачитали бы. Ничего из сказанного вами здесь и сейчас в суде использовано быть не может, – улыбнулась она. – Для протокола, сейчас половина третьего, в комнате присутствуют Адам Стиклер, шериф Дженна Алтон и помощник шерифа Дэвид Кейн. Мистер Стиклер добровольно согласился поговорить с нами. – Взглянув на рукописные заметки, она снова посмотрела на Стиклера. – Мисс Элисон Сондерс из агентства по продаже недвижимости обнаружила труп мужчины в доме номер три по Мэйпл-лейн. Я так понимаю, вы недавно выполняли там какие-то работы?

– Труп? – побледнев, спросил Стиклер. – Я знаю покойного?

– Просто отвечайте на вопрос, – сурово произнес Кейн, скрестив руки на широченной груди.

– Я навешивал новые ручки на дверцы кухонных шкафчиков. Закончил в прошлую пятницу утром.

Дженна подалась вперед:

– Вы приходили раньше уборщиц? Или дом выглядел так, будто в нем уже провели уборку перед осмотром?

– Нет, я приходил до уборки. Мисс Сондерс попросила уйти до полудня, и часов в одиннадцать я уехал.

– Можете рассказать, где были и чем занимались в промежутке между прошлой пятницей и этой средой?

– Да, в субботу я чинил крышу старику Старки, он живет на Блайндмэнс-Пик. Весь день там провозился. Воскресенье провел с близкими, а с понедельника по четверг мотался к мистеру Старки, доделывал крышу. – Стиклер подозрительно посмотрел на Дженну, потом достал мобильник и пролистал на нем список контактов. – Я дам номера телефонов. Позвоните – удостоверитесь сами.

Дженна записала номера, которые он назвал, потом спросила:

– Знаете человека по имени Эймос Прайс?

– Нет, – ответил Стиклер, однако в его взгляде промелькнула тень сомнения. – Хотя… постойте… Да, имя знакомое. Вроде бы это его предки приглашали клоуном на праздники в честь дней рождения моих сестер, еще когда мы жили в Блэкуотере. – Прищурившись, он добавил: – Нас в семье семеро детей: я и шесть девчонок. Я старший.

– Да, речь о нем, – подтвердил Кейн. – Его тело нашли в доме на Мэйпл. Вы знали, что Эймос Прайс был педофилом?

– Нет! – побледнев, ответил Стиклер. – Господи боже, думаете, он как-то причастен к исчезновению моей сестры?

Дженна налила воды и подвинула ему стакан.

– Точно сказать не могу, но вы знали, что ваша мать подавала на него жалобу за непристойное поведение?

– Нет, помню только, как приходили копы, когда пропала Джейн. Видимо, спрашивали о Прайсе. Я же ничего не знал, ребенком тогда был.

– Ладно, – Дженна непринужденно откинулась на спинку кресла. Очень уж Стиклер расстроился. Искренне переживал или притворялся, пытаясь скрыть вину? – Как давно пропала ваша сестра?

– Восемь лет назад. – Стиклер поднял на нее покрасневшие глаза и шмыгнул носом. – Если Прайс мертв, значит, мы ее уже не найдем? – Он схватил стакан и выпил воду крупными глотками.

– Найти ее – наша работа, – очень серьезно проговорил Кейн, – и мы приложим все усилия, однако потребуется ваша помощь. Нам нужно знать, были ли у Прайса сообщники. Не помните, может, он приходил с напарником, другим клоуном, или общался с кем-то при вас?

– Да, помню фокусника по имени Великий Дунгини и еще одного клоуна, – проговорил Стиклер, глядя в пустоту перед собой, потом снова посмотрел на Кейна. – Больше я имен не помню. – Тут он выпрямился и предложил: – Могу спросить у родителей. На праздниках они пачками делали фотки и все снимали на видео. Хотя аниматоров в гриме опознать будет трудно.

– Вы нам очень помогли, спасибо, и нам пригодятся любые изображения и видеоматериалы. Допрос окончен в два часа пятьдесят минут, – сказала Дженна, отключая диктофон. – Помощник Кейн даст вам свою визитку. Если вдруг вспомните что-то, что угодно, пожалуйста, позвоните.

– Обязательно, – ответил Стиклер, убирая визитку в карман. – Можно мне уже идти?

– Да. – Дженна провела карточкой-пропуском по сканеру электронного замка на двери и указала в сторону Роули: – Мой помощник вас проводит.

Закрыв за Стиклером дверь, она обернулась к Кейну:

– Что думаешь?

– Судя по тому, как Стиклер отреагировал на известия о смерти Прайса, это не наш убийца, – пожал плечами Кейн. – Беда в том, что он зол и верит, будто его сестра еще жива, хотя шансы на это после стольких лет минимальны. Еще он подтвердил, что был второй клоун. Стю Макгрегор, он же Великий Дунгини, и Прайс когда-то работали вместе в фирме «Веселый праздник». Когда делом Стиклеров занималось ФБР, Прайс вышел чистеньким, но пресса наверняка крепко вцепилась в Макгрегора. Если Стиклер знал, что эти двое – приятели, то мог заподозрить Прайса в похищении сестры. Надеюсь только, он не попытается отомстить Макгрегору.

– Я тоже очень на это надеюсь, – нахмурившись, согласилась Дженна. – У нас и так забот полон рот.

Глава тринадцатая

Обыграть следующего маньяка оказалось проще простого. Хватило по секрету обмолвиться о том, что вот родители уснут, и можно будет выскользнуть из дома, как он согласился на встречу в мотеле «Блэк-Рок-Фоллз», снял номер. Место просто идеальное, кто только там не останавливается – от заезжающих на ночь бабников-ковбоев до хоккейных фанатов, кочующих из города в город следом за любимой командой. Другими словами, комнату можно снять хоть на два часа, а хозяин сдаст ее любому. Мужчины вроде ее жертвы любят мотели, ведь там столько следов чужой ДНК, что потом ничего не докажешь.

Она подговорила его зарыть ключ от номера под высоким деревом возле школьных ворот, пообещав прийти в мотель к семи вечера. Дождавшись, когда эта тварь бросит ключ на землю и присыплет его, она взглядом проводила его внедорожник и только потом вышла из укрытия. Проходя мимо школы, она как будто случайно просыпала из бумажного пакета апельсины, а уж подобрать ключ и незаметно бросить его в пакет вместе с фруктами оказалось нетрудно.

Вечером, вернувшись домой, она проверила сообщения и сделала несколько важных звонков. Затем преобразилась в настоящего подростка и полюбовалась на себя в зеркало: тощая и плоская, ростом всего пять футов и два дюйма издалека она и правда походила на школьницу. Днем высокие каблуки и хитрая прическа помогали выглядеть выше на пять дюймов, бюстгальтер с пушапом придавал соблазнительный вид, ну а накрасившись, она смотрелась на свой реальный возраст – двадцать один год.

Натянув пару хирургических перчаток, она переоделась в худи и через дверь в кухне перешла в гараж. Машину она подобрала среднюю, белый «форд», каких в городе полно и который не привлечет внимания в засаженной деревьями аллее у мотеля. Опять же, там никаких камер наблюдения, и владельцы не лезут в личную жизнь постояльцев. Внутренний двор окружали живописные клены, чьи медные кроны отбрасывали на бетон рябые тени. В номер она пройдет никем не замеченной.

Она приехала в половине седьмого. Вышла из машины и спрятала ключи на колесе под крылом, затем, держась тени, приблизилась к парковке. Следуя ее указаниям, чудовище сняло номер в задней части мотеля – крайнюю комнату поближе к деревьям. Она огляделась, перебежала через парковку и, воспользовавшись ключом, вошла в номер.

Не застав никого внутри, облегченно вздохнула. Окажись педофил стадным зверем и приведи с собой парочку друзей, она попала бы в неприятности. Но сейчас она сняла куртку, достала из сумки длинный шампур и сунула его под ближайшую подушку. На этот раз решила обойтись без отравы.

Эта тварь заслужила особого обращения.

Взглянув на часы, она погасила свет в номере и, сев у окна, стала ждать. Без пяти минут семь на парковку въехал внедорожник. Педофил вышел из салона и, поблескивая лысой головой, двинулся к номеру. Он был просто огромен и мог переломить ее шею, как сухую веточку. Если план не удастся, то она, практически беззащитная, окажется в его власти.

Вот он открыл дверь, и она, с замирающим сердцем, попятилась вглубь номера. Для него она оставалась темным силуэтом на фоне подсвеченного окошка ванной. Так было нужно, чтобы он не видел ее лица и думал, будто перед ним правда молоденькая девочка. В предвкушении расправы над этим чудовищем она ощутила прилив сил. Она сыграет роль до конца и заставит его поплатиться за все.

– Ты уже здесь? – От возбуждения его голос прозвучал неожиданно пискляво.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она хихикнула. Совратителям нравилось, как она хихикает.

– Ну да, уже здесь. Ты принес то, что я просила?

– Ага, – показал он бумажный пакет. – А для чего чулки и повязка на глаза? Я бы не хотел, чтобы ты надевала чулки. Мне нравится, когда мои девочки в чем мать родила. Давай включу свет? Хочу рассмотреть тебя получше. Ты точно красавица…

– Пока не надо, а то я стесняюсь. – Изображая застенчивость, она накрутила локоны на палец. – А ты выглядишь старше, чем на картинке. Тебе же вроде восемнадцать?

– Я побрил голову, чтобы выглядеть старше, – он сделал грустную мину. – Ну да, приврал немножко, но только потому, что очень хотел встретиться с тобой.

– Не страшно, – снова хихикнула она. – Ты любишь игры, да?

– О да, игры я люблю. А что ты задумала?

– Моей сестре восемнадцать. Один раз ее оставили присматривать за мной, а она пригласила парня. Я притворилась, типа уснула, и подглядывала за ними. Потом захотела попробовать то же, чем занимались они. Вот и попросила тебя принести эти штуки.

– Прикольно! И чем же они занимались?

– Ну сестра привязала парня чулками за руки и ноги к кровати, а потом надела ему на глаза повязку. – Она еще раз хихикнула, а он аж застонал от удовольствия. – И еще она забралась на него. Выглядело забавно.

– Да-да, это я могу, – дрожащим голосом проговорил он, скидывая одежду и вынимая из пакета покупки. Разорвал упаковку презерватива и улыбнулся. – Может, тоже разденешься, а потом привяжешь меня?

От похотливого блеска в его глазах мутило, и она покачала головой:

– Сперва повязка. Я стесняюсь. В твою игру поиграем в другой раз, ладно?

– Не вопрос, я знаю много игр. – Натянув на глаза повязку, он лег на кровать. – Ох и повеселимся мы с тобой.

– Уже сгораю от нетерпения. – Она склонилась над ним, стянула с него вонючие носки и, скомкав их, бросила на кровать. Потом сделала радио погромче. – Чтобы никто нас не подслушал.

– Толково придумано.

Она ловко привязала его лодыжки к изножью, затем села ему на округлый живот и привязала руки к спинке кровати. От того, как он бурно дышал и одобрительно постанывал, у нее по коже побежали мурашки. Наконец она достала из-под подушки шампур и, довольная, что добыча никуда уже не денется, включила лампу на тумбочке.

– Взгляни на меня, – велела она затем, сорвав у твари с глаз повязку.

Педофил задрожал от ужаса.

– Ты еще кто такая, черт возьми? – задергался он, пытаясь сбросить ее с себя. – Коп?

– Вот уж нет. Я пришла убить тебя. – Она уперлась ладонями ему в грудь, ощутила, как грохочет его сердце. Заглянула в полные ужаса глаза. – Каково это – знать, что сейчас сдохнешь?

– Я сам убью тебя, сучка.

– Удачи. – При виде этой жалкой, трепещущей пародии на мужчину страх испарился. Таких ей не было жалко. Таких она ненавидела. – Тебе будет очень, очень больно. Прямо как твоему дружку.

– За что? – спросил он, побагровев.

Она даже лишилась дара речи на время.

– Как это за что? За всех девочек, которых вы растлили. Расплата – штука неприятная, правда?

Ей нравилось, как он елозит под ней, как пучит от испуга глаза. Он боялся – так же, как когда-то боялись его жертвы.

– Твой дружок умирал медленно, а ты умрешь быстро. Но все равно будет больно.

– Не надо меня убивать. Я дам денег, да что угодно, – обливаясь слезами, обещал он. – Чего ты хочешь?

– Справедливости. – Она взяла носки. – Пасть открой.

Как ни странно, совратитель послушался, и она затолкала носки ему в глотку, потом зажала рот ладонью. Сделала глубокий вдох и вонзила ему в ухо шампур. Она не почувствовала ничего, даже когда комнату огласили сдавленные, невнятные крики. Ей не было жаль этого человека, извивающегося от невероятной боли. Она не думала вообще ни о чем. Просто уничтожала паразита. Наклонилась и заглянула в его глаза, в которых постепенно гасла искра жизни. Сказала:

– Получай.

Наконец, когда он последний раз дернулся в конвульсиях и закатил глаза, она вытащила шампур и вытерла его наволочкой. Бросила железку в пакет, а потом, оторвав кусочек скотча, тщательно прошлась им по кровати, собрала волоски. Довольная тем, что не оставила следов, опустошила бумажник жертвы, чтобы все выглядело как убийство ради ограбления. Затем собрала вещи и выскользнула наружу. «Гори в аду!» – мысленно пожелала она убитому.

Глава четырнадцатая

Суббота

Ранним утром, после регулярной тренировки, Кейн сидел и пил кофе на кухне у Дженны. У его ног лежал охотничий пес, которого, как выяснилось, звали Дюк. А еще в приюте рассказали, что он вовсе не старый, ему пять лет и он отличная ищейка. Сытый и чистый, выглядел Дюк теперь замечательно.

Кейн улыбнулся Дженне:

– Надеюсь, завтра будет время купить лошадей. В этом расследовании они могут здорово пригодиться. – Он откинулся на спинку стула и сообщил: – Вчера вечером я починил загон, а денники в идеальном состоянии. Осталось только заказать корм и солому. – Тут он нахмурился. – Еще в городе продается пара прицепов-коновозок.

– Это по карману не ударит? – спросила Дженна, взглянув на него поверх кружки с кофе. – Ты и так уже спустил состояние на мясо для Дюка. На себя-то столько не тратишь. Да и счет из ветклиники, поди, заоблачный?

Кейн широко улыбнулся и погладил Дюка по голове.

– Все нормально, деньги есть. Дюка в приют я бы ни за что не вернул, особенно раз он ищейка. Вот приведу его в форму, и он станет ценным кадром. Мне компания Дюка по душе, да и ты, я уверен, со временем полюбишь его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Джон Уэйн Гейси (1942–1994) – американский маньяк-убийца и насильник, совершил тридцать три доказанных убийства.

Вернуться

2

Лабиринтообразное сооружение у подножия пирамиды Аменемхета III.

Вернуться

3

Социальная сеть, принадлежит компании «Мета», признана экстремистской организацией и запрещена в России

Вернуться