Ольга Стародубова
44 Дня Смерти

Вступление

Единственная причина этой книги – огромное количество таких преступлений. Группой лиц, над девушкой, удержание в заложниках. И те истории, которые известны, доходят лишь только при условии, что жертва выжили или ее тело наши. Но гораздо больше остаются неизвестными. Их могилами становятся пустыри за городом, заброшенные шахты, бетонные бочки.

Необходимо рассказывать такие истории только со стороны жертв, только они заслуживают внимания. Насильники, сбиваясь в мелкие группки и подначивая друг друга перед слабой жертвой, становятся бессильными и пустыми в одиночку перед равным себе.

Первый день

Дорога протоптана не за один год и не одним человеком. Путь настолько знаком, что проходя его, ты можешь не замечать изменений. Настолько сильно привыкаешь. Походка одинакова. Ты запоминаешь камни и лужи. Не нужно думать, что это какая-то проблема, ведь так живёшь из года в год. Лишь иногда появляются мысли внести в жизнь что-то новое, и решаешь утром пройти до дома новой дорогой. Жалко, что световой день уже совсем короткий и нет никакого желания искать новые тропы в полутьме сумерек.

Проходя в пять вечера до дома с техникума, Дина уже привыкла к очертаниям зданий, в которых такие же люди, спешащие домой, включают лампочки. Жалко, что дорога до дома лежали через поле и редкий лес. Благо, от дороги немного доставали фонари, и было хоть немного видно. Нет необходимости освещать себе слегка заснеженную грязь под ногами. Как будто в первый раз видишь. Отходя от местного магазина, стояла машина пыльного серого цвета. Либо настоль грязная, либо уже достаточно старая, что нельзя отмыть до изначального вида. Одна из самых популярных отечественных машин. Мимо такой пройдешь и не заметишь. Кто-то разговаривал внутри. Вроде, мужские голоса.

По пути к дому сперва шла дорога у магазина со старым асфальтом, потом тропинка через поле, и снова дорога для машин, но отсыпанная щебенкой вперемешку с гарельником. Немного страшно идти по тропинке. Был мокрый снег и уже схватился лёд. Хорошо хоть у дома ровнее и есть за что уцепиться подошвой. У выхода с тропинки стояла та же машина. В том кармане, на месте снесенного дома. Там редкие гости ставят свои авто, а постоянные жильцы используют это место для поворота. В салоне горел свет. Стоит идти чуть быстрее. Если человек в это время не спешит в дом – это вызывает массу вопросов и опасений, особенно в таком маленьком городе.

Уже проходя мимо машины, задняя дверь за водителем открылась. В голове у Дины пробегает все способы самообороны. Баллончик перцовки лежит в рюкзаке, его не достать. Ключи во внутреннем кармане куртки, ведь все время боится их потерять. Шаги за спиной начинаются неспешно приближаться. По мере страха и увеличения скорости напуганной девушки, шаг мужчины сзади ускоряется. Одна рука схватила чуть выше талии, и давили на нижние ребра локтями самой девушки. Вторая, видимо, должна была закрыть рот, но в итоге закрывала все слегка миниатюрное лицо. Даже крика не было. Похититель поднял Дину и понёс к машине. Ноги ещё болтались в воздухе пытаясь найти пол или отбиться, от чего они шаркали грязью по спортивным брюкам мужчины.

Тот путь, в котором Дина пыталась отбиться, мужчина сильно выше её, преодолел буквально за несколько своих широких шагов. Дверь машины оставалась открытой. Когда он кидал её тело в салон, девушка немного ударилась головой об угол двери. От лёгкой ссадины не спасла даже синяя шапка из толстой пряжи. Тонкая дешевенькая осенняя куртка болотного цвета безуспешно шелестела. Она была больше похожа на целлофан, чем на предмет одежды. Худой джинсовый рюкзак мотался по сиденью во время не равной битвы. Руки похитителей то и дело хватали Дину то за руки, то за голову. Толстые чёрные волосы из короткого каре прилипали к лицу на слезы. Слабые руки бились по крепким плечам преступников, но от этого они лишь становились злее и сильнее хватали жертву. Не было слышно крика или звуков драки. На улице стояла та же тишина, что и до этого.

Машина уже тронулась по объездной дороге из глины и камней. Каждый поворот и не ровность на таком авто ощущалась особенно чётко. Руки, которые пытались ограничить движения Дины, все чаще начинали бить с той же целью. Чаще всего удары приходились по лицу, перед тем, как закрыть рот ладонью. Небольшой подъем был выездом на основную дорогу. Этим летом на ней уже был новый асфальт, поэтому водитель сразу же после поворота добавил скорости.

Одна пара рук из-за спины Дины держали её лицо и усиленно давили на рот, препятствуя даже малым попыткам крика. Второй мужчина на заднем сидении держал девушку за запястья, выдавливая на ее коже плотные очертания своих пальцев. Худые ноги-спички в темно-синих джинсах были прижаты к сидения машины ногами того же мужчины, который держал её руки.

В попытках борьбы шапка уже валялась где-то внизу между людьми. Водитель и человек на переднем сидении все время о чем-то разговаривали, не переставая набирать скорость на пустеющей поздней дороге.

Дорога будто повторилась. Вновь съезд с асфальта на проселочную дорогу, снова вдоль одноэтажных домов с разветвлением тропинок между ними. Опять машину мотает из стороны в сторону от любого камня и кочки. Авто остановилось возле открытых ворот гаража одного из домов. На улице было уже совершенно темно, от того и нет возможности разглядеть ни чёрный дом, ни тот же самый гараж, уж тем более мужчин в такой же чёрной одежде. В таких вещах ходит огромное количество людей и, пройдя мимо, невозможно остановить свое внимание на нем.

Человек, держащий лицо Дины, ждал, пока за его спиной не откроется дверь. Это сделал соучастник с переднего пассажирского сидения. Свесив одну ногу на улицу и опираясь ей о землю, он потянул с сидения Дину за собой, не переставая держать её за лицо. Мужчина, открывший дверь преступнику, схватил Дину за болтающиеся ноги и поднял их примерно на уровень своих рёбер, от чего девушка, будто немного провалилась в хватку того, кто держал её лицо. Пальца Дины все ещё пытались как-то вцепиться в мозолистую грубую кожу державшего её, но от этого она лишь надрывала и без того хрупкие ногти и вызывала у мужчины больше гнев.

Переговариваясь о чем-то между собой, мужчины заносили девушку в гараж. При попытке спустить Дину в яму, они стояли чуть дольше, от чего девушка с большей надеждой продолжала дёргать ногами. Из-за этого, видимо, они решили её бросить не спуская. Падение с высоты двух метров было таким же внезапным, как и все предыдущее. Дина упала грудной клеткой на сырую землю. Казалось, что после такого невозможно дышать. Первый же вдох ледяного сырого воздуха вызвал боль, будто ребра сломаны и впиваются в легкие.

Гараж был освещен только светом от фар. Как только мужчины бросили тело, они закрыли ворота и поставили машину во двор у дома. Первые несколько минут Дина лежала на полу и боялась шевелиться. По большей части от боли при падении, стараясь не сделать себе ещё хуже. На больших карих глазах поступили крупные градины слез. Голова лежала на согнутом локте, вторая рука накрыла голову сверху. Живот почти полностью лежал на полу, ноги были согнуты в коленях. Тело немного содрогалось от всхлипов. Всей позой она пыталась слиться с сырой холодной землёй.

Яма параметрами пять метров на восемьдесят сантиметров, предназначенная для ремонта машины, на ближайшее время будет предназначаться для её жизни. За сорок дней после смерти душе показывают ад. Дина увидит ад, ещё не успев умереть.

Спустя несколько минут тишины, Дина начала подниматься, стараясь не издавать лишнего звука шуршанием одежды. Из-за истерики, она несколько раз чуть не взвизгнула, от этого она закрывала свой рот ладонями. Поднявшись на ноги, она вытянула руки вверх и начала пытаться найти по краям ямы хоть что-то. С её ростом она могла вытянуть руки чуть дальше запястья. Спустя один круг поиска она вернулась в тот же угол, в который её бросили. Упираясь руками, пыталась подняться на край ямы, но даже в прыжке этого едва хватало. В начале, она пыталась совершать тихие и будто более сдержанные движения. После чего они были всё хаотичнее и громче.

Попытки упираться ногами и коленями о стены угла так же были безуспешными. Стали болеть локти от давления во время попыток перекинуть свое тело через край яму. Ладони стали совсем чёрными, ботинки будто съехали с ног, джинсы замарались, хоть это и было не так заметно на них, в отличие от зеленоватой куртки. Лицо было заляпано грязью вперемешку с солеными слезами, размазывая это месиво дальше по подбородку и шеи.

Со звуком скрипа старого ржавого металла, небольшая дверь гаража открылась. Вытянутый прямоугольник жёлтого света заполнил гараж, освещая немного грязную Дину. В лучах этого света стояли две крупные мужские фигуры преступников. Заходя друг за другом вереницей, их уже было трое. Из-за роста им приходилось сутулиться и немного склонять голову. Обсуждая что-то между собой, Дина пыталась выслушиваться в их речь, но в ушах оглушительно шумела кровь от страха. В ушных раковинах было слышно только сердцебиение. Молодые люди по одному спускались в яму прыжками. Дина все сильнее вжималась в землистый угол, перебирая ногами, пытаясь, будто ещё сильнее вдавиться в земляную стену. Ближайший мужчина из стоящих к ней, с лёгкой улыбкой пошёл вплотную, присел на корточки и начал рассматривать. Не ясно, изучал он тело или одежду на нем. Это продолжалось всего несколько секунд. Все это время её ноги были вытянуть, одна нога слегка согнута, будто пытаясь защититься, руки лежали на ключицах, готовясь закрыть лицо. Худые, но жилистые руки мужчины начали расстегивать молнию на куртке Дины, параллельно ударяя по рукам жертву. Девушка начала пытаться закрывать себя, поджимала ноги, скрещивала руки. Из-за её сопротивления подключились и оставшиеся двое преступников, которые все это время переговаривались короткими фразами и начинали расстегивать ширинки на своих джинсах. Один мужчина придавил левую ногу Дины своим коленом и, удерживая её руку, помогал стянуть вначале осеннюю куртку, затем футболку. Третий из преступников удерживал руку Дины и начинал звенеть ремнем её джинсов. Они продолжали переговариваться, подначивая друг друга, шутя. Двое мужчин удерживал молодую девушку, пока первый из подошедших к ней уже стягивал с неё темные штаны.

Она не кричала. Были слабые попытки, но они не приводили к хоть какому-то звуку. Дина замерла. В тишине, она пыталась лишь сильнее закрыть свое тело, чему препятствовали насильники. Сбитое дыхание, ком в горле, удушье от руки на шее и слезы.

Насильники передвинули её тело так, что бы она лежала на спине и ближе к середине всей ямы. Ещё пытаясь отбиваться, она мотала ногами, в силу своих возможностей. Ножом они случайно порезали ей кожу в районе сгиба бедра, возле места, где выпивает тазовая кость, когда срезал трусы.

Зажмурив глаза от боли, Дина открывала их в надежде, что каждое движение будет последним. Лицо было в сырой грязи, но её уже смывали ручьи слезы. Удушье от руки на горле не позволяли сделать новый вдох. С надеждой, что это наконец-то закончиться смертью, девушка уже начала терять сознание, но её привели в чувство несколько пощёчину от мужчины, который стоял на коленях, примерно, у её головы, держал её за запястье одной руки, а второй мастурбируя себе. Одна рука третьего насильника держала её левую руку, а другая стягивал лифчик, врезаясь бретельками в тонкую бледную кожу.

Они все время переговаривались между собой, подначивая друг друга, обсуждая происходящее и планируя следующую пытку, периодически прерываясь на смех и низкий гортанный короткий стон.

Слезы продолжали лить градом из карих глаз. Сперва ощущалась резкая боль между ног и каждое действие там. Потом она разрасталось на всю область внизу живота, становясь ещё сильнее и захватывая все больше. Теперь все её тело стало сплошной болью.

Когда она перестала чувствовать ноги выше колена, насильник сменился. Первый почему-то решил продолжать удерживать её руку, хотя она уже не могла сопротивляться и лишь пыталась закрыть заплаканное лицо локтями. Второй насильник недовольно высказался по поводу крови и повреждений между ног. На что первый приободрил его мыслью о её девственности и посоветовал воспринимать это как подарок.

Боль уходила все дальше. В глазах начинало темнеть, хотя помещение и так было не освещенное. Дина встретила это с надеждой на смерть.

Третий попросил нож у первого и разреза на ней лифчик. Остатки вещи они вдвоём без труда стащил с уже обмякшего, но ещё живого тела Дины. Третий продолжал водить рукой по её телу, чем вызывал смех у своих подельников.

Перешагнув через ногу Дины, мужчина видел сгустки крови и разрывы кожи, которые были достаточно сильно видны, даже в той полутьме. Может из-за этого, или из-за своих физиологических особенностей, он ничего не смог сделать. От желания совершить хоть что-то, он лёг на Дину и терся своим органом о то, что оставили после себя предыдущие преступники. После короткого стона с его стороны, и этот кошмар, наконец, закончилось.

Её руки были свободны, но она оставалась в той же позе, в какой ее удерживали преступники. Поднимаясь на ноги, мужчины так же переговаривались между собой и время от времени хихикали. Они оставили снятую и порезанную одежду в этой же яме, только забрали с собой нож.

Так же прыжками поднялись наверх, только третьему понадобилась их помощь, из-за роста не мог так сделать. За ними закрылась ржавая железная дверь, лишая пространство единственного света, который был там.

Дина осталась лежать неподвижно, на сырой земле. Чувство холодно не было. Была только боль. Она становилась все более явственной пытаясь сдвинуть ноги или согнуть их, она накатывала с новой силой. Солёные слезы пропитали волосы от висков до самого затылка. Казалось, что это именно от них такая мокрая земля.

Второй день

Из щелей гаража постепенно начал появляться свет. Дина сумела накрыть себя вещами сверху, что бы ни остыть в утренние морозы. Она не пыталась их надеть на себя, ведь даже дотянуться до них в лежачем положении приносило ей новый разряд адской боли по всему телу.

Она надеялась, что над ней сжалятся и выкинут. В голове по кругу пытались менять себя две основные мысли: «ну хоть жива осталась» и «уж лучше бы меня убили».

Солнце все продолжает подниматься и неохотно греть землю. Дина надеялась, что её уже ищут, а значит, скоро смогут найти. Ведь её семья ждала её. Понимая, что они и раньше не отличались особым рвением в помощи ей, но сейчас ведь они должны спасти. Хотя бы преподаватели в техникуме должны заметить её отсутствие. Да, у них и раньше не было такого желания выяснить поводы для отсутствия каждого учащегося, но ведь сейчас они должны помочь.

За закрытыми воротами гаража периодически шумели машины. Каждый раз шорох шин по инею на дорожных камнях воспринимался Диной с вселенской надеждой на то, что именно эта машина сейчас её спасёт. И каждый раз они проезжали мимо.

Редкие полоски света становились темнее и краснее. Солнце уже шло к закату. Даже спустя сутки, никто не нашёл её.

За дверью шумели мужские голоса, звук въезжающей во двор машины. Той самой, на которой украли Дину. Надежда на то, что они сейчас её просто сгребут и увезут куда-нибудь за город, в лес и оставят там всё же оставалась. Она уже прокручивала в голове то, как будет обещать им, не обращаться в полицию, лишь бы они отпустили её в живых.

Дверь гаража открылись так же, как и вчера ночью. Только сегодня был лишь первый из прошлой компании и один новый. Они так же обсуждали что-то между собой, одним прыжком спускаясь на высоту, которая была не под силу Дине.

Первый мужчина, видимо, сомневаюсь в том, что тело без движений ещё живо, решил слегка дотронуться до её бедра ногой, от чего вызвал боль, и хриплый стон глубокой боли. Видимо, он как-то все-таки повредил горло во время вчерашнего удушья. На шее распускались синяки. И именно на тех местах, где преступник прижимал свои пальцы.

Убедившись в остатках жизни в теле, он перетащил Дину на середину этой ямы для собственного удобства. Тащил за волосы, от этого, когда уже положил голову на землю, начал раздражённо и с брезгливостью трясти рукой, убирая оторванные пряди. Дина лишь бессильно махала руками, пытаясь сбить его хватку.

Второй мужчина начал гладить бедра, которые уже покрылись фиолетовыми синяками. Прикосновения по ним было более терпимыми, чем попытки дотронуться до таза. Казалось, будто там не осталось ничего целого.

Мужчина пытался говорить комплименты, трогать ласково. Он понимал то, какую боль причиняет ей этим. Именно от этого чувства насильник делал это ещё больше. От каждого лёгкого шипения он только повторял то действие, которое вызывало наибольшие страдания у Дины. Говоря комплимент о её груди, он дотронулся до пореза в середине грудной клетки. Он остался, после того, как они резали бюстгальтер. Услышав рваный вдох от боли, он только сильнее надавил на чуть схватившуюся корочку раны, выпуская ещё крови.

Поистине преступник разошёлся во время «ласк». Рука уже опустилась между ног Дины. Проводя грязными мозолистыми пальцами по массе из крови и мяса, он давил на каждый разрыв, вводя пальцы внутрь, вызывая слезы и всхлипы. На глазах вновь появились слезы, как и вчера. Если раньше можно было дождаться, когда они закончат, то сейчас этого понимания не было. Всё зависело лишь от того, когда он наиграется.

Мужчина достал два пальца из промежности жертвы, вытер их о внутреннюю сторону правого бедра в два движения.

Продолжая говорить комплименты на ухо, он навис над ней снова. Опять боль начала рассеиваться по всему телу, как вчера. Дина так же замерла и ждала, когда это все закончиться.

После того, как девушка вновь услышала сжатый гортанный выдох, она надеялась, что все закончилось. Открывая слипшиеся от солёных густых слез глаза, она увидела перед своими глазами нож. Мужчина специально проводил его по щеке, что бы она сумела увидеть его. В голове сохранялась надежда на смерть, и попыток сопротивляться уже не было, из-за полного отсутствия сил. Все израненное тело сжалось в немом ожидании. Холодное лезвие ножа легло пластом на низ живота, занимая площадь примерно от лобковой кости до пупка. Мужчина слегка надавил на него и провел им вниз, от чего на тонкой коже остались 2 полосы с темно-красной кровью. Насильник охватил нож полностью за рукоять и одним движением ввел его между ног Дины. От разряда боли она судорожно пыталась отползти ногами назад, отталкиваться руками мешал держащий её за запястья первый мужчина. Они продолжали переговариваться между собой и смеяться над её реакцией.

Насильник медленно вынимал нож, примерно, на половину длинны лезвия и повторно одним резким движением бил им внутрь снова. Земля ямы начала пропитываться кровью ещё сильнее, чем вчера. В теле не осталось ничего кроме боли. Мужчину не останавливало то, что вся его ладонь уже в крови, а девушка уже начинает терять сознание от невыносимых страданий.

Когда Дина перестала пытаться сопротивляться и отключилась, мужчина вытащил нож из её промежности, так же, как и пальцы, вытер о её бедро лезвие ножа. Насильник, держащий все это время жертву за запястья, отпустил одну её руку и придавил два пальца к шее, примерно в районе сонной артерии проверяя, есть ли пульс.

Убедившись, что она жива, они оставили её там же. Привычно поднялись к выходу, закрыли за собой дверь.

Дина лежала с вытянутыми ногами, немного разведенными в стороны. Руки лежали над головой ладонями вверх. Туловище было изогнуто от боли, она пыталась отводить таз назад, в попытке получить меньше боли. Кровь продолжала течь на землю, растекаясь густой красной массой.

Третий день

Светило привычно пускало тонкие лучи холодного света через щели гаража. Сегодня было чуть теплее, ведь железная стенка не покрылась голубым инеем.

Дина все так же лежала. Открыв глаза, она в полусознательном состоянии выпрямила спину, вызвав этим ещё большую боль от середины бёдер до начала рёбер. Из синего от удушья горла вырвался сдавленный едва слышный выдох. Ей было сложно дышать. Казалось, будто с каждой порцией прохладного воздуха её боль будто обновляется и набирает силу.

По ощущениям, весь низ живота наполнен кровью. Дина немного приподнялась на локтях увидеть себя. Чуть выше лобка была сине-фиолетовая гематома полумесяцем. Всё ниже больше напоминало разорванную одежду, которой пытались остановить кровотечение. На некоторых краях разрывов уже немного запеклась тёмная кровь, из каких-то ещё бежала, но уже гораздо медленнее. Положив правую руку на низ живота, в районе матки, она чувствовала, что внутри выпирает, заполнено кровью.

Бессильно упав обратно на землю, Дина надеялась, что вот-вот откроются двери гаража и её заберут. Она ждала, что появятся сотрудники полиции, МЧС, скорая. Ей помогут. Её ведь наверняка уже ищут родственники и педагоги. Она ведь пропала. Её должны найти.

С такими мыслями она встретила новый закат.

Из-за холода Дина начинает всё хуже чувствовать свои конечности. Даже имея сейчас какую-то возможность убежать, она уже не в силах это сделать. Ноги ниже колена казались ватными. Ладони немного покатывало при нажатии на них, но пальцы уже тяжело двигались.

Опухшие от слез глаза уже перестали полностью открываться.

Привычно зашумел обледенелый гравий на улице. Во двор заехала та же машина с тем же набором мужчин. Когда открылась дверь гаража сегодня, Дина надеялась, что её наконец-то добьют, ведь выкинуть её в таком состоянии поздней ночью походило на ещё большую жестокость по отношению к умирающему человеку.

Желтовато-оранжевый свет привычно очертил полоску по яме с Дианой. В проеме двери стояла двое мужчин. Первый привычно спрыгнул к девушке, о чем-то начал её спрашивать, но в ответ получал только хрипы из перебитой глотки. Он перебрал вещи Дины, которые все еще были свалены в стороне от неё, примерно на шаг. Второй мужчина дольше стоял на верху, рассматривал. Спустился тот тоже гораздо тише первого. Подойдя к Дине, он присел возле неё на корточки, взял её голову обеими ладонями и протёр её глаза большими пальцами. На них было настолько много соли от слез, что ресницы немного шуршали. Он рассматривал её лицо, опухшее от пережитого, лишь мельком бросая взгляд на все её искалеченное тело.

Мужчины переговаривались между собой. Второй попросил кинуть ему вещи Дины. Девушка впервые испытала радость за эти дни. Она надеялась, что её одену и, просто, выгонят, но она будет жива, и, если повезёт, ее найдут и помогут ей. Мужчина одним движением поймал её джинсы и футболку.

Положив тряпки ровной кучей примерно в десяти сантиметрах от таза девушки, он взял её одной рукой под шею, а второй под правым коленом и перевернул её тело животом вниз. Ворох вещей упирался именно в огромный синяк между лобком и пупком. Дина пыталась подняться, бессильно убираясь перебитыми руками в промерзшую землю, чиркая коленями. Насильник надавливал на её поясницу одной рукой и между лопаток другой. Рука, которая давила на спину выше, начала гладить давно спутанные колтуны на тёмных волосах. Мужчина что-то бормотал, будто себе под нос, успокаивая, похоже на колыбельную, было слышно звук молнии джинс и то, как он раздевается.

Рука с волос переместился на другое место. Дина почувствовала резкую и сильную боль в анальном отверстии. Пытаясь подняться, мужчина только сильнее надавливал на её поясницу, что вызывала невыносимые муки. Из-за этого у неё вновь пошла кровь из промежности, из изрезанной матки.

Соучастник, стоявший все это время рядом, смотрел на насилие и курил.

Преступник сильнее наваливался на неё сверху, давя всем своим телом, полностью ложась на худую девушку. Он придавливал её ноги своими коленями, что бы она меньше сопротивлялась. Насильник вновь гладил её рукой по волосам и буквально на ухо продолжал бормотать что-то невнятное. Из-за близости его рта, Дина почувствовала резкий запах водки, которая была недавно выпита им.

Постоянная адская боль наконец-то подарила ей потерю сознание.

Четвертый день

Тонкая полоска холодного света разбудила прицельным выстрелом в опухшие от слез глаза. Дина все так же лежала животом на куче своих вещей, но теперь они были частично залиты ее кровью. Мелкие попытки пошевелиться отдавались эхом боли по всему туловищу. По лобку и между бёдер было размазано красно-коричневое месиво. Если ранее, в самый первый день, боль была в конкретном месте, то сейчас все от шеи до половых губ превратилось в сплошное страдание. Даже дыхание приносило мучения, разъедая горло и царапая лёгкие до диафрагмы.

Может, есть кто-то, кто её ищет прямо сейчас? Вот-вот откроются ворота этого гаража и её спасут. Ей помогут врачи, а преступников уже поймали и их ждёт наказание.

Так вновь наступил вечер.

Уже привычно открылась дверь гаража. На этот раз шума машины не было, ведь они даже не уезжали. Дина продолжала надеяться, что совсем скоро это закончиться. Но все равно в таком случаи было два варианта, и один из них был гораздо удобнее преступниками.

Дина лежала всё в той же позе, не в силах и не в состоянии пошевелиться, перебарывая новую волну боли при каждом вдохе. Двое преступников прошли внутрь тёмного и сырого помещения. Они все так же разговаривали между собой и курили сигареты, что добавляло в темноту земляной ямы два новых огонька света. Один из них сел на колени чуть в стороне слева от головы девушки. Он взял её руками за синие запястья, немного потянул к себе, он чего она издала слегка булькающий хрип. Второй молодой человек охватил руками её тазовую кость и, переговариваясь с первым, перевернули тело. Синяк на животе стал ярче и больше, слегка доходят до рёбер. Лицо стало опухшим, глаза уже не пытались открыться полностью.

Насильники продолжали разговаривать между собой, смеяться и курить. При одной из затяжек пепел упал на внутреннюю часть бедра, от чего девушка сделала резкий вдох от неожиданной боли. Мужчинам это понравилось.

Они начали прижигать её кожу сигаретами, попутно экспериментируя от какого участка жертва будет сильнее страдать: от чистой и не повреждённый или от синяка и кровоподтека?

Им стало жалко тратить сигареты и постоянно зажигать их заново, и она начали использовать рот девушки в качестве пепельницы. Перебитая гортань обжигалась. Табачный дым ещё больше душил жертву. Они нарочно старались попадать как можно глубже, их смешили её рефлекторные попытки откашляться. С пятой сигареты начала подниматься кровь из горла. Девушка начала захлебываться. Боясь испачкаться, мужчина, держащий её руки, поднял правое колено и перевернул её. Промерзшая земля не впитывала кровь, и она растекалась темно-вишнёвым облаком из горла.

Испытав отвращение, мужчины ушли, оставляя кашляющую девушку наедине с асфиксией.

Пятый день

Они уже не насиловали. Может, им стало скучно и они наконец-то это все прекратят. Пусть, выкинут где-то за городом, но хотя бы живой осталась. Если посчастливится – кто-нибудь заметит и найдёт.

Очередной рассвет не переставал дарить хотя бы малую надежду на спасение. Да, она становилась все меньше, но это не значит, что её вовсе нет.

Кажется, становиться ещё холоднее. Середина осени, скоро снег пойдёт, уже ещё холоднее.

Полоска желтоватого света вновь заполнила малое пространство земляной ямы с телом внутри. От грязи, синяков и крови Дина почти сливалась с окружающей средой.

В этот раз пришёл только один мужчина. Он двигался резко, даже рано, будто тяжело не трезвый или сильно на нервах. Он спрыгнул резким движением в яму, параллельно что-то ворча и зубоскаля. Мужчина начал трепать Дину как тряпичную куклу, даже не встречая сопротивления, ведь она уже давно не способна на это. Именно из-за этого он здесь.

Вначале болтал её в руках, трепал за плечи, хватал за подбородок, шею, оттягивал назад волосы до хруста позвоночника.

Беспорядочно повторял отдельными словами про то, что она грязная, мерзкая, что она должна страдать, что она виновата в этом. В побитой голове мысли тяжело укладывались в чёткую линию, уж тем более, если эти мысли так поданы. Уж тем более, если это мысли преступника, который совершал тяжелейшие из преступлений.

Он злился все больше, перешёл на пощёчины и удары открытой рукой по всему лицу. Голос становился все громче, переходил на басистый крик, повторяя все снова и снова. Одним движением швырнув хрупкое тело обратно на землю, в порыве гнева начал наносить хаотичные удары кулаками и ногами по всему телу. Каждый удар распространялся болью, покрывая всё тело пятнами гематом и участками содранной кожи. Ближе к концу экзекуции, когда насильник начал уставать, боль стала все более постоянной и жертва начала терять сознание. Но он закончил раньше, чем она смогла закрыть глаза. От этого девушка ещё видела, как он выходил уставший из гаража. Девушка так и осталась лежать согнутая, поджав колени к себе и прикрывая голову тонкими руками.

Шестой день

Кажется, дни становятся короче. Из-за боли человеческий мозг может физически уменьшиться. Наверно, с этим и связано.

Боль теперь становиться перманентным чувством. Даже находясь без сознания, она ощущается как единственное, что ещё связывает тело и мозг.

Рассвет повторяется. Каждый раз с той же надеждой, но и с каждым разом с тем же разочарованием.

Сырая яма гаража вновь была залита полоской желтоватого цвета. В верном проёме стояли трое мужчин. Они привычно спустились вниз, общаясь и разговаривая между собой. Последний спускавшийся, держал в руках бутылку и синий пакет. Он встал напротив Дины и потряс пакетом перед ее лицом и будто привлекал ее внимание. Одни и стоявших в стороне насильников в шутку предложил ему подозвать внимание девушки на «кис-кис», как кошку, чем вызвал гул смеха среди товарищей.

Один из мужчин подошел к Дине, взял ее за талию, от чего вызвал лишь новую волну боли, ведь ребра все же оказались перебиты. Посадив Дину, ее спина опиралась на стену ямы, он сел на корточки напротив нее и начал говорить. Насильник сказал, что они решили ее покормить, но еду нужно сначала заработать. Его лицо расплывалось в самодовольной улыбке, он придерживал голову Дины рукой за подбородок.

Поднявшись в полный рост, он начал расстегивать ремень на джинсах. Достав половой орган, он толкнул свой таз на встречу к лицу девушки. Насильник обхватил ее голову руками, удерживая ее за волосы. Девушка раскрыла рот и положила член внутрь. Мужчины переговаривались между собой, попутно стаскивая с себя брюки и мастурбируя на происходящее. Преступник, склонявший Дину к минету, давал совету, как ей лучше делать. Он был недоволен, что ее сухие губы, которые не видели воды почти неделю, были настолько сухими, что царапали его кожу. Когда его половой член принял эрегированное состояние, он задел зубы Дины. Насильник от злости ударил ее открытой ладонью по голове, вновь взял за волосы и продолжил толкать орган внутрь. Девушка начала давиться и задыхаться, но на попытку хоть немного отодвинуться, мужчина лишь сильнее сжимал черные сальные волосы и толкал свой орган еще глубже. После сдавленного выдоха насильника, рот Дины заполнился соленой массой, от чего девушка начала еще больше задыхаться. Мужчина отошел чуть назад, и на землю вылилась смесь крови и спермы изо рта жертвы в попытке откашляться и начать дышать. Преступник испытал легкое чувство отвращения вперемешку с гневом, от чего ударил Дину открытой ладонью по голове, не приближаясь ближе из-за отвращения.

Перед Диной встал следующий насильник, который повторял все те же механические движения, что и первый, за исключением того, что он положил ей в рот уже возбужденный орган. Этот преступник был чуть выше, из-за этого он будто подтягивал ее голову на нужный уровень, держа ее на макушку и за затылок. Движение были грубыми и резкими, от чего девушке приходилось выбирать подходящий момент для вдоха. Она ждала, когда это закончиться. Этот мужчина так же закончил, не издав не единого звука, так же как и во время всего насилия. Когда он сделал шаг назад и отпустил голову, Дина бессильно опустила голову вниз и из ее губ потекла вязкая смесь темной крови с беловатыми прожилками семени.

Третий мужчина повторял движения, но параллельно с этим разговаривал со своими друзьями, гладил жертву большим пальцем руки по щеке возле губ, отпуская комплименты и угрожая выбить зубы, если ему что-то не понравиться. Кончая с наигранно громким стоном, он вытащил член и разрешил девушке поесть, ногой пододвинув к ней ближе пакет и маленькую пластиковую бутылку воды на пол литра.

Насильники поднялись и вышли из гаража, оставив Дину грязную в той же темноте. От окон дома был слабый теплый свет, который пробивался через щели. Девушка на ощупь и по памяти нашла бутылку воды. Первый желанный глоток принес ей боль, ведь всё горло было перебито, от чего она немного выплюнула воды изо рта обратно. Недельная жажда была сильнее, и она продолжила пить, но при каждом глотке она ощущала вкус соли либо от спермы, либо от своей крови.

Оставив примерно половину бутылки воды, она закрыла ее и начала разворачивать перебитыми руками пакет. Будто нарочно он был стянут крепким узлом, от чего ей приходилось давить на него содранными ногтями и синими пальцами. Развязав шуршащее облако, она нашла внутри свое спасение – хлеб. Некоторые куски были порезаны, некоторые либо отломаны, либо покусаны другими людьми. Но это было ее единственной едой за все это время, от чего она начала закидывать эти куски внутрь рта и проглатывая через боль. Она ела недоеденный заветренный хлеб, пока по глазам текли слезы от боли при каждом проглатывании. Доев то, что находилось внутри пакета, и умывшись своими слезами, девушка вновь припала к бутылке, жадно допивая остатки. В этот раз боль от воды была меньше, в сравнении с болью от хлебных крошек.

Поставив чуть в отдалении пакет, положив внутрь опустошенную бутылку воды, Дина на том же месте легла вдоль стены, смотря на ржавые изнутри ворота гаража в надежде, что завтра они откроются и ее заберут.

Седьмой день

Длинные ленты света вновь изрешетили земляную яму. Одна такая полоса и разбудила Дину, освящая ее глаза. На ресницах свисали кристаллики соли от слез. Она лишь слегка приоткрывала веки, не в силах открыть их полностью из-за отека после истерик.

Надежда никогда не умрет. Совсем скоро должны придти и спасти ее. Судя по тому, как ни долго ехала машина, это достаточно близко к ее району, значит, ее уже ищут и здесь тоже.

Вздрагивая от собачьего лая и шума проезжающих машин, Дина еще верила, и с надеждой ждала спасение. Солнце лениво катилось по небосводу к закату, окрашивая гараж через щели красными пятнами заката. Девушка верила, что прямо сейчас, проезжающая мимо машина, вызволит ее отсюда. Эта была машина преступников.

Мужчины сразу пошли в дом. Ранее, они вначале заходили к Дине в гараж. Может, они недавно выпили настолько много, что забыли, о ее существовании. Но, спустя час, они привычно открыли дверь, освещая яму с девушкой светом из-за своих спин. Сегодня их вновь было трое, но уже других. Спрыгнув друг за другом, не переставая разговаривать, они раздевались, казалось, готовясь к чему-то будничному и уже привычному.

Дина продолжала лежать на земле, спиной к стене и лишь наблюдая за тем к чему, что самое ужасное, она уже привыкла.

Подначивая и ухмыляясь друг с другом, они выбрали одного. Мужчина подошел к лежащей девушке, взял ее за две руки и потащил, растягивая ее тело вдоль всей ямы. Насильники расступались вкруг, словно брезгуя слишком близко стоять рядом с изнасилованным телом. Они спорили, нужно ли держать ей руки, на что один из них сказал, что очень сомневается, что девушка будет сопротивляться.

Руки Дины так и лежали вытянутыми выше головы. Первых из подошедших мужчин раздвинул ее ноги, перекладывая их в сторону от себя. Смеясь над её повреждениями, он сказал, что кровь уже запеклась и, шутя, облизнул указательный и средний палец своей левой руки, и ввел девушке во влагалище. Очередной раскат боли прошелся по телу. Мужчина лег на нее сверху и, продолжая разговаривать с мужчинами, насиловал ее. Из передавленного горла доносились хрипящие стоны. На глазах в очередной раз появились слезы. Ее нет. Она хотела в очередной раз потерять сознание от боли, лишь бы не чувствовать все это в очередной раз.

После первого, сразу подошел второй мужчина. Он был недоволен тем, что она смотрела в потолок. Преступник обхватил ее нижнюю челюсть ладонью и повернул в сторону своего лица, во время того, как насиловал ее. Дина спустила руки чуть к себе, из-за чего мужчина схватил ее за запястья и начал вдавливать в землю. Из-за постоянной боли от давления на низ живота, именно там, где находиться гематома, Дина начинает терять сознание раньше, чем насильник закончит.

Третий мужчина разбудил девушку тремя сильными пощечинами. Настолько, что от каждого удара, голова переворачивалась с боку на бок. Он специально надавливал ей на низ живота. Жертва, в немой попытке прекратить это, пыталась отползти, от чего мужчина взял ее за горло и вдавливал затылком к земле. Видя, как девушка начинает терять сознание, насильник двигался еще сильнее и давил на гигантский синяк. Он слишком сильно сдавил ей шею в конце, из-за чего Дина потеряла сознание.

Натягивая на себя спортивные брюки, один из мужчин решил над ней еще сильнее поиздеваться. У него в кармане оставались помятые пятьдесят рублей. Он положил ей их под голову, говоря, что это ее оплата за проведенный вечер.

Дина так и осталась лежать на земле, среди своих вещей, порванных и в крови, они забрали с собой пустой пакет и бутылку из-под еды.

Восьмой день

Беловатые полосы ленивого рассветного солнца вновь заполнили гараж и частично яму. Одинокая полоса света падала на левую ногу в крови. Грудная клетка мерно поднималась, боясь причинить себе больше боли из-за резкого вдоха. Каждый глоток воздуха воспринимался как надежда на спасения, как способ дождаться вызволения.

Ладони сползли на лицо, прикрывая передавленными синеющими пальцами опухшие и не открывающиеся от слез глаза. Ноги все так же разведены в стороны. Дина не пыталась их сдвинуть, ибо это доставляло лишь больше боли для измученного тела. Синяк на животе расплывался уже практически на все туловище, начиная от лобка и доходя синими поврежденными капиллярами до середины ребер.

На дне ямы видны несколько сильных очертаний луж крови, в одной из которых сейчас и лежала девушка. Под потолок старого потасканного годами жизни бревенчатого гаража едва доносились ее всхлипы от истерики. Обессилено, она прокручивала в голове, как будет, сможет ли она их уговорить отпустить ее, если девушка пообещает не идти в полицию. Может, она, наконец, надоест, и они ее выкинут. Хотя бы оставят ее в живых.

Дни становились все короче и холоднее. Лежа на земле, солнца становилось все меньше, а времени проведенного в сырой темноте все больше. Степной ветер становился все холоднее, проскальзывая сквозь узкие щели обжигал изнасилованное тело. Скоро снег пойдет. Следов совсем не останется. Может, они решат, просто, выкинуть тело, грунт уже промерз, и выкопать яму будет тяжело. Хотя бы тело найдут и семья похоронит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.