# Роза Каверна

Любовь Степаненко

Главные герои этой книги Ада и Дэни - старшеклассники, которые с первого взгляда друг друга восприняли по-разному. Их ждут школьные перепалки, ссоры, различные приключения, крепкая дружба, которые сблизят их настолько, что будет казаться, будто они - родственные души, коих свела судьба. Между ними возникнет нечто большее спустя время, но подростки не сразу это поймут.

Оглавление

Первая глава

Вторая глава

Третья глава

Четвёртая глава

Пятая глава

Шестая глава

Седьмая глава

Восьмая глава

Девятая глава

Десятая глава

Одиннадцатая глава

Двенадцатая глава

Тринадцатая глава

Четырнадцатая глава

Пятнадцатая глава

Шестнадцатая глава

Семнадцатая глава

Восемнадцатая глава

Девятнадцатая глава

Двадцатая глава

Двадцать первая глава

## Первая глава


Старшие классы – самый последний этап в жизни подростка, и, наверное, самый сложный. Но Дэни, будучи старшеклассником, не имел желания посещать учебное заведение, хотя учился удовлетворительно.

Леврис, его любимая и единственная мама, всегда с трудом будила его по утрам, а он мычал что-то в подушку несколько минут, потом переворачивался к ней лицом, едва размыкая веки, а когда протирал от дремоты глаза, женщина улыбалась и гладила парня по рыжим волосам.

— Мам, я не хочу идти в школу сегодня. Можно дома остаться?

Потирая ладошкой плоский живот, Дэни лениво встал с кровати и направил голову в сторону окна. Его глаза при солнечном свете переливались из зелёного в голубой, которые при смешивании напоминали морскую волну. Если бы парень улыбнулся, его белоснежные зубки тоже бы заблестели, но, как бы скверно не было, Дэни всегда был хмур, ничего не радовало. Рыжие волосы, подобные цвету спелого апельсина, не торчали подобно иголкам дикобраза с разных сторон, а были уложены как надо, что было единственным плюсом во внешности. Фигура его была подобна модельной – нигде не виднелось лишней жировой складки, не было волосяных покровов на теле, поэтому можно было назвать его стройным и высоким молодым парнем, который всегда ухаживал за своей внешностью, хотя никто кроме матери не знал этого.

— Дорогой мой, скажи-ка мне, у тебя проблемы в школе? Почему ты не хочешь идти на занятия?

Женщина была обеспокоена поведением сына, поэтому положила руку на лоб, привстав на цыпочки. Убедившись, что он не горячий, она выдохнула и сказала следующее:

— Если не скажешь причины, я не смогу оставить тебя дома.

Дэни знал, что его мать начнёт сильно беспокоиться, если он расскажет ей про школьные будни, ведь с начальной школы у него не было ни одного человека, которого он мог бы назвать другом. Все от него шарахались, только завидев на лице странную «татуировку» под правым глазом, смысл которой они не понимали. Кто-то из учителей говорил ему прямо в глаза, что он проклят, а ровесники боялись и считали его чуть ли не бандитом, ведь, по их мнению, «татуировки на теле носят плохие парни».

— Нет. У меня в школе всё хорошо, просто на меня напала лень, как и бывает у большинства старшеклассников.

Леврис скрестила руки на груди, внимательно изучая выражение лица сына, но никак не могла понять, что же с ним не так. Материнское сердце чувствовало неладное, но допытываться до правды не стала, а лишь молча снова погладила Дэни по голове и вышла из комнаты, не закрыв за собой дверь.

Парень взял со стола будильник, несколько минут пялился в одну точку на циферблате, пока не понял, что его разбудили раньше обычного. Но плюхаться обратно на кровать Дэни не стал, поэтому небрежно накинул на свою кровать покрывало, надел выглаженную чистую форму, причесал рыжую шевелюру и направился на кухню.

Леврис к тому времени находилась в прихожей и причёсывала свои длинные до колен каштановые волосы, чтобы заплести косу. Они были довольно густые, но часто путались, поэтому она просила помощи у Дэни, который любил заплетать её волосы. Золотистого цвета глаза блестели даже без солнечного света, потому что в них бурлила жизнь и та детская наивность, которая сохраняется и до сей поры, несмотря на плохие моменты из прошлого, которые она предпочла бы забыть, но не могла.

Парень быстро перекусил небольшой порцией варёных домашних пельменей, закусил тостом и запил всё это кофе. К нему вернулась та бодрость, что обычно приходит после кружки выпитого кофе, и он помог матери с причёской, а потом покинул порог родного дома, поцеловав перед этим Леврис на прощание.

В момент, когда Дэни заворачивал на пешеходный переход, то не заметил стоящего впереди себя человека, что стоял прямо на зебре. Взглянув перед собой, парень удивился девушке с длинными волосами, которая чуть не упала вместе с ним на асфальт. Он её ловко придержал за талию, чтобы она не упала, но пожалел об этом, когда она закричала:

— Отпусти сейчас же, извращенец! Или я вызову полицию!

Девушка была ниже парня на голову, с длинными светлыми волосами цвета пшеницы, заплетённые в хвост. Выражения лица её парень не видел, так как стоял у неё за спиной, но по тону голоса понял, что она злится.

— Вообще-то я спас тебя, а ты грубишь вместо того, чтобы поблагодарить меня. Нечего стоять на пешеходе, это опасно.

Он отпустил её, когда та начала вырываться, а потом повернулась к нему, чтобы сказать:

— Без тебя знаю, умник. И спасибо, так уж и быть.

Дэни наконец увидел цвет её глаз, который был довольно необычен для человека. Они были ярко-красного цвета, как кровь, и первое, о чём подумал парень — это о контактных линзах, которые, возможно, та носит. Но цвет настолько естественно и насыщенно выглядел, что Дэни не в силах был свести с незнакомки взгляда.

Девушка нахмурилась, но больше ничего не сказала ему, молча развернулась, поправила свою юбку, накинула сумку на плечо и быстро отдалилась от Дэни, который пришёл в себя и перешёл через дорогу, пока горел зелёный на светофоре. В его сознании остался портрет таинственной незнакомки.

Когда парень переступил порог школы, в коридорах было подозрительно пусто. Он догадывался, почему, но решил не зацикливать внимание на том, что он изгой, и направился в свой класс, ни о чём не подозревая. Оказавшись в классе, парня снова начали обливать оскорблениями, но сам он вёл себя так, словно ему всё равно. Дэни никак не ожидал услышать знакомый голос, доносящийся с конца класса, пока шёл до парты, прожигая взглядом пол безразличным взглядом:

— Что вы разгалделись, как сороки? От вас у меня голова уже болит, будьте тише.

— Ты защищаешь это исчадие, Ада?

Девушка с высоким светлым хвостиком подняла взгляд и обвела им всех присутствующих в классе. Её глаза угрожающе уставились на одного из одноклассников, который задал ей вопрос. Тот сглотнул, почувствовав давление с её стороны, и казалось, будто та его загипнотизировала на несколько секунд. После наступило напряжённое молчание, но девушка продолжала прожигать парня взглядом, будто он оскорбил её, а не кого-то малознакомого.

— Ещё раз ты скажешь что-то подобное, мне придётся убить тебя.

После этих слов она смягчилась и невинно улыбнулась, оставив одноклассника в недоумении и страхе. Дэни же присел за своё место, не обратив на Аду внимания, как и она на него. Но в глубине души желал познакомиться с ней поближе, хотя первое впечатление о ней сложилось крайне неприятное.

## Вторая глава


Парень знал только о том, что родился в неполной семье без отца. Мать воспитывала его совершенно одна, не полагаясь на чью-либо помощь. Да и друзей-то у неё не было, прохожие вечно тыкали на её сына пальцем, потому что он не был похож на свою мать. Больше их устрашала странная тёмная метка под правым глазом причудливой формы, напоминающей солнце, но с волнистыми лучами. Она в повседневной жизни школьника как таковой опасности не представляла, но мальчик всегда испытывал отвращение к собственному недостатку, который образовался, к тому же, ещё и на лице.

Даже сейчас, во время перемены, юноша не мог оторвать глаз от стекла, так как был сосредоточен на своих мыслях. Но быстро пришёл в себя, когда его позвала та самая девушка с золотистыми волосами, с которой он столкнулся утром. Ада очень внимательно рассматривала его лицо первые 5 минут, а потом Дэни не выдержал и заговорил:

— Что? У меня на лице что-то?

Девушка продолжала сверлить юношу взглядом, колко прокомментировав:

— Да так, на татуировку засмотрелась. На тебя уже смотреть нельзя?

Дэни специально закрыл это недоразумение на лице, встал с места и направился на улицу. Там было слишком много подростков, большинство из которых играли в баскетбол, вышибалы и теннис, поэтому парню пришлось выйти за пределы школьных ворот, чтобы на него никто не пялился и лишний раз не распускал слухи о том, что подросток — не такой как все. Мальчик чувствовал, что всё в его истории не так просто, как кажется, но не стал сейчас акцентировать на этом внимание. Учебный год только начался, а это значило, что впереди экзамены и бессонные ночи. Дэни, конечно, не назвал бы себя отличником, но и круглым двоечником тоже не был, поэтому прикладывал усилия, чтобы закончить учёбу «удовлетворительно».

Он стоял, приложив руку к щеке, до тех пор, пока его не напугал девичий голос:

— Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?

Её голос не выдавал какого-то страха или беспокойства, а скорее уверенность и твёрдость, которые были не присущи девочкам вроде неё. Расслабленное выражение лица девушки при этом немного раздражало парня, но он сдержался, чтобы снова не сбежать от неё, как трус. Он долго сомневался, стоит ли ей доверять, ведь они были совсем мало знакомы.

Девушка не собиралась уходить, не получив хоть какого-то ответа на свои вопросы, поэтому продолжала стоять рядом. Потом, чтобы скрасить беседу, расстегнула сумку и достала целлофановый пакетик с чем-то непонятным. Когда девушка достала оттуда ничто иное, как пирожок, и подала парню, тот долго думал, взять или не взять.

— Ты ответишь мне на вопросы? Возьми пирожок, а то горячий ведь.

Ада уже не смотрела на него, а уставилась в тротуар, жуя свободной рукой второй пирожок. Парень нехотя взял из её рук стряпню и откусил кусочек с такой опаской, будто еда была отравлена. А потом с охотой проглотил ещё кусочек, а после заговорил:

— Я же изгой. А изгои предпочитают одиночество. Ещё эта тату непонятная на лице, портит мой вид, и из-за неё все меня боятся. Зачем ты пошла за мной? Скучно стало?

— Ты выглядел неважно.

Это был весь ответ. Больше девушка ничего не сказала, а потом своими красными глазами скользнула по собеседнику, о чем-то размышляя. Вздохнула минуту погодя, подала Дэни ещё и кусок пиццы, а потом направилась обратно в школу, немного покачивая головой и временами потягиваясь.

Рыжеволосый не спускал с неё глаз, провожая до самой двери в школу, за которой она после скрылась. Пиццу он есть не стал, а решил отложить до момента, пока не окажется дома. В класс он пришёл со звонком и стал свидетелем странной сцены: Ада держит за воротник какого-то парня, а тот стоит, облокотившись на парту. Казалось, что он вот-вот сломает себе спину, но девушка продолжала напирать.

— Отпусти, дура, я это в шутку сказал! — грозно восклицал парень, пытаясь вырваться из крепкой хватки.

— Я же сказала, что, если ещё раз такое повторится, мне придется убить тебя, разве нет? Этим я сейчас и занимаюсь.

У Ады на лице всё было написано. Она снова вспылила, но непонятно, по какой причине. Дэни хотел выяснить в чём дело, но прошёл мимо, проталкиваясь через толпу одноклассников. Один из них что-то буркнул в его сторону, но парень не обратил внимания и сел на своё место.

Девушку даже не остановил вошедший в класс учитель, сильно уж она вцепилась в мальчишку. Попыток их разнять было несколько, и наконец Ада грубо оттолкнула беднягу, дала пощёчину и развернулась, чтобы сесть на место. Учитель не хотел попасть под её горячую руку, поэтому держал язык за зубами. Он видел, как та сопротивлялась его попыткам оттащить, и сам было не пострадал от её длинных ногтей на пальцах.

— Ада Свиринова, если ещё раз такой беспредел повторится, мне придётся вызвать твоих родителей сюда. Будь терпимее и спокойнее, пожалуйста.

— Он получил по заслугам. Я не собираюсь молча проглатывать оскорбления в адрес моих одноклассников.

— Какая вообще разница тебе до остальных? Такая правильная?

Того парня, с кем была у девушки стычка только что, решил подлить масла в огонь, чтобы ещё раз вывести золотоволосую из себя. Она же смерила его брезгливо и, усмехаясь, сказала:

— Ага, ты прав. Мне не плевать на остальных, но ты продолжаешь оскорблять лишь одного человека, что тебе не угодил, и я заступаюсь за него. Парень оскалился в недоброй улыбке и подошёл к ней, но не вплотную, а на расстоянии вытянутой руки, чтобы та снова его вдруг не схватила за грудки. Он встал в боевую позу, готовясь если что обороняться, но был застигнут врасплох громким замечанием:

— Быстро по местам, негодники! Урок вообще-то начался!

Дэни наблюдал за этой сценой и забавлялся тому факту, что этот придурок боится хрупкую девицу с характером. Когда девушка развернулась к нему с вопросительным выражением на лице, он перестал улыбаться, как идиот, и уставился в учебник.

— Научись уже давать отпор, пожалуйста. Будешь молча глотать это дерьмо, уважать не будут.

Девушка закатила глаза и отвернулась в тот момент, когда рыжеволосый поднял глаза и уставился в её спину.

## Третья глава


Так прошёл третий урок, но Дэни вообще был сосредоточен совершенно на другом. Когда наступила очередная перемена, он снова выскользнул в школьный двор. Увидев, что школьников нет, он подошел к тому месту, где была баскетбольная площадка, взял с корзины мяч и кинул в кольцо, попав с первого раза. Парнем сразу овладел азарт, когда приходилось бегать за мячом в разные концы площадки и снова закидывать в кольцо. Проделав несколько удачных и неудачных попыток, Дэни наконец выдохся и сел на ближайшую лавочку, немного оттянув галстук на рубашке.

Внезапно его так называемая «татуировка» на правой щеке дала о себе знать резким чувством лёгкого жжения, которая постепенно увеличивалась, причиняя рыжеволосому дискомфорт. Юноша был напуган, увидев перед собой снова ту самую девушку. Ада снова уставилась ему в глаза, явно что-то подозревая, но потом села немного поодаль от парня. Дэни не понимал, почему она так себя ведёт, но и спрашивать было как-то неловко. Боль уменьшилась, но не исчезла, поэтому парень предположил, что это рук дело девушки, которая внезапно появилась перед ним.

Золотоволосая тем временем задумчиво накручивала себе на палец прядь желтых волос. Она немного погодя замялась, прикусив губу, размышляя, казалось, о вопросе, который хотела бы задать. Ёрзала на месте несколько секунд, осматривалась по сторонам, будто кого выглядывала, а потом подвинулась ближе к Дэни и шепнула:

— В классе ходят слухи, что ты проклят. Я их опровергаю.

— Для чего ты это делаешь? Какое тебе вообще до чужого человека дело, займись собой. Спасибо, конечно, но больше так не надрывайся, ибо другой на моём месте мог бы сделать что-то похуже, чем просто высказаться. Если ты думаешь, что я тряпка, об которую вытирают ноги, думай. Мне всё равно. И спасибо за угощения.

Дэни при её словах про слухи сменился в лице, чувствуя себя словно грушей для битья, плюс, предметом для сплетен. Он догадывался, почему возникли эти слухи, но парень старался это просто игнорировать, чтобы показать остальным, что его этим не пронять, ведь если он покажет свой характер, над ним будут ещё сильнее глумиться и придумывать новые насмешки. В данный момент он не был готов к тому, чтобы принять помощь в свою сторону, ибо это сделало только хуже, поэтому Дэни встал со своего места, окинув мрачным взглядом девушку, а после направился обратно в класс, желая побыть только со своими мыслями.

— Значит, правдивые слухи о тебе ходят, раз ты не хочешь никак с ними бороться. Если думаешь, что игнорирование проблемы тебе поможет, то ты ошибаешься. Нужно бороться с проблемой, когда она только начинает подавать о себе какие-то знаки.

Слова девушки ударили по больному, но Дени не хотел признавать чужую правоту, но всё же остановился, чтобы сказать следующее:

— Тц, ты ничего не знаешь, дуреха, и говоришь мне бороться? Я эту травлю терплю на протяжении 18 лет своей жизни в этом городе, поэтому вступать в споры и что-то доказывать просто не имеет для меня смысла, потому что я много раз пытался. Не помогай мне больше, это того не стоит.

Ада нахмурилась, но не стала продолжать этот разговор. Молча провожая взглядом рыжеволосого, она размышляла над тем, чтобы расположить этого паренька к себе. Уж очень заманчив и таинственен его образ для неё был. Рядом с ним у девушки возникало чувство, будто они связаны чем-то общим, но чем, было неизвестно.

Когда парень оказался в классе, то заметил на своём месте одноклассника, но не того, с которым Ада до этого чуть было не подралась. Внешность его была неряшлива и довольно необычна: волосы были покрашены в тёмно-синий цвет, на лице заметные прыщи перекрывали веснушки, а в ушах были воткнуты проводные наушники, которые вот-вот порвутся. Видимо, он слушал музыку и в моменте задремал, пуская слюни изо рта.

— Прошу прощения, но ты моё место занял.

Слегка потрепав того по плечу, Дэни побоялся, что тот на него набросится, поэтому моментально убрал руку, когда парень спросонья заговорил, взглянув на рыжеволосого:

— Я сторожил, чтобы никто не испортил твою парту. Я не потерплю, если школьное имущество будет испорчено, плюс, было бы жаль тебя, как человека, у которого здесь нет друзей.

— Спасибо, но я не просил. Пересядь с моей парты, будь добр.

— Поспешу тебя разочаровать, но я изначально сидел здесь. Меня не было всего неделю, поэтому тебе придется сидеть со мной с этого дня. Если хочешь, пересаживайся сам.

Мальчишка, как понял по его словам Дэни, был довольно самоуверенным и спокойным. Не представлял какой-либо угрозы, если смотреть по внешнему виду, но доверия первоначально для Дэни он не внушил. Вздохнув настолько тяжело, будто от этого зависела его жизнь, парень с безнадежностью и раздражением плюхнулся на место рядом с прибывшим соседом и приготовился наконец-таки к последнему уроку.

— Если что, я Сэймон. Тебя как звать?

— Я Дэниэл, можно просто Дэни.

Парни пожали друг другу руки, а потом рыжеволосый снова решил выйти из класса, чтобы помыть руки, но соседу своему ничего не сказал. У Сэймона были настолько жирные и горячие руки, что захотелось охладиться и смыть эту неприятную скользкую плёнку, оставленную на коже.

В уборной он как нельзя кстати столкнулся с Адой, которая выходила из женского корпуса тоже с вымытыми руками. Какое-то время девушка молчала, иногда посматривая на Дэни, а он в свою очередь чувствовал на себе её тяжелый взгляд. Засунув руки в карманы, рыжеволосый тоже окинул заинтересованным взглядом девушку, которая отвернулась, встретившись с ним глазами. Возникшая вдруг неловкость в этой ситуации никак не спасала, поэтому девушка решила побороть себя, чтобы снова заговорить:

— Не смотри на меня, мне неловко.

— Хах, а мне тоже было неудобно, когда ты на меня пялилась, и ничего, молчал же.

Как бы эти двое не старались, но разговор у них сегодня нормальный не клеился. Золотоволосая направилась в класс первой, в то время как юноша снова почувствовал лёгкое жжение на щеке в области расположения странной отметины. С чем оно было связано, Дэни даже представить не мог, поэтому спустя минут 10 ушёл следом за девушкой, загруженный раздумьями и каким-то странным предчувствием.

Когда Дэни очутился в классе, учителя ещё не было, хотя звонок прозвенел несколько минут назад. Он подумал, что тот просто задерживается в учительской или в уборной, но его предчувствие подсказывало, что что-то здесь не так.

Спустя ещё минут 20 ученики начали беспокоиться, зашептались, а кто-то уже начал собирать портфель домой. Этот поднявшийся галдеж нарушил вошедший, коим был директор. Он с каким-то напряжением в голосе объявил, что последнего урока не будет, но какова была причина, мужчина сказать явно не решился. Откашлявшись, директор покинул кабинет быстрой походкой, оставив учеников одних в недоумении.

Ада повернулась к соседям по парте, смерила их взглядом, а потом обратилась к Дэни со странным вопросом:

— Вы знакомы?

Сэймон сделал то же самое, смерив девушку удивленным взглядом, при этом встрял в разговор:

— С прошлой перемены. Что тебя так удивляет?

— Понятно. Но вы чем-то похожи, поэтому я и спросила.

Дэни фыркнул, скользнув по Сэймону подозрительным взглядом, а после встал с места и небрежно накинул на себя портфель. Чувствуя чужие взгляды, он обернулся и устало протянул:

— Вы здесь остаётесь? Лично я сматываюсь.

Он сделал так специально, смерив взглядом новых товарищей и подмигнув, чтобы отвести от себя лишние взгляды, но получилось как раз-таки наоборот. Ада и Сэймон решили ему подыграть, а остальные уставились на них, как на грубых нарушителей дисциплины.

## Четвёртая глава


Все трое сдерживали себя, чтобы не прыснуть от смеха, как вдруг послышался голос:

— Когда это ты, Ада, успела сдружиться с этими двумя? Они твои родственники?

— Мы вообще-то одноклассники. Но с таким, как ты, я бы вообще предпочитала не связываться, придурок.

Дэни с Сэймоном смотрели на девушку так, словно были знакомы с ней уже несколько лет и знали, чего можно от этого человека ожидать. Один из них просто вышел за пределы класса, подзывая к себе второго, но тот решил поглядеть, что выйдет из разговора девушки и того человека, с которым она ещё утром пыталась нехило так подраться, удерживая за воротник.

Рыжеволосый парень закатил глаза, последний раз взглянув на одноклассников и решил пока пройтись по коридору, подумать, что могло такого случиться с учителем. Его метка по мере приближения к учительской всё больше раздражала кожу, причиняя Дэни сильный дискомфорт, пока в конечном итоге внезапно боль не прошла. Кабинет вроде как был закрыт, но изнутри доносился какой-то странный звук, похожий на сдавленный визг. У парня перехватило дыхание. Было слишком страшно даже коснуться дверной ручки, не то, что прижаться к самой двери и подслушать, поэтому он решил, что ему просто показалось.

Юноше повезло, что он вовремя отошёл, ибо прямо на его глазах входная дверь с грохотом упала, а изнутри кабинета запахло чем-то странным, похожим на запах подгорелого мяса. Татуировка на щеке в этот раз очень больно среагировала, заставив парня вздрогнуть от неожиданности и немного прослезиться. У Дэни не было другого выбора, кроме как проникнуть в кабинет и заметить лежащего на полу человека, истекающего кровью, настолько тёмной, будто в неё черный краситель подмешали. Он кряхтел, ухватившись за половину руки и истошно испускал жалобные звуки, не в силах остановить кровь и боль, разразившую всё тело.

— Учитель! Что с вами?!

Рыжеволосый быстро среагировал, схватил то, что висело на вешалке, попытался было туго обмотать рану, но при реакции с чужой кровью в его глазах возникло такое ощущение, что они сейчас выпадут. Поднявшееся давление в головном отделе и резко участившийся сердечный ритм заставили парня отскочить от мужчины, в то время как по его щеке уже потекла струйка крови.

К тому времени подошли Ада и Сэймон. Увидев раненого учителя, Сэймон в испуге попытался позвонить из учительской со школьного телефона в скорую, но безуспешно, провод был оторван. Ада же сохраняла спокойствие, а при прикосновении к открытой ране ничего не почувствовала. Достала из рюкзака телефон и с третьей попытки дозвонилась в скорую.

— Что за чертовщина...?

Сэймон, конечно, сильным трусом не был, но при виде чужой открытой раны его сильно подёргивало. Но больший интерес у парня вызвала лужа тёмной крови, которая уже подсыхала на полу. Он состроил задумчивое выражение, а после выдал очевидное:

— Кровь не человеческая.

Девушка смерила его бесстрастным взглядом, уже зная ответ и без сопливых. Хмыкнула и встала на ноги, будучи в предвкушении ожидания скорой помощи, и временами поглядывала на друзей. Потом заметила, что дверь в учительскую выбита, попыталась её хотя бы для виду поставить, но она была слишком тяжелой для женского хрупкого тела. Дэни вызвался помочь, и эти двое вместе поставили дверь таким образом, чтобы осталась небольшая щель у стены для её равновесия.

Мужчина продолжал кряхтеть и стонать до тех пор, пока совсем не замолк. Закатившиеся наверх глаза и выступившая изо рта кровавая пеня говорили о его кончине. Подростки просто в ужасе застыли, никак не ожидая такого исхода.

— Придется экспертизу ещё делать, чтобы узнать, отчего он скончался… И полиции рассказывать все подробности… Нас посадят…

Сэймон уже запаниковал раньше времени и сел к стене, объятый страхом и сильным волнением, заложив при этом руки за голову. Дэни лишь закатил глаза, подсел к темноволосому с желанием успокоить и при возможности закрыть рот, чтобы тот не нагонял тоски лишний раз. Выражение сохранял равнодушное, хотя в глубине души был также напуган, в горле возникло ощущение тошноты. Золотоволосая сидела возле трупа, будто это был её кровный родственник и пустила ненароком слезу, но так, чтобы парни не видели. Она меньше всех была напугана, ей больше двигал в этой ситуации интерес к чужой смерти, который она не понимала, но шла у него на поводу.

В конечном итоге случилось то, чего боялись подростки больше всего: по всей школе пошли слухи о том, что учитель был жестоко убит. Они, на удивление Дэни, не обвиняли их в совершении преступления, а наоборот посочувствовали, что тем пришлось увидеть такое ужасное зрелище, да ещё и в учительской.

Аде была противна это скрытое лицемерие, но она не показала виду. Вместо этого она отвлеклась на то, как её одноклассники давали показания полиции, да так уверенно, что копы заулыбались. В конечном итоге фельдшер, что приехал в скорой, сделал заключение о смерти по причине большой потери крови. На то, что кровь была почти чёрной, он объявил, что это нормальное явление у большинства людей с болезнью, плюс, учитель был уже не молод. Это был самый глупый и распространённый ответ, который слышал Дэни, но говорить бы в любом случае не стал, потому что ему было на самом деле совершенно всё равно на чужую смерть. Показания дал, обвинений избежал, и дело с концом.

Когда скорая и полиция покинули двор школы, ученики наконец начали расходиться по домам, впечатлённые недавним происшествием. Некоторые чуть ли не кричали на весь двор об этом странном убийстве, привлекая внимание прохожих.

В тот момент, пока Дэни шёл к воротам, его нагнал Сэймон. Конечно, чувствовал он себя погано, но несмотря на это, улыбался, при этом задавая вопросы так, чтобы построить фундамент предстоящего разговора:

— Ты ранее не сталкивался с таким видом крови?

— Нет. Я даже в сверхъестественных тварей не верю, чтобы предположить, кто мог сотворить такое.

— Странно, как всё вышло таким образом, что в учительской совершенно никого не было? Думаешь, кто-то специально это подстроил?

— Я понятия не имею. Если честно, мне всё равно.

— А если бы это коснулось тебя, что бы ты сделал?

— Были бы у меня способности, убил бы на месте, защищая себя.

После этой фразы Саймон откашлялся, явно не подготовившись к такому чёткому ответу. Он ожидал совершенно другого ответа, но решил сменить тему:

— Ты Аду не видел? Она даже с нами не попрощалась.

— Она ушла уже как полчаса назад.

Сэймон разочарованно опустил голову, похлопал друга по плечу и показал ему «пятюню», как бы прощаясь. Дэни сделал также, и они пошли разными маршрутами, озадаченные сегодняшним происшествием.

## Пятая глава


Оказавшись дома, Дэни первым делом решил поговорить на эту тему с матерью. Но, к его удивлению, её не оказалось ни в спальне, ни на кухне, ни в ванной, и даже не в гостиной. Это заставило юношу беспокоиться, поэтому он выскочил на улицу, чтобы посмотреть её в ограде, но и здесь стояла мёртвая тишина. Рыжеволосый присел на крыльцо, охваченный паникой, хотя внешне по нему было незаметно, схватился за голову, куда начали лезть плохие мысли.

Его плеча коснулась женская рука, и раздался приятный родной голос над головой:

— Ты чего это тут сидишь?

— Мама!

Дэни поднял голову и увидел женщину, недоуменно смотрящую на него, а когда вскочил и крепко обнял её, так Леврис вообще чуть не упала вместе с ним в траву во дворе. Нетипичное поведение сына её вывело из равновесия, но решила обнять его в ответ, временами поглаживая волосы. Хотела она было спросить в чём дело, но парень её перебил, шепча в ухо дрожащим голосом:

— Я рад, что с тобой всё в порядке…

— О чём ты? Я просто отлучилась в магазин, чтобы купить нам одежду.

Дэни отпустил наконец мать, которая продолжала сверлить его удивлённым взглядом, и взял из её рук пакеты с вещами. Сердцебиение в груди пришло в норму, хотя голова ещё немного кружилась от волнения, но рыжеволосый этого не показал матери.

В гостиной они вдвоём разложили покупки на диван, и восторгу юноши не было предела. В его гардеробе теперь будет на две рубашки и на один спортивный костюм больше, да ещё и цвет радует глаз. Леврис же купила себе только сарафан, но он был настолько красив, что её сын попросил женщину его тут же примерить. Она улыбнулась, но отказалась, ибо этот наряд хотела оставить на более значимое в своей жизни мероприятие.

Юноша, конечно, был разочарован, но понимал, что его мать не хочет испортить новую вещь. Пока он примерял одну из новых рубашек, решил-таки начать запланированный разговор:

— Мам, как думаешь, есть ли среди людей демоны?

Женщина сменилась в лице и ненадолго задумалась, будто что-то знала, но после глупо улыбнулась и ответила, что их не существует. Парень был разочарован её ответом и молча провожал её взглядом до спальни, пока дверь со скрипом не закрылась. Перед тем, как женщина поднялась с дивана, Дэни заметил на её лице заметный гнев и толику смущения, так как брови были нахмурены, а губы сжаты в трубочку, а щёки заметно покраснели.

Юноше ничего не оставалось, кроме как уйти к себе, и больше не тревожить мать, казалось, такими глупыми вопросами. Но все его мысли были забиты сегодняшним происшествием, ещё и кровь эта черного цвета, плюс, подозрительное спокойствие Ады… Он было сначала подумал, что убийцей является она, но не было весомых доказательств её причастности, да и не могла же она быть нечистью и убить человека? Ему было неспокойно ещё и из-за метки на своём лице, которая реагировала на месте убийства настолько сильно, что кожа чуть не слезла, оставив после себя кровяной след. За случайно возникшую боль это воспринять было ну очень трудно, хотя такой вариант тоже был не исключением.

***

Ада, оказавшись дома, быстро спустила с себя рюкзак и взволнованно зашагала к отцу в кабинет, но не услышала никаких признаков жизни, поэтому предположила, что он ушёл на работу, так как уже перевалило за 3 на часах. К горлу резко подступила тошнота, и девушка быстро забежала в ванную, чтобы прочистить желудок. Ноги совсем не держали, а голова была готова просто лопнуть. Она хватала ртом воздух, открыла кран и попыталась умыть лицо, но её снова стошнило прямо на школьную форму, которая она не успела снять.

— Да что, черт возьми, со мной происходит?! — стуча кулаком по раковине, закричала школьница, временами поглядывая в зеркало.

Такое явление происходило с Адой не в первый раз, но прошлые попытки странной перестройки было намного легче перенести организму. Сейчас же возникло чувство, будто внутри всё переворачивается, скручивается или ещё хуже, лопается. Девушке чуть ли не на четвереньках пришлось выходить из ванной, согнувшись в три погибели, и стоило больших усилий сесть на диван в прихожей.

Она чувствовала большое давление внутри себя, а сердце так вообще стучало как сумасшедшее, сердцебиение было хорошо слышно в ушах. В сознании предстали эти картинки с трупом, лужи крови, и попытка спасти тогда ещё живого учителя. Ада впервые столкнулась с такой странной хренью, произошедшей в школе, но, когда прикасалась к пострадавшему, ничего не чувствовала — ни отвращения, ни страха, да даже попытки сбежать не предприняла, ибо ей было абсолютно всё равно, что на глазах погибает человек. Ей тоже показалась очень странной консистенция крови, но она решила притвориться, что ничего необычного в этом нет.

Золотоволосая решила ненадолго прикрыть глаза и передохнуть, но не вышло, ибо живот ещё сильнее скрутило, заставив хозяйку согнуться пополам. Вдруг она внезапно почувствовала, что из глаз что-то течёт, но это были не слёзы, а что-то тёмное, что застилало глаза. Часто моргая, девушка сильно испугалась, увидев на полу чёрную каплю, потом ещё одну, и ещё… Коснувшись щеки пальцем, она взглянула на пятно и поняла, что это чёрная кровь. Ада ужаснулась и в панике сползла с дивана, закрыв лицо обеими ладонями, но кричать сил уже не было.

Вскоре девушка потеряла сознание, не в силах терпеть внутренние «колики» и давящую боль в голове, которая усиливалась, что способствовало новым попыткам крови выходить из слёзных каналов и скатываться на пол.

Проснулась Ада уже под вечер, когда должен был прийти отец с работы, поэтому вскочила с холодного пола и снова метнулась в ванную, чтобы посмотреть на себя. Испачканное в черной жиже лицо и помятая грязная рубашка заставили её всё вспомнить, но для девушки было важнее сейчас привести себя в порядок и не дать отцу запечатлеть её в образе «чудища».

Грязную одежду она быстро закинула в стиральную машину, переодевшись в чёрную футболку оверсайз, а юбку просто выгладила и повесила обратно в шкаф на вешалку вместе с капроновыми колготками, захватив джинсовые шорты из шкафа. Волосы расчесала и заплела ленивый пучок, и осталось только смыть засохшую «красоту» с лица и пола в гостиной.

Прошло полчаса, когда внутрь зашёл хозяин дома и недовольно осмотрел прихожую. К счастью, на полу он ничего не заметил, и просто прошёл до кухни, чтобы заварить себе зелёный чай. К дочке он даже заходить не стал, да и не знал, что она не в комнате, а ванной приводит себя в порядок. Каково было его удивление, когда он, кинув пакетик в чашку и залив кипятком, пошёл мыть руки и в дверях столкнулся с девушкой. Она явно выглядела обеспокоенной, но родителю было не до этого, так как он просто слегка оттолкнул её плечом, чтобы пройти. Заметил чёрные полосы от стекающих в отверстие капель воды и задал вопрос:

— Ты красилась?

— Нет, отец.

— Тогда почему раковина грязная?

— Я стирала свою футболку, и она случайно отлиняла.

— Иди ешь. Я сейчас подойду, как руки вымою.

— Спасибо, нет аппетита.

Ада опустила свои красные потускневшие глаза в пол, заметив, что мужчина снова нахмурился и цыкнул при виде «нежеланного ребёнка» в доме, которая ещё и огрызается. Отвернувшись, он позволил девушке уйти, но после её ухода внутри него что-то сжалось, когда он взглянул на дочь. Ада напоминала ему вынужденно покинутое в прошлом воспоминание, которое он не мог забыть, при этом испытывая чувство вины.

## Шестая глава


В глазах снова встали слёзы и неприятно скрутило живот. Но не из-за чувства тошноты, а из-за страха, что сковал разум своими кандалами, не позволяя нормально поговорить с отцом. Девушка понимала, что мужчина не любил её, потому что по её вине погиб его настоящий ребёнок, как она поняла с его же слов несколько лет назад, когда он забирал девочку с детского дома.

Девушка тут же утерла слёзы, уверенно пройдя в прихожую, взяла сумку с книгами, которая почти всегда была пуста, и незаметно скользнула в свою комнату, пока отец стучал посудой на кухне, стоя к ней спиной. Он же услышал шаги, обернулся, но в коридоре уже никого не было. Приложив руку к груди, он предался воспоминаниям, с которых начались натянутые отношения с Адой. Он знал, что мстить девочке — бессмысленно, потому что она никак не касалась ни его беременной жены, ни младшего брата. Мужчиной тогда управляли эмоции, которые заставили сказать то, что не планировалось, свалившись бременем на девушку. Именно поэтому она, возможно, его часто избегает, дома они видятся редко, потому что Ада никогда при его присутствии не выходит из комнаты, и иногда оттуда слышны громкие всхлипы и крики о том, что лучше бы она осталась в детском доме или вовсе умерла.

Желая немного побыть хорошим в глазах дочери, мужчина взял поднос с едой, приготовленной им утром, к которой никто не притронулся, и направился к ней. Слегка постучал в дверь, за которой услышал резкие стуки и бег по комнате. После всё внезапно стихло, но войти внутрь не получилось — замок был заперт изнутри.

— Ты снова плакала?

Молчание.

— Я тебе поесть принёс. Это не дело — голодать целый день.

И снова в ответ ничего.

Мужчина выдохнул, поставил на пол около двери поднос и хотел уже развернуться и уйти, как услышал следующее:

— Не нужно вести себя со мной, как с маленькой. Я сама в состоянии пойти и поесть. Просто сейчас неважно себя чувствую. Ты не прислуга.

Мужчина был ошарашен, услышав её слова, которые слегка приглушали тонкие стены, и сглотнул ком в горле, не в состоянии ответить. Прикрыл глаза на несколько секунд, почувствовав какое-то облегчение, и удалился в свой кабинет, чтобы созвониться с коллегами по работе.

Девушка тоже почувствовала себя чуть лучше, когда услышала отдаляющиеся шаги и затем хлопок двери в кабинет. Это значило, что Ада может немного расслабиться и выйти, чтобы поесть. Приоткрыв дверь, она быстрым движением захватила поднос, да так, что он «заехал» к ней в комнату по гладкому полу, взяла в руки и принялась трапезничать за столом, одновременно включив ноутбук и доставая тетрадки из портфеля.

***

Дэни же, размышляя о прошедшем дне в школе, не мог найти себе места, вышагивая по комнате туда-обратно. Он не мог поверить, что убийство было просто случайностью, да и в прошлом ему не доводилось встречать такое, чтобы человек истекал чёрной кровью, а не красной, или, по крайней мере, тёмно-бордовой. Вдруг юноше в голову пришла такая мысль, чтобы проверить свою кровь, поэтому направился на кухню за ножом. Сделал лёгкий порез, и был слегка удивлён, заметив обычный цвет субстанции. Вздохнул с облегчением и наложил на палец пластырь. Направившись обратно в свою комнату.

Рюкзак был у него всегда забит до краёв какими-то безделушками, которыми он никогда не пользовался, исключая одну вещь — личный дневник с Гарри Поттером на обложке, его самым любимым персонажем из фильма о волшебстве. В дневнике было немало записей, которые парень тщательно от всех скрывал, даже от матери, потому что записывал сюда все свои мысли и переживания. Перевернув очередную страницу, Дэни начал писать на чистом листе о прошедшем дне и своих наблюдениях и предположениях.

Услышав скрип двери, юноша моментально закрыл дневник и прикрыл его книгой, которая первой попалась ему под руки. Обернулся и увидел обеспокоенную Леврис, которая пыталась что-то сказать, но лишь подозвала к себе сына двумя пальцами. Дэни почувствовал тревогу и послушно вышел за женщиной, которая, зайдя в гостиную, включила на телевизоре канал с новостями. Там как раз говорили о таинственном школьном происшествии с одним из учителей.

— Почему ты не рассказал мне об этом?

— Потому что ты уже дала мне понять, что не веришь в потусторонние силы.

— Когда ты мне задал вопрос о демонах?

— Да, мама, именно о них. Услышав от тебя, что их не существует, я и не стал тебе рассказывать об убийстве в школе.

Женщина нахмурилась, скрестив руки на груди и уставившись в телевизор. Казалось, будто она пыталась что-то вспомнить, но не знала, как лучше преподнести это сыну. Ведь сама женщина, честно говоря, сама лично сталкивалась с нечистью, но раскрывать всю правду сыну не хотела, поэтому неуверенно начала вот с чего:

— Когда я была в твоём возрасте, мне довелось встретить демона. Но он исчез так же быстро, как и появился, поэтому я сочла это за галлюцинацию и вскоре просто забыла. Но он продолжал приходить ко мне во снах, грозно предупреждая, но о чём, я не помню. Потом случилось то, чего я никак не ожидала — смерть отца. Моя мать призналась мне, что убила его. А потом и сама скончалась спустя лет так пять… А ещё…

Женщина выключила телевизор и замолчала, направившись к шкафу, где стоял чайный сервиз. Открыла стеклянную дверцу и взяла в руки фотографию, где были мужчина, женщина и маленькая девочка, которая не улыбалась.

— Это бабушка с дедушкой, и ты?

— Да. Их не стало перед тем, как ты родился. У меня с ними были довольно напряжённые отношения.

Дэни решил, что, раз есть семейная фото её родителей, то и наверняка где-то есть фотография со свадьбы с отцом мальчика, поэтому он не подумал и спросил:

— А почему у тебя нет свадебной фотографии с папой здесь? И где он сейчас?

— Потому что твой отец бросил меня, как только узнал, что я в положении. Я не знаю, где он, поэтому прошу больше о нем не спрашивать.

Ответ женщины показался Дэни немного напряженным и резким, поэтому он решил не испытывать удачу, заинтересованно расспрашивая об отце, которого он ни разу в жизни не видел. Ему было вполне хорошо с матерью, которую он любил всем сердцем и стремился защитить, если вдруг ей будет грозить опасность.

Леврис полностью расслабилась только после того, как поставила фоторамку обратно в шкаф и снова включила телевизор, переключив канал с новостями на канал с фильмом, а после присела в кресло. Парень решил присоединиться к просмотру, плюхнувшись на соседнее кресло, что стояло чуть поодаль.

## Седьмая глава


Расположившись в кресле, Дэни снова погрузился в свои мысли, слушая разговоры, доносящиеся отдалённо из телевизора. Не смотрел на мать из-за чувства неловкости от вопросов, заданных ранее. Чтобы не казаться таким уж задумчивым, он делал вид, что смотрит фильм, но на самом деле парню было далеко наплевать на него.

Женщина чувствовала, что он хотел многое узнать о своём отце, но посчитала нужным пока не разговаривать с сыном на эту тему, неприятную ей в данном случае. Ведь ради появления мальчика, что любит её сейчас и называет мамой, она пошла на страшное и хотела ещё многое сделать ради его собственного счастья, не травмируя его юную психику.

Конечно, она знала, что в школе он не имеет друзей, потому что они боятся его из-за собственных убеждений о том, что он не человек, но она сама была уверена, что он — такой же подросток, как и все в этом городе.

Чтобы хоть как-то разрядить атмосферу и нарушить тишину, что легла на обоих тяжелым грузом, Леврис заговорила первой: