Александр Белов
Голгофа души

Молитва

Научи меня Господи быть милосердным,

Дай мне силы в душе не желать врагам зла.

Вырви с корнем обиды колючие терни,

Что нас держат в мирах, где господствует тьма.

Огради меня так же от зависти черной,

Дай смиренно пройти через бури страстей…

Принимать испытания в жизни покорно,

И встречать хлебосольно не только друзей.

Дай мне с честью пройти через скорби мирские,

Будь щитом от коварных нападок врагов.

И наполни сочувствием души пустые,

Защити род людской от греховных оков.

Мудрая мартышка

В великой мудрости, зверями, в стране далекой правил лев.

И вот, гуляя, утром ранним, со львёнком юным меж дерев,

Они нежданно повстречали, по тропке, мимо проходя,

Согретых первыми лучами, семью мартышек у ручья .

Приматы нежились блаженно, подставив солнышку тела,

Но, среди них, один, надменно, забыв про все свои дела,

Облезлый, грязный и горбатый, себе покоя не искал…

Своих сородичей хвостатых, бесцеремонно обличал.

Слюнною, брызжа в возмущенье, взывал он с жаром из ветвей,

Мол, не видать нам наслажденья, коль не избавимся от вшей.

И то, что жить вот так негоже, ведь всё давно пора менять…

И только он один поможет, им жизнь по-новому начать.

Остатки сна ловя под кроной, лениво глядя в облака,

В ответ собратья, в неге сонной, чесали жирные бока.

И только юная малышка, сквозь сон промолвила ему.

-Послушай, дядюшка- мартышка, твои призывы ни к чему.

Ведь не секрет для нашей стаи, что ты неряшливее всех.

От криков мы твоих устали, Ты б не вводил собратьев в грех…

Тут, царь зверей, сказал чуть слышно: – Запомни этот день, сынок.

Сия малышка, так уж вышло, преподнесла нам всем урок…

Не редко в жизни так бывает, Что самый вшивый в стае тот,

Кто братьев жизни поучает, живущих рядом без забот.

Коль в чем-то хочешь стать примером, начни, пожалуйста, с себя.

Душой будь светел, чистый телом, и обличай других любя.

Талант у нас оценивают свиньи

В саду цветущем заливался соловей

О счастье в сердце, о любви и нежном лете.

А на берёзе, чуть поодаль, средь ветвей,

Ворона отдыхала в лунном свете.

Вдруг возмущённо каркнула она:

– Когда же, братец, ты уже уймёшься?!

Или решил весь мир свести с ума?!

Замолкни  а не то, смотри, дождёшься…

От дерзости такой ночной певец

Лишился дара речи на мгновенье.

-Да ты ни как с ума сошла вконец,

Волкам тебя отдать бы на съеденье!

"Не может быть, чтоб пение моё

Кого-нибудь ещё так раздражало."

-А не спросить ли нам с тобой зверьё,

Его в лесу всегда у нас хватало.

Пускай рассудят раз и на века,

И, кто не прав, на век лишится глаза.

Слепой фортуны мёртвая рука

Их привела под сень густого вяза.

Там отдыхала старая свинья,

В лучах восхода грея своё тело.

Ворона к ней: – Позволь спросить тебя,

Кого б из нас послушать ты хотела?!

Её ответ обрушил небосвод,

Перечеркнув всю жизнь единым разом.

Судьба решила сделать поворот,

И соловью пришлось расстаться с глазом.

Имеют власть над разумом слова,

Хотя и в них, порой немало гнили…

Мораль сего рассказа не нова,

Талант у нас оценивают свиньи.

Жаждущий осел

С рассветом к деревенскому пруду

Спешила вся домашняя скотина.

На то была всего одна причина:

Воды напиться свежей по утру.

У берега их с нетерпеньем ждал

Страдавший любопытством с распашонок,

В листе кувшинки юный лягушонок,

Закрытых водоемов санитар.

А между тем под сенью камышей,

Друг друга, постоянно беспокоя,

Толкались возле кромки водопоя

Десятка два баранов и свиней.

И лишь осел стоял чуть в стороне,

Смиренно наблюдая за картиной,

Как звери пили воду вместе с тиной,

И этим были счастливы вполне.

И вот однажды, греясь на мели,

Проквакал лягушонок возмущенно:

"Осел и правда глуп определенно,

Коль каждый раз стоит один в тени".

"Осел не глуп,– сказала ему мать, -

Не пьет он воду с грязью из пруда,

А ждет, пока не станет видно дна,

Готовый здесь часами простоять.

Глупцом его зовут лишь только те,

Кто не имеет выдержки с терпеньем,

Живущие всего одним мгновеньем,

Лакающие жижу в суете".

Два ангела

Посыльными у Господа служили,

Два ангела в бездонных небесах.

Они за труд награды не просили,

Работали на совесть, не за страх.

Но первый ангел меж Землей и Небом,

В трудах нелегких время проводил.

Второй же не летал за первым следом,

Он в синеве безоблачной парил.

И вот, устав от праздного безделья,

Тот ангел у товарища спросил:

"Мне не известно даже утомленье,

А ты почти что выбился из сил!

Скажи, мой друг, ну как же так случилось,

Мы вроде оба вестники с тобой?!

Но странно всё у нас распределилось,

Тебе труды, а мой удел-покой".

Вздохнув устало, тот ему ответил:

"Послушай, брат, что я тебе скажу:

Немало я уже тысячелетий

Творцу молитвы с просьбой приношу.

А ты, мой брат, имел благословенье

К престолу те молитвы доносить,

В которых есть людей благодаренья,

Но те забыли как благодарить."

Беспризорник

На город опустился стылый вечер,

И пахнет воздух раннею зимой.

Голодным зверем завывает ветер,

Над уходящей в сумрак мостовой.

Спешу домой, в уют своей квартиры,

И вдруг пацан, от холода дрожа,

Навстречу мне, голодный и унылый,

Похожий на вокзального бомжа.

Одет в тряпьё, не стрижен, не умытый,

Слеза дрожит в испуганных глазах.

Весь ранами загнившими покрытый,

Босые ноги в рваных башмаках.

Мне сердце вдруг пронзило острой болью,

И к небу я душою возопил.

"О Господи, пропитан ты любовью!

За что же Ты от парня отступил?

Пошли ему спасение от стужи,

Дай теплый кров и сытную еду.

Ведь он продрог и кажется простужен,

Смотреть без слёз на это не могу".

В ответ лишь ветер бросил горсть снежинок,

И я быстрее поспешил домой.

А перед взором словно фотоснимок,

Стоял малец обиженный судьбой.

А ночью мне приснился ангел Божий,

И он с укором молвил в тишине.

Что зря упрёком Господа тревожил,

Тот мальчик был Всевышним послан мне.

Душа и пес

Искала райских кущ душа,

В печальном царстве мира мертвых.

За нею следом, не спеша,

Брел пес походкою нетвердой.

И вот, на выжженном пути

Оазис перед ними вырос.

Хотели внутрь они войти,

Но тут оказия случилась.

Привратник вход им преградил,

Качая с грустью головою.

"В рай не пускаем души псин,

Закон тут писанный не мною.

Входи один и обретешь,

В ключах прохладу вод хрустальных.

В тени с дороги отдохнешь,

И блюд отведаешь сакральных".

Душа вздохнула тяжело,

И еле слышно прошептала:

"Собаку знаю я давно,

Я вместе с ней в пути страдала.

И если ей прохода нет,

Мне Рай такой не будет в радость… "

И в небесах вдруг вспыхнул свет,

И пролилась в пустыню благость.

Садами буйно расцвела

Земля вокруг безродной псины.

Так верность двух друзей спасла,

От скорбью выжженной долины.

Делитесь с ближнем и спасетесь!

Два путника в глуши лесной

Однажды повстречались.

Костер сложили под сосной

И на ночлег остались.

Мудрец с седою бородой,

Немало повидавший,

Напротив – парень молодой,

За долгий день уставший.

И чтобы вечер скоротать,

Устроившись удобно,

О жизни стали рассуждать

За трапезой походной.

Сыр преломивши пополам,

Сказал старик с душою:

– Делиться с ближним нужно нам

И хлебом, и водою…

Уже замечено давно

Под небом нашим грешным:

Богато жить не всем дано

В хоромах белоснежных.

На то немало есть причин,

Лишь Господу известных.

Но я, доживший до седин,

Скажу, мой друг любезный.

Там, за последнею чертой

Нежданно понимаем.

Что отдавая, мы порой

Спасение стяжаем.

Так же написан второй вариант данного произведения.

Два путника в глуши лесной

Однажды повстречались,

Костер сложили под сосной

И на ночлег остались.

Сыр приломивши пополам,

Один с другим делился.

Второй, задумавши обман,

Бродягой притворился.

Хоть снедь в котомке и хранил,

Но скрыл её с ухмылкой.

За жизнь немало накопив,

Ходил в кафтане с дыркой.

А ночью смерть к нему пришла,

И все богатства – прахом.

Умчалась к Господу душа

Его с великим страхом.

И грузом тяжким злата блеск

Терзал воспоминанья,

Гудел набатом глас с небес,

На краешке сознанья:

"О ближнем ты не забывай,

Делись вином и хлебом.

И может быть дорога в Рай

Откроется за это. "

Там, за последнею чертой,

Нежданно понимаешь,

Что, отдавая, ты порой

Спасение стяжаешь.

Молящаяся женщина

Перед старинною иконой,

Держа церковную свечу,

С картин сошедшею Мадонной,

Молилась женщина Христу.

Душою к Небесам взывала,

С надеждой робкою в глазах.

О том, чего ей не хватало,

Просила Господа в слезах.

О женском счастье в полной мере,

Уюте в доме и семье.

О том, чтоб дети не болели,

И о достатке на столе.

Ее молитва ярким светом

Сияла в верящих глазах.

Надежда, солнечным рассветом,

Искрилась на ее устах.

Перед иконою старинной,

Лилась молитва в небеса.

О доли светлой и счастливой,

Просила Господа она.

Справедливость и любовь

Домой пришла в слезах с прогулки,

Девчушка, где-то лет восьми.

Мальчишки местные в проулке,

Разбили нос ей и очки.

Была жестокой та потеха,

Напали дружно, всей гурьбой.

Без дела били, ради смеха,

Дразня её наперебой.

Она, прикрыв лицо руками,

Шептала лишь одно: – « Зачем?!

Ведь я играла вместе с вами,

Не провинилась я ничем".

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.