Маргарита Гришаева
Убьем любовь!

Глава 1. За сладким «здравствуй» – горькое «прощай»

Если подумать, то все проблемы в мире на самом деле происходят из-за любви.

К людям, вещам, деньгам, власти и ощущениям.

Нежная, безудержная, родительская, страстная, безответная или взаимная – какой бы ни была, любовь всегда ведет к неприятностям.

Например, если бы не чрезмерная любовь некоторых к плотским удовольствиям, мы бы с напарником не оказались одной неудачной ночью на облаве.

Если бы один светлый эльф не полюбил ведьмочку, то в городе не появился бы вампир-маньяк.

Ну и если бы не моя неудачная влюбленность в дроу… Хотя нет, тут я не права. Причиной моих неприятностей оказалась скорее любовь сестринская. А проблема с Сайласом Дарканом случилась независимо от моей в него влюбленности.

Слух о том, что один из предметов у нас будет читать дроу, периодически мелькающий в коридорах университета, прокатился по женской половине нашего потока в первый же день семестра. И лично меня оставил равнодушной – симпатичных парней в нашей группе и так хватало. Но ни один меня не интересовал, ведь я мечтала не о красивой истории любви, а о значке Магика – службы магического контроля. Именно туда я надеялась пойти работать после университета, чтобы повторить карьеру отца. Да и разве могло быть иначе, когда вместо сказок на ночь мне рассказывали будни со службы. Так что я с юного возраста знала, кем хочу быть, и все эти годы упорно шла к своей цели. Кто бы мог подумать, что встреча с не заинтересовавшим меня дроу станет судьбоносной в этом вопросе…

На первую лекцию я шла, не ожидая многого. Просто новый предмет, новый преподаватель, ну и что, что дроу, – со всяким может случится. Главное – чтобы лектором был хорошим и сумел хоть чему-то нас научить. В плане последнего перспективы были неплохими – все же действующий следователь по особо тяжким преступлениям, наверняка ему было чем поделиться.

На дружный вздох восхищения соседок, когда новый преподаватель зашел в аудиторию, я лишь поморщилась. Считайте это предвзятостью, ведь светлые и темные эльфы всегда друг друга недолюбливали, но причин для подобного поведения я не видела. Я бы не назвала его таким уж красавцем, скорее дроу выглядел хищником – высокий, жилистый, двигается словно дикая кошка, что подкрадывается к добыче. Лицо тоже далеко от классической эльфийской красоты: смуглая кожа, резкие черты лица, длинный нос, желтые глаза, да еще и клыки немного выглядывали из-по верхней губы. Бр-р-р, нет, этот персонаж уж точно никогда не станет героем моих девичьих грез.

Так я думала в начале первой лекции. А к ее окончанию я уже смотрела на Сайласа Даркана еще более влюбленными глазами, чем все остальные мои одногруппницы. Вот только причины для этого у нас были разные.

Меня поразил вовсе не его глубокий голос, не уверенный взгляд и не грация, с которой он расхаживал перед аудиторией. Нет, я оказалась покорена его профессионализмом. Впервые за два года учебы я испытала то же чувство, что и в детстве, слушая отца, – этот человек знает, о чем рассказывает. Большинство наших преподавателей были умудренными старцами с кучей научных степеней, всю жизнь проведшими в стенах университета. Но Сайлас Даркан был совершенно другим. Он знал, что такое настоящее следствие, и рассказывал об этом так, что ты будто сам побывал на его месте. Всю лекцию я слушала его чуть ли не с раскрытым ртом. Как и почти вся женская половина группы. И, заметив немного насмешливый взгляд Даркана, которым он окинул аудиторию, покидая ее, я неожиданно для себя покраснела. Не от смущения – от досады.

Проклятье, а ведь я выглядела ничуть не лучше, чем все наши кокетки. Но мы разительно отличались! Пусть я тоже пялилась на него с восхищением, но важны причины. Не знаю почему, но меня беспокоила мысль, что дроу будет считать меня поверхностной девицей, запавшей на внешность нового преподавателя. Ведь я уже уважала его как специалиста и очень хотела, чтобы он тоже увидел во мне не миловидное лицо эльфийки, а будущего следователя, причем хорошего.

Впрочем, немного отойдя от лекции, я поняла, что это неправильные мысли. Разве так уж важно, что будет думать обо мне этот темный? Главное, чтобы он научил меня размышлять и строить выводы так, как это делает он сам и как это делал мой отец. И совсем не важно, насколько глупым и очевидным будет интерес в моих глазах, главное, упорно идти к своей мечте. Тогда когда-нибудь я и правда стану специалистом, на которого он не станет смотреть с насмешкой и пренебрежением. С такой мысли и начался этот семестр.

Лекции Сайласа Даркана я всегда ждала с нетерпением и слушала его с особым вниманием, иногда даже забывая конспектировать. И постепенно осознавала, что вляпалась в ту самую влюбленность, от которой к третьему курсу уже успели пострадать большинство моих сокурсников. Он был интересен как личность – умен, умел общаться с аудиторией и держать ее внимание, у него оказалось хорошее чувство юмора, и он всегда был безукоризненно вежлив, даже с самыми глупыми девицами и их вопросами. Но еще больше меня зачаровали его профессиональные качества – потрясающая интуиция, умение разговорить свидетеля и надавить в нужный момент на подозреваемого и, конечно, опыт работы. И опасные мысли все больше укреплялись в моей голове: я хотела стать… достойной его, специалистом, с которым он бы захотел работать.

Тем обиднее было понимать, что из толпы его поклонниц я не выделяюсь – так же краснела под его взглядом, так же жадно всматривалась по время лекций. Правда, несколько контрольных и семинаров слегка улучшили мое положение – учебой я не пренебрегала, а потому отвечала правильно и без глупых запинок, чем заслужила одобрение дроу. И, если мне не показалось, даже капельку интереса.

Конца семестра и экзамена я ожидала с легкой паникой, хотя и была уверена, что выучила все необходимое.

– Ладеус, готовы отвечать? – насмешливо сверкнули желтые глаза, стоило мне сесть напротив.

– Да, – нервно сглотнула я под его взглядом.

– Тогда проверим, так ли внимательно вы слушали меня на лекциях, как это выглядело со стороны.

Письменный ответ он просмотрел быстро и отложил в сторону, явно не собираясь возвращаться к этим вопросам.

– Здесь все правильно, – взгляд преподавателя стал куда более оценивающим. – Но давайте пробежимся и по остальному курсу…

Я отвечала быстро и почти не задумываясь, уверенная в своих ответах. Лишь последний вопрос заставил меня немного поразмыслить, но правильный ответ я все равно нашла.

– Катарина Ладеус, вы меня приятно удивили, – заметил Даркан, протягивая мне зачетку с выведенным «отлично».

Я просияла в ответ, забирая честно заработанную оценку. И тут же вздрогнула от случайного соприкосновения наших пальцев. Судя по тому, что улыбка дроу стала чуть более насмешливой, моя реакция явно не ускользнула от него. Обозвав себя сопливой дурочкой, я поспешила подскочить, чтобы скрыться с места своего позора.

– Надеюсь, в следующем семестре вы продолжите работать в том же темпе, – остановил меня его низкий глубокий голос.

– Вы будете преподавать у нас дальше?

– Да, в следующем семестре у нас с вами будет практика.

Выходя из аудитории, я ликовала: еще целый семестр! Чудесно, ведь одного явно было слишком мало, чтобы узнать все, что дроу мог нам рассказать. Преисполненная надежд на захватывающий курс практических занятий с великолепным специалистом, я ушла на зимние каникулы.

А вернулась с них с куда более худшим настроем – внезапная болезнь младшей сестры подкосила нас. Но лечение уже было назначено, прогнозы оставались неплохими, и пусть будет трудно, ради сестры я готова была стиснуть зубы и перетерпеть это непростое время.

Как я радовалась, когда в первый день нового семестра обнаружила практику с Дарканом. Мне даже подумалось, что занятия с дроу самое то, чтобы отвлечься от проблем в семье. Ну что сказать, в этом я была права, отвлечься удалось, вот только легче они мою жизнь не сделали. Скорее наоборот, стали проклятьем того семестра.

Прежде всего стоило поблагодарить того умника, который решил, что начинать учебный день с практики по смертоубийствам – это отличная идея. После первого практикума, который привел нас в подворотню к телу зарезанного мужчины, мы осознали – завтрак по этим дням будет излишеством. А в некоторых случаях и обед нам уже не грозил. Не то чтобы мы не видели мертвых тел. Просто в морге все выглядело куда чище и… беспристрастнее. Словно там тело уже переставало быть когда-то живым человеком, а было просто материалом. На улицах это ощущалось по-другому. Хоть я мертвецов не боялась, в первый раз тоже почувствовала, как завтрак просится наружу. Но к третьему занятию с подобным началом дня смирились уже все, и зеленеть при виде тела продолжали лишь самые трепетные из девушек. Я же себя к таковым никогда не относила, а потому и не ожидала проблем с этой стороны. Но жизнь всегда горазда подкидывать нам неприятностей.

Первый раз мне стало плохо на практике спустя месяц после начала семестра. Все случилось внезапно и весьма показательно: вот я стою в первом ряду и судорожно записываю за Дарканом, на что стоит прежде всего обратить внимание при осмотре места убийства. А вот перед глазами потемнело, и я уже падаю на труп.

Мне повезло – дроу успел поймать меня, прежде чем я свалилась на учебный материал. В себя я пришла почти сразу, лишь в голове немного звенело, но в глазах уже не расплывалось и на ногах я стояла твердо.

– Ладеус, я не понял, это что было? – нахмурившись, уточнил преподаватель. Убедившись, что больше падать я не собираюсь, он отпустил меня.

– Простите, – пробормотала я, судорожно пытаясь выдумать отмазку, – позавтракать забыла, сахар в крови упал.

– Не с вашей комплекцией про еду забывать, – строго заметил мужчина. – Если хотите работать на следствии, то забудьте про диеты. Вы не сможете поймать преступника, если вас саму будет ветром сдувать.

Я аж покраснела от досады. Специально или нет, но он попал в больное место – набрать вес я пыталась с первого курса, причем не слишком успешно. Не предусматривает комплекция эльфов такого. Преподаватель по физподготовке с первого занятия тыкал меня носом в слишком хрупкую фигуру, частично прощая мне этот недостаток исключительно за ловкость и хорошо поставленный удар правой.

В общем, момент вышел неприятный, но уже к вечеру я о нем забыла – всего лишь маленькое глупое недоразумение. Вот только на следующем занятии оно повторилось.

И снова Даркан едва спас меня от объятий с трупом.

– Ладеус, если таким образом вы надеетесь заставить меня перенести занятия на более позднее время, чтобы вы успевали завтракать, то зря. Вам меня не пронять, – с легким упреком и мягкой насмешкой заметил преподаватель, возвращая меня в вертикальное положение.

– Простите, – пробормотала я смущенно, освобождаясь от его рук. А после и вовсе отошла к стене переулка, где проходило занятие, чтобы держаться за нее и не позориться больше, пытаясь улечься рядом с трупом.

И вновь я понадеялась, что этот незначительный инцидент быстро забудется. Хотя ведь знала про свою ситуацию и должна была понимать, что лучше уже точно не станет – будет только хуже. Так оно и случилось.

Головокружения и потемнения в глазах стали моими постоянными спутниками. Я перестала лезть в первые ряды, чтобы не показывать лишний раз дроу свою слабость. Но он все равно замечал. Тем более, что иногда она была слишком очевидна. Поначалу он молчал, хотя я видела недовольство и какой-то будто упрек в его взгляде. Но когда спустя еще месяц занятий я осталась единственной практически падающей в обморок при виде трупа, начались издевательства. Хотя ладно, будем честнее – это были всего лишь насмешки, но именно от него их слышать было тяжелее всего.

Я восхищалась его безукоризненной вежливостью? Забудьте, она осталась в стенах кабинетов. Лектор Сайлас Даркан столь же разительно отличался от себя практика, как и труп в морге от уличного.

– Ладеус, отойдите от трупа, не вводите группу в заблуждение – они не знают, кого осматривать первым…

– Эй, на задних рядах, проверьте: Ладеус в сознании? Сейчас будем записывать важное, так что потрясите ее…

– Ладеус, вы спите или вы в обмороке? Группа возвращается в университет. Ну а вы, если хотите, можете составить компанию трупу в морге. Там вас встретят как родную…

Смешно сказать, но спустя годы меня и правда встречали в морге как родную, правда, по совершенно другим причинам. Но вот тогда весело мне вовсе не было. Но я терпела, стиснув зубы, старалась пропускать его замечания мимо ушей и сосредоточиться на занятиях… и на том, чтобы оставаться в сознании. К концу второго месяца практики, несмотря на все невероятные знания и профессионализм дроу, ростки моей первой влюбленности загнулись, а на их месте начала произрастать шипастая неприязнь. Больше я не надеялась, что он задержится в нашей учебной жизни подольше, а с нетерпением ожидала завершения семестра и нашего окончательного расставания. И все же в каком-то уголке души я надеялась, что проблемы в моей жизни вот-вот закончатся, я вновь смогу нормально учиться, и Даркан осознает, что был неправ. Смешно сказать – мечтала об этом моменте. До тех пор, пока дроу прилюдно не растоптал мою гордость.

***

В тот день буквально все обещало мне неприятности: погода, настроение и мое состояние. Перспектива очередной утренней встречи с трупом и язвительным преподавателем тоже не добавляли радости. В голову закрадывались подленькие мыслишки о прогуле – что я, не имею права хоть раз в жизни просто не пойти на неприятное для себя занятие?

Не имею. Я дочь своего отца, я кремень – собрала себя в кучку и отправилась осматривать очередной труп. О чем, естественно, почти сразу пожалела. Дождь, грязь, слякоть, а очередной практический материал оказался в канализации. От запахов меня повело сразу, как только мы спустились. Но я впилась ногтями себе в ладонь и заставила себя подойти к трупу. Тело тоже оставляло желать лучшего – полуразложившийся эльф с вскрытым животом.

Встав позади группы, я сразу же прислонилась к грязной стене и натянула на нос ворот рубашки, пытаясь отбить неприятные запахи. Голову повело сильнее, но я все равно старалась слушать и даже записывать, надеясь, что это отвлечет меня от неприятных ощущений. В голове билась мысль: «Пережить занятие. Только бы не опозориться сейчас, а потом сразу домой. Только не перед этим заносчивым дроу…».

Конечно, убеждения не помогли, и стенка под спиной тоже. Как я ни старалась держаться, шум в ушах нарастал, заглушая голос преподавателя, а перед глазами плескалась тьма. В какой-то момент я просто перестала чувствовать тело. Тихий всплеск, с которым моя записная книжка нырнула в сточные воды, выскользнув из ослабевших рук, я тоже не услышала. А потом тьма и холод полностью поглотили меня. Лишь в последний момент показалось, что я услышала обеспокоенный оклик Даркана:

– Ладеус?

Но потом стало очевидно – кто-кто, а эта темная тварь не стала бы обо мне беспокоиться. Вряд ли я долго пробыла без сознания, но очнулась от зверского холода. Еще толком не придя в себя, не способная пошевелиться, я с ужасом поняла, что валяюсь прямо в луже стоков! Спину ломило от холода каменного пола, плотный костюм насквозь промок на спине, а я не могу подняться, да что там, даже глаз открыть!

– Все, хватит шуметь, ничего необычного не произошло. Просто Ладеус в отключке, за прошедшее время давно пора привыкнуть. Голову не разбила, и ладно, не хватало нам лишнего трупа. Оставьте ее приходить в себя, а мы продолжим занятие.

И темноэльфийская тварь просто продолжила лекцию!

С каждым мгновением в голове становилось все яснее благодаря ледяным камням под спиной, но подниматься я не спешила. Лежала, слушая лекцию, ощущала, как стекает грязь по длинным светлым волосам, а внутри корчились в муках сердце и гордость.

Одно дело его издевки – да, это мелочно, но с точки зрения преподавателя его понять можно. Кому понравится, когда студент все время норовит отключиться. Но оставить девушку лежать на камнях сточной канавы, куда дождь смывал не только грязь с улиц, но и кровь с тела, что мы осматривали… Хотя подвесить на меня простенькую левитацию магу его уровня не представляло особых усилий. Но меня бросили валяться в грязи… Словно там мне и место.

К концу занятия я пришла в себя достаточно, чтобы самой подняться на ноги. Не обращая внимания на сочувствующие взгляды остальной части группы, дождалась окончания практики, выбралась со всеми из канализации и ушла домой зализывать душевные раны и приводить себя в порядок.

И после этого пообещала себе больше никогда не влюбляться. Подпускать кого-то близко к себе опасно, ведь тогда они смогут ударить точнее и больнее. Уж лучше заковать сердце и душу в броню, если я действительно хочу добиться своей цели и стать следователем Магика. И какое-то время я даже думала, что мне это удалось.

***

После того случая на практические занятия я стала ходить с острой иглой, закрепленной в рукаве. Когда чувствовала подступающее головокружение, то тут же начинала себя колоть. Боль немного приводила в сознание. Каким-то образом это и правда помогало. В обмороки я больше не падала, хотя неприятная слабость все равно проявлялась. Впрочем, у всего случившегося был один положительный момент – язвительных замечаний со стороны дроу больше не было. Казалось, он и вовсе забыл про мое существование, что меня более чем устраивало.

К концу третьего семестра моя жизнь все же вошла в норму: сестра выздоровела, практические перенесли на более позднее время, и я стала чувствовать себя лучше. И все же, несмотря на молчание Даркана, относиться к нему с прежним восторгом я больше не могла – обида за полоскание в канализационных водах была слишком глубока. Так что возможности расстаться с дроу навсегда я ждала с нетерпением. Дождалась.

Когда на кафедре мне сказали, что меня не допустили к экзаменам, я решила, что это ошибка. Ну кто в здравом уме мог завалить круглую отличницу? Хотя ответ, конечно, был очевиден: Сайлас, будь он проклят, Даркан!

К кабинету Даркана я буквально летела, очень стараясь взять себя в руки. Хотя это было сложно. Горшки с растениями, мимо которых я пробегала, буквально трескались, реагируя на бурление магии земли в моей крови. Но это я еще держалась, правда. Сорвалась я позже, и причины для этого были.

И ведь даже в кабинет я постучалась вежливо, а не выбила дверь с ноги, и зашла только дождавшись разрешения.

– Ладеус? – холодно поднял на меня взгляд дроу и вопросительно вскинув бровь. – Чем обязан?

– Я была на кафедре, – скрипучим голосом ответила ему, – мне сказали, что вы не дали мне допуска к сессии.

– Так и есть. Я планировал сам вызвать вас и поговорить, но раз вы успели раньше… Садитесь, нам есть что обсудить.

На деревянных ногах я приблизилась к его столу и села, крепко сжав руки – не дай бог с преподавателем в драку полезть.

– Послушайте, Катарина, давайте оба согласимся, что этот семестр дался вам нелегко.

Интересно, и благодаря кому так получилось? И так весьма непростое время было, так еще и он издевался, а теперь заботу изображает.

– Признаться, поначалу вы показались мне весьма перспективной студенткой. Хотя я был удивлен встретить светлую леди на столь… тяжелой специальности, но по итогам семестра вы произвели хорошее впечатление. Но вот практика… расставила все по своим местам.

Только не говорите мне, что теперь у дроу вылезла застарелая вражда наших народов. Неужели он не допустил меня до экзамена, потому что я светлая эльфийка?

– Экзамена еще не было. Рано судить, – нервно заметила я.

– Не все в этой жизни можно оценить экзаменом. Скоро вы покинете стены университета, и экзамены за его пределами будут оцениваться чужими жизнями, – строго заметил мужчина.

Как ни противно соглашаться, но здесь он прав. И все же… пока мы учимся, существует своя система. Я оступилась лишь один раз, не слишком ли он суров?

– На самом деле этот практический курс и является вашей первой пробой настоящей работы. И вы, Ладеус, ее провалили. Я надеялся, что вы и сами это поймете, причем гораздо раньше. Но, похоже, вы слишком упрямы, чтобы признать свою слабость. Смиритесь, Ладеус, очевидно, что профессия следователя не для вас.

У меня даже дыхание перехватило от неверия. Как это… не для меня? Я с пяти лет готовилась к этому! Грезила! Для кого еще эта профессия, если не для меня?

– Я отличница по всем предметам.

– Катарина, я не спорю, что вы великолепный теоретик. У вас прекрасная память, вы умны и схватываете все на лету. Но следователь довольно большую часть своего времени работает с телом и преступниками. А с этим у вас явные проблемы.

– По физической подготовке у меня тоже стоит отлично, – продолжая упираться, процедила сквозь зубы.

На это замечание Даркан лишь поморщился.

– Будем честны – я прекрасно знаю, что Фоллер имеет привычку ставить отлично за, – скользнул мужчина взглядом по моей затянутой в форму фигуре, – красивые глаза.

Вот здесь я прямо вспыхнула, едва сдержав взрыв магии внутри. Кровь закипела, распаляя меня, и я практически слышала, как загудели ветвями вековые дубы за окном.

ДА КАК ОН СМЕЕТ!

Нет, мастер Фоллер и правда любил подкатывать к студенткам. И вполне мог поставить оценку той, что банально пофлиртует с ним. Ну вот нравилась суровому оборотню компания и внимание красивых девушек. Вот только я на его заигрывания сразу, не стесняясь, дала в глаз – об этом весь университет шептался! После чего на всех тренировках меня нещадно гоняли, не давая никаких поблажек, чтобы сделать из «слабенькой эльфийки, не способной даже синяк поставить» сносного бойца. Я свою оценку заслужила потом, синяками и кровью, а он мне про красивые глаза говорит?

Убила бы!

– Я сдавала сама. Спросите самого Фоллера.

Но не похоже, чтобы мои слова убедили тьмушника.

– Даже если так, очевидно, что работать с телом вы не сможете. Никому не нужен следователь, которого придется самого госпитализировать с места убийства. Ладеус, вам стоит задуматься о смене профессии. Пока вы еще молоды, можно попытаться обратить внимание на другую специальность, в которой вы сможете в полной мере проявить свои способности.

Поразительным образом не замечая того, в какое бешенство меня приводят его слова, Даркан продолжал разглагольствовать, что мечта всей моей жизни на самом деле мне совсем не подходит. Другую специальность? Другую?! Да кто он такой, чтобы решать, где мне проявлять свои таланты?

– Если вы дадите мне шанс, я смогу сдать экзамен.

Сдерживаться и вести себя вежливо с каждым мгновением становилось все сложнее, но я все еще пыталась.

– В этом нет смысла. Это практический курс, Катарина, и вы его уже завалили. Пересдачи не будет. Здесь все совсем как в жизни.

Мне послышалось сочувствие в его голосе? Точно послышалось.

– Я потребую комиссии, – прошипела я, а деревья за окном зашумели и потянулись ветвями к зданию, реагируя на мое желание придушить темного. – Я отличница и имею на это право!

– Не в этом случае, – невозмутимо покачал головой мерзкий тьмушник. – У вашей специальности есть свои особенности, и одна из них состоит в том, что работающий следователь определяет потенциал студентов. Есть смысл продолжать ваше обучение или лучше направить кого-то по другому пути. Сейчас я решаю, кому стоит продолжать обучение, кого лучше куда-то перевести, а кого и вовсе отчислить. И я не понимаю вашего упорства в этом вопросе, Ладеус. Неужели вам самой понравилось падать в обморок на каждом занятии и купаться в сточных водах? К чему это непонятное самопожертвование, когда вы можете проявиться себя гораздо лучше в другом…

Но я уже пропускала его напыщенную речь мимо ушей. Отчисление… Это слово набатом грохотало в моем сознании, заглушая все. Кажется, дроу говорил что-то про возможность, про перспективы – я не слышала. В сознании лишь множилось эхо от этого слова – отчисление…

Но… ведь так не может быть? Из-за одного предмета? Из-за одной темноэльфийской твари? Я всего лишь завалила одну практику, впервые за три года, и меня сразу отчисляют?

Пресветлый лес, да отец на том свете от меня отречется! Меня, умницу, красавицу и отличницу, отчисляют? Как у него язык поворачивается нести какую-то чушь, после того как он заявил, что выкидывает меня из университета из-за одного предмета!

Подскочив на ноги, я буквально взорвалась вышедшей из-под контроля магией.

– Засуньте эту возможность себе в задницу!

Оглушительный звон разбивающегося стекла за преподавательской спиной сопроводил мое душевное пожелание.

Не ожидавший столь внезапного всплеска магии и агрессии дроу успел вскочить на ноги, но к атаке оказался не готов. Куст розы, оплетающей стену здания, отрастив себе огромные шипы и обзаведясь внушительным оскалом на каждом бутоне, уже бросился рвать врага. В руках Даркана вспыхнули два темных клинка, но у розы оказалось слишком много плетей, чтобы быстро справиться со всеми.

– Ладеус! – рыкнул Даркан, отбиваясь от бешеного растения. – Немедленно прекращайте истерику!

– Как вам такие перспективы? – хмыкнула я в ответ.

И тут же один из бутонов вцепился клыками ему сзади в брюки и вырвал внушительный кусок, а я лишь надеялась, что не только ткани.

– Опомнитесь, Катарина! Такой срыв занесут в личное дело! Возьмите себя в руки! – последний раз попытался образумить он меня.

– Как разница, – горько проговорила я, – вы уже меня ОТЧИСЛИЛИ…

Не обращая внимания на его требования остановиться и дослушать, я ушла, хлопнув за собой дверью. А дроу остался разбираться с последствием моей магии. Уже позже, дома, я все же пожалела об этой вспышке. Метка о магическом срыве в личном деле могла изрядно подпортить мне дальнейшую жизнь, как бы она ни сложилась. Но… последние полгода оказались слишком тяжелыми. При всем желании я бы не смогла тогда сдержаться. Не после всего, что мне наговорил Даркан.

Письмо об отчислении пришло тем же вечером – ожидаемо. Неожиданная милость обнаружилась только на следующий день, когда я пришла забирать документы. О срыве все же не стали указывать в личном деле – вот за это спасибо.

Уже когда я собралась покинуть родную кафедру навсегда, секретарь окликнула меня и тихо призналась: успокоить бешеную розу не удалось, как и вернуть ей прежний вид. Цветок продолжал настойчиво лезть в окно до тех пор, пока Даркан не убрался из кабинета насовсем. А теперь охранял территорию, не давая преподавателю забрать вещи и документы из кабинета.

С одной стороны, я испытывала злорадство – пусть дроу на своей шкуре почувствует, каково это, когда тебя лишают чего-то ценного. С другой – опять вылезла моя неудачная наследственность, а это снова возможные проблемы, причем именно для меня. Ведь исправить несчастный куст уже не выйдет – придется только уничтожать. А потом еще разбираться начнут, чего это преподаватели не смогли развеять магию одной недоучки. Меня такая перспектива не устраивала, да и жаль стало своего невольного защитника…

В общем, подумала я и решила не покидать родное учебное заведение с пустыми руками. Выкрала из теплиц горшок побольше и пошла искать своего мутанта. Почуяв создательницу, роза быстро сползла со стены, уменьшившись почти в пять раз, и полезла тереться об мои руки бутонами – ну что за чудо. С растением я договорилась быстро: соседствовать и дальше с тьмушником куст не желал, поэтому предложение переехать встретил с распростертыми корнями. Роза оставила разросшиеся плети, а главным стеблем и корнями переползла в предложенный горшок.

Так мы и покинули территорию университета – поверженные, но не сломленные. А сразу за воротами меня перехватил тот, кого я ожидала встретить меньше всего – мастер Фоллер.

– Что Ладеус, доигралась? – вздохнул он, с укоризной глядя на меня. – Говорил тебе, учись держать себя в руках. Как для эльфийки, ты какая-то слишком вспыльчивая. Я опасался, что эта эмоциональность еще повредит твоей карьере, а оно вон как вышло… Не успело до карьеры-то дойти.

– Не характер сломал мне жизнь, – пробормотала я сквозь зубы. – А одна темноэльфийская тва…

– Ладеус, – грозно одернул меня преподаватель. – Субординации тебе тоже стоило бы научиться. Что тебе сказал Даркан, что ты так вспылила? Даже на мое предложение когда-то только кулаком приложила, а магией не рискнула. Засвети ты ему просто в глаз, было бы проще.

– Он меня отчислил. Еще до того, как я вспылила, – процедила, крепче прижимая розу, зашуршавшую листьями в ответ на мой гнев.

– Что? Тебя? – искренне удивился Фоллер.

– Меня. За один не сданный предмет…

– М-да… Неудивительно, что ты сорвалась… Эх, жалко. Хорошая ты баба, Ладеус, – заявил он, хлопнув меня по плечу. – Напомнила мне кое-кого из товарищей по страже. Конечно, не без загонов, но видно, что эта работа твое прямо…

Я отвернулась, молясь про себя, чтобы не расплакаться. Зачем он так, по больному…

– Ты же не собралась теперь просто сдаться, свесив ручки?

– А что я могу, – ответила сухо. – После отчисления за неуспеваемость меня не примут на бюджет. Денег у нас нет. А значит, и вариантов у меня тоже.

Пойду в цветочницы, как велит мне дар и раса. И имя сменю, чтобы не позорить отцовское.

– Есть вариант, Ладеус. Это будет дольше и в чем-то сложнее, но лучше любых других перспектив, что ты уже себе придумала. Слушай сюда…

Любвеобильного оборотня я после чуть не расцеловала. И домой возвращалась окрыленная новой надеждой.

Я не сдамся и добьюсь своего. И отец в Небесных чертогах будет мной гордиться.

Через неделю, собрав все вещи, мы с сестрой продали дом и уехали в столицу, где я начала заново путь к своей мечте. Через три года я попала в стражу в качестве обыкновенного патрульного. А еще через семь исполнила свою мечту и шагнула под своды здания службы магического контроля в качестве младшего следователя. И… вновь оказалась лицом к лицу со своим темноэльфийским кошмаром.

Глава 2. Везучая я, везучий ты

– Проснись и пой, – излишне радостно рявкнули у меня над головой, и все вокруг залило ослепительным солнечным светом.

С болезненным стоном я зарылась глубже в одеяло.

– Сгинь, чудовище.

– Сама такая. Вставай давай.

И подлец тут же пощекотал неудачно высунувшуюся из-под одеяла пятку, заставляя меня спешно спрятать ее обратно.

– Кто тебя вообще впустил?

– Силли, кто же еще.

Одеяло медленно поползло с моей головы.

– Решила не рисковать собой и позволить мне взять на себя тяжелую миссию по твоей побудке.

– Я тебя сейчас пну, – пригрозила, придерживая свое укрытие. – Чего ты ко мне прицепился, у меня сегодня нет дежурств.

– Ты серьезно забыла, какой сегодня день?

«День, когда мне не дают выспаться» – чуть не буркнула в ответ, но тут меня осенило.

– Проклятье! – мигом подскочила я на кровати и, едва не снеся друга, рванула в ванну. – Мы не опаздываем?

– Если не будешь тормозить, даже позавтракать успеем.

– Все, бегу. Достань форму из шкафа.

Собиралась я впопыхах. Буквально влетела в чистую и отглаженную форму, пригладила щеткой короткие растрепанные волосы и поспешила на кухню. А там напарник уже вовсю уничтожал запас блинчиков под осуждающим взглядом моей сестры.

– Силли, ты чудо, – чмокнула ее в щеку, устраиваясь за столом и отнимая у прожорливого оборотня тарелку. – Спасибо за завтрак.

– Не за что, – буркнула сестра, заправляя за ухо прядь длинных волос и снова бросая недовольный взгляд на Конора. – Если там еще что-то осталось. Последний раз предупреждаю, кошак, тебе я готовить не нанималась, это было для сестры.

– Прости, Сильви, но сопротивляться твоей готовке просто невозможно. За одни эти блины на тебе можно жениться без сожалений, – обезоруживающе улыбнулся друг из-за кружки с чаем, заставляя мою младшенькую краснеть и прятать взгляд.

Заехав наглому оборотню локтем под дых и пригрозив кулаком, чтобы не смел издеваться, я и сама занялась завтраком. Стоило поспешить – опаздывать сегодня нельзя, первый день на новом месте.

Уложившись буквально в пару минут, я подскочила и потащила недоевшего напарника на выход.

– Силли, мы ушли! – крикнула, уже обуваясь. – Не жди меня – мы сегодня, скорее всего, проставляться будем после работы.

– Удачи! – выглянула сестрица в коридор. – И поздравляю, ты все-таки добилась своего.

Да, я все-таки смогла. Спустя столько лет наконец прикоснулась к своей мечте. Сегодня наш с Конором первый рабочий день в Магике. Семь лет работы в страже, и мы получили перевод – это ли не триумф? И, спасибо напарнику, я его не проспала.

Перед величественным каменным зданием я на мгновение застыла.

– Струсила? – ехидно шепнул на ухо Конор.

– Никогда. А ты?

Мы оскалились друг другу и вместе перешагнули порог Магика.

На первый взгляд атмосфера не сильно отличалась от участка стражи, где мы работали до этого. Разве что обстановка приличнее и богаче. Стойка информации в центре просторного вестибюля, огромная доска с объявлениями – ориентировки с преступниками, предложения о переводе, поиски пропавших вещей, какие-то административные сообщения и даже услуги по починке артефактов. А вокруг сновали сами сотрудники – с десяток затянутых в черное фигур, о чем-то переговаривающихся, здоровающихся друг с другом и спешащих по своим делам.

– Здравствуйте, – сверкнул очаровательной улыбкой Конор в сторону миловидной брюнетки за стойкой. – Я Конор Варкс, это Катарина Ладеус, с сегодняшнего дня работаем у вас. Не подскажете, куда нам обратиться за подробностями, мы у вас впервые?

Девушка за столом на мгновение опешила от затопившего ее обаяния оборотня, но быстро взяла себя в руки и посмотрела на нас уже без лишнего восторга.

– Здравствуйте! В какую группу вас определили?

– Третья специальная, – подала голос я, с трудом удерживаясь от того, что не начать крутиться на месте, восторженно рассматривая все вокруг, словно маленький ребенок.

Узнав номер группы, девушка на мгновение удивленно вскинула брови, а потом быстро коснулась кристалла связи на столе.

– Крастен, к вам Ладеус и Варкс, говорят, что новенькие.

– Сейчас буду, – раздался сухой голос из передатчика.

– Ждите, – кивнула брюнетка нам в сторону ближайшего прохода и, бросив последний оценивающий взгляд на подмигнувшего ей Конора, вернулась к бумагам на столе.

– Умерь свою натуру, – пихнула я его локтем в бок, отходя в указанную сторону. – Нам тут работать.

– Я не виноват, что так привлекателен, – развел руками друг.

Буквально через пару минут из коридора вынырнула внушительная фигура мужчины, судя по смуглой коже и коротким рогам, выглядывающим из черной шевелюры, – полудемона. Оглядевшись, он заметил нас.

– Варкс и Ладеус? – окинул он нас внимательным взглядом. – Крастен Вилар, заместитель старшего следователя третьей специальной группы. Держите пропуска и за мной.

Протягивая руки за резным значком Магика – серпом убывающей луны с перекрещенными поверх мечами, – я надеялась, чтобы они не будут трястись. Ведь для меня это было знаковое событие. В детстве я игралась с таким же значком, незаметно утаскивая его из карманов отца. А теперь дослужилась до собственного. Эй, папа, ты можешь наконец-то гордиться своей непутевой дочерью. Это заняло больше времени, но я все же добралась сюда.

Комната обитания третьей специальной группы оказалась довольно просторной, вот только настолько заставленной мебелью, что, казалось, тут едва двое разойдутся. Все стены закрыты длинными стеллажами, ломящимися от книг и папок с документами. А в центре теснились четыре стола, тоже поражающие обилием макулатуры. А вот сотрудников оказалось мало – всего двое мужчин. Один возрастной, седой, с широкими плечами и проницательными желтыми глазами – оборотень, как и мой друг. Второй казался примерно моим ровесником – высокий, жилистый, с настолько пронзительно-зелеными глазами, что я бы приняла его за эльфа, если бы не аккуратные округлые уши.

При нашем появлении мужчины поднялись и прошли к нам навстречу – не только нам не терпелось познакомиться с новыми коллегами.

– Конор Варкс и Катарина Ладеус, – представил полудемон. – А это Нилван Скар, – указал он на внимательно осматривающего нас оборотня, – и Килиан Сандерс, – кивнул нам второй.

Судя по скептическим взглядам, впечатления мы с Котом не произвели. Понимаю, на наш счет многие заблуждались. Что, в сущности, увидели коллеги: типичную эльфийку – хрупкую, невысокую, светловолосую, с короткой стрижкой и фиолетовыми глазами, и шалопайского вида оборотня – улыбчивого блондина, с ямочками на щеках, не отличавшегося ни высоким ростом, ни внушительной фигурой, присущими его виду. Но ничего, пусть нам дадут немного поработать, вот тогда мы покажем все, на что способны.

– Потом познакомимся ближе. А пока идите представьтесь начальству, – кивнул Крастен в сторону другой двери в кабинете, пробираясь мимо нас к своему месту.

Начальство – это самое главное. Я тут же постаралась пригладить взъерошенные ветром волосы и натянуть на лицо достаточно строгую, но в то же время доброжелательную улыбку. Конор лишь насмешливо фыркнул – он в своем очаровании был всегда уверен.

Кабинет старшего следователя оказался совсем маленьким, довольно темным и тоже основательно забитым бумагами, поэтому владельца я разглядела не сразу. Сначала в глаза бросились смуглая кожа и длинные темные волосы, собранные в косу сложного плетения, – вот ведь не свезло, в начальство нам достался дроу. Но ладно, для начала стоит все же познакомиться, а не судить по расе. Сама ведь на такое обижаюсь.

– Конор Варкс и Катарина Ладеус прибыли для прохождения службы, – излишне бодро отчеканил оборотень, вытянувшись перед столом начальника, слишком занятого бумагами, чтобы обратить на нас внимание.

Но вот он поднял взгляд и первым делом уставился на меня.

Клянусь, на мгновение мне показалось, что я оказалась в очередном кошмаре. Этот хищный разрез глаз, длинный нос, резкие черты лица – все это оказалось мне слишком знакомым.

– Ладеус? – произнес дроу глубоким голосом, вопросительно вскинув бровь. – Катарина Ладеус?

Мне не верилось, что это правда. Спустя столько лет, когда я наконец дотянулась до мечты, на моем пути вновь появился он.

Сайлас Даркан.

Сайлас, тьма его побери, Даркан!

И он мой непосредственный начальник…

– Неожиданная встреча, – проговорил мужчина, откидываясь на спинку кресла и не спуская с меня пристального взгляда.

Кто бы говорил! Ладно мы не знали, к кому нас перевели, – в приказе только группа стояла да незнакомая закорючка подписи. Но начальник должен был знать, кого принимает! А теперь разыгрывает удивление… Уверена, он специально взял нас с Конором, чтобы разрушить мне жизнь! Но я не позволю себе оступиться. Не тогда, когда я наконец добилась желаемого.

– Значит, все-таки следователь, – как-то показательно тяжело вздохнул Даркан, не спуская с меня скептического взгляда.

Я сцепила зубы, чтобы не ляпнуть чего-нибудь от «радости долгожданный встречи», а Конор рядом заметно растерял энтузиазм, недоумевая от столь «теплого» приема.

Тишина затягивалась. Дроу перевел изучающий взгляд на Конора, несколько мгновений рассматривал его, и не похоже, чтобы оказался удовлетворен увиденным.

– Крастен! – наконец позвал он.

Полудемон заглянул в открытую дверь кабинета, бросив на нас подозрительный взгляд.

– Займи новеньких. Прочитай вводный инструктаж, выдай дело… – поморщился дроу.

В гробовом молчании мы вышли из кабинета, проследовали за Крастеном к дальнему столу, который нам выделили на двоих. Выслушали короткую лекцию: режим работы, там архив, сям начальство, документы сдаем сюда и прочие мелочи. Полудемон вручил нам материалы по текущим делам группы для ознакомления и, в последний раз со сомнением посмотрев на нас, оставил осознавать всю глубину случившейся подставы.

– Я не понял, ты знакома с начальством? – тихо шепнул мне на ухо друг.

– К несчастью.

Конор нахмурился: о моей нелюбви к представителям темноэльфийского народа он был наслышан, как и о ее причине. Но пока не мог свести в голове нового начальника и мою историю. А потом…

– То есть… это он? – все же сложилась в его голове правильная картинка.

– Да.

– И это его твоя Розалинда погрызла за… – жестами обозначил он область проблемы.

– Угу.

Сейчас воспоминание уже не так порадовало, а скорее наоборот. Если дроу тоже не забыл тот момент, то все еще хуже, чем мне представляется. Конор же в ответ на мое горе… заржал.

– Идиот, – прошипела я, дергая его за рукав. – Перестань, ты позоришь нас.

Коллеги уже косились на нас, а оборотень никак не мог успокоиться.

– Я же теперь каждый раз буду это представлять, глядя на него, – тихо выдавил друг.

У меня и самой губы дрогнули в робкой улыбке – все же да, зрелище было то еще. Но стоило помнить, дроу теперь главный над нами, а значит, последним, в любом случае, будет смеяться он.

Дверь в кабинет начальника распахнулась, и Даркан весьма удачно застал момент нашего веселья. Глаза ушастого опасно сузились, не предвещая ничего хорошего излишне беспечным новичкам.

– У нас труп. Крастен, Варкс, со мной. Ладеус… начните разбираться с текущими делами и их подшивкой. Нил, покажешь ей, где что.

Улыбки с наших с другом лиц сползли одновременно. По распределению обязанностей стало понятно: либо начальство даже не открывало наших дел и совсем ничего о нас не знает, либо это явная провокация. Я бы даже склонилась ко второму варианту.

– Вопросы? – вскинул бровь темный, пристально следя за нашими лицами.

– Никак нет, – выдал оборотень бодрую улыбку – бравирует. А вот я не смогла скрыть досады. Хотя что нам еще остается. Сдаваться точно не вариант, будем работать с тем, что есть.

– Идемте.

Даркан бросил напоследок на меня непонятный взгляд и стремительно покинул комнату.

– Наша карьера будет недолгой, зато ослепительной, – подмигнул мне Конор, поднимаясь.

– Мы войдем в историю как те, кого быстрее всего понизили обратно, – безрадостно согласилась с ним.

***

Они вернулись часа через три. Все трое мрачные донельзя. Хотя Конор скорее отдавал зеленцой, а дроу с демоном, в общем-то, по жизни смуглы и мрачны. За время их отсутствия я успела осмотреться, немного разгрести стол и даже подготовиться к возвращению напарника. В отличие от нового начальника, я примерно представляла себе, в каком состоянии он вернется.

Зайдя в кабинет, хмурый Даркан лишь скользнул по мне желтым взглядом и сразу скрылся в своей норе. Следом вполз Конор, а замыкал шествие недовольно наблюдавший за оборотнем Крастен.

– Отлично выглядишь, – усмехнулась я.

Напарник устало упал на стул напротив, бросив на меня раздраженный взгляд, а я протянула ему одолженную у любезного старшего оборотня кружку с отваром.

– Красивый оттенок зеленого. Тетушка Энариель назвала бы его цветом молодой поросли ландышей.

– Издеваешься? Что ж, не буду спорить, в вопросах цветов ты разбираешься куда лучше меня, цветочница, – хрипло потянул друг, делая глубокий вдох над кружкой с травами.

– Один-один. Что там было? Неужели все так плохо?

– Труп недельной давности. В канализации. Рядом с кожевенными мастерскими… – обреченно прикрыл глаза оборотень, буквально сползая по спинке стула.

– Оу…

Да, для Конора это как удар кувалдой по носу.

– Если будем возвращаться не слишком поздно, можно попросить Силли помочь тебе, – шепнула другу, и он бросил на меня благодарный взгляд. – Что за труп-то?

– Молодая девушка. Следы насилия, избиения, перерезанное горло. Личность пока не установлена. И не уверен, что удастся, там с лицом такое.

Ну, работая в патруле на окраине столицы, мы разные тела повидали, и раз уж это так впечатлило напарника – видимо, там все плохо.

– Так, а почему дело к нам направили?

– Есть остаточный след от ментального воздействия, – отозвался со своего места Крастен, прислушивающийся к нашему разговору.

Я понятливо покивала головой и задумалась.

– Кажется, я уже видела два похожих дела… – зарылась я в разложенные на столе бумаги.

– Да, поэтому нас и вызвали. Даркан решил отдать это дело вам, на пробу. Не налажайте, – предупредил полудемон и, бросив еще один недоуменный взгляд на Конора, покачал головой.

Мы с оборотнем печально вздохнули. Если нам не будут палки ставить в колеса, то все будет отлично. Но, судя по началу совестной работы, ничего хорошего ожидать не стоит.

Остаток дня мы пересматривали материалы по двум предыдущим трупам нашего нового дела и пытались немного вникнуть в остальные дела группы. Новоявленные коллеги к нам не лезли ни с вопросами, ни с ценными советами, но было заметно, что приглядывались. И когда под конец дня вернувший себе цвет лица и обаяние Конор предложил всем выпить и познакомиться поближе, мужчины переглянулись и… согласились. Начальник, к счастью, к тому времени уже успел куда-то скрыться.

Ближайший к зданию Магика бар оказался весьма неплохим: адекватные цены и, судя по запаху, хорошая кухня. И почти все его посетители были облачены в знакомую черную форму – похоже, бар неофициально принадлежал Магику. Мы пробрались к свободному столику в углу, расселись, быстро сделали заказ и… повисла неуютная тишина. Старшие коллеги пялились на нас, прикидывая, будет ли с нас толк, а мы с Конором ожидали уже вопросов.

– Итак, – взял первым слово Крастен, – откуда вас к нам перевели?

– Из Старницкого района, – отозвалась я, делая глоток крепкого вина.

Хоть официально он считался частью столицы, но по факту был практически пригородом, да и в целом той еще дырой, особенно по меркам столичных сыскарей.

– И за какие же заслуги вас к нам отправили? – недоверчиво вскинул бровь Килиан.

– Умные слишком, – с обезоруживающей улыбкой и самоуверенностью заявил оборотень.

Мужчины скептически переглянулись. А ведь Варкс сказал чистую правду.

– Ладеус, ты, похоже, знакома с Сайласом? – продолжил расспросы полудемон.

Не самый удачный вопрос, но замалчивать смысла нет.

– Знакома. Он когда-то преподавал у меня.

– Вот это новость, – выразил общее удивление Килиан. – Ты, наверное, была не самой прилежной студенткой? Как-то его не слишком порадовала встреча.

– Я была отличницей. А Даркан меня отчислил… – подняла я тяжелый взгляд на мужчину напротив.

За столом вновь повисла гнетущая тишина.

– Думаю, это случилось не без причины, – мягко, но уверенно заметил Нилван, явно уверенный в непогрешимости начальника.

– Да как сказать, – поморщилась я. – Предпосылки, может, и были, но в основном причина в банальном расизме.

– В смысле? – явно не понравилось такое обвинение Крастену.

– В смысле, что все эльфийки – трепетные и нежные существа, падающие в обморок при виде крови, а таким на следствии не место, – процедила я.

Конор, как раз делавший глоток, услышав мои слова, буквально подавился, закашлялся, а после громко заржал, обратив на себя недоуменные взгляды коллег.

– Серьезно? – икал мой верный уже больше семи лет напарник. – Это ты нежная, трепетная и крови боишься?

– Заткнись, – дернула я плечом.

– Нет, ну а как же физподготовка, она же у вас в университет была? Неужели он…

– По его словам, отлично я получила за красивые глаза.

Друг чуть ли не распластался от хохота по столу, заслышав столь чудесную шутку.

– То есть половина дел у нас закрыта благодаря твоим красивым глазам? Вампирам тоже от глаз досталось? А я-то еще думал, что из нас двоих самый красивый я, – ржал друг.

– Я так понимаю, что много лет назад имело место какое-то недоразумение. Если вы планируете задержаться на этой работе, в ваших интересах разрешить его сразу, – хмуро заметил Крастен, наблюдая за веселящимся оборотнем.

– Да я вот надеялась, что оно само разрешится, – хмыкнула невесело. – Достаточно было открыть мое личное дело. Скажите, Сайлас Даркан принципиально не интересуется информацией по своим сотрудникам или это только нам так повезло?

– Вы не правы, – строго глянул на меня Нилван. – Знаете, который раз нам присылают новеньких за последний год? Пятый. Все лучшие из лучших, с отличными характеристиками и протекцией не самых простых людей. А когда доходило до дела… работать они оказались просто не способны, – скривился оборотень.

– Есть такое, – подтвердил Крастен. – И вы пока, уж простите, выглядите не лучше. На месте Сайласа я бы тоже не стал смотреть, что за хвалебные речи вам расписали в характеристиках. Лучше уж все навыки проверить в деле.

Мы с напарником недовольно переглянулись – да если бы пустые и такие уж хвалебные. Нет, есть там и перечисления наших особых умений и заслуг. Но прежде всего там указаны причины, по которым мы работаем только вместе, компенсируя недостатки друг друга. Да и еще пара личных косяков.

– Что же, боюсь, с таким подходом показать мы себя сможем не с лучшей стороны, – сбросив маску балагура, серьезно проговорил Конор.

– Грош цена вам как работникам, если вам какие-то особые условия нужны, – недовольно поморщился Крастен.

Мы с Конором мрачно переглянулись. Так и знала, что в итоге они поддержат тьмушника. При чем тут условия, просто каждый должен заниматься свои делом. Кто-то свидетелями и бумагами, а кто-то осмотром тела и допросом преступника.

– Погодите, погодите, – влез в разговор Килиан, уставившись на нас. – Эльфийка и оборотень с окраины, попавшие в разборку с вампирами… Вы те самые Котенок и Коновал, в прошлом году случайно накрывшие нелегальный притон?

Заслышав старое прозвище, от которого надеялись избавиться, мы с Конором скривились. А у меня так еще и привычно заныл шрам на шее, полученный в том самом деле

– Что за дело? – заинтересовался Нилван.

– Что-то я такое слышал, – отозвался полудемон, кося на нас алым глазом. – Парочка стражей, что осуществляли поддержку в чужой операции, но случайно обнаружили живой бар для вампиров. Шумихи тогда много было. Правда ваша работа?

– Наша, – со вздохом признал Конор.

– А что за странные прозвища? – Килиан с любопытством разглядывал нас. – Допустим, Котенок еще как-то можно понять, – досталась мне улыбка. – А вот Коновал… – скептически глянул на Конора.

– В этом-то и вся проблема, – раздраженно закатил глаза друг. – Народ постоянно ошибается, поэтому в личных делах все расписано. Но так как их никто не читает…

– Говори уже прямо, – поморщился Крастен, тоже осушая полностью свой бокал и глянув на нас с недовольством. – Будет лучше сразу разобраться в ваших недоразумениях и работать нормально. Мы зашиваемся с делами, и лелеять старые обиды и новые недопонимания времени нет.

– Все просто, – ухмыльнулась я. – Коновал – это я. А Конор – Котенок. Он хоть и из кошачьих, но у него гиперчувствительный нюх, он не может работать с трупами вообще. Зато он компенсирует это животным очарованием при работе со свидетелями. А у меня паршивый характер и квалификация судебного медика. Проблема в том, что Сайлас Даркан отчислил меня из университета, считая, что я при виде трупа норовлю в обморок упасть. И продолжает так думать сейчас. Самое плохое то, что вряд ли нам удастся его в этом переубедить.

– Ситуация, – поморщился Нилван и посмотрел на меня с сочувствием.

– Это все неважно, – немного подумав, отмахнулся Крастен. – Если проблема только в том, чтобы перетасовать вам задания, то с этим проблем не будет.

Спорим, что заместитель старшего следователя оказался потом весьма удивлен тому, что сделать это не всегда так уж просто.

***

Неофициальный гимн Магика – «Наша служба и опасна, и трудна» – был широко и давно известен в народе. Но за все годы мечтания работать там ни разу мне не приходило в голову, что главную «опасность и трудность» будет представлять мое собственное начальство. А точнее, один его тьмушный представитель.

Хотя ладно, стоит признать, что благодаря небольшой поддержке наших новоявленных коллег все было не так плохо, как могло бы. Первая неделя работы хотя бы прошла без особых проблем. Мы с Конором с переменным успехом тасовали между собой обязанности, прекрасно зная, кто из нас с чем лучше справится. И когда дроу отправлял оборотня в морг, эльфийка почему-то уходила в архив сдавать или получать документы. А когда Ладеус посылали взять показания у свидетеля, Варкс отправлялся помогать при задержании. Не самый рациональный подход к работе, но так у нас появилась надежда задержаться на службе подольше.

И все же далеко не всегда нам с другом удавалось поменяться местами. И причина тому —Сайлас Даркан, а точнее его пристальное внимание именно ко мне. Не слишком явное, но его задумчивый, преследующий меня взгляд я всей кожей ощущала. Такое чувство, что он все время меня оценивал или искал, к чему придраться. А еще это его отношение…

«Ладеус, займись бумагами», «Ладеус, последите за ребенком, пока мы допросим его мать», «Катарина, эти папки лучше не просматривайте, там отчеты по вскрытию»… Множество незначительных фраз и деталей, дающих понять, что меня принимают за беспомощную, ни на что не годную светлую леди, только и способную бумаги перебирать.

К счастью для начальника, усмирять слишком темпераментный для эльфийки характер я научилась давно. Хотя мысль о том, чтобы банально ему врезать, чтобы доказать, что я не так уж слаба, в голове моей возникала с завидным постоянством. Как, например, в этот раз.

– Ребят, есть что в архив? – зевая, уточнила я утром новой рабочей недели у сонных коллег.

За прошедшую неделю мы уже немного притерлись друг к другу, и в штыки нас уже не принимали. Можно даже сказать, что постепенно налаживались дружеские отношения.

– А что? – бросил на меня заинтересованный взгляд Килиан.

– Собираюсь сдать все, что разобрала, – кивнула на две коробки у себя в ногах. – Могу захватить, если есть дела на сдачу.

– Подожди минуту, сейчас соберу, – отозвался Нилван, да и остальные зашуршали бумагами.

В итоге дел набралось еще на целую коробку. Споро составив из них башню, я ловко проскользнула по узкому проходу между столами, покинула кабинет и спокойно направилась в сторону архива. Но буквально через пару шагов врезалась в кого-то.

– Прошу прощения, – попыталась я обойти препятствие. Но не тут-то было – неизвестный противник вцепился с другой стороны в коробки и не спешил отступать. Как назло, за стопкой и не разглядишь, кто это.

– Отпустите, пожалуйста, – процедила сквозь зубы, готовясь перейти к открытому противостоянию и пнуть по чужим ногам в борьбе за закрытые дела группы.

– Ладеус, я вас чем просил заняться? – раздался неожиданно знакомый голос по ту сторону коробок, заставивший меня тут же отпустить ценный груз и отступить подальше.

– Доброе утро, господин старший следователь. Как вы и просили, я занимаюсь оформлением и передачей законченных дел в архив, – буркнула недовольно.

– Почему вы сами все несете? У вас что, рта нет попросить кого-то из группы?

Дроу повернулся и, выглянув из-за стопки с бумагами, укоризненно посмотрел желтыми глазами.

– Я вполне способна сама их донести.

– И в процессе убиться или убить кого-то из-за того, что не видите дорогу. Проблема не в том, что вы все можете сами, Ладеус, а в том, что вы не способны смирить гордость и попросить помощи даже в мелочи, – выдал дроу с налетом раздражения в голосе.

И прежде чем возмущенная до глубины души я успела что-то возразить, ушел с коробками в кабинет. Из открытой двери донесся его недовольный голос:

– Я не понял, мужики, почему у нас коробки в архив стаскивает единственная девушка в группе? Ослабели все? Может, тренировок у нас маловато?

Заслышав последнее, я еще больше помрачнела: что-то мне подсказывало, что даже если дроу и проводит с подчиненными какие-то тренировки, меня на такую точно не пригласят.

Ответа я не услышала. Зато буквально через минуту из кабинета выплыл Килиан все с теми же несчастными коробками. На мгновение задержавшись около меня, мужчина бросил на меня насмешливый взгляд поверх коробок и подмигнул.

– И что это такое было? – возмущенно вопросила у него.

– Это было проявление мужской гордости, Кат, – усмехнулся коллега. – И в чем-то он прав, все же мы не привыкли, что у нас в группе теперь есть и представительница женского пола.

– На работе я не женщина, а младший следователь. Просто чудесно, десять лет тренироваться и зарабатывать репутацию, чтобы после перевода начать все заново…

– Не все так плохо. Разберетесь еще со своими прошлыми недопониманиями, и все наладится. А ты бы лучше не тянула, а попробовала просто поговорить с ним прямо и все объяснить. Сай нормальный мужик…

– Угу, когда общается не со светлой эльфийкой. Я уже раз попыталась объясниться. Поверь мне, закончилось все не лучшим образом.

– Если все продолжится, как сейчас, то тоже не стоит рассчитывать на счастливый конец, – неожиданно серьезно заметил мужчина и, не дожидаясь ответа, ушел. А я задумчиво смотрела ему вслед. Вот вроде он и прав, но я почему-то сильно сомневалась, что попытка объясниться мне чем-то поможет. Дроу оказался закоренелым шовинистом, а таких одним разговором не исправишь.

– О, Ладеус, это ты удачно здесь, – показался с стороны лестницы Крастен. – Дуй вниз – там, похоже, подозреваемого по вашему делу о девушках взяли.

– Чего?

– Вы с Варксом везунчики по жизни, – хмыкнул он. – Сегодня случайно взяли тролля при попытке женщину украсть. Почерк похож.

– Тролля? – еще больше поразилась я.

– Да. Давай быстрее, Конор уже там.

Я, конечно, поспешила вниз, но в том, что это наш клиент, все же сомневалась. И вообще, чтобы тролль пытался выкрасть девушку ранним утром, да еще и с применением магии? Тут явно что- то не так.

Напарник уже вовсю беседовал с уставшим отчаянно зевающим дежурным, когда я, кивнув обоим, поспешила присоседиться к беседе.

– …а она мимо прошла. Все бы ничего, но на улице видели какой ливень? – Мы с напарником подтвердили – дождь шел уже сутки. – Льет жутко, а девица зонтик закрытый в руках несет и мокнет. Да еще и извозчик мимо пролетел и окатил всех с ног до головы, скотина. Мы стоим, воду сплевывая, его обкладываем, а девчонка и головой не повела. Взгляд в никуда, и шпарит дальше грязная. Тут мы проявитель достали, смотрим, а вокруг нее магией фонит. Отправили одного за ней, сами остались алхимика своего сторожить. Девушка через пару домов нырнула в переулок грязный плутать. А через пару поворотов ее тролль поджидал с ментальным артефактом. В общем, всех повязали. Артефакт изъяли, девица в первой допросной, тролль во второй, все ваши, – тяжко вздохнул офицер.

– Алхимика-то взяли? – поинтересовался Конор из вежливости.

– Взяли, только он, падла, в последний момент взрыв устроил, – грязно выругался дежурный, – Все живы, но половина улик уничтожена, и мы подкопченные.

– Сочувствую, брат, – кивнул друг и ободряюще похлопал того по плечу.

Отлично, недели не прошло, а он уже успел со всеми перезнакомиться и подружиться. А я все еще с трудом признавала следователей из других групп. Именно поэтому Конор у нас отвечал за общение с свидетелями – ему всегда легко удавалось найти положительный контакт с людьми. А вот я все больше как-то по подозреваемым… Так что вопроса, кто кого пойдет допрашивать, даже не возникло.

– О, какая девка, – ухмыльнулся кривыми желтыми зубами зеленокожий гигант, смотрящийся весьма смешно на небольшом стульчике в комнате допросной. – Это за что же мне так свезло?

– Я бы так не сказала.

Удар ногой по каменному полу, усиленный магией, выбил каменную крошку. А в следующее мгновение она взлетела, чтобы сформировать плотную каменную перчатку у меня на руке. Ни к чему руки портить, тролли – они в плане допросов почти не пробиваемые… буквально.

***

– Ладеус!

От грозного окрика рука дрогнула, и я поставила некрасивую кляксу посередь листа. Скривившись, оглянулась на входную дверь. Нет, ну так хорошо работали – вот чего его сюда принесло?

– Ладеус. Вы что здесь делаете?

Дроу в мгновение оказался рядом, сверкая злым желтым взглядом.

– Допрашиваю подозреваемого, – слегка раздраженно заметила очевидное.

Даркан ухватил меня рукой за предплечье и под удивленным взглядом тролля поднял с места и потянул к выходу.

– Спасибо, что объяснили, а то я сам не понял, – процедил начальник, без труда преодолевая мое сопротивление. – Я спрашиваю, почему его допрашиваете именно вы, а не Варкс? Вам что, четырех жертв мало было, решили добавить в дело еще одну?

Тролль за столом, прекрасно слышавший наш разговор, испуганно округлил целый глаз, явно обрадовавшись, что не стал пятой. Он просто не понял, что под жертвой начальник имел в виду меня. Ну естественно, уже обзаведясь переломами правой руки, двух левых ребер, одного правого, тремя сломанными пальцами, вырванными из ушей ритуальными кольцами (рыдал, как младенец, когда их выдирала, и признался тогда же во всем, ведь за потерю серег клан и отречься может), разбитым глазом и выбитым нижним клыком сложно представить, что организовавшую все это назовут жертвой.

Не обратив внимания на то, с каким ужасом косится на меня преступник и что руки у меня запачканы в зеленой крови (и не только они, просто на черной форме не так заметно было), дроу все же силой выпихнул меня из допросной. Правда, в последний момент я успела бросить на тролля весьма говорящий взгляд – кто бы ни явился продолжить допрос, врать не стоит, ведь я всегда могу вернуться…

– Ладеус, чем вы вообще думали, сунувшись к нему?

Пресветлый лес, как же это бесит! За все эти годы я уже и отвыкла от того, чтобы меня воспринимали светлой слабачкой. Да даже поначалу в страже никто так не упирал на мое эльфийское происхождение, как это делает чертов темный эльф! Расист!

– Десять лет прошло, а вы так и не научились соизмерять свои возможности. Вы представляете, как вам повезло, что его при задержании успели хорошенько обработать? Как можно было сунуться к нему одной, не могли хотя бы дежурного с собой взять? – продолжал распекать меня начальник.

Конечно, мне просто повезло. И кровь на форменных сапогах – так это я в допросной испачкалась. А вообще, я чисто умертвие по осени, тихая и спокойная, руки ни на кого не подниму.

– Что вы молчите? Скажите хоть что-то в свое оправдание.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и выдохнула сквозь зубы.

– Идя в допросную, я думала, что это моя работа. И что семь лет в страже я вполне успешно ее выполняла. Господин старший следователь, – процедила я с натяжкой на вежливость, – вы же не думали, что все эти семь лет я провела за спиной у напарника? Считаете, что меня бы оставили работать, если бы я была не способна провести допрос или задержание? И тем более стали бы повышать и рекомендовать в Магик? Вы сами сказали, что прошло уже десять лет – достаточно долгий срок, чтобы измениться.

Не говоря уж о том, что он и тогда не особо хорошо меня знал. Я и в университетские годы умудрялась укладывать на лопатки противников в два раза крупнее себя – спасибо жестоким тренировкам Фоллера. Тем самым, оценка за которые мне досталась «за красивые глаза».

Даркан словно удивился, услышав от меня столь решительную речь. А потому задумался и окинул меня более внимательным взглядом. Кажется, на этот раз он все же отметил и окрашенные зеленым пальцы, и брызги на сапогах. И впервые в его оценивающем взгляде мне виднелось не разочарование.

– Хорошо, Ладеус, я подумаю об этом, – хмыкнув, кивнуло начальство. – Но без моего прямого приказа вы подозреваемых не допрашиваете. Особенно вот так.

Я закатила глаза на этот упрек, как будто с троллями по-другому можно. Культурные особенности – ничего, кроме кулака и грубой силы, они не понимают, пока не докажешь, что сильнее и вправе требовать ответов, будут только оскорблять в ответ. Но дроу наверняка и сам это знает, просто, как всегда, придирается.

– Займитесь пока потерпевшей, а к троллю отправьте Варкса. До конца дня жду от вас отчет по делу.

Раздав указания, начальство скрылось. И как бы меня ни тянуло нарушить запрет и отправиться колоть тролля дальше (уверена, что он рассказал мне еще не все), но провоцировать дроу не стоило. Начальник отдал четкий приказ, к тому ж его слышал и дежурный. Остается только подчиниться.

Я вежливо постучалась в соседнюю допросную и заглянула внутрь. Совершенно спокойная, с легким румянцем смущения на щеках девушка споро писала что-то на листках бумаги, время от времени поднимая взгляд на ободряюще улыбающегося ей оборотня, сидящего напротив. Мой друг, нагло пользующийся своей животной харизмой, нежно поглаживал ее по свободной от пера ладошке и приговаривал: «Пишите, пишите. Все, что помните».

Услышав скрип двери, парочка вздрогнула и обернулась ко мне. Конор вопросительно вскинул бровь.

– Даркан заглядывал, – пояснила ему, зайдя внутрь. – Подозреваемым попросили заняться тебя, а я закончу здесь.

Оборотень поморщился, поняв, что в этот раз наш обмен все же раскрыли. Извинившись перед растерянной девушкой, Конор произнес что-то ободряющее напоследок и пошел на выход. Девица, до того вполне бодро писавшая показания, проводив растерянным взглядом покинувшего кабинет офицера Варкса, перевела его на меня.

– Здравствуйте, – постаралась улыбнуться ей как можно более ласково и ободряюще, приблизившись к столу. – Я младший следователь Катарина Ладеус.

Пару мгновений девушка недоуменно хлопала глазами, и тут… показались слезы и послышался первый зачаток истеричного всхлипа.

Сотворив большой носовой платок, я с сочувствующей улыбкой протянула его расплакавшейся жертве, счастливо избежавшей горькой участи. Ей, конечно, сегодня крайне повезло, учтивая, сколько девушек уже погибло от рук этого тролля. Вот только удачным этот день она вряд ли когда-либо назовет.

Глава 3. Дверь выбиваю с ноги

– Странно, – заметила я, задумчиво прокручивая в руках кружку, пока напарник за столом споро строчил отчет.

Бумагомарательством занимался в основном он, потому как, в отличие от меня, имел читаемый почерк. Несмотря на происхождение, которое априори должно было наградить меня талантами в прекрасном, с каллиграфией у меня не сложилось. Увы, талантливо я только ругалась – со всей душой и отдачей. Дралась, пожалуй, тоже неплохо. Так что начальству еще предстояло впечатлиться отчетами, что уже уехали в архив.

– Что странно? – уточнил Конор.

– Не верится мне, что это он сделал…

На меня удивленно посмотрели все – и друг, и Крастен, и Нилван, уже собиравшийся выходить из кабинета. Радует, что начальник куда-то отбыл с Килианом и не мог столь же ярко выразить взглядом свое мнение о моих умственных способностях.

– Ты с него показания о стольких телах выбила, а теперь не веришь? – хмыкнул оборотень.

– Кстати, Ладеус, в следующий раз переводи с общепринятого языка на троллий аккуратнее. Он ведь может и пожаловаться… – поморщился Крастен.

– А что такого? Все серьги я ему вернула. Как и зубы. Он вроде был не в обиде.

Замначальника лишь посмотрел на меня укоризненно, напоминая, что стоит быть толерантнее.

– Поняла. Но, несмотря на его признание, все это крайне сомнительно.

– Почему? – недоумевал полудемон.

– Тела слишком изуродованы, это не в характере троллей.

– Агрессия? – скептически хмыкнул Крастен.

– Такие повреждения. Нет, ну серьезно, у одной из найденных жертв множественные ножевые раны, причем нанесенные ножом с небольшим лезвием, и умерла она от потери крови. А вторая и вовсе задушена. Одно дело, если бы им череп размозжили или кости все переломали. Но вот вы можете себе представить, чтобы тролль орудовал ножиком, что для него как зубочистка? Да и с такими ручищами задушить, не переломив позвонков просто нереально.

– И все же след артефакта сошелся идеально, – заметил Конор, откладывая наш отчет.

– Я и не спорю, что похищал их он. И избавлялся от тел тоже. Но не думаю, что он их хоть пальцем тронул. Тем более есть же еще следы сексуального насилия…

– А с этим что не так? – удивился полудемон.

– С точки зрения тролля, погибшие девушки были те еще уродки. Красивая и желанная женщина по их меркам должна быть высокой, крупной, фигуристой и по возможности волосатой, – поморщилась я.

Конор рядом со мной фыркун, а после и вовсе расхохотался, заполучив недоуменные взгляды коллег.

– Простите, вспомнил, каким образом мы это выяснили.

Осуждающие взгляды превратились в заинтересованные – мужчины явно хотели свою порцию сплетен.

– Мы когда в стражу только поступили, у нас тренером по физподготовке тролль был. И он Кат всегда подгонял шлепками по заднице, если она на пробежке отставать начинала. В конце концов она не выдержала и пригрозила, что пожалуется на домогательство, – друг прыснул, видимо, вспомнив выражение лица уважаемого преподавателя после моих слов. – Он тогда жутко оскорбился и объяснил ей, что он вообще-то нормальный тролль и тощая бледная глиста его ни в коей мере не привлекает. Как и никого другого его вида. В общем, обижался он еще долго, но трогать Кат перестал.

Коллеги лишь скромно сцедили смешки – ну, спасибо им за понимание.

– Ладно, теперь я понимаю, что тебя смутило, – заметил Крастен. – Ну а вдруг этот конкретный тролль – больной извращенец?

– И такое может быть. Вот только «следы сексуального насилия» и «следы сексуального насилия тролля» имеют между собой колоссальную разницу. Которую медик не отметить в отчете не мог.

Мужчины посерьезнели, поняв, к чему я веду.

– Думаешь, торговля живым товаром? – хмуро уточнил Конор. – Точнее, получается, отлавливал он их для одного какого-то места, а потом избавлялся от тел.

– Теперь понятно, откуда у тролля ментальный артефакт, – мрачно добавил демон. – Мне это показалось странным – такие вещи где попало не приобретешь.

– Можно посмотреть артефакт? – вдруг уточнил Нилван, подойдя к нашему столу. – Я немного разбираюсь.

Мы с Конором переглянулись, и оборотень полез в ящик стола за отнятой у преступника безделушкой – грубо сделанным медальоном на тяжелой цепи.

– Хм… Интересная вещь, – внимательно осматривал ее мужчина. – Работа явно профессионала, подпольная – продавать такие игрушки запрещено. Но материалы качественные – камень в центре стоит по меньшей мере пару сотен золотых.

Я удивленно присвистнула – неслабая цена даже для столицы. Я столько отдавала за аренду нашего с сестрой домика за год. А тут такая драгоценность и у какого-то пыльного тролля в подворотне…

– Значит, он всего лишь наемник, занимающийся грязными делами хозяина, – заключил Крастен.

– Причем скорее всего не одного, – вздохнула я. – Характеры повреждений на девушках слишком отличаются…

– Думаешь, что это какой-то подпольный бордель? – догадался Конор.

– Есть такие подозрения, – призналась я. – Помимо разницы в повреждениях, меня смущает, что тролль взял все на себя. Куда проще было признать, что он простой наемник, хозяина не знает, зачем девушки нужны, тоже и так далее. Но он признался, а значит…

– Он прикрывает не хозяина, а клан, – согласно кивнул задумчивый Крастен. – И если на кого-то работает целый клан троллей, то это уже не личные развлечения это…

– …бизнес, – закончил Конор.

– И боюсь, коллеги, это не все плохие новости, – подал голос все еще рассматривающий артефакт Нилван. – Насколько я разобрался в устройстве артефакта, он требует ежедневной магической подзарядки. А значит, даже без добычи наш задержанный обязан был появляться у хозяев каждый день.

– Нашего тролля уже где-то ждут, но не дождутся, – пробормотала я, чувствуя, как холодеет в груди. —Как только там поймут, что что-то пошло не по плану…

– … то постараются все припрятать или и вовсе избавиться от улик, – подхватил мою мысль напарник.

– … а точнее, от еще возможно живых девушек… Вот почему он так легко сознался, – осенило меня. – Дело вовсе не в моих избиениях. Он тянул время! Пока пройдут допросы, поиски остальных тел, их осмотры, его наниматели вполне успеют свернуть свой бизнес и избавиться от улик.

В кабинете повисла напряженная тишина.

– Значит, придется вернуть тролля в допросную, – показательно хрустнул костяшками пальцев демон, кажется, уже планировавший прибегнуть к моим методам перевода на троллий язык для наилучшего взаимопонимания с клиентом.

– Не поможет, – покачал седой головой Нилван. – Если дело касается клана, он ничего не расскажет.

– И что делать будем, господа? – поднял Конор мрачный взгляд на более опытных коллег.

– Допустим… у меня есть вариант, – тихо заметила я, привлекая к себе взгляды мужчин. – Троллю всего-то и нужно объявиться по определенному адресу и желательно с девушкой, правильно? Тогда нет ничего проще…

План, в общем-то, был очевиден, и, судя по лицам, коллеги его не одобряли.

– Так он и согласится привести тебя туда, – скептически заметил Крастен. – Рассказывать, значит, не стал, а привести к нанимателю отряд стражи – это пожалуйста?

– Смотря как это все обыграть. Я приду к нему одна, скажу, что догадалась, что он поставляет девушек кому-то. Скажу, что хочу выслужиться и задержать злодея сама, поэтому никому ничего не рассказала. Если он меня проведет к нанимателю, то я его сразу отпущу. Тролли, мягко говоря, сообразительностью не отличаются. И несмотря на то, что я его избила, в его глазах я все равно слабая эльфийка. Там, где он не справился один, наверняка справится весь клан плюс еще какие-то люди нанимателя.

– Думаешь, мы отправим тебя одну с троллем в логово к убийцам? – неодобрительно посмотрел на меня Крастен.

– Это тролль так будет думать. А по факту со мной будет маячок и отряд стражи следом. Как только я подам сигнал, вы накроете эту лавочку вместе со всеми, кто там будет, – уверена заявила я.

– Но зайдешь ты туда одна и какое-то время наедине с ними проведешь. Не пойдет, Ладеус. Это слишком опасно, – покачал головой полудемон, сложив руки на груди.

– Слушайте, ну вы-то не делайте из меня нежный цветок, – скривилась я в ответ. – Физподготовка у меня сдана. И я не самый слабый маг и защититься способна.

– Послушай, девочка, и гораздо более опытные сотрудники гибнут в хорошо продуманных операциях, – проникновенно проговорил Крастен. – А тут на коленке сооруженный план и эльфийка всего неделю отработавшая на службе.

– И семь лет в страже, – раздраженно закатила я глаза. – И, поверь мне, я прекрасно осознаю, каков риск. Но, говоря объективно, у кого больше шансов выжить в такой заварушке – у меня или у тех несчастных, что находятся там в плену?

У полудемона от недовольства уж кожа потемнела, но возразить на этот аргумент ему было нечего.

– Даже если я соглашусь, это ничего не значит. Проводить такую операцию без согласования с Сайласом я не имею права, а он, сама понимаешь…

Я скривилась:

– Скорее предложит Конора в платье обрядить с париком, чем меня пустит.

Друг подавился глотком чая, бросив на меня укоризненный взгляд. Ой, да ладно, как будто в первый раз его в платье бы обряжали.

– И это все равно не сработает, – откашлявшись, заметил он. – В таком заведении на входе наверняка кто-то из нюхачей сидит. Мальчика от девочки уж точно отличат, никакая иллюзия не поможет.

– Кроме того, у нас есть другая проблема, – подал голос Нилван. – Даркан и Килиан отправились в соседний город на допрос и сегодня уже не вернутся. Сайлас предупредил меня в последний момент перед уходом. Прости, забыл тебе передать, – бросил оборотень извиняющийся взгляд на Крастена.

Замначальника помрачнел, а я, наоборот, воспряла духом. В отсутствие начальника главное слово принадлежало именно демону, а значит…

– Если я соглашусь, Сайлас мне потом голову оторвет. И будет прав…

– Так не обязательно же говорить, – хитро улыбнулась я. – Главное всех задержать, а упоминать участие в этом одной эльфийки вовсе необязательно…

Крастен задумался, явно взвешивая все за и против. Если бы не вероятность, что где-то там в нелегальном притоне мучаются еще живые девушки, наверняка бы не согласился. А так…

– Ладно, попробуем. Но я все равно предварительно согласую план с Генералом, – мрачно заключил демон, но я уже смаковала вкус победы.

Руководитель Магика – это все же не дроу-шовинист. Он трястись над одной конкретной эльфийкой точно не будет. Если уж принял меня на службу, значит, считает достаточно компетентной, чтобы участвовать в операциях.

– А пока я буду докладывать главному, тебе бы подумать о смене наряда. И не только его, – окинул меня скептическим взглядом Крастен, задержавшись на коротко стриженных волосах. – От тебя за версту стражей несет. Да и вообще, как живой товар ты пока не слишком впечатляешь.

Я поморщилась, но признала его правоту. Это только в глазах Сайласа Даркана я и в форме выглядела как трепетный цветок. А вот опытных подпольных бизнесменов одна лишь милая мордашка так не обманет.

– Ладно, – согласилась я, уже прикинув, кто может мне помочь не только с маскировкой, но и подкинуть дополнительное оружие.

Мрачный, уже предчувствующий головомойку демон ушел докладываться о наших выводах руководству. Следом ушел по своим делам Нилван. И только когда мы с напарником остались наедине, Конор обратил на меня обеспокоенный взгляд.

– Уверена?

– Да ладно тебе, – закатила я глаза. – Долго ты мне прошлый раз поминать будешь?

– Знаешь ли, когда у тебя на руках отдает концы твой верный напарник, весь залитый кровью, это как-то запечатлеется в памяти, – с укоризной заметил оборотень.

– Ну прости, я же не специально. Но это мой единственный промах за всю карьеру. Нельзя же вечно в него меня носом тыкать.

– Не нравится мне это… Честно, я уже готов обрядиться в платье и пойти с тобой вторым товаром. Вот только… боюсь, никакая маскировка мне не поможет.

– Не переживай так. Я уже придумала, как обеспечить себе подкрепление.

Усмехнувшись недоумевающему другу, я поспешила к кристаллу связи.

– Силли? Слушай, мне нужно, чтобы ты быстро принесла мне кое-что на работу. Платье, что-нибудь из того, что нам вечно тетки присылают, белье к ниму и пару туфель. И у тебя там был где-то эликсир для экстренного отращивания волос? Его тоже. И попроси у Розалинды соцветие. Скажи, что мы пойдем на дело. Что? Да, я опять иду работать под прикрытием.

Заслышав знакомое имя, друг удивленно округлил глаза, а уже через мгновение одобрительно закивал. Кустик розы, исправно переезжающий за мной с места на место, при всей своей красоте и хрупкости мог быть весомым аргументом в любом споре. И тьмушный начальник когда-то познал это на собственной шкуре…

***

За то время, пока сестра несла мне маскировку, а Крастен уговаривал Генерала на эту авантюру, я успела пообщаться с задержанным на предмет преступного сговора. К этому времени часть его ран уже зажила (у зеленых просто бешенная регенерация), и оттого он был нагл и весьма самоуверен. И это играло мне на руку.

Пусть не сразу, но он согласился отвести меня к заказчику. Сначала отнекивался, но стоило упомянуть, что это моя личная инициатива и больше никто про план не знает, как тут же стал готов помогать следствию. Говорю же, тролли откровенно туповаты. Их и нанимают потому, что они сильные, не слишком требовательны к оплате, а главное – не задают лишних вопросов и не думают. Этот тоже строго соблюдал тролльи принципы, поэтому мы быстро договорились, и я поспешила встречать младшенькую с моей маскировкой.

Хмурая Силли нашлась в нашем кабинете и, судя по виду, уже успела поцапаться с Конором. Сосредоточенный Крастен тоже уже вернулся от Генерала и заявил, что номинально наш план одобрили. Но в случае провала он будет объявлен личной инициативой и ответственность будем нести сами. В этом я и не сомневалась, я вообще буду первая в списке на расправу при любом исходе операции.

– Во что ты ввязалась на этот раз? – сухо уточнила Силли, вручая мне сверток одежды, после того как нам удалось выставить мужчин из кабинета.

– Просто работа. Не переживай, ничего сложного.

– Убьешься – домой не приходи.

– Я тоже тебя люблю. Проклятье, почему именно это? – с отвращением заметила я, расправляя в руках розовый кошмар.

– Ты сказала – любое из тех, что тетки присылали. Это первым попалось.

Грустно вздохнув, я принялась натягивать на себя это ужас. Хотя в целом это было обычное эльфийское платье: летящая ткань, приталенный силуэт, декольте, открытые плечи —сойдет для кандидатки на жертвы в бордель. Но показываться в этом коллегам по работе мне было откровенно стыдно. Не говоря уже о том, что дышала я в нем с трудом.

– Держи, – Силли сунула мне в руки пузырек с зельем, – за десять минут отрастим шевелюру до талии.

Вот этого мне как раз и не очень хотелось. Ладно, чего не сделаешь ради любимой работы.

Немного макияжа, и вот я уже похожа на типичную невинную, слегка безмозглую эльфийку, вышедшую погулять в поисках приключений на свои верхние и нижние прелести. Уж за стража меня теперь точно не примут.

Вернувшиеся в кабинет коллеги подумали так же. Конор-то видел меня разной, его ничем не удивить. А демон со старым оборотнем застряли на пороге, переводя удивленные взгляды с меня на сестру. Ну да, если меня привести в «нерабочий» вид, сразу становится заметно, насколько мы похожи.

– Кхм… Катарина, а скажите, пожалуйста, во времена учебы вы, наверное, так и выглядели? – внезапно поинтересовался Нилван.

Я поморщилась от воспоминаний.

– Не совсем. Волосы тоже были длинные, и платья я носила. Но не такую непотребщину, – одернула легкий шифон на груди. – А что?

– Кажется, я понимаю, почему Даркан был так уверен в твоей несостоятельности как следователя, – кашлянув, заметил Крастен. – И я понимаю, что у тебя образ, но роза на груди уже перебор.

Протянув руку, мужчина явно хотел убрать огромный бутон розы, закрепленный на лифе платья. Но, к счастью, вовремя был остановлен моим напарником.

– Я бы на твоем месте не стал тянуть к ней руки.

– Совсем обалдел? Не собирался я ее трогать. Просто цветок странно смотрится.

– Вот только это не просто цветок, – тихо заметила со стороны сестренка, собирая вещи.

В следующее мгновение бутон на моей груди распахнул клыкастую пасть и облизнулся, явно пожалев, что ему не дали отгрызть парочку пальцев.

– Это что еще за дичь? – скривился демон, склонившись к моему декольте, чтобы рассмотреть цветок получше, и чуть не схлопотав укус в нос. Хорошо, что я успела отступить.

– Охранная система Розалинда, – хмыкнул Конор, умудрившись почесать бутон, как домашнюю зверюшку. – Красиво, не вызывает подозрений, кровожадно, а главное, дешево в эксплуатации – корм она добывает себе сама.

– Не ври, блохастый, – возразила сестра, бросив на него косой взгляд. – Ее прикормка – весьма приличная статья наших расходов.

– Но насчет защиты правда. Хотя будем надеяться, что применять ее не придется, – поморщилась я, понимая, что, если цветок войдет во вкус, остановить его будет сложно. Спонтанная магическая мутация вещь непредсказуемая. У цветка, считай, свой разум имеется, и нас с сестрой он не за хозяек, а скорее за подопечных воспринимает.

– Да уж, Ладеус, ты полна скрытых талантов… Ладно, если готова, то пора начинать. Смеркается, наш тролль уже должен возвращаться на базу, – кивнул на окно Крастен, давая понять, что время уже поджимает.

– Конор, пожалуйста, проводи Силли домой. А потом уже присоединишься к нам, – оборвала я возражения напарника. – Сейчас явно не время для хорошенькой эльфийки одной возвращаться домой.

– Это точно. Идем, мелкая…

– Я бы и сама добралась, – донеслось недовольное в ответ, когда они уже покидали комнату. – Нужен ты мне…

– Неужели? Я ранен в самое сердце…

Успокоившись, что сестра точно доберется до дома в безопасности, я обернулась к коллегам.

– Катарина, ты точно уверена, что справишься? – в последний раз мрачной уточнил демон.

– Уверена, уверена. Я прекрасно знала, на что иду, устраиваясь работать в Магик. Хватит меня недооценивать.

Но в душе, честно признать, я вовсе не была такой уверенной.

***

Уже через полчаса я шла по улицам вслед за троллем, изображая из себя послушную марионетку. Для убедительности в образе недалекой эльфийки-карьеристки пришлось даже вернуть ему артефакт. Конечно, уже в нерабочем состоянии. И, конечно, троллю я об этом не сообщила. Так что не удивительно, что почти сразу после того, как мы покинули участок, он словно случайно коснулся меня артефактом, явно пытаясь его активировать. И дальше по улицам вел уже совершенно ни о чем не переживая, искренне считая, что глупая эльфийка уже под контролем.

До нужного дома мы добрались удивительно быстро – всего-то минут двадцать пешего хода. И такое творилось практически под носом у Магика! Позор всем нам. Одно хорошо, недолго им осталось. Но сначала мне придется убедиться, что это правильное место. Оправдываться за разрушение чужого имущества не только перед хозяевами, но и перед тьмушным начальством мне не хотелось.

На первый взгляд, нужное здание казалось средненьким торговым домом. Даже бакалейная лавка с витриной нашлась на первом этаже. Именно в нее и зашел, чуть пригибаясь, тролль, а я нырнула следом, изображая безразличие к окружающему миру. Магазинчик оказался скудноват: мука, кое-какое зерно и крупы, разные масла и приправы. При этом цены не самые низкие, так что неудивительно, что покупателей здесь не нашлось. Продавец за прилавком выглядел на удивление приятно – в возрасте, немного упитанный, как и положено бакалейщику, с доброй улыбкой на лице. Я даже засомневалась – не пытается ли тролль нас обмануть? Но почти тут же сомнения были развеяны.

– Смотрю, сегодня ты с отличной добычей, Ргых? – добродушная улыбка продавца мгновенно сменилась на сальную, а взгляд жадно пробежался по моей фигуре. – Хороша… Я бы и сам попробовал, да мне такая красота точно не перепадет.

– У себя? – хрипло уточнил тролль, кивнув куда-то в сторону занавески, скрывающей внутренние помещения магазинчика.

– Да, внизу, давно тебя ждут.

Коротко кивнув, тролль нырнул за занавеску. За ней обнаружилась внушительная дверь, надежно оббитая железом, с маленьким смотровым окошком. Короткий стук, окошко распахнулось, нашу компанию окинули внимательным взглядом черных глаз, и только после этого дверь открылась.

Сразу послышались звуки музыки, нежный женский смех и пахнуло благовониями. Пропустив нас внутрь, дверь заперли на крепкий засов и пару заклинаний. И не забыли активировать звуковую защиту, скрывающую творящейся здесь вертеп – прятались здесь со знанием своего дела. Но не думаю, что какая-то дверь, пусть и усиленная магически, станет проблемой для демона, двух оборотней и остальной компании стражей Магика. Так что волноваться я не спешила и все так же отрешенно следовала за троллем вглубь этого подпольного борделя.

Пока что все выглядело достаточно прилично. В просторном холле несколько откровенно одетых девиц развлекали мужчин танцами и пением. Для более плотного общения парочки удалялись по узкой лестнице куда-то на верхний этаж. Никакого насилия я пока не замечала. Страстно извивающиеся на коленях клиентов девицы выглядели ухоженными и довольными. И на действие ментала такое поведение не спишешь – такие заклинания превращали людей в безэмоциональных кукол. Эти девушки здесь явно по своей воле и работают почти официально. Тогда зачем красть еще кого-то с улиц?

Мы уже практически миновали холл, когда возникло ощущение, будто кто-то из гостей пялится на меня. Это зудящее чувство, когда кто-то сверлит тебе затылок внимательным взглядом, ни с чем не перепутаешь. Неужели меня узнали? Нет, быть такого не может…Меня даже коллеги не признали. Скорее кого-то из посетителей просто заинтересовала новенькая девочка.

Когда мы спустились в подвалы к очередной укрепленной двери, тролль заговорил со мной вновь.

– Ну и тупая же ты эльфа, – хмыкнул он, явно не ожидая ответа. – Держи свое «повышение». Не думаю, что оно тебе понравится. – И постучался.

Очередная короткая проверка, и нас пропустили в уже совершенно другой мир. За этой дверью не было слышно ни музыки, ни смеха. Не было здесь роскошных бархатных драпировок и запахов благовоний. Лишь длинный серый коридор с десятком крепких дверей. Слишком яркая тишина наводила на мысль, что здесь все двери и комнаты обладали звуковым пологом. И, подумав об этом, ты тут же задавался вопросом: какие звуки здесь пытаются скрыть?

Выделялась лишь последняя дверь, в тупике коридора. Дорогое резное дерево, за которым была слышна тихая музыка и чьи-то глухие голоса. Похоже, мне удалось добраться то ли до главного торгового зала, то ли до убежища организаторов. Лично я крайне рассчитывала на второе. Ведь тогда, пока группа захвата будет расчищать все наверху, у меня будет время поговорить с этими господами самой.

Комната за резной дверью весьма напоминала верхний зал – дорогая мебель, бар с алкоголем, драпировки из тканей по стенам и жаркое пламя камина, заливающее все теплым светом. Но малое количество гостей дарило надежду, что это все-таки приватный зал владельцев. В трех из них по оружию я сразу определила охрану – не слишком удачный расклад для одной эльфийки, но в рамках допустимого. А вот оставшиеся двое… Холеные рожи, дорогая одежда, бокалы с алкоголем в руках… Хм-м-м, могут быть как хозяевами, так и гостями. Но следующая фраза мои сомнения развеяла.

– Кого ты привел нам на этот раз, Ргых? – спросил полный брюнет с обрюзгшем лицом, высматривая меня за широкой спиной тролля.

Второй, блондин, моложе и гораздо симпатичнее, тем временем сразу требовательно протянул руку к зеленому, явно с намереньем отобрать у него управляющий артефакт:

– Пусть подойдет поближе, хоть посмотрим, стоила ли твоя задержка того.

– Выйди вперед, – коротко буркнул тролль, крепко сжав медальон, после чего протянул уже не действующую игрушку хозяину. Стоило мне показаться из-за спины зеленного, как хозяева восхищенно присвистнули.

– Ргых, ты достал настоящую жемчужину, – цокнул языком толстяк, окидывая мою фигуру и лицо масляным взглядом. – Где ты раздобыл одинокую эльфийку?

– Выследил. Поэтому так долго, – хрипло ответил тролль, пряча взгляд. Признаваться, что попался стражам, он не захотел, на что я, собственно, и рассчитывала.

– Мы заработаем на ней состояние, – куда более критично осматривал меня блондин. – Свободен. Получишь премию за девчонку.

Покидал тролль комнату с такой спешкой, будто, несмотря на уверенность в действенности ментального артефакта, уже предчувствовал грядущую бурю. Впрочем, на него мне было плевать, зеленого возьмут на выходе сотрудники Магика. А вот мне предстояло разобраться с теми, кто остался здесь.

– Покрутись, – приказал держатель артефакта.

Изображая повиновение, я стала медленно оборачиваться, позволяя рассмотреть себя со всех сторон.

– Эх, такую я бы и себе оставил, – мечтательно облизнулся толстяк, едва не вызвав у меня дрожь отвращения. – Думаешь, придется отдать ее тому любителю полукровок? За эльфок он хорошо платит.

– Не хотелось бы. После него на ней уже не заработаешь, – поморщился в ответ блондин, поднимаясь и подходя ближе ко мне. – Сначала лучше предложим ее другим желающим. Психа оставим напоследок. После него все равно только на выброс. Сними платье, посмотрим, что прячется под этой тряпкой.

И вот вроде уже можно вызывать подмогу и приложить урода кулаком в нос вместо повиновения. Но внезапная откровенность про какого-то психа меня заинтересовала. Отыскать всех посетителей этого места было бы неплохо. Так что я решила еще немного поизображать покорность и поподслушивать. Медленно взявшись за пуговички с боку, я взялась расстегивать розовую тряпку.

– Вот ведь урод, да? – тоже поднялся со своего места толстяк. – Он ведь даже не спит с ними. И не развлекается никаким другим образом. Просто раз, и нет девочки… А платит за смесков бешеные деньги!

– Какая разница, что он с ними делает. Главное, сколько он платит. Быстрее, – последовал очередной приказ от блондина.

Спустив рукава, я позволила мерзко-розовой ткани соскользнуть на пол, оставаясь в плотном корсете и кружевных трусиках. А что поделать, если другого белья под это безобразие и не наденешь.

– Да, ее нужно постараться дольше скрывать от психа, – по-деловому заключил блондин, пока толстяк рядом чуть ли не слюной исходил. Так, если он потянет лапы, терпеть я не стану. Понимая, что развязка уже близка, я незаметно наступила на несчастную Розалинду, оставшуюся на платье, зная, какая реакция от нее последует.

Как смогла сдержать гримасу, когда вредный цветок куснул меня за ногу, не знаю. Зато теперь роза напилась крови и стремительно тянула из меня магию. Кхм… как-то даже слишком стремительно. Да этих сил на пятерых с лихвой хватит, куда столько!

Давать команду к наступлению я пока не спешила – надеялась узнать побольше о тех, кто приходил сюда развлекаться. Но, увы, сделать это мне было не суждено. Блондин обернулся к охраннику и бросил:

– Дерек, избавься от грязи в шестой комнате. Нам нужно освободить ее под новую девочку.

Больше тянуть было нельзя. Тут еще и осмелевший толстяк все же потянул руки к моей груди, и я решила переходить в наступление. Вместо нежного эльфийского тела толстяк нарвался на жесткий эльфийский кулак, лишивший его парочки зубов.

– Прежде чем протягивать лапы, спроси у девушки разрешения, – буркнула я, с омерзением стряхивая кровь с руки и активируя амулет.

В этот момент где-то наверху стражи Магика должны были нарушить уютную атмосферу незаконного борделя. А мне осталось разобраться с присутствующими уродами, буквально застывшими от неожиданности. Похоже, впервые жертва смогла дать им отпор. Это они еще главного не видели.

– Розалинда, дверь! – рявкнула я, решив перекрыть выход прежде, чем кто-либо из них попытается сбежать.

Не каждый воин может передвигаться с такой скоростью, с которой мой маленький мутантик отрастил себе шипастую плеть, кинувшуюся оплетать дверь. Но один из охранников попытался. И в итоге влетел в колючие объятия зеленой стены, спешно покрывающейся зубастыми бетонами. Минус один противник.

Не теряя времени, я заехала локтем в нос растерянному блондину, опрокидывая его на землю, и добила ногой в живот толстяка, как раз попытавшегося подняться.

– Тварь, – просипел блондинчик, когда и ему достался удар пониже живота, – живой отсюда не выйдешь!

– Это мы еще посмотрим, – хмыкнула в ответ, удачным ударом ноги сбивая уже оказавшегося рядом охранника. – Роза, вяжи их.

Основательно насосавшаяся у меня силы роза принялась отращивать больше колючих плетей, спешно оплетавших своих жертв. К несчастью для окружающих – совершенно не поддающихся магии. Один из охранников, тот самый, которого схватили первым, попытался ее поджечь, но мой мутировавший кустик могли усмирить лишь острый клинок (и то пока роза не нарастит новые отростки) и хозяйское слово. Но и второе действовало не всегда.

Всего пара мгновений, и трое из пятерых противников уже обезврежены. Двое оставшихся охранников были умнее и взялись за клинки, отсекая приближающиеся к ним плети с зубастыми цветами. Так что с ними мне придется расправляться самой.

Мысленный призыв, и в руку уютно легла теплая рукоять моей секиры. Да, знаю, это не оружие эльфийки, но идите в Пресветлый лес со своим мнением, мне так удобно!

Два профессиональных охранника против одной полуголой эльфийки… Думаете, несправедливо? Да, по отношению к ним. Я рванула к ним первой, широко замахнувшись секирой. Первый, сразу неудачно приняв на клинок тяжелый удар широкого лезвия, отлетел к стене. Второй попытался подобраться со спины, за что тут же получил длинной рукоятью с набалдашником под дых. А следом легко прокрученное в руке оружие плашмя приложило его лезвием по голове, вырубая. И вот один охранник стал жертвой объятий розового куста. Добить последнего я не успела. Обиженная на обрезанные плети, Розалинда подобралась со спины к пришедшему в себя после удара охраннику и впилась парой зубастых соцветий ему в задницу. Не успел незадачливый наемник заорать, как мясистые зеленые стебли заткнули ему рот и плотно облепили тело.

Итого меньше десяти минут, а все уже обезврежены. И пусть еще кто-то посмеет ляпнуть, что эльфийки слабы и беззащитны. Удивительно, но желающие нашлись сразу. За забаррикадированной дверью послышался шум, и тут же кто-то попытался ее выбить. Судя по тому, как активно завозился в плетях охранник рядом с ней, наверняка кто-то из остальной охраны явился на помощь хозяевам.

А вот это уже плохо. Надеюсь, их не слишком много. Розалинда, конечно, оказалась очень эффективна, вот только магии у меня забрала куда больше, чем я рассчитывала, и почти всю уже потратила на создание плетей. Конечно, верная секира отобьет желание пообщаться у самых горячих голов. Но я надеялась обойтись в этот раз без травм. Силли всегда расстраивалась, когда ей приходилось в очередной раз залечивать мои раны.

Грохот тем временем нарастал. Оглушительный удар, и дерево на двери застонало, сдаваясь под напором. Розалинда плотнее сплела стебли, перекрывающие вход, но если дверь выбивает кто-то вроде тролля, то его она не сдержит. Так и оказалось. Последним ударом дверь снесло с петель, и она погребла под собой опутанного стеблями охранника вместе с большей частью куста.

Я вцепилась сильнее в рукоять секиры, готовясь принять удар фигуры, двинувшейся из темноты коридора ко мне. И нервно сглотнула, когда наконец смогла ее разглядеть.

– Ладеус-с-с-с, – прошипел зло начальник, ступив на сломанную дверь и даже не обратив внимания на стоны человека под ней. В руках у дроу пылали тьмой два внушительных клинка, а взгляд не предвещал ничего хорошего. Причем не владельцам и помощникам подпольного борделя, а именно мне, младшему следователю и эльфийке, сунувшейся сюда в качестве приманки.

Я застыла под пристальным взглядом обозленного начальства, боясь даже вдох сделать. На пару мгновений отпустив меня из плена желтых глаза, Даркан окинул комнату быстрым взглядом, отметив отсутствие противников. Но, посмотрев на меня вновь, казалось, лишь разозлился сильнее, осознав, в каком виде я нахожусь. Еще никогда я так не стеснялась своего тела.

– Ладеусс-с-с – с угрозой в голосе потянул дроу, позволяя клинкам в своих руках растаять и делая первый шаг ко мне.

Тут я заметила, как пара ощерившихся клыками цветов выползает из-под снесенной двери и явно нацеливается на филей начальства. От мысли, что со мной и кустом сделает Даркан, если Розалинда вновь покусает его, меня тут же бросило в холодный пот.

– Стоять!

Застыли оба – и куст, и злющий начальник. Под прищуренным взглядом дроу я нервно сглотнула и попыталась добавить как можно строже:

– Нельзя, Розалинда. Свои. Не трогать.

Только после этого Даркан понял, что обращалась я не к нему. Медленно обернувшись, он столкнулся лицом к лицу с двумя хищно приподнятыми плетьми, на которых скалились алые бутоны. И, кажется, их узнал. Нисколько не опасаясь внезапной атаки, дроу обернулся обратно ко мне и процедил:

– Вы что здесь делаете, Ладеус?

– Работаю, – призналась я, позволив секире исчезнуть из рук.

– Мне казалось, что я направил вас заниматься совершенно другим.

– Решила сменить профессию. Тут хотя бы мои достоинства оценили по заслугам, – сорвалась я и тут же стыдливо примолкла. Явно не время грызться с начальником. Я уже достаточно отличилась.

Даркан уже собирался высказаться вновь, но тут за его спиной объявился Крастен.

– Этаж зачистили. Девушкам вызвали лекарей. А что… – тут его взгляд наткнулся на меня, и глаза удивленно округлились. – Оу… Кат, кхм… – Он заметил розовый куст, занявший половину пола и стены. – Твою же… Вот тебе и охранная система…

Я даже моргнуть толком не успела, а тьмушный начальник умудрился стянуть с плеч форменный камзол и кинуть мне его, накрывая с головой.

– Прикройся, – процедил мне Даркан и тут же обернулся к своему заместителю. —Собираем всех и возвращаемся в отдел. Там поговорим о вашей самодеятельности…

Бросив на меня последний раздраженный взгляд, под которым я невольно стянула полы его камзола на груди сильнее, дроу стремительным шагом покинул комнату.

– Так и знал, что все этим закончится, – вздохнул Крастен и посмотрел на меня. – Как бы там ни было, ты молодец, Кат.

– Спасибо, – не слишком радостно отозвалась я и принялась выуживать из-под цветов слегка попорченное платье и уговаривать Розалинду убрать лишние плети.

А ведь все так хорошо шло. Теперь мне точно уши надерут, а то и вовсе уволят. Как всегда – инициатива имеет инициатора.

***

В кабинете стояла гнетущая тишина. Мы стояли под мрачным хищным взглядом начальника и готовились к выволочке. Килиан чуть в стороне бросал на нас сочувствующие взгляды – ему повезло пропустить все самое интересное.

– Я не буду спрашивать, кому пришла в голову идея отправить нашего сотрудника в бордель в качестве жертвы, – процедил Даркан, бросив выразительный взгляд на меня. – Я хочу понять, чем вы руководствовались, когда соглашались на это.

– Ладеус прошла всю необходимую подготовку и отслужила несколько лет в страже. Мы посчитали ее достаточно квалифицированной, чтобы справится с этим делом, – попытался вступиться за меня Крастен. – Генерал с нами согласился и лично утвердил план.

– Это я уже слышал. Когда вернулся с допроса и узнал, что моя группа затеяла операцию по захвату в отсутствие начальства. И как укушенный в зад помчался за вами.

И что, спрашивается, за потребность была возвращаться на работу? Любой нормальный служащий, освободившись пораньше, свалил бы домой, а этот сюда примчался под конец рабочего дня. Пришел бы завтра на все готовое и похвалил бы нас за успешно проведенную операцию, даже не узнав, что я в ней участвовала.

– Мне интересно, господа следователи, после того как вы увидели девушек из подвала, вы все еще считаете, что отпускать Ладеус одну было хорошей идеей? – со скепсисом смотрел дроу на подчиненных.

Понятно, почему скривились Крастен с Нилваном, – они еще не привыкли воспринимать меня серьезно. Но сомневающегося взгляда от Конора я никак не ожидала. Все было настолько плохо? Неужели именно поэтому Крастен, выводя меня из подвала, не позволил заглянуть в комнаты, где держали бедняжек?

– Не слышу ответа, – заставил меня дрогнуть рык дроу.

– Нет, – хором отозвалась мужская часть провинившихся, заставив меня насупится.

– Радует, что вы это осознали. А для того, чтобы вы лучше прониклись мыслью, что на любую силу найдется другая, мощнее, жду вас на тренировках каждый вечер до конца этой недели. Всех, кроме Ладеус.

Я раздраженно закатила глаза – даже не сомневалась, что так и будет.

– Вас оправдывает только то, что операция завершилась успешно. Удалось не только накрыть подпольное заведение, но и спасти семерых девушек. И только поэтому в качестве наказания ограничимся только тренировками. С завтрашнего вечера начнем – сегодня вас ждут допросы задержанных. Все свободны, кроме Ладеус. Останьтесь.

Покидая кабинет, мужчины бросали на меня сочувствующие взгляды. Все понимали, что ко мне дроу предвзят, так что настоящая выволочка ждала только меня. Несмотря на освобождение от изматывающих тренировок. Честно, я бы предпочла наоборот.

Дверь в кабинет захлопнулась, оставляя меня наедине с разъяренным начальством.

– Ладеус, чего вы добиваетесь? – прошипел дроу, нависнув надо мной. – Мечтаете героически погибнуть на службе? Такое чувство, что у вас напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. О чем вы думали, отправляясь туда одна? Вы понимаете, что только благодаря внезапности вашего нападения владельцы не успели активировать антимагический полог. Догадайся они сделать это сразу, страшно представить, в каком состоянии мы могли вас найти. Если вам себя не жалко, подумали бы хотя бы о сестре!

Антимагический полог – это плохо. Я подозревала, что подобная штучка у них будет, но понадеялась, что ее не держат включенной все время, чтобы не сбить настройки других заклинаний в комнатах. Что, собственно, и произошло. Да и в любом случае, даже без магии все было бы не так плохо. На Розалинду такое все равно не подействует – она же аномалия. Да, я бы не смогла призвать оружие, а роза не разрослась бы так сильно. Но продержаться до прибытия подмоги мы бы точно смогли, я не такая слабачка. И вообще, значит, посмотреть в личном деле состав моей семьи он удосужился, а заглянуть в раздел с навыками и личными достижениями нельзя было?

– Моя сестра взрослая и способна позаботиться о себе, – стараясь держать себя в руках, ответила ему. – А думала я о том, что при любом подозрении, что их раскрыли, владельцы поспешат избавиться от девушек, попавших к ним в плен, чтобы избежать самых тяжелых обвинений. Если бы мы задержались, придумывая другой план, их могли бы уже не спасти. И насколько я слышала, как минимум двое из девушек были при смерти. С другой стороны я – обученный страж. Мои шансы выжить там и дождаться подмоги были высоки. Что и произошло.

– Мне импонирует ваше чувство справедливости и желание помогать людям, но не ценой же своей жизни, – поморщился дроу, отодвигаясь и давая мне вздохнуть. – Вы бы лучше подумали, что чем дольше проживете, тем больше людей сможете спасти. Да, наш долг защищать граждан империи и помогать им найти справедливость. Но то, что сделали вы, это просто безрассудство!

С каждым мгновением сдерживать злость и раздражение было все труднее. В чем вообще проблема? Или он просто злится, что с ним не согласовали этот план? Конечно, ведь тогда бы он меня не допустил, и никто бы так и не узнал, что Ладеус вполне способна быть боевой единицей. Серьезно, задержание прошло без проблем, из личного состава никто не пострадал, девушек спасли, так к чему эта лекция?

– При всем уважении, я не понимаю сути вашей претензии. Операция прошла чисто. Удалось задержать не только владельцев, но и многих посетителей. Девушки спасены, никто не пострадал.

– Исключительно благодаря вашему невероятному везению…

– Да при чем тут везение! – не выдержала я.

Сколько можно терпеть! Если из-за проклятого тьмушника вся моя работа будет заключаться в перекладывании бумаг, то к демонам ее! Уж лучше вернуться в стражу и заниматься там настоящими делами. Терпеть подобного отношения к себе я больше не желаю – не для того я пахала столько лет, чтобы в итоге превратиться с обыкновенного секретаря при группе.

– Как вы вообще можете оценивать риски, если понятия не имеете о моих способностях и не даете мне их проявить? Вы даже не удосужились ознакомиться с нашими личными делами – это ваш хваленный профессионализм? Раскидать на новичков задания как попало, а после кривиться, что их недостаточно хорошо выполнили? – не сдерживала я гнева. – Считаете себя вправе судить обо мне по тому поверхностному знакомству, что состоялось в университете – почти целую жизнь назад. А ведь вы и тогда ошиблись! Не разобравшись в ситуации, сломали мне жизнь. И теперь пытаетесь сделать это снова.

Разошедшись, я наступала на начальника, не давая ему и слова вставить и заставляя лишь безмолвно отступать, удивленно глядя на меня.

– Между тем Генерал почему-то не посчитал ниже своего достоинство прочитать дела новичков, прежде чем принимать на работу. И потому не сомневаясь принял предложенными нами план операции. Это должно было вам что-то сказать! Но нет, как и десять лет назад, вы слишком высокомерны, чтобы признать тот факт, что светлая эльфийка способна быть не только красивым личиком, но и хорошим специалистом.

Да, звучит довольно иронично, учитывая, что видок у меня сейчас – чисто девица на выданье. Но ведь он и без платья и длинных локонов не воспринимал меня всерьез, так какая разница.

– Какого демона я столько работала, чтобы какой-то тьмушный сноб мне потом карьеру портил! – шипела я в лицо обескураженному моим напором дроу. – Ищите повод меня уволить? Да пожалуйста, я сама уйду, если вы намереваетесь зарыть меня с головой в бумаги. Но не смейте рассуждать о везении и моем сумасбродстве, не имея четкого представления о моих возможностях.

Зло выдохнув, я лишь порадовалась, что в кабинете не оказалось растений. Иначе, боюсь, мы с сестрой обзавелись бы еще одним мутантиком. А так хоть магию удалось сдержать, в отличие от характера. Бросив напоследок на закаменевшего от моей речи начальника презрительный взгляд, я развернулась и, выбив с ноги дверь, вылета из кабинета. Довел!

Да будь проклята эта мечта и дроу вместе с ней! Помогать людям я смогу и в страже. Или займусь частным сыском, как отец, когда был вынужден сменить работу, чтобы воспитывать нас с сестрой. В конце концов, ни прочувствовать за меня гордость, ни осудить он меня уже не может.

В кабинете в напряженном молчании застыли коллеги, вытаращившись на меня. Похоже хлипкие стены кабинета не оставили ни для кого секретом ни тему, ни тон нашего разговора. Плевать, тем лучше, не придется объясняться.

– Конор! Заберешь Розалинду и отнесешь к сестре, заодно передашь, что со мной все в порядке и пусть меня не ждет, – рявкнула я, выводя друга из ступора.

Вспомнив, что плечи мне все еще прикрывает камзол мерзкого начальника, с остервенением содрала его и кинула на пол, разве что не потоптавшись сверху. По-хорошему бы переодеться, но задерживаться даже в одном здании с этим тьмушником для меня сейчас было слишком. Поэтому я лишь накинула на плечи собственный плащ, пряча порванное розовое безобразие на себе, – и так сойдет.

– А ты куда? – нахмурился друг.

– Праздновать окончание своей недолгой, но яркой карьеры в Магике. Приятно было со всеми познакомиться, – изобразила я издевательский реверанс в сторону мрачно хмурящихся коллег.

Мимоходом почесав усталую и вновь уменьшившуюся до одного бутона Розалинду на нашем столе, я вышла, не забыв громко хлопнуть дверью.

Не стоит никакая мечта подобных унижений. А работу я всегда себе найду. Я обязательно стану лучшей в своем деле. И когда-нибудь дроу не только признает мои способности, но и пожалеет, что потерял такого специалиста. Но мне уже будет все равно.

Глава 4. Чувствую себя грешницей

Проснулась я понимая, что прошлым вечером случилось что-то ужасное. Ничем другим тот факт, что я допилась до состояния полной потери памяти, объяснить нельзя. Или я опять попыталась перепить Конора вопреки логике и тому, что он оборотень? Нет, образ напарника не возникает в голове, а значит, пила я не с ним. Тогда с кем, а главное, по какому поводу?

Пресветлый лес, как же голова-то болит… Как будто я ею забивала кого-то. Возможно, насмерть. Возможно, саму себя…

Глаза удалось разлепить с трудом, и вот тогда… начались самые неприятные открытия…

Во-первых, проснулась я точно не в своей спальне. Во-вторых – и не в спальне Конора. В-третьих, даже не в номере таверны. Это явно был чей-то дом, и я понятия не имела, чей именно.

Катарина Ладеус, во что ты умудрилась вляпаться?

Почти сразу я с обреченностью признала, что в пьяную интрижку. Ведь под легким одеялом я оказалась абсолютно голая, а рядом кто-то отчетливо сопел. Да и жар чужого тела, пусть и не прижимающегося ко мне, но все же находящегося близко, я чувствовала отчетливо. Проклятье, вот уж не думала, что докачусь до такого. И в голове абсолютная пустота – ни где я оказалась, ни как, ни тем более с кем.

Медленно повернув голову, я заметила на соседней подушке затылок с длинными растрепанными черными волосами, широкие смуглые плечи и спину, неприкрытые одеялом. И осознала: Ладеус, да ты просто больная мазохистка. Как я, вусмерть упившись, умудрилась отыскать себе для ночных развлечений именно дроу? Из всех возможных вариантов! Мне становится страшно за собственный рассудок. Пойти бы и побиться головой об стену, но не хочется будить любовника. Лучше собраться тихонько, сбежать и сделать вид, что никогда такого не было и быть не могло, чтобы Катарина Ладеус подцепила себе дроу в баре.

Голова трещала так, что даже сесть на кровати оказалось подвигом. С трудом соображая, я огляделась, пытаясь отыскать свою одежду. И это мне удалось удивительно быстро. Еще бы, обстановка отличалась мрачными оттенками: темно-синие стены и плотный ковер на полу такого же цвета, мебель из черного дерева, темная серебристо-серая обивка мебели – и в этом царстве тьмы клочки белого белья и мятая куча ярко-розового платья заметно выделялись.

При взгляде на розовое безобразие в голове стали теплиться воспоминания о прошлом вечере. Ясно, напилась я на почве очередного скандала и приступа ненависти к собственному начальнику. Тем еще удивительнее, что после этого меня потянуло на ушастых.

Я бросила оценивающий взгляд на своего неожиданного любовника. Широкие плечи, узкая талия, как раз до которой доставало одеяло, пряча все самое интересное, перевитые связками мышц крепкие руки, линия спины… Проклятье, даже того, что было видно достаточно, чтобы понять – мне попался прекрасный образчик подземного народа. Не качок, как наш преподаватель по физподготовке, но крепкий, жилистый. И в бою явно даст фору и демону, и оборотню. Даже жалко стало, что такой прекрасный образчик мужественности оказался очередным проклятым тьмушником, с которым я точно никогда не свяжусь. Хватило мне одной неудачной влюбленности.

С трудом удерживаясь от болезненного стона, я тихонько выбралась из кровати. Белье, к счастью, нашлось почти у самых ног и даже осталось цело. Спешно натянув на себя трусики и кое-как затянув корсет, я огляделась в поисках чулок. Точно же были… Взгляд зацепился за что-то белое на люстре над головой… М-да… В общем, оставлю в подарок. Если полезу их снимать, точно весь дом перебужу. До платья пришлось на цыпочках пробежаться в другой конец комнаты. Мятое, конечно, да еще и подранное от встречи с розой, но что есть. В любом случае, куда больше внимания сейчас будет привлекать мое помятое лицо с потекшим макияжем и колтун из волос на голове, чем несколько прорех на платье.

По-хорошему, стоило привести себя в порядок, прежде чем сбегать. Но искать в чужой квартире ванную комнату и рисковать разбудить незнакомца я не хотела. И правильно сделала. Стоило тихонько приоткрыть дверь на свободу, как мужчина на кровати зашевелился. Я застыла, боясь даже вдох сделать. Что-то пробормотав себе под нос, он перевернулся на спину и снова затих. Пару мгновений подождав для надежности, я все же выдохнула и даже сделала еще один шаг к двери. Но что-то в последний момент меня дернуло оглянуться через плечо, чтобы узнать, с кем же свела меня эта пьяная ночь.

Признаюсь, испуганный крик я сдержала с трудом. Даже рот ладонью прикрыла, чтобы не вырвалось ни звука ужаса. После помолилась всем известным богам, в том числе и Тьме, покровительнице дроу, чтобы мой любовник не проснулся. Ведь, к моему ужасу и сожалению, лицо его мне оказалось знакомо. Не просто знакомо, это был тот самый дроу, которого я ненавидела больше всего в своей жизни, – Сайлас Даркан!

Этого просто не может быть… Словно я попала в один из тех ужасных кошмаров, преследовавших меня сразу после отчисления. Правда, они обычно заканчивались тем, что я убивала дроу с особой жестокостью, а этот почему-то обратился эротическим сном! Проклятье, Катарина Ладеус, как ты умудрилась попасть в койку к своему злейшему врагу? Это сколько нужно было выпить-то, чтобы до такого дойти? И ладно я была не в адеквате, но он куда смотрел?

На мгновение в голову закралась мысль о весьма кардинальном способе стереть следы своего грехопадения: как говорится, «нет тела – нет дела…». Тихонечко снести дроу голову и спрятать тело. Конор поможет, он надежный друг. И все, никто никогда и не узнает, как низко упала одна светлая эльфийка. Пару мгновений посверлив злым взглядом безмятежное лицо тьмушника, я признала, что слишком совестливая, чтобы убить его за то, что мы переспали.

Больше не раздумывая над глупостями, я двинулась на выход. Когда я пыталась протиснуться в открытую щелку двери, та предательски скрипнула. Мужчина на кровати снова заворочался, отчего у меня спина буквально покрылась холодным потом, но через мгновение затих. Медленно выдохнув, я все же протиснулась в темный коридор. Короткая перебежка в поисках выхода из этой обители тьмы – сначала попалась дверь в кабинет, потом в гостиную, вожделенная ванна, которой я не рискнула воспользоваться, следом кухня. И только когда я уже прокляла все на свете, заветная дверь наружу обнаружилась. Нашлась она благодаря шелковым туфелькам, валявшимся рядом. Тихонько подобрав их, я пару минут поковырялась с замком и наконец смогла выбраться из этого страшного места.

Вниз по лестнице я сбегала, топая как лошадь, спеша скрыться с места преступления. Выскочив на улицу, зажмурилась от болезненно яркого света. Время оказалось довольно ранее – солнце едва поднялось над крышами домов, да и народу на улицах мало. Удивительно, что после столь бурной ночи я умудрилась вскочить в такую рань, а не продрыхла до полудня. Хотя еще большее чудо, что дроу не проснулся от моего копошения по соседству. Вот уж не знаю, каких богов благодарить. Что вообще нужно было делать с темным, чтобы ушатать его до такого состояния? Мысль бросила меня в жар. Сразу вспомнились отметины от ногтей, оставленные на широкой мужской спине, явно свидетельствующие о том, что ночка вышла страстной. На мгновение я пожалела, что ничего не помню. И тут же под изумленными глазами немногочисленных прохожих надавала себе по щекам.

Очнись, Кат, неужели за шикарное тело и хищную мордашку ты простишь поганый характер и унизительные замечания? Ни за что! Хватит пытаться вспомнить прошлую ночь. Лучше, наоборот, никогда не вспоминать ее и сделать вид, что ничего не было. Проклятье, а ведь даже если меня все же уволили, мне еще предстоит встретиться с проклятым тьмушником лицом к лицу. Причем сегодня – рабочий день никто не отменял. Нет, в таком случае, лучше все же представлять себе, что именно произошло.

Быстро сориентировавшись в, как оказалось, знакомом квартале, я поспешила по улице в сторону родного дома. Утренний ветерок охлаждал больную голову, и в ней постепенно начали всплывать первые подробности…

***

Рядом со мной стояло уже две почти пустых бутылки, а жизнь, несмотря на обещание трактирщика, впарившего мне этот напиток, не заиграла яркими красками. Возможно, масштаб моей трагедии требовал больших вливаний. Итак, я загубила себе карьеру, снова. Из-за того, что не сдержалась и наорала на дроу, снова. Кто тут не вырос и не научился на собственных ошибках?

В общем, нет в жизни счастья, нет истины в алкоголе, а у меня нет работы и карьерных перспектив. Как-то так.

Уже нетвердая рука наполнила очередной бокал, но едва я попыталась опрокинуть его в себя, как его отняли.

– Ладеус, кажется, с вас уже достаточно, – мрачно заявил Сайлас Даркан, усаживаясь напротив и опустошая мой бокал.

– Пресветлый лес… Почему всем нормальным людям в пьяном угаре видятся зеленые феи, и только ко мне всегда приходят мерзкие дроу, – осенила я себя защитным знаком.

– Точно хватит, – не слишком довольно заявила моя галлюцинация, отставляя пустой бокал. А после и вовсе попыталась убрать со стола бутылку с остатками, но я оказалась быстрее, перехватив ее.

– Еще я пьяных глюков не слушалась. Не вам это решать…Это вне вашей компетенции и рабоче-уставных отношений.

Фыркнув, я попыталась вырвать у дроу свой утешительный приз, но темный крепко держал алкоголь.

– Ладеус, от завтрашнего рабочего дня похмелье вас не освобождает, – с угрозой заметили мне.

– Как будто она у меня еще есть, эта работа.

Еще раз от души дернув, я все же отняла бутылку и даже сделала очередной глоток.

– Надеетесь на увольнение? Это зря. Я предпочитаю штрафную систему наказаний – за все ошибки будете отрабатывать на благо группы.

– Какой наивный глюк, – хмыкнула себе под нос. – Скандала тьмушник мне не простит. В прошлый раз же не простил. Да и если с работой так продолжится, я и сама предпочту уйти…

Последний глоток из бутылки, почему-то особенно горький, закружил комнату вокруг меня веселой каруселью. Но радужность в жизнь так и не пришла. Проклятый трактирщик, обманул все-таки, подсунул какую-то гадость.

– Почему?

Раздавшийся рядом голос заставил меня перевести плывущий взгляд на собеседника напротив и сконцентрироваться на нем. Опа, никак это дроу? И как меня угораздило сесть за один стол с одним из этих мерзких созданий?

– Что почему?

– Почему вы хотите уволиться, Ладеус? Столько лет шли к этой цели, чтобы вот так вот сдаться?

– В том и дело, – скривилась я. – Я столько лет пахала и тренировалась не для того, чтобы меня посадили бумажки заполнять. Все равно, что боевого мага поставить фонари на улицах зажигать, – вроде и полезно, но совершенно бессмысленно. А ведь этот придурок еще моего почерка не видел… Громче всех ведь будет орать, когда поймет, что оформленные мной дела просто нечитаемы…

Перед глазами так и встало злое лицо начальника, а я только довольно хмыкнула и потянулась к остаткам ядреного алкоголя во второй бутылке. Но собеседник оказался быстрее. Вырвал у меня бутылку и разом опрокинул в себя все ее содержимое. А после лишь поморщился и отставил пустую тару в сторону.

– А ты неплох, темный. Но, прости, с такими я не связываюсь, – я наклонилась к расплывчатому дроу и прошептала: – Один из ваших мой враг. Сайлас Даркан, знаешь такого?

– Слышал, – процедил собеседник. – Что же он тебе сделал?

– Сломал мне жизнь. Выкинул меня из университета. Едва не лишил меня мечты и карьеры. И сегодня сделал это снова.

– Серьезное обвинение. Действительно хороший повод для ненависти. Но неужели у него совсем не было для этого причин?

– Главная причина в том, что он шноб и совинист… Нет, стойте, снов и шобинист, – выплюнула я и едва удержалась, чтобы не добавить сверху ругательства.

– То есть вы были прямо-таки идеальны, ни единого нарекания, а вас просто так выставили? – со скепсисом и явным раздражением уточнил дроу. – Так не бывает, Ладеус.

Конечно, адепты Тьмы будут поддерживать друг дружку. Светлая сторона в этот раз бьется в полном одиночестве, даже без поддержки розового куста.

– Я была отличницей! Даже боевку со слезами и кровью сама сдала! У меня просто неудачно сложились обстоятельства…

– Все плохие студенты начинают ныть, что у них какие-то обстоятельства. Неужели так сложно признать, что это просто не ваше, и рассмотреть другие возможности? – явно слышалось раздражение в голосе темного.

– Но это мое! Я с детства готовилась к тому, чтобы работать в Магике! Но один неудачный семестр, и полжизни тьмушнику под хвост… Даже подсудимому дают возможность оправдаться. А меня выставили за ворота академии без суда и следствия.

– И какое же оправдание у вас? – почудилось мне пренебрежение в голосе собеседника. Жаль, выражения лица не разглядеть – меня уже накрыл жестокий приступ птичьей болезни «перепил», а потому все расплывалось.

Говорить о произошедшем в том семестре я не любила – тяжелое время по многим параметрам. Да и смысл был объясняться перед каким-то незнакомым тьмушником? Но вот что-то взыграло в душе… Наверное, мне просто захотелось услышать от кого-то стороннего, что я была права. Я все сделала правильно, а вот дроу облажался.

– В то время у меня болела младшая сестра.

– Сочувствую, – после небольшой заминки заметил дроу. – Но не вижу связи между состоянием вашей сестры и учебой.

– А она была! У сестры было тяжелое заболевание крови. Ей требовались постоянные переливания. Я ее единственный близкий родственник. Несколько месяцев утром перед занятиями я бегала сдавать кровь. Как назло, чаще это происходило прямо перед практическими по смертоубийствам. Анемия и отсутствие завтрака, переживания за сестру, да еще и смрад трупов и подворотен любого до обморока доведут. Особенно если это происходит систематически. Но кого это интересовало…

За столом повисла гнетущая тишина, а я пожалела, что алкоголь уже закончился. Голова уже совсем не соображала, а легче на сердце не становилось.

– Катарина… почему вы не рассказали этого?

Мне показалось или в голосе собеседника послышалась растерянность? Надо же, кто бы мог подумать, что незнакомого тьмушника так проймет история несчастий одной светлой эльфийки. Значит, не все они такие пропащие.

– Как будто мне дали возможность. Заявил с порога: вы ничего не сдали и не сдадите, как бы ни пытались. Конечно, после такого и мне уже крышечку сорвало…

– Проклятье, Ладеус, почему вы в начале семестра ничего не сказали? – оборвал мои возмущения дроу. – Не предупредили на кафедре, куратору не сказали? Никто не знал! Если бы хоть у кого-то была эта информация…

– Физрук знал… – призналась я, вспоминая те времена.

– Фоллер?

А я почему-то даже не удивилась тому, что незнакомец знает моего преподавателя по имени.

– Ага. Он сам заметил, что со мной что-то не так. Как-то оставил после занятия и прямо спросил, почему я вдруг так лажать начала. А я на нервах все ему и выложила. Стыдно признавать, но он меня пожалел. Мы договорились, что в течении семестра он не налегает, но зачет будет принимать без послаблений. К концу семестра так или иначе ситуация с сестрой должна была решиться. Либо все было бы плохо, и я бы ушла сама. Либо она бы выздоровела, и все вошло в привычную колею. Второй вариант сбылся. Конец семестра я отработала нормально, но кого это уже волновало…

Высказав наконец все наболевшее, я почувствовала облегчение. А казалось, давно пережила и забыла. Но вот сейчас и правда стало легче. Даже в сон потянуло…

– Ну Фоллер… – процедил где-то рядом дроу. – Катарина, почему же вы не предупредили администрацию? Вам бы все сделали послабление…

– Сомневаюсь, – пробурчала сонно. – Одно из главных условий учебы на следователя – прекрасная физическая и магическая форма. Будущий следовать и страж должен быть здоров и обладать крепкой психикой. На кафедре бы не стали заморачиваться с проблемной студенткой. Когда мы начинали лечение, перспективы сестры были неясными. Возможно, мне пришлось бы пожизненно делиться с ней кровью. В таком случае мне бы все равно пришлось уйти. Да и Фоллер тоже не был уверен, что мне не предложат взять академ, а потом потихоньку отчислят. Так что я решила молчать. Но меня все равно отчислили… Спасибо хоть физрук подсказал, как можно попасть в Магик через службу в страже. Да только все в итоге бестолку оказалось… Снова этот дроу…

Я устало прикрыла глаза, чувствуя, что отключаюсь. Но раздавшийся рядом громкий стук заставил вздрогнуть и резко открыть глаза. Мой собутыльник с чего-то решил побиться головой об стол. Интересно, его так проняла моя история или та несчастная доза алкоголя, что досталась ему?

– Проклятье, – пробормотал он, – я идиот… Да и Фоллер скотина не лучше. Это же надо было…

– Не переживайте, идиотизм вообще свойственен дроу, поверьте моему опыту, – успокаивающе пробормотала я.

Оторвавшись от стола, он поднял на меня завораживающий пристальный взгляд желтых глаз. Я нервно сглотнула. Так… а вот это уже не есть хорошо. Слишком он напоминает мне другой взгляд, в который, как мне казалось, я была давно влюблена.

– Мне пора, – пробормотала я и попыталась встать, но дроу мягко перехватил мою руку, останавливая.

– Погодите, Ладеус. Объясните последнее: в чем смысл кличек «Котенок и Коновал»?

– Проклятье, неужели уже весь Магик знает? Языки бы поотрубать тем, кто растрепал, – раздраженно закатила я глаза. – Сколько в страже мучились, и вот опять. Ну почему за Котенка принимают меня? Кто, кроме дроу, в здравом рассудке посчитает меня милой и беззащитной? Из нашей парочки только один способен обращаться в зверя – Конор. И он же главный источник очарования.

– Тогда почему вы Коновал?– как-то обреченно уточнил дроу.

– У меня есть дополнительно оконченные курсы судебного эксперта. А Конор вообще с телами не может работать – у него исключительный нюх, даже для оборотня. И обо всем этом подробно написано в наших делах, которые начальник даже не потрудился открыть, – презрительно фыркнула я. – И после этого он еще что-то мне вещает про профессионализм…

Тьмушник рядом выругался и раздраженно запустил руки в волосы. Окинув пьяным взглядом крепкую фигуру дроу, затянутую в черную форму Магика, я поняла, что мне точно пора валить, пока меня не потянуло еще на какие-то откровения.

– Теперь мне точно пора, – заплетающимся языком пробормотала ему и поднялась на неуверенные ноги. – Спасибо за компанию и все такое, надеюсь, никогда не увидимся вновь.

Пока я копалась в карманах пальто в поисках денег, дроу успел встать, а на стол между нами легли монеты, полностью покрывающая мой веселый вечер.

– Эй!

– Я провожу. Вы явно плохо соображаете, – прозвучало категоричное.

– Не настолько, чтобы не понимать, что незнакомое сопровождение хуже одинокой прогулки, – попыталась возразить. А в следующее мгновение пол и потолок куда-то поехали, и устояла я только благодаря крепкой хватке дроу на руках.

– Не спорьте.

Тьмушник забрал у меня из рук пальто, накинул мне на плечи, а после, крепко придерживая за талию, повел на выход.

– Я могу и сама, – повторила из упрямства.

– Я уже понял, что сомневаться в ваших способностях себе дороже, – пробормотал он где-то у меня над ухом, а хватка рук на талии усилилась. – Но сегодня вы хватили лишнего. Предпочту проследить, что вы благополучно добрались до дома, чем разбираться потом с задержанными вами или избитыми.

– Но-но, попрошу без рук, – вывернулась я из его хватки, и дальше сама прошла на улицу, пусть и изрядно покачиваясь. – Ты, конечно, красавчик, но ни на что не рассчитывай. Потянешь руки, останешься и без рук, и без ног, и без прочих органов, которыми потянешься.

– Помню, ты ненавидишь дроу, – пробормотал тьмушник, заталкивая меня в пойманный экипаж. – Я лишил тебя мечты и возможности доучиться.

– Да, – буркнула, падая в полумраке на скамейку и устало откидываясь на стенку кареты. – И вообще, все дроу безжалостные гады. Никогда не влюбляйся в темного… По опыту говорю, потом и вовсе тягу к романтике отобьет…

– Что? – чересчур громко охнул мужской голос рядом.

– Что? – сонно отозвалась я, чувствуя, как слипаются глаза.

– Кат, повтори!

Меня легонько встряхнули за плечи. Нехотя разлепив глаза, я тут же уткнулась в обеспокоенный желтый взгляд дроу, неведомо как оказавшегося сидящим рядом.

– Проклятье, все дроу просто на одно лицо, – потянулась я ладонью к его щеке. – Третий за сегодняшний вечер, а все на этого проклятого начальника похожи. Определенно —худший выбор для первой наивной влюбленности.

– Кат, – как-то сипло заметил слишком похожий на моего кровного врага дроу, мягко перехвативший мою руку у своего лица. – Я должен…

– Помолчать, – оборвала его я, накрыв его губы свободной рукой. – И дать мне поспать, потому что голова болит адски. Проклятье, что они добавляют в эту ядрено-зеленую хрень… И вообще, ты похож на того, кого я ненавижу, так что не беси меня. Разбуди, когда доедем.

И почти тут же я отключилась у него на плече, не подумав, что так и не назвала своего адреса…

***

До дома я добралась в настроении пойти и прикопаться под Розалиндой во дворе. Это же надо было так упиться, чтобы вывалить на начальство буквально все: и нежную влюбленность, и семейные проблемы. Осталось параметрами фигуры и размером обуви поделиться для полного счастья. Впрочем… он и так теперь в курсе.

Но все это не объясняет, каким образом я оказалась в постели дроу, да еще и голая! Воспоминания заканчивались на мирной ноте – я просто отрубилась в карете. А как от этого мы перешли к кровати – терялось во мраке. Пусть я недолюбливала начальство, но в то, что он самостоятельно возжелал попользовать бессознательное эльфийское тельце, не верилось. Значит, я должна была что-то сделать, чтобы оказаться у него в койке? Хотя не уверена, что хочу вспоминать, как кинулась сама на дроу…

Отвратительное утро грозило перетечь в не менее отвратительный день. Если я правильно вспомнила, Даркан заверял, что увольнять меня не собирается, а значит… Мне предстояло собраться, пойти на работу и встретиться с дроу лицом к лицу. После всего того бреда, что я наговорила, неизвестно чего, произошедшего ночью, и моего утреннего побега. Внезапно перспектива увольнения стала казаться не такой уж страшной. Сделать вид, что я ничего не помню и не знаю? Вряд ли он станет возражать – если неуставные отношения вскроются, ему будет хуже. Начальство, домогающееся подчиненной, – это статья, а в обратном случае, особенно если это противостояние между маленькой эльфийкой и дроу, скорее сюжет для анекдота.

Так что дома я быстро привела себя в порядок, натянула запасную форму и, залив в себя почти кувшин крепкого чая, все же отправилась на работу. И я искренне надеялась, что меня с нее все же не выгонят.

В общий кабинет я заглянула с опаской. Но, отметив присутствие лишь сонных и усталых коллег и отсутствие, судя по распахнутой двери, тьмушного начальства, вошла уже без опаски.

– Утра, – буркнула всем, пробираясь к столу, за которым мирно дремал над отчетом Конор.

Открыв красные от недосыпа глаза, друг поморщился:

– Почему из нас двоих именно я выгляжу так, словно пил напропалую?

– Не ври, – недовольно дернула я плечом, не желая вдаваться в подробности своего вечера. – Ты после ночной попойки выглядишь куда лучше, чем я. Вы что, здесь всю ночь были?

– Да, – устало отозвался Нилван от своего стола. – Допрашивали и оформляли всех задержанных в борделе. Пару часов как закончили.

– Штраф от Сая: пока со всех показания не соберем, уходить нельзя, – добавил, морщась, Крастен. – А когда мы закончили, смысла уже и не было, оставалось только утренней смены дождаться.

Вот тут мне стало стыдно. Подбила на этот план их я. С начальником разругалась тоже я. И пока я упивалась несправедливыми обвинениями и жалостью к себе, а после загоняла дроу в постель, мужики отдувались за нашу общую инициативу.

– Извините…

– Брось, Катарина, – отмахнулся полудемон, не дав мне договорить. – Мы все согласились с твоим планом и знали, какие у него могут быть последствия. В чем-то Сайлас прав, это было слишком рискованно. Но времени на более продуманный план все равно не было. Так что вышло, как вышло. Главное, что девушек спасли.

– Тем более Даркан обещал отпустить нас отсыпаться до обеда, как только доложим положение дел, – слабо улыбнулся оборотень.

Надо же… Не ожидала такой милости от начальства.

Как говорится, вспомни… Дроу черной стремительной тенью влетел в кабинет и, по-видимому, настроением с утра, как и я, не отличался.

– Утро! Крастен, через пять минут доложишь, что у вас по итогам допросов. Ладеус, за мной, – бросил он, прежде чем скрыться в своем убежище.

Я тяжело вздохнула – так и знала, что просто не отделаюсь. По крайне мере он не заявился с каверзными вопросами из разряда: «Ладеус, почему вы еще не собираете вещи?» или «Кат, почем ты убежала, не разбудив меня?». Даже не знаю, какой вариант хуже. Пока вроде как есть надежда, что меня не только не попрут из Магика, но и начнут давать нормальную работу. А если уж совсем повезет, дроу тоже предпочтет сделать вид, что вчерашней ночи не было.

Под сочувствующим взглядом Конора я поднялась со своего места, поправила форму, отбросила за спину косу (не забыть записаться на стрижку!) и отправилась на разборки к начальству.

В кабинете дроу, как и положено, царил сумрак и напряженная атмосфера. Стоило прикрыть за собой дверь, как Даркан впился в меня хищным желтым взглядом. Я с непроницаемым лицом застыла напротив. И даже порадовалась, что на самом деле не помню подробностей ночи. Боюсь, если бы у меня перед глазами мелькали воспоминания, держать лицо я бы не смогла. Светлая кожа не оставляла мне надежды скрыть смущение. А так я была невозмутима, как гном, встретившийся в ювелирном с кредитором.

– Ладеус, – многозначительно протянул тьмушник, не спуская с меня пристального взгляда, – думаю, нам есть что обсудить.

– Вы правы, господин старший следователь.

– Прежде всего, я хотел…

– Я хотела принести вам свои извинения, – прервала я его. Лучше сразу дать ему понять, что я ничего не знаю и не помню.

– Вчера я поступила опрометчиво и не сдержалась, – заметно удивила я своей речью начальника. – Подобные срывы недопустимы для сотрудника Магика. Я прошу у вас прощения за свое возмутительное поведение. Понимаю, что вы имеете полное право уволить меня за подобное несоблюдение субординации. Но все же, если вы примете решение оставить меня в группе, я обещаю, что больше такого никогда не повторится.

Покаянно повесив голову, я ожидала вердикта начальства. А дроу меж тем молчал. Как-то так многозначительно молчал. Украдкой подняв взгляд, я отметила, что Даркан смотрит на меня с каким-то… сложным выражением лица. Как будто неуверенным и… огорченным? Пару мгновений мы переглядывались в гнетущей тишине. И чем дольше рассматривал дроу мое непроницаемое лицо, тем более сомневающимся становилось его собственное.

– Ладеус… это вы сейчас о чем? – вкрадчиво уточнили у меня.

– Об устроенном мной после задержания скандале.

– Точно… – посветлел лицом дроу. – Забыли про скандал. Стоит признать, что я тоже серьезно ошибался на ваш с Конором счет. Мы с вами весьма неудачно начали сотрудничество, но еще не поздно это исправить. Впрочем, я хотел поговорить немного о другом.

А я вот не хотела, совсем не хотела. И, старательно удерживая на лице маску вежливого недоумения, судорожно искала, на что бы свести разговор, лишь бы не касаться опасной темы. Вообще не понятно, чего дроу потянуло говорить о «главном», когда я тут усиленно делаю вид, что ничего не случилось? Ему что, больше всех надо? Как бы там ни было, этот разговор я собиралась оттягивать так долго, как только смогу. И мироздание внезапно решило мне помочь с этим.

Стук в дверь прервал слова дроу, и в кабинет заглянул Крастен.

– Сай, извини, что мешаю, но дело срочное. Эксперты сказали, что готовы выезжать, нужно определиться, кто поедет с ними.

– Куда? – уточнил дроу, отпустив меня из плена хищных глаз и позволяя вздохнуть.

– Мы из задержанных выбили места захоронения погибших девушек, – поморщился демон. – Нужно ехать забирать тела, бумаги на месте оформлять и все такое. Кого отправим?

Даркан перевел задумчивый взгляд на меня. А я едва ручки в умоляющем жесте не сложила.

Трупы, трупики, ну отпустите меня к ним, ну пожалуйста! Он вроде только признался, что ошибался на наш с Конором счет, пусть докажет! Что и говорить, полуразложившиеся, изрядно покалеченные тела меня сейчас привлекали куда больше, чем перспектива продолжить разговор.

– Езжай, Катарина, – неожиданно сжалился надо мной дроу.

Ей-богу, едва не кинулась расцеловывать его. Хотя… странно благодарить за то, что мне просто дают работать. Градус радости тут же упал. Не спорю, новость хорошая. Но его предубеждение изначально было ошибкой, потому и благодарить за то, что он снял шоры с глаз, не стоит.

– Справишься? – все же не забыл дроу в очередной раз подпортить о себе впечатление.

– Сделаю все от меня зависящее, чтобы оправдать возложенное на меня доверие, – вытянулась я в стойку, словно не работу беру, а награду принимаю. И надеюсь, сарказма в моем тоне он не расслышал.

– Иди, Ладеус. Потом поговорим.

В общем, да, из кабинета я в итоге с радостью сбежала навстречу трупам. Кто бы знал, как я по ним соскучилась. Хотя, если бы я представляла, во что именно выльется в итоге это выезд, да и дело с подпольным борделем в целом, радость бы моя быстро угасла, как и энтузиазм.

Глава 5. Ты сбиваешь меня с толку!

По итогу домой в тот день я вернулась глубокой-глубокой ночью, едва держась на ногах. Кое-как доползла до кровати и, не найдя в себе сил ни поужинать, ни умыться, ни хотя бы переодеться, просто отключилась. День выдался слишком тяжелым, а уж с учетом предыдущей ночи…

По итогам допросов выяснилось, что бордель успел отработать уже больше года. И за это время у них образовалось целых четыре места захоронений несчастных, попавшихся им в лапы, скончавшихся по разным причинам. Честно, даже мне стало как-то жутковато от осознания, сколько же больных извращенцев, получающих наслаждение от насилия и смерти, обитает с столице. Хоть собирай сестренку и отправляй к теткам в Пресветлый лес. Там, конечно, тоже своих психов хватает, но не такого масштаба.

За сегодняшний день мы с экспертом успели разобрать лишь одно захоронение. И уже в нем обнаружилось шесть тел. А ведь есть еще три! Получается, за почти полтора года эти уроды убили почти два десятка девушек! Как же я пожалела, что успела лишь по разу приложить владельцев этого заведения кулаком. Надо было им сразу руки отрубать и ноги. Кроваво и болезненно, но не смертельно. Во всем этом ужасе порадовало только одно – вместе с едва живыми девушками удалось взять и нескольких истязателей, а значит, чудовищ на улицах станет хоть немного поменьше.

Ночью меня мучили какие-то неясные кошмары и тревога. Не то чтобы я никогда не работала с обезображенными женскими телами, что они произвели на меня такое впечатление. Просто… не в таких количествах за раз. И когда сквозь сон я почувствовала, что кто-то тронул меня за ногу, накрученная неясной тревогой, я первым делом хорошенько неизвестного пнула.

– Ай! Осторожно! Ничего себе благодарность лучшему другу, что не дал проспать. Или это у тебя такое своеобразное пожелание доброго утра?

– Утро добрым не бывает, – угрюмо пробормотала я, силой воли заставив выползти себя из кровати.

– Что, и любимая работа не вдохновляет тебя на трудовые подвиги? – хмыкнул Конор, наблюдая, как я выпутываюсь из объятий одеяла и ползу в ванну.

– Не с сегодняшними перспективами.

Ведь впереди меня снова ожидали горы трупов. Хотя, учитывая, что альтернативой им было нахождение в одном кабинете с дроу, что может возжелать «поговорить о серьезном», уж лучше убитые девушки и неясные тревоги.

– У тебя десять минут, – зевнул мне вслед друг. – Иначе точно опоздаем.

Собралась я куда быстрее. В последний момент с надеждой заглянула на кухню и радостно ухватила два завернутых в бумагу бутерброда, оставленных на столе, – сестренка слишком хорошо меня знала.

–Ты Силли видел? – уточнила, впихнув напарнику наш завтрак, а сама принялась спешно обуваться.

– От нее? – потянул носом оборотень над бумажными свертками и расплылся в улыбке. – Твоя сестра просто святая. Да, видел. Она меня впустила, а сама убежала на занятия. Сказала, что не смогла тебя добудиться.

Скорее почувствовала мой нервный настрой и не рискнула.

– Кстати, а это что за веник? – кивнул друг в угол коридора.

Я с недоумением оглянулась и увидела большую вазу с букетом цветов. Ну ничего себе, и как это я ее ночью не заметила?

– Это, похоже, свидетельство того, что моя маленькая сестренка совсем выросла.

– В смысле?

– В смысле Силли, кажется, обзавелась поклонником. Правда, не слишком сообразительным, – фыркнула я, шагнув к цветам и погладив по темно-красным почти до черноты лепесткам ближайший бутон. – Подарить эльфийке срезанные цветы, да еще такие. Черные розы обычно только на похороны несут. Я бы на ее месте выбросила…

– Поклонника или цветы? – усмехнулся друг, с неприязнью глядя на букет.

– Обоих. Но Силли слишком великодушная – цветы, видишь, пожалела. Теперь будет до бесконечности их силой подкармливать. Все, побежали.

Отняв у друга свою порцию завтрака, я поспешила на работу. Пусть и любимую, но иногда такую выматывающую.

***

До конца недели я занималась выкапыванием, осмотром тел и их опознанием, пока коллеги мучали допросами задержанных и родственников жертв. По итогу мы обнаружили восемнадцать тел – немыслимое количество. Вот уж действительно громкое начало карьеры в Магике.

Особенно мне не понравилось, что среди жертв оказалось сразу три девушки с эльфийской кровью. Причем почему-то именно их тела были обезображенный с особой жестокостью. Конечно, тут же вспомнилось, что владельцы борделя обсуждали психа, помешенного на эльфийках. Эту информацию я передала Крастену, еще когда мы поднимались из того подвала. К сожалению, несмотря на все допросы с пристрастием, выяснить личность этого монстра не удалось. По словам владельцев, клиент всегда приходил замотанным с ног до головы в плащ. Платил за девушек внушительную сумму золотом, особенно отмечая, что будет их единственным клиентом. И в итоге становился последним. Где-то на третий-четвертый визит девушек убивали. Причем с такой яростью, что даже дополнительно приукрашать тела не приходилось, чтобы скрыть следы фактического рабства.

В общем, все указывало на то, что в столице объявился маньяк, охочий до эльфийской красы. Не так много нас, таких хрупких и блондинистых, бродило по улицам столицы. Честно, впору было порадоваться, что сестренка обзавелась пусть и незадачливым, но весьма упорным поклонником, продолжающим каждый день добавлять цветов к невянущему букету. Так что, предупредив Силли, чтобы не смела поздно возвращаться из университета одна, и получив успокаивающий ответ, что она всегда идет с большой компанией друзей, я выбросила эту тему из головы, полностью погрузившись в дела.

К концу недели единственное, что меня радовало, помимо грядущих выходных и возможности отоспаться, это что времени для серьезного разговора Даркан так и не нашел. А после выходных тот неприятный инцидент и вовсе забудется. На это я надеялась, тихо ускользнув в пятницу с работы. И так бы все и вышло… если бы в привычный ход жизни не вмешались эльфийские тетки.

Выходное утро началось до отвратительного рано и громко. А ведь я так надеялась выспаться. Но сестру этот факт совершенно не волновал.

– Кат, – нудила она над ухом, тряся меня, – Кат, вставай!

– Силли, ну будь ты нормальной эльфийкой, дай поспать, – со стоном пыталась я завернуться в одеяло.

– Не могу. У нас сегодня по расписанию визит теток, поэтому ты обязана встать, Одна я это точно не выдержу.

– Какие, к Пресветлому лесу, тетки? – пробормотала, зарываясь глубже в одеяло.

– Они самые, из Пресветлого леса.

Когда эта мысль добралась до моего сонного сознания, я подскочила на кровати, как укушенная, с ужасом уставившись на сестру.

– Как тетки? Откуда тетки? Они что, в городе?

– Да, еще на неделе приехали.

– Почему ты не предупредила? – взвыла я, вылетев из постели. Застыв посреди комнаты, я судорожно попыталась сообразить, за что хвататься первым: уборку, готовку или стирку.

– Когда бы я смогла? Мы с тобой за эту неделю разговаривали минут пять. И то это скорее были просто высказанные тобой требования на грани полусна, – раздраженно закатила глаза сестра. – Да и тетушки сказали, что до выходных им все равно не до нас будет.

– Во сколько они приедут? – уточнила, спешно натягивая на себя первое, что попалось под руку.

Столько всего нужно успеть сделать! Если они посчитают, что мы ведем недостаточно правильный образ жизни… то могут решить задержаться подольше. Пару минут Сильви с интересом наблюдала, как я скачу по комнате, собирая разбросанные вещи, а потом все же смилостивилась:

– Расслабься, Кат. В этот раз не они к нам приедут, а мы к ним.

Я застыла посреди комнаты с комом одежды в руках.

– Как это?

– Они остановились у своей подруги где-то за городом. И ждут нас там сегодня к обеду.

Уронив мятый ком на пол, я облегченно выдохнула. Чаепитие у эльфийской подруги – это тоже та еще заморочка, но куда лучше, чем визит к нам домой.

Стоит заметить, что теток мы на самом деле любили. Когда не стало отца, именно они забрали нас, хотя даже не были близкими родственниками. Но они согласились взять на себя ответственность за двух девчонок, а не отдали их в приют. Более того – они переехали жить к нам, а не увезли нас к себе. Решили, что не стоило вырывать бедных сирот из привычной атмосферы: города, школы, друзей. И когда Силли болела, их помощь и поддержка были просто неоценимы. Но все это не отменяло того факта, что, когда тетки решили вернуться к себе в лес, посчитав нас уже достаточно взрослыми для самостоятельной жизни, мы вздохнули с облегчением.

Проблема между нами состояла в совершенно разном восприятии мира нами и нашими прелестными тетушками. Ведь они были ярчайшими представительницами эльфиек, за которых меня принимал начальник. Хрупкие, нежные создания, вечно облаченные в летящие платьица и с белоснежными локонами, обрамляющими кукольные лица. Несмотря на вполне приличный возраст, выглядели они юными прелестницами. И, как положено приличным эльфийкам, были совершенно не приспособлены к жизни без крепкой мужской руки рядом. Но при этом – вот ведь парадокс – ни одна из них не была замужем и не особо туда стремилась.

Мужскую поддержку они находили в лице слуг или случайных мужчин, купившихся на взгляд прекрасных голубых глаз и просьбу о помощи. Они и нам с Силли пытались вдолбить науку управлять окружающими, притворяясь слабыми. Но, к их сожалению, отец успел воспитать в нас самостоятельность, а главное, сделать из нас бойцов. С обстоятельствами, иногда окружающим миром и особенно чужим мнением. Так что сделать из нас нежных эльфийских дев у тетушек не получалось. В какой-то момент они осознали, что нас уже не переделать, и позволили жить и учиться по своему усмотрению (хоть и долго пытались отговорить). Так что, удостоверившись, что мы можем позаботиться друг о друге, без проблем отпустили нас в свободное плаванье взрослой жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.