Ирина Тева Кумар
Меня будто нет: как свободно проявлять себя и не жить в тени других

Книжная терапия

© ИринаТева Кумар, текст, 2024

© Маша Вишневская, фото, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

От автора
Сокровища проявленности

У Николая вроде бы все хорошо: регулярные повышения на работе, жена – счастливая, дети – примерные. Вместе они уже исследовали полмира в путешествиях. На Новый год все собираются за городом большой компанией – родители, дети, друзья – ставят большую елку до потолка, поднимают бокалы за светлое будущее. Картинка!

Но для Николая это будущее все никак не настает, хотя, казалось бы, вот оно – только руку протяни. Его не заражают восторги малышей и радость домочадцев – сам он давно ничего подобного не чувствовал. Будто в какой-то момент в глаз ему попала льдинка, как Каю из «Снежной королевы», он заморозился, да так и не смог оттаять. Поделиться своей тоской по ярким эмоциям с близкими он тоже не может: не хочет их расстраивать.

– Да и не поймут они, – махнув рукой, произносит Николай и отводит взгляд. Будучи интегративным психологом, я часто слышу подобное на сессиях[1].

У Ольги, другой моей клиентки, тоже все хорошо. По крайней мере, так кажется. Она воспитывалась в семье, где возбранялось иметь собственное мнение, нельзя было сказать родителям и слова поперек. Поэтому, создав свой очаг, она сделала все, чтобы ее дети не росли в той же строгости. Идеальная мама и жена, она чутко относится к потребностям детей и супруга. Утром – завтрак на плите: кому кашу, кому яичницу, чай, сок, кофе на выбор. Обеды с собой в ланч-боксах. Детки – аккуратные, умытые, всегда в школе вовремя. Вечером – ужин (каждый раз что-то вкусненькое), уроки, совместные развлечения. Еще одна картинка, правда?

Но со временем услужливость Ольги превратилась для домочадцев в обыденность. Ни «спасибо» тебе, ни «пожалуйста». Никто даже и не думает спрашивать, согласна ли она идти в гости к друзьям мужа в субботу и можно ли дочке взять ее косметику. Сама Ольга не настаивает на своем. Внутренний голос сразу же укоряет: как так, близкие увидели ее не мягкой и принимающей, а твердой и желающей чего-то своего? Вот только Ольга, похоже, опять оказалась в ситуации, когда высказывать свое мнение чревато последствиями. Как в детстве.

– Уж лучше я буду помалкивать, – вздохнув, говорит мне она.

Еще ко мне на консультации приходит Анна, талантливый разработчик. Она трудится в найме в IT-компании, но уже давно мечтает открыть свое дело. У нее много идей: почти готов бизнес-план, она придумала, как отстроиться от конкурентов, и даже написала несколько статей в блог.

Но каждый раз, когда наступает время сделать первый шаг, ее бросает в дрожь.

– Вдруг провалюсь? Вдруг не соберу команду? Вдруг продукт не понравится пользователям? – И еще десятки «вдруг», которые останавливают ее. Когда Анна рассказывает это, то обхватывает ручки кресла, будто пытаясь вернуть себе устойчивость.

О чем же говорят истории моих клиентов?

Им сложно проявляться в этом мире. Понимать свои чувства и делиться ими с другими, рассказывать о своих желаниях, отстаивать себя или свободно действовать – все это мучительно, страшно и как будто невозможно.

Вопреки распространенному мнению, проявленность – это не про яркий личный бренд, успешный проект или сотни тысяч подписчиков в соцсетях. Вернее, не только про это.

Я понимаю проявленность гораздо шире – как возможность выносить во внешний мир то, что находится у нас внутри:

• чувства,

• желания,

• мысли,

• стремления к действиям.

Помните, как раньше проявляли фотографии? Что-то уникальное годами может храниться на пленке – и никто про это даже знать не будет. Но стоит зажечь красную лампу, подготовить бумагу и растворитель – и во мраке фотолаборатории случается магия: скрытые изображения становятся зримыми, проявляются как часть материального мира. Так же и мы способны творить магию (ну или химию) со своими внутренними пленками и делиться с окружающими этими сокровищами.

Сокровищами проявленности.

Эта книга создавалась для того, чтобы вы иначе взглянули на то, что сами считаете проявленностью. Признали естественным и первостепенным право быть собой, занимать свое пространство и взращивать себя до истинных масштабов. Увидели в этом дозволении свободу, силу созидания и обрели опору и ресурс.

Я мечтаю, чтобы после прочтения этой книги вы сделали глубокий вдох, а затем с наслаждением выдохнули:

– Ай да я! Ай да мир! Как хорошо, что мы однажды встретились!

… И поблагодарили себя за то, что сказали «да» – себе, своей внутренней правде. Оглянулись по сторонам и увидели, какой полной стала жизнь. И передали дальше идею: «Я тебя вижу. Как хорошо, что ты есть».

Введение
Мы рождены, чтобы быть видимыми

Проявленного человека хорошо видно «в толпе». Его энергия свободно циркулирует во внутреннем мире и формирует импульсы: чувства, желания, мысли. Зародившись, эти импульсы отправляются в мир внешний, не встречая преград, а потом возвращаются в виде удовлетворения или радости. То самое «вижу цель – не вижу препятствий»:

• захотел мороженое по дороге в банк – купил – порадовался,

• разозлился на соседа, занявшего твое парковочное место, – высказался – успокоился.

Когда мы не сдерживаем свои импульсы, а свободно отправляем их в мир, во‑первых, они «не застревают» внутри нас, а во‑вторых, бумерангом прилетают обратно в виде новой жизненной энергии – для реализации следующих «хотелок». И чем чаще мы позволяем себе проявляться, тем проще с каждым разом это делать. Нарабатывается определенный навык: мы говорим себе «можно».

Поэтому проявленный человек спокоен, расслаблен и раскован. Уверен в себе. Аутентичен. Его движения плавные и естественные, не зажатые внутренними рамками и гремучей смесью из подавленных импульсов. Он точно знает: миру необязательно реагировать взаимностью на все его «хотелки», но ничто не мешает их проявлять. Как на рок-концерте, когда барабанщик бросает палочки фанатам, – не факт, что «подарок» прилетит именно к вам, но вы же можете поднять руки?

Здесь вы, наверное, скептически подметите: «Тогда чего уж проще – просто отпусти все свои импульсы на волю». Но все немного сложнее. Какие-то из них остаются невыраженными даже у проявленного человека. Кто же определяет, какие импульсы посылать во внешний мир, а какие обрекать на застревание во внутреннем?

Итак, знакомьтесь – Стрелочник. Нет-нет, вовсе не тот, кто, провинившись, переводит «стрелки» на другого. Представьте себе стрелочника на железнодорожной станции – в потертой робе, немного уставшего. Он работает уже не первый десяток лет и абсолютно уверен в том, что делает. Он жмет на красные и зеленые кнопки – и тогда одни поезда едут в пункт назначения, а другие отправляются в старое «депо». У каждого из нас внутри живет такой «стрелочник». Это и есть тот самый встроенный фильтр, который одним импульсам говорит: «Полный вперед!», а другие отправляет на «кладбище хотелок».

Помните мою клиентку Ольгу? Именно там сейчас живут ее мысли и желания – в этом мрачном «депо», где заканчиваются все рельсы. Всякий раз, когда Оля хочет проявиться и выбрать собственный комфорт, а не детей или супруга, ее внутренний Стрелочник жмет на красную кнопку и ворчит: «Ты что, хочешь быть похожей на мать? На эту деспотичную женщину, которая тебе и шагу ступить не давала без ее разрешения? Вот уж нет. У твоих детей не будет этой казарменной строгости».

Неприятный ворчун, согласитесь. Но откуда взялся этот Стрелочник? Кто его назначил, неужели мы сами? Разве мы хотим намеренно что-то себе запрещать? И да, и нет.

Этот «работник путей сообщения» рождается и растет вместе с нами. Он прилежно проходит обучение у коллег – стрелочников со стажем: наших родителей. Именно они настраивают и автоматизируют всю нашу систему проявленности. Например, отбраковывают заведомо «опасные» импульсы:

– Не смейся так сильно, а то потом плакать будешь, – грозила пальцем бабушка.

– Хочется? Перехочется! Аппетит перебьешь, – отвечала мама на просьбу купить леденец.

Вы же тоже слышали это в детстве? Наши родители, бабушки и прабабушки не хотели запрещать нам что-либо просто так, из вредности. Они не были деспотами. Ими двигало искреннее желание уберечь нас от боли или разочарования, от вреда или опасности, от позора или стыда. А иногда и в буквальном смысле – от смерти. Еще не так давно проявленность приравнивалась к риску, а главным правилом было «Сидите дома – целее будете». Сейчас мир изменился, однако мы все еще продолжаем жить по старым канонам.

Все правила, заложенные в нас бдительными предками, хранятся в особом Своде. Эта внушительная «методичка» состоит из двух частей: «Можно» и «Нельзя». Свод передается из поколения в поколение – это наша персональная библия, по которой мы и живем. Даже не осознавая.

Если импульс, рожденный внутри, попадает в категорию «можно», то наш Стрелочник нажимает зеленую кнопку и пропускает желание в мир:

– Хочу мороженое!

– Можно! Получите, распишитесь!

Вуаля: желание улетело, реализовалось и вернулось обратно в виде удовольствия. Человек идет, довольный, по летней аллее, а внутри него теплится мини-счастье в виде эскимо в шоколадной глазури. Если же по каким-то причинам импульс попал в ряды запрещенных, тогда, увы, он не покинет пределов станции:

– Хочу мороженое!

– Нельзя! Вдруг растолстеешь?

Импульс потух, желание скукожилось, настроение испортилось – ни радости тебе, ни удовольствия. А ведь эскимо было так близко. Все непроявленные чувства, мысли, желания и действия безвременно хранятся в унылом старом «депо». Давайте заглянем внутрь и разберемся, что там происходит.

По мере того как мы взрослеем, места там становится все меньше. Погашенные импульсы требуют больше пространства и ресурсов на содержание и периодически выводят из строя все железнодорожное полотно. Не стоит думать, что они вовсе лишены энергии. Непроявленные импульсы то сидят и смиренно ждут, когда же их заметят, то устраивают настоящий бунт, пытаясь выломать двери и вырваться на свободу. Потому что кому понравится прозябать в глухом «депо»?

Допустим, Стрелочник много месяцев подряд отправлял «на хранение» чувство страха. А если долго такое игнорировать, то импульсы могут «объединиться» в паническую атаку и силой выломать двери сознания. Так было с Аркадием, одним из моих клиентов. Его череда приступов паники началась спустя пару месяцев после пандемии. И если какое-то время он пытался купировать страх перед неизвестностью и потерей дохода, то во время локдауна все вымещенные в «депо» тяжелые чувства догнали его и устроили настоящий бунт.

Пирамида проявленности

Давайте разберем, какие именно бывают импульсы. Всего их четыре вида:

• Чувства. Мы можем считать, что чувства мешают, что они бесполезны или «для слабаков», и полностью перевести себя в зону контроля и информации. Как роботов. Ведь нам с детства внушали, что мальчики не плачут, а девочкам нельзя злиться – это же так некультурно!

• Желания. Кто-то из нас может останавливать импульс желаний, потому что всю жизнь «умные взрослые» убеждали ребенка, что «чудес не бывает, не в сказке живем», «а губозакаточную машинку тебе не купить?», «слишком много хотелок у тебя, перетопчешься». Желания могут обернуться разочарованием или болью неудачи, поэтому надежнее вообще ничего не желать. Получается, что «губозакаточной машинкой» человек все же ненароком обзавелся.

• Личная сила. Непроявленная сила – это когда нам сложно идти тропой сопротивления, иметь отличное от большинства мнение, отстаивать свои интересы, говорить «нет», обозначать личные границы и защищать самих себя. Отказывая себе в проявлении личной силы, мы отправляем в «депо» очень мощный импульс.

• Действия. Если привычная зона комфорта превращается в заточение и любой «шаг вправо, шаг влево» недопустимы, нам становится сложно проявлять инициативу, действовать проактивно. И, как моя клиентка Анна, мы даже не пытаемся сделать свой проект и предъявить его миру. «А вдруг?..»

Для наглядности объединим все эти импульсы в пирамиду проявленности.

В основании пирамиды лежат чувства и желания. Это наши базовые импульсы. Они зарождаются в первые минуты жизни: «Мне холодно», «Я хочу есть», «Мне не нравится эта игрушка, убери». В этом спектре ребенок живет примерно до трех лет. Его главная «стратегическая» задача на данном этапе – выяснить, какие импульсы безопасны. Что я могу проявлять? Могу ли я чувствовать и хотеть чего-то? Если я заплачу, мне дадут поесть? А другую игрушку?

Следующий этап начинается с известного кризиса трех лет и длится примерно лет до пятнадцати. Это время, когда малыш с удивлением обнаруживает у себя мнение и способность защищать себя. Сепарация, начавшаяся с момента самостоятельных передвижений, набирает оборот. Теперь ребенку интересно отстаивать выбранную позицию. Помните: «Моя машинка, не дам!»? Вот это «не дам» – роскошь, которую могли себе позволить не все. От бдительной бабушки или папы тут же «прилетало»: «Что значит не дашь? Нужно делиться, не будь букой». А ведь так не хотелось расставаться с этим грузовичком с большими колесами…

Финалом проявленности становится потребность действовать, предъявлять миру некое видение. Это происходит уже в старшей школе. Согласно пирамиде потребностей по Маслоу[2], этот тип проявленности коррелирует в чем-то с потребностью в самоактуализации. То есть в росте, масштабировании. Действовать, завоевывать территории, создавать что-то новое и демонстрировать это миру. Это становится возможным, когда человек узнал себя, разобрался со своими чувствами, желаниями и ценностями. И теперь точно знает, чего хочет: полететь в космос, создать инновационный диджитал-продукт или стать классным поваром.

Каждую часть книги я посвятила одному виду проявленности. Возможно, вам захочется сразу открыть ту, что сильнее всего отзывается, например про отстаивание своего мнения. Как знать, вдруг именно это остро и актуально для вас в настоящий момент. И вы можете так поступить – пролистать страницы вперед прямо сейчас. Но все-таки рекомендую двигаться по книге последовательно и ни за что не пропускать первую часть, посвященную чувствам. Невозможно раскрыть ни один вид проявленности без контакта со своими эмоциями. Они – наш ориентир по жизни, как Полярная звезда для мореходов прошлого. Мы научимся замечать и экологично выражать их: без манипуляций, истерик, с уважением к личным границам – своим и окружающих.

Во второй части книги обратимся к желаниям: что в этой жизни вызывает у вас внутренний отклик? На что вырабатывается энергия? Куда хочется идти? От чего горят глаза? Кто-то услышит себя и поймет, что всю жизнь мечтал о домике в деревне, а не об апартаментах в мегаполисе, на которые работал последние 10 лет. А кто-то переключит энергию с «нужен третий диплом о высшем образовании» на «открою-ка я ателье». Всякое бывает.

Третья часть посвящена внутренней силе. Что это такое? Откуда она берется? Как ею управлять? Вы ощутите в себе эту силу, которая, несомненно, всегда в вас была. Просто ее нужно немного подтолкнуть к выходу на сцену внешнего мира. Все получится.

В заключительной части поговорим о проявленных действиях. Именно здесь, на вершине пирамиды проявленности, будем разбираться с тем, что же делает человека бо́льшим, чем тот, кем он является. Масштабируем ваши внешние проявления, научимся превращать импульсы в намерения и не бояться идти в результат. Раскачаться и действовать, не запутываясь ногами в хитросплетениях из всех «а вдруг?»

Что мешает нам проявляться

Есть немало событий, которые могут затормозить или вовсе ограничить наши импульсы к проявленности на разных этапах развития.

Первое, что может случиться, – внутриутробная травма. Допустим, женщина не хотела ребенка или не была готова к его появлению, пыталась сделать аборт. Или тяжело болела во время беременности. У малыша, получившего такую травму еще до появления на свет, впоследствии формируется логика: «Мир опасен, нужно быть очень аккуратным, чтобы выжить». Ходить по жизни «на цыпочках», таиться и молчать.

Так, мой клиент Станислав все детство слышал о том, что он незапланированный и нежеланный ребенок:

– Я вообще хотела аборт, но врачи отговорили. И теперь вот все сама на себе тащу. И зачем только их слушала? – так жаловалась его мать подруге, не обращая внимания на сидевшего рядом сына.

Слава, сколько себя помнит, всегда был удобным и послушным ребенком: не спорил, не хотел лишнего. Бабушка рассказывала, что в детстве он тихо играл со своими игрушками и его всегда можно было найти «там, где оставили». Он выбрал очень осторожное исследование этого мира, без лишних движений. Чем менее он заметен – тем лучше.

Второй «тормозящий» фактор – когда мы стали «замещающим» ребенком. То есть родились после неудачной беременности или выкидыша. «Я не имею права быть. Ведь до меня человек не родился, не проявился. Я занимаю чужое место своим существованием. Как я могу быть проявленным?»

Ира пришла ко мне в терапию, устав быть для всех удобной. Нельзя ей было ни кричать, ни обидеться, ни отказать кому-то. Стали разбираться, и выяснилось, что у нее был старший брат, умерший в младенчестве.

– Зная это, я старалась быть хорошей «за двоих». Чтобы не расстраивать папу и маму. Останься он жив, не знаю, завели бы они еще детей, – рассказывая это на нашей встрече, Ирина отводит взгляд, отворачивается к стенке так, будто ее действительно нет на свете даже сейчас.

Неосознаваемое чувство вины перед братом цепями сковывало ее естественные побуждения.

Третий фактор – травматичный детский опыт. Когда спонтанный проявленный импульс встречался с тяжелой реакцией извне. Отвержение, обесценивание, гнев, разочарование, стыжение. То, что, к сожалению, встречается очень часто.

Так, моя клиентка Светлана рассказывала, что воспитывалась в строгой семье, где нельзя было даже громко смеяться и просить добавки. Проявляла собственное мнение – «Не доросла еще», не понравилась кофточка – «Совсем обнаглела».

– Но это же моя комната… Почему я не могу закрыть дверь? – девочка тогда просто хотела немного порисовать в тишине.

– Ничего твоего тут нет! – резко отвечала бабушка.

Как вы думаете, легко ли Свете было проявлять себя во взрослой жизни?

Четвертая причина остановки энергии естественных импульсов – наследственная травма. Когда из поколения в поколение семейная система живет в выученных рамках.

Прадедов раскулачили = достаток опасен = зарабатывать много нельзя = проект и деньги опасны = не буду совершать действий, которые приведут к успеху.

Владимир пришел ко мне проработать финансовый потолок:

– Вообще ничего не понимаю. Мои друзья делают все то же самое, что и я, мы в одной сфере работаем. Вроде бы в равных условиях. Но Серега вот уже вторую квартиру покупает, Олег отправил семью на зимовку на Мальдивы. А я все сижу от зарплаты до зарплаты.

Стали разбираться и обнаружили, что все детство Вова рос на рассказах о том, что «это ничего, что у нас нет денег, зато мы все здоровы». Откуда пошла такая установка? От родителей? Нет. Они и сами не знали, почему так говорят. Выяснилось, что одного из прадедов Владимира убили после того, как он стал зарабатывать большие по тем временам деньги.

Пятая причина – кризисы во взрослой жизни. Когда мы идем ва-банк, проявляя себя на полную, а после терпим крах, фактический или психологический.

Валерий рискнул и открыл свое дело. Взял кредит, заручился поддержкой семьи. И прогорел.

– Я теперь ко всем своим идеям отношусь с сомнением, – делится Валера на нашей сессии. – Поступило предложение недавно открыть шиномонтаж. Но я не могу решиться. Вроде и двигаться нужно вперед. Но не могу – и все тут. Вообще в себя не верю, из-за этого ощущение, что ничего не хочу в жизни.

Когда накатывают тяжелые чувства, Валера ругает себя за них, ни с кем не делится. Делает вид, что справляется, что «ничего особенного не произошло». И никто из семьи не знает, какую глубокую драму он проживает.

Порой, чтобы проявиться, нам действительно нужно пойти на риск и подсветить свою уязвимость. Сделать это проще, когда есть некий тыл и ощущение безопасности. Но часто мы не чувствуем себя способными рискнуть и открыться. Обнажиться. Поэтому-то внутренний Стрелочник и жмет на красную кнопку: чтобы уберечь от катастрофы. Наша задача – убедить его, что все многообразие мира не умещается в Свод выданных когда-то правил. И постараться переписать этот талмуд, опираясь на реальность и собственные витальные импульсы. И если чего-то «нельзя», честно спросить себя:

А точно нельзя? А почему, откуда эта причина? Актуальна ли она сегодня, в моих нынешних обстоятельствах?

Интересно, что мы можем быть проявленными в одной сфере больше, чем в другой. Например, свободно делиться вдохновляющими идеями на работе, встречаясь с горящими глазами коллег, но притуплять свои чувства дома, натыкаясь на стену равнодушия. Можем реализовывать большие проекты и быть «человеком действия», исполняя чужую волю, но о собственных желаниях даже и не догадываться.

Наша цель – продолжать выпускать в мир импульсы в той сфере, где они уже свободно циркулируют, и следом дать «зеленый свет» отверженным. Отворить скрипучие двери «депо».

Функции проявленности

Так зачем же нам рисковать, открываться тяжелым чувствам, ощущать собственную уязвимость и все-таки идти в проявленность? Здесь же «палки в колеса» должен «вставить» инстинкт самосохранения?

Во-первых, чтобы познакомиться с собой. Поначалу мы признаемся самим себе в эмоциях и желаниях, они проявляются на внутреннем экране – а уж потом мы транслируем их в мир. Знать себя – непередаваемое ощущение. Это уверенность в том, что почва под ногами не пошатнется. Это укорененность и целостность.

Знать себя – в том числе уметь отфильтровывать свои импульсы от чужих. «Вот это мое, оно мне подходит, беру на вооружение. А вот это я отказываюсь дальше нести с собой, оно непродуктивно и разрушительно». Часто мы таскаем за собой энергию родительских импульсов и не можем сбросить ее до конца дней.

Проявить импульс – значит избавить тело от необходимости удерживать и «складировать» его в мрачном «депо». А как тело хранит импульс? Предоставляя ту или иную свою часть, орган в «распоряжение». Это, согласно психосоматике, становится психологической причиной заболеваний. Выбираешь молчание, вместо того чтобы высказаться, – заболит горло. «Не перевариваешь» свою работу, но продолжаешь тянуть лямку – привет, гастрит. Проявленность очищает внутреннее пространство и тем самым оздоравливает наш организм.

Во-вторых, проявляясь, мы расширяемся. Наши транспортные артерии импульсов протягиваются все дальше и дальше:

• проявляя свои чувства в семье, мы существенно налаживаем отношения с близкими;

• делясь опытом и идеями на работе, мы осмеливаемся на большие проекты и получаем поддержку, а значит, и зарабатываем больше;

• обозначая границы в отношениях с партнером, мы получаем высокий уровень комфорта;

• действуя проактивно, мы создаем невиданные проекты, масштабируем их, мыслим дерзко и смело смотрим за горизонт. Да тут можно хоть в космос полететь!

Конечно, никто не гарантирует, что, нарушив статус-кво в сложившихся партнерских, дружеских, рабочих отношениях, мы получим тот отклик, о котором мечтали. Но мы перестанем держать под замком все свои чувства, желания и мысли. А это, в свою очередь, освободит огромный пласт бывшей в заточении энергии – бери да пользуйся на свое усмотрение.

У каждого типа проявленности есть своя адаптационная роль, поэтому проявленные люди легче ориентируются в нестабильных обстоятельствах, не ломаясь и сохраняя устойчивость. Из-за того что во внутреннем «хабе» нет запретного, наш жизненный инструментарий обогащается: мы знаем, что чувствуем, чего хотим, на что способны. Нас не сбить с пути сомнениями и переживаниями: «Где я вообще? Куда мне нужно?» А значит, наша стратегия «как жить эту жизнь» может быть более эффективной.

А еще проявленность нужна, чтобы испытывать непередаваемые ощущения от по-настоящему близкого контакта с людьми и миром. Нет ни стен, ни барьеров, и каждый проявленный импульс – словно протянутая рука. Да, ее могут проигнорировать, а могут и пожать. И с этого рукопожатия начнется удивительная и приятная история.

Часть 1
«Не смейся – плакать будешь»: непроявленные чувства

Глава 1
Запретные чувства

– Жена хочет от меня уйти.

Никита, мой клиент, сидел в кресле напротив. Высокий, худой, темноволосый, натянутый как струна: тронешь – зазвенит. Взгляд голубых льдистых глаз сосредоточенный, голос напряженный. Следом прозвучало:

– Она беременна.

Признаюсь, пауза, наполнившая тишиной мой кабинет, затянулась. Что-то не клеится.

– Никита, но ведь эти две фразы как будто из разных историй. Или хотя бы отдаленных друг от друга жизненных эпизодов.

Мой клиент нервно усмехнулся.

– Но они из одной. Мы поссорились.

– Что произошло?

– Я честно хотел ребенка. То есть хочу. Ну, как… Осознаю, что это важно и нужно. Но я не был готов к этой новости. Все так скомканно получилось, я не успел ничего понять. Лена просто подошла и протянула тест. Я смотрю на тест – на нее – снова на тест. Две полоски. И в голове тут же мысли кубарем. Когда он родится? Хватит ли нам денег? Какие у меня будут обязанности – днем работать, а ночью не спать? Я и подгузник-то не поменяю. В общем, мысли крутятся, а я стою и молчу. А как тут сразу сообразишь?

Последнюю фразу Никита произнес даже слегка обиженно.

– И ваше молчание она расценила по-своему?

– Да. Буквально взорвалась! Кинула в меня этим тестом, ушла в комнату, хлопнула дверью. Я за ней. Пытаюсь выстроить адекватный диалог, а она только обвинениями в меня бросается: «Вот всегда ты так», «С тобой невозможно!», «Мог хотя бы изобразить радость». А я разве отрицал, что рад? Я ей стал объяснять, что ребенок – это очень ответственно… Она слушать не захотела, сказала: «Уходи». Я и ушел.

Он сильно сжал челюсти, вздохнул и продолжил:

– В последнее время она часто жаловалась, что я того ей не даю, сего не даю. Не слушаю ее, не поддерживаю, не сопереживаю. Но это не так. После каждого ее «Поговори со мной» откладываю дела и слушаю. Когда у нее проблема какая-то, я советую, как поступить. Мне кажется, все эти претензии беспочвенны. Но, может быть, я чего-то не понимаю. Короче, с того дня Лена со мной держится холодно, демонстративно отвечает только «да» или «нет», будто я на роботе женат.

Никита говорил твердо, смотрел прямо в глаза. Он выглядел спокойным и уверенным, но в глазах бушевала буря чувств. Я пыталась понять: допускает ли мой клиент вероятность, что отношения действительно могут закончиться?

– Ваша супруга сказала: «С тобой невозможно». Как вы себя чувствуете под прицелом такой претензии?

– Я понятия не имею, что именно со мной «невозможно». Я хочу наладить с ней отношения, поэтому и пришел.

– Да, это я слышу. Но что вы чувствуете?

Никита едва заметно нахмурился, будто не понял вопроса.

– Нормально я себя чувствую. Мне просто нужны ответы – как «починить» отношения с женой.

Запросы, с которыми приходят клиенты с замороженными чувствами (а именно этот вид непроявленности был свойственен Никите) часто идут «от головы». Такие люди ко всему относятся как к инженерной задаче: если что-то перестало работать, нужно «там шуруп подтянуть», «здесь приладить недостающую деталь» – и перезапустить механизм. Сидя у меня в кабинете, эти клиенты ждут «инструкции по сборке», даже не допуская мысли, что проблема может лежать в плоскости чувств.

– Как вам кажется, чего может не хватать вашей супруге?

– Да я вообще не понимаю, чего ей может не хватать. Я ей все даю. На ее желания и запросы обычно отвечаю «да». Она хотела квартиру – есть квартира. Стала говорить про дачу – окей. Купили землю, весной начинаем строить дом.

Никита искренне не понимал, что может не устраивать его супругу. Он рассказал, что в его родительской семье у отца и матери были четко регламентированные роли, с которыми те блестяще справлялись. Папа работал на заводе от звонка до звонка, его функцией в семье было добывание денег. Если же нужно было сделать что-то «мужское» по хозяйству, это не требовало напоминаний: прикрутить кран, вбить гвоздь, повесить картину. Мама же была воспитательницей в детском саду, а дома выполняла всю «женскую» работу: стирку, готовку, уборку. Все будто по учебнику. И для недовольства не было повода.

– Я не помню, чтобы родители говорили о чем-то по душам. Как-то не принято было. О быте – иногда, да и то не дольше десяти минут. А Лена спокойно может подойти ко мне в любое время со своим «Поговори со мной», и я ее слушаю часами. Она все равно жалуется, что меня как будто нет в ее жизни. Вот что значит – «нет»? А где я тогда?

Было похоже, что супруга Никиты стучится в закрытые двери его души. Фразы вроде «поговори со мной» – это попытка ощутить контакт. Вызвать у близкого человека чувства и убедиться, что она нужна и важна ему. Что он ею интересуется, ценит ее, что вовлечен в ее – и в их общую – жизнь. Но супруги говорили на разных языках: муж – на «рацио», а жена – на языке чувств.

При этом не имей Никита внутри себя ничего, что искало бы выхода наружу, он не оказался бы в кабинете психолога. Он отправил бы на консультацию жену – «Если тебя что-то не устраивает, ты с этим и разбирайся» – или сослался бы на отсутствие времени. Но нет, он здесь. А значит, в нем много жизни, которую он сам не осознает, но та непрерывно разворачивается внутри.

– Никита, а какими раньше были ваши отношения?

– Раньше постоянно что-то происходило. Мы встречались с друзьями, ходили то в театр, то на выставки. Много путешествовали… Она всегда была заводная в этом плане – могли сорваться на выходные в другой город. Мне столько движения по большому счету не нужно, я конструктор-проектировщик: люблю, когда все четко, ясно, подконтрольно и на своих местах. Но с ней было весело. А сейчас… она уехала к маме и говорит, что пока не готова общаться, что она «хочет отдохнуть от нас».

Новые ощущения создавали у Никиты и Лены чувство присутствия в мире, наполненном красками и впечатлениями. Когда декорации жизни постоянно меняются, это уводит внимание людей друг от друга и от их отношений. Но в итоге все это лишь ширма, за которой супруги прятали свое настоящее, думая, что они вместе, но на самом деле существуя параллельно. Реального живого контакта не было. Близости не было. И именно об этом пыталась сказать Никите его жена. Ее беременность – точка невозврата, когда сосуществовать по-старому уже невозможно. Не притворишься. Ведь ребенка не спрятать за ширмами концерта или прогулки в горах. На него придется посмотреть, им придется заниматься: уделять время, выстраивать с ним отношения. Малыш будет вызывать чувства. А именно этой сферы всячески избегал мой «замороженный» клиент.

Спрятанные от внешнего мира чувства – это целый вагон невыраженных импульсов. Они никуда не деваются – продолжают существовать, бушевать, ждать своей очереди во внутреннем мире человека. Но Стрелочник все жмет и жмет на красную кнопку, считая эти импульсы небезопасными.

Какие чувства мы запрещаем себе?

Людей с непроявленными чувствами можно условно разделить на три категории: хорошисты, силачи и индифференты.

• Хорошисты – это те, у кого под запретом негатив: нельзя злиться, обижаться, быть недовольными. Например, Жанна. Она всегда общалась с коллегами вежливо, с улыбкой. Была аккуратной и тактичной. Никогда не лезла с непрошеным советом, не ставила других в неловкое положение. Просто нежный ангел! И если в неловкое положение ставили ее или коллеги поступали недобросовестно, она по-прежнему пыталась сгладить углы, никого не задеть, не ранить и не обидеть. Но эта работа по остановке чувств требовала много внутренних ресурсов. Поэтому у Жанны не оставалось запасов любви и терпения на домашних: и тут она уже сдерживалась из последних сил. А иногда и не сдерживалась. Раздражение стало ее постоянным спутником, и ко мне она пришла именно из-за спонтанных вспышек сильной ярости.

• Силачи – люди, смеющиеся в глаза трудностям. Им сложно признавать свои слабости и связанные с ними чувства. Другая моя клиентка, Ольга, могла без стеснения пойти к начальнику, к главе корпорации, в любые вышестоящие инстанции. Она «открывала дверь с ноги», говорила громко и четко. Уверенный стук ее каблуков был слышен по коридору издалека, и тогда все знали: «Оля идет решать вопросы». О помощи никогда не просила – для нее это было равнозначно поражению. Со стороны казалось, что ничто не может вывести ее из заряженного состояния. Однако она постоянно жаловалась, что дома просто валится с ног и боится, что любая мелочь может вывести ее из равновесия. Постоянная заряженность нестабильна.

• Индифференты

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Образы героев этой книги были созданы на основе реальных клиентских кейсов. Но ради конфиденциальности все имена и детали о людях и их историях изменены. Любые совпадения будем считать случайными.

Вернуться

2

Иерархическая модель, отражающая теорию человеческих потребностей американского психолога Абрахама Маслоу. – Прим. ред.

Вернуться