# Сказка о том, как нерадивые повелители слаженного организма власть делили, да чуть всё не загубили

Игорь Дасиевич Шиповских

Сказка о нерадивых правителях и стройно-настроенном организме, о счастье и печали, о медицине и её аналоге, о неожиданных обстоятельствах и внезапном прозрении, о щедрости души и скупости ума, о преданности и предательстве. В общем, обо всём том, что необходимо, дабы понять простую истину – ничто не погибает само, всё рушат неверные решения. Действие происходит на перепутье XX – XXI веков, в Москве, и притом не только в ней одной, но по всем краям нашей необъятной страны, которая является могучим, стройным организмом… Иллюстрация обложки: автор текста – Игорь Шиповских

Посвящается всем тем, кто пережил «перестройку» и (святые) девяностые

## 1

Прежде чем перейти к основной части повествования, пожалуй, для начала всё же стоит кое-что прояснить, ведь далее речь пойдёт об организме, и притом весьма непростом, крайне мудрёном. Ну а если быть точным, то об организме, наполненном невероятно слаженными системами жизнеобеспечения. В нём до такой степени было всё взаимосвязано и зависимо друг от друга, что если бы вышла из строя хоть бы одна система, хоть один компонент этой системы, то произошёл бы сбой во всём организме. Иначе говоря, он элементарно сломался бы, разрушился, распался, развалился, просто катастрофа. Вроде только что был целый организм, и вот его уже нет, рассыпался на более мелкие фракции, и попробуй, собери его снова, вряд ли получится, уж очень сложная задача.

Но опять-таки, не для всякого организма это всё подходит, ибо само понятие организм включает в себя множество смыслов и значений. Вот, например: допустим, есть на свете какая-нибудь страна, большая или маленькая, это не слишком важно, главное, она есть, и она тоже подходит под определение «организм». Так что будь это страна, держава, государство, либо ещё какое образование, всё это является живым организмом. Во всех них есть главный орган, и это правительство, голова всему организму. Есть и другие структуры развития: промышленность, энергетика, фабрики, заводы, сельхозугодия, и прочие системы.

И конечно есть люди, они словно кровеносные клеточки в телесном организме выполняют функцию снабжения всех систем; снуют туда-сюда, бегают, носятся, летают на самолётах, ездят на поездах. Люди наполняют жизнью весь организм страны: они защищают её, охраняют границы, чтоб враг не проник, запускают электростанции, строят города и сёла, укрепляют жизнеспособность державы, а ими всеми управляет верховная власть: она даёт директивы, пишет законы, диктует указы, и прочие гражданские акты. В общем, страна или государство – это тоже организм, но только огромный.

Впрочем, даже самая крохотная частичка этой страны, или даже гораздо меньшая толика, какая-нибудь ничтожная ячейка, либо клетка, или бактерия, либо просто амёба, тоже является организмом со своим внутренним миром. Да и сам человек такой же организм, мы все тоже включаем в себя бессчётное количество разных систем. У нас без устали трудится мозг с его сложной клеточной системой нейронов. Постоянно работает сердце, эта мощная фабрика по перекачки крови, а вся наша кровеносная сеть, это же целая гидросистема со своими плотинами, клапанами-шлюзами, каналами-капиллярами, и даже тромбами-запрудами. А наши лёгкие, это вообще уникальное сооружение, они поставляют живительный кислород для всех прочих систем, а кислород, это незаменимое топливо жизни.

Кстати, добыча кислорода из воздуха, наполненного углеродом и прочими газами, это процесс сравнимый с горением. Проще говоря, в лёгких у людей и животных с каждым вздохом происходит реакция похожая на микро пожар. По сути, мы вспыхиваем, но со слабой температурой в 36.6 градусов. По крайне мере так утверждают некоторые учёные. А ещё у нас бесконечно трудится печень, желудок, кишечник, почки, селезёнка, и ещё куча разных желёз, притом все они, словно большие фабрики, заводы, или маленькие мастерские и артели выполняют крайне сложную работу. И это воистину великий труд, каждая клеточка нашего организма трудится, как говорится не покладая рук, с утра и до ночи, а то и круглосуточно.

Однако случаются и неполадки, сбои, и тогда приходит беда. Уж если оплошает какая-нибудь клеточка, и вдруг начнёт перерождаться в злокачественное образование, в опухоль или саркому, то не поздоровится всему организму, он попросту погибнет, развалится. И вот примерно такая же история случилась как-то однажды в одном с виду весьма крепком и благополучном организме. И здесь сразу стоит подумать, в каком именно организме это произошло? ведь ранее уже было замечено, что определение «организм» имеет много смыслов и значений. А потому приходится гадать, то ли это была огромная держава, то ли большое, грузное животное, или же это был настоящий человеческий организм. Хотя с другой стороны, я надеюсь, что по ходу повествования каждый читатель сделает свой, и лишь одному ему присущий вывод. В общем, не будем терять время, и начнём.

## 2

Итак, жил был на свете один весьма крепкий, статно сложенный, и даже на века рассчитанный организм. Разумеется, был у него и высший орган правления, назовём его «мозг». Были, конечно, и административные органы. Их можно назвать «глаза», «уши», «нос», и они отвечали за обоняние, зрение, слух, и даже осязание. Имелись и крупные предприятия обеспечения: заводы и фабрики, снабжающие организм необходимой энергией, назовём их «печень», «почки», «лёгкие», и конечно «сердце», этот мощный перегоночный центр.

Также существовало ещё множество дополнительных мелких и не мелких мастерских и контор, назовём их «селезёнка», «желчный пузырь», «поджелудочная железа», и ещё много чего необходимого. И с этим совсем управлялись сотни тысяч, и даже миллионы различных клеточек. Ну а порядок и защищённость всего этого поддерживала огромная армия сильных мышц. В общем, настоящий крепко сбитый, процветающий организм. Здесь всё кипело и бурлило, жизнь, как говорится била ключом, скучать не приходилось. Однако надо помнить, что всё имеет своё начало и, разумеется, конец. Вот и тут дела обстояли точно также, вечного ничего не бывает.

Шло время, одни клетки нарождались, а другие, отслужив своё, умирали. И так поколение за поколением. А потому, однажды настал час и в главном органе страны произошли изменения, а именно скончалась главная клетка в «мозгу». То есть пришёл её срок, и она отправилась к праотцам, а при жизни её звали Леонид. Да-да, так и звали, и тут нет ничего удивительного, ведь любая даже самая крохотная клеточка имеет право носить своё имя. Вот мы люди, мы даже растениям даём имена. Так что и главная клетка, и не только она, тоже имели свои имена. Но не это важно. Загвоздка в другом.

Разумеется, сразу встал вопрос, кто её заменит, кто сможет и дальше нести нелёгкое бремя лидера. Все конечно помнили, каким добрым умным и самоотверженным был прежний лидер. Он не позволил внешним факторам внести раздрай во внутренние дела и системы организма. Сохранил все его наилучшие качества, упрочил их и укрепил сам организм, не дал проникнуть в него никакой зарубежной заразе, закалил здоровье и улучшил положение рядовых клеточек-тружеников. И вот теперь в высших эшелонах власти возникла дилемма, кто займёт его место. Естественно начались дебаты.

– Ну что же, товарищи,… Леонид работал на износ до самого конца,… воздадим же ему честь и славу!… И назначим на его пост достойнейшего кандидата!… Проведём выборы,… узнаем, кто следующий… – высказался один из старейшин общего собрания клеток «мозга», именуемых по-научному нейронами. И тут же в «мозгу» закипела работа. Но совещались недолго, ибо медлить было нельзя, голова должна функционировать постоянно. Так что поторопились, и уже вскоре выбрали нового лидера, им оказался строгий и принципиальный нейрон Юрий. Хотя зря настолько поторопились, ни к чему такая спешка при выборе столь ответственного лица. И эта спешка быстро сказалась в негативную сторону. Юрий был уже в почтенном возрасте, много болел, и спустя короткое время почил, оставил сей бренный мир.

Естественно в «мозгу» сразу провели новые выборы. На этот раз назначили нейрона Константина. Однако и здесь сказалась торопливость. Константин тоже здоровьем не блистал, и быстро ушёл к праотцам. Впрочем, стоит заметить, что такие перемены никак не отразились на жизнеспособности всего организма. Он по-прежнему жил и работал в полную силу, все его клеточки вели себя так, словно ничего не произошло, им это не мешало, они продолжали трудиться на своих местах: «печень», «сердце», «лёгкие», «почки», и прочие производственные мощности работали исправно.

Лихорадило только «мозг», и то слегка, ведь были учтены прежние ошибки, теперь торопиться не стали, и на сей раз выбрали молодого лидера, а звали его Михаил. Это был нейрон со стажем работы на руководящих должностях, и он везде зарекомендовал себя с хорошей стороны, оттого совет старейшин и принял его кандидатуру. Лишь одна маленькая деталь смущала некоторых представителей собрания – это странное родимое пятно на лбу Михаила, побоялись, что народ воспримет его неоднозначно, а может и недоброжелательно, или даже суеверно.

– Как-то это некрасиво,… есть в этом какая-то двусмысленность,… с такой меткой и в лидеры,… надо бы ещё подумать… – попытались возразить несогласные, но деловые качества кандидата перевешали чашу весов, и его всё же утвердили даже с пятном на лбу, что впоследствии, как и ожидалось, сказалось в народе. Почти сразу нового лидера окрестили подходящей кличкой, стали называть его «Миша-меченный». А богомольные старушки во дворах на лавочках прямо так и заявили: – Бог шельму метит!… – после чего поднялось только ещё больше пересудов. Но как бы там ни было, а решение совета старейшин уже состоялось, и нейрон Михаил занял главный пост в организме. Теперь всё зависело лишь от него. И вот здесь началось такое, что остаётся только диву даваться.

## 3

Оказалось у Михаила есть жена, что вовсе не удивительно, ведь это нормально для организма, в котором они жили, он огромен, и в нём должны быть материнские клетки. И они естественно были, как и во всех прочих организмах. Да вам любой биолог скажет, что это практика жизни. Хотя, что касаемо жены Михаила, именно этой особи женского пола, то она была весьма оригинальна. Звали её Раиса, прямо не имя, а вызов, да и характер такой же: властный, жёсткий, и крайне неуживчивый. Её можно было бы смело назвать самодуркой, или даже Фурией. Возражений терпеть не могла, и управляла Михаилом словно куклой.

– Ты сегодня сделаешь так, как я тебе говорила накануне!… И не вздумай придумать что-то от себя!… Помни, я всегда права!… Ведь это лишь благодаря моим советам ты добился столь высокого поста!… – не раз высказывала она Михаилу, едва он собирался проявить хоть какую-то самостоятельность. И стоило их семье лишь покрепче обосноваться в «мозгу», как всё дальше так и пошло. Всем организмом начала править фактически только одна Раиса. Как она захочет, так всё и происходит. Михаил в доску расшибается, лишь бы ей угодить, а на остальное он и не смотрит.

Ну и, разумеется, организм стало штормить. У простых клеточек складывалось такое впечатление, что в «мозг» попала вражеская пуля, ибо оттуда начали приходить директивы, граничащие с безумием. То вдруг придёт приказ вырубить все виноградно-подобные отростки в той части «кишечника», что отвечает за производство пищевого этанола, который, как и всякий компонент организма весьма ценен и необходим для жизнедеятельности. Естественно клеточки, отвечающие за тот участок производства, попытались возражать.

– Да как же так-то?… Мы десятилетиями здесь трудимся,… лелеем каждый виноградный отросток, и тут вдруг приказ,… мы сами же должны их вырубать!… Да это же немыслимый вандализм, настоящее варварство, кощунство!… Это недопустимо!… – с печалью в голосе, отчаянно восклицали они. Но их голоса не были услышаны, а вернее сказать, это Михаил, науськанный своей женой, делал вид, что такие жалобы маловажны и незначимы.

– Мы должны следовать голосу разума, а не ругательствам и хулам каких-то там виноградарей!… Нам самим лучше знать, что делать!… Так что если надо, то мы можем и углубить процесс!… Думаю, что только тогда достигнем консенсуса!… Да и вообще, нам кажется, всему организму нужна полная и безоговорочная перестройка!… А то ишь, закостенели!… Сплошной застой!… – чуть ли не хором отвечали Михаил с Раисой на чаяния простых трудящихся клеточек. Хотя если быть честными до конца, то это не совсем их собственные мысли, ибо был в «мозгу» ещё один советчик-подсказчик, а проще говоря – подстрекатель, некий нейрон по кличке Яков. Он тоже занимал высокое положение в обществе нейронных клеток, обладал непререкаемым авторитетом и положительным послужным списком.