Ольга Истомина
Сыграй для меня

ГЛАВА 1

Дилижанс катился вперед, кренясь и подскакивая на кочках. Мои спутники встречали каждую встряску ругательствами и стонами, я же едва обращала внимание на столь мелкие неудобства. Хвала небесам, что вообще едем! Наверное, я согласилась бы даже впрячься вместо лошади, только бы получить возможность уехать и начать новую жизнь.

На дороге попалась очередная яма, и взвизгнувшая Хлоя едва не упала на поспешившего поддержать ее Итана. Выровнявшись, поскорее полезла в сумочку за зеркалом, проверять: не нанесен ли тщательно уложенной прическе непоправимый урон?

Я же равнодушно потерла ушибленный локоть и вновь обратила взгляд к окну. Сейчас местность не слишком баловала разнообразием, оставляя простор для воображения. Дорога широкой коричневой лентой стелилась впереди, убегая куда глаза глядят. По сторонам раскинулись редкие кусты и поле с зеленеющей травой.

Совсем скоро должен был появиться город, где мы остановимся на отдых, а после – столица! Место, где вовсю кипит новая жизнь, где каждый сможет найти себе занятие по вкусу и наконец перестанет чувствовать себя лишним…

«Нет! Все обязательно будет хорошо», – поспешно одернула себя я.

В конце концов, не для того я сорвалась в путешествие, чтобы теперь грустить и накручивать себя.

«Да и саквояж у меня слишком маленький, туда сменная рубашка с трудом влезла. Для застарелых страхов и обид не должно было остаться места», – я старательно растянула губы в улыбке, пытаясь притянуть положительные эмоции.

Вот только, несмотря на все старания, руки все равно подрагивали. Из головы никак не шел вопрос: как встретит новая жизнь? Гостеприимно распахнет объятия или пребольно щелкнет по носу, дав понять, что куда лучше было сидеть дома и не пытаться тягаться с судьбой?

– Алекса, как думаешь, с чего лучше начинать? Алекса! – закончив наводить красоту, Хлоя заскучала и толкнула меня в бок, вырвав из плена тягостных воспоминаний.

– Пойдем на площадь! Надо же и столицу посмотреть, и себя показать! – Оливия намотала на палец рыжий локон и кокетливо улыбнулась.

– Какая столица? Я ведь сказал, что приглашаю всех в лучший трактир! Мы, наконец, выбрались из болота, и нужно отметить это, – порывисто воскликнул Итан.

– Для начала неплохо бы осмотреться и узнать цены, – как обычно, самым предусмотрительным оказался Мэтью. – А то как бы не пришлось обратно в наше захолустье возвращаться, еще и на своих двоих.

– Ну уж нет! Домой я не вернусь. Я была рождена для столичной жизни, мне нужен водоворот событий. А чем заниматься в Халивсе? Вести домашнее хозяйство? Изо дня в день обсуждать выходку Петера, год назад попытавшегося залезть к Лее в окно, да свалившегося с лестницы? – Хлоя презрительно фыркнула и скрестила руки на груди.

В мою сторону девушка не смотрела, никто из компании даже не вспомнил, что я не успела ответить, но вмешиваться в беседу не хотелось. Банально не знала, что сказать и как поддержать разговор. И вроде бы мы жили в одном городке, только вот обменивались лишь дежурными фразами.

– Вот бы сразу встретить боевого мага! Желательно огневика. Уверена, ему так не хватает любви, – замечтавшись, Хлоя машинально покосилась на правую руку, явно представляя обручальное колечко.

– Боевой маг? Он же постоянно на всяких выездах, ждать замучаешься. А если не повезет, нечисть ему руку или ногу отгрызет, – Оливия укоризненно цокнула языком, явно не одобряя выбора подруги. – Лучше уж артефактор. Уважаемая, хорошо оплачиваемая работа. И главное, драгоценностей в доме всегда куча!

– Алекса, а ты какого жениха хочешь? Учти, положишь глаз на моего огневика, без глаза и останешься.

Хлоя вроде бы весело рассмеялась, но чувствуя ее колючий взгляд, я непроизвольно напряглась.

– Никакого. Мне бы лучше работу, – поскольку на этот раз подруги обо мне не забыли, пришлось все же ответить.

– Все так говорят, – смех Оливии зазвенел колокольчиком. – А потом р-раз, ты увидела его, он увидел тебя, и все.

Слушая, как девушки продолжают спорить, как и каких женихов лучше всего ловить в столице, украдкой вздохнула. У хрупкой блондинки Хлои и рыжей красотки Оливии в самом деле были все шансы окрутить какого-нибудь горожанина, я же на их фоне выглядела серо и невзрачно. Русые волосы, серо-голубые глаза, обычная фигура, в общем, не уродина, но и взгляду зацепиться особо не за что.

– Смотрите, ворота! – Итан нарочно повысил голос, перебив девушек. – Мы приехали!

– Это Этрейск. До столицы еще несколько дней пути, – не замедлил уточнить Мэтью.

Впрочем, Оливия с Хлоей не обратили на это никакого внимания и загомонили вдвое громче, причем я разделяла их чувства. Дорога выдалась долгой, короткие остановки не помогали, утомляя еще сильнее.

Город же манил возможностью отдохнуть. Нормально поесть в трактире, умыться, размять ноги, да хоть посидеть на лавке, наслаждаясь покоем.

Правда, ждать в итоге пришлось еще около часа. Наш дилижанс оказался за торговым караваном, и стражники не успокоились, пока не сунули нос в каждый сверток. У нас пожитков практически не было, так что, уплатив пошлину, получили разрешение проехать.

– На все два часа, – остановившись у трактира, предупредил возница. – Если выедем с опозданием, ночевать придется под открытым небом.

– Мы все успеем, – заверила Хлоя, первой шагнув по ступенькам.

– Леди, как же вы без сопровождения? – Итан обогнал ее, открыв дверь и галантно поклонившись.

В свою очередь, Мэтью предложил руку Оливии. Для меня кавалеров не хватило, но я и не ждала помощи. Нарочно задержалась, с любопытством разглядывая вывеску. Трактир назывался «Сытый лис», только вот художник невесть с чего изобразил матерого и очень худого волка с обгрызенным ухом. Правда, хвост у него был ярко-рыжим и очень пушистым. Продолжая дивиться фантазии местных жителей, схватилась за ручку двери.

Стоило переступить порог, как в нос ударил запах свежей выпечки и пива. Первый заставил желудок жалобно сжаться, второй вынудил поморщиться. Людей в помещении оказалось прилично. За одним из столов сидел отряд наемников, увешанных разнообразным оружием, два заняли купцы. Были как мужские компании, так и несколько парочек.

– Что застыла-то? – меня толкнули в спину, и вперед прошел молодой парень, сходу направившись к стойке.

Посторонившись, завертела головой, выглядывая рыжую макушку Оливии. Пусть я и пыталась изображать самостоятельную и независимую особу, одной в незнакомом городе все же было не по себе. И вроде бы мы разминулись на каких-то пару минут, но спутников и след простыл.

– Не подскажете, сюда только что вошли четверо моих друзей, они сняли комнату? – окликнула я проходившую мимо разносчицу с заставленным мисками подносом.

– Что? – девушка сначала поставила кружки на стол и лишь затем взглянула на меня. – Они наверх поднялись. Лучше у хозяина спроси.

– А как…

– Почтенная публика, благодарю за теплый прием, – раздался звонкий голос. – Какую песню желаете услышать следующей?

Служанка мгновенно забыла как про меня, так и ожидающих заказа клиентов. Развернувшись, восторженно уставилась на сидевшего за столом барда. Я тоже покосилась на него, но восторга девушки не разделила. Ну красивый. Худощавый, высокий, с белыми волосами до плеч и падающей на лоб челкой, ореховыми, отливающими золотом глазами и пухлыми губами. И яркий: желтая рубашка с вышивкой, зеленые штаны – такая же зеленая куртка висела на стуле.

Пожалуй, в беспечной, широкой улыбке барда действительно было что-то такое, вызывающее неосознанное желание улыбнуться ему в ответ, но я лишь сильнее сжала губы. В конце концов, менестрелям и положено быть красивыми и эффектными, иначе им никто не заплатит.

– Балладу о двух влюбленных, выдержавших все испытания, выпавшие на их судьбу? – помня, что еще одним обязательным умением является талант, бард коснулся струн гитары, извлекая несколько нежных звуков. – Или исполнить песню о славном воине, не знавшем ни единого поражения?

Новые аккорды, на этот раз более тяжелые, громкие, будто бы противники скрестили мечи прямо сейчас. Мужчина лучезарно улыбался, кому-то даже подмигнул, но тут я окончательно потеряла к нему всякий интерес и шагнула к стойке.

– О любви! Спой о любви, – с жаром воскликнула служанка.

– Желание прекрасной леди для меня закон, – теперь уже голос менестреля прозвучал более низко, с бархатными нотками. – Спою балладу о проклятых влюбленных.

Непроизвольно я передернула плечами, чувствуя, как кожу пощекотало пушистым мехом. Судя по тому, что за спиной раздалось несколько вздохов, подобным образом бард подействовал на всех женщин в трактире.

– Эй, скажите, пожалуйста, какие комнаты сняли мои друзья? – присев за стойку, окликнула хозяина.

Тот как раз разливал пиво из бочонка и дернулся. Часть спиртного пролилась на пол, и трактирщик сердито выругался, в сердцах пожелав мне подавиться колючим ежом.

«Я же ничего не сделала!» – грудь сдавило от незаслуженной обиды.

И вроде бы мне стоило давно привыкнуть к упрекам и научиться пропускать их мимо ушей, но на глаза все равно навернулись слезы.

«Стоило ли вообще так рваться покинуть дом, чтобы в результате совершенно ничего не поменялось?»

Я в очередной раз всхлипнула-вздохнула, досадуя на злодейку-судьбу, но тут бард заиграл, и по трактиру разлилась плавная музыка. Почему-то перед глазами сразу возник океан. Показалось, будто на пол хлынула волна, легкими волнами разбиваясь о стены и разбегаясь вокруг. Поверив в иллюзию, я машинально поджала ноги и лишь затем сообразила, что намочить обувь точно не грозило. На душе вдруг стало удивительно легко и спокойно. Исчезла обида на нахамившего трактирщика, грусть растворилась без следа.

«Всему виной долгая дорога и усталость», – словно нашептывал прибой.

Между тем мелодия стала громче. Она взлетала вверх, кружилась в облаках и звала за собой, обещая подарить крылья. А потом струны жалобно взвизгнули, последний аккорд резко, грубо оборвался, и стоявшая перед глазами картинка изменилась. Плескавшееся под ногами море исчезло, трактир будто тряхнуло, и пол перерезали несколько широких трещин.

Я не собиралась слушать выступление барда. Хотела лишь дождаться, пока трактирщик закончит работу, и вновь окликнуть его, но сама не заметила, как развернулась, во все глаза глядя на мужчину. И поймала его взгляд. Пронзительный, глубокий, опаляющий. Меня словно окунуло в кипяток, кровь вскипела, сердце чаще забилось в груди.

Менестрель же словно только этого и ждал. Убедившись, что завладел моим вниманием, легко улыбнулся, отчего в глазах заплясали искорки, и, наконец, запел.

{ Как громовой раскат часов раздался бой,

Они пробили полночь, мы вдвоём с тобой

В последний раз, и время ход нам не прервать,

От безысходности готов я закричать!

Ты нежно смотришь на меня, любовь моя,

И в бездне глаз твоих тону, как в море, я.

До тла сжигает сердце пламенная страсть,

Лишь эту ночь мы можем у судьбы украсть.

Любить тебя, дышать с тобою в унисон,

И с губ твоих срывать протяжный тихий стон,

Хотел бы вечность быть в плену твоих оков…

Но почему сурова воля так богов?! }

«Навсегда разомкнуть объятия. Больше не увидеть его улыбки, не ощутить жара поцелуя», – сама мысль об этом резала ножом.

Чужие, непонятные и незнакомые эмоции захлестнули с головой. Бард по-прежнему смотрел только на меня, и я плавилась под его взглядом. Кожа горела огнем, все чувства обострились, не хватало дыхания. Пусть я видела этого мужчину впервые, но каким-то волшебным и непостижимым образом он стал центром моего мира. Воздухом, без близости которого я задыхалась и едва не рвала на себе рубашку.

Гитара продолжала петь о запретной любви. Бархатный, завораживающий голос рисовал влюбленных, приникших друг к другу в сумасшедшем поцелуе. Не желающих даже на мгновение разомкнуть объятия и вознамерившихся украсть у вечности последнюю ночь.

«Плевать, что будет потом. Без него вовсе не существует никакого завтра. Есть только сейчас, и эти минуты принадлежат нам», – стучало в голове.

Я продолжала любоваться менестрелем. У него был красивый подбородок. И скулы. А на виске виднелся еле заметный шрамик. Волосы немного вились и казались очень мягкими. Тонкие пальцы ловко перебирали струны, ласково касались инструмента, а непослушное воображение рисовало меня в его объятиях. Это было настолько ярко, что я почти ощущала, как горячие губы касаются моих, как ловкие пальцы освобождают от одежды, ласкают обнаженное тело. Желание принадлежать этому мужчине затопило каждую клеточку тела. Он был необходим мне больше всего на свете. Пусть даже завтра нас казнят, но эту последнюю ночь мы проведем вместе.

{ Навек расстаться и укрыться от беды…

Но для чего мне жизнь, когда не рядом ты?

Я всей планете мог бы объявить войну,

Чтоб уберечь от всех невзгод тебя одну!

Спадают шелком твои волосы на плечи,

В объятиях жарких я лишаюсь дара речи,

Целую жадно и твоё дыханье пью,

О, как же сильно я тебя люблю!

По телу дрожь, земля уходит из под ног,

Постелью нашей станет сена мягкий стог.

И пусть не суждено увидеть нам рассвет,

Я где бы ни был, знай, всегда найду твой след!¹ }

Мелодия сводила с ума, уговаривала и подталкивала в спину. Происходившее было безумием, казалось чем-то невероятным, но баллада опьянила куда сильнее самого дорогого вина. А может быть, разгадка крылась в затопленных золотом глазах барда? Я все сильнее тонула в его взгляде, и в голове не осталось места ни для единой разумной мысли. Казалось, если я промедлю хоть еще одно мгновение, если не прикоснусь к нему прямо сейчас, то умру на месте.

Финальный аккорд прозвучал сигналом к действию. Стоило музыке оборваться, а барду подняться, как я кинулась вперед. Повисла на мужчине, обнимая изо всех сил, и приникла к желанным губам в жадном поцелуе.

Если менестрель и растерялся, то лишь на мгновение. Потом сильные руки скользнули по талии, притянули к себе, и губы обжег ответный, страстный и пылающий, поцелуй. Тело сразу же стало легким-легким, будто бы и не моим. Мы целовались стремительно, порывисто, словно никак не могли насытиться друг другом. Мужчина до боли зарылся пальцами в мои волосы, провел рукой по спине. Я рвалась к нему всей сутью, каждой клеточкой тела. Тонула в безумном поцелуе, задыхалась, отчаянно цепляясь за его плечи. И с каждым новым поцелуем в груди все сильнее полыхал огонь, а разум окутывал сладкий дурман.

– Сколько пыла. Ты сводишь меня с ума, – одобрительно выдохнул менестрель мне в макушку. – Пойдем. С посетителей уже достаточно зрелища.

Те несколько минут, которые мы поднимались по ступенькам, растянулись в целую вечность. Мир вокруг казался темным, страшным, пугающим, и я отчаянно цеплялась за ладонь барда. А стоило двери захлопнуться за нами, кинулась в обещающие защиту объятия.

«Никому не позволю нас разлучить!»

Я прильнула к своему мужчине, уткнулась лицом в плечо, чувствуя, как бешено колотится его сердце.

– Искорка, – негромко выдохнул менестрель и, как только я подняла голову, поцеловал.

Его губы были горячими и жесткими, подчиняющими и одновременно нежными. Пальцы путались в волосах, скользили по спине, обжигая даже сквозь рубашку. Перед глазами все плыло, ноги превратились в желе.

– Моя… только моя… – от сумасшедшей властности этих слов в сочетании с мягкими, вкрадчивыми интонациями сердце едва не выпрыгивало из груди.

Очередной поцелуй оборвался хриплым выдохом, скользнул по губам и шее коротким сладким ожогом, горячей волной прокатился по телу. Дыхание вырывалось сдавленными полустонами, я плавилась в огненном кольце объятий, отчаянно желая стать еще ближе.

– Здесь становится слишком жарко, не находишь? – пощекотал шею горячий шепот.

А потом я почувствовала, как медленно распускается шнуровка. Рубашка стала свободнее, и менестрель начал стаскивать ее с плеч. Наверное, нужно было что-то сказать, улыбнуться, но я отчего-то вздрогнула. По телу пробежала дрожь, не имеющая ничего общего со страстью, а потом внутри натянулась и лопнула невидимая тетива. Застилающий глаза сладкий туман исчез, в висках запульсировала боль.

Я моргнула раз, другой. И оторопело уставилась на мужчину совсем рядом со мной. Мужчину с растрепанными волосами, пылающими глазами и к тому же недвусмысленно обнимающему меня.

– Что?! Отпустите немедленно!

Заметив, что моя рубашка бесстыдно расстегнута, я едва не свалилась в обморок.

Мне никогда не доводилось напиваться, но, наверное, именно так чувствовали себя с похмелья. Мысли в голове путались, руки и ноги дрожали, сердце гулко стучало в груди.

Я помнила, как слушала выступление менестреля, но хоть убей не понимала, почему очутилась в его комнате, да еще и в столь непотребном виде!

– Мне нравится твой пыл. А ведь казалась такой скромницей, – бард лукаво усмехнулся и начал расстегивать теперь уже свою рубашку. – Если хочешь командовать, я не против.

– Не подходи! Стой, или закричу!

В глазах мужчины отразилось пламя, и я шарахнулась в сторону, едва не впечатавшись в стену.

– Поиграем? Ведь все равно поймаю и тогда… – договаривать бард не стал, но додумывать я побоялась.

Лицо и без того горело. Кажется, краска залила даже шею и уши. Я попыталась завязать рубашку, но пальцы дрожали, и шнуровка никак не поддавалась.

«Да за что мне все это?!»

– Беги. Считаю до трех. Раз, – вместо того, чтобы посторониться, менестрель распахнул объятия и нарочито медленно шагнул ко мне.

– Нет!

Оглянувшись, я кинулась к тумбочке и схватила железный таз для умывания. До боли вцепившись в бортики, выставила перед собой.

– Даже так? В моей жизни случалось всякое, но тазиком мне угрожают впервые, – явно продолжая считать происходящее игрой, бархатно рассмеялся мужчина.

– Не подходи, – отчаянно, уже не надеясь на успех, повторила я.

– Ладно.

К моему удивлению, бард все же остановился. Устало вздохнув, вытащил из кармана кошель и взвесил в руке.

– Сколько ты хочешь? Пять? Десять золотых? Хотя больше пяти устроенный тобой цирк определенно не стоит.

– Да мне вообще не нужны деньги! – стоило сообразить, за кого меня принял менестрель и за что собирается платить, как лицо перекосила гримаса.

– А что нужно? Если драгоценности, так поискала бы за соседним столиком, у купцов кошели потолще будут, – не обращая внимания на мои вспыхнувшие щеки, цинично посоветовал бард. – Молодых, красивых и богатых одновременно, увы, не бывает. По крайней мере, не для такой, как ты!

– Хватит уже меня оскорблять! – фыркнув, я кинулась к двери.

– Э нет, лапочка, не так быстро.

Грубое обращение резануло слух. Почти сразу менестрель шагнул навстречу, отрезав пути отхода.

– У каждого есть своя цена. О чем ты думаешь прямо сейчас?

– Убраться как можно дальше! – вот теперь страх окончательно захватил меня.

Взгляд у мужчины стал холодным и жестким, пробирая до мурашек и вызывая бессознательное желание забиться куда-нибудь под кровать. Он продолжал медленно приближаться, буквально шаг за шагом, вынуждая также пятиться назад, пока в спину не уперлась стена и отходить оказалось некуда.

– Дай пройти! – хотела потребовать, а вышел жалкий писк. – Ты не смеешь удерживать меня.

– Вообще-то это ты накинулась с поцелуями. К слову, весьма посредственными. И едва не начала срывать одежду прямо в зале, – бард наклонился, едва не касаясь моих губ и обжигая дыханием. – Так ради чего это было?

– Не трогай меня. Я… я закричу, – понимая, что сбежать не получится, от безысходности припугнула я.

– Кричи, – кивнув, разрешил менестрель. – Только погромче, и больше страсти. Учитывая, зачем мы сюда поднялись, это вряд ли кого-то удивит.

– Да не поднималась я никуда! Вообще не представляю, что здесь делаю! – от обиды на глаза навернулись слезы. – Меня ждут друзья, я должна вернуться к ним.

– Неужели в самом деле не помнишь? – в глазах барда по-прежнему отражалась настороженность, но теперь его взгляд перестал колоть иголками.

– Не помню, – окончательно перестав понимать что-либо, подтвердила я.

– Значит, я действительно хорошо целуюсь. Настолько сильно мои поцелуи еще никому не кружили голову, – самоуверенно усмехнулся менестрель.

«Наглец!»

Пугаться сильнее было невозможно, и для разнообразия я разозлилась. Открыла рот, собираясь высказать заносчивому блондину все, что думаю о его манерах, но так и не произнесла ни слова. Вместо этого, повинуясь внезапному импульсу, осторожно коснулась опухших губ. В памяти тут же вспыхнуло воспоминание: я бросаюсь к мужчине и целую его, встаю на цыпочки, обнимаю за шею, ерошу волосы…

«Нет, нет, нет! Это не может быть правдой!»

– Что ж, иди.

Настроение барда прыгало настоящим кузнечиком. Вроде бы минуту назад он во что бы то ни стало желал вытрясти ответы, а теперь потерял ко мне всякий интерес. Усевшись на постель, подложил подушку под голову и вытянул ноги, с преувеличенным вниманием разглядывая потолок.

Вот только стоило поравняться с кроватью, как менестрель резко повернул голову и окинул меня полыхающим взглядом.

– Смотри не пожалей потом, – со всей возможной страстью выдохнул он.

– Было бы о чем!

Может, это прозвучало слишком резко, но вернувшиеся воспоминания оглушили, окончательно сбив с толку и начисто перепутав все мысли. Я никак не могла понять, что именно нашло на меня внизу? Сейчас я не испытывала и эха прежних чувств, отчего собственное поведение казалось помешательством. Может, именно так и сходят с ума?

– Тогда почему ты до сих пор здесь? – опять усмехнувшись, мурлыкнул менестрель.

Казалось, ему доставляет удовольствие вот так играть со мной, наблюдая за реакцией и делая вид, будто способен читать мысли.

Наверное, служанкам в трактире подобное поведение нравилось, только вот меня жутко раздражало, вызывая только одно желание: все-таки подобрать таз и огреть блондина по голове.

– Сама ведь не знаешь, от чего отказываешься, – приняв более томную позу, бард приглашающе хлопнул ладонью по матрасу.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы я пробкой вылетела из номера. Чудом не споткнувшись, слетела по ступенькам в общий зал. За время моего отсутствия практически ничего не изменилось, разве что компания наемников исчезла.

Один из парней покосился на меня и толкнул друга локтем, после чего они громко расхохотались. Покраснеть сильнее было уже невозможно. Ужасно хотелось поскорее сбежать из трактира и забиться в дилижанс, но я заставила себя принять равнодушный вид и невозмутимо зашагала к выходу.

«В конце концов, это люди видят меня первый и последний раз. Не все ли равно, что подумают?» – попыталась втолковать я себе в безуспешной попытке успокоить нервы.

Выскочив на улицу, глубоко вздохнула. Здесь было прохладнее, налетал ветер, и разгоряченное лицо начало остывать.

«Это всего лишь досадная неурядица. Мелочь, не стоящая внимания», – не желая, чтобы мои спутники о чем-то догадались, я пригладила волосы и поправила одежду. – «Как будто попавший в яму дилижанс. Проехали и забыли».

Я сделала еще шаг вперед и споткнулась на месте, наконец, сообразив, что дилижанса нет на прежнем месте.

– И вовсе нет причин для волнения, – чтобы звучало увереннее, я произнесла это вслух. – Наверное, кучер загнал дилижанс в хлев. Да-да, именно так. Не на улице же лошадей кормить.

Обругав себя за излишнюю панику, я улыбнулась и зашагала вперед, обходя трактир. Вот только меня поджидал неприятный сюрприз. В хлеве были стойла с несколькими лошадьми, нашлась пара коз, но дилижанса не было. Да и если бы лошади еще поместились, то он точно нет.

Насвистывая веселую мелодию, в хлев вошел молодой паренек. Меня он даже не заметил и, подхватив щетку, направился к ближайшему стойлу.

– Подскажи, пожалуйста, а где дилижанс? У вас есть еще какие-то места, где оставляют повозки? – окликнула его.

– Какой дилижанс?

Лошадь всхрапнула, и мальчишка начал расчесывать ей гриву.

– Дилижанс, на котором я приехала с друзьями. Он должен быть здесь, – надеясь, что слуга просто был занят и пропустил наш приезд, повторила я. – Мы пошли в трактир, а возница остался на улице и занимался лошадьми.

– А-а-а, вроде был, – взъерошив волосы, кивнул паренек. – Кажись, уехал уже.

– Как уехал? – внутри все оборвалось.

– Знамо как. Кучер на козлы сел и такой: «Поехали!» – мальчишка взмахнул невидимым кнутом. – Эх, хоть бы кто покататься разрешил. Столько вожусь с лошадьми, ухаживаю, а никто не доверяет. Госпожа, а здесь часом вашей лошадки нет?

Паренек говорил что-то еще, но я уже не слушала, ураганом кинувшись обратно в трактир. Врезалась в кого-то из посетителей, как раз покидающих заведение, но даже не обратила на это внимания. Трактирщик опять стоял ко мне спиной, теперь уже что-то записывая в книге, только вот на этот раз я не собиралась терпеливо ждать.

– Хозяин! – рявкнула во весь голос.

– Чего вопишь, как оглашенная? – с пера у него сорвалась капля, растекшись пятном на половину страницы, и разворачивался мужчина, грозно хмуря брови. – Опять ты?

– Где мои друзья? Вы так и не сказали, какую комнату они сняли, – я сцепила руки, пытаясь унять нервную дрожь.

– Уехали уже. Что, не попрощались? – мигом смекнув, что к чему, язвительно хмыкнул трактирщик.

Пол покачнулся под ногами, вынудив до боли вцепиться в стойку.

«Они уехали. Без меня», – столь простая истина никак не желала уложиться в голове.

Конечно, нас нельзя было назвать лучшими друзьями, но ведь и врагами тоже! А вот так равнодушно взять и забыть человека… Оливия еще могла бы предложить отъехать в сторону, чтобы разыграть меня и понаблюдать за реакцией, но Мэтью точно разбил бы эту идею в пух и прах. Да и вряд ли кучер поддался бы на уговоры, он даже короткие остановки делать не хотел, все желал поскорее доставить нашу компанию и взять следующий заказ.

– Сколько прошло времени? Ну, с момента, когда мы вошли? – озаренная догадкой, порывисто спросила я.

– Ох, – «как же ты мне надоела», – так и читалось в глазах трактирщика, но он все же нахмурился, вспоминая. – Утка успела спечься, ее и на стол подали, так что почитай два часа прошло.

– Два часа… – отойдя от стойки, я плюхнулась на свободный стул.

Ущипнула себя за руку и тонко охнула от боли. Происходящее все сильнее напоминало какой-то дурной сон, но и какого-то разумного объяснения также не находилось. Я готова была поклясться, что пробыла в комнате у барда не более пятнадцати минут, так откуда же взялось два часа?!

И если я действительно настолько потеряла счет времени, почему же никто не искал меня? Все видели, куда я уходила, и тот же трактирщик легко указал бы нужную комнату.

Сцепив ладони, уперлась в них лбом. Уныние накрыло с головой. Впервые оказавшись в подобной ситуации, я не представляла, что делать дальше. Вдобавок внутри продолжала трепетать жалкая надежда, что сейчас дверь распахнется и меня окликнут друзья. Но вместо них окликнул совсем другой голос.

***

Сидя на диване, Сай задумчиво перебирал струны гитары, но не вслушивался в звучание. Привычное занятие помогало сосредоточиться, а подумать было над чем. Девушка давно покинула номер, только вот выкинуть ее из головы никак не выходило. Сай и сам не мог понять, чем незнакомка так зацепила его. В девушке вроде бы не было ничего необычного, но мужчина интуитивно чувствовал какую-то странность.

Вначале он не обратил на новую посетительницу никакого внимания. Поклонницы и раньше частенько бросались ему на шею, особо прыткие и вовсе могли караулить на улице или забраться в комнату.

По давнему правилу, Сай никогда не смешивал работу и личную жизнь. Но до выполнения задания оставался почти месяц, в этом трактире мужчина просто отдыхал, так почему бы не позволить себе немного развлечься?

Тем более, уже первый поцелуй девушки вскружил ему голову, чего не случалось очень давно. Тоненькая и хрупкая, она почему-то напомнила белоснежное облако, пушистое и теплое. Ее волосы пахли травой, а поцелуи пьянили и сводили с ума.

В какой-то момент плутовка вдруг забилась, выскользнула из объятий и захлопала длинными ресницами. Сай решил, что это очередной трюк. Хитрая приманка, чтобы получить побольше денег, получше запомниться, или кто там знает, что у этих девушек в голове? И разозлился на себя. Надо ведь было попасться, как желторотому юнцу!

Вот только незнакомка не играла. Сай слишком хорошо умел притворяться и прекрасно чувствовал фальшь в других. Ложь обычно горчила, уловки оставляли кислый привкус, а от напускной бравады несло застоявшимся пивом.

Девушка же была искренней и льнула к нему со всем пылом, на который была способна. Да и цеплялась настолько отчаянно, будто за дверью комнаты ее поджидала верная смерть. Точь-в-точь героиня столь обожаемой юными девами любовной баллады. Пусть подобное не сложно сыграть, но Сай помнил прикосновения ее губ и мог поклясться: все было по-настоящему. Слишком уж неопытными были поцелуи, слишком сильно она смущалась из-за невинных замечаний.

И потом девушка испугалась. Расширенные зрачки, пот на лбу, участившееся сердцебиение… Нужно было обладать не только богатейшим опытом, но и кое-какими артефактами, чтобы достоверно изобразить такое.

Сай позволил девушке уйти, и та перепуганной птицей вылетела из комнаты. По коридору простучали каблучки, потом замерли, словно девушка пыталась перевести дыхание и собраться с мыслями. Поступок был правильным, но отчего-то все внутри протестовало. Мужчина сохранял полную невозмутимость, а хотелось вскочить и побежать за незнакомкой, вновь взглянуть в ее глаза. Причем это желание не имело ничего общего со страстью.

«Неужели магия?» – промелькнувшая догадка заставила Сая нахмуриться.

Он знал, что его собственный дар схожим образом действовал на людей, но сегодня практически не использовал магию. Разве что самую малость, просто не став сознательно блокировать силу и позволив ей разлиться в зале.

Могло ли это подействовать на девушку? И могла ли она повлиять на него?

Увы, ответа не было. Сай по-прежнему не знал всех возможностей собственной магии и жадно цеплялся за любую возможность раздобыть хоть крохи информации. Что уж говорить о чужой.

Но точно знал, что сделает все возможное, чтобы заставить незнакомку задержаться и разузнать о ней все. Пусть даже случившееся не более, чем совпадение, подобный феномен нужно изучить. Если же нет… Люди с таким умением слишком редки, чтобы позволить потенциальной магичке затеряться в городе.

«Что ж, осталась сущая малость. Убедить ее, что она хочет остаться».

По губам скользнула дежурная улыбка и, подхватив гитару, Сай плавным движением поднялся с кровати.

***

– Красавица грустит в одиночестве?

Стоило вспомнить менестреля, как он тут же материализовался рядом. Не дожидаясь разрешения, нагло занял соседний стул.

– Все-таки жалеешь, что ушла, но гордость не позволяет опять постучать в дверь?

От неожиданности я едва не свалилась со стула. Помня, чем закончилась наша первая встреча, поспешно прислушалась к себе, но ничего не испытала. Вместо прошлой безумной страсти внутри плескалось лишь раздражение.

«Так ведь не бывает. Может, это какая-то магия?»

В нашем городке было несколько стихийников, работающих с землей и воздухом, но занимались они исключительно погодными и земельными вопросами. Я вообще никогда раньше не слышала, чтобы маги воздействовали на людей, разве что разгадка крылась в хитроумном артефакте.

Желая скорее найти разгадку собственному умопомешательству, я окинула менестреля изучающим взглядом. Он успел расчесать волосы и вновь щеголял с красиво уложенной прической. Причем, видимо, считал, что сам по себе является украшением любого общества. Ни колец, ни браслетов, ни цепочек у него не обнаружилось. Лишь к вороту рубашки была приколота серебряная брошка, но выглядела скорее обычной побрякушкой, чем магическим амулетом. Артефакторы же работали исключительно с драгоценными камнями, еще и за свою работу брали немало. В общем, таких денег у обычного барда, зарабатывающего выступлениями в трактирах, точно не водилось.

– Налюбовалась? И каков вердикт? – как оказалось, от внимания барда мое любопытство не укрылось.

– Не в твою пользу, – лицо стремительно заливала краска.

Понимая, что менестрель наверняка трактовал сугубо деловой интерес в единственной доступной ему форме и просто так не отстанет, я вздохнула и поднялась с места. Выяснять отношения с блондином не было никакого желания, так что решительно зашагала к дальнему пустующему столику. Пусть ищет себе другое развлечение, а мне и без того хватает проблем.

«Искать новый дилижанс и продолжить путь? Или посчитать все знаком судьбы и задержаться здесь?» – разрывали голову две мысли.

С одной стороны, я успела оплатить дорогу, и лишиться денег было крайне обидно. Опять же, прежде я не покидала дом, и искать работу вместе с друзьями казалось гораздо надежнее, чем в одиночестве. С другой, раз они так легко бросили меня, то явно не считали за свою, и в столице наши дороги непременно бы разошлись.

– Эй, здесь у нас не театр, чтобы по сторонам смотреть. Или заказывай что-то, или освобождай место другим, – грубо окликнула та самая служанка, ранее влюблено следившая за выступлением барда.

– Хорошо, принесите поесть. И сколько у вас стоит комната? – долго задерживаться в этом месте я не собиралась, но и не ощущала в себе силы искать работу прямо сейчас.

– Два золотых, завтрак включен, – полученный ответ заставил брови взлететь вверх.

«Сколько?!»

Вознице я заплатила семь, двадцать золотых у меня было с собой. Еще утром я пребывала в твердой уверенности, что с таким трудом скопленных денег с лихвой хватит на первое время, но оказалось, это жалкие крохи!

– Я сниму комнату на одну ночь, – понимая, что в других трактирах цены окажутся такими же, а жители вряд ли согласятся приютить бесплатно, неохотно произнесла я.

– Оплата вперед, – служанка требовательно протянула руку.

Раздраженно хмыкнув, я потянулась за саквояжем и обомлела. Когда мы ехали в дилижансе, где точно можно было не опасаться воров, я держала сумку поближе. И переступая порог трактира, также следила за своим имуществом. А потом менестрель начал петь, у меня что-то выключилось в мозгах, и о саквояже я напрочь забыла. Причем, если бы не служанка, не хватилась его до сих пор.

– Я забыла здесь саквояж. Вы случайно не подобрали его? – на всякий случай я опять окинула заведение взглядом, но чемоданчика и след простыл.

– Будто у меня работы мало, еще за чужими вещами следить. Меньше по сторонам надо пялиться, – как и следовало ожидать, девушка скривила презрительную гримасу. – Так что, платить нечем?

– Солнце, пожалуйста, принеси нам обед. Мне жаркое с грибами и кружку пива, а моей спутнице отбивную с картошкой и травяной чай, – обворожительно улыбнувшись служанке, рядом присел бард. – И поскорее, просто умираю с голоду. А ты ведь не допустишь моей смерти?

– Без твоих песен станет скучно, – растаявшая служанка поспешила на кухню, выполнять заказ.

– Ты меня преследуешь? – подавив порыв опять трусливо сбежать за другой стол, я сменила тактику. – Не надоело? Могу ведь и страже пожаловаться.

– А что остается делать? Ты первая девушка, оставшаяся равнодушной к моему неподражаемому обаянию. Мое достоинство посрамлено, а гордость требует реванша, – паясничая, заявил мужчина.

– Не люблю блондинов, – хмуро заявила в ответ.

«Особенно настолько наглых и самоуверенных», – продолжила мысленно.

– Вкусы меняются, – бард ослепительно улыбнулся, придвинувшись еще ближе, правда, стоило мне отодвинуться, посерьезнел. – Так почему столь очаровательная девушка грустит в одиночестве?

– Я не скучаю, а наслаждаюсь одиночеством, – я в упор уставилась на менестреля, надеясь, что он поймет намек и все же уберется куда подальше.

– А как же друзья? Их компания тоже разонравилась?

Увы, отделаться от барда оказалось не так просто.

– Не твое дело. И вообще, не желаю с тобой разговаривать! – голос сам собой сорвался на крик.

Я вроде бы пыталась держать себя в руках, но эмоций оказалось слишком много, и они плеснули через край. Да и как остаться равнодушной, когда за каких-то пару часов меня околдовали, бросили и обокрали?! И все по вине одного наглого и самовлюбленного блондина!

– Какая ты злая. Кто же настолько вывел из себя? Может, музыка немного поднимет настроение? – мужчина быстро пробежался по струнам.

Это не было полноценной игрой, всего лишь пара аккордов. Легких и незатейливых, отчего-то напомнивших прикосновение солнечных лучей. На душе потеплело, злиться на всех вокруг тоже перехотелось.

– Мы ехали в Альманн, хотели поселиться в столице. В трактир заехали, чтобы отдохнуть, но дилижанс уехал без меня, – я вовсе не собиралась жаловаться первому встречному (особенному такому!), но слова сами сорвались с языка.

– Ай-яй-яй, – бард укоризненно цокнул языком. – И ты еще называешь этих людей друзьями? Зачем ты вообще отправилась в дальнее путешествие с такой ненадежной компанией? Неужели не нашлось кого получше?

– Не нашлось. У меня нет друзей в городе. Я ведь жалкая приживалка, сирота, подкидыш, – горькая улыбка искривила губы. – Да и с поездкой все случайно вышло. Услышала, как Оливия с друзьями обсуждали собственное путешевствие, и как-то само собой получилось, что они предложили поехать вместе.

– И в результате друзья уехали сами, а еще у тебя украли саквояж, – кивнул менестрель. – Знаешь, на твоем месте я бы предпочел отправиться в одиночку.

– Оливия и Хлоя выглядели такими дружелюбными, говорили, что столица огромная и там можно начать новую жизнь. Даже придумать новое прошлое, если старое чем-то не угодило. Это звучало настолько соблазнительно… Перестать оглядываться назад, не думать, что о тебе скажут, не ждать очередных упреков. В общем, я попросила их подождать и побежала собирать саквояж. Ужасно боялась, что опоздаю, но они дождались. Хотя сейчас понимаю, что их предложение было шуткой. Демон подери, дилижанс ведь был рассчитан на четырех человек! Мы с трудом втиснулись, но меня переполнял такой восторг, что это казалось сущей мелочью, – договаривала я, чувствуя, как глаза обжигают наворачивающие слезы.

Осознавать правду оказалось ужасно больно и обидно. Она горчила на языке и отдавала ноющей болью в душе. Причем мне действительно следовало догадаться гораздо раньше, только вот осознание пришло лишь после вопроса барда. Будто глаза застилала пелена, а теперь рассеялась, и я взглянула на свой побег новым взглядом.

– Значит, к покорению столицы ты готовилась второпях. И наверняка захватила с собой любимый подсвечник вместе с правым ботинком, но даже не подумала взять сменное белье и расческу, – пренебрежительно хмыкнул блондин.

Я вскинулась, собираясь заявить, что вовсе не такая бестолковая, когда заметила, что, несмотря на шутливую ухмылку, взгляд у него серьезный и даже сочувствующий.

«Неужели пытался отвлечь от горестных дум?» – пронзила догадка.

– Ну и что собираешься делать дальше? Махнешь рукой на мрачное будущее и вернешься домой? – менестрель взглянул мне в лицо.

Перед глазами тут же встала картина: я, уставшая, растрепанная, в пыльном платье переступаю порог особняка и сразу же натыкаюсь на раздраженный взгляд приемной матери.

«Алекса, что ты себе позволяешь? Где ты была и почему в таком виде? Какой пример ты подаешь Амели?!» – ее голос ввинчивается в уши и вызывает противный зуд.

«Значит, учителю этикета мы тоже платили напрасно, – приемный отец смотрит с таким осуждением, что хочется провалиться сквозь землю. – Молодая леди, вы усвоили хотя бы одну науку из всей программы? Неужели так сложно приложить немного усилий и перестать позорить наше имя?»

– Искать работу, просить милостыню, да что угодно, только не домой! – с накатившей злостью выдохнула я.

– Почему? Думаешь, родители так сильно разозлятся из-за побега? – продолжил расспрашивать блондин.

– Не уверена, что они вовсе заметили мое отсутствие, – язвительно хмыкнула я. – У них теперь есть Амели, обожаемая, а самое главное, родная и законная дочка. Наверное, побег их даже обрадует. Теперь ничего не будет напоминать об усыновленной и оказавшейся совершенно бездарной дочери.

– Бездарной? Не может быть, чтобы у тебя не нашлось ни одного таланта, – бард лукаво подмигнул и коснулся моей руки. – Может, нужно поискать получше?

– Не хочу я ничего искать! – я отдернула ладонь, словно обожглась.

На всякий случай вовсе скрестила руки на груди, но настаивать менестрель не стал. Откинувшись на спинку стула, он закинул ногу за ногу, а я задумалась, почему вдруг разоткровенничалась с незнакомцем.

Дома меня считали молчуньей. Устав выслушивать, что и почему сказала не так, в какой-то момент я вовсе перестала общаться, пользуясь лишь дежурными фразами.

«Неужели мне настолько не хватает внимания, что я готова выложить всю свою подноготную человеку, проявившему крохи сочувствия?»

Эта мысль заставила почувствовать себя жалкой и никчемной. Пусть я не смогла обучиться вышиванию, но необходимость держать лицо в меня вдолбили намертво. И в здравом рассудке я не стала бы жаловаться незнакомцу. Особенно незнакомцу, с которым страстно целовалась и который оскорбил меня!

– Знаешь, сбежать без подготовки крайне глупо, но также смело. Безусловно, ты очень отважная и храбрая девушка.

От комплимента внутри вспыхнуло маленькое солнышко. По телу разлилось тепло, я отмахнулась от подозрений и улыбнулась блондину в ответ. Сейчас в его глазах опять отражалось золото, и это завораживало.

– А как зовут твоих родителей? – менестрель подался ближе.

– Не важно, – внезапно накатила дурнота.

Резко заболела голова, и я обхватила виски пальцами, пережидая приступ.

«Все-таки правильно решила вычеркнуть их из своей жизни. Даже организм противится попыткам вспомнить прошлое».

– Зачем ты меня расспрашиваешь? – отодвинувшись вместе со стулом в сторону, я подозрительно уставилась на блондина.

– Приятного аппетита! – подошедшая служанка поставила перед нами тарелки, избавив его от необходимости отвечать.

Менестрелю при этом досталась обольстительная улыбка, а на меня она даже не взглянула.

– Выглядит вкусно. Поедим – и жизнь сразу заиграет яркими красками, – расстелив салфетку на коленях, мужчина потянулся за столовыми приборами.

– Я не хочу есть, – вопреки сказанному, стоило вдохнуть аппетитный запах, как живот жалобно заурчал. – И ты не ответил на вопрос.

– А что такого в том, что я хочу узнать о тебе? Разве не долг всех порядочных мужчин помогать попавшим в беду симпатичным девушкам? – бард выпятил грудь и на этот раз наиграл героическую мелодию.

– Ты не похож на порядочного, – проснувшаяся интуиция начала шептать, что от менестреля не стоит ждать чего-то путного и лучше держаться от него подальше.

– Внешность обманчива, – с легкостью отбив замечание, пожал плечами он. – Вот узнаешь меня получше…

– Ты даже имя свое не назвал, – демонстративно игнорируя тарелку, я по-прежнему не сводила с блондина взгляда.

– А мама не разрешает тебе дружить с незнакомцами? Если это так важно – Сай, – менестрель промокнул губы салфеткой и отвесил легкий поклон. – Теперь ты поешь?

– Только если скажешь, чем вызвано твое внимание, – рот наполнился слюной, желудок жалобно бурчал, и торговаться с каждой минутой становилось все сложнее.

– Да я вообще любопытный. Никогда не знаешь, где поймаешь вдохновение, – улыбнулся Сай. – К тому же так я получу шанс загладить свою вину. Как ни крути, в пропаже саквояжа есть и моя вина.

– Тридцать золотых – и мы в расчете, – внутренне ужаснувшись собственной наглости, я постаралась скопировать уверенную улыбку барда.

– У меня есть предложение получше, – на этот раз Сай предпочел многообещающую улыбку. – Как на счет работы?

– Нет! – перед глазами пронеслись наши поцелуи, и я вскочила. – Думаешь, если пожалел меня и накормил обедом, я тут же растаю?!

– Ради справедливости отмечу, что ты не съела ни ложки, – Сай красноречиво указал на тарелку. – И перед тем как возмущаться, может, спросишь, какая именно работа предстоит?

– Ну и какая?

На нас начали оглядываться другие посетители, так что я неохотно плюхнулась обратно на стул. Живот забурчал особенно жалобно, и я схватила ложку, окончательно сдавшись.

– Как ты уже поняла, я зарабатываю на жизнь выступлениями, – Сай одобрительно кивнул. – В скором времени у одного выгодного клиента большой праздник, платить будут просто неприлично много. Но для того чтобы получить приглашение, нужно придумать что-то яркое, необычное, зажигательное. Ты мне поможешь.

– Придумать номер? – я скептически изогнула бровь. – Боюсь, моя фантазия не слишком богата.

– Я уже все придумал, тебе нужно будет выступить. Южный танец в твоем исполнении сведет всех с ума, – менестрель предвкушающе зацокал языком.

– Что?! – я подавилась картошкой, которую как раз жевала. – Я… я не буду танцевать! Тем более подобное!

– Даже за сто золотых? – невозмутимо уточнил бард.

– Сколько? – теперь уже я подавилась соком, которым пыталась запить картошку.

– Сто золотых. За танец, который ты через месяц станцуешь на вечере у клиента, – Сай заботливо похлопал меня по спине. – Соглашайся. Предложение безумно выгодное, к тому же без меня ты банально пропадешь.

– С чего бы это? – сумма действительно была щедрой, и именно поэтому я трусила.

Откуда у обычного барда такие деньги? И если он в самом деле настолько богат, почему решил нанять именно меня? Есть ведь и опытные танцовщицы.

– Ну хотя бы с того, что номер в трактире стоит всего двадцать серебряных. Но не удивляйся, если тебе в следующий раз назовут цену не два, а все десять золотых, – усмехнувшись, блондин щелкнул меня по носу.

– В другом трактире повезет больше, – продолжила упрямиться я.

– Сказала девушка, у которой в кармане нет ни гроша, – поддразнил менестрель. – К тому же, если сейчас я не заплачу за тебя, ты попадешь только в тюрьму.

– Что-о-о-о?! – не ожидав подобного коварства, во все глаза уставилась на мужчину. – Ты ведь сам заказал обед. Я тебя не просила!

– Правильно. Потому что моя напарница должна быть полной сил. Но если мы случайные знакомые… – бард сделал красноречивую паузу.

– Только напарники? Я выступлю с тобой и получу деньги? – понимая, что выбора мне не оставили, обреченно уточнила я.

– Если пожелаешь изменить этот статус, я всегда буду за, – взгляд менестреля оказался настолько жарким, что я опять схватилась за чай. – Так что, договорились?

– Ладно, – вздохнув, я пожала протянутую мне ладонь.

«Боги, во что я ввязалась?!»

ГЛАВА 2

Расплатившись за обед, Сай тут же утащил меня в номер, желая как можно скорее приступить к репетиции. Наверное, если бы менестрель не сжимал мою ладонь, я точно бы поддалась страху и пустилась наутек.

– За костюмом отправимся завтра, а сейчас хочу посмотреть, как ты двигаешься, – с удобством развалившись на кровати, заявил блондин.

– За костюмом? – я сцепила руки на груди.

– А ты хочешь выступать в этом? – Сай окинул снисходительным взглядом мое платье. – Лапуля, в таком случае тебе бросят деньги исключительно из жалости.

– Оставь прозвища для служанок. У меня вообще-то есть имя! – пренебрежительно фыркнула я.

– Так вот что я забыл! – хлопнув себя по лбу, Сай даже с кровати привстал. – Лапуля, а как тебя величать?

– Алекса, – я глубоко вздохнула, напоминая себе, что все это временно и, как только получу деньги, тут же уеду в другой город.

– Алекса? Слушай, твои родители нравятся мне все меньше и меньше. Надо же было додуматься дать ребенку настолько скучное и невыразительное имя, – Сай скорчил гримасу. – Впрочем, ты ведь хотела начать новую жизнь? С сегодняшнего дня тебя зовут Лекси.

– Я не буду отзываться на прозвища. Или называй меня Алексой, или ищи себе другую напарницу, – выдвигать условие было страшно (вдруг действительно укажет на дверь?!), но еще больше я опасалась, что в противном случае Сай станет вертеть мной, как вздумается.

С такими людьми только один выход: сразу ставить железные рамки и ни в коем разе не позволять за них выходить. Стоит один раз дать слабину – и все, потом уже не отобьешься.

– Так ведь это имя совершенно тебе не подходит! – я не успела заметить, когда бард не только оказался рядом, но и развернул меня к зеркалу. – Алекса – это чопорная девица в строгом платье и с длинным носом. Ужасно скучная и не умеющая улыбаться. Зато Лекси – девушка-солнце. Она яркая, красивая, соблазнительная. Просто невозможно не поддаться ее чарам.

Непрестанно болтая, мужчина ловко вытащил ленту из моих волос, распустив косу. Его дыхание пощекотало кожу, и по шее пробежали мурашки.

– Посмотри, сейчас в зеркале отражается Лекси. Южная красавица, прибывшая к нам из жарких, знойных краев. Она выросла среди бескрайних песков, купаясь в солнечных лучах и наслаждаясь свободой. Это девушка-ветер, девушка-страсть, – змеем искусителем нашептывал на ухо Сай.

Я не собиралась поддаваться на уговоры, но любопытство взяло вверх, и взгляд сам собой упал на зеркальную гладь. Да там и прилип. Не могу сказать, что из зеркала на меня уставилась незнакомка, которую так расхваливал Сай, но что-то новое во мне появилось.

Освобожденные волосы красиво завивались в локоны, на щеках плясал румянец. Алели припухшие после недавних поцелуев губы, в глазах плясали сумасшедшие искорки. К тому же я плохо завязала шнуровку на рубашке, и она немного распустилась, делая вырез глубже. Ничего такого, но настоящая леди не позволила бы подобного.

– Что ты там говорил про репетицию? – чувствовать себя другой было непривычно, но мне захотелось продлить это ощущение. – Приступим, учитель?

– Вот такой настрой мне нравится, – Сай подтянул к себе гитару, любовно погладил ее по боку и взял несколько пробных аккордов. – Сейчас узнаем, на что ты способна.

– Подожди, а как же движения? – весь задор с меня мгновенно слетел. – Я понятия не имею, каким должен быть южный танец.

– А ты вообще умеешь танцевать?

От пробирающего взгляда я окончательно смутилась.

– Тебе не кажется, что глупо сначала нанимать танцовщицу, а потом выяснять, собственно, подходит ли она? – я фыркнула, пытаясь скрыть растерянность за язвительностью.

– Сердце подсказало, что ты именно та, кто мне нужна, а оно никогда не врет, – Сай обезоруживающе улыбнулся. – Лекси, так ты ответишь? Я прав?

– Да, – противиться барду, когда он смотрел с таким неистовым восторгом и молчаливым обожанием, было выше моих сил, и я кивнула. – Меня обучали всем видам бальных танцев.

«Хотя и вздыхали, что такую неумеху в зал выпускать стыдно. Как есть или в подоле запутается, или ноги кавалеру отдавит, но точно опозорится», – грудь сдавило, и я окончательно пала духом.

Уже не хотелось ни танцевать, ни учиться быть другой. И с чего я вообще решила, будто способна изменить свою жизнь? Стоило ведь попробовать, и вот, пожалуйста: друзья обманули, саквояж украли, а я нахожусь во власти человека, которого час назад жгуче целовала под влиянием каких-то чар!

– Значит, справишься и с южным. Лекси, люди обычно расстраиваются, когда у них что-то не вышло, а ты даже не попыталась, но уже огорчилась, – безошибочно уловив изменения в моем настроении, Сай ободряюще подмигнул. – Я ведь почувствовал в тебе страсть, ты буквально пылаешь внутри, просто не сдерживай эмоции.

Последнее менестрель точно сказал зря. Мне и без того сложно было не думать о том, что едва не случилось между нами, и очередное напоминание заставило вспыхнуть до корней волос. Сай же отложил гитару и как ни в чем не бывало шагнул вперед.

– Закрой глаза, – решительно потребовал он.

– Как скажешь, – понимая, что спрашивать «зачем?» бесполезно, я послушно зажмурилась.

– А теперь представь пустыню. Бесконечные желтые пески, голубое небо и жаркое солнце. Редкие оазисы с прозрачно-холодной водой и зелеными деревьями. Солнечные лучи, опаляющие кожу. Ветер, швыряющий песок в лицо, – Сай провел руками по плечам, и меня словно пронзило молнией.

Не видя мужчину и не имея возможности узнать, что он собирается делать, я ощущала себя ужасно беззащитной. И хоть Сай пообещал относиться ко мне только как к напарнице, в голову упрямо лезли мысли, что сейчас он опять меня поцелует. Губы при этой мысли заныли, и я облизнула их.

– Ты совершенно свободна, – менестрель шумно вздохнул. – Природа вокруг красива, но и опасна. Если хочешь выжить – борись. И радуйся каждому новому дню, который смогла отвоевать.

– Но если…

– Ш-ш-ш… – не дав договорить, Сай приложил палец к моим губам, потом погладил по щеке. – Лекси, не думай, просто чувствуй. И когда музыка позовет тебя, не противься, а напротив, иди за ней. Танцуй так, как просит душа.

– Уверен, что обучение должно проходить именно так? – кровать скрипнула под весом усевшегося мужчины, и я сочла, что могу открыть глаза. – Если тот богач знает о южных танцах, то будет разочарован.

– Не переживай, времени полно, и мы успеем разучить нужные движения, – отмахнулся менестрель. – Куда важнее, чтобы ты поняла сущность юга. Ты заворожишь всех, заставишь следить за собой, затаив дыхание, только если поверишь сама. Лекси, нужно не танцевать танец, нужно проживать его.

– Ну хорошо. Тебе виднее, – не найдя больше аргументов, смущенно кивнула я.

– Тогда первое задание: подумай о чем-то важном для себя, чем-то, вызывающем множество эмоций, и станцуй это. Например, как ты покинула дом? Конечно, если не боишься, – провокационно предложил Сай.

– Нисколько! – я гордо задрала подбородок, принимая вызов.

Прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Вспомнила, как кралась по коридору на цыпочках, крепко сжимая саквояж. Как увидела сквозь приоткрытую дверь приемную мать, читающую с Амели. Они выглядели настолько счастливыми и беззаботными, что зависть невольно вцепилась в сердце. Меня графиня не обнимала так, даже когда я была их единственной дочерью.

В тот момент я пообещала себе, что в столице все изменится. Я заведу много новых знакомств и найду людей, которым стану дорога. Которые будут любить меня настоящей и никогда не упрекнут тем, что переплатили в сиротском приюте и ужасно жалеют о невозможности обменять на другую, более смышленую девочку.

Каблуки были слишком высокими, и от долгого стояния затекли ноги. Я покачалась с носка на пятки, поправила пояс на юбке, врезающийся в живот. Вновь задумалась о задании.

Мне казалось, что танцевать собственные мысли глупо. Во-первых, это вряд ли будет красиво смотреться, а во-вторых, не хотелось рассказывать что-то о себе даже таким образом. С другой стороны, я и без того вывалила на Сая такой ворох подробностей: одной меньше, одной больше… Да и вряд ли он стал бы требовать откровенности, если бы не видел в этом резона.

«Значит, мой танец – это прощание с прошлым и стремление открыться настоящему. Обещание жить так, как нравится мне», – окончательно определилась я.

Сай с одобрением проследил, как я скидываю туфли с чулками и развязываю пояс, и разочарованно выдохнул, когда поймал мой ожидающий взгляд.

– Сыграешь? – я переступила с ноги на ногу, привыкая к ощущению деревянных досок под босыми ступнями.

– Не обращай на меня внимания, я подхвачу любую идею, – менестрель поудобнее перехватил гитару и ласково дотронулся до струн.

Первые аккорды были негромкими и плавными. Они словно звали за собой, приглашая ступить вперед и начать танец. И я позволила себя увлечь.

Мне всегда нравился вальс, так что выбор упал на него. Я закружилась на месте, чувствуя, как юбка взметается вверх. Раньше я часто представляла, как станцую вальс с Алвином. Грезила этим настолько сильно, что видела танец до мелочей: как именно он подаст мне руку, как обнимет за талию, как улыбнется…

Неудивительно, что сейчас, пусть даже я танцевала без партнера, все мои движения были безупречными. Как и обещал, Сай чутко улавливал малейшие изменения, и сейчас мелодия звучала официально и торжественно. Я вроде бы по-прежнему находилась в комнате и смотрела на менестреля, но видела совсем другую картину. Номер превратился в большой бальный зал. Залитый солнечным светом, с лепниной на потолке и цветами повсюду, он очаровывал, вот только мне было совсем не до любования.

«Раз, два, три. Леди Алекса, не опускайте подбородок. Раз, два, три, не забывайте об осанке. Вас никто не пригласит на танец, если станете так косолапить», – каждое замечание учителя кололо иголками, вынуждая все чаще ошибаться.

Причем хуже всего было присутствие приемных родителей, заглянувших полюбоваться успехами дочери. И, собственно, обнаруживших, что любоваться особо нечем. Я старалась изо всех сил, но из-за волнения фигуры в голове путались, и голос учителя, также недовольного столь бездарной ученицей, становился все жестче и жестче.

Это было два с половиной года назад, но воспоминания ничуть не поблекли. Я даже помнила, как одуряюще пахло лилиями и как сильно у меня чесался нос, но леди не подобает сморкаться, и приходилось терпеть.

Я присела в очередном реверансе перед Саем. Грудь буквально раздирало от боли, обида не помещалась внутри и упиралась в ребра, но я широко улыбнулась блондину. А когда поднялась, музыка дрогнула и сменила ритм. Стала более порывистой, хлесткой, стремительной. Бард начинал играть одно и резко обрывал, смешивая совершенно разные мелодии.

Точно так же танцевала и я. Кидалась из стороны в сторону, падала и поднималась, словно пытаясь сорвать с себя старые цепи и освободиться. Сейчас я нарочно нарушала всевозможные правила, наверное, таких движений и вовсе не существовало. В какой-то момент я будто оказалась в трансе, не понимая, что и зачем делаю. Тело двигалось само, кружилось и немыслимо изгибалось, захлебываясь в беззвучном крике.

Из гипнотического состояния вывел восхищенный взгляд Сая. Меня буквально накрыло теплой волной, я задохнулась в исступленных эмоциях. И споткнулась.

Опьянение танцем схлынуло. Как я не пыталась внушить себе, будто прошлое ничего не значит, избавиться от него было не просто. Еще минуту назад я казалась себе грациозной и обворожительной, но теперь к ногам будто привязали гири.

Я замерла на месте, уставившись куда-то в стену. Повернуться к Саю оказалось выше моих сил, слишком хорошо представляла гримасу неудовольствия на его лице. Даже одобрительная улыбка казалась ненастоящей, ведь не могло на самом деле быть, чтобы неумелый танец произвел настолько сильное впечатление.

«Извини, но я все же поищу себе другую танцовщицу. Спасибо, что попыталась», – практически услышала полный разочарования голос.

– Лекси, это даже лучше, чем я ожидал! – Сай поднялся и встал напротив меня. – Танец вышел невероятно живым, ты удивительно тонко чувствуешь эмоции. Наш совместный номер произведет фурор.

– Ты… в самом деле так думаешь? – я во все глаза уставилась на блондина, все еще отказываясь верить, будто способна на что-то.

– Ну, дебют проходит по-разному, могут и помидорами закидать, – рассмеявшийся Сай вернул меня с небес на землю. – Но мы будем много тренироваться, и я прослежу, чтобы тебя приняли на ура. Или в крайнем случае, прикрою собой от помидоров.

– И с чего начнем подготовку? – чтобы не волноваться раньше времени, я попыталась вообще выкинуть мысли о выступлении из головы.

– С танцевального костюма, разумеется! – с готовностью выдал Сай. – У тебя красивые ножки, а девушки обычно выступают босиком. Увы, здешние полы слишком грубые, не хватало еще нахватать заноз.

– Как скажешь, – я было смутилась из-за комплимента (а особенно взгляда, который блондин кинул на обнаженные ноги), но менестрель быстро вернул разговор в деловое русло. – Только у меня денег на покупки нет.

– Я оплачу, – щедро кивнул Сай.

Собрались мы быстро. Не став тратить время и заново укладывать прическу, я стянула волосы в хвост, обулась и вслед за блондином вышла из номера.

– Заодно прогуляемся, устрою тебе экскурсию. Этрейск – очаровательное место, – менестрель галантно предложил мне руку. – А что расскажешь о своем городе?

– Скучное, унылое болото, – нахмурилась я. – Наш городок небольшой, все друг друга знают, ничего интересного практически никогда не происходит.

– Но ведь тебя учили танцевать, так что балы наверняка устраивали. А как еще развлекались? – Сай окинул меня хитрым взглядом.

– Ездили друг к другу в гости, охотились, мечтали о жизни в столице, – я передернула плечами.

Собственно, последним отец с матерью занимались больше всего. Родители не рассказывали мне, но по обрывкам разговоров я догадалась, что раньше они были приближены ко двору, а в Халивс их отправили за какой-то проступок, в наказание. И когда приходила почта, в глазах матери вспыхивала безумная надежда, вот только писем становилось все меньше, и надежда сменилась тоской.

– А как прошел твой первый бал? Вроде бы дебютанткам полагается развлечь приглашенных гостей. Ты пела или играла на рояле? – бард спросил это с такой уверенностью, будто вовсе не допускал мысли, что я могла скромно простоять у стенки.

Увы, последнее мне действительно не светило. Графская чета так долго мечтала о ребенке, что теперь жаждали похвастаться приобретенной дочерью, пусть даже она вышла не такой, как хотелось.

– Слушай, ты вообще-то обещал экскурсию, – не желая вдаваться в подробности, я предпочла сменить тему. – Или твое слово ничего не значит?

– А разве что-то мешает тебе смотреть по сторонам? – наверное, проще было поймать ветер, чем подловить Сая на слове. – Задавай вопросы обо всем, что интересует, и я приложу максимум усилий, чтобы полностью удовлетворить твое любопытство.

Фраза прозвучала бы достаточно банально, если бы не выразительный взгляд и томные нотки в последних словах. Щеки непроизвольно вспыхнули, и я поскорее завертела головой по сторонам, скрывая смущения.

Мы шли по довольно оживленной улице. Люди спешили кто куда, молодой парень продавал пирожки и леденцы на палочках. На рыночной площади и вовсе кипела жизнь. Какие-то торговцы постоянно выскакивали из лавок, зазывая посетителей, другим и без того хватало работы.

На минуту я позволила себе помечтать, как здорово было бы прогуляться здесь одной с полным кошелем золотых. Я смогла бы зайти в лавку готовых платьев и выбрать себе наряд, побаловать всякими приятными мелочами вроде гребней и лент. Потом обязательно приобрести духи и скупить целую корзинку сладостей…

– Ты ищешь конкретную лавку, или пойдем наобум? – кое-как вырвавшись из фантазии, где мне давали примерить золотые украшения, полюбопытствовала я.

– Здесь неподалеку мастерская одного портного. На первом этаже он принимает клиентов, на втором живет, – словоохотливо начал рассказывать бард. – Конечно, готового костюма не найдем, но Блисс сумеет пошить его красиво, а главное, быстро.

– Мы куда-то спешим? – помня, что до праздника остается целый месяц, я удивленно выгнула бровь.

– Жизнь менестреля непредсказуема и полна загадок. Никогда не знаешь, что готовит следующий день и даже час, – философски отозвался Сай. – Вполне возможно, что собираться придется быстро, да и ждать я не люблю.

– Хорошо, – мне собирать было вовсе нечего, так что я кивнула, принимая информацию к сведению.

Вскоре мы вышли к жилищу Блисса, и я в очередной раз удивленно хмыкнула. Двуэтажный дом выглядел довольно солидно, невольно заставляя задуматься: какую сумму потребует портной за свои услуги и сможет ли Сай заплатить?

Бард же невозмутимо переступил порог, потянув меня за собой. Мелодично зазвенел висящий на двери колокольчик, и в комнату выскочила девушка в светлом платье.

– Добрый день, господа. Что желаете? – лучезарно улыбнувшись, осведомилась она.

– И тебе добрый, красавица, – от ответной улыбки менестреля в комнате стало светлее. – А господин Блисс здесь?

Пока Сай вовсю флиртовал с девушкой, я специально отошла в сторону и начала осматриваться. На прилавке лежало множество рулонов ткани, на стенах висели готовые платья и рубашки. Взгляд сам собой зацепился за статуи, также наряженные в яркую одежду, со множеством ожерелий и браслетов. Еще на руках женских статуй висели разнообразные сумочки, а вот мужчины демонстрировали трости.

Чтобы показать как можно больше товара, вешалки крепились даже к потолку. Благодаря этому можно было выбрать ленты для волос и пояса для платьев.

– Пойдем, – Сай потянул меня за руку, отрывая от разглядывания крохотных кукол, сидящих на подоконнике.

Они вряд ли продавались и служили скорее для украшения, но я поймала себя на мысли, что ужасно хотела бы купить подобную игрушку.

Блисс оказался высоким худощавым мужчиной лет сорока с намечающейся лысиной и возбужденно блестевшими глазами.

– Так-так-так, мне сказали, у вас очень необычный и любопытный заказ, – от нетерпения он едва не потирал руки. – Скорее рассказывайте, что нужно делать!

– Нужен наряд южной танцовщицы, – Сай ткнул в меня пальцем. – Это должно быть что-то броское, вызывающее и нежное одновременно.

– Вызывающее и нежное одновременно. Довольно необычное сочетание, – Блисс цокнул языком. – Люблю сложные задачи!

– У меня есть одна задумка. Найдется бумага? Я набросаю эскиз.

Получив желаемое, менестрель стал быстро водить пером. И судя по тому, что улыбка пристроившегося за его плечом Блисса с каждым новым штрихом становилась все шире, идея в самом деле была стоящая.

– Элиза, душа моя, скорее иди сюда. Надо снять мерки с этой барышни, – на зов портного в мастерскую заглянула черноволосая девушка.

Проводив меня за ширму и дождавшись, пока я разденусь, Элиза шустро начала орудовать измерительной лентой, отмечая что-то в блокноте.

– Посмотрим, что у нас здесь! – откинув шторку, Блисс заглянул в примерочную. – Да-да, это будет идеально!

– Уверены? – оставаться в одиночестве Сай не пожелал и также поспешил сунуть любопытный нос за ширму.

Вот только если к вниманию портного я отнеслась понимающе, то щеголять перед менестрелем в одном белье вовсе не собиралась.

– Брысь! – схватив первое, что попалось под руку, я швырнула туфлей в Сая.

– Эй! Наставишь синяков – я играть не смогу. Как тогда выступать? – потирая ушибленное плечо, возмущенно воскликнул бард.

Правда, из примерочной все же убрался. Блисс попросил меня покрутиться на месте, зачем-то спросил о любимых цветах и отправился составлять компанию Саю.

Элизе понадобилось еще пятнадцать минут, и успокоилась девушка, лишь обмерив меня с головы до ног.

– Покажете, что придумали?

Сай и Блисс азартно спорили над эскизом, но при моем появлении тут же замолчали. Бард еще и накрыл листик рукой, будто боялся, что я могу подскочить и резко заглянуть через его плечо. Причем стоило заметить подозрительный блеск в глазах блондина, как жутко захотелось именно так и сделать!

– Обывателям неоконченный шедевр не показывают! – выпятив грудь, пафосно изрек Блисс.

– Так я не обыватель, я заказчик. Костюм ведь для меня шьется! – подозрение, что Сай задумал какой-то подвох, переросло в твердую уверенность. – И вообще, вдруг я тоже внесу свои коррективы?

– Лапуля, ты же понятия не имеешь, как костюм должен выглядеть. Ну какие коррективы? – бард уставился на меня, как на несмышленого ребенка. – К слову, тебе ведь нужна сменная одежда? Иди в общий зал, выбери что-то, а я закончу дела и расплачусь.

Не будь рядом Блисса, я бы не сдержалась и опять напомнила Саю, что не собираюсь отзываться на клички, но терять остатки гордости не хотелось.

– В таком случае, если мне что-то не понравится, сам его наденешь, – развернувшись, я с гордо поднятым подбородком вышла из примерочной.

В общем зале за это время появилось несколько клиентов. Мама с дочкой перебирали ткани, девчушка помоложе восхищенно разглядывала ленты.

– Вам что-то подсказать? – блондинка оказалась занята пожилой леди и ко мне подошла шатенка.

– Да, мне комплект сменной одежды, – попросила я. – Ну и по мелочи, носовых платков там…

Что-что, а подбирать прислугу Блисс отлично умел, и много времени девушке не понадобилось. Окинув меня профессиональным взглядом, шатенка принесла несколько костюмов, нижнее белье и прочие необходимые вещи. Даже без примерки видя, что размер и цвет прекрасно подойдут, я попросила сразу сложить покупки в пакет.

За это время как раз освободились Сай с Блиссом, причем последний вышел лично проводить менестреля.

– Еще раз восхищаюсь вашей фантазией. Безумно хочу увидеть, как же будет смотреться танец. Ваша очаровательная спутница непременно произведет фурор, – мне достался восхищенный взгляд.

– Я обязательно сообщу, когда состоится премьера, – Сай лучезарно улыбнулся. – Учитывая, что вы приложите руку к созданию костюма, точно имеете право занять место в первом ряду и оценить результат.

Ждать, пока они вдоволь наобмениваются комплиментами и заверят друг друга в безмерном уважении, пришлось еще около пятнадцати минут. И когда мы наконец покинули лавку, я не сдержала облегченного вздоха.

– Неужели устала? – это не укрылось от внимания Сая. – Мне казалось, все девушки обожают походы по лавкам.

– Я люблю делать покупки, но не вижу смысла в пустых разговорах, – я передернула плечами.

– Блисс очень тщеславен и любит внимание. Похвалив его, я выбил неплохую скидку, а еще упросил поскорее закончить костюм. Поскольку Блиссу самому жутко любопытно взглянуть, все будет готово к завтрашнему обеду, – довольно улыбнулся бард.

Доводы звучали вполне разумно, и я даже поверила, проникшись практичностью менестреля. Ровно до того момента, пока мы не зашли в следующие лавки за украшениями и косметикой. Здесь уже все необходимое Сай приобрел сразу же, но болтал с симпатичными торговками добрых полчаса, обсуждая всякие глупости вроде последних сплетен.

– Лекси, куда теперь? Вернемся в трактир или погуляем по городу? – покинув очередную лавку, жизнерадостно поинтересовался менестрель. – Здесь неподалеку продаются жутко вкусные пирожки. А еще есть прекрасная беседка с видом на храм.

«И как у тебя еще язык в узел не завязался?» – я вроде бы понимала, что профессия обязывает, но в ушах начало медленно звенеть.

– Лучше в трактир, – я устало переступила с ноги на ногу. – Посмотрю беседку в другой раз.

– Желание прекрасной леди – закон для меня. Позвольте верному рыцарю сопроводить вас к временному пристанищу, где вы сможете восстановить силы, – продолжая дурачиться, Сай опять предложил мне локоть.

Причем на этот раз я практически повисла на менестреле. Несмотря на то что до темноты оставалось еще несколько часов, день выдался до того суматошным и нервным, что мне уже не хотелось совершенно ничего. Только бы растянуться на кровати и провалиться в глубокий сон.

К моему безмерному облегчению, Сай не стал предлагать начать репетицию. Вместо этого блондин не только заказал мне номер по соседству со своим, но и договорился о ванне.

Быстро искупавшись в бочке и переодевшись в купленную ночную рубашку, я забралась в постель и почти сразу отрубилась.

Утром меня разбудил шум в коридоре. В первый момент я не сразу поняла, где именно нахожусь, и всерьез забеспокоилась, что могло настолько взбудоражить горничных, чтобы они так громко топали, вдобавок споря мужскими голосами. Потом вспомнила, что дом остался далеко позади, а постояльцы трактира и не обязаны передвигаться тихо, оберегая сон остальных посетителей.

Потянувшись, я поднялась, побрызгала в лицо водой, окончательно прогоняя остатки сна. Разобрав немногочисленные вещи, задумалась над тем, что надеть. Поскольку мне предстояло занятие, выбор пал на желтую блузку со строгим воротничком и светлую юбку. Уложив волосы в тугой пучок, я спустилась на первый этаж.

Судя по всему, Сай уже давно проснулся. По крайней мере его тарелка была пуста, и мужчина о чем-то оживленно болтал с присевшей рядом служанкой. Впрочем, заметив меня, приглашающе махнул рукой.

– Доброе утро, – служанка быстро встала, уступив мне место, но одарила таким взглядом, что захотелось сесть за другой стол, а еще лучше, вообще уйти в другой трактир!

– Тебе что, кошмар приснился? – нахмурился Сай.

– Да нет, – я задумалась, вспоминая, снилось ли мне хоть что-то? – Наоборот, я отлично отдохнула и полна сил. Могу хоть сейчас приступить к репетициям.

– По тебе не скажешь. Выглядишь ужасно! – ничуть не стесняясь, безапелляционно заявил менестрель и, пока я сидела с отвисшей челюстью, соображая, как реагировать на такой «комплимент», невозмутимо продолжил: – Лекси, ты собралась идти компаньонкой наниматься? Тебе для полноты образа только очков и чепчика не хватает!

– Да что не так-то? – я наконец выпала из транса и машинально коснулась макушки, проверяя, не выбились ли пряди. – Дома я часто так одевалась. И вчера ты ничего не сказал.

– Вот! Ключевое слово – дома! – Сай сделал паузу, подняв вверх указательный палец. – Твой склеп остался далеко, так что выбирайся поближе к людям и солнцу. Эту скучную блузку надо пустить на тряпки! Неужели ты вчера не купила ни одной яркой ленты? У тебя красивые волосы, вот только догадаться об этом невозможно.

Я прерывисто вздохнула. Из-за резкой отповеди вспыхнуло лицо, на глаза навернулись слезы. И вроде бы мне доводилось слышать вещи гораздо хуже, внутри все равно заворочалась обида.

«Интересно, а можно ли вообще привыкнуть к замечаниям?» – мелькнула непрошенная мысль.

– Ладно, я сам займусь твоим гардеробом. Все равно костюм забирать, заодно и что-то более подходящее присмотрю. Симпатичная же девушка, только попробуй догадайся об этом. Нет, правильно Блисс тебе не разрешил на эскиз взглянуть, представляю, что бы ты насоветовала, – продолжал разоряться Сай. – Лекси, ты все поняла? Тебе нужно танцевать и разбивать сердца, а не наводить печаль и уныние!

– Ты правда считаешь меня симпатичной? – вопрос сорвался с губ раньше, чем я успела его поймать, и щеки тут же окрасил румянец. – То есть, да, поняла, ты платишь, тебе виднее.

– Тяжелый случай. Выходит, из всего сказанного ты только это и услышала? – Сай взлохматил себе волосы. – А в зеркало давно смотрела? Разумеется, ты симпатичная, даже очень! Иначе стал бы я предлагать тебе выступить?

Ждать, пока я соберу мысли в кучу и определюсь с ответом, блондин не стал. Вместо этого заявил, что репетировать без костюма нельзя, а посему он отлучится по делам, а я могу делать, что хочу.

– Но, если решишь гулять по городу без меня и потеряешься, искать не буду, – усмехнувшись, припугнул Сай.

– Вот еще! Да я прекрасно ориентируюсь, – я оскорблено фыркнула, но доказывать это на практике не рискнула.

Вместо этого вернулась в комнату и вот уже пять минут тщательно разглядывала собственное отражение, пытаясь понять, насколько сильно Сай погрешил против истины.

С одной стороны, я уже успела заметить, что блондин способен трепаться о чем угодно и с легкостью сыплет комплиментами налево и направо. С другой – мне то зачем врать? Выступать я уже согласилась, о какой-либо симпатии речь не идет.

Не сказать, чтобы я была недовольна своей внешностью. Правда, волосы могли бы быть не только длинными, а завиваться в красивые локоны, да и русому оттенку не хватало блеска. Опять же, ресницы могли быть объемнее, а серо-голубые глаза были у каждой второй девушки. Хотя черты лица у меня были правильными, вполне возможно, что в моих венах и текла капля крови аристократа, да и на фигуру я не жаловалась.

«В общем, достаточно милая, но не способная сражать мужчин одним своим появлением», – резюмировала я в итоге.

Удочерившая же меня графиня слыла настоящей красавицей. Непревзойденная кокетка, в молодости она разбила немало сердец и, навестив приют, искала девочку, хоть отдаленно похожую на себя.

Собственно, графиня однажды проговорилась, обмолвившись, что ее покорили мои кудри и длиннющие ресницы. Женщина загорелась идеей наряжать и показывать всем знакомым столь очаровательную малышку. Вот только спустя пару месяцев после удочерения я сильно заболела, и локоны пришлось обрезать. Волосы отросли, но виться уже не стали. Так что Сай хоть и кривил душой, его слова все равно разлились теплом внутри.

Конечно, за всю свою бытность графской дочкой я каких только комплиментов не наслушалась, вот только ни один из них не был искренним. Меня хвалили, потому что так было принято, потому что мои приемные родители ожидали это услышать, но я понятия не имела, что представляю из себя без приклеенных ярлыков.

За размышлениями незаметно пролетело время. Сияющий Сай, нагруженный многочисленными свертками, ввалился в комнату без стука.

– Ну вот, наконец-то я готов сделать из тебя человека, – сгрузив пакеты на кровать, торжественно объявил он.

– А постучать? Вдруг я была не одета?! – ужасно хотелось тут же посмотреть свертки, но я заставила себя сердито нахмуриться.

– Так было бы даже лучше, – бард даже бровью не повел, но заметив мои округлившиеся глаза, все же продолжил фразу: – Ну, не пришлось бы тратить время на переодевание. Опять же, мы ведь напарники, можно сказать, семья.

– То есть, я тоже могу ввалиться к тебе в любой момент? Даже когда станешь купаться? – кое-как справившись с шоком, провокационно уточнила я.

– Лапуля, тебе я рад всегда. Заодно и спину потрешь. А при желании в ванной и вдвоем поместиться можно, – окинув меня пылким взглядом, мурлыкнул Сай.

Спорить резко расхотелось. Чувствуя, как пылает лицо, я в который раз поклялась себе не вступать в словесные перепалки с бардом.

– Так что, тебе сказать, во сколько я собираюсь освежиться? – буднично уточнил блондин.

– А может быть, все же начнем репетировать? – судорожно перебрав в голове варианты ответа и не сочинив ничего подходящего, я предпочла просто сменить тему.

– Я именно для этого и пришел, но кто-то начал мечтать о совместной ванне, – наблюдая, как у меня краснеют щеки, Сай рассмеялся и шагнул к кровати. – Вот твой костюм.

– Ага.

Я поскорее достала вещи из протянутого свертка. И ощутила, как челюсть медленно падает вниз. На всякий случай даже перевернула пакет и потрусила, но недостающие элементы одежды оттуда не выпали.

– Нравится? Блисс был ужасно доволен и не может дождаться выступления, – кажется, Сай прекрасно понял мои эмоции, но все равно не упустил возможности добить.

– Я это не надену! – впихнув одежду ему, решительно заявила я. – В каком свертке настоящий костюм?

– Это он и есть, – улыбка Сая стала еще более довольной. – Лекси, да ты примерь, надо же убедиться, что все сидит как надо!

– Нет! – я скрестила руки на груди, и вещи, которые блондин перебросил мне, упали на пол. – Мы договаривались, что я станцую танец, но никак не стану разгуливать практически обнаженная!

– Все правильно, это традиционный костюм. Нет, на юге есть несколько танцев, где девушка действительно танцует голая, скрываясь только за покрывалами, которые постепенно отбрасывает, но с таким заданием ты точно не справишься, – развел руками Сай. – Так что хватит капризничать, переодевайся, и начнем. Если не успеешь за десять минут, я сам тебе помогу.

С этими словами вредный бард взял и вышел из комнаты, оставив меня кипеть от злости наедине с валявшимися на полу вещами.

Первым порывом было поддаться возмущению и все десять минут демонстративно просидеть на стуле, но здравый смысл подсказывал, что Сай не бросал слов на ветер и сдержит обещание. А хуже необходимости «раздеваться» в костюм было только сделать это в присутствии мужчины.

Тяжело вздохнув, я все же подняла с пола короткий, расшитый множеством бусин шелковый топик с короткими и совершенно прозрачными рукавами. Такая же прозрачная, лишь создающая видимость одежды, оборка шла по низу ткани. Надев топ, я тут же вновь накинула рубашку на плечи. Этого-то Сай не запрещал!

Со штанами дело обстояло несколько лучше. Пошитые из более плотной ткани, они были просторными, зауживаясь на щиколотках, на бедрах же Блисс пришил кучу монеток. Смущало меня лишь то обстоятельство, что леди не полагалось носить брюк, да и цвет костюма нельзя было назвать стандартным. Молодым девушкам полагалось носить пастельные тона, циркачи отдавали предпочтения ярким нарядам, Сай же невесть с чего заказал мне черную одежду. Правда, в ткани оказались золотые нити, но ассоциации с траурным нарядом все равно упрямо лезли в голову.

– Готова? – на этот раз Сай все же постучал.

– Нет!

Примерно представляя, что именно увижу, к зеркалу я даже не поворачивалась. Напротив, на полном серьезе задумалась о том, не залезть ли под кровать.

– Значит, вхожу, – блондин распахнул дверь и восхищенно присвистнул. –

Смотрится даже лучше, чем я предполагал. Хотя чего-то не хватает.

– Ну и зачем спрашивал-то? – настроение, выросшее в гору после полученных комплиментов, опять покатилось вниз. – Все равно ведь вошел, тебя мое мнение вообще волнует?

– У тебя было время морально настроиться. Я вот, услышав чужой голос за дверью, прекрасно успеваю не только схватить одежду, но и вылезти в окно, – нагло открывая тумбочку и вытаскивая браслеты, залихватски усмехнулся Сай. – Садись. И глаза закрой.

– Что ты еще собираешься делать? – чувствуя себя жалкой и смешной, я махнула на все рукой, позволив удалить себя за стул у зеркала.

– Превращу тебя из чопорной и строгой Алексы в неподражаемую и обворожительную Лекси, – к щеке прикоснулось что-то холодное.

Вздрогнув, я едва не слетела со стула, лишь спустя мгновение сообразив, что это кисточка для макияжа.

Продолжая упорно болтать, Сай деловито наносил пудру, тени, румяна и помаду. Причем действовал с такой ловкостью, что я перестала смущаться фактом, что меня красит мужчина, и задумалась над тем, где он так научился.

После макияжа пришел черед прически. Успев морально настроиться, что Сай потратит еще час, сооружая что-то сложно-изысканное, я не сдержала удивления, когда он лишь вытащил заколки и вспушил волосы.

– Ну что, готова увидеть свое новое отражение? – провокационно уточнил он. – Учти, этот образ станет твоим лицом на ближайший месяц, и отрицательные впечатления не принимаются.

– А у меня есть выбор? – до этих слов я вроде бы не слишком переживала, но теперь нервный смешок вырвался сам собой.

Невольно я вцепилась в сиденье стула, опасаясь обернуться к зеркалу. А ну как Сай превратил меня в девицу легкого поведения? После практически не скрывающего ничего костюма я бы не удивилась и такому.

– Выбор есть всегда! Ты можешь сказать, что выглядишь красиво, изумительно, очаровательно, а я настоящий волшебник, профессионал своего дела с золотыми руками! – с чувством продекламировал блондин.

А потом взял и коварно развернул меня к зеркалу вместе со стулом.

Я глянула на отражение и ахнула. Оттуда на меня смотрела незнакомка. Красивая, чувственная, дерзкая. Тени придали глазам яркости и глубины, стрелки сделали взгляд более завораживающим и темным. Вот в таких глазах действительно можно было утонуть! Да я сама готова была в себя влюбиться! Сай также выделил скулы, сделал нос более ровным. Губы стали более пухлыми и красными. Волосы непокорной волной рассыпались по спине, обрамили лицо.

Встав со стула, я продолжила жадно рассматривать отражение. Даже костюм уже не хотелось ругать. Исчезло ощущение раздетости, я выглядела соблазнительно. Вырез на кофточке подчеркивал грудь и удивительно тонкую талию. Да и ноги смотрелись довольно неплохо.

При каждом движении браслеты на руках и ногах мелодично звенели, а стоило шагнуть ближе к окну, как заблестели монетки. Да и костюм благодаря золотистым нитям словно излучал сияние, вернее, казалось, что свечение исходит от меня.

– За ночь с такой девушкой я бы заплатил и все сто золотых, – шагнув ближе, шепнул Сай.

– Я не собираюсь торговать собой! – щеки мгновенно вспыхнули, и сквозь облик роковой красавицы наконец-то проступили мои черты.

– Ну наконец то! А то уже не знал, как растормошить тебя. Прилипла к зеркалу, как заколдованная, – всплеснул руками блондин.

– Ты мог бы просто меня окликнуть, – сообразив, что Сай в очередной раз пошутил, я облегченно вздохнула, но кончики пальцев продолжили дрожать.

– Мог, но это было бы не так интересно, – отпираться бард даже не подумал. – К тому же румянец тебе идет. Хоть начинаешь выглядеть, как живая девушка, а не фарфоровая кукла.

– А чем так плохи куклы? Я вот своих обожала, – к щекам прибавились и пылающие уши, но я все равно рискнула задать вопрос и теперь не сводила взгляда с Сая.

– А что хорошего в ледяной и совершенно бесчувственной спутнице? – менестрель уставился на меня, как на несмышленого ребенка. – Излучаемая девушкой энергия, ее эмоции, свет, окрыляют и радуют. За ними интересно наблюдать, и их хочется разгадать. Что взять с той, которая отгородилась от всех вокруг?

«Что взять с меня? Зачем ты вообще затеял этот цирк?» – проскользнула непрошенная мысль.

От недавнего воодушевления не осталось и следа. Я бросила беглый взгляд в зеркало, но вызывающий макияж и необычный наряд больше не приносили удовольствия: за яркой маской прекрасно проглядывала прежняя я. Восемнадцатилетняя, жутко трусящая девчонка. Без гроша в кармане, без знакомых и без каких-либо мыслей, что вообще дальше делать в жизни.

– Но хватит болтать, давай начнем занятие, – уловив мое смятение, нарочито бодро воскликнул Сай.

– Уверен? – я обхватила себя руками за плечи.

– А ты предлагаешь подождать обеда? Так после еды нагрузки запрещены, пока отдохнешь, ужин наступит. Эдак мы вовсе за сегодня ничего полезного не сделаем, – блондин одарил меня укоризненным взглядом и, посчитав, что этого не хватит для устрашения ленивой ученицы, еще и погрозил пальцем. – Живо за работу!

– Ты уверен, что хочешь тратить время именно на меня? Сай, ты ведь по-прежнему не объяснил, почему не нанял профессиональную танцовщицу, – глядя ему в глаза, твердо произнесла я.

– Считай, муза нашептала. А она, как всякая капризная девушка, не дает прямых ответов и посылает лишь намеки, – увы, достучаться до барда и заставить переключиться на серьезный лад было чем-то из ряда вон выходящим. – Я показываю движение, ты его повторяешь. Поняла?

– Чего уж тут непонятного, – я хмуро кивнула.

– В таком случае, разомнемся. Расслабь мышцы шеи, а потом резко качни головой влево и вправо. Руки сложи вместе и подними над головой. Все движения должны быть плавными и медленными, но одновременно ритмичными и четкими, – голос Сая лился подобно музыке, и сам он двигался удивительно грациозно.

Я попыталась повторить и тут же скривилась. Отражение ясно давало понять, что до танцовщицы мне как до луны. И вроде бы ничего сложного блондин от меня не требовал, но я все равно нервничала и не могла расслабиться, из-за чего движения выходили зажатыми и резкими.

– А теперь качни тазом, ты словно выписываешь восьмерку. Вперед-назад, вперед-назад. Попробуй волну, – как будто не замечая моих ошибок, невозмутимо продолжил руководить Сай.

Сейчас мужчина не смеялся и выглядел полностью сосредоточенным, но от этого становилось только хуже. По крайней мере я понимала, что менестрель находился в отличном настроении, а кто знает, о чем думает теперь? Вдруг как раз костерит собственную музу и прикидывает, как бы повежливее указать на дверь?!

– Алекса, у тебя все получится, не переживай так, – в тот самый момент, когда я уже хотела остановиться, негромко произнес менестрель.

Не знаю, что именно сыграло большую роль: то, что Сай использовал полное имя, а не выдуманное прозвище, или его ободряющая улыбка, – но ко мне словно прикоснулся теплый солнечный луч.

Беспокойство куда-то отошло, внутри разлилась уверенность, страхи показались неуместными и глупыми. В самом деле, Сай ведь сам меня выбрал, я не напрашивалась, к тому же пробный экзамен он уже устраивал, и мой танец ему вполне понравился. В общем, почему бы не позволить себе и дальше плыть по течению, перестав цепляться за попадающиеся ветки и кусты?

Я глубоко вздохнула, улыбнулась уголками губ, а потом резко закружилась на месте. Восьмерка бедрами, поворот всем телом, волна руками. Я танцевала по наитию, повторяя те движения, которые успел показать Сай, и дополняя танец придуманными, позаимствованными из других танцев. Судя довольному блеску в глазах блондина, выходило очень даже неплохо. Подхватив гитару, он все быстрее касался струн, и зажигательная мелодия звала за собой. Манила кружиться и соблазнительно изгибаться, подталкивала водить плечами и почти касаться Сая кончиками пальцев.

– Стоп, – когда я, разыгравшись и окончательно потеряв голову, попыталась набросить на мужчину шаль, скомандовал он.

Честно признаться, первым порывом было обидеться. Музыка зажгла внутри огонь, и теперь кипящее по венам пламя буквально толкало на безумство, пытаясь вырваться на свободу. Да и потом, у меня только-только начало получаться, и вот теперь взять и бросить тренировку?!

В голове мелькнула соблазнительная картинка, как я, все-таки набросив на Сая шаль, дергаю к себе, приглашая-вынуждая продолжить танец вместе со мной. Кружусь уже вокруг него, якобы случайно касаюсь то бедром, то плечом, падаю к его ногам, позволяя оценить вырез декольте, и вновь взвиваюсь подобно смерчу.

А потом я внимательно взглянула на лицо Сая. На то, как потемнели его глаза, как запульсировала жилка на виске, как учащенно забилось сердце. И наваждение схлынуло так же стремительно.

– На сегодня все? – подавив порыв прижать руки к пылающим щекам (да что со мной творится-то?!), как можно невозмутимее уточнила я.

– Какое прекращать?! Мы же только начали. Вот до чего ленивые ученицы пошли, все норовят сбежать поскорее! – Сай моргнул, гася плавающие в глазах искры, и шутливо замахнулся на меня шалью. – Работаем, солнце еще высоко!

– А что делать-то? – шаль я поймала и нерешительно переступила с ноги на ногу. – Зачем ты меня остановил?

– Начнем репетировать номер. Идея заключается в следующем. Представь путника, который идет по пустыне. Это его испытание. Если он хочет добиться исполнения желания, ему нельзя сворачивать с пути и следует идти только прямо. Ослепительно белый песок, обжигающее солнце. Он уже выбился из сил, но впереди ни намека на поселение, даже намека на тень, чтобы укрыться от жары. И тут он видит змею. Черную, блестящую и очень красивую. Дергается в сторону, кидает взгляд за спину и видит удивительной красоты девушку, – увлеченно начал рассказывать Сай. – Мужчина окликает девушку, но незнакомка не произносит ни слова, вместо этого начинает танцевать. Это настолько завораживает, что путник забывает обо всех запретах и, как заколдованный, шагает к ней. Счастливо улыбаясь, распахивает объятия и…

– Девушка целует его? – не выдержав томительной паузы, поторопила я.

– Девушка кусает его, – мрачно окончил менестрель. – Видение пропадает, и путник оказывается опутан огромной черной змеей. Конец.

– Красиво, но очень грустно. А еще учит тому, что нельзя верить соблазнительной картинке и позволять иллюзиям одурманить себя. Только вот как мы поставим такой номер?! – запоздало сообразив, что рассказывал Сай вовсе не сказку, опешила я. – Вместо песка еще можно использовать ковер, а кто будет изображать путника? И я боюсь змей!

– Лекси, ты сама непосредственность, – Сай весело рассмеялся. – Обойдемся без реквизита, мы ведь не театр. Все, что нужно для выступления, уже здесь. Я сыграю эту историю, а ты станцуешь. И не говори, будто не ощутила ее!

Я открыла было рот, но сообразила, что блондин прав. Когда он рассказывал, я ведь словно услышала змеиное шипение, залюбовалась блеском чешуи и захлебнулась восторгом, в который резко добавился яд разочарования и обиды. А под конец – довольное торжество змеи, получившей очередную добычу.

– К слову, я попросил трактирщика объявить, что завтра посетителей ждет что-то очень необычное, – от удовольствия Сай даже глаза прищурил, точь-в-точь объевшийся сметаны кот.

– Как завтра? Я ведь не успею ничего выучить! – увы, я его предвкушения вовсе не разделяла.

– Так целая ночь впереди, – лукаво подмигнув, блондин поудобнее перехватил гитару. – Начинаем с того, что ты словно наблюдаешь за кем-то и медленно, давая возможность рассмотреть себя, начинаешь танец.

Вопреки моим страхам, репетировать пришлось всего-то до полуночи. Вообще, мы делали перерыв на ужин, и Сай предлагал разойтись отдыхать, продолжив утром с новыми силами, но я неожиданно уперлась.

Придуманная менестрелем история увлекла с головой, танец будоражил и вызывал дрожь. И мне не терпелось закончить номер, полностью прожить его, лечь спать на половине пути казалось неправильным. В итоге вымоталась я жутко, зато засыпала с довольной улыбкой на губах.

Увы, к утру меня поджидало разочарование. Когда я, на скорую руку умывшись и перекусив, потащила Сая продолжать репетировать, оказалось, что за ночь часть движений благополучно выветрилась из головы. Но зато оставшаяся крепко уложилась, еще и кое-что новое придумалось.

Время до обеда пролетело совершенно незаметно. Собственно, я вовсе обошлась бы без еды – от волнения немного тошнило, да и жалко было тратить драгоценные минуты на прием пищи, – но Сай оказался неумолим. Мол, не хватало только, чтобы я грохнулась в голодный обморок или, и того хуже, вместо воображаемого спутника жадно впилась в отобранный у кого-то кусок мяса.

Нарисованная картинка оказалась настолько яркой, что я рассмеялась и перестала тревожиться.

– Лекси, у тебя все просто отлично выходит. Признавайся, ты в детстве сбежала из дома и путешествовала с циркачами? – намазывая масло на хлеб, весело полюбопытствовал менестрель.

– Нет, ничего такого, – я покачала головой, не став добавлять, что в приют вовсе никогда не заезжали циркачи.

Нас воспитывали строго, считая, будто развлечения развращают душу, зато наказывали много и охотно. Когда графиня из всех детей выбрала именно меня, я прыгала от счастья едва не до потолка.

Это ведь значило, что меня больше не станут бить палками и лишать ужина, у меня появятся красивые платья, а еще мама и папа станут любить меня и никогда не бросят.

«Что ж, по крайней мере, сбылась половина моих желаний».

Я мучилась из-за того, что оказалась недостойной своей приемной семьи, когда любая другая девушка с радостью поменялась бы со мной местами, и плевать ей на все оскорбления и упреки. От слов ведь синяков не остается и живот не сводит от голода.

– Представляю, какой фурор ты производила на балах. Твоя бальная карточка точно была расписана до последней строчки. Такая грация, такое очарование, любой был счастлив станцевать с тобой, – продолжал рассыпаться в комплиментах Сай. – А что на счет голоса? Ты наверняка ангельски поешь, верно?

Менестрель увлеченно орудовал столовыми приборами и спрашивал вроде как просто для поддержания разговора, но слишком уж пронзительно косился на меня.

– Вообще-то ты сам настаивал на обеде. А теперь не даешь даже кусочка попробовать, – я демонстративно откусила сразу половину котлеты и заработала челюстями.

Говорить с набитым ртом правилами этикета запрещалось, так что я надеялась, Сай поймет намек.

– Все правильно, а приятная беседа способствует хорошему пищеварению.

Даже откусывая мясо с косточки, блондин умудрялся выглядеть элегантно. А еще явно не собирался оставлять меня в покое.

– Так что с песнями? Какая твоя любимая?

«Чтоб у тебя зубы застряли», – понимая, что в меня блондин «вгрызся» гораздо серьезнее, в сердцах пожелала я.

– Ее нет, – я попробовала сменить тактику, отвечая как можно более холодно и сухо.

Сай же должен обладать идеальным слухом, авось поймет намек.

– Какую песню ты спела самой первой? Вернее, какая запомнилась больше всего? – увы, блондин пер к цели подобно барану, начисто игнорируя намеки.

А светскую беседу так просто не прервешь, нужен веский повод, чтобы проигнорировать собеседника, иначе невоспитанным сочтут как раз тебя. И плевать, что каждый вопрос вонзается иголкой в сердце, не скажешь же, что такие расспросы мне неприятны. Хотя с другой стороны…

– Сай, это допрос? – я холодно уставилась на мужчину в ответ. – Если тебе так нужна информация, будь добр, объясни зачем.

– Обычное любопытство. Если не хочешь говорить на эту тему, давай сменим ее, – бард обезоруживающе улыбнулся. – А вообще, Лекси, нельзя быть такой грубой. Всех кавалеров распугаешь!

– Пока кавалер куда больше напоминает тюремщика, – я промокнула губы салфеткой и бросила ее в пустую тарелку, намереваясь встать и вернуться в комнату.

– Не хмурься, морщины появятся, – из своей Сай быстро сделал птичку и кинул в меня.

Я запоздало дернулась, и бумажный голубь в результате приземлился на макушку, запутавшись в волосах. Менестрель терпеливо дождался, пока я со сдавленным шипением выпутаю «украшение», и лишь потом продолжил:

– А с симпатичной девушкой хочется говорить о чем угодно. Главное, подольше насладиться ее обществом. Хочешь, подискуссируем на тему преимуществ и недостатков кадено-магической амальгамы Tetero Prosperum, а также рациональности ее использования в сингулярном контуре.?

– М-м-м… Ты, вообще, о чем? – я попыталась прокрутить в голове фразу, но сбилась уже на втором непонятном слове.

– Если ты продолжишь смотреть на меня с таким восторгом, непременно объясню. Кавалерам нравится чувствовать себя умными и сильными, – Сай гордо выпятил грудь.

– Как-нибудь в другой раз, – я все же поднялась, но теперь едва сдерживая не обиду, а смех.

Все же сердиться на блондина долгое время было поразительно невозможно. И как у него только так получалось? Одна светлая улыбка, один теплый взгляд – и на душе становилось удивительно легко.

Долго побыть в одиночестве не удалось. Сай дал мне ровно полчаса на отдых, а потом пришел помогать собираться к выступлению. Попытки убедить его, что я прекрасно способна справиться сама, результата не дали. Блондин заявил, что в таком случае перед зрителями предстанет не опасная гадюка, а блеклый уж, чего он допустить никак не может.

На макияж и прическу ушло около трех часов. Сай болтал без умолку, правда, на этот раз не сыпал непонятными терминами, а вспоминал разные походные байки. Причем блондин рассчитал все буквально до последней минуты, оставив мне ровно столько времени, чтобы хватило на переодевание. А вот в очередной раз предаться панике и забиться в шкаф, категорически отказавшись оттуда выходить, я уже никак не успевала.

– Лекси, да не бойся ты так, все пройдет отлично, – пока мы шли по коридору, напутствовал Сай. – А выпученные от ужаса глаза тебе совсем не идут.

– С чего ты взял, будто мне страшно? Напротив, я спокойна, как удав, – чтобы посетители не увидели костюма раньше времени, менестрель накинул на меня плотную шаль.

– А зубами стучишь просто так? Или ты таким образом будешь себе подыгрывать? К слову, использовать собственные челюсти в качестве музыкального инструмента еще никому не приходило в голову, ты произведешь фурор, – блондин неподдельно задумался, явно прикидывая, как бы усложнить наш номер.

Я же сосредоточилась на себе, пытаясь понять, как это умудрилась щелкать челюстями и не заметить этого. То, что Сай в очередной раз пошутил, сообразила, когда мужчина буквально втолкнул меня в зал, еще и наиграв пару аккордов при этом!

– Дамы и господа! Рад приветствовать вас в этот великолепный и чудесный во всех отношениях вечер. А в том, что он будет великолепным, нет никаких оснований сомневаться, ведь его с вами проведу я, непревзойденный Сай, – блондин вышел вперед и раскланялся, послав в зал несколько воздушных поцелуев. – И даю слово, что этот вечер вы запомните надолго!

Служанка при этом дернулась, явно пытаясь поймать воздушный поцелуй, но тычок недовольного трактирщика заставил ее спохватиться и вернуться к работе.

– Это будет не просто выступление. Мы с вами перенесемся в пустыню, своими глазами увидим легенду и прикоснемся к прошлому, – продолжал заводить толпу блондин. – Не забудьте наполнить свои кружки: в песках будет жарко.

Из-за плотной шали посетителей я видела словно в дымке. Фигуры еще могла различить, а вот лица сливались. Впрочем, это было даже к лучшему, проще было абстрагироваться и представить, будто вокруг действительно пустыня.

Садиться Сай не пожелал, хоть служанка услужливо выдвинула ему стул, вместо этого отправился между стоящих столов.

Проигрыш у песни был длинный, и теперь блондин легко касался струн, благодаря чему по залу разливалась легкая мелодия. Она манила за собой, окутывала прозрачной вуалью и обещала приятный отдых в оазисе в тени деревьев. А еще я готова была поклясться, что ощутила журчание воды, прикосновение прохладного ветерка и запах фруктов.

Не успела я задуматься о том, мог ли Сай попросить трактирщика купить фрукты, как менестрель сильнее ударил по струнам, и мелодия сменилась.

Это было начало куплета и знак для меня. Сев прямо на стойку (хозяин скорчил гримасу, но сгонять наглого барда полотенцем не стал), Сай начал петь о путнике, дерзнувшем кинуть вызов духам пустыни и пересечь ее в погоне за несметными сокровищами.

По-прежнему не снимая шали, я медленно двинулась вперед. Мои движения были медленными и скользящими, я словно и не шла, а парила в воздухе. Негромко звенящие браслеты и монетки удивительно вплетались в игру блондина, и вроде бы точно так же проходила репетиция, но только сейчас я ощутила, что мы действуем в такт, дополняя и подхватывая друг друга, будто две половинки одного целого.

Мелодия взлетела вверх, и тут же я сбросила шаль. Закружилась в водовороте движений. Я изгибалась, кружилась волной и улыбалась. Страх окончательно исчез, я уже не думала о том, что могу забыть движения, и горела каждым движением.

– Браво! – взгляд Блисса заставил меня споткнуться.

Признаться, я вовсе забыла про него и, не увидев портного в центре, решила, будто он не пожелал тратить свое время на танцы. Но, оказывается, мужчина все же пришел. И сейчас он вскочил из-за углового стола, придвигаясь максимально близко.

Я совсем по-змеиному зашипела, не одобряя такого вмешательства, но Блисс к счастью замер и больше никак не мешал.

Наконец, песня подошла к концу. «Атаковав» свою жертву, я обвела посетителей удовлетворенным взглядом, облизнула губы и опустилась на пол, прикрыв глаза.

Несколько ударов сердца стояла тишина, а потом зал буквально взорвался аплодисментами и восторженными криками.

Девушки предсказуемо нахваливали мастерство Сая, а вот мужчины наперебой начали осыпать комплиментами… меня.

И вроде бы бард предупреждал о подобном, но я все равно растерялась. Подобрав шаль, поскорее юркнула к нему за спину.

– Молодец, теперь отдыхай, – обняв меня, блондин кивнул на табурет возле трактирной стойки.

– А следующая песня будет о славном и отважном рыцаре, не знавшем ни одного поражения! – объявил он.

– Тоже с танцем? – поспешил уточнить сидевший впереди купец, успевший прикончить уже третью кружку пива.

– Нет, но скучать вам не придется.

Нарочно не делая паузы, Сай сразу же заиграл. Эта песенка оказалось веселой, и хохочущие посетители быстро забыли обо мне. Разве что Блисс так и не сел на свое место, периодически бросая на меня жадные взгляды.

После горе-рыцаря была песня о капитане корабля, потом баллада о сражении, несколько романтичных песен, снова веселые частушки. На месте Сая я бы давно охрипла, но бард по-прежнему лучился энергией, умудряясь даже флиртовать с посетительницами. Наконец, выступление подошло к концу.

Блондин раскланялся, поблагодарил всех за внимание, заверил в вечной любви и шагнул к стойке.

– Хозяин, ужин и бутылку вина в номер. Будем праздновать дебют, – последнее вместе с лукавым подмигиванием адресовалось уже мне.

Я обрадовано улыбнулась. Несмотря на упоение от удачного выступления, мне хотелось вернуться в комнату. Смыть макияж, развалиться на кровати и перестать ощущать чужие взгляды.

– Сай, она само совершенство! Просто великолепно. Мой костюм, этот номер, это шедевр! – слов шагнувшему навстречу Блиссу явно не хватало, и он бурно жестикулировал руками.

– Да, Лекси настоящий бриллиант. Уверен, скоро все будут готовы платить огромные деньги, чтобы увидеть ее танец, – скромно предположил бард.

– Я готов хоть сейчас! Пойдем! – подхватив блондина под руку, портной едва не силой поволок его за столик. – Трактирщик, еще вина!

Вот когда я пожалела, что, в отличие от настоящей кобры, не обладаю ядовитыми клыками. Сейчас бы как цапнула Блисса, и пошли бы с Саем отдыхать! А теперь сиди, жди и думай, о чем же они говорят таком важном.

А что разговор именно важный, сомневаться не приходилось, слишком уж оживленно-взволнованным выглядел Блисс. Махал руками, краснел, прикладывался к стакану с вином и все чаще поглядывал в мою сторону. Зато Сай выглядел совершенно невозмутимым, и по его лицу нельзя было прочитать ни единой эмоции.

«Может, просит подкинуть ему еще идей для пошива костюма?» – попыталась угадать я.

Между тем мужчины явно договорились до чего-то и пожали друг другу руки, после чего развернулись ко мне. Я сглотнула. Отчего-то по спине побежал холодок, внутри заворочалось предчувствие чего-то нехорошего.

– Лекси, у меня для тебя отличная новость, – широко улыбнувшись, объявил Сай. – Блисс настолько сильно восхищен твоим танцем, что в благодарность приглашает на ужин.

– Спасибо, но я не голодная, – попыталась отказаться я, но при упоминании еды желудок жалобно заурчал, выдав меня с головой.

– Лекси, да не смущайся ты так. Вы с Блиссом прекрасно проведете время, а потом он проводит тебя обратно, – с этими словами блондин начал подталкивать меня к мужчине.

– А ты разве с нами не пойдешь? Это ведь твоя идея, тебе и большая часть ужина, – спохватившись, я вцепилась в руку Сая.

– А я как раз над новой идеей поработаю. Вот прямо сейчас вдохновило! – неубедительно соврал бард и коварно толкнул меня прямо в объятия просиявшего Блисса.

– Подождите, мне ведь надо переодеться, не идти же в таком виде! – я указала на откровенный наряд, надеясь, что хоть теперь до мужчин дойдет вся абсурдность идеи.

– Блиссу очень хочется еще раз полюбоваться на результат своих трудов. А так никто посторонний ничего не увидит, – невесть как успев раздобыть плащ, Сай набросил мне его на плечи. – Приятного аппетита!

ГЛАВА 3

Весь путь мы преодолели в тишине. Блисс пару раз пытался завязать диалог, но невесть с чего терялся и путался в словах. Я же нарочно молчала, не делая ни малейшей попытки помочь и поддержать беседу. Происходящее мне по-прежнему совершенно не нравилось, я злилась на Сая, переживала из-за ужина и хотела как можно скорее вернуться обратно в трактир.

– Вот мы и пришли!

Родные стены волшебным образом придали Блиссу уверенности. Он распахнул дверь, галантно пропустив меня вперед.

Сейчас, когда в лавке не было посетителей и ее не заливал солнечный свет, жилище портного выглядело скорее пугающе. Манекены отбрасывали кривые, изогнутые тени, вспыхнувший магический светильник горел совсем тускло, и темнота клубилась по углам.

– Ой! – не сразу сообразив, что под ногами не шипящая змея, а всего лишь тень от качающейся у потолка ленты, я вздрогнула.

– Позволь, я за тобой поухаживаю, – Блисс протянул руку, собираясь стащить плащ, но я дернулась в сторону.

– Не нужно. На улице было прохладно, не хочу раздеваться, – понимая, что страх выглядит глупо, я поскорее придумала причину подостовернее.

– О! Я знаю отличный способ согреться, – резко ставший маслянистым, взгляд Блисса мне совершенно не понравился. Плащ мужчина у меня все таки отобрал и порывисто выдохнул. – Вкусный ужин и горячий чай наполнят теплом желудок и разгонят кровь.

– И где у вас столовая? Или кухня? – я шагнула вперед, спеша поскорее разделаться с ужином.

– Обычно я ем в кабинете или в спальне. Вдохновение может посетить в самый неожиданный момент, так что под рукой всегда должен быть альбом. А из моих окон открывается ужасно красивый вид, – лирически воскликнул Блисс, подхватив меня под руку.

Признаться, я куда больше хотела увидеть кабинет, но портной предпочел спальню. На счет вдохновения Блисс не соврал: изрисованные листы бумаги валялись повсюду. Возле окна стоял манекен, стол был завален выкройками и альбомами.

– Вы черпаете новые идеи благодаря разглядыванию домов или прохожих? – я подошла к окну и разочарованно уставилась на пустую улицу.

– Нет конечно! – кажется, мое предположение не на шутку оскорбило портного. – Я смотрю на звезды, именно такого же сияния хочу добиться! И твой сегодняшний танец убедил меня в успехе! Это было неподражаемо! Великолепно! Изумительно! Ты будто вся горела. Манила. Звала к себе.

Говоря, Блисс одновременно приближался вперед, причем я уже через пару шагов уперлась в стену, и отступать стало некуда. Взгляд же портного стал каким-то затуманенным, впору поверить, будто мой танец действительно одурманил его.

– Ты ведь не станешь кусать меня, верно? – поравнявшись со мной и заставив до боли вжаться в стену, хрипло выдохнул Блисс. – Хотя уверен, в твоих объятиях даже смерть стала бы наслаждением.

– Непременно покусаю! Вы же только пообещали, а другой еды не предложили, – стремясь выиграть время, брякнула я. – А мы, змеи, существа прожорливые, нам сразу много надо, чтобы потом на месяц в спячку впасть и переварить.

Я еще и хищно облизнулась, стремясь напугать портного, но судя по вспыхнувшему блеску в глазах, сделала только хуже.

Впрочем, от меня Блисс все же отошел. Я думала, он сам отправится на кухню добывать еду для гостьи, но портной предпочел озадачить этим служанку.

– Сейчас только место для тарелок освободим, – с этими словами Блисс небрежно смахнул бумаги и отрезы ткани прямо на пол.

– Помнутся же! – я поспешно подхватила листы, расправила и сложила на краешек кровати. – Неужели не жалко собственного труда?

– Выкинь, это лишь наброски, их еще доводить до ума и доводить, – сев на стул, Блисс указал мне на соседний. – Да и теперь понимаю, что все мои прошлые наряды ничего не стоят. Я хочу шить для тебя. Следующий костюм будет из алого шелка. И белоснежное кружево. Длинные ленты, нашитые на них камни. Роспись на коже. Ты будешь неотразима!

Портной смотрел на меня и взмахивал руками, словно на ходу набрасывал эскиз прямо в воздухе. Кажется, он именно меня-то сейчас и не видел, с головой уйдя в обдумывание будущего шедевра, сочетания цветов и прочие вещи.

Даже сперва постучавшая, а после тихо переступившая порог служанка с подносом в руках не вывела его из своеобразного транса. Я тоже притихла. Признаться, сейчас мне жутко хотелось, чтобы Блисс перенес посетившую его идею на бумагу. Пусть мне по-прежнему казалось, что костюм для южных танцев слишком откровенен, но ведь любопытно же! Да и приятно, что именно я сумела вдохновить Блисса, выходит, не такая уж и безнадежная, как твердили все вокруг.

Портной тем временем потянулся за пером, угодил в салат и мгновенно вынырнул из транса.

– Это еще что за гадость? – он брезгливо тряхнул рукой и потянулся за салфетками.

– Почему гадость? Выглядело вполне вкусно, – я поспешно заступилась за ушедшую служанку.

– Ах да, ужин. Угощайтесь, – спохватившись, Блисс опять изобразил любезного хозяина и придвинул тарелку ближе ко мне. – Приятного аппетита.

– Спасибо.

Вместо того, чтобы приниматься за еду, Блисс не сводил с меня внимательного взгляда, убивая тот самый аппетит на корню.

– Линда прекрасно готовит, эта свиная отбивная буквально тает во рту. Ешь, тебе понадобятся силы.

Если до этого поведение портного еще можно было списать на проявление вежливости, то последняя фраза выходила за всякие рамки и заставила нервно передернуть плечами.

– И для чего они мне понадобятся? – стараясь, чтобы голос не дрожал, я крепче вцепилась в вилку.

«Если со всей силы воткнуть ее Блиссу в руку… Жаль, плащ не забрать, от разозленного портного придется улепетывать со всех ног».

– Для танцев, разумеется. Я нисколько не сомневаюсь в твоем таланте, но Сай весьма строгий учитель, верно? Наверное, репетировали до полного изнеможения? – на этот раз вид Блисса выражал исключительно сочувствие и поддержку.

«И лезут же в голову всякие глупости!»

– Не обижайся на него, я сам такой же. В приступе вдохновения готов работать днями напролет, забыв о еде и сне. Один раз вовсе запустил карандашом в Линду, когда она попыталась подсунуть мне обед и разлила соус на эскиз, – откинув голову, Блисс весело рассмеялся.

– Конечно, я понимаю. Да и Сай совсем не зверствовал, мне самой хотелось выступить как можно лучше. Ужасно переживала, как бы не опозориться, – немного расслабившись, призналась я.

– Ты просто неправильно выступала. Тебе не нужно много зрителей, такой танец полагается танцевать только для одного, – пылкий взгляд портного не оставлял сомнений, кто должен быть этим самым избранным зрителем.

– Это Сай решает, – ляпнула я первое, что пришло в голову.

– Да-да, верно. Сай умеет как выбирать танцовщиц, так и принимать верные решения, – Блисс придвинулся ближе и попытался накрыть своей ладонью мою.

– Ага, – я поскорее схватила еще и нож, принявшись резать мясо.

Отправив кусок отбивной в рот, быстро заработала челюстями. Под обжигающим взглядом отбивная так и норовила застрять в горле, но я кое-как сглотнула и наколола на вилку следующий кусок.

– Никогда бы не подумал, что Сай еще и морит тебя голодом, – Блисс недоуменно выгнул бровь. – Лекси, зачем ты так торопишься? Я же не отберу тарелку.

«Зачем-зачем, чтобы скорее получить возможность сбежать обратно в трактир!» – я зло сверкнула глазами.

Как ни крути, Блисс ведь приглашал меня только на ужин, а как только трапеза подойдет к концу, не будет поводов задерживаться. По крайней мере, я очень надеялась, что портной поймет намек и не станет настаивать на продолжении вечера.

Наверное, со стороны я сейчас смотрелась даже забавно. Эдакий хомяк с раздутыми щеками, жадно продолжающий запихивать в себя еще и еще. Расправившись с мясом и гарниром, я потянулась за пирожным. Оно было с клубничной прослойкой и украшено взбитыми сливками, наверняка безумно сладкими, но сейчас я даже не ощутила вкуса.

– Спасибо за ужин, очень любезно с вашей стороны, хорошего вечера, до свидания, – подскочив, на одном дыхании протараторила я.

– Вечер только начинается, – мужчина перехватил мою руку, не позволив отойти и дернув к себе. – Мы даже познакомиться как следует не успели.

– Меня ждет Сай, он будет переживать. И нам репетировать еще! – я дернулась, но хватка у Блисса казалась железная.

– Сай забыл сказать: сегодня у тебя выходной, – словно не замечая попыток освободиться, мужчина ласково погладил мою ладонь, а потом поцеловал. – Он ждет тебя только утром.

– Как утром?! – я подавилась воздухом.

Шок оказался настолько сильным, что я даже вырываться прекратила, замерев столбом. Блисс же не замедлил воспользоваться этим, обняв меня за талию.

– Станцуй мне, – восхищенно касаясь моих волос, шепнул портной. – Станцуй для меня одного.

– Как-нибудь в другой раз, – мысли скакали в голове кузнечиками, и я никак не могла сообразить, что говорить и как вести себя.

– Зачем ждать? – теперь Блисс попытался погладить меня по спине. – Сай клялся, ты стоишь пятидесяти золотых. За твой поцелуй я готов заплатить и сто, но получить его хочу прямо сейчас.

Наверное, именно упоминание о деньгах помогло, наконец, стряхнуть оцепенение и собраться с силами. Словам Блисса я поверила сразу же: мужчине просто не было смысла врать.

«Значит, продал! Раз у самого не вышло, решил таким образом отомстить! Ну мы еще посмотрим, кто кого!»

Блиссу не повезло. Всю злость, испытываемую к Саю, я вложила в пощечину для него. Правда, ударить все же не сумела, в последний момент мужчина шагнул в сторону и потянулся за бутылкой.

– Я понял, что тебе поможет. Пара глотков красного вина – и жизнь заиграет новыми красками, – разлив напиток по бокалам, Блисс широко улыбнулся. – За тебя, змейка.

– Не люблю спиртное, от него сразу клонит в сон, – сообразив, что силы мне не хватит и сбежать поможет лишь хитрость, я захлопала ресницами. – Можно чаю? В горле действительно пересохло.

– Конечно. Линда!

Мужчина повернулся к двери, и теперь уже настал мой черед хватать его за руки.

– Блисс, не гоняй служанку, неужели ты не можешь сам немного поухаживать за мной? – я заставила себя кокетливо улыбнуться. – А пока ты будешь ходить, я как раз настроюсь на танец и встречу во всеоружии.

Видимо, последний аргумент оказался решающим. Радуясь столь быстрой победе, портной кивнул и вышел из комнаты. Мысленно досчитав до десяти, я кинулась следом, вот только меня поджидал неприятный сюрприз. Заплатив Саю крупную сумму, Блисс явно не желал рисковать и во избежание досадных инцидентов запер дверь!

«И что теперь делать?!»

Чувствуя, как паника захлестывает с головой, я еще несколько раз подергала за ручку, а потом потащила к двери стол. Добавив к импровизированной баррикаде стул, бросилась к окну. Конечно, невежливо покидать дом таким способом, но и хозяину следовало быть более гостеприимным!

– Да что за невезение?! – не выдержав, я выругалась вслух.

Признаться, когда Блисс предлагал полюбоваться видом, высота показалась мне совсем небольшой, но стоило осознать, что придется прыгать, как все кардинально изменилось.

«Никогда больше не пойду в гости без веревки! Вообще никогда больше не пойду в гости»!»

Закусив губу, я окинула комнату хищным взглядом и почти сразу зацепилась за кровать. Несмотря на кажущуюся легкость, простыня оказалась довольно плотной, и я сперва пыталась разорвать ее зубами, а когда клык пронзило болью, спохватилась и использовала нож.

Скрипнувшая в коридоре лестница прибавила мне с десяток седых волос. Прикидывая, настолько выстроенный заслон задержит Блисса, я поспешно дорвала простынь и принялась за вторую.

От волнения руки дрожали, и связать получившиеся полосы в веревку никак не выходило. За прошедшее время Блисс мог не только успеть приготовить чай, но и нарвать траву, высушить и перебрать ее, вот только мужчины все не было.

Впрочем, сейчас мне было плевать, что именно задержало портного. Даже если обварился кипятком, поделом ему! От души возблагодарив богов за подспорье, я привязала веревку к ножке кровати и выбросила второй конец в окно. Высунувшись по пояс, в очередной раз в красках представила, как срываюсь и лечу вниз, переломав руки и ноги…

«Стоп, Лекси, соберись! Ты все сможешь!»

В первый момент я даже не сообразила, что назвала себя данным бардом прозвищем, а после глухо чертыхнулась. И когда, спрашивается, успела привыкнуть?!

– Эй, ты еще долго собираешься окрестностями любоваться? – раздавшийся с улицы голос едва не заставил кувыркнуться-таки вперед.

– Ты! Да как ты?!. Да чтоб тебя!.. – различив в тени Сая, я испытала острое желание уронить ему на голову что-то тяжелое.

Мужчина же с удобством расположился на земле, сидя на плаще и опираясь на стену. Держа в руках гитару, Сай что-то негромко наигрывал, косясь на лист бумаги рядом с собой.

– Я собственной персоной. Соскучилась по мне? – менестрель лучезарно улыбнулся.

– Да я тебя!..

Чувствуя, как внутри клокочет ненависть, я отчетливо представила, как швыряю в наглого мужчину туфелькой. Причем так, чтобы попасть каблуком прямо в глаз, заставив скривиться от боли и, наконец, стереть с губ торжествующую улыбку.

– Видимо, не особо, – не подозревая, что от синяка его отделяют считанные мгновения, Сай скорчил гримасу и укоризненно покачал головой. – Лекси, ну ты и копуша! Замучился тебя ждать, уже грешным делом подумал, что в самом деле решила остаться у Блисса до утра.

– Помоги мне спуститься!

Упоминание о портном мигом заставило отложить разборки на потом. Да и, в конце концов, душить его на земле окажется куда удобнее.

Я перепугано оглянулась, но в дверь вроде бы никто не ломился, да и вообще в коридоре царила подозрительная тишина.

– Извини, не могу, я как раз песню новую придумал, нужно скорее записать, пока не забыл, – в доказательство Сай сыграл несколько аккордов. – Да у тебя и самой неплохо получается, ты молодец!

Я все-таки запустила в него туфлей. А подумав, и второй, все равно босиком спуститься удобнее. Вполне предсказуемо промахнулась, менестрель с легкостью уклонился, будто вовсе и ждал чего-то подобного. Ну хоть душу отвела.

Шумно выдохнув, я покрепче вцепилась в веревку и выбралась из окна. Кровать опасливо скрипела, веревка дрожала в ладонях, но вроде бы процесс шел под контролем. Вот только стоило успокоиться и поверить, что все самое худшее позади, как руку свела судорога. Я дернулась, попыталась ухватиться поудобнее, а в следующий момент ощутила, что лечу.

Все произошло настолько быстро, что я не успела ни закричать, ни попрощаться с жизнью. Только ощутила, как замирает сердце, а потом меня поймали.

– Лекси, не быть тебе музой: ни минуты спокойно посидеть не даешь, – поставив меня на землю, недовольно попенял Сай.

Я порывисто вздохнула, глянула на беспечное лицо барда, а потом замахнулась и отвесила ему хлесткую пощечину.

– Негодяй! Мерзавец! Гад! – кипящие внутри эмоции буквально разрывали меня, вынуждая бить снова и снова. – Ненавижу!

***

Сай легко мог как уклониться от пощечины, так и перехватить руку, вот только сознательно подавил рефлексы, вынудив себя не двигаться. Щеку обожгло огнем, но Алексе необходимо было выплеснуть гнев. Пусть лучше сразу переживет и отпустит обиду, чем та станет медленно разъедать изнутри.

Собственно, мужчина прекрасно понимал, что его поступок был подлым, и при любых других условиях никогда не решился бы на такой отчаянный шаг, но сейчас оказался в тупике. Если у Алексы в самом деле был магический дар, следовало как можно скорее заставить девушку использовать его. До этого дня Сай вообще пребывал в уверенности, что магия просыпается в подростковом возрасте, только вот все попытки разговорить Алексу разбились вдребезги.

Опять же, несмотря на то, что девушка казалась милой и ужасно наивной, Сай все еще не перестал ее подозревать. В конце концов, не он один обучался искусству носить маски, и Алекса вполне могла нарочно изображать эдакого бойкого воробушка. Если о нем специально собирали информацию, то знали, что бросить девушку в беде не позволит гордость.

– Никогда не прощу!

Строить логические цепочки, когда тебе орут на ухо и бьют, оказалось не самым легким делом, и Сай сдался, решив проанализировать поведение своей спутницы попозже.

– Зачем было врать?! Я ведь поверила, а ты просто мстил! – раскрасневшаяся Алекса сжимала и разжимала кулаки, но глаза девушки блестели от слез.

Не оставляло сомнений, что, как только гнев перестанет придавать ей сил, неинициированная магичка захлебнется в рыданиях.

– Мне не за что мстить, – отступив назад, Сай покачал головой.

– Тогда зачем ты это сделал? Зачем продал меня?! – голос девчонки сорвался, она смахнула все же покатившиеся слезы, вот только не отвела взгляда.

«Надеялся, что угроза заставит тебя применить магию, поможет раскрыться», – смотреть в глаза Алексы оказалось нелегко.

Саю далеко не впервой было манипулировать людьми, его профессия сама по себе требовала постоянных обмана и притворства, но за десяток лет стыдно стало лишь сейчас.

– За твое выступление заплатили не так много, как хотелось бы, а нам еще добираться в другой город. За костюм я отдал почти все сбережения, но тебе понадобятся и другие вещи, – деловито принялся перечислять мужчина. – Блисс предложил неплохие деньги, еще и за столь короткий срок. Глупо было отказываться.

– То есть я еще должна спасибо сказать?! Да катись ты к демонам! – вместо того, чтобы успокоиться и взглянуть на ситуацию с другой стороны, Алекса разозлилась еще больше.

Причем гнев красил девушку, она прекратила прятать взгляд, не дрожала и напоминала уже не птенца, а скорее львицу.

– Я готов хоть прямо сейчас, но как думаешь, через сколько времени встретимся в Нижнем мире? – не удержавшись от желания подразнить девушку, Сай лукаво усмехнулся. – Если наш договор расторгнут, прощаемся прямо сейчас. Только далеко уйдешь в таком виде?

– Сай, а ты по вечерам засыпать не боишься? – видимо, окончательно растерявшись, совершенно не в тему брякнула Лекси.

– Хочешь предложить отгонять мои кошмары? От такого заманчивого предложения не откажусь, – поддержать игру и лукаво усмехнуться было самым простым вариантом.

Девчонка по обыкновению вздрогнула и залилась краской, только вот взгляд не отвела.

– Нет, просто пытаюсь понять: это настолько стальные нервы или полное отсутствие инстинкта самосохранения? – у Лекси практически вышло изобразить полную невозмутимость, разве что подрагивающие пальцы выдавали. – Если ты ко всем относишься так же, друзьями явно не обзавелся. А наверняка найдется много таких, кто пожелает заглянуть ночью, и отнюдь не за тем, чтобы пожелать доброго сна.

***

Вместо ответа бард громко расхохотался. Признаться, я ожидала совсем другой реакции и опешила, не представляя, как теперь вести себя.

– Прости. Обо мне еще никто не беспокоился, это так неожиданно и мило, – Сай ласково улыбнулся, и, хоть стояла уже глубокая ночь, в стороны словно солнечные зайчики хлынули.

Я обиженно засопела. И вот как он так умудряется?! Вроде ведь старалась сказать гадость, а Сай извернул по-своему, еще и издевается!

За размышлениями даже не сразу заметила, что менестрель подхватил меня под руку и тащит по направлению к трактиру!

– Эй! – я тут же вырвалась и отскочила в сторону.

– Ну что еще? – мужчина устало закатил глаза. – Лекси, ты спорить не устала? Нам завтра ужасно рано вставать. Или тебе хочется продолжить ужин с Блиссом?

– Да как тебе совести хватает?! Сам меня продал и сам же теперь упрекаешь!

Гнев вновь поднялся внутри, но ругаться я старалась не повышая голоса. Не хватало еще, чтобы стража на шум выскочила или разбуженные жители содержимое ночного горшка на голову вылили!

– Я продал, я же и спас, верно? – рассудительно напомнил мужчина. – С тобой ничего не случилось, мы заработали крупную сумму денег, что не так?

Сай выглядел до того уверенным в собственной правоте, что ужасно захотелось повторить попытку и все же поставить ему фингал. Может, тогда перестал бы сверлить философским и одновременно ехидным взглядом?

– Ты мог бы предупредить заранее, вообще-то я жутко испугалась, – при воспоминании по телу пробежала дрожь. – И у Блисса остался мой плащ!

– А ты бы согласилась подыграть? – бард хитро усмехнулся, а потом начал стаскивать с себя куртку. – Теперь все проблемы решены?

Наброшенная на мои плечи, она была теплой, а еще пахла травами. Запах был сладким и каким-то успокаивающим, вызывающим желание плотнее завернуться в куртку и уткнуться носом в воротник.

Воспользовавшись моим расслабленным состоянием, бард опять подхватил меня под руку. На этот раз я не стала вырываться и спорить. Стоило эмоциям схлынуть, как накатила дикая усталость. Ужасно хотелось запереться в комнате и лечь в постель, сбежав в сон от всех проблем. В конце концов, доругаться с Саем я успею и утром!

Собственно, так и вышло. Мы благополучно вернулись в трактир, бард проводил меня до дверей номера и пожелал спокойной ночи. Правда, предварительно отобрал куртку, с которой и ушел к себе.

Оказавшись в одиночестве, я с наслаждением стянула танцевальный костюм (сначала хотела вовсе забросить под кровать, но в итоге пожалела наряд и повесила в шкаф), после чего забралась в постель.

– Боги, пусть завтрашний день пройдет спокойно и благополучно, – перед тем как провалиться в темноту, я шепнула короткую молитву.

Утром Сай, как и обещал, разбудил меня рано. Вернее, даже очень рано. Небо еще было светло-серым, до рассвета оставалось около часа, и все посетители продолжали досматривать сны в теплых постелях.

Встрепанная служанка сонной мухой ползала по залу и широко зевала, даже не пытаясь прикрыть рот рукой. Ее пример оказался заразительный, и следом зевать начала я. Разве что Сай выглядел бодрым и довольным жизнью, излучая кипучую энергию за всех нас.

– Лекси, улыбнись, – бард показал мне пример, широко улыбнувшись.

– Что-то не хочется, – я наоборот сжала губы.

– Ну чего ты такая хмурая? Не выспалась? Утро ведь такое замечательное, нельзя встречать его хмурой гримасой! – подняв палец вверх, наставительно произнес мужчина.

– И чем оно такое замечательное? – чем активнее вел себя Сай, тем поганее становилось мое настроение.

– Сейчас поймешь, – забрав с соседнего стула гитару, Сай коснулся струн и негромко запел.

{ Так за что я люблю рассветы?

Я люблю их за ранних птиц,

Что в кустах притаились где-то,

И поют по утрам «проснись»!

За жужжанье пчелы за стеклом,

Раздраженное, возмущенное:

Как же так, не пускают в дом?

За шуршанье листвы отдаленное.

Я люблю их за тишину,

Ту, в которой нет суеты.

За часы прохлады в жару.

За прощанье последней звезды.

Я люблю их за шепот снов,⠀

Снов тягучих, приятно сладких…

За полет чудных облаков:⠀

Ярко-рыжих и розоватых.

За открытое настежь окно,

И бодрящий утренний ветер…

… за уютное то тепло,

Что живет всегда на рассвете.² }

В какой-то момент я заслушалась песней, голос Сая завораживал и увлекал за собой. По губам сама собой скользнула улыбка, внутри потеплело.

– Совсем другое дело, –заметив это, блондин одобрительно кивнул.

Мысленно выругавшись, я опять поджала губы и отвернулась. Одной красивой песни оказалось мало, чтобы прогнать обиду и общаться, словно ничего не случилось, я банально не могла.

– Лекси, что случилось? Неужели продолжаешь дуться из-за вчерашнего? – наконец озарило Сая. – И охота голову всякими пустями забивать, все же хорошо закончилось.

– Только это не твоя заслуга, а чистой воды везение. Вот что бы ты стал делать, не оставь Блисс меня одну? Выбил дверь? – при воспоминании меня передернуло и я окинула мужчину колючим взглядом.

– Зачем? Просто вошел бы в комнату и унес на плече твое сонное тельце, – бард сделал паузу, наслаждаясь моим изумлением, а потом снисходительно продолжил. – В напитках было снотворное. Не хватало еще потерять танцовщицу из-за такого досадного инцидента.

У меня при этих словах дернулся глаз. Подобное отношение возмущало до глубины души, только вот облечь гнев в слова никак не выходило.

– Перед кем мы будем выступать? Что за богатый клиент? – в итоге я решила взять себя в руки и в качестве компенсации выбить из Сая полезную инфорацию.

– Это барон, у него день рождения, красивая дата, так что праздник будет большим и шуным, – видимо, почувствовав мое настроение, менестрель не стал увиливать от ответа.

Прозвучало вполне прилично, так что я облегченно вздохнула. После вчерашней выходки блондина варианты представлялись один страшнее другого, но поместье барона не чета трактиру, публика там куда воспитаннее и репутации не грозит никакой урон.

– Солнышко, еще раз огромное спасибо, – когда служанка поставила перед бардом собранную корзинку, лучезарно улыбнулся он. – Жаль, что приходится покидать ваш гостеприимный город и тем более ваш уютный трактир, но я обязательно вернусь.

– Мы всегда рады посетителям, – на этот раз девушка слишком сильно хотела спать и все очарование Сая пропало впустую. – С вас двадцать серебряных.

– Конечно, солнышко, – отсчитал менестрель явно большую сумму, оставив более чем щедрые чаевые.

Это, наконец, помогло служанке взбодриться, и, шустро забрав монеты, она сверкнула улыбкой в ответ.

– А вы скоро обратно к нам приедете? Куда сейчас направляетесь? А новые песни придумаете? – посыпались вопросы.

– Сразу же, как только смогу, и, конечно же, с новым репертуаром. Если будут спрашивать, я направился в Тревдер, – подхватив корзинку, Сай подмигнул служанке. – Рад был встрече, солнышко.

Поудобнее перехватив сумку, я вышла из трактира вслед за бардом. Вдохнув сырой воздух, поежилась и спрятала руки в карманы вновь одолженной мне куртки.

Сам мужчина был только в рубашке, на этот раз ярко-синей, с широкими рукавами и вышивкой, но холода явно не испытывал.

– Эй, ты чего продолжаешь хмуриться? Разве не все выяснили? – Сай легонько дернул меня за косу. – И не заплетай волосы, говорил же, не идут тебе строгие прически.

– А ты мне не указывай, – я сердито хлопнула его по ладони. – Говорила ведь: перестань фамильярничать.

– Фамильярничаю? Я? Я же сама галантность и предусмотрительность, – не смутившись, бард не только не убрал руки, но и продолжил свое занятие, все же вытащив ленточку. – Разве нет?

– Именно так, солнышко, – чувствуя, как волосы рассыпаются за спиной, выразительно произнесла я.

– А-а-а, вот в чем дело, – дурачась, Сай бросил ленту в воздух, поймал и начал накручивать на пальцы. – Лекси, неужели ты ревнуешь? Я знал, что твое сердце не могло остаться равнодушным к моему обаянию!

– Вот еще! – оскорблено фыркнув, я отобрала ленту.

Переплетать волосы на ходу было неудобно, так что сунула в карман.

– Такие, как ты, мне никогда не нравились.

– Ну так в жизни надо пробовать что-то новое! – проще было ветер развернуть, чем заставить мужчину отступить от намеченной цели. – Не переживай, меня хватит на всех. Давай и тебе придумаю прозвище. Вот прямо сейчас. Как на счет кошечки?

Скорчив гримасу, я продолжила идти вперед.

– Зайчик? Мышонок? Ласточка? – с придыханием попытался угадать бард.

Я по-прежнему демонстративно смотрела на дорогу, надеясь, что выражение лица у меня каменное и совершенно равнодушное.

Сая мое молчание никак не трогало, и он продолжал увлеченно перебирать варианты. На «улиточке» я заскрипела зубами. Вот только вместе с раздражением внутри царапалась и зависть. Я бы ни за что на свете не призналась, но мне в самом деле хотелось бы быть «солнышком». Вот только одной единственной, для по-настоящему влюбленного человека.

Я помнила, с какой теплотой Сай смотрел на служанку, и было до слез обидно осознавать, что некому смотреть подобным образом на меня. И вообще в городе я совсем одна, без друзей и родных.

– Травиночка? Березушка? Ямочка? – даже безграничная фантазия менестреля постепенно подходила к концу, и теперь он бездумно молол языком, называя все, что видит вокруг.

– Ты действительно ужасно милый. Столько ласковых слов, – понимая, что точно так же Сай станет болтать и в экипаже, я решила сменить тактику и ослепительно улыбнулась. – А завтра утром наговоришь столько же комплиментов? Мне так понравилось.

Чтобы закрепить эффект, я послала барду восхищенный взгляд, еще и ресницами пару раз хлопнула. От удивления бард споткнулся и едва не рухнул прямо в пыль.

– Зачем? Твое имя я-то прекрасно помню, – охрипший менестрель достал флягу и сделал пару глотков. – Прозвища нужны для исключительных случаев.

– Подожди, ты назвал служанку солнышком, потому что забыл ее имя? – опешив, переспросила я.

– Да я его и не запоминал. Служанок много, головы не хватит всех упомнить, – рассмеялся Сай. – Зато ласковое слово приятно каждой. Вот вернемся в этот трактир, наш столик она первее всех обслужит.

За разговором мы незаметно дошли до станции. Пока я переваривала методы общения барда, тот успел выбрать и договориться с извозчиком, который должен был отвезти нас в соседний город.

Я не принимала участие в разговоре, даже не особо вслушивалась, пока не прозвучала конечная точка пути.

– Как Бриста? Ты же сказал «солнышку», что мы едем в Тревдер!

Сай уже начал улыбаться попутчицам, так что пришлось с силой дернуть за рукав, привлекая внимание.

– Люблю удивлять. В конце концов, какой интерес появиться там, где тебя ждут и знают? Никакой ведь изюминки, – развел руками мужчина.

Понять, говорит бард откровенно или опять шутит, не было никакой возможности. Я какое-то время сверлила его взглядом, пытаясь прочитать правду в глазах (а ну как в действительности Сай от кого-то скрывается и заметает следы?!), но менестрель выглядел до безобразия счастливым, вынудив меня махнуть рукой.

Забравшись в дилижанс, я сразу же забилась поближе к окну. Нашими попутчиками оказались мама с двумя дочерьми на выданье и пожилой мужчина с залихватскими усами. Стоило всем погрузиться, как возница щелкнул кнутом и дилижанс покатился вперед.

Сначала пассажиры молча возились, пытаясь устроиться поудобнее и распихать многочисленные свертки под сидениями, а после с подачи менестреля перешли к знакомству.

Какое-то время я еще пыталась хоть немного участвовать в завязавшемся разговоре и любоваться видом из окна, вот только пустая болтовня Сая и однообразный вид вырубили лучше любого снотворного.

Проснулась я около обеда, причем в объятиях барда, хотя точно помнила, что засыпала, опираясь о стенку. Мужчина же не только обнимал меня, но и гладил по волосам. Правда, выглядел при этом очень задумчивым, вряд ли осознавая, что именно делает. Вот только все равно подобное было неправильным! Пусть даже и довольно приятным.

– Выспалась? – стоило завозиться, тут же участливо поинтересовался Сай.

– Еще не знаю.

Я поспешно отодвинулась в сторону и зевнула. Из-за невозможности толком пошевелиться тело занемело и кололо мелкими иголочками, ужасно хотелось пить.

– Мы приехали?

– Не совсем, там что-то с колесом, кучер проверяет, – мужчина аккуратно потянулся, стараясь не задеть спутников, размял шею. – До города около часа. Поспишь еще?

– Ой, нет, спасибо. Я и так тебе отдохнуть помешала, – сообразив, что Сай предлагает и дальше использовать его вместо подушки, я залилась краской.

– Наоборот, в компании симпатичной девушки отдых как раз самый плодотворный, – бард лукаво усмехнулся, а потом сграбастал меня в объятия. – К тому же вечером сразу дадим выступление, так что ты нужна мне отдохнувшая и полная сил.

– Что?! – все добрые мысли в отношении Сая мгновенно испарились.

И как я даже на мгновение могла подумать, будто менестрелю не чужды галантность и чуткость? Он же только собственной выгодой руководствуется! Лицемерный змей!

Отвесить наглецу пощечину в тесном пространстве было практически невозможно, но я пребольно стукнула его локтем в бок и забилась в угол.

– Дело твое, только потом на синяки не жалуйся, – настаивать Сай не стал, вместо этого демонстративно положил руки под голову и откинулся на сидение.

– Молодые люди, может быть, вы потерпите и выясните отношения за пределами дилижанса? – обмахивающаяся веером женщина окинула нас сердитым взглядом.

– Простите, – бард в ее сторону даже не взглянул, я же смутилась за двоих.

К счастью, тут кучер, наконец, разобрался с колесом, вернулся на козлы, и мы поехали дальше. Остаток пути я усиленно размышляла: не сделала ли ошибку, согласившись продолжить путь вместе с Саем? Разумеется, не могло быть и речи, чтобы разорвать договор вчера, но сегодня то багаж при мне, да и при свете дня начинать что-то новое не так страшно.

Покосившись на все так же игнорировавшего происходящее вокруг мужчину, я закусила губу. Вроде мы знакомы всего пару дней, но рядом с Саем было гораздо спокойнее, пусть он постоянно сыпал шутками, зато и все возникающие проблемы мгновенно решал. Только вот, с другой стороны, разве можно полностью на него положиться? Сай помог сбежать от Блисса, но это чистой воды удача! Вдруг кто-то не выпил бы снотворное или оно подействовало недостаточно сильно?

Додуматься до чего-то конкретного я не успела, город показался раньше.

Нам повезло, очереди у ворот почти не было, так что, заплатив пошлину, получили разрешение проезжать.

– Вот, как и обещал, довез в целостности и сохранности, – кучер распахнул дверь и подал руку, помогая девушкам выйти.

– А ты ведь в Бристе часто бываешь? Не подскажешь, в каком трактире лучше остановиться? – дождавшись, пока возница закончит выгружать багаж, полюбопытствовал Сай, в руках сверкнула серебряная монета. – Чтобы не слишком дорого, но и публика собиралась приличная, до всяких развлечений охочая. Да и клопов гонять не хочется, ночь для более приятных занятий создана.

Меня от скабрезной усмешки менестреля передернуло, зато кучер отнесся к словам, а особенно блестящей монете крайне одобрительно.

– Выступать, стало быть, собираетесь? – возница покосился на гитару. – Тогда в «Сытого медведя» загляните, останетесь довольны.

Распрощавшись с кучером, двинулись в указанном направлении.

– Зачем нужно было платить? Он бы и бесплатно ответил, – я нахмурилась, не одобряя подобного расточительства.

– Чтобы он подумал перед тем, как ответить, – а вот Сай даже не беспокоился о том, что кошель стал немного легче. – Авось еще и посоветует кому прийти нас послушать.

Недовольно хмыкнув, я стала крутить головой по сторонам. На первый взгляд, этот город ничем не отличался от предыдущего. Такие же дома, улицы, прохожие… Еще бы узнать, как здесь обстоят дела с работой.

– Горячие пирожки! Кому пирожки? С картошкой, с творогом, с вишней! – держа корзинку, громко воскликнул светловолосый паренек.

У меня тут же засосало в животе. Я точно помнила, что Сай покупал провизию у «солнышка», но перекусить в дороге бард не предлагал, а спрашивать не хотелось.

– Девушка, хотите пирожков? Вы с чем будете? – поймав и правильно истолковав мой голодный взгляд, паренек приблизился. – С творогом просто объедение, а с картошкой пальчики оближете. А еще лучше попробуйте с каждой начинкой!

– Хочу! И с вишней два. Нет, три!

Рот наполнился слюной, я уже практически ощутила во рту сладкий сок вишни, но тут Сай дернул меня за руку.

– Нам ничего не надо, – бросил он мальчишке. – Нельзя перебивать аппетит перед обедом. Сейчас закажем комнаты и поедим нормально.

– Да что ты раскомандовался? – ужасно захотелось стукнуть мужчину чем-то тяжёлым, но собственную сумку было жалко, а больше ничего подходящего под рукой не нашлось. – Я что, похожа на дрессированную собачку?!

– К сожалению, нет. Иначе бы ты выполняла мои команды молча, без лишнего лая, – с грустью констатировал Сай. – А насколько проще все могло бы оказаться…

– Что?! – у меня дернулся глаз.

Паренек, сообразив, что пирожков мы у него точно не купим, отправился искать более состоятельных клиентов, и его вопли теперь раздавались с соседней улицы.

– Ты же сама хотела, чтобы я называл тебя ласковыми прозвищами, непременно новыми. Чем тебе не нравится собачка? – справившись с минутной слабостью, бард одарил меня привычной улыбкой. – Или считаешь, что только коты достойны любви, а собаки не заслужили уважения? Хотя именно последние отличаются неизменной преданностью и любовью!

– Вот только сравнительного анализа нам не хватало, – понимая, что Сай опять превратил ссору в фарс и добиться чего-то путного не выйдет, я вздохнула, сдаваясь. – Пошли уже в трактир, хоть там поедим.

Именно этого и добивавшийся, возражать бард, разумеется, не стал.

Вопреки заверениям кучера, трактир оказался далековато, так что, когда мы, наконец, дошли, мне уже было плевать, что из себя представляет заведение, лишь бы сесть куда-то и утолить жажду.

– Добрый день. У вас отличный трактир и такие очаровательные служащие, – пока я, вытянув ноги, блаженствовала, менестрель привычно осыпал комплиментами служанку.

К слову, его тактика дала плоды, и обед нам принесли в рекордные сроки, судя по возмущению посетителей со столика у окна, явно пропустив их очередь.

– Жизнь налаживается, не правда? – наблюдая, как я жадно уминаю котлету, подмигнул Сай.

Мужчина заказал отбивную с грибами и теперь, отрезая по маленькому кусочку, лениво осматривал зал.

Убедившись, что живот перестало сводить от голода, я промокнула губы и также оглянулась. Заведение оказалось на порядок выше прошлого. Светлые стены, картины с охотничьими пейзажами, крепкая и красивая мебель, безумно вкусная еда. Да и посетители также были поприличнее, ни одного человека с оружием, несколько женщин в дорогих платьях, как бы не аристократки.

Одна из них сразу же привлекла внимание Сая. В темно-вишневом платье с декольте, уложенными в сложную прическу волосами и мечтательным взглядом.

– Романтичная баллада ей понравится, – кивнув мыслям, он махнул рукой, подзывая служанку.

– Чего изволите, господин? – даже не глядя в мою сторону, девушка широко улыбнулась.

– Найдется два номера по соседству? Нам с ученицей бы к выступлению подготовиться, – Сай красноречиво покосился на заботливо пристроенную (как настоящую спутницу) гитару.

– Если играть собираетесь, с хозяином поговорите: к нам по вечерам менестрели тоже заходят, – служанка кивнула на мужчину за стойкой.

Поблагодарив, бард отправился получать разрешение. Я едва успела попробовать яблочного пирога, заказанного взамен недоставшихся пирожков, но аппетит внезапно пропал.

Взгляд то и дело падал на аристократку, а в голову лезли мысли, что на ее месте могла быть я. Похожее платье у меня было, алмазных украшений мне не покупали, считая слишком маленькой, зато волосы точно гуще и длиннее будут. И я бы могла сейчас лениво ковырять десерт ложечкой, а Сай бы строил планы, как развлечь меня.

«Ни за что не стану перед ней танцевать!»

Пусть графская чета лишь приютила меня, и, даже получив надлежащее воспитание, я все равно не являлась настоящей леди, внутри что-то переворачивалось и жгуче протестовало.

Я не испытывала ни капли стыда, танцуя вчера в зале, но сегодня выступление предстало совсем в другом свете.

Отставив тарелку с практически нетронутым пирогом в сторону, я поднялась.

Сай стоял ко мне спиной, но, судя по тому, как улыбался трактирщик, переговоры шли благополучно.

– Добрый день. Прошу прощения за беспокойство, отвлеку буквально на пару минут, – я улыбнулась самой милой улыбкой. – У вас такой чудесный трактир, для него не требуется еще одна служанка?

Если поначалу Сай косился на меня с усмешкой, явно посчитав, что я соскучилась в одиночестве, то теперь недоверчиво выгнул бровь.

– Я могу обслуживать столики, мыть посуду, наводить порядок в комнатах, не боюсь никакой работы, – молитвенно сложив руки на груди, я похлопала ресницами.

– Сай, а разве это не твоя напарница? – трактирщик повернулся к барду.

– У Лекси отличное чувство юмора, – мужчина кивнул с таким видом, будто сам же и придумал шутку. – В общем, мы пойдем готовиться.

– Эй!

Опасаясь, как бы я еще чего не ляпнула, Сай схватил меня за руку и потащил к лестнице. Вырываться и устраивать скандал не стала, все равно устроиться в «Сытого медведя», скорее всего, не выйдет, а служить бесплатным развлечением было также унизительно, как и танцевать.

– И что это было? – втолкнув меня в комнату, Сай оперся о дверь и скрестил руки на груди.

– Попытка найти работу, которую ты сорвал, – я скопировала его позу. – Не стыдно?

– Лекси, а ты не переоцениваешь свои силы? Думаешь, успеешь и танцевать, и мыть посуду? – хмыкнул бард. – К тому же здесь мы максимум на неделю, никто не станет нанимать прислугу на столь короткий срок.

– А я не собираюсь никуда уезжать. Спасибо за помощь, но дальше ищи другую танцовщицу, – ужасно захотелось показать Саю язык и посмотреть на его реакцию, но это было бы слишком детским.

– Неужели в самом деле готова провести жизнь за уборкой? Ты хоть раз посуду-то мыла? – во взгляде менестреля отразилось пренебрежение.

– Я и южные танцы раньше не танцевала – передернув плечами, уселась на кровать. – Научусь.

– А другим вещам ты тоже готова учиться? – менестрель опустился на край постели. – Посетители ведь бывают разные. И когда выпитое вино горячит кровь, очень хочется, чтобы симпатичная девушка прислужила не только в общем зале, но и комнате. А сопротивление только разжигает желание, да и не хватит тебе сил, чтобы вырваться. Если захочешь, конечно.

Последние слова Сай выдохнул мне едва не в губы. Вроде бы нас разделяла кровать, но я сама не поняла, как мужчина успел оказаться так близко. Сейчас его дыхание щекотало шею, а в глазах я разглядела танцующие искорки.

Бард не мог похвастаться крупным телосложением, только сейчас нависал надо мной подобно скале. Не оставляло сомнений: если Сай захочет схватить меня, вырваться я не смогу.

Только вот одновременно с этим не покидало ощущение, что мужчина не сделает ни единой попытки обнять меня и нарочно дразнится. Слишком уж спокойно билось его сердце, да и дыхание было ровным, размеренным.

– Значит, предложу еще вина, в которого заранее добавлю снотворное, – я взглянула Саю в лицо, ни делая ни малейшей попытки отодвинуться. – Как видишь, благодаря твоим урокам я вовсе не растеряюсь.

– Вот в чем дело, ты продолжаешь дуться за тот случай! – бард ожидаемо пересел подальше. – Лекси, я ведь тебе уже все объяснил. Хочешь, еще раз прошу прощения. Я даже на колени готов встать!

– Нет уж, твои извинения мне даром не нужны, – каждый жест Сая настолько отдавал театральщиной, что я не сдержала фырканья.

– А что нужно? Назови цену сама, – оставалось только диву даваться, с какой скоростью мужчина менял маски и роли.

Не вышло сыграть на чувствах, что ж, можно попробовать деловой подход.

– Да не нужно… – я осеклась на полуслове, внезапно оценив всю соблазнительность предложения.

Перед глазами опять встала сценка, как Сай отказался купить мне пирожки, как командовал и таскал за собой.

– Проводишь меня в лавку, хочу новое платье, – капризно протянула я.

«Такое же, как у той аристократки».

– А потом отправимся на ужин в трактир. Не такой, где в лучшем случае сидят пьяницы, а в худшем – лежат, а в действительно хорошее заведение, – манерно продолжила я.

– То есть, твоя цена – это свидание? – искорки в глазах Сая засверкали ярче. – И всего-то.

– Не путай меня со служанками, готовыми падать к твоим ногам от одной улыбки. Пусть не по рождению, но по воспитанию я леди. И требую должного обращения! – я попыталась скопировать высокомерный тон матушки, когда она общалась с каждым, кто был ниже ее по происхождению.

– Желание леди – закон для меня, – бард попытался поцеловать мою руку, но, когда я отдернула ладонь, изобразил поклон. – Только вот на это уйдут все деньги, а нам еще предстоит дорога, нужно купить одежду, продукты, запасные струны для гитары…

– Подумаешь, проблема. Просто продашь меня еще раз, – язвительно бросила я.

– Желание леди… – Сай вновь поклонился и шагнул к двери. – Зайду за тобой через полчаса.

Я успела умыться, сменить рубашку и вновь заплести волосы (правда не в косу, а уложив вокруг головы), когда в дверь постучался Сай.

– Леди Алекса, вы готовы? Окажете честь сопровождать вас? – галантно осведомился он.

Перемена оказалась до того неожиданной, что в первый момент я потеряла дар речи. Обычно бард предпочитал носить рубашки с глубоким вырезом, но в этот раз пуговицы были застегнуты до последней. Да и волосы Сай также уложил, и теперь не казалось, будто еще минуту назад в его прическе запутались женские пальцы.

Собственно, сейчас в мужчине вообще мало что осталось от балагура-менестреля, он выглядел и вел себя как самый настоящий лорд. Разве что висевшая на спине гитара все же выдавала его истинное ремесло.

– С удовольствием, – я кивнула, включившись в игру. – А вы отправитесь прямо так? Ничего не хотите оставить?

– Смею надеяться, что мой внешний облик подходит для сопровождающего леди. Лекси, не трусь, я не стану играть, но гитара должна быть со мной. Она мне дороже любимой девушки, – на мгновение вынырнув из образа, подмигнул Сай. – Идем?

Я послушно положила руку на протянутый локоть и позволила проводить себя.

Первым делом, как и просила, отправились в лавку. Конечно, настоящая леди не покупала готовые платья, портниха бы сняла мерки по фигуре, тщательно обсудила фасон и после нескольких примерок представила бы наряд. Правда, исключения также допускались, ведь бывало, что платье требовалось позарез и времени категорически не хватало. С мыслями, что мой случай именно такой, и переступила порог лавки.

– Добрый день, – женщина за прилавком отложила каталог и окинула меня внимательным взглядом.

Я буквально ощутила, как она мысленно раздевает меня, оценивая стоимость одежды и прикидывая статус.

– Что вам угодно? – и судя по натянутой вежливой улыбке, результат ее не удовлетворил.

Еще бы, лавка ведь была просторной, платья на вешалках точно заставляли радостно сиять глаза женщин и грустно вздыхать их мужей. У стенки находился и диванчик с парой кресел, чтобы ожидающим было где скоротать время.

– Госпожа, мы хотели бы приобрести самое красивое платье для моей самой красивой леди. Вы нам поможете? – тут в дело вступил Сай.

Вот когда мужчина открылся с еще одной стороны. Задавая вопрос, он ласково погладил мои пальцы, а потом поцеловал ладонь. Да и в голосе сквозило искреннее восхищение мной, а взгляд окутывал теплым облаком. Часть этого тепла досталась и торговке, также расплывшейся в улыбке.

– Конечно, сейчас что-то подберем. Госпоже очень подойдет синий, можно попробовать и зеленые оттенки, как раз есть новое платье, – женщина увлеченно принялась перебирать вешалки. – Госпожа, можете пройти в примерочную, господин, располагайтесь.

– Хочу красное, – даже не взглянув на предложенные наряды, капризно потребовала я.

Конечно, молодым незамужним девушкам советовалось носить более спокойные оттенки, но мне хотелось, чтобы этот вечер запомнился чем-то сумасшедшим. Уж нарушать правила, так нарушать!

– Уверены? Синее прекрасно подчеркнуло бы глаза, – скользнув взглядом по моей руке и явно отметив отсутствие обручального кольца, уточнила женщина.

Причем адресуя вопрос мне, косилась все равно на Сая, инстинктивно ощущая его право решать.

– Делайте все, как пожелает леди, это ее день, – бард вольготно устроился на диване.

Выглянувшая из второго помещения девушка принесла ему кофе с печеньем, а после позвала меня за собой.

Подобрать нужное платье оказалось не так-то просто. Я хотела что-то одновременно изысканное и вместе с тем соблазнительное. Чтобы Сай, увидев меня, непременно потерял дар речи, раз и навсегда позабыв про свои шуточки!

«Хотя при чем здесь бард? Этот ужин ведь устраиваю для собственного развлечения», – сообразив, что мысли ушли куда-то не туда, одернула себя я.

Между тем мне принесли уже десяток нарядов, но ни один из них не запал в душу. В одном платье оказался жутко жесткий корсет. Второе оказалось очень красивым, подчеркивая все достоинства фигуры, только вот ткань была до того колючей, что кожа мгновенно зачесалась. Я влюбилась в корсаж третьего, расшитого жемчугом, но ложкой дегтя стала чрезмерно длинная юбка. Портниха предложила ушить подол или решить проблему высокими каблуками, но я, представив, как падаю и разбиваю нос, потянулась за четвертым. Это тоже было неплохим, но вырез оказался излишне глубоким, хотя девушка принесла еще два наряда с куда более откровенными вырезами.

«За кого же они меня приняли?» – сообразив, что леди столь фривольных нарядов не предложат, я залилась краской.

К счастью, говорить вслух ни о чем не понадобилась. Торговка действительно знала свое дело и, заметив, как я неосознанно подтягиваю лиф повыше, отправила помощницу за новым платьем. Это оказалось скромным и удобным, но теперь уже слишком закрытым. Как же восхищенные взгляды?!

– А может быть, это? – отнеся очередное отвергнутое платье, девушка явилась с новым.

– Повесь обратно, сказано же, госпожа хочет красное! – женщина хмуро зыркнула на помощницу, но ко мне повернулась, вновь сияя улыбкой. – Не переживайте, без платья мы вас просто не выпустим.

– Да давайте уже примерю, раз принесли, – я вытерла взмокший лоб и протянула руку.

Честно говоря, была уверена, что наряд мне не понравится, и просто пожалела забегавшуюся девушку. Платье было вишневого оттенка и, висевшее на тремпеле, казалось темным и скучным. В моем гардеробе вовсе отсутствовали вещи подобного оттенка, так что от отражения я ничего хорошего не ждала. И потому, ради приличия повернувшись к зеркалу, потрясенно ахнула.

Наряд сидел изумительно, его словно шили для меня. Невесомая длинная юбка, тугой корсет, открытые плечи. Совершенно не пошло и вместе с тем чувственно и элегантно. Цвет освежал лицо, заставлял сиять глаза, а еще прибавил мне возраста и солидности.

Если в своих старых платьях я напоминала дебютантку, впервые показавшуюся в свете, то в этом ощущала себя опытной и уверенной в себе леди, привыкшей к всеобщему вниманию.

«И как одно платье способно настолько разительно повлиять на собственное восприятие?» – разглаживая оборки, задалась вопросом я.

– Повернитесь, я развяжу шнуровку. У нас осталось еще три красных платья, – предложила торговка.

– Не нужно, – я покачала головой, все еще не в силах оторвать взгляда от зеркала. – Я куплю это. И пойду в нем.

– Тогда я упакую ваши вещи, – просиявшая помощница достала из тумбочки пакет.

Я же, сгорая от нетерпения, поспешила к Саю.

– Я готова. Надеюсь, ожидание вас не слишком утомило? – медленно покружившись вокруг, светским тоном осведомилась я.

– Ради такого зрелища стоило ждать, – бард поспешно поднялся, ощупал меня взглядом от макушки до кончиков выглядывающих из-под юбки туфель. – Вы великолепно выглядите, отличный выбор.

– Спасибо, – я улыбнулась, благодаря за комплимент, только вот ожидаемой радости не ощутила.

Сай вроде бы смотрел с одобрением, даже в очередной раз поцеловал руку, только вот действительно искреннего восторга в его глазах не было. Так смотрят на красивую картину или статую, но никак не на очаровательную девушку.

– Дамы, вы сотворили невозможное: сделали мою спутницу еще более неотразимой, чем она была, – посчитав свой долг по отношению ко мне выполненным, менестрель повернулся к торговкам. – Сколько я должен вам за создание этого чуда?

Расплатившись (пришлось расстаться с третью суммы), Сай галантно открыл передо мной дверь и предложил руку. В трактир мы добрались в карете.

– «Полуночная звезда»? – прочитав название на вывеске, я изогнула бровь.

– Если не нравится, можем отправиться в другой, – любезно предложил бард. – Хотя я все же рекомендовал бы посетить это заведение. Уверяю, оно того стоит.

– Вы бывали здесь раньше? – пляшущие искорки и кошачья улыбка подстегнули мое любопытство: теперь я точно не соглашусь уйти, пока не узнаю, в чем секрет.

– Нет, но краем уха услышал некоторые слухи, – словно не замечая произведенного эффекта, Сай добавил таинственности в голосе. – Да что же мы топчемся на пороге? Прошу!

Дальнейших расспросов бард избежал очень просто, распахнув передо мной дверь и проводив к столику в центре зала. Стоило отметить, Сай учел мое пожелание, и все в заведении дышало изысканностью. А еще отличительной особенностью оказалось множество живых цветов. Цветы стояли на столиках, на полу в больших горшках и даже спускались со стен.

Столы были застелены желтыми скатертями, нанятый музыкант играл что-то лирическое на лютне. В этом трактире не было ни купцов, ни наемников, за соседними столами сидели исключительно аристократы и маги.

На мгновение мне стало неловко. Все же каждый здесь занимал свое место по праву, лишь я проникла обманом.

– Добрый день. Рады приветствовать вас, – к нам подпорхнула улыбчивая девушка в форменном синем платье и повязанном сверху фартуке. – Возьмите меню, я подойду через пять минут и приму заказ.

– Мы сделаем его прямо сейчас, – Сай сразу же пролистал первые страницы, переходя к более дорогим блюдам. – Мне филе баранины, моей спутнице тушеное мясо в маринаде, салаты на ваш выбор.

Наблюдая, как уверенно ведет себя менестрель, я тоже успокоилась. Манеры барда были безупречны, украдкой покосившись на соседние столики, я заметила, что другие кавалеры уделяют дамам гораздо меньше внимания, чем Сай мне.

Огненный маг в красном мундире и вовсе что-то читал, игнорируя сидящую напротив светловолосую девушку в зеленом платье, старательно пытающуюся привлечь его внимание. Когда он отмахнулся в пятый раз, блондинка скорчила обиженную мордашку и оперлась о спинку, скрестив руки на груди.

«Интересно, а Хлоя смогла найти и охмурить мага?» – некстати мелькнула мысль.

О друзьях я не вспоминала с того самого дня, как они бросили меня в трактире. И вроде бы это случилось всего-то четыре дня назад, но мне казалось, прошло уже больше месяца.

«Вот бы они сейчас увидели меня», – жрецы учили, что тщеславие и гордыня караются богами, но и удержаться от желания утереть обидчикам нос было выше моих сил.

– …и красное вино, – пока я размышляла, Сай успел закончить заказ, и теперь служанка повторяла его, чтобы не ошибиться.

Бард положил меню на стол, и, перед тем как девушка забрала его, я успела заметить, что бутылка стоит семь золотых. Конечно, по-настоящему хорошее вино могло стоить и семьдесят, но в нашем положении это было очень и очень много.

«Надеюсь, Сай хотя бы не станет подыскивать мне нового покупателя прямо здесь?» – язвительно вопросил внутренний голос.

Как ни крути, деньги нам действительно нужны, а лорд способен заплатить куда больше портного. Правда, и прислуги у него дома будет больше, эдак на всех и снотворного не напасешься.

– У вас есть любимая песня? – проводив удалившуюся служанку взглядом, Сай повернулся ко мне.

– Что? – почему-то подумалось, что мужчина подслушал мои мысли и сейчас предложит гостям необычное развлечение.

– Если заплатить, он сыграет что угодно, – Сай кивнул на музыканта. – Конечно, не идеально, но талант у парня есть.

– А я думала, вы сами хотите спеть.

Собственно, я была уверена, что именно для этого бард и потащил гитару с собой. Дорогой она не выглядела, так что вряд ли боялся воров в трактире.

– Прекрасная Алекса, если пожелаете, по возвращении я непременно сыграю вам наедине, – мужчина окинул меня обжигающим взглядом.

Стоило вспомнить, чем закончилась прошлая попытка послушать игру, как щеки залил румянец. Я до сих пор не могла понять, что именно могло повлиять на меня, но и вдоволь поразмышлять на эту тему не удавалось. Как только память переносила в прошлое, кровь начинала кипеть, сердце выпрыгивало из груди. Желание обнять Сая становилось нестерпимым, губы жгло в предвкушении поцелуя.

– Пусть он споет балладу. Что-нибудь героическое, – старательно отводя взгляд, поспешно ляпнула я.

– А какую именно? Какому отважному рыцарю удалось поселиться в вашем воображении? Чьи подвиги восхищали и заставляли мечтать о таком же возлюбленном? – едва не мурлыкая, начал допытываться бард.

– Ту, которая ему самому нравится больше всего, – отрезала я. – У всех ведь музыкантов есть песня, которую лучше всего чувствуешь и можешь сыграть в любом состоянии, верно?

– Хорошо, – по лицу Сая читалось, что он хочет продолжить расспросы, но мужчина все же промолчал и отправился к музыканту.

Пару минут они о чем-то увлеченно беседовали, причем музыкант сначала удивился, потом с улыбкой кивнул. За это время служанка как раз успела принести заказ. Блюда настолько аппетитно пахли, что я сглотнула слюну.

– За самую очаровательную леди Алексу. Пусть звезды в ваших глазах продолжают сиять так же ярко, – разлив вино по бокалам, торжественно объявил Сай.

Я пригубила вино и практически увидела эти самые звезды. Напиток был сладким, на языке остался привкус меда. По всему телу прокатилось тепло, зашумело в голове. Менестрель по-прежнему не сводил с меня взгляда. Проникновенного, чувственного, ласкового. И кажется, мурашки по коже бежали вовсе не от вина.

«Неужели больше не на что смотреть?» Сай даже жаркого не заметил, вместо этого следя, как я допиваю вино. Стоило же облизнуть губы, как он прерывисто вздохнул и подался вперед.

По ощущениям, краска уже залила не только лицо, но и начала медленно опускаться по шее. На меня еще никто так не смотрел, это было непривычно и вместе с тем ужасно приятно. Будоражаще, волшебно, пьяняще. Как будто я действительно самая-самая красивая и одна моя улыбка способна свести с ума.

– А следующую композицию я исполню для прекрасной Алексы. Уверен, что если бы сэр Анмарил не победил дракона раньше, то непременно посвятил свою победу ей, – музыкант поклонился и послал мне воздушный поцелуй.

После чего коснулся струн и запел о доблестном рыцаре. Баллада была известная и рассказывала о двух влюбленных. Отец девушки был бароном и не желал отдавать дочь замуж простому рыцарю, тогда тот пообещал прославиться и отправился совершать подвиги. Он победил банду разбойников, истребил нечисть в лесу и, чтобы уж наверняка, отправился за драконом. А к девушке, покоренный ее красотой, все это время сватался богатый и знатный герцог, вот только та была верна возлюбленному. Отбиваться от ухаживаний герцога и ждать рыцаря пришлось целый год: столько понадобилось последнему, чтобы найти и умертвить ящера. В результате барон все же благословил влюбленных, и заканчивалась баллада свадьбой.

Закончив петь, музыкант раскланялся, принимая заслуженные аплодисменты, и вновь послал мне воздушный поцелуй. Посчитав деньги отработанными, заиграл что-то бодрое, и я обернулась к Саю.

– Понравилось? – скользнувшая по его губам лукавая усмешка сразу выдала: и текст приветствия, и балладу выбрал именно он.

– Да, спасибо. С вашей стороны это было очень любезно, – чтобы скрыть смущение, я наколола салат на вилку и отправила в рот.

– Доводилось слышать балладу раньше? Сколько помню, еще ни одна девушка не осталась равнодушной. Обсуждали и рыцаря, и герцога, спорили, кому стоило отдать предпочтение, ругали строгого батюшку, – бард спрашивал вроде бы небрежно, но вместе с тем явно ожидая ответа.

– Только не говори, что следующим нашим выступлением будет эта баллада! Мне что, дракона изображать придется?! – я настолько перепугалась, что даже из образа выпала.

– Нет, мы ведь сегодня не говорим о работе. Хотя было бы любопытно взглянуть на тебя с хвостом, – у Сая вырвался смешок. – Просто меня действительно часто просят сыграть эту балладу, вот и не удержался, хотел узнать, что скажешь ты.

Впрочем, заметив, что эта тема для разговора кажется мне скучной, начал рассказывать о городе. Дальше разговор перешел к местам, где Саю доводилось бывать раньше. Мужчина чутко улавливал мое настроение, вспоминал разные смешные истории, сыпал комплиментами. Как-то совершенно незаметно опустела бутылка вина, а глянув в окно, заметила, что на улице сгустились сумерки.

Посетителей в трактире прибавилось, некоторые приходили компаниями, музыкант уже только и успевал играть на заказ. И, как ни прискорбно было осознавать, загаданное мной желание явно подходило к концу, следовало прощаться со сказкой.

– Сай, благодарю за прекрасный ужин, – я промокнула губы салфеткой и оглянулась в поисках служанки.

– Алекса, куда же вы спешите? Неужели не хотите попробовать десерт? – судя по довольно вспыхнувшим глазам, бард предвкушал этот момент с самого начала ужина.

– Еще и десерт? – мясо было ужасно сытным, но сладкое я обожала, так что тут же оставила мысли об уходе. – Когда вы успели его заказать?

– В таком случае, пойдем, – продолжая заговорщицки улыбаться, бард поднялся и протянул мне руку.

– А разве десерт не должны принести сюда? – тем не менее я послушно встала.

Обменявшись кивками с трактирщиком, Сай повел меня по лестнице. На вопросы мужчина отвечать отказался, и его таинственный вид заставлял изнывать от любопытства. Вот когда у идеального платья все же обнаружился недостаток! Вынужденная придерживать юбку, шла я степенным и очень медленным шагом.

В конце концов, мы оказались прямо на крыше. Здесь была устроена площадка, также утопающая в зелени. По центру находился накрытый стол, горели зажженные свечи.

– Прошу, – Сай отодвинул передо мной стул. – Я заказал для нас торт с кремом, но самый главный десерт все же не он.

– А что тогда? – я сделала глубокий вдох, отмечая, каким вкусным и свежим оказался воздух.

– Посмотри наверх, – негромко, будто, открывая тайну, посоветовал мужчина.

Я задрала голову и восхищенно ахнула. Небо было усыпано звездами. Какие-то сияли ярче, какие-то были едва заметны, но одинаково притягивали взгляд.

– Согласитесь, создается ощущение, будто звезды совсем рядом. Только протяни руку – и получится достать одну, – сюда не долетали разговоры и музыка, ночную тишину нарушал лишь бархатный голос Сая.

– А вы бы хотели звезду? – лукаво поинтересовалась я. – Наверное, повесили бы ее на цепочку и носили на шею. От любопытных девиц проходу бы не было…

– Нет, она мне ни к чему, – к моему удивлению, бард пожал плечами. – Настоящая звезда холодная и грубая. Я ведь говорил, куда больше мне по вкусу звезды в ваших глазах.

– Вы мне льстите, – я смущенно улыбнулась, в душе радуясь комплименту.

Еще шире моя улыбка стала, когда Сай расстегнул камзол и набросил его мне на плечи.

– На самом деле, трактирщик предлагал еще и одеяла, но уверен, никто не согласился их взять, – продолжая стоять, словно невзначай заметил менестрель.

– В самом деле? И почему же? – в голове кружилось не то от выпитого вина, не то от свежего воздуха, наполненного цветочным ароматом.

В какой-то момент я осознала, что уже не сижу, а стою рядом с Саем, глядя на раскинувшийся перед нами город.

– Разумеется, чтобы иметь возможность сделать так, – мужчина негромко рассмеялся, а потом его руки легли на мои плечи.

Сай притянул меня к себе, заставил развернуться. Подняв голову, я поймала взгляд менестреля, сейчас совершенно глубокий и затягивающий.

– Эй, хозяин велел передать, у вас осталось пять минут, – всю романтичность момента нарушил возглас слуги.

– Конечно, – кивнул ему Сай, повернулся ко мне с виноватой улыбкой. – Алекса, я был бы счастлив провести здесь всю ночь, только боюсь, столько денег нам не заработать и за месяц.

– Мне хватит даже этого времени, чтобы надолго запомнить его, – гулко стучавшее сердце едва не выпрыгивало из груди.

Сейчас я мысленно возблагодарила темноту, скрывающую пылающие щеки.

«Если бы не слуга, поцеловал бы меня Сай или нет?» – в голове крутилась одна единственная мысль, заставляющая отводить взгляд и смущаться еще сильнее.

Причем умом я понимала, что желать подобного развития событий нельзя ни в коем случае, но где-то глубоко внутри робко скреблось желание узнать: действительно ли поцелуи мужчины настолько сладкие и головокружительные?

– Зато как раз успеем доесть десерт. За него уже заплачено, глупо оставлять здесь, – как ни в чем не бывало менестрель вернулся за стол.

Я тоже села, взяла вилку и даже отковырнула немного, вот только кусок не лез в горло: слишком уж во взвинченном состоянии я находилась!

К счастью, заглядывать ко мне в тарелку музыкант не стал. Отведенные пять минут истекли быстро. Вновь заглянул слуга, и Сай сразу же поднялся, подал мне руку.

– Леди, вы довольны прогулкой? Смею надеяться, впечатления получили исключительно приятные? – когда мы вышли на улицу, поинтересовался бард.

– Да, еще раз благодарю за доставленное удовольствие. Это один из самых лучших вечеров в моей жизни, – совершенно искренне отозвалась я.

– Отлично, значит, я справился, – довольно кивнув, мужчина зашагал вперед.

– Сай, а разве не проще попросить слугу нанять нам дилижанс? – подстраиваться под мой шаг менестрель не стал, и пришлось едва не бежать. – Поздно уже, зачем искать самим?

– Сомневаюсь, что кучер согласится отвезти нас бесплатно, – бард достал кошель и вывернул его. – За звездный ужин я отдал последние деньги. Разве что у тебя завалялась пара монет в кармане?

– Да у меня и карманов то нет! – я всплеснула руками. – Зачем?! Надо было оставить хоть один серебряный! Мы пешком три часа идти будем!

– Допустим, не три, а всего час, – еще никогда раньше усмешка Сая не казалась такой раздражающей, мужчина вел себя так, словно ничего не случилось и я подняла шум на пустом месте. – К тому же ты четко указала, на что хочешь потратить золото, и нанятый экипаж в списке не значился.

Менестрель невинно уставился на меня, и желание огреть его по затылку стало нестерпимым.

– Лекси, ты разве не хочешь, чтобы чудесный вечер и закончился чудесно? Прогулка под ночным небом, мы вдвоем, я знаю, девушки такое любят.

Если бы Сай сказал это со снисходительностью, то точно получил бы туфлей по голове. Только вот мужчина смотрел на меня необыкновенно серьезно, с волнением дожидаясь ответа.

«Да что я теряю то?!»

– Ну раз другого выхода нет, – желание пококетничать не позволило сразу согласиться, и я деланно вздохнула. – Хорошо, давай погуляем.

На счет одних в городе менестрель все же преувеличил: людей по улицам было достаточно много. Компания подвыпивших парней, наряд стражи, влюбленная парочка…

Впрочем, на других я практически не смотрела, а Сай старательно пытался развеселить меня и болтал обо всем подряд.

Идти с ним под руку оказалось настолько приятно, что я даже на гудящие ноги внимания не обращала. Да и возвращаться в трактир совершенно перехотелось. За порогом сказка кончится, и вряд ли Сай продолжит так ласково гладить мои пальцы, и тепло улыбаться, и помогать обойти яму, и обнимать за талию. И еще много всяких «и».

Центр остался позади, мы свернули на узенькую улочку. Здесь оказалось значительно темнее, людей не было вовсе.

«Может быть, Сай меня поцелует?»

Мысль была непрошенная и совершенно лишняя, вот только прицепилась подобно репью к одежде.

Сердце забилось вдвое чаще, руки вспотели, по спине пробежала дрожь.

Стоило же Саю остановиться и повернуться ко мне, как я вовсе затаила дыхание.

– Вы только посмотрите, какие к нам залетели птички! – хриплый голос разрушил всю романтику.

ГЛАВА 4

Я медленно обернулась. Ощущение было такое, словно четверо мужчин соткались из мрака. Эдакие ожившие ночные кошмары, явившиеся, чтобы разрушить мою сказку. Они даже выглядели блекло и размыто: потрепанная одежда, невыразительные лица, хриплые голоса.

– Пташечка, давай проверим, а золотые ли у тебя перышки? – лунный свет отразился от большого изогнутого ножа.

– Только не шумите, зачем зря тревожить покой горожан? – просьба второго звучала бы даже вежливо, не подкидывай он в руке кинжал. – Попробуете пикнуть – замолчите навсегда.

Сглотнув, я поспешно обернулась к Саю. В конце концов, барду наверняка приходилось бродить по самым разным улицам, в том числе и населенным всяким сбродом, а значит, и общаться с грабителями он умеет.

Вот только менестрель не спешил оправдывать мои ожидания. Он вообще ничего не делал, просто замер на месте и перепугано таращился на разбойников.

– Сай, – я толкнула его локтем в бок, намекая, что пора бы уже брать себя в руки и спасать меня.

Один из мужчин остался на месте, поглядывая по сторонам, а трое двинулись вперед, вынудив нас пятиться и отступать в переулок. Там было еще темнее, мы словно погружались в черноту, но я не сомневалась, что скоро уткнемся в глухую стену. Уверенность и наглость «птицеловов» не оставляли сомнений: ловушку они подготовили заранее, а значит, не стоит и пытаться кинуться наутек.

– Боги учат делиться с ближними. Чем с нами поделитесь вы? – второй, с щетиной, начал возвышенно, но договаривал уже с усмешкой, алчно осматривая нас.

Липкий взгляд ощупал от макушки до кончиков туфлей. Когда я вышла из примерочной, Сай смотрел похоже, вот только в его взгляде сквозило восхищение, а сейчас меня пытались разобрать по частям и оценить подороже.

– Ничем, – я помотала головой и попятилась.

Собиралась вжаться в Сая, а еще лучше, вовсе спрятаться за мужчиной, но менестрель уже уперся в стену, и мне деться оказалось некуда.

– Ага, жадничаете! А жадность – это грех! – просиял грабитель с ножом. – Значит, мы сделаем доброе дело, если проучим вас.

– Да нам делиться просто нечем! – несмотря на прохладную погоду, меня прошиб холодный пот.

Нож продолжал блестеть в лунном свете, разбойник не спешил, но, кажется, ему как раз доставляло удовольствие издеваться и пугать. Еще бы! В другое время я бы на подобных типов смотрела с нескрываемым презрением, а сейчас вынуждена дрожать от страха и молить о снисхождении.

– Честное слово, у нас нет денег. Иначе мы бы карету наняли, а не пошли пешком. Сай, ну скажи им! – я затормошила оцепеневшего менестреля, дернула за веревку кошеля. – Вот, он пуст!

– Неужели все до последней монеты прогуляли? Как недальновидно, – грабитель недовольно цокнул языком.

А потом, игнорируя вывернутый в доказательство кошель, коварно схватил за руку и дернул к себе.

– Отпусти! – сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз, и я забилась в железной хватке.

От мужчины несло потом и дешевым спиртным. Не обращая ни малейшего внимания на мои трепыхания, он принялся сосредоточенно ощупывать меня. Обхватил шею, больно дернул за ухо, скользнул по руке.

– Птичка, а где твои блестяшки? Если спрятала, лучше отдай сразу, – теперь он дернул меня за волосы, заставив сдавленно охнуть.

– Да говорю же, нету! – на глаза навернулись слезы.

– К такому платью полагаются рубины. А еще лучше, бриллианты, – проявил удивительное знание моды второй разбойник.

Ощутив, как обнаженной кожи касается острое лезвие, я оцепенела. Сердце продолжало гулко стучать где-то в животе, по спине покатилась струйка пота.

– Так что, птичка, пой. Не то придется освежить твою память, – теперь лезвие надавило на шею. – Вы, богачки, и так на золоте спите. Не убудет, если отдашь лишку.

Больно практически не было, грабитель даже не поцарапал кожу, но от ужаса я едва не свалилась в обморок. Бурное воображение сразу нарисовало картину, как мужчина сильнее нажимает на лезвие и я падаю на колени, пытаясь зажать руками хлещущую ярко-алую кровь.

– Я не богачка, я в сиротском приюте детство провела. И меня ограбили. Вещи, деньги, на минуту отвернулась, а саквояжа уже нет! Домой возвращаться не хочу, родителям на меня плевать, у них настоящая, любимая дочка теперь есть. Не убивайте меня! – я давилась словами, перепрыгивая с одного на другое, и перепугано глядя на грабителей. – Я сама вот на него работаю! Иначе бы уже пришлось попрошайничать.

Кажется, только после этих слов разбойники вспомнили о Сае, который по-прежнему продолжал пытаться просочиться сквозь стену.

– Слышь, щеголь, ты кармашки-то свои проверь. И если не найдешь золотые, мы ведь мордашку твоей подружке попортим, – теперь разбойник приставил нож к щеке.

– Отпустите, – опасаясь, как бы у него не дрогнула рука, испуганно заблеяла я.

– Куда ж ты так спешишь, сиротка? А в каком приюте такие платья нынче раздают? – другой разбойник дернул меня за юбку и издевательски загоготал.

– У нас нет денег, – голос Сая прозвучал непривычно потерянно и тихо.

Мне еще не приходилось видеть его настолько угасшим, мужчина напоминал собственную тень. Все, на что барда хватило, это перевесить гитару со спины на грудь и отчаянно вцепиться в нее, словно в щит.

И вот теперь я по-настоящему испугалась. Пусть Сай сразу и не вмешался в конфликт, я все равно ждала и надеялась, пребывая в уверенности, что мужчина непременно выручит меня. Вот только сейчас осознала: менестрель находится на грани, и рассчитывать на него бесполезно.

«А что же тогда делать мне?!» – набатом прозвучала в голове паническая мысль.

– Эй, ну вы долго еще? – стоящему в стороне мужчине надоела роль наблюдателя, и он недовольно нахмурился.

– Может, мы пойдем, а? – заискивающе предложила я. – Давайте завтра здесь же встретимся, мы деньги принесем. Честное слово, не обманем!

Мое предложение было встречено взрывом хохота. Увы, встрепенувшаяся надежда рассыпалась вдребезги под колючими взглядами.

– А ты ничего, забавная, – продолжая прижимать нож к шее, второй рукой грабитель погладил лицо. – И так вкусно пахнешь.

– И духи тоже принесу, – окончательно растеряв способность соображать, ляпнула я.

– Если ты не из аристократок, наверняка не откажешься скрасить наше одиночество? – теперь рука оглаживала талию. – Сумеешь понравиться – не только не обидим, а и пару монет подкинем.

– И дружка твоего отпустим, – щербато усмехнувшись, второй цыкнул на Сая. – Если он, конечно, не захочет остаться. Вступиться за даму сердца и отстоять ее честь в поединке, например.

– Нет-нет, я не могу. Мне нельзя драться! – бард замер на месте, еще и крепко зажмурился.

– Значит, будешь наблюдать. Да не отворачивайся, авось чего новое углядишь, – захохотал грабитель.

«Да за что мне это?!» – от волнения начало тошнить, руки и ноги сотрясала мелкая дрожь.

Пока грабители состязались в остроумии, выдавая одну скабрезность за другой, я судорожно пыталась придумать что-то дельное, но в голову не лезло ни одной путной идеи.

Даже если умудрюсь вырваться из хватки одного и брошусь бежать, дежурящий в отдалении точно меня заметит и успеет перехватить. И тогда грабители станут не только наглыми, но и разозленными. А, на свою беду, я слишком хорошо представляла, что могут сотворить четверо окончательно утративших все человеческое зверей.

– Да сколько языками чесать можно? Пташка, скидывай перышки! – в итоге терпение лопнуло у третьего мужчины.

Шагнув вперед, он грубо дернул лиф платья. Раздался треск, на землю полетели оборки и пуговицы.

«Нет! Не надо!» – глаза обожгли слезы.

Я дернулась, забилась в железной хватке, пытаясь скрыться от жадно шарящих по телу рук. Вот только тем самым я практически вжалась в удерживающего меня разбойника.

– Она мне все больше нравится! Так, уберите руки, не мешайте! – прикрикнул он на подельников, пытаясь задрать юбку.

– А-а-а! Са-а-ай! – срывая горло, громко завопила я.

– Тише ты! – хлесткая пощечина обожгла лицо.

Не удержавшись, я рухнула на землю, ободрав колени и ладони. Хотела опять закричать, но следующий удар пришелся в бок, разом выбив весь воздух из легких.

«Боги, помогите!»

Еще недавно, запертая в комнате, я думала, что хуже быть не может. Только вот Блисс хотя бы пытался ухаживать за мной, говорил комплименты, даже за напитками пошел. Портной берег игрушку, за которую заплатил немалые деньги, эти же собирались вдоволь наиграться с доставшейся бесплатно.

Грабитель навалился на меня всем телом, дернул лиф, попытался еще сильнее задрать юбку.

– Ребята, не трогайте девушку. Видите же, дама не в настроении, – неожиданно подал голос Сай. – Мы артисты, оттого и одеты так. Я непревзойденно талантливый менестрель, Лекси – танцовщица и моя ученица.

В доказательство (а возможно, окончательно одурев от страха) мужчина ударил по струнам, извлекая из гитары громкие, ревущие звуки.

– Щас кому-то пальцы отрежу, – судя по тому, с каким видом третий разбойник подкинул нож, ему ужасно не терпелось пустить оружие в ход.

– А пусть девка станцует, – ухмыльнулся облокотившийся о стену второй. – Эй, бард, сбряцай что-нибудь веселое.

– Лекси, в самом деле, подпевай! – бодро предложил менестрель.

– Пошли вы все! – выдохнул грабитель куда-то мне в волосы.

Стоило же в очередной раз дернуться, больно укусил за шею. Я хрипло взвизгнула, слезы ручьем текли по щекам, и лицо насильника казалось размытым пятном.

– Веселое так веселое, – получив разрешение, Сай заиграл.

Музыка была громкой, но совершенно немелодичной. Двое грабителей расхохотались, посчитав, что из-за ужаса у блондина трясутся руки, но своеобразный ритм у песни все же был. Рваная, дерганная мелодия заставляла все внутри переворачиваться, казалось, задрожала земля. Темнота и до этого казалась мне осязаемой, сейчас же я почувствовала, как липкие, холодные щупальца касаются обнаженных плеч, медленно забираются под одежду.

Сай бил по струнам, и гитара не пела – свирепо рычала. Это было жутко, кошмарно и безумно. Я сжалась в комок и закрыла лицо руками, лишь после этого сообразив, что меня уже никто не держит.

Ужасающая какофония продолжалась. Музыка ввинчивалась в уши, заставляла мурашки табуном бегать по коже, рождая в воображении каких-то монстров.

А потом мелодия жалобно взвизгнула, раздался треск. Резкий звук буквально подбросил меня вверх, но и оцепенение исчезло. Я вновь смогла дышать, на уши перестало давить, темнота уже не пугала, напротив, мягко обнимала.

– Вот демоны! Струну порвал, – расстроено выдохнул Сай.

Поспешно оглянувшись, я успела заметить стремительно улепетывающих грабителей. В нашу сторону они не смотрели и через пару мгновений растворились в темноте.

– Ну, еще легко отделись, – отряхнув штаны, как ни в чем не бывало заявил бард. – Зато дальше можно идти спокойно, на одной территории редко орудуют несколько шаек.

– Легко? – у меня дернулся глаз.

Дотронувшись до шеи, я стерла кровь и отстраненно уставилась на перепачканные красным пальцы.

– Меня же чуть не убили! – голос сам собой сорвался на крик.

Тело колотила противная дрожь. Я ужасно хотела броситься в трактир, запереться в комнате и залезть под кровать, только не могла сделать ни шагу. Ноги просто отказывались слушаться, я едва удерживалась, чтобы вовсе не рухнуть на мостовую.

– Я жив, ты жива, значит, ничего непоправимого не случилось, – развел руками Сай. – Разве что гитару жалко. И запасных струн, как назло, нет!

– А ты только о своей драгоценной гитаре и думаешь! – чувствуя, как эмоции раздирают грудь, запальчиво выкрикнула я. – Заступиться за меня даже не подумал! Только стоял и равнодушно наблюдал, как надо мной издеваются!

– Их же было четверо, я все равно бы не сумел ничего сделать, – обоснованно возразил Сай. – С тобой только позабавиться хотели, а меня и ножом пырнуть могли. Или вовсе руки искалечить, как тогда играть?!

Если сначала я бы еще попыталась понять мужчину, то последние слова сыграли роль упавших в костер искр. Я вспыхнула мгновенно. Стало тяжело дышать, глаза обожгли навернувшиеся слезы.

– Да ты только о себе и думаешь! Ведешь себя так, будто я твоя вещь! Ты попросил меня выступить с тобой, но не купил!

Где-то вдалеке пробежала кошка, и, услышав шорох, я шарахнулась в сторону, едва не врезавшись в стену.

– Боги, зачем я с тобой связалась?! Надо было сидеть дома! Хотела новую жизнь, а меня бы прирезали, как бродячую собаку. Даже могилы бы не было!

– Конечно. Если я не стану думать о себе, то и о тебе думать окажется некому, – пропустив остальную часть моей тирады мимо ушей, глубокомысленно подтвердил Сай. – Вот ты сейчас танцевать сможешь? Значит, мне одному играть и зарабатывать на наш совместный завтрак. А сделать это на испорченной гитаре куда сложнее.

Проверяя, не нанесен ли инструменту непоправимый ущерб, менестрель бережно коснулся струн, извлекая короткую мелодию.

Звуки были плавными и нежными. Показалось, будто кто-то бесконечно родной обнял меня и набросил на плечи теплое одеяло. Исчезла раздирающая грудь боль, высохли слезы, на душе стало удивительно легко. Я лишь на мгновение прикрыла глаза и покачнулась, падая в объятия подскочившего Сая и мягкой темноты.

***

Алекса практически ничего не весила, и нести ее не составило никакого труда. Во сне девушка беззаботно улыбалась и выглядела неподдельно счастливой.

«Что же мне с тобой делать?» – тонкая морщинка пересекла лоб.

На первый взгляд, Алекса казалась совершенно обычной девушкой. Со своими радостями и горестями, привычными женскими переживаниями, но ни каплей магического дара.

Только вот интуиция буквально кричала, что обычной Алексу назвать нельзя, а внутреннему голосу мужчина привык верить.

Тогда, при их знакомстве, Сай ведь совершенно точно ощутил что-то такое. И то, что Алекса все еще не воззвала к дару, скорее указывало на его никчемность как учителя, чем магическую бесталанность девушки.

«Как же подобрать к тебе ключик?» – Сай вновь взглянул в лицо спящей спутницы.

Наверное, самым правильным было вовсе не ломать голову. Дать Алексе денег, извиниться и, пожелав счастливого пути, оставить в одиночестве обживаться в городе.

Эти мысли заставили Сая нахмуриться и крепче прижать к себе драгоценную ношу.

Нет уж, пока девушка никак не угрожает его планам, а значит, еще есть время попробовать новую стратегию. Слишком уж редко встречаются подобные ей, чтобы добровольно отпустить потенциальную одаренную.

В трактире на них едва взглянули. Потрепанными они не выглядели, на стычку ничего не указывало, ну несет менестрель перебравшую подружку, что с того?

– Хозяин интересуется, выступать будешь? О тебе несколько раз спрашивали, – уже в коридоре служанка нагнала его, пытающегося достать ключ из кармана и не потревожить Алексу.

– Ну…

Вообще именно этим мужчина и планировал заняться, но тут девушка нахмурилась и застонала, вынудив мгновенно пересмотреть планы.

– Я сыграю завтра. И принеси что-нибудь поесть в счет завтрашнего выступления, – свою просьбу Сай привычно подкрепил обезоруживающей улыбкой.

Зайдя в комнату, бережно положил Алексу на кровать, опустившись на стул рядом. Девушка вроде бы спала спокойно, но поскольку речь шла именно об Алексе, Сай предпочел перестраховаться. Ей и без того досталось, а если разрушить магический сон, кошмары непременно дадут о себе знать.

Действия чар хватило до утра. Бард вообще-то рассчитывал, что Алекса проспит до обеда, но стоило в комнату заглянуть солнечным лучам, как девушка принялась ворочаться.

Вновь потянувшись за гитарой, Сай стал наигрывать колыбельную, давая возможность служанке приготовить ванну и завтрак.

Стоило отзвучать последнему аккорду, веки девушки дрогнули. Она повернулась на бок, нахмурилась, будто пытаясь поймать ускользающий сон, а потом открыла глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Стих Киселевой М.В.

Вернуться

2

Стих Деминой Е.В.

Вернуться