Джейд Дэвлин, Карбон
Ледяные маски Оверхольма 2

Глава 1

Муж уже очнулся и тихо ругался сквозь зубы, закусывая специальную веточку. Господин лекарь торопливо лил в длинный порез на его груди зелье заживления, а я замерла каменным изваянием, упираясь взглядом в красивый, ровненький, уже начавший выцветать засос на шее под ухом.

Казалось бы, подумаешь. О том, что у мужа есть невеста, а может, и любовница, я знала давно. Только вот конкретно этот засос я не далее как пару ночей назад целовала и облизывала, снова помечая легкими укусами, чтобы цвел ярче. Я не могу ошибаться. Это моих зубов дело! Да и окружение у этого засоса до боли знакомое: я узнаю эту мягкую прядку волос с легким завитком на шее из тысячи, даже если она снова сменит цвет, я…

Я отмерла, шагнула ближе и потянула разрезанный камзол дальше, пробормотав что-то вроде: «Здесь тоже обработайте, господин Торстен…»

Ну точно. Шрамы. Вот же они! Те самые шрамы, похожие на ожоги!

Ах ты ж… ах ты ж… кобелина! Артист погорелого театра!

И что мне делать?

Сразу орать, скандалить и лупить? Сбегать сначала на кухню за сковородкой? Гордо развернуться и уйти в туман? Что?

Я как можно спокойнее всмотрелась в лицо обманувшего меня гада, но столкнулась лишь с затянутым пеленой боли взглядом.

Ладно. Ладно… Пока бить точно не буду. Пока. Да и не поймет он за что. Никто не поймет. Разве что посчитают сумасшедшей, а то и вовсе обвинят в намерении прибить героя всего севера. Даже если я расскажу всем правду, вряд ли кто-то вникнет в причину моего негодования. Мой муж со мной спал, ах, какой гад! Самой смешно.

Тем более вдруг я все же ошиблась. А как проверить? Он же в маске был, скотина, даже цвет волос менял. И магию… Кстати! А как это? У мужа – огненная, у волка – водная. Это две противоположные стихии, они в одном теле не живут, если я правильно усвоила уроки Патрика. Хм… Вообще не живут или обычно не живут? Не помню. Может, у меня в мужьях уникум или мутант, кто его разберет.

Шрамы бы все посмотреть. На плече вот очень похожий и знакомо утекает на спину, но дальше рассмотреть мешает одежда. Не сдирать же с него все, включая трусы, силой. У него на попе тоже шрам должен быть. А еще один такой… завлекательный… на «русалочьей линии», или «линии бикини». Его было приятно целовать, чувствуя щекой, как сильно это нравится моему любовнику…

Тьфу ты! Не отвлекаться!

Как еще можно вывести паршивца и мошенника на чистую воду? М-м? Укусить и послушать, как ойкает, знакомо или нет? Поцеловать? Целовать сейчас не дадут. По… понюхать?

А что? Запах у господина волка был тоже очень приятный, пряный и откровенно индивидуальный. Особенно когда он уже разгорячен интенсивными «упражнениями». Сейчас, конечно, муж не так горяч, скорее даже наоборот. Зато он прыгал, дрался и колдовал, то есть под одеждой наверняка пахнет собой сильнее.

И вот еще одна проблема. Этим обнюхиванием и осматриванием я что-то докажу все только себе. Не другим. С другой стороны – зачем мне что-то доказывать другим? А незачем. Дать сковородкой по башке я сумею без посторонней помощи. Вот только господин Торстен отвлечется, я сразу и того.

– Леди, вы в порядке? – Лекарь сам обо мне вспомнил. – Вы бледны. Может, вам стоит выйти? Раны и лекарские приемы не для глаз милых дам.

– Все в порядке. – Я встряхнулась и нахмурилась. – Прошу прощения, но я не оставлю своего мужа. Это мой долг – помочь ему всеми возможными способами. Допустим, мазь растереть или бинты затянуть.

И про себя добавила: ага, на шее, и потуже.

Видимо, что-то такое проскользнуло в моих глазах или интонации, потому как мужчины покосились на меня ну очень подозрительно. А я вдруг подумала: лекарь в курсе аферы или его тоже провели? Патрик точно не догадывается, он бы не промолчал. А вот господин Торстен – темная лошадка. Сообщник? Или нет? И с какого, прости господи, хрена моржового они вообще затеяли этот маскарад?! Зачем это нужно лорду Оверхольму? Он же не мальчишка, чтобы бегать в маске просто ради развлечения.

– Ранение, конечно, серьезное, но ваша помощь, леди, вряд ли понадобится именно здесь. Во всяком случае сейчас. Зато потом, когда я закончу лечение, вы сможете сварить своему мужу те вкусные питательные бульоны из морских гадов и восстановить ему силы, – осторожно намекнул лекарь. Он продолжал водить руками над лежащим мужем, при этом не раздевая его дальше. Я так поняла, что ранение тоже магическое, не на теле, а на ауре. Порез – это так, мелочи, зельем залили и забыли. Мне Ар сам рассказывал, что все его шрамы – это вовсе не от того, что в мужчину неудачно ткнули чем-то острым. Это от таких вот ран на магической ауре.

– Да-да. Похлебка из водорослей очень полезна, – мстительно улыбнулась я, припоминая один достаточно, хм, необычный корейский суп. Им, конечно, в Корее беременных пичкают, но мужу эта гадкая зеленая бурда тоже не помешает. Тем более если убрать из этого супа мясо. – Обязательно сварю. Но сейчас…

Договорить мне не дали. Дверь с шумом распахнулась, и на порог почти свалился неизвестный комедиант в волчьей маске. Кого муж, интересно, подсунул вместо себя в командиры наемников? То-то с самого приезда лорда Оверхольма волк держался от меня на расстоянии. Я думала – из уважения к собрату по службе и воинским невзгодам, а тут вон что, оказывается. Ну, я вам покажу, засранцы, ну, я вам…

Комедиант между тем обвел всю комнату мутным взглядом, чуть споткнулся о полураздетого Яролира под руками лекаря. А потом взял и стянул морду-шлем, оставшись в тонкой маске. Знакомой такой. Но я была уже ученая и только мысленно прищурилась в ответ на этот жест.

А вот потом… потом Ар знакомым до мурашек голосом прохрипел:

– Извините… но мне тоже нужна помощь. Думал, смогу дотерпеть, пока вы лорда не подлатаете, но, кажется, уже начинаю терять сознание. Дышать тяжело и мутно в глазах. Хвостом прилетело.

В два шага Ар оказался возле свободной кушетки, упал на нее и потянулся дрожащими пальцами расстегивать воротник.

Я не могла упустить такой случай. И «бросилась на помощь» быстрее, чем муж и господин Торстен успели моргнуть.

Пара движений, рубашку долой! Вот сейчас я все пойму, увижу и…

Стоп. Это как? КАК ЭТО?!

Этого не может быть!

Глава 2

Я пришибленно сидела на кушетке рядом с раненым и вытирала со лба волка испарину. А еще не могла отвести взгляд от красного пятна на его шее. Абсолютно такого же, как у все еще лежавшего на соседней лавке мужа. И не находила никаких адекватных объяснений этому феномену.

То есть у нас тут два разных мужика, на каждом из которых есть очень похожие шрамы, а главное – следы моих зубов! Такое ощущение, что я спала сразу с обоими. Но этого просто не может быть.

Так, Ксю, погоди, выдыхай, не кипятись. Приходи в себя. Взглянем на все еще раз свежим взглядом. Я слишком зациклилась на странных совпадениях, а надо поискать отличия.

И вот она, первая нестыковка. Господин волк чуть крупнее моего мужа. А ведь раньше было наоборот. Хотя, возможно, ширину плеч моему неблаговерному увеличивал тот самый любимый меховой плащ. И сюртук, который с него стянули. Этот лапсердак, прости господи, не просто оказался теплым, но еще и нес функцию доспеха.

Господин лекарь скинул эту деталь гардероба мне на руки, и я ее чуть не уронила: ничего себе вес! Килограммов пятнадцать по ощущению. Словно под тонкой тканью и меховой оторочкой прячется минимум экзоскелет боевого робота.

М-да. Не исключено, кстати. И это объясняет многие нестыковки с телосложением. А меня запутывает еще больше.

Дальше, волосы. На цвет не смотрим – маска может поменять оттенок хоть в розовый, хоть в серо-буро-малиновый. Длина тоже легко подгоняется. А вот структура… и у мужа, и у Ара волосы чуть вьются на кончиках. Но, кажется, у волка завитки выражены ярче.

– Леди, напоите второго пациента зельем, – отвлек меня от моих мыслей господин Торстен.

– Да, конечно, – на автомате ответила я. А когда взяла бутылочку, задумалась. Интересно, а если попробовать определить по зубам? Только как? Поцеловать сначала первого, потом второго, пересчитав языком «щербинки и пломбы»? Тьфу, блин, какой бред в голову лезет. Да и не помню я, какое там у Ара было расположение зубов. Кто вообще в моменты страсти о таком задумывается? Разве что дантисты… Но как вариант можно оставить.

Точно. Поцелуй. Фиг с ними, с зубами, как целуется тот, с которым мы провели вместе две ночи, я уж отличу. Потому что, когда между мужчиной и женщиной такая химия, прости господи, любой другой мужик на вкус ощущается совсем иначе. Даже без химии, собственно. Разные они.

Я однажды в бурные студенческие годы встречалась с близнецами. Улетный опыт. Хоть и недолгий. Но! Если на глаз их иногда было не отличить, то на поцелуй и всякое другое это все равно были два разных человека.

Значит, так. Будем тестировать кандидатов.

А поскольку под подозрением у меня в первую очередь товарищ муж, с него и начнем. Надо только улучшить момент и зажать гада в уголок. Его я могу целовать хоть в присутствии всего севера, никто мне слова не скажет – пока мы не разведены, имею право. И если мои подозрения подтвердятся…

Вот, кстати, что делать, если подтвердятся? Требовать ответственности за обман? Так, собственно, в чем меня обманули? Маску, как мне пояснили, может надеть любой аристократ. Хоть сам король. Условия мои любовник все выполнил, кем бы он ни был. По всем критериям подошел. С бизнесом помогает. Вот и получается, что даже если под этой чертовой маской муж, то, раскрыв его, я просто-напросто лишу себя всех привилегий.

Но с другой стороны, это вообще бред какой-то. Яролир строит мне надменные рожи и демонстративно привечает невесту из другой семьи. И это он с самого начала хотел развода. Я лишь согласилась.

То есть как любовница я его устраиваю, а как жена – нет? Зачем ему южанка без связей и с мятежным папашей в анамнезе, если можно взять правильную северную леди с крутым лояльным отцом и приданым, но при этом еще и кувыркаться с экзотикой? Так, что ли?

М-да. Если я угадала, то мое мнение о муже упадет ниже плинтуса. Гадко это, даже не по отношению ко мне-попаданке, а вспоминая настоящую Эмберлин. И уж на что мне не нравится Иланна, ей тоже должно быть неприятно.

Дела…

Что ж. Для начала я выясню, что происходит. А потом… развод никто не отменял. И хотя мне очень нравится парень в маске, который показал себя отличным любовником, неплохим собеседником и просто мужиком, увы. Если это муж, если все так, как кажется, я просто разорву эти отношения.

Только бизнес, как говорится, ничего личного. Останусь арендатором, буду зарабатывать деньги, платить лорду за защиту. А в своей запутанной семейной жизни пусть разбирается сам.

И хотя внутри неприятно ныло, я сумела взять себя в руки. Да ладно, Ксю, в первый раз, что ли, принц из сказки оборачивается жабой? Переживем.

Все равно сначала надо выяснить правду.

Решено. Сезон охоты на мужа объявляется открытым. И на Ара тоже. В идеале вообще поцеловать сначала одного, потом сразу другого, чтобы экспертное мнение было наиболее точным. Боже, каким же бредом я собираюсь заняться… но это вопрос чести! В самом прямом смысле. Девичью честь у меня тоже украли.

Я думала, что дарю ее сама, и как минимум никого в этот момент не обманывала. И при всей моей циничности взрослой тетки с большим багажом разных отношений за спиной этот порыв был искренним. А в ответ, получается, меня поимели и посмеялись.

То есть это, конечно, еще не доказано. Но уж слишком много совпадений и странностей во всей этой истории.

– Леди Оверхольм? Спасибо, дальше я справлюсь сам. А вы можете проверить, как там ваш муж чувствует себя после лечения.

Лекарь мягко отстранил меня от волка и занялся им вплотную. Я послушно отступила, даже отошла на пару шагов и принялась еще раз, стараясь сохранить голову холодной, разглядывать обоих раненых.

Муж лежал, закрыв глаза, и делал вид, что спит. Именно делал вид: его выдавали дрожащие ресницы. И жилка на шее, которая билась слишком быстро.

А поскольку я не сводила с него пристального взгляда, Яролир в конце концов не выдержал:

– Дорогая, вы буравите меня глазами так, словно ледяные великаны наделали во мне мало дыр. И чем этот скромный защитник и бездонный кошелек уже успел вам насолить?

– Плохо целуетесь, – сказала я, пряча в уголках губ недобрую усмешку. Провокация наше все. Играть в игры я тоже умею, если доведут.

– Что?! – Он даже глаза открыл и повернулся так резко, что зашипел. И мгновенно огреб от господина Торстена:

– Лежать! Я кому сказал в ближайший час не шевелиться?! Мне тебя привязать?

– Да как тут не шевелиться, если собственная супруга при живом любовнике мужа домогается. – Яролир постарался лечь ровно и не дергаться, но промолчать не сумел.

– Кого хочу, того и домогаюсь. Впрочем, не обольщайтесь. Вы все равно не умеете.

Выпалила, как из береговой батареи по беззащитному кораблю, развернулась и ушла. Демонстративно.

Глава 3

«Вы, леди, реально думаете, что я, как младенец, поведусь на слабо? Не знаю, зачем вам это нужно, но раз нужно… значит, не дам. Я и так уже позволяю вам слишком много для порядочной жены и благородной женщины!»

Это муж сказал, да. Я не слышала, мне наябедничал Патрик. Который, кажется, слишком хорошо меня изучил за последнее время. Потому как шуршал тише мыши, отвечал на поставленные вопросы без задержки и даже не совался с нравоучениями.

Правильно делал, могло и прилететь за компанию. Но пацан у меня умненький, быстро сообразил, что во всем виноваты муж и любовник, раз я на них так задумчиво посматриваю и чего-то себе представляю странное.

Так что Патрик не то чтобы лил масло в огонь моего гнева, но сразу и четко обозначил свою сторону конфликта. Пункт первый: леди всегда права. А если тебе кажется, что она не права и сейчас взорвется за просто так, – смотри пункт первый.

После ранения мужа и любовника прошло уже трое суток. Оба героя отлеживались каждый в своей комнате, и господин Торстен настоятельно просил их не беспокоить.

Я даже не стала интересоваться, действительно ли мужчинам так нужен особый покой, или лекарь просто играет на их стороне. Пусть. Мне, как выяснилось, торопиться некуда. Заодно и эмоции устоятся, не наворочу чего-нибудь сгоряча.

Только супу из водорослей наварю, самого противного на вкус. Но жутко полезного, конечно. И вручу его господину Торстену. Пусть пичкает своих пациентов, он сам подтвердил, что в этой жиже полно всякого-разного очень нужного для восстановления после магических ран.

Что ж, наверное, надо заранее проработать все варианты. Итак, если я сплю все-таки со своим мужем, что это меняет? Да, в принципе, ничего. Мы все так же потихоньку катимся к разводу. Но если это так, то больше в этой ситуации меня тогда беспокоит фальшивый Ар. Кто он? Шпион? Засланный казачок? А может, клон моего мужа? Ну, какой-нибудь магический. Или тут, как в «Гарри Поттере», есть маховик времени, отчего «вашего мужа и тут и там показывают»?

Думать об этом можно было долго. Патрик таких тонкостей не знал, на вопрос о клонах выпучил глаза и подавился киселем, мы как раз завтракали. Понятно – если и есть где подобные сведения, то только в столице, в королевской библиотеке. Давно собиралась ее навестить, да все не представилось случая. Будем исправляться.

Значит, стоит заняться другими делами. Теми, ради которых я, собственно, и приехала в Оверхольм. Муж, любовник, в маске, без маски – работу никто не отменял. А великаньи стаи покоцанные лорды так и так выгнали далеко в открытое море, рыбаки говорят, что до следующего сезона этой напасти не ожидается.

Значит, ноги в руки, краба в зубы и поехали. Никто не мешает, никто под руку не лезет, ни муж, ни любовник – оба еще лежат. А я успеваю и на вновь назначенную ярмарку, и на сходку рыбаков со всего побережья, и на фестиваль сетей, который устраивают их жены.

– Господа наемники, не могли бы вы пройтись по ближайшим деревням? Нужно попросить местных ребятишек собрать по мелководью нужное количество товаров на ярмарку. Рыбу красную, гребешка и крабов. И еще… – Тут я ненадолго застыла, всматриваясь в едва знакомых мужчин. – Вы про ледяных духов что-нибудь знаете? Их можно как-то позвать?

– Позвать? Тут не знаешь, как отогнать пакость, – недоуменно моргнул тот, кого оставил вместо себя за старшего господин волк.

– Понятно. Что ж, тогда вот список дел, которые я хочу поручить вашему отряду. Изучите и сразу отметьте те, по которым возникнут вопросы.

Я вручила слегка опешившему мужику тот самый свиток и тут же озадачила его еще больше:

– Пока будете изучать, пусть кто-нибудь проводит меня к госпоже Матильде, жене старосты ближайшей деревни. Мне надо переговорить с этой женщиной.

– Может, велеть позвать ее сюда? – осторожно предложил заместитель волка.

– Нет, мне будет удобнее беседовать с ней на месте, там уже должны собраться другие рыбачки с теми заказами, что я разместила еще до великанов.

Я была настроена так решительно и деловито, что спорить со мной никто не стал. Хотя наверняка все кому не лень стучали и мужу, и Ару. Или только мужу, если он «два в одном». Но поскольку из спальни раненого никаких запрещающих приказов не поступало, я развела бурную деятельность.

Еще через неделю, когда наши покоцанные все же выползли к общему завтраку в столовую, я удовлетворенно отметила, что мой суп из водорослей пошел им на пользу. Оба слегка позеленели. И с ходу порадовала сотрапезников:

– Господа, через три дня я готова выезжать обратно в столицу.

– Да? Хорошо, я соберу вещи и отдам распоряжения своим людям, – с тяжелым вздохом ответил Ар.

А вот муж лишь что-то промычал, потирая переносицу.

– Не беспокойтесь, все нужные распоряжения я уже сделала. Часть товара отправлена отдельным обозом в арендованный склад. Заказ на корабли размещен, и аванс уже уплачен, к сезону вылова все будет готово. Красная рыба в этом году, слава богу, пришла, хотя и позже обычного. Так что заготовка идет полным ходом. Соль из Капатских гор тоже уже прибыла.

– Деятельная, что ужас, – пробормотал муж себе под нос. – Ладно, во сколько мне все это обошлось? А, хотя нет! Молчи! Надо сначала успокоительного выпить, а потом на твои расходы смотреть.

– Счета можете посмотреть у себя на столе в кабинете, – любезно кивнула я. – Впрочем, ничего сверх заранее оговоренного, не беспокойтесь. Я рассчитываю покрыть все ваши расходы ко второму сезону.

– Принесите мне на рабочий стол бутылку настойки. Лучше даже две. И корня кошачьей травы.

– Нет, – это подал голос господин Торстен. – Рехнулся, мальчишка? Какая еще настойка в твоем состоянии?

– А как я, по-вашему, должен ее счета подписывать? На трезвую голову? Это еще вреднее для моего здоровья!

– Еще раз повторяю: ничего сверх оговоренного в нашем с вами соглашении, – нежно улыбнулась я гребешку на своей тарелке. На мужа даже не посмотрела.

– Вас не поймешь, – проворчал тот. – Сначала с поцелуями готовы накинуться, теперь счета в нос – и гуляй. Хоть бы раз зашли проведали, пока я лежал раненый и беспомощный. Если не меня, то своего любовника. Он-то наверняка ждал.

«Угу, интересно, сколько раз в ожидании вы местами менялись?» – съехидничала я мысленно.

– Леди очень любит свою работу, – не очень удачно решил заступиться за меня Ар.

– Ага, и потому, когда ее мужчина умирал, между прочим получив ранение, пока обеспечивал ее защиту и ее желания, она специально кормила его исключительно гадостью и ни разу не навестила. Кому вообще нужны такие неблагодарные жены?

– Тому, кто хочет развода? – невозмутимо напомнила я. – И приводит в дом будущую супругу, не дожидаясь, пока съедет бывшая.

– Да я не про себя! Про него! Мне-то ты понятно за что мстишь во всех мелочах, а чем тебе Тр… Ар не угодил?

Глава 4

– Спасибо, дорогой. – Я наконец оторвала взгляд от тарелки и так улыбнулась, что все за столом невольно сглотнули. – Не ожидала, что ты будешь так переживать за наемника из дома масок. Но не беспокойся. Своего любовника я найду, чем утешить за долгое ожидание.

Судя по тому, как сидящие за столом мужчины переглянулись, все решили, что я этого наемника в маске как минимум съем.

– Я бы рекомендовал воздержаться от тяжелых физических и магических… упражнений, – поспешно вмешался господин Торстен. – Хотя бы еще неделю.

– Я учту. – Мой величественный, почти королевский, кивок все встретили настороженно. – Собирайтесь, господа. Яролир, что передать вашим людям?

– В смысле? – не понял муж.

– Им ведь тоже надо успеть подготовиться к отъезду.

– Зачем? – Глаза мужчины наполнились подозрением и недоверием.

– А вы поедете один? Нет, я не против, вы большой мальчик, обойдетесь без свиты, у меня есть своя охрана, которой хватит на всех. Мы с Патриком и господином Торстеном потеснимся, чтобы уложить обоих пострадавших в мой экипаж.

– Да кто вам сказал, что я вообще поеду с вами в столицу?! – возмутился наконец лорд Оверхольм.

– А как же иначе? – Я сделала удивленные бровки домиком. – Яролир, не будьте ребенком. Вы должны понимать, что, пока вы в таком состоянии, я не могу оставить вас здесь одного. Меня не поймут даже с учетом нашего будущего развода.

– Да кто вас спрашивать будет?! – все еще недоумевал муж.

– Никто? Понятно. Хорошо, значит, мне тоже придется задержаться, пока вы не закончите со своими делами и не будете готовы к возвращению в столицу. – Я показательно поморщилась и вздохнула. – Все заготовленное может испортиться, м-да… С другой стороны, я очень хорошо помню наш с вами договор. Ваше упрямство можно трактовать как умышленное уклонение от его условий. Напомнить, что у нас предусмотрено в таком случае?

– И что же? – это не выдержал господин Торстен. Сдается мне, он следил за нашей перепалкой как болельщик за напряженным хоккейным матчем. А что? Развлечений здесь не слишком много, тем более такой бесплатный цирк еще никогда не показывали.

– Компенсация, – лучезарно улыбнулась я. – В размере двух моих приданых.

– Что?! Не было такого в договоре! – взвился вконец выведенный из себя Яролир.

– Не было, – согласилась я. – Про два приданых не было, к сожалению. А вот про умышленное уклонение было.

– Этот пункт мы вписали для вас! – попытался вернуть позиции лорд Оверхольм, сверкнув на меня глазами. – Чтобы вы не вздумали, как любая женщина, три раза передумать в процессе и в конце концов просто отказаться!

– Да-да, мой лорд. Я помню, вы сразу об этом сказали, еще во время первых переговоров по поводу развода. Но у любой палки два конца.

– Это звучит одновременно и страшно, и пошло, – вставил свои пять копеек Ар. Он всю дорогу предпочитал помалкивать, но тут не выдержал.

– А ты вообще молчи, – шикнул на него лорд.

– Скажите честно: зачем мы вам, моя леди? Да еще и в таком неудобоваримом состоянии? – решил все же уточнить волк, косясь при этом на мужа. – Хотя, конечно, я смогу… но лорду Оверхольму однозначно требуется отдых.

– Ты вообще-то с моей женой говоришь, постыдился бы. Хотя бы в моем присутствии, – буркнул Яролир.

– А что стыдного в обещании защиты и общении с нанимателем? – спросила я, сделав невинный взгляд. – Кроме того, пока мы не разведены, можно считать всех присутствующих одной большой семьей. – «Шведской», – добавила я про себя и гнусно усмехнулась. – Внутри которой не стоит увлекаться иерархическими играми. Итак, господа, вернемся к нашим баранам.

Кажется, оба мужчины подавились. Удивительно синхронно. Если бы не все больше заметная мне разница в некоторых мелочах, я бы, наверное, остановилась на версии с клонами. Кто ж вы такие, мои двое из ларца, хрен узнаешь, что с лица?

Ничего, дорогие гады, я же не просто так уперлась овцой по поводу одновременного отъезда. Черта с два я вам позволю теперь так просто разделиться и морочить мне голову, меняясь местами и масками. И нечего таращиться на меня так, словно из-за моей спины выросла вторая голова.

– Кхм-кхм… – Господин Торстен временно оставил ложу болельщика и спустился на игровое поле. – Если мне будет позволено сказать… леди, увы, более чем права. Вам обоим нужно в столичный госпиталь. Первую помощь я оказал. Но серьезное лечение в одиночку осуществить не могу, а без этого могут появиться некоторые осложнения.

– Раньше восстанавливался и теперь восстановлюсь, пусть и медленнее, чем в госпитале, – попытался отмахнуться муж.

– Раньше, мальчик мой, ты был значительно моложе и здоровее. – Господин лекарь так поджал губы, что стало ясно: этот раунд останется за ним любой ценой. – Тебе напомнить, чего нам обоим стоило твое легкомыслие после драки на перевале? Вот. И вам, молодой человек, не советую пренебрегать здоровьем. Если не ошибаюсь, вы уже не первый раз попадаете в ледяной плен. Так что собираемся и едем в столицу. Тем более что с нашествием великанов покончено до следующего сезона.

Ты ж моя умничка, господин Торстен! Не знаю, с какой стати ты решил поиграть за мою команду, но в любом случае – спасибо за удачный пас!

– Я правильно поняла, господин лекарь, что задержка может повредить здоровью раненых? – Честно говоря, рисовать озабоченность на лице специально даже не пришлось. Какими бы оба этих клоуна ни были засранцами, свой долг по отношению к тем, кого они обязаны защищать, оба выполнили без нареканий. И пострадали всерьез. Имеют право, чтобы о них беспокоились и заботились.

А то, что с женщинами не умеют обращаться… это, конечно, грех, но и его можно искупить. Если подтвердятся мои подозрения, я вам выпишу того искупления от души. Зато ваши будущие жены мне за такую науку спасибо скажут.

– Ладно, велю подготовить моего коня, а ты, лейтенант…

– Какого еще коня?! – о, это мы с господином Торстеном хором взвились.

– Поедешь в экипаже леди, – рявкнул лекарь. – И не сметь мне прекословить, мальчишка! В ситуации, когда ты ранен, я имею полномочия от его величества даже привязать тебя к кровати, если это будет нужно!

Ого. А хорошо-то как, даже не пришлось устраивать битву. За меня все завоевали король и лекарь.

Полдела сделано. Мы будем долгое время заперты в одном помещении все втроем. И ни одна зараза не сумеет поменяться местами у меня на глазах. А раз не сумеет…

Я тоже умею играть, мальчики.

Глава 5

Умничка Патрик сбежал на козлы к кучеру еще до того, как мой экипаж выехал из поместья в сторону портальной арки. Правильно понял мой взгляд на двух мужчин, которых под строгим присмотром господина Торстена препроводили и усадили в карету. Мужики, кстати, предсказуемо подергивались то идти быстрее, то вообще отбежать в сторонку отдать распоряжения своим людям и лично приглядеть.

Ага. Щаз-з-з, как говорится в плохом фэнтези.

С одной стороны бдил лекарь, с другой изображала цепную овчарку я. Ибо тут только моргни, клоуны что-нибудь вычудят. В свете открывшейся информации – глаз не спущу с поганцев.

Пока я могу быть уверена только в одном: тот, который без маски, – точно Яролир. До меня все же дошло, что, если этот комедиант изображал моего любовника, кто-то в это время должен был изображать его самого. Логично же, что этот кто-то достаточно похож на оригинал.

Так что надо удвоить бдительность и не спускать с подозреваемых глаз. Все же с мужем я общалась достаточно много. И даже подралась в кровати, когда он меня заподозрил в самозванстве. Короче говоря, если смотреть пристально – разглядеть можно.

В голове на пару секунд мелькнула мысль: а может, мне тоже мужу устроить «разоблачение» в постели со срыванием рубашки и прочими обвинениями? Не-не. Не буду повторяться.

Патрик, которого я пока не посвящала в подробности, утверждал, что во время моих посещений дома ледяных масок слишком близко он к оставшемуся дома лорду не подходил. Видел и слышал только издалека. И не только он, остальные слуги тоже. То есть получается, что маскировка есть, но она не настолько хороша, как та, которую дает противозачаточный артефакт для любовника. Ну, во всяком случае, я так предполагаю. Все-таки доверять я могу только пажу, а к нему у моего мужа и не было причин подходить. Порой Яролир и вовсе стойко игнорирует мальчишку. Вот как сейчас – из всех только я беспокоилась, чтобы пацан оделся потеплее, а также не забыл зарядить согревающий амулет. Да, тут весна в разгаре. Но такой весной без батареи и околеть недолго. Ночью стойкие заморозки, днем сырые ветра.

Ледяной дворец в наше отсутствие было решено не консервировать. Потому что я рассчитываю вернуться сюда в любой момент, как только проведу первую рекламную кампанию морепродуктов в столице. Проще поддерживать дом в жилом состоянии, чем сейчас усыплять артефакты, а потом снова их будить. Артефактам это вредно, как объяснил мне местный сантехник. Господа, они, конечно, на такие мелочи внимания не обращают. Ну, будет срок работы очередной магической прибамбасины втрое короче, чем при правильной эксплуатации, – да и бог с ним. Купят новый.

А я, пока в плюс не выйду, позволить себе такое транжирство не могу. Даже за счет мужа-клоуна. Поэтому будем отапливать дом правильно.

А сейчас можно устроиться в карете, обозреть двух очень недовольных козлов, рассевшихся напротив, и для начала съехидничать:

– Плохой же из вас получится отец, мой лорд.

– Почему? – Яролир взглянул на меня устало недоуменно. Да, от удивления, оказывается, тоже можно уставать. А я последнее время старалась ошарашивать обоих мужчин почаще, наблюдая за их реакцией.

– Сами в меха кутаетесь, а ребенку шапку не дали.

– Какому ребенку?

– Патрику, конечно.

– Леди, ему пятнадцать. Уже жениться пора.

– Да что вы говорите? Теперь возможность жениться защищает от простуды? Не знала. Господин Торстен, а вы слышали о таком методе?

Лекарь молча качнул головой. Он устроился между двумя недовольными мужчинами словно разделительный барьер и снова приготовился наблюдать представление. Но сам в нем участвовать явно не горел желанием.

– Я не понимаю вашу логику. Ваш паж уже взрослый. Если к этому возрасту он не понимает, что когда холодно – надо одеваться, я бессилен. Это скорее вас надо спросить, чему вы, леди, учили своего свежеиспеченного младшего брата, когда он действительно был ребенком.

– Они жили на юге, – примирительно вмешался Ар, который пытался копировать лекаря и не отсвечивать. – Не привыкли к холодам.

– Да что тут привыкать? Уши отваливаются – надень шапку. Это даже умственно отсталые понимают.

– Чтобы шапку надеть, ее надо иметь. А вы, насколько я поняла из документов, переодеванием жены и ее пажа никогда не занимались, – хмыкнула я. И про себя вздохнула – да, этим пришлось заняться мне. И шапка у Патрика теперь есть. У него только звездюлей на заднице еще нет – сто раз напомнила про отвалившиеся уши, нет, все равно полез на козлы с непокрытой головой. А к лорду я прицепилась потому, что он это видел и не пресек. Хотя своих людей лично проверил на правильность экипировки.

Ну и просто так – надо же было к чему-то прицепиться. Я продолжала отслеживать в разговоре реакцию двух мужчин и мысленно ставить галочки в анкете сходств и различий.

– Да-да, более тысячи золотых на полную смену гардероба две недели назад. Не занимался, конечно, только оплачивал. Вы умудрились даже любовнику костюм с медведем сшить.

– Костюм с медведем? – икнул Ар, заставив меня в очередной раз насторожиться. – А, с этим медведем, – неловко засмеялся он.

– С этим самым. – Вот как мило, даже не нужно придумывать, как направить разговор в нужное русло. – Ты же не забываешь его надевать?

– Эм… ну… он же для постели. Может, все же не при лорде? – снова нервно засмеялся Ар.

– Почему? Лорд Оверхольм оплачивает твои услуги. Имеет право знать, куда идут такие деньги, верно?

Закашлялись оба. Один господин Торстен явно наслаждался и не шокировался.

– Ага. В какие дыры идут мои деньги. И на какие… хм… товары. – Яролир не выдержал и едва заметно засмеялся в кулак. А вот волк неловко почесал затылок. Я, кстати, такого за ним еще не замечала. Что же он при муже такой неуверенный в себе становится? Хотя смешно, без мужа я этого товарища ни разу и не видела, если все подозрения верны. Откуда мне знать, может, он по жизни стеснительный.

– Фу, как грубо, – надулась я. – Лорд муж, я ведь не устраиваю вам сцен из-за Иланны. Вы могли бы быть приветливее к тому, кто помогает нам обоим получить свободу. Кстати. Давайте немного по-другому усядемся? Вам втроем там явно тесно, а мне одной холодно.

– Могу дать плащ. – Муж уже начал снимать с себя указанный предмет гардероба.

– Зачем? Чтобы самому замерзнуть? И не думайте даже. Просто пусть господин волк пересядет. Думаю, он достаточно… – Я сделала паузу и продолжила совершенно невинным тоном: – …горяч, чтобы мы оба перестали мерзнуть. И плащ у него большой, на двоих хватит.

– Прямо большой? И горячий? – протянул Яролир странным тоном.

– Плащ? – Я демонстративно не поняла двусмысленности. – Да сами пощупайте. Вам только руку протянуть.

И снова эти двое подавились воздухом одновременно.

– Браво, – сказал господин Торстен и не выдержал, заржал и подмигнул мне: – Хотя тут даже протягивать толком не надо, все и так… под рукой.

После чего взял и сам пощупал Ара за плащ.

Глава 6

Никакие возражения не помогли. Брыкаться всерьез, когда дама вцепилась в рукав и тащит, – недостойно мужчины, даже наемника.

Особенно если дама жалуется, что ей неудобно и холодно одной на широком кожаном диване.

Да-да, первый пункт плана мне удалось осуществить без особого труда. Еще и господин Торстен продолжал играть за мою команду: воспользовался освободившимся местом и заставил Яролира полулечь, положив голову доктору на колени. Так, мол, можно будет ювелирно подготавливать ауру к настоящему лечению, не отвлекаясь на дорожную тряску.

У мужа дергался глаз, скрежетали зубы, и он нервно барабанил по сиденью пальцами. Тем не менее Яролир все-таки лежал и старался не смотреть в мою сторону, демонстративно разглядывая потолок экипажа. Мне даже показалось, что он пытается практиковать какой-то метод дыхания для успокоения нервов.

И чего так нервничать? Будто на его глазах никогда никого не лапали.

А я собиралась именно что полапать господина волка. И нет, заниматься развратом при наличии зрителей в мои планы не входило. Зачем? Чтобы придрались? Вот еще.

Но можно, например, предложить второму раненому тоже прилечь. А когда откажется, пожаловаться, что я все еще мерзну – чувствуете, какие руки ледяные? – и ловко сунуть ладони ему под плащ. Потому как на вид я уже не доверяю их размерам, надо щупать. Мало ли какие экзоскелеты вшиты в эти хитромордые кафтаны?

Кафтан под плащом оказался самый обычный. И мужик под ним тоже живой, теплый, явно шокированный моими холодными лапками на своем прессе. Натуральном таком, напряженном.

Кубики на ощупь я считать не стала – все равно бесполезно. Они оба военные, маги, с физухой все в порядке. Тут надо другие сходства и различия поискать. Зато глазомер прокачала: клоун-наемник действительно крупнее мужа, шире в плечах и массивнее. Не так чтобы очень заметно, но… но.

Или вот еще тест: взять господина волка за руку, переплести пальцы под прикрытием кружевных манжет и попытаться вспомнить, как ощущались руки любовника, когда я его вот так невинно ласкала. Или когда он меня.

– А знаешь, не упрямься. Ложись тоже ко мне головой на колени. Ты ведь тоже ранен и нуждаешься в отдыхе. Я, конечно, не лекарь, но вижу, насколько лорду Оверхольму легче лежать, чем сидеть. А то, что он зубами скрипит, – это наверняка лечение неприятное, что поделать.

– Леди, вы меня так в могилу загоните, – прошептал мне Ар подозрительно знакомым голосом и даже короткую паузу на вздох сделал в привычном месте. Да кто ж он такой? Или маска копирует голос? – Я туда либо сам от стыда лягу, либо ваш муж уложит.

– Полно, мы не делаем ничего постыдного, – отбила я подачу. – Вы выполняете свой долг, я свой. И только.

– Странное у вас понятие долга, леди, – хмыкнул волк, но все же лег. Маской вверх, почти на самый краешек колена. – Особенно вашего.

– Я обеспечила раненого мужа доктором и экипажем, а раненого тебя тем же самым плюс своим вниманием. Что не так?

– И все за мой счет, – подал голос Яролир, не утерпел.

– Вы сами это придумали, так что не жалуйтесь. – Я пожала плечами и ласково, едва касаясь, погладила снова светлые, почти до белизны, волосы наемника. И чтоб мне лопнуть, но они все же не такие шелковистые, как я помню. Завиток самую малость плотнее и жестче.

– Я придумал?!

– А кто? Это вы хотели развода.

– А вы сами хотели бы выйти замуж за депрессивно-агрессивного террориста с тягой к суициду и навязчивыми мыслями? Да еще и религиозного до неприличия? – не выдержал лорд.

– Ну я же вышла за того, за кого не хотела. Хотя меня, в отличие от вас, никто особо не спрашивал.

– Леди, вы переворачиваете все с ног на голову. – Яролир успокоился, взял себя в руки и теперь цедил слова сквозь зубы с подчеркнутой холодностью: – Причем настолько нагло и бесцеремонно, что это шокирует и заставляет временно подчиняться. Но помните, дорогая, не все будут к вам столь добры, как мы. За такое отношение другой, менее терпеливый мужчина уже давно насадил бы вашу прекрасную головку на копье. И был бы в своем праве, замечу.

– Я на всех и не рассчитываю. – Мои пальцы еще настойчивее скользнули в шевелюру наемника в маске и пресекли его попытку тихо слиться с моих колен на кожаное сиденье. – Мне вас двоих хватает.

– Пни ее. Пожалуйста, – вдруг совершенно по-детски обратился к Ару муж.

– Яролир! – шокированно выдохнул господин Торстен и что-то сделал, отчего муж зашипел. – Придержи язык! Ты говоришь о своей жене!

– Эта так называемая жена на моих глазах сейчас ласкает другого мужчину! Так с какого перепугу я вообще должен учитывать этот ее статус, если это она не проявляет ко мне и капли уважения?

– Кто вам сказал, что я ласкаю? – Ох, надеюсь, моя улыбка надолго им запомнится. – Я тестирую.

– Что делаете?! – это они хором спросили, а наемник еще и попытался дернуться, чтобы сбежать.

Не тут-то было. Ласковые пальцы тут же организовали ему жесткий захват и ясно дали понять: сопротивление бесполезно.

– Проверяю. Сравниваю. У меня появилось ощущение, господа, что кто-то решил надо мной зло подшутить.

В карете повисла долгая пауза. Я не спешила развивать свою мысль, а мужчины заткнулись так дружно, что любо-дорого посмотреть. И только минут через пять Яролир все же подал голос:

– Я говорил, что она действительно сошла с ума. А ты все: посмотрим, посмотрим, проблески гениальности, – это он явно сказал доктору. – Вон, на лицо все признаки помешательства.

– Гениальность часто соседствует с безумием, – тяжело вздохнул у меня на коленях Ар. – Эм, то есть, – тут же одернул себя он, с опаской глянув мне в лицо снизу вверх, – леди слишком много работала в эти дни, из-за нападения ей пришлось практически в одиночку готовиться к ярмарке. Хотя изначально я должен был ей помочь. А потом она еще нам готовила.

– Траву в воде варила, ага, – хмыкнул Яролир. – На редкость отвратительную траву. Или во всем виноваты ее кулинарные способности?

– Кстати, леди, – вдруг снова оживился господин Торстен, испортив ехидный выпад лорда, – вы захватили с собой запас этих водорослей? Мне нужен рецепт вашего волшебного супа. Я никогда не видел, чтобы тонкие потоки так быстро восстанавливались за счет вливаемых извне минеральных веществ! Это надо изучить, и, возможно…

– Ты издеваешься? – Яролир не выдержал и сел.

– И возможно, модифицировать с помощью других трав, мяса и специй, – закончил доктор, – которые перебьют неприятный привкус, не давая тонику потерять в эффективности. Или получится сделать вытяжку и собрать ее в пилюли.

– Главное, не пускай эту ведьму к кастрюле, – мстительно хмыкнул муж. – Иначе она и пилюли сделает отвратительными на вкус!

– А краб в масле вам понравился. – Я ничуть не обиделась, только плечами пожала.

– Краб – другое дело, там, судя по всему, что-то испортить трудно даже вашими кривыми руками. Стоп. Какой краб?! А, это был краб? Тот морской паук с красным мясом, которого подали сегодня на завтрак, мы же о нем говорим?

Вот зараза, вывернулся. И не придерешься, подавали на завтрак краба. Но почти незаметная пауза перед тем, как он спохватился… хм. Хм.

Глава 7

Короче говоря, ехали мы так весело, что я даже пожалела, когда доехала. Потому что дразнить парней в карете мне ужасно понравилось. Они смешно реагировали, и я даже почти забыла, что хочу их не просто довести до ручки, но вывести на чистую воду.

Зато когда доехали – сразу вспомнила.

Точнее, лорд напомнил. Едва мы покинули земли севера и ступили в цивилизацию, он резко изменился. Как будто переключили некий тумблер: бац – и вот вместо веселого, эмоционального мужика-засранца, который к половине пути уже перестал просто бухтеть и начал вполне умело ехидничать в ответ, появился кирпич. Причем, похоже, кирпич еще и ледяной, потому что, несмотря на то что у моего неблаговерного магия огня, воздух вокруг явно стал на несколько градусов ниже. Это что за странные метаморфозы? Мало того, что он местами постоянно с любовником меняется, так еще и сам страдает раздвоением личности?!

Ар же по мере приближения к столице словно набирался яркости и уверенности. Нет, он не лез ко мне с поцелуями на глазах у мужа и вообще вел себя исключительно корректно. Но! Что касается вопросов организации и безопасности – командный состав словно бы поменялся, и уже мой муж беспрекословно выполнял команды наемника. А тот строил и своих, и лордских людей как так и надо.

Я, правда, из всего этого сделала вполне логичный, хотя и странный на первый взгляд вывод: эти двое давным-давно знакомы. И смена ролей им не в новинку. А волки и прочие товарищи из свиты лорда привыкли к этой чехарде.

Но все равно… Смотрелось диковато, когда мы наконец прибыли и карета остановилась во дворе городского дома. На мужа словно еще один слой льда нарастили поверх того, что уже намерз. А все потому, что нас встречали.

Невеста собственной персоной. И не одна, а в окружении целой свиты таких же пастельных леди, которых, в свою очередь, то ли сопровождали, то ли охраняли весьма суровые на вид мужики. Во главе с будущим тестем лорда Оверхольма.

– Приветствую, – радостно, хотя и несколько чопорно дернул подбородком лорд Эльман. – Яролир, у меня к тебе срочное дело. Хорошо, что ты вернулся. Надеюсь, с великанами покончено до следующего сезона?

Яролир коротко кивнул, скупо улыбнулся и поздоровался, а потом, как мне показалось, слишком демонстративно сосредоточил все свое внимание на Иланне. В мою сторону он даже не смотрел.

Я мысленно прищурилась и решила провести короткую разведку боем.

– Приветствую, лорд Эльман, леди… Иланна, вы сегодня прекрасно выглядите. Скажите, дело действительно особо срочное? Муж ранен, ему бы в столичную больницу. – Я изобразила на лице подобие того, что когда-то демонстрировала Иланна, справляясь о самочувствии Яролира.

У них у всех стали такие лица, словно они увидели говорящую табуретку. Или, например, ступенька под ногами внезапно заимела собственное мнение. М-да.

– Не беспокойся, дорогая. – Голосом моего мужа в этот момент можно было заморозить все побережье не хуже, чем стаей тех великанов, которых он прогнал. – Как и твой любовник, я способен выполнить свои обязательства… перед страной.

– Как скажешь, дорогой. – Я нарочно не стала отвечать зеркалкой, наоборот, улыбнулась как можно нежнее. – В таком случае я тебя не задерживаю. Господа гости меня извинят, надеюсь? Тогда я вынуждена откланяться – дорога была дальняя и утомительная, хочу поскорее вернуться в свои покои.

Шипение на грани слышимости о том, что ничего своего у меня здесь нет и быть не может, я проигнорировала. Подумаешь, компания девчонок-малолеток злобничает между собой. Много чести обращать на их бубнеж какое-то внимание.

Другое дело, что драгоценный муженек никак не отреагировал на эти слова. Хотя не слышать их не мог. Ну, его дело. А я, ехидно ухмыльнувшись про себя, подхватила под локоток уже почти слинявшего господина волка и заявила негромко, но вполне отчетливо:

– Я так устала. Проводи меня до моих комнат.

Хотела сказать «до постели», но слишком уж явно нарываться не хотелось. Тут лучше не пересаливать. Зато можно насладиться очередным змеиным перешептыванием, пока мы поднимаемся по открытой лестнице:

– Как можно иметь любовника вот так бесстыдно, прямо на глазах у лорда Оверхольма? Да вообще, зачем его заводить?

– Ну, может, лорд просто очень холоден в постели, вот и…

– Не придумывай! Как лорд может быть плохим любовником? Это просто ему черные южанки не по вкусу! Он ведь так трепетно любит нашу леди!

– Да-да. А еще говорят, что эта ему грубит и постоянно угрожает повеситься. Она сумасшедшая!

– Так и вешалась бы. Не удивлюсь, если со дня на день объявят о том, что леди скончалась от непривычного ей климата. Так про всех этих южных змеюк принято говорить, когда они наконец решаются освободить нормальных людей от своего присутствия!

Ого. А вот это уже настораживает. Куклы в платьишках цвета бешеного зефира – это одно. Но они ведь не сами по себе болтают, они повторяют то, о чем говорят другие. Слухи о том, что я могу со дня на день отправиться на свидание с предками, – не шутка. Словно кто-то подготавливает общественное мнение к тому, что мою смерть не стоит принимать всерьез и слишком тщательно расследовать. Мол, чокнутая южанка давно пыталась покончить с собой, вот наконец и сподобилась.

И еще один моментик: Яролир ведь тоже прекрасно слышит, о чем там перешептываются подружки его невесты. И в курсе того, какие слухи ходят обо мне в обществе. Но не пытается пресечь или изменить их. Хотя в нашем положении было бы логичнее напирать на несхожесть характеров, моего любовника и скорый развод. Тоже прекрасный повод для сплетен.

Но нет, все продолжают обсуждать мое душевное нездоровье и возможную скорую смерть.

Дела…

– Пойдемте, леди, – сильнее стиснул мою руку Ар. – Вы действительно очень устали после долгого путешествия и переживаний по поводу ледяных великанов. Вон, и синяки под глазами появились. Куда только смотрит ваш паж? Пора устроить ему хорошую головомойку за небрежное отношение к своим обязанностям!

Его рука стала неожиданно напряженной и цепкой. Да и подхватил он меня так, словно собирался быстро-быстро увести из опасного места, чуть ли не загораживая собой.

Что происходит?

Глава 8

– Что происходит? – вслух спросила я у волка, как только мы поднялись по лестнице, свернули в коридор, ведущий к моим покоям, и скрылись из поля зрения стаи хищных голубок.

– О чем вы, леди? – Даже фальши в голосе почти нет, смотри, какой талантливый комедиант. Только он, судя по всему, в своей жизни больше воевал, чем смотрел разного рода спектакли, кинофильмы и прочие постановки. А также мало бывал на переговорах, где обе стороны отчаянно блефуют. Поэтому совсем скрыть неестественность в голосе все же не смог.

– Тебя прямо тут покусать или дойдем до спальни?

– Леди?!

– Ну хватит. Мне надоел этот цирк. Я готова была играть по дороге и там, на севере. А здесь прямо мягким местом чую, что игры кончились.

– Леди, ну сами подумайте. Лорд Эльман может очень искренне улыбаться, но вы действительно думаете, что он испытывает к вам хоть каплю положительных чувств? Я даже не упоминал про то, каким гневом пышет его дочь. Разве не лучшее решение – просто исчезнуть с их глаз? Тем более что вы и не собираетесь сражаться за чувства лорда, ведь так?

– Да плевать мне на лорда Эльмана и на его дочь, понятно, что мой дорогой муж за каким-то бесом строит перед ними пай-мальчика вместе со своими неубереженными чувствами. Я о другом! – Мы уже дошли до нужной двери, и господин волк, тем самым местом предчувствуя развитие ситуации, притормозил на пороге, намереваясь сделать «морду выполненного долга» и слинять от дальнейших расспросов. К бабке не ходи, когда я увижу его в следующий раз, под маской будет уже Яролир. И черта лысого он расколется. А этого мальчика можно попытать…

– О чем? – не понял волк и на всякий случай еще больше насторожился, привычно уже почесывая затылок.

– О том, что в свете вовсю продолжают обсуждать мое самоубийство. С чего вдруг?

– Это вполне объяснимо. Вы топились два раза, не помните? И один раз прыгали с чердака. А, и еще пытались с ножом броситься на мужа. Тоже тот еще способ самоубийства, – хмыкнул Ар.

– Ар, откуда в свете стало известно об этих попытках? – терпеливо объяснила я. – От моего мужа. Яролир же в последнее время знает, что подобными вещами я больше не увлекаюсь. И вообще согласна на развод. Он больше не распускает слухов о моих суицидальных наклонностях. Или… распускает?

– Нет! – Волк решительно помотал головой. – Ну, я уверен, что нет. Все-таки ваш муж мне не отчитывается.

– Значит, это делает кто-то другой. – Я недовольно поджала губы. – Кто? И зачем?

– Я выясню. – Кажется, мне удалось донести до парня часть своей тревоги. Он тоже поджал губы и кивнул.

Что ж, будем надеяться, он выскажет свои догадки подельнику по клоунаде и они оба задумаются. Очень надеюсь, что это все же не их общий план по избавлению от противной южанки. Очень!

– Самый вероятный кандидат, конечно, леди Иланна. Да и слухи эти вы услышали от ее свиты, что только подтверждает эти догадки, – продолжил тем временем волк. – Но если подумать, сама леди достаточно невинна. Она бы не стала кого-то заранее убивать, даже в слухах.

Это Иланна-то невинна? Серьезно? Девушка, которая при каждой встрече искренне делала попытки перегрызть мне горло?

Я подозрительно уставилась на Ара. Это что получается, у меня и мужу, и любовнику одинаково нравятся белобрысые стервы? Ну или у мужчин этого мира избирательная слепота на женские выходки. Хотя чего я надумываю, можно же спросить.

– Вы оба считаете, что Иланна не замешана?

– Да, мы… то есть я считаю, что леди слишком юна и не искушена в таких делах.

– О боги… мужчины. Скажи, как вы выживаете при таком слепом пятне размером с луну?!

– Леди?!

– Запомни, мальчик, и передай подельнику. Когда в следующий раз будете меняться масками, не забывайте, что у вас разный запах. Это первое. – Да, я тоже способна на блеф, а другого шанса изловить этого парня одного, без поддержки мужа, может не представиться.

– Меняться? Куда меняться? С кем меняться? – вздрогнул Ар, уставившись на меня стилизованными волчьими глазами.

– И второе. – Я с усмешкой проигнорировала его попытки строить мне невинность на лице под маской. – Иланне двадцать лет. Она взрослая девушка с таким опытом подковерных интриг, какой вам и не снился. Недаром же выпускница высшей змеиной… в смысле женской академии столицы. И сбрасывать ее со счетов опасно для жизни.

– Хм, значит, по своему опыту судите. – Ар вдруг резко изменился и, будто большой хищник, почуявший добычу, подошел ближе, слегка прижав меня к стене.

– Целоваться будем? – Я даже не сделала попытки его оттолкнуть.

– Конечно, – мурлыкнул он, а его ладони заскользили по корсету вниз.

– Маску сними, – кивнула я.

– Леди? По условиям контракта…

– Да не ту. Волка сними. Как ты собрался целоваться в шлеме?

– Леди, вы невозможны. Порой я не понимаю, как может мужчина влюбиться в столь противоречивое и наглое создание.

– Да этот мужчина сам небось не понял, с какого такого его угораздило, – хмыкнула я. – Ну?

– Сами напросились, леди! Я слишком долго ждал нашей близости после той битвы. – Ар решительно снял шлем в виде волчьей головы и резко наклонился ко мне.

Поцелуй был… умопомрачительный. Но когда он закончился, я чуть отдышалась, погладила парня по щеке и усмехнулась ему в глаза:

– Значит, в первое мое посещение дома масок там все же был ты. Понятненько.

– Мне кажется, моя леди, вы слишком сильно углубились в ваши фантазии. Неужели так хотите видеть на моем месте собственного мужа? – притворился обиженным волк, и даже узорные брови маски сошлись домиком, демонстрируя его сожаление. – Так верите в его, хм, уникальные любовные навыки? Это действительно огорчает. И заставляет задуматься, так ли искренне вы хотите развода.

– Да-да, мои фантазии, конечно. – Блефовать – так до конца. Судя по всему, ни один паразит не собирается признаваться. Но я уже все, что мне надо, выяснила. – На твоем месте его я видеть больше не хочу. А развод у нас будет обязательно. Можешь так ему и передать. Не люблю, когда меня считают слепоглухотупой идиоткой, знаешь ли. Обижаюсь и могу изощренно отомстить. Ты, кстати, не хочешь поучаствовать в моей мести? Вот прямо сейчас, например. Пока его светлость занят своей будущей женой и своим будущим тестем.

– А вы уверены, что это именно его будущая жена? – внезапно выдал Ар, и вместо улыбки на лице появился самый настоящий волчий оскал.

Ой.

Хм. Хм…

Глава 9

Ну и что это было, я вас спрашиваю?

Мало того, что змеиный птичник вовсю обсуждает мою смерть, так еще и этот зубы оскалил. Нет, до меня постфактум дошло, что это он какую-то магию иллюзий мне включил (во всяком случае, очень на это надеюсь), а в первый момент я, признаться, впечатлилась по самое не могу.

И только поэтому упустила возможность затащить гада в свою комнату, чтобы «снять пробу». Точнее, я на все сто процентов уверена, что вот этот конкретный господин волк брыкался бы четырьмя лапами не хуже натурального дикого хищника. Потому что спала я не с ним, тут сомнений нет. Но лишнее подтверждение не помешает.

А целовалась как раз с этим молодым человеком. Ну тогда, в самый первый раз, в доме масок. Интересно, что он такого сказал моему мужу после этого поцелуя, отчего Яролир вдруг решил сам занять вакантное место в моей постели?

И почему муж не знал, что его жена все еще девственница? Ладно я, у меня «память отшибло». А что отшибло ему? И с какого такого перепуга Эмберлин осталась без первой брачной ночи, если их брак был признан консумированным? Ведь если бы это было не так, не нужен был бы и развод: когда супруги не спят вместе, то брак просто признают недействительным. Несостоявшимся, так сказать.

Загадка на загадке. И зубы скалит еще…

– Патрик! – позвала я, устало опускаясь в кресло. – Что скажешь?

– Я много чего хотел бы сказать вам, моя леди. В некоторых местах даже нецензурного, – тяжело вздохнул паж, вылезая почему-то из-под стола. – Но вы все же уточните: что именно вам интересно?

– А откуда нецензурное?

– А оттуда, что возницы прекрасно слышат, что творится в карете. Там есть специальные слуховые окошки для передачи приказов, которые никто и не подумал прикрыть.

– И? Ты понял, в чем засада?

– В том, что я дурак и опять не уследил, когда вы упали и треснулись головой об очередной камень? – мрачно предположил мальчишка. Но потом вздохнул и все же выдал: – Я тоже подозреваю, что нас одурачили. Но зачем?

– И как, – кивнула я, подтягивая колени к груди и обнимая их.

– Если вы чего-то не знаете, значит, замешана магия. Но я все еще не понимаю смысла. Я предполагал, что господин Ар – человек лорда, это логично. Я и сам бы жену по мужикам просто так не пустил, тем более ту, что меня не особо любит. Но вот зачем им меняться местами? Лорд от таких пряток ничего не выигрывает. Разве что просто любопытно стало…

– Ну, навскидку, он так экономит, – со смешком предложила я объяснение.

– Сам себе платит как любовнику?! – догадался Патрик и даже слегка подзавис с меховым плащом в руках – трудолюбивый пацан не просто болтал языком, а параллельно занимался разбором моих вещей, из тех, что не надо отдавать горничной. – Но… хм… там такие большие суммы?

– Два раза по столько кораблей можно было оснастить за одну ночь в доме масок.

– Них… ничего себе! Столько денег?! И вы тратили?! – Патрик очень впечатлился, аж сел на край сундука.

– Не я, а мой муж. И не тратил, как выяснилось, а зарабатывал.

– Тогда он оправдан!

Приехали. Это что, мужская солидарность? Или врожденная бережливость?

– Эм, то есть… – Тут паж увидел мои прищуренные глаза. – Обманывать, конечно, нехорошо. Но ведь обязанности он свои выполнил в полном объеме, так?

– Патрик, тут даже не в обмане дело, хотя по-любому это слишком некрасиво. – Я задумчиво прикусила ноготь, поймала укоризненный взгляд мальчишки. Он уже давно бухтел, что мне надо изжить эту плебейскую привычку, которую я притащила еще с юга. То есть, Эмберлин притащила. А я подхватила. – Смотри, что получается. Лорд Оверхольм хочет, даже требует развода. Не скрываясь, принимает в своем доме дочь одного из главных императорских советников. Вовсю осваивает те земли, которые он получил в обмен на мое, прошу заметить, приданое. То есть совсем не бедствует, я интересовалась. У него столько денег, что заведи я десяток любовников и целый рыболовецкий флот – его финансы даже не чихнут. И при этом зачем-то устроил маскарад. Залез ко мне в постель. Забрал мою девственность. Да не красней ты, можно подумать, я говорю о чем-то постыдном. Кстати! Ты не знаешь, почему я оставалась девственницей, будучи замужем?

– Леди… – Красный, как свекла, парень закашлялся и просипел: – Не знаю… кха… вы вообще-то не должны были…

– Да я знаю, что не должна. Первая брачная ночь, все такое.

– Нет, я не об этом… просто… до вашего замужества же… – практически прошептал он.

Я навострила уши и уставилась на Патрика во все глаза.

Он снова мучительно закашлялся, но по моему взгляду понял, что я теперь все равно не отстану. Мотнул головой, пробежался через комнату до окна, взял там со столика графин и даже не стал искать бокал – приложился к горлышку.

Долго пил, потом отдышался и укоризненно выговорил:

– Я так поседею с вами раньше, чем сам женюсь. В общем, у вас был жених. Возлюбленный. Который погиб во время восстания. И вы во всеуслышание сказали будущему мужу, что уже подарили свое… сокровище этому человеку.

– Ну, не могло же сокровище вернуться ко мне обратно. – Ага, заросло, блин, по причине нехватки секса.

– Значит, обманули, наверное. Я при ваших свиданиях с прежним женихом не присутствовал! – возмущенно пропыхтел паж и снова отпил из графина. Ой, а там вовсе не вода, кажется…

– Патрик, тебе плохо не станет?! – Я всерьез забеспокоилась. Насколько помню, вином мой названый братец в таких количествах никогда не баловался.

– Хуже, чем есть? – скептически скривился пацан и снова отхлебнул.

Я поняла, что выпивку надо отбирать, и недолго думая приступила к операции. Попыталась приступить. Потому что Патрик не собирался расставаться с таким хорошим успокоительным добровольно.

– Не тронь…те! Леди! Я могу пить! Я давно не ребенок! – вякнул он и зачем-то кинулся с добычей наутек.

– Да можешь, конечно, – пропыхтела я на бегу, недоумевая, как мы вообще так резко перешли к пародиям на Тома и Джерри. – Блевать потом ты тоже сможешь! Прямо-таки прекрасно сумеешь!

– И никаких шапок мне не надо! А то смотри…те, когда леди приспичило вопросы задавать, так сразу «где моя девственность». Никакого стыда! Совсем! А как пить – так маленький! – Как только парнишка понял, что я за ним поспеваю, в меня начали кидаться упреками.

– А шапка тут при чем?! – не поняла я, но скорости погони не снизила. И улучила-таки момент – ловкой подсечкой отправила мальчишку на диван вместе с графином.

– Вы меня перед лордом так опозо-о-орили! – верещал он и отбрыкивался. – Не отдам!

– Да что ж такое… с трех глотков опьянел, что ли? – Я действительно не понимала, почему моего очень сдержанного, разумного и осторожного пажа так понесло.

– А как с вами по-другому! У-у-у! – блажил буйный ребенок, делая попытки прорваться мимо меня в пампасы. – И кучер услышал, что я дурак! Шапки на меня должен лорд надевать! Как на младенца! Только и умею, что косички вам вяза-а-ать! И платья штопать! И меча нет! Леди из-под подола никуда не пуска-а-ает! Даже великанов из-под юбки показывает!

Пришлось просто падать на брыкучую мелочь сверху, прижимать к дивану и выдирать вино из его лап. Дожили, блин…

– Что здесь происходит?! – Голос мужа раздался в тот момент, когда Патрик, вереща особенно громко и противно, попытался отпихнуть меня коленями, но вместо этого лишь вяло дернулся и распластался по дивану раздавленным жучком.

– Ой, леди пажа насилует… и ищет девственность… а у меня нету… – пискнул он и отрубился.

Глава 10

– Ничего страшного, это не смертельно. – Господин Торстен бережно придержал голову моего несчастного пажа над медным тазом, в который Патрика выворачивало уже минут пять. – Вот сейчас организм заодно почистим. Это, между прочим, очень полезная процедура. Пусть и неприятная. А если вы потом еще и накормите ребенка своим чудесным супом…

Мальчишка только жалобно застонал, а я в который раз удивилась тому, что на этот стон дернулся вовсе не доктор, а Яролир. Дело в том, что во владения лекаря мальчишку на руках и бегом притащил не кто иной, как сам герцог Оверхольм.

Надо отдать ему должное: тогда в моей комнате обстановку муж оценил мгновенно и сделал правильные выводы. В частности, ни на секунду не повелся на глупую мизансцену и мальчишеский бред про девственность.

– Что он пил? – Короткий вопрос – короткий ответ, графин с подозрительной жидкостью оказался заткнут плотной пробкой и спрятан где-то в недрах мехового плаща мужа. А Патрика Яролир подхватил на руки, одновременно бережно и легко, словно долговязый подросток вообще ничего не весил. Кивнул – за мной! И какими-то боковыми переходами, не выводя нас на толпу незваных гостей, устремился в покои господина Торстена.

– Получается, вино отравлено? – взволнованно спросила я, все еще с тревогой посматривая на своего названого брата и незаметно стараясь погладить его по плечу.

– Не совсем, леди. Вернее, оно вовсе не отравлено. Просто это достаточно редкий вид травяной настойки, которую надо разбавлять водой один к пяти. Она концентрированная. Причем на вкус это очень трудно определить – пьется мягко, словно компот или детская шипучка, – пояснил лекарь и аккуратно нажал на какие-то точки в основании шеи Патрика.

Того в очередной раз вывернуло в таз, а господин Торстен как ни в чем не бывало продолжил объяснения:

– Что интересно, в большой дозе настойка довольно своеобразно действует на некоторых людей. У тех, кто покрепче и привык пить, реакция одна: ноги заплетаются, глаза слипаются. А вот ум почти трезв. Но для недорослей или для юных дам… – тут старик вздохнул и посмотрел сначала на меня, потом на Патрика и потом почему-то особо пристально на лорда, – все иначе. Неокрепшие и неопытные часто впадают в буйство, веселятся или ругаются, несут всякую чушь, могут навредить себе и окружающим. Впрочем, это же все можно сказать и о простом алкоголе. Но обычным вином так просто с пары глотков не напиться.

– Понятно. – Я поджала губы. Действительно, что ж тут сложного? Выпила бы винца как компотика, не заметив подвоха, да как пошла куролесить по дому на глазах у гостей. И если через пару дней после такого выступления меня нашли бы разбившейся всмятку под какой-нибудь башенкой, вообще никто бы не усомнился, что я сама оттуда прыгнула. Мало того, что южанка и чокнутая, так еще и буйная алкоголичка. Туда ей и дорога.

– А еще мы не можем предъявить кому-либо обвинения, – вздохнул муж, перебивая мои мрачные мысли. – Даже если докажем, что мальчишка наглотался именно этой веселой настойки, а не просто упился где-нибудь до алых искр. Ведь по факту она безвредна. Ну, принес кто-то бутыль в подарок, или слуги из винного погреба вынули. А то, что напиток не догадались разбавить, уже наши проблемы.

– Только как это вино попало в мою комнату? И почему оно налито в графин, из которого я пью на ночь отвар трав для лучшего сна? – ухватила я главное.

– А вот это хороший вопрос, – неожиданно серьезно кивнул муж. От его ледяного панциря, кстати, сейчас не осталось и следа – он двигался, говорил со мной и морщился на настойку как обычный живой мужик, а никакой не айсберг с претензиями. – Но задать его некому. То есть можно опросить горничную, что готовила ваши покои, но…

– Она наверняка скажет что-то вроде: взяла графин на кухне, как всегда. А повар пожмет плечами и заверит, что наливал туда отвар. И пока графин стоял на буфете в ряду других таких же, кто угодно мог его подменить.

– Ну, не все так плохо в моем поместье, дорогая. Если бы слуги выдали мне такую чушь, то просто лишились бы работы, а то и головы. Скорее всего, никто просто не будет знать, откуда взялся данный графин. Что достаточно закономерно. Вы сами только что упомянули, что отвар вам наливают на ночь. А сейчас еще даже не вечер, и в моем поместье гости. Наливать сонные травы хозяйке дома в такое время – верх дурости.

– То есть горничная его не приносила, – сделала вывод я. – И никак нельзя выяснить, кто еще заходил в мои комнаты?

– Они были незаперты, – это сказал господин волк, появляясь в дверях. – Все то время, пока вы отсутствовали, леди. То есть настойку могли принести даже не сегодня. Увы, в таких обстоятельствах выследить предателя чрезвычайно трудно.

– Но необходимо, – рыкнул Яролир и сжал кулаки.

Я снова удивилась. Вот если подумать, ему даже на руку мое сумасшествие, разве нет? Он сам в карете на него намекал. Правда, муж отчего-то с самого начала хочет именно развода, а не вдовства. Мне это настолько на руку, что я даже как-то не задумалась – а почему? Дура, что сказать.

– Что же, во всяком случае мы теперь точно знаем: кто-то, живущий в этом доме, покушается на леди Оверхольм, – вздохнул Ар. – Может, приставить к вашей жене охрану из моих людей?..

– И оповестить всех о том, – тут муж взглянул на меня, – что я не способен разобраться с нарушителями в собственном поместье. Спасибо, не надо мне такой помощи. Мало того, еще и спрашивать начнут по поводу «резко изменившегося поведения».

– Но как тогда? Нельзя оставлять леди без присмотра, а если я останусь жить у вас в поместье, да еще и в покоях тв… вашей жены, тут уже хозяина дома начнут подозревать в сумасшествии, а не Эмберлин. Ни один мужчина вашего статуса такого терпеть не станет, если он окончательно не свихнулся.

– Хм… – Муж задумчиво окинул меня взглядом. – А знаете что, леди Эмберлин. Пакуйте свои платья, я попрошу переселить вас в другие покои.

– Это в какие? – У меня странно екнуло в груди. – Особо защищенные?

– Самые защищенные в этом доме. А еще они точно входят в десятку наиболее безопасных в нашей столице. Не волнуйтесь, дорогая. В моей спальне вас ни один убийца или злоумышленник не достанет.

Глава 11

Это он хорошо придумал, нечего сказать. У меня аж, как в том мультике, «челюсть отпала». Благо я очень быстро вернула ее на место, никто особо не успел заметить.

– Где, простите? – саркастично уточнила я, сверля неблаговерного взглядом.

– В моей спальне, – терпеливо пояснил Яролир и посмотрел на меня как на глухую тетерю. В его руках каким-то чудом оказалась небольшая чаша с чем-то похожим на вино.

– Понятно. – В моем голосе прорезались опасные вкрадчивые нотки. – А любовника я тоже там буду принимать?

– Какого еще любовника?! – Отпивавший в это время из чаши муж едва не подавился. Кашлянув пару раз, Яролир отставил сосуд подальше. Видимо, во избежание.

– Вот этого. – Я не стала, конечно, тыкать в господина волка пальцем, но подбородком в его сторону дернула весьма красноречиво.

– Обойдетесь, – ядовито ответил лорд, как только опомнился от такой наглости.

– Он мой охранник, – напомнила я еще более вкрадчиво. – А у вас по дому невеста со свитой бегают. И что скажет Иланна, когда обнаружит, как вы волочете меня в свою берлогу на плече, словно дикарь?

– Да кто вам сказал, что я буду вас волочь?! Вы сами туда благочестиво зайдете.

– Это вам кто сказал, что я туда пойду добровольно? У меня до сих пор, между прочим, с вашей спальней связаны плохие воспоминания. Я бы даже сказала, самая настоящая моральная травма.

– Это какая? – Господин волк настолько опешил, что непроизвольно влез в разговор и посмотрел на Яролира странно.

– Да вот муж меня там на постель кидал и панталоны на мне рвал, – наябедничала я. А чего, у меня два свидетеля есть. Один сейчас пучит глаза в тазик и давится выпитой настойкой, а второй явно наблюдает за очередным цирком с привычным интересом.

– Яр… Лорд?! – Волк обернулся к герцогу и посмотрел на него так, будто впервые увидел.

– Глупости, – отмахнулся тот. – Не льстите себе, леди. И вообще, раз вам так запомнился именно этот эпизод, разрешаю ответить аналогично.

– Это как? – в свою очередь заинтересовалась я. – Порвать на вас подштанники?

– А вы сумеете? Что же, ради такого зрелища я надену свое лучшее белье. С шелковой отстрочкой и перламутровыми пуговицами. Хотя нет, могу еще одолжить у вашего любовника пижаму с медведями. Так и быть, рвите.

– Не льстите себе, лорд, – вернула я ему колкость. – Ваши шелковые подштанники должны интересовать вашу невесту, а не меня. В любом случае придумайте что-то другое. В вашу спальню я не пойду.

– Вас никто не спрашивает. – Улыбка Яролира стала слегка неприятной. – Напоминаю: пока вы еще МОЯ жена. И находитесь не только в моей власти, но и под моим поручительством.

– То есть мы опять вернулись к тому, с чего я начала. Иланна вряд ли одобрит ваш пробег по коридору с орущей женой на плече.

– Да что вы в каждом доводе приплетаете Иланну? Она и вам, и мне никто. Официальных договоренностей нет. Спать я с ней не сплю. Она ничем не отличается от любого другого почетного гостя. И таких гостей в каждом родовом поместье может ходить десятками.

– Да что вы говорите? – зло развеселилась я. – Именно поэтому в пока еще моем доме при пока еще моем муже эта блондинистая курица смотрит на меня словно на дождевого червяка и натравливает свою куриную свиту клюнуть побольнее?

– Привыкайте. Это высшее общество. Тут каждый второй будет смотреть на других как на свежую коровью лепешку. Для этого достаточно будет одного громкого вздоха или немодной в этом сезоне побрякушки. И все – презрительные взгляды обеспечены.

– Одно дело в обществе, другое – у себя дома, – напомнила я. – Пока еще у себя. И вот что я вам скажу, господин муж… если вы не способны меня защитить, я буду защищаться сама. Только не жалуйтесь потом на внезапный падеж невест.

– Травить юную леди Эльман я вам не советую, – влез господин Торстен. – Это подсудное дело, а вы однозначно будете первой подозреваемой. К тому же у вас здесь ни связей толком, ни знакомых, у которых можно приобрести хороший яд, не оставляющий следов. Магия у вас заблокирована. Так что…

– Так что смотрите и учитесь, господа, – самоуверенно заявила я, махнула шлейфом юбки, как лисьим хвостом, и уже с порога уточнила: – Патрику лучше переночевать у вас, господин Торстен, я правильно поняла?

– Да, пусть до утра побудет под присмотром. Возможно, надо промыть не только желудок, но и кишечник, – кивнул доктор.

Патрик от таких новостей едва не уронил таз и уставился на меня покрасневшими глазами как на величайшую предательницу – мол, только брось меня тут! Никогда не прощу!

– Это лишнее. – Я не могла не сжалиться над мальчишкой. – Настойка не сумела бы просочиться дальше желудка за столь короткое время.

– Ну как сказать, леди… Я все же настаиваю, это весьма полезная процедура в случае отравления алкоголем. Особенно для молодых невоздержанных господ. Раз и навсегда может избавить от тяги к горячительному.

Патрик обреченно зажмурился и еще сильнее позеленел. А во мне подняла голову справедливость:

– Ну уж, господин Торстен, это вы хватили. У моего пажа нет пристрастия к вину. Он ведь не знал, что в графине не вода и не отвар. И вообще, Патрик, можно сказать, пожертвовал собой, чтобы спасти свою леди. За это награждать надо, а не… кишечник промывать вне очереди.

– Что же, ради такого подвига на первый раз можно обойтись и без промывания, – смилостивился лекарь, пряча усмешку. – Но советую оставить его в больничных покоях и дать день отдыха.

– Не надо! – пискнул Патрик, окончательно выныривая из таза. – Я уже хорошо… Я не могу оставить свою леди в опасности!

– В покоях лорда она будет в полной безопасности. Там защита как не на каждом дворце. Заодно, я думаю, им будет что обсудить наедине. Без лишних похмельных ушей.

– Леди не пойдет в покои лорда! – Патрик, насмерть застимулированный перспективой клизмы и способом от нее улизнуть, выздоравливал на глазах. – А я не оставлю мою госпожу одну против этих… северянок! Злых! Они ее обидят!

– Твоя леди сама кого хочешь обидит, – хмыкнул Яролир. – Так что не дергайся. Эмберлин, в последний раз по-хорошему предлагаю: вызовите горничную, велите ей собирать мелочи, которые вам понадобятся в ближайшее время, и марш в мои покои.

– А если по-плохому?

– А если по-плохому, я устрою веселую жизнь всем. Например, вашему любовнику и вашему пажу.

– Вы опуститесь до этого? – Честно говоря, я была не то чтобы разочарована, но…

– Хм… поскольку вы и так не слишком высокого обо мне мнения, что мне помешает? С другой стороны, вы зря думаете, что я постесняюсь отнести вас туда силой. Пусть хоть весь королевский двор это увидит!

Глава 12

Вообще, у меня был соблазн устроить гостям незабываемое зрелище, а лорду физические нагрузки. В дополнение к звуковым. Но я передумала.

В свете разворачивающихся вокруг меня интриг с последующим умерщвлением лучше пока не дразнить гусей. Подыграем мужу, который одной рукой тянет меня на развод, а другой лезет под юбку.

Только вот фиг ему, а не последний пункт. Одно дело – спать с наемником, которого я сама выбрала и с которым у нас честный договор. И совсем другое – ублажать комедианта в маске, особенно если он продолжает врать.

Но мне даже интересно. В этой своей спальне он как намеревается меня разместить? Прямо в собственной кровати без лишних экивоков – мол, свои люди, чего нам стесняться? Или признается и попытается продолжить знакомство в горизонтальной плоскости уже как честный человек? Или просто уйдет спать на диванчик? Меня туда выпихнет? Что?

– Что же, заходите, Эмберлин. Кажется, в этой комнате вы впервые. Здесь, как видите, гостиная. Вот за той дверью супружеская спальня, за этой – кабинет. Выход в ванную есть из обеих комнат, она сквозная.

– Да помню, где у вас спальня, – хмыкнула я. – Приносили уже. Вон, на двери до сих пор след от пинков, когда мой верный паж рвался спасать свою леди. Не то что некоторые…

– Лучше не напоминайте, – рыкнул Яролир, с неприязнью оглядев дверь. Кажется, он тоже был слегка в шоке оттого, что ее так и не помыли с того раза. – Я не наказал мальчишку только потому, что сначала было некогда, а потом просто забыл. Лучше напомните потом сделать выговор прислуге. То, что меня не было в замке, не позволяет слугам пренебрегать своими обязанностями по уборке покоев.

– Кхм, с какой стати? – удивилась я. – Или вы всерьез предлагаете мне заняться вашим домом как настоящей хозяйке?

– А что вам мешает? – буркнул муж и отошел к окну, в которое и выглянул, чуть отодвинув занавеску. – Вы пока моя жена. Полноправная. И у вас, между прочим, помимо привилегий есть еще и обязанности. И если ранее все все списывали на вашу неопытность и болезни, то сейчас вся столица узнала: вы дама деятельная, если не сказать больше. Вон как радеете за организацию торговли.

– Торговля – мой способ выжить в мире, где приданое у честной девушки отобрали, – пожала я плечами. – А с ваших обязанностей я что буду иметь?

– Хотите зарплату главной горничной?

– Как минимум экономки! – возмутилась я. Потому что со слов Патрика уже знала, что суммы различаются в несколько раз. Хорошая экономка с рекомендациями может зарабатывать в большом доме больше, чем наемник среднего звена в военном походе.

– Хорошо, экономки так экономки. Договор чуть позже подготовлю. И эти деньги, так и быть, не войдут в те суммы, которые вы обязаны будете возместить со временем.

– Что-то вы подозрительно покладистый в последние полчаса, – насторожилась я. – И спать согласны на диване в кабинете, верно?

– Вот еще! – моментально растерял ту самую покладистость лорд Оверхольм. – Спать я собираюсь в своей кровати, и никак иначе. Спасибо, и так несколько дней провалялся на неудобной больничной кушетке в холодном северном замке. Мало того, меня еще и кормили какой-то бурдой, после почти месяца нескончаемых походов. Так что нет уж, дорогая. Если вы так любите диваны, спите на них сами. Но лучше все-таки перестаньте строить из себя святую невинность и укладывайтесь рядом. Благо кровать широкая, а вы ночью не храпите и не раскидываете конечности во все стороны.

– А вы откуда знаете? – Я даже не напряглась, скорее развеселилась. – Не помню, чтобы мы спали вместе.

– Вы много чего не помните. Я бы даже сказал, вы вообще ничего не помните, – вернул колкость Яролир. – Располагайтесь, дорогая. Можете даже раздеться, в этих покоях нет необходимости придерживаться официального этикета в одежде.

– Что, прямо так сразу полностью раздеваться? – фыркнула я.

– Можете не полностью, можете по частям, – откровенно усмехнулся муж. – Включить вам музыкальную шкатулку? Говорят, в прибрежных тавернах сейчас популярны танцовщицы с раздеванием.

– Вот и отправляйтесь за таким зрелищем в таверну, дорогой. – Я открыла дверь в ванную комнату и едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Фига себе лорд хорошо живет! У него тут купальня шикарнее, чем та, в которой я дополнительную девственность потеряла. И за той дверкой явно бассейн величиной с хорошее озеро… Может, и не такая плохая идея пожить в этих комнатах? Еще бы мужа куда-нибудь убрать, и было бы вообще идеально.

– Какой я счастливый человек. Получил от жены разрешение на посещение борделей, – съязвил мне в спину Яролир.

Но я была уже вся в будущих гигиенических процедурах. Жаль, бани, как в ледяном замке, тут нет. Зато в остальном… м-м-м…

– Да я не против, хоть вы целый гарем заведите. – Стопка чистых полотенец нашлась во встроенном шкафчике слева от двери. – Хоть два гарема во главе с самим лордом Эльманом. Только мне не мешайте… хотя бы ближайшие два часа!

– Мыльные кремы, масла и притирания в белой корзинке сбоку, – хмыкнул лорд и наконец удалился. Куда-то. Я даже не смотрела, куда именно.

У меня тут горячая ванна с пеной, подогретый мраморный пол и мягкая подушка из какого-то материала, похожего на пробку, под голову. Можно сначала вымыться до скрипа под искусственным теплым водопадом, потом лечь в воду, расслабиться, вытянуться во весь рост и…

Кажется, события последних дней и вся эта детективная история с двумя мужчинами промеж возможного суицида меня окончательно доконали. Иной причины того, что меня банально вырубило прямо на той самой подушечке в ванне, я найти не могу. Тем более я не сильно этой сонливости сопротивлялась.

Впервые, если честно, засыпаю в воде и даже не думала, что это будет так… странно. Во сне мне казалось, что я плыву на каком-то упругом облаке. Сначала было немного неуютно и прохладно, но потом мягкое облачко начало нагреваться и медленно меня обволакивать. Откуда-то у этого озорного облака появились конечности, похожие на знакомые такие магические щупальца одного бесстыжего наемника. А потом и вовсе – пальцы. И губы.

Этот поцелуй в шею я ни с чем не перепутаю. И вообще… теплое облако странным образом утопило в себе воспоминания последних дней и мою возмущенную настороженность. На миг показалось, что ничего не было, мы все еще на севере и подле меня самый восхитительный любовник за всю мою жизнь.

И я поддалась этим поцелуям, радостно раскрываясь перед ними.

– Два часа прошло, – прошептали мне на ухо. – Не пора ли в постель… дорогая?

Глава 13

Утро пришло вовремя. Я отлично выспалась. Но при этом чувствовала себя весьма странно. Что-то вчера было… неправильное.

О черт! Я уснула в ванне! А проснулась… где? Ага, в кровати. В чужой. Еще точнее – в мужниной.

Воспоминания о неприличных щупальцах и прочих поцелуях нахлынули волной. Я досадливо прикусила губу и поняла, что краснею. Еще чего не хватало!

Но обидно. Это меня, получается, поимели во сне? В тот момент, когда я не могла отбрыкиваться и дать по голове? Хм… и главное, распознать с уверенностью, кто именно тянул наглые конечности куда не следует.

Осторожно поерзав на простынях, я прислушалась к собственным ощущениям. Каково бывает наутро после секса, помнится прекрасно. А сейчас… хм. Кажется, ничего не было. То есть меня, возможно, лапали и целовали, но не более. Утащили в постель, вытерли, надели на меня здешнюю ночнушку до пят поверх моей же пушистой пижамки, даже волосы мне расчесали, и все?

Прямо не мужик, а «героин» какой-то натуральный. В смысле, это ж надо такую выдержку иметь! Геройскую.

Кстати, а где же сам неблаговерный спал? На диванчике в гостиной или со мной? Не помню.

Хотя проверить легко – я просто перекатилась на соседнюю подушку и принюхалась. Ага… тут спал, морда наглая. Наволочка еще даже чуть-чуть теплая и пахнет вереском. Окончательно знакомый запах. Сто тысяч подтверждений уже есть того, что кое-кто нагло водит меня за нос с этой маской любовника. И все же мне надо поймать его с поличным для собственного спокойствия.

А пока, раз такое дело, надо вставать. Морепродукты сами себя не разрекламируют! И еще надо проверить, чтобы все правила и технологии хранения были соблюдены. Опасности-интриги-расследования пополам с сексуальным напряжением – это само по себе. А дело стоять не должно. Чем раньше я начну получать прибыль, тем быстрее слиняю с линии непонятной атаки, вот что.

Так, а где тут, собственно, мои вещи? Патрик вчера был отправлен в кровать, несмотря на его вопли о том, что собирать вещи леди должен именно он и никто другой. И теперь остро стоит вопрос: во что мне одеваться? Слуг звать, чтобы принесли в покои лорда свежее платье? И белье. Тьфу, блин. Даже если вчерашнее надену, когда найду, все поймут, где я ночевала. Но… если это не волнует Яролира, мне-то чего нервничать? Я тут замужем, вообще-то.

На прикроватной тумбочке обнаружился колокольчик, каким здесь принято вызывать горничную. Я подумала еще с минутку и решительно позвонила.

Только вот почему-то ни через минуту, ни через десять никто не пришел. Так. Это уже странно.

Я раздраженно выбралась из кровати и решительно пошла в гостиную. Ну как я и думала! Входная дверь заперта! А вот дверь в кабинет, наоборот, приглашающе открыта. И там кто-то бубнит.

Нет, не бубнит. Поет. Божечки, никогда не думала, что весь из себя безупречный лорд настолько… ему не просто медведь на ухо наступил. Косолапый станцевал вприсядку. И за голосовые связки дергал как за струны, не иначе. Потому что странное гудение на одной ноте больше всего напоминало сердитый и весьма беспорядочный полет пьяного шмеля, а не мелодию.

Почему-то я решила не прерывать это гудение. На цыпочках, как заправский ниндзя, подобралась к двери вплотную. И заглянула в кабинет.

Сидит. Гудит. Что-то пишет. В очках, мама дорогая! В смешных круглых очках на носу! А-а-а-а! Так нечестно!

С какой стати этот козел маскарадный выглядит настолько по-домашнему мило, что у меня внутри мед разливается? И хочется ему эти слегка перекошенные очки поправить…

Да ну на фиг, надо ползти отсюда, пока гормоны не проснулись на это бодрое дурное «мимими».

Увы, отползти на безопасное расстояние я не успела. Шмель в очках меня заметил. Глянул на меня слегка увеличенными глазами (это что получается, у моего мужа дальнозоркость?) и молниеносно стащил с себя окуляры. Так быстро, что я не успела ни моргнуть, ни понять, куда он их дел. Раз – и нету! Как не было ничего, мне почудилось. Никакого домашнего шмеля, один сплошной едкий «высокий лорд».

– Доброе утро, дорогая. Выспались? Велеть подать завтрак?

– Для начала неплохо бы подать панталоны, – это я от резкой смены его облика еще не опомнилась, вот и ляпнула первое, что в голову пришло. Хорошо хоть, прямо «трусы» не потребовала.

– А… так на тумбочке же. – Кажется, моя прямота его тоже слегка сбила. Или он ждал скандала, не знаю. Но на мое выступление отреагировал по-человечески, а не по-лордски – моргнул, на секунду его лицо стало опять по-домашнему растерянным, и только затем он явно осознанным усилием вернул «лордство» на место.

– Точнее, на комоде. Справа. Еще утром ваш паж принес ваши сундуки и пригнал горничную с остальными вещами. Она разложила все по местам и приготовила вам утренний туалет. Остальные платья смотрите в моем гардеробе.

– То есть мы окончательно перестаем играть в предразводное состояние? – прищурившись, уточнила я.

– Играть перестаем, да. Не время сейчас, леди. И… это не мое решение. Вернее, не так. Обстоятельства оказались сильнее и хитрее нас. Мне уже дважды приходили на вас анонимные доносы и предложения устранить «неверную южную тварь». Это цитата, а не оскорбление.

– З-замечательно. И что теперь? Договор долой?

– Нет, можно не долой. Но афишировать наши разногласия и вашу неверность больше не стоит. На самом деле, я сам еще толком не решил.

– А мое мнение вас не интересует? – просто для порядка уточнила я. Ответ и так был написан у него на лице.

– Не особенно. Потому что в отличие от меня вы ничего не знаете ни о текущей ситуации в столице, ни о договоренностях, ни о дворцовых заговорах. И скажите спасибо, что не знаете. Иначе вашим устранением занялись бы уже профессионалы. А не подкупленные слуги и пышущие недовольством юные интриганки.

– Ну, я прекрасно помню, что во время весьма профессионального нападения на карету хотели убить именно меня. – Я задумчиво прикусила губу. – И вы, кстати, тогда так и не объяснили, с чего бы это. Слишком увлеклись, сдирая с меня платье.

– Согласитесь, мои подозрения были не беспочвенны.

– Соглашусь, что вы даже не потрудились узнать меня как следует, прежде чем жениться. Я не изменилась. Просто шок от смерти родных и прочих перемен в жизни прошел, и я стала собой. А то, что вы об этом не догадались, лишь говорит о вас как не о самом лучшем супруге.

Яролир поймал ядовитую стрелу на щит и тут же вернул:

– Если бы у всех от шока смерти просыпалась коммерческая жилка и появлялись знания о совершенно новых видах продукции, я бы вам, может, и поверил. Мало того, вы и готовили отвратительно. Это мы успели испытать.

– Сварить вам еще супа из водорослей? Просто чтобы вы убедились, что женщина всегда готовит так, как того заслуживает мужчина?

– Только если мы будем есть его вместе, из одной тарелки. Заодно тоже… силы восстановите.

Мы бы и дальше обменивались подколками, забыв о деле. Но в двери герцогских покоев начали стучать, причем, кажется, ногами.

Глава 14

– Это ваша невеста или ее папочка? – поинтересовалась я, готовясь последовать примеру господина Торстена и посмотреть представление. – Неужели явились требовать ответа, с какой стати я сплю со своим мужем?

Яролир приподнял бровь и ответил:

– Я уже не первый раз говорю вам, дорогая, что вы думаете о леди Иланне раз в десять больше, чем я. Так что, сдается, уже мне стоит ревновать вас к ней, а не наоборот. Вы о ней так мило беспокоитесь и переживаете, что даже у вашего пажа, наверное, появились мысли на этот счет.

– Хм… – Я даже остановилась, когда шла к двери. Оглянулась на лорда и уточнила: – Вы так считаете? А что, это дельная мысль. Возможно, нам с леди Эльман надо просто поговорить по душам и подружиться?

– Не дай боги! – живо отреагировал муж. Мне даже показалось, что у него дернулась рука. Здесь никто не крестится, конечно, зато есть свои определенные обережные жесты, вроде как знаки воззвания к предкам. У каждого народа и даже у каждого старинного рода свои. Возможно, Яролир хотел сотворить нечто подобное при одной мысли о подобной дружбе. Но постеснялся.

– А почему? – Поскольку мне креститься все равно было поздно, оставалось гнуть свою линию и дразнить льва. – Впрочем, не отвечайте, лучше сделайте что-нибудь. Иначе эту дверь сломают.

Я передумала идти на выручку дверной филенке, свернула к диванчику и устроилась на нем со всеми удобствами зрительницы из ВИП-ложи. Даже какие-то орешки нашла в вазе на тумбочке. В глазури. Не завтрак, но лучше, чем ничего.

Лорд обозрел мое самоуправство, тяжело вздохнул и нехотя подошел к двери, перед которой снова нацепил свое ледяное непроницаемое выражение лица.

– Кому опять неймется? – рявкнул он достаточно громко и грозно. – Я приказал не беспокоить меня, если только сам его величество не изволит пожаловать!

– Его высочество тебя устроит? – сердито спросили снаружи голосом господина Торстена. – Открывай и иди исполняй свои обязанности гостеприимного хозяина, Лир. И заодно забери от меня этого чокнутого мальчишку. Покажи ему его леди, пусть убедится, что ты ее не съел!

– Не съел, только понадкусывал, – тут же расслабился муж, отчего ледяная маска разбилась вдребезги. Дверь открылась, и в покои вошли господин лекарь и слегка взъерошенный Патрик с ворохом одежды. – Вели подготовить бежевую гостиную и подать туда завтрак. На троих.

– На троих?

– Естественно. Хозяйка дома в поместье. Будет слишком оскорбительно, если она не поприветствует наследника.

– А у меня спросить вы не хотите? Может, я плохо себя чувствую? – признаться, спросила я из чистого любопытства и вредности, прекрасно зная ответ.

Яролир не разочаровал:

– Увы, дорогая, высокий этикет. Даже если леди умирает, извольте поклониться королю. Если уж светлое общество монаршей особы вам настолько претит, можете имитировать обморок минут через пятнадцать после начала трапезы. Только желательно максимально правдоподобно. Хотя вы вроде это умеете, на себе испытал, – намекнул он на нашу первую встречу.

– Хорошо, дорогой. Тогда будь добр, – я проигнорировала намек, встала с диванчика, кивнула Патрику нести вещи в спальню и улыбнулась ласково-ласково, – позволь мне самой распорядиться, как и чем мы будем угощать гостя.

Если жизнь отсыпала тебе гору лимонов, дави из них лимонад. Это в смысле – раз его высочество наследный принц сам пришел и отвертеться от встречи никак, самое время начать среди него агитацию за свободу одной конкретной женщины. И заодно рекламную кампанию морепродуктов.

– Только без особой экзотики, за отравление наследника престола головы полетят у нас обоих, моя дорогая любительница морских гадов. Хотя мне, возможно, мою и оставят за былые заслуги, а вот твоя прелестная головка точно окажется в больших неприятностях за недельный императорский по… императорское расстройство желудка.

– Супа из водорослей не будет. – Я сделала честные глаза. – Разве только отдельно для вас, если господин Торстен настоит. И кстати, почему вы еще не в госпитале? Мы торопились в столицу, чтобы непременно заняться вашими ранами всерьез, а вместо этого…

– Вот видишь? – Старик лекарь посмотрел на меня с благодарностью. – Даже твоя жена помнит о важном. И не отлынивает!

– Как я уже сказал, самое важное сейчас – наследник. Так что ни я, ни моя жена не имеем права умирать. И лечиться нам тоже уже не от чего! – попытался отвертеться муж.

Не тут-то было.

– Вот с его высочеством я и поговорю о вашем преступном пренебрежении собственным здоровьем, – озарило лекаря. – И я уверен, леди Оверхольм меня поддержит!

– Обязательно, – обрадовалась я. – Хоть сейчас забирайте больного. Можете ему заранее кишечник промыть или еще что-нибудь вылечить.

– Леди! – хором возмутились Яролир и отчего-то высунувшийся из спальни Патрик.

Старик лекарь предпочел в ответ на это только молча давиться смехом.

– Приведи горничную своей госпоже, пусть поможет ей одеться к приему. И принеси ей чего-нибудь горько-отвратного из запасов аптеки, – через пару минут кисло резюмировал лорд. – У нее слишком довольная физиономия для женщины, требующей развода. Если она так желает разорвать со мной священные узы брака, то не должна так сиять после ночи в супружеской спальне. И еще тащите побелку для стен. Слишком она румяная и откормленная для бедной и несчастной южанки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.