Татьяна Зимина
История маленькой русалочки

Глава 1

Не знаю, как вам, а мне давным-давно известно, что в каждой реке, в каждом озере или пруду живут русалки. Да-да, самые настоящие русалки. И у каждой из них, как и у людей, свой характер. Есть русалки злые-презлые. Ох, этим лучше на глаза не попадаться. Заманят, защекочут до смерти. А не защекочут, так напугают. Есть русалки-хозяюшки. Эти всё время стирают да полощут бельё: и своё, и чужое. Русалки-нянюшки следят за тем, чтобы дети малые не заходили глубоко в реку, не попадали в омут. А русалки-прелестницы целыми днями и вечерами сидят на камушках, причёсываются, красоту наводят, всем понравиться хотят.

В русалочке Ладушке было всего понемногу. И покрасоваться любила, и за детишками последить, а иногда в шутку и напугать могла. Может, оттого, что была она совсем молоденькой русалочкой – русалочкой-девочкой.

Ладушка любила всё и всех. Любила реку, лес на берегу, небо над головой, цветы на полянке, птиц в вышине. И никогда ни о чём плохом она не задумывалась, потому что ничего плохого с ней ни разу не происходило.

Так проходил день за днём, год за годом.

Но однажды произошло событие, которое заставило девочку-русалочку задуматься, засомневаться. Всё ли хорошо в её жизни? Всё ли правильно?

Как-то вечером она весело резвилась со стайкой окуньков. Эти маленькие пёстрые рыбёшки весь жаркий день отсиживались в зарослях водорослей, а под вечер сами нашли Ладушку и стали заигрывать с ней, путаясь в её длинных мягких волосах. Цель игры заключалась в том, чтобы угадать, куда поплывёт водящий. Если водила Ладушка, она выбирала направление, разгонялась и в самый неожиданный момент резко сворачивала. Если стайка окуньков вовремя ловила этот момент и сворачивала вслед за ней, игра продолжалась. Но стоило хоть одной рыбёшке зазеваться и проплыть мимо – всё, русалочка выигрывала. Когда это происходило, по всей реке разливался звонкий Ладушкин смех.

Так носилась Ладушка взад-вперёд по реке в сопровождении своих маленьких друзей, когда взгляд её случайно выхватил сидящего на берегу мальчика лет семи. Она остановилась и внимательно вгляделась в одинокую фигуру, затем подплыла ближе к берегу. Чтобы мальчик её не заметил, спряталась в камышах и стала наблюдать. Сколько окуньки ни дёргали её за колышущиеся на воде пряди, призывая поплавать-порезвиться, русалочка их не замечала. Сама не зная почему, она застыла на месте и всё пыталась понять, что так привлекло её в этом пареньке. Он ничем не отличался от своих сверстников: светлые, слегка всклокоченные волосы, веснушки на носу, глаза с прищуром. Она и раньше видела человеческих детей. Чаще всего на речке: они плескались, плавали, загорали и при этом болтали, визжали, улюлюкали. Некоторые дети приходили на речку со взрослыми, чтобы помочь им либо стирать-полоскать, либо носить воду для полива огорода. Но никогда она не видела ни одного ребёнка, одиноко сидящим на берегу так долго и неподвижно. Мальчик будто не замечал происходящего вокруг: ни красоты заходящего солнца, ни загадочных шорохов, ни пения птиц. Он сидел, поджав под себя ноги, и смотрел в воду. Но русалочке почему-то показалось, что мальчик и воды-то не видит, настолько пустым и безучастным был его взгляд.

Наконец Ладушке надоело сидеть без движения, и чтобы обратить на себя внимание мальчика, она зашелестела сухим камышом. Но парнишка по-прежнему сидел неподвижно. Вдруг русалочка заметила, как маленькая росинка скатилась по его щеке и беззвучно упала в воду. Тут он впервые пошевелился, поспешно вытирая вторую такую же росинку, повисшую на кончике носа.

– Эй, ты чего? – не выдержала Ладушка.

Мальчик встрепенулся, посмотрел в заросли камышей и, поспешно вскочив на ноги, испуганно спросил:

– Кто здесь?

Русалочка раздвинула камыши, подбираясь ближе. Она сама не знала, как это происходило, но у берега её хвост удивительным образом превращался в обычные человеческие ноги. Вот и теперь она ощутила ступнями илистую, немного скользкую почву и уверенно ступила на берег. Для всех русалок это было обычным делом – на глубине они плавали как рыбы, по земле ходили как люди.

Ладушка прошла по мягкой прибрежной траве и грациозно расположилась рядом с парнишкой. Она поманила его ладошкой, приглашая сесть рядом.

– Ты кто? Ты как? – в недоумении пробормотал он, глядя на странную девочку, вышедшую из воды.

– Да я плавала тут неподалёку, – просто ответила Ладушка. – А ты кто?

– Я? Илья.

– А я Ладушка.

– Как это – Ладушка? Разве это имя?

– А разве нет? – пожала она плечами и дружелюбно улыбнулась. – Я ни с кем не ссорюсь, со всеми лажу. Поэтому я Ладушка.

Илья сел. Замешательство его прошло, и он снова будто ушёл в себя.

– Ну ты опять? – коснулась его руки Ладушка. – Что у тебя случилось-то?

– Ничего не случилось.

– Да нет, так не бывает. Дети должны радоваться жизни, бегать, суетиться, удивляться всему новому. А ты…

– Что я?

– А ты… Ты что, каждый день с русалками разговариваешь?

– Да ты русалка, что ли? – усмехнулся мальчик.

– Ну да, – и Ладушка откинула голову назад, встряхнула длинными русыми волосами и засмеялась звонко-звонко, и этот смех эхом разнёсся дальше по реке.

– Я как будто уже слышал твой смех, – задумчиво отозвался Илья.

Он удивлённо разглядывал девочку, и только сейчас заметил, что она действительно странная. Одета в просторное белое платье, похожее на рубашку, босая, волосы длинные-длинные, но не собраны, как у всех знакомых девчонок, а распущены. В этих волосах кое-где застряли или были специально вплетены водоросли. Когда русалочка увидела, что её разглядывают, она встала и покружилась на месте, показывая себя.

Илья с недоверием произнёс:

– Мне не пять лет. Я в сказки давно не верю.

Ладушка остановилась и погрустнела.

– Какие же это сказки? Вот она я, перед тобой. Обычная русалка.

Илья снова усмехнулся:

– Тоже мне – русалка.

Русалочка даже пожалела, что заговорила с этим мальчиком. Ей уже не хотелось ни смеяться, ни танцевать. Она грустно побрела к реке. У самой кромки воды остановилась, оглянулась, посмотрела ещё раз на Илью и вошла в воду.

– Куда ты? Уже вечер. Замёрзнешь.

– Ну вот ещё! – фыркнула Ладушка и, оттолкнувшись от берега, нырнула, потом ещё раз и ещё.

Илья, затаив дыхание, следил за ней. Солнце уже село. В полумраке летнего вечера он с восхищением наблюдал чудесное превращение. Только что рядом с ним сидела обычная девочка, которая, оказавшись в воде, обернулась настоящей русалкой. Сомнений быть не могло: Илья отчётливо видел рыбий хвост. Затем как ни в чём не бывало она вышла из воды с букетом кувшинок и вновь уселась рядом с мальчиком.

– Это тебе, – протянула она ему один цветок. Остальные положила себе на колени и принялась плести венок.

– Давай поболтаем, – улыбнулась русалочка. – Я пока сплету венок, а ты расскажешь мне о своей беде.

Илья не стал спорить. Да, у него действительно была беда. Он вдруг почувствовал, что обязательно кому-то должен всё рассказать. И рассказал. Русалочке.

Глава 2

Рассказ Ильи очень взволновал Ладушку. Впервые она ощутила доселе незнакомые ей чувства: грусть, тревогу и даже тоску. Пока мальчик говорил, она будто вспоминала что-то неуловимое, хорошее, но тут же снова забывала. Словно какой-то невидимый барьер не давал облачку лёгких, прозрачных образов коснуться сердца и мыслей русалочки. Ещё долго после ухода Ильи Ладушка сидела на берегу и грустно смотрела в звёздное небо, а по щекам непрошено катились те странные капельки-росинки, что видела она у своего нового знакомого.

«Что со мной?» – снова и снова задавалась вопросом русалочка. Она всё время пыталась поймать то ощущение, те образы, которые появлялись у неё во время грустного рассказа Ильи. Вот-вот… Сейчас… Сейчас она всё вспомнит и поймёт. Но внезапно это ощущение исчезало, и она вновь не находила ответа на свой вопрос.

Наконец, вытерев слёзы, Ладушка решила: «Надо найти того, кто поможет мне разобраться во всём». Она вспомнила рассказы своих подружек-русалочек о таинственной жительнице тёмного омута на изгибе реки, старой русалке-ведьме Альдоне. Будто знает она всё на свете, умеет заглядывать и в прошлое, и в будущее, понимает язык животных и птиц и может ответить на любой вопрос, если только захочет. Однако редко кто отваживался обращаться к ней за помощью. Альдона ох как не любила, когда нарушают её уединение. Но русалочке так трудно было ужиться с гнетущей тоской, что она, забыв об осторожности, решила отправиться за советом к старой русалке.

Солнце уже совсем зашло. Наступило время волшебства, когда русалки выходят из реки, чтобы собраться вместе под старым мостом, водить хороводы, петь свои русалочьи песни и, если повезёт, подшутить над неосторожным путником в ночи. Ладушка же, напротив, поднялась на ноги, разбежалась, оттолкнулась посильнее от берега и плавно нырнула в воду. Окуньки будто ждали её. Встрепенувшись, вся стайка последовала за своей любимицей, думая, что прерванная игра сейчас продолжится. Но русалочка не обращала на них никакого внимания. Она отплывала всё дальше и дальше от знакомого берега. Вот вдали среди тёмных вод она как будто заметила слабый огонёк. На него и поплыла. Чем ближе к омуту подплывала Ладушка со своими провожатыми, тем ярче становился огонь, а маленькие рыбки всё больше волновались и наконец совсем отстали, предоставляя русалочке возможность в одиночку встретиться с речной ведьмой.

Альдону побаивались все обитатели ближайших водоёмов. Она была стара, ворчлива и взбалмошна. Чтобы никто не нарушал её покоя, Альдона забралась в самый глубокий омут. Тот, кто решался потревожить старуху, рисковал попасть под горячую руку. Поэтому ни рыбы, ни русалки не заплывали так глубоко. Только раки тихо копошились под трухлявой корягой, на которой любила сиживать старая русалка. Они медленно, как во сне, перетаскивали откуда-то ракушки перловиц и раскладывали вкруг коряги. Именно от них шёл волшебный свет. Будто светящийся забор, поднимались ввысь яркие прямые лучики. Альдона сидела в центре огороженного этими лучами круга и занималась, как показалось Ладушке, глупым, бесполезным делом. Длинные седые пряди, будто змеи, развевались вокруг зеленоватого морщинистого лица старой русалки. Она вылавливала их по очереди, расчёсывала причудливым гребнем, после чего они превращались в гладкие локоны. Но стоило выпустить локон из рук, как волосы вновь спутывались. От этого Альдона приходила в ярость, и во́ды вокруг неё становились неспокойными, закручивались в зловещую воронку и затягивали в омут всё, что туда попадало.

Ладушка долго наблюдала за занятием старой ведьмы, не решаясь подплыть ближе. Наконец, поборов страх, всего несколько раз взмахнув гибким хвостом, русалочка оказалась прямо перед Альдоной. Та, уловив мутное колебание мельчайших частиц в воде, подняла сердитый взгляд. Неожиданно брови ведьмы удивлённо поднялись вверх, а на губах появилась кривая усмешка, когда её взору предстала хорошенькая девочка-русалочка, протягивающая ей венок из кувшинок.

– Ммммм, – проскрипела Альдона, глядя на подношение, – что это вдруг?

– Возьми, Альдона, этот венок. Он поможет немного удержать твои волосы и не позволит им вновь спутаться, – предложила русалочка своё любимое украшение.

– А ты надень мне его сама, если не боишься, – захихикала Альдона.

Несмотря на страх, Ладушка подплыла к старухе ещё ближе и водрузила венок на её седую голову. Водяная воронка немного успокоилась, а серебристые пряди всё так же расплывались, но уже не спутывались, и Альдона удовлетворённо улыбнулась, отчего лицо её стало будто чуточку моложе, а взгляд – добрее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.