Майя Марук
Дьявол на кушетке

Глава 1

Ася

Весна в этом году выдалась ранней. Холода отступили уже к концу февраля, в марте «зазвенела весенняя капель», как в сочинении пятиклассника о временах года, а в начале апреля уже вовсю светило солнце. Уставшие от темной зимы горожане с удовольствием подставляли бледные лица теплым лучам. Женщины пытались скрыть авитаминоз профессиональным или полупрофессиональным макияжем. Качество его зачастую зависело от того, сколько зимних вечеров было проведено за просмотром обучающих видео, и тщательности отработки техник нанесения теней и контура по гайдам от топовых блогеров.

Весна требовала обновлений. И это требование ощущали на себе не только женщины, но и мужчины. Машины были отмыты от зимней соли, тимберленды заменены на кроссовки с буквой N (или любой другой модной буквой). В общем, все вокруг было пропитано весной, даже ассортимент в малюсенькой кофейне на проспекте Победителей.

В эту кофейню я заглядывала каждое утро ровно в девять шесть раз в неделю на протяжении последних пяти лет. Поднималась на крыльцо через несколько минут после открытия, толкала неприметную дверь с зеленой табличкой «Открыто» и попадала в крохотное помещение, где одновременно могло находиться не более двух посетителей. Здесь всегда пахло арабикой свежей обжарки и круассанами. Слоеные рогалики пекли на месте в маленькой духовке. За раз в печь помещалось не больше четырех изделий, поэтому она работала все утро, а посетители всегда могли рассчитывать на свежую выпечку.

Сегодня, как и последние пять лет, бариста налил мне черный кофе в синий стакан, щедро посыпал напиток смесью какао с корицей и пожелал хорошего дня, даже не подозревая, как этот хороший день мне нужен. Во-первых, я не выспалась. Во-вторых, настроение было где-то ниже нижней планки. А все из-за жениха и его любимой мамочки, дай бог этой старой стерве долгих лет жизни.

С натянутой улыбкой вышла на улицу повернула в сторону парка. Дорога от кофейни до работы занимает ровно двадцать минут. Этого времени хватало, чтобы обдумать планы на день и ментально подготовиться к встрече с клиентами. Обычно хватало времени. Этим утром все мысли были заняты только ночной ссорой с Вадимом.

А начиналось все так невинно: нужно было всего лишь составить список гостей на нашу свадьбу.

Я, признаться, никогда не мечтала о свадьбе, а в случае, если все-таки решусь на это торжество, рассчитывала на скромный праздник в обществе будущего мужа. Но так получилось, что у моего будущего мужа и его семьи представления о свадьбе были более традиционные. Вадим хотел устроить настоящий праздник с выкупом невесты, тамадой, конкурсами и всеми кринжовыми традициями, о которых мне только было известно. Хорошо, что хотя бы не в школьной столовой. Впрочем, до этапа выбора ресторана мы еще не дошли. Пока остановились только на списке гостей, который прислал мне любимый накануне вечером. Я открыла файл и подавилась вечерним кофе. Нет, я знала, что для Вадика важны родственники. Но я никак не ожидала увидеть список из 130 персон со стороны жениха.

Там были все: дяди, тети, их бывшие мужья, троюродные дедушки четвероюродных племянников, просто хорошие и уважаемые люди. Но больше всего меня возмутили коллеги с работы будущей свекрови. Подавив в себе самые яркие порывы возмущения, я набрала номер Вадима и вкрадчивым тоном, на который только была способна в тот момент, попыталась обсудить этот гребаный список.

– Милый, тебе не кажется, что сотрудники бухгалтерии твоей мамы здесь лишние? Мы их даже не знаем.

Я тактично пыталась уговорить Вадика сократить количество гостей. Но они все были важны для мамы. Я приводила разумные аргументы про то, что такое количество людей сильно увеличит бюджет свадьбы, будут неудобства с поиском подходящего зала и расселением всех прибывших по гостиницам. Но все разбивалось об один единственный аргумент:

– Это важно для мамы! Ты ее совсем не уважаешь?!

Но дело было не в уважении. Дело было в том, что на собственной свадьбе мне предстояло делиться радостью с совершенно посторонними людьми. И это, мягко говоря, раздражало. А еще мне не хотелось из-за этого увеличивать и так немаленький бюджет мероприятия. Он уже подбирался к стоимости отпуска где-нибудь на Багамских островах. Единственное, что меня сейчас примиряло с ситуацией – невозможность полететь на эти самые острова из-за плотного рабочего графика.

Я сделала глоток кофе. Вкус показался недостаточно насыщенным. Скривилась, посмотрела на стоящий у дороги Бьюик и наконец-то спросила себя:

– Ладно, что мы можем с этим сделать?

У любого взрослого и осознанного человека в такой ситуации возникнет мысль обсудить гостей со свекровью и сократить список за счет тех, кто для нее не так важен. Я попробовала это сделать. Но та, как и ее сын, уперлась круче самого непокорного осла.

– Асенька! Не мели чушь! Это свадьба. В крайнем случае, возьмете кредит. Я уже всех пригласила.

Не знаю, что меня возмутило больше: предложение взять кредит или то, что все уже приглашены. А через пять минут после разговора со свекровью перезвонил Вадим и у нас состоялся первый полноценный скандал, потому что «какого черта я так грубо разговаривала с мамой» и «для нее свадьба сына важнее, чем для нас»!

Профессиональный психолог в голове требовал разбираться в проблеме. Он топал ногами и велел добраться до сути и срочно все решить, пока наша кукуха не собрала вещи в отпуск. Но Вадима мои попытки перевести разговор в мирный тон только злили. В итоге я не выдержала и бросила трубку.

Здоровье собственной кукухи я ценила. От нее во многом зависело мое счастливое, а главное, безбедное будущее, поэтому сделала еще один глоток пресного кофе и призналась в том, в чем боялась признаться себе последние полгода: в моих отношениях, несмотря на все попытки проявить мудрость и тактичность, появились проблемы. Огромные проблемы. А может, они и раньше были, но я, как и многие влюбленные женщины, просто закрывала на них глаза.

Осознала я это, стоя на светофоре. Зеленый человечек, загоревшийся в этот момент, стал своеобразным знаком, что определить проблему – первый шаг к ее решению. Следующий глоток кофе раскрылся приятным фруктовым послевкусием. Я перешла дорогу, пообещала себе вернуться в пучину собственных переживаний после работы, дошла до нужной арки и нырнула во двор старого сталинского дома.

Мой рабочий кабинет находился на втором этаже одного из исторических зданий столицы прямо над популярным книжным магазином. Идеальное место для кабинета психолога – тихое, уютное, с высокими потолками и профессиональной звукоизоляцией. Кажется, до меня здесь была частная студия звукозаписи. Однажды моя подруга пошутила, что, если меня решат здесь убить, я даже на помощь позвать никого не смогу.

До первого клиента оставалось десять минут. Сегодня я работала одна. Помощница Катя заболела и осталась дома. Впрочем, в век высоких технологий и удаленки часть работы помощница все равно взяла на себя: электронное расписание, проверка платежей, клиентская рассылка. А проветрить помещение и включить кофеварку я вполне могла и без нее.

Подошла к окну. За те несколько минут, что я поднималась по лестнице, погода резко испортилась: голубое небо затянуло почти черными тучами, где-то вдали, кажется, сверкнула молния.

– Рановато для грозы, – сказала вслух.

– Это босс нервничает, – сзади раздался глубокий низкий голос.

Обернулась. В приемной стояла Дина Пинкер, моя давняя клиентка.

– Доброе утро. Ничего, что я пораньше? – широко улыбнулась женщина и скинула с плеч розовую шубку.

– Доброе утро, – улыбнулась непрофессиональной, но вполне искренней улыбкой. – Проходи. Кофе?

– Не откажусь, если это входит в стоимость.

Дина прошла в кабинет, а я искоса, с плохо скрываемым восхищением, наблюдала за женщиной. Госпожа Пинкер была интересной как внешне, так и внутренне. Природа наградила ее очень специфической внешностью. Она была крупнее среднестатистической женщины – выше ростом, шире в плечах, и, полагаю, туфли она носила не меньше 42-го размера. У нее был сильный голос, жесткая улыбка и совершенно отсутствовало кокетство. Но, несмотря на это, госпожа Пинкер пользовалась популярностью у мужчин и обладала какой-то сверхъестественной сексуальностью. Я много раз наблюдала, с каким интересом на нее заглядываются мужчины. Она про силу собственной сексуальности знала, зачастую ей пользовалась, но никогда не переходила грани делового общения, потому что был любимый муж. И именно из-за этого мужа Дина и пришла ко мне на первую консультацию.

Многие могли бы подумать, что, раз женщина приходит на консультацию из-за супруга, в семье есть проблемы. Но у Дины проблем с супругом не было. Надо сказать, что он был если не идеальным мужчиной, то стремился к этому званию. Господин Пинкер до безумия любил свою жену. Баловал ее, исполнял любые прихоти, закрывал глаза на капризный характер благоверной и делал все, чтобы любовь всей его жизни жила в комфорте. И вот тут-то случился казус.

После свадьбы Дина оказалась в буквальном смысле «за мужем». У нее больше не было необходимости драться за свое место под солнцем, подниматься по карьерной лестнице, выживать. Все эти функции взял на себя любимый мужчина. Дина расслабилась, какое-то время наслаждалась новым статусом. А потом поняла, что у нее нет больше цели и нужно учиться жить по-новому. Она пыталась найти себя в разных сферах, от маленького бизнеса до бесконечных развлечений. Но ничего не приносило женщине удовлетворения. В конце концов, она решила посмотреть на ситуацию под другим углом и обратилась за помощью к психологу.

Я включила кофемашину, засыпала свежие зерна, но не успела нажать кнопку «старт», как прогремел гром. Звук был такой сильный, что я подпрыгнула от неожиданности.

– Черт! – пробурчала себе под нос.

– Чую, черти себе сегодня места не найдут, – насмешливый голос клиентки донесся из кабинета.

– Что, прости?

– В аду сегодня чертям весело будет. Бабка моя так всегда говорила, когда гроза гремела.

– Я вообще не помню, чтобы у нас в апреле гремело. Аномалия какая-то.

– Последний раз лет триста назад такое было. На свадьбе у Владыки.

– Что, прости? – опять спросила я клиентку.

– Сказка такая была, тоже мне бабуля рассказывала. Про то, как гром гремел, а черти Дьявола женили, – расхохоталась женщина. – Никогда не слышала?

– Нет, – покачала головой и улыбнулась. – Интересная у вас бабушка.

– Да, та еще прошмандовка.

Пурпурные губы Дины растянулись в улыбке, обнажив идеальный ряд жемчужных зубов. Я не нашлась, что ответить, только кивнула. Гром прогремел еще раз. По коже побежали мурашки.

– Пять минут, – быстро взяла себя в руки. – Принесу кофе и начнем.

– Не торопись. В такой ливень мало кто до тебя доедет.

Вечный Город

– Не к добру это!

Мелкий бес в шумной таверне пятого класса с опаской посмотрел в круглое окно. За мутным стеклом было видно, как над Хрустальным Дворцом сгустились черные тучи. Они закрыли красное солнце, освещающее Вечный Город, и все вокруг наполнилось зловещим предчувствием.

– Владыка опять гневается, – почти безразлично ответил пузатый черт и отхлебнул из деревянной кружки огненного пива – фирменного пойла заведения.

Бес спокойствия собутыльника не разделял. Он в Вечный Город попал не так давно и еще не привык, что на жителей мегаполиса всегда давила аура хозяина.

– А чего гневается? – бес подвинулся к краю деревянной лавки, как будто хотел сесть подальше от окна.

– Так кто тебе расскажет? – хохотнул черт и допил пиво. На столе тут же появилась новая кружка пенного. – Он как женился, так постоянно гневается. Пару веков уже. Видно, не по душе нашему Владыке семейная жизнь. Королева, конечно, красавица. Но такую суку ни одному архидемону не пожелаешь.

Бес понимающе кивнул и чуть-чуть расслабился. Ему и самому не нравилась семейная жизнь. Ворчливая жена все время его пилила, стегала горячим полотенцем по спине, дергала за куцую бородку и причитала, как хорошо ей жилось в родительском доме. Бес ей перечить почему-то боялся, старался лишний раз не попадаться на глаза и прятался вечерами в дешевой таверне почти на окраине города.

В небе над одним из шпилей Хрустального Дворца сверкнула молния и пролился ледяной дождь. Гнев Люцифера был таким сильным, что его почувствовали не только черти и бесы, но и верховные демоны, привычные к тяжелой ауре Владыки. Злость буквально пропитала все закоулки адского мегаполиса и добралась даже до уставшего Бельфегора. Два герцога Ада как раз в это время обедали в одной из рестораций центрального круга.

– Владыка снова не в духе, – сказал Бельфегор и точно так же, как бес на окраине Вечного города, посмотрел в окно на Хрустальный Дворец.

– Он всегда не в духе, – не без удовольствия заметил Белиал.

Между Владыкой и эрцгерцогом с момента Великого Падения ангелов в Бездну долгие тысячелетия шла борьба. И только пару десятков лет назад Владыка и один из сильнейших демонов заключили что-то напоминающее перемирие. Крепкая дружба, как во времена ангелов, к ним не вернулась. Но хотя бы мир перестал содрогаться от постоянных катастроф.

– Ты сам почему не в духе? – перевел тему на собеседника Белиал.

– Дип снова к людям пошла.

– Зачем твоей жене ходить в мир смертных? Она же давно не работает.

– К психологу, – сквозь зубы процедил Бельфегор и широкой ладонью провел по окладистой бороде. Второй рукой он нервно погладил молот.

– К психологу?

– К семейному, – как-то неловко пробубнил демон.

– Дип наконец надоело, что ты своей кувалде уделяешь больше времени, чем ей? – Белиал саркастично приподнял идеальную бровь.

Выражать как-то ярче свою насмешку он не стал, чтобы лишний раз не ввязываться в конфликт с Бельфегором. Не то чтобы он боялся демона. Скорее, тут сыграла роль мужская солидарность. Белиал знал, что единственной слабостью его сегодняшнего собутыльника была жена Дипинпиг. И решил не давить на больную мозоль демона.

– Это молот, – без эмоций заметил Белиал.

В любой другой день эрцгерцог Вечного Города за такое небрежное замечание в сторону его молота устроил бы побоище на радость горожанам. Но сегодня его больше волновало, зачем жена таскается в мир людей, а не предается обычным житейским радостям – вину, шопингу, бесконечным вечеринкам. И вообще в последнее время демоница сильно изменилась. Стала спокойнее, вернулась на службу во дворец, совсем забросила ночные кабаре. И, как ни странно, эти перемены до боли в печени пугали демона.

Хрустальный Дворец

Пока жители Вечного города гадали, что происходит в Хрустальном Дворце и что так сильно разозлило Владыку, в тронном зале разгоралась настоящая семейная драма.

Люцифер сидел на парящем в воздухе троне и смотрел на склонившегося перед ним инкуба – совсем молодого демона, попавшего под чары ненасытной королевы Вечного Города.

Юный демон был закован в тяжелые кандалы и раздет до пояса. Единственный знак, который выдавал принадлежность инкуба к членам Хрустальной Гвардии, графитовый медальон, был пристегнут к ремню брюк.

Люцифер долго рассматривал новую игрушку жены. Молодой, желторотый, даже не успел познать первой женщины до встречи с Лилит. Охмурить его для опытной демоницы не составило труда. Он исполнял все капризы любовницы и не оглядывался на последствия. И только одного жена Люцифера не учла: даже демоны были способны на настоящие чувства.

Сама Лилит стояла двух метрах от любовника. Она не склонилась перед мужем, как того требовал этикет, но взгляд от Владыки отвела. Даже в такой опасной ситуации Лилит оставалась собой. Она вызывала восхищение у всех присутствующих и почти наслаждалась этим трагическим для инкуба моментом.

Черные волосы Лилит шелком рассыпались по точеным плечам, длинная шея была украшена ожерельем из алых камней, идеальную грудь, крутые бедра и тонкую талию безуспешно пыталась спрятать прозрачная органза. Даже Самаэль, великий судья Вечного Города, не мог спокойно смотреть на королеву. Демон стоял в нескольких метрах от трона и искренне пытался устоять перед соблазном начать оправдывать Лилит перед Владыкой.

Бес-прислужник, подающий вино Владыке, искоса поглядывал на королеву Вечного Города и просил бесконечное мироздание, чтобы в этот раз королева была наказана, и Хрустальный Дворец хотя бы на пару веков мог с облегчением вздохнуть.

Единственным, кто остался безразличным к королеве, был сам Люцифер. Главный демон Вечного Города давно знал, что жена ему изменяет. Это начало происходить почти сразу после свадьбы. Первые столетия их совместно жизни Лилит старалась поддерживать образ хорошей жены и для любовных приключений выбирала исключительно людей: герцоги, императоры, лорды, виконты. Даже были братья-баронеты веке в шестнадцатом – очень набожные юноши, которые боялись любого намека на то, что в их понимании было грехом, участвовали во всех воскресных мессах, охотились за ведьмами. И спали с демоном. Такая вот ирония.

Иногда от скуки Лилит баловалась рыцарями, подмастерьями и кузнецами. Единственные, кого не коснулась страстная рука демоницы, были монахи. Не потому, что они ей не нравились. Наоборот, очень даже нравились. Но они были под защитой Небесных Стражей. Сунуться на территорию ангелов означало разорвать Вечный Договор о мире. На это даже она пойти не могла.

За несколько столетий у Лилит было столько романов, что Люцифер и его агенты сбились со счета. Но пока это не касалось Вечного Города, Владыка закрывал глаза на приключения жены, уважал ее физиологические потребности. И не скрывал, что сам эту демоницу видеть в своей постели не хочет.

Ситуация изменилась, когда Лилит осмелела и начала крутить романы с демонами. Хорошо, хотя бы до чертей и бесов не добралась. Решиться даже на случайную связь с королевой были готовы немногие. Все знали, что ни одна демоница не стоит того, чтобы нарваться на гнев Люцифера. А если кто-то и пытался, то делал все, чтобы об романе никто не узнал. И вот молодой инкуб, переполненный любовью и верой в ответные чувства ее Величества, решил вызвать Владыку на дуэль и освободить возлюбленную от брачных обязательств.

Дуэль не состоялась. Лилит узнала о замысле любовника, решила первой нанести удар и пожаловалась мужу, что юный гвардеец решил покуситься на ее честь. И вот все участники драмы собрались в тронном зале, чтобы свершился суд.

Люцифер участвовать в этом процессе не хотел. Он бы и дальше предпочел закрывать глаза на выходки жены. Останавливало его от этого опасного шага только осознание, что, стоит один раз проявить слабость, у трона Вечного Города выстроится толпа желающих занять место Владыки.

Лилит в том, что выйдет сухой из воды, была уверена. Судьба любовника ее не интересовала. Королева презирала любовь, слабость и слабых. Молодой инкуб, стоящий на коленях перед Владыкой, был не просто слаб, а жалок. Мужа Лилит тоже презирала. Но не за слабость, слабый не смог бы сидеть на Хрустальном Троне. Люцифера она ненавидела за силу. За то, что за несколько веков так и не научилась манипулировать Владыкой и добиваться от него желаемого с такой же легкостью, как и от остальных своих любовников.

Через несколько минут напряженного молчания Лилит наконец-то решила, что все правила приличия исполнила и подняла глаза на мужа. Их взгляды пересеклись. Люцифер щелкнул пальцами и приказал:

– Покажи!

Лилит вопросительно подняла брови. Она не поняла, что должна показать. Даже обернулась на мгновение, чтобы убедиться: Владыка обращается именно к ней, а не к кому-то другому.

– Мой… – договорить королева не успела.

Ее тело как будто парализовало, глазами сгустился белый туман. Через несколько секунд туман стал как будто плотнее и в нем начали проявляться два силуэта. Лилит с ужасом поняла, что одна из туманных фигур была ее точной копией.

– Туман памяти, – с ужасом произнес кто-то из бесов, прислуживающих в зале.

Лилит озадаченно посмотрела на Самаэля. Тот едва заметно пожал плечами. Он не мог отказать Владыке в использовании этого заклинания. Речь все-таки шла об измене трону. Правда, судья Вечного Города предполагал, что Люцифер использует туман против инкуба, а не против собственной жены.

Собравшиеся молча наблюдали, как фигуры, сотканные из сизой дымки, рассказывали историю, как мальчишка-инкуб стал игрушкой в руках заскучавшей королевы.

Впервые Лилит увидела инкуба на празднике Вечного Мира в честь заключения договора между демонами и ангелами. Это была единственная неделя в тысячелетии, когда жители Небес и Вечного Города собирались в Нейтральных Землях, чтобы продлить договор и убедиться, что обе стороны, как и раньше, будут соблюдать условия соглашения.

Новенького инкуба Лилит приметила еще по пути на праздник. Это был первый день службы демона в Хрустальной Гвардии. Демоница долго наблюдала, как молодой гвардеец украдкой рассматривал свою королеву, с восхищением ловил каждый ее взгляд, каждое движение. Этот почти невинный, почти детский интерес напомнил Лилит о юности, когда еще не был заключен договор с Небесами, и она могла безнаказанно соблазнять рыцарей с крестами на плащах, священников, аббатов и желторотых послушников мрачных монастырей. Что было общего у инкуба со средневековым монахом, Лилит и сама не знала. Но желание вспомнить юность ударило в голову сильнее самогона, что подают в тавернах на окраинах Вечного Города, и она решила тряхнуть стариной.

Не щадя Лилит, коварный туман вытаскивал из головы демоницы воспоминания и транслировал их присутствующим во всех подробностях. Люцифер, Самаэль, стража и три беса-прислужника видели и слышали все, что делала, говорила и даже думала королева.

Наблюдая за представлением, Лилит уже понимала, чем это может обернуться для нее. Она изо всех сил пыталась блокировать воспоминания, перенаправлять сизые щупальца в другую сторону, но ничего не получалось. Туман будто знал, что ему нужно достать из памяти демоницы, и с легкостью обходил все блоки, которые она пыталась поставить.

Хуже всего в этот момент было инкубу. Он не только заново переживал все, что с ним случилось, но еще и понимал, каким идиотом оказался, что добровольно уничтожил свою жизнь ради забавы демоницы.

Люцифер наблюдал, как его жена увивалась за солдатом, без особого интереса. Теперь он спокойно себе признался, что не только никогда не любил Лилит и их брак был просто удачным политическим союзом, но и был рад, что свои сексуальные фантазии королева реализует не в его постели. Если бы не безрассудный поступок ее любовника, он бы и дальше продолжал закрывать глаза на поведение жены.

Единственное, ради чего Люцифер использовал туман, не дать формальной возможности Самаэлю оспорить его наказание. Судья Вечного Города служил закону демонов верой и правдой не первое тысячелетие. Демон ни разу не дал повода усомниться в своем профессионализме. Но обаяние Лилит, как не раз убеждался Владыка, могло повлиять даже на самых преданных и принципиальных.

– Довольно, – сказала Лилит, когда фигуры инкуба и демоницы сплелись в страстных объятиях.

В ее голосе не было ни истерики, ни надрыва. Как настоящая королева, даже в таких скверных обстоятельствах она умела держать удар и сохранять достоинство.

Люцифер не стал мучить жену и гвардейца. Он щелкнул пальцами, и фигуры замерли.

– Этого достаточно, чтобы установить вину? – спросил Владыка у Самаэля.

Демон почтительно кивнул. Этого действительно было достаточно для любого приговора.

– Кто-нибудь из присутствующих хочет выступить в защиту инкуба или ее Величества?

Вопрос был риторическим. Даже если кто-то и хотел бы защитить королеву, после увиденного будет молчать.

– Лилит? – Люцифер обратился к жене.

Демоница понимала, что ее участь уже решена. Она не сможет переубедить Люцифера изменить наказание или отделаться временной ссылкой из Вечного Города. Поняв, что терять нечего, королева расправила плечи, посмотрела в глаза мужу и с насмешкой спросила:

– А ты, мой дорогой супруг, чего ждал? Что я буду наблюдать, как ты крутишь шашни со всеми подряд, и молча это хавать?!

Такая дерзость Лилит даже Самаэля заставила удивленно открыть рот. О личной жизни Владыки слухи ходили разные. Но никто никогда не смел произнести что-то вслух. Сам Люцифер на обвинения жены никак не отреагировал – он единственный знал, что ее обвинения не более чем слова, что за долгие столетия никого в его постели не было. Не потому, что Владыка любил Лилит и считал нужным хранить ей верность, нет. Просто вот уже сотни лет сердце Владыки Вечного города было разбито и никак не хотело заживать.

– Что-то еще скажешь?

Безразличие в голосе мужа взбесило Лилит. Демоница сделала несколько шагов вперед, подняла вверх указательный палец и хотела что-то крикнуть, но не смогла. Боковым зрением она увидела, что вместо инкуба перед Владыкой на коленях стоял камень. А через секунду поняла, что собственные ноги перестали ее слушаться и налились непривычной тяжестью. Еще через несколько секунд королева Вечного города тоже превратилась в каменную статую.

– Я так и думал, – Люцифер поднялся и тут же под его ногами появились хрустальные ступени.

Демон укутался в тяжелый меховой плащ, как будто ему было холодно, спустился вниз и подошел к статуе.

– Уберите в Ночную галерею.

В тронном зале тут же появилась дюжина крепких чертей и мелкий бес с золотым кубком, который он протянул Владыке и тут же исчез, чтобы не попасть под горячую руку хозяина. Черти, тем временем, накинули на статуи магические цепи и потащили в сторону двери. Пользоваться магией в тронном зале было категорически запрещено, поэтому приходилось применять дедовские методы.

Следом за чертями, будто по приказу, зал покинули стража и прислужники. Люцифер остался наедине с Самаэлем.

– Скажешь, что я погорячился? – спросил Владыка у судьи.

Тут же появился бес с еще одним кубком в руках, который вручил демону.

– Скажу, что законы Вечного города распространяются на всех его жителей.

– Хм, нужно было делать тебя дипломатом, а не судьей. – усмехнулся Люцифер. – Будешь уходить, прикажи бесам призвать Бельфегора.

– Сделаю, Владыка. Только вряд ли от него сегодня будет какая-то польза.

– Что с ним?

– Не с ним. Дипинпиг снова ушла на Землю.

– Любовник? – удивился Люцифер.

О преданности Бельфегора и Дипинпиг ходили легенды. Когда-то третий эрцгерцог Ада пошел на немалые жертвы, чтобы завоевать сердце будущей жены. Люцифер помнил, как смеялся над скитаниями бородатого демона с молотом.

– Нет, – успокоил Владыку Самаэль. – Не любовник – психолог.

– Психолог? – удивился Люцифер.

– Да, семейный психотерапевт. Сейчас это модно – половина Вечного Города таскается в мир людей на сеансы психотерапии. Говорят, это помогает снять напряжение.

– Психотерапевт – человек? – еще больше удивился Люцифер.

– Женщина, – подтвердил демон. – Видимо, ведьма. Или кто-то из ведающих. Наши ее только что на руках не носят. Дип к ней два раза в земную неделю ходит. Вот Бельфегор и волнуется, что делает что-то не так. Пока Дип не вернется, герцога лучше не тревожить. От нервного демона больше разрушений, чем пользы.

– Интересно. И ты у нее был?

Самаэль молча кивнул в ответ. Глаза Владыки округлились от удивления.

– У нас с Лайлой был небольшой кризис в отношениях, – нехотя признался Самаэль.

– Кризис, говоришь? И ваши проблемы решила женщина?

– Решила, – кивнул Самаэль. – Вы же сами видели, как изменилась Лайла.

Владыка Вечного города не знал, что его удивило больше: то, что великий Самаэль обратился за помощью к какой-то смертной, или то, что у этой смертной получилось справиться с Лайлой. Даже для демоницы у жены Самаэля была не самая хорошая репутация.

Замуж за Самаэля Лалулайю отдали насильно после того, как демоница взломала врата Лимба и загнала туда группу чертей-рабочих якобы для ремонта. Обитатели Лимба к появлению рогатой бригады с мастерками и валиками не были готовы. Как и сами черти не ожидали, что их будут гонять вилами по бескрайним улицам старых городов и бить по голове самодельными крестами. Души Лимба хоть и понимали, что черти крестов не боятся, но рефлексы предыдущих воплощений оказались сильнее здравого смысла.

Поступок Лайлы переполошил и ангелов, и демонов. Добру и злу пришлось объединяться, чтобы вызволить чертей из западни и навести порядок на территории Лимба. А родителям Лайлы пришлось оправдываться перед самим Владыкой за поступки любимой дочери.

Взлом врат стал последней каплей в чаше терпения демона Лагарда и он пошел на поклон к Самаэлю. В то время судья Вечного города не планировал связывать себя узами брака, особенно с такой проблемной демоницей, как Лайла. Но красота будущей жены и азарт победили. Люцифер был уверен, что Самаэль и сам не понял, с какой легкостью Лайла влюбила его в себя. А потом с той же легкостью паралировала мужу рога.

Измена среди демонов не считалась чем-то неприемлемым. Чаще всего на это просто закрывали глаза. Особенно, если связь не вредила остальным сферам жизни. Но в случае с Самаэлем все оказалось сложнее. Его разгульная жизнь жены задевала за живое. Каждый ее роман или случайный секс отзывался в сердце судьи злобной болью, с которой тот не мог справиться и все чаще выливал эту злость на невинные души. Лайла это видела и была рада насыпать больше соли на раны мужа. Когда боль стала невыносимой, Самаэль решился последовать совету старого друга Астарота, заковал жену в цепи и явился на Землю.

Психологу хватило четырех сеансов, чтобы вывернуть наружу весь внутренний мир не только Лайлы, но и самого Самаэля. Это был первый откровенный разговор между демонами, когда Самаэль признался жене в любви, а Лайла рассказала, что все ее походы налево были только ради того, чтобы Самаэль не терял к ней интерес. Но этого судья Вечного города Владыке не рассказал.

– Ее зовут Ася, – зачем-то сказал демон. – Офис на углу бесовских врат. Очень удобный переход. Там еще когда-то лавка была вашего любимого чернокнижника Франца – так, кажется, его звали.

– Ты мне предлагаешь отправиться к мозгоправу? – с ироничной угрозой спросил Люцифер.

– Что вы, Владыка. Просто рассказываю, где искать демона, погрязшего в семейном кризисе.

– Займись делами, – приказал Люцифер и незаметным жестом вызвал беса-писаря.

Тут же в зале появилось существо с куцей бородкой и печатной машинкой в руках. Бес поклонился сначала Люциферу, потом Самаэлю, и, шлепая короткими ножками по полу, понес машинку в сторону низкого деревянного столика.

Самаэль не стал испытывать терпение Владыки. Он отдал недопитое вино служке, низко поклонился своему господину, расправил крылья и полетел на выход.

Ася

– Расскажешь, как твои дела? – спросила у клиентки, когда она поставила пустую чашку на стол.

– Хорошо. Правда, хорошо.

Женщина выставила ладони вперед, а потом улеглась на кушетку и поправила подушку.

– Но ты попросила дополнительный сеанс. В чем причина?

– А, это… – Дина махнула рукой и скрестила ноги. – Это из-за Владыки.

– Владыки?

– Да, мой босс. Его так все в офисе называют. Ну, знаешь, он такой властный, брутальный. Вот и прицепилось.

Про себя отметила, что о властном боссе Дина говорит примерно так же, как обычно говорят о погоде – вроде диалог идет, но никакого интереса для собеседников он не представляет.

– Я решила вернуться на работу.

– Поздравляю. Как к этому отнесся твой муж?

– С пониманием, – женщина счастливо улыбнулась, и в кабинете как будто стало чуточку светлее. – Он не понимает, зачем я это делаю, но обещал во всем поддержать.

– Отлично. А с начальником какие проблемы?

– Проблемы? – Дина искренне удивилась.

– Ты сказала, что пришла сюда из-за босса.

– Ах, ты про это. Нет, с ним никаких проблем нет. Проблемы у него. Говорят, он жену на измене поймал. Бесится так, что небеса содрогаются. Вот я и решила переждать бурю у тебя.

– У меня?

– Ну да, у нас в компании сеанс у психолога считается уважительной причиной для отсутствия на работе. Заботятся о ментальном здоровье сотрудников, так что в ближайшие пару месяцев я буду твоим частым гостем, пока наш Великий не успокоится. Сделаешь еще кофейку?

Лилит

Ночная галерея находилась на нижних ярусах Хрустального дворца. Когда-то, еще в начале времен, она создавалась для содержания пленных Ангелов. Но когда в вечной войне Небес и Ада наступил мир и во вселенной восстановился баланс черного и белого, все пленники были отпущены на Небеса, а сама галерея превратилась в своеобразную тюрьму для демонов. Здесь хранились окаменевшие тела тех, кто когда-то посмел нарушить законы Вечного города.

Галерея напоминала римский амфитеатр закрытого типа. По периметру помещения располагались бесконечные ярусы,только вместо зрителей на них расположились каменные скульптуры демонов, чертей, джиннов, и других обитателей Преисподней.

Окаменевшие тела, даже здесь, в тюрьме, располагались в соответствии с иерархией – в зависимости от вида, происхождения и занимаемой должности в Вечном городе. Верхние ступени были предназначены для высших демонов, потом шли демоны рангом пониже, дальше джинны, а в самом низу оставалось место для бесов, чертей и мелкой нечисти. Впрочем, у них тоже была своя иерархия. Демоны на нее особого внимания не обращали, но вот придворные тюремщики, которыми были в основном черти, иерархию низших обитателей Вечного города строго соблюдали.

Перед тем, как выделить новым заключенным места в галерее, главный тюремщик внимательно изучил статуи на предмет повреждений. Окаменевшие тела демонов становились очень хрупкими и требовали особого ухода. Тюремщику, как и любому государственном служащему, не хотелось получить на свой хвост проблем из-за неправильной транспортировки заключенных. Поэтому он, клацая копытами по мраморному полу, осторожно стягивал с каменных фигур цепи и осматривал подопечных.

К радости тюремщика, на статуе королевы повреждений не было. Черт был уверен: не пройдет и года, Владыка дарует прощение блудной жене. А та, если обнаружит на своем идеальном теле хотя бы одно повреждение, уничтожит черта. Поэтому тот с особой скрупулезностью отнесся к работе.

А вот с инкубом дела обстояли хуже. По дороге у него отбили кончик правого рога. Пузатый тюремщик недовольно хрюкнул, но ругаться не стал. Зафиксировал все повреждения в протокол прибытия, повесил на целый рог пленника бирку с номером места, где он должен был провести несколько ближайших тысячелетий, и отдал приказ на установку. А вот статую Лилит на всякий случай решил установить самостоятельно. Черт сморщил пятачок, взмахнул руками и фигура каменной женщины плавно поднялась в воздух. Ей предстояло занять свое место на самом верхнем ярусе галереи.

Глава 2

Ася

Домой я вернулась позже обычного. Пришлось задержаться из-за незапланированного клиента. Обычно я не принимала пациентов без предварительной записи. Но здесь случай был особый: молодая женщина в абьюзивных отношениях. Что в этом особенного? Соцсети сейчас пестрят абьюзом, треугольником Карпмана, ролями жертв и прочей ерундой. Но тут случай был действительно необычным: абьюзером в паре была моя клиентка, а не ее мужчина.

В моей карьере это был первый случай, когда так называемый абьюзер сам обратился к психологу за помощью. Ее звали Карина. Очень красивая и успешная девушка. В ней слились все приметы современного успеха: брендовая одежда, дорогая машина, потрясающая фигура, идеально гладкие волосы и лисий взгляд. К внешним атрибутам красоты прилагался живой ум. Карина окончила университет с красным дипломом, работала на хорошей должности в международной компании и на все хотелки зарабатывала сама.

Девушка хорошо понимала, в каком мире живет, никогда не обижалась на едкие замечания про «насосала» и продолжала идти к своей цели. Ровно до того момента, пока в ее жизни не появился Вася. Да, классический Вася из политехнического университета с пустым кошельком и огромным добрым сердцем. Карина влюбилась по уши, и с этого момента в жизни моей клиентки все пошло не так.

Сначала все было неплохо: романтические свидания, кофе на заправке, прогулки в парке под луной. Конечно, ухаживания Васи несколько отличались от того, к чему привыкла Карина. Но недостаток финансов парня с лихвой компенсировался его чувством юмора, эрудированностью и умением поддержать беседу. В общем, все шло как по маслу, пока однажды Карина не увидела любимого в университетской курилке вместе с одногруппницами.

Нет, парень ничего лишнего себе не позволял. Молодые люди пили кофе, над чем-то смеялись, а когда Вася увидел машину Карины, то сразу же подошел к любимой. Вот только было уже поздно – Карина успела себя накрутить.

С того момента моя клиентка уже не могла себя контролировать. Она ревновала, злилась, нервничала, когда Вася сразу не отвечал на сообщения или на звонки. Девушка сама не поняла, как начала контролировать все перемещения парня, его звонки, друзей, учебу и даже финансы. Страх, что вот-вот потеряет любовь всей своей жизни, привел ее к тому, что она предложила парню жениться на ней и бросить учебу. А зачем ему профессия, если денег, которые зарабатывает Карина, хватит на роскошную жизнь?

Вася был от всего происходящего в таком шоке, что сбежал. В буквальном смысле сбежал. Он сменил квартиру, везде заблокировал Карину и даже перевелся в другой университет, чтобы бывшая его не нашла.

Для Карины такое поведение любимого стало настоящим потрясением. Она была уверена, что Вася согласится на ее предложение. Но он не согласился, и Карина погрузилась в пучину паники и отчаяния. А что может быть страшнее отчаявшейся женщины? Ничего. Карина взяла себя в руки и нашла Васю, уговорила его встретиться и набралась смелости откровенно с ним поговорить.

Возобновить отношения Вася не согласился. Он признался, что его не устраивают такие отношения, и попросил девушку ее больше не беспокоить. Только влюбленная Карина границ не видела. Но, нужно отдать ей должное, выводы из этого разговора она сделала и обратилась ко мне за помощью.

Сегодня вечером у нее случился очередной срыв. Вася уехал на выходные к родителям куда-то в белорусскую глубинку и не отвечал на сообщения уже целых три часа. У Карины тряслись руки и она с трудом сдерживала себя, чтобы не записать парню с десяток голосовых или не поехать за ним туда, не знаю куда.

– Почему тебя это волнует? – спокойно спросила у заплаканной Карины.

Глаза девушки покрылись красной сеткой, кончик носа распух, покусанные губы кровили.

– А вдруг он с другой поехал? Вдруг у него кто-то есть? – всхлипывала клиентка, держа в руках чашку из тонкого фарфора.

– Почему ты решила, что у него кто-то есть?

– Он не отвечает на сообщение!

– А разве любовница как-то может помешать ответить на твое сообщение?

Карина перестала всхлипывать и задумалась – с такого ракурса на проблемы с перепиской она еще не смотрела.

– Тогда почему он не отвечает?

– Подумай.

Думала Карина долго. Вытирала крупные слезы с наращенных ресниц и шмыгала носом.

– Ну… его нет в сети все это время. И в инстаграм он не заходил.

– И что это значит?

– Его нет в сети.

– А еще?

– Он не видел мое сообщение?

– Угу.

Девушка задумалась. Она с полминуты смотрела на свои руки, а потом снова заявила:

– Он может быть с любовницей, поэтому не заходит в сеть. Что, если он ее любит? Как мне его заставить себя любить?!

– Зачем?

– Что значит зачем? – не поняла Карина.

– Зачем тебе заставлять его любить себя?

В моей практике часто встречались случаи, когда люди пытались заполнить пустоту внутри себя с помощью других. К сожалению, это был заведомо проигрышный путь. Но моей задачей было не навязать человеку свое мнение, а заставить его найти причины собственных желаний и поступков.

Незапланированная сессия с Кариной прошла успешно. Конечно, к пациентке не пришел инсайт, озарение или прозрение. Но она была вынуждена пойти на диалог со своим внутренним «я» – это уже можно было считать нашей маленькой победой, что подняло мне настроение, несмотря на плохую погоду и вчерашнюю ссору с Вадимом.

Я зашла в свою маленькую, но очень уютную квартирку, разделась, взяла на руки кота и пошла на кухню. Граф довольно мурлыкнул и вытянул вперед крупные лапы.

– Выспался? – чмокнула монстра в лысую макушку.

Граф был помесью мейн куна и лысого сфинкса. Других объяснений странного вида этого существа я найти не могла. Кот был абсолютно лысым, с морщинистой мордой, но размером с крупного корги.

– Мяу, – ответил кот, спрыгнул с рук и, виляя жирными окороками, побежал на кухню.

Настроение было игривым. Я посмотрела на часы и улыбнулась – Вадим должен был приехать через час. У меня было время приготовить ужин, привести себя в порядок и стереть послевкусие вчерашней ссоры.

Конечно, я понимала, что паста с морепродуктами проблему с толпой на свадьбе не решит. К этому вопросу все равно придется вернуться. Но надеялась, что приятная атмосфера и хорошее настроение помогут нам найти компромисс. По крайней мере, раньше это работало.

В приподнятом настроении я достала пакет с креветками, открыла бутылку белого вина и включила любимый трек. Уже через полчаса кухня начала тонуть в великолепном аромате итальянских трав и теплого масла. Вокруг творилась настоящая кулинарная магия, которую чуть не разрушило одно единственное сообщение:

«Сегодня приехать не смогу. Собрались с ребятами после работы в бар сходить. Целую. Не скучай».

В конце сообщения стоял колобок, извергающий из себя красные сердца, и несколько скобок.

«Ок. Хорошего вечера», – это все, что я смогла из себя выдавить. Без смайликов и скобок. Туда бы хорошо вписалось мое удивленное лицо, но такой опции в смартфоне, кажется, не было. Или была, но я о ней точно не знала.

Граф прыгнул на свой стул и переглянулся с попугаем. Я несколько минут потратила на то, чтобы унять разочарование и уговорить себя не портить ужин. Паста же не виновата, что у кого-то изменились планы.

Я сделала глубокий вдох, помешала макароны и сделала глоток вина. Вадим и раньше заглядывал в бар с коллегами после работы. Я считала это нормальным. Взрослый мужчина, у него есть свой круг общения, интересы и право на отдых. Но сегодня было одно «но»: Вадим всегда меня заранее предупреждал о своих планах, хотя бы в обед. А сегодня это случилось меньше чем за полчаса до запланированной встречи.

Я чувствовала себя «слитой», и это вызывало обиду. В моменты, когда меня накрывали эмоции, я старалась их не подавлять, а проживать и разбираться в причинах. В этот раз такая мелочь всколыхнула неожиданно большой пласт переживаний, но я решила пока не разбираться в себе, а постараться хоть как-то приятно провести вечер: сходить в душ, надеть красивую пижаму и поужинать за просмотром новой дорамы. Тот момент, когда ты слезла с турецких сериалов благодаря корейской кинопромышленности.

Вечный город

На Вечный город опустилась глухая ночь. Дневные пороки уступали место ночному разврату: открывали свои двери бордели, курительные дома, казино и арены с гладиаторами. Черти бежали в пабы, бесы – за игральные столы, демоны занимали места на арене или в ложи в театрах. И только обитатели Хрустального дворца сегодня не могли себе позволить расслабиться. Напряжение Владыки Вечного города заполнило все помещения. Оно отражалось в рисунках мебели, шепоте сквозняка, топоте чертовых копыт.

Черти и бесы старались двигаться как можно тише и просили святую Бездну, чтобы она не столкнула их лицом к лицу с Люцифером, пока он находится в таком мерзком настроении. Этого же у Бездны просил и Ролан, демон-ключник. Правда, его не столько волновал гнев Владыки, сколько поступок, который он собирался совершить.

Ролан бесшумно подошел к входу в Ночную галерею, спрятался за статуей «Видящего демона» и начал ждать, пока тюремщик покинет свой пост. Упитанный черт с коричневым пятачком уходил ровно в полночь после того, как обновит защитные чары и пересчитает все статуи.

Ролан напряженно смотрел на огромные песочные часы, стоящие у стены напротив. Песчинки будто издевались над ним и падали нарочито медленно. Демон нервничал и одновременно злился на себя, на тюремщика, на Владыку. Наконец-то двери галереи скрипнули.

Тюремщик вышел в коридор, смачно хрюкнул и правой рукой почесал жирную ягодицу. Двери галереи закрылись. Последние песчинки в часах упали вниз. Черт еще раз хрюкнул, щелкнул пальцами и песочные часы сами перевернулись. Начался отсчет второй половины суток. Довольный жизнью тюремщик притаившегося за статуей демона не заметил. Он поправил клетчатую жилетку, надел на лысую голову широкополую шляпу с отверстиями для тонких рожек и поспешил в сторону выхода на рандеву с молоденькой бесовкой из кухни.

Ролан выждал еще несколько минут и только потом вышел из укрытия. Как у ключника, у него был доступ во все помещения Хрустального дворца. Но черти обычно ставили на своих рабочих местах защитные печати. Ролану пришлось еще несколько минут повозиться, чтобы скопировать печать тюремщика и проникнуть в галерею незамеченным.

Ее статуя стояла на самом верху. Демон тихо крался между застывшими фигурами чертей, бесов и демонов. Некоторые лица были ему знакомы. Например, суккуба по имени Рафия когда-то скрашивала одинокие вечера ключника. Но в какой-то момент демоница решила влезть в дом Асмодея и выкрасть у него «чаши слез», за что ее приговорили к сотне лет заключения. Ролан на минуту остановился напротив статуи любовницы. Маленькие, едва заметные клыки оттопыривали пухлые губы демоницы, а застывшие морщинки возле глаз намекали на плохое настроение пленницы в момент заточения. Ролан плохо помнил суд над суккубой, а момент казни и вовсе пропустил. Сбросив с плеч старые воспоминания, демон пошел дальше.

По спине ключника бежали холодные мурашки. Он понимал, что сам в любой момент может оказаться среди каменных статуй, и очень боялся наказания. Но все равно шел к своей цели.

Через десять минут Ролан поднялся на самый верхний уровень амфитеатра – туда, куда поставили его королеву. Ролан знал, что первые годы заключения демоны все видят, слышат и понимают. И только потом, спустя несколько десятилетий, впадают в летаргию. Поэтому первым делом демон поклонился Лилит.

– Моя королева, – выдохнул ключник и осторожно дотронулся до ее плеча.

Камень под пальцами оказался холодным как лед. Это говорило о том, что печать заключения поставил сам Владыка. Ролан поморщился и сказал:

– Это ненадолго. Я обещаю, скоро ты снова станешь свободной.

Статуя ему ничего не ответила. Но демону хотелось верить, что Лилит его услышала.

Люцифер

Это была еще одна долгая ночь, когда ему не хотелось выходить из собственных покоев. Один из дворцовых демонов, видя плохое настроение владыки, даже рискнул отправить в покои Люцифера молоденькую суккубу, чтобы та попробовала скрасить оскорбление, нанесенное Владыке собственной женой. Суккубе повезло – в покои Люцифера ее не пустили. В противном случае никто не знает, как бы хозяин Вечного города отреагировал на вторжение в личное пространство.

Демон стоял на балконе спиной к горящему вечными огнями городу и смотрел на собственную кровать. Огромное ложе на львиных лапах пугало пустотой и могильным холодом. Прислушиваясь к городу, Люцифер осознал, что вот уже больше трехсот лет прошло с тех пор, как он потерял ее. Ту единственную, которую по-настоящему любил. И ту единственную, которая посмела его оставить одного. Она не просто его бросила и ушла из Вечного города. Она заставила о себе забыть, как будто ее никогда не было.

Давящая боль напомнила о себе. Обычно Люцифер старался гнать от себя воспоминания. Убеждал, что раз Касикандриэла так просто его оставила, значит, не достойна того, чтобы он о ней вспоминал. Но сегодня что-то внутри Люцифера надломилось, и он позволил себе провалиться в омут воспоминаний. Самых сладких в своей жизни. В ту единственную ночь, когда они были вдвоем.

Это случилось в праздник Трех Лун, когда каждый житель Вечного города мог выбрать себе пару на ночь вне зависимости от расы, статуса и семейного положения. Весь вечер Владыка наблюдал за Касикандриэлой, приемной дочерью Бельфегора и Дипинпиг.

Она была одета в закрытое изумрудное платье. Зеленая тряпка, имитирующая целомудрие, только подогревала интерес демонов к рыжеволосой красавице. Сопляки в прозрачных рубахах и узких брюках красовались перед Касикандриэлой, демонстрировали идеальные тела, прикрытые магической иллюзией, соревновались в размере рогов и наглости. Некоторые шли дальше и предлагали своенравной красавице золото, драгоценности, даже недвижимость в самом сердце Вечного города за пару часов уединения.

Каси демонстративно флиртовала с горе-ухажерами, смеялась и искоса наблюдала, как на хрустальном троне бесится Владыка. А он не просто злился – от ревности у него сводило зубы и живот. Он не замечал ни обнаженных суккуб, ни изысканных демониц. Только изумрудная ткань стояла у него перед глазами. Он жадно следил за всеми передвижениями Касикандриэлы, прислушивался к ее разговорам и ловил звонкие нотки смеха. В тот момент Люцифер не помнил себя от злости и счастья, которое он испытывал каждый раз, когда попытки очередного демона затащить Каси в постель терпели фиаско.

В ту памятную ночь он сделал то, чего до этого не делал никогда: оставил сидеть на троне свою иллюзию, а сам спустился в зал, чтобы украсть ее, самый дорогой изумруд Вечного города.

– И зачем ты меня сюда привел? – удивленно изогнула бровь Каси, когда увидела, куда перенес ее Люцифер.

Она не испугалась, не растерялась и, кажется, была польщена его наглостью. А еще, она была единственной, кому Люцифер позволял обращаться к себе на «ты».

– Это единственное место, где тебя не станет искать Дип.

– А с чего ты взял, что она вообще станет меня искать? Сегодня ночь Трех Лун, великий праздник любви и разврата.

– С того, что она приставила к тебе двух соглядатаев и еще не выпила ни одного бокала. Видимо, ей не очень хочется, чтобы ты участвовала в этом разврате.

– Странное предположение. Дип – демоница, Бельфегор – демон. Вряд ли их смутит, что я позволю себе немного расслабиться с первым встречным инкубом.

Ревность снова кольнула Люцифера в ребра. Но в этот раз он быстро подавил гадкое чувство, догадываясь, что Каси его просто провоцирует. Демон театрально сбросил с плеч расшитый черным жемчугом камзол. Ему хотелось, чтобы она оценила не только его демоническую силу, но и разворот плеч.

– Поэтому она заставила тебя одеться в эту монашескую тряпку? – он тоже хотел ее задеть, но ничего не получилось.

– Ты про платье?

– Про платье.

– Вообще-то я его надела для тебя.

Каси улыбнулась, откинула рыжие локоны назад и оголила тонкую белую шею. В животе демона все сжалось от адского коктейля развратной невинности.

– Для меня?

– Да, для тебя. Мне хотелось, чтобы Владыка меня заметил в эту ночь. Или было бы лучше прийти вообще без платья?

Она чуть приподняла левую ногу, и он только сейчас заметил провокационный разрез на подоле. Во рту Люцифера пересохло.

– Знаешь, я когда-то наблюдала за земными женщинами. Ты знал, что у некоторых народов эта ночь тоже особенная?

Люцифер пытался сделать вид, что голые коленки Касикандриэлы его совсем не интересуют. Он неловко разлил вино по хрустальным бокалам и протянул гостье один из них.

– Особенная?

– Да, – она приняла бокал и улыбнулась. – Представляешь, сейчас, пока мы с тобой разговариваем, молодые женщины ходят по лесу и ищут цветущий папоротник, растение такое.

– Я знаю. Папоротник не цветет.

– Цветет, – улыбнулась Каси, пригубив вино. – Люди верят, что в эту ночь он цветет.

– Люди во многое верят, – усмехнулся Люцифер и снова уперся взглядом в белоснежную шею собеседницы.

С усилием он заставил себя поднять глаза и сразу об этом пожалел. В следующую минуту он утонул в зеленых глазах Каси.

– И многое из этого правда, – продолжила она. – А знаешь, что они еще делают?

– Кто?

– Женщины.

Вино уже плохо утоляло жажду, а мозг так же плохо справлялся с тем, чтобы сосредоточиться на беседе. Люцифер был пьян. Пьян своей собеседницей. И это был самый сладкий дурман в его долгой жизни.

– Что они еще делают?

– Они выбирают себе мужчин.

– Они выбирают?

– Именно.

– И ты хочешь выбрать себе мужчину?

– Я уже выбрала.

Зеленая ткань упала на пол. Люцифер даже не понял, как это произошло, только заворожено наблюдал, как шелк скользит по нагому телу – оголяет ключицы, аккуратные полушария груди, тонкую талию и округлые бедра. Ее глаза сверкали зелеными звездами, а кожа пахла фиалками, хрупкими земными цветами.

Демон не устоял. Хрустальный бокал упал на пол. Но никто из слуг не появился, чтобы убрать стекло и исчезнуть. Он не мог позволить, чтобы кто-то, даже самый мелкий бес, видел его сокровище без одежды.

Он подхватил Каси на руки и утонул в мягкой женской ласке. Она впивалась в него, как страстная демоница, и не закрывалась, как библейская дева. Он чувствовал что-то новое, искреннее. Она отдавалась ему не только душой, но и телом. Извивалась, любя, под его ласками и напором. И только когда ее крик поднялся под самый потолок, он понял, что был первым, что она выбрала его. Это был самый счастливый миг в жизни Люцифера.

Что случилось потом, демон не помнил. И никто не помнил о существовании Касикандриэлы. Ни Дип, ни Бельфегор, ни жители Вечного города. Неизвестная сила будто стерла все воспоминания о его единственной любви.

Потом была свадьба с Лилит. Сейчас, стоя на этом балконе, он не мог ответить себе, почему тогда решил жениться на демонице. Он помнил, что решился на свадьбу. Но почему именно Лилит, ответить не мог.

Иногда Люцифер думал, что Каси ему приснилась, что она была лишь плодом его воображения или сном. Были годы, когда он полностью убеждал себя в том, что ее никогда не существовало, а эти воспоминания были ложными. Возможно, проделки врагов. Тогда Люцифер успокаивался, жизнь входила в привычное демоническое русло. Вот только спустя годы он снова и снова просыпался от ее ласкового шепота. И никого никогда не приглашал в свою постель, даже жену.

Люцифер потер лицо. Он помнил ее имя, запах, он помнил, что был у нее первым. Он хотел от нее избавиться, но справиться сам с этим наваждением уже не мог.

«Семейный психотерапевт, – в памяти демона всплыли слова судьи. – Сейчас это модно. Половина Вечного города таскается в мир людей на сеансы психотерапии. Говорят, это помогает снять напряжение».

Глава 3

Люцифер. Утро следующего дня

В мир людей Владыка вошел через маленькую кофейню на одном из главных проспектов города. В узком помещении, где могли поместиться не больше двух посетителей, пахло горькими зернами и свежей выпечкой. Мальчик-бариста на необычного посетителя, появившегося в буквальном смысле из ниоткуда, внимания не обратил. Мальчишка стоял за стойкой и пересчитывал протеиновые батончики со вкусом клубники. Поставщик, как всегда, что-то напутал, и вместо шоколадного вкуса снова притащил ягодный, который совсем не пользовался спросом.

Люцифер сначала посмотрел на светлую макушку пацана, потом оглядел помещение. Оно было тесным, жарким и непривычно пестрым: какое-то безумное количество постеров на стенах, бессмысленные статуэтки на полках, цветы, которые съедали и без того дефицитное пространство. Демон, не привыкший к таким тесным комнатам, поспешил выйти на улицу. В глаза ударило весеннее солнце. Люцифер поморщился, осмотрелся и понял, как здесь все изменилось с его последнего визита.

Вроде бы все было, как и в прошлом веке: широкий проспект, невысокие здания советской эпохи, куцые деревья как образец городского озеленения. С этим здесь всегда были проблемы – не любили местные власти возиться с деревьями. И в то же время изменился дух города. На знакомых фасадах появились рекламные объявления и яркие вывески: «Кава», «Белкнига», какое-то Conte. городской транспорт оглушал шумом колес и моторов. Вместо пары чадящих драндулетов сомнительного качества по идеально гладкой дороге катились современные автомобили. Лениво, строго соблюдая скоростной режим и рядность, плелись городские автобусы. Особое внимание Люцифера привлек 100-й маршрут. Несмотря на прохладную погоду, водитель решил не закрывать заднюю дверь, и у демона получилось рассмотреть сонные лица пассажиров: кто-то спешил на работу, кто-то опаздывал на учебу, кто-то вез капризного ребенка в школу.

Из полосы в полосу перестраивались первые в этом сезоне мотоциклисты, пешеходы терпеливо ждали на перекрестке, пока загорится красный свет и автомобильный поток остановится перед переходом. Несколько минут Люцифер потратил на то, чтобы внимательно рассмотреть горожан. Современная мода демона слегка удивила: женщины сменили приталенные пальто на бесформенные куртки, каблуки на плоские уродливые тапки, а шляпки и вовсе забросили куда-то в шкаф. Впрочем, одну девушку в головном уборе Люцифер все же увидел и подумал, что возможно, решение избавиться от шляпок было верным, раз современные шляпники делают такие уродливые панамы.

Мужчины тоже изменились. Мимо демона пробежал молодой мужчина в деловом костюме и с кожаным рюкзаком за плечами. Мужчина так спешил, что не заметил грязную лужу под ногами. Подошва тяжелого ботинка ударила по грязной воде, брызги полетели в стороны. Люцифер брезгливо поморщился и повернулся в сторону городского парка. Офис психолога был в двадцати минутах ходьбы от кофейни.

Ася

– Она меня никогда не поймет! – восклицал на моей кушетке утренний клиент. – Всегда будет на стороне этого засранца! Вы бы видели, как она смотрела на Гло! Как будто она была хуже девахи этого… этого…

Мужчина сжал кулаки и стиснул зубы. На высоком лбу набухла вена, несколько раз дернулся кадык. Я поспешила отвлечь его.

– Гло – это ваша девушка?

– Девушка? Нет, моя любовница. Временная. Я ее купил… Взял в аренду. Ну, вы поняли.

Я поняла и тактично кивнула. Ко мне в кабинет иногда приходили особенные клиенты. Нет, не особенные в контексте «каждый человек уникален», а в прямом смысле особенные, со своими уникальными прибабахами. Адам Барнау был одним из таких клиентов. Он родился в очень богатой семье. Правда, настоящие фамилии и имена родителей молодой человек скрывал, а я и не интересовалась, чтобы не нарушать конфиденциальность. Сам молодой человек ничем не занимался. Жил за счет родителей, которые закрывали все его потребности – от жилья и транспорта до развлечений. У меня создавалось стойкое впечатление, что такое положение вещей устраивает и самого Адама, и его семью. По крайней мере, за три месяца терапии клиент ни разу не обмолвился о конфликтах на почве финансов и не рассказывал, что его попросили наконец-то слезть с родительской шеи и самостоятельно зарабатывать на жизнь. Даже, наоборот, многие дорогостоящие увлечения сына семья поощрял – спортивные машины, эксклюзивная ювелирка, коллекционирование старинных книг. Это лишь часть того, что я знала об увлечениях Адама Барнау.

Но было в этой благополучной картине большое «но»: борьба с родным братом за внимание родителей. Несмотря на зрелый возраст, мой клиент был уверен, что родители его недооценивают и всегда принимают сторону брата. Самое интересное в этой истории было то, что и брат Адама, который тоже был моим клиентом, также считал, что Адама любят больше, чем его. Вот такой семейный конфуз.

– Расскажите подробнее о встречи вашей мамы и Гло?

– Да особо нечего рассказывать. Я привел Гло на ужин, обычный такой семейный ужин – пара близких друзей с семьями, дядя Бельф с женой – мамулечка их долго уговаривала прийти. Знаете, они такие… Заносчивые, что ли.

Красивое лицо Адами скривилось, он почесал подбородок, лег на кушетку, сложил руки на животе и продолжил.

– Вообще мамуля не любит дядю Бельфа, – на слове «мамуля» Адам всегда делал ударение и произносил его нарочито длинно. – Наверное, папулечке что-то было нужно, поэтому она согласилась их терпеть.

– Этот ужин был важен для ваших родителей?

– Не знаю, никогда не интересовался их делами. Мамулик просто попросила меня явиться на ужин не в одиночестве.

– И вы выбрали Гло?

– Она подходила по всем параметрам – красивое лицо, умеет поддержать беседу… А бедра! – мужчина резко повернулся на бок и посмотрел мне прямо в глаза, – Док! Если бы видели эти бедра! Она даже не суккуба! Это что-то демоническое! Вы себе не представляете этот масштаб!

Масштаб демонических бедер он показал руками. Для большей убедительности растопырил пальцы. Вообще Адам любил применять в речи религиозные и псевдорелигиозные метафоры. И, признаюсь, меня от этого самую малость коробило.

– И как на вашу спутницу отреагировала мама?

– Сначала хорошо. Мамулечка была довольна, пока не выяснилось, что из-за меня Гло отказалась сопровождать дядю Висти и тот выставил ее агенту претензию.

– Дядя Висти – брат…

– Троюродный брат моего папулечки. Очень своеобразный тип, я вам скажу. Папулечке стоило бы держаться от него подальше.

– Вы опасаетесь, что дядя может навредить вашей семье?

– Он псих. Повернут на ангелах и всей этой небесной хрени.

– Надо же.

Теперь становилось яснее, откуда у Адама интерес к религиозной тематике.

– С психами всегда нужно быть осторожным. А дядя Висти… Он слишком… Слишком доверчив. Даже Гас со мной согласен. А вы знаете, какие у нас натянутые отношения с братом.

Я кивнула, сделала пометку в блокноте и порадовалась, что хоть какие-то точки соприкосновения у братьев были. Адам, тем временем, продолжал говорить.

– Мы на этом треклятом ужине говорили о Казнях египетских. Вы, док, знаете эту историю про евреев и Египет?

Я не была подкована в религиозной теме. И, признаюсь, все эти истории про ангелов, демонов, безусловную любовь и вечные муки в аду меня пугали. Эти темы я с самого детства старалась избегать. Возможно, это была одна из основополагающих причин, из-за которых я решила пойти в психологию.

– Вы про Десять казней египетских?

– Именно про них. Что вы думаете об этой истории?

– Что это ужасно, когда за неверное решение одного платят все.

– Цель оправдывает средства в данном случае. Но я не про это хотел рассказать. Представляете, дядя Висти до сих пор верит, что весь этот шухер в древнем Египте навели ангелы.

Я внутренне собралась. Голова пыталась быстро придумать, как побыстрее свернуть эту тему и вернуться к семейным проблемам клиента. Но вместо этого выдала полнейшую глупость:

– А разве Казни египетские совершали не… Совершал не Бог?

– Док, конечно, нет! – Адам озорно хлопнул в ладоши и сел на кушетке. – Вы же взрослая и умная женщина! Сами подумайте, разве может Бог одновременно следить за всеми? Поверьте, у него наверняка есть дела поважнее людей. Для Земли он держит целый штат крылатых бездельников.

– Бог поручил уничтожить египтян ангелам?

В моей голове этот вопрос звучал примерно так, как будто я работала не психологом, а психиатром. И не в уютном кабинете в центре столицы, а в специализированной клинике за городом.

– Конечно! Только у этих с куриными крыльями на такой проект фантазии не хватит.

– Тогда кто?

– Демоны, конечно! Это же очевидно! Сами посудите, так изящно! Десять катастроф, одна плавно перетекает в другую! Конечно, там жрецы уже на третьей поняли, что сделали что-то не так, и были готовы все исправить. Но, увы и ах! Цепную реакцию не остановить.

– Кровавые реки вы находите изящным решением?

– Там не было крови, – махнул рукой Адам, а потом снова лег и продолжил. – Кровь – это неудобно и грубо. Вот ангелам такое вполне могло прийти в голову. Но не демонам.

– Тогда что?

– Цветение водорослей!

Адам снова хлопнул в ладоши, глаза его засверкали пугающим азартом, а мне стало совсем не по себе.

– Водоросли?

– Да! Это же Нил! Стоило заставить зацвести ряску в нужном объеме, как от нее начала дохнуть рыба. И люди. Трупный яд еще никого здоровее не сделал. Вы когда нибудь думали, сколько проблем могут принести обычные водоросли?

Адам мечтательно улыбнулся. Если бы не опыт работы с интересными клиентами, то, скорее всего, я бы уже думала о том, к какому психиатру бежать на консультацию.

– А жабы откуда взялись?

Не знаю, зачем я задала мужчине этот вопрос. И вообще я не поняла, как от разговора о его семье мы перешли к библейским трагедиям. Адаму наш разговор явно нравился. Он с энтузиазмом зацепился за мой неосторожный вопрос.

– Оттуда же, из Нила. Земноводным тоже нужна была чистая вода, вот они и вышли на свет божий в поисках спасения. И до усрачки напугали папуасов.

– А как же смерть первенцев? Этому у вас тоже есть объяснение?

– Это еще проще: традиции плюс черная плесень! Духота, плохое хранение зерна, плесень! Вы знали, что тогда первый сын получал двойную порцию и принимал пищу первым? Двойная доза яда на каждый голодный организм.

– Звучит очень научно.

– В этом-то и изящество замысла, док. Древние невежды верят в небесную кару, а современный скептик – в науку и совпадения.

Адам явно был доволен произведенным на меня впечатлением. А я перекатывала на языке странное послевкусие этой беседы и пыталась сообразить, как увести разговор в другое русло, пока мы снова не начали обсуждать еще какую-нибудь трагедию. К счастью или к несчастью делать этого не пришлось. Я оторвала глаза от блокнота и увидела в приемной незнакомого мужчину.

Когда он успел войти, и почему я не слышала звука открывающейся двери, оставалось загадкой. Моя помощница по-прежнему болела. Поэтому я пыталась судорожно вспомнить, не забыла ли кого-нибудь вдруг внести в расписание.

Мужчина без стеснения молча рассматривал меня. Темные глаза буквально впились в лицо. У меня возникло странное ощущение дежавю, как будто когда-то я уже чувствовала нечто подобное. По спине пробежали мурашки, кончики пальцев похолодели. От такого внимания щеки залило румянцем. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и спросить:

– Я могу вам чем-то помочь?

Чтобы скрыть свою неуверенность, закрыла блокнот, чуть расправила плечи и улыбнулась. Незваный гость никак на мой вопрос не отреагировал. А вот Адам повел себя странно. Он быстро вскочил на ноги, сделал движение, похожее на поклон, в сторону незнакомца и сказал:

– Док, мне пора. Встретимся на следующем сеансе.

– Но мы не закончили! – возразила я, понимая, что начинаю злиться.

– Мамулечка хочет меня видеть! Вот, – он поднял вверх айфон, – только что написала.

Люцифер

Люцифер стоял в приемной, смотрел на женщину и не мог поверить своим глазам. Психолог, к которому «таскалась половина Вечного города», была точной копией Касикандриэлы. Его даже немного позабавила эта ирония. Он пришел на Землю, чтобы забыть пропавшую любовницу, а женщина, которая должна была ему помочь, оказалась ее точной копией: те же рыжие волосы, тот же разрез глаз, те же чувственные губы. Только одежда другая, земная. Впрочем, нужно было отдать должное, даже эта примитивная одежда смотрелась на женщине чертовски привлекательно.

Естественно, желание обсуждать с этой женщиной Каси у него сразу пропало. Он хотел уйти, чтобы не тревожить почти зажившие раны, но никак не мог оторваться от ее лица. Внутренний голос демона пытался убедить его, что это просто совпадение. Не может такое могущественное существо, как Касикандриэла, превратиться в жалкого человека. Зачем? У них же все было хорошо! Но чем больше он наблюдал за женщиной, тем больше ему казалось, что это она.

Сомнения пропали, когда женщина оторвала взгляд от блокнота и посмотрела прямо на него. Она его видела, несмотря на отводящее заклинание. Ни женщины, ни ведьмы делать этого не умели. По спине демона побежали ледяные мурашки.

– Я могу вам помочь? – любимый голос проник под кожу.

Шокированный этой встречей Люцифер ничего не ответил. И не заметил испуганного Адамуса, который поклонился ему и выскочил из кабинета врача в приемную.

– У вас запись? – еще раз спросила женщина.

В этот раз она отложила блокнот в сторону и изящно поднялась с кресла. Демон перестал дышать. Он ее нашел. Здесь. Среди людей. В теле обычной смертной.

– Моя помощница заболела… – зачем-то сообщила она. Но что Каси говорила дальше, Люцифер не понял.

Единственное, что он понял – Каси его не узнала. И тут же разочарование заставило демона прийти в себя.

– Каси?

Глава 4

Ася

– Каси? – спросил незнакомец

– Анастасия Федоровна, – представилась я.

Мужчина ответил не сразу. Это дало мне время лучше его рассмотреть. Персонаж, нужно сказать, был интересный. В глаза сразу бросались сшитые на заказ костюм и обувь. И если с костюмом я еще могла ошибиться, то в обуви нет. Туфли такого качества – с кожаной подошвой и серебряными пряжками – изготавливались в одной единственной мастерской на планете. Я, как фанат интересной обуви, хорошо знала почерк обувщика и мечтала позволить себе хотя бы одну пару туфель от этого мастера. Если, конечно, Вадик не вздумает влезть в кредит из-за этой гребаной свадьбы.

Мысли о ссоре с женихом отбросила в сторону и сосредоточилась на лице странного гостя. Не могу сказать, что он был красивым. Узкий подбородок, уши великоваты, колючие глаза. Зато нос ровный и губы пухлые. Но энергетика, если можно применить этот термин, тяжелая. Он чем-то напоминал учителя, у которого хочется попросить прощения просто так, на всякий случай.

– Анастасия Федоровна? – переспросил мужчина.

– Анастасия Федоровна Меер, – снова представилась я, подошла к мужчине и протянула ему руку. – Чем могу быть полезна?

Руку посетитель проигнорировал. Я обижаться на эту мелочь не стала? даже за грубость не сочла. Может, ему неприятны чужие прикосновения. Каждый в этом мире имел право на свои странности.

– Вы… Вы психолог?

– Да, все верно.

Мужчина кивнул, расправил плечи, изящным движением поправил узел галстука и без приглашения прошел в кабинет.

– Мне вас посоветовал знакомый. Вы помогаете его супруге.

Кивнула и прошла к своему столу. Основная часть моих клиентов попала в этот кабинет по рекомендации, поэтому слова незнакомца меня ничуть не удивили.

– Как я могу к вам обращаться? – решила начать наш разговор со знакомства.

– Лю… Алексей Игнатьевич Баров. Просто Алексей.

– Приятно познакомиться. Чем могу быть вам полезной?

Мужчина задумался. Цепкие глаза буквально впились в мое лицо, как будто хотели в нем что-то найти. Обычно люди теряются от такого пристального взгляда. Но мне повезло – несколько лет работы с особенными клиентами позволили нарастить если не броню, то шкуру достаточной толщины, чтобы такие взгляды выдерживать без ущерба для собственной психики.

Исследование моего лица длилось около минуты. Я терпеливо ждала, пока Алексей возобновит беседу. Хотя в голове уже искала благовидный предлог, чтобы перенаправить мужчину к кому-нибудь из коллег.

– У меня проблемы с женой, – он сделал паузу и расстегнул пиджак.

Не нужно было быть психологом, чтобы понять: мужчина волнуется и пытается это скрыть. Возможно, с другим клиентом я бы начала задавать наводящие вопросы, подробнее расспрашивать о проблеме или стараться как-то облегчить нашу коммуникацию. Но не с этим мужчиной. Во-первых, он не был моим клиентом. Во-вторых, он был одним из тех, чья сила меня просто пугала. Однажды я сталкивалась с подобным человеком и очень пожалела, что взяла его в терапию.

– Она мне изменила.

Он отвел глаза в сторону и напряжение тут же испарилось.

– Ясно, – произнесла как можно мягче.

Как будто на кушетке сидел не человек, а зверь. Я пыталась отмахнуться от этой ассоциации, но чем дольше этот человек находился в моем кабинете, тем глубже укоренялся этот образ в моем мозгу.

– Как-то так, – пробормотал мужчина.

– Алексей Игнатьевич…

– Просто Алексей, – то ли сознательно, то ли интуитивно мужчина попытался сократить дистанцию.

– Алексей Игнатьевич, – голосом выделила отчество, – какую помощь вы от меня хотели бы получить?

Говорить эти слова было странно. Последние три года первые собеседования с клиентами проводила Катерина. Она назначала время встречи и узнавала направление, в котором мы будем работать, отсеивала непрофильных клиентов. В общем, изрядно облегчала мне жизнь.

– Я не могу забыть свою первую любовь.

– Ясно.

Теперь я окончательно растерялась.

– Это было еще до свадьбы. Она сбежала от меня.

– Стоп! – выставила одну руку вперед, мужчина замолчал. – Алексей Игнатьевич…

– Алексей.

– Алексей Игнатьевич.

– Алексей. Мне не нравится, когда меня называют по отчеству.

– Почему?

– Плохие воспоминания об отце.

Прочитать хоть какие-то эмоции на лице посетителя было невозможно. Пришлось примирительно кивнуть.

– Ясно. В любом случае, не стоит делиться подробностями вашей личной жизни, пока мы не заключили договор.

– Договор?

– Договор, бумага, где будут прописаны условия нашего сотрудничества.

– Договор – это хорошо, – мужчина улыбнулся. У меня по спине побежали мурашки. – Могу я с ним ознакомиться?

В этот момент все мои мысли и доводы о том, что этого странного человека неплохо было бы перенаправить к кому-нибудь из коллег, куда-то улетучились. Руки сами потянулись к ящику стола, где лежали копии стандартных договоров на оказание услуг.

– Это стандартный договор, – произнесла как в тумане. – Нам нужно обсудить только количество сеансов в неделю и длительность сеансов. От этого будет зависеть стоимость моей работы.

Собственный голос звучал как из радиоприемника. Вроде все понимала, но как будто подчинялась чужой воле. Я передала бумаги посетителю. И тут загорелся экран смартфона. Обычно на сеансах я прятала телефон в ящик, чтобы не отвлекаться. Когда успела переложить его на стол, хоть убей, не помнила. На экране появилось сообщение:

«Приеду к восьми. Приготовь что-нибудь».

– Ваш друг? – спросил Алексей.

Как ему удалось прочитать сообщение со своего места, тоже не поняла.

– Жених.

– Жених? – почему-то удивился мужчина.

– Да, жених.

После этих слов мужчина покраснел, сжал в руках договор, но ничего не сказал. Реакция на безобидно сообщение была, как минимум, странной. Разумное объяснение было только одно: его раздражает телефон. Рука моментально потянулась к аппарату. Решила его спрятать на всякий случай. Кто знает, что там случилось с его супругой. Возможно, именно неосторожное сообщение стало причиной развода и такие вещи его тригерят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.