Алекс Стар
Чужая невеста для Чингиза

1

– Альберт, ты берёшь в жёны Милену?

– Да, – уверенный голос.

Который я ненавижу.

– А ты, Милена, берёшь ли в мужья Альберта? – слышу я голос, который доносится до меня словно из другой жизни.

И я молчу в ответ.

Глаза опущены вниз. Я смотрю себе под ноги, словно на каменном полу церкви написана, начертана моя судьба.

И мне кажется, что прямо у меня под белоснежными атласными туфельками разверзлась бездна, которая буквально засасывает меня. Стоит покачнуться, оступиться, и я полечу вниз ко всем чертям.

В своём дорогущем итальянском платье и этой дурацкой кружевной фате, которая досталась мне ещё от прабабушки.

И я продолжаю молчать.

– Милена? Берёшь ли ты в мужья… – я чувствую уже сильное раздражение в голосе священника.

И тут его голос обрывается. Он недоговаривает до конца свою фразу, и я с удивлением поднимаю на него взгляд.

И тут раздаются какие-то глухие хлопки, дикие вопли, я вижу перекошенные от страха лица гостей и своего жениха, Артура, который смотрит куда-то в сторону.

Я слежу за его взглядом и вижу каких-то странных людей в заполненном нарядными гостями зале церкви.

Все в чёрном, в масках на лицах, они пробираются сквозь визжащую от ужаса толпу, и я вижу несколько безжизненных тел, лежащих в проходе между рядами.

Это всё заняло всего лишь пару минут, а мне кажется, что прошла половина моей жизни.

– Папа? – разлепляю я наконец-то губы, пытаясь отыскать взглядом его, но не вижу его в первых рядах среди гостей.

И тут чьи-то грубые руки хватают меня за запястье, резко дёргают так, что я чуть не падаю, и ведут куда-то за собой сквозь обезумевшую толпу, и я чувствую, как что-то холодное упирается в мой висок.

Ствол.

Они взяли меня в заложницы и прикрываются мной как живым щитом.

Я ещё раз напоследок бросаю взгляд на своего так и не состоявшегося жениха, вижу его перекошенное от страха лицо, вижу, как к нему пробираются огромные телохранители, но всё это уже неважно, потому что двери церкви захлопываются за мной, и меня заталкивают в огромный тонированный джип, припаркованный прямо у входа.

У входа, из которого я должна была выходит спустя пять минут осыпаемая золотыми монетками и лепестками роз. С пожеланиями счастья.

И я не знаю, какой исход лучше.

Теперь это уже неважно.

Ведь рано или поздно это должно было случиться.

Потому что мой отец – один из самых опасных криминальных авторитетов, и он наверняка кому-то очень сильно перешёл дорогу, и теперь его враги отыгрываются на мне.

– Не рыпайся, ясно? – слышу я низкий рык, раздающийся с водительского сидения.

Вижу толстый бритый затылок, кожаную чёрную куртку.

И авто резко срывается с места, оставляя позади всю мою странную жизнь…

Рядом со мной сидит ещё один – тот самый похититель, который притащил меня, только теперь он снял свою чёрную маску и нагло смотрит на меня. Рассматривает, словно собирается проглотить меня, как сладкую конфетку.

– Смотри-ка, какая у Пса красотка народилась, – грубо ржёт он, подняв с моего лица фату. – А по нему и не скажешь. Сам-то урод, как будто жопу ему на лицо натянули. А тут такая куколка, – удовлетворённо тычет он своим стволом в водительское сиденье.

– На хера ты её вообще приволок? – только огрызается водитель в ответ, не отводя глаз с дороги, но я всё равно ловлю на себе его удивлённый взгляд.

– А что, Чингиз обрадуется. Будет ему подарок. Пусть делает с этой лялькой, что хочет, – гогочет он, рассматривая меня похотливыми глазками, и меня аж передёргивает от одной только мысли, чего может захотеть этот Чингиз…

Мне кажется, я уже слышала его имя раньше… Хотя у моего отца столько врагов, которые желают его смерти, что одним больше, одним меньше…

– А Пса-то грохнули? – спрашивает водитель, и у меня всё сжимается внутри.

Вот зачем они заявились на мою свадьбу.

Убить моего папу. Пока он был расслаблен и не ожидал никакого нападения.

Это для кого-то у него кличка Пёс, а в обычной жизни он уважаемый бизнесмен, Вано Варданян.

– Не знаю, там такой кипеш поднялся, я не разглядел, – утирает тыльной стороной ладони свой лоб бандит, и я замечаю, что он весь в испарине.

Но у меня остаётся надежда, что мой папа жив. И что он обязательно спасёт меня.

Я не знаю, сколько проходит времени перед тем, как наш джип въезжает в огромные ворота в высоченном заборе, которые сразу же захлопываются за нами.

Авто останавливается наконец-то у какого-то огромного особняка, утопающего в густых деревьях, и я понимаю, что это участок находится где-то в заповедной зоне, затерянный среди реликтовых сосен.

– Ну что, тебе отдельное приглашение нужно, принцесска? – глумливо распахивает дверцу с моей стороны похититель, и я понимаю, что мне всё равно придётся выйти из машины рано или поздно.

Я выхожу из авто, и когда мой взгляд падает вниз, то я с ужасом замечаю, что все мои когда-то белоснежные туфельки и подол платья вдруг стали ярко алыми.

И до меня не сразу доходит, что это чья-то кровь.

Возможно, папина.

И только сейчас я понимаю, куда я попала.

В логово хладнокровного убийцы, способного на то, чтобы испортить свадьбу и украсть чужую невесту.

– Шевелись, – легонько подталкивает меня в спину бандит, открыв передо мной огромные двери особняка, я делаю шаг вперед и отчётливо понимаю, что меня больше не ждёт ничего хорошего, и на своей жизни я теперь могу окончательно поставить крест…

2

Меня долго ведут какими-то коридорами, или мне просто уже кажется, что это длится бесконечность, пока один из моих похитителей не толкает какую-то обшитую кожей дверь в конце прохода, и мы не оказываемся в какой-то большой комнате, залитой мягким светом.

Я ожидала увидеть здесь всё, что угодно, но только не это: весь пол устилают дорогие персидские ковры, вдоль стен стоят низкие диваны с парчовыми золотыми подушками, а весь воздух в комнате словно пропитан какими-то восточными специями и пряностями.

Это больше похоже на пещеру Али-бабы, чем на логово хладнокровного убийцы. Меня грубо ведут и ставят прямо в центре этой огромной комнаты, и я не сразу успеваю разглядеть огромный стол из тёмного дерева в углу.

За ним, утопая в глубоком кожаном кресле с высокой спинкой, сидит какой-то мужчина, и его лицо скрыто тенью, падающей от ажурного восточного абажура.

– Чингиз, – начинает, опустив голову, один из бандитов, и я слышу, как его хозяин прерывает его:

– Можете не рассказывать. Я в курсе.

И я вдруг невольно отмечаю про себя, какой у него глубокий низкий голос.

Властный. Жёсткий.

Он едва сказал два слова, но у меня уже бегут мурашки по всему телу.

И я могу точно сказать, что его люди его боятся.

Стоят рядом со мной переминаются с ноги на ногу, словно нашкодившие школьники.

Я поднимаю глаза, вглядываясь в темноту, мне вдруг безумно хочется увидеть его лицо, как будто неведомая сила толкает меня к нему.

– Ну что же, Пёс жив… – задумчиво тянет он, и я вижу, как он приподнимается с кресла, вытягивая всё своё хищное мускулистое тело во весь рост.

И я про себя отмечаю глухим стуком сердца: мой папа всё-таки не погиб! И значит, он скоро спасёт меня, это только вопрос времени.

А между тем Чингиз пружинящей лёгкой походкой направляется к нам, и наконец-то мягкий свет лампы падает на его лицо.

Я смотрю на него, и не могу отвести взгляд. Породистое, смуглое, с благородным носом с горбинкой и высокими скулами лицо. Он кривит свои изогнутые луком губы в презрительной усмешке, бросая небрежно:

– Только я одного не понимаю, зачем вы притащили сюда эту шлюху?!

И я, наконец-то разглядев его глаза какого-то нереального синего, как арктические льдины, оттенка, не сразу понимаю, что он только что это сказал обо мне.

Шлюха? Это он меня так назвал?! Дочь Вано?!

И я дерзко вскидываю вверх свой подбородок, откидываю с лица эту бабушкину кружевную вуаль, которая мне уже изрядно надоела, и выплёвываю ему прямо в лицо:

– Я не шлюха.

И смотрю на него, не отвожу взгляда.

Мне кажется, или по его лицу пробегает какая-то странная судорога, словно лёгкая рябь от ветерка по поверхности озера.

Его зрачки расширяются, я вижу, как ходят желваки под его кожей, и я понимаю, что он не привык, чтобы ему перечили.

Но вот его губы растягиваются в тонкой усмешке, и он отвечает, удивлённо подняв одну бровь:

– Разве? А что, такое бывает? – и я слышу, как его слуги начинают похихикивать по команде, как стая шакалов.

Но тут же затыкаются, остановленные его грозным взглядом.

Взглядом вожака прайда.

И тут я, сама не ожидая от себя такого, словно в меня вселился чужой бунтарский дух, словно это и не я вовсе, отвечаю, улыбаясь ему всеми своими тридцатью двумя белоснежными зубами:

– Хочешь проверить?

И замолкаю, даже сама не понимая, что я на себя сейчас навлекла.

Вот дура! Зачем я надумала спорить с этим бандосом?! Что я вообще ему хочу доказать?!

Моя задача сейчас продержаться как можно дольше до того момента, когда мой отец придёт за мной, а я в этом не сомневаюсь.

А я вместо этого бросаю ему вызов.

– Слишком много чести. Кем ты себя возомнила? – высокомерно бросает он мне в лицо слова, которые отчего-то ранят меня посильнее любых ударов.

– Может быть, это вы привыкли только к шлюхам, – мой рот словно живёт отдельной от моего разума жизнью, и я чувствую, как заливаются алым пламенем мои скулы. – Ну так знайте, не всё в мире меряется вашими правилами! – задыхаясь, выпаливаю я ему в лицо.

И тут Чингиз вдруг замирает. И я даже на мгновение готова поверить, что он ударит меня, но он лишь задирает голову вверх и начинает… Что? Смеяться? Хохотать?!

Его низкий заливистый смех разносится по этой восточной уютной комнате, и я стою, словно парализованная его непонятным внезапным весельем.

Вот он наконец-то замолкает, опускает взгляд на меня, и я вижу тёплые огоньки, на доли секунды вспыхивающие в его взгляде.

– Как я не догадался. Ты не шлюха, – снова растягивает он губы в улыбке, готовый разразиться новым залпом смеха. – Ты – девственница! – сообщает он во всеуслышанье, и я чувствую, как заливаюсь алой краской до самой макушки.

Потому что он сказал правду.

Но я не знаю, есть ли здесь повод для веселья.

И горжусь ли я этим. Просто так получилось.

Мне никто никогда не нравился, я вообще хотела пойти учиться дальше и строить карьеру.

Но меня никто не спрашивал, устроив этот политический дурацкий брак с этим ненавистным мне потным Аьбертом.

Который, по счастью, не состоялся.

Но я совсем не уверена сейчас, глядя на эту грозную хищную фигуру, возвышающуюся надо мной, что я оказалась в более выгодном положении…

Возможно, сейчас бы я уже лежала под балдахином гигантской кровати в номере люкс самого лучшего отеля в городе, а влажные руки моего так и не состоявшегося мужа блуждали бы по моему телу…

И меня передёргивает только об одной мысли об этом.

– Ну так что же, я прав? – берёт Чингиз мой подбородок двумя пальцами, словно изысканную драгоценность, заглядывает мне в глаза. – Похоже, мне и на самом деле попался бриллиант чистой воды?

И я вдруг чувствую его резкий запах. Опасный. Острый. Манящий.

Аромат степи, морского ветра и нагретого от бешеной скачки седла… И я даже прикрываю глаза на долю секунду, плавясь под его настойчивым жгучим взглядом…

3

Вот он одним взглядом приказывает своим бандитам скрыться, и стоит, ждёт. Смотрит, пока мы не оказываемся с ним в комнате совсем одни.

И я вдруг понимаю, что он решил проверить, верна ли его догадка!

И я чувствую, как холодные мурашки бегут по моей спине.

Но одновременно и какое-то странное, неизвестное мне до этого тепло вдруг разливается где-то внизу моего животика, и я сглатываю, проваливаюсь в ярко-синие глаза Чингиза.

Глубокие, как летнее высокое небо…

Он делает шаг навстречу. Спокойно. Как мой хозяин. И я понимаю, что я для него всего лишь вещь.

Вещь, которая отныне принадлежит ему.

И со странным трепетом и ожиданием жду, что же он сделает дальше.

Вот он встаёт вплотную ко мне, одной рукой резко прижимает меня к своему сильному накачанному телу, и пламя пожара захлёстывает меня с головой. Я не могла бы вырваться из его объятий, если бы я захотела.

Но я и не хочу.

Мои ноги подкашиваются, не слушаются меня.

Я чувствую, как моё тело плавится в том месте, где его касается ладонь Чингиза.

Мужчина облизывает два пальца на свободной руке и просто задирает подол моего свадебного кружевного платья, и я чувствую, как они скользят у меня между бёдер…

Я стою, не шевелясь, будто парализованная его этим простым властным движением, хотя всё моё тело помимо моей воли ждёт, что же произойдёт потом.

Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. У меня между ног словно разлилась тёплая ртуть, дыхание перехватило от смутного и неясного чувства, и единственное, чего я хочу здесь и сейчас – чтобы его сильные ловкие пальцы продолжили своё путешествие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.