Екатерина Севастьянова
Не доверяй демонам!

Глава 1

Я сидела в парке недалеко от дома, дышала свежим осенним воздухом и наслаждалась той иллюзией жизни, что у меня осталась. Утром людей в Истмун-парке практически не было. Никто не пялился и не тыкал в меня пальцем. Не было нужды скрываться, закутываться в шарф по глаза и бояться встретиться взглядом с прохожими, увидеть отвращение на их лицах, страх в их глазах.

Я пугала людей своим видом. Я пугала даже собственных родителей. Мать плакала каждый вечер, а отец давно перестал на меня смотреть. Я стала их самым большим разочарованием в жизни. Или, лучше сказать – самой большой трагедией? Я все понимала и старалась никого не осуждать. В свои двадцать лет я выглядела как столетняя старуха и чувствовала себя соответствующе. Морщины, седые волосы, бородавки, красные от крови глаза, почерневшие и набухшие вены, странные наросты на коже, на веках, на губах. Мое сердце едва билось, легкие с трудом работали. И с каждым днем становилось только хуже. Тяжелее ходить, говорить, дышать. Никто не знал почему. Никто не мог объяснить причину моего состояния. Четыре года я не вылезала из больничных палат. Все напрасно! Лечение не помогало. Последние месяцы жизни, что у меня остались, я решила провести на свободе – без капельниц, врачей и неверных диагнозов.

– Мама, смотри!

Откуда ни возьмись появилась девочка. Ребенок лет пяти. Она увидела меня, завизжала и бросилась бежать к полнотелой женщине с криками:

– Смотри, мама, там чудовище!

Женщина замерла и в недоумении уставилась на меня. Ее глаза округлились до невозможных размеров, будто она и правда увидела монстра.

– Идем отсюда быстрее! – мать схватила ребенка за руку и понеслась прочь из парка. – Ты ее не касалась?!

– Конечно, нет. Она же страшная!

– Ох, слава богу!

Я печально улыбнулась им вслед. За четыре года я привыкла ко всему. К насмешкам, издевкам, просьбам «отойти от детей», «не высовываться из дома» и «утопиться». Я слишком сильно любила жизнь, ускользающую, как песок, сквозь пальцы, чтобы обращать внимание на жестокость и невежество. Я верила в лучшее, хоть и понимала, что мои дни на этом свете сочтены.

Отмахнувшись от грустных мыслей, я поставила перед собой мольберт с незаконченной картиной, разложила краски и взяла кисть. Я надеялась закончить осенний пейзаж до того, как мое сердце навсегда остановится. Врачи не давали никакой надежды. Мои органы отказывали. Я умирала. Единственные утешения, что у меня остались, – это краски, книги и музыка.

Через пару часов в парке стало людно – пришлось запахнуть пальто и закутаться в шарф. Ни к чему привлекать к себе лишнее внимание.

Но не привлекать внимание не получилось…

– Красивая картина, – неожиданно прозвучал за спиной незнакомый голос. – У вас талант, мисс.

Мужской голос, низкий, с едва уловимым мягким акцентом, очень похожим на ирландский. От него почему-то по спине побежали мурашки. В последнее время я не так часто общалась с людьми, тем более с мужчинами. Наверное, в этом все дело.

– Спасибо, – не оборачиваясь, с улыбкой поблагодарила я незнакомца, макнула кисть в зеленую краску и продолжила рисовать. Не хотела поворачиваться и пугать его своим видом. Сразу ведь убежит. Знаю, я это уже проходила.

– Красивая, но немного грустная, на мой взгляд, – задумчиво произнес он, вероятно в этот самый момент рассматривая пейзаж. – Слишком мрачные краски. Не находите?

Я пожала плечами.

– Это моя последняя осень. Последняя картина. И да, пожалуй, она имеет легкий оттенок грусти.

Вместо привычных вопросов – «Вы больны?», «Как это последняя?», «Что случилось?» – мужчина лишь усмехнулся.

– Звучит печально, – резюмировал он услышанное.

Я нахмурилась. Странный…

– Да, – подтвердила я, – так и есть.

– Хотите, добавлю ярких красок? – необычный вопрос.

– В мою картину? – не поняла я.

– Нет. – Тихий смех. – В вашу жизнь, мисс Элизабет Фрайн.

Что? Откуда он знает мое имя? Неужели мы знакомы? Но я совсем не узнаю голос!

Не выдержав, я все же обернулась, придерживая шарф. На меня смотрел невероятный мужчина! В прямом смысле слова – невероятный! Несколько секунд я в изумлении таращилась на него, полагая, что это лишь плод моего разыгравшегося воображения. Слишком красивый! Высокий, статный, подтянутый. Слишком нереальный, с этими его шикарными белоснежными волосами до плеч, белыми аккуратными бровями, длинными ресницами, тоже белыми и пушистыми, как снег, и гладкой кожей. Что он делает в этом богом забытом парке спального района? Весь его костюм с брильянтовыми запонками по ощущениям дороже, чем любая квартира в Черстоне.

– Э-э… Мы ведь с вами не знакомы, верно? – на всякий случай решила уточнить.

Я бы запомнила! Не могла не запомнить! Таких людей не забываешь!

– Еще нет, – мужчина одарил меня диковатым взглядом пронзительных светлых глаз.

И вот было в его глазах что-то… Ну не знаю. Безумное? Настораживающее? Опасное? Что-то, что заставило меня выронить кисть. Они так светились. Его глаза светились! Или я свихнулась? Одно из двух.

– Но это можно легко исправить. – Незнакомец обошел потертую, уже потрескавшуюся от времени лавочку и уселся в своем дорогущем костюме рядом со мной. – Меня зовут Лукас Вернис. – Мужчина протянул мне руку с безупречным маникюром и массивными кольцами на пальцах. – Можете звать меня просто Лукас.

И он обескураживающе улыбнулся, продемонстрировав свои идеально ровные зубы. Немного заостренные… Он что, операцию сделал? Заточил себе зубы? Зачем?

В голове набатом стучала мысль, что такие мужчины не знакомятся в парке с девушками, и уж тем более с такими, как я. Здесь что-то не так. С этим мужчиной что-то не так. И со всей этой ситуацией в целом! Но все же я пожала Лукасу руку. За последние годы он один из немногих, кто не испытывал ко мне отвращения, не морщился и не отворачивался. Это было приятно. Мне не хватало общения. Все друзья и знакомые разбежались от меня, как тараканы от света, а новых завести, ясное дело, не получалось.

– Откуда вы знаете мое имя, Лукас?

Мужчина решил не отвечать, вместо этого он подался вперед и небрежным движением сорвал с меня шарф, будто он его чем-то ужасно раздражал. Я не успела остановить. Шарф оказался в мужских руках слишком быстро. Я отстранилась и непроизвольно зажмурилась, понимая, какая сейчас последует бурная реакция на мое далекое от идеала личико, покрытое морщинами, складками, черными, как грибы, наростами. Я ждала, что он закричит от ужаса, швырнет в меня шарф и уйдет. Я ждала… но ничего не происходило. И тогда я решилась приоткрыть глаза.

Лукас спокойно смотрел на меня. На мое лицо, на мои дефекты. Они его не смущали, но что более странно, даже не удивляли. Зато меня дико удивило его поведение! И окончательно шокировало, когда он протянул руку и провел пальцами по моим седым волосам. Я настолько опешила, что даже возражать не стала.

– Я могу вам помочь, Элизабет Фрайн. – Лукас загадочно улыбнулся. – Исправить то, что с вами случилось.

– То есть, – в растерянности уточнила я, – вылечить меня?

– Да.

Я рассмеялась от абсурдности данного заявления.

– Это невозможно. Вы не понимаете, о чем говорите.

– Боюсь, – мужчина неожиданно склонился ко мне, коснулся губами моего уха, – это вы не понимаете того, что с вами происходит.

В нос ударил терпкий запах его духов. М-м, приятный. Сердце забилось в несколько раз быстрее. Тише! Нельзя так волноваться с больным-то сердцем!

Я рвано выдохнула.

– И что же, по-вашему, со мной происходит?

Лукас игриво подмигнул мне и, снова улыбнувшись, сказал невероятную дикость:

– Приходите завтра вечером к отелю «Илай и Брайз». Возьмите с собой только необходимые вещи. Заранее проститесь с родными и друзьями, вы их больше никогда не увидите. Оставьте телефон и прочие гаджеты дома. Они вам не понадобятся. – Лукас плавно поднялся на ноги. – Я буду ждать вас в девять вечера. Не опаздывайте. Я не люблю, когда опаздывают.

Что? Я в недоумении развела руками. Что за бред он несет?!

– О чем вы вообще говорите? Я вас впервые вижу! Кто вы такой? Откуда знаете, как меня зовут? Хотя стойте! – передумала я. – Неважно! Не отвечайте. Я в любом случае не приду к вам вечером в отель!

Лукас странно на меня посмотрел… с внезапным раздражением и недовольством, сжав пальцы в кулаки, будто хотел кого-то придушить, и есть нехорошее подозрение, что придушить, он хотел именно меня. И взгляд у него стал красноречивый. Уничижительный. Но так продолжалось лишь секунду, затем Лукас снова расслабился и улыбнулся, натянул на лицо притворную маску вежливости. Но меня уже было не обмануть! Он лжет. Его любезность напускная. Он не тот, за кого себя выдает. Хотя откуда мне вообще знать, кто он такой. Может, маньяк? Или садист? Городской сумасшедший?

– Я жду вас завтра ровно в девять вечера, – повторил Лукас, проигнорировав мои слова и вопросы. – На парковке у отеля «Илай и Брайз». Хотите жить? Приходите. Я знаю, как вас исцелить. У меня есть лекарство. – Он засунул руку в карман брюк, вытащил оттуда небольшую прозрачную капсулу с красным порошком внутри и протянул ее мне. – Это одна доза. Первая. Примите ее сегодня перед сном. Никому не рассказывайте. После вам потребуется еще шестнадцать таких же доз для полного выздоровления.

Я взяла капсулу из чистого интереса. В бредни сумасшедшего как-то не верилось. Лучшие врачи мира не смогли мне даже точный диагноз поставить, а тут внезапно какая-то красная грязь в подозрительной капсуле меня чудесным образом исцелит? Ну да, конечно.

– А вдруг там яд. – Я потрясла капсулу. Черт! Да, скорее всего, так и есть. – Может, вы меня отравить хотите?

Лукас не ответил. Я подняла голову, но передо мной уже никого не было. Лукас ушел, а если точнее, то просто испарился. Пуф! Исчез! Я заозиралась по сторонам, но его уже нигде не было видно! Как это возможно? Как он смог уйти так быстро? Да еще и бесшумно? Хм.

Повертев капсулу перед глазами, я убрала ее в пакет и положила в сумку. Позже решу, что с ней делать. Хорошо бы на экспертизу отдать в лабораторию, узнать, чем этот псих травит наивных девушек в парках.

Собрав кисти и краски, я позвонила Маргарет и сказала, что хочу домой. Настроение пропало. Все мои мысли занимала лишь одна фраза: «Я знаю, как вас исцелить». Я застонала. Кто дал этому засранцу право вселять в меня призрачную надежду? Это нечестно! Несправедливо!

Подло.

***

Остаток дня прошел как обычно.

Я вернулась домой на четырех колесах. Ноги отнялись еще год назад. Я не вставала с инвалидного кресла уже бог знает сколько времени, поэтому «прийти» к отелю не смогла бы даже чисто физически. Маргарет во всем мне помогала – приготовить поесть, переодеться, доехать до парка, до больницы, до дома. Родители наняли сиделку, как только у меня начались серьезные проблемы со здоровьем. Работа не позволяла им проводить со мной двадцать четыре часа в сутки, так что эту обязанность взяла на себя тетушка Маргарет. Добрая и заботливая женщина. Она мне нравилась, но от ее жалостливых взглядов у меня живот временами сводило. Я так и не смогла определить, что хуже – жалость со стороны Маргарет, горькое отчаяние со стороны родителей или отвращение со стороны прохожих.

– Я нашла новую клинику! В Бредслере! Лучшие врачи! Лучшее медицинское оборудование! – увлеченно тараторила мама за ужином, пока мы с отцом уныло ковыряли брокколи. – Я уже отправила им все твои анализы и медицинские карты. На этот раз все получится! Специалисты уверены, что у тебя неизученная ранее разновидность прогерии – преждевременного старения. В Бредслере практикуют экспериментальную методику лечения этого заболевания.

– Электрошоком? – пошутила я.

Просто из всех методик лечения меня разве что электрошоком еще не били. Все прочие методики уже испробовали.

– Не шути так, Элизабет! – возмутилась мать. – В Бредслере смогут тебе помочь!

Нет, не смогут.

– Ты говоришь так про каждую новую клинику, мама.

И что в итоге? Никакого прогресса, одно сплошное разочарование.

– В этой я точно уверена. Тебя готовы принять уже на следующей неделе.

О нет!

– Мама, я…

– Даже слушать не хочу твои возражения!

Я вздохнула, отложила вилку в сторону и серьезно посмотрела на родителей. Отец, как всегда, отвернулся. Лицо дочери его ужасало. Мать встретила мой взгляд воинственно, собираясь до последнего отстаивать свою точку зрения.

– Прости, мама, но я никуда не поеду. Мне жить-то осталось два месяца в лучшем случае. Можно я проведу их дома, как нормальный человек, занимаясь любимыми делами, а не на больничной койке, нашпигованная трубками и катетерами, как праздничная утка яблоками?

– Мы едем! – закричала мама, ее губы затряслись. – Точка!

Я закрыла глаза. Ну все, сейчас начнется. Как же я от этого устала! Невыносимо!

«Я могу вам помочь, Элизабет Фрайн. Исправить то, что с вами случилось. Приходите завтра вечером к отелю «Илай и Брайз». В девять. Не опаздывайте».

Поганец! Паршивый поганец! Зачем он это сказал? Для чего?! Чтобы я постоянно думала о нем и о его словах? Браво! У него это получилось. Я только о нем и думаю весь день!

– Милая, – отец погладил маму по спине, – позволь Элизе самой решать, ладно? Это ее право.

– Билл! Не смей так говорить! – она вскочила из-за стола так резко, что стул с глухим стуком упал на пол. – Мы ее родители! Нельзя сдаваться!

– Мы и не сдавались, до последнего боролись. Но шансов больше нет. Нам же сказали, что эта… болезнь… неизлечима, а ее последствия уже необратимы. Боже, да мы ведь даже не знаем, что эта за болезнь!

Мама разревелась и выбежала из столовой. Отец извинился передо мной и пошел ее успокаивать. Я еще какое-то время погоняла по тарелке пучок брокколи, сдерживая рвущиеся наружу слезы, затем поднялась в свою спальню, – не без помощи Маргарет, конечно же, – переползла из кресла на кровать, зарылась лицом в подушку и немного поплакала из жалости к себе. Обычно я держала эмоции под контролем, не позволяя себе раскисать, но сегодня выдался дурацкий день. И Лукас приложил к этому дню руку.

Мерзавец!

До шестнадцати лет я была обычным здоровым ребенком. Художественная школа, колледж, друзья, одногруппники, походы в лес с ночевкой, участие в благотворительных акциях, работа официанткой на выходных, большие планы на будущее. Жизнь била ключом! Я заканчивала колледж и собиралась поступать в Либерский институт искусств, даже заявку подала, и ее одобрили. А затем наступил шестнадцатый день рождения, и вся моя жизнь рухнула вместе с большими планами и надеждами. Я проснулась утром другим человеком. С морщинами, болью в суставах и в сердце. Будто кто-то пришел ночью и отобрал у меня десятки лет жизни. Я состарилась за какие-то жалкие шесть часов сна. Говорят, магии и проклятий не существует! А что, если существуют? Что, если меня прокляли?

Полночи я возилась в кровати. В сумочке лежала капсула Лукаса с красным порошком. «Это первая доза. Примите ее перед сном». Я боялась. Кто знает, что внутри капсулы? Наркотик? Яд? Чудо-лекарство? Последнее менее вероятно, но вдруг? От неизвестной болезни спасет только неизвестное лекарство?

Я маялась, рассматривала потолок, вздыхала, ворочалась, как червь в одеяле, но в итоге не сдержалась, включила свет, перебралась обратно в кресло, подъехала к сумке, нервно вытряхнула все ее содержимое на стол и нашла капсулу.

Что самое страшное может со мной случиться? Я отравлюсь и умру? Вот трагедия-то будет! Месяцем раньше помру, месяцем позже, какая к черту разница?

Надо рискнуть!

Надо.

Почему бы и нет?

Что я теряю?

Ничего.

Я достала из пакета капсулу, глубоко вдохнула, выдохнула и отправила таблетку в рот. Не запивая, проглотила.

Безвкусная.

Около часа я просто сидела в кресле и ждала чуда. Мне не стало лучше и не стало хуже. Ничего не изменилось. Наверное, эта капсула – плацебо, пустышка, может, витаминка. В общем, полная туфта.

Я почувствовала горький укол разочарования.

А на что ты рассчитывала, идиотка?!!

Только под утро я легла спать. Расстроенная и рассерженная на саму себя. Не думала, что мне так легко внушить несусветную глупость. Похоже, приближение неотвратимой смерти делает меня уязвимой.

***

Мне снился Лукас.

Как он умудрился так глубоко пробраться в мою голову и мысли за столь короткий срок?

Во сне мы сидели в парке, о чем-то разговаривали. Я любовалась его необычайно светлыми глазами лунного цвета, а он шутил и улыбался мне. Красив как бог. Лукав как дьявол. Его улыбка даже во сне казалась мне лживой, а его вежливость насквозь пропитанной фальшью. Что с тобой не так, Лукас Вернис? Кто ты такой на самом деле?

Сон внезапно изменился. Светлые глаза вмиг утратили привлекательный блеск, превратились в стылый лед. Улыбка сползла с безразлично поджатых губ. Сверкнула сталь. Ножи? Лезвия? Кровь. Я задыхаюсь. Лукас наблюдает за моей смертью без единой эмоции на равнодушном лице. Я тяну к нему руки, но он отходит. Из моего горла хлещет кровь. Ее слишком много. Помогите! Темнота подкрадывается со всех сторон и…

Я просыпаюсь, подскакивая на кровати.

Кошмарный сон!

Просто сон! Бр-р.

Мне часто снятся кошмары. Ничего необычного.

Я посмотрела на часы. Вот это да! Полдень. Маргарет, наверное, недоумевает, почему я так долго не встаю с постели. Обычно ведь просыпаюсь около семи утра.

Я откинула в сторону одеяло и уже собралась перетаскивать свое тяжеленное тело на коляску, стоящую рядом с кроватью, как вдруг ощутила нечто странное… лодыжка на левой ноге зачесалась. Я инстинктивно потянулась к ней, чтобы почесать, и вдруг поняла, что ничего не болит. Привычного гула в ушах нет. Сердце не бьется, как бешеное, на пределе своих возможностей. Кровь в висках не стучит. Кости не ломит.

– Что за?..

Моя нога шевельнулась. Я смогла подвигать пальцами на левой ноге, затем на правой!

Я их чувствовала! Снова чувствовала.

– Не может быть… – пробормотала в смятении. – Нет, это невозможно.

Из глаз хлынули слезы, как только я спустила ноги на пол и медленно, очень медленно на них встала. Покачнулась, упала обратно на кровать, снова встала, покачнулась еще раз, но устояла.

– Я не понимаю…

Я сделала осторожный шажок вперед.

– Не понимаю…

Мышцы функционировали прекрасно после целого года бездействия. Может, это еще сон? Я ущипнула себя за плечо, но тут же зашипела от боли. Нет, не сон. Тогда что?

Лукас?

Его капсула?

Она сработала?!

Я доковыляла до ванной, распахнула дверь, включила свет и… застыла на пороге, увидев свое отражение. Поймала себя на мысли, что падаю в обморок. Колени подогнулись от переизбытка чувств, и я грохнулась на холодный кафель. Посидела с минуту на полу, приходя в себя, затем подползла к раковине, встала на ослабевшие от шока ноги, которые еще вчера были полностью парализованы, и в немом изумлении уставилась в зеркало. Никаких наростов на коже. Они просто взяли и бесследно исчезли! Даже следов не осталось. Магия? Без нее тут явно не обошлось. Никаких морщин и глубоких складок. Никаких бородавок и седины!

Никакого чудовища.

Я смотрела на свое отражение и не узнавала себя. Это была я, но другая я… Молодая, полная жизни и здоровья девушка с румянцем на щеках и задорным блеском в недоуменных янтарных глазах. Я коснулась мягкой подтянутой кожи. Она была такой шелковистой и приятной на ощупь, что у меня из груди вырвался вздох изумления! Я провела ладонью по пышным каштановым волосам с рыжеватым блеском, пропустила длинные пряди через пальцы. За четыре года они отросли до поясницы, и я почему-то решила их не отрезать. Седыми и ломкими они выглядели ужасно, но теперь…теперь я была готова влюбиться в саму себя.

Но эти изменения невозможны. Ни за такой короткий срок. Да и вообще ни за какой!

Кажется, я знаю, что произошло.

Знаю, да.

Я просто свихнулась!

Спятила!

Совсем крышей поехала от горя!

Я вижу то, чего нет. Галлюцинации. Злые и жестокие галюны! Вот и все объяснение сему чуду – поехавшая кукушка больного человека и не более того!

– МАРГАРЕТ! – закричала я на весь дом. – Маргарет, пожалуйста, поднимитесь наверх!

Сейчас придет Маргарет и скажет, что я ничуть не изменилась со вчерашнего дня. Все встанет на свои места.

Раздался топот ног. Сиделка вбежала в мою комнату. Я вышла к ней навстречу, собираясь осторожно спросить – видит ли она какие-то изменения в моей внешности, но не успела.

– Матерь Божья! – воскликнула Маргарет. – Мисс Фрайн! – Женщина побледнела, выпучила глаза и схватилась за сердце. Кажется, ее колени тоже дали слабину от шока. Она покачнулась. – Как это вы… А что это… Ходите! А где все эти ваши… ЧУДО! – Маргарет завизжала так громко, что я аж подпрыгнула от неожиданности. И не удивлюсь, если все соседи от ее визга тоже подпрыгнули. – Случилось чудо! Надо позвонить мистеру и миссис Фрайн! Где мой телефон… Где мой… Ох! Ой! Сердце!

Маргарет сползла вниз по стене и упала на пол без единого признака жизни. Теперь уже я перепугалась не на шутку.

– Маргарет! – я подскочила к сиделке и затрясла ее за плечи. – Вот черт! Простите, простите меня.

Я нащупала слабый пульс на ее шее. Ну слава богу, жива. Метнувшись за телефоном, я позвонила в службу спасения. Скорая приехала через три минуты. Маргарет забрали в Святую Гриваль. Я чуть не убила бедную женщину! Не специально, конечно, но факт есть факт. Зато в этой ситуации нашлись и положительные стороны… По крайней мере, я не спятила. А Лукас не городской сумасшедший. Ну надо же! Но кто он тогда? И откуда у него лекарство от моей загадочной болезни? Нужно встретиться и все выведать.

В девять. На парковке у отеля «Илай и Брайз».

Подумав и все хорошенько взвесив, я решила пока не звонить родителям. Пусть сами все увидят вечером. Они приходят в одиннадцать. Я успею доехать до «Илай и Брайз», поговорить с Лукасом и вернуться обратно до их прихода. Конечно же, я не собиралась никуда уезжать с незнакомым мужчиной и уж тем более прощаться с близкими людьми, как он мне советовал. Пусть сперва расскажет – кто он, откуда узнал про меня и где достал лекарство. Лекарство работает! И оно мне нужно! Я могу его купить! Точнее, родители могут! У меня нет денег, но скоро будут. Ведь теперь я смогу работать! И вернуться к учебе! К нормальной жизни! Закончить Либерский институт! Встать на ноги! Все изменить!

Еще никогда я не рыдала навзрыд от счастья, сжавшись на полу калачиком. Еще никогда я не чувствовала себя так хорошо, как сейчас, и так свободно.

До девяти вечера мне нужно было чем-то себя занять. Я приняла душ, расчесала пушистые волосы, не переставая ими восхищаться, позавтракала и вышла на улицу. Пока гуляла по проспекту, улыбалась всем встречным. Люди улыбались мне в ответ, заражаясь хорошим настроением. Парни подмигивали и предлагали познакомиться. Для меня это было странно и необычно. В шестнадцать лет я носила брекеты и замазывала тональным кремом огромные прыщи. О парнях и речи не шло. Я даже не целовалась ни разу. А потом случилось то, что случилось, и я забыла о любви и об отношениях навсегда. Кто полюбит умирающее чудовище? Никто.

Но теперь все изменится!

Все уже меняется.

Я зашла в кофейню «Ля флер», выпила безумно вкусный капучино и съела наивкуснейший в своей жизни чизкейк. Раньше вся еда казалась пресной, теперь же она обрела потрясающий вкус. Даже воздух на улицах Черстона стал пахнуть по-новому. Я не могла им надышаться! Стояла на площади, устремив взгляд к небу, и просто дышала, дышала, дышала. Восторг заполнял легкие, и я смеялась! Вывески стали ярче, дома красивее, улицы чище. Я понимала, что изменения произошли лишь в моей голове, но все равно продолжала радоваться каждому порыву ветра, как ребенок. Даже в кучу опавших листьев прыгнула и расшвыряла их в стороны. Всегда хотела это сделать! Почему не делала раньше?

Я вернулась домой, чтобы переодеться перед встречей с Лукасом.

Перебирая в шкафу вещи, я не понимала своего необъяснимого желания произвести на него впечатление. Ладно, он не сумасшедший, может, вообще не признанный гений в области медицины, к тому же обаятельный, но какая разница – в чем я приду на встречу? Даже надень я на себя грязный мешок из-под картошки, то все равно вызову у него эмоции тем, что помолодела лет на сто, если не на двести.

В итоге я выбрала белый свитер, приталенные штаны и вязаный шарф. Перед уходом из дома взглянула на себя в зеркало. Одна из прядей волос снова поседела. Меня это не расстроило, но, безусловно, сильно напрягло. «Вам потребуется еще шестнадцать доз для полного выздоровления». Значит, мне нужно принять еще шестнадцать чудо-капсул. И больше никакой седины! Вот рецепт счастья и процветания.

Глава 2

Когда я вышла из метро, на улице уже стемнело. Зажглись фонари, и город преобразился. Черстон всегда был таким красивым? Не помню! Засунув руки в карманы пальто, я направилась к пятизвездочному отелю «Илай и Брайз», лучшему в прибрежном городе Англии. Стрелки на часах близились к девяти. Я успела вовремя. Даже пораньше чуть пришла.

На парковке никого не было. Я побродила туда-сюда мимо машин премиум-класса. Интересно, здесь есть машина Лукаса? Дайте-ка угадаю. Какой-нибудь брутальный джип, да? Огромный и весь такой блестящий? Хотя какая разница? Почему меня это вообще интересует?

– Ты изменилась.

Вкрадчивый шепот прозвучал прямо у самого уха, обдав горячим дыханием кожу. Этот тип умеет подкрадываться незаметно! Чертов ниндзя!

Я мигом обернулась и тут же уперлась лицом в широченную грудь.

Лукас хмыкнул.

– И ты ниже ростом, чем я представлял. Это неудобно.

Неудобно для чего?..

– Метр шестьдесят пять, – возмутилась я, отступая на шаг назад, – нормальный рост вообще-то! И когда мы успели перейти на «ты»?

– Только что.

Я подняла голову и в легком смятении посмотрела на мужчину. Он выглядел иначе. Совсем иначе! Не так, как в нашу первую встречу. Обаятельный красавчик в деловом костюме? Забудьте. Сам сатана во плоти! Никаких больше пиджаков и костюмов. Рваные джинсы, армейские ботинки, черная кофта с короткими рукавами и глубоким V-образным вырезом, кожаные браслеты, с темными шипами, на запястьях и массивный оккультный кулон на груди с изображением рогатого дьявола. Мои глубоко верующие родители осудили бы его внешний вид. Мне никогда не позволяли общаться с «плохими парнями».

Я удивленно вскинула брови, разглядывая мощные руки Лукаса, полностью забитые татуировками. Под пиджаком их не было видно, а сейчас… у-у-у! Это просто нечто! Ужасающие черепа, непереводимые надписи, изображение цепей, связанных людей, мертвецов. В вырезе кофты на груди у него тоже виднелись татуировки. Черные, мрачные, отталкивающие. И даже на висках под волосами, собранными в небрежный пучок на затылке, просматривались надписи!

Ни сантиметра чистой кожи! Буквально все забито краской! Все, кроме лица и части шеи.

– Бог ты мой! – воскликнула я. – Ну у тебя и видок! Ты выглядишь покруче самых отвязных байкеров.

– Это комплимент? – Лукас нахмурился, рассматривая меня точно так же, как и я его. С интересом. – Или оскорбление?

– Не то и не другое, просто говорю, что думаю. Не бери в голову.

Он с пониманием кивнул и спросил:

– Значит, любишь поболтать?

Что за вопрос такой?

– Прямо сейчас, – я решила сразу перейти к делу, – я бы и правда очень хотела поболтать о лекарстве, которое вернуло меня к жизни.

Лукас развел руками, театрально вздыхая.

– А я бы хотел съесть бургер, – заявил он, похоже издеваясь надо мной, – без булки, с сырым мясом.

– Можно просто съесть мясо, – подсказала я.

– Можно, – согласился он и с каким-то нездоровым интересом окинул взглядом мое тело. – Ты предлагаешь?

– Что? – Я нервно хохотнула. – Свое мясо?

– Ага.

– Это шутка, да? – с надеждой уточнила я. – У тебя чувство юмора такое своеобразное?

Лукас цокнул языком.

– Значит, не предлагаешь, – разочарованно протянул он, развернулся и куда-то пошел.

Э! Стоп!

– Подожди! – я поплелась за ним хвостом, петляя между рядов машин. – Ты сказал мне прийти в девять к отелю, и я пришла.

– Мне тебя похвалить? – равнодушно бросил Лукас. – Людям нравится, когда их хвалят? Песикам вот нравится.

– Что? Нет! – я мотнула головой. – Мне нужно знать о лекарстве! О моей болезни. Что это такое? Откуда у меня эта зараза? И главное – где мне взять оставшиеся шестнадцать капсул?

Я врезалась в твердую, как скала, спину Лукаса. Мужчина резко затормозил, обернулся и впился в меня мерцающим взглядом. Я аж отшатнулась. Его глаза и правда светились! Не так чтобы ярко, но заметно. Это линзы? С подсветкой? Такие разве бывают?

– Где твои вещи, Элизабет? – он прищурился. – Ты решила ехать налегке?

– Кто сказал, что я вообще куда-то с тобой поеду?

– Не поедешь? – прищур стал сильнее.

– Конечно нет! Я же тебя не знаю!

Лукас фыркнул.

– Ну тогда счастливо оставаться! – он махнул мне рукой и пошел дальше, рассматривая машины, будто мы в магазине, а не на парковке, и выбираем себе новенький кабриолет. – Я, так и быть, пришлю красивые цветы на твои похороны. – Равнодушный смешок и до боли циничное: – Уверяю, твоим родителям понравятся.

У этого мужчины нет сердца! Жестокий придурок! Как можно такое говорить?

Лукас остановился возле красного спорткара, воровато огляделся по сторонам и…

– Ты что? – испугалась я, подбегая к нему. – Что ты делаешь?! Здесь же охрана есть!

Но этого психа мои доводы не остановили. Лукас без особых усилий выбил локтем стекло со стороны водителя, открыл дверь и спокойненько юркнул в салон НЕ своего автомобиля.

Вот дерьмо! Во что я влипла?

Оглушающий визг противоугонной сирены ударил по ушам и разлетелся по всей парковке.

– Лукас! – я в панике зашипела. – А ну, быстро вылезай оттуда, пока нас никто не увидел!

Мы угоняем машину! Нет. ОН угоняет машину! Прямо под камерами видеонаблюдения! На глазах у охраны и прохожих. Машину за несколько миллионов!

Сирена затихла. Лукас пошаманил с проводами и завел спорткар. Профессионал! Да он еще и вор! Угонщик! Из отеля к нам уже бежали здоровенные мужики в форме с дубинками. Ну отлично! Скоро и полиция приедет.

– Даю тебе последний шанс, Элизабет. – Лукас высунул голову из машины и выразительно посмотрел на меня. – Я сейчас уеду, и ты никогда меня больше не увидишь, а значит, не получишь свое лекарство.

– Нет, – запаниковала я, – пожалуйста, не уезжай! Давай просто поговорим!

– Без меня ты умрешь, – припечатал он, – не дожив до конца зимы. Выбор за тобой.

Это не выбор! Это ультиматум! К тому же нечестный!

Лукас еще несколько секунд сверлил меня взглядом, ожидая ответа, но я никак не могла решиться. Куда он собирается меня увести? Зачем? Почему нельзя сперва поговорить и все спокойно обсудить? Что за срочность такая?

– Ну как хочешь.

Лукас отвернулся и захлопнул дверь. Машина тронулась с места.

Я чуть волосы себе не выдрала от волнения. Он уезжает! Он правда уезжает! С лекарством и ответами на мои вопросы! Он просто бросает меня и уезжает навсегда.

Я не могу это допустить.

– Ладно! Ладно! Остановись! – закричала я вслед удаляющейся машины. – Я еду! Еду с тобой!

Черт пойми куда! И черт пойми с кем!

Но какие у меня еще варианты есть? Никаких, в том то и дело.

Спорткар замедлился. Я подбежала к нему и залезла на пассажирское сиденье. Это ошибка! Серьезная ошибка!

– Пристегнись, – холодно приказал Лукас.

– Да-да, сейчас.

Как только я пристегнулась, Лукас вдавил педаль газа в пол. Меня вжало в спинку кресла. Машина заурчала и понеслась по парковке с бешеной скоростью прямо навстречу обалдевшим от такой наглости охранникам.

– Объезжай! – я побледнела. – Впереди люди! Ты их не видишь? Объезжай!

Но Лукас не хотел их объезжать. Он хотел их раздавить. Он целенаправленно ехал прямо на них. Ехал, и… его губы растягивались в злорадной улыбке.

Я вцепилась в руль поверх мужских рук. Машину качнуло, и мы чудом проскочили мимо людей, никого не покалечив.

Боже! Я села в одну машину с полным психопатом. Что я наделала?

– Ах ты! – Лукас зарычал на меня, оттолкнул и с яростью замахнулся. Он поднял руку, чтобы меня ударить. Прямо по лицу! Но как только я испуганно от него дернулась, передумал и положил руку обратно на руль. – Никогда так больше не делай, Элизабет. – Он раздраженно передернул плечами. – Никогда.

Лукас свернул на автостраду и встроился в стремительный поток машин.

– Ты… – Я в ужасе уставилась на его прекрасное жестокое лицо со слишком уж резкими чертами и отчего-то потемневшими, совсем уже не светлыми глазами. – Ты хотел меня ударить?!

Он изменился. Его внешность стала еще более дикой, а поза напряженной. От него исходила пугающая агрессия.

– Нет, – прошипел Лукас сквозь зубы, – тебе показалось.

Показалось?

Показалось?!!

Я решила не спорить. Показалось так показалось. Провоцировать безумца не лучшая идея.

Боясь даже громко дышать, я села ровно и невидящим взглядом уставилась в окно. Несколько минут мы молча ехали по седьмой трассе Черстона. Куда ехали – непонятно. Зачем ехали – непонятно. Как далеко – тоже непонятно. Но задавать вопросы мне уже не хотелось. Что стало с его глазами? Почему они почернели? Он же не снимал линзы!

Первым молчание нарушил Лукас.

– У тебя с собой есть телефон? – миролюбиво спросил он.

Я почему-то вздрогнула от звука его голоса. Это ненормально! Так делать нельзя! В конце концов, он ведь меня даже пальцем не тронул.

Прочистив горло, я уточнила:

– Зачем тебе мой телефон?

– Хочу позвонить.

– А у самого телефона нет?

Не верю!

– Я хочу позвонить с твоего, Элиза. – Лукас обжег меня диким взглядом. – Ты ведь мне не откажешь, правда?

Как можно быть таким красивым и ужасающим одновременно?

Я достала из пальто смартфон, разблокировала его и протянула Лукасу. Когда наши пальцы соприкоснулись, я почувствовала, как по всему телу пробежал разряд. Дыхание вмиг сбилось. В машине стало жарко. Необъяснимый комок напряжения зародился внизу живота и приятным теплом растекся по всему телу. Что это?! Я в замешательстве уставилась на Лукаса, но он ничего не почувствовал или сделал вид, что ничего не почувствовал. Он взял мой телефон и без зазрения совести выкинул его на дорогу через разбитое окно прямо под колеса проезжающей мимо машины. Я только и успела, что рот открыть от изумления. Телефон вдребезги разлетелся.

– Упс! – Лукас наигранно скривился. – Прости, случайно выронил.

Я спрятала лицо в ладонях, издавая протяжный стон. Он отобрал у меня телефон, чтобы я ни с кем не смогла связаться? Наверняка.

Плохо дело, Элизабет. Ну ты и попала!

– Лукас? – я повернулась к мужчине и решила не ходить кругами, а спросить прямо. – Ты меня похищаешь?

Безумец взглянул на меня с неожиданно озорной улыбкой. Его глаза утратили черноту и снова засветились.

– Похищаю. – Он по-звериному облизнулся. – Боишься?

– А надо?

Лукас пожал плечами.

– Все обычно боятся. Люди трусливые существа.

Обычно? Не нравится мне это его «обычно».

– Ты многих похищал?

Не хочу знать ответ. Хотя нет! Хочу.

– В этом году? – будничным тоном уточнил он. И от этого его уточнения мне сделалось дурно.

Значит, многих.

– И… – я тяжело сглотнула, – что ты собираешься со мной делать?

Озорная улыбка превратилась в предвкушающе зверскую.

– Много чего. – Сильная ладонь Лукаса переместилась с руля на мое колено. – Очень много чего, Элиза.

Я опустила растерянный взгляд на его руку, пытаясь сделать спасительный вдох. Не получалось! Тепло его ладони просочилось сквозь плотную ткань брюк и добралось до кожи. Жар опалил щеки. Во рту пересохло. Так быть не должно! Что со мной происходит?! Что за необъяснимая реакция на его прикосновения?!

– Убери, – сипло прошептала я не своим голосом. – Пожалуйста, убери руку.

Между ног уже волной растекалось желание. Жгучее, настойчивое, приятное. Это очень пугало и сбивало с толку. Чертовщина какая-то!

– Скоро мы с тобой развлечемся, Элиза. – Лукас провел пальцами по моей щеке, вызывая дрожь во всем теле, затем сжалился и вернул руку на руль, даруя мне возможность нормально дышать. – Не переживай, ты привыкнешь. Ко мне все рано или поздно привыкают. Или умирают.

Перед глазами замелькали фотографии из новостных сводок с расчлененными и изнасилованными женщинами, найденными в сточных канавах под городом.

– Ты убьешь меня? – спросила я тихо.

Лукас покачал головой.

– Надеюсь, что нет.

– Надеешься, но не уверен?

– Все очень сложно.

Не слишком-то оптимистично.

– Значит, – решила я, – ты все же дашь мне лекарство?

Ведь я только из-за него и села в машину.

– Я уже дал. Не благодари.

– Нет, я говорю про оставшиеся шестнадцать доз.

– Ты такая наивная. – Легкая улыбка коснулась мужских губ. – Еще не поняла? Нет никаких шестнадцати доз. Я их выдумал. Достаточно одной, которую ты уже приняла.

Нет, это неправда! Я отказываюсь в это верить.

– Мои волосы! Смотри! – я показала ему поседевшую прядь. – Они снова седеют!

– Вижу. – Он усмехнулся. – Подожди, все нормализуется, когда мы приедем в Шан-Рин.

– Куда?!

– В Шан-Рин.

– Да я и в первый раз услышала! Я спрашиваю, что это такое. Больница? Город? Отель?

Я ожидала любого ответа. Вот совершенно любого! Кроме этого:

– Другой мир. – Лукас верил в то, что говорил. – Мой мир. Мир демонов, вампиров и чудовищ. И отныне твой мир тоже.

Ясно.

– Ты сумасшедший? – пришла я к единственному верному выводу.

Лукас рассмеялся.

– Почему все меня об этом постоянно спрашивают? Уже начинаю думать, что я и правда немного не в себе.

Я поежилась.

– Немного – это не про тебя, Лукас.

Смех резко оборвался.

– А ты действительно болтлива. – Он нахмурил белые брови. – Раньше я бы отрезал тебе язык.

Наверное, на моем лице отразился весь тот ужас, что я испытала, услышав эти слова, так как Лукас поспешно добавил:

– Не бойся, я этого уже не делаю.

– Д-давно?

– Относительно. Отрезание языка, как выяснилось, не способствует развитию доверительных отношений.

– Это не удивительно…

– Я плохо понимаю людей. Для меня все связанное с вами – удивительно.

– Ты говоришь так, будто сам не человек.

– Я не человек.

– Ты просто сумасшедший, я уже поняла.

Лукас хмыкнул, а затем неожиданно проявил интерес к моим страхам:

– Боишься высоты или воды?

Я напряженно на него покосилась.

– А что?

– Нам придется полетать и поплавать. Или только полетать, если повезет.

Лукас вывернул руль вправо.

Игнорируя дорожные знаки, мы съехали на набережную Фронтенэ и двинулись к высокому мосту.

– Здесь не получится проехать, – предупредила я, – мост еще не достроили. Он обрывается на середине реки.

Строительство приостановили месяц назад из-за череды несчастных случаев.

– Угу, – Лукас кивнул, сбивая все дорожные знаки, предупреждающие об идущем строительстве и опасной зоне, – я знаю. Именно поэтому я выбрал этот мост. Из крупных городов Земли попасть в Шан-Рин просто. Параллель, порталы и прочее. Из Черстона уже сложнее. До ближайшего портала семь дней пути, а я не хочу тратить время, так что будем импровизировать. Главное, посильнее разогнаться и не пропустить воздушный карман. А дальше поможет только магия и молитва. Умеешь молиться? Я знаю, ты из верующей семьи. Я несколько дней следил за тобой.

У меня глаза округлились.

– Ты серьезно это говоришь или издеваешься? Я не понимаю.

Лукас вдавил педаль газа, заставляя машину влететь на недостроенный мост.

– Ты куда? Я же сказала, что там впереди обрыв! Умереть хочешь? Мы упадем прямо в реку!

Лукас не слушал.

Спорткар начал разгоняться до убийственной скорости.

– Остановись! – я вцепилась в его плечо, надеясь привести в чувство этого безумца, но Лукас лишь снова рассмеялся жутким, царапающим смехом. – Пожалуйста, остановись! Мы не выживем! Высота огромная! Остановись! Ну же! Давай! Тормози!

Мы не успеем.

Слишком поздно!

Уже не успеем затормозить.

Я со всей силы вжалась в спинку кресла, когда машина сбила строительные леса и рухнула с моста прямо вниз. Кажется, я завизжала. Меня подбросило вверх. Ремень безопасности натянулся. Ощущение смертельного полета длилось несколько секунд, а потом нас накрыла ослепляющая вспышка белого света. Я зажмурилась. Глаза обожгло до боли.

Удар.

Колеса спортивной машины снова сцепились с землей.

Меня швырнуло на Лукаса, затем с бешеной силой обратно. Ремень безопасности затрещал, но выдержал.

Раздался скрежет тормозов. Машину затрясло и… Все резко закончилось! Наступила тишина.

Мы живы?

Я нерешительно приоткрыла один глаз.

Мы не разбились?

Приоткрыла второй.

Почему мы не разбились? Как мы выжили?!

– Интересно, – озвучил Лукас свои мысли, – во время секса ты будешь визжать так же громко, как сейчас?

Я полностью распахнула глаза и уставилась на свихнувшегося психопата, но сказать ничего не успела – все мое внимание тут же захватили высоченные горы со снежными пиками, мерцающие вдалеке огни ночного мегаполиса и насыщенное черное небо с двумя яркими полумесяцами. Две луны! Снежные горы! Мегаполис! Это точно не Черстон!

Я прилипла к окну, пытаясь рассмотреть все повнимательнее.

– Где мы? – у меня голова закружилась от нереальности происходящего. – Как мы сюда попали?

– Я ведь уже все объяснил. – Лукас лениво потянулся. – Это Контор-Ярд, – он указал на огни мегаполиса, – северная столица Шан-Рина. Есть еще и южная, но мне там не рады.

– Да ну? – нервно хихикая от переизбытка эмоций, я скептически взглянула на Лукаса, на мегаполис, на холмы, на небо, затем снова на Лукаса, но уже осмысленным серьезным взглядом. – Как? То есть… Как, черт возьми, это вообще может быть правдой?!

На лобовое стекло что-то плюхнулось. Я присмотрелась. Ящерка! Зеленая ящерица с крыльями! Маленький дракон?

Реальность дала сбой.

– Добро пожаловать в новый мир, Элиза.

Безумный смех сотряс мои плечи.

Глава 3

Мы ехали по ночному городу, которого нет ни на одной карте современного мира.

Контор-Ярд.

Я смотрела в окно и все никак не могла поверить. Незнакомые улицы, широкие и чистые, как палаты в хирургическом отделении. Незнакомые дорожные знаки, которые вызывали у меня одни вопросы. На одном из них был нарисован расчлененный человечек, а на другом перечеркнутая крылатая лошадь. Что они означают? Незнакомые магазины с одеждой, едой, алкоголем. Завлекающие неоновые вывески на каждом углу. Билборды с незнакомыми буквами. Я не понимала язык Шан-Рина. Да и как я могла его понимать? Я словно оказалась в чужой стране без знания местного языка и даже без жалкой туристической брошюрки.

Люди на улицах выглядели невероятно странно. Лукас ехал слишком быстро, словно специально, но я все равно успевала заметить бросающиеся в глаза странности во внешности местных жителей.

У двух девушек из волос торчали рога.

Рога, мать вашу!

Настоящие ветвистые рога!

Еще у одной, как мне показалось, из-под платья висел хвост. Лысенький такой, с кисточкой на хвосте.

А у седоволосого мужчины, стоящего на светофоре, и вовсе куда-то убежало лицо… ни губ не осталось, ни глаз, ни носа. Одна кожа!

Меня передернуло от увиденного. Фильм ужасов воплотился в реальность.

В какой-то момент я осознала, что не вижу здесь людей. Вообще! Эти существа похожи на людей, но стоит только присмотреться, как замечаешь серьезные отличия.

Я повернулась к Лукасу.

– Ты сказал, что ты не человек.

Он кивнул.

– Сказал.

– Тогда кто ты? Я не вижу у тебя ни рогов, ни хвоста. Ты их прячешь?

– У меня их нет. – Мужчина снисходительно улыбнулся. – Я демон. Инкуб.

– Инкуб… – повторила я, пытаясь это осмыслить. – Демон-соблазнитель, что ли? Высасываешь из женщин сексуальную энергию?

Лукас удивленно на меня посмотрел.

– Откуда ты знаешь про инкубов?

– Двадцать первый век. Я умею пользоваться интернетом.

И мифологией раньше увлекалась – скандинавской и совсем недолго, но про инкубов тоже читала.

– М-м, похвально. – Лукаса мои познания развеселили. – Я не соблазнитель. Инкубы не ублажают женщин и не исполняют тайные желания. Это миф. Мы не джинны.

– А что тогда правда?

– Уверена, что хочешь знать?

– Да.

– Инкубы – самая жестокая и беспощадная раса Шан-Рина. – Лукас взглянул на меня, оценивая реакцию на его слова. – У большинства из нас нет эмоций, совести и сострадания, только постоянный голод. Чем моложе инкубы, тем опаснее. Мы хищники, Элиза, а люди наша еда и развлечение. Но про энергию ты отчасти права.

Демоны!

Жестокие и беспощадные.

А люди – еда.

Куда я попала? Что я здесь делаю?

Я сжала пальцами виски.

– У меня голова сейчас взорвется, – призналась честно.

– Я могу внушить тебе спокойствие, – любезно предложил Лукас, – и бесконечную любовь к Шан-Рину. Ну или любовь ко мне.

У меня глаза на лоб полезли.

– Ты это умеешь?!

– Манипулировать сознанием? Да, когда голод утолен.

– Почему он у тебя утолен?! – нервы раскалились до предела. – Ты недавно съел человека?! Ты и меня съешь?

Как еще воспринимать фразу «люди наша еда»?

Лукас запрокинул голову, и машину сотряс его хриплый смех.

– Чего ты смеешься?!

– Я питаюсь человеческой энергией. Я не ем людей… обычно.

– Обычно?

– Бывают плохие дни.

– Обалдеть!

Вот теперь голова точно взорвется.

Мы выехали из города. Минут десять мчались по лесной трассе, пока не свернули на подъездную дорожку к дому, стоящему в уединении среди деревьев. Перед нами открылись высокие кованые ворота, увитые лозой.

– Ты здесь живешь? – я окинула оценивающим взглядом огромный трехэтажный особняк со стеклянными фасадами.

– Последние полтора года, – подтвердил Лукас.

Красиво, дорого… и никто здесь не услышит мои отчаянные крики о помощи. Просто прелесть! Чудесней места не придумаешь!

– И ты живешь здесь один?

Дом слишком большой для одного человека… то есть для демона.

– Я люблю пространство.

– Ты богат? – догадалась я.

– Как и все взрослые инкубы. – Лукас заглушил мотор. – Выходи.

– И ты любишь командовать, – пробубнила я себе под нос, выбираясь из машины.

К нам навстречу уже спешили две молоденькие девушки, наверное работницы или служанки Лукаса, примерно моего возраста, в одинаковых серых платьях до щиколоток. Сперва мне показалось, что у них что-то не так с прикусом, а когда они подбежали и низко поклонились, при этом лучезарно улыбаясь, я поняла, что у них на несколько сотен зубов больше, чем полагается. Но это были не просто зубы, а клыки. Громадные, страшные клыки в несколько рядов.

– Доброй ночи, господин! – пролепетали они в один голос, покорно склонив головы. Девушки точно говорили не на английском, но я почему-то все равно их понимала. Каждое слово.

Двери особняка распахнулись, и во двор с заливистым лаем выскочила собака. Гигантская мохнатая псина с двумя головами! Затем еще одна… такая же гигантская и двухголовая, с горящими красным огнем глазами.

Жизнь меня к подобному повороту судьбы не готовила!

Я ухватилась за дверцу машины, чтобы не упасть.

– Ты в порядке? – услышала голос Лукаса, будто в туннели. Отстраненный такой голос, без грамма переживания за меня и мой несчастный рассудок.

Я показала ему большой палец.

– Все просто отлично.

А мир тем временем предательски кружился перед глазами, и к горлу подкатывала тошнота. Мозг напрочь отказывался верить в происходящее.

– Подготовьте комнату для моей новой мирны, – отдал Лукас распоряжение клыкастым девушкам. – Все вещи старой мирны уничтожьте.

Что еще за «мирны» такие?

– Будет сделано, господин.

Девушки испарились. Псы, хорошенько меня обнюхав, побежали за ними следом, виляя хвостами. А я все пыталась отдышаться и безуспешно остановить круговорот перед глазами.

Ко мне приблизился Лукас. Я машинально сделала шаг назад. Демон. Он демон! А похож на человека! Но он с самого начала показался мне странным! И у него глаза светятся! И зубы острые. А еще он хотел раздавить тех людей на парковке. И ударить меня за то, что я помешала ему это сделать. Он жесток. По нему это видно. И возможно, кровожаден. Он соврал про лекарство, но он меня вылечил. А потом похитил. Как мне к нему относиться? Я не могу определиться!

– Подожди. – Я выставила перед собой руку. – Не подходи.

– Я стою на месте.

И правда стоит. Ладно.

– Твоя «новая мирна», – я подняла на него растерянный взгляд, – это я?

– Да.

– Мирна… – Я отчаянно замотала головой. – Не знаю такого слова. Что оно означает?

Лукас задумался.

– Сложный и многогранный термин Шан-Рина. Если не вдаваться в подробности, то мирна – это любовница демона.

Так! Теперь мне катастрофически не хватает воздуха.

– Любовница демона? – Глубокий вдох, быстрый выдох. – То есть… твоя любовница?

Лукас спокойно кивнул. А мне вот спокойно совсем не было. Меня уже потряхивало от страха и непонимания.

– Какая из меня любовница? Ты что?! – теперь пришла моя очередь смеяться. Нервно и совсем невесело. – Я ведь даже голого мужчину вживую ни разу не видела!

– Не волнуйся. Скоро увидишь.

– А если я не хочу?! – в голосе прорезались истеричные нотки.

– Напрасно. У меня красивое тело, Элиза. Тебе понравится.

Он издевается?

– О, да я ничуть не сомневаюсь, что красивое! – смех стал уж совсем жалким. – Но я правда не хочу становиться любовницей ДЕМОНА! Да и в принципе любовницей.

Лукас окатил меня насмешливым взглядом.

– Боюсь, у тебя нет выбора. Желания мирны не имеют никакого значения. Ты уже здесь. Со мной. Обратной дороги из Шан-Рина нет. Можешь сопротивляться, закатывать истерики и пытаться сбежать, но это ни к чему не приведет, лишь усложнит жизнь нам обоим. Поверь, я это неоднократно проходил.

Неоднократно проходил? Прекрасно!

– Ты меня когда-нибудь отпустишь?

Глупый вопрос, да, понимаю, но все же я должна была спросить.

– Нет. Мирна – это навсегда.

– Навсегда?!

– Да.

Любовница демона? Навсегда? Ну все! Вот теперь мне действительно стало нехорошо. Ноги стали подкашиваться, но я держалась. Держалась за дверцу машины из последних сил.

– А что случилось с твоей предыдущей мирной? – У меня закрались пугающие подозрения. – Вещи которой сейчас выбрасывают служанки?

Лукас равнодушно пожал плечами.

– Она умерла.

Ясно. Умерла…

– Ты ее убил?

Я затаила дыхание, в ожидании глядя на Лукаса.

– Скажем так, – он помедлил, подбирая правильные слова, – она не выдержала моей компании и предпочла отправиться к предкам. Видимо, я был слишком настойчив. С тобой такой ошибки не допущу.

– Что ты с ней такого делал? – ужаснулась я. – И что будешь делать со мной?

– Ничего особенного. Я лишь питался ее энергией. Теперь буду питаться твоей. Мирны для этого и нужны – ни больше ни меньше.

– Как? – мой голос внезапно осип. – Как ты питаешься энергией? Объясни, пожалуйста, а то я начинаю сходить с ума.

– Все просто. – Лукас устало вздохнул. И вид у него при этом стал такой несчастный, будто его попросили рассказать о какой-то ужасно наскучившей и неинтересной банальности. – Инкубы поглощают жизненную энергию своих жертв во время тактильной близости. Секс. Иногда объятия или ласки, но очень редко. Демоны не любят нежности. Инкубы тем более. Других способов поглощения энергии для моего вида, увы, не существует.

– Жертв? – пискнула я. – Ты сказал: поглощают энергию «своих жертв»?

– Мирн и людей, – с милой улыбкой исправился Лукас.

ЖЕРТВ! Вроде меня, да?

– Большинство инкубов, – пояснил он, – предпочитают брать женщин силой и экспериментировать в сексе, чтобы разнообразить процесс поглощения энергии. Чаще всего эксперименты заканчиваются неудачно, вот мирны и становятся жертвами.

– Ты тоже… – не верю, что это происходит со мной, ну вот просто не верю, и все тут, – применяешь силу и экспериментируешь в сексе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.