# Ловушка в библиотеке

Гульшат Гаязовна Абдеева

Роза, Артур, Виола и Люк – детективы. Уже не начинающие – им довелось распутать одно сложное дело и обрести заслуженную славу. Но, похоже, кое-кого их известность очень разозлила – едва приехав в летний лагерь, ребята получили записку с угрозами. А потом посыпалось – неприятность за неприятностью, будто кто-то жаждет втоптать их репутацию в грязь.

Что с этим делать? Противостоять! Нужно найти недоброжелателя раньше, чем ребят выгонят из лагеря. И друзья берутся за новое расследование…

Четвёрка из Трясины. Детективы для подростков


Иллюстрации в тексте и на обложке Алины Гагариновой (Sylva)


© Абдеева Г., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

## Глава первая. А можно дома остаться?


К концу весны городок Трясина, как обычно, преобразился. Привычный для него плотный туман отступил, а вездесущие заросли мышиной ягоды покрылись мелкими розовыми бутонами. Конкурс на лучший палисадник, которого будто бы не было, шёл вовсю. Почти все горожане старались украсить свои участки и внимательно изучали: чего новенького посадили соседи? У кого лучше цветник и выше туи?

Дети города привыкли к старому особняку, ставшему для них новой школой несколько месяцев назад. Теперь привидений боялись разве что первоклашки. Даже грустно было покидать красивое здание на целых три месяца. Правда, часть учеников отправлялись все вместе в новый летний лагерь, который достроили недалеко от Трясины, в горах. Лагерь «Олимпус» называли лагерем профессий: занимаясь в разных кружках и студиях, дети могли понять, кем они хотят стать в будущем. Туда стремились многие ребята, только не Артур, Виола, Роза и Люк. Долгожданные каникулы сулили столько свобод и удовольствий! У ребят были планы на эти деньки, и поездка в «Олимпус» в них не значилась, но получилось, как получилось.

Первым известие получил Артур. Обидно, что в последний учебный день, прямо накануне самых длинных в году каникул. Мама напекла оладий к возвращению сына из школы, и это было подозрительно. Артур учуял этот запах ещё с крыльца, у которого припарковал велосипед.

– Не к добру это, – пробормотал себе под нос мальчик и вошёл в дом.

– О, милый! Ты уже дома. А у нас такие чудесные новости!

– Хм, – Артур склонил голову набок.

В последний раз после этих слов вся семья отправилась в гости к двоюродной бабушке в глухомань ещё большую, чем Трясина. Там даже интернет не ловил. Артур от скуки подружился с пауком и три недели подкармливал его мухами.

– Ну что за взгляд, дружище? – в прихожую вышел папа. – Нас ждёт кое-что интересное.

Артур покачал головой:

– Вы слишком стараетесь. Что не так? Нас всё-таки отправляют в интернат в Рисдейле? Сделали дополнительный летний семестр? Или снова к бабушке Альбине?

Ужас на лице сына заставил родителей рассмеяться.

– Пойдём ужинать. Всё гораздо лучше, обещаю, – мама обняла Артура и повела на кухню.

Посреди стола возвышалась большая бутылка колы. «Дело совсем плохо», – понял Артур. Мама не одобряла газировку, и сейчас это был способ подкупить его.

– Скоро у нас появится возможность ходить в офис лишь три дня в неделю, а в остальное время свободный график! Сам себе хозяин. И режим можно выстраивать как тебе хочется. – Папа сиял так, будто у него сегодня был день рождения.

– Это же потрясающе, правда, сынок? Тебе налить колы? – улыбнулась мама.

Артур мрачно уселся за стол:

– Вы меня так до нервного тика доведёте. Говорите уже, чем мне это грозит?

Папа начал первым:

– Небольшая командировка. Десять дней всего лишь! Мы с мамой должны пройти в столице курсы повышения квалификации.

– А потом должности выше и новый график!

– А я? – почти шёпотом спросил Артур. – Всё-таки бабушка Альбина?

Родители встревоженно переглянулись.

– Я тут достал путёвку в крутое место! – ответил папа. – Там будет куча ребят твоего возраста. Разные развлечения, занятия.

– И профориентация! – сказала мама так, будто это была самая заманчивая вещь на свете.

– Мне тринадцать. И вы хотите отправить меня с малолетками в этот дурацкий «Олимпус»? – не мог поверить своим ушам Артур.

– Почему дурацкий? – поспешно отреагировала мама. – Он новенький! И твоего возраста детей там будет много.

– Детей, – вздохнул Артур и потянулся к коле.

И тут мысль-молния пронзила его, осветив всё на мгновение ярким солнечным светом:

– А давайте я дома останусь?

– Ни за что! – хором ответили родители.

А мама добавила:

– Нет! И речи не идёт о том, чтобы оставить тебя одного! Ну и что, что тебе уже тринадцать. Тем более уже тринадцать, и, как почти взрослый, ты должен нас понять. Это на благо семьи.

Артур пытался ещё возражать, но проиграл эту битву довольно быстро. И начал жаловаться в секретный чат Четвёрки[1]. Пока мама собирала сыну сумку и укладывала туда шерстяные носки и термобельё, как будто он собирался на Северный полюс, Артур ходил по своей комнате туда-сюда, поглядывая на круглое окошко старого особняка, ставшего школой. Почти год назад именно с этого окошка начались необычные приключения Артура и его друзей, в результате которых они стали сыщиками и просто хорошими друзьями. Жаль, что взрослые забывают о твоих победах, как только им нужно тебя куда-то упечь. Артур понимал, что у родителей выхода нет, но сейчас в его душе кипела злость. Он даже остановился напротив зеркала: не идёт ли из ушей пар?

Секретный чат пиликнул, и Артур бросился к телефону, пока мама перебирала нижний ящик его комода и ворчала, что найти парные носки там почти невозможно. Сообщение было от Виолы: «Это кошмар! Наши планы на начало июня отменяются. Меня отправляют в ссылку!»

В тот день Виола надела любимые апельсиновые гетры в честь окончания учебного года, короткую юбку в чёрно-жёлтую полоску и зелёную кофточку. А длинные рыжие волосы собрала в высокий хвост. Никто на всём белом свете не смог бы выглядеть в таком прикиде красиво, но у Виолы был талант стилиста. Скорее всего, потому, что её мама работала швеёй и Виола с детства росла в окружении журналов с выкройками, портновских ножниц, рулонов ткани и игольниц. Стрёкот швейной машинки заменял ей колыбельные, а по выходным мама с дочерью смотрели любимое шоу о портных «Модельер».

К сожалению, Виола была похожа на мать не только любовью к необычной одежде, но и характером. Поэтому на их кухне часто вскипали споры, свидетелями которых становились все соседи. Трудно скрыть детали личной жизни, когда все живут в смежных домах. Когда-то Трясину строили как посёлок для рабочих местного спичечного завода (который закрылся ещё до рождения родителей Четвёрки), и потому домики стояли плотно. Это экономило стройматериалы, а позже уменьшало счета за отопление. А со слышимостью приходилось мириться, что поделать.

В критических случаях Виола убегала на соседний участок: к их заднему двору примыкал дворик её лучшей подруги Розы. С недавних пор лучшей подруги, потому что никто из Четвёрки до начала прошлогодних приключений тесно не общался. Теперь же Роза принимала у себя Виолу, угощала её лимонными леденцами и расписывала, как будет выглядеть уютная квартирка Виолы в столице, куда она поедет учиться после школы. И где никто не будет поучать и придираться: хоть полотенце мокрое на пол брось, хоть ешь чипсы в полночь прямо из пачки.

Мама Виолы прекрасно знала характер дочери и потому ждала её в последний учебный день с опаской. Дело ухудшалось тем, что у Виолы было на редкость хорошее настроение. Обычно она была дерзкой, иногда скептической, чаще всего острой на язык. Но начало летних каникул после тяжёлых месяцев учёбы смягчило даже самую смелую и самоуверенную сыщицу Четвёрки. Хорошо, что у мамы Виолы был козырь: шанс, который выпадает раз в жизни!

– Привет, мам! – крикнула Виола, войдя в дом. – Учебники долой! Я собираюсь поселиться в своей комнате и перечитать все комиксы, что дал мне Артур. Есть что поесть?

Мама вышла из гостиной, и вид у неё был одновременно ликующий и виноватый. Виола прищурилась: нигде не висят обрывки ниток, волосы не перевязаны разноцветными тесёмками и тихого гудения швейной машинки не слыхать (то была древняя, но надёжная старушка, которая при включении в розетку слегка жужжала).

– Виола, ты только не ори, прошу.

– Так я и думала. Только у меня поднялось настроение, значит, что-то случится. Выкладывай. Этот звонил?

«Этим» в семье Виолы и её мамы называли папу, который давным-давно уехал на заработки, да так и не вернулся. Он пытался наладить общение, но Виола ясно дала ему понять, что мириться никто не планирует.

– У меня только что был зум, – мама Виолы пригладила и без того опрятный пучок и отряхнула чёрную футболку, – я не хотела говорить раньше, чтобы не вселять в тебя ложные надежды. Там было много этапов отбора. Собеседование онлайн и всякие уточнения, анкеты.

– И? – Виола начала бояться.

– Я участница нового сезона шоу «Модельер», – тихо сказала мама.

Визг Виолы услышала даже глуховатая такса через два дома. Она лениво гавкнула в пустоту, снова свернулась калачиком и заснула. А маме Виолы пришлось выстоять перед натиском восторга своей долговязой дочери.

– Мама, мама! Я знала, что ты у меня самая крутая!

– Ты меня с ног чуть не сбила, Виола!

– Прости! Расскажи мне всё-всё. Я еду с тобой? Хочешь, я помогу тебе убрать конкурентов?

– То-то и оно, что я должна ехать одна. А ты…

– А я побуду с тётей?

Тоже неплохой вариант, тётя Виолы работала медсестрой и иногда сутками пропадала на работе.

– Нет, дорогая. Ты поедешь в «Олимпус». Это всего десять дней! Такой шанс выпадает раз в жизни! Меня покажут по телевизору! Если всё получится, на заработанные деньги махнём в августе на море! И у тебя будет отдельная ванная и комната в номере.

Виола отошла от мамы с поникшим видом. Она не может сорвать мамину поездку. Но и в это заведение для малышей отправляться выше всяческих сил!

– Я должна побыть одна, – Виола поспешила к себе, пока не ляпнула лишнего.

Она отлично знала, что волна возмущения, зреющая в её душе, может обернуться взрывом вулкана. И огорчать маму именно сегодня совсем не хотелось. Но ещё нужно было предпринять кое-что, чтобы не дать лаве выплеснуться наружу.

– У нас есть мороженое? – Виола прошла на кухню, где мама наливала в чайник воду. – Мне нужно всё, килограмма три. Можно четыре.

Хорошо, что она не смотрела при этом маме в глаза, потому что та была готова расплакаться. Виола впервые вела себя почти как взрослая, а это любому родителю даётся тяжело. Когда вместо смешной малышки с рыжими косичками в доме появляется рассудительная девушка, это шокирует не меньше, чем встреча с настоящим оборотнем в ночь полнолуния.

Виола написала сообщение в чат Четвёрки и подошла к окну: за газоном и двойным рядом ровно постриженных кустов виднелась веранда дома, где жила Роза с родителями, бабушкой и дедушкой. Последний был капитаном корабля в отставке, и всё зависело от его мнения. Это понимали все, и Роза лучше остальных. Поэтому, когда пришёл её черёд говорить со старшими, Роза обращалась в основном к де- душке.

Но сначала день был просто счастливым: Роза надела новый ободок с тюльпанами и любимый сиреневый свитер и чувствовала себя красавицей. Потому, попрощавшись с друзьями, свернула не к дому, а направилась в центр Трясины. В местном кафе на главной площади продавали удивительных лебедей из безе на песочном тесте.

– Съем одну штучку, ничего не будет, – сказала сама себе Роза (семейный доктор часто сажал её на лечебную диету).

Трясина утопала в ароматах весенних цветов, тут и там в палисадниках копошились горожане. Делились семенами и секретами ухода за капризными болотными туями.

– Ой, какие ландыши! – Роза остановились рядом с дедушкой в жёлтой панамке, который бережно окапывал большие белые колокольчики.

– Они мне от бабушки достались! – похвастался хозяин ландышей.

А Роза попыталась прикинуть: сколько же им тогда лет? Задумавшись, чуть не прошла мимо кафе. На его двери висело объявление:

«Летний лагерь «Олимпус» открывает свои двери впервые! Почти все места заняты, торопитесь записать ребёнка в клуб профессий! Правильное питание, здоровые физические нагрузки, плавание – прилагаются».

– А ещё скука, спальни на сто человек и ночёвки в палатке под дождём, – с отвращением проговорила Роза.

Она терпеть не могла походы, любые неудобства и когда ванную приходилось делить с кем-то, кроме семьи.

– Милая, лебедей раскупили! – сказала продавщица в белом чепчике. – Зато есть отличное пирожное-картошка!

Роза с опаской посмотрела на клубни неопределённого цвета и помотала головой. Или лебеди, или ничего! Именно это стало отправной точкой будущих неприятностей, так думала девочка впоследствии. А пока она медленно вернулась домой, пытаясь снова наслаждаться цветущим видом городка.

Вся семья: мама, папа, дедушка и бабушка – сидела за круглым кухонным столом и что-то обсуждала. Они разом повернулись к Розе, и она увидела, что на тарелочке перед ними возвышаются те самые лебеди. И что странно – ей впервые расхотелось сладкого. Потому что лица у старших были подозрительно виноватые.

– Что-то случилось? – спросила девочка.

Бабушка не умела хитрить и долго хранить свои секреты, поэтому ответила она:

– Нам с дедушкой подарили путёвки в санаторий. На десять дней.

– О! – обрадовалась Роза. – Тот самый, сайт которого мы изучали? С бюветом, или как его там, и с бассейном с морской водой?

– Ага, – бабушка счастливо кивнула, но лицо у неё снова приобрело виноватое выражение.

Роза прошла и села за стол.

– Что не так-то? Почему вы так на меня смотрите?

– Будешь лебедя? – спросила мама, а Роза покачала головой, и тогда она продолжила: – Мы с папой работаем с шести утра до десяти вечера, пока не сдадим объект. Вот мы и подумали, зачем тебе одной сидеть десять дней? И решили, что будет здорово тебе поехать в «Олимпус»!

– Давайте лебедей, – сказала Роза и смачно откусила каждому голову.

Тоненькие шеи закачались, когда девочка снова отодвинула от себя тарелку.

– Это было бы самым благоразумным решением, – заверил дедушка, прокашлявшись.

Он никому бы не признался, но после прошлогодних приключений начал слегка побаиваться внучку. С возрастом она всё больше походила на его собственную мать: добрую, но с самым сильным характером на свете. Времена, когда на Розу можно было надавить авторитетом, явно прошли. И если сейчас не начать относиться всерьёз к мнению девочки, она не научится принимать собственные решения, когда вырастет.

– Я же тебе рассказывал? – продолжил дедушка. – В детстве я был участником отряда бойскаутов, и то время стало одним из самых счастливых в моей жизни. Конечно, «Олимпус» – это не кэмп, там не будет отрядной жизни. Но всё равно: общие выезды, игры, занятия…

Роза старательно отгоняла воспоминания о семейном походе два года назад, когда от дождя затопило палатки, а в ухо мамы залез паук. От этого, впрочем, и польза была. Мама так визжала, что распугала всех медведей, которые там могли быть.

– Но есть и хорошая сторона, – сказал папа, – после завершения проекта нам дают отпуск.

– И вы будете дома? Целый день? – глаза у Розы стали большими-большими, а рот превратился в буковку «о».

Все засмеялись, а мама поспешила встать из-за стола. Отошла к раковине, повозилась там с посудой. Повернулась к семье:

– И мы поедем отдыхать все вместе, как ты хотела.

– Пф, – фыркнула Роза, – да ради этого я и в палатке ночевать согласна.

Артур, Виола и Роза весь оставшийся вечер обсуждали поездку в чате. Когда они узнали, что едут вместе, каждому стало полегче на душе. Только Люк ничего не писал, в Сети его видно не было. И друзья знали причину: недавно к ним приехала тётя, мамина сестра. А с ней трое детей! И дом Новаков начал напоминать детский сад. Ещё и братишка Люка Дэнни превратился из пупса в активного малыша и старался достать всё интересное из шкафчиков и полок старшего брата. Люк едва спас от него свою коллекцию моделек машин и в конце концов начал запирать комнату на ключ.

В последний учебный день Люк тянул с возвращением домой, лишь бы не слышать снова бешеных криков племянников во главе с Дэнни. Сначала погулял по окраинным улицам, потом решил зайти к папе на работу в полицейский участок. Тот вышел к сыну и предложил прогуляться:

– У меня перерыв до пяти, потом вечерняя смена.

– Часто ты теперь допоздна работаешь, – заметил Люк.

– Угу, – оба прекрасно понимали, почему.

– А хочешь со мной на обход? – предложил папа.

– Скучно же, – Люк давно вышел из того возраста, когда папина работа кажется ужасно интересной.

Может быть, где-то в большом городе… Не считая событий прошлого года, местная полиция обычно расследовала кражу тележек из местного супермаркета.

Люк с отцом дошли до местного парка, съели по мороженому. Понаблюдали за тем, как оформляют клумбы (мэрия любила проводить конкурсы на лучшее их оформление): судя по всему, этим летом главная тема – сокровища. Из раскрытых сундуков будто бы рассыпалось море золотых монет из бархатцев. Тюльпаны росли по цветам и оттенкам и изображали огромную пиратскую карту. Было ли это связано с тем, что в прошлом году на Трясину попыталась напасть преступная группировка из-за залежей редкого чёрного опала? Люк спросил об этом папу, пытаясь стереть с полосатой футболки каплю мороженого, которую он умудрился посадить.

– Кто же их знает, – честно ответил ему отец, – мне возвращаться через пятнадцать минут.

Они остановились перед столбом, обклеенным объявлениями. На его верхушку были посажены круглые часы.

– Я не хочу в этот дурдом, – мрачно сказал Люк и принялся читать разные «Продам», «Куплю» и «Нашедшему вознаграждение».

И кое-что необычное было: опять «Олимпус» рекламируют. А что, если… Не-ет. Там же одни малолетки, только их ещё больше, чем дома! Люк рассеянно достал телефон, разблокировал его: ого! В чате Четвёрки под сотню новых сообщений. Так-так-так.

– Па-а-ап? У меня есть идея. Есть ли у тебя на неё деньги?

Отец поперхнулся остатком вафельного рожка, который как раз успел закинуть в рот.

– М-м-м-а? – невнятно сказал он.

А Люк молча указал на нужное объявление.

– Это отличная идея! – похвалил его отец, и Люк зарделся.

Он был рассеянный, неуклюжий, без особых талантов, и ему так редко доставалась похвала. Долгое время единственным примечательным событием в жизни Люка оставался случай из третьего класса, когда он получил своё прозвище. В школе его называли Люк Правый Хук за то, как ловко он с одного удара рассыпал скелет в классе биологии. Не нарочно, он сам упал на Люка и Луизу Отто, когда они залезли в шкаф, чтобы поцеловаться. С тех пор Луиза не обращала на Люка никакого внимания.

После того как Артур, Виола, Роза и Люк спасли в прошлом году родной город, конечно, всё изменилось. Но даже в Четвёрке Люк был самым незаметным ещё и потому, что характер у него был меланхоличный: Люк терпеть не мог быть в центре внимания.

Друзья возликовали, когда узнали, что Люк тоже едет. Вот только на сборы оставалось всего несколько часов! Роза до глубокой ночи подбирала ободки и кофточки в тон, Виола не могла выбрать, какие гетры брать. Артур решил запастись пачкой комиксов, а Люк старательно прятал свои сокровища, чтобы малышня не разнесла всё к его возвращению. Машинки он упаковал в неприметную коробку и задвинул её в угол чердака. Книги, приставку и сувениры из поездок завернул в старый мамин плед и тоже отнёс на чердак. Оставалась одна мелочь: Люк собрал вечером Дэнни и племянников на заднем дворе и старательно рассказал им новую страшилку. Про злого гнома, живущего на чердаке. Все знают про него! Он ещё терпеть не может, когда к нему ходят дети!

«До завтра», – прислала Виола в чат и добавила смайлик в виде четырёхлистника.

Листочек клевера был тайным символом Четвёрки.

В ответ в диалоге высветились ещё три листика.

## Глава вторая. Бум!


Нарядный автобус с голубыми полосками на боках подъехал на центральную площадь Трясины первого июня в десять ноль-ноль. Отсюда пятьдесят детей отправлялись в «Олимпус». Даже те, кто был из других городков, приехали сначала сюда.

Артур, Виола, Роза и Люк стояли в стороне от суматохи и с некоторым испугом наблюдали за происходящим.

– Шумновато, вам не кажется? – поморщился Люк.

После его вчерашней страшилки Дэнни и племянники плохо спали и не дали выспаться остальным.

– И народу многовато, – добавил Артур, предпочитавший уединение.

Родители волновались, давали последние наставления, обнимали своих детей. А те фыркали, потому что всё же взрослые уже, ну! И торопились занять места у окошек.

– Пропустите! – Виола ринулась вперёд, и друзья выдохнули.

Она выберет места рядом, не придётся ехать с кем попало. Дедушка Розы долго обнимал внучку, а бабушка всхлипывала – впервые они отпускали её одну надолго. Родители Розы как обычно были на работе. Мама и папа проверяли сумку Артура:

– Ты положил платки в карман? Пиши мне каждый час! Сфотографируй комнату и чем кормят, обещай мне, – суетилась мама.

Артур закатывал глаза так, чтобы видела только Роза. Мама Виолы сама была готова расплакаться, она выглядывала рыжий хвост дочери в автобусе и думала о том, что дети растут слишком быстро. Наконец сумки утрамбовали в багажном отсеке, а ребята забрались в автобус. Артуру, Виоле, Розе и Люку достался задний ряд, и они смогли излить друг другу душу.

– Вечно родители придумают что-то, а нам страдать, – эти слова Виолы встретили одобрением, – хотя это всё же лучше, чем ловить психопатку Ларс.

Остальные кивнули, погрузившись в воспоминания. События прошлого учебного года здорово изменили ребят. Они спасли родной город от разрушения, на его месте мог быть гигантский карьер! А заодно разоблачили миссис Ларс, которая притворялась учительницей, а сама состояла в банде преступников, желающих обогатиться в Трясине. Благодаря блогу Розы друзья подняли шумиху и городу присвоили статус особо охраняемой территории. Теперь сюда никто с плохими намерениями не сунется.

Поначалу у Четвёрки брали интервью, глазели на улицах, иногда шептались за спиной. Но постепенно в Трясине всё стихло, горожане изо всех сил старались забыть о минувших опасностях, и ребятам перестали напоминать о том, как они спасли родной город. Что Артура, Виолу, Розу и Люка только радовало – жить стало спокойнее. Несмотря на отсутствие общих детективных дел, они сдружились ещё больше и теперь строили планы на ближайшие десять дней в лагере. Хорошо, что сами они и директор «Олимпуса» мистер Дуб не знали, что их ждёт.

Артуру исполнилось тринадцать, и он вырос из любимой клетчатой чёрно-красной жилетки. Правда, мама ему купила такую же. На поясной сумке у мальчика болталось теперь два брелка: с Кальцифером из мультика и четырёхлистником. Последний – символ Четвёрки из Трясины – отпечатал на 3D-принтере двоюродный брат Люка. Артур видел себя в отражении автобусного окна и привычно радовался, что он не девочка. Иначе чёрные брови при почти белых волосах его бы с ума свели. Роза в апреле, когда впервые покрасила брови хной, три дня в школу не ходила, пока «ужасный» оттенок не сошёл.

Роза свой брелок превратила в брошку и теперь цепляла на любимые бархатные широкие ободки. Веснушки у неё поредели, а нос будто стал тоньше. Густые каштановые волосы доросли до пояса, и Роза их частенько распускала. Артуру нравилось смотреть, как они блестят на солнце.

# Примечания

1

Откуда взялась Четвёрка и что это за секретный чат можно узнать из предыдущей книги Гульшат Абдеевой «Четвёрка из Трясины».